Vera

Во тьме

Пролог

Альда покидала Фарогос, проиграв по всем фронтам. Жизнь на этой планете не всегда была хорошей, но была лучше, чем на Вако. Еще малышкой её сватали бесчисленное количество раз, пока отец не решился все-таки заключить союз с Фарогосом. Альда помнила свой почти детский восторг, когда впервые прибыла в новый дом. Изысканный красивейший дворец вселял в юную принцессу надежды, что её жизнь станет такой же прекрасной, как эта столица, но все обернулось иначе. Вспоминая начало своего брака, Альда испытывала разочарование и обиду. С первого взгляда супруг очень понравился ей. Эриал всегда был привлекателен: высокий, украшенный королевскими регалиями, он, как ожившая мечта из детских сказок, протягивал ей руку, усаживая на трон подле себя. Какая девушка заподозрит его в чем-то плохом, но едва отгремели свадебные салюты, принц превратился в отвратительное чудовище. Без содрогания первую брачную ночь не вспомнить, как и смешки придворных, когда слуги обнаружили заплаканную принцессу. Альда пережила все это и, возможно, все так бы и оставалось, не встреть она бравого генерала. Этот мужчина запал в душу принцессе, не сделав практически ничего. Он просто вошел в главный зал дворца и мир изменился. Даже её супруг становился улыбчивым и добродушным в обществе Зана Аламараса.

Зан. Любовь к нему огнем согревала Альду, но это же пламя и спалило все вокруг. Полюбив, она лишилась статуса, титула и дома, ибо ничего более не желала, как внимания Зана. Забыла о долге перед троном и собственной судьбой и пошла еще бы дальше, не задумай она главную ошибку в жизни. Покусившаяся на супруга, принцесса Фарогоса королевским указом получила развод и теперь должна покинуть планету, без права на возвращение. Эриал выжил, а вот Альда потеряла все. Пока шло следствие и суд, женщина не проявляла чувств или эмоций. Все будто замерло в её душе и остыло до критической отметки. Порой даже дышать было тяжело от сковавшей пустоты. Эта черная дыра разрасталась и поглощала все внутри. В какой-то момент Альде стало плевать на все. Она совершала ошибки, и по её вине страдали люди, но когда это коснулось Зана, все стало другим. В тот день, когда она покинула Фарогос, в Гавани у прибывшего челнока с родной планеты принцесса встретила своего свекра. Вот уж кого Альда не ждала, так это его. Кивком головы дон Эрнесто отослал конвой и остался с ней наедине.

– Не боитесь, что я нападу? – с мрачной иронией уточнила Альда, глядя в глаза королю.

– Ты всегда была умной, не думаю, что что-то изменилось, – парировал монарх.

– Была бы умной, не оказалась бы сейчас в этом положении, – печально хмыкнула женщина.

– Это было королевское решение, – мягко произнес свекор. – Не отцовское.

В этот момент принцесса опустила взгляд, не сумев выдержать тяжесть обвинения в глазах дона Эрнесто. Этот мужчина принял её и относился лучше, чем родной отец, всегда поддерживая. В носу вдруг защипало от подкатывающих слез, но Альда совладала с собой усилием воли. Она достаточно пролила их на Фарогосе.

– Я всегда относился к тебе, как к дочери, но ты совершила слишком много ошибок, – сдержанно продолжил король, заложив руки за спину.

– Вы явились сюда, чтобы в последний раз отчитать меня? – с вызовом спросила принцесса Вако, задрав подбородок еще выше.

– Нет, – мягко покачал головой монарх.

В этот момент дон Гавиртран показал то, что держал в руках. Два банковских накопителя и объемный пузырёк с возбудителем.

– Где бы ты ни оказалась, я хочу, чтобы у тебя всегда была возможность улучшить свое положение, – со вздохом произнес король, вручая ей железо.

По светящемуся зеленому ободку на краях накопителей Альда поняла, что они заполнены до отказа, а это очень много средств. Протягивая ей фертильное зелье, свекор добавил:

– Несомненно, тебя вновь выдадут замуж. Пусть это будет хороший союз, в котором ты захочешь стать матерью. Я хочу, чтобы у тебя было на это больше шансов, чем выделено природой.

– Почему? – тихо спросила Альда, чувствуя, как слезы подкатили слишком близко к горлу.

– Как ни печально сложилась судьба, но в течение тридцати циклов ты была частью моей семьи, и просто так в никуда я не могу тебя отпустить, – со вздохом ответил свекор.

Сжимая в руках королевские дары, женщина понимала, что он отпускает её с миром. Проклятье, это было больше, чем она получила от родного отца в последний день на Родине. Закивав в знак благодарности, Альда не смогла произнести слов от комка в горле, как вдруг почувствовала объятья, которые не раз утешали её от случившихся бед на этой планете.

– Он жив, Альда, – тихо прошептал король ошеломительную новость. – Ты не погубила Зана, но он был очень плох.

– Но…

– Это было решением Эриала, чтобы ты так думала, – с сожалением произнес дон Эрнесто, выпуская её из своих рук. – Наказанием за покушение на него.

– Ваш сын повзрослел? – с печальной улыбкой уточнила принцесса Вако, чувствуя, как сердце вновь забилось в груди от мысли, что её любимый человек жив.

– Ему пришлось, – поджав губы, отозвался монарх. – Пока ты сидела взаперти, Эриал наконец-то понял, что корона – это в первую очередь ответственность.

– Спасибо, что сообщили мне о Зане, – сглотнув ком в горле, произнесла Альда.

– Мне не хотелось, чтобы это отягощало твою душу, дочка, – тихо произнес свекор, коснувшись её плеча. – Оставь все в прошлом и будь счастлива в новом доме.

Впервые с момента неудавшегося покушения женщина поняла, что на самом деле покидает Фарогос. Больше она не увидит цветущий королевский сад и не будет рассматривать придворных с высоты помоста. Больше не будет споров с Эриалом и заботы о благотворительных фондах Камильсаны. Не будет и случайных встреч с Заном, когда она могла наблюдать за ним издалека. Принцессе не верилось, что больше ничего из этого не будет.

Из челнока с Вако вышел капитан корабля, чтобы выяснить причину задержки, и прощание с Гаванью Фарогоса для Альды ускорилось. Женщина пыталась подобрать слова, чтобы хоть как-то объясниться, но их просто не было.

– Я все понимаю, – мягко произнес король. – И мне довелось полюбить, но счастье возможно лишь тогда, когда это совпадает с интересами государства, иначе никак. Женщина, которую я любил всю жизнь, недавно была казнена. Когда-то мне пришлось сделать выбор в пользу матери Эриала, как того требовала корона. Прошло полжизни, а она меня так и не простила. Так что я прекрасно знаю, что значит любить издалека, Альда.

– Поэтому вы рассказали мне о Зане? – тихо уточнила принцесса.

– Да, – задумчиво кивнул дон Эрнесто. – Жить и знать, что твой любимый счастлив, пусть и не с тобой, несравненно легче, чем осознавать, что он мертв по твоей вине. Эта история закончится здесь и сейчас, дочка. Тебя ждет другая жизнь и новые испытания. Отпусти Зана с легким сердцем.

– Я благодарю вас за всё хорошее, что вы сделали для меня, – с кивком произнесла Альда, признавая правоту его слов. – Вы всегда были мне опорой, больше чем кто-либо в этом мире.

Порывисто обняв свёкра в последний раз, принцесса Вако покинула Фарогос, прижимая к груди королевские дары. Уже в каюте челнока она узнала подробности своей дальнейшей судьбы и была в шоке от быстроты развития событий. Родной отец выслал за ней космолет отнюдь не для того, чтобы доставить на Вако, а чтобы препроводить на Даркраст, с которым заключил выгодный союз. Голографическая запись транслировала образ короля Вако, едва сдерживающего радость от этой новости. Отцу было наплевать, что чувствовала Альда, он торжествовал от удачно заключенного союза.

– По пути надо будет сделать остановку для генной модуляции, – продолжал вещать родитель. – Даркраст – планета, непохожая на Вако или Фарогос, так что твой нареченный любезно предоставил список изменений, которые ты должна пройти, прежде чем отправишься к нему. Даркрастиане намного крупнее нас, так что, думаю, тебе увеличат рост и что-то вроде этого. Вако очень повезло заключить эту сделку, и ты всегда должна это помнить. Конечно, по традиции первая брачная ночь происходит на территории невесты, но тут особый случай, как понимаешь. В общем, всегда помни, что ты – принцесса Вако, и не смей портить престиж королевства; видят Боги, ты и так осрамила нас, но я тебя прощаю.

Вот и всё, что сказал отец, даже не предполагая её возвращения на Родину. Король Вако просто сбагрил её новому союзнику, не скрывая радости от этого события. Во время полета Альда искала информацию о Даркрасте, и то, что она нашла, повергало в ужас. В её новом доме процветало рабство в прямом смысле этого слова, также планета слишком близко расположена к звезде и температура на поверхности была критической, из-за чего все постройки находились на глубине. В общем, жить Альде предстояло в рабском подземелье. Данная информация огорчала, но на самом деле женщина не чувствовала ничего. Все хорошее она оставила на Фарогосе, а после очередного предательства отца – совсем разуверилась в светлом будущем.

Остановка на технической станции была странной. Принцесса привыкла к королевскому обслуживанию, почтению или хотя бы к уважительному отношению, но была удивлена, когда командир корабля сообщил ей, что в этом месте их пути расходятся. После прохождения генной модуляции Альду должны встретить новые подданные. Принцесса в сопровождении одного охранника и своего багажа прибыла в местную медицинскую клинику, которая по сути была универсальным центром коммуникации. Сдав свои вещи на хранение, а она была приятно удивлена, обнаружив их на корабле, принцесса осталась ожидать своей очереди на генные процедуры.

Впервые за долгую жизнь женщина оказалась без свиты и сопровождения. Медцентр не был элитарным или суперсовременным, судя по той публике, что так же собралась в холле. Укутанная в темный плащ, Альда уже стала раздумывать над побегом. Имея в арсенале банковское железо, вполне можно зафрахтовать судно и купить участок на какой-нибудь отдаленной планете, занимаясь… А вот чем там заниматься – женщина понятия не имела. Она родилась в королевской семье и вышла замуж за принца, а теперь заочно стала супругой короля, хотя, кажется, на Даркрасте используют другой титул для правителя. Даже при наличии средств и шанса избежать этой судьбы, Альда понятия не имела, как прожить самостоятельно. Вспомнив всё, что прочла о новом мире, принцесса сглотнула ком в горле. Темница и рабство – это не то, о чем мечтают девушки из королевских семей. Когда женщина уже решилась на побег, ассистент лаборатории вызвал её для процедур.

Еще никогда так тяжело Альда не приходила в себя после генной модуляции. Голова болела, а дышать было как-то тяжело.

– Вам была проведена генная процедура по увеличению роста до указанных показателей, – услышала принцесса голос техника. – Улучшена ферментация желудка, укреплен скелет и мышечная масса, а также выполнены все манипуляции согласно полученным пунктам.

– Полученным пунктам? – морщась от яркого света, пробормотала Альда.

– Да, нам пришло сообщение о необходимых процедурах, когда была заказана услуга, – безразлично ответил лаборант. – Можете быть свободны.

Эта фраза напомнила принцессе, что она решилась-таки на побег, когда её пригласили в капсулу. Встать с медицинской кушетки было затруднительно, но женщина застыла на месте не от этого. Её тело изменилось и очень сильно. Во-первых, Альда стала заметно выше себя прежней и отныне имела ярко выраженные женские половые признаки, иными словами её скромная грудь теперь хаотично колыхалась из-за своих просто огромных размеров.

– Что это? – в шоке воскликнула принцесса, взглянув на техника.

– Таковы были указания от владыки Сверра, – спокойно отозвался работник лаборатории.

Охнув от непривычных ощущений, а также высоты собственного роста, Альда с трудом смогла накинуть свой просторный плащ, который еще мгновение назад окутывал её в несколько слоев. Обувь и остальную одежду пришлось нести в руках, ибо оставлять что-то свое чужим людям она была не намерена. Несмотря на неудобства и отсталость этой станции, ей все же оказали услугу по обмену обуви, и Альда обзавелась подходящими сандалиями, а вот платьев её размера у них не оказалось.

Мысли стали носиться в голове принцессы словно сумасшедшие. Новое тело было непривычным, рост был непривычным, да и новая жизнь не очень-то и нравилась женщине. Надо было срочно что-то делать, ибо то, что уже произошло, совсем не подходило ей. Где королевские почести? Где забота о супруге? Где, будь все проклято, хоть какая-то учтивость. Отец просто продал её, как ненужную вещь, а супруг уже относился пренебрежительно. Внешне спокойная Альда, укутавшись кое-как в плащ, сидела в просторном холле, раздумывая над дальнейшими действиями. Первое, что надо сделать – это забрать багаж. Там были припрятаны банковские накопители и прочие вещи. Женщина понимала, что оставаться тут опасно и в любой момент новый супруг может объявиться на горизонте, если не забыл о ней. Сменить внешность можно и на другой станции, а там уже никто не сможет её найти.

План удалось осуществить лишь наполовину, ибо, получив свой багаж, Альда раздумывала, каким образом доставить десять сундуков в док, да еще при этом найти какое-нибудь судно, не привлекая внимания. Внезапно её окружили высокие мужчины. Страх сковал принцессу, впервые почувствовавшую опасность враждебного мира.

– Нечасто на этой станции встречаются столь высокие женщины, – произнес низкий мужской голос с явной насмешкой. – Сдается мне, вы с Даркраста.

– Нет, вы ошиблись, – сглотнув ком в горле, отозвалась Альда, рассматривая говорившего мужчину. – Я никогда там не была.

Новый рост принцессы Вако можно было легко сравнить с мужским на Фарогосе, но не рядом с этими незнакомцами. Высокие и мощные, они легко подавляли любой порыв к бегству. Одетые по-космическому тепло, мужчины имели на плечах меховые плащи, которые топорщились во все стороны. Кажется животное, которое дало им этот мех, умирало в агонии. Даже на вид они казались жесткими и агрессивными. Выступивший вперед и ранее заговоривший с ней, главарь этой шайки дикарей бандитского вида вдруг усмехнулся и иронично произнес:

– Ну, значит, еще побываете, принцесса Альда.

В этот момент она поняла, что побег не удался и судьба принцессы больше не зависит от неё самой. Надо было бежать до того, как из неё сделали сексуальную куклу для этого варвара.

Глава 1

Порой жизнь похожа на трегунское дерьмо и все бывает в первый раз. Хотя Альда уже не новичок в плохих браках, но даже она не предполагала такого. Первая брачная ночь с владыкой Даркраста показала, что легко не будет. Надежда все еще теплилась где-то в глубине души, но едва женщина взошла на космическое судно нового супруга, отголоски реального положения дел стали бросаться в глаза. Молчаливые и угрюмые мужчины, что сопровождали её к кораблю, куда-то исчезли, а сама Альда очутилась в спальне.

– Раздевайся, – коротко бросил ей тот, кого она посчитала начальником охраны.

– Простите? – насмешливо уточнила женщина, не намереваясь распахивать свою единственную одежду.

– Я сказал: раздевайся, – снисходительно улыбнувшись, повторил нахал и уселся на одно из кресел.

– С какой это стати я должна выполнять ваши команды? – презрительно отбрила его бывшая принцесса Фарогоса, осмотрев с ног до головы.

– Я – твой супруг, Альда Вакийская, – медленно произнес огромный мужчина, продолжая наблюдать за ней. – Пред тобой владыка Даркраста, женщина.

Итак, это был он – её новый супруг. Грубый, диковатого вида варвар – её муж и повелитель. В первый момент женщина не поверила в это. Властитель целой расы, расположившейся на трех планетах, не мог выглядеть столь приземлено. На Фарогосе она видела более привлекательно одетых шахтеров, а тут целый владыка. Пока все эти мысли проносились в голове Альды, выражение лица Сверра едва заметно сменилось с насмешливо-заинтересованного на злобно-недовольное, но мужчина ничего не произнес, поднявшись на ноги. Внезапно их прервал стук в двери каюты, и даркрастианин резко ответил, чуть повернувшись к проему:

– В чем дело?

– Владыка Сверр, мы отбыли со станции и взяли курс домой, – глухо ответил голос из-за закрытой двери, окончательно развенчивая надежды Альды, что этот дикий мужик не её законный муж.

– Прекрасно, – отмахнулся он. – Сообщишь, когда прибудем.

Сглотнув ком в горле, женщина пала духом. В очередной раз судьба посмеялась над ней, подсунув чудовище в мужья. Усмехнувшись про себя, Альда лишь сделала глубокий вдох и раскрыла магнитные замки плаща, представ перед ним в чем мать родила. К слову, королева Вако произвела на свет дочь в ином виде, но это уже давно забытое прошлое. Сейчас гордая женщина стояла перед мужчиной, который начал медленно кружить вокруг Альды, свободно разглядывая её новое тело.

– Расскажи мне о своем первом браке, – вдруг произнес Сверр, одним пальцем касаясь её бедра.

– Не желаю, – мрачно ответила женщина, задрав голову выше, но взгляд от пола не оторвала.

– Разве я спросил, желаешь ли ты этого? – насмешливо парировал владыка. – О покорности в прошлом союзе ты очевидно не слыхала.

– Отчего же, – возразила Альда, едва заметно дернув правой бровью. – Весьма приятное качество среди подданных.

Остановившись позади, мужчина по-хозяйски обхватил её за бедра и, наклонившись, произнес на ушко:

– Отныне я твой господин и ты должна повиноваться мне.

Этот нахал не нравился Альде, и чем больше они находились наедине, тем глубже она в этом убеждалась. Словно хищник, он кружил вокруг своей добычи, а уж эти поглаживания и прикосновения вообще не пришлись ей по душе. Лишь одному мужчине она позволила так касаться её, да и то очень давно.

– Господин? – уточнила Альда, иронично хмыкнув. – Мне казалось, что союз с Вако основан на брачных узах, а значит я – владычица Даркраста.

Мужские руки исчезли с её бедер, позволив выдохнуть нервное напряжение. Неизвестность и страх сковали женщину, но показывать эти чувства она не планировала. Внезапно появившийся перед ней Сверр тихо произнес:

– На моей планете есть только один властелин – это я. Твоя же роль сводится к двум простым функциям: родить наследника и ублажать по мере необходимости, не более. Кем бы ты ни являлась и какие бы титулы ни носила, отныне будешь повиноваться мне.

Тяжелый мужской взгляд требовал безоговорочного подчинения, но гордая принцесса никогда не склоняла головы перед нахалами и грубиянами, какими бы всесильными они себя не мнили.

– Эти две простые функции способна выполнить любая из женщин, – насмешливо отозвалась Альда, взглянув ему прямо в глаза. – Достойной на Даркрасте не нашлось? Или никто не согласился разделить с тобой ложе?

– Не строй из себя глупышку, – язвительно хмыкнул он. – Ты знаешь законы Королевской крови и сама давно являешься частью этой системы. Неужто я бы потратил столько железа на этот союз, если бы мог обойтись и так.

Закон гласил, что лишь наследники королевских кровей считаются истинными и их право на трон нерушимо. Именно поэтому заключались династические союзы и путем браков сохранялся баланс сил. Если правящие семьи свергались, то новых королей могли не признать в Высшем совете и планета исключалась из всех альянсов, пока в течение почти сотни циклов новая королевская династия не подтверждала свое право считаться достойной. Многие миры так и гибли в междоусобных войнах, без возможности на равных вести торговлю в космосе. Лишь те, кто мог удерживать власть на своей планете, считался достаточно надежным для заключения любых сделок. Если правитель заключал союз с другой династией, то его статус значительно повышался в любом из космических альянсов.

– Уплаченная цена определяет мою стоимость? – внутренне похолодев, уточнила Альда. Отец вновь навесил на её шею бирку с суммой железа.

– Сделка была интересной, – хмыкнул новый супруг.

– Полагаю, правитель Вако высоко оценил свою дочь, – чуть вскинув одну бровку, прокомментировала она.

– Весьма, – поморщившись, отозвался Сверр и тут же мрачновато добавил. – И именно поэтому я жду от вас покорности.

– Вам описали меня как «покорную»? – насмешливо и бесшабашно поинтересовалась Альда.

Вся ситуация, где она стоит обнаженной перед незнакомым мужчиной, смущала до ужаса, но женщина усилием воли заставила себя отбросить этот факт. Каждый вдох сопровождался волнением объемной груди, и лишь длинные волосы скрывали её от жаждущих глаз.

– Я не столь наивен, – мягко усмехнулся владыка Даркраста. – Мне известно, где и как ты провела последние тридцать циклов, а также за что была изгнана. Не думай, что я окажусь таким же идиотом, как принц Фарогоса.

– Значит, вы уже составили свое мнение обо мне и моем прошлом? – чуть прищурившись, усмехнулась Альда.

– А какое мнение могло сложиться о женщине, которая имела полсотни женихов и выбрала самый выгодный союз? – насмешливо уточнил Сверр, все еще медленно кружа вокруг неё. Появляясь и исчезая за плечом, этот мужчина продолжал рассуждать о былом. – Прожила в достатке и неге, отказываясь дать наследника королевской династии, и в итоге задумала уничтожить её?

– Однако, – чуть удивленно произнесла женщина, поняв, что он знает слишком много. – Очевидно, что моя репутация оставляет желать лучшего, так к чему вам союз с такой женщиной? Тем более представительницей почти разорившейся планеты?

– Даркраст богат сам по себе и не нуждается в сильном союзнике, – медленно растягивая слова, ответил владыка. – А вот без чего не обойтись ни одной династии, так это женщина с королевской кровью. Таких в ближайших семи галактиках не так уж и много. Подавляюще большинство принцесс еще слишком малы для моих целей в ближайшее время, да и все как одна просватаны. Так что ваше появление сродни чуду, а Вако не такой уж и плохой союзник.

– А ваша цель, конечно же…

– Наследник, – подсказал Сверр, остановившись прямо перед ней. – Как и каждый правитель, я в первую очередь заинтересован в укреплении своего трона и рода.

– С чего вы решили, что я способна родить сына? – прищурившись, уточнила Альда, почувствовав, что у владыки закончилось терпение. В этот момент она ощутила, как волосы на затылке встали дыбом и ужас сковал тело. Взгляд мужчины едва уловимо сменился и потемнел, заставив Альду оцепенеть.

– Я послал в лабораторию предельно четкие указания, какие именно нюансы хочу видеть в своей супруге, – произнес Сверр, сделав шаг к ней.

Инстинктивно женщина сделала такой же шаг назад, отступая прочь.

– Помимо роста и волнующих изгибов я распорядился о проверке на фертильность, – продолжал наступать владыка, словно зверь, загоняющий свою добычу. – Меня уверили, что с этим не возникнет проблем.

В этот момент Альда почувствовала, что отступать больше некуда, её ноги уперлись в мягкий бортик ложа. Не отрывая взгляда от глаз Сверра, новобрачная четко понимала, что вот теперь у неё по-настоящему начались проблемы. Этот мужчина не был похож на Эриала или кого-то, кого она знала раньше. Владыка Даркраста был предводителем дикарей и очевидно первым среди них. Осознание захлопнувшейся ловушки мгновенно дошло до Альды, и женщина ослабла на мгновение, усевшись пятой точкой на довольно жесткий матрац. Очевидно, что Сверр прочел на её лице растерянность и посчитал это за покорность. Самодовольный мужчина вдруг стал медленно раздеваться, вальяжно сбрасывая свои варварские шкуры с плеч, а за ними и остальное. Альда была настолько поражена происходящим, что не совсем понимала, зачем он это делает.

– На моей планете женатые мужчины не раздеваются сами – это обязанность супруги, – продолжал наставлять её Сверр, оставшись перед ней обнаженным по пояс.

Осматривая его мощную и весьма рельефную фигуру, Альда с каждым мгновением все больше хмурилась. Темная, красновато-медная кожа даркрастианина лишь подчеркивала его силу, но в данный момент женщина больше испытывала страх, смущение и ужас, а не то, что обычно должна ощущать невеста. Широкий простой пояс развязывался сзади и легко отлетел в сторону, пока Сверр продолжал нависать над Альдой. Тяжело дыша, женщина практически приблизилась к панике, когда новый супруг, сняв сапоги, занялся старомодными пуговицами на брюках.

– Я… Я не уверена, что все должно происходить именно так, – сглотнув ком в горле, произнесла она, пытаясь хоть как-нибудь замедлить события.

– Неужели фарогосиец был настолько плох, что ты даже не знаешь, как все бывает? – насмешливо поддел её Сверр, отбрасывая последний предмет одежды в сторону и выпрямляясь во весь свой немалый рост.

Окинув его быстрым взглядом, Альда заметила необычность в районе мужского паха. Начиная от пупка, вниз, острым клином, спускались десятки маленьких пузырьков. Вряд ли он чем-то болел, скорее это был нюанс анатомии даркрастиан. Пупырышки не покрывали ноги или бедра, сосредоточившись на мужском достоинстве. Кстати, весьма скромных размеров, для такого крупного дикаря. Озадаченно разглядывая пузырьковое хозяйство, Альда мрачно уточнила:

– Это так должно быть?

– Никогда раньше не встречала подобного? – иронично парировал Сверр, спокойно реагируя на недоумение супруги.

– Я принцесса – натура утонченная, – язвительно бросила женщина. – Где бы мне посчастливилось увидеть обнаженных даркрастиан?

– Ходят слухи о всяческих оргиях на Фарогосе, – хмыкнул мужчина и тут же заставил её охнуть от неожиданности, повалив на кровать и вольготно улегшись сверху.

Альде совсем не понравилось, как стремительно стали развиваться события. Стараясь хоть как-то отсрочить неизбежное, она попыталась отпрянуть подальше, но получилось не особенно удачно.

– Вам бессовестно лгали о нравах этой планеты, – пробурчала женщина, упираясь ладошками в мужские плечи.

– А то, что я слышал о принце Эриале? – насмешливо уточнил Сверр, свободно продолжая удерживать её своим весом.

– О чем вы? – замерла Альда, прищурившись.

– Говорят, что наследничек ювелирной планеты больше любит члены, чем какая-нибудь из бордельных шлюх, – нахально высказался новый супруг, чуть сдвинувшись и располагаясь сбоку от неё, но крепко держа добычу в руках.

– Во-первых, я не собираюсь распространяться о бывшем муже, а во-вторых, полагаю, никто из обитательниц подобных мест не любит своих клиентов. Это какой надо быть идиоткой, чтобы наслаждаться изнасилованием, – едва сдерживаясь от гнева, произнесла женщина, все еще пытаясь максимально отодвинуться от наглеца.

– Неужто его совсем не привлекала плотская сторона брака? – продолжал свои насмешки Сверр, крепко прижимая её к себе.

В этот момент некая догадка проскользнула в мозг Альды и она иронично уточнила:

– Почему мы говорим об Эриале? Или он тебя интересует больше чем я?

– Не стоит так волноваться, – мрачновато и язвительно ответил даркрастианин. – В моей постели обитают только женщины.

Одновременно со сказанным Альда почувствовала, как удерживающая её на месте рука сместилась к пояснице и еще ниже, без слов намекая на консумацию брака. Тревога, которую женщина сдерживала все это время, вновь охватила душу, но что-то в глазах нового супруга заставляло задерживать дыхание и замирать.

– Ты когда-нибудь сосала член, Альда? – насмешливо уточнил Сверр.

– Не доводилось, – мрачно отозвалась она и тут же добавила. – Полагаю, вы поделитесь собственным опытом?

Лишь когда эти слова покинули её уста, Альда осознала, что произнесла и как они задели мужчину, ибо даркрастианин заметно изменился в лице. Если раньше любопытство преобладало в Сверре, то теперь гнев без особого труда читался в прищуренных глазах. Все произошло в мгновение ока. Поглаживающая рука тут же стала грубой, а супруг легко преодолел сопротивление и оказался сверху, стремительно овладев. Проникновение не было болезненным, но все же Альда почувствовала бесчисленные пупырышки. Поморщившись от странных ощущений, она предпочла отвернуться, желая отгородиться от всего происходящего.

– Если ты думаешь, что я в чем-то похож на твоего предыдущего муженька, то сильно ошибаешься, – прошипел в самое ухо Сверр, начиная размеренное движение. – Советую научиться думать, прежде чем открывать свой рот, а лучше не раскрывать его вовсе!

– Ну, кое для чего мой рот все же пригодится, да? – рявкнула Альда, пытаясь оттолкнуть наглеца от своего лица и вывернуться из захвата. – Можешь не обольщаться! У меня отличный набор зубов!

– Которого ты легко можешь лишиться, – с прищуром, отозвался мужчина, хватая её за волосы. – Ты еще не поняла, что игры закончились? Ты больше не на Фарогосе, замужем за безвольным дураком. Ты принадлежишь Даркрасту и будешь делать все, что я пожелаю, Альда.

В этот момент она замерла и прекратила сопротивляться, поняв, что он прав. Что толку от бунта, если положения сейчас не изменить? Стоит ли сразу конфликтовать со Сверром или же попытаться извлечь из этой ситуации выгоду?

– Молодец, – хмыкнул новый спутник жизни, ободрительно кивнув.

Разыгрывать из себя ласковую женушку прямо сейчас было бы глупо, но Альда решила, что не будет отталкивать его. Её расположение на карте изменилось, и теперь надо попытаться сосуществовать в новой системе координат. Движения Сверра возобновились, но стали мягче. Закрыв глаза, женщина сжала зубы, стараясь успокоить свой гнев. Внезапно Альда поняла, что что-то не так. С каждым вторжением она задерживала дыхание и морщилась от чувства переполненности. Распахнув глаза, принцесса взглянула в мелькающее пространство между телами и поняла, что стало приносить дискомфорт. Пупырышки раздулись, увеличивая Сверра там, где ей не очень этого хотелось. Заметив насмешливое выражение лица своего нового супруга, Альда лишь сильнее стиснула зубы, отказываясь высказываться о том, что чувствовала. Помимо злости, женщина едва сдерживала гнев и желание врезать муженьку по физиономии. Секс не приносил удовольствия, но тело реагировало так, как он хотел. Принцесса прекрасно ощущала влагу, которая обильно орошала промежность и облегчала тесное скольжение, а также эти проклятые пузырьки, из которых состояло мужское достоинство или скорее уж самодовольство. Закрыв глаза, женщина всей душой желала, чтобы все это быстрее закончилось.

Спустя несколько часов, когда в каюте стало совсем тихо, Альда едва дыша лежала рядом со спящим Сверром и, сцепив зубы, смотрела в потолок. Первая брачная ночь обернулась новым испытанием для принцессы, а ведь в последний раз у неё был полноценный секс очень давно. Хоть она и жила с Эриалом в одних покоях, но предыдущий супруг любил допоздна задерживаться неизвестно где, но стоило ему переступить порог спальни, Альда поднималась на ноги и занималась своими делами. По сути, они хоть жили вместе, но редко пересекались, изображая королевский союз на публике. Альда не простила Эриала за то, как начался их брак, да и как все было позже тоже мало походило на идиллию. И сколько бы фарогосийский принц не извинялся, женщина не смогла переступить через себя и пойти на мировую. Со временем они нашли общий язык и пришли к выводу о важности сохранять видимость крепкого союза, но принцесса навсегда закрыла все пути к примирению. Покуситься на Эриала было ошибкой, и Альда прекрасно знала, что рискует всем. Череда опрометчивых решений привела её на новое брачное ложе к дикарю. То немногое, что узнала принцесса о Даркрасте, – ужасало, а чего реально ждать от нового мира женщина не знала.

Лежащий сейчас рядом мужчина пугал Альду. Она сознавала, что сильно зависит от него и совсем не знает, какую судьбу он готовит для неё. Как и любой представитель правящего дома, Сверр хочет наследника, а что еще? Хотя на этот вопрос тоже есть ответ, ибо в данный момент женщина ощущала физическое и духовное опустошение. Новый супруг выжал её до последней капли, прежде чем насытился. Если так продолжится и дальше, Альда вполне способна ответить гневом и злостью, которые едва сдерживала с момента знакомства с владыкой Даркраста. Она всегда знала, что Боги не наделили её терпением или сдержанностью, и, очевидно, именно эти качества ей будут необходимы, чтобы выжить на новой Родине.

Сколько времени ушло на полет к сектору Даркраста, Альда не знала и казалось, что прошла вечность. Сверр не вел с ней задушевных бесед, покидая каюту, едва она прекращала его интересовать как женщина. Владыка присылал ей безвкусную космическую еду и возвращался лишь за новой порцией секса и сна. Достаточно быстро принцессе опротивела и эта еда и этот досуг, а в особенности новый муж. Едва заметив огромный каменистый пейзаж в небольшое окошко, Альда вздохнула с облегчением, но оно длилось недолго, ибо, накинув свою единственную одежду на плечи, она услышала голос Сверра:

– Плащ оставь здесь.

– Простите? – вскинув одну бровку, уточнила женщина, намекая на абсурдность его слов.

– Ты услышала меня, – насмешливо парировал мужчина, занятый при этом застежками собственных сапог.

– Что-то я не разглядела приготовленных для меня одежд, – кисло бросила Альда, все еще собираясь покинуть каюту в плаще.

– Их нет, – спокойно отозвался Сверр, поднимаясь на ноги и подходя ближе. – На Даркрасте женщинам не позволяется носить одежду.

– Шутка не из приятных, – неприязненно ответила принцесса, с прищуром глядя на большого мужчину.

– А я и не шутил, – легко пожал плечами владыка. – Единственное, что позволено носить женщинам – вот это.

В этот момент Альда заметила в руке Сверра нечто, что никогда прежде ей не приходилось встречать вживую, и тем более примерять на себя. Ошейник. Из толстого и грубого черного железа с длинной цепью, тянущейся куда-то вниз. От неожиданности и шока женщина отшатнулась в сторону, но Сверр успел поймать её и ловко надел отвратительный предмет, громко защелкнув магнитный замок.

Смятение и еще сотня непонятных чувств охватили Альду, заставив застыть в оцепенении на месте. Мужчина спокойно отошел в сторону, пока она постигала новую реальность.

– Не заставляй меня самому снимать с тебя эту тряпку, – чуть поморщившись, произнес Сверр. – Она меня изрядно злит, а ты явно не захочешь узнать, какой я в гневе.

Тяжело дыша, принцесса во все глаза смотрела на мужа и не понимала, что вообще творится вокруг.

– Через несколько минут мы начнем спуск на поверхность Даркраста, – спокойно вещал он дальше. – Советую быть готовой к этому моменту. Иначе мне придется преподать тебе первый урок прямо здесь.

– Ты забыл, кто я? – прошипела Альда, все еще отказываясь поверить в происходящее.

– Нет, но, очевидно, ты забыла, кто я, – вкрадчиво парировал Сверр, указав пальцем на иллюминатор. – Это не Вако и не Фарогос, это Даркраст, а я твой владыка и моё слово – закон. И те, кто об этом забывают, очень горько об этом жалеют.

Произнеся последнее, мужчина покинул каюту, оставив принцессу наедине с мыслями. Неужели он имел в виду именно то, что поняла Альда? Сверр угрожал ей расправой? Медленно осев на мягкую кушетку, укрепленную под окошком, женщина по-новому взглянула на приближающуюся планету. Дикарь во главе целого мира с варварскими нравами. Как она выживет здесь? И сможет ли это сделать?

Глава 2

От плаща пришлось избавиться, как бы ни хотелось оставить его при себе. Сбросив теплую и изысканную белую ткань на пол, Альда запустила руку в тугой узел волос на затылке. Отсутствие заколок не смутило принцессу, длина копны легко позволяла собрать густую гриву в простую прическу, что она и сделала накануне. Теперь тяжелые локоны заструились по спине, скрывая женщину до талии. Перекинув часть волос вперед, Альда распределила их таким образом, чтобы хоть что-то спрятать от чужих взглядов. Сердце колотилось будто сумасшедшее, а разум отказывался верить в происходящее.

«Нет-нет! Это все неправда! Как такое возможно?!» Мысли судорожно носились в голове, лишая присутствия духа. Растерянно осмотрев опустевшую каюту, принцесса глубоко вздохнула. «Так не пойдет. Надо собраться! Я не впервые начинаю новую жизнь. Боги, пусть в этот раз будет лучше!» Едва эти слова возникли в голове Альды, женщина тут же горько усмехнулась. В её положении про «лучше» можно и не заикаться, особенно с учетом нового украшения, которое отяжеляло шею. Сглотнув ком в горле и вскинув голову выше, она решительно направилась к выходу и смело вышла навстречу новой жизни.

– Я думал вы никогда не решитесь покинуть каюту, – вдруг насмешливо произнес Сверр, который ожидал её за дверью.

– Вы полагали, что я струшу и вам придется силой волочь меня? – процедила сквозь зубы Альда, внутренне похолодев от присутствия других воинов, которые спокойно выстроились двумя рядами вокруг них, не обращая внимания на отсутствие одежды на новой владычице.

– Что-то вроде того, – вкрадчиво ответил супруг, склонив голову на бок. – Хотя я наслышан о вашей смелости. Готовы увидеть свой новый дом?

– Это будет хотя бы дворец? – съязвила женщина, почувствовав волну злости, которая придала ей сил. – Или вы преподнесете мне кирку, чтобы я сама расширяла свои покои при случае?

– Все зависит от вас, – приподняв брови, спокойно ответил Сверр и тут же ухватил болтающийся конец цепи, которая тянулась от её ошейника.

Магнитный замок, быстро щелкнул на поясе мужчины, приковывая Альду к мужу, что наглядно расставляло всех по местам. Он – хозяин, а она – его собственность. Мерзкий холодок пробежался по телу, заставляя женщину вздрогнуть и замолчать.

– Не волнуйтесь, это временно, – отозвался Сверр, очевидно заметив, как она притихла, но едва Альда подумала, что цепь лишь какой-то дикарский ритуал и далее всё исчезнет вместе с ошейником, супруг продолжил. – Вы не всегда будете прикованы ко мне.

Услышав последнее, женщина окончательно пала духом, теряя надежду на что-то хорошее. Значит цепь и ошейник останутся, и лишь иногда она будет прикована к чему-то иному. Стулу? Может столбу? Заполонившие мозг картинки были одна ярче другой, но все пришлось забыть, едва Сверр двинулся вперед. Охрана сделала шаг одновременно со своим владыкой, и лишь Альда замешкалась, впервые почувствовав натяжение проклятой цепи. Их путь лежал к пристыкованному челноку, так как планета не имела космопорта на орбите, как иные состоятельные империи. Принцесса старалась не смотреть по сторонам, ибо постоянно натыкалась на заинтересованные взгляды окружающих. Чем дольше они шли, тем сильнее кипела от негодования Альда, ей все больше казалось, что нагота это ничто иное как издевка Сверра, чтобы унизить. Если на планете все женщины лишены покровов, то какого хрена они так пялятся на неё?!

Даркраст оказался хуже всех тех слухов и домыслов, что Альда успела найти в общегалактических источниках. Для начала женщина едва не умерла от страха во время спуска на поверхность. Челнок мотало и кидало в разные стороны, но мужчины не выказывали и толики удивления, одна лишь Альда, намертво схватившись за собственное кресло, пыталась не закричать от ужаса.

«Мы сейчас умрем, а эти имбецилы ничего не делают!» – панически размышляла женщина, когда челнок вновь тряхнуло в воздухе. «Будь проклят тот миг, когда кто-то решил, что этот кусок камня может оказаться полезным!!! Я не желаю умирать в проклятой жестянке по вине косорукого пилота!» В этот момент Альда краем глаза заметила улыбку Сверра и тут же повернула голову в его сторону, чтобы убедиться, что ей это только кажется и коронованный болван не потешается над их висящими на волоске жизнями. Но нет! Этот дикарь и вправду чуть заметно улыбался. Отлично, она вышла замуж за идиота!

– Даркраст добывает и продает гравитационные камни, – с усталым вздохом отозвался Сверр, когда глаза Альды почти выпали из отбит от очередного крутого виража. – Поэтому и собственное поле планеты такое неустойчивое. Плюс магнитные вихри сегодня разбушевались, но вам не стоит волноваться, пилот у нас опытный.

В ответ, новая владычица этих богатств смогла лишь сильнее сцепить зубы, чтобы не завизжать от очередного пируэта челнока. Закрыть глаза было так себе идеей, так как в этот же момент пришло чувство тошноты. Спуск продолжался до кошмарного долго, а пристегнутые воины спокойно сидели на местах, не обращая внимания на чудовищную тряску и турбулентность. За всю свою жизнь Альде еще не доводилось испытывать таких отвратительных полетов. Едва челнок сел на поверхность, она заметно выдохнула скопившееся напряжение и стресс. Мгновенная задержка и открылся входной шлюз, чтобы выпустить прибывших в своеобразный ангар, где припарковался раскаленный от спуска шаттл. Альда щурилась от яркого света ближайшей звезды, пытаясь успеть за широкими шагами Сверра.

Воздух был сухим и горячим, так что дышать удавалось с трудом, но в данный момент она смотрела на гористую поверхность планеты, которую легко можно было наблюдать через широкий проем ангара. Посадочная полоса, заканчивалась прямо здесь же, и принцесса, окинула взглядом огромное помещение, где спокойно располагались десятки похожих челноков. Тут же рабочие уже спешили к ним, но к удивлению Альды промчались мимо и занялись шаттлом, на котором они прибыли. Космический челнок проворно подцепили и потянули в сторону, где раскрасневшийся корпус подвергли настоящему душу из вязкой жидкости с неприятным запахом. Лишь осторожные кивки и опущенные взгляды местных обитателей говорили, что прибыли важные персоны, и вновь принцесса ощутила на себе заинтересованные взгляды. В какой-то момент этого жуткого полета, Альда забыла, что осталась без своих одежд, но тут же вернулось чувство неловкости. Глубоко вдохнув горячий воздух Даркраста, она вновь сжала зубы сильнее, приказав себе не обращать внимания на чужое любопытство.

Достаточно быстро Сверр повел её и всю охрану к расчищенному участку. Воины, так же соблюдая дистанцию и ровный строй, расположились по бокам от своего владыки и его супруги, когда внезапно эта площадка пришла в движение и стала медленно опускаться вниз. Альда сдержала порыв вскрикнуть и лишь дернулась от неожиданности, устояв на месте. Что ждало внизу – женщина понятия не имела и честно признавалась себе, что страшится новой жизни. Едва свет звезды стал исчезать, она обернулась, чтобы успеть увидеть последние лучи, не зная, когда еще доведется насладиться такой роскошью, ведь жить теперь придется во тьме.

Двигаясь почти бесшумно в толще породы, платформа быстро достигла широко открытого пространства, и Альда вновь едва устояла на ногах, пытаясь окинуть взглядом весь свой новый мир. Необычный транспорт медленно проплывал над глубокими пещерами и сотнями парящих лестниц и платформ. Их прибытие взбудоражило этот улей, и принцесса заметила множество открывающихся дверей, расположенных в стенах. Облегчение читалось на лицах народа, вышедшего встречать своего владыку, но внезапно она поняла, что видит только мужские лица. «А где?» – едва успела подумать Альда, когда платформа приблизилась к огромной площадке, которую она лишь сейчас заметила. Застывшее в невесомости широкое ровное плато было украшено колоннами и пьедесталом, на котором возвышался массивный трон. Жители этой глубокой пещеры стали стекаться на платформы поменьше, а на главной их уже ожидали мужчины, очевидно, считавшиеся знатью этого мира, но в данный момент новая соправительница Даркраста в шоке смотрела на иное. Женщины. Три десятка обнаженных девушек в одинаковых ошейниках были прикованы к высоким колоннам. Длинные цепи позволяли им свободно сидеть и стоять, так же ожидая прибытия своего сюзерена.

Альда была в шоке, но виду не подала. За долгую жизнь ей не раз приходилось держать «лицо» перед подданными, но впервые женщина была в столь неприглядном положении. Стараясь ровно и глубоко дышать, принцесса Вако сглотнула скопившуюся горечь во рту и гордо вздернула голову выше. «Бриллиант – всегда бриллиант, даже в окружении огромных стекол!» – слова матери вновь зазвучали в голове Альды, придавая сил, хоть их осталось совсем немного. Принцессу еще трясло от полета и обретения ошейника, а отсутствие одежды доводило практически до истерики, но всё это меркло в сравнении с тем шоком, который она испытала, увидев положение этих бедняжек. Собственное будущее стало на глазах погружаться во мрак и беспросветную тьму, как и эта дыра.

Стряхнув тяжелое настроение, женщина решила взглянуть на всё с ноткой оптимизма. Должно же быть хоть что-то хорошее в этом мире камней и рабства? Оглянувшись, насколько позволяли высокие воины, все так же молчаливо стоящие на страже, Альда разглядела множество светильников, щедрой россыпью установленных на стенах этой шахты. «Ну, да. Если они добывают камни, то это, наверное, и есть шахта» – со вздохом подумала она. – «Боги, вот я и в пещере». Света было достаточно, чтобы не споткнуться о собственные ноги, но все же он не мог полноценно заменить звездные лучи. Сотни темных закоулков легко угадывались в многочисленных проемах, неизвестно куда разбегающихся по стенам тут и там. Некоторые имели двери, а иные и расчищенные площадки перед жилищами, но зияющая темная дыра под ногами вызывала лишь страх и ужас своей глубиной. Альда видела десятки дверей внизу на стенах и такую же россыпь светильников, а вот дна разглядеть не смогла.

Когда платформа, на которой они продолжали стоять, достигла главного плато, принцесса уже почти смирилась со своей участью. Груз прошлых поражений в этот момент как никогда давил на обнаженные плечи, и все происходящее она приготовилась принимать, как наказание. «За ошибки надо платить» – промелькнула шальная мысль в голове, и, еще раз оглядев прикованных у колонн девушек, Альда поникла еще больше. «Судя по всему цена моей ошибки будет космической». Так, с невеселыми думами, женщина и не заметила, что оказалась у самого трона Сверра, рассчитанного только на одного. Принцесса замешкалась, ибо, как действовать в этой ситуации, не понимала. На Фарогосе у неё было персональное место, показывающее её положение без слов. Теперь же она была супругой владыки Даркраста, но говорить о собственном статусе сейчас было бы излишне. С ошейником и без одежд. В этот же момент муженек спокойно уселся на свой варварский трон, больше смахивающий на глыбу камней, которая к тому же чуть парила над полом.

– Внимание всем присутствующим! – громко произнес Сверр, грубовато обхватив Альду за бедра и бесцеремонно усадив женщину к себе на колени. – Хочу представить вам новую хозяйку моего дома и сердца – принцесса Вако – Альда. Отныне она ваша госпожа и моя дражайшая супруга. Прошу любить и жаловать.

Последнее Сверр произнес с легким оттенком пренебрежения в голосе и, глядя на супругу, которая от таких грубых захватов и всеобщего внимания оцепенела, сидя на правом бедре этого дикаря, который понятия не имел о приличиях и том, как именно надо обходиться с особами королевских кровей. Обида, стыд и унижение затопили Альду, но она выпрямила спину и, расправив плечи, осталась недвижимой, пока новые подданные продолжали изучать голую принцессу.

Первыми отреагировали прикованные девушки, а точнее одна из них. Высокая блондинка склонила голову, сложив руки в молитвенном жесте.

– Приветствуем вас, госпожа, – негромко произнесла она, и эти слова подхватили остальные бедняжки.

Мужчины же проскандировали иначе:

– Слава владыке Даркраста!

– Пусть Боги благоволят вам!

– Благодарю, – спокойно ответил владыка Даркраста и тут же продолжил, не обращая внимания на застывшую в шоке Альду. – А теперь хочу услышать ваши отчеты за то время, пока меня не было. Танер Граулера – вы первый.

Толпы из простого народа собиравшиеся на площадках поменьше, стали потихоньку разбредаться по своим жилищам; прикованные девушки все еще рассматривали новую госпожу, а из тех, кто приветствовал их у трона, отделился высокий грузный великан и выступил вперед.

– Владыка, мы выполнили ваши указания по добыче необходимого количества камня. Это далось нелегко, но сектор Граулер справился.

– Потери? – строго спросил Сверр.

– Восемь машин потребовали ремонта, мы смогли отремонтировать три, – отчитался великан, чуть склонив голову. – Сейчас нам бы не помешала помощь и…

– И? – настороженно уточнил Сверр, вдруг сильнее сжав нежную кожу на женском бедре.

– Мы просим предоставить нам медицинскую капсулу для лечения пострадавших, – признался управляющий. – У нас произошла авария и несколько рабочих получили травмы, а также в секторе уже почти цикл бушует инфекция.

– Вы получите капсулу и ремонтную бригаду, но в дальнейшем лучше следите за оборудованием, я недоволен такими ситуациями, – чуть помолчав, ответил владыка. – Следующий – танер Тверлока.

Сидеть на чужих коленях, сохраняя ровную спину, не слишком комфортно, но Альда старалась не терять достоинства, насколько это было возможно. Несмотря на все шокирующие события, принцесса отметила про себя, что отчитывались шестнадцать мужчин, называемые «танер», что очевидно означало «управляющий» или что-то типа того. Они спокойно выступали друг за другом, с позволения правителя, и их речи были в значительной части однообразны. Сообщали о выполненном задании по норме добычи камней, жаловались на поломки и потери на производстве, некоторые просили медицинские капсулы, хотя Альда думала, что лаборатории должны быть повсеместно. Также танеры отчитывались о количестве рабочих и требуемом продовольствии. Неожиданное случилось, когда с отчетом предстал последний из управляющих. Он говорил то же, что и все остальные, но, глядя на него, владыка почему-то хмурился.

– Я хочу услышать о нападении на Храм, – вдруг резко спросил Сверр, напрягшись.

Взгляд танера заметался, и мужчина сглотнул ком в горле.

– Нападение, владыка? – переспросил он. – О каком нападении идет речь?

– О том самом нападении, про которое я не должен был узнать, танер Хайлара, – зло процедил владыка, не шевельнув и пальцем, но все вокруг заметно напряглись, а с ними и Альда.

– Владыка, прощу пощады, – тяжело дыша, произнес танер. – Клянусь богиней Ивран, все виновные понесли наказание.

– Все ли? – снисходительно уточнил Сверр.

– Я казнил всех, кто напал на женщин, – уверенно произнес управляющий, смело взглянув на своего владыку.

– А как же тот единственный, которого ты пощадил? – с укоризной спросил властелин Даркраста. – Я имею в виду твоего сына, танер Хайлара.

Эти слова заставили напрячься всех присутствующих. Даже Альда понимала, что ситуация складывается нехорошая, ибо мужчины, все как один, нахмурились и шагнули в стороны от управляющего Хайлара. Держащий ответ мужчина заметно занервничал и стал часто моргать. «Виновен» – подумала Альда неосознанно, стараясь быть максимально отстраненной от происходящего перед глазами. Женщину все еще очень сильно волновал факт собственной наготы, чтобы задумываться о судьбе незнакомого человека, который к тому же покрывал преступника, кем бы он ни был.

Внезапно Сверр поднялся, и Альда, чтобы не упасть на пол, также вскочила на ноги. Одним движением владыка отстегнул магнитный замок с соединяющей их цепи и шагнул ближе к танеру. Женщина осталась стоять у трона, не понимая, что происходит, но верная стража, словно безмолвные тени, последовала за своим предводителем.

– Говори, – спокойно и даже мягко произнес Сверр, медленно приближаясь к управляющему Хайлара.

– Владыка, я сказал правду, – напряженно ответил танер. – Мой сын невиновен. Его не было среди нападавших. Я не знаю, кто рассказал вам о случившемся, но он соврал.

– Врать своему повелителю – тяжкий грех, – произнес хозяин этих скал и тут же недоуменно добавил. – А ты продолжаешь это делать, глядя мне в глаза?

– Клянусь Богами, это не так, – взволнованно протараторил мужчина.

– Как легко ты клянешься Богами, зная, что произносишь ложь, – склонив голову на бок, сказал Сверр и тут же, выпростав руку, схватил огромный меч с пояса одного из стражников.

Альда никогда не видела казни. Это зрелище не для королевских особ женского пола, но то, что произошло на её глазах, потрясло принцессу. Еще мгновение назад на площадке перед троном отчитывались управляющие, и единственное, что заботило женщину, это отсутствие одежды, но спустя миг на пол упало что-то тяжелое с отвратительным влажным всплеском. Кровь хлынула практически фонтаном и залила все вокруг Сверра. В этот момент Альда оцепенела от ужаса, и слова владыки стали новым шоком.

– Наследник танера прячется на нижнем уровне сектора, среди рудокопов. Найти и привести ко мне. Советники Хайлара!

Тут же из толпы вышли вперед трое мужчин и несмело приблизились к своему повелителю, пока двое из стражи уносили останки их управляющего.

– Ваш танер совершил проступок и понес за это справедливое наказание. Его наследник совершил преступление против жриц Храма богини, но избежал участи своих подельников. Вы знали об этом?

– Нет, владыка, – хором ответили мужчины, хмурясь на вид красной крови под ногами.

– Я узнаю, если вы солгали мне, – предупредил их Сверр. – Наказание за ложь вы знаете.

– Мы не знали, повелитель, – уверенно произнес стоящий посередине советник.

– Ты! – резко произнес монарх, посмотрев на того, который был слева. – Ты знал.

– Владыка? – удивился советник. – Но как же?

– Не смей мне лгать, – мрачно предостерег правитель Даркраста. – Я вижу правду в твоих глазах. Кто проводил расследование случившегося? Разве не ты?

– Я, повелитель, – признался мужчина, сникнув и склонив голову.

– Хочешь сказать, что не разглядел количество нападающих при просмотре записей из Храма? – насмешливо уточнил Сверр. – Ты не мог не узнать наследника своего танера.

– Мне было приказано молчать, владыка, – стушевался советник. – Я не мог ослушаться.

Повелитель всех даркрастиан замолчал и с интересом смотрел на замершую тройку подчиненных опального танера. Альда не знала, как реагировать и надо ли это делать вообще. Застыв у грубого каменного трона, избалованная принцесса ёжилась от сквозняка и красных потоков крови, медленно стекающих в большую лужу. Женщину трясло от увиденного и того, как скор на расправу её новый муженек. И как же чудовищно спокойно продолжает обсуждать дела дальше, будто бы не он только что снес голову одному из важных чиновников. От этого было трудно дышать и собственная судьба казалась совсем незначительной. Если она умрет на этих скалах – кто узнает, как все было? Кто защитит её? Куда бежать за справедливым судом? И будет ли вообще у неё право на справедливость?

– Назначаю новым танером Хайлара тебя, – в этот момент произнес Сверр, вырвав Альду из раздумий. Женщина успела заметить, что супруг обратился к тому советнику, что стоял посередине. – Назови свое имя.

– Секурт, владыка, – удивленно отозвался бывший советник, только что ставший новым управляющим.

– Служи честно, Секурт, в противном случае разделишь судьбу своего предшественника, – со значением сказал повелитель Даркраста и, развернувшись к Альде, велел своим стражникам. – Сопроводите мою супругу в палаты. Полагаю на сегодня для неё впечатлений достаточно.

Стража тут же вытянулась по струнке и повернулась направо, ожидая пока владычица этой темницы поступит также. Принцесса медленно кивнула головой, давая понять, что благодарна мужу за заботу, и медленно пошла в сторону, куда её вели. Путь был недолгий, ибо платформа, на которой они прибыли к тронному залу, все еще ждала рядом. Вступив на передвижную каменную площадку, Альда медленно и глубоко вздохнула, желая забыть последние часы своей жизни, прилюдный позор и ужас казни.

Палаты Сверра оказались достаточно скромны. В прошлом, на Фарогосе в распоряжении принцессы были будуары просторнее, не говоря уж об опочивальне правителя, но женщина была рада остаться одной. Из женского в интерьере был лишь столик и скамья перед ним. Эта мебель была выполнена из тонкого метала серебристого цвета и выглядела до смешного чужеродно рядом с каменным ложем, укрытым меховой полостью. Обстановка была небогатой и можно сказать, что скупой, хотя Даркраст считался процветающим миром. Либо её супруг поклонник аскезы, либо отец отдал Альду замуж первому попавшемуся претенденту.

Медленно подойдя к столику, принцесса тяжело уселась на скамью. Тут же заработавший зеркальный экран во всей красе отразил женщину, показав и шок, и растерянность во взгляде некогда самоуверенной принцессы. В последний раз она носила распущенные волосы на публике в далеком детстве. Мама с малолетства прививала ей правила приличия и этикет. И вот Альда Вакийская, принцесса Фарогоса и владычица Даркраста, сидя в новом доме, не может взглянуть в глаза собственному отражению. Нагота и проклятый ошейник лишали её присутствия духа и сил.

«Как выжить в этой темнице?»

Глава 3

На Даркрасте все было каменным. Стены, полы, потолки и даже мебель. За редким исключением все было достаточно грубо высечено, будто в спешке или же просто небрежно. Покои владыки не блистали особым шиком: массивная кровать, пара сундуков, явно переживших не одного хозяина, и приличная коллекция холодного оружия. Клинки, палаши, мечи и кинжалы валялись тут и там. Часть особо старинных висела на стене, очевидно показывая их ценность для владельца, остальные валялись, где придется. Одинокая дверь в задней скале вела в скромную гардеробную, наполненную мужскими одеждами не самого лучшего качества. В основном кожаные туники, штаны и еще более грубо выделанные широкие пояса. Бегло осмотрев увиденное, Альда сделала вывод, что новый супруг неприхотлив, либо, что хуже, скуп. Хотя возможно все сразу. А еще он её запер. То, что дверь закрыта, принцесса убедилась лично, решив напомнить о себе, но наткнулась на тишину и крепкие замки. «Прекрасно, сменила одну тюрьму на другую» – мрачно подумала женщина, прохаживаясь по спальне. Разглядывая палаты владыки уже больше часа, Альда с каждым мгновением думала, что это шутка. Её забыли? Или же Сверр намеренно держит супругу взаперти.

Ни окон, ни удобств, ни какого-нибудь присутствия женской руки. Сурово, темно и достаточно прохладно. Жизнь в королевских покоях не должна быть такой! Уперев кулачки в обнаженные бока, принцесса металась по спальне, не решаясь присесть перед зеркалом. Альде было невыносимо смотреть на себя такой: униженной, голой и с ошейником в качестве супружеского украшения. А после увиденного в тронном зале она опасалась Сверра. Этот варвар с такой легкостью и быстротой лишил жизни подданного! Боги! Женщину трясло от ужаса, но она предпочитала не размышлять над тем, чему стала свидетелем. Этот мир жесток и груб, а Альда совершенно не знала его правил. Для начала стоит помалкивать и освоиться. Горько усмехнувшись собственным мыслям, принцесса остановилась, замерев перед супружеским ложем. Грудь сдавило чувство беспомощности и паники. Сверр – не Эриал, он не будет ждать её решения стать матерью, возможно, она уже носит наследника. Сглотнув ком в горле, Альда отвернулась от каменного одра. Даже в цивилизованных мирах королевы после рождения престолонаследников таинственным образом гибли, а что сделает с ней этот варвар, который так легко сносил головы?

Тяжелые мысли внезапно прервал скрежет замка в двери, и в покои вошла стройная девушка. Опустив голову в почтенном поклоне, гостья показала поднос с едой и тихо произнесла:

– Госпожа, я принесла вам ужин.

Кивнув на единственный стол в помещении, принцесса с удивлением наблюдала за девушкой. Аккуратно разместив поднос, служанка проворно расставила несколько тарелок и фужер с напитком. Справившись с задачей, девушка умудрилась ни разу не поднять головы и уже направилась к выходу, когда вдруг Альда решилась заговорить:

– Стой. Кто ты такая?

– Меня зовут Эола, госпожа, я буду прислуживать вам, – мельком взглянув на новую хозяйку этих пещер, гостья, казалось, смутилась еще больше.

Альда внимательнее присмотрелась к девушке, хотя рассматривать было особо нечего, ведь, кроме ошейника, Эола могла похвастаться разве что короткими светлыми волосами и тщедушной фигурой. Но принцессу озадачил вид девушки, которая явно ожидала от хозяйки то ли пощёчины, то ли тумака.

– Девушки, которых я видела раньше, были прикованы, а ты – нет. Это разовые привилегии или постоянные? – медленно уточнила Альда, начиная смутно догадываться, кто перед ней.

Эола заметно втянула голову в плечи и тихо ответила:

– Я единственная из слуг могу пройти мимо гуархов владыки Сверра, поэтому меня прислали с едой.

– У него есть гуархи? – пространственно спросила женщина, размышляя про себя, подумал ли её муженек о том, что делает, или ему совсем плевать на жену.

– Целая стая, госпожа, – еще более смущенно отозвалась Эола, не поднимая головы.

– Посмотри на меня, – строго приказала Альда и, дождавшись, когда девушка выполнит приказ, с усмешкой спросила. – И давно ты ублажаешь своего владыку?

– Я… – вдруг растерялась служанка и, покусав нижнюю губу, пробормотала. – Три цикла, госпожа.

– Сочувствую, – горько хмыкнув, бросила принцесса, глубоко вздохнув.

– Если вам неприятно видеть меня… – сбивчиво начала Эола, но тут же осеклась, заметив пренебрежительный взмах хозяйской ручки.

– Успокойся, меня не сильно тревожит, с кем спит Сверр, – поджав губы, призналась Альда, с сожалением посмотрев на поднос и поняв, что еда не привлекает её. – Лучше скажи, где здесь находится лазерный душ и автодоктор. И есть ли они вообще на Даркрасте?

– Лазерный душ? – удивленно переспросила девушка, заставив принцессу мрачно нахмуриться.

– Ну, можно гигиеническую пену, если лазера нет, – нахмурилась Альда, чувствуя, что вот и первые звоночки дикости, хотя после обезглавливания в тронном зале о какой-либо цивилизованности говорить не приходилось. – Чем вы смываете грязь и пыль?

– Владыка пользуется фраксом, – смущенно отозвалась Эола, поняв наконец-то просьбу хозяйки.

– Серьезно? – изумилась принцесса. – Кто-то еще пользуется этим раритетом?

– На Даркрасте все пользуются им, – кивнула девушка, махнув рукой в сторону гардеробной. – В каждом секторе есть по несколько купален и, конечно же, в храмах богини Ивран.

Войдя вслед за служанкой в небольшое помещение, Альда с удивлением увидела там скрытую дверцу, которая вела в просторную и неожиданно светлую комнату, главным в которой было большое углубление в полу, наполненное фраксом. Густая субстанция темного цвета очищала и частично залечивала мелкие раны. Неудобством было то, что приходилось погружаться в очиститель и ждать, пока он подействует. Для очищения волос ныряли с головой несколько раз. Фракс несъедобен, но те, кто в былые времена еще пользовался таким способом очищения, говорили, что он отвратителен на вкус и способен существенно навредить организму. Матери с опаской пользовались им для купания детей и, едва была изобретена гигиеническая пена, тут же отказались от фракса. Увидеть такой бассейн можно было лишь в исторических сводках, да в качестве экспонатов у каких-нибудь коллекционеров.

– А-а-а, – протянула Альда, вспоминая, что лазерный душ точно был на корабле, который доставил их на эту планету.

– Там есть ступеньки, – тихо подсказала Эола, полагая, что женщина не знает, как спуститься внутрь этой темной жижи.

– Что ж, – сдалась принцесса. – Раз иного выбора нет, то и фракс сойдет.

– Будьте осторожны, госпожа, – смущенно произнесла служанка. – Он щиплет глаза.

– Слышала, – мрачно поджав губы, отозвалась Альда. – Можешь быть свободна.

– Как скажете, – быстро пробормотала девушка и тут же исчезла из вида, оставляя женщину наедине с огромной чашей фракса.

По сути грязной Альда не была, просто безумно хотелось смыть с себя ужас. В былые времена принцесса тщательно ухаживала за собой, много часов уделяя собственному облику, доводя его до идеала. В окружении сотен платьев, туфель, шляпок и прочих милых женской душе безделушек. Яркий блеск королевских украшений был постоянным спутником Альды, так что она уже и не замечала его. Огромное старинное серебряное зеркало и сотни отражающих поверхностей поменьше без слов показывали её в ослепительном совершенстве монаршего величия. Сейчас же принцесса шаг за шагом погружалась в темные густоты фракса, чтобы смыть липкий страх, что не покидал с момента, когда она вышла из каюты космического судна. Казалось, каждый новый час на Даркрасте проверяет Альду на прочность. Собственная нагота, проклятый ошейник и темные своды многочисленных пещер оказались только началом. По-настоящему взглянув на новый дом, принцесса пала духом. Грубые, угрюмые мужчины и еще более несчастные женщины, закованные, словно скот на продажу. Едва она перевела дух от увиденной картины и тех перспектив, что рисовались перед глазами, как Альда стала свидетельницей настоящей казни! И кто палач?! Её новый муж, с которым отныне предстоит строить «светлое будущее». Более злой насмешки от судьбы сложно придумать. Вид густой красной крови, что внезапно стала растекаться по каменному полу, все еще холодил душу и заставлял ежиться от ужаса. Это был первый раз, когда Альда видела смерть так близко и столь ярко. Все интриги, которые затевались в королевских залах, исполнялись далеко за пределами дворцов, и кровь редко лилась на глазах монархов. Лишь исключительные случаи требовали присутствия правителей.

«Что теперь делать?» – мысленно раз за разом спрашивала себя принцесса, застыв на краю бассейна. Фракс доходил почти до горла и немного сдавливал грудь при глубоком дыхании. Альда не привыкла к таким процедурам, но в этот момент чувствовала лекарственное действие темных густых вод. Щипало ступни и промежность. Первое являлось результатом прогулки босиком, а второе – исполнения супружеского долга. Обхватив себя руками за плечи, женщина едва ли могла придумать выход из этой жуткой темницы, в которую попала. «Бежать?» – почти в панике решила Альда, но тут же вспомнила ту глубину, на которой был расположен «антидворец» Даркраста. Помимо преодоления всех препятствий к поверхности, нужно было еще взлететь с планеты, умудрившись не разбиться в проклятых гравитационных вихрях, а потом иметь четкий план, куда именно лететь. Чем больше она обдумывала пункты побега, тем более невыполнимым казался план.

Сверр пугал, Альда не знала его и того мира, в который он её привез. Был ли сегодняшний день шокирующим для всех или же только для неё. Почему женщины низложены до положения рабынь и почему они все так коротко острижены. Этот нюанс принцесса осознала лишь сейчас, когда собственные волосы потребовали очищения фраксом. Медленно прочесывая пряди пальцами, Альда вспомнила толпу бедняжек, которые во все глаза смотрели на неё. «Боги, что это за жизнь?!» – на мгновение женщина представила, что так, как сегодня, будет всегда, день за днем и цикл за циклом. Как скоро она превратится в собственную тень? Как быстро сломается или же наоборот устроит бунт. И какова будет цена за непокорность? Голова с плеч? От всех этих перспектив живот скрутило от ужаса, и принцесса вспомнила, что не ела с самого утра. Еще нет и суток на новой Родине, а событий и пережитых эмоций хватит надолго. «И какой есть выход из этой ситуации?» – спросила себя Альда, усилием воли держа под контролем мысли, которые так и норовили нырнуть в омут паники.

Внезапно каменная дверь в гардеробную открылась, и появился виновник сегодняшних приключений принцессы – Сверр. Владыка был мрачен, и это успокаивало – произошедшее не являлось обыденностью для него. Хотя она все же затаила дыхание, глядя на мужскую одежду, обильно окрашенную в багровые тона. Заметив притихшую Альду, супруг чуть замедлился, будто и не ждал обнаружить женщину тут. Похоже, вообще забыл, что она теперь должна разделить с ним ложе, спальню и державу. Нахмурив свои тяжелые брови, Сверр, поджав губы, начал сбрасывать свою рубашку, а за ней и все остальное. За прошедшее время принцесса вдоволь нагляделась на обнаженную фигуру муженька, так что просто отвернулась, не желая наблюдать за ним. Когда в поле зрения появились обнаженные ноги, а густые воды фракса пошли рябью, Альда смело взглянула в глаза мужчине.

– Я хочу поговорить, – твердо произнесла она, не чувствуя в себе прежних сил и уверенности.

– Говори, – спокойно и даже отстраненно отозвался Сверр, усевшись на небольшой выступ напротив.

Этот уставший голос и чуть поникший вид сбил женщину с толку. Она ждала бешеное животное, в ярости вкусившее кровь, а не это вот всё. Стиснув зубы, принцесса отбросила неуместные мысли, но внезапно начала с другого:

– Кто отвечает за кухни?

– О чем ты? – склонив голову на бок, уточнил владыка.

– Не так давно мне принесли трапезу, но есть это практически невозможно, – со спокойной иронией высказалась Альда. – У вас временные трудности? Незапланированные перемены или же повара были внезапно казнены?

– «Нет» на все вопросы, – ровно ответил Сверр, продолжая рассматривать жену. – Полагаю, со временем ты привыкнешь к местной еде.

– Не так уж сложно отличить народное блюдо от скудно приготовленного, – с мягкой усмешкой отозвалась принцесса. – К вашему сведению, я была не только на Вако и Фарогосе.

– Альда… – с тяжелым вздохом начал было мужчина, явно теряя терпение и желая закрыть эту тему, лишая её шанса расчистить для себя хоть минимальное пространство.

– Позволь мне заняться этим, – быстро вставила женщина, не давая Сверру отказать, не услышав просьбы.

– Что? – недоуменно осекся он. – В каком смысле?

– Я, как твоя супруга, – являюсь хозяйкой этих скал, – приподняв одну бровь, произнесла Альда. – Так позволь мне ею быть.

Весь вид владыки излучал скепсис. Очевидно, он либо не видел проблемы, либо сомневался в её умении справиться с задачей.

– Ну, хорошо, – со вздохом отступила принцесса. – Чем тогда я буду заниматься?

– Мной, – с мрачноватой иронией отозвался Сверр. – Для начала попробуй освоить эту роль.

– Это не требует особых навыков, – беззлобно хмыкнула она, размышляя над тем, каким будет их брак. – Раздвигать ноги и помалкивать много ума не надо.

– И прямо сейчас ты не делаешь ни первого, ни второго, – в тон ей съязвил мужчина, откидывая голову на выпуклый бортик бассейна и закрывая глаза, подводя черту под разговором.

– Надо же с чего-нибудь начинать, – отстраненно произнесла Альда, не представляя, чем могла бы заняться на Даркрасте.

– Твоя задача – родить наследника, – не открывая глаз, напомнил Сверр.

– И что же я буду делать в перерывах между попытками зачать, а позже и выносить ребенка? – чувствуя предел своего терпения, спросила принцесса. – Лежать?

– А разве не этим заняты все королевы? – насмешливо уточнил мужчина, слегка приоткрыв веки и наблюдая за женой.

– Отнюдь, – поджав губы, отозвалась женщина, скорчив гримасу пренебрежения, не заметив его взгляда. – Даже простолюдинка обычно занята домом, кухней и чем там еще, когда нет слуг? Что уж говорить о хозяйке дворца и королевства? Этими скалами явно никто давно не занимался, и, несомненно, тут нужна модернизация…

«Пора заткнуться» – рассеянно подумала Альда, мысленно представляя, каким это место покажется со стороны. «Если он думает, что это все так легко – войти в Круг Царей – то его ждет большой сюрприз» – мрачно закончила принцесса, в мгновение ока замерев, ибо Сверр, нахмурившись, уставился прямо на неё.

– Что?

– О какой модернизации идет речь? – мягко спросил владыка, но от былой расслабленности не осталось и следа.

– Ну, я так сразу не могу сказать, – настороженно начала принцесса, озадаченная резкими переменами в настроении мужа. – Из того, что я услышала, к примеру, можно было бы закупить медкапсулы в каждый район.

– Сектор, – поправил её Сверр. – На Даркрасте нет районов, только сектора или тенераты по-другому.

– Полагаю, вам хватает средств, чтобы обеспечить подданным постоянный доступ к медкапсулам, а не перенаправлять их по тенератам, – продолжила она, произнеся новое для себя слово практически по слогам.

– Система перенаправления применяется здесь десятки циклов, – парировал мужчина.

– Это не значит, что она хороша, – хмыкнула Альда, чувствуя бесполезность разговора. Владыка держался за былые устои и, очевидно, не планировал перемен. Внутренне поникнув, женщина решила, что на сегодня ей достаточно фракса и разговоров, направившись к ступенькам бассейна. – Кстати, не могли бы вы приобрести лазерный душ или хотя бы гигиеническую пену? Фракс – это прямо совсем для любителей древних артефактов. Вы же хотите сделать Даркраст продвинутым королевством?

– Империей, – подозрительно глядя на женщину, отозвался Сверр, наблюдая за тем, как она, качаясь, выбиралась из густой темной жидкости.

«О, Боги! С такими исходными данными эти скалы еще не скоро станут империей» – насмешливо подумала принцесса, вернувшись в супружескую опочивальню. Несмотря на все случившееся, едва переступив порог спальни и увидев поднос с едой, Альда почувствовала голод. Вид лежащего в тарелке впечатления не произвел, да и на вкус не сильно обрадовало, но все же капризничать было бесполезно. Служанка за подносом не вернулась, а как её призвать, женщина не знала. Привычных изящных кнопок со звонками для вызова прислуги не обнаружилось, а кричать, открыв дверь, принцесса посчитала уж совсем варварством. Надо нести свет цивилизации, а не скатываться в местные дикарские обычаи.

Пока Альда продолжала дискутировать сама с собой, Сверр вернулся из купальни в легких штанах. В данный момент это раздражало. «Мне не дал даже клочка ткани, а сам спит в одежде» – подумала женщина, но все мысли тут же вылетели из головы, едва он прошел к двери и негромко свистнул. В этот же момент принцесса услышала характерный топот и в спальню вбежали с десяток гуархов. Альда боялась животных и никогда так близко не присутствовала рядом. Дыхание замерло в груди от ужаса, но очевидно, что владыка Даркраста не видел в этом проблемы. Сверр спокойно уселся на каменное кресло и любовно трепал каждую тварь по голове, пока те преданно расположились вокруг него.

Родная планета гуархов давно была уничтожена, но эти животные успели снискать себе славу, как первоклассные ищейки и охотники. Четвероногие монстры красовались развитой мускулатурой, рельефно очерченной под лоснящейся шерстью, но настоящий страх вызывали слишком умные глаза и смертоносная пасть. В природе существовали разные окрасы этих животных, но самые свирепые и жестокие были черные, и именно такие в данный момент заполнили главную спальню Даркраста. Длинные когти и острейшие зубы этих тварей могли рвать на куски противников, а тонкий нюх легко находил следы беглецов на огромных расстояниях. Если по следу идет хоть одна ищейка – шансы на удачное бегство малы, а если это стая гуархов – то погоня будет короткой и крайне кровавой.

Осторожно вдыхая и выдыхая воздух, принцесса старалась не привлекать к себе внимания этих монстров. Сверр негромко засвистел еще раз, и половина стаи вышла за двери, но, судя по звуку, недалеко. Легкий скулеж и возня подсказали, что гуархи расположились прямо под дверью. Четыре же самых больших покорно сели в ряд у стены напротив кровати.

– Ты собираешься спать? – легко спросил Сверр, перемещаясь к ложу и спокойно разглядывая замершую жену.

– Как только эти монстры выйдут за дверь, – тихо произнесла Альда, даже не пошевелившись.

– Они не монстры, а защитники, – настоятельно поправил мужчина, устраиваясь поудобнее. – Вы должны привыкнуть друг к другу.

– Я не собираюсь жить с гуархами, – возмущенно произнесла принцесса, переведя взгляд на него. – Животным не место в королевских покоях.

– Они останутся, – твердо возразил Сверр, закрывая тему. – Привыкай к их компании.

«Это все неправильно. Так быть не должно» – почти в отчаянии подумала женщина, ежась от присутствия этих монстров, которые словно статуи улеглись в ряд.

– Я предупреждал, чтобы ты не сравнивала Даркраст с остальными мирами, – устало произнес владыка. – Здесь все устроено по-другому.

– Это я уже поняла, – мрачно отозвалась Альда, медленно вставая со стула и тут же замирая, ибо гуархи навострили свои острые уши и все как один уставились на неё.

– Асмх, – строго произнес Сверр, и животные заметно присмирели, но едва она приблизилась к кровати, гуархи вновь напряглись. – Асмх!

Женщина застыла вместе с ищейками, так как и тон и взгляд владыки не сулил ничего хорошего. Мужчина пристально смотрел на своих питомцев, и спустя пару мгновений они покорились. Вся эта ситуация сильно нервировала, хоть дрессировали не её. «Отлично. Могу поспорить, скоро дойдет очередь и до меня» – мрачно подумала принцесса, укладываясь под варварские шкуры.

– Сними этот ошейник с меня, – поджав губы, произнесла Альда, когда удобно улечься не получилось.

– Нет, – коротко отозвался Сверр, продолжая наблюдать за своими монстрами.

– Тогда хоть цепь? Она мешает, – настояла женщина, приподнявшись на локтях. – Если, конечно, тебе не хочется быть удушенным ею.

Битва упрямых взглядов закончилась в её пользу. Принцесса максимально вложила угрозу в свой посыл, и спустя мгновение цепь упала на пол.

– Завтра она вернется на место, – предупредил её муж. – Тебе придется перебороть страх перед гуархами, Альда. Иначе никак.

Утром она поняла, что имел в виду Сверр. Хоть ночь прошла беспокойно из-за железного аксессуара, сон быстро сморил женщину. Едва проснувшись, принцесса поняла две вещи. Первая – муженька уже не было рядом, и ночью он не потребовал супружеских обязанностей, а вторая – гуархи все еще были в спальне, да еще и всем составом.

Три дня понадобилось Альде, чтобы побороть свой страх перед этой шайкой кровожадных убийц. Едва она собиралась покинуть ложе, монстры рычали и демонстрировали свои зубы. Лишь Эола могла пройти в покои, принося подносы с едой. К вечеру первого дня злая и раздраженная Альда сама была опаснее гуархов. Заорав в голос на животных, женщина сумела посетить уборную. На следующий день рыков было меньше, а стая оттеснена к двери. Принцесса устала бояться этих монстров и свободнее передвигалась по спальне. К исходу третьего дня Альда рявкнула на гуархов:

– Вон! – упрямо показав на выход, она взмахнула собственной цепью, и, к удивлению, животные подчинились.

Все три дня владыка и вожак этой стаи ночевать в спальню не являлся.

Глава 4

Еда основательно не радовала, но улучшений ждать не стоило. Женщина нехотя ковырялась в тарелке, когда заметила жаждущий взгляд рядом с собой.

– Ты хочешь кусочек? – удивленно поинтересовалась принцесса. – Это же невозможно есть. Ну, как знаешь.

Легко выбрав самый большой комок из нескольких таких же невзрачных, Альда подкинула его и приподняла брови, когда гуарх сожрал угощение с явным аппетитом.

– Да ну, тебе нравится? – хмыкнула она, закатив глаза. – Ну, хоть кто-то в восторге от этой стряпни.

За три дня ничегонеделания все порядком надоело. Женщина обследовала все, что могла, а впечатляющая коллекция оружия периодически навевала мысли о кардинальном решении всех проблем; только что будет потом. Альда уже действовала безрассудно, под влиянием эмоций, и теперь пожинает плоды своих промахов. Внезапно гуарх навострил уши, но не зарычал, как обычно, когда посторонние проходили мимо. Это могло означать лишь одно – явился её муженек. Спустя несколько мгновений железная дверь открылась, и Сверр молча вошел в спальню, замерев на пороге.

– Вы поладили, – чуть прищурившись, констатировал мужчина.

– Ты не оставил выбора, – спокойно отозвалась принцесса, разглядывая, как зверюга радостно побежала встречать своего хозяина.

Владыка продолжал настороженно наблюдать за супругой, явно ожидая чего-то.

– Что? – спросила Альда, когда взгляды Сверра утомили её.

– Ничего, просто думал…

– Что начну расспрашивать, где ты был? – немного насмешливо уточнила принцесса. – Или так затоскую по тебе, что кинусь в объятья? Не обольщайся.

– Спасибо, что не утомляешь меня расспросами, – ровно ответил владыка, резко направляясь в сторону гардеробной.

– А как же? «Помалкивать» это ведь мой основной вид деятельности, – вставила Альда, не удержавшись от колкости.

– Не основной, – вдруг произнес Сверр, запнувшись на миг и тут же исчезая в соседнем помещении.

– Отлично, – проворчала она себе под нос, предчувствуя исполнение супружеского долга. Взглянув на вернувшегося к ней гуарха, принцесса добавила. – Больше не получишь. Пусть тебя кормит хозяин.

«Так дальше продолжаться не может» – вздохнула она, понимая, что постоянно сидеть в спальне не выход. «Надо как-то налаживать связи и, к сожалению, есть лишь один способ. Рычать можно до хрипоты, а дело так и не двинется с места». Со вздохом поднявшись на ноги, Альда направилась улаживать шероховатости, а чем можно было умаслить мужика, если не сексом; но едва она увидела Сверра в бассейне с фраксом, весь план полетел в бездну. Стоило принцессе появиться, мужчина тут же открыл глаза.

– Неужто супруга все-таки соскучилась? – с иронией уточнил он, догадавшись об истинной цели визита.

– Ты не думал, что твои монстры могли меня сожрать? – прищурившись, спросила Альда, почувствовав злость за вынужденное соседство с гуархами. Пройдя чуть вглубь, она остановилась у края бассейна.

– Этого бы не случилось, – хмыкнул владыка, вновь откидывая голову на бортик. – Они видели тебя со мной и никогда бы не причинили вреда.

– Как и Эоле? – насмешливо уточнила принцесса, не сдержав язвительности.

Если она хотела увидеть реакцию, то Сверр её разочаровал. Ни слова о своей фаворитке или том, что столкнул обеих женщин лбами.

– Можешь ничего не говорить, – с усталым вздохом произнесла Альда, сменив язвительный тон на миролюбивый. – Лучше скажи, что ты решил?

– По поводу? – настороженно уточнил мужчина, явно не ожидавший смены темы разговора.

– По поводу того, чем же мне заниматься, – напомнила принцесса, картинно вскинув брови и округлив глаза. – Последние три дня я провела, соревнуясь с твоими гуархами в упрямстве, и справилась с поставленной задачей. Ты серьезно считаешь, что я вообще ничем заниматься не буду?

– Я подумаю, – уклончиво ответил Сверр, закрывая тему для разговора.

– Подумай, – со вздохом сдалась Альда, прекрасно поняв его настрой ничего не делать. Почти выйдя из купальни, она решилась на последнюю колкость. – То, что подают на твоем столе, обожают лишь гуархи. Уж не знаю, кому это комплимент – тебе за выбор блюд или им за вкус.

Вернувшись в покои, принцесса уселась за стол и вновь взглянула на спутников своих последних дней. Зверюг было трое, и они терпеливо смотрели на женщину, иногда переводя взгляд на тарелку. Внимательно наблюдая за ними, принцесса уловила момент, когда уши питомцев уловят приближение своего хозяина, и тут же отдала им собственный ужин. Вошедший Сверр застал гуархов за активной трапезой и пристально посмотрел на жену. Альда в ответ приподняла брови, демонстрируя доказательства своих последних слов. Если владыка и понял намек, то ничего не сказал, лишь покачал головой и улегся в постель. Легкий свист – и успевшие все съесть животные покинули спальню.

– Так они все же не спят здесь? – язвительно уточнила принцесса, вполне уверенная в обратном.

– Нет, – с легким прищуром хмыкнул Сверр. – Даже на Даркрасте это было бы слишком.

– Разве может быть хоть что-то «слишком» для Даркраста? – тихо проворчала она себе под нос, не сдержав обиды за тот страх, с которым пришлось смириться в первую ночь в присутствии гуархов.

– Значит, ты хочешь заняться кухней? – вдруг спросил владыка, лениво разглядывая её из постели.

– Кроме прочего, да, – тут же вставила принцесса, уже почувствовав аромат первой победы.

– «Кроме прочего»? – ухмыльнулся мужчина, прекрасно поняв подтекст. – Я еще ничего не решил.

– Ты прав, – насмешливо отозвалась Альда. – Ты ЕЩЕ не дал согласия, но это вопрос времени. После того, что ты только что увидел, это все равно, что есть из одной чаши с гуархами, ведь так? А для владыки это «слишком»?

Наверное она ожидала гнева или негодования, но уж точно не смеха. Внезапно Сверр мягко рассмеялся, покачав головой, будто не ожидал, что она так быстро и эффективно решит вопрос в свою пользу.

– Что я от этого получу? – лукаво спросил мужчина.

– Еду, пригодную к употреблению? – иронично предложила она.

– А помимо этого? – настойчиво намекал владыка.

«Мужчины всегда мужчины» – мысленно застонала Альда, отворачиваясь от мужа.

– Не понимаю, о чем ты, – мрачно отозвалась принцесса, поджав губы.

– Такая находчивая женщина, как ты, и не догадалась, о чем я? – сыронизировал Сверр, взглядом показав на себя любимого.

– Неужели ты подумал, что я опущусь до того, чтобы ублажить тебя, ради возможности чуть улучшить свою еду? – прищурившись, отозвалась она. – Если так, то ты просчитался. Можешь и дальше питаться, как гуарх, если не желаешь есть как король.

– Но это бы ускорило мое согласие, – хмыкнул мужчина, когда принцесса улеглась рядом с ним, приготовившись не столько ко сну, сколько к исполнению наказания, именуемое «супружеским долгом».

– Я полагаю, ты умнее мужчин, которыми столь легко манипулировать через примитивные инстинкты? – насмешливо спросила Альда. – Ты – правитель, а я – твоя супруга. Как ни крути, но тебе придется решить вопрос о моих обязанностях, иначе…

– Иначе что? – недоверчиво переспросил Сверр, явно считая все произнесенное шуткой.

– Иначе я устану ждать и начну портить тебе жизнь просто от скуки, – поджав губы, смело произнесла она.

– За последние три дня ты сильно изменилась, – задумчиво произнес владыка, скорее для себя, чем для жены.

– Твои гуархи научили меня преодолевать страх, – хмыкнула принцесса, улегшись на спину и взглянув на него.

В этот момент Альда хотела произнести столько всего, высказать все обиды, но промолчала. Стоит ли распыляться в эмоциях для этого дикаря? Сверр мог существенно ухудшить и без того её удручающее положение. Умно ли усугублять появившуюся пропасть? Но и ласковой цисиной в данный момент притворяться было выше всех сил. Демонстративно широко раздвинув свои ноги, принцесса ехидно уточнила:

– Так достаточно широко, владыка?

– Я и за меньшее наказывал женщин, – мрачно произнес мужчина, явно задетый её поведением.

– Так, то были рабыни, – хмыкнула Альда. – А во мне нет ничего подобного. Я родилась в правящей семье и выходила замуж, чтобы стать королевой.

– Это не слишком помогло твоему предыдущему муженьку, – колко, но беззлобно вставил Сверр.

– Да, – веско отозвалась принцесса. – И к чему привели его ошибки? Эриал так же пренебрежительно относился ко мне, и наш брак фактически распался задолго до развода. Мы не нашли общего языка и по сути жили раздельно. Итог всего случившегося тебе известен; так подумай над тем, чтобы быть умнее принца Фарогоса.

Эти слова явно задели владыку за живое, и мужчина заметно нахмурился. Ноги затекли, и Альда сомкнула их, всей душой не желая сегодня ублажать мужа.

– Спи, – коротко отозвался он, улегшись на спину и уставившись в потолок, занятый своими мыслями.

Облегченно выдохнув, женщина отвернулась от Сверра и смежила веки, но тут же открыла их вновь и произнесла:

– Сними этот проклятый ошейник.

– Нет, – упрямо отозвался владыка.

– Тогда хотя бы цепь, – вздохнула Альда. – Или, клянусь, когда ты заснешь, я плюну тебе в рот.

Заметив слегка изумленно-шокированный взгляд супруга, она пояснила:

– Ты мне усложняешь жизнь, а я тебе.

Громкий лязг железяки о камень облегчил душу принцессы, хотя все же упрямо позыркать на мужа пришлось. Вновь расслабившись на подушке, Альда всей душой желала, чтобы Сверр пошел навстречу, ибо в противном случае их брак превратится в кошмар. «Долго я молчать не смогу. Видят Боги, терпения и покорности мне не досталось»

Утро началось с чертовой цепи, и женщина уже не ждала ничего хорошего от этого дня. Прикрепив проклятущую железяку к не менее ненавистному ошейнику, Сверр вывел жену из покоев. Совместная прогулка и восседание на коленях владыки в голом виде не обрадовали принцессу. На тронном плато, где ранее были прикованы рабыни, уже стояли столы и несколько мужчин ожидали, когда к ним присоединится владыка. Очевидно, пищу здесь разделяли с подданными, хотя у каменной глыбы, где восседал хозяин, примостился отдельный широкий стол. Взглянув на представленные блюда, Альда ожидала хоть что-нибудь поесть. Последние дни женщина провела в полуголодном состоянии, не желая переваривать то, что приносила служанка. Хотя может только её кормили так отвратно, и Эола оказалась коварной дрянью. Первый же кусок отмел эти мысли, так как разнообразная на вид пища имела схожий невзрачный вкус. Все было постным, каким-то недоваренным или же сожженным до неузнаваемости. Пожевав кусок то ли мяса, то ли чего-то еще, принцесса аккуратно отложила его в сторону и попыталась съесть что-то иное. С третьей попытки Альда смогла кое-что проглотить, но уж скорее от голода, чем от приятного вкуса. «Что это вообще такое? Если это какое-то животное, то оно либо умерло от старости, либо от пытки! Хотя не исключено, что от всего сразу. Бедняга мог покончить с собой, лишь бы отправиться к праотцам» – размышляла принцесса, меланхолично тыкая вилочкой в разные куски перед собой.

Взгляд на подданных выявил новые подробности. Девушки, оказывается, не все время были прикованы к колоннам, а разносили подносы с пищей и убирали остатки трапезы. Крупная платформа, которую Альда ранее не видела, имела несколько шкафов, в которых прибыл завтрак. Мужчины достаточно шумно поглощали еду, весело что-то обсуждая, пока один не привлек внимание принцессы, схватив служанку за зад и вызвав этим громкий смех остальных. «Что за варварство?» – нахмурившись, вздохнула женщина, не встревая в происходящее. Если таковы тут порядки, то не ей махать новым уставом.

– Я хочу видеть главного повара, – громко произнес Сверр, заставив супругу нервно вздрогнуть.

Недоуменно посмотрев на мужа, Альда лишь вскинула брови, но ответа не получила. Владыка был зол и мрачен. Приказ быстро передали, и вскоре перед троном предстал крупный, даже грузный даркрастианин.

– Вы пожелали меня видеть, повелитель?

– Твоя стряпня не нравится моей супруге, – прищурившись, произнес хозяин. – Говорит, что это сгодится лишь для кормежки гуархов. К слову, они в восторге.

– Я готовлю все как обычно, – растерявшись, отозвался повар. – То, что готовили всегда.

– Очевидно, как «всегда» её не устраивает, – раздраженно прервал его Сверр.

– Я могу подать что-то другое, но…

– Что «но»? – строго уточнил владыка.

– Оно все же будет схоже с тем, что подается сейчас, – нехотя признался повар.

– Возможно, стоит изменить технологию или ингредиенты, – спокойно высказалась Альда, которую удивил текущий разговор, вот только принцесса не ожидала, что весь тронный зал затихнет и уставится на неё. Чувствуя, что происходит что-то явно необычное, она продолжила. – Расскажите мне, как вы готовите и из чего?

Главный повар замешкался, сглотнув ком в горле, переводя взгляд с владыки на его супругу.

– Язык проглотил? – хмыкнул Сверр, внезапно повеселев. – Владычица Даркраста задала тебе вопрос.

– Э-э-э, ну, мы заказываем мясо с трех ферм на окраине сектора Круазон, – неуверенно начал мужчина, все еще не зная, на кого ему смотреть. – Питательная и витаминные пасты прибывают с ближайшей станции. Мы смешиваем их в основную похлебку, а мясо проходит термическую обработку в зависимости от величины кусков. Большие обрабатываем по шесть минут, а маленькие по две.

– Так это смесь из паст? – насмешливо уточнила Альда, подтолкнув к краю стола тарелку с серым нечто, преимущественно состоящим из комков.

– Да, – кивнул повар.

– Почему оно с комками? – вскинув бровь, продолжила спрашивать принцесса, замечая, как громко её голос звучит в образовавшейся тишине.

– Мы готовим на всех, и не всегда хватает времени хорошо смешать пасты, – наивно ответил мужчина.

– Ты подаешь это на стол своему господину, да еще и отвратительно прожаренное мясо, которое невозможно есть, оправдываясь нехваткой времени? – удивленно переспросила Альда. – Изо дня в день?

– Ну, так бывает не всегда, – неуверенно отозвался повар, глядя на Сверра, явно ища его поддержки.

Принцесса изумленно посмотрела на супруга, как бы уточняя «это нормально?», но взор владыки уже был хмур и явно предвещал расправу.

– Он мне нужен, – тихо прошептала Альда, посмотрев на мужа.

Тяжелый взгляд Сверра переместился с повара на нее, и женщина затаила дыхание. Да уж, вот кто вполне мог убивать одним взглядом. Вновь посмотрев на мужчину, владыка громко произнес:

– Отныне будешь подчиняться моей супруге. Скажет «прыгать в чан» – ты прыгнешь, понял? Будет недовольна тобой – лишишься головы, – внезапно посмотрев на Альду, он продолжил. – Ну, раз ты теперь в ответе за кухню – не оплошай.

– Не все сразу, – приподняв одну бровь, возразила принцесса. – Мне понадобится время, чтобы освоиться.

– Оно у тебя будет, – хмыкнул супруг и громко произнес для остальных. – Убрать тарелки, завтрак окончен.

Спустя несколько минут посуда и столы были убраны на передвижную платформу, которая плавно уплыла к дальней каменной стене, находящейся чуть ниже. Альда проследила, как из широкого проема вышли несколько мужчин и стали проворно опустошать шкафы. Улетевший вместе со столами повар, решительно шагая, скрылся в соседней двери. Судя по резкости движений, он был не в восторге от грядущих перемен. Внезапно с ошейника слетела цепь, скрепляющая её и Сверра. Набрав полную грудь воздуха, владыка тихо произнес:

– Надеюсь, ты довольна.

– Буду, когда еда станет приемлемой, – спокойно отозвалась принцесса, прекрасно осознавая значимость его шага навстречу.

– Соур весьма своенравный даркрастианин, – нехотя признал Сверр.

– Значит, пора это изменить, – со вздохом парировала Альда. – Кто-то должен был положить конец этому беспределу.

– Тогда я ему не завидую, – едва заметно хмыкнул мужчина и громче добавил. – Рахсел.

– Да, владыка, – произнес один из личных охранников правителя, голос которого походил на трение двух глыб друг о друга.

– Отныне ты будешь тенью повелительницы Даркраста, – спокойно сообщил Сверр. – Я доверяю тебе самую ценную из женщин моих владений.

– Как пожелаете, владыка, – коротко произнес великан, который выделялся мощным телосложением даже среди сородичей.

– Мне можно заняться делами? – нетерпеливо спросила принцесса.

– Да, – кивнул владыка и добавил, насмешливо приподняв брови. – Надеюсь, после тебя кухня еще будет функционировать?

– Полагаю, сделать хуже крайне сложно, – отмахнулась Альда, поднимаясь на ноги и тут же вновь обращаясь к мужу. – Мне нужна помощница. Эола вполне подойдет.

– Хорошо, – согласился Сверр, иронично хмыкнув. – Только в следующий раз будь добра попросить, а не приказывать.

Женщина замерла, готовая произнести колкость, но в последний момент ограничилась кивком, признавая правоту супруга.

– Рахсел, исполни просьбу госпожи, – отдал приказ владыка. – Отныне рабыня принадлежит Альде Даркрастианской.

Услышав свое новое имя, принцесса замерла, не подав вида, что оказалась расстроена. Этот титул словно насмешка, но она сделала вид, будто это не так. «Хороша госпожа, которая из владений может похвастаться лишь ошейником» – сглотнув ком в горле, подумала Альда, медленно шагая к краю главного плато. Одновременно с этим Рахсел подманил жестом Эолу и объявил ей судьбу, определенную владыкой. Девушка покорно кивнула и быстро засеменила за хозяйкой.

– Благодарю, госпожа, – тихо прошептала Эола. – Я буду верно служить вам.

– А у тебя есть выбор? – отстраненно уточнила принцесса, не повернув головы к спутнице. – Полагаю, на этих скалах наказание за любой проступок – смерть?

– Нет, – поджав губы, ответила служанка, шагая чуть позади. – Еще изгоняют на поверхность, но выжить там практически невозможно.

– Изгнание? То есть та же казнь, только поизощрённей? – с мрачной иронией переспросила Альда, приподняв одну бровь и взглянув на Эолу.

– Получается, что да, – с сомнением отозвалась девушка.

– Я смотрю, на Даркрасте с фантазией совсем всё плохо, – саркастично высказалась принцесса, покачав головой от перспективы дальнейшей судьбы. С её характером картинка рисовалась совсем уж мрачной. Подойдя к самому краю плато, Альда озадаченно спросила. – Как мне попасть в кухни?

Внезапно Рахсел чуть обошел их и протянул руку в направлении освободившейся платформы, которая все еще находилась у кухонь. Видимых технологий не было, хотя они определенно были, ибо нужная глыба камня плавно подплыла к ним спустя несколько секунд.

– Как это работает? – озадаченно спросила Альда, глядя на Рахсела.

Мужчина посмотрел на неё, но ответа не последовало. По всему виду охранника было ясно, что он не уверен, что вообще стоит это делать.

– Это сложный вопрос или вы раздумываете, не сбегу ли с помощью этих знаний? – терпеливо, но язвительно уточнила принцесса.

– Второе, – коротко ответил мужчина.

– Я тут весьма кстати выяснила, что не очень жажду осуществить прогулку по поверхности Даркраста, – хмыкнула Альда.

– Это не значит, что вы не захотите сбежать, – уклончиво отозвался Рахсел, когда все трое перешли на подвижную платформу.

– С чего мне вообще хотеть это сделать? – скептично спросила принцесса, прекрасно понимая, что плохо справилась со своим страхом перед подданными.

– Вы не выглядите довольной судьбой, – сдержанно проскрежетал охранник.

– И много ли ты видел женщин, довольных своей судьбой? – с сомнением уточнила Альда. – Особенно на Даркрасте.

Рахсел предпочел не отвечать, да и платформа подоспела к кухням. Казавшийся с тронного плато скромным, выступ на поверку оказался достаточно просторным и имел три входа. В крайнем правом исчез главный повар, центральный вел к самой кухне, а вот назначение левого пока было неясно. Едва они прибыли, как вышел один из работников кухни.

– В чем дело? – недоуменно спросил мужчина, при этом смотря на Рахсела.

– Госпожа желает посетить кухни, – тут же ответил охранник.

– Соур не давал никаких распоряжений, – настойчиво продолжал кухарник, преграждая им путь.

– Зато владыка Сверр давал, – с нажимом проскрежетал сопровождающий.

– Не волнуйтесь, ваш повар в курсе моего визита, – спокойно произнесла Альда, устав слушать препирательства. – Кстати, попросите его выйти к нам, я всего лишь хочу осмотреться.

С легкой улыбкой оставшись дожидаться прихода повара, принцесса обернулась к обрыву за спиной и по-новому взглянула на «антидворец» Даркраста. С этой стороны тронная платформа выглядела внушительно и даже устрашающе, ибо только сверху была ровной. Снизу же открывалась скальная порода в её первозданном виде, но, несмотря на это, несколько сотен светильников усыпали импровизированную люстру этой пещеры. Как сия глыба парила в невесомости, Альда смутно понимала, но все же выглядело это просто невероятно и, надо признать, весьма впечатляюще.

– Вы хотели меня видеть? – раздался враждебный голос главного повара.

– Да, мне бы хотелось взглянуть на ваши владения, чтобы определить, что нужно будет модернизировать в первую очередь, – любезно ответила принцесса, оборачиваясь к нему.

Теперь Соур выглядел иначе. Женщина почувствовала, что вторгается туда, куда её точно не звали, и вряд ли примут за хозяйку, но она таковой была и этого не изменить. При первом осмотре Альда сразу заметила неряшливость и некоторую запущенность кухонь, а также устаревшую технику. Посуда от завтрака все еще стояла непомытой и занимала приличное место на рабочих поверхностях. Окинув взглядом застывших мужчин, принцесса насчитала их почти два десятка.

– Какие будут распоряжения? – язвительно уточнил Соур, явно демонстрируя насмешку.

– Помыть посуду, – решительно произнесла Альда. – Половину работников занять генеральной уборкой кухни, а вторую – приготовлением обеда. Раз вам не хватает времени, чтобы смешать пасту в однородную консистенцию, то стоит озаботиться этим заранее.

– Что-то еще? – неприязненно спросил повар, но уже без издевки.

– Покажите мне кладовые с запасами, – кивнула принцесса.

С запасами все было лучше, но условия хранения соблюдались неидеально. Осмотрев ассортимент мяса, паст и скудных овощей, она не увидела ни одного фрукта, что было печально. Витаминная паста, конечно, решала вопрос с насыщением организма, но все же живые полезные вещества – это иное дело. Поблагодарив повара за экскурсию, Альда покинула кухни.

– Полагаю, вашего владыку ждут основательные траты, – вздохнула принцесса.

Глава 5

Мозг Альды работал в усиленном режиме, ища доводы в свою пользу. То, что она увидела в кухнях, поразило неухоженностью и неопрятностью. Если женщина хотела добиться успеха, то понадобится благосклонность Сверра, а эта задача уже сложнее. Взглянув на каменный трон, на котором восседал супруг, выслушивая очередные отчеты, принцесса размышляла о том, согласится ли он с её решением. Альда не ожидала, что такой малости, как посетить кухни, ей придется добиваться от мужа. Женщине казалось, что эта просьба максимально естественна, но владыка не планировал делегировать даже этого. Он реально думал, что она будет сидеть взаперти всю жизнь? Или жена ему нужна лишь до определенного момента?

– Я хочу посмотреть свой новый дом, – вдруг произнесла Альда, не готовая сейчас к разговору с владыкой. – Это можно устроить?

Вместо ответа Рахсел повел рукой, и платформа послушно нырнула под тронное плато, скрывая из вида Сверра и его вельмож. Сотни фонариков, установленных на скалах, не рассеивали в полной мере ту тьму, что сгущалась во множестве проемов и каменных сводах. Некоторые имели таблички, а иные могли похвастаться дверьми.

– В день прибытия я видела много народа, почему сейчас никого нет? – задумчиво спросила Альда, желая разглядеть хоть кого-нибудь.

– Это резиденция владыки, – тихо произнесла Эола. – Здесь нельзя находиться просто так. Служащих из танератов вызывают при необходимости, лишь малая часть постоянно проживает тут. В день вашего прибытия многие ждали вашего появления и знали о заключенном союзе.

– Куда ведут все эти двери? – недоуменно поинтересовалась принцесса, следя за тем, чтобы волосы ровным слоем закрывали её тело. Хотя бы сверху.

– Это покои для танеров и их приближенных, стряпчих, гарнизона и прочих прибывающих к владыке, – пояснила служанка. – Так же тут хранятся все счетные накопители по сделкам и…

– И?

– Продовольствие, вода и запчасти к добывающим машинам, – тихо продолжила Эола. – Часть пещер отдана под генераторы кислорода, но они есть в каждом секторе, как и склады с сырьем и едой. Даркраст запасается впрок, чтобы ни в чем не испытывать дефицита.

Платформа медленно опускалась ниже и ниже, а пейзаж не менялся – скалы, усыпанные осветителями и темные проемы в никуда. Пару раз Альде попадались мужчины, спешащие куда-то по делам и что-то обсуждающие между собой, но они мало обращали внимания на охранника и двух обнаженных женщин. Что ж, густонаселенным «антидворец» явно не был, и это вызывало недоумение. Обычно правители аккумулировали вокруг себя жизнь владений. Население стремилось в города за развлечениями и прочими благами удовольствия. Даже аграрные планеты имели светскую жизнь, хоть и подчинялись законам сбора урожая или забоя скота. На Вако были обширные угодья, засеянные харагрутосом – культурой, которая, вырастая, давала сырье для питательной пасты. Эта трава была неприхотлива и росла буквально в голых полях, при минимальной почве, что помогло решить вопросы с голодом. Тысячи циклов назад новые миры гибли без возможности прокормить собственное население, что приводило к жесткой политике рождаемости, либо захватническим войнам. Спустя время конфликты не прекратились, но жизненно необходимых поводов к этому стало меньше. Вода так же была важна, но харагрутос мог расти при её минимальных источниках. Приданным Альды в свое время были три сотни золотых слитков, несколько драгоценных шахт на Вако и десять тысяч саженцев харагрутоса. Конечно, все это было данью традиции, но все же золото, камни и провиант – основа богатой жизни на любой планете. Что же отец дал Сверру? Только возможность иметь королевского наследника и ничего не стоящий союз? Принцесса решила, что надо и о судьбе своих сундуков узнать.

– Думаю, мы можем возвращаться, – вздохнула Альда. – Я увидела все, что хотела.

Рахсел молча направил платформу вверх, и каменная глыба покорно стала набирать высоту, но, едва они поравнялись с тронным плато, принцесса сообщила, что желает попасть в покои. Каменюка, повинуясь руке охранника, ловко преодолела нужное расстояние, и женщины переступили на просторный балкон, который вел в спальню и, как оказалось, еще в одно помещение.

– Что там? – замерев перед неожиданно богато украшенной дверью, уточнила владычица Даркраста.

– Рабочий кабинет владыки, – тихо произнесла Эола.

Пожав плечами, Альда прошагала в спальню, заметив, что Рахсел остался на площадке перед дверьми, справедливо полагая, что в приватной обстановке он не нужен. Гуархи встретили женщин ленивыми зевками и меланхоличными взглядами.

– Принеси мне коммуникатор или планшетный голограф. И проверь кухни, надеюсь, главный повар начал уборку или хотя бы готовку, – задумчиво приказала принцесса, присаживаясь за светлый столик. Взглянув на смущенную Эолу, она, не останавливаясь, продолжила. – В чем дело?

– Не знаю, где найти то, что вы просите, госпожа, – смущенно произнесла служанка.

– Серьезно? – изумилась Альда. – Коммуникатор – это же простое устройство.

– Видела подобные, – еще больше замялась Эола. – Но не знаю, где добыть его для вас.

– А голограф? – устало предложила альтернативу женщина.

– И его тоже, – опустив глаза, подтвердила девушка смутную догадку принцессы.

– Эола, ты изучала какие-нибудь технические науки? Алгоритмика, биомеханика или еще что-нибудь в этом роде? – подозрительно уточнила Альда, прищурившись.

– Нет, госпожа, – покачала головой Эола, склонившись еще больше.

– Ясно, – коротко ответила принцесса. – Передай мою просьбу Рахселу и проверь кухни.

Оставшись наедине со зверюгами, женщина глубоко вздохнула. Страх животные вызывать не перестали, но справиться с ним было уже значительно легче. Осматривая сегодня «антидворец», Альда получила больше вопросов, чем ответов. Почему так мало людей, как передвигаются платформы, почему женщины необразованные, откуда здесь пригодный для дыхания воздух и сколько запасов воды. Будучи принцессой крови, она знала, что на её плечи лягут бытовые вопросы, а на Даркрасте кажется, ими никто не занимался.

Внезапно дверь спальни открылась и вошел вполне спокойный Рахсел. Остановившись в дверях, мужчина всем своим видом демонстрировал, что выполнил её просьбу и явился, хотя искренне не понимает зачем. Гуархи, завидев гостя, напряглись всей стаей, а парочка даже поднялась на ноги, но никто не зарычал.

– Очевидно, вас не обучили элементарным правилам этикета, – мрачно вздохнула Альда. – Прежде чем войти в покои королевы, необходимо постучать и как минимум дождаться приглашения войти.

– Вы же сами посылали за мной, – еще более мрачно отозвался охранник.

– Возможно, я занята в это время, – возмутилась принцесса и почти добавила, что могла оказаться обнажена, но тут же вспомнила о неактуальности последнего замечания.

– Мне выйти? – спокойно уточнил Рахсел, повернувшись к выходу вполоборота.

– Нет, – сдалась она, отмахнувшись от собеседника. – Но в следующий раз будьте добры постучать. Я позвала вас за другим – нужен коммуникатор или голограф.

– Женщины на Даркрасте не пользуются такими устройствами, – с сомнением произнес охранник, чуть прищурившись.

– А я пользуюсь, – терпеливо ответила Альда. – Будьте добры – найдите мне рабочий девайс.

– Владыка Сверр не давал таких указаний, – попытался возразить Рахсел.

– Так спросите у него и выполните столь простую просьбу, – вздохнула принцесса и, поняв, что мужчина планирует стоять на своем, продолжила. – Хотите, скажу, как будет? Вы откажете мне, и я буду вынуждена сама пойти к мужу и все-таки получу желаемое.

– Зачем тогда мне просить за вас? – мрачно уточнил охранник.

– Потому что иначе я запомню, что вы отказали мне, и однажды, когда вам понадобится моя помощь – я поступлю зеркально, – с легкой улыбкой отозвалась она. – Как сказал владыка? Отныне вы моя тень? Полагаю, вам лучше отбросить старые понятия.

– Даркраст не изменится по первому вашему желанию, – чуть прищурившись, предостерег Рахсел.

– Я и не жду, что это будет так легко, – кисло ответила Альда, заметив, что за спиной мужчины появилась Эола. – Проходи. Как там наш обед и уборка кухни?

– Пищу готовят, но кухня в том же состоянии, – украдкой доложила служанка, шарахаясь от охранника.

– Что ж, Рахсел, ты потерял свой шанс, – вздохнула принцесса, поднимаясь на ноги.

Единственный, кто в данный момент мог помочь, все еще восседал на троне и выслушивал отчеты своих вельмож. При появлении супруги Сверр подал знак служащим остановиться. Подходя к помосту, владычица Даркраста тихо произнесла:

– У меня проблема.

– Уже? – насмешливо уточнил муж.

– Что сказать: твои подданные не исполняют приказы, хотя ты ясно дал понять, что мое слово имеет вес, – вздохнула Альда, замирая перед ним. – Это они меня как женщину не уважают или тебя как владыку?

– В чем дело? – грозно спросил Сверр, проглатывая наживку.

– После посещения кухонь я распорядилась прибрать их, – поведала принцесса. – Такой грязи и за сотню циклов не встретишь, а уж там, где готовят пищу – так тем более, но главный повар, очевидно, не замечает проблемы или упорно её игнорирует.

– Харлог, – сдержанно произнес владыка, поглаживая свой подбородок с подросшей щетиной. – Напомни Соуру, что я велел ему подчиняться повелительнице Даркраста. Если конечно не хочет лишиться должности и моей благосклонности.

– Как прикажете, господин, – коротко ответил один из приближенных стражников и тут же покинул тронный помост.

– Это не всё, – вздохнула Альда, когда Сверр уже был готов вернуться к делам. – Мне понадобится коммуникатор или голограф для работы. Помимо устранения грязи, в кухнях необходимо кое-что модернизировать и изменить систему питания. Я привыкла вести записи и календари, а также составлять планы. Помимо всего вашей кухне нужны новые закупки. Список необходимого будет к вечеру.

Пока принцесса все это произносила, владыка явно с сомнением рассматривал жену, очевидно размышляя, не ошибся ли он, доверив ей это дело.

– Это столь необходимо? – вздохнул Сверр.

– Да, я постараюсь по минимуму обойтись, но затрат не избежать, – кивнула женщина.

– Рахсел, исполни, – устало распорядился мужчина. – Это все?

– Пока – да. Благодарю за помощь, – ответила Альда, направившись в сторону летающей платформы.

Спустя час Рахсел принес ей коммуникатор. Не сказать, что это была самая продвинутая модель, но, во всяком случае, она выполняла необходимый набор команд. Обед Эола принесла в спальню, и он не сильно обрадовал принцессу, зато гуархи с восторгом помогли очистить поднос. До конца дня женщина составляла список важных изменений, которые еще предстояло внедрить, а главное убедить в их необходимости Сверра. Едва супруг переступил порог, Альда была готова аргументированно отстаивать каждый пункт.

Весь вид мужчины говорил о крайнем утомлении. Владыка устало сел в кресло и гуархи тут же окружили его, ища ласки и внимания.

– Ты все учла? – вдруг спросил Сверр, кивнув подбородком на коммуникатор в руках жены.

– Постаралась, но это будет путь проб и ошибок, – сдержанно отозвалась она, протягивая девайс мужу.

– Оборудование, специи, поставки фруктов, гидропоника, саженцы харагрутоса, – медленно перечислял мужчина пункты списка. – Это основательные изменения, которые потребуют приличных средств.

– Конечно, это при условии, что будет достаточно воды и места для производства, – с сомнением отозвалась Альда. – Если все сложится удачно, то харагрутос обеспечит питательную пасту, а фруктовые теплицы – постоянный приток витаминов, так что в будущем эти вливания окупятся и даже позволят экономить. Даркраст будет закупать лишь мясо и специи.

Сверр молчал и задумчиво поглаживал голову вожака гуархов, поглядывая на жену.

– Хорошо, – коротко отозвался мужчина, когда она уже и не надеялась на ответ.

– Хорошо? – удивленно переспросила Альда. – Что конкретно из этого списка «хорошо»?

– Ты получишь всё, что запросила, – устало поморщился владыка, потерев правый висок. Тяжело поднявшись на ноги, он направился в сторону гардеробной. – Список специй укажи с точными названиями и местами закупок, как и конкретные модели оборудования. Завтра к вечеру все должно быть готово.

Оставшись в одиночестве, принцесса недоуменно оглянулась по сторонам. Это всё? Она ждала баталии и упорства, но Сверр просто сказал «хорошо». До этого момента женщина полагала, что ничего не добьется от владыки, но дела обстояли иначе. Возможно, не все так плохо, как ей казалось изначально, но пока загадывать слишком рано. Очень может быть, владыку интересует лишь собственный желудок и ничего больше.

Пока Альда занималась составлением списков, Сверр вернулся из купален. Очевидно, у него болела голова, ибо мужчина морщился и потирал висок. Улегшись на ложе, он прикрыл глаза рукой и мерно дышал. Несмотря на достаточно длинный список требуемого, принцесса быстро справилась с задачей. Она наизусть знала все специи и места для выгодной покупки, сложность составляли лишь лазерные печи и оборудование для теплиц. Так же женщина внесла в списки спелые фрукты, которые позволят разнообразить рацион сразу, а не ожидать собственного урожая.

– Уже все готово? – вдруг спросил Сверр, едва Альда улеглась рядом, хотя она старалась не потревожить его сон, но по своим мотивам.

– Да, – вздохнула принцесса, поняв, что общения не избежать. – У меня вызывает сомнение лишь гидропоника. Хватит ли воды на Даркрасте, чтобы обеспечить постоянный урожай?

– Не стоит беспокоиться по этому поводу, – ровно отозвался владыка, не меняя позы. – Добавь к своему списку еще некоторую кухонную утварь. Сегодня стража немного перестаралась с воспитанием Соура.

– Он еще жив? – замерев, уточнила она, взглянув на мужа.

– Да, – едва заметно хмыкнул Сверр. – Ты же сказала, что он тебе нужен.

– Полагаю, если раньше ко мне относились прохладно, то теперь будут ненавидеть, – тяжко вздохнула Альда.

– Глупости, – чуть поджав губы, отозвался мужчина. – Соур поплатился за то, что не исполнил мой приказ.

– Хочу поблагодарить тебя, что доверил мне это дело, – вдруг произнесла принцесса с сомнением, что может предложить мужу.

– Я весь во внимании, – лукаво произнес владыка, приоткрыв один глаз. – Как меня отблагодарят?

– Дар состоит из пяти букв и заканчивается на «ет», – ехидно произнесла она, когда Сверр открыл второй глаз.

– Минет? – коварно предположил мужчина.

– Совет, – иронично поправила Альда, усмехнувшись разочарованному виду супруга.

– Кому нужен совет, если хочется другого, – вздохнул владыка.

– Вовремя полученный совет может быть лучше, чем целая армия на поле битвы, – веско высказалась принцесса.

– Каким образом? – мрачновато уточнил он, вновь открыв глаза.

– Дельный совет поможет избежать этой битвы, – лаконично произнесла женщина, приподнявшись на локте.

– Ну, раз, кроме совета, мне ничего не светит, то я согласен выслушать тебя, – терпеливо ответил владыка.

– Скоро состоится очередное заседание Заракинского Парламента, – серьезно начала Альда, отбросив лукавство и подколки. – Ты в курсе?

– Продолжай, – задумчиво отозвался Сверр.

– Естественно, ты встретишь там многих правителей, – покачала головой принцесса, тщательно подбирая слова. – Кто-то захочет приблизиться, чтобы понять, чего ты стоишь. О Даркрасте по сути ничего не знают, только общую информацию.

– Я уже бывал на Заракине, – чуть прищурившись, произнес владыка.

– Но теперь твой статус иной, – возразила женщина. – Отныне ты зять короля и основатель новой династии, а это уже совсем другая история. Заседание – это такой способ узнать новые лица и прощупать возможные союзы. Не доверяй моему отцу, ибо он заботится только о себе. Если падение Даркраста будет выгодно Вако, поверь, он первый выстрелит в тебя.

– А ты невысокого мнения о своем родителе, да? – серьезно хмыкнул Сверр.

– Возможно, потому что я хорошо его знаю? – парировала Альда и тут же продолжила. – Поверь, еще до того, как твой корабль пристыкуется в космопорте, эти хищники будут знать о Даркрасте больше, чем тебе бы хотелось. Сколько гравитационных камней ты добываешь и кому продаешь. Если они посчитают этот ресурс необходимым для своих королевств – быть беде.

– Даркраст не так легко захватить, – насмешливо произнес владыка.

– А им этого и не нужно, – возразила принцесса. – Достаточно иметь мощное оружие, которое сможет расколоть планету. Гравитационные камни не потеряют свою ценность и после взрыва. Позже ресурсы можно спокойно собрать, не пожертвовав ни единой жизнью со стороны захватчиков. Как понимаешь – наши судьбы никого не интересуют.

– Кто обладает таким оружием? – нахмурившись, спросил мужчина, повернувшись на бок, лицом к супруге, и подперев голову ладонью.

– Король Кохейма и император Загинтоса точно, но это общеизвестные факты, – задумчиво произнесла она. – Они связаны обязательствами перед Корпусом Эфиров, но никто не гарантирует, что они не сговорятся с кем-нибудь, чтобы потом поделить прибыль. Я знаю о четырех планетах, которые внезапно исчезли со звездной карты. Драгоценные камни тоже не теряют своей ценности, говорят так их легче и быстрее добывать. Кохейму и Загинтосу позволено действовать таким образом, при условии, что планета необитаема, но после взрыва потери уже не доказать.

– Мы официально зарегистрированы в Парламенте Заракина, – напомнил Сверр, намекая на Межгалактический кодекс новых миров.

– Всем плевать, – отмахнулась Альда. – Ты хочешь сделать из Даркраста империю, а значит, претендуешь на жирный кусок при дележке незаселенных миров. Кусок один, а ртов с каждым циклом больше, поверь, это не сильно радует древние династии. Даркраст для них пшик – сегодня есть, а завтра все забыли, что он вообще существовал. Хищники будут уважать только превосходящего их хищника. Не смогут сожрать – будут считаться.

– Предлагаешь явиться в Парламент с армией? – поджав губы, колко предложил владыка.

– Это будет слишком нарочито, – вздохнула она. – Лучше будет нанять армию на рубежи планет и невзначай обмолвиться об этом на Заседании. Три защитные сферы – это слишком дорого для любой казны.

– Что-то еще? – чуть насмешливо поинтересовался Сверр, заставив принцессу замолчать.

– Опасайся ужина и даров правителя Асмии, – сдержанно произнесла она, поняв, что муж не оценил её порывов.

– Чем опасна трапеза с ним? – недоуменно спросил владыка, когда Альда замолчала, явно решив завершить разговор.

– Он щедро сдабривает пищу ракинтосом, – нехотя отозвалась принцесса. – Это порошок из особой травы, которая растет только на Асмии. Он усиливает вкус еды, да так, что вызывает привыкание. Король Асмии щедр с новичками и очень требователен к тем, кто уже зависит от него. Ты поймешь его власть, когда Асмия при дележке получит лучшие планеты, хотя кто-то имеет на них больше прав. Ракинтос вызывает жестокую зависимость, и множество планет, так или иначе, страдают от этой заразы. Он не сразу вызывает такой эффект, но чем раньше начинаешь питаться им, тем глубже поражение. Король Асмии дарит целые сундуки, и наследники древних династий с детства вкушают яркий вкус ракинтоса, а значит, сделают что угодно ради нового дара.

– Я откажусь от ужина и этого дара, – кивнул Сверр.

– Ни в коем случае, – тут же возразила она. – От одного ужина особого вреда не будет, а дары этой отравы тебе понадобятся, когда будет необходимость во временном альянсе с одним из тех, кто зависим от неё. Правитель Асмии будет думать, что ты у него в подчинении, но в решающий момент не сможет надавить. Сейчас же Даркрасту такой враг не нужен.

– Почему ты решила меня предостеречь? – серьезно спросил он, прямо глядя в глаза жене.

– Потому что мне невыгодно разрушение этой планеты и твоя слабость в глазах других королей, – помолчав, призналась Альда. – Я не разделяю твоих методов правления, но лучше та бездна, что известна, чем та, что неизведана.

Женщина замолчала, улегшись поудобнее, но тут же вновь заговорила:

– Ошейник сними.

– Ответ будет прежним, – ровно отозвался владыка.

– А цепь? Клянусь, я покусаю тебя, едва ты заснешь, – мрачно пообещала принцесса и спустя мгновение лишилась длинной холодной железяки.

– Завтра я отбуду по делам ненадолго, – вдруг произнес Сверр.

Чуть нахмурившись, женщина взглянула на мужа, не понимая, к чему эти слова.

– Постараюсь не разрушить эти скалы в твое отсутствие, – насмешливо отозвалась повелительница Даркраста.

– Я к тому, что ты уже достаточно освоилась после прибытия и вполне можешь исполнять свой долг, – мрачно пояснил владыка.

– Могу, но не хочу – нехотя призналась Альда и тут же продолжила. – Давай признаем честно – любовник из тебя далек от идеала.

– Что? – тихо переспросил Сверр.

– Мужской организм в этом деле устроен легко – готов или нет, а вот с женским все иначе, – вздохнула принцесса, не обратив внимания на замершего в недоумении мужа. – И ты, государь, явно не умеешь управлять им.

– Что? – подозрительно спокойно произнес мужчина, хотя взгляд излучал гнев.

– Ну, кто тебе еще скажет правду, если не я? – затаив дыхание, отозвалась она. – Рабыни? Они скажут все что угодно для сохранения своей жизни. Бордельные шлюхи? Эти любого самца будут величать «повелителем», пока у него на счету есть хоть унция железа.

– А ты за свою судьбу не боишься? – неприязненно выдал владыка.

– Говорят, что о мужчине можно судить по тому, каков он на поле боя, за столом переговоров, на празднестве и в постели, – бесшабашно произнесла Альда, поняв, что и так сболтнула лишнего. – За первые три пункта не скажу, а вот последнее лично меня не радует. Хоть бы погладил меня для начала. Ничего, кроме равнодушного недоумения, твои прикосновения не вызывают. Ты в первый раз проявил больше ласки, чем во все последующие вместе взятые. Это так не работает.

Очевидно, с языком она сегодня совсем не дружила. Весь вид Сверра говорил о возмущённом оскорблении. Едва принцесса уже подумала о собственной смерти, супруг все же сдержался, резко вскочив с постели и вылетев за дверь. Судя по громко хлопнувшей двери, владыка бушевал в своем кабинете. «Отлично поговорили! Я просто мастер дипломатии! А все так хорошо начиналось, но нет же! Надо было заткнуться вовремя!» – вздыхала про себя Альда, прислушиваясь к звукам за стеной, но в спальне стояла гробовая тишина.

Ночевать супруг так и не явился, хотя женщину больше волновала судьба её дела, чем расправа Сверра. Если не убил сразу, то уже остыл. В конце концов, разве она солгала? Весь день перед отбытием мужчина раздавал указания служащим, пока принцесса инспектировала чистые кухни и синяки на лице главного повара.

– Я не хотела, чтобы все сложилось именно так, – хмуро произнесла Альда, глядя на Соура.

В ответ даркрастианин лишь злобно зыркнул и промолчал. Поняв, что хорошей работы у них не получится, она отбыла из кухонь, направившись осмотреть выделенный под гидропонику участок скал. Существенно ниже тронного плато за достаточно широким проемом, в толще породы, скрывалось просторное помещение, в котором скоро появятся сочнейшие фрукты и с десяток ароматных приправ. Заглянув в соседний склад, Альда ахнула при виде сотен крупных бочек с водой. Кажется, все не так уж потеряно, и пища улучшится в самом ближайшем времени.

– Необходимо установить осветительные лампы с ультрафиолетовым спектром, – распорядилась принцесса, вернувшись в будущую теплицу. – Скоро прибудет специальный грунт и установки для выращивания урожая, нужно подвести влагу к каждому контейнеру и проследить за экономичным расходом. Траты воды должны быть под строгим надзором.

– Я ваш охранник, а не секретарь, – тихо пробурчал Рахсел.

– К кому мне обратиться с такими просьбами? – уточнила она, чувствуя, что придется опять договариваться с мужем.

– Туал должен знать, – чуть помолчав, произнес мужчина. – Он главный распорядитель центрального сектора.

– Тогда пора посетить этого Туала, – с улыбкой отозвалась Альда.

Знакомство и общение с главным вельможей «антидворца» прошло гладко. Служащий уже получил приказ относительно будущих изменений и внимательно выслушал госпожу.

– Подскажите, пожалуйста, вы знаете судьбу сундуков, что прибыли вместе со мной? – вдруг уточнила принцесса, задержавшись в дверях.

– Да, – коротко кивнул Туал. – Прикажете доставить их в главные покои?

– Будьте добры, – обрадованно отозвалась женщина.

«Пусть хоть тень прошлой жизни останется со мной» – грустно подумала она, плывя над пропастью нового дома.

Глава 6

Сверр уехал из «антидворца» на небольшом челноке, который проворно перемещался по широким проемам в скалах. Несмотря на ночную ссору и прохладное прощание, Альда оценила, что от своего слова владыка не отказывался и составленные ею списки были отданы главному распорядителю для закупок. Позже Туал задал вопросы по ассортименту и возможности приобрести саженцы на других станциях, что говорило о начатой работе, и это не могло не радовать. Также принцесса узнала о расчистке нового места для посадок харагрутоса. Этот участок оказался огромнейшим, расположившимся на трех уровнях. Хозяйка распорядилась подвести источники воды, но сделать это реже, чем рассчитывалось изначально.

– При отсутствии прямых звездных лучей влага не испаряется так быстро, а значит, её можно существенно экономить, – привела свой аргумент Альда, хорошо знакомая с условиями получения урожая этой культуры. – А с учетом гравитационного поля будет смысл задействовать пещеру полностью. Харагрутос прекрасно цепляется за скалы, так что, как только поднимутся ростки – надо будет направить их к потолку и пусть заполоняет все пространство. К тому же дополнительный источник кислорода еще никому не вредил.

– Будет сделано, – произнес механический голос распорядителя Туала, который был на связи по коммуникатору.

– Думаю, перед посадкой будет достаточно обильно опрыскать скалы и позже изредка повторять эту процедуру, – продолжила делиться опытом принцесса, расхаживая по пока пустынной пещере, которая гулко вторила её словам многослойным эхо. – Постоянного притока водных ресурсов не требуется. Будем исходить из общепринятого правила, но необходимо следить за ситуацией. Я знаю случаи, когда растение все же требовало дополнительных затрат. Надеюсь, нам повезет больше.

– Как скажете, госпожа, – спокойно отозвался Туал. – Спешу сообщить, что ваши сундуки уже доставлены в главные покои.

– Благодарю, – удовлетворенно вздохнула женщина, в равной степени рада новости и продвижению дела.

Убедившись, что чистые кухни уже приступили к готовке обеда, она попросила Рахсела вернуться в спальни. Эола нашлась на площадке перед хозяйскими покоями, скромно провожая трех мужчин, которые в этот момент как раз отстыковывались на грузовой платформе, покидая верхние уровни «антидворца». Альда нехотя вошла в спальню, не зная, чего ожидать. Служанка топталась за её спиной, явно желая помочь и рассмотреть неведомые сундуки. Часть пожитков была уложена в кофры из кожи миттонов. Эти животные обладали на редкость суровым покровом, который при определенных искусных манипуляциях превращался в дивные предметы обихода. Были там и новые ящики из стали и даже серебра, но все они в равной степени волновали Альду своим содержимым.

– Попроси Рахсела зайти, – тихо произнесла Альда. – Нам понадобится его помощь.

Оставшись на мгновение одна, принцесса перевела дух, внезапно почувствовав себя дурно. Руки затряслись, а горло сжал ком. Сглотнув его, женщина услышала, как дверной замок щелкнул и в спальню вошел охранник в сопровождении Эолы.

– Вам снова напомнить о ритуале попадания в королевские покои? – поджав губы, язвительно высказалась она, не оборачиваясь к вошедшим.

– Нет, – пробурчал недовольный мужчина.

– Он сложен для усвоения? – продолжала настаивать Альда.

– Вам нужна помощь или мне вспомнить, что я ваш охранник, а не слуга? – огрызнулся Рахсел, заставив принцессу обернуться к нему.

– Помнится мне, формулировка владыки Сверра была иной, – мрачно произнесла она. – Ты – тень, а не охранник. Это нечто иное.

– Но и не ваш прислужник, – буркнул мужчина.

– Вернется – спросишь, а до тех пор будем считать, что я не слышала этих дерзких речей, – строго отрезала женщина, отворачиваясь обратно к сундукам.

Рахсел произнес несколько суровых слов себе под нос, но Альду они уже не волновали. Быстро указав, какие из сундуков куда следует разместить, она отпустила охранника негодовать в одиночестве на уступе перед покоями. Эола взволнованно стояла рядом, ожидая, что же принцесса выудит из неведомых кофров.

Первый сундук оказался наполненным всяческой техникой. Обнаружив автодоктор и лазерный душ, женщина в облегчении выдохнула. Длительные ванны из фракса останутся в прошлом. Коммуникатор и голограф, а также несколько звездных карт с пометками.

– Что это? – удивленно спросила служанка, заметив, как хмурится госпожа, нажимая какие-то кнопки на небольшом черном диске с искусно вырезанными орнаментами и украшенные золотыми линиями.

– Это в первую очередь должно работать, – пропыхтела Альда, стукнув прибор об стол. – Иначе окажется просто бесполезной рухлядью.

Внезапно из центра диска вырвался сноп света и спальню заполонила звездная карта. Дымка скрыла пол и все, что было ниже уровня пояса, а в этой темноте плавно двигались несколько спиралей.

– Это карта галактики из сектора Вэйдекс, – вздохнула принцесса, взглянув на онемевшую Эолу, которая расширившимися глазами озиралась на проекцию ближнего космоса.

– А Даркраст тоже здесь? – благоговейно спросила служанка.

– Почти, – саркастично хмыкнула госпожа и внезапно махнула ладонью, заставив звездное полотно значительно сместиться, открывая новые пространства. – Мы вот здесь. Как видишь, совсем не в центре вселенной. Этот сектор так и зовется Даркраст, и ничего примечательного о нем не известно, кроме залежей гравитационных камней. Судя по справке, здесь два десятка звезд и множество планет, но лишь три обитаемы – собственно сам Даркраст и две соседние, которые входят в объединенный мир. Достаточно пустынно и захолустно.

Последнее Альда добавила унылым и задумчивым голосом, вновь возвращая карту на прежнее место и всматриваясь в текст, который появился рядом с каждой планетой.

– Однако, – тихо пробормотала принцесса. – Жизнь не стоит на месте.

– А что там говорится? – скромно спросила Эола.

– Что мой дражайший супруг уже обзавелся новой женой, – иронично и удивленно произнесла Альда.

– Владыка женился еще раз? – удивленно и недоуменно переспросила девушка.

– Что? – непонятливо осеклась принцесса. – Нет, я имею в виду своего первого мужа – принца Фарогоса.

– У вас прежде был муж? – обмерла Эола, выражая еще больше изумления.

– Прекрати поднимать брови, – язвительно отмахнулась владычица Даркраста. – Ты скоро потеряешь их в прическе.

– Простите, госпожа, – тут же стушевалась служанка.

– Да, – с тяжким вздохом произнесла Альда, сворачивая интерактивную карту звезд. – Я была замужем в течение тридцати циклов, но ничем хорошим это не закончилось.

Швырнув прибор обратно в сундук, принцесса уселась за стол, задумавшись о чуде, которое случилось с дворцом Фарогоса так скоро. Зная правила королевских браков и прекрасно понимая, что этот процесс весьма не скорый, она стала сопоставлять факты последних циклов прошлого брака. Эриал вряд ли сам задумал избавиться от неё, ибо принцу было плевать на любую женщину рядом с собой, а вот дон Гавиртран вполне мог затеять подобную интригу, дабы заполучить более сговорчивую сноху. Это значит, что единственный человек, которого уважала и даже любила Альда, предал её. На мгновение грудь сдавила обида, и принцесса закрыла глаза, глубоко и ровно дыша. Она сама виновата в случившемся. Не была бы упрямой дурой, не попала бы в расставленные силки. «Чего уж сожалеть о былом, тем более этого уже не изменить» – горько подумала Альда, обратив внимание на кофр, который привезла с собой еще с Вако.

Это был, пожалуй, самый дорогой и ценный груз, который принцесса хранила со времен детства. Легко откинув тяжелую крышку, она с волнением осмотрела почти полсотни склянок, каждая из которых находилась в своем отсеке. Заметив вытянувшую от любопытства шею Эолу, женщина хмыкнула и чуть отстранилась, давая ей хорошенько взглянуть на содержимое.

– Моя мама, а до неё моя бабушка имели необычное увлечение, – мягко произнесла Альда с оттенком грусти, вспоминая королеву Вако.

Выудив один изящный пузырек с прозрачной жидкостью, она легко взболтнула его и откупорила крышечку, вдохнув шедший аромат. Протянув драгоценную тару служанке, она с улыбкой наблюдала, как расширились глаза Эолы, уловившей нежный запах.

– Моя мама была родом с Шангри – это планета в секторе Магаратхи, – пояснила принцесса. – Помимо богатой руды банковского железа, там растут удивительные растения, хотя и не природные, а культивированные. То, что ты чувствуешь – это аромат леорана, фрукта с теплиц Магаратхи. Очень капризный в уходе плод, но изумительный по вкусу. Мягкий и сочный, он способен утолить жажду и насытить витаминами даже взрослого мужчину.

– Я никогда о таком не слышала, – смущенно отозвалась служанка, осторожно возвращая склянку хозяйке.

– Охотно верю, – хмыкнула она.

– Это все он? Запах этого фрукта? – заинтересованно спросила Эола.

– Нет, конечно, – вскинув бровь, отозвалась Альда. – К чему иметь триста сосудов с одним и тем запахом. Каждый аромат – отдельный пузырек. Тут собрано то, что собирала еще моя бабушка – принцесса Магаратхи, моя мама, а позже и я.

– А как можно собрать запах? – удивленно спросила девушка, когда принцесса показала ей еще несколько образцов.

Подняв первый уровень сундука, принцесса выудила из второго, более глубокого отсека достаточно старый аппарат из красноватого металла. И в общих словах описала его действие.

– Сюда помещается фрукт или растение, аромат которого ты хочешь заполучить, – пояснила женщина, открыв боковую крышечку. – Потом нажимаем кнопку, аппарат сам проводит диагностику и на табло появляется время, когда работа будет завершена. Готовая эссенция стекает в отдельный резервуар: вот сюда – и уже позже нужно аккуратно перелить её в герметичный пузырек, иначе аромат может со временем испариться. Вот и весь процесс. Потом все выдвижные части необходимо очистить, и аппарат вновь готов к работе.

– А какой ваш самый любимый? – поинтересовалась Эола, увлеченно разглядывая дистиллятор.

– Тот, который я получила последним, – задумчиво призналась принцесса, скованно выудив совсем крошечный флакон. – Не так давно на Фарогосе появилось настоящее чудо – цветы. Мне первой преподнесли букет из пяти роз.

– Роз? Не цветов? – непонимающе переспросила служанка.

– Цветы это название растения, а розы – это название сорта, – пояснила Альда, аккуратно откупоривая крышечку и опрокидывая флакон на палец, чтобы добыть каплю ароматной эссенции. Королевская спальня Даркраста внезапно наполнилась изумительным по красоте тонким ароматом растения, которое никогда здесь и не бывало.

– Это…

– …ошеломляет, – подсказала принцесса, закрытыми глазами вдыхая этот дивный запах.

– Даже не могу представить, что так может пахнуть, – скованно произнесла Эола. – На Даркрасте никогда и не было таких фруктов, и уж тем более таких… растений.

– Ну, ваш владыка обещал, что фрукты прибудут, и, более того, я собираюсь их здесь выращивать, – со вздохом отозвалась Альда, закупоривая драгоценный флакончик и доставая из предыдущего сундука свой голограф. – Что до цветов, то вот так они выглядят в расцвете своей красоты.

Найдя проекцию королевского сада Фарогоса в дни празднования Благоденствия, она положила прибор на пол, чтобы спальня вновь превратилась в кусочек другого мира, находящегося ныне за сотни миллионов звезд от Даркраста. Эола шокировано вглядывалась в увитые цветами арки и беседки, украшенные редчайшими розами всевозможных цветов, но Альда с грустью смотрела на эти изыски.

Впервые дивные цветы ей преподнес человек, которого она слишком сильно любила, сильнее, чем себя, и ничем хорошим это не закончилось. Он был жесток с ней при их последней встрече, заставив униженно просить милости. И гордая принцесса была готова на это, лишь бы вновь почувствовать себя любимой им. Теперь же, остыв и потеряв слишком много, Альда понимала, что Зан никогда её не любил.

Зан. Этот мужчина обжигал, словно древнее пламя, опалив и жаром страсти, и холодом безразличия. Именно в его объятьях она познала первое в жизни удовольствие плоти, хотя, по правде, в тот момент рядом был её супруг, что делало ситуацию пикантной, но не могло заглушить восторга от прошедшей ночи. Как она летала в последующие дни и какой же дурочкой, наверное, казалась окружающим, но Альду впервые ничто не волновало. В её жизни был он, генерал и защитник Фарогоса, который среди всего королевского зала мог дерзко подмигнуть ей и заставить одним этим забиться сердце словно сумасшедшее. Не помня себя от счастья, принцесса сбегала ночами в сад, летя к нему в темный альков, за жаркими поцелуями и безудержной страстью, дарующей ощущение, что тебя любят, что ты нужна и важна, что ты для него особенная и единственная. Справедливости ради, Альда признала, что Зан никогда не говорил ей слов любви или обещаний верности, но ей они были не нужны.

Взглянув сейчас на себя в зеркальную поверхность, принцесса горько признала, что ничего хорошего ей эта любовь не принесла. Лишь злость, ревность, падение, унижение и наказание, которое будет длиться до конца её дней на отдаленной планете, именуемой Даркрастом. Под землей, во тьме без единого луча звезды.

– Вам не нравится? – вдруг послышался удивленный голос Эолы.

– Что? – выплывая из своих мыслей, спросила Альда.

– Вы так погрустнели, – тихо произнесла служанка, смущенно осмотрев голограмму королевского сада. – Наверное, вам не хватает этого всего?

– Я бы так не сказала, – вздохнула принцесса. – Несмотря на красоту, жизнь там достаточно одинока и печальна.

– Разве можно быть печальной в таком месте? – с сомнением пробормотала Эола.

– Даже на самом оживленном празднике можно остаться в одиночестве, если тебе просто не с кем разделить веселье и радость, – хмыкнула женщина, припоминая сотни часов, проведенных в гордом одиночестве на троне среди веселящейся толпы.

Бегло осмотрев содержимое остальных сундуков, она отрешенно заметила, что роскошные наряды теперь годятся разве что на лоскуты, ибо Альда была значительно больше себя прежней. Теперь её нога была такой, как раньше талия, а уж про остальное и говорить не приходилось. Эола же пришла просто в неописуемый восторг от изысканных тканей и фасонов, благоговейно прикасаясь к тончайшему шелку и пенным кружевам. С сожалением осмотрев метры дорогущих тканей, Альда подумала: теперь они сгодятся лишь для каких-нибудь занавесок, но в этот же момент вспомнила, что на Даркрасте нет окон. Небрежно побросав наряды обратно в сундуки, принцесса нашла в следующих двух кофрах многочисленные украшения, которые не входили в королевские регалии и были преподнесены принцессе в качестве частных подарков. Сейчас и они ей малы, а некогда крупные камни выглядели до смешного мелкими. Это было странно, будто вся прошлая жизнь не подходила ей по размеру.

Три последних сундука содержали множество накопителей информации, в которых были книги и голограммы. Всякая чепуха по ведению домашнего хозяйства, экономике, вышиванию и основам растениеводства, которые лежали мертвым грузом все тридцать циклов её первого брака, – нынче были весьма полезными. Там даже были детские книги, обучающие грамматике, на тот случай, когда у Альды появились бы свои дети, и часть Вако должна была быть ими так же впитана, наравне с Фарогосом, но судьба и упрямство принцессы и эти книги сделали бесполезными. Забросив ювелирные побрякушки в сундуки, женщина выдвинула вперед те, что содержали в себе практические советы по выживанию в новом доме. Пора прекратить быть глупышкой и разрушать свою жизнь.

Подготовка теплиц шла полным ходом, и принцесса следила за распределением дорогущей почвы, обогащённой витаминами и полезными веществами для лучшего урожая. Инфоблоки о садоводстве помогли не только ей, но и пригодились новым сотрудникам, которые отныне должны были следить за королевскими огородами. Главный распорядитель лично поручился за два десятка мужчин, которые прибыли в центральный сектор на работу.

Помимо почвы и семян, прибыло новое оборудование для кухонь. Альда удивилась, с какой скоростью были выполнены закупки и даже те из них, которые считались труднодоступными, а именно – редкие специи. Кладовые пополнились запасами фруктов, которые потребовали расширения стеллажей и понижения температуры. Также принцесса распорядилась расширить хранилище под мясные запасы и запирающиеся отсеки для специй. Пасты смешивались в однородную массу в новых агрегатах и получались воздушными, а добавление фруктов и приправ сделали их наконец-то съедобными. Первую порцию попробовала сама владычица Даркраста в присутствии всего персонала кухонь.

– М-м-м, вот это настоящая пища королей, – вздохнула женщина, поняв, что сегодня она наконец-то поест досыта. Жизнь впроголодь окончена.

– Вы довольны? – мрачно уточнил Соур, зачерпывая ложкой полученную массу и тоже пробуя на вкус. Распробовав блюдо, он посмотрел на источник своих бед и промолчал.

– Для начала неплохо, – хмыкнула Альда, прекрасно понимая, что главный повар оценил разницу. – На ужин подайте это суфле, ломтики спелых фруктов и мясо азура. Оно слишком быстро портится, так что после поставок его используйте в первую очередь. Остальные сорта мяса – по мере необходимости; новые хладогенераторы прекрасно справятся с хранением, но азур слишком капризен для длительных запасов.

– Как скажете, – буркнул Соур, не решившись вновь возражать.

Мужчина уже оценил преимущества нового оборудования и то, как оно облегчало труд, а результат выходил самым наилучшим. Мясо теперь было достаточно загрузить в печи и дождаться, пока блюдо будет готово, а не мучить куски на свой страх и риск.

Помимо всего того, что заказала Альда, неожиданно пришли и иные закупки. Например, в одно из хранилищ заносили бочки со спиртным и несколько рулонов тканей и кож. Три огромные железяки и еще более внушительные шестеренки. Принцесса с трудом представляла, какая машина нуждалась в таких запчастях, но уточнять не стала. А еще в скрытые хранилища прибыло множество бочек с водой. Эти цистерны не могли не радовать, ввиду предстоящих трат драгоценной влаги. Самыми последними прибыли саженцы харагрутоса и три бочки «Тогарского Адского», которые почему-то занесли не в хранилище, а в спальню владыки, где как раз хозяйка вычитывала в сборнике по растениеводству новые сорта культур, которые могли бы разнообразить пищу или позволить разводить мелкий скот.

– Что это такое? – напряженно спросила принцесса, когда последние бочки были выгружены под её пристальным взглядом.

– Спиртное, – коротко ответил Рахсел, когда она вышла на площадку перед спальней и кабинетом.

– Я в курсе, что такое «Тогарское Адское», – сдержанно произнесла Альда. – Почему оно в спальне? Разве ему не положено находиться в погребах? Тут и так места нет.

– Владыка всегда держит эти бочонки у себя, – так же ровно ответил охранник и саркастично добавил. – А тесно из-за ваших сундуков. Может их переместить в погреба?

– Нет, – прищурившись, отозвалась женщина, уже поворачивая обратно, когда её внимание привлек беспомощный писк.

На тронном плато обычно никого не было, ибо владыка отсутствовал, но в этот момент там находились несколько мужчин и, судя по развязанной манере поведения, они были либо слишком пьяны, либо не воспитаны от природы. А писк доносился от группки девушек, которые прятались за колоннами от этих грубиянов.

– По какому праву они ведут себя столь неучтиво в палатах государя? – неприязненно спросила Альда, сморщившись от представшей картины.

– По праву мужчин? – мрачно предположил Рахсел.

– Весьма сомнительно, что им позволено подобное поведение в присутствии владыки, – процедила принцесса, хмурясь от разворачивающегося перед ними безобразия.

Когда она уже перешагнула на левитирующий помост, вместе с охранником на платформу внезапно забежали шесть гуархов. Женщина не придала этому значения, ибо зверюги не раз таким способом путешествовали с ней по своим делам, какими бы те ни были. Альда до сих пор не видела, где их кормили и вообще выгуливали. Стая появлялась сама и разбредалась по собственному желанию, даже сейчас перед троном Сверра лежали четыре хищника.

Когда платформа пристыковалась к плато, первыми соскочили гуархи и меланхолично присоединились к собратьям, развалившись рядом с каменюкой своего хозяина. Принцесса нерешительно переступила на помост и напряженно всматривалась в собравшихся негодяев. Ситуация уже была скверной, ибо пьяных мужчин было больше, чем ей казалось изначально, а Рахсел был один, но, глубоко вдохнув, она гордо подняла голову и громко произнесла:

– Кто смеет нарушать покой и порядок дома владыки Сверра?

Смешки и домогательства к несчастным девушкам прекратились, и все обратили внимание на Альду. Недоумение на наглых лицах вперемешку с затравленными женскими взглядами взбесили принцессу.

– Спрашиваю еще раз: кто позволил себе столь неуважительное поведение? – строго произнесла она, переводя взгляд с одного мужчины на другого, пока вперед не выступил их главарь.

– Я слышал, что владыка Сверр обзавелся супругой, но лично лицезреть её не довелось, – нахально улыбаясь, начал мужчина. – Никто не предупредил, что Даркраст обзавелся такой сочной бабенкой.

– Шаг назад, Лест, – спокойно произнес Рахсел, когда наглец стал приближаться к Альде.

– Дружище, я смотрю, тебя подрядили в няньки, – засмеялся заводила шайки бедокуров. – Ты бы объяснил подопечной, что у нас женщине не пристало спрашивать с мужчин.

– Я требую, чтобы вы прекратили безобразие и покинули главное плато, – твердо произнесла принцесса, не позволяя игнорировать себя. – И оставили в покое женщин.

– Никто не может отказать нам в праве на удовольствие, – уже злее произнес Лест.

– Я могу, – жестко возразила Альда, не зная, правда это или нет.

– Ни одна девка не может указывать мужчине, – рявкнул пьяный наглец, и за его спинами вдруг одобрительно загудели его подельники. – Тебе бы лучше знать свое место!

Внезапно позади неё раздался грозный рык стаи гуархов. Животные стали приближаться и вышли вперед принцессы, угрожающе вышагивая и тесня мужчин.

– И где же оно? Мое место? – насмешливо уточнила Альда, почувствовав перевес в силе. – Если не знаете – то позвольте напомнить – оно на троне. На коленях владыки Сверра и у самого его ушка.

Гуархи продолжали медленно наступать, и даже самые отчаянные головы такую угрозу не могли проигнорировать. Дождавшись, пока недовольные мужчины ретируются на нижние уровни, принцесса мрачно осмотрела обращенные к ней женские лица.

– Прекратите так смотреть на меня, – поджав губы, велела им Альда. – Я не о вас пекусь, а о собственном покое. Невозможно спать под эти визги.

Резко развернувшись, принцесса промаршировала к летающей платформе и дождалась Рахсела.

– Владыке это не понравится, – мрачно произнес охранник.

– Неужели Сверру по душе, когда в его доме насилуют девушек? – неприязненно бросила она.

– Я не об этом, – коротко отозвался мужчина и, едва женщина взглянула на него, продолжил. – Вы дали понять, что можете влиять на его решения, а он этого не потерпит.

На следующие сутки в антидворец вернулся владыка Даркраста, и к тому моменту, как его увидела Альда, стало понятно, что супруг уже в курсе всего произошедшего. Мрачный мужчина вошел в спальню, и принцесса всей кожей ощутила волны гнева от него. Задрав подбородок выше, она приготовилась выслушать упреки, но внезапно ситуация вышла из-под контроля.

– Иди сюда, – прошипел Сверр, тяжело дыша.

– Мне и здесь неплохо, – настороженно произнесла она, почувствовав угрозу.

Какие бы планы владыка ни строил в этот момент – явно они пошли прахом, ибо глаза мужа засверкали, и, буквально зарычав, он одним махом подлетел к Альде. В секунду женщина оказалась уложена на его колени животом вниз и ощутила смачный шлепок по заднице. Замерев от шока и ужаса, она даже не смогла пискнуть, пока град звонких ударов сыпался на её обнаженную попку.

– В следующий раз вспомни об этом, когда захочешь открыть рот, – мрачно сказал Сверр, сталкивая ошеломленную Альду с колен и выходя из спальни.

Глава 7

Гнев и ярость обуяли принцессу, едва за мужем закрылась дверь. В бессильной злобе она ударила ладонью по каменному полу, почувствовав себя оскорбленной и униженной. Пока Сверр воспитывал её, как малое дитя, Альда молчала, стиснув зубы и не проронив ни звука. Экзекуция была стремительной, и серьезно пострадала лишь гордость женщины, хотя зад знатно припекало. Вскочив на ноги, принцесса хотела было вылететь вслед за муженьком и высказать все что накипело, но перед дверью она застыла. В прошлый раз эмоции лишили её трона Фарогоса, а в этот раз могут и жизни. Резко развернувшись, Альда заметалась по спальне, словно трегун, пойманный в ловушку.

«Засранец! Да как он посмел?!» – пыхтела принцесса, готовая задушить супруга. Ярость настолько захватила её, что мысли хаотично возникали в голове, подвластные лишь эмоциям. Сжав кулаки, женщина пинала все, что попадалось на пути, пока Альда не оказалась перед бочонками с «Тогарским Адским». Схватив со стола небольшой кубок, оставшийся с обеда, принцесса внезапно лихо справилась с пробкой и наполнила спиртным свою тару. Махнув залпом напиток, она едва не выплюнула содержимое, настолько крепким он оказался. Перехватившее дыхание мгновенно заставило пожалеть о выпитом, а чуть позже огонь лихо хлынул по пищеводу, сжигая все что мог. Отдышавшись и поморщившись, принцесса пожалела об опрометчивом поступке. Поставив кубок на откупоренный бочонок, Альда продолжила вышагивать по спальне.

«Дикарь! Неотесанный варвар!» – продолжала она мысленно выговаривать, уже медленнее преодолевая очередной отрезок пути. Внезапно огненный поток, который, казалось, сжег все внутри, осел в желудке и стал согревать, переключая внимание на себя. «Тогарское Адское» распространялось по венам, принося с собой неожиданный эффект – расслабляя руки и занемевшие ноги, которые серьезно мерзли от ходьбы босиком по каменному полу. Принцесса поняла в этот момент одну вещь – она устала. Смертельно устала от страха и ожидания худшего.

С того самого момента, как Эриал сказал ей, что Зан погиб по её вине, Альда жила в состоянии паники и ужаса, а позже и ожидания наказания. Очередное предательство отца и новое замужество прошли на фоне стресса. Ей казалось, что вот-вот будет еще хуже, вот-вот и она сломается. Сверр не подарок и никогда не притворялся, что жизнь с ним будет приятной. Окинув взглядом темные каменные стены, принцесса вдруг захохотала. «Куда еще хуже? В какую пропасть еще падать? Разве есть такая?» – горько подумала она, вновь наливая порцию «Адского». Второй кубок женщина выпила мелкими глотками. «Тогарское» все также обжигало, но уже и согревало быстрее. «Теперь так и буду жить. Во тьме, с ошейником на цепи» – мрачно размышляла Альда, усевшись на кровать и скрестив ноги перед собой. «Молчать и терпеть побои от муженька» – со вздохом продолжила она, наполнив кубок в третий раз. «И никакого счастья для Альды. Нееет, опальная принцесса достойна только презрения и упреков!» Вспомнив, как Сверр спрашивал, сосала ли она член, женщина горько усмехнулась. «Перед ним открою рот лишь, чтобы укусить! Проклятый болван! Ни умений, ни желания. Эгоист и наглый грубиян!»

Внезапно в опьяненном мозгу Альды созрел план. «Почему ему все можно, а мне нет?! Лишь потому, что он мужчина? Кусок плоти между ног дает слишком много власти! Еще бы он умел им пользоваться!» – от последней мысли принцесса вдруг захохотала в голос. Очередной глоток спиртного укрепил её решимость в одном вопросе. «Пусть делает с ней что хочет, но хоть раз она получит от него своё!»

Вставая на ноги, женщина вдруг покачнулась и поняла, что пьяна больше, чем когда-либо в жизни. Аккуратно добравшись до своих сундуков, Альда выудила последний дар Фарогоса. Коварное зелье, призванное повышать фертильность, имело побочный эффект – возбуждение, граничившее с безумием. Взглянув на довольно объемный пузырек, принцесса, поджав губы, обдумывала план. С одной стороны, опоить Сверра и посмотреть на его страдания было бы весело, вот только этот дикарь тут же явится в спальню и учинит разврат. С другой – у зелья есть последствия, но об этом Альда уже не беспокоилась. Одна из прибывших приправ имела весьма серьезное действие – правильно заваренное, оно являлось сильным противозачаточным средством. Обследовавшись автодоктором, принцесса знала, что не зачала в первые дни брака, а значит, никакого вреда будущему ребенку не будет. На данный момент она рожать ни от кого не планирует. «Обломись, владыка!» – мрачно подумала женщина, замышляя свою месть. «Возможно ли наказать мужчину сексом? Только если финишировать первой, оставив засранца ни с чем!» Была еще одна загвоздка – как сделать так, чтобы Сверр не пришел за добавкой? В этот момент Альда нырнула в очередной сундук и с торжеством нащупала там кое-что. Когда-то давно это должно было помочь ей зачать от любимого мужчины, а теперь вот поможет наказать нелюбимого.

Еще раз поразмыслив о предстоящей мести, принцесса откупорила флакон с зельем и пролила небольшую порцию в кубок. Разбавив спиртным, женщина смело выпила треть содержимого. «А что? Я тоже должна быть в настроении скакать на этом мужике. Пусть хоть со стороны увидит, как кончает женщина!» Закрепив подарок для Сверра на его любимом кресле и улегшись на кровати, Альда приготовилась ждать мужа, надеясь, что он сегодня явится, а то месть будет жалкой и в глупое положение попадет уже она сама.

Удивительно, но владыка явился достаточно быстро и застал супругу в постели.

– Ты пьяна? – настороженно поинтересовался Сверр, застыв на пороге. Мимо него веселой гурьбой пронеслась стая гуархов.

– А что, нельзя? – чуть заплетающимся языком уточнила она, приподнявшись на локтях и выставив собственную грудь.

– И много ты выпила? – насмешливо спросил муженек, присаживаясь на кресло и заглядывая в наполненный кубок.

– Не обеднеешь, – хмыкнула Альда, смутно отмечая, что своих зверюг он любил и проявлял больше внимания, чем к жене.

Пока женщина пьяно размышляла, что возможно переборщила со спиртным, Сверр залпом осушил кубок и отложил его в сторону. Гуархи выстроились перед ним в ожидании вечерней ласки, и вот тут Альда и нажала на небольшой пульт, который предусмотрительно валялся рядом с ней. За секунду как все произошло, мужчина вдруг выпрямился и почти убрал руки с подлокотников каменного кресла, но принцесса успела сковать его.

– Что это значит? – мрачно спросил Сверр, пристально глядя на жену.

– Лишь то, что ты попался в ловушку, – с коварной улыбкой ответила она, разглядывая результат своей хитрости. Подойдя к двери, принцесса выгнала гуархов, запирая замки.

– Ты понимаешь, что с тобой будет, когда я освобожусь? – спокойно поинтересовался владыка.

– А что ты можешь мне сделать? – язвительно уточнила Альда. Злость и ярость вновь вернулись к ней. Подойдя к ложу, женщина вольготно расположилась на мехах. – Наденешь ошейник и закуешь в цепь? Так ты уже это сделал. Может, унизишь меня перед подданными, выставив на всеобщее обозрение голой? Так и это уже я прошла. А-а-а?! Может, оставишь наедине со стаей смертоносных гуархов?! Подожди, мы ведь и это уже прошли! Что ты можешь сделать со мной еще? Ах, ну да, ты ведь можешь избить меня, так? Хотя, за столь короткий срок, наш брак дошел и до этого.

– И теперь ты решила пленить меня? Весьма неумно, – иронично хмыкнул мужчина.

– Ну, так это только на время, – пожала плечиком принцесса. – Утром кто-нибудь спасет тебя. Надеюсь, ты успеешь придумать ответ на вопрос «Почему владыка оказался пленен слабой женщиной?»

– Знаешь, что с тобой будет после этого? – сурово процедил он.

– Ничего, – бесшабашно ответила Альда. – А знаешь почему? Потому что в ином случае весь твой грандиозный план по превращению груды камней, именуемой «Даркраст», в империю полетит в глубокую бездну.

– О чем ты? – настороженно уточнил Сверр, внезапно поерзав в кресле.

– Да о том, что жениться на принцессе недостаточно, чтобы войти в «Круг Царей», – насмешливо отозвалась она, прекрасно поняв, что происходит.

Зелье дало свой результат, и мужчина в скором времени ощутит сильнейший прилив к паху и многое перестанет его интересовать. Она сама не ожидала, что почувствует возбуждение так быстро. Очевидно, на даркрастиан возбудитель действовал быстрее, чем на хилых фарогосийцев. В ожидании мужа Альда успела ублажить себя самостоятельно и весьма стремительно кончила, чего обычно с ней не происходило.

– Как думаешь, почему возвыситься можно лишь через брак с королевской дочерью? – чуть опьянев от новой волны жара, спросила принцесса, приподнимаясь на постели. – Богатейшие планеты пытаются на равных стоять рядом со всеми, но не могут этого сделать? Где тот проклятый «Круг Царей», в который все так стремятся войти? А ведь их несколько и каждый влиятелен и силен. Эти конгломераты соревнуются между собой за ресурсы и богатства, а также делят лакомые куски. И будь ты даже богат как Бог и женат на самой родовитой из женщин, тебе не прыгнуть выше собственной головы.

– Сдается мне, секрет находится передо мной, – тихо произнес мужчина, безошибочно добравшись до сути.

– Вы поражаете меня своей проницательностью, владыка, – иронично отозвалась Альда. – Секрет действительно лежит на поверхности. Выходя замуж, мы соблюдаем древние ритуалы. Все правители чтят традиции, которые зиждятся на законах природы. Во вселенной полно всяких технологий, но все же жизнь зарождается между мужчиной и женщиной в равной степени. Без одного нет другого, и, как бы прогресс не шел вперед, этот баланс сохраняется. Именно поэтому империя зарождается с приходом королевской крови и династии становятся полноправными участниками «Круга Царей» после того, как новобрачная королева призывает гостей в новый дом. Только после этого новый мир признается достойным считаться империей или королевством.

– И ты приковала меня, чтобы сказать именно это? – мрачно пыхтя, спросил Сверр.

– О, конечно же нет, – засмеялась принцесса. – Сказанное лишь позволяет сделать вывод, что все твои старания пошли прахом, ибо я никогда не приглашу правящие семьи на эти скалы. Для этого тебе придется вывернуть свою жопу наизнанку, чтобы изменить мое решение. А приковала я тебя по иной причине. Во-первых, месть за унижение. Хочу отплатить тем же, когда придут твои освободители. А во-вторых, я решила преподать тебе урок.

Плавно поднявшись на ноги, она медленно приблизилась к мужу и, нагнувшись, тихо добавила:

– Не волнуйтесь, владыка, возможно, вам даже понравится.

В этот момент очередная волна прошлась по телу и сладко осела между ног. Посмотрев на Сверра, Альда прекрасно видела, что он уже дошел до нужной кондиции и готов к «употреблению». Заметив, как оттопырились кожаные брюки, женщина лукаво поцокала языком.

– Выглядит болезненно. Позволь тебе помочь?

– Что ты задумала? – прошипел Сверр, мрачно взирая на жену.

– Исполнить свой священный супружеский долг, – невинно хлопая глазками, произнесла она.

Раздеть прикованного мужчину оказалось достаточно сложно, так что пришлось взяться за древний клинок. Иронично приподняв бровь, принцесса насмешливо произнесла:

– Если не возражаешь, я бы воспользовалась этим.

– Альда…

– Я всего лишь пьяна, а ты довел меня до края, – мягко произнесла она.

– Это не лучшая ситуация, чтобы доверять тебе, – мрачно произнес Сверр, глубоко дыша то ли от возбуждения, то ли от волнения. Вполне возможно от всего сразу.

– Вам стоит поучиться этому у женщин, – хмыкнула Альда. – Нам вечно приходится доверять ненадежным личностям.

Осторожно орудуя старинным коротким мечом, она срезала широкий пояс и кожаные штаны. Войдя в раж, принцесса удалила и рубашку заодно. «Пусть тоже побудет голым и беспомощным» – подумала женщина, осматривая результат своих действий. Что ж, тело у владыки было отличным, как и у каждого дикаря. «Все эти мышцы нужны, чтобы доминировать и угнетать слабых». Взглянув на увеличившееся мужское достоинство, Альда впервые засомневалась в том, что у неё получится одолеть эту вершину. Пупырышки надулись и уже подрагивали в ожидании ласки. «Никакой ласки. Не заслужил» – мрачно подумала принцесса, прежде чем уверенно сесть верхом.

Удивленно-изумленный взгляд Сверра бесил и нервировал, особенно когда она медленно и постепенно оседала на его член. Закрыв глаза, женщина легко поддалась плотскому зову, сладко застонав от наполненности и жара, окатившего её. Зелье делало свое дело и туман страсти густел в голове, стирая рамки приличий. Мягко вбирая в себя дрожащие пупырышки, Альда ухватилась за мужские плечи, наращивая темп волнообразных движений. От пупка к основанию члена у Сверра шел особо жесткий гребень пузырьков, который в данный момент терся об и так распухший клитор, заставляя её вскрикивать от нетерпения. Все тело охватило напряжение и, отбросив всякую скромность, принцесса, запрокинув голову, объезжала мужа в поисках разрядки. Внезапно тело будто одеревенело в судороге и, замерев на вдохе, Альда, закусив нижнюю губу, словно раскаленный шар, едва не распалась на части, чуть не свалившись с колен владыки. Услышав глухие хрипы и почувствовав еще больше расширения в себе, женщина успела подняться на ноги и отойти в сторону ложа.

– Вернись сейчас же, – проскрежетал Сверр, сверкая яростным взором.

– О, Боги, – обессиленно засмеялась она. – Разве ты забыл правило нашего брака? Всегда кончает кто-то один. Просто сегодня это не ты.

– Клянусь, ты пожалеешь, если сейчас же…

– Что я от этого получу? – игриво спросила Альда, напомнив знакомую фразу и довольно потянувшись всем телом, словно сытая цисина.

Тело парило в нежной дымке и легкости. Кожа стала такой чувствительной, и, проведя по своим бокам и груди, женщина ощутила сотни мурашек и восхитительных покалываний. Соски стали тверже камня и пиками торчали вверх, а между ног вновь разгорался пожар. Взглянув на пышущего злобой и неизрасходованной страстью Сверра, Альда тихо произнесла:

– Это тело создано для удовольствия, а ты даже не знаешь, как его получать. Это все равно, что использовать межзвездный крейсер для перемещения по планете, не покидая стратосферы.

Дыхание мужчины стало спокойнее, а значит, кризис миновал и пришло время новой пытки наслаждением. Коварно улыбнувшись, она лукаво уточнила:

– Сними с меня ошейник и я в тот же миг вернусь к тебе в объятья.

– Не играй со мной, – процедил взведенный Сверр, зорко следя за каждым её движением, особенно тем, как она себя ласкала.

Решив, что ему нужна небольшая мотивация, Альда с наслаждением раздвинула ноги и коснулась уже подрагивающего в нетерпении клитора, мягко лаская его пальцам. Вспышка электрического импульса прошлась по разгоряченному телу, заставив женщину вскрикнуть от яркого и острого пика. Взглянув из-под опущенных ресниц на разъяренного мужа, она сыто улыбнулась и медленно поднялась с постели. Опустившись на колени перед его правой рукой, принцесса ожидала, что Сверр тут же схватится за проклятый ошейник.

– И что дальше, владыка? Я в твоей власти, у ног.

Очевидно, в этот момент он не мог управлять ситуацией, а зелье мешало мыслить разумно. Тяжело дыша, мужчина взглядом приказывал ей многие вещи.

– Ты завершишь то, что начала.

– Сними ошейник, – парировала Альда, глядя на него снизу вверх.

– Освободи меня, – вдруг произнес Сверр, прищурившись.

– Кажется, мы зашли в тупик, – коварно усмехнувшись отозвалась женщина, свободно коснувшись его эрекции, и тихо поцокала, когда мужчина содрогнулся всем телом, обессиленно застонав. – Первое правило переговоров – не показывать свою заинтересованность – ты с треском провалил.

– Освободи меня, – напряженнее процедил владыка.

– Нет, – легко ответила принцесса. – Но я с радостью вернусь на твой член за сладкой наградой, когда ты снимешь с меня эту железяку.

Сверр молчал и лишь сверкал глазами, пытаясь повлиять на жену. Альда покорно ждала, когда ей позволят утолить их общий голод, ибо жар вновь стал нарастать в теле, терзая сковывающими спазмами. Щелчок и рабский атрибут упал к её ногам, а мужчина сдавленно прошептал:

– Теперь твоя очередь.

Она не стала медлить и быстро вскарабкалась на его колени. Между ног уже все пульсировало и сочилось в ожидании разрядки, когда Альда обхватила мужа бедрами. Медленно вбирая его в себя, принцесса заскулила от тесного трения и наполненности.

– Быстрее, – прохрипел Сверр.

Погрузив руку в волосы на его макушке, она едва слышно прошептала на ушко:

– Сегодня ты мой раб и должен благодарно принимать свою судьбу.

Киска набухла от всех этих пупырышков, ставших слишком жесткими. Напряжение стало невыносимым, а движения резкими. Мужчина отчаянно приподнимался вверх, желая войти глубже, но Альда не позволяла ему вести игру. Опускаясь лишь наполовину, она замирала на пике, продлевая агонию. Оргазм обрушился на неё лавиной, заставив задрожать и осесть на члене до конца, но едва муж собрался кончить, Альда вновь соскочила с каменного кресла. Пошатываясь от силы разрядки, принцесса, тяжело дыша, повалилась на кровать.

Внезапно за спиной послышался странный треск. Мгновенно поняв, что происходит, женщина обернулась, чтобы увидеть, как мускулы вздулись на груди и руках владыки, а проклятое кресло крошилось под напором его силы.

– Нет-нет-нет, – взволнованно запричитала Альда, с ужасом наблюдая, как он освободился.

– В этот раз ты зашла слишком далеко, – яростно рыкнул Сверр, стремительно приближаясь и грубо обхватывая её бедра.

Жесткое вторжение внезапно заставило принцессу задрожать в новой разрядке. Мужчина позади неё превратился в дикое животное. Погружаясь до конца в бешеном темпе, владыка хрипел от натуги, не давая Альде даже намека на завершение. Скованная объятьями по рукам и ногам женщина могла лишь принимать его ярость, утопая в собственных соках и оргазменной судороге.

– Никто не смеет лишать меня удовольствия, – шипел Сверр, навалившись всем телом и ухватив супругу за копну волос. – Пока я не кончу, никто не имеет права слезать с моего члена. Поняла?!

Резко перевернув её на спину, владыка со стоном погрузился до конца и зашипел, едва принцесса вновь кончила. Его разрядку Альда ощутила всем нутром. Мужчина вколачивался в неё, рыча и хрипя в такт грубым движениям. Будто недостаточно всего этого превосходства, Сверр сильнее обхватил её, внезапно уткнувшись в изгиб шеи, и стал посасывать прикушенную кожу. Для принцессы в этот момент засверкали звезды и реальность, задрожав, поплыла, уступая темной дымке, заполонившей все вокруг.

Потом был еще секс и еще. Владыка не мог остановиться и требовал компенсации и реванша, а может просто зелье терзало его сильнее, чем Альда ожидала. Женщина четко помнила, как лежала в его объятьях в бассейне фракса, пока Сверр, обхватив её за попку, кусал соски, пытаясь вновь усадить на свой член. Уперевшись ладошками в его плечи, она, поморщившись, отталкивала мужа.

– Нет, – прошептала принцесса, вымученная до капли.

– Нет худшего господина, чем бывший раб, – мрачно отозвался он и, сделав два широких шага, прижал её к противоположному бортику и одним толчком погрузился до конца, заставив Альду захныкать.

Густые воды темного фракса подчинились его движениям и завихрились вокруг, заставляя все сильнее всхлипывать от приближающейся погибели. Сердце в бешеной скачке уже трепыхалось, и, стиснутая в крепких объятьях, принцесса громко застонала, услышав резонирующее эхо. Проваливаясь во тьму, она видела, что Сверр не отрывает от неё взгляда.

Очнулась женщина после всего произошедшего в постели и с ошейником на прежнем месте. Голова раскалывалась от выпитого, а тело не реагировало на команды мозга, очевидно шокированное количеством разврата и оргазмов за столь короткий отрезок времени. Что ж, владыка хотел «исполнения супружеского долга» – он его получил сполна. Теперь надо как-то вновь налаживать совместную жизнь.

«Надеюсь, Сверр не злопамятный» – мрачно подумала Альда. – «В конце концов, я лишь дважды не дала ему кончить. Это не так уж много по сравнению с тем, сколько он мне задолжал».

– Как себя чувствуешь? – произнес владыка совсем рядом.

С трудом повернув больную голову, принцесса язвительно произнесла:

– Изумительно. А вы?

– У меня выдался интересный вечер, – хмыкнул лежащий рядом Сверр. – Но теперь мне бы хотелось оценить другие твои навыки.

– Какие? – с ужасом поинтересовалась Альда, считавшая, что вчера она отдала ему все что могла. И не раз.

– Кулинарные, – насмешливо отозвался мужчина. – Мне сообщили, что на Даркрасте новое меню, но опробовать его я так и не успел. Дражайшая супруга заняла более интересными вещами.

Не дав ей особо прийти в себя, Сверр лихо и отвратительно бодро повел жену к тронному плато, где вельможи уже ожидали, чтобы вкусить завтрак со своим владыкой.

Глава 8

Настроение принцессы было далеко от радужного, хотя завтрак наконец-то соответствовал её стандартам. Фруктовое суфле, в котором никто бы не заподозрил питательную пасту, хранившуюся в кладовой не один цикл, и широкая чаша с нарезанными фруктами. Помимо всего легкий завтрак включал кувшин с энергетическим напитком. Все-таки кухня на Даркрасте имела практичное назначение и не располагала к изысканному времяпрепровождению. В тот момент, когда Сверр явился карающим мечом в спальню, чтобы наказать за неугодные высказывания, Альда как раз искала среди кучи названий блюд какие-нибудь с пометкой «десерт». Инфоблоки с Вако не сильно радовали кулинарными изысками, но и они оказались просто на вес бриллиантов в сложившихся условиях. Решив не делиться всеми секретами с главным поваром, принцесса планировала постепенно вводить новые блюда в меню.

«И что теперь? Может этот дикарь казнит меня за содеянное?» – мрачно размышляла она, страдая от головной боли на коленях владыки. Женщина вдруг в красках представила свою участь и кровавую смерть. Воображение подсказывало разные варианты, но сути это не меняло – такой варвар, как Сверр, не упустит возможности отыграться. «Хотя чего уж! Он и так отомстил по полной!» Вчера все пошло не по плану, хотя сама идея теперь казалась дурацкой. «Проклятье! И все идеи по пьяни такие же идиотские, как и результат!» Продолжая раздумывать над своим положением, принцесса вдруг представила печальный конец. «Одинокая могилка, где-нибудь посередине бездны. Всеми забытая и покинутая, с краткой табличкой: „Здесь покоится Альда, казненная за изнасилование мужа“».

Внезапно совсем рядом раздалось непочтительное фырканье, перешедшее в легкий смешок. Мрачно вздохнув, женщина поджала губы, намеренно игнорируя супруга. Видеть его вообще не было желания и сил. Как только Альда убедила себя, что Сверра нет рядом, её бедра коснулась горячая ладонь и стала поглаживать. Так как дело происходило за столом, никто не заметил сего действия. Присутствующие вельможи увлеченно поглощали новые яства, нахваливая почему-то Соура. «Он-то тут причем?!» – раздраженно подумала принцесса, услышав комплименты главному повару.

– Всем по нраву новые блюда? – громко спросил Сверр, заставив супругу вздрогнуть от неожиданности.

– О, да, владыка! – раздались одобрительные голоса придворных. – Соур заслужил похвалу и награду.

– Что думает по этому поводу сам повар? – насмешливо уточнил хозяин «антидворца».

– Моей заслуги тут нет, повелитель, – с оттенком неудовольствия ответил Соур. – Все это работа госпожи Альды.

Мужчины замолкли с похвалами и обратили внимание на неё. «Им сложно признать, что женщина может справиться с поставленной задачей?» – хмуро заметила принцесса, поняв, что комплиментов не будет.

– Значит, повелительница Даркраста заслужила похвалу и награду, – одобрительно произнес Сверр, незаметно для всех продолжая все это время поглаживать её ногу.

– Я приму все, чего ты посчитаешь меня достойной, владыка, – елейно произнесла Альда, насколько смогла с учетом жуткой головной боли.

– Ты угодила не только мне, но и каждому в этом зале, – кивнул он на притихших вельмож. – Значит и награда будет столь щедрой.

– Как насчет прощения? – тихо пробормотала женщина только для мужа.

– Разве оно тебе нужно? – в тон ей отозвался мужчина.

– Да, – уверенно произнесла принцесса. – В тот момент, когда я совершу непростительный поступок, ты вспомнишь об этом обещании.

Немного подумав, владыка уже заставил её занервничать, но потом тихо сказал:

– Хорошо. У тебя есть право на прощение. Один раз.

Эти слова облегчили душу Альды. Хоть кредит доверия и был одноразовым, все же это шанс, который ей, несомненно, понадобится. Вообще все происходящее было странным. Принцесса ожидала, что проснется прикованной или еще хуже – сразу в кандалах и в темнице. А тут ни упрека, ни грозного взгляда, хвалит, да еще и наглаживает. Как-то сложно верилось в чудо. Они со Сверром не были друзьями или союзниками, по сути, она не знала мужа. Начало их брака нельзя назвать прекрасным, да и вчерашний день не стал примером для подражания, ни с одной из сторон.

Решив на больную голову не делать каких-либо выводов и не приписывать владыке эфемерных заслуг, Альда после завтрака вернулась в покои и улеглась спать. Автодоктор мог залечить любые раны и порезы, даже серьезные, но, к сожалению, похмелье к ним не относилось. Плохие решения имели дурные последствия, и принцесса в полной мере постигала смысл этой фразы. Помимо шумного набата под черепной коробкой, принцесса едва стояла на ногах из-за прошедшего усердного исполнения супружеского долга, тем отвратительнее казался свежий и бодрый Сверр, расположившийся на троне решать насущные дела.

Оставшийся день она провела в постели, просыпаясь лишь с приходом Эолы, которая исправно приносила подносы с едой в те дни, когда принцесса пребывала в спальне.

– Всем так нравится новая пища, – тараторила служанка. – Фрукты на вкус просто ошеломляют. Мы никогда такого не пробовали, а после того как все узнали, что у нас на Даркрасте они будут расти…

– Эола, умолкни, – прохрипела Альда, когда трескотня девушки слилась в один сплошной гул в голове. – Еще слово – и я прикажу Соуру лично для тебя готовить прежний рацион.

– Да, госпожа, – пробормотала девушка намного тише, оставляя поднос на столике.

– Сейчас уже ужин? – морщась от стука в висках, спросила принцесса, с трудом садясь в кровати.

– Да, госпожа, – повторилась Эола. – Девушки накрывают столы. Все с нетерпением ждут трапезы и возможности попробовать что-то новое.

– Ты в шаге от комковатой пасты и сожженного куска мяса, – мрачно предостерегла Альда служанку, подходя к столу и тяжело усаживаясь ужинать. – Принеси мне отвар из сошенника.

В этот раз девушка обошлась без слов, стремительно выскочив за дверь и оставляя женщину в желанном одиночестве. Мозг пульсировал болью, но уже значительно слабее, а вот тело ныло в самых непристойных местах. Мышцы свело, и не привыкшая к физическим нагрузкам принцесса морщилась от дискомфорта. Пища, принесенная Эолой, немного улучшила настроение, а отвар сошенника должен был рассеять остатки тумана в голове.

Вернувшись в кровать, Альда планировала вновь уснуть, но внезапно была разбужена Сверром. Когда явился супруг, она не уловила, а вот мужскую ладонь, которая в данный момент лежала на её бедре игнорировать оказалось сложно. Хмуро посмотрев на руку, принцесса перевела мрачный взгляд на мужа.

– Что происходит? – язвительно уточнила Альда, когда Сверр стал поглаживать её.

– Я тебя глажу, – насмешливо отозвался он, поджав губы. – Кто-то недавно так красноречиво возмущался отсутствием ласки с моей стороны.

– И ты, конечно, решил, что сегодня подходящий вечер для экспериментов, – недовольно проворчала принцесса, закатив глаза.

– Чем плох сегодняшний вечер? – хмыкнул владыка.

– Тем, что я вряд ли смогу по достоинству оценить твои попытки соблазнить меня, – с тяжелым вздохом ответила женщина. – Если честно, то я неважно себя чувствую.

– Это последствия крепкого алкоголя, – весело произнес Сверр.

– Никакого другого я не нашла, – буркнула Альда. – Очевидно, что на Даркрасте нет легких спиртных напитков.

Рука медленно, но верно продолжала шевелиться на её бедре и принцесса начала подозревать, что секса избежать не получится. Все это было странно, особенно эти манипуляции на её теле, спокойный и даже ласковый голос владыки и вообще никакого возмущения из-за учиненного ею бесчинства. Смутная догадка внезапно возникла в голове.

– Я могу узнать судьбу дарованного ранее «прощения»? – прищурившись, поинтересовалась принцесса.

– Можешь, – легко отозвался супруг, продолжая гладить её.

– Оно уже использовано? – мрачно предположила Альда.

– Еще пока нет, – усмехнулся мужчина. – Полагаю, тебя интересует моя реакция по поводу прошлой ночи?

– Весьма, – кивнула принцесса, продолжая хмуриться от дискомфорта. Она не привыкла, чтобы её кто-либо трогал.

– В целом вечер прошел интересно и даже волнующе, – чуть задумавшись, произнес Сверр. – За исключением того момента, когда ты собиралась лишить меня удовольствия, но у тебя не было шанса. Так что ты прощена.

– Спасибо, – кисло отозвалась женщина, почувствовав себя странно от всего происходящего.

– К тому же все осталось в пределах спальни, так что никого, кроме нас двоих, это не касается, – лаконично продолжил мужчина. – В частном порядке, так сказать.

– То есть, если бы это вышло за двери?..

– Мне пришлось бы действовать как владыке Даркраста, – серьезно сказал Сверр.

Услышанное всё расставило по местам. Как и любой правитель, её супруг заботился о собственном престиже среди подданных и поступать должен соответственно. Иными словами пока их дрязги не выходят за пределы частной жизни, с ним можно договориться. «Ну, и на том спасибо» – вздохнула про себя Альда.

– Не знаю, что ты задумал, но прямо сейчас я на супружеские обязанности не способна, – откровенно призналась принцесса. – Я даже притвориться не сумею.

– Что ж, – со вздохом сдался он, убрав наконец-то свою руку. – Продолжим в следующий раз.

«Боги, надеюсь, следующий раз будет циклов через пять» – мрачно подумала женщина, улегшись к мужу спиной.

– Завтра, – вдруг произнес Сверр, будто почувствовав её нежелание.

– Меня освободят от ошейника? – кисло уточнила она, вновь повернувшись лицом к нему.

– Нет, – ровно отозвался владыка.

– А цепь? – процедила сквозь зубы Альда, чувствуя злость от еженощных прошений.

– Ты еще не привыкла к ней? – иронично поинтересовался мужчина, знатно взбесив этим жену.

– Нет, и никогда не привыкну! – яростно прошипела принцесса.

– Сколько пыла, – лукаво поддел её Сверр. – Тебе полегчало?

– Сними проклятую цепь, иначе я расколочу все твои запасы «Тогарского», – процедила сквозь зубы она. – Клянусь, после вчерашнего я не желаю видеть ни капли этого пойла!

Угроза подействовала, хотя владыка не выглядел испуганным. Скорее весело удивленным. Цепь полетела на пол, а утром в спальне не оказалось бочек. Куда они пропали, Альду мало интересовало, но зато свободного места в покоях стало больше. Посетив кухни, принцесса поделилась рецептами новых блюд, для чего распорядилась принести одну бочку драгоценной воды.

– И что прикажете мне с этим делать? – возмутился Соур.

– Обед, – лаконично отозвалась хозяйка, спокойно наблюдая, как цистерну размещают в принудительно освобожденном углу, который ранее считался местом отдыха персонала. – Рецепт несложный, все необходимые ингредиенты имеются, надеюсь, вы умеете читать? Если нет, то воспользуйтесь преобразователем текста в голос и действуйте по инструкции. Полагаю, что это нетрудно?

– Я обучен чтению и переводчик имею, – процедил даркрастианин.

– Все необходимое уже на вашем коммуникаторе, – с чувством выполненного долга произнесла Альда, покидая кухни. – С сегодняшнего дня делайте порции меньше, но чтобы хватало всем. Не стоит выбрасывать еду, отныне она слишком дорога.

– У нас нет такой проблемы, – кисло произнес ей вдогонку Соур. – После вельмож едят служащие, а после них женщины.

– Девушки едят последними? – вкрадчиво спросила принцесса, замерев на выходе.

– Вместе с остальным персоналом, – спокойно ответил главный повар, махнув на стоявших за его спиной мужчин.

– Ясно, – кивнула женщина, выходя на площадку перед кухонным уровнем.

Отныне весь уровень, на котором она стояла, был отдан под нужды поваров. Тут уже расчищали новые кладовые и освобождали помещения под теплицы. Альда решила, что так будет целесообразно и логично. Антидворец был огромен, имея множество скрытых пространств, но логики в размещении здесь не было. Очевидно, все заполнялось хаотично и стихийно по мере возникновения новых мест. Быстрый обзор теплиц показал, что пока идут подготовительные работы. Установки подключены, лампы уже освещали будущие владыческие огороды, но семена и саженцы еще не размещены в грунте, ибо прихотливая почва должна несколько дней разлежаться и напитаться влагой. Дальше по списку дел – осмотр других участков, входящих в её ведение.

Пока транспортная платформа несла её на нижние уровни, где сегодня засеивали харагрутос, принцесса все больше думала, что Даркраст сугубо мужской мир, и никто не сможет превратить его в Императорский бастион. Ни она, ни тем более Сверр, который понятия не имел, как должен быть устроен настоящий дворец.

Каждая королева управляет своим двором и свитой; помимо обязанностей, есть еще традиции и сугубо женские сферы влияния. Благотворительность, попечительство образованию и ремеслам, про культуру в Даркрасте она еще не слышала, да и про связи с религией. Альда не была религиозной, но положение члена правящей семьи обязывало к участию в ритуалах и прочей жизни святых мест. Монастыри тоже дряхлеют и ветшают, а Боги как правило не ремонтируют дома своих последователей. Эта обязанность ложится на адептов или королеву, если религия официально признана. Так же служители обращаются к влиятельным патронам за защитой или пожертвованиями, и кто, как не короли, – лучшие и щедрейшие из них. На Даркрасте Альда слышала о религии дважды, но ни разу не встречала ни одного духовного сановника. Либо Сверр их не жаловал, либо у них какой-либо конфликт. Хотя, вспоминая свой первый день, принцесса знала, что владыка казнил важного вельможу именно из-за нападения на храм.

«Надо узнать и об этом» – со вздохом подумала женщина, наблюдая за посевами харагрутоса.

На обед было подано новое блюдо, и в воздухе повисло недоумение всех трапезничающих во главе с владыкой. Каждый рассматривал стоящую перед ним миску с плавающим в воде мясом, а также различными овощами. Сверр, хмуро смотрел то на мнущегося Соура, то на мешкающих вельмож, то на ироничную супругу. Вздохнув, Альда схватила новехонькую ложку и зачерпнула диковинное для даркрастиан блюдо. Вкус, для первого раза, получился просто отменным, что она и сообщила главному повару.

– Примите мои поздравления, суп изумительный. Вы с достоинством справились с этим блюдом.

– Рад услужить, – с сомнением произнес Соур, отходя к платформе, пока владыка повторял маневры с ложкой.

Принцесса ела мелкими порциями, пряча улыбку, когда тронный зал наполнился тихими матерками и плеском мяса и овощей обратно в миски. Сам Сверр лучше справлялся с задачей, но все же чувствовалось, как осторожно он несет пищу ко рту. Сидя у него на коленях, женщина искренне радовалась этим успехам, ибо в ином случае владыка обольет горячим блюдом её. Нетерпеливые мужчины бросали ложки и пытались есть прямо из мисок, проливая бульон на себя и столы. «Отличный образец императорских вельмож. Так и чувствуется гордость за их поведение. Боги! Стыд, да и только!» – чуть шокировано подумала Альда, разглядывая мужчин, быстро превративших обед в варварскую трапезу. Внезапно тяжелый кулак с грохотом опустился на монарший стол, заставив подскочить на нем все предметы.

– Всем пользоваться приборами! – рявкнул Сверр. – Кто ослушается, больше никогда ни удостоится чести сидеть за моим столом!

Недовольно поджимая губы и озираясь на владыку, мужчины вновь похватали ложки и продолжили есть. Только один из них хмуро смотрел в свою тарелку.

– Фусал, ты решил ослушаться меня? – вкрадчиво уточнил Сверр.

– Нет, владыка, – несколько растерянно отозвался вельможа.

– Отчего тогда ты не пользуешься ложкой? – продолжал настойчиво расспрашивать хозяин «антидворца».

– Да я бы рад, повелитель, только вот успел все доесть, – смущенно ответил Фусал, показав пустую миску.

Все вокруг внезапно засмеялись, вместе со Сверром во главе. Сидящие рядом с прожорливым даркрастианином мужчины весело похлопали незадачливого друга по плечам, комментируя его способность съедать все что угодно в короткие сроки.

– Соур, добавки ему, раз новое блюдо так приглянулось нашему архаиму, – громко произнес Сверр, махнув рукой главному повару.

«Архаим» в переводчике Альды отозвалось «счетовод чего-то там». В данный момент она смотрела на любопытных девушек, собравшихся у дальней колонны и ожидавших возможности убирать столы после трапезы. «Бедняжки даже не имеют своего угла. Где они спят? Где едят? Чем вообще занимаются между приемами пищи?» – хмуро думала принцесса, вспоминая двор Вако, где бездельниц не было. Все придворные дамы, а также прислуга и вельможи дворца подчинялись королеве или женщинам правящей семьи.

Императорский дворец – это центр и сердце всего. Помимо университетов и планетарной экономики, в столицах процветала бойкая торговля и различные ремесла. Конечно, в основном это были специализированные университеты и мастерские, но открытые границы позволяли жителям королевства приобретать разнообразные товары. Ювелирные планеты наперебой соперничали между собой в умении огранить драгоценные самородки и оправлять их в благородные металлы, создавая исключительные красоты и обучая этому же ремеслу. Как это дело обстояло в иных мирах, принцесса не знала, ибо ранее не покидала пределов одного сектора.

– Как идут дела с закупленными семенами? – вдруг тихо произнес Сверр, вырывая её из мыслей не только голосом, но и почти нежным прикосновением к обнаженному бедру.

– Хорошо, – быстро отозвалась Альда, поежившись от тепла руки. – Сегодня засеивают харагрутос, а огороды подготовлены к посадке. Кухня, как видишь, пополняется новыми блюдами.

– Ты отлично справляешься со всем, – похвалил владыка супругу, заставив приподнять брови.

– Спасибо, – кратко ответила принцесса, удивленная происходящим.

– Когда будет первый урожай? – полюбопытствовал Сверр, продолжая осторожно поглощать суп.

– Самые первые результаты жду к концу этого цикла или началу следующего, – честно призналась Альда, назвав самые ранние сроки.

– Думаю, Даркраст тебя удивит, – загадочно ответил владыка.

Заинтриговав супругу, мужчина после обеда занялся своими многочисленными делами, позволяя ей покинуть тронное плато. Остаток дня женщина расспрашивала Эолу о том, чем занимаются обитательницы на трех планетах и каково истинное положение дел во владениях Сверра.

– Все женщины – служительницы храмов богини Ивран, – с готовностью отозвалась служанка, пока расчесывала волосы хозяйки, воспользовавшись золотой щеткой из сундуков. Завороженно распутывая длинные пряди, она продолжала рассказывать. – Лучшие из мужчин, заслужившие право посещать храм, проводят ночи с женщинами. И зароняют семена жизни. Если рождаются мальчики, то они отдаются на воспитание отцам, а девочки живут в храме и становятся новыми жрицами богини Ивран.

– Одни и те же жрицы встречают мужчин? А вдруг дочери встретятся с отцами? – удивленно спросила принцесса, вникая в дела. Женские судьбы неотрывно связаны с религией, что было ей знакомо, но все же такого полного подчинения Альда не встречала.

– Когда девочки достигают детородного возраста, они отправляются в другой сектор, чтобы избежать неугодной богине связи, – пояснила Эола, аккуратно водя расческой по густой массе волос. – Задача женщин – не только встречать достойных мужчин, и рожать детей, но и воспитывать девочек в храмах.

– А как ухаживают за младенцами-мальчиками? – нахмурившись, уточнила повелительница, задумчиво складывая пазл в голове.

– До определенного возраста они находятся в храмах, на попечении матерей, но позже отцы забирают сыновей и самостоятельно заботятся о них, – отстраненно произнесла служанка.

– Сколько всего женщин живет на Даркрасте? – хмуро спросила Альда.

– Говорят, что несколько сотен тысяч, – смущенно ответила Эола.

– А на двух других планетах? – допытывалась принцесса, представив всех этих бедняжек, которые не имели права воспитывать своих малышей.

– Всего несколько сотен тысяч, – со значением повторила девушка.

«Это очень мало» – шокировано подумала она, представляя размеры одной планеты, не говоря уже о трех сопряженных.

– А сколько же мужчин обитает в империи? – недоуменно переспросила Альда.

– О! В несколько раз больше, – закивала Эола.

Эти факты заставили принцессу задуматься о том, в какой мир она попала. Если Даркраст малонаселен – это проблема, так как малое число защитников облегчает захват таких планет. «Надеюсь, Сверр учел этот факт» – со вздохом подумала она, махнув рукой служанке, чтобы заканчивала приводить в порядок её гриву.

Когда явился владыка, в спальне уже погасли огни, а стая гуархов хаотично развалилась, где придется. Мужчина молча разделся и тут же нырнул под шкуры к супруге. Сонная Альда не придала этому значения, пока большая и неумелая рука вновь не начала слепо передвигаться на её животе, явно намекая на исполнение супружеского долга. Размеренно дыша, женщина делал вид, что не проснулась, хотя мурашки все же побежали по её телу, когда владыческая конечность достигла промежности. Сладкая дрожь и предвкушение удовольствия охватили принцессу, но тут Сверр чуть сдвинулся в сторону, продолжая совершать круговые движения.

– Правее, – разочарованно вздохнула Альда, ощутив ускользающую волну тепла.

– Что? – недоуменно уточнил супруг, замерев вообще, чем еще больше огорчил женщину.

– Говорю «правее», – вновь мрачновато подсказала она, почувствовав, что все возбуждение сошло на «ноль».

– Я что-то не так делаю? – иронично хмыкнул Сверр. – Место вроде нужное, движения тоже. Чем ты недовольна?

Услышанное почему-то взбесило принцессу, заставив забыть сонливость. Резко развернувшись к мужу, она отбросила в сторону меховое покрывало, и, наклонилась, к его уже восставшему члену. Впившись поцелуем в сам ствол, а не в чувствительную головку, Альда сделала пару движений, имитируя сосание, и стремительно вернулась в изначальное положение, взглянув на шокированного мужчину.

– Что? Место нужное? Движения подходящие, но вот что-то все равно не то, да? Вот так и тут! – язвительно уточнила женщина, вновь накрыв их мехами.

Решительно развернувшись к нему спиной, Альда зло запыхтела. Чувство отвратительного обмана овладело ею. «Проклятье! Хуже нет, чем обещать удовольствие и лишить его в итоге!»

– Хоть бы шанс дала, – мрачно прокомментировал муженек.

– Он у тебя был, – рявкнула в ответ она.

– Ведьма, – буркнул владыка, улегшись к супруге спиной.

Переводчик охарактеризовал услышанное слово, как «коварная женщина со злыми намерениями».

– О! Мы уже даем друг другу милые прозвища? – ехидно уточнила Альда и тут же зло добавила. – Хочешь узнать свое?

– Спи уже, – недовольно отозвался Сверр.

– Ошейник сними! – процедила принцесса.

– Обойдешься, – саркастично ответил мужчина на её выпад.

– Тогда цепь, если не хочешь вытаскивать её из своей глотки!

– Какая ж ты ведьма! – пораженчески вздохнул владыка, застонав.

– Сделана специально для тебя, с любовью из Вако, – едко пропела она.

– Будь проклят тот день, когда я встретил твоего отца, – проворчал Сверр, отстегивая железяку.

– Взаимно!

– Кстати, как тебе на вкус мой член? – иронично спросил мужчина, решив взбесить её окончательно.

– Не впечатлил, – вдруг весело отозвалась супруга, расстроив владыку.

Глава 9

Быть главой целой расы и управлять делами трех планет не так уж и легко. Сверр битый час выслушивал доклады танеров и десятков других служащих. Помимо жесткого контроля на всех уровнях, владыка Даркраста являлся главным судьей и был вынужден вникать в суть каждого разбирательства, с которым не справлялись его наместники. Не то чтобы Сверр не был готов к этому, мужчина рос с полным осознанием будущей ответственности, просто пока он был наследником – это не было столь давящим. Его отец, а перед ним дед, а до него – прадед не были лентяями или рожденными с особыми привилегиями. Каждый представитель их семьи с пеленок знал, что его жизнь будет борьбой. Предки следовали четкому плану, составленному основателем династии, и до сего дня неукоснительно воплощали его в реальность – сделать Даркраст могущественной империей. Сверр был согласен с каждым пунктом этого списка, и ничто не могло сбить его с намеченного пути.

У всех владык имелась одна особенность, которая позволяла держать власть в своих руках и предвосхищать бунты и мятежи. Они умели считывать настроение и намерения окружающих, и если сконцентрироваться – даже читать мысли. Именно это спасло его деда от покушения, а прадеда от фатальной ошибки. Дар помог отцу заключить выгодную сделку с Центральной станцией Кохиласов.

Его прадед – Лагор – считается первым владыкой этих скал, но до этого он был управляющем тюрьмы, которая тут находилась. Предприимчивый мужчина, он сумел зарегистрировать бывшую темницу с каторжным трудом новым миром. Как следует из записей прадеда, это стоило ему очень больших средств. На Даркрасте тщетно искали драгоценные камни, благородные металлы, воду, растения или хоть что-нибудь, что будет стоить банковского железа. В этих попытках Лагор пригласил дорогостоящего оценщика и щедро заплатил за его услуги, но в конечном итоге едва не лишился новоприобретенного мира, когда этот оценщик сообщил прадеду, что скалы Даркраста ничего не стоят. Это не редкость, когда планеты оказывались пустышками и выступали скорее бременем, чем прибылью, но не в этот раз. В последний момент Лагор уловил обман и передумал продавать свои скалы. Он тут же вылетел к покупателю той ценности, что на самом деле обнаружил эксперт – гравитационные камни. Единственным могущественным приобретателем столь дорогого товара мог быть только Цератон – технологичная планета-лаборатория Корпуса Эфиров. Переговоры шли туго, но первый владыка Даркраста упорствовал до конца, и сделка состоялась в основном на условиях Лагора. Цена за камни оказалась выше, чем он мог мечтать, да в придачу мужчина получил оборудование, которое позволило ускорить добычу; в ответ у Корпуса было два условия – их сотрудничество будет тайным, а поступления камней регулярными. Последним владыка выторговал одноразовую помощь в решении трудностей будущей империи, о которой уже грезил Лагор. Вернувшись домой, даркрастианин с пылом кинулся выполнять условия сделки по поставке камней и заодно стал стремительно богатеть. Первый указ правителя был о свободе всех, кто томился в бывшей тюрьме. Самых отъявленных преступников выслали за пределы космосектора, остальные присягнули в верности прадеду Сверра. Заявившись в Парламент Заракина в надежде на признание новой империи, Лагор встретил лишь насмешки и приподнятые брови. Именно в тот раз владыка Даркраста узнал, что богатства и собственной планеты, да даже трех, недостаточно, чтобы занять место среди не особо влиятельных королевств. Нужно время, которое подтвердит состоятельность мира, а позже и брак с представительницей благородного дома. Прилетев на свои скалы, Лагор составил четкий план, который стал основой их жизни. Следующим, что сделал владыка, организовал поиск женщин, которые обеспечат Даркрасту будущие поколения, и конкретно той, которая родит ему наследника. Это казалось бы простое дело обернулось многоцикловым поиском и увенчалось покупкой. Триста женщин прибыли пленницами и, дабы избежать кровопролития, не принадлежали никому. Одна из новоприбывших в итоге родила Лагору сына и в благодарность пожелала основать храм богини Ивран, которой поклонялись на их родной планете. Владыка не мог отказать, и с тех пор все женщины считались жрицами этой богини.

Наследник Лагора – Урро расширил добычу гравитационных камней, и работа закипела еще больше. Цератон поставлял им не только банковское железо, но и медицинские капсулы, а также мощнейшие силовые установки, обеспечивающие глубинные разработки. Основной задачей Урро было увеличение населения и приобретение женщин. Владыка посылал купцов во все сектора, и они везли на Даркраст пленниц, становившихся впоследствии жрицами богини Ивран. Повелитель разрабатывал множество законов и правил, которые были призваны обеспечить мир и процветание на трех планетах. Его мать, ставшая главной жрицей и управлявшая всеми женщинами молодого мира, подыскала для сына девушку, которая разделила ложе с ним и родила наследника. Кунна, мать нового наследника, оказалась с трудным характером и спустя время явилась причиной еще одного закона – все женщины Даркраста лишались одежд и должны были носить ошейник. Это было наказанием за попытку убить владыку.

Сын Урро – Агрог продолжил курс, проложенный Лагором. Он смог обогатить казну и привезти естественные источники кислорода на планету, где никогда ничего не росло. Дед законсервировал их, и лишь система труб и скрытых проходов обеспечивали гражданам источники воздуха. Владыка открыл главную планету для торговли, и местные жители получили доступ к внешнему миру. Сотни товаров хлынули на Даркраст, и довольные прибылью купцы увозили заработанное банковское железо. Каждый из них платил налог, но справедливый. Агрог планировал жениться на девушке королевских кровей, но неудачи преследовали владыку. Мужчина занимался вопросами демографии и торговли, заключив еще одну выгодную сделку. Теперь гравитационные камни покупал не только Цератон, но и Центральная станция Кохиласов. Этот союз приносил прибыль и связи, которые так были нужны будущей империи. Хоть Агрог не обзавелся женой королевского рода, Даркраст уже никто не мог сбросить со счетов. Три планеты прочно заняли свое место на карте миров и намеревались войти в практически мифический «Круг Царей». В конце концов, получивший наследника от простой даркрастианки, владыка сделал все, чтобы его сын – Сверр – мог на равных конкурировать с правителями других миров.

Новый повелитель Даркраста не отступил от планов прадеда и сумел жениться на настоящей принцессе. Даже дважды. Первая попытка оказалась провальной, хотя будущий тесть был готов на все, лишь бы его дочка стала женой Сверра, но о том сюрпризе, что хранила наследница Императора Элкастора, владыка даже вспоминать не желал. Неудача с первым браком принесла внезапную возможность заключить новый союз, пока желанная добыча не попала на всеобщие торги. Сверр оперативно вылетел на Вако и, по сути, купил себе жену, заплатив не только золотом и железом, но и своим голосом при распределении ресурсов. Не ближайшем, как сначала думал владыка, а тогда, когда Даркраст станет империей и наберет вес, а его голос будет иметь значение. Весьма хитро и дальновидно, но Сверр легко согласился со всеми условиями. Этот брак решал несколько проблем для него. Когда-то давно его прадед смог зарегистрировать за собой право лишь на три планеты, а, получив статус империи, Сверр сможет закрепить за собой и своими потомками весь сектор и иметь больший процент прибыли в сделках, нежели сейчас. Даркраст совместно с другими планетами финансировал поиск новых миров и участвовал в его дележке, но, не будучи членом «Круга Царей», не мог надеяться на большее, чем вложил. И конечно же, империи завоевывали новые территории, а это немаловажно, особенно в контексте посягательств на свои владения. Необходимо иметь право вторгнуться в любой сектор, если на то есть причины. Для иных миров завоевание невозможно – лишь защита своих границ.

И вот теперь он женат на королевской дочке с не самым легким характером. До того как он встретил свою супругу, брак казался чем-то эфемерным. Для Даркраста они в прямом смысле первая пара, и Сверр полагал, что жизнь в целом будет более менее привычной. Женщины никогда не были его вотчиной, и владыка смутно представлял роль своей жены. С первых минут общения она показалась заносчивой гордячкой, хотя иного мужчина и не ждал. После знакомства с королем Вако, от его дочурки не стоило ожидать покладистости, хотя Сверру этого очень хотелось. Владыка полагал, что супруга будет мирно сосуществовать где-то рядом, ублажая его по ночам, и не сильно мозолить глаза днем. Конечно, в её обязанности входит родить Даркрасту наследника новой империи, но на этом мужчина исчерпал список женских королевских дел. Реальность же совсем не совпадала с ожиданиями Сверра.

Каждый, представший перед владыкой, был сгустком разных цветов и смутным клубком слов. Мысли обычно хаотичны, и мужчина давно привык к отрывкам фраз и чувств. Смущение, смирение, почтение, страх, гнев, ярость – эти чувства были хорошо известны Сверру. Когда этого требовала ситуация, владыка мог заглянуть в голову человека и найти там ответ на многие вопросы. Этого не мог отец, но хорошо умел его дед. Правосудие, которое приходилось вершить мужчине, облегчалось именно за счет дара, хотя порой он казался проклятьем. Сановники и вельможи давно привыкли не врать и не юлить перед владыкой, наученные тому, что он все равно дознается правды. Не исключено, что они догадывались, но никто вслух этого не произносил.

Как гласила официальная наука – мысль это электрический импульс в головном мозге, который возможно уловить. Аппарата для этого не существовало, но технологии никогда не стоят на месте, и прогресс мог шагнуть далеко вперед. Любое психосоматическое состояние также можно считать невербально, просто владыкам Даркраста все это удается уловить на более тонком уровне, хотя о них такого не скажешь. Сверр никому не раскрывал своих тайн, как и его отец, а до него дед и прадед. Откуда эта способность – владыка так же не был в курсе, но пользовался всеми возможностями дара. Именно это позволяло при прямых переговорах вовремя лавировать и опережать оппонентов.

Что же до Альды, то его супруга просто бурлила от разных чувств, а уж её мысли порой резали сильнее ножа. Что она о нем думала, он тут же узнавал и без всякого дара. Это было и благом, и злом, потому что ничего хорошего повелительница Даркраста не думала о нем и своем новом доме. Женщина никак не желала вписываться в отведенные рамки и практически вынудила Сверра поручить ей кухни. Сказать по правде, Альда справилась весьма эффективно и масштабно, радикально решив проблему рациона. Владыка ожидал закупок заморских блюд и не полагал, что все будет расти на Даркрасте, сулив, в конечном счете, экономию ресурсов. Вкус новых яств оказался значительно лучше, и теперь поручить жене опеку над кухнями выглядело естественным. Если бы его супруга на этом этапе была довольна, но нет и еще раз нет. Альду не радовал уклад жизни трех планет и положение женщин в них. Кроме того, сосуществование супружеской четы было далеким от идеального.

Сверр не особо думал над тем, каким будет их брак. Владыка следовал плану, рассчитывая дальнейшие шаги в завоевании всего сектора. Не то чтобы тут обитал кто-то еще, кроме даркрастиан, но обзаводиться соседями мужчина не желал категорически. Союз с Альдой был лишь первой ступенью в его грандиозных планах, но как-то все стопорилось и, как он недавно выяснил, из-за бездействия его дражайшей супруги. Помимо подробностей о некоем королевском приеме, Сверр узнал, что любовник из него мягко сказать посредственный. Возмущение, вызванное её словами, быстро улеглось, затерявшись в груде насущных дел, а вот недавнее представление, устроенное пьяненькой Альдой, без прикрас открыло глаза владыке на то, что именно он упускает в личной жизни. В тот момент, когда он оказался прикованным к собственному креслу, Сверр впервые увидел, как женщина светится от наслаждения. Это немало изумило его. Каждая эмоция имела свою окраску. Кто-то был ярче, кто-то тусклее, но все люди излучали различные цвета. Впервые женщина горела таким ярким и сочным красным оттенком, светясь удовольствием. Сверр и сам горел таким цветом в миг разрядки, но это быстро сходило на нет, но в ту ночь, будто сама страсть захватила его супругу и посетила владыку, одаряя собой. Сладкий туман похоти и алкоголя позволил мужчине впервые увидеть женское наслаждение. Никогда ранее его любовницы не горели ничем подобным. Обычно это были тусклые обитательницы борделей, да Эола, которая чаще боялась его.

Все вокруг говорили, что женщины не способны к высшей точке наслаждения, что они ревнивы и завистливы. От отца Сверр слышал о коварстве собственной бабки, захотевший лишить жизни его деда и править Даркрастом от его имени. Взглянув на свою супругу, владыка задумался над тем, что Альда легко опровергла все эти догмы. Она спокойно отнеслась к его бывшей пассии и справилась с кухней лучше, чем главный повар и распорядитель вместе взятые. Что уж сказать про то, что открылось Сверру в момент пленения. Мягко хмыкнув, мужчина подумал, что если Даркрасту придется воевать, то его жена справится и с этим. Возможно, еще и захватит парочку врагов. Еженощные угрозы казались весьма забавными, и Сверр уже ждал, что она придумает снова, чтобы убедить его снять цепь.

На данный момент владыка серьезно размышлял о том, что пора бы объединиться с принцессой двух планет и сделать-таки его родной мир империей. Вспомнив слова Альды о том, что нужно для того, чтобы она изменила своё мнение о Даркрасте и его порядках, Сверр со вздохом представил вывернутую наизнанку задницу и, поджав губы, покачал головой. Мужчина примерно представлял, что понадобится ему сделать, но рассчитывал, что процесс будет метафорическим.

Он прекрасно понимал, что Даркрасту нужны перемены, и был готов реформировать три планеты для достижения цели, но внезапно уперся в потолок. Средства были, а брак, как условие вступления в «Круг Царей», заключен, но ничего не происходило. Все записи прадеда гласили, что с момента вступления в брак с принцессой королевских кровей Даркраст станет империей и вот тогда нужно будет заявить о притязаниях на весь сектор, участие в сделках станет более выгодным, а новые миры доступны для завоеваний и освоения, но по факту ничего не происходило. Чтобы двигаться дальше, ему оказывается нужна жена, которая едва сдерживает гнев при виде своего нового дома.

В последние дни произошло еще одно событие, которое внезапно огорчило его больше, чем он ожидал. Нападение на храм богини Ивран само по себе было ужасным преступлением, тем более что погибло несколько жриц, а это урон всему Даркрасту. Одной из женщин была его собственная мать. Она не растила его и Сверр лишь несколько раз встречал её, но факт остается фактом – теперь его мать ушла к Ивран и покоится с миром.

Это и еще сотня других дел свалилось на плечи мужчины. Занять место главной жрицы могла только мать наследника трона, но теперь данное условие можно было обойти. Альда вполне подойдет для почетной роли, но вот согласится ли она взвалить на себя столько обязанностей? Задумчиво бредя к собственной спальне, Сверр размышлял, какими посулами склонить жену на свою сторону, как вдруг замер от волны тепла, что шла из-за двери. Подобный жар он ощущал крайне редко и не сразу понял, что же уловил, как вдруг сладкий стон его супруги еще больше изумил владыку.

– О-о-о-о! Чуть правее. Да, вот тут!

«Чтоооо? Чуть правее?!» – ошарашено взвился мужчина, запыхтев от злости. – «Что там происходит?! И кто такой умелый?!». Впервые со дня рождения Сверр открыл дверь своей спальни пинком ноги и в ярости влетел внутрь.

* * *

За целый день беготни по каменным плитам ноги уставали и прилично мерзли, но больше всего у Альды болела шея от необходимости держать спину прямо. Проклятый ошейник также вносил свою лепту, особенно тяжело становилось, когда тянущаяся цепь свободно болталась по полу и застревала между камней или уступов. Только сегодня принцессе трижды приходилось вытаскивать железяку, которая тормозила женщину на полном ходу.

– Чем я могу помочь вам, госпожа? – тихо спросила Эола, подходя сзади.

– Помассируй шею, – со вздохом поморщилась Альда. – Болит ужасно.

Едва она согрелась и наконец-то перестала чувствовать скованность мышц, как внезапно в спальню вихрем влетел Сверр, заставив принцессу изумленно расширить глаза, а бедняжку Эолу подскочить от неожиданности и почти скрыться в гардеробной. Вид злого владыки Даркраста напугает кого угодно, особенно в первый раз, но Альда была не робкого десятка и, заметив несколько смущенный взгляд, который мужчина переводил с неё на служанку, едко спросила:

– Что заставило вас сорвать дверь с петель? Или это какой-то обычай? Если так, то весьма прескверный.

Очевидно, сказанное не понравилось Сверру, и, поджав губы, он мрачно взглянул на Эолу, коротко кивнув той на выход. Практически вжавшаяся в стену служанка, а заодно и бывшая любовница, поспешила скрыться, оставив супругов наедине.

– Что здесь происходит? – проворчал владыка, медленно прохаживаясь по спальне и разглядывая застывшую на стуле женщину.

– Позвольте задать тот же вопрос? – иронично парировала Альда, внезапно догадавшись о причинах его гнева.

Яростно зыркнув на неё и ничего не ответив, мужчина вышел за дверь, которая минуту назад едва пережила нападение хозяина.

– Пришел, всех распугал и ушел, – буркнула принцесса. – А еще говорят, женщины не дружат с логикой!

Ночью её ожидал сюрприз, которого не желает ни одна из жен. Сверр, едва шагая, снова ввалился в спальню и, с трудом сняв с себя одежду, рухнул на кровать. Пока Альда морщилась от запаха спиртного и фыркала, укладывая тяжелого мужа на его половину ложа, владыка уже крепко спал. Едва злая и запыхавшаяся принцесса смежила веки, чтобы так же уснуть, громкий раскат храпа огласился на всю спальню. Медленно открыв глаза и поджав губы, женщина посмотрела на соседнюю подушку, чтобы услышать новый рев.

– О, Боги, – простонала она, закатив глаза. – За что?

Ответ последовал в виде шумного дыхания, закончившегося булькающим всхлипом. Закрыв глаза и решительно отвернувшись к мужу спиной, Альда хотела от души пнуть его, но в последний момент сдержалась. Через несколько минут эта идея не казалась уже столь неосуществимой, и принцесса, улегшись на спину, с наслаждением хлестала Сверра ладошкой по щеке и лбу на каждый громкий всхрап до утра.

Когда владыка Даркраста проснулся, Альда едва ли была в хорошем настроении. В полудреме она наблюдала за мужем, который с трудом уселся на постели и, свесив ноги на пол, морщился от похмелья.

– Проклятье, – глухо буркнул Сверр, потирая лицо. – Чё так рожа-то горит?

Принцесса едва смогла дотерпеть, пока он выйдет за дверь гардеробной, очевидно, направившись к бассейну с фраксом, как тут же разразилась громким смехом, не сдержав веселья. У Альды болела рука от частых пощёчин пьяному мужу, но это стоило того. Внезапно заметив мрачного владыку в дверях, смех замер сам, заставив её расширить глаза от неожиданности. Тяжко вздохнув, страдающий Сверр покачал головой при виде такой непочтительности и окончательно скрылся в купальне, дав возможность жене расхохотаться еще сильнее.

Половину дня женщина добросовестно отсыпалась, так как ночью такой возможности у неё не было, позже принцесса проверила ход работ по посадке харагрутоса и обновила меню на ужин, внеся коррективы. Смешав несколько видов специй с небольшим количеством воды и питательной пасты, Альда получила густую консистенцию, подходящую для поедания с мясом. Повоевав с Соуром из-за расточительного использования специй, хозяйка Даркраста смогла настоять на своем и к следующему приему пищи ожидала пряного соуса.

– Госпожа, – тихо прошептала Эола, внезапно появляясь за спиной принцессы. – Вас желает видеть владыка.

– Чуть позже, – отстранено произнесла Альда, наблюдая, как садовники проверяют последние показатели огородных установок перед посадкой саженцев.

– Он сказал «сейчас», – настояла служанка.

– Это так срочно? – удивилась принцесса, взглянув на посланницу.

– Владыка в своем кабинете, – округлив глаза, прокомментировала Эола, будто это значило что-то большее, чем есть.

– Что ж, не будем заставлять его ждать, – медленно произнесла владычица Даркраста, вспомнив, что еще ни разу не была в кабинете мужа. – Очевидно, что это что-то важное.

Глава 10

Кабинет владыки был просторным, но темноватым. Две детали привлекали к себе особое внимание – массивный стол и украшенный звездами потолок. Последний представлял собой произведение искусства – на глубоком темно-синем фоне красовались яркие серебряные звезды. Это сочетание цветов заставило принцессу на мгновение запнуться, но, сморгнув наваждение, Альда смело прошла вглубь помещения.

– Ты желал меня видеть? – спокойно спросила она, останавливаясь посередине кабинета.

– Да, – серьезно отозвался Сверр, махнув на ближайшее кресло. – Пришла пора нам поговорить о будущем.

Мужчина вышел из-за стола, встречая гостью, и, едва принцесса заняла предложенное место, поступил зеркально, усевшись напротив. Судя по спинке, главное кресло в кабинете было удобным и массивным.

– Я слушаю, – прищурившись, отозвалась женщина.

– Наш брак нельзя считать идеальным, и признаю, что был предубежден по отношению к тебе, – со вздохом начал Сверр явно отрепетированную фразу.

«Да неужели?» – иронично хмыкнула про себя Альда, не произнеся ни слова и всячески транслируя активное слушанье.

– Как ты уже, наверное, поняла, Даркраст отличается от большинства миров твоего родного сектора, – чуть поджав губы, продолжил владыка. – Эти скалы когда-то были тюрьмой и лишь три поколения назад зарегистрированы на Заракине. Наш с тобой брак – результат долгой стратегии и в первую очередь должен стать началом новой империи и основой правящей династии.

«А вот и самое интересное. Хитрозадый муженек хочет моей помощи и готов пойти на компромисс» – сразу догадалась принцесса, но вслух ничего не произнесла, лишь склонив голову набок, желая услышать все до конца.

– Сколько себя помню, я рос в этом кабинете и всегда видел над головой звездную карту, – с тяжким вздохом произнес Сверр, взглянув на потолок. – Это наш сектор, и цель всех владык Даркраста – объединить эти планеты в одно целое. Сектор насчитывает почти два десятка звезд и у каждой из них находятся по несколько планет. Это колоссальное богатство, достойное называться империей.

Альда приподняла брови, уловив размах амбиций супруга.

– Это весьма не просто, – медленно отозвалась она. – Ты понимаешь, сколько для этого нужно ресурсов и союзов?

– Планеты не заселены и сам сектор отдален от крупных космопортов и станций, – кивнул владыка. – До тех пор пока Даркраст не станет империей. После регистрации в Парламенте Заракина я изменю это. А пока никому нет до нас дела.

– Тебе не хватит средств, – уверенно предрекла принцесса, покачав головой. – Наш брак и так привлечет внимание других королевских домов. Нужно подумать о защите границ и интересов, а не распыляться на захват других планет. Ты знаешь, сколько нужно ресурсов, чтобы удержать такую огромную территорию? Только регистрация сектора за Даркрастом займет не один десяток циклов.

– Мои интересы в Парламенте представляет влиятельнейший консул Заракина, – спокойно парировал супруг, откинувшись на спинку каменного кресла. – А границы сектора и главных планет патрулируют тяжелые боевые крейсеры Зевуса.

– Сколько же Даркраст платит за подобную защиту? – в недоумении поинтересовалась Альда, вспоминая слухи о запредельных расценках на услуги этой частной армии, готовой по приказу воевать на просторах половины Вселенной.

– Достаточно, чтобы не волноваться о случайных захватчиках или спланированных атаках, – пожал плечами Сверр. Внимательно взглянув на жену, он тихо добавил. – Эти звезды будут принадлежать только нашей семье, но для этого мне нужна ты и твоя помощь.

– Зачем это мне? – иронично уточнила Альда, поняв, что они подошли к самой веселой части. Той, где Сверру придется уговаривать её.

– Ты получишь статус императрицы, – хмыкнул владыка.

– А ты получишь империю и право завоевывать миры? – сардонически уточнила принцесса.

– Кроме прочего, – веско продолжил мужчина, приподняв брови. – Я позволю переделать эти скалы в соответствии с твоими пожеланиями. У императрицы ведь должен быть достойный дворец.

– Что-то я сильно сомневаюсь, что бывшая тюрьма на это вообще способна, – критично высказалась женщина. – Как ты себе это представляешь?

– Я приглашу мастеров по камню, которые совместно с нашими сделают любую работу по твоему желанию, – начал предлагать Сверр, но тут же запнулся, едва она подумала про себя «Неверно». – А как ты это видишь?

– Во-первых, ни с какими мастерами я не буду даже встречаться до тех пор, пока хожу голой и с ошейником, – медленно и мрачно ответила Альда, удивленная его заминкой и вопросом. – Ты предлагаешь мне сделать этот кусок камня дворцом, но так и не сказал – зачем это лично мне? Статус «императрицы» может лететь в бездну, вместе с твоими планами, пока я не получу своего.

Если он думал, что так просто вывалит ей на голову проблему и практически невыполнимую задачу, а в ответ не даст ничего стоящего, то владыка сильно просчитался. Принцесса сидела на каменном кресле голой задницей и не собиралась шевелить ею просто так. Супруг, так же сидящий напротив, с прищуром разглядывал Альду, но в данный момент ничего, кроме потоков волос и упрямства, увидеть не мог. Постукивая указательным пальцем по подлокотнику кресла, мужчина со вздохом кивнул.

– Ты получишь право носить одежду, – сдался он, очевидно взвесив все аргументы.

– Ошейник? – недовольно напомнила принцесса. – Он тоже часть сделки.

– Не все сразу, – проворчал Сверр, поджав губы.

– Как скажешь, – усмехнулась Альда, пожав плечиком. – У тебя есть вечность, чтобы обдумать условия, а до тех пор я не пошевелю и пальцем.

Посмотрев на мужа, принцесса с улыбкой показала пальчиком на дверь.

– Могу идти? Сегодня очень много дел.

– Хорошо, – недовольно отозвался владыка, покачав головой, и тут же добавил, заметив победную улыбку жены. – Но не так, как ты думаешь. Ошейник ты сменишь на вариант посимпатичнее.

– С чего вдруг мне соглашаться? – язвительно уточнила женщина, чувствуя, что в этом вопросе Сверр собирается стоять на своем.

– Новый будет золотым и с драгоценностями, – прищурившись, мрачно пояснил он. – Соглашайся или не получишь ни клочка ткани. К тому же на Даркрасте женщинам не позволено свободно перемещаться. Думаю, тебе понравится стоять рядом со мной, пока я занимаюсь делами государства. Цепь, которую ты так ненавидишь, должна быть пристегнута сюда.

В этот момент Сверр постучал по своему широкому поясу. Заметив его решимость, Альда с силой сжала зубы, желая влепить еще одну пощёчину муженьку. «В следующий раз я буду лупить тебя сильнее!» – зло подумала принцесса, заметив, что и он чем-то недоволен.

– Это моё последнее слово, – веско произнес Сверр и тут же иронично заметил. – Даже гуархи могут свободно передвигаться по всей территории, а ты будешь прикована ко мне. Как надумаешь – приходи.

С этими словами владыка взглядом показал на дверь и ехидненько улыбнулся. «Вот же мерзкий шантажист!» – зло запыхтела женщина, но внешне позволила себе лишь демонстративно закатить глаза.

– Хорошо, я согласна на ожерелье, – процедила Альда и тут же иронично вскинула правую бровь. – Все равно ты должен мне кучу украшений преподнести. Пусть среди них будет несколько смахивающих на ошейник.

Тяжко вздохнув, принцесса потерла висок, чувствуя приближение проблем и работы от зари до зари.

– Итак, давай проясним: я получаю одежду и освобождение от ошейника, но превращаю эти камни в приличный дворец, а ты… Что, кстати, делаешь ты?

– Оплачиваю всё, на что укажет твой пальчик, – кисло хмыкнул Сверр.

– Прямо «всё»? – коварно уточнила будущая императрица.

– В пределах разумного, – приподняв брови, намекнул владыка.

– О каких «пределах разумного» идет речь? – серьезно спросила Альда. – Я вообще не уверена, что из твоей затеи что-то получится. Королевский дворец – это не шахта, которую будет достаточно украсить и сойдет. Это должно быть величие империи и активная трансляция могущества.

– Понимаю, – с сомнением кивнул мужчина. – Полагаю, придется выйти за «рамки приличия».

– Ты не понимаешь, – вдруг нахмурилась принцесса, вспомнив обо всем, что шокировало её в новом доме. – Речь идет не только о подготовке дворца, выстрой хоть роскошнейшие царские палаты – этого будет недостаточно. Величие – это не стены и прочее. Твои придворные, сам уклад жизни Даркраста вызывает удивление. Взять, к примеру, женщин! Они голые, Сверр! Это же унижение достоинства личности! Император должен заботиться обо всех подданных.

– В положении женщин есть причины и сроки отмены этого наказания, – нехотя признался владыка.

– Я вся во внимании, – произнесла Альда, демонстративно сложив руки под грудью и откинувшись на спинку кресла.

– Закон «О положении женщин» появился спустя несколько дней после рождения моего отца, – медленно начал свой рассказ мужчина. – Конкретно, после покушения на деда.

– Дай угадаю, это была женщина? – кисло уточнила принцесса.

– Да, – кивнул Сверр, ненадолго отвлекшись на ответ. – И более того, это была мать наследника. Непонятно, как она хотела действовать дальше, возможно, править от лица сына, но ей это не удалось. Полагаю, тебе должны быть знакомы подобные мотивы.

Услышав намек на свое недавнее прошлое, Альда замерла и, прищурившись, веско парировала:

– Но я сама отвечаю за свои действия, а твой дед за ошибку одной женщины – наказал всех. Сотни тысяч невинных страдают и это должно прекратиться. Ты говорил про сроки отмены?

– Нагота и ошейники отменятся в тот момент, когда моя бабка скончается, – кисло ответил мужчина.

– И где эта особа находится сейчас? – мрачно поинтересовалась принцесса, желая услышать о судьбе той, из-за которой она подвергается ежедневным унижениям.

– Занимает пост исполняющей обязанности главной жрицы богини Ивран, – ровно отозвался Сверр, разглядывая жену.

– Так её еще и наградили? – возмутилась Альда.

– Какое бы впечатление у тебя ни сложилось о Даркрасте, но женщины здесь неподсудны, – со вздохом произнес владыка. – Никто, даже правитель, не может судить их.

– Ты серьезно? – изумилась она.

– А чего ты ожидала? – скептично спросил Сверр. – Эта женщина подарила Даркрасту наследника.

– Даже принцесс ссылают за подобное, – зло поиронизировала Альда, выразительно вскинув брови. – А твоя бабка получила высокую должность? Чем она занимается?

– Руководит всеми женщинами и храмами на трех планетах, – сдержанно отозвался владыка. – В общем, занимает твою должность.

– Что? – изумилась хозяйка «антидворца».

– Ну, это не совсем так, – поморщившись, признался Сверр, покачав головой из стороны в сторону. – Женщина, родившая сына владыке, занимает этот пост. Моя бабка, какой бы коварной ни была, свою задачу выполнила. Главная жрица ведет хозяйства всех храмов и занимается делами женщин.

– И когда же ты собирался сообщить мне, что, оказывается, я должна заботиться обо всех «голых и прикованных»? – саркастично уточнила принцесса.

– Я делаю это сейчас, – поджав губы, выдал мужчина. – Когда убедился, что ты не идиотка и вполне способна воспользоваться мозгами.

Очевидно, что переговоры проходили туго, ибо владыческая чета упрямо уставилась друг на друга и пыхтела от возмущения. «Уступить должен мудрый» – вдруг вспомнила женщина.

– Ладно, – миролюбиво отступила Альда, поняв, что надо сменить тактику. – Я признаю твою правоту. И? Что ты хочешь от меня сейчас? Не просто же так затронута эта тема?

– Как я уже сказал, мне не подвластны судьбы женщин, – с прищуром отозвался Сверр, явно приняв такое же решение, что упрямство не выход. – И хочу, чтобы ты заняла место, принадлежащее тебе по праву, хоть наследника еще нет. Возможно, ты уже носишь сына, но это формальности.

Эта тема была довольно щекотливой, и принцесса не позволяла себе даже думать об этом, лишь на мгновение замерев и тут же отбросив все мысли в сторону.

– Неужели ты думаешь, что я не вижу, что Даркрасту нужны перемены? – устало вздохнул Сверр, немного взмахнув левой рукой. – Чтобы сделать эти скалы сильной империей, я тружусь день и ночь, и, поверь, проблем немало, но я не могу вмешиваться в религию и дела женщин, а там уже плодятся какие-то мифы. Мне нужно, чтобы во главе этого всего встала ты. Ты – женщина, воспитанная в других традициях, более светских, у тебя трезвая голова на плечах и, что немаловажно, есть характер.

– И для чего же мне все эти навыки? – так же утомленно спросила Альда, предчувствуя еще проблему.

– Чтобы противостоять Кунне, моей бабке, – кисло признался владыка. – Этот закон был придуман с тем прицелом, что женщины сами обвинят её в своих бедах и вынесут приговор. Дед должен был лишь исполнить желание большинства, но все вышло иначе. Ни деда, ни отца уже нет на свете, а она живее всех живых и даже не помышляет о вечном покое.

– Покушалась на твоего деда, пережила сына и травит жизнь внука, – перечисляла принцесса полученную информацию о внезапно обретённой родственнице. – Не один десяток циклов правит всеми женщинами Даркраста, и ты думаешь, что я смогу легко с ней справиться?

– Ты упускаешь один мощный козырь, – насмешливо парировал мужчина. – Я буду на твоей стороне.

– Куда ты денешься? – язвительно отозвалась Альда, сморщившись и тут же отвернувшись со вздохом в сторону. – Это нужно в первую очередь тебе. И как вообще я должна отстранить твою бабку?

– Займешь место главной жрицы, – легко произнес Сверр. – Кунна естественно начнет возражать против перемен, и ты сможешь сослать её в отдаленный сектор третьей планеты.

– И против каких она перемен? – настороженно уточнила женщина, вновь посмотрев на супруга.

– Любых, – иронично хмыкнул он. – Особенно против тех, которые лишают её власти.

– Ясно, – вздохнула принцесса, понимая, что все равно ей придется делать эту часть работы. – А ты не боишься перемен? Вдруг пожелаю изменить здесь каждый камень или все разрушу?

– Нет, не боюсь, – спокойно ответил Сверр. – Конечно, кардинальные перемены мы будем обсуждать, но в целом я хочу полностью всё перестроить и понимаю, что императорский дворец не может обойтись дешево.

«Даже так?» – насмешливо подумала Альда, вдруг оценив разумные выводы мужа.

– Хочу уточнить, правильно ли мы понимаем друг друга, – недоверчиво начала она. – Мне нужно практически выстроить здесь новый дворец?

– Взамен ты получаешь власть над всеми женщинами Даркраста, равную моей, – лаконично напомнил владыка. – Ну, и, конечно, одежда.

– И ошейник, – тут же вставила принцесса, не давая ему возможности вильнуть в сторону от договоренности.

– И он, тоже, – сдаваясь, вздохнул Сверр и тут же спросил. – Ну, так что ты решила?

– Это весьма странная ситуация, – серьезно произнесла Альда. – Ты хочешь, чтобы я проделала колоссальную работу, а в ответ даешь только то, что принадлежит мне по праву? Мне кажется, обмен не равный.

– Ну, все зависит от точки зрения, – пожал плечами владыка. – Можно рассматривать это с такой стороны, где тебе все должны, только потому, что ты родилась в доме короля далекой планеты, а можно с моей стороны – где супруга, по сути, является ступенькой к достижению большой цели. На Даркрасте у тебя мало шансов быть полезной, если ты не захочешь пойти на сделку.

– Это угроза? – насторожилась принцесса.

– Отнюдь, – ласково отозвался Сверр. – Чем я могу тебе угрожать, если даже заставить не в силах.

– Я ведь могу отказаться, – с прищуром произнесла Альда, безошибочно почувствовав, что владыка явно намерен заставить её делать так, как он хочет. – Со временем я стану матерью наследника и все равно займу главный религиозный пост, а твоя бабка когда-нибудь умрет, и это решит вопрос с одеждой и ошейником. Что я теряю?

– Возможность родить наследника Даркраста, – с улыбкой ответил мужчина. – Что помешает мне зачать сына от другой женщины? Главная жрица богини Ивран – та, что подарит следующего владыку, а не та, что является женой.

«Ах ты мерзкий хитрозадый паршивец!» – мрачно подумала принцесса, стараясь продолжать улыбаться и ровно дышать.

– Я все равно займусь перестройкой дворца, – продолжил разглагольствовать Сверр, прекрасно понимая, что загнал её в угол. – Эола родит мне сына и займет место Кунны, когда та наконец-то отойдет в мир иной. А что будет делать моя супруга? Все еще сидеть на цепи подле меня и согревать постель? Я не Эриал Фарогосийский, Альда, и его ошибок совершать не планирую. Ты либо строишь со мной империю, либо молча смотришь на все вокруг, голая и на цепи. Выбирай сама.

Стиснув зубы так, что заболела челюсть, женщина сжала подлокотники кресла. Сощурившись, она в упор смотрела на мужа и понимала, что все козыри в руках владыки Даркраста.

– Я страстно желаю видеть твоего портного, чтобы сшить свой первый императорский наряд, – процедила принцесса, поднимаясь на ноги. – Полагаю, это всё?

Глядя на то, как Альда марширует к выходу, Сверр не сомневался, что окончательно взбесил жену, но, уловив эпитеты, которыми она охарактеризовала его и Даркраст, понял, что перегнул палку в убеждении. Тяжело вздохнув и посмотрев на звездный потолок, мужчина, поджав губы, почесал отрастающую бороду. «Не так я планировал закончить разговор».

В это время принцесса мрачно расхаживала по спальне и, уперев ладони в бока, не могла найти слов, чтобы выразить степень возмущения Сверром. «Хитрожопый таракан! Мерзкий гнойник!» – пыхтела женщина, сжав зубы. – «Ну, ты у меня еще пожалеешь! Я тебе отстрою такой дворец, вся Вселенная ахнет! И ты первый из них, когда будешь рыдать над пустой казной!»

Внезапно в дверь спальни постучали, и, после довольно резкого разрешения войти, появилась Эола с подносом. Заметив взбешенную хозяйку, девушка замерла на пороге.

– Ужин, госпожа, – тихо произнесла служанка, смущенно опустив взгляд.

Весь её вид говорил о смирении и смущении. Эола была безобидной девушкой, которая страдала от несправедливости собственной Родины и её правителя, который желал наказать абсолютно другую женщину. Усилием воли Альда потушила огонь своего гнева и устало махнула рукой на стол, приглашая служанку поставить поднос с едой.

Если оставить угрозы и шантаж, предложения владыки были конструктивными. В конце концов, он же не предлагал принцессе собственноручно махать киркой, просто Альда не выносила, когда её принуждали. Но на самом деле, принцессу пугал провал в другом. Что скажет Сверр, когда, потратив безумное количество банковского железа, не получит желаемого.

Её репутация оставляла желать лучшего: ходили слухи, что Вако практически разорен, а с Фарогоса её выслали, да так, что там уже поселилась новая принцесса. Ни для кого не будет секретом, что это планировалось заранее, а значит она полная идиотка, раз позволила плести заговор прямо перед своим носом. И вот, дамы и господа, Альда Вакийская, приглашает вас в проклятое захолустье, где-то посередине ничего, насладиться пещерными видами и традициями дикарей. На её приглашение слетятся поглумиться или, в лучшем случае, проигнорируют.

Что скажет её муж тогда? И во что трансформируется их брак? И самое главное, сколько после этого позора проживет сама Альда? Скорее всего, ей позволят родить наследника и на этом все.

Застыв над нетронутой тарелкой, принцесса вновь обратила внимание на служанку. Может эта затея принесет хоть кому-нибудь счастье.

– Эола, ты довольна своей жизнью?

– Да, госпожа, – недоуменно отозвалась девушка.

– Может ты хотела бы что-то изменить? – допытывалась хозяйка подземелья.

– Меня все устраивает, – пожала плечиком еще более смущенная Эола, нахмурив брови и разглядывая стены, ища там правильный ответ.

– Ох, девочка, ты просто не знаешь, как бывает лучше, – устало вздохнула Альда, вновь посмотрев на свой ужин. – Ты уже ела?

– Моя очередь настанет, когда я верну поднос на кухню, – легко отозвалась служанка, украдкой улыбнувшись. – Все такое вкусное, госпожа. Девушки просили передать вам благодарность за новые блюда.

Эти простые слова вдруг заставили принцессу устыдиться. Бедняжки, жившие на Даркрасте, не имеют ничего, кроме железного ошейника, и выражают ей благодарность за простую еду.

– Эола, ты хотела бы носить одежду? – спросила Альда, понимая, что все равно согласится на условия Сверра, но будь все проклято, раз она станет императрицей – рабству конец.

– Я? – изумилась служанка.

– Сегодня ваш владыка предложил мне кое-что изменить во дворце, – собравшись с духом, произнесла принцесса. – И очевидно, что я должна согласиться, ибо альтернатива ужасна. Но для начала я хочу, чтобы ты рассказала мне всё, что знаешь о Кунне, бабушке Сверра.

По тому, как расширились глаза Эолы, женщина поняла, что новая родственница тот еще подарок.

– Ну, – неуверенно начала девушка. – Она давно руководит всеми храмами богини Ивран и решает, кто из девочек куда попадет после наступления детородного возраста.

– Она и тебя сюда определила? – вдруг задумалась Альда.

– Да, – смущенно кивнула служанка. – Я должна была родить наследника.

– Что интересно она думает обо мне? – иронично хмыкнула принцесса, ткнув вилкой в идеально запеченный овощ.

– Будьте уверены, она злится, – тихо ответила Эола.

Глава 11

До поздней ночи женщина мучилась бессонницей, прокручивая в голове сотни мыслей. Альда даже не могла представить с какой стороны подойти к задачам, которые поставил перед ней муж. Построить полноценный дворец, достойный императора целого сектора. Если все получится и Сверр сможет зарегистрировать за Даркрастом столь огромную территорию, то сердце династии должно соответствовать его могуществу. Еще оставался вопрос с положением женщин, очевидно, просто так обойти запрет на одежду и ошейники не получится, но хотя бы на время королевского приема его нужно отменить. Показать девушек обнаженными немыслимо. Ко всему прочему, некую Кунну, которая обладала слишком большой властью столько циклов, тоже не стоит сбрасывать со счетов. Обдумывая всю ситуацию по второму кругу, Альда задавалась вопросом, что между бабкой Сверра должна еще находиться его мать, а уж потом сама принцесса. Об этой особе женщина ничего не слышала, а значит её либо нет, либо свекровь не играет вообще никакой роли, что странно. Это ведь она должна сейчас занимать пост главной жрицы какой-то богини.

Пока эти мысли обуревали хозяйкой Даркраста, в спальне появился муж и, раздевшись в темноте, улегся рядом. Сегодня они расстались не лучшим образом, а конструктивный разговор в их случае необходим.

– Я прошу прощения, что сегодня дошло до шантажа, – тихо произнес Сверр, знатно удивив этим жену.

«Серьезно?» – изумилась Альда, не успев ничего произнести.

– Да, – тут же ответил владыка, заставив принцессу замереть. – Я не планировал угрожать или заставлять. Понимаю, что ты слишком мало времени провела на Даркрасте, чтобы проникнуться к этому месту, но для меня это дело всей жизни, а до этого – отца, деда и прадеда. Я хочу предложить тебе построить тот дом, который ты бы смогла полюбить и занять в нем положенное тебе место. Быть женой захолустного владыки – это не то, чего ты достойна, а вот императрицей целого космосектора – совсем другое дело.

– Не слишком изящная игра на самомнении, – тихо вставила она, не сумев скрыть иронии в голосе.

– Да, – мягко хмыкнул мужчина, признавая её правоту. – Но предложение остается в силе.

– А ты не подумал, что будет, если все сорвется? – проворчала принцесса. – У меня не самая чистая репутация, да и Вако не центр Вселенной.

– Это неважно, – чуть задумавшись, ответил Сверр. – Главное – достижение цели, а после никто не посмеет пренебрегать Даркрастом. Нам хватит богатства закрыть недоброжелателям рты.

Сомнения стали снедать женщину и, не выдержав напряжения, Альда села в кровати, взмахнув рукой в сторону осветительной ленты. Зажегшиеся огни мягко разгорались, все больше освещая спальню. Гуархи, которые взяли за привычку спать вокруг ложа, недовольно забурчали и успокоились, пока щурившийся владыка продолжал разглядывать жену.

– Построить императорский дворец – это очень много железа, – серьезно произнесла принцесса. – Такие сооружения не появляются по мановению руки – это занимает не один десяток циклов. Обычно, к моменту становления планеты королевством, резиденция династии представляет собой историческую ценность. Задача, которую ты обозначил, необычайно трудна.

– Я понимаю, – кивнул владыка, поднявшись чуть выше и уперевшись в каменное изголовье. – Но тебе не надо строить стены, надо лишь перестроить имеющиеся.

– Сколько это может занять времени? Цикл? Два? Три? – пораженчески спросила Альда.

– Мы уложимся быстрее, – хмыкнул мужчина, которого привлекла открывшаяся грудь. – Завтра утром тебя ждет встреча с портным. Он хороший старик, будь с ним помягче.

– Прежде чем я сошью хоть одно платье, ты покажешь мне медкапсулу, – строго произнесла женщина, заставив мужа отвлечься от созерцания её тела. – Я хочу уменьшить это.

Принцесса уверенно показала на непривычную ей грудь, вызвав этим хмурое выражение на лице Сверра. За последнее время Альда буквально возненавидела колыхающиеся и тяжелые сиськи, которыми её наградил супруг. Дышать было тяжело, а уж как болела спина к вечеру, можно не описывать. Хоть женщина спала в основном на боку, но просыпаться по несколько раз за ночь, потому что что-то внезапно мешает – то еще удовольствие.

– Они останутся, – чуть прищурившись, ответил Сверр.

– Эти сиськи входят в сделку наравне с одеждой и ошейником, – твердо парировала Альда, приподняв брови. – И вообще ты взрослый мальчик, пора уже отлучаться от груди. Говорят, что опытные мужчины больше предпочитают иные места.

Заметив, как нахмурился муж, она, со вздохом закатив глаза, подумала: «Ах, ну, да. О чем это я? Сверр и сексуальный опыт соприкасаются лишь в количестве, но не в качестве».

– У меня есть встречное условие, – недовольно проворчал владыка и, дождавшись её внимания, продолжил. – Ты прекратишь быть такой ведьмой в супружеской постели.

– О чем ты? – подозрительно уточнила принцесса, начав смутно догадываться о смысле просьбы.

– О том, что при желании ты можешь сделать ночь сладкой и томной, а вот когда у тебя настроение злить меня, все выходит ссорой, – с претензией высказался Сверр.

Женщина не смогла скрыть своего изумления и картинно расширила глаза, глядя на мужа. Медленно вздохнув, она стремительно легла на спину и скомандовала:

– Ну, давай. Все в твоих руках, владыка. Действуй.

Секундная задержка и под шкурой Альду коснулась большая ладонь мужа, скованно и хаотично двигаясь по животу. Эта ласка скорее вызывала щекотку, чем желание, но принцесса упорно ждала хоть какого-нибудь отклика. «Спальню тоже придется переделать. Где это видано, чтобы правитель жил в столь скромных покоях» – стала неосознанно размышлять женщина, разглядывая потолок.

– Может, стоит сосредоточиться на том, что происходит? – раздался рядом недовольный голос мужа. – Ты явно витаешь в другом месте.

Взглянув на него, Альда громко и наигранно заголосила:

– О, Боги! Владыка, что вы со мной делаете? Я вся горю! Возьмите же меня скорее!

– Какая ж ты ведьма, а? – процедил сквозь сжатые зубы Сверр, едва сдерживаясь от желания встряхнуть непочтительную супругу. – Хватит издеваться надо мной. Ты можешь быть ласковой, даже с Эолой ты тогда так стонала. Кстати, что она сделала для этого?

Приподнявшись на локте, повелительница Даркраста задумалась над этими словами. Чуть приподняв брови, принцесса с коварной улыбкой томно поинтересовалась:

– Как думаешь, что общего между той ночью и тем, что делала со мной милая Эола?

– Просвети меня, неопытного? – мрачно съязвил мужчина, разглядывая ироничную супругу.

– В тот момент, когда ты ворвался в спальню, словно ревнивый муж в поисках любовника, наша пугливая Эола делала мне массаж шеи, – усмехнувшись, ответила она, закатив глаза, и вновь улеглась на спину. – А в ту ночь, которую ты все не можешь забыть, я была без ошейника. Как думаешь, в этом все дело? Моя шея слишком чувствительна и любое прикосновение к ней так возбуждает меня? Кстати, сними ошейник.

– Нет, – ровно ответил Сверр, не шелохнувшись.

– Ну, что ж, – зевнула Альда, вновь махнув ладонью возле светоносных лент, гася освещение в спальне. Улегшись на бок, женщина устало добавила. – Тогда не жалуйся, что лежишь в постели с ведьмой, а не ласковой цисиной.

Темнота окутала супругов, а владыка все еще оставался недвижим, как внезапно раздался щелчок железного ошейника. Замерев, принцесса обернулась к мужу и оказалась в плену объятий.

– Наедине со мной ты не будешь его носить, – произнес мужчина, крепко прижимаясь со спины и обхватывая её грудь. – Во всех остальных случаях – твоя шея должна быть закрыта.

Столь резкая смена настроения озадачила её, да к тому же слова Сверра закончились поцелуем в шею, что еще больше увеличило тревожность.

– Что происходит? – недоуменно спросила Альда, ощутив грубоватые ласки, которые заставили её покрыться мурашками.

– Я решил, что стоит насладиться женой, раз завтра она изменится, – хмыкнул владыка, еще раз сжав грудь.

Сон сошел с принцессы, когда мужские ладони стали жадно мять и растирать напрягшиеся соски. «Не так грубо» – поморщившись подумала она, и внезапно ласка стала легче, а к сексуальному массажу присоединились поцелуи шеи. Ошалев от будоражащей волны, ознобом прошедшей по телу, женщина судорожно подумала: «Да что происходит-то?!» Едва она стала выплывать из этого нового тумана, как рука мужа сместилась туда, куда явно собирались заглянуть все пупырышки владыки. Клитор разбух мгновенно, заставив Альду смутиться, но ласка стала набирать обороты. «Медленнее» – взмолилась она, ощутив, как движения пальцев подчинились просьбе, несмотря на явное желание ускориться. Мужчина позади неё горел страстью, что подтверждала эрекция, без намеков упирающаяся в ягодицы и уже трущаяся об её зад, но прелюдия продолжалась, и, неожиданно для себя, женщина вдруг застонала, почувствовав сладкую разрядку. Это был не самый яркий оргазм в жизни Альды, но первый естественный в руках Сверра, а супруг уже без зазрения совести проталкивал член в охваченное судорогой лоно, продолжая целовать её чувствительную шею. Охая от напряжения, принцесса в изумлении закусила губу, сдерживая очередные всхлипы, когда она, заполненная до краев, поняла, что готова кончить еще раз. Ухватившись за волосы на макушке мужа, она тихо проскулила:

– Не спеши.

Крепко обнимая её одной рукой, Сверр вернул вторую на грудь, сжав сочное полушарие. «Нет-нет! Верни, как было!» – почти запаниковав, подумала Альда и тут же получила желаемое, громко застонав от горячей волны, обдавшей низ живота. Новая разрядка была сильнее и заставила мужчину захрипеть от натуги. Внезапно, перевернув её на живот, он стал жестче толкаться, почти рыча от тесноты. Принцессу трясло от продолжающегося удовольствия, пока владыка грубо кончал, втискиваясь сквозь сжавшиеся стеночки.

Силы покинули Альду, и она едва могла держать глаза открытыми, слыша тяжелое дыхание мужа. Сместившись в сторону, Сверр, не теряя контакта, кожа к коже, стал поглаживать её живот. Мягкие движения будоражили тело, все еще пронзенное сдувающими пупырышками и будто состоящее из легкой пены.

– Сделка с ошейником устраивает? – тихо поинтересовался муж, продолжая ласкать её и опять сдвигая руки на грудь, чтобы сжать дрожащие соски, покручивая их.

– Угу, – промычала принцесса, уплывая в сон.

Утром Альда проснулась от бесцеремонного массажа своей промежности, и едва успев застонать от томного возбуждения, тут же оказалась на спине, охнув от стремительного вторжения. Сверр явно устал ждать пробуждения жены и, впившись в чувствительную кожу на шее, ринулся исполнять супружеский долг. Расслабленная и сонная женщина не успела оказать сопротивления и сдалась без боя, ощутив первые признаки оргазма. Владыка, словно зверь, учуявший добычу, ринулся в атаку, жадно вонзаясь в покоренную плоть. На последних толчках она, к собственному удивлению, кончила еще раз, сжимаясь вокруг дрожащего члена.

– Теперь я начинаю понимать всю прелесть брака, – сыто произнес мужчина, заставив Альду открыть глаза. Сверр смотрел на неё каким-то странным взглядом, словно увидел что-то необычное.

– Не так бодро, мой господин, – устало хмыкнула принцесса. – Скоро мне понадобится много сил.

– А ты не перетруждайся, – чуть прищурившись, парировал он, мягко улыбнувшись. – У нас нет конкретного срока. Пусть все будет само собой.

– А кто только вчера вечером говорил, что мы должны уложиться в срок меньше цикла? – насмешливо напомнила Альда, вскинув одну бровь. Нега медленно сходила с неё, пробуждая ото сна и оргазма.

– Ну, что сказать, – бодро хмыкнул владыка, осторожно высвобождаясь из её плена и поднимаясь на ноги. – Я предупреждал, что сексом от меня можно добиться большего, чем криком.

– Буду знать, на будущее, – поморщившись, ответила принцесса. – Особенно когда придет пора спорить.

– После фракса я покажу тебе медкапсулу, – сообщил Сверр, повеселев от шокированного вида супруги, когда она оказалась на его руках. – Раз уж ты спешишь избавиться от волнующих округлостей и приступить к делам.

– Я хотела поговорить насчет фракса, – напряженно произнесла Альда, цепляясь за его шею, пока мужчина нес её в купальни. – Может пора избавиться от этой древности. Никто уже не пользуется таким способом.

– Еще чего, – хмыкнул владыка, спускаясь в темные воды очистителя вместе со своей ношей. – Я люблю отдохнуть тут от долгого дня. И ты полюбишь.

– Сомневаюсь, – скептично отозвалась принцесса, едва ощутила попкой густую субстанцию.

Пробыв во фраксе совсем недолго, Сверр прошел к другому концу просторной комнаты и нажал на скрытую панель, которая мгновенно распахнула широкий темный проем.

– Свет, – четко произнес владыка, и новое помещение озарилось голубым светом, являя современную генную медицинскую капсулу.

Вид этой модели поразил, ибо это была одна из самых дорогих капсул, имеющихся на рынке.

– Насколько меньше должна быть новая грудь? – кисло поинтересовался мужчина, активируя мини-лабораторию. – Надеюсь, хоть что-то останется?

– Конечно, я не хочу выглядеть одинаково в профиль, – иронично хмыкнула принцесса. – Пусть будет меньше в два раза. Если будет недостаточно – повторим процедуру.

Уверенно и даже с облегчением улегшись внутрь мини-лаборатории, женщина спокойно выдохнула. Это была её маленькая, но весомая победа в новом мире.

Для Альды прошло мгновение, но очнулась она не в капсуле, а в бассейне с фраксом. Обычно голова немного гудит от стазисного наркоза, но в этот раз женщина не почувствовала ожидаемого дурмана. Напротив, было спокойно и легко, а густой очиститель значительно расслаблял. Сверр, на коленях у которого она лежала, не упустил случая осмотреть новую грудь и вовсю забавлялся упругой обновкой. Взглянув на себя, принцесса пришла к выводу, что размер подходящий. Не сильно больше, чем у неё был всю прошлую жизнь.

– Ты довольна? – лукаво уточнил владыка, уловив, что жена пришла в себя.

– Более чем, – мягко хмыкнула Альда, потерев лицо ладонью и поднимаясь на ноги. Обернувшись к супругу, женщина с прищуром произнесла. – Можешь приглашать архитекторов и специалистов по работе с камнем. Также хочу встретиться с торговцами тканями, пряностями и редкой мебелью. И раз уж ты сотрудничаешь с Центральной станцией, то я хочу взглянуть на каталог Салкиноса. Говорят, они владеют поистине уникальными предметами.

Сверр выглядел слегка удивленным, но промолчал, ответив лишь кивком.

– Нам надо завершить всю работу в один цикл, – продолжила принцесса. – Иначе правители других миров подумают, что либо с браком что-то не то, либо с Даркрастом. Ни первого, ни второго допустить нельзя. Надеюсь, твоя казна выдержит.

– И я надеюсь, – иронично отозвался владыка, наблюдая несмелые шаги жены, выбирающейся из фракса.

Придворный портной прибыл вместе с Эолой, принесшей завтрак для своей госпожи. Сверр, успевший вернуть проклятый ошейник на шею Альды, увидел людей в спальне и благосклонно кивнул мужчине.

– Вы хотите новый наряд, господин? – с почтением поинтересовался служащий.

– Да, но не для себя, а для моей супруги, – с улыбкой произнес владыка, заметив, как изумился вельможа и Эола вместе с ним.

– Альда, хочу представить тебе Вирала, – спокойно продолжил Сверр, посмотрев на жену. – Он сошьет любой наряд, который ты захочешь.

– Н-н-но, владыка? – запричитал портной. – Я не могу шить для неё. Она же женщина!

– Думай, что говоришь, Вирал, – тихо произнес будущий император. – Перед тобой повелительница Даркраста и отныне она будет носить ту одежду, которую захочет. Будешь её шить ты, или кто-то другой, решать тебе, но учти – неуважения я не потерплю.

– Да, владыка, – стушевался мужчина, склонив голову перед Сверром. – Я сошью все, что пожелает госпожа.

– Оставляю вас наедине, – легко отозвался хозяин «антидворца» и, взглянув на супругу, вышел за дверь.

Глядя на стоящего в недоумении портного, Альда тихо спросила:

– Есть какие-либо причины, почему вы не хотите работать со мной? Предлагаю решить этот вопрос сразу, ибо вы окажетесь слишком близко ко мне, а я не желаю стать вашей подушечкой для игл.

– Я никогда не шил для женщин и не знаю с чего начать работу, – спокойно отозвался Вирал уже не столь покорным голосом, как минуту назад.

– Вас интересуют фасоны или есть иные тонкости? – уточнила принцесса.

– Слыхал, что женская одежда более… тонкой выделки, а я всю жизнь обшивал воинов и изредка – что-то сложное для владыки Сверра, – честно признался портной, осматривая фигуру женщины.

– Я не потребую ничего сложного, – успокоила его Альда и тут же добавила. – Пока. Возможно, в дальнейшем вам стоит попрактиковаться в мастерстве.

– Никто никогда не сомневался в моем умении работать с кожами, – чуть проворчал Вирал.

– Предлагаю вам проявить свое искусство, – приподняв брови, прокомментировала хозяйка, указав рукой на гардеробную.

Из всего, что было в закромах владыки Даркраста, а было крайне немного, принцесса выбрала лишь пару кожаных отрезов тонкой выделки и роскошную темно-красную ткань, которая предназначалась на подкладку плащей или чего-то там такого. Уже давно заметив этот богатый насыщенный оттенок, она наконец смогла прибрать его к рукам.

– Это очень дорогой анталакский рейск, – приподняв брови, вдруг произнес Вирал, намекая, что против использования ткани.

– Значит, он прекрасно мне подойдет, – произнесла Альда, делая вид, что не поняла укола.

Осмотрев скромную гардеробную еще раз, женщина подумала, что пора поговорить о полной переделке покоев.

– Из этого отреза выйдет всего одно полноценное платье и одна свободная юбка в пол, – вздохнула заказчица, отдавая портному выбранное в запасниках мужа. – Я жду от вас три наряда: одно платье полностью из кожи, одно из рейска, а одно комбинированное. Верх из кожи, а юбку из ткани.

– Но я…

– Я предпочитаю закрытые фасоны с широкими юбками и рукавами ниже локтя, – продолжила принцесса, не останавливаясь. – Когда будут готовы мои наряды?

Вирал стоял в недоумении и некотором ступоре, держа в руках лоскуты кожи и ткань, явно не ожидая такой бойкой заказчицы.

– Что-то не так? – мягко спросила Альда, склонив голову чуть набок.

– Не уверен, что справлюсь, – поджав губы, наконец, признался мужчина.

– Конечно, справитесь, – приподняла брови принцесса. – Вы – королевский портной, а это всего лишь простые платья. Что вас смущает?

– Ваша грудь, – прямо ответил Вирал, с сомнением взглянув на обсуждаемую часть.

– Что с моей грудью не так? – иронично уточнила женщина, отметив, что Эола так же смотрит на неё по-новому.

– Ну, она есть, – словно само собой разумеющееся пояснил портной. – Я не знаю, как шить одежду на такую… грудь.

– А если я предоставлю вам образец? – подумав, предложила Альда, кивнув служанке на один из сундуков.

Эола проворно подошла к хранилищу прошлой жизни принцессы и выудила несколько воздушных платьев, разложив их на постели. Хмурый и задумчивый Вирал внимательно стал изучать ажурные наряды.

– Надеюсь, вы не ждете, что я сделаю это из вот этого? – выразительно уточнил портной, кивнув сначала на прозрачные кружева, а потом на отрезы кожи.

– В этом помещении еще никто не утратил здравый смысл, а вот терпение уже на исходе, – спокойно ответила повелительница Даркраста.

– Мне нужно будет сделать мерки, – задумчиво произнес мужчина.

Снятие мерок проходило странно. Вирал вдруг стал смущаться и пыхтеть под нос, бурча, что его не учили такому. Эола любовно разглядывала разложенные наряды и с сожалением убрала их обратно. Мысли же самой Альды давно умчались вскачь, перепрыгивая с предстоящего преобразования «антидворца» на прошлую ночь.

То, что она уловила вчера, все никак не укладывалось в голове. Сверр вдруг превратился в умелого и чуткого любовника. Слишком чуткого. Вспомнив пару моментов, женщина была готова поклясться, что супруг буквально читал её мысли. «И будь я проклята, даже отвечал!»

Сняв все мерки, портной буркнул, что для начала ему надо попрактиковаться на коже, и поспешил покинуть владыческую спальню.

– О, богиня! – тихо возликовала Эола. – Владыка позволил вам носить одежду! Прямо как мужчине!

– Скоро на этих скалах многое изменится, – мягко отозвалась принцесса, усевшись за завтрак. – И тебе вскоре предстоит надеть платье, бегать голой перед гостями не дело.

– Пока жива Кунна, нам запрещена одежда, – грустно вздохнула служанка.

– Расскажи мне о ней, – чуть сведя брови, поинтересовалась Альда.

– Она посещает все храмы по очереди и занимается распределением девушек, – начала перечислять Эола, вспоминая все, что знала о бабке Сверра. – Если случаются какие-нибудь споры, главная жрица решает кто прав, а кто виновен и наказывает обидчика.

– А что делает мать Сверра? – уточнила принцесса. – Разве не она должна исполнять эти обязанности?

– До недавнего времени именно Яира занималась делами богини Ивран, а Кунна была её наставницей, как предыдущая главная жрица, – закивала девушка, но тут же поджав губы продолжила. – Незадолго до вашего прилета, на храм напали и она погибла.

– Даже так? – заинтересованно протянула владычица Даркраста.

«Значит, Кунна должна была уступить свой пост матери Сверра, после того как я бы заняла главный религиозный пост. Но вот какая удача для бабки – невестка погибает и она вновь остается при делах» – задумчиво размышляла Альда. – «Теперь понятно, почему Сверр снес голову тому танеру. Я бы сама так отомстила».

Глава 12

Это было самое уродливое платье в её жизни, а также самое мрачное и грубое, но принцесса была счастлива, словно обрела крылья за спиной. Черный кожаный наряд с примитивным кроем и не самыми изящными швами порадовал женщину больше, чем ажурные кружева на свадебном шедевре, подготовленном для неё мастерами Вако, чтобы показать могущество королевского дома.

Стоящая рядом Эола кусала губы, разглядывая хозяйку и любопытно наблюдая за её манипуляциями, пока Альда делала себе простую прическу. Отныне простоволосой ходить нет надобности, а значит стоит обучить этому служанку.

– Найди в сундуках заколки, – попросила принцесса, поворачивая голову из стороны в сторону. – Теперь надо приобрести экземпляры побольше. Не все из старых подойдут.

Под руководством хозяйки Эола выудила пару гребней, украшенных драгоценными камнями. Раньше они казались Альде слишком объемными и она носила их по одному, но сейчас размер вполне подходил. Закрепив тяжелые пряди над ушами, принцесса убрала остальную копну в тугой пучок. Осмотрев полученный результат, женщина со вздохом взглянула на Эолу.

– Теперь все женщины Даркраста будут подчиняться мне. Владыка Сверр пожелал, чтобы я заняла пост главной жрицы богини Ивран. Что мне надо знать перед тем, как все случится?

– А-а-а… – растерялась служанка. – После рождения наследника женщина проходит обряд посвящения и принимает из рук матери нынешнего повелителя священный символ власти.

– Что это за символ? – полюбопытствовала будущая императрица каменной державы.

– Кулон, – чуть подумав, ответила Эола. – Ну, мне так кажется, ведь раньше его носила Кунна, а потом Яира. Наверное, кулон вернулся обратно к…

– С этого дня он принадлежит мне, и бабке Сверра придется это усвоить, – немного надменно произнесла Альда, направившись к выходу из спальни. – Идем, сегодня нас ждет исторический момент – Даркраст узнает, что такое быть империей.

Смело покинув спальню, принцесса вышла на площадку к одинокому Рахселу и с улыбкой произнесла:

– Где сегодня обитает ваш владыка?

Каменное выражение лица охранника транслировало мало эмоций, и сегодняшний день не был исключением. Бегло окинув женщину взглядом, мужчина взмахнул руку и притянул левитирующую платформу.

– Повелитель занят инспекцией складов, – с запозданием отозвался Рахсел, когда площадка уже парковалась у тронного плато.

Появление Альды в новом обличье не прошло даром, и прикованные девушки, находившиеся тут же, с волнением разглядывали наряд госпожи. Осмотрев своих подопечных, принцесса встала перед выбором – сесть на трон и призвать их к себе, либо подойти самой к бедняжкам. В любой другой ситуации она бы выбрала трон, но сейчас Альде необходимо завоевать доверие девушек, ибо королева без свиты представляет собой жалкое зрелище. Власть сосредоточена в символах, и эти рабыни вскоре станут частью могущества будущей императрицы.

Медленно приближаясь к прикованным обнаженным девушкам, женщина видела робость и неуверенность в их глазах. Некоторые опустили взгляды к полу и склонили головы, а некоторые взволнованно рассматривали её платье и едва сдерживали рвущиеся вопросы.

– Девушки, – спокойно произнесла принцесса, глубоко вздохнув. – У нас не было возможности познакомиться поближе, но настала пора это исправить. Меня зовут Альда, я принцесса планеты Вако и ваша госпожа, повелительница Даркраста. Теперь вы будете подчиняться мне, выполнять различные поручения и приказы. Я ценю преданность и верность, вознаграждаю почтительных, трудолюбивых и честных. Смутьянок терпеть не стану и сразу же вышлю из дворца. За более существенные проступки – буду карать соответственно. Если у вас есть вопросы, я готова ответить на них.

– Это значит, что Кунна отошла в мир Ивран? – немного нервно уточнила стоящая перед госпожой девушка, не опустившая голову при приближении Альды.

– Нет, – тут же отозвалась принцесса. – Но я супруга владыки Сверра, и он пожелал, чтобы я заняла пост главной жрицы вместо его матери. К тому же во мне течет королевская кровь, а значит, я превосхожу всех женщин по праву рождения.

Сомнение в глазах подопечных слегка задело принцессу, но Альда сделала вид, что не заметила их реакции и продолжила дальше:

– Как вы, наверное, догадываетесь, наш брак с владыкой позволит Даркрасту стать империей и расшить влияние на все близлежащее пространство космоса, а до этого дворцу предстоит основательное преображение. Я собираюсь изменить всё, и вы в этом мне поможете.

– Нам очень нравится новая кухня, – пропищал тонкий голосок из-за спин девушек.

– Да, – одобрительно закивали рабыни. – Мы благодарим вас, госпожа.

– Что ж, это лишь первый пункт в списке того, что предстоит сделать, – со вздохом отозвалась Альда, почувствовав, что контакт прошел успешно. Обернувшись к охраннику, она произнесла. – Рахсел, освободи девушек от колонны. С сегодняшнего дня они будут выполнять мои поручения, а значит, цепям пришел конец.

Все собравшиеся девушки, как по команде, взглянули на единственного мужчину, и тот неуверенно покосился на принцессу, сглотнув ком в горле.

– А-а-а…

– Если тебе необходимо разрешение владыки на это – то поспеши, у меня сегодня еще дела, – приподняв брови, скептично произнесла Альда, поняв, что Рахсел не знает как поступить.

– Все в порядке, – вдруг громко произнес Сверр, вышагивая по тронному плато и лукаво глядя на них. – Я позволил владычице Даркраста все, что она произнесла, и даже больше.

Следовавшие за мужчиной сановники в недоумении хмурили брови и переглядывались между собой. Заметив протянутую руку, принцесса направилась к супругу.

– Я хочу оповестить о важных переменах в нашем мире, – так же громко продолжил Сверр, пока она шла к трону, у подножия которого он стоял. – Как вы уже все знаете, моя супруга – представительница королевского дома. Для Даркраста настанут новые времена и начнутся они с основательных перемен. Мы станем империей!

Внезапно все мужчины одобрительно загудели от этой новости и заулыбались, предчувствуя будущие победы.

– Владычица лично займется переоборудованием дворца и всего, что для этого понадобится, – произнес супруг, когда Альда достигла помоста и встала рядом с ним. – А вы будете ей всячески помогать и исполнять поручения. Мы обсудили все изменения, и я полностью доверяю её вкусу и решениям. После того, как всё будет соответствовать пожеланиям Альды Даркрастианской, нас ожидает королевский прием, и прошу вас проявить максимальную внимательность во время этого события. К нам прибудут цари и короли, императоры и повелители миров, если кто из вас осрамит Даркраст – поплатится жизнью!

Собравшиеся мужчины вполне осознавали ответственность и предстоящую работу. Многие одобрительно кивали, понимая важность будущего события, но были и те, кто хмурился, оглядываясь на то, что Рахсел освобождал прикованных женщин, которые несмело подходили к трону, но все же держались позади мужчин.

– Я принял решение, что отныне все женщины будут подчиняться моей жене, – кивнул на супругу владыка и, посмотрев на неё, добавил. – Будь справедлива, владычица, теперь ты единолично вершишь судьбы всех женщин нашего мира.

В ответ принцесса смогла лишь благодарно кивнуть, не найдя слов. В это мгновение она поняла всю тяжесть этой ноши, и страх, затаившийся в глазах освобожденных девушек, стал более понятен. Они не знали её и боялись перемен.

– В скором времени прибудут мастера разных отраслей, – спокойнее стал вещать владыка, осматривая своих вельмож. – Я хочу, чтобы вы изучили их работы и переняли все, что возможно. После перестройки дворца Даркрасту будут нужны свои умельцы. Владычице позволено заказывать любые товары, со всех станций и по любой цене. Ваша задача – в краткие сроки доставить все во дворец. А теперь оставьте меня с супругой наедине.

Мужчины, тихо обсуждая предстоящие перемены, стали расходиться по своим делам, либо отходить в сторону, ожидая, пока их хозяин освободится, косясь на столпившихся неподалеку девушек, а те, в свою очередь, не знали, куда им деться, и в итоге отошли обратно к колонне, к которой ранее были прикованы.

– Впечатляющая речь, владыка, – тихо произнесла Альда, когда разговор можно было вести приватно.

– Я намерен выполнить свою часть сделки, – медленно сообщил Сверр, рассматривая её платье. – Теперь все в твоих руках. Архитекторы скоро должны прибыть на Даркраст, а до тех пор, что ты намерена делать?

– Первое, решить вопрос о том, где мое место, – со вздохом ответила принцесса, оглядывая тронное плато. – Я не решилась сесть на трон, но мне надо где-то работать и встречать мастеров и рабочих. Так же думаю переструктурировать расположение комнат во дворце и сменить назначение некоторых помещений. Кухни разместятся правее, а рабочие кабинеты и спальни вельмож левее.

– Ты получишь собственное место и помещение под кабинет, – вдруг произнес владыка, пристально рассматривая жену, вырывая её из размышлений. – Пока же можешь располагаться прямо здесь.

– Если не возражаешь, но мне хотелось бы быть вдали от трона, – чуть насмешливо парировала Альда. – Полагаю, не стоит мешать друг другу. Я не вникаю в дела империи, а ты – в женские заботы.

– Это разумно, – помедлив, отозвался Сверр. – Я планирую завтра посетить городскую площадь, предлагаю тебе сопроводить меня, а заодно взглянуть на главный храм Даркраста.

«Город? Здесь где-то есть город?!» – изумленно подумала принцесса, но виду не подала, лишь лаконично ответила:

– С удовольствием. А пока я бы хотела встретиться с твоим сапожником. Бегать босоногой по дворцу одно дело, а по городу – совсем другое. Ты так не считаешь?

– Кто я, чтобы возражать владычице Даркраста? – иронично спросил Сверр, мягко хмыкнув. – Я пришлю тебе мастера. И… Туал!

Услышав своё имя, главный управляющий поспешил на зов своего господина.

– Слушаю, владыка, – склонился в поклоне вельможа.

– Всеми делами дворца отныне ведает моя супруга, – спокойно произнес мужчина. – И теперь ты служишь ей. Жду от тебя только лучшего результата.

– Да, господин, – склонился в еще одном поклоне Туал и, выпрямившись, посмотрел на Альду.

– Желаю видеть королевского сапожника, – лаконично отозвалась она.

– Как скажете, – коротко отозвался вельможа, но не успел исполнить поручение, потянувшись к коммуникатору, как услышал новый приказ Сверра:

– Туал, позже отведи владычицу в сокровищницу. Она вольна выбрать все что захочет.

Выудив из кармана небольшой круглый медальон на тонкой цепочке, мужчина показал его супруге.

– Что это? – поинтересовалась Альда, разглядывая зеленоватый металл и изящный узор на нем.

– Этот предмет имеет две функции, – негромко произнес Сверр. – Первая и явная – это символ власти над жрицами богини Ивран, а вторая – скрытая – ключ к сокровищнице Даркраста. Помимо очевидного, там хранятся другие ценности и возможно тебе что-нибудь понравится или окажется полезным.

Не особо торжественно мужчина надел медальон на шею принцессе.

– Владей и оберегай, хотя для доступа к хранилищу одного ключа недостаточно, но все же без него к сокровищам не попасть. Во всем Даркрасте таких всего два.

Разглядывая неожиданно увесистый аксессуар, Альда заметила на нем фигуру женщины, воздевшую руки к источнику света. Длинные волосы развевались за спиной незнакомки, одетой в простое платье.

– Это та самая богиня Ивран? – тихо уточнила новая жрица религиозного культа.

– Вероятно – да, – мягко ответил Сверр. – Хранилище строили примерно в то же время, что и храмы. До этого ценности занимали несколько кладовых, в которых теперь располагаются кухни.

– Какой цвет тебе нравится? – вдруг спросила принцесса, выпустив медальон из рук и чувствуя, как тот раскачивается под грудью.

– Хм… – задумался мужчина. – Неожиданный вопрос.

– Я вспомнила, что все королевские дома имеют династические цвета, в которые украшают дворцы, – лаконично пояснила Альда. – Вако украшен в голубое с серебром, Фарогос – белое с золотом. Прежде чем ответить – подумай – какого металла больше, ибо в эти цвета будет украшен дворец. Только не черный, прошу, – иронично взмолилась принцесса. – Черного на Даркрасте хватает.

– Мне нравится синий, – пожав плечами, ответил Сверр, присаживаясь на трон и протягивая руку ей.

«Только не синий» – мрачно подумала принцесса, усевшись на колени мужа.

– Этот цвет символизирует верность, честность и целомудрие, – приподняв бровь, высказалась хозяйка будущей империи. – Владыка, вы желаете быть целомудренным?

– Не всегда, – прищурившись, отозвался он. – Как насчет красного?

– Красный – символ силы, власти и доблести, – вспомнила Альда. – Это опасный цвет, его могут воспринять, как готовность к атаке.

– Вполне подходит для империи с амбициями Даркраста? – уточнил Сверр, склонив голову набок и чуть заметно улыбнувшись.

– Есть еще зеленый, – предложила принцесса, покачав головой. – Он олицетворяет процветание.

– Даркраст весьма далек от зеленого изобилия, хотя возможно вскоре мы будем засеивать целые поля, – хмыкнул владыка.

– Голубой – символ единства и равенства под одним небом, – иронично отозвалась женщина, и они вместе посмотрели на каменный потолок над их головами.

– Боюсь, и этим наш дом не может похвастаться, – в тон ей отозвался Сверр. – Так что красный подойдет Даркрасту идеально.

– А красному лучше всего подходит золото, – продолжила размышлять Альда. – Знак богатства и процветания. Желаешь отобразить какой-нибудь символ? Многие помещают на флаги зверей или узоры, которые олицетворяют их династию.

– Нет, – покачал головой мужчина. – Мы молодая династия и притворяться старинным домом не будем. Просто золотые линии на красном поле – этого будет достаточно.

– Как скажешь, – кивнула принцесса, поняв мысль мужа.

В этот момент их разговор был прерван подошедшими мужчинами. Туал привел придворного сапожника и, судя по всему, он уже был готов к выполнению заказа. Сняв мерки прямо с сидящей на коленях владыки госпожи, мастер удалился выполнять заказ.

– У меня есть еще один вопрос, касающийся перемен, – нерешительно произнесла Альда, когда уже собиралась спуститься с тронного помоста. – Ты и твои воины; я хочу модернизировать внешний вид, добавив выбранные цвета. Навести лоск, так сказать.

Заметив согласный кивок головы уже занятого Сверра, хозяйка направилась к ожидавшим её девушкам, которые с еще большим волнением рассматривали принцессу, а особенно медальон.

– Мы очень хотим быть полезными, госпожа, – произнесла одна из рабынь. – Но не знаем, как именно.

– Начнем с главного, – доброжелательно предложила Альда. – Нам предстоит королевский прием, а до него – масштабный ремонт дворца. Ваша задача – исполнять мои поручения. Как все эти мужчины являются свитой владыки Сверра, так вы будете моей.

Обернувшись назад, женщина увидела, как вельможи обступили её мужа, бурно обсуждая какие-то дела.

– Конечно, не так навязчиво, но суть, думаю, ясна, – скептично добавила принцесса и, вновь обратившись к девушкам, продолжила. – Сейчас я хочу посетить сокровищницу; если найду что-то полезное, то мы перенесем это сюда. Пока же вы продолжайте заниматься сервировкой обеда. Кто-нибудь из вас умеет читать?

– Я служила при храме счетоводом, – вдруг неуверенно ответила одна из девушек. – Но понимаю, в основном, атрантийский язык.

– Атранта – это ведь сектор ювелиров? – удивилась владычица, прекрасно знакомая с этой планетой. – Как ты попала на Даркраст?

– Моя мама была схвачена пиратами и продана на Скагуа, – с грустью призналась служанка.

– Ясно, – с сочувствующим вздохом отозвалась Альда, помня, что эта планета была сборищем всякого сброда, а также пристанищем любителей скрытых дел. – Как тебя зовут?

– Аманита, госпожа, – склонив голову, ответила девушка.

– Вот первое задание, – с улыбкой произнесла принцесса и, посмотрев на главную помощницу, добавила. – Эола, принеси из сундуков инфоблок с кулинарными рецептами, над которым я бьюсь уже несколько дней, и отдай его Аманите.

Вновь посмотрев на отличившуюся девушку, хозяйка продолжила инструктировать:

– Справа вверху у инфоблока есть кнопка выбора языка. Атрантийский там точно есть, и, будь добра, просмотри рецепты. Меня интересуют те, которые имеют пометку «Десерт».

– Да, госпожа, – со страхом в глазах ответила Аманита.

– Не волнуйся, – мягко произнесла владычица. – Если что-то не будет получаться, обратись ко мне – я помогу, – Осмотрев всю группу девушек, Альда громче добавила. – Чуть позже мы познакомимся поближе, а пока найдите мне Вирала, придворного портного. У меня для него сюрприз.

Медленно отойдя в сторону, принцесса с улыбкой услышала взволнованный щебет бывших рабынь. Это было значительно лучше, чем мертвая тишина. Эола поспешила выполнить поручение, а от группы девушек отделились две самые смелые и подошли к транспортной платформе. Немного смущенно они переступили порог, и один из стражников направил площадку к сети переходов.

– Сообщи Туалу, что я готова посетить сокровищницу, – тихо произнесла владычица своему молчаливому охраннику, наблюдая, как девушки исчезают в темном проходе. – С ними все будет в порядке?

– Я не знаю, – кратко ответил Рахсел, нажимая что-то на коммуникаторе. – Девушки обычно не покидают тронное плато.

Вспомнив, как во время трапезы она видела не совсем почтительное отношение к своим подопечным, Альда направилась к мужу. Едва она приблизилась – разговоры стихли и хмурый Сверр поднял взгляд от какого-то инфоблока.

– Оставьте нас, – произнес владыка, глядя на серьезную супругу. Когда вельможи отступили с помоста, он добавил. – Я слушаю.

– Как на Даркрасте защищены женщины? – задумчиво спросила принцесса. – Существует ли наказание за нападение на женщин?

– Смерть, – коротко отозвался Сверр.

– А за непочтительное обращение? – уточнила владычица.

– Что ты имеешь в виду? – сдвинув брови, поинтересовался Сверр.

– Что будет тому мужчине, который обидит одну из девушек? – яснее спросила Альда, подойдя вплотную к трону. – Твои подданные позволяют себе вольности с моими подопечными. Да ты и сам видел, что они распускают руки. Им грозит что-либо за подобное?

– Девушки не пострадали, – скептично прокомментировал владыка.

– Отныне они не на цепи будут сидеть, а выполнять мои поручения, – произнесла принцесса, решив начать с другой стороны. – Есть ли гарантия, что, пока я жду своих служанок, их не насилуют толпы мужчин.

– До этого подобного не случалось, – лаконично отозвался супруг, явно не желая видеть проблему.

– Стоит ждать прецедента? – язвительно хмыкнула владычица Даркраста.

– Я понял тебя, – со вздохом сдался Сверр. – Все знают, что женщины неприкосновенны, но я не могу назначить наказание без преступления.

– Предупреди всех, что теперь в коридорах дворца будут встречаться женщины, и если хоть одна вернется в слезах – я потребую наказать обидчика, – тихо произнесла Альда, явно не желая давить на супруга при всех. – И насколько я помню, на Даркрасте за любой проступок ждет суровый приговор.

– Я тебя услышал, – мрачно ответил владыка.

Расставшись с мужем, принцесса подошла к Туалу, давая понять, что готова посетить хранилище будущей империи. Учтиво кивнув госпоже, управляющий направился к широкой площадке, ожидающей их у края тронного плато.

– Могу я поинтересоваться, что конкретно имел в виду владыка, говоря, что я теперь служу вам? – чуть напряженно спросил вельможа, когда платформа стала снижаться, минуя множество этажей «антидворца».

– Что отныне я отдаю вам приказы, а вы их оперативно и качественно выполняете, – спокойно отозвалась женщина, разглядывая свои владения и размышляя над вариантами переделки. Обратив внимание на притихшего мужчину, хозяйка подземелий уточнила. – Вы считаете это невыполнимым?

– В данный момент я еще не сделал выводов, – честно признался сановник, пожав плечами. – То, что сообщил повелитель, очень важно для Даркраста, но влечет большие перемены. Мудрые говорят, что жизнь во время перемен – самая сложная.

– Если вам претит работа под моим началом, то я с сожалением приму вашу отставку, – ровно произнесла Альда. – Безусловно, такой знающий и компетентный вельможа – это большая потеря для империи. Если вы решите наблюдать за переменами издалека, то это не обрадует меня, хотя я предпочла бы видеть вас рядом.

Дальше спуск шел в молчании. Принцесса дала понять, что не станет задерживать Туала, если он недоволен сложившимися обстоятельствами, хотя он ей нужен. «Пусть теперь думает сам, империя продолжит шагать и без него, ведь, как известно, незаменимых нет» – размышляла Альда, пока площадка продолжала достаточно бодро спускаться на дно дворца, если оно вообще было.

– Как глубок дворец Даркраста? – отстраненно спросила принцесса, задавая вопрос обоим мужчинам.

– Весьма, – отозвался Рахсел.

– Уже почти прибыли, – произнес управляющий одновременно с охранником и тут же продолжил. – Хранилище находится на нижнем доступном уровне и занимает три главных секции. Какие именно вы хотели бы осмотреть?

– Все, – коротко ответила принцесса, чувствуя, как сгущается воздух и дышать становится все труднее.

– Сюда практически не подают кислорода, – пояснил Туал, приближая платформу к краю и проворно снимая с каменной стены какие-то металлические приборы, подавая их Рахселу и Альде. – Это поможет дышать свободнее.

Женщина прижала к лицу треугольное отверстие и тут же почувствовала прилив воздуха. Свет плохо освещал образовавшийся туннель, и последний отрезок пути троица проделала в кромешной темноте. Яркий свет от коммуникатора внезапно выхватил из темноты огромный резной барельеф, украшенный графическим орнаментом. Смело подойдя к боковой панели, управляющий нажал комбинацию цифр на каменной плите и пространство осветилось сотней тусклых огней, которые сразу стали мерцать ярче.

– Ваш ключ, госпожа, – глухо донесся голос Туала из-под кислородной маски.

Альда смело подошла к украшенной стене и разглядела углубление размером с медальон.

– Необходимо вставить его в слот, – проинструктировал управляющий и отошел в сторону.

Хозяйка подземелья, сняв недавно обретенный символ власти, вставила украшение в каменное углубление и тут же отступила на шаг, когда глыба, казавшаяся неприступной, бесшумно отошла в сторону, а медальон выпал из отверстия, оставшись болтаться на цепочке в её руке.

Громадный черный зев, образовавшийся перед принцессой, практически сразу стал зажигаться огнями, которые срабатывали рядами друг за другом. Изумление, которое испытала Альда, сложно передать словами. Хранилище было забито драгоценными металлами и заполненными до краев банковскими накопителями, без стеснения кричавшими о богатстве Даркраста. Насколько хватало глаз, перед женщиной стояли огромные пирамиды этих накопителей, а ведь огни еще не до конца осветили пещеру.

– Здесь хранятся расчетные металлы, – буднично произнес управляющий. – Не все, конечно, но это самый доступный из сейфов. Думаю, вам будет интересен дальний сектор. Там должна быть мебель и ткани, закупленные прошлыми владыками Даркраста.

После этого Туал развернулся и показал рукой на транспортную платформу, ожидая, пока хозяйка отступит назад. Ошеломленная принцесса прошагала к Рахселу и встала рядом, наблюдая, как вельможа закрывает замки. Следующий сейф хранил множество сокровищ, но, в основном, серебро и накопители банковского железа, а вот третья пещера уже была гораздо интереснее.

Покидая нижние уровни «антидворца», Альда была озадачена и даже зла. Даркраст был полон различных сокровищ, но существовал, будто захолустный мир. Единственное, что она сейчас забрала из всего, что увидела и заприметила, – скамья изысканной работы, которой предстоит стать её импровизированным троном. Высокие подлокотники, загибающиеся вовнутрь, и мягкая обивка сочного красного цвета на широком сиденье могли бы украсить любой дворец, но уникальным был материал, из которого изготовили мебель. Настоящее дерево, срубленное на какой-то далекой планете и любовно и мастерски превращенное в предмет интерьера.

Такое богатство было доступно не каждому королевству.

Глава 13

Вернувшись в тронный зал, Альда распорядилась установить скамью в противоположном от Сверра конце плато. Столпившиеся девушки были чем-то взбудоражены, а Аманита уже вглядывалась в инфоблок с рецептами. Рядом с ней принцесса увидела еще двух девушек, которые так же рассматривали текст. Заметив свою госпожу, Эола поспешила отчитаться:

– Еще две девушки признались, что умеют читать, но я не решилась принести другие инфоблоки, так как не уверена, что они содержат нужный текст, – затараторила помощница. – Портного оповестили о вашей просьбе, также вас ожидает Скарп.

– Кто это такой? – озадаченно поинтересовалась женщина, легко усаживаясь на дорогую скамью и переводя взгляд на обступивших её девушек.

– Он делает обувь, госпожа, – произнесла одна из служанок.

– Понятно, – кивнула хозяйка дворца и тут же с улыбкой попросила. – Девушки, шаг назад, мне просто необходимо чуть больше кислорода. Хранилище Даркраста оказалось полностью лишено самого важного – возможности свободно дышать.

В тот миг пространство вокруг Альды стало больше, а девушки отошли на несколько шагов. Внезапно из этой толпы выступил мужчина с небольшой коробкой в руках.

– Ваш заказ, госпожа, – спокойно произнес мастер, протягивая ей свою ношу.

– Вы так быстро справились с работой? – учтиво поинтересовалась принцесса, не шелохнувшись, чтобы взять в руки короб.

Застывший в нерешительности сапожник хмуро заморгал и после некоторой заминки догадался открыть футляр, являя владычице пару грубоватой обуви.

– Ваш заказ в приоритете, – ровно отозвался Скарп, пока женщина разглядывала обновку.

Обычно Альда носила изящные туфельки на каблуках, украшенные кружевом и драгоценностями, но теперь выбирать не приходилось и, примерив с помощью сапожника новую обувку, осталась неожиданно довольной. Плоская, но достаточно толстая подошва решала вопрос с мерзшими ногами и встречей с мелкими камешками, а также пылью. Закрытый носок и мягкая пятка плотно облегали ножку, а длинные кожаные ленты надежно фиксировали сандалию на месте, не давая соскользнуть при ходьбе. Цвет идеально подходил к платью – такой же мрачно-черный, но Альда светилась от радости, рассматривая результат работы мастера.

– Вы угодили мне, – похвалила принцесса, вертя ножкой и разглядывая обновку.

– Благодарю, – коротко произнес Скарп, закрывая крышку короба и уже собираясь удалиться по своим делам.

– Теперь я хочу еще похожую пару, но из мягкой ткани, – продолжила Альда, взглянув на мастера. – И будьте добры, снимите мерки с ног присутствующих девушек – они так же получат по паре обуви.

– Это невозможно, – осторожно произнес придворный сапожник, застыв на месте.

– Почему же? – картинно удивилась хозяйка дворца и будущей империи.

– Закон гласит…

– Там идет речь об одежде и ошейниках, – напомнила женщина. – Но что там сказано об обуви?

– Э-э-э…

– Вот именно, – иронично хмыкнула принцесса. – Обувь должна быть изготовлена в краткие сроки – это ваш приоритетный заказ. Последней принесете мне пару из ткани, черного или красного цвета.

– Как скажете, госпожа, – кивнул Скарп, не глядя ей в глаза.

– Девушки, сейчас по очереди подойдите к нашему мастеру, и он изготовит вам по мерке обувь, – громко произнесла Эола, стоявшая близко к Альде и слышавшая весь разговор.

Служанки еще более взволнованно защебетали и стали переговариваться между собой.

– За время моего отсутствия что-нибудь произошло? – посмотрев на Эолу, спросила хозяйка. – Мне кажется, все были чем-то взбудоражены.

– Да, госпожа, – кивнула помощница. – Владыка объявил, что отныне каждый, кто проявит неучтивость к девушкам – будет наказан им лично.

«Что ж, пока дела со словами у Сверра не расходятся. Посмотрим, что будет дальше» – медленно размышляла женщина, глядя на занятого мужа через все плато. Небольшой помост, на котором расположен трон, позволял видеть мужчину по пояс, остальное закрывали девушки и вельможи.

– Думаю, стоит начать сервировать обед, – задумчиво произнесла Альда. – После него у нас много работы. Передайте Туалу, что мне понадобится три десятка коммуникаторов сразу после трапезы и его компания, также пусть подготовит несколько передвижных платформ.

– Зачем? – удивленно спросила Эола, стоявшая ближе всех.

– Сначала: обед, – коротко произнесла принцесса, выразительно посмотрев на служанку, давая понять, что обсуждать приказы не намерена.

– Да, госпожа, – тут же стушевавшись, отозвалась помощница, опустив взгляд в пол.

Две девушки отделились от основной группы и отправились на поиски управляющего дворцом, еще две стремительно зашагали к платформе, курсирующей между тронным плато и кухнями, а к Альде несмело приблизилась Аманита.

– Госпожа, я просмотрела тексты, – взволнованно и смущенно произнесла служанка, протягивая ей инфоблок.

– Так быстро? – удивилась принцесса, принимая металлический планшет. – Или возникли какие-то сложности?

– Сложность только одна: рецептов с десертами там нет, – с сожалением поджав губы, отозвалась новая служанка.

– Что-то подобное я ожидала, – вздохнула владычица и тут же с мягкой улыбкой спросила. – Может тебе приглянулись какие-нибудь рецепты или захотелось попробовать что-то из прочитанного?

– Не знаю, – скромно ответила Аманита. – То, что вы уже придумали, – очень вкусно, а по тексту не понять, какой выйдет результат.

– Тут ты права, – кивнула Альда. – Я заметила рядом с тобой еще двух девушек. Они так же умеют читать?

Взглянув на стоящих неподалеку товарок новой помощницы, принцесса с улыбкой ожидала ответ.

– Это Медо и Котиро, госпожа, – представила их Аманита, повернувшись к ним боком.

– Я владею сурватским, госпожа, – чуть запинаясь, отозвалась Медо, присев в почтении. – Моя мама была сурваткой.

– А я с планеты Хоргут, госпожа, – напряженно произнесла Котиро, глядя в пол.

– Как давно ты на Даркрасте? – любезно поинтересовалась хозяйка дворца.

– Восемнадцать циклов, – коротко ответила служанка, представившаяся Котиро, все так же не глядя в глаза Альде.

– Однажды я была на Хоргуте, – задумчиво произнесла Альда. – Мы летели с визитом в другой сектор галактики и сделали остановку на этой планете. Кажется вся растительность там изумительного фиолетового цвета, да?

– Да, госпожа, – кивнула Котиро. – Это точно Хоргут.

– Как ты оказалась так далеко от дома? – искренне удивилась принцесса.

– Я сбежала, когда родители умерли от болезни, а меня хотели отдать местному главе в наложницы, – с грустью ответила служанка.

– Сочувствую, дорогая, – печально произнесла владычица. – Ты проделала непростой путь.

Взглянув на лица своих подопечных, женщина не заметила счастливых улыбок или праздности. Эти девушки познали тяжесть сурового мира, несмотря на то, кто где родился. Вздохнув, Альда собралась с духом и медленно поднялась на ноги.

– Неважно, какими путями вы пришли ко мне, отныне я ваша госпожа и повелительница, – со значением произнесла принцесса. – Вселенная жестока к женщинам: вне зависимости от происхождения нас продают, предают и ставят в безвыходное положение. Но каким бы сильным ни был мужчина, он не является в этот мир без женщины и не может продолжить свой род в гордом одиночестве. Какие бы ни были технологии во Вселенной, жизнь не зарождается только по велению мужчин. На Даркрасте они не властны над нами, и вы не должны бояться. Я обещаю вам защиту и покровительство, – глубоко дыша, владычица продолжила. – Эти камни и всех жителей ждут перемены. Империи строятся по разным правилам, и Даркраст планирует занять заметное место на карте миров. Сильное государство зиждется на могуществе и богатстве, культуре и традициях. Так сложилось, что часть из этого – сфера интересов женщин. Мы рожаем сыновей для того, чтобы они прославляли имена отцов и честь дома, а девочек, чтобы передать дальше самобытность культуры и традиций. Я планирую изменить судьбы всех женщин империи. Одна я не справлюсь, и вы мне поможете, но не стоит думать, что все разрушится вмиг. Перемены будут долгими и на каждом шагу будут те, кто захочет жить по-старому, но будьте уверены – Даркраст неизбежно изменится. А теперь у меня для вас два вопроса: где вы едите и что с вашими волосами? Почему они такие короткие?

Затихшие во время её речи девушки смущенно стали переглядываться, пока Эола откашлявшись не произнесла:

– Едим здесь, госпожа, когда убираем столы после трапезы, а волосы каждые три цикла мы жертвуем богине Ивран.

– Это необходимая мера или дань уважения религии? – скептично уточнила хозяйка дворца.

– Мы не знаем, – пожала плечами Медо. – Так было всегда.

– Понятно, – кивнула Альда, делая мысленную заметку: выяснить, для чего совершаются регулярные жертвы. – Ну, что ж, а теперь вас ждет Соур. После трапезы я расскажу план действий на остаток дня.

Есть владычице Даркраста пришлось по старинке – на коленях мужа, ибо никаких других возможностей, кроме как стоя, не было. Сделав для себя еще одну заметку на будущее, женщина произнесла другое:

– Я не смогла обойти все хранилище, но то, что увидела – очень удивило.

– Что именно? – спокойно уточнил Сверр, с удовольствием поглощая новую смесь паст, щедро разбавленную фруктами. Уже разрезанное на кусочки, идеально прожаренное мясо с наслаждением уплеталось за обе щеки не только владыкой, но и всеми присутствующими мужчинами.

– Там хранится множество богатств и редких сокровищ, но почему же они спрятаны ото всех? – с оттенком недоумения спросила хозяйка найденного клада.

– Мой отец планировал жениться на благородной даме, – с легкой иронией произнес мужчина. – Но когда этого не произошло, все приобретенное осталось ждать твоего появления.

– Ясно, – кивнула Альда, хотя аргумент не особо убедительный, но вдаваться в подробности и устраивать полемику ей не хотелось. – Я рассчитываю, что во время королевского приема все мои подопечные будут носить одежду, вне зависимости от жизнеспособности твоей бабки. Хотя бы на время визита высоких гостей.

– Это здравая мысль, – спокойно ответил Сверр, отправив кусочек мяса в рот.

– А так как многие девушки понятия не имеют, что такое одежда, им надо попрактиковаться, – продолжила принцесса, когда владыка замолчал. – Будет стыд и срам, если они начнут путаться в полах платьев перед всеми.

– Я не против, – серьезно отозвался супруг, явно ожидая продолжения её просьбы.

– В хранилище я заметила множество тканей и планирую отдать их на пошив простых платьев, – тут же произнесла хозяйка дворца. – Так что с сегодняшнего дня и до конца приема все будут в одежде.

– Подозреваю, что это не просьба, а утверждение? – насмешливо уточнил Сверр.

– Я так советуюсь с тобой, – мягче сказала Альда. – И никому еще не говорила о своих планах, так что если ты против, то можешь возразить. Но вспомни, кто сказал, что эта идея здравая?

Женщина сознательно не смотрела на мужа, чтобы не видеть признаки будущего отказа, как внезапно почувствовала, что его живот задергался, а мгновение спустя мужчина тихо рассмеялся.

– Надо признать, что советуешься ты ужасно, – хмыкнул владыка. – Мне уже доложили о двух десятках коммуникаторов и массовом заказе обуви.

– Ты против? – настороженно поинтересовалась принцесса, обернувшись к мужу и глядя на кривую улыбку.

– Обуви, коммуникаторов или одежды? – лукаво уточнил он, склонив голову набок.

– Всего, – с мрачным прищуром отозвалась хозяйка подземелья.

– А кто просил тебя изменить тут все? – подразнил Сверр, приподняв брови. – Ты вольна поступать по своему усмотрению, но после приема все должно вернуться на круги своя. Пока закон действует – все останется так как есть. Исключение – лишь подготовка и сам прием.

– А позже? – с намеком на обстоятельство, спросила женщина. – Ну, когда кое-кто отойдет в лучший из миров.

– Что ж, тогда будет прекрасно, что у нас окажется столько готовой одежды для твоих подопечных, – благосклонно ответил супруг.

– Тогда что насчет ошейников? – приподняв брови, поинтересовалась Альда, решив на всякий случай узнать и этот вопрос.

– Они останутся, но на самом приеме мы не будем так шокировать гостей, – веско выразился Сверр.

– Хорошо, – кивнула принцесса, возвращаясь к трапезе и понимая, что добилась значительно больше, чем ожидала изначально.

– Кстати, зачем тебе понадобилось столько коммуникаторов, да к тому же так срочно? – поинтересовался владыка, когда девушки уже убирали столы и раздобревшие после трапезы мужчины весело переговаривались между собой, наполняя гулом голосов тронное плато.

– Я планирую сегодня вновь спуститься в хранилище, – поделилась хозяйка дворца, наблюдая за своими подопечными. – Раздам девушкам технику и научу пользоваться. Необходимо просмотреть всё, что сложено в сейфе, и составить каталог с голограммами, чтобы избежать лишних трат. Бессмысленно закупать то, что и так есть на Даркрасте. Ты против?

– Нет, даже наоборот, – задумчиво отозвался Сверр. – Я за разумные траты. Как наверное заметно по хранилищу, мои предки, да и я, в некотором роде склонны к стяжательству.

– А кто планировал быть баснословно щедрым? – иронично уточнила Альда.

– Разве звучал эпитет «баснословно»? – в тон ей парировал супруг, заставив женщину вновь взглянуть на владыку, вызывая в нем улыбку. – Ты уверена?

– Ну, раз так, то я припоминаю такую фразу: «Куплю всё, на что укажет твой пальчик», – веско произнесла принцесса, вскинув одну бровь. – И знаешь, что-то мне расхотелось спускаться в ваши закрома. Пожалуй, куплю все новое, мы ведь молодая империя, да?

– Мне стоит брать тебя на переговоры, – засмеялся мужчина, не заметив, как на это обратили внимание на всем плато. – Ты одолеешь любого из оппонентов.

– Это значит?..

– Что я полностью одобряю исследование хранилища, не против обуви и одежды до и во время приема, – одобрительно произнес Сверр чуть громче, чем было нужно. – Делай все что необходимо.

«Значит, он прекрасно все видел и заметил реакцию вельмож» – подумала Альда, чуть сощурившись, разглядывая мужа.

– Мне рассказали о том, что введены новые меры по заботе о женщинах, – призналась она. – Я благодарю тебя. Это очень важно.

Вместо ответа владыка лишь кивнул и тут же отвлекся на подошедшего Туала. Рядом с управляющим медленно плыл небольшой столик, на котором находились ровные стопки коммуникаторов. Очевидно, вельможа решил проверить, одобряет ли повелитель деятельность и приказы супруги.

– Я исполнил ваш приказ, госпожа, – спокойно произнес Туал, явно готовый услышать вопросы от владыки.

Альда молчала, медленно вздыхая. «Вот же паскуда!» – сжав зубы, размышляла она, когда рядом заговорил Сверр:

– Ну, что ж, полагаю, у вас много дел. Обучить девушек и вновь посетить хранилище займет много времени. Надеюсь увидеть тебя за ужином.

Тон мужа был спокойным, направленным успокоить наливающуюся гневом владычицу, которая уже мрачно сверлила управляющего немигающим взглядом. Рывком встав с колен владыки, принцесса медленно спустилась прямо к Туалу и, демонстративно усмехнувшись, прошла мимо. Все собравшиеся недоуменно поглядывали на раздраженную женщину, когда раздался громкий насмешливый голос её мужа:

– Повелительница Даркраста, что у нас сегодня на ужин?

Медленно обернувшись к Сверру, Альда остановила взгляд на управляющем, который все так же стоял рядом с троном, и, смерив его тяжелым взглядом, мрачно выдала:

– Деликатес.

Не дожидаясь своего непокорного подчиненного, принцесса направилась через толпу мужчин к девушкам, которые спешно доедали обед и стремительно повскакивали на ноги при её появлении.

– Нет-нет, – остановила их хозяйка, взмахнув рукой. Молчаливая тень по имени Рахсел расположилась за спиной, пока женщина удобно уселась на скамье. – Ешьте спокойно, у нас уйма времени.

– Все такое вкусное, госпожа, – пропищал знакомый голосок, хотя имени этой девушки владычица еще не знала.

– Я рада, – с благосклонной улыбкой отозвалась Альда, со вздохом глядя, как Туал бредет к ней через всё плато. – Кушайте хорошо, девушки, ибо сегодня нам предстоит много работы. Для начала нужно научиться пользоваться коммуникаторами. Эти устройства – связь между нами, но помимо этого они вмещают множество полезных функций.

– У меня был коммуникатор в храме, – смущенно призналась Аманита. – Я туда вносила данные учета рожденных детей и генетические показатели отцов.

– Прекрасно, – мягко ответила принцесса, взглянув на неё. – Значит, сложностей будет меньше. Ты поможешь мне обучить остальных.

– Да, госпожа, – с готовностью отозвалась служанка, вернувшись к еде.

Женщина смотрела на подопечных, которые все так же были слишком молчаливы. Обычно девушки щебечут о всяких глупостях, но эти рабыни научены не привлекать к себе внимания, что выглядело неестественным.

– Госпожа, – учтиво произнес наконец-то подошедший Туал. – Я приношу извинения, если мои слова задели вас.

– Вы не уверены, нанесли ли оскорбление своими действиями или словами? – надменно уточнила Альда, взглянув на управляющего. – Если так, то ваши извинения не приняты. Вину надо осознавать, прежде чем просить прощения. Без этого слова обесценены.

– Вы просили коммуникаторы, – поджав губы, сообщил вельможа, махнув на подплывший столик с техникой.

– Не просила, а приказала, – поправила его принцесса. – Раздайте их девушкам.

– Как скажете, – недовольно проскрипел Туал и, повинуясь его руке, небольшой столик облетел застывших свидетельниц этой сцены. – Будут ли еще указания?

– Безусловно, – кивнула владычица и тут же обратилась к служанкам. – Дамы, вы уже закончили трапезу?

– Да, госпожа, – нестройными голосами ответили рабыни.

– Тогда прошу вас обратить внимание на управляющего, – любезно произнесла Альда, взглянув на удивленного мужчину. – Сейчас он объяснит вам, как пользоваться коммуникатором. Будьте любезны, обучите девушек азам и особенно уделите внимание созданию голограмм. Полагаю, это не сложная задача?

Последнее женщина произнесла глядя в глаза вельможе.

– Безусловно, – мрачно отозвался управляющий и провел достаточно информативный урок для собравшихся перед ним девушек.

Обучение бывших рабынь прошло на удивление легко. Туал демонстрировал возможности коммуникатора, снимая голограммы для примера. Девушки потренировались друг на друге и с легкими смешками делились своими результатами. Живущие рядом с мужчинами, они прекрасно видели, как те пользовались этой техникой, и теперь с затаенным удовольствием постигали знания.

– Прекрасно, – похвалила Туала владычица Даркраста. – Вы справились куда лучше, чем я ожидала.

– Рад это слышать, – коротко ответил вельможа.

– Что ж, раз вы все обучились пользоваться коммуникаторами, пора проверить ваши знания на практике, – громко произнесла Альда, обращаясь к взволнованным девушкам. – Я хочу, чтобы вы сняли голограммы со всего, что встретите в хранилище, и отослали мне на коммуникатор. Позже мы составим с вами из этого каталог.

Удивленные служанки переглядывались между собой, пока все вместе шли к платформам у края плато. Рахсел неотступно следовал за принцессой, возвышаясь над группой девушек. Туал подготовил три широкие платформы и одну поменьше, на которой хозяйка уже посещала сегодня сейфы. Путешествие вниз в этот раз прошло чуть более стремительно, но неожиданно оказалось, что весь уровень хранилища был освещен и кислородные маски не понадобятся.

– Зная о ваших планах, владыка Сверр приказал подать сюда пригодный воздух и освещение, – пророкотал охранник.

– Хорошо, – кивнула Альда, поглядывая на молчавшего Туала.

Похоже, его не обрадовала временная обязанность учителя, да и выходка перед правителем не прошла даром, но этому мужчине пора понять, что она не одна из рабынь, а также – кто кому должен кланяться.

Взволнованные девушки ошеломленно взирали на освещенные каменные своды, опасливо глядя наверх. Очевидно, они впервые видели свой дом с такого ракурса. Попав в нужное хранилище, хозяйка медленно прошлась по проходам среди груд сваленных сокровищ, поясняя, что именно её интересует. Мебель, драгоценное дерево, ткани, украшения или предметы быта. Внезапно среди рулонов тканей обнаружились готовые платья; вероятно, их хозяйками были первые бедняжки, которых раздели за грехи Сверровой бабки. Отсканировав все самое интересное, по мнению Альды, и собрав в охапки одежду, женщины покинули сокровищницу, оставив огромные пышные подушки у входа в пещеру, чтобы потом их забрали мужчины.

Вернувшись на главное плато, хозяйка детально рассмотрела каждый наряд, но быстро поняла, что все они сшиты по единому лекалу, сохраняя даже общую расцветку – белую. Просторное одеяние открывало правое плечо и руку, полностью закрывая левую сторону до кисти и широким полотнищем спадая до пола. Тонкая вышитая полоса окаймляла верх и украшала единственный манжет. Попросив Эолу принести лазерный душ, женщина велела обработать все ткани от пыли и затхлости хранилища. Девушки в нерешительности взирали на каждый очищенный наряд и не смели спросить, для чего все это нужно.

– Ну? Что же вы стоите? – мягко уточнила Альда. – Надевайте!

Глава 14

На ужин повелительница Даркраста приказала запечь целого сорнака, которого уложили среди щедрого разнообразия овощей и несладких фруктов. Это был достаточно крупный зверь, которого редко кто брался разводить из-за дурного нрава, но его мясо было изумительным по вкусу и считалось редким деликатесом. Владычица приказала запечь сорнака целиком, что составило проблему для главного повара, но Соур справился с поставленной задачей. Питательную и витаминную пасты скатали в аккуратные шарики и небольшими кучками распределили по подносу, на котором лежала туша. Блюдо торжественно пронесли к главному столу, где Сверр отрезал несколько крупных кусков и наполнил чаши мясом и гарниром.

– Мы что-то празднуем? – вкрадчиво уточнил владыка.

– Да, – серьезно отозвалась Альда. – Женское возвышение над полом.

Принцесса была немного рассержена препирательствами с сапожником и Туалом, но в итоге оба мужчины умолкли и сдались. Скоро тронное плато наполнится стуком новых туфель, а пока пояс каждой девушки уже украшал небольшой коммуникатор.

– Я уж думал, что сегодня подадут кого-то из придворных к столу, – хмыкнул повелитель.

– Все зависит от их желания, – в тон ему ответила супруга. – Если будут сотрудничать – окажутся на скамьях, а нет – в качестве угощения.

– Весьма коварно, – прокомментировал Сверр.

– Заслужили, – мрачно бросила Альда, вздыхая от досады.

Была еще одна причина для плохого настроения – платье. Кожаный наряд порядком натирал в районе швов, а уж про то, что принцесса вспотела в нем, говорить не приходилось. Взмокла, как самая настоящая служанка, что вечно в делах вынуждена носиться по замку, выполняя сотни поручений. В этом было стыдно признаться, но за сегодняшний день принцесса несколько раз со вздохом вспоминала недавнюю наготу и старалась незаметно почесаться.

– Вижу, что ты лихо взялась за дело, – мягко произнес владыка, нанизывая овощи на вилку.

– Ты сам просил поторопиться, – устало напомнила женщина, зорко следя за притихшими мужчинами, которые поглядывали на девушек с осуждением, продолжая уничтожать сорнака с общего блюда. – Кстати, когда именно прибудут архитекторы? И сколько мастеров мы ждем?

– Архитекторов будет двое, а с ними три инженера, – легко отозвался Сверр с воодушевлением. – Мне сообщили, что они скоро пересекут границы нашего сектора, значит, на Даркрасте они будут дней через пять-шесть.

– У тебя есть какие-нибудь идеи? – с улыбкой спросила Альда, услышав в его голосе нетерпение. Ей нравился этот настрой.

– Возможно, расширить кабинет и спальню, – пожал плечами супруг. – А также сделать спальню наследника выше. В свое время я жил на уровне с управляющими и…

– Наш сын будет наследником императора, – мягко прервала его владычица. – Так что ты абсолютно прав – ему не место с вельможами. Соорудим просторные покои для себя и сына на этом уровне.

Принцесса обвела пальчиком пространство вокруг тронного плато.

– Сделаем величественный потолок, крупные статуи твоих предков по бокам и украсим все золотом со стягами в красном цвете, – задумчиво произнесла Альда, замерев с вилочкой в руке. – По правую сторону сделаем кухни и кладовые с полями харагрутоса, а по левую устроим палаты для танеров, а ниже – для придворных вельмож.

– Почему ниже? Танеры лишь изредка прибывают ко двору, так что эти комнаты обычно пустуют, – вставил Сверр.

– А «танер» – это выборная должность или наследственная? – уточнила женщина, взглянув на супруга.

– В основном – наследственная, – кивнул он. – Если танер верно служит и к его работе нет претензий, большая вероятность того, что он вырастит достойного наследника и обучит сына всему необходимому. За редким исключением я смещаю с должности и назначаю нового.

– А что случается с теми, кто не оправдал твоих надежд, но и смерть слишком суровое наказание? – вкрадчиво спросила принцесса.

– Смещаю с должности, – еще раз произнес владыка, приподняв брови.

– То есть казнь – это исключение из правил? – иронично поинтересовалась Альда.

– Что бы ты ни думала, но да – казнь это крайняя мера, к которой на Даркрасте прибегают лишь в исключительных случаях, – вздохнул мужчина, отправляя в рот кусочек сорнака. – После смещения с должности танера переводят на работу в другой сектор. Если он уже стар, то его новая должность скорее почетная, а если нет – тяжелая физическая.

– Заключение? – предположила принцесса.

– Работа на низших уровнях не сильно отличается от наказания, – пожал плечами Сверр.

– Чем же его положение отличается от тех, с кем он работает?

– Ему не платят, – хмыкнул владыка.

Ужин прошел спокойно, и мужчина остался доволен трапезой и проделанной работой Альды. Супруги обсудили некоторые нюансы будущих перепланировок, и женщина удалилась к своей скамье, чтобы начать составлять каталог сокровищ хранилища.

– Эола, – обратилась хозяйка к первой помощнице. – Всем ли хватило найденных нарядов?

– Да, госпожа, – кивнула девушка. – Остались два.

– Подготовь их и позови Вирала, – приказала принцесса, глядя, как шеренга мужчин несет оставленные ею у хранилища огромные подушки.

Пока Эола поспешила выполнить поручение, слуги под руководством Альды расположили принесенные сокровища вокруг ближайших колонн. Едва главная помощница собралась отправиться на поиски придворного портного, как тут же вспомнила, что это можно сделать с помощью коммуникатора. Отправив сообщение, Эола смущенно улыбнулась госпоже, заметив одобрительный кивок последней.

На очищение подушек ушло много времени, ибо лазер был в единственном экземпляре. Альда записала в коммуникатор необходимость приобрести еще приборы для очищения. Девушкам они понадобятся при мелкой работе и личной гигиене.

– Вы звали меня? – вдруг произнес Вирал, появляясь среди служанок.

– Я бы хотела попросить вас переделать эти два платья в одно, – произнесла с улыбкой Альда, кивая на наряды в руках помощницы. – Раз уж большой заказ отменяется, вы снова обшиваете только меня. Как кстати там другие наряды?

– Уже почти готово, – спокойно отозвался портной. – Работа с рейском требует осторожности и не терпит спешки.

– Тогда отложите её до завтра, а пока займитесь этим, – понимающе вздохнула принцесса, делая знак служанке отдать платья Виралу. – Желаю завтра надеть его. Ничего сложного, просто закрытый наряд с двумя рукавами.

– Как скажете, – кивнул мужчина, забирая части своего нового заказа.

– Можете быть свободны, – отпустила его хозяйка, наблюдая за тем, как девушки закончили приводить подушки в порядок.

Перед самым ужином женщина наконец-то увидела, на чем спят подопечные, и выматерилась про себя. Что-то подобное она ожидала, но тонкие циновки, скрученные у одной из колонн, совсем не походили на удобные постели. Альда объявила девушкам, что отныне подушки из хранилища принадлежат им для свободного времяпрепровождения и сна. Услышав нестройные благодарности, женщина отмахнулась от них, предложив заняться составлением каталога.

Все найденные ценности были отсканированы голографами и собраны на коммуникатор владычицы. Велев принести из своих сундуков проектор, принцесса объяснила принцип работы.

– Для начала разделим все на категории, – вздохнула Альда, когда девушки уселись вокруг неё на свои подушки. – Я заметила там посуду, ткани и мебель. То, что не поддается определению – откладывайте в отдельную группу – позже я разберу, что там.

Принесенный Эолой проектор лег посередине их небольшой компании. Хозяйка дворца переместила на него данные с коммуникатора и создала визуальный каталог – парящие полупрозрачные кубы с надписями на атрантийском языке. Аманите доверили смахивать голограммы в эти кубы, после всеобщего обсуждения о полезности найденного предмета. Каждый куб имел дополнительную градацию на ценные и не ценные предметы. Альда максимально старалась не вмешиваться в процесс отсеивания, наблюдая за подопечными и их репликами. Нескольких девушек принцесса отметила, как толковых, и еще в нескольких разглядела полезные навыки.

Сокровищница оказалась полна разнообразных тканей всевозможных цветов, различных предметов мебели и неожиданно изящной посуды. Но, пожалуй, самое главное, что обнаружила в хранилище хозяйка – несколько деревянных панно, хотя возможно это и часть пола, а может иное украшение. Пока сказать сложно. За ними, скромно накрытые тканью, примостились три широкие кушетки с обивкой из роскошного зеленого варлака с изумительной золотой вышивкой. Два столика с похожей резьбой и еще один непостижимый предмет – высокий зонт в виде огромного листа на изогнутой ножке. Все найденное представляло собой единый ансамбль и, очевидно, приобреталось одновременно. Хорошо рассмотрев редкие находки, Альда поняла, что панно, словно мозаика, было собрано из разных пород дерева, что повышало его ценность в стократ.

Среди драгоценностей обнаружились готовые украшения, восемь сундуков с тонкими серебряными пластинами ромбовидной формы и лишь два с похожими – из золота. Рассмотрев эти пластины, принцесса увидела тонкие колечки на каждой и с улыбкой поняла, куда их использовать. Понимая, что силы уже на исходе, женщина решила оставить девушек одних, пожелав им сладких снов на новых постелях, и удалилась в спальню, поманив за собой Эолу. Служанка помогла снять платье и, расчесав волосы, умчалась обратно к тронному плато, пока Альда со стоном погрузилась в бассейн с фраксом, чувствуя, как натертая кожа чуть чешется, заживая в густых водах.

Сегодня был долгий, но важный и плодотворный день. Сверр удивил её, хотя в целом она действовала в его интересах, так что владыка вел правильную политику. Сопротивление мужчин было ожидаемым, а вот что действительно волновало принцессу, так это предстоящий визит в город. Что её там ожидает? Разруха, нищета и голод? Имея такие несметные сокровища, правители Даркраста не желали тратить их на себя, не говоря уж о других. Они со Сверром не обсуждали планов дальше королевского приема, но все же дела женщин станут её вотчиной. Так что в сферу интересов хозяйки новой империи входили крупные и масштабные перемены. Одеть и обуть три десятка рабынь это конечно серьезный, но незначительный шаг. Куда важнее сделать это со всеми обитательницами Даркраста и, что главное, – закрепить за ними право на самостоятельность.

Альда не была приверженцем абсолютной власти, прекрасно понимая, что это подобно тому, как быть единственным гвоздем во всей конструкции, не каждый выдержит такую ношу. К тому же, с исчезновением такого гвоздя, как правило, вся система рушится, а этого надо избежать всеми силами. Мысли кружились, перескакивая с одной темы на другую, пока тело исцелялось и очищалось. Устало вернувшись в спальню, она провалилась в сон, обняв подушку.

Разбудило женщину настойчивое поглаживание. Лежащий рядом Сверр явно и без прикрас намекал на исполнение супружеского долга, целуя уже освобожденную от ошейника шею и прижимаясь со спины.

«Серьезно? Я так устала за сегодня!» – застонав от досады, подумала Альда и тут же получила ответ:

– У нас с тобой договор, – глухо отозвался муж. – Ты получаешь мою поддержку во всех делах, а я – ласковую супругу ночью.

Не успела она сильно возразить, как нежное поглаживание сменилось массажем промежности. Мужчина грубовато просунул руку между сжавшихся бедер и быстро добрался к охраняемой женственности. Хоть Сверр не проявлял вчерашней чуткости или желания повременить, но принцесса вскоре сама вспыхнула от внезапного жара. Тепло стремительно разливалось и скручивало низ живота. Едва искорки удовольствия заструились по венам, она оказалась прижатой к кровати и едва соображала, распластанная под мужем, да к тому же ощущая, что супружеский долг будет стребован с неё по полной. Владыка бесцеремонно растолкал её бедра и, опираясь на руки, стал размеренно двигаться. «Хоть за это спасибо» – морщившись от натуги, подумала женщина, чувствуя, как быстро проклятые пупырышки разбухали внутри, заполняя все что можно. Трение с каждым движением становилось все невыносимее, и Альда взлетела к вершине наслаждения. Не успела она прийти в себя, как почувствовала, что для супруга её оргазм был лишь сигналом к действию, и следующий раунд разомлевшая принцесса пережила, тихо постанывая на ушко Сверру. Обхватив ногами его бока, женщина выгибалась под натиском, явно спешащего за собственным удовольствием мужа. Рык и глухое бормотание сопровождали жесткие толчки и лихорадочные поцелуи обнаженной шеи. Она плыла в неге, чувствуя крепкие объятья и уже не противясь грубому завоеванию, соскальзывая в наслаждение раз за разом. Последний раунд супружеского долга произошел во фраксе. Как Альда там очутилась, она не смогла бы объяснить и Богам на главном суде, но вот густые тяжелые волны, что колыхались вокруг них со Сверром, забыть сложно. Откинувшись на бортик бассейна, принцесса громко стонала, слыша многократное эхо мраморных стен. Вмиг темное покрывало наползло на сознание, и в следующую секунду женщина ощутила прохладу и мягкость постели.

– Спи, – хрипло пробормотал владыка, укрывая их обоих и бесцеремонно прижимаясь со спины.

Она не любила такого тесного контакта, с младых ногтей привыкнув спать вольготно и в одиночестве. Тридцать циклов жизни на другой планете не поколебали этой привычки, но теперь у Альды не было сил возразить или хотя бы отползти чуть в сторону самостоятельно. «Плевать» – родилась мысль в изможденной принцессе, перед тем как она провалилась в глубокий сон.

Утро пришло достаточно быстро, и владычица встретила его под пристальным взглядом Эолы, держащей на руках белое платье из запасов хранилища, уже переделанное в соответствии с хозяйским заказом. Альда смутно помнила, что на рассвете отбилась от ласк Сверра, который засмеялся и ушел, не забыв застегнуть ошейник на шее. Завтрак уже ждал повелительницу на туалетном столике, а стая гуархов вальяжно разбрелась по спальне, хотя перед сном она выставила их за дверь.

– Сколько времени? – прокаркала принцесса, откашлявшись от ночных криков.

– Все уже позавтракали, – кивнула Эола. – Владыка распорядился принести поднос вам в спальню.

– Ясно, – поморщилась женщина, с трудом усаживаясь на постели.

Помня о том, что отдала свой лазерный очиститель, Альда прогулялась по бассейну фракса, смыв с себя наваждение и с удовольствием позавтракав фруктовой пастой и энергетическим напитком, пока служанка расчесывала ей волосы. Просторный наряд был легким и воздушным, колыхаясь от каждого шага. Рукава колоколами спускались к запястьям, полностью закрывая руки. Вырез у наряда был, но самый скромный из возможных, так что принцесса осталась довольна собой, надевая медальон на шею. В целом принцесса могла надеть и первоначальный вариант платья, но ей не хотелось быть как все. Все же она здесь хозяйка и её наряд должен отличаться. Решив, что раз она не имеет пока короны, то стоит напомнить о своем положении иначе: женщина заплела волосы в косу и уложила её на голове наподобие царского атрибута. Получилось превосходно, хотя весь образ портил проклятый ошейник. Надев единственные башмачки, повелительница Даркраста была готова к новому дню в бывшей тюрьме.

Рахсел встретил её молчаливым кивком и тут же взмахнул рукой, подзывая платформу. На тронном плато было пусто и только девушки сидели на подушках, разглядывая голограммы.

– Всем доброе утро, – произнесла Альда, приближаясь к ним, и услышала в ответ три десятка таких же пожеланий.

Служанки повскакивали и дружно поклонились, заставив её остановиться, не дойдя до скамьи. Принцесса их тому не учила и, вскинув брови, обернулась на Эолу.

– Кто-то из девушек сказал, что так принято приветствовать господ, – тут же отозвалась помощница. – Если вам не нравится – больше такого не случится.

– Все в порядке, просто я не была готова, – мягко возразила владычица и, взглянув на подопечных, громче добавила. – Вы все верно сделали. Таков обычай практически во всех мирах. Мне приятно, что с вашей помощью Даркраст так быстро становится цивилизованным. А теперь расскажите, что я пропустила за утро и как движется работа с каталогом?

До самого обеда Альда занималась делами, просматривая рассортированные девушками ценности. Сокровищница в полной мере оправдала свое название, став собранием предметов. Несколько вещиц смогли бы составить конкуренцию не одному королевскому дому. Сейф Даркраста хранил изящные серебряные сервизы на тридцать персон каждый, которые, несомненно, надо будет поднять и очистить от пыли. Они прекрасно украсят стол на приеме, а позже будут служить по назначению. Хотя некоторые вернутся в хранилище и будут использоваться по очереди или при каких-нибудь праздниках. Обнаружились целые рулоны анталакского рейска: кроваво-красного, сочно-зеленого, небесно-голубого и еще три десятка расцветок, а уж про несметное количество всевозможных кожаных шкур невиданных животных не стоило и говорить. Хотя приглядевшись получше, принцесса все же поняла, что большинство кож грубой выделки. Эти шкуры пойдут на пошив мужской одежды и элементов амуниции. Женщина давно разглядела гардероб мужа и осталась недовольной его качеством. Для захолустного владыки сойдет, но абсолютно не годится императору. «Модернизации нужно подвергнуть и его стражу» – со вздохом подумала Альда. – «Ресурсов хватит, так что Вирала все же ждет большой заказ».

Пока принцесса рассматривала предметы интерьера, а девушки тренировались в использовании коммуникаторов, тихо шепчась о своих успехах или неудачах с техникой, к госпоже подошел придворный сапожник, за которым плыл широкий стол. Судя по грузу, Скарп выполнил заказ и спешил отдать его хозяйке. Служанки по очереди подходили и получали обновки, о чем еще громче щебетали на подушках. Последней обладательницей новой пары сандалий стала сама владычица.

– Я не ожидала, что вы справитесь так быстро, – с мягкой улыбкой произнесла женщина, любуясь светлыми башмачками, которые выглядели до ужаса удобными. Тонкие ремешки обвивали подошву и ножку, скрепляясь на щиколотке.

– Мне помогли, – коротко кивнул мужчина. – Я призвал к работе городских мастеров.

– Прекрасно, – ответила Альда. – А вы сможете сделать мне пару на каблуке?

– Могу, – серьезно кивнул Скарп. – Но у меня есть только мужские варианты подошв. Полагаю, вы хотели бы иметь более изящную обувь?

– Я пришлю вам примеры того, какую обувь я носила раньше, – хмыкнула принцесса. – К сожалению, теперь она мне катастрофически мала. Эола принесет вам мои туфельки после обеда.

Еще раз кивнув, сапожник удалился, поджав губы. Очевидно, он думал, что на этом его работа для хозяйки закончится, но это было лишь самое начало.

После обеденной трапезы с мужем на троне, она была готова к посещению города. Пока Сверр вел её к левитирующей платформе, Эола спешила с драгоценной ношей к Скарпу, чтобы выслушать поток недовольства. Молча кивнув, служанка вернулась к девушкам опечаленной.

То, что владыка назвал городом, таковым назвать было сложно. Скорее это был громадный улей с сотнями дверей и парящих мостов. Одна часть улья напрямую примыкала к «антидворцу» и являлась его частью. Очевидно, что покои вельмож через систему проходов соединялись с городом и упрощали коммуникацию между населением и дворцом. Перед Альдой раскинулся широкий разлом с площадью вдалеке и огромной парящей над ней светлой башней и множеством арок, составляющих её стены. Сам же разлом был испещрён проходами и дверьми, намекая на жилые помещения. Перед каждым домом была площадка, украшенная фонарем или резной ковкой. Когда первое впечатление от огромного пространства померкло, принцесса стала замечать крупные проемы с массивными колоннами, увенчанные объемными надписями. Платформа плавно двигалась между скал, открывая новые виды и повороты, в которых так же кипела жизнь. Все подданные были мужчинами разных возрастов. Альда заметила стариков, занятых отдыхом за столами с напитками; и серьезных мужчин спешащих по делам; и чумазых мальчишек, шныряющих в толпе в компании таких же сорванцов. Но ни единой женщины на многочисленных улицах города: ни на парящих мостиках, что высились меж скал, ни вальяжно прогуливающихся дам с покупками или занятых уборкой. Это был мир мужчин, и ему отчаянно не хватало женской ласки.

Улицы были просторными и чистыми, а витрины магазинов даже мало-мальски не украшены. А эти самые витрины были полны товаров для дома, рабочих инструментов, одежды всех размеров и еды. Хотя последняя была не сильно привлекательна на вид. По мере того, как они плыли над городом, народ стягивался вслед за ними. Владычица слышала за спиной гул голосов, но старалась не анализировать обрывки фраз.

«В одежде», «Кулон главной жрицы», «Кунна отошла в мир Ивран?»

– Как тебе столица Даркраста? – спокойно спросил Сверр, отвлекая супругу от волнения.

– Удивлена, что такой оживленный город совершенно не слышен из дворца, – откликнулась принцесса, глядя, как один из перекрестков ведет на такую же широкую улицу, заполненную молодыми парнями, играющими в камешки. Судя по высоким колоннам, это был участок с образовательными учреждениями.

– Я не люблю, когда вокруг меня много людей, – нехотя признался повелитель. – Это утомляет.

– Понимаю, – кивнула Альда, вглядываясь в белую башню, смутно догадываясь, что это.

Соображения о том, почему её муж не любил столпотворение, у неё тоже были, но их лучше обдумать вдали от него.

– Я так понимаю – это храм богини? – тихо уточнила принцесса, когда они достигли главной площади, над которой и парила громадина.

– Да, – кивнул Сверр, сходя с платформы и подавая ей руку, после того как Альда настоятельно подумала об этом.

Чуть замешкавшийся владыка со странной улыбкой выполнил её просьбу.

– Кстати, зачем мы сюда явились? – иронично уточнила повелительница, когда вокруг них выросла большая масса людей.

– Сегодня день споров, – со вздохом произнес мужчина. – Я разрешаю конфликты, с которыми не справляются танеры или их решения считают несправедливыми.

– У главного сектора тоже есть танер?

– Конечно, – хмыкнул Сверр. – Пока это Туал. Он временно совмещает должность управляющего сектором.

Глава 15

Пока Сверр усаживался на импровизированный трон на главной городской площади, в окружении толпы, отделяемой стражей, Альда разглядывала белую башню. Сначала казалось, будто здание парит над площадью, но при приближении выяснилось, что храм находится в отдалении, зато это позволяло детальнее рассмотреть дом для всех женщин. Сотни арок составляли ажурный контур стен, а тонкие колонны смотрелись изысканным украшением белой башни.

Принцесса чувствовала сотни озадаченных мужских взглядов и еще больше – с нижних этажей религиозной святыни. Стоя рядом с мужем, владычица вновь слушала его проникновенную речь о будущих переменах, но теперь её больше волновала встреча со жрицами храма богини Ивран. Кивнув Сверру в благодарность за признание её статуса, она сообщила, что хотела бы посетить башню, как вдруг с нижнего яруса отделилась небольшая платформа.

– Кажется, они уже сами в нетерпении узнать тебя, – тихо произнес владыка, глядя на приближающуюся площадку.

– Она здесь? – напряженно спросила Альда, имея в виду новую родственницу.

– Как мне доложили – нет, – лаконично ответил супруг. – Кунна сейчас на Руа.

– Руа? – недоуменно переспросила принцесса, намекая на пояснение.

– Так зовется вторая планета, Тору – это третья, – произнес Сверр. – Если честно, то главная зовется Котахи, а все вместе они – Даркраст.

Переводчик в ухе подсказал нехитрое обозначение планет, как «один», «два» и «три», что заставило женщину улыбнуться и разрядило обстановку.

– Что-то подобное мне должно было прийти в голову, – иронично произнесла Альда, вскинув бровь.

– Что сказать? – весело вздохнул владыка. – Мой предок был не силен в придумывании названий.

– Все будет хорошо? – с волнением спросила принцесса скорее у себя, чем у мужа, чувствуя трепет от будущей встречи.

– Конечно, – уверенно отозвался Сверр. – Ты – владычица Даркраста и их госпожа. Медальон это подтверждает. Поверь, они больше волнуются за свои судьбы. Слухи о решительной хозяйке дворца разносятся со скоростью света.

– Боги, – смиренно вздохнула Альда, закатив глаза. – Этого еще не хватало.

– Богиня, – тихо поправил супруг. – Надо говорить «богиня». Ты ведь глава религиозного культа.

– И правда, – отозвалась женщина, скептично растянув губы в улыбке.

Пока платформа из башни приближалась к площади, мужчины, тихо переговариваясь, выстраивались в две очереди, ожидая прилюдного суда. Оставив Сверра разбираться со своими делами, принцесса, коснувшись напоследок его плеча, повернулась к остановившейся площадке, на которой стояли две обнаженные девушки с ненавистными ошейниками. Склонив голову перед хозяйкой, одна из них тихо произнесла:

– Приветствуем вас, госпожа. Мы рады проводить вас в храм богини Ивран.

Любезно приняв приглашение, Альда направилась к молоденьким жрицам, смущенно смотрящим под ноги и явно чувствующим себя неуютно в окружении мужчин. Владычица прибыла не одна, а с дарами и в сопровождении молчаливого Рахсела. Несколько девушек летели на отдельной платформе и следили, чтобы дары принцессы не рассыпались по дороге.

Белая башня с каждым мгновением становилась больше, и, когда левитирующий транспорт достиг её подножия, повелительница Даркраста была поражена величием строения. Здание было выполнено искусными мастерами, любовно выточившими каждую колонну и узор на её сводах. Издали храм выглядел легким и воздушным, что резко отличалось от большинства виденных ею здесь сооружений. Кто-то очень постарался, чтобы женский дом был изящным и красивым; даже владыческие палаты смотрелись грубой поделкой рядом с этой башней.

Тем временем платформа влетела в широкий проем в дне храма и поплыла вверх, давая возможность новой главной жрице увидеть, как там все устроено. Несколько нижних ярусов были отданы под плотские утехи. Альда постаралась скрыть изумление, но все же приподнятых бровей избежать не смогла. Полы на этих этажах были устланы пухлыми циновками, на которых возлежали мужчины и женщины, в объятьях, предающиеся удовольствиям. Каждая пара меж тем была отделена от остальных, тем самым не превращая все в оргию. Не то чтобы принцесса никогда не видела секса или его проявлений, но все же – так открыто наблюдать за другими ей еще не доводилось. Следующие ярусы представляли собой материнское царство. Множество беременных девушек тут и там держали на руках малышей и присматривали за потешными играми деток. Альда с интересом рассмотрела пару шаловливых ребят, которые устроили возню из-за игрушки. Интерьер ярусов был соответствующим: много удобных циновок и детских вещей. Если на нижних этажах появление Альды никто не заметил, то здесь девушки уже повскакивали на ноги, прижимая к себе малышей. Изумленные взгляды получила не только она, но и Рахсел, а также летевшие за ними служанки из дворца.

Ярусы выше «детских» были отданы обучению. Девочки были разделены по возрасту и занимались отдельно. За каждой группой были закреплены учительницы, которые подсказали своим подопечным так же приветствовать главную жрицу. Далее шли этажи со складами продовольствия и кухни. Следующими перед Альдой предстали ярусы, на которых жрицы были занятыми какой-то работой. Девушки заносили данные с одного коммуникатора в другой. Верхние этажи явно были жилыми, но и там нашлись обнаженные обитательницы, выглянувшие поприветствовать свою госпожу. Последний ярус оказался просторным залом с алтарем, которым служила статуя, парящая над постаментом. Очевидно, это была та самая богиня Ивран, воздевшая руки к свету и молящаяся за всех женщин. Зачем ей нужны женские волосы? Абсолютно все, встреченные Альдой девушки, девочки и женщины были коротко острижены, хотя сама статуя могла похвастаться густой шевелюрой, словно покрывалом спадающей с головы Ивран. Несправедливо.

Сойдя с транспортной платформы, владычица Даркраста заметила вдалеке огромного зала небольшое возвышение перед статуей, на котором восседала достаточно величественная женщина, но, несмотря на такое пренебрежительное отношение к главной жрице, она была обнажена, острижена и в ошейнике. Медленно приближаясь к хозяйке башни, Альда, не останавливаясь, взошла на помост и мягко произнесла:

– Здравствуйте.

– Мы рады приветствовать вас в храме богини Ивран, – скупо отозвалась женщина, вглядываясь в лицо и наряд гостьи.

– Как вас зовут? – учтиво спросила принцесса, поднимаясь еще выше и останавливаясь прямо перед собеседницей.

– Рахиба, – едва заметно сглотнув ком в горле, ответила хозяйка башни.

– Я осталась довольна увиденным в храме, – любезно произнесла Альда с легким кивком и, заломив бровь, добавила. – Но, полагаю, сейчас вы занимаете моё место.

Смутившись, Рахиба неловко поднялась на ноги, отступая на шаг в сторону, но не сходя с помоста. С улыбкой принцесса присела на серебряный стул, кладя руки на подлокотники. В огромном зале стояло почти два десятка местных девушек и три – прибывших с хозяйкой дворца. Благосклонно взглянув на прежнюю владелицу захваченной ею мебели, владычица мягко произнесла:

– Как вы уже знаете, я совсем недавно на Даркрасте и во многое еще не посвящена. Мне будет крайне полезно ваше участие в постижении учения богини Ивран. Не сочтите за труд ознакомить меня с тонкостями этого культа.

– Конечно, – с кривой улыбкой отозвалась Рахиба, неуклюже склонив голову.

Очевидно, что женщина не часто кланялась, и это понравилось Альде. За последнее время она редко встречала женское сопротивление и, заметив его ростки, была рада, что хоть кто-то из бедняжек в этом мире имел достоинство и не склонял головы.

– Давайте пройдемся? – вдруг предложила принцесса, поняв, что хозяйка стула чувствует дискомфорт.

Бодро вскочив на ноги, владычица взмахнула рукой, приглашая Рахибу пройтись с ней, и первая стала спускаться с помоста, начав обходить просторный зал по кругу.

– Этот храм так отличается от всего остального, что мне довелось увидеть на Даркрасте, – честно призналась Альда, когда жрица догнала её. – Изумительно прекрасный дом для женщин.

– Спасибо, госпожа, – удивленно отозвалась Рахиба, сбавляя скорость шага, вслед за гостьей. – Все храмы богини похожи друг на друга, ибо равны между собой.

– Это замечательно, – произнесла принцесса, одобрительно кивая. – Идея равенства мне нравится.

Пока обе женщины медленно прогуливались по залу, будущая императрица повсюду встречала любопытные взгляды, а вот её охранник явно нервировал собравшуюся публику.

– Я могу поинтересоваться? – вкрадчиво спросила Рахиба, когда пауза в разговоре значительно затянулась. – Вы прибыли в одежде, как и ваши спутницы. Мы этого не ожидали и находимся в замешательстве.

– Понимаю, – вздохнула владычица, продолжая вышагивать по периметру зала, подмечая тонкую работу, украшавшую стены и колонны храма. – Это исключение из правил, необходимое для будущего Даркраста, хотя я планирую позже многое изменить. У меня встречный вопрос: почему женщины жертвуют волосы богине Ивран?

– Это единственное, что у нас есть, – чуть поджав губы, отозвалась Рахиба, которой, видимо, несильно нравится сей обычай.

– Так было всегда? – вкрадчиво спросила хозяйка дворца, сощурившись в ожидании ответа.

– Нет, – покачала головой Рахиба. – Мудрые жрицы рассказывали, что раньше богиня принимала иные дары, в том мире, откуда она пришла, но на Даркрасте женщинам больше нечего предложить ей.

– Что ж, это печально, – сосредоточенно кивнула Альда и уже бодрее уточнила следующий важный момент. – Вы поддерживаете связь с остальными храмами?

– Да, госпожа, – легче ответила жрица. – Мы обсуждаем важные вопросы по голографу, когда этого требует ситуация, но чаще получаем распоряжения от…

– Кунны? – мягко предположила владычица.

– Главной жрицы, – поправила её Рахиба. – До недавнего времени эту должность занимала мать нашего повелителя.

– Я в курсе её кончины, – со вздохом отозвалась принцесса. – В связи с этим, а также иными событиями хочу попросить связаться со всеми храмами и созвать всеобщий сбор.

Хозяйка башни отдала приказ одной из девушек и та стремительно понеслась куда-то за алтарь. Спустя несколько минут перед статуей и серебряным аналогом трона возник большой экран, разбитый на квадратики поменьше, в которых стали появляться лица женщин.

– Сколько всего храмов на трех планетах? – задумчиво поинтересовалась Альда, подходя к статуе и главному месту.

– Десять на Котахи, пять на Руа и три на Тору, госпожа, – лаконично отозвалась Рахиба, чувствующая себя всё более свободно рядом с новой повелительницей.

– Сколько живет девушек в каждом храме? – уточнила принцесса, примерно сопоставляя размеры башни и свободного пространства в ней.

– От тысячи до полутора, – прикинув что-то в уме, ответила Рахиба.

Подсчитав результат умножения, владычица замерла от полученной суммы. По самым оптимистическим прогнозам на Даркрасте не будет даже тридцати тысяч женщин. Это крайне мало, можно употребить термин «катастрофически»! Отмахнувшись от невеселых мыслей, женщина уверенно уселась на главное место в храме и спокойно заговорила:

– Приветствую всех вас и благодарю за то, что так быстро собрались. Меня зовут Альда, я – принцесса с планеты Вако и ваша госпожа и повелительница. К сожалению, мне не удалось познакомиться с матушкой владыки Сверра, до того как она ушла в мир Ивран, но отныне я буду занимать её пост. Супруг наделил меня полномочиями главной жрицы и вершительницы женских судеб, и не скрою, многое для меня пока является непривычным на Даркрасте, но хочу донести до каждой из вас, что буду справедлива, но строга, милосердна, но требовательна. Первое, чем я занялась во дворце, – была кухня и, как я успела разглядеть в храме, – здесь наблюдается такая же ситуация. В самое ближайшее время я закажу для всех башен новое оборудование и специи, а также попрошу выделить места для выращивания фруктов. Помимо еды, я планирую обеспечить всех своих подданных обувью. Небольшими шагами мы поменяем наши жизни к лучшему.

Глубоко вздохнув и всматриваясь в лица женщин этого мира, Альда искала следы бунта или неповиновения, но жрицы лишь внимательно слушали её, понимая, что теперь много зависит от хозяйки дворца.

– Наш брак с владыкой обеспечит Даркрасту толчок в обретении важного места на звездной карте, и это будет много значить для всех обитателей трех планет. Пока мужчины завоевывают, мы – созидаем, и ничего в балансе Вселенной этого не изменит. Ни одна империя не выстоит без процветания и продолжения рода. Я выслушаю любые ваши идеи по улучшению демографии, и мы вместе выберем самые продуктивные из них. Если у вас есть иные вопросы – буду рада обсудить их в приватной беседе или же устраивать подобные конференции регулярно. Моя резиденция будет находиться во дворце, так что там установим голограф, который поможет оперативно решить все дела. Со временем я хочу посетить каждый храм и своими глазами увидеть каждую из вас. Нас ждет трудная работа, но дорогу осилит идущий. Если у вас есть вопросы – то я готова их обсудить.

Озадаченная тишина наполнила церемониальный зал, и, спустя мгновение, почти два десятка голосов раздались одновременно. Вопросы в основном были прозаического характера: женщин интересовал план Альды по оснащению кухонь и обретение обуви. Были уточнения по текущему ремонту – к кому обращаться за согласованием сметы и прочих насущных дел. Также спрашивали об одобрении распределения подросших девочек. Детально записав все вопросы в коммуникатор, владычица пообещала в скором времени ответить каждой жрице по отдельности, а пока на общем голосовании решили, какие вопросы первостепенные. Посовещавшись, женщины пришли к выводу, что главным стоит считать назначение новой главы культа богини Ивран и распределение девочек по секторам, так как это касалось всех храмов. Принцесса вкратце рассказала, каким образом ныне функционирует дворцовая кухня, заверив собеседниц, что вместе с оборудованием они получат обучающие голограммы от Соура и рецепты всех блюд, которые подают к столу их повелительницы.

Пока шел разговор, Альда считала окошки, заодно вглядываясь в лица жриц, ища новую родственницу, пока не поняла, что ячеек на экране на одну меньше, чем нужно. Закончив дистанционное общение, принцесса посмотрела на стоящую рядом Рахибу.

– Кого-то не хватало на конференции, – задумчиво начала владычица. – Полагаю, это тот храм, в котором ныне обитает Кунна?

– Да, но это может быть по разным причинам, – уклончиво отозвалась жрица.

– Каким? – прямо спросила Альда, глядя на собеседницу.

– Как вы знаете, тот храм пострадал от нападения и, возможно, дела отвлекли Кунну, – лаконично произнесла Рахиба.

– Возможно, – спокойно приняла этот аргумент принцесса. – А может, и нет. Посмотрим, что она сама скажет, когда настанет время встретиться лицом к лицу.

Осматривая ажурные стены главного зала, повелительница Даркраста все больше изумлялась красоте и изысканности белой башни.

– Кто строил храмы? – задумчиво спросила женщина, залюбовавшись отделкой колонн.

– Неизвестно, – пожала плечами хозяйка зала. – Нам остается лишь сохранить наследие мира Ивран и идти по её пути.

– Какому именно? – заинтересованно уточнила Альда, вновь обратив внимание на жрицу.

– Вести мирную жизнь, не провоцировать конфликтов, в освещенные дни встречать мужчин для продолжения рода и растить дочерей для служения богине Ивран, – уверенно отчеканила Рахиба.

– И также отдавать сыновей? – мрачно напомнила принцесса, явно осознавая, что ей надо родить именно мальчика.

Неожиданно собеседница моргнула и тяжко вздохнула. Значит, её эта участь не радует, а, возможно, она уже отдала свое дитя. Чтобы перевести тему разговора, владычица с мягкой улыбкой произнесла:

– Кстати, я прибыла к вам с дарами. Это набор специй из дворцовых кладовых, чтобы улучшить вкус блюд. Вскоре вы со всеми вместе получите обещанное оборудование.

Рахиба с интересом разглядывала скопившиеся коробочки с драгоценными приправами и с благодарностью кивнула в ответ, давая понять, что принимает дар от главной жрицы. Покидая белую башню, Альда вновь рассмотрела все ярусы и девушек, которые в ответ с не меньшим любопытством рассматривали гостий.

На главной площади Сверр все еще разбирал жалобы, когда она спустилась к нему, и, судя по сжатым губам, супруг был крайне зол. Мужчин осталось немного, но они не проявляли беспокойства, очевидно понимая, что владыка примет и рассудит всех.

«Здесь не помешает Зерцало Правосудия» – устало подумала принцесса, вслушиваясь в суть каждой тяжбы. Владыка сидел, склонив голову на руку и прижав палец к виску, при этом всматриваясь в каждого подданного и вынося решение. В основном вопросы касались территорий и жилищ, но встречались и наследственные споры.

У недавно почившего мастера оказалось трое сыновей, и каждый претендовал на свою часть. Равными долями имущество было не разделить, ибо только один из сыновей перенял искусство выделки кож у отца, а остальные пошли в добытчики камня. Выслушав каждого, Сверр разделил наследство следующим образом: одному – дом, второму – скопленное банковское железо, а мастерскую – третьему, который пошел по стопам родителя. Склонив головы, сыновья мастера приняли вердикт и отошли в сторону.

Вернувшись во дворец к ужину, владыческая чета застала накрытые столы и ожидающих их вельмож, которые уже топтались в нетерпении перед едой.

– Как все прошло? – тихо спросил муж, когда они уселись на трон, и дал знак остальным, что трапезу можно начинать.

– Лучше, чем я ожидала, но теперь у меня будет причина повоевать со своими подданными, – вздохнув, отозвалась Альда, ковыряясь в тарелке.

– Это наши подданные, – поправил её Сверр.

– Нет, – тут же возразила принцесса. – Они не считают меня своей повелительницей, и исполняют приказы, думая, что делают одолжение.

– Дай им время, и они привыкнут, – устало произнес владыка, поглощая ужин.

– У меня его нет, – мрачно ответила она. – И я не обязана ждать, пока они примут новую реальность.

После ужина хозяйка дворца вызвала к себе главного повара и сапожника. Объявив первому, что ему необходимо снять голограммы со своей работы, а второму – сшить с городскими мастерами обувь для обитательниц белой башни, Альда услышала поток возмущений. Строго взглянув на обоих мужчин, принцесса, выдержав паузу, спокойно спросила:

– По какой причине вы решили, что мои слова – просьба? Это прямой приказ владычицы Даркраста, вашей госпожи. Выслушивать ваше недовольство уже оскорбление для меня, и это был последний раз. Впредь запомните: не хотите служить императорской семье – вам не найдется место во всей империи. Свободны. О своем нежелании исполнять мои приказы сообщите владыке лично, и побыстрее. Я жду вашу работу в срок и должна знать, искать ли мне для этого новых людей.

Когда мужчины покинули женскую часть тронного плато, владычица не менее строго произнесла, глядя на собравшихся и притихших девушек:

– Теперь меня интересует другой вопрос. Сколько из вас обучены чтению или хоть какой-нибудь науке? Это актуальный вопрос, с учетом того, что в храме девочек обучают с раннего возраста.

Переглядываясь между собой, многие служанки опустили головы. Несколько девушек признались, что на родных планетах изучали общие науки, кто-то умел читать на одном или двух языках, кто-то вырос при храме и спокойно владел необходимой техникой и знаниями, чтобы эффективно пользоваться ею, но в целом во дворце владыки собрались не слишком образованные девицы.

– Вас сюда направила Кунна? – спросила Альда, уже зная ответ. Услышав подтверждение своей догадки по быстрым кивкам, женщина уточнила еще один нюанс. – В ваши обязанности входит ублажать местных мужчин?

Ответ был аналогичным – кивки и опущенные головы. «Значит, Кунна согнала во дворец простушек с других миров и не особо образованных воспитанниц храмов. Зачем? Вероятно, в надежде, что, не найдя жену благородных кровей, Сверр одарит наследником кого-то из них, а уж позже бедняжкой можно будет легко управлять. Умно» – размышляла принцесса, составляя списки покупок для храмов: кухонная техника, специи, фрукты, овощи, мясо, саженцы и семена, установки для урожая. Умножив каждый список на восемнадцать, владычица вдруг получила приличную сумму, но недрогнувшей рукой отправила все выбранное на оплату управляющему. К тому моменту, как все заказанное прибудет на Даркраст, повар подготовит голограммы, а сапожники успеют выполнить часть заказа.

Вечером она все еще работала, хоть и уже приготовилась ко сну. Пока Альда лишь позаботилась об обитательницах ближайшей башни, а вот решить вопрос с другими храмами – для этого нужен Сверр. Супруг пришел в спальню достаточно поздно и молча направился в бассейн с фраксом, даже игнорируя ожидавших его гуархов. Обиженные монстры недоуменно взглянули на неё, явно ожидая объяснений.

– Устал, – мягко произнесла хозяйка дома, когда расстроенные зверюги улеглись обратно и опечаленно ворчали по очереди.

Достаточно быстро мужчина вернулся и, не успела принцесса произнести хоть слово, провалился в сон.

Глава 16

Утро настало слишком быстро, а сил пока не прибавилось. Вчерашний день отнял много энергии, и Сверр с трудом выплывал из сна.

– Долго ты еще будешь делать вид, что спишь? – вдруг произнесла Альда совсем рядом.

Судя по голосу, супруга была явно чем-то недовольна. Мысленно застонав, мужчине пришлось признать, что новый день начался не самым удачным образом.

– Да, – по-детски пробурчал владыка. – Я еще не проснулся.

Открыв глаза, он заметил мрачноватую жену, сидящую перед зеркалом и медленно скручивающую свои локоны в жгуты, чтобы заколоть их на затылке тонкими шпильками.

– Мне кое-что нужно от тебя, – серьезно сказала Альда, сосредоточенно занимаясь прической.

– Что мне за это будет? – без особой надежды спросил Сверр, подперев голову ладонью и улегшись на бок.

– Я не устрою скандал из-за того, что кое-кто вчера так быстро уснул, что мне пришлось вновь спать в ошейнике, – язвительно высказала владычица, закончив свой ритуал и сбрызнув какой-то пахучей жидкостью запястья и шею.

Обернувшись к нему, Альда вдруг улыбнулась и почти нежно добавила:

– В целом я не против просто поспать рядом с тобой, но вот твои фанаты слишком уж шумно требуют внимания к себе.

С этими словами супруга легко поднялась на ноги и, кивнув на что-то позади него, направилась к выходу, любезно предупредив:

– Как будешь готов, сообщи – надо поговорить. Это важно.

Так как сил на то, чтобы сосредоточиться и прочесть её мысли, у Сверра не было, замысел Альды остался неизвестным. Уронив голову на подушку, мужчина вдруг заметил справа от себя с десяток жаждущих глаз. Вся стая гуархов сидела рядом с кроватью и с возмущением смотрела на своего хозяина, а главная самка, которая впервые забеременела и с трудом передвигалась с большим животом, демонстративно уселась к нему спиной, открыто показывая, что крайне недовольна его поведением и пренебрежением. Застонав в голос, Сверр закатил глаза, прекрасно понимая, что питомцы тоже вчера не дождались ежевечерней ласки.

– Сегодня все будет вот так? – риторически спросил мужчина, с трудом садясь в постели и протягивая руки к своим любимцам.

День начался с суеты, хотя владыка старался не спешить и решать проблемы постепенно, но его вельможи как один неслись к нему, вызывая порой лишь раздражение, чем участие. Чем больше всяких мелочей требовало его внимания, тем злее становился Сверр.

– Когда вы научитесь сами решать такие простые вопросы, а не бегать ко мне за каждым словом? – сдержанно поинтересовался владыка, когда вокруг него собралось слишком много придворных служащих. – Туал, узнай, что такое «Зерцало Правосудия».

– Да, повелитель, – кивнул управляющий, который находился поблизости.

Помимо сотни мелких проблем, повелитель решал и трудности глобальнее. Заказал в каждый сектор по медкапсуле, рассудив, что идея Альды здравая. Но в данный момент главная проблема Сверра была в другом – жалобы. Бесконечные жалобы вельмож на действия его супруги. Взглянув на возмущенных мужчин, владыка тихо произнес:

– С чего вы решили, что я не знаю, чем занята моя супруга? Кажется, я ясно сказал, что доверяю повелительнице Даркраста. Сколько раз это надо повторить, чтобы вы прекратили бегать с каждой новостью ко мне? Если она говорит «сделай» – ваша задача – это выполнить, а не жаловаться на каждый приказ!

– Владыка…

– Хватит! – рявкнул Сверр, так что даже эхо прокатилось по каменным сводам дворца. – Все свободны.

Вельможи расступились и сошли с помоста, дав возможность мужчине глотнуть свежего воздуха. Взглянув на Альду на другом конце плато, владыка позавидовал жене, которая спокойно сидела на своей лавке, переговариваясь со служанками, рассевшимися на подушках. Никакой суеты, жалоб и доставучих вопросов.

– Владыка, – тихо произнес Соур, оставшийся стоять рядом даже после его приказа всем удалиться.

– Если ты пришел жаловаться на свою госпожу, то можешь не стараться, – мрачно отозвался Сверр, не глядя на главного повара.

– Это важно, – серьезно произнес мужчина, и, удостоившись взгляда повелителя, продолжил. – Ваша супруга, среди прочих, заказала одно растение. Она пьет отвар из него. Недавно я узнал, что это предотвращает зачатие.

Замерев и не подав виду, он ровно ответил:

– Можешь быть спокоен – я в курсе.

Удивленный Соур опустил голову и удалился к себе, покинув тронный зал, а Сверр остался размышлять об этой новости. Итак, его супруга предохраняется от беременности и не считает нужным оповещать его об этой маленькой хитрости. Разглядывая Альду через всё плато, владыка размышлял, что ему делать с этим. С одной стороны, сейчас предстоит сложная и напряженная работа, а с другой, – женщина тридцать циклов дурачила так предыдущего мужа. «Если принцесса Вако полагает делать подобное и со мной, то её ждет сюрприз» – иронично подумал Сверр, чуть прищурившись.

Час спустя Туал подал ему список будущих покупок повелительницы Даркраста, явно намекая на то, что она планирует что-то незаконное. Пробежав взглядом все пункты, владыка лишь поджал губы, увидев в основном кухонную технику и гигантское количество специй. Сопоставив её недавний визит в храм и то, что держал в руках, Сверр лишь мрачно взглянул на управляющего и произнес:

– Зачем тебе моё согласие, если уже есть прямой приказ госпожи? Еще раз отвлечешь меня по пустякам – подумаю о твоей компетенции вообще занимать какой-либо пост на Даркрасте.

Швырнув небольшой инфоблок в руки управляющего, владыка зло зыркнул на главного сапожника. Вельможа, быстро сообразив исход будущей беседы, тут же затерялся в толпе служащих. Покачав головой, Сверр вернулся к обсуждению других вопросов. Его шпионы перешерстили весь сектор и обследовали каждую планету, подтвердив догадки отца и деда: большинство имели схожие показатели по гравитационным вихрям и не были заселены. На восьми обнаружились растения, а три из них имели животный мир, но самый главный ресурс – воду – нашли в подземных пещерах на девяти планетах, что было большой победой. Эта драгоценная жидкость означала достаток и богатство, а значит – процветание. Сверр распорядился исследовать благословенную жидкость на пригодность к питью, а заодно и все растения и животных. Губить жизнь он не планировал, но важные ресурсы, безусловно, должны поступать на Даркраст. Посетив огороды своей супруги, владыка принял решение, что на Тору будут выращивать харагрутос, ибо эта планета имела нужный гравитационный фон, который позволит собирать обильный урожай.

Один из главных секретов местной гравитации – ускоренный рост растений. По иронии здесь ничего не росло само собой, но если этим заниматься, то успех практически неизбежен. Сверр об этом узнал от эфиров, которые закупали гравитационные камни и не спешили делиться, зачем именно им столько сырья. Никто до него не задумывался, почему Цератон так заинтересован в сотрудничестве с Даркрастом, радуясь удачным сделкам, но нынешнего владыку это волновало и он нашел ответ. Эфиры разгадали этот ребус и обеспечивали неразвитые или развивающиеся миры продовольствием, попутно занимаясь селекцией новых видов. Помогая выживать одним мирам, они, тем не менее, безжалостно игнорировали другие, лишь запрещая уничтожать расы насильственным путем. По сути, в чьих интересах действовал Корпус – неизвестно. Сверр полагал, что эфиры вообще проводили какой-то эксперимент, что многое могло объяснить.

Второй покупатель гравитационных камней был не столь миролюбив с приобретаемым материалом. Центральная станция так же проводила свои опыты и постоянно конструировала новые виды оружия и машины. Знаменитые торговцы создавали гравитационные пушки и двигатели, чтобы ускорить перемещение в пространстве космоса и эффективнее вести войны, на которые спешил Зевус.

Раздумывая над дальнейшей судьбой Даркраста, Сверр считал, что главное защитить и приумножить то, что имеешь, а уж потом можно и вести захват иных миров. Первое, конечно же, занять весь сектор. По факту, зафрахтованные им военные крейсеры и так патрулировали пространство космоса, на которое его империя планировала наложить лапу, но пока это было скорее пиратством, а не охраной своей законной территории. Сотрудничество с Центральной станцией шло полным ходом. Кохиласы имели транспортный флот, который перевозил гравитационные камни, а также военные корабли и боеспособную армию, стоящую на страже границ.

Отец Сверра приобрел для Даркраста семнадцать большегрузных судов, но их объема давно не хватало, чтобы обеспечить потребности Цератона. Отправив сообщение Центральной станции, Сверр планировал приобрести еще шестьдесят кораблей большего объема. Для обслуживания собственного транспортного флота нужны специалисты, а с этим пока были проблемы. Владыка уже отправил сотню мужчин, чтобы они обучились управлять судами, и ожидал в скором времени их возврата. Новые корабли доставят, когда сформируется профессиональная команда. Часть флота будет состоять из даркрастиан, часть будет наемной – с Центральной станции, но постепенно Сверр собирался полностью заменить их на своих людей. Обслуживать суда планируется силами Конгломерата, но в будущем владыка хотел собственный космопорт. Эти планы шли рука об руку с теми, где Даркраст должен обзавестись своим боевым флотом. Нередко их караваны пытались грабить и защита Зевуса по сопровождению была кстати, но Сверр желал иметь свой флот и своих людей, верных будущей империи, а не наемников. До сегодняшнего дня Даркраст обходился услугами Конгломерата Кохилас, но так больше быть не должно. Они все равно останутся тесно связаны, ибо это удобно и практично, но владыка хотел чуть большей независимости.

Еще одна проблема, которая остро стояла перед Сверром – демография. Мужчин было мало, а женщин и того меньше. Благополучие населения было его прямой обязанностью, но оно росло медленными темпами; хотя путь от тюрьмы до процветающей империи Даркраст проделал стремительно, но и этого было мало. Он планировал обучить людей не только добывать камни, но и бороздить просторы космоса с грузами и защищать родной сектор с оружием в руках. Внутри планет имелись военные гарнизоны, сформированные из числа местных жителей, для поддержания порядка, хотя особых волнений и не было. Все занимались работой, коей было непочатый край, но все же порой ситуации требовали вооруженного вмешательства. Последний случай – нападение на храм в секторе Хайлара.

Даркрасту были нужны специалисты многих профилей: военные, пилоты, ремонтные бригады и еще больше просто мужчин, а с ними и женщин, но в чем его дом не нуждался, так это в нытиках. Пока он вел переговоры о закупке судов и обучении специалистов, а его супруга занималась внутренним благоустройством – мелкие жалобы сановников все больше раздражали мужчину. Рыкнув еще пару раз на попытки «открыть глаза на безрассудство его жены», Сверр стукнул кулаком об стол, разогнав их всех по углам.

К обеду рядом с троном появилось изящное кресло. Взглянув на присевшую в него Альду, владыка на секунду задумался о том, не правы ли его придворные, но быстро отбросил эту мысль.

– Я хотела поговорить с тобой, – тихо произнесла супруга.

– О кресле, специях, обуви для всех женщин или кухонных машинах в каждый храм? – иронично уточнил мужчина, глядя на блюда, расставляемые перед ними.

– Обо всем этом, – честно призналась Альда и, поджав губы, добавила. – Но очевидно, что ты уже в курсе.

– И уже одобрил все, что ты хотела купить и внедрить, – со вздохом отозвался Сверр.

– Тебе докладывают о каждом моем шаге? – скептически поинтересовалась повелительница Даркраста.

– Пока – да, а позже, надеюсь, они перестанут возмущаться от каждого твоего решения, – устало произнес владыка. – Или поймут, что это бесполезно.

– Им пора прекратить собираться вокруг тебя плотной толпой, – хмыкнула Альда. – Пусть стоят перед помостом, а не вокруг трона. Я не могу дышать, когда девушки так близко обступают меня.

– Ты что, велела им держаться от тебя подальше? – весело спросил он.

– Да, – серьезно кивнула супруга, удивив мужчину. – Подданные должны держать дистанцию.

– Боюсь, этих уже не переучить, – скептично отозвался Сверр, пробуя новое блюдо из густого мясного соуса и овощей. – Кстати, мне доложили, что архитекторы прибудут раньше. Ждем челнок завтра к обеду. У тебя есть еще сутки, чтобы обдумать нюансы.

– Хочу заказать еще некоторые машины сюда, – тихо произнесла Альда.

Почувствовав её неуверенность, владыка посмотрел на супругу и взглядом попросил продолжить мысль.

– Я заметила, что Вирал шьет одежду вручную, – со вздохом произнесла женщина. – Так давно никто не шьет. Ему будет удобнее и быстрее делать это на современном станке. Работа выйдет тоньше и изящнее, а скорость будет просто космической. Когда нам его работа не будет нужна в таком объеме, можно поставлять одежду на рынки городов. Тоже хочу сделать и для сапожника. Скарп трудится без помощи механизмов. Это же анахронизм.

– Хорошо, – хмыкнул Сверр. – Впустим дары современности на скалы Даркраста.

* * *

К тому моменту как наконец-то прибыли архитекторы, владычица уже ожидала поступления новых закупок. В основном, это была техника, одобренная Сверром, но, помимо этого, она добавила лазерные очистители для дворца и каждого храма. Туал без вопросов выделил ей большой голографический экран для связи со жрицами, и теперь принцесса могла обсуждать с ними дела, не сходя со своей скамьи.

Изучив прошлые распределения девушек-подростков, Альда определила алгоритм действий и одобрила перемещения новых жриц, прошедших посвящение богини Ивран. Обсудив ситуацию с жертвами волос, она предложила приостановить эту экзекуцию или же сделать её добровольной. Особого отклика эта идея пока не нашла, но пару одобрений будущая императрица услышала.

Прямо перед прибытием мастеров, дворец очистили от пыли, используя автоматическую лазерную установку, которая пряталась в потолке. Заметив широкий круг, вылетевший из скрытого проема, Альда иронично хмыкнула. Когда надо – Даркраст использовал передовые технологии, а вот когда не хотел принимать плоды цивилизации – дело шло туго.

Приглашенным мужчинам предоставили одежду и помещения для работы и отдыха. Встретившись с супругами, они в первую очередь попросили время осмотреться во дворце, а уж позже будут готовы поделиться идеями. Судя по виду, не все хорошо перенесли спуск на поверхность Даркраста, да и сам «антидворец» не произвел большого впечатления на них. А вот ужин приятно порадовал мастеров, и они с удовольствием уплетали фруктовую пасту, запивая энергетическим напитком, сдобренным сиропом, рецепт которого недавно нашла Аманита, перешерстив еще три инфоблока о кулинарном искусстве.

– Я уж думала, они никогда не прилетят, – устало произнесла Альда, расчесывая свои локоны перед сном.

– Отчего такие мысли? – спокойно спросил Сверр, читая что-то явно важное в своем коммуникаторе.

– Просто иногда мне кажется, что все перемены здесь инициирую только я, и это вызывает всеобщее отторжение, – откровенно высказалась принцесса. – А теперь кто-то займется масштабными метаморфозами и я рада, что дело сдвинулось с мертвой точки.

– Оно сдвинулось в тот момент, когда ты впервые зашла на кухню, – хмыкнул владыка, продолжая изучать что-то дальше.

– Надеюсь, теперь все пойдет быстрее и народ увидит, что перемены – это не моя прихоть, – тяжко вздохнув, отозвалась Альда, укладываясь в постель. – Снимай проклятый ошейник быстрее.

Отстегнутая железяка полетела на пол, откуда владычица её не поднимала принципиально. Потерев освобожденную шею, женщина с наслаждением улеглась поудобнее, собираясь отойти ко сну.

– А как же супружеский долг? – иронично уточнил Сверр, погладив округлую попку.

– Спите, владыка, – зевая, ответила принцесса. – Вы никому ничего не должны.

Сказал ли что-то в ответ он или нет, Альда не знала, но утром ошейник был на месте, а мужа рядом не оказалось. Зато его стая дрыхла без задних ног, а беременная самка безобразно храпела в окружении своих самцов. Гуархи сплотились вокруг неё защитным кольцом, оберегая и согревая сытую будущую мамочку. Если раньше зверюги валялись по всей спальне, то теперь аккумулировались исключительно вокруг самочки. Альда как-то заметила, что животные не ели до тех пор, пока беременная сука не утолит свой голод, а уж потом набрасывались на остатки трапезы. Что ж, все хотят потомства и гуархи умели заботиться о своем.

Отправив через коммуникатор сообщение Эоле, что уже проснулась, владычица направилась в купальню. Фракс не только очищал, но и расслаблял, так что хозяйка дворца раскусила, в чем кроется секрет любви Сверра к этой темной густоте. После непродолжительного нахождения в этой воде, тело будто обновляется и день Альда встречала свежей и бодрой. Вечером бассейн способствовал здоровому отдыху. Хотя, возможно, интенсивный темп жизни стал так изматывать принцессу, что проблем со сном у неё больше не было. К тому же супружеская жизнь вдруг стала отнимать немало энергии и сил.

Трое суток архитекторы и инженеры исследовали дворец Даркраста и только по истечении этого срока предоставили эскиз возможных преображений. За это время владычица будущей империи заставила практически всех сапожников изготавливать для женщин обувь, получить закупленное оборудование и разослать его с приобретенными специями и подробными голограммами, как технику использовать. Так же Альда распорядилась выделить для нужд храмов помещения для выращивания фруктов, так как в самих башнях осуществить это было нереально. В каждом секторе было решено выделить пространство под теплицы, и принцесса лично контролировала согласование территории. Необходимо было предоставить свободный и безопасный доступ женщинам к установкам, а также подвод воды и прочих условий получения богатого урожая. Чтобы как-то смягчить вмешательство в дела танеров, храмы обязывались отправлять часть урожая к столам управляющих. Прокормить такое число женщин было нелегко, и закупки установок шли полным ходом. Если кухонная техника и специи сразу давали положительный результат, то внедрение гидропоники было новым и неизведанным для всех обитательниц белых башен. Пока дело шло туго, и Альда распорядилась записывать голограммы для будущих фруктовых плантаций.

Дворцовые огороды внезапно показали ускоренный рост, что было немыслимым. Принцесса хорошо была осведомлена о каждом нюансе выведения харагрутоса, но эта культура била все рекорды. Обойдя все выделенные ей поля во дворце и заглянув под каждый кустик, успевший пробиться сквозь покров почвы, владычица вспомнила слова супруга о том, что Даркраст может удивить её. Приказав фиксировать все показатели, женщина пошла на поиски мужа.

Супруг нашелся в своем кабинете и, к счастью, в одиночестве. Медленно войдя в помещение, Альда вновь залюбовалась звездной картой. Красиво и масштабно, что уж говорить.

– Что привело тебя ко мне? – спросил Сверр, не поднимая головы.

– Надо кое-что обсудить, – со вздохом произнесла Альда, присаживаясь напротив него.

Широкий массивный стол разделял супругов, и принцесса подождала, пока владыка отложит свои дела.

– Опять кто-то артачится? – хмуро спросил мужчина, откидываясь на спинку высокого кресла.

– Нет, – покачала головой она. – Как ни удивительно, но нет. Дело в другом. Я только что обошла королевский огород.

– Императорский, – с улыбкой поправил Сверр и иронично добавил. – В скором времени он будет таковым.

– Не суть, – отмахнулась хозяйка дворца. – Помнишь, ты как-то говорил, что Даркраст способен меня удивить?

– Да, – чуть сощурившись, кивнул Сверр, явно догадываясь, о чем пойдет речь. – Тебя что-то тревожит?

– Волнует и поражает до глубины души, – честно высказалась Альда. – Все растет в ускоренном темпе. Если так пойдет и дальше, то первый собственный урожай мы соберем в конце этого цикла.

– Это плохо? – уточнил мужчина.

– Помимо Центральной станции, ты еще кому-нибудь продаешь гравитационные камни? – вдруг спросила принцесса, глядя в глаза мужу.

– К чему эти вопросы? – серьезно поинтересовался Сверр.

– Знают ли твои покупатели о тех свойствах, что открыл наш огород? – без экивоков высказалась женщина.

– С первого дня своей регистрации Даркраст торгует с Цератоном, и да – они знают о свойствах наших камней, – медленно произнес владыка. – Второй союзник использует гравитационное сырье не столь гуманно.

– Конгломерат Кохилас, – кивнула Альда, вспомнив, кто защищает рубежи будущей империи.

– Да, – коротко отозвался супруг.

– У нас очень влиятельные и опасные союзники, – ровно произнесла принцесса, вдруг почувствовав дискомфорт от собственных же слов.

– Это взаимовыгодные отношения, – ответил Сверр. – В обоих случаях.

– Я не могу ничего сказать про союз с Эфирами, сам понимаешь, что это практически непредсказуемо, – тяжело собравшись, произнесла будущая императрица. – Но что касается Центральной станции, то я хочу тут предостеречь тебя – будь крайне внимателен. Кохиласы вполне способны нанести непоправимый урон Даркрасту. Такого недруга никто не переживет.

– Мне кажется, твои опасения беспочвенны, – нахмурившись, отмел её слова супруг. – Они – торговцы и их влечет в первую очередь богатство. Наш союз выгоден им, так что угрозы нет.

– Ты слышал когда-нибудь о такой планете, как Олимп? – вдруг спросила Альда. – Этот мир был весьма любопытным по форме правления – у них не было короля или иного правителя. Все решения там принимал совет глав семей. Говорят, многие посматривали на их способ правления. Не всем ведь по нраву абсолютная власть и Олимп для некоторых являлся примером коллективной власти.

– Почему мы это обсуждаем? – недоуменно поинтересовался мужчина.

– Потому что Олимп – родина Конгломерата Кохилас, – веско ответила принцесса. – Твой союзник уничтожил половину пригодной для жизни поверхности и бросил умирать остальную. Говорят, это был прямой приказ Зейнавункана Кохиласа. Кто-то считает, что все случившееся было местью за смерть его деда, но правда состоит в том, что Центральная станция вполне способна безжалостно уничтожить врагов и не понести за это наказания.

– Тогда хорошо, что мы не враги, – лаконично ответил Сверр, уже понимая её мысль.

– Пока – да, – вздохнула Альда. – Но у тебя всегда должен быть запасной план. Мудрые говорят, что нет худшего врага, чем бывший друг, ибо он слишком хорошо осведомлен о твоих слабостях.

– Я тебя услышал, – задумчиво произнес владыка.

– Они знают, что ты торгуешь с Цератоном? – уточнила хозяйка дворца.

– Нет, – покачал головой мужчина.

– Тебе стоит намекнуть на это, – медленно сказала принцесса. – Если весь Зевус явится к нам с боевыми крейсерами, то он должен знать, что у нас есть козырь в рукаве. И гравитационные камни нужны не только им. Конгломерат никогда не пойдет на открытый конфликт с Эфирами, и тогда мы сможем удержать этот баланс.

– А сообщить Кохиласам, что я торгую с Цератоном, не будет ли слишком самонадеянным? – невесело хмыкнул Сверр.

– А ты сообщи им, что камни кое-кто использует иначе, – предложила Альда. – Думаешь, они не в курсе, куда плывут их суда? Так ты их задобришь, возможно, и они станут использовать новое свойство нашего сырья, и расширят контракт, а что самое главное, будут знать, что мы просто так не исчезнем с карты миров.

– Хм…

– Думай, – вздохнула принцесса. – А пока можешь поинтересоваться судьбой еще одной планеты, которую практически уничтожили Кохиласы – Дагпрам. Не ахти какая цивилизация, но на звездной карте они были несколько сот циклов. Понадобился прямой запрет Центральной станции и больше эта планета не получила ни единого торгового контракта. Все, кто могли, сбежали оттуда, и даже они прячутся в дальних секторах. Вот что значит разойтись в интересах с Конгломератом.

Судя по лицу владыки, он либо считал её слова глупостью, либо сам уже знал об этих событиях.

– Усилить свои позиции – не значить противопоставить себя кому-то, – спокойнее произнесла Альда. – Сильного не сломят, а о том, что у тебя есть козыри – надо намекать.

Когда владычица уже покидала кабинет, направившись по своим делам, Сверр произнес:

– Дагпрам воевал с Имакантой, которую защищает Центральная станция, а что до Олимпа, то я слышу об этом впервые.

– Как бы то ни было, но они способны уничтожать целые миры и не понести за это ответственности, – печально парировала принцесса. – Главное, чтобы следующими не стали мы.

Глава 17

Проблемы с архитекторами начались практически сразу, как только Альда увидела первоначальный вариант убранства дворца. Все было каким-то мелким, провинциальным и прекрасно иллюстрировало понятие «на задворках цивилизации». Хозяйка дома трижды вносила свои замечания, которые упорно не желали исправлять мастера.

– Скажите честно, в чем проблема? – устало спросила женщина, ущипнув себя за переносицу. – Я же сказала, что хочу увидеть в своем доме.

– Ваши пожелания весьма сложно осуществить, – поджав губы, ответил старший архитектор.

– В каких королевских дворцах вы были? – раздраженно спросила Альда, взглянув на него.

– Мы долго изучали подобные постройки в Великой Академии строительства, – сдержанно отозвался мастер.

– Я не это спросила, – терпеливо уточнила принцесса.

– Мы перестраивали дворец династии Дуалингов, – коротко ответил архитектор. – Ремонтировали и достаивали королевские палаты на Загодане.

– В общем, опыта у вас нет и вы понятия не имеете, как должен выглядеть императорский дворец целого сектора? – вдруг рявкнула повелительница и поднялась со своей скамьи. – Я освобождаю вас от заказа. Вам оплатят пребывание на Даркрасте за потраченное время. Вы свободны.

Прищурившись, два архитекторов неуверенно переглянулись и, поджав губы, высокомерно отошли в сторону. Альда кинула взгляд на трех инженеров и строго произнесла:

– У вас есть идеи, как перестроить дворец и полезные площади в нем?

К удивлению владычицы эти мужчины оказались толковыми и быстро рассказали, каким образом стоит перераспределить помещения, для более продуманного использования. Побеседовав детально, хозяйка дворца одобрила технический перенос кухонь, теплиц и огорода, а так же вынос посевов харагрутоса вглубь породы, чтобы освободить больше помещений для гостей или сановников, которых неизбежно надо будет селить при дворе.

Обсудив сложившуюся ситуацию с супругом, Альда решила самостоятельно заняться перестройкой, ибо за свою жизнь видела больше дворцов, чем нанятые архитекторы. Выслушав её негодование, Сверр спокойно спросил:

– Ты уверена, что справишься?

– Нет, – честно ответила принцесса, чувствуя, что даже не знает с какой стороны взяться за дело. – Но выбора нет и времени тоже.

– Я вызвал мастеров по добыче камня в столицу, – неуверенно поведал владыка. – Начни с переселения вельмож и переноса кухни и своих огородов. Увеличим покои, кабинет и купальню. Ты хотела гардероб еще расширить, да? Составь списки, в этом ты сильна, и действуй последовательно. Пусть инженеры создадут тебе голограмму дворца с интерактивной возможностью изменять площадь. Может так будет понятнее – как стоит поступать.

– Хорошо, – вздохнула Альда, понимая, что помимо этого ей надо заниматься еще кучей дел.

В первый день, как принцесса взялась за работу, начались возмущенные недовольства. Сановники не желали съезжать с насиженных мест, но Сверр быстро пресек этот поток, громко заявив, что это его идея. Мужчин пришлось подгонять, и даже пару ночей часть из них спала на тронном плато, ибо не все успели получить новые покои для жизни и работы. Столпотворение разрослось, когда Соур со своими помощниками не успели подготовиться к переезду и задерживались с обедом и ужином. Попутно местные мастера по камню расширяли узкие помещения до нужных размеров, а работающие установки заставляли окружающие скалы дрожать и вибрировать. Притихшие девушки не знали, чем им заняться, смущаясь от такого обилия мужчин, и Альда отправила бедняжек в хранилище описывать имущество, чтобы хоть как-то занять их в этом хаосе. Главный повар ворчал, что ему приходится самому разносить еду, но на это давно уже никто не обращал внимание.

Единственный, кто, казалось, получал удовольствие от всего этого беспорядка – так это Сверр. Владыка пребывал в приподнятом настроении, хотя большую часть дня укрывался в собственном кабинете. Уставшая и измотанная принцесса валилась с ног в постель и отказывалась исполнять супружеский долг, мотивируя это тем, что половых актов ей хватает и днем с его подданными. Обиженный супруг не настаивал на своих правах, ибо Альда просто не успевала выслушать его аргументы, засыпая задолго до его прихода.

К удивлению хозяйки дома, расширение помещений шло стремительными темпами и гравитационный камень извлекался из породы, словно мягкий десерт из чаш придворных. Соур неожиданно остался доволен выделенными ему пещерами, которые превосходили по объему прежние. Просторные кладовые вновь наполнились продуктами, а места для отдыха ощутимо прибавилось. Инженеры помогли правильно распределить всю технику, чтобы сократить время готовки и оптимизировать весь процесс. Возмущенные вельможи заняли новые покои и рабочие кабинеты, оценив возможность сократить время переходов от одних к другим.

Когда настал черед расширять владыческие покои, Альда распорядилась переместить главное ложе на тронное плато. Бассейн с фраксом тоже аккуратно извлекли и законсервировали до конца ремонта. По замыслу все помещения отошли немного вглубь пещер, ибо сам главный проем было решено увеличить, создавая еще большее ощущение огромного пространства.

Пока перестройка шла полным ходом, прибыли заказанные хозяйкой товары. Распорядившись отдать закупленные станки портному и сапожнику, Альда навестила обоих мужчин в их новых мастерских.

– Я заметила, что вы шьете одежду вручную, и решила, что немного прогресса на Даркрасте не помешает, – мягко произнесла она, глядя на то, как Вирал смотрит на новинку.

– Мне раньше не приходилось пользоваться подобной техникой, – отозвался мужчина, смутившись от этого признания. – Возможно, вам стоит пригласить на работу кого-то более знающего. Кто будет более сведущ в новых фасонах и поможет составить для вас и владыки новый гардероб.

– Вы создали для меня самое потрясающее платье, – с улыбкой сообщила принцесса. – Я хочу лишь помочь вам овладеть более искусной техникой и упростить труд. Если вы позже решите покинуть этот пост, неволить вас никто не станет, но это будет ощутимой потерей для дворца. Попробуйте, прошу. Насколько я поняла из описания, тут достаточно лишь загрузить фасон желаемого изделия и саму ткань с фурнитурой. Аппарат сам выполнит работу. Это платье из кожи и рейска восхитительно, как и самое первое. Позвольте сшить наряд из чистого рейска станку.

Еще до начала шумных работ Вирал принес ей третий экземпляр гардероба и женщина с удовольствием надела обновку. Черная кожа идеально совпадала с темно-красным рейском, а неожиданно высокий воротник-стойка придал Альде величавый вид. Эта деталь платья удивила принцессу и, несмотря на дискомфорт в верхней части наряда, она сразу же полюбила его.

– А если он испортит ткань? – неуверенно спросил Вирал, с опаской поглядывая на агрегат в новой мастерской.

– Предоставят другую, – пожала плечами владычица. – Мы обнаружили просто залежи рейска всевозможных цветов в хранилище, так что не страшно. Лучше скажите, как вам новая мастерская?

– Она больше предыдущей, – задумчиво кивнул портной.

– Я распоряжусь, чтобы сюда доставили некоторые образцы из сейфа, – деловито произнесла Альда, проходя в соседнее помещение, ближе к выходу. – В скором времени понадобится обновить гардероб вашего повелителя и его стражи. Вельможам позволено заказывать наряды у вас самостоятельно, на свой вкус, но только после нужд империи.

– Как скажете, госпожа, – коротко отозвался Вирал, впервые признавая её высокий статус.

Это заставило принцессу смягчиться по отношению к бывалому мужчине, которого так ценил Сверр.

– Могу ли я поучаствовать в создании первого наряда на этом станке? – сощурившись, уточнила хозяйка дворца.

– Безусловно, – с некоторым облегчением ответил портной, махнув рукой.

Загрузив в машину анталакский рейск, Вирал с тревогой подошел к планшету и посмотрел на Альду.

– Здесь нужно нарисовать платье, – подсказала она, вставая за спиной мастера.

Общими усилиями они создали простое платье, открывающее плечи и шею принцессы. Длинные рукава и летящая юбка дополнили наряд. Когда эскиз был готов, владычица лично нажала на кнопку пуска производства. На табло станка появился таймер, сообщающий, что работа будет закончена через несколько минут. Улыбнувшись Виралу, женщина попросила показать ей результат.

Следующий на очереди – сапожник, который был в восторге от своей новинки и уже успел изготовить первую пару. Осматривая мужской ботинок весьма непримечательного фасона, Альда обсудила с мастером будущий заказ. Принцесса хотела для мужа десять пар удобной мягкой обуви и для себя столько же, но по более замысловатому эскизу. Так же было необходимо обновить сапоги стражи. Скарп тут же назвал материалы, которые хотел бы использовать в работе, и владычица легко согласилась, помня о том, что практически имелось в наличии. Уходя, женщина справилась о ходе выполнения её заказа для храма. Мастер уверил её, что дело двигается и городские сапожники уже вовсю снимают мерки в белой башне.

Пока все напоминало хаос в пыли и вибрации, расширение главных покоев проходило медленнее и аккуратнее. От дрожи работы установок с потолка постоянно сыпались осколки камней, и Альда распорядилась натянуть сетку. Сверр же приказал установить магнитные ловушки, которые более эффективно улавливали даже мелкие частички осыпавшегося сырья. Главный зал и тронное плато оставались без изменений, и принцесса все чаще задумывалась, каким именно хочет видеть свой дворец.

Три ночи владыческая чета вынужденно занимала свое ложе на виду у всех и Сверр недовольно бурчал, укладываясь спать неподалеку от служанок Альды.

– Мы вполне могли бы расположиться в свободных покоях танеров, – тихо хмыкнул мужчина, когда супруга присоединилась к нему в относительной темноте зала.

– Могли, – вздохнула принцесса. – Но когда еще получить такой опыт? В крыле управляющих ты уже жил.

– Признайся, ты просто не хочешь остаться со мной наедине, – прошептал Сверр, прижавшись к жене теснее со спины. – В последнее время я наблюдаю шокирующее несоблюдение нашего договора.

– Понятия не имею, о чем ты, – невинно отозвалась женщина, вдруг заведя руку назад и погладив его по пупырышкам, стремительно наливающимся кровью. – Я доступна для тебя, как и обещала.

– Ведьма, – буркнул владыка, откидываясь на спину, прекрасно понимая, что заниматься сексом сейчас нет возможности.

– Успокойся, – весело парировала Альда. – Скоро все будет готово, и я верну тебе приватность.

Помимо реконструкции, хозяйка дворца активно занималась предстоящим угощением. Прием продлится один вечер, ночь и утро, то есть надо дважды накормить гостей и развлечь. Принцесса раздобыла восемь инфоблоков с изысканными рецептами, завладеть коими для Даркраста обошлось в приличную сумму, но, попробовав впервые полученный результат, Альда осталась довольна, заметив на лице Соура то, что никак не ожидала – счастливую улыбку. Главный повар, конечно же, сделал вид, что ей показалось, но было уже слишком поздно.

Чуть позже, когда Соур воплотил в жизнь все рецепты и испытал их на придворных, владычица составила меню на главный ужин и завтрак. Обсудив нюансы заготовки, хозяйка заказала дополнительные продукты и редкие ингредиенты по просьбе повара. В целом они с Соуром пришли к взаимопониманию и конструктивной работе, хотя иногда мужчина ершился, но скорее для порядка, чтобы напомнить, что на кухне он главный.

Платье, созданное на станке, оказалось идеальным. Вирал не сказал ничего о самом процессе, ибо заметно нервничал. Альда распорядилась перенести часть найденных тканей в мастерскую портного, и вскоре принцесса получила еще восемь платьев схожего фасона. Но различных цветов. Теперь было пора позаботиться о владыке и его скудном гардеробе. Пристально разглядывая мужа, хозяйка дворца отметила, что Сверр любил простую и удобную одежду в повседневной жизни. Высокие сапоги и кожаные штаны, а также грубоватые рубахи и, конечно же, широкие пояса – владыка не сильно отличался от своих стражников, возможно, лишь тем, что прекратил носить меч на поясе. Для императора подобный внешний вид неприемлем, и с этим пора что-то делать.

– Почему ты на меня так смотришь? – хмуро спросил супруг, когда однажды Альда вошла в обновленный просторный кабинет, заполненный редкостями, доставленными сюда из хранилища по её приказу.

Роскошный деревянный стол, обнаруженный совсем недавно в недрах дальнего сейфа, украсил собой пространство. Набор мягких кресел из золота и обитых красным софраном сочетался с убранством кабинета, наполняя мужской мир изысканностью и респектабельностью. Альда приказала сохранить и расширить звездную карту, украшавшую потолок, справедливо полагая, что для повелителя это идеальное убранство. Чуть позже принцесса приказала доставить сюда голограмму общей звездной карты с интерактивной информацией о союзах и мирах. Сотни инфоблоков заполнили полки и стеллажи, расставленные по трем стенам кабинета, намекая любому о жажде знаний владельца. Это было правдой, ибо Сверр постоянно что-то читал и изучал, когда бы Альда ни желала с ним поговорить.

– Мне нужна твоя помощь, – спокойно отозвалась принцесса, устало усевшись в кресло напротив мужа. – Твоя и твоей стражи.

– Надо кого-то казнить?! – изумился владыка, кладя руки на стол и хмурясь еще больше.

– Боги! Нет! – закатив глаза, отозвалась с улыбкой хозяйка дворца. – Хочу заказать тебе новый гардероб, так что нужно, чтобы ты освободил время и наведался к Виралу, а также выбрал из каталога фасоны будущих одежд.

– А стража тут причем? – непонятливо уточнил мужчина.

– Им тоже пора обновить униформу, – пожала плечами Альда. – Я хочу заказать амуницию для них, но и повседневные наряды для них тоже нужны.

– Я сам займусь амуницией, – серьезно кивнул Сверр. – А позже зайду к Виралу.

– Вот каталоги для стражи и тебя, – устало произнесла принцесса, протягивая мужу инфоблоки. – Выбери для себя три варианта: торжественный, походный и повседневный, и парням тоже. Обычно императорская стража так же имеет три вида амуниции.

– Ясно, – кивнул владыка. – Как все движется? Кажется, осталось немного.

– Осталось основное, – тяжко вздохнув, парировала Альда. – Теперь надо решить, как украсить главный зал, ибо в целом всё готово.

– Торжественно и величественно? – хмыкнув, предложил супруг, откинувшись на спинку своего большого кресла.

– Об этом я уже догадалась, – иронично ответила хозяйка дворца. – Но и это не главное. Я слышала, что тебя вызывают в Парламент Заракина?

Удивленный такой быстрой сменой темы, Сверр пожал плечами:

– Да, вызов пришел совсем недавно. Наш брак подтвердил король Вако и мне надлежит явиться на Заседание.

– Когда ты летишь? – мягко спросила Альда.

– Как подготовлюсь и буду уверен, что ты останешься в безопасности, – честно отозвался владыка.

– Хорошо, – медленно кивнула женщина. – Есть еще одно. Нужно как-то развлекать гостей на ужине.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Сверр.

– Мы встретим гостей, – начала принцесса, загибая пальцы. – Накормим их, а что дальше? Надо развлекать их часа три-четыре, а потом они переночуют и, позавтракав, отбудут к себе.

– И чем обычно развлекают гостей? – весело спросил владыка.

– Однажды – боем гладиаторов, – скептично поджав губы, вспомнила Альда. – В другой раз пир длился слишком долго и все закончилось неприятной сценой пьяных королей. Обычно все хотят показать свой двор изысканным и утонченным, так что многие нанимают поэтов, которые декламируют стихи. Вот только не все они хорошо складывают слова и, как правило, все превращается в унылое нытье.

– И все терпят? – весело уточнил супруг.

– Конечно, – закатив глаза, иронично ответила принцесса. – Никто не мечтает прослыть невеждой и грубияном.

– Ты хочешь, чтобы я раздобыл такого нытика нам? – лукаво спросил владыка.

– В целом – да, – кивнула с улыбкой Альда. – Или что-то иное, чем можно удивить гостей.

– Я собирался посетить заодно и Центральную станцию, – задумчиво признался Сверр. – Вероятно, там найдется что-то более интересное.

– Это будет прекрасно, – вздохнула хозяйка дворца, вдруг подумав о голограммах Заповедника.

«Скорее всего, это будет слишком дорого» – тут же осеклась она, отбросив эту мысль.

Как и обещал, владыка посетил портного, а также заставил каждого стражника поступить таким же образом. Выбрав для себя и своих людей три стиля, повелитель загрузил Вирала работой на все ближайшее время. На Даркраст как раз доставили закупленные Альдой ткани, тисненные золотом. Помимо всего того, что уже найдено в хранилище, принцесса заказала и более роскошные материалы. Часть из этих тканей предназначалась для убранства главного зала и символов императорской власти, но в основном госпожа делала запасы для нужд дворца и будущих платьев. К тому моменту, как Сверр улетел на Заракин, Вирал полностью обновил гардероб владыки и стражи. Делегация Даркраста впервые стала выглядеть по-императорски.

Перестройка дворца шла полным ходом, и главный зал было решено украсить по первоначальному плану – огромными парящими статуями предков-правителей. Аккуратно из породы извлекли большие валуны, оставив ровные ниши. Так как владык на Даркрасте было немного – всего трое до нынешнего – Альда велела отполировать остальные стены, но не полностью, оставляя ощущение, что империя все еще строится и только становиться на путь величия. Сочно-красные полотнища с золотым графическим росчерком украсили проемы между нишами и арками, а потолок засверкал сотней огней, имитирующих звезды. Тронное плато отполировали до идеального блеска, а колонны подняли над полом, заставив их парить, что ошеломляло неподготовленного гостя.

Когда дело дошло до размещения женского двора, принцесса отвела под это стену напротив трона. Хозяйка дворца распорядилась выдолбить в ней громадный кусок, и оформить все в белом мраморе, как и башни храмов. Четыре высоченных колонны соединялись наверху в изящную арку и такую же перевернутую внизу. Парящая лестница вела в женский зал с самого плато и, при необходимости, могла опуститься, давая доступ к покоям, устроенным в нижней части проема.

Альда объявила, что отныне девушки больше не будут спать в тронном зале, а получат собственные покои. Привыкшие отдыхать вместе, служанки упросили госпожу сделать им не отдельные спальни, а общие покои с нишами для кроватей. Поняв их страх разделения, принцесса приказала устлать подушками пол в комнатах девушек и заказала у городских мастеров пышные матрасы для сна.

Установив небольшой помост, по центру белого зала, хозяйка разместила на нем драгоценную скамью. По правую сторону от себя, Альда определила обеденную зону с набором деревянной мебели и несколько диванов и кресел для приватных вечеров, а слева оставила открытое пространство, которое со временем найдет свое применение. Перед собой принцесса вновь разместила широкие подушки для девушек, которые в последнее время больше занимались обучением наук под её руководством и исполняли мелкие поручения, помогая при сервировке трапез. Найденные в хранилище серебряные ромбовидные пластины были нанизаны на мелкую сетку и подвешены к высокому потолку, образуя небесный свод, который при малейшем ветерке нежно переливался тонким колокольным звоном. Все пространство получилось светлым и воздушным, намекая на связь с белыми башнями храмов богини Ивран, но все же отличалось изыском, не уступая по масштабу.

Спускаясь по лестнице, Альда попадала в темный мужской грубый мир, украшенный золотом и камнем. Величественные статуи прошлых владык грозно взирали на неё, облаченные в боевые латы с оружием в руках, а полуобработанные стены довершали картину главного зала. Если стоять спиной к белой части дворца, никогда бы не догадаешься, что здесь есть такое изящество. Впервые попадая в этот зал, гость не увидит женской части, и лишь обернувшись во время полета к трону, получит представление о красоте «антидворца».

Лично, не раз преодолев путь от выхода на поверхность к плато, Альда поняла, какую колоссальную работу проделала. Попадая из темного коридора породы, площадка медленно спускается ниже, давая охватить масштабное пространство дворца, колонн и трона. Видны полированные и украшенные графическим узором арки кабинетов вельмож, многочисленные палаты танеров, так же по приказу владычицы обретшие благородный лоск. Но постепенно снижаясь, гости понимали, насколько огромны эти статуи и колоссален по масштабу «антидворец». Спустившись в тронный зал и обернувшись назад, все будут поражены белоснежными палатами императрицы, к которым вела парящая лестница.

Рассматривая полученный результат, Альда не ожидала, что мастера смогут так быстро выполнить свою работу. Озадачив инженеров еще кое-каким заказом для города, принцесса пообещала им достойную награду, когда вернется владыка. Еще одной маленькой победой хозяйки дворца стали нежные башмачки на небольшом каблуке. Скарп преподнёс ей обновку только сегодня утром и очевидно гордился этим.

Когда до приезда Сверра оставалось не так много, во дворец прибыла женщина. Кунна. Владычица сразу поняла, кто перед ней, видя в глубине глаз гостьи холодный расчет. Осматривая отреставрированный тронный зал и особенно статуи, она задумчиво произнесла:

– Искусная работа. Выглядят, как живые.

– Добро пожаловать к нам во дворец, – мягко и доброжелательно произнесла Альда, приближаясь к родственнице. – Я полагала, что мы встретимся намного раньше.

Глава 18

Сверр привык отлучаться из дома, но теперь делал это без особой радости. Раньше поиски жены и участие в различных заседаниях от лица Даркраста даже нравились, ибо так можно было попутешествовать и посмотреть, как живут иные миры. Узнать что-то новое и по возможности применить в родном доме, но также это был шанс отдохнуть от сотен дел и проблем. В этот раз он улетал с тяжким сердцем, хотя все это конечно ерунда. Мужчина понимал, что дела звали его на другую сторону галактики не просто так, но Сверр продолжал хмуриться, когда корабль уносил их все дальше.

Время в полете владыка потратил с пользой. Разузнав, что такое «Зерцало Правосудия», упомянутое невзначай Альдой, Сверр отправил запрос на планету Туакан о сотрудничестве. Представитель этой расы сообщил, что они готовы с ним встретиться во время Заседания Парламента, что заметно облегчало дело, – и не придется лететь в далекий сектор лично. Владыка получил расширенный список пунктов, в которых отныне участвует Даркраст, и свою позицию следует продумать заранее.

Полет до Заракина занял полных восемь суток, за время которых Сверр успел выспаться и соскучиться по супруге, но последнее влияло лишь на настроение. Прикинув, сколько времени займет Заседание, а позже и посещение Центральной станции, мужчина мрачно выругался себе под нос и терпеливо выслушал стандартную приветственную речь регистратора в космопорте Заракина. Делегация Даркраста постоянно держала за собой три этажа дорогой гостиницы, чтобы иметь возможность отдыхать вольготно, но в этот раз Сверр отправил часть людей с багажом, а сам спешно направился к консулу, с которым планировал проработать дальнейшую стратегию.

Главное здание Парламента встретило их, как обычно, суетой и гомоном сотен голосов. Высокие потолки слегка растворяли шум от всевозможных обсуждений, но в целом здесь всегда было слишком тесно от амбиций и союзов. Лифты стремительно носились с этажа на этаж, доставляя послания, взятки, подношения и гостей, кои прибывали ежесекундно. Новые миры, старые династии, союзники и прочие торговцы: все варились тут и каждый хотел обхитрить другого. Кабинет одного из самых влиятельных консулов Парламента, а возможно и планеты, находился на самом высоком уровне и представлял собой просторный зал, который тут же оставлял за пределами своих стен суету и шум голосов. Проходя мимо десятков просителей, Сверр вспомнил, как сам сидел тут в ожидании назначенного времени. Связи с Центральной станцией позволили ему удачно заключить сделку, но случилось это не здесь.

– Добро пожаловать на Заракин, владыка Сверр, – с легким кивком произнес степенный мужчина, вставая при появлении делегации.

– Благодарю, – серьезно ответил гость, усаживаясь в предложенное хозяином кресло.

– Мне доложили, что вы только что прибыли в порт, – продолжил консул, занимая место напротив него. – Я не ожидал вас раньше третьего дня.

Стража осталась стоять у дверей и лишь двое заняли свое место за спиной владыки.

– Я не планирую провести много времени на Заракине, – честно признался Сверр. – Поэтому сразу хочу обсудить все важные вопросы.

– До меня дошли слухи, что вам удалось практически невыполнимое, – лукаво сообщил заракинец. – Так вас можно поздравить с браком с дочерью короля Вако?

– Это не слухи, – вздохнул даркрастианин. – Альда Вакийская стала владычицей Даркраста, и я планирую назвать её императрицей.

– Значит, этот план в силе? – едва заметно приподняв левую бровь, уточнил консул.

– Безусловно, – прищурившись, отозвался владыка. – Даркраст будет империей в самое ближайшее время. Я полагаю, вы устроите это с минимальными затратами?

– Конечно, – задумчиво ответил хозяин кабинета.

Взглянув на панорамные окна за спиной своего представителя, Сверр заметил, что сегодня Заракин не особо приветлив. Пыльная буря, которая была заметна даже из космоса, вовсю разрасталась в настоящий ураган.

– Мне надо будет зарегистрировать ваш брак с принцессой Вако и получить подтверждение от её отца, – стал перечислять консул.

– Я это уже сделал, – сдержанно произнес владыка, вынимая инфоблок с тройной печатью из внутреннего кармана нового костюма. – В прошлый раз не было времени его отдать.

– Отлично, – оживился мужчина, принимая важный документ. – Это намного упростит дело. После того, как мы создадим петицию о признании Даркраста империей и её подпишут как минимум десяток королей, останется дело за малым – зарегистрировать вас императором, а сектор – вашими владениями.

«Вот зачем нужен королевский прием» – подумал Сверр. – «Нужны подписи других королей и немало». Десяток подписей правящих домов – это очень много. Иные войны выигрывались после договора о союзе трех сторон, а тут десять миров должны признать вас равными, что может занять достаточно времени. Судя по виду консула, он тоже думает, что это дело не одного цикла, догадался владыка с сожалением. Обсудив еще почти два десятка сделок, в которых участвует Даркраст, Сверр покинул кабинет своего представителя.

Вечер на Заракине обычно был временем веселья: попоек и борделей, но в этот раз владыка отправил своих людей развлекаться без него. Оставив с собой только верного Харлога, мужчина отправился на приватную встречу с представителями планеты Туакан.

– Почему мы здесь? – тихо спросил друг и соратник, присаживаясь за столик в неприметном кафе.

– Они попросили, – коротко ответил Сверр, не совсем понимая, почему переговоры о сотрудничестве должны вестись так.

Пока делегация Туакана задерживалась, мужчины заказали по стаканчику местного энергетического напитка, хотя, судя по Харлогу, тот хотел спиртного. Владыка отказал ему, намекнув, что время для отдыха еще не пришло. Внезапно к ним приблизилась тонкая фигура, так замотанная в темный плащ, что даже не разобрать лица.

– Мы благодарны за терпение, – тихо и тягуче произнес шипящий голос.

– И я рад, что вы нашли время для встречи, – коротко отозвался Сверр, указывая на место перед собой.

– Прошу, пройдемте за мной, – возразил собеседник, увлекая даркрастиан за собой.

За дверьми кафе их ждал скоростной транспорт, который стремительно унес мужчин из делового центра в приватную часть столицы. Молчаливый охранник изо всех сил разглядывал обратный путь, как вдруг в голове владыки раздался незнакомый голос: «Ваш спутник зря волнуется. Мы доставим вас обратно».

«Это его работа – быть уверенным в моей безопасности» – отозвался Сверр, поежившись от незнакомого чувства, будто распахнут для незнакомца.

Внезапно фигура в темном плаще повернула голову и внимательно стала изучать даркрастиан. Харлог заметно занервничал, как вдруг их обоих накрыло пеленой спокойствия, от которой телохранитель перестал сжимать рукоять своего меча и откинулся на спинку кресла. Сам же Сверр нахмурился и чуть потряс головой, смахивая чужое влияние с себя.

«Интересно» – раздался голос незнакомца в голове владыки, пока тот продолжал моргать, желая прояснить разум.

Неожиданная поездка закончилась перед высоким серым зданием без окон и с одним парадным входом. Обычно настороженный Харлог без тени сомнений несся вслед за загадочной фигурой в плаще, когда Сверр схватил его за руку.

– Ты уверен, что мы выйдем отсюда живыми? – недоуменно спросил владыка у главы охраны.

– Ну, я в этом не уверен, – откровенно и честно отозвался Харлог, с несвойственным ему наивным взглядом.

– Вам гарантирована безопасность, – неожиданно произнес их проводник. – Клянусь честью Туакана.

– Еще бы мы хоть что-то знали о чести Туакана, – неуместно весело ответил Харлог и тут же достал коммуникатор.

– Сообщи охране наше местоположение и о безопасности, обеспеченной делегацией Туакана, – произнес Сверр. – Если с нами что-то случится, пусть свяжутся с консулом Богатуром.

– Уже, – легко отозвался телохранитель и лучезарно улыбнулся владыке, немало удивив его этим.

«Что это?!» – едва успел подумать Сверр, как ответ сам возник в голове: «Воздействие на эмоциональный фон, чтобы погасить излишнее волнение и исключить нападение на делегацию Туакана».

«Проклятье! Можно же было просто сказать! Нас двое! Неизвестно сколько вас и кто еще должен волноваться о нападении!» – недовольно забурчал мужчина, шагая за сопровождающим и поглядывая на ошалелого друга.

«Пелена сойдет, как только вы вернетесь в город. Волноваться не о чем» – отозвался спокойный голос в голове владыки.

Огромные парадные двери неслышно распахнулись, и перед вошедшими предстал просторный зал со стройными колоннами и горящим вдалеке открытым огнем. Группа из таких же закутанных в темные плащи стройных людей ожидала их у огня в полной тишине. Со стороны казалось, будто они о чем-то переговариваются, но Сверр слышал лишь треск огня и стук собственных шагов. Странная атмосфера будто завибрировала вокруг них, и только Харлог вертел головой, как ребенок, впервые попавший на большой праздник.

– Ты посмотри какой высокий потолок! – восторженно произнес грозный вояка, не раз защищавший владыку в поездках. – Я не вижу что там! Крууууто!

– Харлог! – тихо прошипел Сверр, желая призвать друга к порядку, но добился лишь противоположного. Мужчина увидел что-то среди колонн и прямо таки убежал рассматривать заинтересовавшее его нечто.

– Ой! – донесся восторженный голос телохранителя из темноты зала. – Какой гладкий!

«Не стоит беспокоиться о вашем друге» – раздался в голове Сверра иной, более глубокий голос.

«Я в этом не уверен» – мрачно подумал мужчина, смущенный поведением спутника.

«Это показывает его искренность» – произнес еще один голос в голове владыки, когда из темноты раздался счастливый смех Харлога.

– Я хотел обсудить с вами сотрудничество, – вздохнув, сообщил Сверр, продолжая следить за другом. – Но теперь не уверен, что это хорошая идея.

«Отчего же» – высказался первый голос. – «Мы готовы обсудить интересующее вас сотрудничество, но у нас есть вопросы».

«Какие?» – настороженно уточнил Сверр.

«Ваша реакция» – уверенно вставил тот, который привел их в этот загадочный зал на эту более чем странную встречу. – «Никто не способен скинуть полог Туакана».

– Понятия не имею, о чем вы, – проворчал владыка, шокировано наблюдая, как его телохранитель пробежал мимо абсолютно голый и не менее счастливый.

«Расскажите о вашем доме» – внезапно произнес новый голос, явно женский. – «Как вы разрешаете споры?»

Следующие два часа Сверр беседовал с группой людей, о которых не узнал ничего, но почему-то сам отвечал с искренней честностью. Владыка рассказал о судебной системе и как Даркраст карает своих преступников, о том, что прибегал к казням лишь за серьезные проступки, и не любил этого. Легкий туман, что витал в голове, не давал сосредоточиться на вопросах, как рот уже выдавал ответы, хотя иногда Сверр проявлял встречное любопытство, которое удовлетворялось. Последняя фраза, что обосновалась в мозгу мужчины, была таковой: «Вы получите Зерцало Правосудия».

Дорога домой внезапно отрезвила и вмиг поставила даркрастиан перед фактом – они уже вернулись в деловой центр. Как они тут оказались, владыка не мог объяснить, хотя он припоминал, как садился в челнок и как его друг весело плюхался рядом с ним, держа в руках одежду. Окончательно Сверр пришел в себя, когда услышал ошеломленный голос друга:

– А почему я голый?

Взглянув на Харлога, владыка не удержался от смеха, увидев изумление и шок на лице бессменного телохранителя, всегда сохранявшего достоинство.

– Поверь, друг, это не самое позорное за сегодняшний вечер, – покачав головой, признался мужчина.

Ближайший соратник стремительно надел свою одежду и попросил владыку забыть и не вспоминать этот инцидент. Решив, что Харлогу не помешает выпить, оба мужчины направились к увеселительному заведению, предлагавшему развлечение на любой вкус. Где именно гуляла остальная стража Сверра, догадаться оказалось несложно, ибо дорогу им преградили вопли и треск разбитых бочонков спиртного. Заведение было знакомым и там хорошо знали даркрастиан за долгие попойки и щедрую оплату отдыха. Взглянув на подоспевшего к ним хозяина, владыка лишь нахмурился от слишком лебезящей улыбки.

«Наконец-то» – подумал владелец заведения. – «Хорошо, что пожаловал главный, а то эти могут уйти не расплатившись».

– Добро пожаловать в наше скромное заведение, владыка Сверр, – запел худощавый макосец, не забывший поклониться в знак почтения. – Могу я показать вам свой лучший товар?

Не успел Сверр возразить, как хозяин махнул рукой и перед ними появились почти дюжина девушек. Все еще хмурый Харлог коснулся его плеча и направился к пьянствующим друзьям, давая понять, что он оставляет владыку развлекаться по старинке. Взглянув хорошенько на стоявших женщин, Сверр отметил симпатичные мордашки, которые раньше бы распалили его аппетит не на шутку, но в этот раз мужчина отметил изможденный вид и потухшие глаза.

– Никто не понравился? – тут же уточнил владелец местных красот и тут же доверительно добавил. – Есть у меня одна «редкость», но сами понимаете – это стоит больших денег.

Владыка не удостоил его ответа, лишь устало пожав плечом. Эти женщины были бледными и какими-то пустыми, а он давно отвык от таких ласк. Пока Сверр постигал собственную реакцию на когда-то любимый досуг, перед ним появилась та самая «редкость». Лилово-фиолетовая кожа, лоснящаяся от обилия масла, аккуратные рожки, спрятанные в черных локонах, и обнаженная плоть в тонких тканях. Бинасийка, встреча с которой действительно была редкостью, предстала во всей красе перед посетителями, заставив весь бордель замереть от восхищения.

– От этого ни один мужчина не откажется, – веско произнес владелец заведения, расплываясь в улыбке и явно уже подсчитывая прибыль.

Вглядевшись в лицо женщины, Сверр не уловил там ни единой связной мысли. Она явно пребывала в каком-то трансе, что значительно облегчало торговлю её телом.

– Очевидно, что сегодня настал такой день, – спокойно произнес владыка и достал кошель с железом, протягивая его хозяину борделя. – Это за моих людей. Утром желаю видеть всех живыми и здоровыми в своих апартаментах.

Подметив разочарованно поджатые губы владельца заведения, Сверр покинул здание, направившись отдохнуть. Улегшись на мягкую постель, мужчина хмуро размышлял о том, почему не остался пировать со своими людьми, как раньше. Владыка всегда проводил больше времени в борделях, чем в оплаченных апартаментах, но не в этот раз. Возможно, дело в самих женщинах, которых он не захотел. Бедняжки явно выглядели как тени, что с них взять. А может – в слишком лебезящем хозяине, который думал, что точно знает, что нужно Сверру? Он сам не знал, чего хочет, что уж говорить о совершенно постороннем незнакомце. Да, владыка раньше никогда не уходил трезвым из подобных заведений, но все меняется, и очевидно, что пришла пора и ему повзрослеть. В конце концов, он женат, а обнять какую-то чужую женщину казалось неправильным. Не до конца разобравшись в своих поступках, мужчина уснул, твердо решив подумать обо всем в следующий раз.

Заседание Парламента прошло, как и сотни других до этого. Сверр подробно записал, в каких сделках хочет участвовать срочно, а в каких – уже имея статус императора. Также владыка очертил круг мероприятий, в которых ни за что не хочет фигурировать. Три дня политики всех масштабов выступали перед главами миров, склоняя на свою сторону голосования по разным спорам. Раньше Сверр заседал в собственной ложе, находясь в откровенно пьяном виде, но теперь владыка пребывал практически в ярости. Вопросы были глупыми, а у него были дома поважнее дела, чем эти бюрократические войны.

В один из дней Сверру сообщили, что прибыл его тесть – король Вако и желает нанести визит вежливости в перерыве между заседаниями. Швырнув очередной спорный диспут между планетами «Как-то там» и «Что-то там» в мусорное ведро, владыка покинул ложу, направившись обсудить с родственником будущий прием. Подходя к ложе короля Вако, он застыл, услышав незнакомый злобный голос.

– Ты последний негодяй, Телиус!!! Как ты мог?!

– Не тебе читать мне нотации!!! – заорал его тесть. – Это ты виноват в том, что случилось! Не выстави ты мою дочь за дверь, она бы осталась у тебя под крылышком! Разве моя в том вина, что ты не смог уломать девчонку родить Фарогосу наследника?! Нечего теперь тыкать в меня пальцем!

– Проклятье! – зашипели в ответ королю Вако. – Она даже до дома не долетела!

– Тебя это не касается, Эрнесто! – парировал родственник. – С чего такая забота? Не ты ли дал ей развод и выставил за порог?!

– Я думал, тебе хватит ума дать девочке отдохнуть, – рявкнул в ответ мужчина. – Ты бы мог спокойно найти ей мужа из нашего сектора!

– С кем я заключаю союзы – не твоего ума дело! – возразил Телиус Вакийский. – Я так решил и никого спрашивать об этом не намерен.

Сверр услышал достаточно и спокойно вошел в ложу тестя, наконец-то увидев короля Фарогоса, который совсем недавно был Альде свекром. Два короля стояли друг напротив друга, яростно смотря в глаза и едва не сталкиваясь лбами. Судя по претензиям, правитель Фарогоса не сильно обрадован браком бывшей невестки с даркрастианином и пришел высказать недовольство. В этом противостоянии владыка намерен поддержать родственника, ибо его брак с принцессой Вако – уже давно свершившийся факт и пересмотру не подлежит.

– Добрый день, – мрачно произнес Сверр, останавливаясь на пороге.

Король Фарогоса был высоким, но худощавым мужчиной с впалыми щеками, компенсировавшими густые брови. Словно хищник, он оглядел Сверра с головы до ног и неприязненно бросил хозяину ложи:

– Это за него ты отдал дочь? Что ты за отец, Телиус?

– Способный заставить своего отпрыска делать то, что надо?! – парировал король Вако.

– Почему Альда молчит? – вдруг рявкнул правитель Фарогоса, взглянув на Сверра. – Она не написала ни единого письма! Никому! Что ты с ней сделал?!

– Вполне вероятно, она не хочет общаться именно с вами, – веско возразил владыка, приподняв одну бровь. – Я уточню у неё, когда вернусь на Даркраст.

– Учти, – продолжил пышущий злобой мужчина, наставив на короля Вако палец. – Если я узнаю, что моя дочь страдает в браке с этим дикарем. Клянусь, от твоей планетки не останется камня на камне.

– Она моя дочь, Эрнесто! – рявкнул Телиус, отмахнувшись от пальца оппонента. – И не смей мне угрожать! Ты сам её выставил!

– Я собирался подобрать ей подходящего мужа, – возмутился король Фарогоса, толкнув нового родственника Даркраста. – Ты даже в дом её не пустил! Кто так делает?!

– Боюсь, это моя вина, – вставил Сверр, планируя вклиниться между королями, ибо уже попахивало дракой. – Я настоял на скорой встрече и перехватил Альду по дороге на Вако.

– Вот! – воскликнул правитель Вако, взмахнув руками. – И прекрати орать тут! Это ты выставил её за порог, а я просто выдал замуж!

– Слишком быстро! – не унимался возмутитель спокойствия и стукнул-таки тестя Сверра ладошкой в лоб.

В этот момент владыка отчетливо понял, что придется вмешаться. Едва он успел закатить глаза и вздохнуть, как оба короля уже толкались между креслами и правитель Фарогоса явно одерживал верх, лупя родственничка по щекам. Стремительно вмешавшись, мужчина растолкал драчунов по углам и осмотрел раскрасневшихся королей, один из которых брыкался как дикий сорнак, а второй сыпал угрозами расправы, если узнает, что Альда страдает на задворках галактики.

Практически сразу в ложу ворвалась охрана, и, приведший себя в порядок король Фарогоса, высоко задрав голову и высокомерно осмотрев Сверра еще раз, покинул ложу, оставив остальных выслушивать поток брани от Телиуса Вакийского.

– Кто это был? – поморщившись, спросил владыка, хотя ответ был очевиден.

– Эрнесто Гавиртран, чтоб ему комками сралось! – процедил сквозь зубы тесть. – Король Фарогоса и бывший родственничек!

– Полагаю, в данный момент вас лучше оставить наедине с вашими людьми, – пробормотал Сверр, покидая ложу.

Ему не хотелось вмешиваться в этот спор, хоть он и касался их с Альдой брака напрямую. Король Вако вполне мог разрешить этот конфликт и без него. Судя по всему, бывший свекор высоко ценил свою невестку, раз полез с дракой на союзника. Не успел Сверр дойти до лифта, ведущего к выходу из здания Парламента, как его вдруг окружили вооруженные мужчины в знакомой до боли форме гвардейцев Фарогоса. Вперед выступил правитель этой планеты.

– У меня есть вопросы, – сдержанно произнес Эрнесто Гавиртран.

– Слушаю внимательно, – спокойно отозвался Сверр, заметив, что его люди уже среагировали и так же окружили задир.

– Меня интересует благополучие Альды, – поджав губы, признался король и сурово добавил. – Ты не должен был получить её в жены.

– И все же она моя супруга, – лаконично ответил владыка, констатируя этот факт для прежней семьи.

– Я знаю, для чего тебе этот брак, – продолжил правитель планеты-ювелира. – И прекрасно понимаю, для чего он Вако, но Телиус не учитывает интересов своей дочери.

– А вы учитываете? – с подозрением уточнил Сверр.

– Если бы я знал, что все обернется так, никогда бы не отпустил Альду с Фарогоса, – поморщившись, произнес Гавиртран.

– Оставили бы в темнице? – хмыкнул владыка, уже прочитав мысли своего оппонента и увидев картину случившегося. – Или закрыли бы глаза на произошедшее? Вы прекрасно знаете ответ на эти вопросы. Оба они – нет.

– Я хочу увидеть её, – вдруг рявкнул король, поджав губы.

– Увидите, – отозвался Сверр, почувствовав злость и спокойно выходя из окружения фарогосийцев. – Если она вас пригласит.

Глава 19

Все записи, сделанные на заседаниях Парламента, были отправлены консулу для дальнейшей работы. Сверр проголосовал в ключевых спорах и поручил выразить его волю в оставшихся. Дополнительные подробные инструкции также были приложены к записям владыки, который после памятной встречи с королем Фарогоса отбыл на Центральную станцию. Решив не терять времени в пустых спорах за чужие интересы, правитель вылетел тем же вечером.

Охрана, не успевшая насладиться гостеприимством местных борделей, тихо бухтела от столь стремительно закончившегося рандеву. Сверр велел всем заткнуться и сам в нетерпении ожидал возвращения домой. Полет за редкостями на Центральную станцию был последней остановкой перед выходом на финишную прямую, и владыка уже решил, что купит для Альды голограмму Заповедника, которую она втайне хотела. Что ж, Даркраст мог потратиться на столь диковинное развлечение, если того требовала конечная цель. «Удивится, наверное» – думал мужчина, размышляя, как отреагирует супруга, когда узнает, что он для неё добыл. – «Отблагодарит?»

Главные ворота космопорта Центральной станции приветливо открылись для стыковки судна, а гостеприимный механический голос любезно поблагодарил их за выбор станции для работы. Сверр заказал стандартный осмотр корабля, устранение технических неполадок и обед для команды. Жаждущие взоры сопровождающих его мужчин подсказали, что «инвентаризацию» они готовы провести в Прамакуле, пока сам владыка будет беседовать со своим союзником. Покачав головой, правитель Даркраста оплатил и три десятка боксов для своих людей. На Станции было безопасно, так что даже Харлог умчался вслед за остальными воинами, оставив Сверра с приятной молодой девушкой, проводившей его на главный уровень.

– Добро пожаловать на Центральную станцию, – произнес мужчина, вставая при его приближении.

– Спасибо, что согласились принять меня, – кивнул владыка, принимая руку для дружеского приветствия.

Хозяин Конгломерата Кохилас всегда нравился правителю Даркраста. Вулкан был прямым и честным партнером, хотя, конечно, открывал не все карты перед ним. Сверр редко посещал союзника, но деловыми контактами был доволен, чувствуя, что с ним играют в открытую.

– Что привело вас к нам и почему так срочно? – немного удивленно поинтересовался глава большого бизнеса, усаживаясь обратно в свое кресло. Позади него открывался панорамный вид на огромную империю, которой владел этот вулкан.

– Я женился, – немного смущенно признался Сверр, чувствуя, что надо начать с самого начала.

– Поздравляю, – серьезно кивнул Зейнавункан Кохилас.

– Моя супруга – принцесса Вако, так что это открывает Даркрасту много дверей, – вздохнул владыка. – Я хочу расширить нашу сделку по охране рубежей, ибо слишком много ртов может пожелать проверить нас на прочность.

– Все настолько серьезно? – иронично уточнил военный партнер.

– Более чем, – пожал плечами Сверр. – Я не хочу рисковать. К тому же к нам в гости слетятся короли и королевы, так что им будет на что посмотреть. Моя супруга перестроила все что можно и создала настоящий дворец для этого события.

– Серьезный подход, – неожиданно улыбнулся вулкан, размышлявший, что Сверру этот момент не нравился, но это было не так.

– Да, – кивнул владыка. – Я рад, что она оказалась столь деятельной – для будущей империи это хорошо.

– Даркраст станет империей? – заинтересованно произнес Кохилас.

– Как и планировалось, – кивнул Сверр, почувствовав живой отклик оппонента. – Мы заполучим все, что причитается нам по праву, и можем увеличить поставки камня вам.

– Это хорошие новости, – улыбнулся Зейнавункан. – Мой сын будет более чем рад этому. Он – изобретатель и ваши камни его приводят в чистый восторг.

– Я долго думал над тем, как вы используете даркрастианское сырье, – задумчиво начал мужчина, разглядывая союзника. – Хотите знать, как его использует Цератон?

– Полагаю, примерно так же, – хмыкнул вулкан.

– Отнюдь, – загадочно отозвался Сверр.

– Что вы имеете в виду? – настороженно поинтересовался хозяин станции.

– Как я уже говорил ранее: Даркраст планирует расширить сделку с Конгломератом Кохилас, – мягко напомнил гость. – Чтобы эта сделка была не столь болезненна для нас, я готов разгласить некоторые конфиденциальные нюансы другого соглашения будущей империи.

– Весьма коварно, – предупреждающе вставил Зейнавункан.

– Дальновидно, – парировал владыка. – К тому же это не несет в себе разрушения для кого-либо.

– То есть вы хотите сказать, что Цератон не делает оружия из вашего сырья? – усомнился вулкан. – Или они создают иную технологию?

– Что насчет нашей сделки? – напомнил Сверр.

– Вы получите её, – коротко кивнул владелец огромной корпорации.

– Это естественно, – весело хмыкнул даркрастианин. – Вопрос в другом: на каких условиях?

– Все зависит от ценности полученной информации, – прищурившись, отозвался хозяин кабинета.

– Что ж, справедливо, – кивнул владыка. – Цератон использует гравитацию для ускоренного роста ресурсов. На наших камнях все растет в разы быстрее. Как вы понимаете, тот, кто развивает сельское хозяйство, с большей вероятностью будет процветать.

– А если у вас есть и оружие и еда, то вы можете диктовать условия своим союзникам, – задумчиво добавил Зейнавункан.

– Вопрос в том: кого Цератон поддержит, а кого проигнорирует, – произнес Сверр и, как бы невзначай, продолжил. – И это помимо разработки гравитационных ворот по всей Вселенной.

– Что? – удивленно замер вулкан.

– Цератон разрабатывает сеть так называемых «гравитационных дыр», которые расположит в стратегических местах для ускоренного перемещения в пространстве, – серьезно сказал гость. – Они сами мгновенно перемещаются на огромные расстояния, представьте, если такую возможность получат корабли или целые армии? Конечно, все будет предложено под видом удобства, но что-то мне не улыбается получить вражеский флот у своих границ по щелчку чьих-то пальцев. Первое, что я выторговал у эфиров, это отсутствие подобных «дыр» у рубежей Даркраста. Для вас такие ворота – это преимущество, но вот вопрос: у кого будут ключи от всех замков? И как эти врата будут функционировать, если один замок открыть, а второй нет? Может ли армия застрять в межпространственном континууме? Время напрямую зависит от гравитации и может искажаться и растягиваться – поэтому растения и дают такую реакцию на камни Даркраста. В этом их уникальность – в возможности контролировать это измерение.

– Вы так откровенны, – задумчиво высказался Зейнавункан, глядя на своего гостя.

– Мы с вами давние союзники, и я понимаю, что именно ваши воины защищают Даркраст, – пожал плечами Сверр.

– Что же мешало вам раскрыться раньше? – подозрительно уточнил вулкан.

– Не было необходимости, – прямо сообщил владыка. – Теперь же Даркрасту нужна ваша поддержка, как никогда. Я планирую стать императором и расширить границы влияния. К тому же, очевидно, Конгломерат захочет расширить поставки камней, а это уже взаимовыгодное предложение.

– Что помешает мне самому добывать камни в секторе, который еще не принадлежит вам? – вдруг спросил хозяин станции, заставив гостя замереть.

– Цератон и моя сделка с Корпусом Эфиров, – лаконично отозвался Сверр, пожав плечами. – К тому же камни добываются особым способом, и эту технологию не знает никто.

– А вы ловкач, – хмыкнул глава Корпорации, заметно расслабившись.

– Это всего лишь баланс сил, – легче ответил Сверр, почувствовав, как атмосфера разрядилась. – Цератон получает камни и становится заинтересованным в процветании Даркраста, Станция получает камни, информацию и также становится стратегическим партнером империи, а я получаю – безопасность, богатство и статус, который обеспечит благополучие моего народа на сотни циклов вперед.

– Что ж, – глубоко вздохнул Зейнавункан, явно принимая какое-то решение. – Не хотите ли остаться с нами на ужин?

– Благодарю и с удовольствием приму приглашение, тем более что хотел бы переговорить с вашей супругой, – лаконично отозвался Сверр. – Говорят, что по поводу сделок о приобретении голограмм с Заповедника надо общаться именно с госпожой Анастасией?

– Вы интересуетесь? – иронично уточнил вулкан, вставая на ноги.

– Супруга велела мне приобрести что-нибудь ошеломительное для гостей Даркраста, – нехотя признался владыка, поднимаясь вслед за хозяином. – А что будет более ошеломительным, чем виды Заповедника? Полагаю, что цена будет приемлемой?

– Как договоритесь, – весело хмыкнул хозяин Станции, раскинув руки в стороны. – Я не ведаю делами Заповедника, но попрошу жену об уступке для столь ценных партнеров.

– Постараюсь за ужином быть максимально очаровательным, – кивнул владыка, объявляя разговор законченным.

– Ждем вас к ужину, – благодушно произнес Зейнавункан, когда мужчины пожали друг другу руки.

Приглашение на семейные ужины к Кохиласам получали не все гости, а лишь самые важные, и присутствие Сверра за столом о многом сигнализировало. Помимо самой главной четы, там присутствовал наследник главы Корпорации с супругой и даже детьми. Младшие вулканы поначалу во все глаза разглядывали высокого даркрастианина, но позже быстро перешли на непосредственное общение в кругу семьи. Разговоры в основном шли о гравитационных камнях и их свойствах, что быстро дало понять о том, что секреты Кохиласы друг от друга не хранили. Михаила, наследника Конгломерата, интересовали разработки Цератона, и Сверру пришлось намекнуть, что он не слишком посвящен в работу эфиров. Как признались мальчики-близнецы, их отец был изобретателем и именно он создавал новейшее вооружение для Зевуса на основе гравитационных камней. Это позволило по иному взглянуть на будущего главу корпорации.

Еще одни переговоры Сверр провел с более утонченной стороной семьи вулканов. Госпожа Анастасия, которая при прежних посещениях владыки мало уделяла ему внимания, оказалась приятной собеседницей. Женщина обладала самым драгоценным ресурсом во Вселенной, но не была заносчивой или высокомерной. Быстро договорившись о покупке, Сверр также приобрел голограммы необычных красивых животных, которые летали в Саду Станции.

– Это бабочки, – мягко сказала хозяйка обширных богатств. – Они в изобилии обитают на Земле. Красивые и хрупкие создания. Для жизни им нужна особая среда, а вот голограмму можно запустить где угодно. Удивлена, что они привлекли вас.

– Это все влияние супруги, – чуть смутился владыка, улыбнувшись женщине. – Она велела мне приобрести что-то прекрасное, и я тут же вспомнил о вашем Саде. Как и ожидалось, мне удалось найти нечто необычное и подходящее под описание.

– Надеюсь, ей понравится, – лаконично ответила госпожа Анастасия.

Через час после окончания ужина Сверр покинул Центральную станцию, имея в активе обновленную сделку с Конгломератом, голограммы Заповедника и бабочек Сада. Мужчина спешил домой, предчувствуя какую-то беду, и не ошибся.

* * *

– О Боже, он уже улетел? – взволнованно спросила Настя, спешно входя в главную гостиную Станции.

– Кто улетел? – непонимающе уточнил Зейн, отрываясь от документов на столе.

– Этот огромный мужчина – Сверр, – напомнила женщина, продолжая шагать к мужу, держа в руках проектор.

– Да, – кивнул вулкан, посмотрев журнал регистрации вылетов. – А что случилось?

– Я перепутала голограммы, – всплеснула руками Настя, огорченно нахмурив брови. – Он приобрел запись Заповедника, а я их перепутала!

– Не волнуйся, – мягко произнес Зейн, притягивая жену к себе на колени. – Отошлем следом – прилетит одновременно с их кораблем. Что он увез? Попросим вернуть, если что-то важное.

– Там были записи со старой Земли, – вздохнула женщина. – Балет.

– О Боги! – закатил глаза вулкан. – Пусть забирает! Я не хочу это видеть больше никогда!

– Зейн! – возмутилась Настя, округлив глаза. – Балет – это искусство!

– Не отрицаю, – иронично отозвался он. – Но пусть это искусство будет как можно дальше от меня. Я хотел выколоть себе глаза, когда увидел слишком много мужских жоп и не только!

– Ничего ты не понимаешь, – печально произнесла супруга, устав в десятый раз говорить ему одно и то же. – Это же так красиво! Только музыка чего стоит.

– Насчет музыки я согласен, – кивнул вулкан, целуя жену в щечку. – Но остальное – это просто стыд и срам.

– С годами ты стал таким ханжой, – весело парировала Настя, мягко посмотрев на него. – Куда делся владелец Прамакул, который заставил меня танцевать перед ним?

– Он женился, завел детей и оброс внуками, – иронично хмыкнув, отозвался Зейн, откинувшись на спинку кресла – В общем, знатно поистаскался и постарел.

– Устал? – мягко спросила землянка, погладив мужа по голове.

– Угу, – кивнул вулкан, закрывая глаза. – Раньше работа давалась легче.

– Ты подумал над моим предложением? – тихо напомнила Настя недавний разговор.

– С каждым днем оно становится все более привлекательным, – хмыкнул Зейн. – Думаешь, Мишка готов?

– Ты был в его возрасте, когда возглавил Центральную станцию, – пожала плечами женщина, продолжая гладить мужа по затылку.

– У меня был Драгос и Юкки, – напомнил вулкан, приоткрывая глаза.

– А он вырос здесь и с детства знает все нюансы, – возразила Настя в пользу сына. – Ты заслужил отдых и всегда поможешь советом. Пусть встанет у руля сейчас, чем потом Мишка окажется один без нашей поддержки.

– Драгос с Лизой думают перебраться на Венеру, – вспомнил Зейн. – Арьял будет и дальше следить за Заповедником, а они помогут Васильку.

– Он уже давно не «Василек», – мягко пожурила женщина, поцеловав мужа в нос. – И Лиза просто хочет быть ближе к Адаму. Забавный у них внук: наполовину дракон, на другую – эфир.

– Я еще не могу привыкнуть к этому, – хмыкнул вулкан и, глубоко вздохнув, продолжил. – Что ж, ты права: пора отойти от дел и дать сыну занять заслуженное место.

– Он справится, – кивнула землянка. – Ты научил его всему.

– Что мы будем делать? – чуть прищурившись, спросил Зейн.

– Наслаждаться жизнью на Земле, – с легкой улыбкой произнесла Настя. – Представь: только мы и Заповедник. Попросим Надю и посетим старую Землю. Сходим на балет.

– О, нет! – зажмурившись, простонал вулкан. – Только не балет! Я готов на всё, только не это!

– Тогда в оперу? – вдруг предложила супруга, приподняв брови.

– А что это? – нахмурился Зейн.

– О! Тебе понравится, – уверенно предрекла Настя, похлопав ладошкой по груди мужа и через мгновение расстроенно произнесла. – Но все-таки с голограммами неудобно получилось.

– Пошлем нужную вдогонку, и пусть, в качестве компенсации, забирает парад мужских жоп, – хмыкнул вулкан.

– Он изменился, – задумчиво высказалась землянка и, заметив вопросительный взгляд, пояснила. – В прошлые приезды владыка Сверр больше походил на дикаря с периферии, а сегодня это был настоящий правитель.

– Это хорошо для нашей сделки, – кивнул Зейн. – Мудрый правитель не полезет на рожон и наши воины не погибнут напрасно.

– Думаешь, он может затеять войну? – напряженно спросила Настя.

– Сегодня его интересует защита своих границ и захват сектора, – пожал плечами вулкан. – Кто знает, чего он захочет завтра?

– Лично я хочу, чтобы ты завтра объявил Мишке, что мы переезжаем на Заповедник и отходим от дел, – веско произнесла землянка, чмокнув мужа в лоб.

– Хорошо, – кивнул он. – Понадобится время, но через пару месяцев мы сможем удалиться от дел.

– Это заслуженная пенсия в самом лучшем из миров во Вселенной, – мягко произнесла Настя. – Мало кто может себе позволить подобное.

– Никогда бы не подумал, что мне уготована столь насыщенная жизнь, – хмыкнул Зейн. – Я всегда полагал, что погибну на арене шахты.

– Ты умрешь в моей постели, – возразила женщина. – И будет это еще очень не скоро.

– Хорошо, – согласился вулкан с мягкой улыбкой.

* * *

Занимаясь последними приготовлениями к предстоящему приему, Альда все время натыкалась на пристальный взгляд Кунны. Женщина молчала, не комментируя происходящее, но за этим спокойствием таилось недовольство. И чем больше проходило времени, тем сильнее закипала владычица. Где обитала бабка Сверра, она не знала, но в общей спальне девушек её не видели. Родственница продолжала рассекать по «антидворцу» голой, тем самым выступая бельмом на глазу, но, к слову, никто ей не предлагал облачиться в одежды. Альда планировала указать Кунне, что последней не место при дворе, но что делать дальше – не знала, ибо бывшая главная жрица не шла на откровенный конфликт.

Пока владыка отсутствовал на Даркрасте, принцесса предпочла принимать пищу в белом зале, сидя за деревянным столом. Девушки по старинке накрывали столы для мужчин, но не ждали теперь своей очереди для трапезы, а сразу же принимались за еду подле своей госпожи. Кунна почему-то решила, что её место за столом с Альдой, а не на подушках с остальными. Хозяйка дворца с мягкой улыбкой промолчала, не желая тратить время на спор.

– Что это? – вдруг раздался голос единственной обнаженной женщины в округе.

Застыв, принцесса прекратила писать послание для королевской четы Сдагморта, которую приглашала на прием. Повернув голову на звук, она увидела, что Кунна бесцеремонно разглядывает стопку зашифрованных посланий другим гостям.

– Полагаю, я не должна отчитываться перед вами? – иронично напомнила Альда, вернувшись к написанию витиеватого текста.

– И все же вы могли бы спросить мое мнение, – скучающе парировала Кунна, усаживаясь напротив.

– Да, – кивнула владычица. – Но не считаю, что это в вашей компетенции.

– Что это значит? – настороженно спросила родственница.

– Это значит, что вы вряд ли можете мне помочь с подобными делами, – пояснила Альда, продолжив писать.

– И что же за «подобные дела» вы проворачиваете в отсутствие моего внука? – язвительно уточнила Кунна, намекая на более тесную связь со Сверром.

– Те, которые он мне поручил, – мягко ответила владычица, отбросив стилус на стол и откидываясь на спинку изящного серебряного стула.

Взглянув на обнаженную женщину, принцесса поняла, что Кунна ищет повод для конфликта.

– В чем дело? – мягко спросила Альда, с улыбкой на лице. – Кто-то проявляет к вам неучтивость? Скажите, и я тут же прикажу наказать нахала.

– Мне бы хотелось обсудить твои приказы по поводу храмов, – резко произнесла бабка Сверра.

– Внимательно вас слушаю, – кивнула принцесса, подавшись вперед.

– Некоторым башням требуется ремонт, – недовольно начала родственница.

– Я обсудила этот момент с настоятельницами и жду от каждой из них подробную смету по необходимым работам, – ответила Альда. – Единственный храм, который не вышел на связь – тот, в котором гостили вы. Полагаю, там все сделано наилучшим образом, так как им занимались лично вы. Я доверяю бабушке моего супруга.

Вдруг Кунна усмехнулась и сбросила маску заботливой жрицы.

– Я поняла твою игру, – высказалась она. – Ты ничего собой не представляешь, лишь ждешь, что мой внук выполнит твои капризы.

– Это не так, – легко возразила владычица, не поддавшись злости, что уже давно кипела в ней.

– Я долгие циклы управляла всеми делами на Даркрасте, и ты могла бы спросить моего мнения на счет того, что на самом деле нужно башням, – язвительно произнесла Кунна.

– Следы вашего «управления» я вижу повсюду, – хмыкнула Альда. – Не считаю нужным уточнять, по какой причине женщины страдают голыми, босыми и в ошейниках. Всем башням нужен ремонт и медкапсулы. Вы считаете нормальным, что женщины в муках рожают, когда есть возможность избежать ненужной боли и потерь. Только вчера я получила отчет о смертях из-за родовых травм. Даркраст не может себе позволить подобного.

– Женщины производят детей на свет в муках со дня сотворения мира, – спокойно возразила родственница.

– Вспомните о том, как жили женщины со времен сотворения мира, когда ляжете в капсулу, чтобы продлить собственную молодость, – насмешливо произнесла Альда. – Для женщины вашего возраста вы слишком хорошо выглядите.

– Ты считаешь себя лучше других? – с прищуром поинтересовалась Кунна.

– Возможно, я не лучше других, – тихо произнесла принцесса. – Но одно попрошу запомнить: я всегда буду выше вас по положению. Я – супруга владыки Даркраста, полновластная хозяйка трех планет и всех женщин. Даже ваша жизнь отныне зависит от моего решения, и вы порядком испили чашу терпения. Более не смейте заговаривать со мной, если я вас лично о чем-то не спрошу. Не смейте без приглашения присаживаться за мой стол и, более того, – появляться во дворце без острой необходимости. Только благодаря вашему родству с моим мужем вам предоставляется право жить в любой из белых башен. И если я узнаю, что вы саботируете мои приказы или ведете иную недостойную деятельность – вы окончательно потеряете расположение правящей семьи. Я не Сверр и родственных чувств к вам не испытываю, а теперь прошу – покиньте мой дворец.

Глава 20

Конечно же, Кунна не уехала и продолжала мозолить глаза во дворце, но хотя бы больше не приближалась к Альде, сторонясь владычицу. В один из дней беременная самка гуархов неожиданно для хозяйки разродилась пятью щенками, на радость самцам, которые окружили молодую мамашу и детенышей еще большей заботой. Чтобы им было удобно, еще во время ремонта, принцесса распорядилась переместить животных в белый зал, где было просторнее и проще кормиться всей стаей. Когда малыши появились на свет, Альде пришлось помочь с родами, ибо никого иного самка к себе не подпускала, а папаши сходили с ума от волнения. Все щенки были черненькими, кроме самого маленького и слабенького. Последыш оказался беленьким и совершенно беспомощным, а старшие браться затирали малыша в битве за материнское молоко. Принцесса журила крепышей, расчищая для светленького дорогу к прокорму.

Заботы о малышах разбавляли ставшие достаточно скучными дни. Кладовые заполнялись последними заказанными вкусностями, а кухонное меню разнообразными блюдами. Соур вошел во вкус и творил без устали. Кажется, мужчина только недавно в полной мере понял значение термина «королевский повар» и стал получать удовольствие от всеобщего восторга, выслушивая похвалы. Вирал с не меньшим рвением создавал наряды для Альды, усердно изучая прошлый гардероб принцессы. Владычица приказала отнести все сундуки с платьями фарогосийских фасонов в мастерскую портного и с удивлением обнаружила тонкие кружева на новых нарядах. Все большее количество времени мужчина проводил за рисованием, и это по-настоящему восхищало принцессу, ибо у Вирала был талант к этому делу.

В один из дней на Даркраст стали поступать ответы на приглашения, разосланные Альдой. Получив целую стопку тонких конвертов с цифровыми подписями королевских особ, принцесса оробела и отослала всех девушек из белого зала, чтобы в одиночестве встретить реакцию древних династий. Первые два ответа оказались отрицательными. Королевы писали, что с сожалением должны отказаться от приглашения по тем или иным причинам.

«Что ж, это было ожидаемо» – со вздохом и трепетом подумала Альда.

Следующие конверты содержали удивление её приглашением и согласие прибыть на ужин в далекий мир Даркраста. Последним принесли конверт с планеты Гелиос и, читая согласие королевы, владычица не знала, что и подумать. Это приглашение было формальностью и хозяйка «антидворца» ждала очередного отказа, но не в этот раз. Очевидно, что Сэрна решила встретиться с ней, спустя столько циклов. Прошла половина жизни с тех пор, как они виделись в последний раз.

Следуя положенному этикету, Альда разослала всем пожелавшим прилететь на ужин точные координаты Даркраста, а также условия местности, а именно тот факт, что перед спуском на планету все гости должны будут увеличить рост и комплекцию, дабы не испытывать дискомфорт от местной гравитации. Каждая королевская чета к моменту прилета должна будет сшить себе наряд или принять упрощенный вариант от хозяев, еще принцесса хотела решить вопрос об одном корабле на орбите планеты, чтобы компенсировать отсутствие космопорта. О командах судов так же было необходимо позаботиться.

Эта бойкая переписка не могла не привлечь внимания, и Альда видела, что нос Кунны все больше беспокоится о том, куда не может пролезть. Владычица заметила, что бабка Сверра пыталась перехватить корреспонденцию, но цифровые замки открывались только отпечатком пальца, а таким активом родственница не обладала. Однажды принцесса стала свидетелем некрасивой сцены, когда Кунна практически допрашивала Эолу, зажав ту у одной из колонн тронного плато. Что именно ответила ей служанка, Альда не услышала, но резкий рывок, с которым девушка вырвала свой локоть из цепких лап бывшей главной жрицы, оценила. Это был хороший признак падения влияния соперницы, хотя особого смысла в борьбе нет. Что может женщина, которая потеряла все рычаги давления?

Все началось неожиданно. Альда спокойно заканчивала дела, сидя на привычном месте в белом зале, когда тронное плато вдруг наполнилось незнакомыми мужчинами. Зал, да и весь дворец опустел после вечерней трапезы, а девушки куда-то запропастились, хотя обычно кружили вокруг госпожи до последнего. Рахсел вдруг вышел вперед и оценивающе осмотрел мужчин.

– Кто это? – тихо спросила принцесса, не сходя с помоста.

– Гарнизон, – мрачно произнес охранник.

На тронном плато тем временем уже вовсю горланили мужчины, крича о том, что хотят есть, пить и женщин. Никто не останавливал разгулявшихся вояк, и Рахсел уже матерился себе под нос, что-то активно нажимая на своем коммуникаторе.

– Вам надо спрятаться, – тихо произнес он, когда Альда подошла к краю белого зала и лично рассматривала буйных гостей.

– Полагаешь, они – угроза? – спокойно уточнила хозяйка дворца.

– Их здесь быть не должно. Кто-то впустил их во дворец и явно не для хорошего дела, – сквозь зубы процедил Рахсел, направив руку к лестнице, чтобы заблокировать путь между плато и залом.

– Почему нас никто не встречает?! – раздался пьяный голос со стороны колонн. – Неужели мы не заслуживаем чести быть принятыми во дворце?!

– Говорят, что лучшая пища на всем Даркрасте ныне подается на столе владыки, и мы хотим отведать эти яства, – вторил ему другой не менее пьяный голос.

– Мы достойны этого! – поддакнул ему третий воин, размахивающий небольшим кубком со спиртным.

– Где хозяйка дома?! – вопрошал кто-то другой. – Неужели мы не заслуживаем быть принятыми подобающим образом?

– Проклятая лестница не слушается, – тихо произнес Рахсел. – Кто-то закрыл доступ нам. Я предлагаю спрятаться в дальней части.

– А вот и она! – радостно произнес один из членов пьяного войска. – Наша благородная и несравненная хозяйка дворца.

– Вызывай подкрепление, – тихо произнесла Альда своему телохранителю, почувствовав удачно расставленные силки.

Открытое пренебрежение мужчин можно списать на алкоголь или старые порядки, но этим зарвавшимся наглецам пора узнать, что все меняется.

– Кто вы? – спокойно спросила владычица, начав медленный спуск по парящей лестнице. – Кто я – вы уже знаете.

Собравшиеся представители гарнизона вдруг застыли и молча взирали на приближение владычицы.

– И по какой причине вы решили, что имеете право нарушать порядок в моем дворце? – все более серьезно спрашивала принцесса.

– Мы с вами уже видались, – вдруг выступил вперед высокий и мощный вояка. – Кажется, в тот раз ваша гордость пострадала от руки владыки Сверра.

Она вспомнила его. Лест. Именно после стычки с ним Альда получила экзекуцию от мужа, но никто из дворца не знал об этом. Кроме Эолы.

– Ах, да, – мягко улыбнулась повелительница Даркраста. – С тех пор многое произошло. Я получила право носить одежду, перестроила дворец и внесла массу изменений, а вы… все так же пьяны, бестактны и полагаете, что имеете право находиться здесь и вести себя подобным образом?

Принцесса продолжала идти к трону, чувствуя, что Рахсел следует за ней по пятам. Проходя мимо пьяных мужчин, она не задерживалась, и вояки расступались, давая ей пройти. Достигнув возвышенности перед троном, Альда развернулась к собравшимся и громко произнесла:

– Никто не имеет право нарушать спокойствие этого дома. Немедленно покиньте дворец!

Вдруг она заметила фигуру за одной из колонн. Единственная, кто не имел права носить одежду – Кунна, и именно она вышла из тени. Владычица мгновенно распознала её намерения, но слишком поздно. Если мужчины и хотели напасть, то теперь просто молча смотрели на властную женщину перед собой. Неожиданно раздался тихий животный рык и все обернулись на его звук, заметив крадущуюся стаю гуархов. Эта открытая угроза стала сигналом к бою, и вояки тут же очнулись, похватав оружие.

Все произошло слишком быстро. Животные напали, следуя за своей самкой, которая дралась насмерть, перекусывая руки и ноги закованных в броню мужчин, отвечающих шквальным огнем лазеров. К плато не подлетала ни единая площадка, не давая никому покинуть поле боя. Стая практически перебила весь гарнизон, когда последний гуарх пал под мечом Леста. Тяжело дышащий мужчина заорал от ярости, осмотрев потери среди своих бойцов, и направил оружие на Альду. Владычицу укрыл собой Рахсел, спрятав за троном.

– Держите его, – распорядился Лест, отдав команду оставшимся бойцам. – С ней я разберусь сам!

Они напали разом, отрывая Рахсела и тесня его в сторону. Телохранитель просек их маневр, но вояки действовали слаженно, и уже скоро защитник Альды был повален на пол и орал в бессилии.

– Что ты делаешь, Лест?! Ты придурок?! Ты хоть понимаешь что творишь?!

– Преподаю урок одной зазнавшейся бабенке, – зло выплюнул предводитель гарнизона, стремительно поднимаясь на помост и хватая принцессу за копну волос. – Что? Баланс сил изменился, да?

– Ты обрекаешь своих людей на смерть, – зашипела повелительница Даркраста, упираясь руками в его окровавленную броню.

– Смотри! – заорал Лест, развернув её в сторону поверженных тел, в хаосе разбросанных по плато. – Это ты виновата в их смерти! Я хотел лишь проучить тебя, а теперь ты будешь молить о пощаде и быстрой смерти.

Последние слова он зловеще прошептал Альде на ухо, все еще сильно сжимая в кулаке её волосы. В следующее мгновение принцесса оказалась на полу, в шоке моргая от оглушения. Мир будто накренился и перевернулся, а холодный мрамор оказался слишком близко к лицу.

– Ты заплатишь за это жизнью, – пробормотала она, когда Лест оказался слишком близко.

– Я имею право поиметь любую женщину в ошейнике в этом дворце, – злобно прошипел вояка, снимая с себя амуницию. – Это наше законное право!

Рахсел продолжал орать и отбиваться от остатков гарнизона, но Альда в шоке продолжала смотреть, как быстро мужчина раздевается, пятясь к краю плато в поисках призрачного спасения.

– О, нет! Ты сегодня будешь главным развлечением для нас, – засмеялся Лест. – И попробуй только пикни об этой маленькой вечеринке владыке, а мы уж так и быть тоже помолчим.

Едва он схватил её за лодыжки, принцесса поняла, что все всерьез. Эти мужчины выглядели дикими и уже не планировали останавливаться. Закричать она не успела, ибо в этот момент Лест слетел с места и был отброшен в сторону. Альда в изумлении уставилась на Сверра, который взмахнул своим мечом и мрачно произнес:

– Схватить всех.

Вокруг них засуетилась стража владыки, обезоруживая остатки гарнизона, а сам повелитель склонился над супругой, аккуратно поднимая ту на ноги.

– Ты как? – тихо спросил Сверр и получил взгляд полный злости и ярости.

Альда в шоке и ужасе медленно приходила в себя, оттряхивая платье и стараясь не закричать от переполнявших чувств. Ком в горле сковал её, и женщина молча таращилась на происходящее. Пьяные вояки стояли на коленях перед троном, скрученные и обезоруженные.

– Как вы посмели напасть на повелительницу Даркраста? – спросил Сверр, тяжело взирая на бывших защитников государства. – Кто вы такие? Кто позволил вам явиться в мой дом и вести себя подобным образом?!

Мужчины, конечно же, молчали и, склонив головы, ждали своей участи, как вдруг Лест заговорил.

– Мы имеем право посещать дворец и женщин, что здесь живут.

– Ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю?

– Я не нарушил ни единого закона, – смело возразил Лест. – Животные напали первыми, и мы лишь защищались!

Сверр изумленно отпрянул и недоуменно воззрился на наглеца.

– Ты посмел поднять руку на мою супругу и смеешь что-то возражать?

– Она в ошейнике, как и любая из женщин этого дворца, – гнул свою линию глава гарнизона. – Ни я, ни мои люди не преступили закона.

– Что ж, раз ты не нарушил закон, то я не могу лишить тебя жизни, – задумчиво ответил владыка, склонив голову на бок и еще больше шокировав этим Альду. – Я отпускаю тебя и твоих людей.

Принцесса от неожиданности отшатнулась от мужа, поняв, что эти люди избежали наказания за содеянное. Как такое может быть?!

– Ты можешь идти, – мягко произнес Сверр, продолжая смотреть на Леста. – Вас сейчас же доставят на поверхность. Вы – свободны.

– Владыка, но это же…

– За нападение на мой дом и супругу я не могу вас казнить, но выслать за пределы Даркраста я могу кого угодно! – рявкнул хозяин дворца и, взглянув на стражу, резко добавил. – Исполнять!

Мужчины вдруг заволновались и запричитали, один Лест молча склонил голову и как-то обмяк в руках других воинов.

– Я обвиняю Кунну в подстрекательстве к нападению, – прохрипела Альда, заставив всех застыть.

– Где она? – мрачно бросил Сверр.

– Там, – отозвалась принцесса, указав пальцем на колонну, где ранее видела родственницу.

– Привести.

Стража тут же направилась к указанному месту и быстро вывела на свет сопротивляющуюся женщину, которая визжала о своей невиновности. Подведя брыкающуюся Кунну к трону, воины продолжали держать её на месте, когда она заверещала:

– Ты не имеешь права судить меня! Я – женщина!

– По праву главенства, судить тебя буду я, – медленно дыша, произнесла Альда. – В этом закон будет соблюден.

– Я не виновата, – резко и громко воскликнула Кунна. – У вас нет доказательств!

– В этом и есть прелесть королевской власти, – тихо ответила владычица. – Только я решаю – виновна ты или нет.

– Прикажешь отрубить мне голову? – язвительно выплюнула родственница.

– Это будет слишком милосердно, – не повышая голоса, продолжила принцесса. – Ты разделишь судьбу тех мужчин, которых привела к смерти. Так будет справедливо.

Внезапно Сверр спустился к бабке и что-то прошептал ей на ухо, заставив женщину дернуться в руках стражи. Тяжело дыша, она умоляюще смотрела на внука, но тот лишь резко бросил своим воинам:

– Исполнять приказ, и очистите зал.

Альду все еще трясло, и она не могла спокойно смотреть на окровавленные тела. Больше других владычица жалела павших гуархов, которые спасли её от расправы мужчин. Самые страшные хищники спасли свою госпожу от тех, кто призван был защищать её от всех угроз.

– Иди в спальню, тебе надо отдохнуть, – раздался голос Сверра, выводя женщину из транса, в котором она застыла. – Мансог, уведи госпожу.

Один из стражников владыки подошел к ней и взмахом руки попросил следовать за ним. Транспортная площадка, так нужная ранее, спокойно подлетела к плато и услужливо остановилась на краю. Альда переступила черту, и платформа легко понеслась к широкому балкону, отделяющему владыческие покои от остального мира. Когда принцесса уже почти скрылась из вида, голос мужа громко раздался за спиной:

– Я желаю видеть каждого, кто находился во дворце во время нападения.

Тишина покоев немного облегчила душевные метания, но за ужасом настало оцепенение. Усевшись за широкий туалетный столик и взглянув на себя, повелительница Даркраста в очередной раз отметила, что судьба посылает ей испытания. Как бы она ни хотела нести добро, подданные отвечали заговорами и изменами. Анализируя произошедшее, Альда всё больше понимала, что её предал кто-то из самых близких.

Кто мог заблокировать лестницу между тронным плато и белым залом? Кто предварительно увел всех девушек и впустил Кунну и пьяных мужчин? Кто до странного внешне похож на бабку Сверра? Ответ лежал на поверхности, но принцесса не хотела называть имя той, к которой успела прикипеть душой. Эола.

Внезапно за дверьми спальни стали раздаваться крики. Кто-то кричал о несправедливости, но всех перекрывал один голос – Сверра. Мужчина отдавал приказы, и это вызывало массу реакций.

– За что, владыка?! – вопрошал кто-то неизвестный.

– За бездействие! Ты знал и не защитил свою госпожу! Вывести на поверхность!

Радовали ли Альду эти крики, приговоры и смерти? Заглянув внутрь себя, женщина вдруг поняла, что ей все равно. Произошедшее потрясло принцессу, но больше всего – тот факт, что Лест был в полной уверенности, что избежит наказания. Он не постеснялся бросить эти слова Сверру в лицо, и тот признал его правоту. Конечно, в итоге мужчину казнили, но прецедент имел место быть. Это означало лишь одно – сама система Даркраста не защищала даже правительницу от урона. Как бы ни зверствовал Сверр, он знал, что оставляет её без защиты и в проклятом ошейнике на этом куске камня.

Уже глубокой ночью, когда она лежала в постели, супруг явился в спальню и, тихо раздевшись, улегся рядом. Молчание затянулось, а Альда не нашла в себе сил заговорить с ним. Слов не нашлось, лишь тихое смирение. Лежа спиной к Сверру, принцесса знала, что он может прочесть её мысли, но сейчас эта способность казалась слишком бесцеремонной и она закрылась на все замки. Если, конечно, такие существовали. Пока Альда боролась с собой, чтобы не высказать претензии, Сверр молча отстегнул проклятую железяку и выбросил на пол. Звук падения рабства стал последней каплей.

– Ты должен был сделать это перед тем, как улететь на Заракин, – тихо произнесла владычица, не оборачиваясь к мужу.

– Я знаю, – коротко ответил мужчина, не шелохнувшись. – Я допросил всех и покарал виновных. Среди твоих служанок только одна была в курсе происходящего.

– Эола? – ровно спросила она.

– Да.

– Ты оставил меня здесь, зная, что подобное может случиться, – добавила Альда, не удержавшись от обвинений. – Что любой может стать угрозой.

Молчание за спиной причиняло не меньше боли, чем любые из слов оправданий или возражений.

– Я не желаю больше зависеть от кого бы то ни было, – прошептала принцесса. – Отныне наш с тобой брак будет длиться только до того момента, пока Даркраст не получит наследника. Ты получишь свою империю – и я выполню свой долг, но дальше можешь на меня не рассчитывать. Я поступлю как все женщины, которые были главными жрицами до меня, – покину дворец, получив почетную должность и независимость.

– Как пожелаешь, – тихо отозвался Сверр, не возразив ни слова.

«Очевидно, эта сделка не так уж и плоха» – горько подумала Альда, закрывая веки и приказывая себе не проявлять чувств. Слезы еще ни разу не спасали её.

Утром супруга рядом не оказалось, а завтрак услужливо ожидал на столике. Взглянув на поднос, женщина рывком вскочила на ноги. Она не собиралась прятаться по углам, словно побитая цисина. Надев абсолютно черное платье из кожи, украшенное кружевами по высокому воротнику, и уложив волосы в корону, Альда покинула покои с гордо поднятой головой. У неё есть дела, которые не терпели отлагательств.

Тронное плато еще не убрали до конца, но принцесса не поинтересовалась развернувшимися трагедиями, решив, что это её не касается. Отныне у неё узкая специализация и распыляться на то, чем не управляет, владычица не собиралась. На площадке перед покоями её встретил вчерашний страж, а не Рахсел. Не удостоив его словом, принцесса лишь указала взглядом, что желает попасть в белый зал. Приказ без возражений исполнили.

– Созвать срочное совещание со всеми храмами, – строго произнесла Альда, едва сойдя с платформы на светлый мрамор.

Взволнованные и растерянные девушки кинулись врассыпную, завидев мрачную госпожу. Усевшись на свою скамью, принцесса молча ждала, когда её приказ выполнят. Спустя довольно короткое время огромный экран стал зажигаться, устанавливая связь с настоятельницами. Пока все ячейки не явили лица её подданных, Альда хранила молчание, хотя вглядывалась в глаза каждой из жриц.

– Если вы еще не в курсе, то я хочу официально подтвердить, что вчера вечером Кунна была казнена, – спокойно произнесла владычица. – Все запреты, связанные с ношением одежды, отныне сняты, и я хочу, чтобы в самое ближайшее время вы позаботились о девушках. Ошейники необходимо снять сегодня же, а также обыскать хранилища, возможно там найдутся отнятые платья. Если же склады окажутся пустыми, я позволяю вам заказать одежду у местных мастеров. Все должны быть одинаковыми по фасону и цвету, без исключений. Я пришлю вам эскизы, по которым будут сшиты ваши платья.

На лицах всех жриц открыто читалось облегчение, но принцесса замолчала лишь на краткий миг и тут же продолжила говорить дальше:

– Каждая из башен должна вскоре прислать во дворец по самой выделившейся девочке, в возрасте от тридцати до сорока циклов, на воспитание. Кандидатуры будут выбираться из усердных, отличившихся в учебе и послушании. Срок – до конца цикла. Текущие вопросы обсудим детально с каждой башней отдельно. Спасибо за внимание.

Взмахнув рукой, Альда отключила связь и взглядом приказала убрать экран. Молчание и вопросы собравшихся девушек уже буквально накалили атмосферу, когда владычица взглянула на Эолу.

– Подойди.

Девушка глубоко вздохнула и несмело приблизилась к скамье. Пристально глядя на свою первую помощницу, принцесса мрачно хранила молчание. Как она могла не разглядеть этого? Как могла не догадаться, что Кунна подложит самую преданную ей девушку под внука, чтобы и дальше сохранить власть в своих руках? Почему вдруг приняла эту девку в ближний круг доверия?

– Я была несправедлива к тебе? – тихо и недоуменно поинтересовалась Альда.

– Нет, госпожа, – опустив взгляд в пол, ответила Эола.

– Хоть раз обидела или наказала? – уточнила владычица.

Вместо ответа служанка лишь отрицательно покачала головой. Собравшиеся девушки неуверенно переглядывались между собой, не понимая, что происходит.

– Тогда объясни: по какой причине ты предала меня? – не повысив голоса, спросила принцесса.

– Я не могла ослушаться, – тихо проронила Эола.

– Кунна – твоя мать? – вдруг догадалась Альда, поняв, что ответ лежит на самой поверхности.

Короткий кивок и поджатые губы стали достаточным ответом для владычицы Даркраста, чтобы решить дальнейшую судьбу своей первой помощницы.

– Тогда ты разделишь её судьбу и тех, кто слепо последовал её приказам.

Стоявшие рядом служанки в шоке отпрянули от Эолы, хотя до этого момента кучно стояли вместе, желая хоть как-то защитить подругу. Очевидно, что предательство поразило и их, что было хорошим знаком. Альда зорко следила за каждой реакцией. Взглянув на своего нового телохранителя, она, приподняв бровь, строго добавила:

– Мне необходимо дважды повторять приказ или его выполнят сразу?

Без слов, страж покинул свой пост позади скамьи и схватил предательницу за плечо, уводя ту с глаз долой.

Глава 21

Сверр тихо тлел от ярости и бессильной злобы. Опоздай он хоть на мгновение, могло произойти непоправимое и Альда пострадала бы серьезнее. Конечно, владычица сейчас полна злости и ненависти, но это было лишь тенью от его беспокойства. Повелитель Даркраста допросил каждого, кто в его отсутствие посещал дворец, и выявил группу недовольных, которые были в курсе предстоящего нападения. Очевидно, что его бабка искала союзников, но не всегда находила тех, кто готов был открыто выступить против госпожи. Владыка казнил всех, кто был причастен или знал о готовящемся предательстве. Опросил он и женщин, с удивлением обнаружив ту, кто проделала большую работу – Эолу. Сверр никогда бы не заподозрил бывшую любовницу в сговоре, но факт оставался фактом – она была виновна не меньше, чем Кунна. Но не это в данный момент больше волновало мужчину.

Все произошедшее сильно потрясло его супругу, и это было понятным. Она родилась в королевском доме и не предполагала, что станет жертвой нападения. Да еще и военного гарнизона, который должен был защищать дворец от угроз. Но даже это он мог бы преодолеть, если бы не одно обстоятельство – она закрылась от него. Каким-то образом Альда смогла скрыть от него свои мысли и чувства.

Сверр слышал всех, сканируя пространство дворца: Соура, распекающего поваров, запаздывающих с обедом; Туала, размышляющего – стоит ли в данный момент тревожить госпожу с вопросами или лучше подождать до завтра; Вирала, мрачно взирающего на Альду, беспокоясь о её состоянии. Всех, кроме самой владычицы. Как такое может быть, он не понимал и ранее не встречал. Не было такого человека, который бы скрывал от него свои мысли. Особенно, когда он так хотел прочесть их.

Вчера, когда он вернулся в спальню и снял с жены проклятый ошейник, Сверр полагал, что Альда спит. Её слова стали для него полной неожиданностью, как и то, что супруга не спала. Все обвинения имели право на существование, и владыка не стал оправдываться. Наткнувшись на полную тишину её мыслей, мужчина не сразу сообразил, чего именно потребовала жена, но в данный момент настаивать на обратном было бы неправильно. Даже не читая мыслей, несложно догадаться о том, что все высказанное продиктовано шоком и яростью. Как теперь преодолеть эту пропасть и наладить дальнейшую жизнь, Сверр не знал. Да и спросить было не у кого.

Вскочив на ноги, владыка направился к тому, кто следовал за его женой по пятам. Рахсел нашелся в своей комнате, глядящим в потолок.

– Владыка, – тут же подскочил воин, но осел назад, заметив пренебрежительный взмах рукой Сверра.

– Я пришел не как твой повелитель, а друг, – устало произнес он. – Как ты?

– Физически – хорошо, а вот морально – не очень, – не кривя душой, печально отозвался мужчина. – Проклятое нападение стало для меня сюрпризом, и я с позором провалил доверенную миссию.

– Ты сохранил ей жизнь, – напомнил Сверр, усаживаясь в кресло напротив него.

– Это заслуга гуархов, – признался мужчина. – Они отдали свои жизни, защищая госпожу, а я лишь задержал их до вашего прибытия. И то – не всех. Лест, скотина, остался в стороне. Мне надо было догадаться, что Кунна выкинет что-то подобное!

– Хватит, – отмахнулся владыка. – Если я начну перечислять, где совершил ошибку – мы тут застрянем до утра.

– Как она? – тихо спросил Рахсел.

– Сам не хочешь спросить? – спокойно уточнил мужчина.

– Боюсь, что ваша супруга одним взглядом способна прожечь во мне дыру, – мрачно произнес воин. – Да и не готов я посмотреть в глаза госпоже. Надеюсь, Мансог справится лучше меня на этом посту.

– Я доверяю тебе больше, – возразил Сверр. – Приводи себя в порядок и возвращайся к порученным обязанностям. Я это говорю, как твой владыка.

– Хорошо, – нехотя отозвался телохранитель, почесав косматую макушку.

– Альда сейчас подавлена, – вдруг произнес повелитель, решившись на откровенный разговор. – Я ума не приложу, как её взбодрить.

– Нужно время, – с сомнением высказался Рахсел. – Такое не сразу забудешь. Может позже случится что-то хорошее и госпожа повеселеет.

– Что она любит больше всего? – неожиданно даже для себя спросил Сверр. – Ты провел с ней столько времени, кто, как не ты, должен знать.

– Ваша супруга обожает раздавать поручения и приказы, – иронично хмыкнул телохранитель. – Мне иногда казалось, что если кто-то будет бездельничать при ней, то госпожу хватит удар.

Печально хмыкнув, владыка тяжко вздохнул и задумался сам. Что он знает о своей жене, что даже такой простой вопрос поверг его в тупик?

– К сожалению, я в этом вам не помощник, – тихо ответил Рахсел, пожав плечами и продолжая раздумывать о том, что же нравится Альде Даркрастианской. – Может что-то красивое? Кажется, когда осматривали хранилище, ей приглянулся рейск, правда она его велела отдать Виралу. Потом из него ей наряды нашили, ну и вам, и всем остальным тоже.

Постепенно воин вспоминал, что понравилось в хранилищах его госпоже, но тут же добавлял, куда она направила свои находки. Кожи – портному и сапожнику, специи – повару и в храмы, мебель – для нужд дворца, а серебряные пластины – для украшения белого зала. Поняв, что ничего таким образом не добьётся, Сверр оставил друга, приказав ему прекратить прятаться от владычицы и вернуться на службу.

Обед мужчина распорядился накрыть в белом зале, желая провести время наедине с супругой. Альда спокойно уселась напротив него и молча поглощала приготовленные Соуром яства. Очевидно, что повар желал угодить хозяйке и стол почти ломился от угощений. Сидя напротив неё, Сверр терпеливо ждал, когда супруга произнесет хоть слово. Или пустит его в свои мысли.

– Прекрати сверлить меня, – ровно попросила Альда, глядя в свою тарелку.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо поинтересовался владыка, принимаясь за еду.

– Примерно так, как выгляжу, – с оттенком злой иронии отозвалась супруга. – Как жертва нападения в собственном доме.

– Я приношу свои…

– Мне от этих извинений ни горячо, ни холодно, – прервала его хозяйка зала. – Я уже сказала, чего хочу.

– Серьезно? – изумился Сверр.

– Максимально, – безэмоционально ответила повелительница Даркраста.

– И как это будет выглядеть? – язвительно уточнил мужчина, хмуро воззрившись на неё.

– Как и всегда на этих скалах, – чуть приподняв одну бровку, парировала Альда. – После приема мы зачнем наследника, я рожу и дворец вновь примет гостей по этому поводу, а после оставлю ребенка на твое попечение и займусь делами храмов, как главная жрица. Мы сохраним необходимое общение, но как супруги уже не будем связаны.

– А если я откажу тебе? – мрачно спросил Сверр, пристально глядя на жену.

– В таком случае я отменю прием и Даркраст будет опозорен на десятки циклов, а мечты об империи так и останутся мечтами, – тут же произнесла она свою угрозу.

– Что помешает мне изменить ситуацию после приема? – печально усмехнулся мужчина.

– Слово чести, – твердо высказалась владычица. – Кто угодно может нарушить клятву, но не император. Если, конечно, он истинный правитель.

– Альда…

– За все, что уже сделано для тебя и твоих людей, я получила лишь препирательства на каждом шагу и нож в спину, – горько произнесла она. – А предстоит еще немало, и за это все я прошу лишь одного – свободы.

– Ты сможешь оставить своего ребенка? – тихо поинтересовался Сверр, приводя последний аргумент.

– Каждая женщина, что рожает мальчика на этих скалах, сталкивается с этим, – напомнила ему супруга. – И я ничем не отличаюсь от сотен матерей. Их ведь тебе не жаль?

– С чего ты так решила? – спросил владыка, начиная злиться.

– Если бы все было иначе, ты бы покончил с этим и нашел решение проблемы, – пожав плечами, неуверенно отозвалась Альда и внезапно твердо посмотрела в глаза Сверру. – Что ты решил? Я еще могу отменить прием в переписке, куда более неудобно будет разворачивать на орбите прилетевшие корабли.

– Если ты так желаешь, то я согласен, – процедил мужчина.

– Мне нужна нерушимая клятва правителя Даркраста, – уверенно добавила владычица.

– Она у тебя есть, – рявкнул Сверр, сверкнув глазами.

Обед не задался, и мужчина покинул трапезу, не доев и половины. Мозги кипели от возмущения и того, как легко супруга загнала его в тупик, вытребовав желаемое. Сидя на троне и задумчиво разглядывая через весь зал Альду, спокойно восседающую на своей скамье, владыка гадал, как ему поступить. Что могло бы заставить её желать остаться с ним? Пока он размышлял над этой задачкой, коммуникатор принял сообщение от корабля на орбите. Неожиданно прибыли два челнока: один с Центральной станции, а второй, что более неожиданно, с Фарогоса. Отправив разрешение на стыковку, Сверр не удивился сундукам для Альды от короля Эрнесто Гавиртрана, а вот посылка и сообщение от Анастасии Кохилас его заинтересовали. Прочитав последнее, владыка со вздохом направился к белому залу.

* * *

Все казалось каким-то нереальным. Женщина с трудом понимала, как ей теперь себя вести. Глядя на собравшихся вокруг служанок, владычица не могла довериться ни одной из них, при этом Альда точно знала, что они остались верны ей. Подняв глаза от инфоблока, который нашелся недавно в одном из сундуков, принцесса со вздохом заметила мужа, который медленно шагал к ней, поднимаясь по лестнице.

– Могу я оторвать тебя от дел?

– Конечно, – кивнула хозяйка зала, дав понять девушкам, что желает приватности.

– Хотел сообщить, что выполнил твое поручение и добыл «нечто особенное» для гостей, – с сомнением начал Сверр, оглядываясь по сторонам.

– Что именно? – насмешливо уточнила Альда, поняв, что владыке нет места в этом женском мире, и поднялась на ноги, направившись к мягким кушеткам по правую руку от себя.

– Голограмму Заповедника, – достаточно самодовольно произнес мужчина, шагая следом за ней.

Узнав изумительную новость, принцесса замерла и медленно обернулась к нему, желая уточнить, не послышалось ли ей. Заметив её реакцию, владыка усмехнулся и уселся поудобнее в единственное глубокое кресло.

– Правда, вышло недоразумение, – тут же кисло добавил Сверр, пока она располагалась напротив него. – Мне по ошибке отдали другую голограмму, а нужная только что прибыла на орбиту. В целом, ничего страшного, но вот сообщение от владелицы Заповедника гласит, что нам достался редчайший экземпляр голограммы чего-то под названием «балет». Что это – я понятия не имею, но отныне мы им владеем. Также госпожа Кохилас просит не распространять запись за пределы Даркраста и считать это подарком.

– Балет? – с сомнением переспросила владычица. – Что это?

– Узнаем, когда посмотрим, – хмыкнул хозяин дворца, кивнув одному из стражи, который принес небольшой куб. – Панорамы Заповедника обширны и работают от целой сети голографов. Видимо этот балет тоже штука объемная.

Покупка была оформлена в простой пластиковый ящик, содержащий три десятка мелких проекторов, которые необходимо расставить в достаточно просторном помещении и включить одновременно. Альда уже подумала, что расположит небольшие станции на парящих камнях, которые заполнят весь тронный зал, и погрузит гостей в красоты далекой планеты. Сама принцесса еще ни разу не видела знаменитый Заповедник, но слухи бродили просто фантастические.

– Что ж, посмотрим, – вздохнула женщина, втайне надеявшаяся, что ошибка оказалась удачной для Даркраста.

– Но пришел я по другой причине, – загадочно произнес Сверр. – Во время Заседания Парламента мне довелось познакомиться с твоим бывшим свекром – королем Фарогоса. Весьма запоминающаяся была встреча.

– И? – недоуменно спросила Альда.

– Он в этот момент дрался с твоим отцом, – иронично хмыкнул владыка.

– Ты уверен, что это был дон Эрнесто? – удивленно уточнила принцесса. – Я не помню, чтобы он увлекался боевыми искусствами.

– Ну, «дрался» это я, конечно, преувеличил, – скептично улыбнувшись, признался Сверр. – Скорее, махал руками и толкался, но я вовремя вмешался, ибо они уже катались по полу.

– О, Боги, – покачала головой женщина, ярко представив картину, где два короля вели себя как невоспитанные дети.

– Так вот, я плавно подхожу к цели своего визита, – продолжил владыка, расширив глаза. – После этого весьма веселого знакомства король Фарогоса припер меня к стенке в коридоре и заявил, что хочет видеть тебя. Я сообщил ему, что если ты пожелаешь – у него будет такая возможность.

– Что? – удивленно нахмурилась Альда.

– Он прислал тебе подарки и явно планирует общаться, – мягко произнес Сверр. – Если желаешь, их сейчас же доставят сюда, а нет – отошлют обратно.

– Пусть пришлют, – кивнула принцесса. – Дон Эрнесто всегда хорошо ко мне относился, не думаю, что он прислал что-то ужасное.

– Отлично, – вздохнул владыка, поднимаясь на ноги. – Голограмму Заповедника так же доставят сразу к тебе. Надо проверить, как все работает, и узнай, что такое «балет». Видимо, не очень ценное, раз Кохиласы не пожелали это вернуть.

Час спустя хозяйке дворца принесли восемь увесистых сундуков с цифровой королевской печатью династии Гавиртран и еще один куб с Центральной станции. Велев девушкам разместить проекторы на парящих площадках, чтобы проверить, все ли работает, Альда взяла в руки прилагающееся к подаркам послание. Оно внезапно начиналось со слова «дочка». Увидев это обращение, женщина отвела взгляд, задышав тяжелее. Дон Эрнесто всегда так называл ее, и это простое слово на мгновение вернуло принцессу в прошлое. Собравшись с силами, владычица Даркраста прочла письмо бывшего свекра.

«Дочка, знаю, что, возможно, у меня нет права писать тебе и я последний, от кого бы ты хотела получить весточку, но прошу, выслушай меня. Хотя бы один раз. Если все вернется обратно, я пойму, что ты не простила меня.

Совсем недавно я узнал от твоего отца, что ты стала королевой какого-то Даркраста. Где это, представляю с трудом, но понимаю, что безумно далеко. Не такой судьбы я хотел для тебя. Мне казалось, что как минимум ты проведешь пару циклов на Вако. Хочешь – верь, хочешь – не верь, а я планировал подыскать тебе мужа поблизости от Фарогоса. Но Телиус все перевернул, и ты оказалась там, где сейчас читаешь мое письмо.

Я видел твоего мужа и не в восторге от него. Потом прочитал о его планете и возмущен еще больше, чем раньше! Позволь мне приехать и убедиться лично, что ты в порядке. Чтобы продемонстрировать свое хорошее отношение, отдаю золото, которое было приданным с Вако. Не желаю пополнять казну твоего мужа, так что я приказал изготовить украшения для тебя. Так же там найдешь личный подарок от меня.

P.S. Что бы ты ни думала обо мне, я всегда буду считать тебя своей дочерью».

Это письмо разбередило улегшиеся на дно души чувства к единственному человеку, который поддерживал её на протяжении тридцати циклов и был настоящим отцом. Даже сейчас, когда Альда вышла замуж едва ли не на другой конец галактики, дон Эрнесто нашел способ передать ей весточку. Родной отец подобным не озаботился, забыв о дочери, как только Сверр покинул Вако.

– Открой сундуки, – тихо произнесла принцесса стоящей рядом Аманите.

Воспользовавшись личной печатью госпожи, служанка отперла цифровые замки и откинула крышки. Внутри, как и писал король Фарогоса, находилось золото, когда-то ставшее её приданным, только теперь оно было в виде украшений, на удивление подходивших ей по размеру. Массивные цепи, броши, кольца, серьги, браслеты и прочие предметы ювелирного искусства находились в беспорядке, сложенные как придется. Были там и тиары, составлявшие ежедневный гардероб женщины из правящей династии. Последним оказался сундук, наполненный огранёнными камнями всевозможных цветов. Эти драгоценные минералы ослепляли блеском и игрой света в темном Даркрасте, но Альда и все присутствующие ахнули от другого – корона, из цельного бриллианта, лежала на белой подушке поверх всех остальных камней. Тонкое основание и острые высокие шпили по всей окружности украшали творение ювелиров. Немыслимое богатство, стоившее целое состояние. Для принцессы этот дар был особо значимым, ибо подобную корону она носила, сидя на троне Фарогоса.

Король без слов говорил, что она все еще часть семьи. Не раз она слышала от дона Эрнесто, что, если бы у него была дочь, она бы получила в приданное такую корону.

– О, богиня! – тихо шептались девушки, заглядывая в сундук с драгоценным подарком. – Какая красота.

– Это подарок от дорогого мне человека, – тихо пояснила Альда, когда вопрошающих взглядов стало слишком много. – Посмотрим, будет ли она мне в пору.

Бриллиант, превращенный в корону, идеально сел на голову принцессы. Окаймление из собственных кос удерживало драгоценности на месте, придавая хозяйке дворца истинно царский вид, а черное платье лишь дополняло властный образ.

– Судя по вашим лицам – я выгляжу как и положено будущей императрице, – с мрачноватой иронией прокомментировала владычица всеобщий восторг и изумление.

– Очень, – выдавила из себя Аманита, стоящая ближе всех.

– Передайте Туалу, что рядом с туалетным столиком во владыческих покоях необходимо соорудить хранилище для всех этих украшений, – сразу же распорядилась Альда, чувствуя вес короны. – Вам же задание: разобрать каждый из сундуков, чтобы с должным почтением найти пару к каждому изделию. Позже все перенесем на выделенные места. А после ужина мы увидим знаменитый Заповедник Кохиласов. Кто-нибудь что-нибудь о нем слышал?

Вечерняя трапеза прошла в волнении и трепете. По дворцу разнесли новость, что Даркраст заполучил голограмму Земли, планеты, окутанной почти мифическими слухами. Будто воды там так много, что в ней даже обитают животные. Что растений там без счета и деревья растут просто так.

Пройдя по тронному плато к своему месту по правую руку от Сверра, Альда чувствовала восхищенные взгляды придворных, обращенные, конечно же, на уникальную корону на голове владычицы. Сам же повелитель Даркраста с сомнением разглядывал обновку.

– Нужно ли мне размышлять, зачем правитель Фарогоса преподнёс тебе столь дорогой подарок?

– Ну кто-то же должен был это сделать, раз ты не надеваешь мне корону на голову, – скептично приподняв бровку, парировала принцесса.

Взглянув на толпы мужчин за столами, хозяйка дворца тихо спросила:

– У нас какой-то праздник?

– Да, – хмыкнул Сверр, принимаясь за еду. – Кто-то рассказал про голограмму Заповедника, и у кучи народа вдруг появились срочные дела во дворце. И вообще мне сообщили, что с каждым днем у нас все больше гостей, привлеченных кулинарными победами Соура.

Едва ужин был окончен, Альда с улыбкой наблюдала, как мужчины толпятся без дела, курсируя по тронному плато. Решив прекратить эти мучения, владычица велела всем занять места на парящих площадках в белом зале, освободив для представления остальной дворец. Главная чета расположилась по центру над лестницей, на которой расселись девушки. Весь дворец погрузился во тьму и тишину, когда лучи голограммы осветили стены.

Первое, что увидели даркрастиане, было роскошное звездное небо. Всеобщий вздох прокатился среди тех, кто никогда не видел такой картины. Едва все успели охватить панораму, как камеры сместились и поплыли дальше, раскрывая изумительные виды далекой планеты. Деревья, словно нечто обыденное, росли сплошным ковром, будто просто харагрутос! Высокие, раскидистые и стройные, всевозможных цветов! Зеленые, желтые, красные! Альда в восхищении застыла, разглядывая это чудо. Принцесса даже не подозревала о подобном, полагая, что деревья бывают только одного вида.

Тем временем голограмма пролетела дальше и перед всеми присутствующими раскрылась новая картина. Вода! Безумное количество священной жидкости спокойно текло куда-то прямо по поверхности невозможной планеты. Белые скалы, выступающие из воды, горы, покрытые редчайшими растениями, и цветы. Столько и таких видов, что хозяйка дворца заморгала от неожиданности. Разбираясь в тонких ароматах, Альда горько сожалела, что не может вдохнуть несомненно изумительные запахи такой природы. Камеры летели над поверхностью планеты, раскрывая всё более фантастические виды. Растения, которым, наверное, нет числа, различные животные, флегматично шагающие и не обращающие внимания на то, что их фиксировали на голограф, и, конечно же, вода. Её было столько, что дух захватывало. Заканчивалась почти трехчасовая экскурсия общим видом Заповедника, состоящего сплошь из синего и зеленого изобилия.

Когда погасли огни, всеобщее ошеломление охватило даркрастиан. Многие не верили голограмме, считая её иллюзией. Потребовалось вмешательство владыки, который громко объявил, что лично посетил часть Заповедника на Центральной станции, называемую Садом. Участок настолько обширный, что там создана собственная атмосфера, чтобы обеспечить благоприятную среду для растений. Там растут огромные деревья, вывезенные с Заповедника. Сверр также рассказал, что Кохиласы установили строжайшие правила для тех, кто посещает Землю, и берут баснословную цену с посетителей. Все согласились, что имея такую планету, они бы поступили аналогично.

Растерянные от увиденного, мужчины медленно расходились, пока шокированные девушки тихо переговаривались между собой, делясь впечатлениями. Альда, как и все, была поражена в самое сердце тем, что где-то во Вселенной может быть такое чудо. Слов, чтобы описать свой восторг, у женщины не нашлось. Лишь Сверр пристально наблюдал за супругой, спросив в конце концов:

– Понравилось?

– Даже больше, чем ожидала, – простодушно отозвалась владычица.

– Хочешь посмотреть вживую? – вкрадчиво и тихо уточнил супруг.

– Что? – удивленно переспросила принцесса.

– Заповедник не обещаю, а вот Сад на Центральной станции мы посетим, – спокойно ответил он. – Когда-нибудь.

Глава 22

В последние дни апатия захватила Альду. Дворец был практически готов, только владыка приказал что-то изменить в белом зале, от чего принцесса больше времени обитала в покоях, заботясь об осиротевших малышах гуархов. Девушки суетились рядом, разгребая подарки дона Эрнесто и расставляя парюры на полки. Туал спешно организовал стеллажи в её будуаре, куда весьма эффектно поместили украшения. Просторные покои позволяли следить за работой служанок, не покидая ложа, где владычица увлеклась чтением инфоблоков о растениеводстве. Тут же на постели возились щенки, сыто кряхтя после кормежки. Осмотрев приплод, Сверр сообщил, что единственной самкой оказалась именно беленькая малышка, которая стала любимицей Альды и сейчас сладко сопела на груди принцессы, отказываясь спать с братьями. Черненькие крепыши шумной гурьбой расположились в ногах постели, согревая друг друга.

– Аманита, что там делает ваш владыка? И когда этот грохот закончится? – спросила хозяйка, устав от неизвестности.

– Недавно мы видели, как пробивали заднюю стену в белом зале, госпожа, – быстро отозвалась служанка, отрываясь от руководства девушками. – А сегодня заносили мрамор для укладки полов.

– Будет дополнительная площадка? – недоуменно поинтересовалась Альда, не понимая, что происходит.

– Очевидно, да, – закивала Аманита.

Когда она разговаривала с инженерами и строителями из местных мастеров, все в один голос утверждали, что белый зал максимально утоплен в породу и больше увеличить его нет возможности. Принцесса сделала ставку на объем и высоту, а как только Сверр взялся за переделку, так оказывается можно что-то там расширять. Чем именно владыка там занимался, хозяйка дворца решила не уточнять, самоустранившись после памятного вечера с голограммой Заповедника. Она выполнила все, что требовалось для королевского приема, и осталось лишь дождаться гостей.

Размышляя над последним приглашением, которое отравила несколько дней назад, владычица прикидывала, как воспримется присутствие короля Фарогоса на официальном ужине. Позвать дона Эрнесто было импульсивным порывом, и теперь Альда надеялась, что бывший свекор дипломатично откажет, предложив встретиться в другой раз. Следующий вопрос, который волновал хозяйку, состоял в количестве гостей. Согласившихся посетить далекий Даркраст оказалось больше, чем предполагала принцесса, и это тревожило. Даже Сэрна пожелала прилететь, что было удивительным, ибо они с младшей сестрой взаимно не жаловали друг друга.

В королевской семье Вако царили прохладные отношения, и, даже имея отца, брата и сестру, Альда всегда чувствовала себя одинокой. Как старший ребенок, она помнила маму, а после рождения близнецов – брата и сестры – королева трагически погибла. Не сразу, но достаточно быстро. Нилаима была прекрасной матерью и по-настоящему царственной особой, к идеалу которой Альда всегда стремилась. Быть доброй, милосердной и заботливой не только для своих детей, но и для каждого подданного – королева Вако была в этом лучшей. Спустя столько циклов они с сестрой впервые встретятся, и каким будет это событие – никто не сможет предугадать. На Фарогосе Сэрна проявила себя не слишком любящей родственницей, а на Гелиос старшая из принцесс Вако лететь отказалась, мотивируя это удаленностью планеты. Сестра дважды стала матерью, но на эти радостные события Альду не приглашали. Позже, правда, по неизвестным причинам Гелиос лишился обоих наследников. Королевский дом Фарогоса в числе первых принес соболезнования, и на этом общение сестер прекратилось. И вот, Сэрна летит на Даркраст, чтобы что? Приподнять брови, осматривая скалы и белый зал? Вряд ли королева Гелиоса испытывает теплые чувства к старшей сестре. Скорее всего, ужин превратится в непрерывный поток сарказма.

Еще одной гостьей Даркраста станет их с Сэрной тетка – Кахини. Весьма властная дамочка с язвительной манерой общения, хотя к Альде всегда относилась хорошо. При жизни королевы Вако, тетушка была частой гостьей и поддерживала тесные связи, но после трагического события она больше не прилетала. Принцесса волновалась, что бывший свекор все же явится на зов и это будет катастрофой, ибо дон Эрнесто и Кахини терпеть друг друга не могли.

В целом, приглашенные в той или иной степени были друг другу родственниками, и ужин мог пройти легко и не принужденно, а мог и наоборот обернуться склокой. Чтобы не разыгралась драма, нужно умело отвлечь внимание семьи от давних распрей и занять чем-то другим. Вот тут-то голограмма Заповедника сыграет важную роль. Рассматривая список подтвержденных гостей, Альда надеялась, что до драки не дойдет.

Еще два дня понадобилось Сверру, чтобы закончить внезапные перепланировки в белом зале. Принцесса порядком устала сидеть без дела, но отлично отдохнула за чтением и возней с малышами. Решив в будущем оставить их в покоях, хозяйка распорядилась организовать для животных удобную лежанку, чтобы малыши не разбредались по дворцу. Женщина волновалась, что щенки могут упасть в пропасть, бегая без присмотра по лестнице или переходам.

Когда же Сверр наконец-то объявил, что готов показать супруге полученный результат, Альда по привычке схватила беленькую малышку и отправилась на зов. Со стороны плато всё казалось обычным и особых изменений не ощущалось, но стоило принцессе подняться по лестнице, как стена слева от её скамьи явила проход куда-то вглубь. К изумлению женщины с порога нового проема открывался фантастический вид на огромное пространство, заполненное до краев зелеными растениями. Широкая мраморная дорожка вела к круглой площадке, на которой уже расположились мягкие скамьи и кресло, ранее занимавшие место в обеденной зоне белого зала.

Но самое большое удивление вызывал свет, лившийся откуда-то сверху. Это были не искусственные фонари, в изобилии освещавшие тронный зал и остальной дворец, а самый настоящий дневной свет от ближайшей звезды. Тонкие лучи прорезали пространство пещеры и оседали на сотне зеленых листочков. Увиденное заставило Альду открыть рот от удивления и восхищения. Когда прошел первый шок, принцесса с изумлением услышала журчание воды, где-то в глубине этого нового мира Даркраста.

Владыка стоял посередине облагороженной площадки, ожидая, пока она присоединится к нему. Медленно шагая навстречу мужу, хозяйка дворца разглядывала роскошную зелень. Всё, кроме мраморной площадки, мебели и дорожки к ним, казалось диким и естественным.

– Нравится? – мягко спросил Сверр, когда Альда все же дошла к нему.

– Хм… Откуда на Даркрасте фауна? – с сомнением спросила принцесса, шокировано усаживаясь на широкую кушетку.

– Это кислородная камера, которая дает воздух, – пожал плечами владыка. – Их достаточно много распределено по трем планетам, чтобы не испытывать дефицита в ресурсе, но по закону они должны быть законсервированы и не используются вот так. Эти стены пронизаны трубами, которые подают пригодный для дыхания воздух в город, а теперь вот и дворец получил расширенный доступ.

– Никогда не думала, что они выглядят так…

– Искусственный воздух при нашей гравитации тяжеловат, так что мой отец решил вопрос радикально, – пожал плечами Сверр. – Естественные источники кислорода всегда лучше и в далекой перспективе благоприятнее для организма.

Сидя в этой пещере, Альда чувствовала себя словно перенеслась на другую планету. Свет, льющийся сверху, поражал не меньше, хотя самого потолка принцесса не видела, настолько высоко он был расположен. Подставив лицо под дневные звездные лучи, она наслаждалась нежным теплом, поражаясь тому, как соскучилась по этому простому действу.

– Потолок здесь очень близко расположен к поверхности и испещрён кимберлитовыми трубками, – продолжил говорить мужчина, усевшись на одну скамью с Альдой. – Если бы они были прозрачными, то стали бы драгоценными камнями, но, к сожалению, они мутные и ничего не стоят, зато пропускают достаточно звездного света, чтобы обеспечить фотосинтез, необходимый для производства кислорода.

Тишина, которая вдруг образовалась после этих слов, заставила принцессу открыть глаза и взглянуть на мужа. Сверр молча смотрел на неё и явно ждал реакции на этот, безусловно, щедрый дар.

– Очень красиво, – сглотнув ком в горле, ответила она.

– Заметил, что тебе понравилась голограмма, и решил проверить – могу ли организовать что-то подобное у нас, – пожал плечами владыка.

– А если бы тут не оказалось так прекрасно? – приподняв брови, спросила Альда с улыбкой.

– Замуровал бы все обратно, – мягко хмыкнул Сверр, тоже любуясь новым пространством.

– Почему? – тихо спросила принцесса и, дождавшись вопросительного взгляда супруга, уточнила. – Почему ты решил открыть её?

– Ты сказала, что я не дарю тебе украшений, – иронично произнес мужчина. – Бриллиантовую корону вряд ли что-то затмит. Так что решил, что такой подарок будет достойным императрицы. Тем более, ты заслужила гораздо большего.

В этот момент беленькая малышка, все время спавшая на руках хозяйки, потешно зевнула и залилась звонким скулением, гулко отразившимся где-то вверху.

– Да, здесь ужасное эхо, – хмыкнул Сверр, забирая щенка из рук жены. – Обживайся и владей. Можешь проложить еще дорожек, если хочешь, но прошу, не злоупотребляй. Зеленый зал не для всех, а лишь для тебя.

С этими словами владыка поцеловал животинку в лоб, отдавая Альде, и покинул пещеру, оставляя супругу в восхищении новым миром императорского дворца. «Что ж, надо признать: Даркраст умеет удивить и ошеломить даже тех, кто давно живет на этих скалах» – подумала принцесса, разглядывая сочную зелень и наслаждаясь лучами тепла и света. Вошедшие служанки столпились у входа, когда их призвала хозяйка. Девушки вертели головами и охали от представшей картины.

– Ой! Как красиво!

– И вода где-то течет!

После осмотра, оказалось, что в глубине пещеры расположен искусственный пруд, насыщавший раскидистые корни растений влагой. Добраться туда, не испачкав обуви, не смог никто, так что было решено проложить еще одну дорожку по радиусу основной площадки с возможностью посетить водное чудо. Работа закипела в тот же день, ибо Альда хотела закончить все приготовления до приема. Когда мастера практически отчитались о выполнении приказа, Сверр срочно призвал супругу к себе.

– Что случилось? – настороженно уточнила принцесса, поднимаясь на тронный помост.

– У нас гость, – тихо отозвался владыка, указывая пальцем на потолок с которого уже спускалась транспортная платформа.

Недоуменно нахмурив брови, хозяйка дворца тут же стерла с лица лишние эмоции и поправила несуществующие складки темно-красного закрытого наряда, обрадовавшись, что надела изысканную корону, которая стала единственным украшением на сегодня. Высоко заплетенные волосы дополнили образ правительницы трех планет.

– Ужин будет только через несколько дней, – удивилась Альда, присаживаясь на свое кресло подле мужа.

– А короля Фарогоса видимо это не волнует, – хмыкнул мужчина, отсылая от помоста многочисленных помощников. – Ты пригласила его?

– Надеясь, что он откажется, – добавила женщина, не зная, как реагировать на столь скорый визит бывшего свекра. – О, Боги, я его не ждала.

– Ну, мы всегда можем выставить его за дверь, – иронично высказался Сверр, поднимаясь на ноги, когда дон Эрнесто уже приближался к ним, а Туал громко объявил о госте. – Добро пожаловать на Даркраст!

– Премного благодарен за любезное приглашение, – звонко отозвался король Фарогоса, разглядывая владыческую чету и Альду в частности. – Я спешил как мог, чтобы успеть вовремя.

– Мы так и поняли, – весело произнес хозяин дворца. – Вы прибыли раньше назначенного срока.

– Ну, собственно я так и планировал, – в тон ему ответил гость.

– Здравствуйте, дон Эрнесто, – с волнением произнесла Альда, не в силах больше молчать.

– Здравствуй, дорогая, – мягко отозвался бывший родственник. – Ты, наверное, удивлена моим приездом?

– Отнюдь, ведь я лично вас пригласила, – с улыбкой произнесла принцесса, спускаясь к нему навстречу.

– Вижу, мой подарок пришелся тебе в пору, – произнес король другой планеты, взглянув на голову владычицы.

– Да, он не мог не запасть в душу, – кивнула хозяйка дома.

– Я надеюсь, приютите старика до официального приема? – уже громче спросил дон Эрнесто, глядя на Сверра.

– Безусловно, мы всегда рады гостям Даркраста, – благодушно отозвался владыка.

Поговорив о долгой дороге и последних новостях с Заседания Парламента, нежданный гость вдруг произнес:

– Если позволите, я бы хотел побеседовать с дочкой. Последняя наша встреча вышла не слишком радостной.

– Полагаю, вам есть что обсудить наедине, – кивнул владыка, отпуская короля со своей супругой.

– Пройдемте, – взмахнула она рукой, приглашая бывшего свекра за собой.

Удивление правителя Фарогоса было слишком заметно, когда он обернулся и увидел выступающие белые арки с громадными колоннами позади себя. Поднимаясь по парящей лестнице, дон Эрнесто не уставал изумляться. Осматривая женские владения, он одобрительно кивал, а разглядывая серебристый в ромбиках потолок восхищенно прицокивал. Когда же Альда провела его в зеленые просторы, король Фарогоса застыл в шоке и не сразу смог произнести:

– Ну, надо же!

– Прошу вас, дон Эрнесто, – мягко пригласила принцесса, хотя сама все так же восторженно реагировала на новые владения.

Усадив гостя на площадке, хозяйка дворца распорядилась о напитках и сервировке ужина в приватной части белого зала.

– Как ты? Я не мог не приехать, чтобы лично убедиться, что ты жива и здорова, – тут же начал король.

– Как видите, все в порядке, – произнесла Альда, заметив искреннее беспокойство в глазах такого родного мужчины. – Сверр рассказал мне о вашей встрече на Заседании Парламента.

– Я не горжусь собой, но Телиус сам виноват, – отмахнулся дон Эрнесто, продолжая разглядывать зелень вокруг них. – Кстати, он прилетит?

– Нет, – покачала головой принцесса, нахмурившись. – У него случилось что-то важное.

– Что ж, не удивлен, – пренебрежительно отозвался гость.

– Как ваши дела? – спросила она и с оттенком злой иронии добавила. – Вас можно поздравить с новым удачным союзом?

– Как сказать, – кисло ответил дон Эрнесто, не став юлить и делать вид, что не понял, о чем речь.

– Надеюсь, Эриал усвоил уроки нашего брака? – с мрачноватой улыбкой поинтересовалась Альда.

– Да, но в ближайшей перспективе заполучить наследника ему не грозит, – невесело отозвался правитель Фарогоса, отпивая принесенный напиток.

Пока Аманита расставляла кувшин и легкие закуски, разговор прервался, но едва девушка покинула их, принцесса спросила:

– Разве все случившееся не должно было помочь вам стать дедом?

– Да, таков был изначальный план, – разочарованно ответил гость. – Но все пошло не так, как я хотел.

Заинтересованный и пристальный взгляд хозяйки дворца сверлил бывшего родственника, без слов намекая развить эту тему, но мужчина вдруг захотел пить и утолял жажду чуточку дольше обычного.

– Дон Эрнесто, как непосредственный участник вашей брачной рокировки, мне бы хотелось узнать: счастливы ли вы от полученного результата? – насмешливо произнесла Альда, безошибочно поняв суть проблемы.

– Нет, – кисло признался гость, отставив наконец-то стакан на столик. – Я еще не скоро стану дедом, если ты это хотела узнать.

– Отчего же ваш план обернулся таким фиаско? – продолжила с улыбкой допрашивать его хозяйка роскошных апартаментов, протягивая изысканные закуски, в которых так преуспел придворный повар.

– От того, что нам подсунули ребенка вместо взрослой женщины, – язвительно отозвался дон Эрнесто, явно разочарованный этим событием.

– Что? – искренне удивилась принцесса, нахмурив брови.

– Данная информация не для всех, – тихо произнес король, надеясь на приватный разговор. – Император Элкастора каким-то образом стал отцом на старости лет и спешил изо всех сил выдать дочурку замуж, чтобы заполучить второго сына для своей династии. Чтобы обойти закон, он уложил её в медкапсулу и на выходе получил вполне взрослую женщину с уровнем развития от силы в десять циклов. Когда она достала куклу, сидя на троне – я сразу догадался, что что-то тут нечисто. И не прогадал.

– Кто-нибудь еще знает об этом? – доверительно уточнила Альда, понимая, что наказать могут обе стороны, и, получив отрицательное покачивание головы, откинулась на спинку скамьи. – Что планируете делать?

– Скрывать её, – недовольно вздохнул гость. – Растить и учить уму-разуму.

– Если об этом станет известно, Фарогос пострадает, – обеспокоенно произнесла принцесса.

– К сожалению, мы уже не можем расторгнуть этот союз, – вздохнул дон Эрнесто. – Её отец настоял на консумации брака на территории Элкастора, а я велел Эриалу без жены не возвращаться.

– И ваш сын впервые выполнил требование? – с ироничной улыбкой уточнила хозяйка.

– Да, – кисло отозвался гость, поджав губы.

– Сочувствую вам, хотя в финансовом плане Фарогос только выиграл, – лаконично парировала Альда, глядя на раздосадованного мужчину.

– Плюсы тоже есть, – согласно кивнул король. – Мы стали богаче, хоть в династии Гавиртран прибавление будет не скоро. Сама понимаешь, мать должна подрасти, чтобы родить здоровое дитя. Пока она играет в прятки по дворцу, о каком потомстве может идти речь?

– Сожалеете? – вдруг насмешливо спросила принцесса, задав главный вопрос.

– В целом – нет, – пожал плечами мужчина и тут же пристально взглянул на неё. – Если только об одном – что с тобой все так получилось.

– Ну, я в истории Фарогоса не самая невинная из действующих лиц, – усмехнулась Альда, давая понять, что трезво оценивает свои поступки.

– И все же, придворные вспоминают тебя добрым словом, – весело отозвался дон Эрнесто. – Особенно с учетом того, что светская жизнь замерла во дворце.

– Камильсана не устраивает приемов и празднеств? – недоверчиво уточнила владычица Даркраста.

– О чем может идти речь, если принцесса в любой момент способна перевернуть собственную тарелку или разрыдаться от несуществующей обиды, – с мрачноватой иронией отозвался король о своем доме.

– Бедный Эриал, – посочувствовала женщина, не ощущая по-настоящему этого к бывшему мужу.

– Бедный Я, – веско возразил гость, расширив глаза. – Эриал занят другими делами, а супругу оставил мне на попечение.

– Ничего нового, – устало отмахнулась Альда, так же не раз остававшаяся в одиночестве.

– Скажи мне честно, дочка, – мягко произнес дон Эрнесто. – Ты в порядке?

– Не без шероховатостей, – печально хмыкнула принцесса.

– Я вижу прекрасный дворец и тебя в добром здравии, но признайся: это все – правда или только для вида? – так же доверительно спросил бывший родственник. – То, что я слышал об этом мире, – серьезно тревожило меня.

– Вы поэтому нагрянули столько неожиданно? – иронично уточнила хозяйка дома.

– Да, – не стал юлить гость и тут же добавил. – Ну, я еще подарки привез.

– Ваши прошлые дары я не успела поносить, а вы уже с новыми? – хмыкнула Альда.

– Золото всегда было твоим, – отрицательно замотал головой король. – Я лишь хотел, чтобы оно продолжало оставаться таковым, а камней для тебя мне не жаль, ты это знаешь.

– А корона? – вскинула брови принцесса, намекая на украшение на своей голове.

– У меня никогда не было дочери, и с твоим появлением я её обрел, – серьезно ответил дон Эрнесто. – Уважь старика – прими мой подарок, как от отца, без всякой задней мысли.

– Спасибо, – коротко кивнула владычица.

– Я привез то, что тебе понравится больше всего – цветы, – с облегченным вздохом произнес гость. – Столько, что меня почти приняли за контрабандиста! Что за народ?!

– Что? – весело заулыбалась Альда при виде его возмущенного выражения лица.

Таким король Фарогоса часто заходил в гостиную, рассказывая очередные новости, потрясшие его. Они могли часами рассуждать о делах и планах. Пожалуй, этот мужчина был для неё настоящей семьей. Слушая о приключениях дона Эрнесто по пути на Даркраст, принцесса на мгновение забыла о заботах и неприятностях, случившихся с ней.

Цветы, привезенные с Фарогоса, поразили многообразием, красотой и изысканными ароматами. Чтобы хоть как-то продлить им жизнь, хозяйка велела высадить растения в плодородную почву зеленой пещеры. Кислородная камера, украшенная цветами, вызывала настоящий восторг. К моменту королевского приема, весь дворец, так или иначе, посетил новые палаты хозяйки, желая насладиться истинной красотой.

В вечер перед приемом Альда наконец-то узнала, что такое «балет», и осталась под большим впечатлением. Велев расставить проекторы голографа в пещере, владычица с глубоким вздохом осела на деревянную скамью.

«Все что могла – я сделала. Теперь осталось пережить проклятый ужин».

Для встречи гостей принцесса выбрала наряд в цветах новой империи – темно-красный с золотом. Из украшений – высокую золотую корону с острыми шпилями, внезапно появившуюся на туалетном столике рано утром. Роскошное колье, закрывающее шею и декольте, тяжело улеглось на грудь владычицы, напоминая об ошейнике, но положение обязывало встречать гостей во всеоружии. Разглядывая себя в зеркальную поверхность будуара, отражавшую её в полный рост, хозяйка Даркраста отрешенно подумала, что судьба бывает такой капризной. Изгнав из одного мира, она подарила ей иной – еще более причудливый.

Глава 23

Гости прибывали на Даркраст группами, собираясь на орбите и стыкуясь с кораблем-портом. Там правители далеких миров проходили обязательный краткий осмотр и только после него могли начать спуск на поверхность. Вспоминая свой опыт, Альда не удивилась их слегка ошалелым взглядам. Владыческая чета встречала гостей у края тронного плато, любезно приветствуя прибывших, проходивших вглубь и имевших возможность пообщаться с другими родственниками. Принцесса тихо подсказывала мужу: кто есть кто из правителей, список которых они уже почти выучили наизусть, обсуждая прием.

– Какие все напыщенные, – тихо пробормотал Сверр, пока к ним плыла очередная транспортная площадка.

– Это ярмарка тщеславия, – едва слышно отозвалась хозяйка дворца, гордо держа голову и мягко улыбаясь гостям. – Добро пожаловать на Даркраст. Мы рады видеть вас.

– Боги! Это было очень шокирующе, – изумленно произнес правитель Сдагморта, обмахиваясь рукой.

– Особенности гравитационных вихрей, – лаконично вставил владыка, кивнув в знак приветствия собрату по власти.

– Даркраст должен быть исключительным сокровищем, если вы хотите часто принимать гостей в своем доме, – скептично высказался другой мужчина, стоящий в очереди на выход с левитирующей площадки.

– Так и есть, – чуть строже произнесла Альда, когда гость продвинулся к ним ближе. – Полагаю, поездка уже стала запоминающейся для вас.

– Весьма, – сбавил тон король Гутлима, кивнув Сверру, и любезно продолжил. – Рад был получить приглашение.

– И мы рады, что вы нашли время посетить нас, – доброжелательно произнес Сверр.

Гости прибывали и прибывали, встречаемые хозяевами. Тронное плато впервые наполнилось столь высокородными персонами, которые с интересом разглядывали дворец, беседуя между собой. Каждый правитель пользовался возможностью пообщаться в неформальной обстановке, налаживая контакты, или укрепить старые союзы. Последними прибыли те, кого владычица ждала с большим трепетом.

Первой сошла тетушка Кахини. Роскошное черное платье с пышными рукавами, богато расшитыми золотом, как нельзя лучше подчеркивало красоту и стать женщины. Высокую с косами прическу украшал головной убор, изготовленный из драгоценного металла и камней Хингасула, королевства, которое представляла родственница.

– Тетушка, добро пожаловать, – с улыбкой произнесла Альда, протянув руку к дорогой гостье.

– Спасибо, что не забыла старуху, – иронично отозвалась Кахини с веселым блеском в глазах. – Если бы не твое приглашение, сын устроил бы революцию, чтобы хоть ненадолго сплавить меня из дома.

– Мы рады, что вы приняли наше приглашение, – уже заученно поприветствовал Сверр.

– Посмотрим, что вы скажете, когда я соберусь улетать обратно, – скептически поддела женщина хозяина дворца.

– Боги, Кахини? Это ты? – вдруг громко раздался голос дона Эрнесто из толпы правителей.

– Что он здесь делает? – с мрачным возмущением процедила тетушка, не глядя на приближающегося короля Фарогоса.

– Прилетел в гости, – чуть растерявшись, ответила Альда.

– Этот персонаж должен быть вычеркнут из твоей жизни, – недовольно произнесла Кахини и с язвительной интонацией добавила, когда бывший свекор приблизился к ним. – Как ты посмел явиться сюда, негодяй?

– Меня пригласили, – с яркой довольной улыбкой отозвался дон Эрнесто. – А ты все так же остра на язычок, милашка.

– Давно минуло то время, когда я позволяла кому-либо себя так величать, – оскорбленно вздернула нос тетка.

– Ну, не кипятись, дорогуша, – не особенно учтиво хмыкнул дон Эрнесто, взглянув на взволнованную хозяйку дворца. – Нечего расстраивать мою дочку. Пойдем, а то ты тут уже устроила столпотворение.

Не успела матушка короля Хингасула возразить или возмутиться, как была утащена в сторону, продолжая пререкаться с бывшим родственником. Едва переведя дух, принцесса взглянула на следующую правящую чету, прибывшую из далекого Гелиоса. От шока и недоумения Альда замерла на месте и не сразу отозвалась на приветствие, произнесенное гостями.

«Боги! Как она похожа на…»

– Здравствуй, Сэрна, – тихо промолвила хозяйка дворца.

– Здравствуй, сестра, – спокойно ответила королева Гелиоса, приглашенная Сверром присоединиться к гостям.

Проходя мимо всех собравшихся гостей, владыческая чета медленно поднялась на тронную площадку.

– Мы рады всех вас приветствовать во дворце Даркраста, – громко и зычно произнес Сверр. – Благодарим за то, что смогли найти время и желание прибыть на столь отдаленные планеты. Полагаю, спуск на поверхность оказался для многих сюрпризом, но верю, что самые стойкие легко преодолели это неудобство. Предлагаю вашим прекрасным половинам проследовать за моей супругой, чтобы отдохнуть перед ужином. Позже мы присоединимся к ним.

Альда кивнула супругу и с мягкой улыбкой, направленной гостям-мужчинам, повела королев, императриц и одну царицу за собой в белый зал, а дальше – в зеленую пещеру, тут же вызвавшую всеобщих вздох восхищения. Цветы, усыпавшие пространство вокруг мраморной площадки, изумляли своей красотой и тонким ароматом. Медленно проходя по дорожке, дамы наслаждались роскошными видами и расселись на скамьях и кушетках, специально добавленных сюда для высоких гостей.

– Милая, ты не писала о таком чуде в своем приглашении, – с легкой претензией высказалась Кахини, когда принесли прохладительные напитки. – Я чуть было не пропустила это событие!

– Тогда я вдвойне рада, что вы смогли прилететь, тетушка, – мягко произнесла хозяйка дворца.

Прекрасные гостьи поражали своими нарядами и украшениями. Всевозможные цвета и оттенки наводнили бывшую кислородную камеру не хуже подарков с Фарогоса, но их объединяло одно – богатая отделка. Болтая ни о чем, каждая из дам производила впечатление на окружающих, демонстрируя богатство мужа и планеты, с которых прибыли. Королева Моназуры предстала в легком летящем наряде, мелкими складками облегающим её изящную фигуру; полупрозрачная накидка крепилась к плечам и неожиданно к широким золотым браслетам на запястьях, а императрица Рувалы сняла с головы тонкую шаль, явив изумительный голубой наряд, густо украшенный серебристой вышивкой. Супруга правителя Балтрии поразила всех роскошными волосами, заплетенными в тугие косы, спускавшиеся почти до кончиков туфель. Каждая правительница восхищала и восхищалась, выражая свое мнение, молчала только Сэрна, на которую изредка поглядывала Альда.

Разговоры женщин крутились вокруг их семей и детей. Наследники редко покидали дом во избежание нападений и иных угроз для династии, хотя трое из присутствующих готовились к материнству, что не помешало им прибыть на далекую планету. Слухи, сплетни и давние связи – вот что обсуждают королевы. И, конечно же, разглядывают наряды и украшения других, уточняя, где те приобрели гарнитуры.

– Чем ты планируешь нас развлекать? – весело уточнила Кахини, когда основной гомон разговоров прекратился, а восхищение цветами стало спадать, превращаясь в тихую зависть. – Надеюсь не боями, как на Сдагморте, или обилием стихов, как на Ливертанге. Я не в восторге ни от первого, ни от второго.

– Тетушка, – смутилась Альда, ибо правительницы обеих планет были здесь. – Как можно так говорить?

– Я могу, – смело хмыкнула родственница. – Одна – дочь, а вторая – троюродная племянница по мужу.

– Спасибо, мама, что напомнила о моем приеме, – с веселой и немного обиженной иронией отозвалась королева Сдагморта. – Больше я тебя не позову к себе.

– Когда это тетушке требовалось приглашение? – вдруг скептично вставила императрица Унакса, отпивая из бокала.

– Напомни-ка мне, это же у тебя на приеме подрались короли, желая выиграть в глупой игре? – весело парировала Кахини.

– Которую затеяли вы, кстати, – вставила королева Ливертанга, приподняв одну бровку.

– Ну, может просто все боялись, что нас вновь усыпят очередными стихами? – раздался язвительный комментарий царицы Рейно.

– Дамы, дамы, – вмешалась Альда, останавливая поток взаимных колкостей. – Сегодня вас ожидает нечто особенное. Признаться, я даже волнуюсь, как вы отреагируете на предстоящее, но ничего подобного мне ранее не приходилось встречать ни в одном из правящих домов. Надеюсь, после сегодняшнего вечера Даркраст запомнится вам в лучшем виде.

– Ну, для этого тебе надо будет очень сильно расстараться, милая, – с мягкой усмешкой ответила тетка. – Эта планета стоит на отшибе, и рядом не бурлит какая-либо жизнь. Признаться, удивлена тем, что вижу. Как и многие здесь, я прилетела не столько к тебе, сколько воспользоваться возможностью увидеть родню.

– Что ж, – с улыбкой приняла критику принцесса, кивнув в ответ. – Тогда, полагаю, я в более выигрышном положении. Вы прибыли сюда, ничего не ожидая, а улетите преисполненные красоты и изящества.

– Это трудная задача, – насмешливо вставила царица Рейно.

– Первое, что я узнала о Даркрасте, так это то, что этот мир умеет удивлять, – надменно произнесла хозяйка дворца.

В нужный момент на пороге зеленой пещеры появились мужчины. Правители не были столь красноречивы в выражении эмоций, ограничившись лишь вскинутыми бровями, но скрыть до конца удивление не могли. Каждый из гостей подошел к своей супруге, и гул разговоров вновь наполнил высокие стены бывшей кислородной камеры. Рядом с Альдой появился Сверр и тихо поинтересовался:

– Как все проходит?

– Пока в пределах ожидаемого, – иронично хмыкнула принцесса. – А у вас?

– Тоже, – спокойно кивнул владыка, подавая ей руку.

Едва хозяйка дворца поднялась на ноги, на пороге появился Туал, выполняющий роль распорядителя вечера, и громко произнес:

– Прошу пройти к ужину.

Хозяева вечера первыми прошли к белому залу, а за ними – гости, разбившись на небольшие группы. Вереница королей и императоров прошла к тронному плато и удивленно стала перешептываться, заметив, что их ожидают только скамьи, но столов нет.

– Возможно, какая-то заминка? – произнес кто-то из гостей. – Мы слишком рано?

Сверр и Альда спокойно прошли к своим местам и чинно уселись на общую скамью, расположившуюся в торце двух рядов из таких же сидений. Недоуменные правители так же расселись по собственному желанию и застыли, глядя на владыческую чету. Приковав к себе внимание, принцесса мягко похлопала в ладоши, и вдруг появился левитирующий стол, который занял свое место, удивив гостей.

– Хм, ты была права, – с улыбкой пробормотал Сверр, глядя на почти детский восторг собравшихся.

– А когда я была не права? – насмешливо уточнила хозяйка дворца, взглянув на супруга.

– Когда сказала, что ничего не выйдет, – напомнил владыка, подозвав служанку, чтобы ему налили вина.

– Вечер еще не окончен, – парировала Альда, также отпивая тонкий хмельной напиток из бокала.

Ужин проходил в атмосфере удивленных кивков и одобрительных улыбок. Выпившие гости стали произносить тосты, пробуя изумительные блюда и закуски. Когда трапеза прошла третью перемену блюд, а правители почувствовали себя раскованнее, из зеленой пещеры стал доноситься неизвестный ранее шум. Словно удары или нападение и тут же призывы к чему-то сменились лаконичными ласкающими нотами мелодичного перелива. Все гости застыли и едва заметили, как стол исчез, взлетая к потолку. Хозяева дворца поднялись на ноги и с улыбкой направились на звуки уже какого-то торжества, приглашая заинтересованных коронованных особ за собой.

Пройдя в зеленую пещеру, Альда со Сверром уселись на скамью, установленную на левитирующую площадку, которая легко поднялась наверх. Служанки организованно приглашали гостей на аналогичные зрительные места, уже оборудованные столиками с напитками. Платформы одна за другой взмыли вверх и распределились полукругом на одном уровне. Свет в помещении погас, оставляя лишь неясные лучи ночного неба, тускло льющиеся с потолка. Звуки стали нежными и ласкали слух замерших гостей, как вдруг в середине пещеры проявились призрачные фигуры людей. Возникла какая-то суета, проекции общались между собой без слов и мелькали то тут, то там, исчезая и возникая.

Внезапно незнакомый голос заговорил для собравшихся правителей:

– «Красавица в спящем лесу». Музыка Чайковского, хореографическая постановка Григоровича. Выступает балетная труппа Мариинского театра. Либретто: Во дворце короля Флорестана торжество по случаю крестин малютки-принцессы. Все придворные собрались поздравить короля и королеву. Нянюшки принесли колыбельку принцессы, а распорядитель возвещает о прибытии фей. Последней является фея Сирени – главная крестная наследницы. Каждая из гостий приготовила подарок, но внезапно на праздник является забытая, ужасная, неприглашенная фея Карабос. Распорядитель бросается ей в ноги, умоляя простить, но Карабос рвет на нем волосы, не желая миловать беднягу. Злая фея объявляет свою кару принцессе – вечный сон, в который погрузится малышка, уколов себе пальчик. Все в ужасе, но выступает фея Сирени, не успевшая преподнести свой дар. Она склоняется над колыбелью и обещает, что появится прекрасный принц и поцелуем разбудит принцессу ото сна, и она будет жить радостно и счастливо.

Переводчик в каждом застывшем ухе подсказал сюжет, который вдруг развернулся перед гостями. Величественный король вел под руку прекрасную супругу, а за ними появились и озвученные няньки с колыбелькой. Все были торжественны и горды, вздергивая носы под не менее громкую «музыку» и уселись на места, став отражением тех, кто в данный момент изумлялся первой в галактике балетной постановкой. Внезапно звуки стали нежными и легкими, а вслед за этим в пещеру Даркраста впорхнули грациозные «феи».

Общий вдох восхищения не смог удержать ни один зритель, наблюдая за невероятным триумфом красоты, волшебства и музыки. Хоть Альда и успела насладиться этим чудом днем ранее, но и сейчас она, не отрывая взгляда, наблюдала за быстрым мельканием стройных ножек и чарующими движениями рук восхитительных «фей», кем бы они ни были. Едва дыша, все гости в едином порыве наблюдали за чествованием малышки, когда внезапно музыка сменила тон и в центр буквально ворвалась та самая Карабос, разрушив прекрасный праздник. Черная фея была дерзка и сурова, грозя клюкой и танцуя свою причудливую партию. Даже без оглашенного ранее сюжета, по движениям и переливу музыки зрители понимали, о чем идет речь, сопереживая королевской чете. Матушка малышки тревожно заламывала руки, моля Карабос о пощаде, а король, сохраняя достоинство, отводил супругу в сторону. Феи защищали крестницу, выстраиваясь в ряд между малышкой и черной гостьей, но той все нипочем – она совершила задуманное, укатив на своей примитивной повозке. Воздушная проекция самой грации и изящества в нежно-лиловом наряде танцевала перед зрителями, успокаивая и вселяя надежду одним движением рук. Все краски и лица померкли, а музыка сделала громкий аккорд, завершив сцену праздника.

Голос из голограммы поведал еще часть сюжета, и волшебство танца вновь продолжилось, искрясь и завораживая звуками незнакомой мелодии. Короли затихли, а королевы забыли о нарядах и украшениях, пока призрачные девушки кружили перед ними, легко взмывая и оседая на тонких ножках, изящно покачиваясь и стремительно порхая, повинуясь мощной энергии музыки, обволакивавшей все вокруг. Эти звуки пульсировали, отдаваясь в каждой живой клеточке, и захватывали дыхание, заставляя сопереживать призрачным гостям из неизведанного мира.

Едва голограмма испарилась, как платформы стали медленно спускаться вниз, образуя круг на мраморной площадке. Гости, все еще находящиеся под впечатлением от представления, молчали, томно вздыхая. Когда пауза достаточно затянулась, владыка уверенно поднялся на ноги и мягко произнес:

– Что ж, предлагаю оставить наших дам обсудить балет, а всем остальным готов продемонстрировать богатства моего алкогольного хранилища.

Короли тут же повскакивали и, будто смахнув морок, последовали за хозяином дворца, оставляя свои прекрасные половины вздыхать далее.

– Как вам Даркраст, тетушка? – с лукавой улыбкой произнесла Альда, чувствуя, что поразила гостей в самое сердце.

– Что ж, ты была права – этот мир умеет удивлять, – медленно согласилась Кахини, задумчиво кивая, и тут же продолжила. – Во Вселенной высшим проявлением разума считается осмысленная речь. От животных нас отличает именно это, но сегодня я испытала нечто иное: не озвучив ни единого слова, меня увлекла рассказанная история. Эти движения и, конечно же, звуки поражают изысканной красотой и тонким трепетом души. И сотни слов не хватит, чтобы описать моё почтение Даркрасту. Вы оказали нам истинно королевский прием.

– Откуда у вас такое чудо? – прощебетала королева Сдагморта. – Признайтесь, где вы его приобрели?

– Если хотите увидеть это чудо вновь – прилетайте со следующим приглашением, дорогая, – мягко предложила владычица, улыбнувшись гостье.

– О, Боги! – воскликнула императрица Доморина. – Это было так восхитительно! Ничего подобного я прежде не видала!

– Так изысканно, – вторила ей царица Рейно. – Вам удалось полностью захватить меня этим представлением.

– А вот я была вынуждена терпеть комментарии дона Эрнесто, – вдруг недовольно произнесла тетка. – Так что я, пожалуй, останусь еще на денек и спокойно посмотрю это чудо второй раз.

– Мама, вы что, только что пригласили сами себя? – с недоверчивой улыбкой спросила её дочь, правительница Сдагморта.

– Не обязательно комментировать все мои действия, – поджав губы, отозвалась Кахини. – Думаю, Альда не откажет мне в гостеприимстве. Тем более, её бывший родственник основательно подпортил мне вечер.

– Мне казалось, вы мило общались за ужином, – нахмурилась хозяйка дома.

– Дорогая, призвать к порядку любого нахала – это и есть проявить манеры и воспитание, – надменно вскинув бровь, ответила тетка. – И что там, насчет приглашения погостить у вас? Я не переживу еще одной тряски так скоро!

– Безусловно, вы наша гостья и мы всегда рады приютить родню, – лаконично произнесла принцесса, втайне не особо желавшая этого.

– Могу ли и я воспользоваться таким же приглашением на правах родной сестры? – вдруг произнесла Сэрна, заставив владычицу моргнуть дважды подряд.

– Конечно, – кивнула Альда, не сумев добавить еще хоть слово.

В этот момент пещера наполнилась аналогичными просьбами, ибо многие королевы с волнением вспоминали спуск на планету, не желая столь скорого повторения этой процедуры. Кое-кто из дам был в положении, и хозяйка дома не могла дать согласие одним, исключив других, но все пришли к выводу, что предстоит еще убедить в дополнительном дне визита мужей.

– Боюсь, мой супруг откажет, – печально вздохнула одна из гостий. – Мы сделали крюк по дороге к сестре. Она недавно родила и пока не может наносить визиты, но я постараюсь уговорить мужа заглянуть к вам на обратной дороге. Мне бы тоже хотелось еще раз насладиться «Красавицей в спящем лесу».

– Какой же мир сотворил эту сказку? – задумчиво поинтересовалась королева Гутлима, томно вздохнув. – Но я чуть было не упала в обморок при виде этого принца. Боги, а как же тайна? Там же все так… наглядно!

– Тебя больше смутил перед или зад принца? – иронично уточнила тетушка.

Все присутствующие дамы деликатно захихикали, скрывая улыбки.

– Матушка, что же вы? – воскликнула королева Сдагморта. – Мы все видели этого… принца.

– Когда же ты успела стать такой моралисткой? – поморщилась Кахини. – Не мерзнешь там, на вершине своих строгих правил?

– Дамы, – мягко произнесла Альда, прервав эту семейную пикировку. – Хочу сообщить тем, кто решил задержаться на Даркрасте, что завтра нас ждет другой балет. Более трагический, но не менее прекрасный. И предупреждаю – там будет еще один принц.

– Боги, – воскликнула тетка, непонятно, с восторгом или возмущением. – Ради этого стоило лететь в такую даль.

«Все-таки с восторгом» – подумала принцесса, мягко взирая на взволнованных новостью гостий.

– А вы заметили, что у главной феи платье похоже на мое? – не удержалась от комментария королева Моназуры, переполняемая искрами счастья, но тут же печальнее добавила. – Правда, я никогда так не смогу.

– Никто не сможет, – печально отозвалась императрица Унакса, делая глоток тонкого вина, любезно принесенного служанками.

Обсудив еще сотню нюансов представления и собственных житейских новостей, дамы разошлись по выделенным покоям. Хозяйка дворца полагала, что сможет поговорить лично с Сэрной, но сестра одна из первых удалилась на отдых. Разузнав, что правители все еще дегустируют «Тогарское Адское», владычица велела страже зорко следить за выпивающими гостями во избежание конфликтов. Слуги из числа мужчин убирали зеленый зал, а девушки спешили по коридорам дворца с просьбами от прибывших помощников монарших особ. Аманита отчиталась, что все идет по плану, и Альда спокойно прошла во владыческие палаты.

Устало усевшись за туалетный столик, госпожа позволила помощнице снять с себя тяжелую корону и прочие регалии. Мягкий писк из угла просторной спальни подсказал, что малыши уже спят, не дождавшись её. Женщина взяла за правило целовать щенков перед сном, как это делал Сверр. Аманита проворно расплела прическу, удаляя из прядей заколки. Расстегнув роскошный наряд, служанка подала тонкий пеньюар, прибывший три дня назад в числе заказанных Альдой комплектов белья. Проходя мимо корзины с гуархами, принцесса покачала головой при виде беленькой малышки, спавшей брюшком вверх в окружении черных спинок братьев.

Увеличенный бассейн с фраксом в данный момент показался владычице просто блаженством. Опускаясь в темные воды, хозяйка вечера нескромно застонала, чувствуя расслабляющий эффект очистителя.

«Боги, неужели это еще не всё?» – раздосадовано размышляла Альда, вспоминая собственные слова о продлении визита.

Поздно ночью в спальне появился Сверр и, осторожно пробираясь к постели, улегся рядом.

– Все разошлись по комнатам? – сонно уточнила принцесса, поворачиваясь к мужу.

– Да, – вполне трезво хмыкнул владыка. – Как все прошло?

– У меня плохие новости, – мрачно отозвалась женщина, отворачиваясь к нему спиной.

– Что случилось? – тревожно спросил мужчина, застыв на месте.

– Им слишком всё понравилось, – хмыкнула Альда. – Теперь они хотят задержаться на Даркрасте подольше.

Заметно расслабившийся правитель чуть шлепнул жену по попке и устало произнес:

– Если хотят – пусть остаются.

Утром хозяйка встретила гостей в белом зале, на своей скамье. Выбрав менее официальный наряд и нежную тиару с растительным мотивом, украшенную красными аффиланитами, принцесса велела накрывать завтрак на тронном плато. Соур, уже извещенный о продлении королевского приема, был в восторге от возможности еще накормить монарших особ. На стол подали воздушное витаминно-питательное суфле и обилие фруктов. Сверр распорядился также добавить мясных блюд и специальный напиток, облегчающий похмелье.

Вчера владыка так же был торжественно одет и имел корону на голове, а сегодня последовал примеру жены и выбрал украшенный повседневный вариант с золотым обручем, вместо короны.

– О, Боги, – вздохнула царица Рейно, усаживаясь за стол. – Я вчера долго не могла уснуть и все вспоминала ваш балет.

– А я даже попыталась так же грациозно двигаться, – доверительно высказалась правительница Балтрии.

– Ничего не вышло? – иронично уточнила королева Ливертанги.

– Можно подумать, ты не пыталась, Лувилла, – парировала императрица Рувалы, встав на защиту подруги. – Я слышала какой-то грохот с вашей стороны. Надо полагать, что это было то самое фиаско?

– О чем ты? – нахмурилась королева Ливертанги. – Я сразу уснула, едва коснулась подушки.

– Я тоже слышала какой-то шум, – поморщилась повелительница Моназуры, пробуя дольку сочного фрукта.

– Успокойтесь, – устало вздохнула Кахини, поджав губы. – Возможно, кто-то так воодушевился вчерашним принцем и задумал пополнение в семье.

– Мама, – пораженно вставила её дочь, округлив глаза.

– Что? Я, может, хочу еще внуков? – непонимающе отозвалась тетушка, подняв всем настроение.

После завтрака, прошедшего в легком подтрунивании и улыбках, Альда пригласила гостей в зеленый зал, в котором уже порхали призрачные бабочки, заставившие дам заохать заново. Прекрасные крылатые создания наполнили пещеру, замирая над бутонами цветущих чудес. Проходя по белому мрамору, монаршие особы расположились в мягких кушетках, продолжая восторженно наблюдать за полетом изысканной голограммы. Бабочки сбились в плотный рой и взмыли к потолку, описав широкий круг, и вдруг рассыпались мириадами звезд, опадая на головы застывших зрителей. Вновь закружив, искорки собрались в силуэт вчерашней балерины и, трепеща изящной юбкой, девушка стала танцевать на кончиках тонких ножек. Мягко зазвучала мелодия, позволяя спокойно вести светский разговор. Сюжет последней голограммы придумала Альда, в ночь перед приемом, чтобы продлить так понравившейся ей эффект от неведомого ранее всей галактике балета.

– Ах, ну какая же все-таки красота, – вздохнула тетушка, мечтательно наблюдая за движениями плавных рук и изящных ног девушки.

– Хвала хозяевам дома за столь изысканный прием и развлечение, – произнес король Доморина. – Не в каждом дворце можно встретить столь утонченное представление.

Все присутствующие закивали головами, соглашаясь с ним. Увидев это одобрение, владычица смогла выдохнуть скопившееся напряжение, и дальнейшая беседа прошла в легкости и шутках. Несмотря на просьбы королев, многим пришлось все же покинуть Даркраст, но впечатленные гости уверяли, что теперь очередной визит на эти отдаленные скалы лишь вопрос времени, и они готовы собраться вновь по первому приглашению. Остались правители Сдагморта, Рейно и Гелиоса, а также Кахини и дон Эрнесто.

Тетка, скорчив недовольную гримасу, взирала на бывшего свекра Альды и, поджав губы, громко спросила у последнего:

– А разве вам не пора уже домой?

– Я решил насладиться иными красотами, – с улыбкой заявил король Фарогоса, вальяжно разместившись на кушетке в зеленой пещере.

Смотрел он при этом на матушку короля Хингасула. Кахини, заметив его масляный взгляд, медленно закатила глаза и демонстративно отвернулась, ожидая, пока хозяева Даркраста попрощаются с отбывающими гостями. Суета продолжалась до обеда, который весело пролетел за шутками и взаимной пикировкой старших. Дон Эрнесто явно получал удовольствие, поддевая тетушку и вспоминая разные случаи из общего прошлого, вызывая смертоносные взгляды Кахини.

После трапезы Сверр пригласил собратьев по власти посетить ближайший город, а обе королевы решили отдохнуть в покоях, ибо царице Рейно от волнений слегка поплохело. Переживая за подругу, королева Сдагморта составила ей компанию, уверив Альду, что все в порядке и сон пойдет им обеим на пользу. Тетка также решила вздремнуть перед ужином, явно намереваясь оставить двух сестер из династии Вако наедине. Разместившись в приватной части белого зала, принцесса смело взглянула на родную кровь, вновь поразившись сходству Сэрны с матерью.

– Ты так похожа на нашу матушку, – тяжело дыша, произнесла владычица, когда пауза слишком затянулась.

– Я этого не знала, – вскинув правую бровь, высокомерно выдала сестра. – Мне не довелось её застать в сознательном возрасте.

– Теперь ты знаешь, – тихо отозвалась Альда, разглядывая королеву Гелиоса. – Ты – вылитая мама, только цвет волос иной.

– Отцовский? – мрачно предположила Сэрна.

– Да, как у всех нас, – небрежно хмыкнула хозяйка дворца, устав от напряжения.

– Странно, что двум дочерям одних родителей поговорить особо не о чем, – задумчиво произнесла сестра, глядя на неё.

– Как ты поживаешь? – печально спросила Альда, решив начать издалека.

– По протоколу – все прекрасно, – нехотя призналась королева далекой планеты.

– А на самом деле? – серьезно поинтересовалась владычица, вдруг нахмурившись.

– Когда как, – пожала плечами Сэрна, отведя взгляд. – Ты всё должна понимать о королевских браках – они редко бывают счастливыми.

– Не знаю, что случилось с твоими детьми, но прими мои соболезнования, – сочувственно произнесла хозяйка дома. – Мне тогда надо было написать лично, но я слишком поздно прочитала новость.

– Я пережила это, – отрешенно ответила она, посмотрев на Альду. – Знаешь, зачем я прилетела?

– Зачем? – собравшись с духом, спросила принцесса.

– Увидеть свою блистательную сестру в ошейнике, – с печальной улыбкой произнесла Сэрна. – Все источники гласили, что на Даркрасте процветает рабство, а по итогу все остались восхищены тобой. Опять.

– Если хотела лицезреть меня в столь плачевном виде, то надо было прилететь чуть раньше, – спокойно призналась владычица, не слишком царственно откидываясь на спинку кресла. Мрачно усмехнувшись, она уточнила. – Огорчена?

– Да, – честно отозвалась сестра, иронично хмыкнув. Смахнув с себя королевский вид, женщина как-то отстраненно спросила. – Я вот все думаю, отчего у нас такая разная судьба? Мы из одного дома – одной семьи, но ты попала в роскошный дворец Фарогоса, а я в темные комнатушки Гелиоса. Едва я услышала о Даркрасте с его ужасами, как тут же выяснилось, что твой рабский ошейник из золота, а тюрьма – прекрасный рай.

Насмешливо приподняв бровь, Альда тяжко вздохнула, заметив в глубине глаз Сэрны невысказанную обиду на несправедливость. Что-то шевельнулось в каменной душе принцессы, пережившей в одиночестве не одно предательство и горе. Лицо матери в этот момент взывало к ней, и владычица впервые дрогнула под натиском эмоций.

– Мы проживаем те судьбы, которые определил нам король Вако, – задумчиво сообщила хозяйка дома. – Моя жизнь на Фарогосе не была сладкой, да и счастья я там не узнала. А прекрасный рай, что ты видишь, еще недавно был той самой тюрьмой и рабством, ярко демонстрирующим мою беспомощность.

Заметив недоверчивый взгляд сестры, женщина горько пожала плечами, позволяя Сэрне самой решать – верить или нет её словам. Опустив взгляд, королева Гелиоса тяжко вздохнула, признавая тот факт, что все может быть иначе, чем она себе представляла.

– Расскажи мне о матери, – вдруг попросила сестра. – Какой она была?

– Прекрасной, – тихо ответила Альда, едва не проронив слезу. – Прямо, как ты. Только она часто улыбалась и смеялась, а еще пела.

– Пела? – чуть изумленно повторила Сэрна.

– Да, – печально кивнула принцесса, вспоминая события давно минувших дней. – Она пела для тебя, когда ты только родилась. Отец сразу ведь забрал Ноториуса у мамы, отдав на воспитание нянькам, а ты осталась с нами. И она всегда пела для тебя, чтобы успокоить или усыпить.

Сестра неуловимо изменилась в лице, стараясь скрыть чувства, но Альда уже заметила тень потерянного счастья в глубине её глаз. Когда-то в собственном отражении гасли такие же искры надежд.

– Наша мама была истинной королевой, – продолжила принцесса, отведя взгляд, чтобы не смущать сестру. – На Вако её все любили, а придворные боготворили, словно сошедшую с земель Имаканты. Высокая и царственная Нилаима Вакийская была благороднейшей женщиной, какой мало кто встречал. Она носила летящие платья и стремительно порхала по дворцу, проносясь, словно древнее пламя по сухой траве. Не повышала голоса, но характер имела крепче банковского железа, сгибая всех в ту позу, которую ей хотелось.

Сэрна мягко хмыкнула от последней ироничной фразы.

– Как же она умерла, если все обожали её?

Услышав этот вопрос, принцесса застыла, не зная, что ответить. Она знала правду, но всю жизнь молчала – с того рокового дня. Ни единой душе не рассказывала о том, что видела на лестнице дворца Вако. Сглотнув ком в горле, владычица взглянула на сестру и не произнесла ни слова.

– Альда? – настороженно подтолкнула Сэрна, напомнив об их родстве. – Она ведь и моя мать.

– Она упала с лестницы, – сбивчиво произнесла принцесса, коротко дыша от волнения.

Сестра вдруг закрылась, услышав то, что знала с детства. Королева Гелиоса поняла, что ей соврали в очередной раз, и порывисто вскочила на ноги.

– Сэрна, стой, – выпалила хозяйка дворца, успев поймать гостью за руку.

– Я прекрасно вижу, когда мне врут, – высокомерно произнесла гордая дочь Нилаимы Вакийской, идеально скопировав выражение лица матери. – Выслушивать очередную ложь считаю излишним.

– Ты не понимаешь, – печально отозвалась принцесса.

– Ты знаешь правду, – обвиняюще высказалась Сэрна. – Знаешь и молчишь.

– Правды не знает никто, – тихо сдалась Альда. – Только я и тот, кто толкнул нашу мать с проклятой лестницы.

– Что? – изумленно прошептала королева Гелиоса, осев назад в кресло. – Отец наказал преступника?

Прямо взглянув в глаза сестре, принцесса впервые произнесла горькую правду:

– Это был он, Сэрна. Наш отец убил маму. Ведь она уже родила наследника и стала ему не нужна.

Глава 24

– Это правда? – тихо спросила Сэрна, медленно оседая обратно на кушетку.

Горло владычицы сдавило, и она смогла лишь кивнуть. Впервые произнесенные слова шокировали её печальной правдой. Не выдержав напряжения, Альда сама вскочила на ноги, начав расхаживать перед сестрой.

– Они часто ругались, – сбивчиво произнесла она. – Я помню, как она плакала, после того как Ноториуса ненадолго приносили к ней. Эти визиты делали маму очень ранимой, и порой всё выливалось в ссору. В тот раз они снова ругались, а я пошла за ней, потому что ты заплакала. Нянька куда-то испарилась или ушла за чем-то, а ты капризничала. Они стояли на площадке перед парадным залом, а я спряталась на балконе и все видела. Мама кричала, что он не может отнять сына у неё, а отец активно возражал. Потом она влепила ему пощёчину, а отец… ответил и тряс её, а потом толкнул и ушел.

Остановившись, принцесса тяжело дышала, вспоминая события.

– Она упала с лестницы, а он ушел из дворца, – сглотнув ком в горле, повторила Альда заученные слова. Взглянув на Сэрну, она продолжила. – Я ждала, когда она поднимется, но мама не шевелилась. Потом я стала кричать и сбежались слуги, искали отца, но его не было и всем объявили, что мама упала. Сама. Возможно, это вышло случайно, но все же.

Сев рядом с сестрой, женщина мрачно взглянула на неё, спросив:

– Это и есть та правда, которую ты хотела услышать?

– Не знаю, – отстраненно отозвалась Сэрна, будто ничто из услышанного не задело её. – Мне всегда казалось, что в семье я – лишняя. Отец носился с братом, а ты блистала на приемах, пока мне было велено сидеть в одиночестве в детской. Иногда мне позволяли присутствовать за столом, но даже в эти моменты никто не смотрел в мою сторону.

– Я тоже сидела взаперти, пока ты росла в колыбели, – с мрачной иронией высказалась принцесса. – Когда отец посчитал меня достаточно подросшей, то выставил на брачном рынке и велел улыбаться тем, кто был выгоден ему. Иногда он заставлял поощрять всех сразу, что позволило мне заработать репутацию ветреной девицы. Ты этого избежала, потому что он точно знал, с кем хотел заключить союз, а мне пришлось торговать собой в прямом смысле.

– Ну, хоть в чем-то мне повезло, – равнодушно ответила Сэрна, пожав плечами.

– Знаешь, что? – вдруг зло произнесла Альда, взглянув на сестру. – Ты не самая несчастная из женщин, дорогуша. Если я не посыпаю голову пеплом от прошлых потерь – это еще не значит, что судьба уберегла меня от них. Просто кто-то борется с бедами, а кто-то складывает лапки, жалея себя. Ты явилась сюда, чтобы увидеть моё унижение и не получила этого; что ж сожалею, что не смогла порадовать тебя.

– Я прилетела, чтобы повидать сестру, – тихо ответила королева Гелиоса, глядя на свои, сложенные на коленях руки. – Почувствовать себя частью семьи и хоть ненадолго вырваться из той бездны, в которую меня сослал отец.

– Что? – вмиг остыла владычица, заметив беспросветную печаль Сэрны.

– Моя жизнь не сладкий десерт и никогда им не была, – горько хмыкнула сестра, подняв взор на хозяйку дворца. – Твое приглашение было сюрпризом, и еще большим подарком оказался тот факт, что супруг согласился его принять. Я – пленница, Альда. Без прав и свободы.

– А у кого из нас она есть, эта свобода? – тяжко вздохнула принцесса. – Даже на Фарогосе я страдала в одиночестве, а уж Даркраст и вовсе показался мне тюрьмой. Если хочешь знать, то впервые я спустилась в этот дворец голой и с железным ошейником.

Увидев недоверчивый взгляд сестры, владычица пожалела об откровенности, но сказанного не воротишь и, пожав плечами, она добавила:

– Мы заключили сделку со Сверром. Он получает признание, а я – право носить одежду и числиться владычицей. Вот такая свобода, Сэрна. Никто из нас не волен над своей судьбой.

– И все же ты смогла заключить соглашение с мужем, – одобрительно кивнула сестра. – Я вот не смогла убедить Кигберна в собственной значимости. Мне не хватило характера и настойчивости.

– О чем ты? – хмуро уточнила Альда, замерев от непрозрачного намека родственницы.

– Вот вы где, – вдруг раздался голос короля Гелиоса, медленно шедшего к ним.

Лицо Сэрны мгновенно окаменело и лишилось каких-либо эмоций, будто стертых чьей-то рукой. Женщина выпрямила спину и безжизненно произнесла:

– Мы с сестрой решили обсудить семейные вопросы. Вы искали меня?

– Да, – коротко кивнул Кигберн, сверля взглядом обеих принцесс Вако.

– Долгая разлука, – любезно улыбнувшись, отозвалась Альда. – Сестрам всегда есть что вспомнить.

– Понимаю, – настороженно высказался король Гелиоса. – Но кажется, моей супруге необходим отдых. Полагаю, нам следует поступить как все ваши гости и набраться сил перед ужином и очередным представлением. Вы простите нас?

– Конечно, – благосклонно кивнув, ответила хозяйка дома. – Увидимся позже, сестренка.

– Благодарю за уделенное внимание, – ровно произнесла Сэрна и скованно поднялась на ноги, пройдя к парящей лестнице, вслед за мужем.

Эта сцена не на шутку взволновала Альду, и, судорожно размышляя, что же делать и что вообще думать, женщина отправилась на поиски Сверра. Владыка нашелся в компании Туала в собственном кабинете. Судя по тому, что мужчины стояли, принцесса поняла, что супруг только что вернулся из города с гостями.

– Надо поговорить, – строго произнесла она, влетая в просторное помещение.

– Оставь нас, – тут же приказал повелитель, отсылая управляющего. – Что случилось?

– Не знаю, – хмуро высказалась женщина, расхаживая из стороны в сторону перед ним.

– Что значит «не знаю»? – напряженно спросил Сверр, раскинув руки. – Что-то произошло, пока меня не было во дворце?

– Я поговорила с сестрой, – мрачно выпалила Альда, обхватив себя.

– И? Это хорошо или плохо? – непонятливо нахмурился мужчина.

– Не знаю, – поморщилась принцесса и задумчиво продолжила. – Потом пришел её супруг и Сэрна вдруг изменилась: застыла и стерла все эмоции с лица.

– Ну, может они в ссоре? – пожав плечами, предположил владыка.

– Будто она боится его, Сверр, – пояснила хозяйка дворца, останавливаясь напротив мужа и взглянув ему в глаза. – Физически.

– Может тебе показалось? – вскинув брови, допустил правитель.

– Нет, – замотала головой Альда. – Это что-то другое. Словно животный безотчетный страх.

– Что ты хочешь от меня? – с сомнением уточнил Сверр.

– Чтобы ты прочитал его мысли, – выпалила принцесса, изумив этим мужа.

– Что, прости?

– Я догадываюсь, что ты это умеешь, и прошу узнать, что на самом деле творится в голове короля Гелиоса, – напряженно произнесла владычица, прямо глядя на супруга.

Шок на лице мужа не порадовал Альду, но все же сама ситуация сложилась странной. Разве он не должен был понять, с чем принцесса пришла к нему, еще до того, как она огласила свою просьбу? Или это как-то по-другому работает?

Внезапный стук в дверь прервал молчаливую битву взглядов, и владыка пригласил просителя, оказавшегося вельможей со срочным вопросом. Глубоко вздохнув, хозяйка уже собралась покинуть кабинет, как вдруг Сверр произнес:

– Я услышал твою просьбу, Альда, и сделаю, что смогу, но позже нам надо будет поговорить обо всем.

– Конечно, – коротко кивнув, отозвалась она, закрывая за собой дверь.

«Проклятье! Одно дело догадываться о способностях мужа и совсем другое – высказаться об этом вслух» – задумчиво размышляла принцесса, направившись к кухням, проверить готовность ужина. Соур её не подвел и учтиво напомнил меню на вечер, а также продемонстрировал ассорти из закусок для представления. Одобрительно кивнув главному повару, хозяйка проверила напитки и покинула кипящие работой помещения.

Трапеза прошла в более неформальной обстановке в белом зале, который спокойно вместил титулованных персон за деревянным столом. Гости ужинали и выпивали в предвкушении балета, беседуя о светских делах и уверяя Сверра, что ни в каком другом доме он не найдет такой изысканности, которую они встретили на скалах Даркраста. Вспоминали разные приемы и дома, в которых бывали, делясь подробностями визитов, веселя друг друга. Внезапно, успевший выпить слишком много, король Гелиоса произнес со злой усмешкой:

– Все это конечно хорошо, вот только есть одна загвоздка: хозяйка дома – дурной породы. Фарогосу она не смогла дать наследника, как и моя супруга не уберегла сыновей. Вако должно быть стыдно за таких дочерей.

Все застыли от этих слов, в шоке замолчав. Кигберн высокомерно отсалютовал бокалом с вином владыке, будто открывая ему великую тайну. Мгновенно помрачневший Сверр ничего сказать не успел, прерванный доном Эрнесто:

– Мой дражайший наследник имеет пагубную и весьма прискорбную наклонность, которая не радует меня, как отца и короля. Я дал развод Альде и шанс построить судьбу в новом доме. А какой изъян мешает вам стать счастливым отцом? Полагаю, нечто зловещее, иначе никаких иных объяснений вашему положению нет. Дом Вако не лучший, но порода в их крови отменная. Не одна тысяча циклов отборной селекции этому в подтверждение.

Владыка Даркраста встал и тихо произнес:

– Вы мой гость и я не могу нарушить законы гостеприимства, но, думаю, вам будет лучше подождать на корабле, пока ваша супруга насладится балетом.

Король Гелиоса с усмешкой поднялся на ноги и демонстративно покинул белый зал. Стража без слов отправила транспортную площадку на поверхность, где все челноки ожидали своих хозяев в ангаре. Едва владыка сел на место, Альда мягко произнесла:

– Я прошу прощения у всех собравшихся. Кажется, мой зять слегка перестарался с дегустацией запасов алкоголя.

– Он всегда такой грубый и мрачный, – неприязненно высказалась королева Сдагморта. – Сэрна, как ты управляешься с ним?

– Никак, – лаконично отозвалась сестра. – Поэтому мы никуда и не вылетаем с Гелиоса.

– Давно пора воспитать его, – возмущенно вставила тетушка Кахини. – Что это за манеры? Куда смотрит твой отец? Телиус должен повлиять на него!

– Нашему отцу всегда было плевать на дочерей, – веско вставила Альда. – Разве вы забыли?

– Ой, а я думала, только у нас хранятся мрачные семейные тайны, – иронично высказалась царица Рейно, вскинув одну бровь.

– Это вы еще не были на ужине во дворце Аспелиры, – насмешливо добавила королева Сдагморта. – Вот где было веселье! Какие стихи и игры? Я думала, все закончится чьей-нибудь смертью!

– Дорогая, – пробормотал её муж. – Не забывай, ты говоришь о семье моей сестры.

– Да ты сам собирался втихаря сбежать через окно, Гатри! – воскликнула монаршая особа на ремарку супруга.

– О, узнаю своего зятя, – едко вставила Кахини, отпивая из бокала вино. – Как только запахло конфликтом – его зад уже торчит из дверей.

– Матушка, – кисло отозвался король Сдагморта. – А вы как всегда изящны в комментариях.

– Дорогое семейство, – насмешливо встряла хозяйка дома, сдерживая улыбку. – Давайте не будем накалять обстановку и доводить вечер до уровня Аспелиры. Даркрасту такая слава ни к чему.

– Пока мы не закрыли эту тему! – возразила Кахини и, взглянув на дона Эрнесто, добавила. – О каких таких пагубных наклонностях своего сына ты говорил?

– Не скажу, – буркнул король Фарогоса, все это время пьющий вино из бокала.

– Это нечестно, – возмутилась тетушка, мрачно покачав головой.

– Позже я позволю применить ко мне пытки, если ты так хочешь подробностей, – насмешливо отозвался дон Эрнесто. – Но наедине.

Альде ничего не оставалось, как красноречиво покашлять, чтобы призвать бывшего свекра к порядку, ибо Кахини уже запылала ярким румянцем и возмущением.

– Полагаю, ужин можно счесть оконченным, – скептично приподняв брови, риторически поинтересовалась хозяйка дома и, взмахнув рукой, пригласила гостей в зеленую пещеру, а служанкам велела прибрать стол.

Часть девушек уже ожидали монарших особ в импровизированном зрительном зале, рассаживая их по местам. В последний момент тетушка потянула Сэрну за собой и усадила племянницу рядом, оставляя короля Фарогоса сидеть одного. Подойдя к нему, пока шла подготовка, Альда тихо поблагодарила:

– Спасибо, что вступились за меня.

– Что-то такое я и ожидал, – отмахнулся дон Эрнесто. – Я бы еще кинул в него чем-нибудь, но решил, что ты не оценишь.

– Рада, что вы воздержались, – мягко произнесла принцесса, похлопав бывшего свекра по руке.

Представление вновь началось с музыкальной части, во время которой и происходила рассадка и негромкие разговоры с мелкими просьбами гостей. Кто-то посетил уборную, кто-то из мужчин перехватил стопку более крепкого алкоголя, чем подавался на ужин. Кто-то просто хотел прогуляться по зеленому пространству, но едва заговорил голос из голограммы, то все уже были готовы погрузиться в торжество совершенной красоты, воспаряя над полом пещеры.

– «Лебединое озеро». Музыка Чайковского, хореографическая постановка Григоровича. Выступает балетная труппа Большого театра. Либретто: На лужайке в парке…

Сюжет был прост и незамысловат, но исполнение вызывало только восторг и восхищение. Когда трепетные и нежные девушки в белых нарядах балансировали на кончиках пальцев, Альде казалось, что она почти не дышит. Гости жадно следили за каждым взмахом рук и ног танцовщиц, внимая всем переливам чарующей музыки. С последними аккордами трагической истории и смерти главной героини свет постепенно наполнил зеленый зал Даркраста, возвращая изумленных монархов в реальность из волшебной сказки.

– Как печально, – вздохнула царица Рейно. – Он обещал спасти белую птицу, а в итоге был обманут Злым гением.

– Черная красавица его завлекла, и он поступил, как и любой из мужчин, – иронично вставила королева Сдагморта.

– Я вновь поражена в самое сердце, – вдохновенно произнесла тетушка. – Какая тонкая игра движений и звуков!

– Музыка, – тихо поправила Альда родственницу. – Эти звуки зовутся музыкой.

– Музыка, – мечтательно повторила Кахини. – Даже звучит необычно.

– Когда родится дочь, я назову её Одеттой! – вдруг воскликнула беременная царица.

– Стоит ли обрекать девочку на столь ужасную судьбу? – печально спросила Сэрна, мягко улыбнувшись.

– Меня тоже потрясло, как этот темный мужик трепал бедняжку в кустах, – с иронией вставил дон Эрнесто.

– О, Боги, – воскликнула королева Сдагморта. – Я теперь знаю, что буду делать, когда меня кто-нибудь будет злить!

В этот момент родная дочка Кахини вдруг стала делать резкие пасы руками, растопырив пальцы, как это делал Злой гений над принцем.

– Помилуй, дорогая, – засмеялась тетушка. – Так кого-нибудь хватит удар от твоего вида.

– Пусть! – хмыкнула монаршая особа, отмахнувшись от её слов.

– Надеюсь, вам понравилось у нас в гостях? – мягко спросил Сверр, молчавший до этого момента, как и другие короли, позволяя дамам высказываться о балете.

– Более чем! – воскликнула царица. – Я в полном восторге.

– Даркраст занял особое место в сердцах и душах ваших гостей, – со значением произнесла Кахини. – А этот зеленый рай с изумительными растениями еще долго будет сниться всем королевам галактики.

– Ну, допустим, не всем, – иронично вставила Альда, благодарно улыбнувшись тетке.

– Я постараюсь, чтобы те, кто не прилетели, – горько пожалели об этом, – задорно парировала она.

– К сожалению, нам уже пора, – печально произнесла королева Сдагморта, после тихого разговора с мужем. – Мы и так, по моей просьбе, задержались в гостях.

– Да, – кивнула царица Рейно. – Даркраст так прекрасен, что мы немного злоупотребили добротой хозяев. Мы тоже вынуждены поспешить по делам.

Провожая обе монаршие четы, Сверр и Альда пообещали прибыть с ответным визитом. Владычица подсказала иное имя для малышки, которую ожидали правители Рейно, – Аврора, напоминая о «Красавице в спящем лесу».

– Боюсь, это имя будет слишком популярно в ближайшие циклы, – иронично возразила царица, целуя хозяйку дома в щеку на прощание.

Когда Сэрна засобиралась из гостей, Альда вдруг решила подарить сестре память об их матушке.

– Она всегда ими пахла, – тихо произнесла принцесса, протягивая драгоценный и единственный оставшийся пузырек королевы Вако. – Мама ценила ароматы и всегда стремилась пополнить коллекцию. Отец, правда, практически все уничтожил. А это вот, глупые голограммы, которые мы записывали, когда она ждала вас с братом.

– Отец не дал мне ни единой маминой вещи, – вдруг печально произнесла Сэрна. – Сказал, что всё принадлежит Ноториусу.

– А я украла её дистиллятор, – вдруг призналась владычица. – В ночь перед отбытием спрятала его в других вещах, а эти голограммы остались на моем старом коммуникаторе. Больше и мне отец ничего не дал.

– Альда…

– Прости меня, – тихо прошептала принцесса, коснувшись её руки. – Если не сможешь – я пойму, но двери моего дома всегда будут открыты для тебя.

– Я… – запнулась Сэрна и вдруг мягко улыбнувшись сказала. – Спасибо.

Эта последняя улыбка сестры задела за живое Альду. Она так была похожа на маму, что душа владычицы металась в груди, желая вырваться и удержать родную кровь рядом с собой.

– Что ты узнал? – сдержанно спросила принцесса, зная, что муж неподалеку.

– Тебе это не понравится, – уклончиво отозвался Сверр.

– Все плохо? – настороженно уточнила хозяйка вечера.

– Смотря что принимать за «плохо», – пожал плечами владыка.

– Рабский ошейник, наготу и нападение в собственном доме? – предложила Альда за стандарт.

– Подобного твоя сестра не испытывала, – поджав губы, ответил мужчина, отходя в сторону зеленой пещеры к гостям. – Ей далеко до тебя.

Поспешив за мужем, хозяева дома застали гостей за открытым противостоянием. Что уж такого сказал король Фарогоса – неизвестно, но тетушке это явно не понравилось. Кахини выговаривала бывшему родственнику эмоциональную отповедь.

– О-о-о, кажется, пора вмешаться, – устало вздохнул Сверр и громко произнес. – Дон Эрнесто, не желаете ли взглянуть на звездную карту Альянсов. Я нуждаюсь в мудром совете.

– С удовольствием, – кисло отозвался мужчина. – А то некоторые из ваших гостей уже испытывают мое терпение и лояльность.

– Ах, ты бессовестный нахал! – возмутилась тетушка. – Сам же предложил…

– Избавьте меня от подробностей, – высокомерно произнес король. – Я предложил, а вы вольны согласиться или отказать, но нотации прошу оставить при себе.

С этими словами фарогосиец покинул пещеру, задрав голову. Сверр с веселой усмешкой последовал его примеру, а Альда взглянула на разъяренную Кахини. Подходя ближе, владычица недоуменно поинтересовалась:

– Что происходит между вами? Вы, будто бывшие супруги, не можете удержаться от взаимных колкостей.

– Не обращай внимания, – отмахнулась вдовствующая королева Хингасула, подхватывая со столика бокал с освежающим напитком. – Твой свекор просто наглец.

– Бывший свекор, – поправила её принцесса.

– Тем более! – поддакнула Кахини, взмахнув рукой от досады и тут же, собравшись, продолжила спокойнее. – Поговорим лучше о тебе. Мои поздравления, дорогая. Твой прием удался, и еще долго все будут говорить только о Даркрасте.

– Благодарю, тетушка, – с улыбкой, отозвалась Альда, присаживаясь рядом с ней.

– Цели вы добились – внимание вам обеспечено, но позаботился ли твой супруг о безопасности? – вкрадчиво уточнила тетка. – Вы показали то, что стоит защищать. Поверь, слухи о богатстве твоего мужа быстро разлетятся по трем ближайшим галактикам и надо учесть все нюансы.

– У владыки влиятельные союзники, – не уточняя деталей, ответила хозяйка дворца.

– Это очень хорошо, но все же стоит заняться укреплением семейных связей, – похлопала её по руке Кахини. – Я могу обеспечить тебе три приглашения в ближайшее время, и вам с супругом стоит явиться во всем блеске и, что самое важное, на боевом крейсере.

– Тетя, Даркраст не планирует воевать ни с одним из миров, – чуть приподняв брови, напомнила принцесса.

– Вы – нет, а другие? – парировала гостья. – Твоему мужу надо доказать способность защищать уникальный мир, которым обладает. Разве мама тебе не рассказывала, что, демонстрируя фамильные украшения, стоит так же обязательно упомянуть о сложной охранной системе, чтобы никто не задумал обворовать сокровищницу?

– Мы с ней не успели обсудить такие нюансы, – сдержано ответила владычица.

– Ну-ну, не стоит так реагировать, дорогая, – мягко хмыкнула Кахини и, оглянувшись, оценивая красоту зала, доверительно продолжила. – Твоя первая задача – родить сына. Когда обзаведетесь наследником – надо начать присматриваться к девочкам из влиятельных семей. Фарогос мог позволить себе ждать твоего решения – они не одну сотню циклов варятся в этом котле, а твой нынешний супруг не имеет прочных семейных связей.

– Я в курсе положения Даркраста, – кивнула Альда, нахмурившись от серьезности разговора.

– Если долго не будет наследника – это угроза, – прошептала Кахини. – Те, кто еще недавно клялся в дружбе и ел за твоим столом, вполне способны создать альянс и прилететь с оружием к границе. Поверь, они с радостью растащат твой дворец по частям и с упоением завладеют богатством.

– Я вас поняла, – кивнула принцесса.

– Ты неглупая девочка и давно вышла из возраста наивного дитя, выданного замуж по велению отца, – вздохнула тетка. – Каковы были твои мотивы на Фарогосе – неважно, забудь и удали ту часть своей жизни. Тебе пора стать матерью, Альда. Когда ты поймешь, что истинно важно, тогда и научишься защищать это со свирепостью азрака. А после того, как родишь наследника, стоит также обзавестись парочкой принцесс.

Королевский прием официально считался оконченным, когда последний гость покинул территорию принимающей стороны. Как бы ни пререкались тетка с доном Эрнесто, но покинули они Даркраст неожиданно вместе. Глядя на поднимающуюся к потолку транспортную площадку, Сверр вдруг тихо спросил супругу:

– Ты знала, что они давние любовники?

– Догадывалась, – иронично ответила владычица, выдыхая накопившееся напряжение и потерев шею, разболевшуюся от тяжести золотой короны. – Нам надо обсудить серьезный вопрос.

Глава 25

– Ты доволен тем, как все прошло? – тихо спросила Альда, когда служанки уже покинули спальню, а Сверр, развалившись в постели, щекотал черненьких щенков.

Беленькая девочка терпеливо сидела у ног хозяйки, ожидая, пока на неё обратят внимание. Зрелище было довольно забавным, но мужчина зорко следил за другой «девочкой» в покоях. Той, что стала большой загадкой для повелителя Даркраста. Медленно водя щеткой по темным локонам, Альда задумчиво смотрела в пространство перед собой.

– Более чем, – отозвался владыка, приподнимая подбородок, который так и норовили облизать щенки. – Короли подписали важный документ во время ужина, а дон Эрнесто повез его на Заракин, который посетит по дороге домой. В общем, мы ожидаем официального пакта о признании Парламентом новой империи.

– Весьма дальновидно ускорить это дело, – вздохнула женщина, откладывая расческу и поднимая на руки малышку гуарха. – Тетушка дала советы на ближайшее время. Нам следует ответить визитами на несколько планет, чтобы закрепить успех Даркраста и занять достойное место в Круге Царей.

– Когда? – нахмурившись, поинтересовался Сверр, ожидающий других гостей.

– Точно не знаю, – пожала плечами владычица, поднимаясь на ноги и устремляясь к ложу. – Конечно, визиты стоит наносить уже в новом статусе, но, полагаю, в этом цикле.

– Я жду прибытия делегации с Туакана, – прищурившись, признался будущий император.

– Что? – удивлённо замерла Альда, укладываясь на край постели, отпустив беленькую сестричку к братьям.

– А что в этом такого? – скептично спросил Сверр. – Ты как-то обронила про «Зерцало Правосудия», и я добыл его для Даркраста.

– Как? – недоуменно поинтересовалась женщина, осторожно располагаясь на расстоянии от него.

Эта новая манера спать образовалась между супругами после нападения и порядком надоела владыке. Мужчина даже себе не признавался, что скучал по жене, и ночь от ночи тихо злился. Сверр был виноват, а Альда открыто демонстрировала, что прощать его не собирается.

– Я послал официальный запрос, и мы встретились с их представителями на Заракине, – пожал плечами владыка, наблюдая за тем, как щенки весело помчались к его супруге.

– И? Как все прошло? – настороженно расспрашивала его жена, стараясь предотвратить облизывание, но черненькая братия настойчиво требовала своего.

– Странно, – мягко усмехнулся мужчина, вспоминая детали того визита. – Я бы даже сказал весьма загадочно. Но им скорее понравился не я, а Харлог. Бедняга шокировал и меня, если честно.

– Харлог? – недоуменно уточнила Альда. – Этот угрюмый страж, который отдает команды своими бровями, вместо слов?

– Угу, – кивнул Сверр, и, не сдержавшись, широко улыбнулся. – Он немало смутил меня, когда стал бегать голышом по темному залу и радостно повизгивать.

– О, Боги, – изумленно выдохнула владычица, усаживаясь у изголовья, ставшего после масштабного ремонта отполированным до идеальной гладкости. – Я слышала самые разные слухи о туаканцах. Будто они колдуны, укутанные в темные балахоны, и способны заглянуть в самые глубины души. Ну, эта часть, наверное, сказки.

Последнее супруга произнесла с большой долей сомнения, поглаживая гуархов, которые завозились, оттесненные сестрой.

– Не совсем, – поморщившись, ответил Сверр, почувствовав, что пришло время откровенности. – Туаканцы обладают многими способностями, и заглядывать в души – лишь одна из них.

– Как твоя – читать мысли других? – осторожно спросила Альда.

– Да, – кивнул владыка, забирая тявкающую самочку от братьев, пока она не покусала малышей. Девочка оказалась с характером, как и любой лидер.

– Откуда этот дар? Все даркрастианцы обладают им? – нахмурившись, осторожно расспрашивала супруга.

– Только владыки, – скованно сообщил мужчина. – Это и помогло нам стать лидерами, избегать интриг и почти достичь статуса империи. Подданные не в курсе и, надеюсь, это останется для них тайной и впредь.

Его жена быстро все схватывала, и столь жирный намек без труда достиг цели. Коротко кивнув, Альда о чем-то задумалась, продолжая поглаживать подросших щенков.

– Это сложно? – вдруг спросила супруга то, что он в последний раз обсуждал еще с отцом.

– Представь, что все вокруг тебя говорят и их никак не заставить умолкнуть, – с тяжким вздохом произнес Сверр. – Это чистый хаос: хочу есть, чешется нога, там ошибка, прохладно и так далее. Мысли не имеют определенной структуры. Никто ведь не думает так: я сейчас пойду и поем. Это словно упасть в кучу мусора и пытаться выжить в ней.

– Звучит крайне сложно, – поморщившись, прокомментировала женщина.

– И утомительно, – хмыкнул владыка. – Кстати, я докупил медкапсулы. Скоро они прибудут.

– Почему только сейчас, это же жизненно важная техника, – с сомнением уточнила хозяйка дворца.

– По двум причинам: надо ждать и дорого, – весело хмыкнул Сверр. – Такие покупки невозможно сделать разом. Цератон выпускает лишь определенное число машин и жестко регулирует очередность получения капсул.

– И как ты смог закупить медтехнику? – настороженно спросила Альда, очевидно ожидая увлекательной истории о махинациях или уловках на переговорах.

– Никак, – улыбнулся владыка. – Подошла наша очередь, и я написал, что вместо десяти машин хочу получить двадцать. Четыре капсулы израсходовали свой ресурс и возвращаются обратно на Цератон. По договору производитель обязан заменить технику, и дополнительно я закупаю еще шесть. Сейчас Даркраст может позволить себе такие расходы.

Вдруг супруга нахмурилась и задумчиво поинтересовалась:

– А сколько стоит одна медкапсула?

– Двести тысяч унций банковского железа, – ровно ответил мужчина и, когда у Альды расширились глаза от удивления столь высокой ценой, он спокойно добавил. – И это с пятидесятипроцентной скидкой, как для важного партнера Цератона.

– Ты шутишь?! Я никогда не думала, что это так дорого.

– Здоровье и время – это сложные ресурсы, – печально отозвался Сверр. – Капсула дает возможность продлить оба показателя, и это не может стоить дешево.

– Когда ты хочешь распределить Зерцала и капсулы? – задумчиво спросила владычица, поглаживая успокоившихся щенков, которые уже зевали, улегшись поверх одеяла на хозяйке.

– Когда прибудет и то, и другое – вызову танеров во дворец, – пожал плечами повелитель.

– Можно совместить это с интронизацией, – предложила Альда. – Все-таки Даркраст становится империей.

– Хорошо, – мягко кивнул мужчина. – Я планирую отправить на покой нескольких танеров, которые подали прошения о пенсии. Думаю, сделаем все разом, не хочу долгого столпотворения вокруг.

– Как ты поощряешь своих танеров за службу на посту управляющего? – неожиданно спросила супруга, немало удивив его. Сверр не привык догадываться о мотивах, и это был новый опыт для владыки.

– Хм… Плачу больше железа, – непонимающе отозвался мужчина, взглянув на жену.

– Ты же знаешь, что белые башни отныне выращивают фрукты и специи? – еще более загадочно напомнила Альда. Дождавшись его кивка, она продолжила. – Я сообщила настоятельницам храмов, что они должны обеспечить пищей и стол танеров. Пока первый урожай не получен, этой взаимосвязи еще нет, но позже твои управляющие оценят мой жест.

– Идея неплохая, – прищурившись, ответил он, подозревая, что это лишь затравка.

– В процессе общения с настоятельницами выяснились некоторые тревожащие меня подробности, – медленно продолжила владычица, оправдывая его ожидания. – В общем, жрицы волнуются о судьбе малышей, отданных на попечение отцов. Едва те покидают башню, как матери теряют возможность видеть их или заботиться.

– У нас созданы союзы, которые заняты воспитанием молодняка, – осторожно отозвался Сверр.

– «Молодняк», – мрачно повторила женщина, демонстративно закатив глаза. – Кто так говорит? Это же дети.

– Что ты хочешь предложить? – вздохнул владыка, уже поняв суть разговора. – Мужчины не руководят башней, а жрицы не влияют на сектор вокруг храма. Так было всегда, и это разделение сохраняет баланс.

– Я понимаю, – весьма благосклонно кивнула Альда, озадачив его реакцией. – А что если этим будет заниматься женщина, но не жрица?

– Единственная «женщина, но не жрица» на Даркрасте – это ты, – иронично напомнил Сверр. – Уверена, что потянешь такую ношу? Мальчишек на этих скалах немало.

– Нет, одна – точно нет, – замотала головой сосредоточенная владычица. – А вот те, кого я уже поднатаскала, да с постоянной помощью – они точно смогут.

– Это сложно, – серьезно ответил правитель, догадавшись, о ком идет речь. – Ты хочешь отправить своих служанок? Бедняжки не справятся в одиночестве. Даже с твоей помощью, дело будет скрипеть и стопориться.

– А если они станут женами танеров? – ошарашила его жена.

Недоуменно взглянув на супругу, Сверр замолчал, обдумывая этот вариант.

– Они могли бы от имени танера и под его протекцией заниматься благотворительностью, связанной с детьми и стариками, – продолжила увещевать Альда. – Упростили бы коммуникацию с белыми башнями. Настоятельницы мне сообщили, что у них иногда возникают споры, которые решаются не самым быстрым образом. И потом – это серьезный способ поощрить твоих танеров, заодно снять с них часть обязанностей.

– Или усложнить жизнь, – вставил владыка, ярко представляя себе новые реалии.

– Я буду на связи с башнями и женами управляющих, – веско напомнила женщина, приподняв брови. – И смогу влиять на обе стороны.

– Зачем тебе это? – прямо спросил Сверр, желая такого же честного ответа.

– Когда танерам будет что терять, они маловероятно пойдут на бунт, – пожала плечами владычица. – Потеря привилегий – достаточно веский рычаг давления.

– Это не ответ, – возразил мужчина.

– Я хочу укрепить положение императорской семьи верными подданными, – отозвалась Альда, резко взглянув на него. – Они будут благодарны за Зерцало и капсулы, но надо думать о будущем. Правосудие и здоровье, равное для всех, – это хорошо, но танеры должны держаться еще на верности трону, а не просто долге и страхе. Сытый и довольный мужчина не пойдет плести заговоры, понимая, что может лишиться всего, что имеет, и вдобавок еще и головы.

– Именно сытые и довольные плетут заговоры, – хмыкнул Сверр. – Они хотят и дальше быть таковыми.

– Ну, для этого у нас есть ты – владыка, который узнает каждый секрет из глубин души, – насмешливо парировала супруга, когда он собрал заснувших щенков и отнес их на мягкую лежанку.

– И что ты будешь делать без своей свиты? – иронично уточнил он, вернувшись в постель.

– При мне останется пять служанок, – пожала плечами Альда, заставив его вспомнить о сделке.

Видимо она продумывала свою дальнейшую жизнь. Удалиться из дворца с пятью помощницами было легче, чем с целым выводком. Едва Сверр подумал об этом, как жена вновь удивила его.

– Скоро должны прибыть девушки из всех башен, – со вздохом продолжила владычица, не заметив его приподнятых бровей. – За восемнадцать-двадцать циклов они научатся всему необходимому, а главное – преданно служить мне. Позже каждая из них будет управлять белой башней.

– Хочешь сменить высших жриц? – догадался мужчина, улегшись на ложе.

– Они верно служили Кунне много времени, – кивнула Альда. – Я не хочу сомневаться в своих подданных. Супруги танеров будут присматривать за башнями извне, а башня – отчасти влиять на мирскую жизнь.

– А-а-а, – хмыкнул Сверр. – Система сдерживания и противовесов?

– Что-то вроде того, – пожала плечами владычица. – Там подрастут девочки из семей танеров и займут места высших жриц. Они вырастут при мне и выйдут замуж, за кого нам будет выгодно, а позже придет время учить новых управляющих башнями.

– Таким образом, ты будешь контролировать башни и семьи управляющих, – насмешливо предсказал правитель. – Вопрос: к чему мне давать тебе столько влияния?

– Потому что твой трон когда-нибудь займет наш сын, – веско произнесла Альда. – Ты делаешь эту империю процветающим государством, а я обеспечиваю верность правящей династии – так это работает. Каждый раз, когда ты покидаешь дом, тут что-то происходит. В прошлый раз – напали на твою супругу, а до этого – убили мать. Не слишком ли?

– Источник этих проблем казнен, и её прах растаял на поверхности, – нахмурившись, напомнил мужчина.

– А кто сказал, что этого не повторится? – хмыкнула Альда. – Если голая женщина в ошейнике смогла провернуть такое, скажи, на что способен танер, который сговорится с другими?

– Твоя конечная цель – укрепление власти императора? – с подозрением спросил Сверр, не имеющий возможности заглянуть в душу супруги.

– Безусловно, – серьезно кивнула владычица. – В свое время наш сын взойдет на трон, и даже тени заговоров на этих скалах быть не должно.

– Я хочу нерушимую клятву, что ты всегда будешь действовать в моих интересах, а позже – в пользу нового императора, – глубоко дыша, приказал правитель.

– Она у тебя есть, – коротко отозвалась Альда, кивнув.

– И, кстати, – тихо произнес владыка, приблизив лицо к жене. – Если ты планировала зачатие наследника в медкапсуле, то можешь забыть об этом.

– С чего такие мысли? – насмешливо уточнила супруга, чуть приподняв одну бровь, чем всегда заставляла Сверра улыбаться, ибо самые едкие фразы от неё летели именно с таким выражением личика.

– А как еще ты собираешься подарить мне сына? Кто-то явно пренебрегает своим долгом, – недовольно поджав губы, прокомментировал мужчина.

– Если ты не забыл, то на меня не так давно напали, а потом был проклятый ужин, который затянулся, так что я имею право хоть выдохнуть немного? – иронично высказалась Альда, заставив мужа помрачнеть еще больше.

– Я – не принц Фарогоса, – тихо напомнил он.

– Мне это хорошо известно, – хмыкнула владычица, отворачиваясь к супругу спиной. – Эриал никогда не врал.

– Когда это я тебе врал? – возмутился Сверр, выпрямившись на постели.

– В первый же час, – сонно зевая, напомнила засыпающая женщина. – Когда заявил, что жены снимают одежду со своих мужей. На Даркрасте нет женщин с таким статусом.

– Может я хотел основать новую традицию, – буркнул владыка, улегшись обратно на подушку.

Мысли крутились вокруг предложений супруги и всего их разговора. Капсулы, Зерцало и жены танеров, которые займутся благими делами для малышей и стариков, – это хорошие перемены для народа. Пришло время менять законы, которые были приемлемы для бывших заключенных, и Сверр активно внедрял правки, ослабляя жесткие рамки. Смерть была крайней мерой, и единственный, кто мог вынести подобный приговор – он сам. В остальном же провинившихся штрафовали или ссылали. Исключение – нападение на женщин и правителя. Слова о том, что в его отсутствие на Даркрасте творится хаос, ощутимо задели владыку, но возразить он не смог. Супруга умела бить прямо в цель и не стеснялась применять артиллерию в спорах с ним.

Когда дыхание Альды стало спокойным, а плечи утратили напряженность, мужчина понял, что она заснула. Осторожно приблизившись, Сверр мягко опустил голову на её подушку, вдыхая тонкий дивный запах чего-то невероятного. Сегодня аромат напоминал о далеких звездах, медленно плывущих в космосе, или еще о чем-то похожем. Владыка был не силен в словах и оценить красоту супруги мог только молчаливым восхищением.

Балет не задел струн его души, как выражались монаршие особы, возможно, он слишком груб для такого высокого искусства. Во время представления Сверр наблюдал за супругой, которая завороженно следила за каждой голограммой, и ловил искорки её мыслей: «прекрасно», «так завораживает», «божественно». Альда была захвачена преставлением и не следила за тем, чтобы скрывать от него чувства. И именно это еще давало владыке надежду наладить отношения с женой. Что творилось в душе у неё, Сверр не знал, не мог прочитать мысли или увидеть цвета чувств; единственное, что оставалось – заглянуть в сон. О том, что это возможно, он узнал в записях деда, который вел подробный дневник. Именно сны поведали о тревогах Кунны, которая боялась оставить сына, когда тот родится. Этот страх толкнул её на предательство, и именно поэтому ей сохранили жизнь. Мать инстинктивно будет желать сохранить дитя – это закон жизни и основа гармонии Вселенной. Закрыв глаза и очистив свое сознание, владыка Даркраста приготовился заглянуть туда, где никто не властен. Ни он, ни Альда.

Первое видение было далеким прошлым. Сверр увидел богатый дворец Вако, погруженный во тьму. Его жена, маленькой девочкой сидела подле матери, которая укачивала новорожденную сестренку и тихо пела. Нежный и мелодичный голос женщины не удивил владыку, а вот лицо – да. Она была точной копией Сэрны Гелиосийской, только без отпечатка тревог и лишений. Королева Вако мягко улыбалась и погладила замершую Альду по щечке, ласково продолжив петь им обоим. Эта сцена была для Сверра смущающей, ибо такого он про себя не помнил. Владыка воспитывался суровым отцом, и долгое время о ласках знал лишь из рассказов стражи, посещавшей бордели на выезде.

Внезапно все изменилось, и тревога овладела маленькой принцессой. Темная балюстрада, с которой Альда наблюдала за руганью родителей, уже не раз становилась её зрительным залом. Малышка тихо вздыхала, ожидая, когда же закончатся их препирательства. Мама в этот раз говорила слишком много, а отец в раздражении махал руками, возражая королеве. Неожиданный обмен пощечинами закончился тем, что Телиус Вакийский толкнул жену и, не обернувшись, вышел прочь. Замерев от ужаса, Альда наблюдала, как матушка кубарем свалилась с широкой парадной лестницы и замерла на мраморном полу.

– Мама? – раздался тихий голосок будущей владычицы.

Тишина все продолжалась и продолжалась, а Нилаима так и не двигалась. Девочка напряженно всматривалась в неподвижный силуэт матери и ждала, когда же та хоть как-то пошевелится. «Наверное, она устала и сейчас позовет слуг. Или нет! Слуг звать не надо. Это позор – такой предстать перед подданными» – мысли Альды носились вокруг неё со скоростью света.

– Мама? – еще раз, уже громче позвала её девочка, понимая, что что-то уже не так.

Как Сверр очутился у трупа королевы Вако, он не мог понять; наверное, и сама Альда этого не помнила, но мужчина замер, глядя как его жена, будучи совсем крошкой, тормошит красивую женщину, упрашивая её подняться. Владыка не мог остановить воспоминание, словно туман сгущавшееся вокруг. Вопли принцессы привлекли внимание слуг, но Альда не смогла произнести связанных слов.

Следующее воспоминание возникло тут же, только был день и яркие краски освещали дворец. Гости, заполнившие главный зал Вакийского дома, толпились в ожидании наследной принцессы. Отец, стоявший рядом и якобы поправлявший кружева на рукаве, тихо инструктировал:

– Сейчас улыбайся принцу Альберу, а позже сходишь прогуляться по дворцу с этим придурком Ульрихом. Вечером за ужином сядешь рядом с принцем из Босуэрнота. Они предлагают больше золота и с десяток голосов в Парламенте.

– Когда это закончится, отец? – ровно спросила Альда, чувствуя себя грязной от предстоящего представления.

– Когда я посчитаю нужным, – отрезал правитель Вако, с любезной улыбкой подавая ей руку, чтобы спуститься с проклятой лестницы. – А до тех пор твоя задача улыбаться и быть любезной с гостями, которые полезны королевству. Считай, что оплачиваешь свое приданое.

Следующая сцена заставила Сверра нахмуриться. Альда напряженно сжимала губы и рассматривала потолок в ожидании мужа. Богато украшенная спальня и колышущиеся справа белые занавески подсказали мужчине, что это Фарогос. Взволнованная девушка сложила ладошки на животе и смиренно ожидала задерживающегося принца. Внезапно двери со стуком ударились о стены и в спальню ввалился пьяный и почему-то злой Эриал. Она впервые видела жениха таким и не понимала, что происходит. Резко сев, девушка прижала руки к груди, когда опавшие простыни обнажили её по пояс.

– Можешь прикрыть свои сиськи получше? – пренебрежительно бросил Эриал, еще недавно говоривший ей комплименты. – Я и так не в восторге от мысли залезть на тебя.

Шок и растерянность овладели Альдой, и она поспешила натянуть простынь выше. Что было позже, Сверр не смог разглядеть за вспышками ярости и боли. Возможно, это было к лучшему, ибо владыка уже пылал от злости. Столкнув с себя новобрачного, Альда, едва передвигая ногами, сбежала в гардеробную, где, укутавшись в материнское платье, рыдала от боли и унижения. Кровь лилась из неё и дрожь со слезами не унималась усилием воли. Утром её нашли служанки, которые почему-то смеялись и шутили, что это нормально. Потом над ней смеялись придворные, перешептываясь глядя на принцессу. Эриал продолжал пить еще почти три недели, подливая слухов в толпу, но не тревожил молодую супругу. Стиснув зубы, Альда застыла на троне, стерев все эмоции. «Я не дрогну!» – мрачно подумала принцесса, глядя на смеющиеся лица, жадно обсуждающие пикантные подробности её личной жизни.

Владыка не хотел этого видеть, но вынырнуть из тяжелого тумана никак не мог.

Принцесса Фарогоса сидела на широком диванчике у окна в собственном будуаре, когда в помещение вошел король.

– Не спишь, дочка? – мягко спросил дон Эрнесто.

– Собираюсь, – с улыбкой отозвалась Альда, откладывая инфоблок с законодательством планеты, ставшей новым домом.

– Как ты? – участливо спросил правитель, усаживаясь рядом.

– Все хорошо, – коротко кивнула принцесса, но по взгляду свекра было понятно, что он не верил этим словам.

– Мой сын придурок, но другого у меня для тебя нет, – поджав губы, печально пошутил дон Эрнесто, заставив Альду усмехнуться.

– Как вы сами? Что интересного было на Заракине?

– Ничего! – возмущенно отозвался король, в сердцах хлопнув себя по колену. – Сборище придурков и олигофренов! Вот уж где мой наследник сделает ошеломительную карьеру! В общем, я зол, раздосадован и негодую, так что если у тебя где-то тут припрятан крепкий алкоголь, то с удовольствием угощусь.

– Есть Дарианское вино, – предложила Альда и тут же напомнила. – Но оно совсем не крепкое.

– Пора тебе завести графинчик Тогарского Адского, – доверительно порекомендовал дон Эрнесто и устало продолжил. – Я только так и справляюсь с выходками Эриала. Иной раз думаю – прибью засранца, но поганец мой единственный сын.

– Если я буду пить каждый раз, когда принц ведет себя неподобающе, боюсь, что ничего хорошего из нашего брака не выйдет, – хмыкнула принцесса и пожала плечами, добавив. – Когда-нибудь он образумится.

– Я рад, что ты здесь, Альда, – тихо произнес король. – Если Эриал не потянет, государство все равно останется в надежных руках.

Туман сгустился и сон изменился. Сверр уже успокоился от прошлых воспоминаний. Дон Эрнесто высоко ценил невестку и сейчас не скрывает привязанности. Владыка решил, что король Фарогоса будет надёжным союзником Даркрасту, каким должен был стать Вако.

Альда стояла на балконе, глядя на ночь. Сверр с интересом изучал темный ковер со сверкающими звездами. Настроение принцессы было восторженно-ожидающим. Длинные серьги задевали плечи острыми кончиками, когда ветер носился вокруг, но ей не было холодно. Внезапно за спиной послышался тихий щелчок дверного замка, и сердце Альды застучало в груди от тоски и счастья. Твердые четкие шаги размеренно и неспешно приближались, заставляя её наполняться счастьем. «Зан».

Вмиг Сверр очнулся от чужого сна и, заморгав, отпрянул на свою сторону постели. Что он сейчас увидел?

Глава 26

Утром Альда проснулась в странном состоянии, даже слегка болела голова. Сверра рядом не было, хотя он взял за привычку возиться со щенками. После потери родителей малыши часто скучали в спальне, получая внимание лишь утром и вечером. Глядя на резвящихся гуархов, которые уже выбрались из своей лежанки, принцесса покачала головой. Скоро им станет тут тесно, а пострадать может дорогое имущество. «Надо выводить малышей во дворец» – вздохнула владычица, отправляя сообщение служанкам, что готова к новому дню. Аманита явилась на зов в сопровождении двух девушек, начав утро с выбора наряда, прически и украшений.

Пока служанки суетились в покоях, визжа от игривых нападений щенков, Альда вспоминала то, что неожиданно приснилось ей сегодняшней ночью: детство на Вако и начало своего замужества. Задумчиво отвечая на вопросы девушек, принцесса решила, что встреча с сестрой так повлияла на неё. Сама она уже давно похоронила все тревоги, покинув отчий дом. Сэрна разбередила старые раны и те не желали быстро забываться, а вот Зан…

Порой Альда видела его во снах и поутру злилась из-за этой глупости. Принцесса верила, что со временем и это пройдет. Она не вспоминала о фарогосийце и была благодарна Богам за эту милость, лишь сны порой всё еще бередили душу отголосками былого. «Что принесло мне это глупое чувство? Лишь душевные руины и изгнание» – хмыкнула про себя Альда. Сколько боли и страданий принесла любовь – не счесть. Она потратила бесчисленное количество времени, вытравливая из себя чувства к генералу Аламарасу и, сидя в темнице, похоронила все надежды и мечты. Новость, что он выжил, облегчила вину, но вот теперь у неё в груди черная зияющая дыра вместо сердца. Вспомнив их последнюю встречу и испытанное унижение, принцесса горько усмехнулась. В собственных глазах Альда выглядела слабой и беспомощной, дыша мужчиной, который бросал ей в лицо насмешки. Разглядывая себя в зеркало, она видела опустошенную бездушную женщину. Была готова прыгнуть в бездну за ним, а Зан и не думал звать. Забыла про гордость и честь, про долг и собственное достоинство. Как могла так пасть? «Никогда больше!» – пообещала владычица. Любовь – яд, отравляющий разум, туманящий чувства, заставляющий идти на такое, что в иных обстоятельствах кажется просто немыслимым. Взглянув правде в глаза, она печально хмыкнула, признав один простой факт – Зан не соблазнял, не врал и не обещал ничего. «Во всех своих бедах я виновата сама».

Смахнув наваждение, владычица уверенно покинула спальню, решив, что пора перейти к действиям. Альда получила добро на замужество своих служанок. Пришлось провести переговоры и даже дать нерушимую клятву, но вредить Сверру или будущему наследнику в её планы не входит.

Первое, что попросила принцесса, войдя в белый зал и усевшись на скамью – добыть ей две глубокие чаши разных цветов, три десятка железных шариков и несколько лазеров. Странная просьба была выполнена достаточно быстро, и недоуменные девушки собрались подле владычицы узнать, для чего ей эти предметы.

– Возьмите каждая по шарику и напишите на них свои имена, – велела Альда, глядя на взволнованные мордашки.

Когда девушки выполнили поручение, передавая друг другу лазеры, принцесса указала на две чаши перед собой.

– Видите эти чаши? Это два пути, по которым я предлагаю вам пойти, – серьезно произнесла правительница Даркраста. – Те, кто положат шар со своим именем в белую – отдадут свои судьбы мне и проведут жизнь подле меня, в достатке и защите. Те же, кто выберет красную – пойдут по сложной дороге, но и награда будет высокой. За прошедшее время я искренне полюбила каждую из вас и вы доказали мне свою верность. У вас есть право выбора, но решайте вдумчиво – возможности поменять судьбу, к сожалению, уже не будет.

Внимательно глядя на собравшихся перед ней девушек, Альда поняла, что ей будет не хватать их. Хотя прощаться полноценно принцесса с ними не собиралась.

– Есть еще одно условие, – продолжила владычица. – В белой чаше допускается только пять шаров. Кто замешкается – попадут в красную, ибо решить судьбу надо еще успеть. Время на раздумья – до ужина. А теперь разузнайте о Рахселе. Я надеюсь, ваш повелитель не казнил его.

– Он жив, – тут же произнесла серьезная Аманита, стоявшая по правую руку от неё. – Ваш телохранитель возглавил гарнизон.

– Передайте, что я желаю видеть его, – чуть приподняв бровь, ответила принцесса.

Нового охранника она не воспринимала, и со временем за спиной Альды стали меняться стражники из числа личной охраны владыки. Рахсел добросовестно нес службу, и она привыкла к тихим сквернословиям, а также внезапным покашливаниям и смешкам. Мужчина имел свое мнение, но высказывался крайне редко. А главное, принцесса доверяла ему.

День прошел за инспекцией огорода и посевов харагрутоса. После обеда на связь вышли три храма, которым требовался самый серьезный ремонт. Обсудив смету и мастеров, женщины пришли к общему пониманию и алгоритму действий. Императорская казна выделяла средства, а ремонтная бригада, сформированная из тех, кто еще недавно перестраивал дворец, направится в каждый из храмов и начнет работы. Основные перемены будут проходить под чутким руководством настоятельниц башен. Отчитываться перед Альдой будут обе стороны.

За целый день им со Сверром не удавалось пересечься. Принцесса видела, что вокруг владыки толпятся вельможи, наперебой стремясь уладить вопросы с увеличенными объемами добычи гравитационных камней и прочего распределения ресурсов. Лишь за ужином супруги остались наедине в белом зале, но и тут мужчина выглядел слишком усталым для разговоров.

Наблюдая за служанками, Альда отмечала, кто и как решал свою судьбу. Медо безапелляционно подошла к белой чаше и опустила шарик одной из первых. Её подруга Котиро, наоборот, с тяжким вздохом и сомнениями отдала предпочтение красной. Как и ожидалось, белая чаша наполнилась раньше и многие с грустными лицами подходили к красной, опуская свои имена в неизвестность. Едва Сверр покинул белый зал, поблагодарив за ужин, владычица велела служанкам убирать со столов.

Осмотрев обе чаши, она нашла имена пяти девушек, что не пожелали изменять свою жизнь и останутся подле неё. В красной же чаше не хватало одного шарика, а значит, кто-то еще не смирился с выбором.

– Кто из вас не отдал шарик? – мягко спросила Альда, когда все собрались в белом зале и уселись на подушки.

– Это я, госпожа, – покаянно ответила Аманита, которая как обычно стояла рядом.

– Почему?

– Я не успела положить его в белую чашу, – печально отозвалась девушка, показав в руке шарик.

– Хочешь остаться со мной? – мягко уточнила владычица, и, заметив согласный кивок, протянула руку за сферой. Получив желаемое, она продолжила. – Ты доверяешь мне?

– Да, госпожа, – быстро кивнула служанка, опустив смиренный взгляд, когда её имя упало в красную чашу.

– Тогда слушайте все и примите свою судьбу, выбранную вами, – громко произнесла Альда. – Те, кто опустил свои имена в белую чашу – останутся моими служанками. Медо, Талана, Айла, Ирва и Магда подойдите ближе.

Вышедшие вперед девушки замерли перед владычицей, выстроившись в ряд.

– Я рада, что вы сделали именно такой выбор, – мягко сказала принцесса. – Медо, ты лучше всех ладишь со щенками. Организуй перенос малышей сюда. Вечер я проведу в белом и зеленом зале, а позже вернем их в покои. Ирва, составь компанию Медо, тебе стоит привыкнуть к гуархам. Талана, узнай, есть ли во дворце ювелир, и если да, то пригласи его ко мне завтра. Если нет – узнай, если ли такой мастер в городе, и я так же жду встречи с ним. Айла, отправляйся к Виралу и забери у него мой заказ. Если еще не готов, то принесешь, когда будет готов. Магда, а ты помоги Айле, ткани достаточно много.

Все пять служанок, закивав, разошлись выполнять поручения, оставив владычицу с претендентками из красной чаши.

– Заинтригованы? – весело спросила владычица, глядя на печальные мордашки.

– Да, госпожа, – ответила за всех Аманита. – И многие хотели быть на месте этих пяти.

– Иногда, чтобы что-то поменять в своей жизни, нужна смелость, а кого-то вынуждают обстоятельства, – философски отозвалась Альда. – Сколько на Даркрасте танератов?

– Двадцать пять, госпожа, – ответила одна из грустных девушек.

– А сколько вас здесь? – продолжила принцесса, ожидая, пока они догадаются.

– Двадцать пять, – настороженно произнесла Котиро.

– И? Что вы думаете об этом? – иронично спросила правительница.

– Вы нас ссылаете?! – воскликнула одна из будущих танеран.

– Нет, – хмыкнула удивленная владычица.

– Вы выдаете нас замуж? – недоуменно предположила Аманита.

– Так и есть, – одобрительно взглянув на догадливую девушку, кинула Альда. – Скоро во дворце соберутся все танеры и я выберу из них вам мужей.

– Но…

– Отныне вы больше не служанки и не рабыни, – продолжила принцесса, пресекая разговоры. – И, выйдя замуж, так же не станете ими. Со всеми я буду поддерживать связь, как с башнями. И каждая из вас будет отчитываться только передо мной. Мужья обеспечат вам безопасность и необходимые полномочия. Этот путь не будет легким или простым. Вам предстоит заниматься благотворительностью от моего имени. Взаимодействовать с храмами и быть хорошими супругами своим избранникам. Следить, чтобы сектор выполнял все поручения из дворца и, если это не так – вовремя сообщить мне.

– Мы – шпионки? – удивленно и заинтересованно спросил кто-то из девушек.

– Нет, вы – верные подданные императорской семьи Даркраста, – поправила её Альда. – Как танеры представляют власть владыки в секторе, так и вы будете моими глазами, руками и делами. Вы не выше супругов и не ниже их. Вы будете равны по положению, просто задачи перед вами будут иными. Часть обязанностей вам достанется от мужей, а часть получите непосредственно от меня. Я хочу знать о делах каждой из белых башен, возможно, все не так, как мне рассказывают, а мужчины не имеют права вмешиваться. У вас такое право будет. Так же жрицы волнуются о малышах, которых отдали отцам, и вы будете курировать воспитание мальчиков и заботиться о стариках. Насколько я поняла, именно этим старшее поколение и занято, но все же женская рука им не помешает.

– Нам позволят? – с сомнением спросила Котиро.

– Я позволяю вам, – веско ответила принцесса. – Вы будете женами не простых мужчин, а танеров, и, когда вашего супруга будут призывать во дворец – вы должны будете явиться с ним.

Подумав о будущем, владычица тяжело вздохнула и добавила:

– Если я буду по делам в секторе, то вам надлежит явиться ко мне и отчитаться в том, как идет жизнь в ваших владениях. Скорее всего, в белую башню.

Нестройный шепот прошелся по толпе бывших служанок, но Альда еще не закончила:

– Я выдам вам приданое и позволяю носить любую одежду и украшения, которые сможет обеспечить ваш муж, но есть ограничения: цвета императорской династии использовать нельзя, как и носить драгоценные металлы на головах. Остальное: серьги, броши, колье, кольца – пожалуйста.

– Нам можно? – удивленно воскликнул кто-то из толпы.

– Да, вы же будете супругами уважаемых и важных вельмож, – кивнула принцесса. – А главная привилегия: иметь свою семью и растить детей. Ваши сыновья станут следующими танерами, а дочери в определенном возрасте прибудут ко мне и вырастут в будущих настоятельниц храмов или же выйдут замуж за других танеров. На груди каждого из представителей секторов есть особая брошь – знак власти владыки, у вас будут похожие – знак моей протекции. Если будут разногласия, а они точно будут – помните, вы всегда можете обратиться ко мне и я решу этот вопрос. Возможно даже с привлечением своего мужа.

– А владыка?..

– Безусловно, этого всего не было бы без его ведома и одобрения, – лаконично парировала правительница.

В этот момент по лестнице стали подниматься Айла и Магда со стопками новых платьев черного цвета.

– Отлично, – кивнула им Альда. – Раздайте девушкам и заберите белые наряды. Сложите их, они позже нам понадобятся.

Пока служанки раздавали черные наряды, будущие танераны обнаружили, что они схожи по фасону с белыми. Отличие только в цвете и смысле. Суматоха с переодеванием сопровождалась шепотом о выбранной судьбе. Среди этого хаоса из тел и шуршания ткани появились Медо и Ирва, ведущие левитирующую платформу с расположенной на ней лежанкой. Щенки потешно вертели головами, глядя на все вокруг, и, завидев хозяйку, заскулили от тоски и разлуки. Животных расположили у подножия скамьи, щенки тут же перепрыгнули мягкие бортики и помчались изучать местность, пугая девушек. Беленькая малышка встала на задние лапки и запросилась на колени принцессы.

– Спасибо, – поблагодарила она служанок, поднимая любимицу на руки. – Следите, чтобы малыши не упали в пропасть и не заблудились в зелени. Надо придумать что-нибудь, чтобы оградить их от опасностей.

– Может перила? – предложила Медо, наблюдая за переодеваниями девушек.

– Они смогут пролезть, – вздохнула владычица, поглаживая довольную самочку. – Я думаю об ошейниках, которые будут пищать при приближении к опасности.

– Госпожа, гуархи и есть опасность, – смущенно напомнила Ирва.

– Да, – печально согласилась Альда. – Я стала забывать об этом.

– Вы скучаете по стае? – осторожно уточнила Медо.

– Очень, – грустно призналась принцесса, вспоминая грозных питомцев, любивших сожрать её порцию сожженного мяса.

Остаток вечера владычица провела рядом с девушками, которые бурно обсуждали дальнейшую судьбу. Вернувшаяся Талана сообщила, что во дворце ювелира нет, но мастер обнаружился в городе из числа прилетевших торговцев. Мужчина путешествовал по галактике, торгуя товаром собственного производства. Его пригласили на завтрашнее утро.

– Молодец, – похвалила её правительница, кивнув.

Раздевали её ко сну уже новые служанки, а не Аманита, которая незаметно стала главной помощницей хозяйки дворца. Девушка нравилась Альде своим умом и сообразительностью, а также спокойным характером и исполнительностью. Обдумав предстоящее дело, принцесса решила, что выдаст её замуж за Туала. Он тоже танер, и часть обязанностей по дворцу вполне подойдут Аманите, освободив время и силы мужа для других государственных дел. Порой занятой Туал пропадал из дворца, и поручения исполнялись через его помощников.

Новый сон вновь оказался странным. Альда видела свои ссоры с Эриалом и множественные попытки примирения принца Фарогоса. Видела свою статс-даму Бьянку, которая была её не в пример рьяной защитницей. Донна Матиас прибыла ко двору Камильсаны и стала доверенным лицом принцессы, потому что не относилась к числу откровенных лицемеров. Альда приблизила Бьянку и получила не столько подругу, сколько подобострастную обожательницу. Поначалу монаршей особе это импонировало: из окружения желчных придворных кто-то был на её стороне, но позже донна Матиас стала перегибать с услужливостью. Зан жил, как ему хотелось, и Альда молча страдала от этих его прилюдных ухаживаний за другими. Бьянка слишком быстро догадалась, кто именно бередит душу её госпожи. Когда одна из предполагаемых любовниц генерала стала получать угрозы, все негласно обвинили принцессу, так как статс-дама всегда действует от коронованного лица – ошибкой было промолчать, не дав комментариев, и не остановить донну Матиас. Честно признавшись себе, Альда поняла, что не испытывает жалости к сопернице, и мысленно одобрила действия Бьянки, но позже, когда обстоятельства стали принимать серьезный оборот, король вмешался в происходящее. Дон Эрнесто явился в её гостиную и высказался о несчастных случаях, наводнивших дворец.

– Прекрати вести себя столь глупо, – сдержанно произнес свекор. – Ты выглядишь отчаявшейся дурочкой.

– Это недалеко от правды, – расстроенно хмыкнула принцесса, совсем недавно разругавшаяся с бывшим любовником.

– Слухи, распри и мелкие пакости – это еще куда ни шло, но спустить девицу с лестницы – это уже перебор, Альда, – продолжил выговаривать дон Эрнесто, не заметив шока невестки. – Я думал, ты умнее.

– Я вас услышала, – ровно ответила принцесса.

– Главное, чтобы ты меня послушала, – громче произнес король, впервые отчитывающий её.

Свекор покинул гостиную, не дождавшись ответа, а Альда вызвала Бьянку и сурово высказалась по поводу происходящего придворной даме, решительно запретив ей портить репутацию королевской семьи. Случай с лестницей всколыхнул волну ужаса в душе принцессы, но она не подала виду.

– Она жива? – строго спросила Альда.

– Да, госпожа, – коротко кивнула Бьянка.

– Благодари за это Богов, – мрачно произнесла принцесса. – Если бы вышло иначе – ты бы лишилась головы!

Резко кивнув в сторону двери, она отпустила донну Матиас. Желая во всем подражать принцессе, Бьянка позже увлеклась младшим братом Зана, проскользнув в его постель, но Терон был слишком ветреным для чего-то серьезного. Альда не стала отметать обвинений в своей причастности, они ничего не значили для принцессы. Хотя, не имей она репутации коварной устранительницы соперниц, возможно, её судьба не была столь печальной. Единственная попытка покушения с треском провалилась.

Все эти события были давними, и владычица даже не вспоминала о них. В последнее время её жизнь делала стремительные кульбиты и поэтому мозг реагировал такими снами, а они не подвластны никому. Пожав плечами, женщина начала новый день, вызвав служанок в будуар.

Прибывший мастер оказался руверианцем по имени Корут. Мастер был невысоким и худощавым, как и многие представители сектора Вейлар. Альда знала об этой планете, расположенной в секторе ювелиров, и предложила для начала продемонстрировать его искусство. Мужчина извлек из своего чемоданчика черную мягкую подушечку и зажег яркую лампу, начав выкладывать свой товар.

– Прошу, госпожа, – произнес торговец, когда перед владычицей предстали работы мастера. – К сожалению, я не имею крупных камней или изделий. В здешнем мире мы впервые. Если вам что-то понравится, я тут же изготовлю украшение по размеру.

– Хорошо, – кивнула правительница, разглядывая изящную работу. – Вы путешествуете не один?

– С сыном, госпожа. Он же мой ученик и помощник, – склонился в поклоне ювелир, терпеливо ожидающий окончательного вердикта его работам.

– Вы весьма искусны в своем ремесле, – одобрительно отозвалась Альда, рассмотрев все работы. – Я много слышала о мастерах Руверии, и вы оправдали моё ожидание.

– Благодарю, ваше величество, – удивленно произнес Корут, кланяясь еще ниже. – Не знал, что вы знакомы с моей родной планетой.

– Я родом из сектора Вейлар, – мягко сообщила принцесса Вако.

– Тогда, боюсь, что мои работы покажутся вам слегка примитивными, – с сожалением признал ремесленник.

– Я не гонюсь за сложными эскизами и в последнее время ценю простоту, – легко парировала владычица. – Мне понравилось то, что я увидела.

– Желаете что-то приобрести? – поинтересовался руверианец.

– Желаю предложить вам задержаться на Даркрасте и выполнить несколько заказов, – лаконично высказалась правительница. – Что скажете на это?

– Я скромный мастер, и весь мой товар перед вами, – смущенно произнес мужчина. – Если вы захотите что-то особенное, боюсь, что у меня недостаточно ресурсов.

Альда знала правила: мастера делали украшения, опираясь на собственный вкус, и предлагали их клиентам. Получая заказ, ювелир изготавливал его из своих материалов, и если результат устраивал – его выкупали. В противном случае – работа либо переплавлялась, либо оставалась у мастера.

– Все необходимое у вас будет, так же как и свои комнаты во дворце на время выполнения заказа, и место за столом, – задумчиво кивнула принцесса, понимая, что другого мастера у неё пока нет.

– Вы ведь совсем не знаете меня, – осторожно напомнил руверианец, намекая, что ему предстоит работать с драгоценными материалами.

– Да, вам предстоит еще завоевать мое доверие и расположение, – понимающе кивнула владычица, улыбнувшись. – Но без моего ведома вы не сможете даже покинуть этот дворец, не говоря уж о самом Даркрасте. Если вас интересует работа – она у вас есть.

– Премного благодарен, ваше величество, – поклонился Корут, глубоко вздохнув. – Я принимаю ваше щедрое предложение. Что мне изготовить для вас в первую очередь? Или же вам понравилось что-то из этого?

В итоге Альда заказала двадцать пять разных пар серег для тех девушек, что готовились покинуть дворец супругами танеров. Часть заготовок была приобретена у самого мастера и нуждалась в переделке под нужный размер, а вторую часть предоставила сама владычица из числа присланных с Фарогоса подарков. Простые фасоны без камней, но с филигранным узором, вполне подходили для даров от императрицы Даркраста. Их так же нужно было подправить в размерах. Пока шло обсуждение деталей заказа, ювелиру и его сыну выделили и подготовили комнаты, рядом с просторным помещением, которое подходило для мастерской.

После обеда, прошедшего в тронном зале, к Альде подошли две девушки в разных по цвету платьях. По лицам подопечных принцесса уже поняла, в чем будет суть прошения.

– Слушаю, – спокойно произнесла владычица, присев на свою скамью.

– Если есть еще возможность, госпожа, мы бы хотели поменяться местами, – взволнованно произнесла Ирва.

– Ты передумала служить мне? – иронично уточнила хозяйка белого зала.

– Нет, что вы, – удивленно заморгала девушка. – Просто я…

– Это я уговорила её, госпожа, – быстро произнесла её подруга в черном. – Когда-то давно я уже была замужем, и не хочу повторения того, что испытала.

– Ты будешь под моей защитой, – напомнила Альда, нахмурившись.

– И все же исполнять супружеский долг придется, – поникнув, прошептала девушка. – Клянусь, что буду верно служить вам, только не отдавайте меня замуж.

– Как тебя зовут? – спросила принцесса, глядя на неё.

– Лорина, госпожа, – не поднимая головы, отозвалась несостоявшаяся танерана.

– Твои мотивы мне ясны, – кивнула владычица и, взглянув на Ирву, продолжила. – А почему ты согласилась на обмен?

– Я хочу иметь семью и растить ребенка, – честно призналась служанка, сглотнув ком в горле.

– Что ж, если вы уладили этот вопрос между собой, я принимаю ваши аргументы и не против замены, – кивнула правительница. – Кто-то еще желает сменить свой статус? Девушки правы – это последний шанс.

Тишина стала ответом хозяйке дворца и Альда уверенно взмахнула рукой, произнеся:

– Ирва, позволяю тебе надеть черные одежды, а тебя, Лорина, приветствую среди моих помощниц.

Поздно вечером, когда малыши гуархи вернулись в спальню и уже резвились на кровати, а служанки подготовили госпожу ко сну и удалились, Сверр насмешливо спросил:

– У нас появился придворный ювелир?

– Пока еще нет, – повела плечом принцесса. – Но вскоре Даркраст нарекут империей и соответствующие регалии кто-то должен изготовить. Пока я тестирую мастерство единственного ювелира в округе, и – да, если он справится с простыми заказами, возможно именно ему предстоит выполнить твою корону.

– Я об этом не подумал, – недоуменно отозвался владыка.

– Конечно, – хмыкнула Альда. – У тебя для этого есть супруга.

– Интересно, а когда моя супруга вспомнит о других своих обязанностях? – пространно спросил Сверр.

– Когда будет готова, – язвительно ответила принцесса.

Корут в кратчайшие сроки выполнил заказ и представил госпоже свою работу, чем заслужил похвалу, оплату и новый заказ: двадцать пять массивных золотых брошей, повторяющих узоры на главном полотнище тронного зала, олицетворяющих власть императора. Получив необходимое золото, ювелир удалился в мастерскую, а Альда созвала невест в своих покоях, открыв доступ к медкапсуле.

Перед тем, как раздать первые подарки, принцесса обнаружила, что ни у одной из невест нет дырочек для серег. Укладывая будущих танеран в медитек, владычица заметила одну закономерность – все женские гормоны в организмах девушек были подавлены, что предотвращало зачатие потомства в принципе. Женщина также возвратила им длинные волосы, что больше всего удивило бывших служанок.

– Пока есть время – учитесь самостоятельно заплетать косы и делать иные прически, – весело посоветовала госпожа, когда девушки крутились друг перед другом, рассматривая полученный результат.

Обдумав все модификации, Альда решила не возвращать подопечным девственность. Эта деталь важна для брака, но врать мужчинам было глупо – эти девушки не невинные цисины и изображать их не должны. Вспоминая обе свои брачные ночи, принцесса еще решительнее отмела вариант гименопластики. А вот для того, чтобы супружеская постель не стала печалью жизни, женщина добавила интимных нюансов. Ну, хоть удовольствие они точно будут получать.

Обновленные невесты взволнованно вернулись в белый зал и еще сильнее затараторили о будущем. Предложив им занять себя составлением планов и алгоритмов действий в доме мужа и на посту танераны, Альда погрузилась в раздумья. В последнее время сны беспокоили её. Никогда прежде они не были столь яркими и четким, а также жестокими. Словно судьба вновь и вновь заставляет принцессу прожить самые волнительные моменты жизни. Смерть матери, бесконечные приемы отца, начало брака с Эриалом и одиночество на троне Фарогоса. Этой ночью она сидела в темнице и переживала мнимую смерть Зана. Вспоминая поутру то время, Альда все больше отдалялась от чувств, которые когда-то казались вечными. Глупо так всецело любить мужчину, которого родила не ты. Внимательно взглянув на окружающих её девушек, принцесса горько усмехнулась про себя. «Им будет позволено больше, чем кому бы то ни было на Даркрасте – воспитывать своих сыновей».

– Айла, – произнесла владычица, привлекая внимание ближайшей служанки. – В моих сундуках есть два инфоблока с вариантами причесок. Я думаю, девушки достаточно измучили свои волосы. Стоит обучить их, пока кое-кто вновь не лишился локонов.

Спрятав улыбку, девушка поспешила исполнить поручение госпожи.

Три дня спустя на Даркраст прибыла делегация с таинственного Туакана. Укутанные в темные балахоны фигуры сопровождали двадцать пять огромных ящиков, выстроившихся на тронном плато. Альда сидела подле мужа, когда представители загадочной расы остановились перед ними.

– Мы рады посетить этот мир и принести справедливое правосудие вашему народу, – мелодично произнес мужской голос.

– Даркраст приветствует вас и благодарит за содействие, – серьезно кивнул Сверр.

Дальше разговора как такового не было, но владыка напряженно хмурился и периодически вздыхал, приподнимая брови. Очевидно, беседа велась только между Сверром и гостями. Ни пить, ни есть, ни задерживаться туаканцы не планировали, что весьма обрадовало хозяйку дворца. В присутствии этих загадочных фигур принцесса чувствовала себя до странного обнаженной. Будто её душа и чувства были выставлены напоказ, а для той, которая с детства училась скрывать эмоции, это стало настоящим испытанием. Даже сидя голой на коленях Сверра в первые дни замужества, она не ощущала такого смятения. Дружно кивнув головами, делегация Туакана покинула скалы Даркраста, позволяя всем присутствующим свободно выдохнуть.

– Почему они молчали? – недоуменно спросил Соур, который стоял в толпе, как и прочие, заинтригованный гостями.

– Они не молчали, – поспешила ответить Альда, понимая, что разговор шел на ином уровне. – Просто туаканцы телепаты. Именно поэтому Зерцало Правосудия невозможно обмануть. Разбирая споры, судьи смотрят в души и определяют, кто истинно виновен, а кто затаил обман.

Эта новость взбудоражила вельмож. Все забеспокоились, став обсуждать этот факт.

– К чему столько волнений? – иронично спросил правитель, заставив все голоса стихнуть. – Разве вам есть что скрывать?

– Владыка, каждая душа имеет право на тайны, – с сомнением произнес Туал. – На то она и дана, чтобы хранить секреты.

– Вот и не доводите дело до Зерцала Правосудия, – веско парировал Сверр. – Если к службе не будет претензий – ваши тайны останутся приватными. Несмотря на упрощение судебной системы, сложные споры будут решаться танерами, а если и тут окажутся недовольные – каждый житель Даркраста сможет лично обратиться ко мне. Споры с участием вельмож и танеров по-прежнему будут разбираться мной в особом порядке. Подготовить все Зерцала к отправке в сектора, вместе с полученными капсулами.

Собравшиеся подданные стали расходиться по своим делам, освобождая место для рабочих, призванных выполнить приказ владыки. Взглянув на задумчивую супругу, Сверр тихо произнес:

– Есть ли какие-то правила в случае, когда кто-то получает статус империи?

– Технически: признание королей и подтверждение Парламента, – пожала плечами Альда. – Сама же империя по-своему празднует это событие.

– Есть идеи?

– Я подготовлю наряды, угощение и развлечение, – кивнула принцесса. – Мы можем транслировать событие на все сектора?

– Да, – коротко ответил правитель.

– Тогда подготовь речь, – ровно отозвалась будущая императрица, поднимаясь на ноги и направляясь в белый зал. – Об остальном я позабочусь.

Проходя по тронному плато, Альда не могла избавиться от тревоги после слов Туала: «Каждая душа имеет право на тайны». Мрачно размышляя о последних снах, владычица все больше подозревала, что кто-то слишком наглый решил поворошить её тайник.

Глава 27

Факт того, что Сверр может читать любые мысли, уже прижился в голове принцессы, но вот о большем она не подумала. Мог ли владыка быть причиной последних снов? С одной стороны – это не нужно, она и так была распахнута перед ним всей душой. Вспомнив слова супруга о постоянном шуме из чужих мыслей, Альда представила, будто все вокруг заговорили разом, и поморщилась от недовольства. Сопоставляя все события, что произошли на Даркрасте с момента её появления, принцесса припоминала, когда Сверр вел себя нетипично. Сейчас она точно могла сказать, что судил и допрашивал владыка с особым выражением лица: сдвинув брови и пригнув голову, мужчина сверлил взглядом представшего перед ним. Порой он и на неё смотрел столь же пристально, так что можно не сомневаться – Сверр в курсе её любви к комментированию всех и всего.

Но почему сны?

В последнее время она видела много событий своей жизни, которые не вспоминала десятками циклов. Большинство из них были болезненными, но и хорошее тоже всколыхнулось. Глубоко дыша, владычица вспоминала родительницу. Нежный голос Нилаимы Вакийской восхищал всех, кто когда-либо слышал его. Принцесса и сама неплохо исполняла некоторые песни, но все же сравниться с матушкой не пыталась. Эти всполохи памяти были теплыми, и Альда почувствовала стыд за забвение родной души.

– Медо, – вздохнув, обратилась правительница к ближайшей к ней служанке. – В сундуках хранятся несколько старых инфоблоков с королевской печатью Вако. Будь добра, принеси их мне в зеленый зал. Я буду там. И захвати проектор.

Растрепанные чувства от внезапно нахлынувших воспоминаний о маме растревожили принцессу, и она решила прогуляться по роскошному чуду Даркраста. Согретая дневными лучами звезды, кислородная камера еще была теплой, но ночью здесь прохладно. Попросив Лорину принести из хранилища роскошную теплую шаль, Альда отправила охранника со служанкой, снабдив обоих ключом-медальоном, который носила на шее. На время приема главный религиозный символ оставался на туалетном столике владычицы, но теперь вновь украсил сдержанные наряды принцессы.

Внезапно в проходе между белым и зеленым залом возникла внушительная фигура мужчины. Узнав в нем своего давнего телохранителя, хозяйка кивком пригласила Рахсела пройти вглубь новой пещеры дворца.

– Я уж было решила, что тебя казнили с остальными за компанию, – иронично хмыкнула Альда, когда бывший защитник приблизился.

Тяжко вздохнув, мужчина нехотя проскрежетал:

– Владыка пощадил.

Альда стояла посередине круглой площадки, глядя на тускнеющие дневные лучи, обхватив себя руками. Скоро здесь оживет голограмма звездного неба и танца бабочек, что безумно нравились принцессе.

– Наслышана о твоей новой должности, – одобрительно кивнула госпожа и тут же лукаво уточнила. – Наградил или сослал?

– Поначалу казалось, что наградил, – кисло признался Рахсел, поджав губы. – А теперь я в этом так не уверен.

– Так тебе и надо, раз посчитал наградой эту службу, – с язвительной улыбкой произнесла Альда и, смягчившись, добавила. – Рада, что ты получил повышение, но не скрою: мне сложно видеть за спиной разных стражников. Я как-то привыкла к твоему мрачному осуждению.

Заметив странное выражение его лица, хозяйка пещеры отвернулась и глубоко вдохнула свежий аромат зелени, наблюдая за началом танца бабочек, сопровождающимся негромкой музыкой.

– Я не справился, – тихо произнес глава гарнизона. – И вряд ли подхожу на роль вашего защитника.

– В тот день я потеряла слишком много, но не разум, – спокойно возразила принцесса. – Никто бы не справился. Даже гуархи не смогли, а стая сражалась насмерть.

– Они спасли нас обоих, – негромко согласился мужчина. – Но все же владыка подоспел вовремя. Я получил сообщение, что корабль проходит карантин, и отправил сигнал о нападении. Челнок едва не разбился при спуске, но они не опоздали.

Этого Альда не знала и с удивлением взглянула на Рахсела. До сего момента она не анализировала, каким образом Сверр так удачно подоспел во время бунта. Пожав плечами, глава гарнизона дал понять, что данная информация не секрет. В этот момент подоспели служанки и принесли проектор и шаль. Отпустив засмотревшихся на парящую балерину девушек, принцесса укуталась в теплую накидку, оказавшуюся просто огромной полостью, и отложила на столик технику с Вако.

– Если ты переживаешь, что я сержусь, то можешь расслабиться – этого нет, – мягко сообщила владычица. – Наоборот, я благодарна.

– Спасибо, – коротко произнес бывший страж. – Мне было стыдно прийти раньше.

– Да неужели? – иронично хмыкнула Альда. – А казалось, что ты вообще лишен чувств, кроме осуждения и недовольного ворчания.

Вместо ответа Рахсел лишь поджал губы и хмуро сдвинул брови, заставив принцессу скривиться в улыбке.

– Я рада, что ты не пострадал и занял важную должность, – дружелюбно продолжила правительница. – У тебя всегда будет моя признательность и расположение.

Свободно вздохнув, мужчина коротко кивнул и, широко шагая, покинул зеленый зал дворца. Глядя ему вслед, владычица подумала, что в её жизни не так много надежных подданных, но Рахсел, несомненно, один из них. Вспоминая, как этот мужчина с мечом в руке был готов отдать жизнь за неё, Альда мысленно поблагодарила Сверра за верный выбор.

Удобно расположившись в глубоком кресле, единственном среди широких кушеток, принцесса перебрала инфоблоки с королевской печатью Вако, вспоминая, как когда-то эти записи спасали её от отчаянного одиночества. Подключив к проектору накопитель с любимой записью, женщина в сотый раз увидела Нилаиму в летящем платье.

Мама смеялась, прикладывая к себе разные наряды, подаваемые служанками. Все улыбались и были веселы, обсуждая предстоящий прием. Королева Вако созывала всех придворных для торжеств по случаю троелуния. Спутники планеты выстраивались в одну линию, представляя собой фантастическое зрелище, которое случалось раз в пятьсот циклов. Жители, взволнованные предстоящим событием, готовились подносить Богам жертвы, прося в ответ милости для себя.

– Я попрошу еще дочь и сына, – торжественно произнесла королева Вако, не зная, что это желание исполнится в точности. – А ты чего попросишь, милая?

– Хочу встретить принца, который будет любить меня, – звонко ответила маленькая Альда, вызвав улыбки окружающих и нежность на лице матери.

– Тогда я попрошу этого для тебя, – мягко сказала королева, прикоснувшись к щечке принцессы. – Пусть у моего желания будет двойной посыл.

Во всех следующих записях Нилаима была беременной, напевая для дочки и еще не родившихся малышей. Нежный голос пел о далеких испытаниях, о том, что где-то ждет любимый и она готова бежать к нему в объятья без оглядки.

Выключив проектор, владычица задумалась о своих снах. Был ли Сверр причиной или нет – она не знала, но память о матери не должна пропасть бесследно. Голос Нилаимы прозвучал спустя столько циклов на другой стороне галактики и все так же способен заворожить. Он не должен пропасть.

«Что делать с не в меру любопытным супругом? И есть ли его вина в этих снах? А может встреча с сестрой всколыхнула воспоминания о прошлом?» – задумчиво размышляла Альда, когда ночь окончательно завладела пещерой, пропуская слабый свет звезд. Взглянув на потолок, принцесса увидела мириады мерцающих огоньков, так похожих на космос. Чтобы как-то проверить свою теорию, владычица приняла решение спать отдельно, но для этого нужно усыпить бдительность владыки.

Оставив теплую полость на широкой кушетке, она спокойно прошла в белый зал, встретив Талану с Магдой. Служанки сопроводили госпожу в спальню и подготовили ко сну, отбыв к себе. Сверр уже расположился в постели, читая какой-то инфоблок, ласково поглаживая веселую стаю, устроившую игру в нападение, прыгая через хозяина. Беленькая малышка уселась на мужской груди, тявкая на братишек и легко сталкивая пузатеньких щенков на кровать. Альда старалась контролировать мысли, размышляя о делах белых башен, которые собиралась обсудить завтра со жрицами.

– Хочу пригласить на праздник высших жриц со всех белых башен. Это можно устроить? – задумчиво спросила принцесса, сидя за столиком и размышляя над деталями предстоящей интронизации, а также рассматривая список срочных дел.

– Да, – не отвлекаясь от чтения, ответил владыка. – Я сам хотел предложить. Танеры организуют визит, и на обратном пути женщины смогут пообщаться плотнее с супругами управляющих. Такой контакт будет естественнее, чем официальное представление. Ну, и выкажем почтение настоятельницам храмов.

– Сообщи танерам, что им предстоит сопроводить женщин, но не говори о свадьбах, – лукаво попросила Альда. – Я хочу видеть их лица, когда они узнают эту новость. И пусть обеспечат трансляцию торжества. Это общий праздник, жители заслужили увидеть, как их мир возвышается.

– Хорошо, – коротко кивнул Сверр. – Сектора ждут большие перемены. Пока я готовлю инструкцию к использованию Зерцал, а также думаю, куда лучше установить медкапсулы.

– А как это происходит обычно? – недоуменно спросила принцесса, почувствовав, что супруг интересуется её мнением.

– Обычно медитек устанавливается под охрану и доступен всем желающим, после помощи остронуждающимся, – пожал плечами владыка, рассеяно поглаживая утихомирившихся щенков. – Теперь же надо найти постоянные места, без затрат на охрану.

– Сверр, ты знаешь, сколько женщин умирает во время родов? – вдруг спросила Альда, заставив супруга замереть. – А сколько детей?

– О чем ты? – изумленно произнес мужчина.

– Женщины в белых башнях рожают без помощи технологий. Нередко страдают сами матери и их новорожденные малыши, – тихо произнесла главная жрица Даркраста.

– Яира родила меня в капсуле, – недоуменно высказался Сверр, парируя довод жены.

– Она вынашивала наследника, – вскинула брови принцесса. – Не думаю, что владыка Агрог рискнул бы твоим здоровьем.

– Есть статистика? – мрачно спросил мужчина, сдвинув брови. Кажется это действительно новость для него.

– За последний цикл во время родов погибло двадцать четыре женщины и сорок три младенца, – печально ответила Альда.

Владыка резко сел в постели, потревожив засыпавших гуархов. Напряженно застыв, Сверр размышлял над новой информацией.

– Почему я не знал об этом? – с сомнением высказался он. – Мать никогда не говорила ни о чем таком. Я бьюсь за каждую жизнь на Даркрасте, а население так убывает?

– Кунна как-то сказала, что так принято, – пожала плечом принцесса. – Если ты еще думаешь, где установить капсулы – у меня есть предложение. Нижние ярусы башен – туда позволено входить мужчинам и женщинам, которые нуждаются в помощи. Аварии случаются не так часто, а вот роды происходят почти каждый день.

Коротко кивнув, владыка поднялся на ноги и, накинув длинный домашний халат, над которым смеялся с того момента, как впервые увидел, вышел из спальни, широко шагая босиком. Взглянув на растерянных малышей-гуархов, будущая императрица подошла к постели и успокоила их, переместив на лежанку. Щенки еще немного пофыркали между собой и улеглись спать. С тяжким вздохом она последовала их примеру.

Ночью Сверр так и не вернулся в спальню, а утром дворец наполнился суетой. Прибывшие капсулы, которые ожидали отправки в хранилище вместе с зерцалами, спешно устанавливали на челноки.

– Что происходит? – спросила Альда, преодолевая тронное плато, на котором маркировали медитеки, отбывающие на Руа и Тору.

– Владыка велел не дожидаться празднеств и срочно разослать медтехнику по секторам, – ответила Аманита, которая встретила хозяйку на полпути.

– Хорошо, – облегченно кивнула принцесса, поднимаясь по лестнице в белый зал.

Усевшись на свою скамью, владычица пригласила к себе по очереди придворных мастеров, заказав по десять платьев и пар обуви для каждой невесты в качестве приданого. Служанкам было велено спуститься в хранилище и перебрать там запасы тканей. Все ушло в мастерскую Виралу на наряды и на простую отделку материи для бытового использования. Постельное бельё и скромная серебряная посуда так же предоставлялась в качестве приданого. Альда приказала собрать двадцать пять комплектов и поставить в хранилище у Зерцал, тоже ожидающих отправки в сектора. Осмотрев всех невест и необходимое количество платьев, придворный портной с сомнением ответил на вопрос, успеет ли к интронизации пошить всем приданое. Главный же заказ был на наряды для императора и его стражи. Услышав про форму для стражи, Вирал со вздохом спросил:

– Я могу привлечь для этого городских портных?

– Конечно, – отозвалась Альда, отпуская мастера.

Сапожник, узнав о работе, без лишних слов согласно кивнул и записал имена невест, так как все мерки у него сохранились. Уточнив у девушек желаемый фасон, вельможа умчался в свои владения приступить к делу. Позже к владычице прибыл ювелир и показал часть работы. Броши для танеров выходили прекрасные – массивные круглые медальоны с графичными линиями разной толщины. Получив одобрение, Корут удалился в мастерскую творить дальше. Альда приказала изготовить изящные броши для танеран. Более тонкие и легкие, они были идентичны мужским символам и должны олицетворять власть императрицы.

Работа закипела во дворце вновь. Вельможи носились по переходам, исполняя приказы владыки. Служанки с не меньшей скоростью выполняли поручения своей госпожи, подготавливая подруг к важным переменам в жизни. Девушки делились волнениями и клялись помогать друг другу.

Глядя на этот хаос, принцесса улыбалась. Все работали словно слаженный механизм. Пять девушек, оставшихся при ней, оказались толковыми и проворными, желая доказать свою полезность госпоже. Заметив грустную Аманиту, Альда мягко подозвала её для приватного разговора в зеленый зал, где было тихо и спокойно.

– Ты, как Лорина, не хочешь замуж?

– Не в этом дело, госпожа, – печально опустив голову, произнесла девушка. – Если честно, я просто не хочу уезжать из дворца.

– Он прекрасен, – кивнула владычица, чувствуя, что и ей будет нелегко покинуть это место.

– И еще я боюсь не справиться, – тихо призналась Аманита. – Вдруг что-то пойдет не так?

– Ты всегда сможешь спросить совета у меня, – с улыбкой напомнила принцесса, вышагивая по дорожке, огибающей площадку с кушетками. – Не волнуйся, ты неглупая девушка и все будет хорошо, но в одном ты права – тебе будет тяжелее всех.

– Почему? – удивленно вскинула голову невеста.

– Потому что ты станешь супругой Туала, – иронично ответила Альда. – Кто-то должен помочь бедняге справляться с дворцовыми обязанностями. Наш танер разрывается от работы в секторе и дворце. Я хочу, чтобы часть обязанностей ты взяла на себя. Снабжение, наем рабочих и поддержание порядка и правил. Многое выполняется автоматически, но все же требует контроля и ухода. Понятно, что трудные задачи останутся на попечении твоего супруга, но и на тебя лягут заботы. И это помимо дел в самом секторе – там ты тоже должна участвовать наравне с другими танеранами.

– Танераны? – недоуменно переспросила Аманита.

– Да, жены танеров должны иметь свой титул и звание, – кивнула владычица.

– Я благодарю вас, госпожа, – глубоко дыша, произнесла невеста.

– Подожди еще, – по-доброму хмыкнула принцесса. – Тебе досталась самая сложная должность.

– Ну, я хотя бы знаю, кто будет моим мужем, – скептично отозвалась Аманита, приподняв брови.

– Пока это секрет, – предупредила Альда. – Молчи, чтобы другие невесты не захотели узнать имена женихов, ибо я еще не знаю, кто за кого выйдет замуж.

– Да, госпожа, – тут же закивала девушка.

– Сообщи невестам, что в день праздника будет объявлено о свадьбе, – велела принцесса. – Так же во дворец прибудут высшие жрицы. Управляющим придется потесниться, чтобы всем хватило места.

– Как прикажете, – склонила голову Аманита и поспешила выполнить просьбу владычицы.

Вечером перед сном Альда встретила мужа и, обсудив дела, легко дождалась, пока он уснет. Сверр был явно усталым, и, едва коснувшись головой подушки, тут же заснул, не обращая внимания на прыгающих на нем щенков. Пощекотав малышей, принцесса убедилась, что супруг крепко спит, и отнесла питомцев на их лежанку, осторожно покинув спальню. Зеленая пещера встретила хозяйку прохладой и яркими огоньками голограммы звездопада. Правительница любила добавлять различные завораживающие сюжеты в сценарий с бабочками.

Лежа на самой широкой кушетке, стало понятно, что она не самая удобная из спальных мест. Накрывшись шалью, Альда приготовилась провести ночь отдельно от мужа. В последнее время принцесса заметила тенденцию Сверра к обнимательству, и это беспокоило женщину, всю свою жизнь привыкшую спать одной. Глядя на имитацию звездного неба, принцесса не заметила, как её сморил сон.

Помимо ярких утренних лучей, пробивающихся с поверхности Даркраста, владычицу разбудило ощущение тесноты. Хоть кушетка и не оставляла много свободы, но ночью было заметно просторнее, а еще холоднее. Окончательно Альду разбудило движения Сверра, когда он бесцеремонно потянул её на себя, улегшись на спину.

– Что ты здесь делаешь? – пробормотала принцесса, пытаясь приподняться с его широкой груди.

– Готов услышать ответ на аналогичный вопрос, – буркнул мужчина, крепче обнимая жену. – Я точно помню, что вчера ты была в нашей постели.

– Проверяю свою теорию, – с прищуром произнесла Альда, взглянув на владыку в лучах света.

Борода, которую она велела регулярно приводить в порядок, окладисто обрамляла его по-суровому фактурное лицо. Сверру было далеко до классических красавцев, но внимание к нему обеспечивала яркая харизма. Темный взгляд правителя Даркраста проникал в душу. Про таких говорят: «Жгучий брюнет», и владыка оправдывал это звание сполна. Мрачный мужчина из тьмы.

– Какую теорию? – сонно спросил он.

– Что ты виновник моих странных снов, – со вздохом откровенно призналась принцесса, уже смирившись, что это глупая идея.

Опустив голову мужу на грудь, Альда медленно просыпалась, чувствуя его размеренное дыхание и наблюдая за парящими пылинками.

– В последние дни мне снятся те события, о которых я давно забыла, – пожав плечиком, продолжила она. – Раньше всё было не так четко и подробно. Может встреча с сестрой так повлияла.

– Не совсем, – вдруг отозвался Сверр, заставив её напрячься.

Подняв голову, чтобы недоуменно посмотреть на супруга, принцесса встретила прямой взгляд.

– Что ты имеешь в виду? – подозрительно спросила она.

– Твои сны вызвал не я, – спокойно произнес мужчина. – Но то, что они были такие четкие, – моя работа.

– Что? – замерла Альда, безрезультатно попытавшись отстраниться от него.

– Прости меня, – тихо произнес Сверр, прикоснувшись к её щечке.

– Почему? – напряженно спросила принцесса, сурово сдвинув брови.

– Потому что я перестал слышать тебя, – негромко продолжил владыка. – Ты закрылась от меня после нападения.

– И ты решил покопаться в моей голове? – начиная злиться, уточнила она.

– Я знаю, что у тебя совсем плохо с прощением, – отстраненно хмыкнул Сверр, удерживая возмущенную супругу. – Видел, на примере Эриала, но иначе понять тебя мне нелегко.

– А как насчет прямо спросить? – поджав губы, поинтересовалась Альда, ударив мужа по груди.

– И ты бы ответила честно? – приподняв брови, спросил владыка, глубоко вздохнув.

Стиснув зубы, принцесса замолчала, лишь недовольно щурясь на супруга.

– Я привык знать всё о своем окружении, – мягко продолжил говорить Сверр, не обращая внимания на злобный взгляд Альды. – А ты ближе всех, и несвойственная тишина смущала. Что сама бы сделала на моем месте?

Отвернувшись в сторону, чтобы не ощущать прикосновения к лицу, принцесса промолчала. Это единственное движение, которое в данный момент было возможно.

– У меня не так много времени, – вдруг произнес мужчина. – Я должен успеть вырастить наследника и оставить государство в надежных руках.

Недоуменно взглянув на мужа, она ждала пояснений.

– Этот мозг работает интенсивнее, чем иные, – тихо высказался Сверр, коснувшись указательным пальцем своего виска. – И изнашивается тоже быстрее. Владыкам Даркраста отпущено мало циклов, и мы должны правильно ими распорядиться.

– Что? – настороженно уточнила Альда.

– Я должен срочно обзавестись наследником и научить его правильно управлять способностями, – продолжил владыка. – У меня нет дополнительных тридцати циклов, но если бы были – я бы потратил их на то, чтобы заслужить прощение императрицы Даркраста.

Эти признания до странного теснили грудь принцессы, затрудняя дыхание в кислородной камере. Невозможно поверить, что все сказанное – правда. Что значит «нет времени»? Что значит «должен успеть»? Хмуро разглядывая мужа, хозяйка изысканного дворца глубоко дышала, не понимая, что именно чувствует.

– Я рад, что видел эти сны, – мягко сказал Сверр. – И хочу, чтобы знала: в самые тяжелые моменты – ты была не одна, Альда. Я был рядом с тобой.

Глава 28

Утренний разговор был неожиданно прерван шумом из белого зала. Девушки проснулись и наводили порядок, выполняя распоряжения хозяйки. Владычица велела перенести из зеленой пещеры пару кушеток и установить их у главной скамьи. Заметив супругов, служанки поспешили скрыться, но приватность беседы уже была нарушена. Воспользовавшись замешательством жены, Сверр быстро поцеловал застывшую Альду и покинул их временное пристанище.

– Возвращайся в спальню, – тихо произнес владыка, перед тем как исчезнуть по делам на весь день. – Мне не очень понравилось спать тут. Красиво, но не слишком удобно.

– А-а-а?..

– Можешь не волноваться, – прервал её муж. – Твои сны останутся только твоими.

Под недоуменные взгляды служанок принцесса прошла в главные покои и позволила девушкам одеть себя. Раздрай в душе никак не хотел структурироваться и принять привычный упорядоченный вид. «Он не может читать мои мысли? И именно поэтому залез во сны?». Вспоминая всё, что услышала этим утром, владычица глубже погружалась в раздумья.

Уже сидя в белом зале и слушая щебет девушек, Альда тяжко вздохнула, посмотрев на трон мужа. Расстояние от неё до места правителя было немалым, но хорошо просматривалось, даже когда Сверра осаждали вельможи. Сейчас супруг отбыл по делам и сердце империи было свободным. Картина опустевшего трона взволновала принцессу, заставив сдвинуть брови. Слова мужа о краткости бытия владык все никак не шли из головы.

– А как предыдущий правитель покинул этот мир? – пространно спросила Альда у собравшихся невест и служанок.

– Владыка Агрог объявил о своем уходе, и все танеры собрались во дворце, – задумчиво произнесла Медо, молчаливо стоявшая рядом. – Ваш супруг принял власть и на следующий день его отец выпил яд.

– Что? – удивленно переспросила принцесса, резко взглянув на первую помощницу.

– Да, – уверенно кивнула Медо. – Так же до него ушел из жизни владыка Урро.

– Они все кончают жизнь самоубийством? – недоуменно уточнила правительница.

– Когда на трон восходит новый правитель – предыдущий уходит в сады богини Ивран, – пожала плечами служанка, как бы намекая, что не знает причин этих событий.

«Я должен успеть воспитать наследника» – вспомнила Альда. – «Этот мозг изнашивается быстрее». Теперь эти слова стали обретать смысл. Очевидно, что-то происходило и обладающие даром читать чужие мысли утрачивали силу над собой, отступая в тень. Вновь посмотрев на пустой трон, принцесса, нахмурившись, встала со скамьи и медленно прошла в зеленый зал. Усевшись на залитой светом площадке, она погрузилась в раздумья.

Даркраст не был идеальным миром, здесь были свои проблемы, но за последнее время Сверр внес существенные коррективы. Помимо всего, что реформировала она сама, владыка уже сменил часть пожилых танеров, отправив тех на заслуженную пенсию. Сейчас состав управляющих был сравнительно молод и энергичен. Супруг пояснил это тем, что его команда должна быть с правителем на одном уровне и готова к переменам. Сверр рокировал танеров, перемещая их и не давая закрепиться в одном секторе. Как управленец, владыка был быстр, жесток, но эффективен. Способность читать мысли существенно облегчала жизнь, но за неё тоже была своя цена – время.

До сего дня супруг выполнял все, что обещал, и не отступился от своего слова. Когда бы ни пришло время – он её отпустит, в этом Альда не сомневалась. Глубоко вздохнув и оглядев зеленое чудо, принцесса с сожалением признала, что покинуть созданный для неё роскошный зал будет нелегко. Сверр позволил ей многое из того, чего не знал Даркраст и что было запрещено на этих скалах, а она обещала ему корону императора и сына. Что ж, первое можно считать выполненным, а со вторым принцесса пока не спешила.

Печальная правда была в том, что Альда боялась рожать дитя. Её детство было ярким примером того, что ценность королевы существенно падает, когда появляется наследник. Принцесса прекрасно помнила о словах отца, когда он в очередной раз ругался с матерью:

– Твоя единственная ценность в том, что ты еще не родила мне сына.

Королевский брак династии Вако нельзя назвать образцовым, но, вспомнив супружеские пары иных миров – сложно сказать точно, что там происходило за закрытыми дверьми. Царь Рейно во время визита сохранял строгий вид, но владычица заметила, как он потирал поясницу беременной супруги, когда та поморщилась во время ужина. Королева Сдагморта при всем своем снобизме украдкой показала язык мужу, когда тот после непродолжительного спора сдался и согласился на продление визита. Тетушка тоже не производила впечатления забитой особы: даже во времена своего брака она вольготно высказывалась по любому поводу. Сэрна же явно страдала в замужестве. Вспомнив сестру и её настороженную манеру поведения, Альда вновь нахмурилась. Что творилось во дворце Гелиоса – неясно, и принцесса не знала, стоит ли вмешиваться. Про брак с принцем Фарогоса и говорить нечего. Эриал занимался чем угодно, только не прямыми обязанностями, и это несказанно радовало её, не желавшую часто общаться с мужем.

А вот Сверр – другой. Альда и не заметила, как обсуждать с супругом дела Даркраста стало для неё обычным времяпрепровождением. Принцесса понимала, что без его протекции она ничего бы не достигла и до сих пор все её приказы получают подтверждение у владыки, но все же добилась владычица немалого. Сверр хотел процветания для своего мира, и следовать его путем было нетрудно. Одним из важных моментов для Альды стали Зерцала Правосудия. Туаканцы славились своей придирчивостью и с легкостью отказывали планетам, на которых закон был несправедлив к народу. Какой тюрьмой ни показался ей Даркраст, таковой он не был. Хотя обнаженка и ошейники на женщинах существенно портили картину бытия, но и это уже в прошлом.

Сейчас же Даркраст готовился стать империей и остро нуждался в наследнике. Вспомнив слова тетушки, произнесенные тут, Альда глубоко вздохнула и приняла решение: «Пора стать матерью». А что будет потом? Империю будут навещать гости, но из-за удаленности принцесса успеет вернуться во дворец и сыграть счастливую хозяйку дома. Аманита позаботится о порядке в белом и зеленом залах. В случае, если понадобится вылететь на другую планету, они со Сверром легко выполнят эту задачу, а позже – их сын…

Она не хотела думать о том, что будет «позже». Это было пока слишком абстрактным и далеким. Альда привыкла, что Сверр был рядом и порой бесил её любовью к обжиманиям, но в последнее время принцессе стало не хватать его объятий. К своему стыду, сегодня утром она пожалела, что их так рано прервали и муж отбыл по делам. Владычица уже получила сообщение – не ждать его к обеду и ужину. Сверр отбыл с инспекцией в другой сектор, но обещал вернуться ночью. Альда не сомневалась, что он сдержит слово. Как-то незаметно из варвара и грубияна супруг превратился в надежного союзника и партнера.

Их брак не был «соединением бьющихся в унисон сердец», но и враждой уже назвать нельзя после заключенной сделки. Сверр давал и требовал в равной мере, как и она. Принцесса давно перестала быть бунтующим подростком, так что, заглянув внутрь себя, поняла, что простить мужа легко. Но не прямо сейчас.

Как и обещал, владыка прилетел поздно ночью и, недолго отдохнув в бассейне фракса, улегся позади неё, бесцеремонно обнимая. Едва Альда решилась на возобновление супружеских обязанностей, как услышала мерное дыхание с легким храпом. Следующий день прошел для мужа также, закончившись глубокой ночью позади принцессы, успевшей лишь спросить:

– Случилось что-то серьезное?

– Надеюсь, что нет, – вздохнул засыпающий мужчина, не услышав следующего вопроса жены.

Сегодня владыка вновь отсутствовал до самого ужина. Когда трапеза уже закончилась, Сверр, широко шагая, стремительно появился на тронном плато. Вельможи, ожидающие его появления и беседующие тут после еды, активизировались, завидев правителя. Пока владыка спешно ужинал, одновременно выслушивая отчеты о состоянии дел государства, Альда продолжала наблюдать за ним. Служанка поднесла ей уже ставший традиционным настой противозачаточной травы. Машинально выпив напиток, принцесса хмуро взглянула на пустой бокал.

– Медо, – тихо произнесла владычица. – Больше не приноси мне это. И другим девушкам передай, а также оповести кухню, чтобы не закупали её для меня. Пусть используют для общих нужд.

– Вам разонравилось, госпожа? – удивленно спросила помощница, подставляя небольшой поднос для того, чтобы забрать бокал.

– В нем больше нет необходимости, – отмахнулась Альда, покачав головой.

Продолжая наблюдать за мужем, принцесса отметила и манеру пристально вглядываться в собеседника, и хмуриться, выслушивая подданных. Да, владыка производил впечатление грозного правителя, но в конечном итоге действовал во благо. Едва Сверр закончил трапезу, вельможи подошли ближе, заставив его помрачнеть. Принцесса уже знала, что супруг этого не любил, и, кажется, пора спасать мужа.

Поднявшись на ноги, Альда объявила, что остаток вечера служанки и невесты могут занять по собственному желанию, и медленно направилась вниз по лестнице, а дальше – к трону. Темно-красное платье без каких либо украшений скрывало принцессу до пят, обнажая лишь хрупкие плечи. Корона-бриллиант стала единственной драгоценностью, не нуждающейся в дополнениях.

По мере приближения в супругу перед правительницей расступались вельможи, склоняя голову в почтении. Кивая им в ответ, Альда взошла на помост и, встав прямо перед Сверром, тихо произнесла:

– Отошли всех.

– Всем сойти с помоста, – громко приказал владыка.

– Совсем, – пояснила принцесса, заметив, что придворные застыли за её спиной.

– Очистить тронное плато, – тут же сказал правитель, приподняв брови в недоумении.

Еще до того как вельможи разошлись по транспортным площадкам, Альда уселась к мужу на колени и едва сдержала улыбку, заметив его удивленный взгляд. Пока не слишком расторопные служащие толкались у края плато, Сверр тихо спросил:

– Это то, что я думаю?

– Смотря что ты имеешь в виду, – насмешливо отозвалась принцесса, наблюдая за последними мужчинами, покидающими главный зал дворца.

– Альда, не стоит дразнить меня, – напряженно произнес владыка. – Боюсь, ты возненавидишь меня, если я ошибся в своих догадках.

– Почему? – чуть прищурившись, уточнила она, обняв за шею застывшего мужчину.

– Потому что ты слишком много задолжала мне, как супруга, – мрачно пояснил Сверр, аккуратно обнимая её одной рукой за талию. – И я намерен потребовать компенсацию за каждый проклятый день.

– И ты не знаешь, зачем я сейчас пришла? – насмешливо спросила владычица, почувствовав веселье от его беспомощности.

– Если поиздеваться надо мной, то очень не советую, – сурово предупредил муж.

– Что ж, – наигранно вздохнула Альда, поднявшись с его колен, и тут же заметила, что край её платья зажат в кулаке Сверра, не давая отойти в сторону. – Тебе не нравится мой наряд?

Вместо ответа, мужчина глубоко вздохнул, продолжая сверлить принцессу взглядом, но ткань из рук не выпустил. Иронично хмыкнув, хозяйка дворца коснулась магнитных замков у горловины платья и легко расстегнула их. Ткань опала на пол у ног и Альда ловко села верхом на изумленного владыку.

– Говорят, что лучшего места для зачатия наследника, чем трон, не сыскать, – мягко прошептала принцесса, поцеловав супруга.

Сверр быстро отошел от шока и тут же перехватил инициативу, обнимая жену со всей силой томимого ожидания. Когда дыхания целоваться уже не осталось, а сердце забилось словно набат, она заметила, что стены дворца куда-то опускаются, но через мгновение поняла, что наоборот, это плато поднималось наверх. Владыка обнимал Альду одной рукой, пока второй что-то нажимал на пульте управления, встроенном в каменный символ власти, временно ставший местом воссоединения супругов.

– Не хочу чужих глаз, – тихо произнес Сверр, одновременно гася яркие светильники над их головами.

Она не успела ничего сказать, как ласки и поцелуи вновь завладели реальностью. Каким образом правитель Даркраста остался без одежды, ускользнуло от принцессы, а вот жаркий темный взгляд, которым он буквально гипнотизировал Альду, игнорировать было невозможно. Бесцеремонно потираясь о мужа, она понимала, что скоро терпение Сверра полетит в бездну, и спешила облегчить им обоим процесс. Опускаясь на успевшие раздуться пупырышки, она зашипела от тесного вторжения, но увильнуть или отстраниться не могла. Мужчина крепко держал за талию и затылок, подчиняя взглядом и обжигая нутро силой своего желания.

Секс не всегда был сильной стороной её мужа, в этот же момент все растворилось вокруг них. Заботы, долг и обязательства остались позади, словно забытое платье на полу. Она пришла к нему сама, приняв Сверра и его право, как супруга. Приподнимаясь и опускаясь, принцесса не отрывала взгляда от его лица, повинуясь молчаливым командам. Едва судорога сжала все внутри, дрожь охватила тело, Альда растаяла в удовольствии, откинув голову назад, но Сверру было мало этого. Впившись поцелуем в её горлышко, он ускорился, поспевая за супругой.

В тот вечер дворец еще не раз слышал эхо сладких стонов, заполняющих все закоулки. Альда помнила все в подробностях и одновременно вспышками. То стремительное удовольствие на коленях мужа, то жесткое и грубое, опираясь на трон и принимая его в себя. Лишь когда Сверр без сил повалился на неё, обнимая сзади, принцесса тихо прохрипела:

– Фракс и постель. Умоляю.

Каким именно образом они покинули тронное плато, Альда помнила нечетко. Расслабившись на руках мужа, принцесса пришла в себя, лишь когда стала погружаться в очиститель. Несмотря на усталость, владыка явно намекал, что компенсация супружеского долга только началась и отдых сегодня вечером никому из них не грозит. Усадив жену на выступ, он обхватил её голову, снимая корону и расплетая волосы. Тихо застонав от наслаждения, Альда ахнула, почувствовав вторжение. Размеренное движение быстро перешло в резкие толчки, заставившие фракс заволноваться вокруг них. Ослепительные вспышки и хриплый рык ускорили оргазм, вышибая из груди воздух и толкнувшие за край бездны.

Утро принцесса встретила измученной и обессиленной. Владыка жестко вколачивался между разбухших влажных складочек. Уткнувшись лицом в подушку, Альда не могла сопротивляться, давно охрипнув от криков. Рывком перевернув на спину, Сверр бесцеремонно развел её трясущиеся бедра и, медленно войдя до упора, продолжил вторгаться, покрывая шейку россыпью поцелуев. Почувствовав приближение его удовольствия, она захныкала от дрожи пупырышек внутри себя, уже зная, что за этим последует. Мужчина ускорился, вдавливая её в постель, и, за мгновение до полузадушенного рыка, Альда вспыхнула наслаждением, отчетливо ощущая хлынувшее густое семя.

Мягкие поцелуи и поглаживания привели её в чувства. Нега постепенно сходила, оставляя ощущение опустошенного счастья. Сил едва хватало держать глаза открытыми, когда принцесса четко услышала слова мужа:

– Моя Альда.

Это было странно, ибо говорить Сверр не мог, занятый поцелуями её плеча. Устало вздохнув, владычица смежила веки, выкинув это из головы. Проснулась она ближе к обеду от недовольного сопения у своего лица. Открыв один глаз, женщина увидела беленькую попку обиженной любимицы, которую вчера перед сном не погладили и утром продолжали игнорировать. Пощекотав своенравную девочку, Альда обнаружила черненьких малышей вокруг себя, а вот супруга рядом не оказалось.

Вздохнув скорее с облегчением, чем с досадой, принцесса почувствовала, что все тело ломит, а колени буквально стерты до кровоподтеков. Осматривая эти следы, владычица морщилась от боли, вспоминая жесткость трона, о который опиралась вчерашним вечером. Каменная глыба была грубой, а муж – неутомимым и бескомпромиссным. Воспользовавшись автодоктором, чтобы не спугнуть служанок, Альда вызвала помощниц, начав утренний ритуал.

Девушки с опаской вошли в покои и молчаливо приготовили наряд и украшения. Одна из служанок несла вчерашнее платье, сброшенное перед троном. Хозяйка выбрала лазерный душ, вместо фракса, и попросила принести корону из купален, где видела её в последний раз. Белый зал встретил владычицу десятками заинтересованных взглядов, и, усевшись на скамью, она утомленно вздохнула, спросив:

– Что с вами? У вас такие лица, будто я чудом выжила при крушении космического судна.

– Простите, госпожа, – пожав плечами, отозвалась Аманита. – Мы все смущены.

– Чем именно? – насмешливо уточнила Альда, прекрасно понимая, о чем речь.

– Ну… – замялась будущая супруга танера Туала. – Вчера вечер во дворце закончился очень рано и непривычно.

– Вы услышали больше, чем рассчитывали узнать о моей личной жизни? – хмыкнула принцесса, припоминая, что перестала сдерживать стоны после второго или третьего оргазма.

– Просто нам показалось… – смущенно запнулась Котиро.

– Что? – иронично приподняла брови владычица, разглядывая потупившиеся взоры.

– Что вам понравилось, – выпалила Магда, стоявшая рядом с Аманитой.

– Супружеская постель – это важная часть брака и ничего страшного в ней нет, – пожала плечами Альда. – Если мужчина достаточно умел, а женщина – свободна и готова, то все выходит более чем приятно для обоих.

– Я не помню такого, – мрачно произнесла Медо.

– Когда в браке есть эгоист – это печаль, – кивнула принцесса, подумав вдруг, что и она была такой в союзе с Эриалом. Отбросив эту мысль, она со вздохом спросила. – Итак, я хочу знать, как идет подготовка ваших платьев и обуви?

Девушки стали отчитываться о проделанной работе Вирала и Скарпа. Практически все было готово и оба вельможи успешно справились с заданием. Альда велела мастерам приступать к созданию нарядов для владыческой четы. Неясно, когда именно прибудет официальный документ с Заракина, но принцесса хотела быть готова ко всему заранее. Корут продемонстрировал несколько выполненных работ и, получив одобрение, ускорился, узнав о новом важном заказе. Альда нарисовала эскиз короны для Сверра и поменьше для себя, две массивные броши, скрепленные двойной цепью, а также широкий золотой пояс и прочие атрибуты для императора. Детали коронационного образа уже давно были готовы в голове принцессы, она лишь ждала, когда освободится ювелир и проявит свое мастерство и скорость работы.

Семейная жизнь стала бить ключом. Сверр не шутил, когда заявил, что планирует потребовать компенсации за ожидание, и вовсю наверстывал упущенное. Утро стало мечтой для владычицы, ибо в основном она просыпалась позже обычного, засыпая после ухода мужа. Дела отвлекали правителя Даркраста, но обедать и ужинать он являлся во дворец исправно, с удовольствием наслаждаясь накопившимся супружеским долгом. Опытным путем они выяснили, что приватная часть белого зала не такая уж и приватная, а эхо в зеленой пещере, и правда, просто ужасное.

– Через несколько дней к нам прибудут гости, – устало произнесла Альда, лежа на кушетке поверх мужа.

Зеленое пиршество вокруг них было залито ярким светом, а цветы, все еще свежие, радовали глаз. Владычица обожала это сокровище и часть дня обязательно проводила здесь, наслаждаясь лучами звезды. Сегодня обед подавали прямо в пещеру, когда Сверр вернулся во дворец.

– Кто? – сонно уточнил он, рассеянно поглаживая её обнаженную спину.

– Король и королева Моназуры, которые летят обратной дорогой из сектора Журакс, – хмыкнула принцесса. – Я не смогла отказать.

– Хорошо, – вздохнул муж. – Через три недели к нам прибудут консул Богатур с супругой. Они везут документ с Заракина.

– Лично? – удивилась будущая императрица.

– У них отпуск на Центральной станции, – кивнул Сверр. – Заодно к нашим границам прибудет флот и небольшая армия Зевуса.

– Странное место для отпуска, – недоуменно высказалась Альда.

– Их дочь замужем за наследником Конгломерата, – тихо произнес владыка. – Это весьма сильный альянс, и мне бы хотелось укрепить его.

– Буду добра и дружелюбна, – чуть прищурившись, ответила принцесса. – Ты сомневаешься?

– Нет, – хмыкнул Сверр. – Просто предупреждаю о важности консула. Хоть он и суровый делец, но супруга очень много значит для него. Я бы хотел, чтобы ты очаровала её.

– Так она матушка невестки Кохиласов? – заинтересованно уточнила Альда. – Думаю, нам будет, о чем поговорить. Я в восторге от балета и Заповедника. Кстати, что насчет трансляции голограммы Земли для всего Даркраста? Это удивительное зрелище и грех не поделиться им с народом. Сама интронизация будет недолгой, а трансляция продлит праздник.

– Не возражаю, – мягко сказал владыка, поцеловав её макушку.

Визит правящей семьи Моназуры прошел в дружелюбной атмосфере. Королева Шейла делилась подробностями посещения родни и доверительно призналась, что сестра отчаянно завидует ей после рассказа о балете.

– Так что если вы вдруг планируете еще один прием, то прошу, пригласите и королей Олакса, иначе сестра решит, что я выдумала то чудо, что видела у вас, – весело произнесла правительница Моназуры.

– Безусловно, – кивнула Альда, не став напоминать, что Олакс получал приглашение, но отказался прилететь.

«Красавица в спящем лесу» вновь заставила монаршую особу ахнуть от восхищения, выражая восторг. Вспомнив о том, что оставшимся гостям предлагали оценить еще одно представление, королева Шейла буквально выпросила посмотреть и «Лебединое озеро». Заметив, как она вытирает слезы, когда огни зажглись в сонном дворце, Альда мягко улыбнулась. Смущенный настойчивостью жены Король Моназуры ушел с владыкой пить алкоголь в кабинет, оставляя расчувствовавшуюся супругу в компании хозяйки. Улетали гости на следующий день, и, судя по крепкому рукопожатию мужчин, принцесса сделала вывод, что визит прошел успешно.

Еще через три дня на Даркраст пришла большая посылка с Ветаранги. Раскрыв пластиковый короб, Альда поняла, что видит перед собой – роскошный деревянный трон. Резная высокая спинка, изогнутые подлокотники и слишком большое сиденье, оббитое мягкой тканью красного цвета. Этот символ власти был явно рассчитан на двоих.

Глава 29

Супруги Богатур прибыли в сопровождении настоящей флотилии. Капитаны всех кораблей посетили дворец Даркраста, выстроившись за спиной своего предводителя.

– Командор Манааки, к вашим услугам, владыка Сверр, – отчеканил военный.

– Кстати, отныне полагается говорить «император» – вставил консул, стоящий в стороне. – Даркраст официально уже получил статус империи. Именно поэтому я прибыл – чтобы лично вручить пакт Парламента Заракина.

– Тогда примите мои поздравления, император, – важно поправился командор Манааки. – Для флота будет честью нести дозор в секторе.

– Благодарю, – одобрительно сказал Сверр, приветствовавший гостей стоя перед новым троном.

– Мы уже заступили на боевое дежурство, – скупо произнес предводитель Зевуса. – Будем рады, если вы посетите наш флагман с визитом, когда будет удобно.

– Безусловно, – отозвался пока еще владыка. – В самое ближайшее время нам предстоит обсудить стратегию и прочие нюансы, а пока можете действовать в соответствии с полученным приказом.

– Так точно, – отозвался Манааки и, вытянувшись по струнке, коротко кивнул в знак уважения.

Пока командиры эскадры покидали дворец, украдкой осматривая Даркраст, консул Богатур вышел вперед:

– Простите, что вмешался, но военные любят получать оперативную информацию и вряд ли часто будут контактировать с императорским дворцом.

– Хорошо, – кивнул Сверр. – Так вы привезли пакт о признании?

– Да, император, – важно произнес консул, чуть склонившись в почтении. – Мне особо приятно в числе первых назвать вас этим титулом.

– И мы признательны вам, что лично уделили время Даркрасту, – учтиво произнес хозяин дворца.

– Вижу, спуск дался вашей супруге непросто, – любезно заметила Альда, стоявшая рядом с супругом. – Прошу, пройдемте со мной. Полагаю, нашим мужьям есть что обсудить.

– Ох, буду благодарна, – вздохнула заракинянка, приложив нежную ладошку к своей груди. – Последняя часть пути и правда была волнительной.

Пригласив супругу консула в зеленый зал, принцесса ожидала привычного восхищения, но Эсталь Богатур лишь удивленно воскликнула:

– Ох, как просторно! И светло! Не такого ожидаешь от мира, расположенного под поверхностью.

– Да, – лаконично согласилась хозяйка дворца, усаживаясь на деревянную кушетку. – Я сама до сих пор восторгаюсь.

– Примите поздравления, госпожа, – с улыбкой сказала гостья, располагаясь на соседнюю мягкую скамью. – Мой косноязычный муж был в замешательстве и даже шоке, получив подписанный документ от вашего супруга. Блестящая игра. Раскройте секрет: как ему удалось так быстро заполучить признание королей?

– Все очень просто, я пригласила их в гости, – пожала плечиком владычица. – И зовите меня Альдой.

– Ох, тогда я буду признательна, если вы ответите мне взаимностью и станете звать Эсталь, – польщенно ответила супруга консула.

– Муж рассказал мне, что вы сделали крюк на Центральную станцию Кохиласов, чтобы прилететь вместе с флотом, – любезно произнесла Альда. – Это большое расстояние. Время в полете достаточно скучное.

– Ну, что вы, – вздохнула заракинянка. – Я была рада побывать на Станции. Там живет семья моей дочери. Увидеть внуков получается нечасто, так что пользуюсь любой возможностью.

Разговор тек легко и непринужденно. Гостья поведала о родстве с Кохиласами и даже продемонстрировала короткие видео с мальчиками-близнецами, которые весело поздравляли её и консула с каким-то праздником. Ведя светскую беседу, владычица выведала главную интересующую её тему.

– Балет? – удивленно переспросила Эсталь.

– Да, – с мечтательной улыбкой произнесла Альда. – Я была поражена в самое сердце и готова лично посетить Станцию с целью приобрести хотя бы еще одну постановку. Музыка и представление запали мне в душу. Владыка приобрел для Даркраста голограмму Заповедника, но нам случайно досталось именно это чудо. Позже ошибку исправили, но балет остался нам в качестве компенсации.

– Вам крупно повезло, – кивнула гостья. – Моя дочь достаточно равнодушна к таким искусствам, Мирит больше тяготеет к сокровищам Сада или самого Заповедника, а вот в один из визитов Анастасия Кохилас любезно пригласила меня посмотреть с ней балет. Я, как и вы, была поражена красотой танцев.

– Скажите, есть ли возможность увидеть еще какую-нибудь постановку? – затаив дыхание, спросила Альда.

– Я располагаю в данный момент двумя подходящими голограммами, – восторженно отозвалась Эсталь. – Я поделюсь с вами. Хантур не слишком любит тратить время на пустяки, коими считает балет и музыку, а мне не с кем даже обсудить эти восхитительные вещи.

Пока гостья не передумала, владычица велела служанкам снять копию постановок, что хранились на инфоблоке супруги консула.

– Разве Заракин не оценил прелесть балета? – удивленно спросила Альда.

– Наша планета не славится изящными искусствами или ценителями красоты, – печально вздохнула Эсталь и тут же спохватилась. – Только прошу, никто не должен знать, что у вас есть эти голограммы. Я обещала хозяйке Станции, что они только для моего частного пользования.

– Как называются ваши постановки? – лукаво спросила принцесса, втайне надеясь, что совпадения не будет.

– «Ромео и Джульетта» и «Жизель», – осторожно ответила гостья.

– Тогда и вы никому не говорите, что отныне владеете «Красавицей в спящем лесу» и «Лебединым озером», – доверительно произнесла будущая императрица. – Нас так же попросили демонстрировать их исключительно для Даркраста.

Заговорщицки посмотрев друг на друга, женщины весело рассеялись.

– Ох, даже не знаю, что будет, когда госпожа Анастасия переберется на Заповедник, – свободно высказалась Эсталь. – Они с мужем решили отойти от дел, и, боюсь, Мирит не станет снабжать меня балетом или музыкой. Остается лишь довольствоваться тем, что уже имею.

– Простите мое любопытство, – мягко начала Альда. – О Саде на Центральной станции ходят разные слухи. Скупой на слова владыка, признался, что его поразил этот кусочек Заповедника. Вы были там: он и правда, так прекрасен?

– О-о-о, – задумчиво протянула гостья с далекой планеты. – Нет таких слов, чтобы описать хоть толику того чуда, что так ревностно охраняют Кохиласы. В Саду нет ни единой частички, которую можно назвать «обычной». Хозяин Станции зовет Заповедник – Сердцем Создателя, и когда оказываешься в его филиале, то испытываешь истинно божественное влияние. Возможно, сам Всевышний эту создал планету для себя.

– Все действительно так? – недоверчиво уточнила принцесса.

– Более чем, – охотно закивала Эсталь Богатур. – Там растут настоящие деревья и растения, названия которых я даже не знаю. Цветов великое множество! Хотя, судя по вашей зеленой гостиной – с подобными растениями вы хорошо знакомы.

– Да, это дорогой подарок от семьи, – лаконично ответила владычица, не вдаваясь в подробности родства. – Меня безумно восхищают ароматы этих чудес.

– Тогда вам необходимо посетить Сад, – настоятельно рекомендовала заракинянка и, пригнувшись ближе, тихо добавила. – Эти богохульники тратят столько воды, что она льется им буквально на головы. Они называют это «дождь»!

– Дождь? – недоуменно переспросила Альда, смутно вообразив себе подобное расточительство.

– Да, представьте себе! – возмущенно воскликнула Эсталь. – А еще пользуются такими приспособлениями, которые защищают от этого самого дождя – зонтиками. Вот где логика?! В Саду не только дождь, но и смена времен циклов есть. Я была просто в шоке! На Заракине никто бы не позволил так обращаться с растениями, хотя у нас и нет такой фауны.

– Вы меня весьма озадачили, – скептично высказалась принцесса, приподняв одну бровь. – Теперь я точно посещу Центральную станцию.

– Обязательно, – закивала гостья. – Многие подруги не верят мне, а запись голограмм в Саду запрещена. Мирит же такая формалистка! У неё «нет» – это «нет и точка». Вся в Хантура!

Альда улыбнулась столь непосредственному возмущению заракинянки. Вечер прошел в дружеской обстановке и женщины обменялись имеющимися у них постановками балета. Принцессе не терпелось взглянуть на новые сокровища, но законы гостеприимства диктовали свои условия. Супруги Богатур не стали задерживаться и улетели сразу после ужина.

– Отныне мы – империя и официально владеем сектором Даркраст, – с тяжким вздохом произнес Сверр, осматривая огромные статуи отца, деда и прадеда.

– Пока мы империя без императора, – иронично поправила владычица, глядя на мужа.

– К празднику все готово? – с лукавым прищуром спросил он.

– Безусловно, – довольно кивнула Альда. – Можешь созывать танеров. Пусть обеспечат трансляцию интронизации и привезут жриц. Они уже готовы к путешествиям.

– Огорошишь женихов сразу или позже? – весело спросил Сверр.

– Ситуация не позволяет обеспечить каждой паре уединение первой брачной ночи, – хмыкнула будущая императрица. – Так что свадьбы пройдут в последнюю очередь. Я даже отменила приезд отобранных девочек. Всем здесь не уместиться.

– Все продумала?

– Надеюсь, – с тяжким вздохом пожала плечами принцесса. – И еще хочу понаблюдать за твоими управляющими и тогда точно решу – за кого выдать девушек.

Спустя несколько дней во дворец начали слетаться танеры, с удивлением разглядывая обновленное сердце будущей империи. В последний раз они присутствовали здесь во время прибытия Альды. Вспомнив тот черный день своей жизни, владычица глубоко вздохнула и гордо задрала подбородок, встретив высших жриц в белом зале.

На время интронизации из белого и зеленого залов были убраны лишние скамьи, остались только те, которые использовались владычицей и будущим императором. Все остальные вынуждены стоять в их присутствии, за исключением времени трапез. Оказалось, что женщины впервые покидали свои башни и многие взволнованно осматривали жилище владыческой четы. Кислородная камера привела их в восторг, но принцесса не для этого собрала всех вместе. Глава религиозного культа предельно четко описала, что башни ждут перемены, и потребовала отчитаться каждую жрицу о посевах харагрутоса и улучшениях кухни, напомнив об обязательствах перед танерами. На общем совещании также присутствовали невесты и молчаливо наблюдали, какие именно вопросы решали женщины и какие проблемы озвучивала каждая из башен. Новость о протекторате для маленьких мальчиков всех обрадовала, как и то, что отныне делами женщин будет заниматься супруга танера. Жрицы были изумлены браками и, заподозрив неладное, Альда прямо спросила:

– Я хочу знать, оказывали ли вы сексуальные услуги танерам своих секторов?

Многие женщины стали приподнимать брови и принцесса отчетливо поняла, что это массовая практика. Сощурившись, владычица Даркраста уточнила:

– По своей инициативе или по принуждению с их сторон?

Чуть откашлявшись, стоявшая впереди Рахиба недоуменно произнесла:

– Ваша предшественница порой требовала от нас этого. Очевидно что-то получая взамен от управляющих.

– Вы хотите сказать, что Кунна торговала вами? – недоуменно уточнила правительница.

В ответ зеленый зал наполнила гробовая тишина.

– Кто-то еще разделял ложе с танерами в башнях или это была сугубо ваша обязанность? – сурово спросила Альда, прокляв прах родственницы.

– Столь высокой чести удостаивались только высшие жрицы, – сдержано произнесла одна из женщин, вздохнув.

– Наши танеры столь неотёсанные в любовной науке или есть иная причина для недовольства? – вдруг насмешливо поинтересовалась владычица. – Ваши подопечные так же вынуждены встречать мужчин.

– Все дело в иерархии, – произнесла иная жрица. – В определенном возрасте мы становимся слишком стары для вынашивания детей и оставляем эту обязанность, занимаясь воспитанием девочек. Пост высшей жрицы выборный, а Кунна вновь заставляла нас разделять ложе с мужчинами, но уже не для несения жизни, а лишь для удовлетворения низменных потребностей танеров.

– Больше ваша должность не выборная, – спокойно объявила принцесса, вызвав волнение в массе. – Отныне вас буду назначать я, точно так, как и владыка делает это со своими управляющими.

– Но, как же это, госпожа? – начала было Рахиба, но тут же замолчала, встретив прямой и пристальный взгляд Альды.

– Также отныне вы освобождены от обязанности ублажать танеров, – громко продолжила будущая императрица, когда ропот недовольных утих. – У вас будет возможность участвовать в попечительском совете, который займется судьбами мальчиков-сирот.

– Это разрушение основ наших правил! – воскликнула одна из жриц в толпе.

– Вы хотите и дальше ублажать мужчин? – с наигранным изумлением уточнила принцесса, заметив всеобщее возмущение от этого предположения.

– Я имела в виду назначение на должность! – воскликнул тот же голос.

– Это не разрушение основ, а реформация, – парировала Альда. – После того, как в башню прибудет замена, вы получите заслуженный покой, а не лишитесь головы. Проанализировав судьбы женщин, занимавших ваши посты, я заметила, что все они были казнены Кунной, и ни одна не избежала подобной участи, оставаясь на своем посту. Кто-нибудь припомнит счастливую бывшую высшую жрицу? Где эта женщина?

Всеобщее молчание вновь стало ответом принцессе.

– К тому же все вы останетесь при своих должностях еще не один цикл, – вздохнула владычица. – Я планирую сменить для каждой из вас башню, чтобы вы не контактировали с супругами тех танеров, которых были вынуждены долгое время ублажать. Нет ничего более неловкого, чем делить одного мужчину, хоть и в прошлом. К тому же это не единственное нововведение, которое ждет всех женщин Даркраста. В дальнейшем я планирую выдавать жриц замуж.

Всеобщий ропот вновь наполнил зеленый зал, но тут же стих, когда главная жрица опять заговорила:

– Неужели вы не хотите, чтобы они растили своих детей? Всех детей, а не только дочерей, которые покидают их, едва достигнув репродуктивного возраста. Это не будет приказом, а собственным выбором для них. Если женщина не захочет – никто не заставит её покинуть башню. И, покинув её, жрица не станет безбожницей, поправшей все законы богини Ивран. Я подробно изучила все постулаты религии – там нет запрета для создания семей. Все ритуалы женщины вольны совершать в башне на празднике или дома в кругу своих детей и мужа. Мужчины так же приобщатся к священным законам, а не будут отрезаны, словно милость богини их не касается. Сады Ивран ведь принимают и их после смерти. Чтобы защитить будущих жен и матерей, а так же учесть все нюансы и ситуации, нужен закон, и пока он не готов – все останется так как есть. Когда такой закон появится, мать сможет последовать за новорожденным дитя, образовав с мужчиной союз. И родить ему не только сыновей, но и дочерей, которые так же по желанию смогут стать жрицами или жить мирской жизнью, выйдя замуж по своему выбору с одобрения родителей. Разве это вред?

– И кто же создаст такой закон? – серьезно спросила Рахиба, высказав вопрос за всех высших жриц.

– Я, конечно, – вздохнула Альда.

– Кто заставит владыку принять его? – высказался кто-то из женщин.

– Тоже я, – кивнула принцесса.

– А если он откажется? – с сомнением поинтересовалась еще одна жрица.

– Я решу этот вопрос, – уверила всех главная жрица Даркраста. – Ваша задача – преданно служить мне и помогать каждой из подопечных. Пока о будущих браках никому ни слова, ибо на разработку правил и законов мне нужно время, я не хочу волнений заранее. Этот разговор не должен покинуть стен зеленой камеры – вам ясно?

– Да, госпожа Альда, – коротко ответила Рахиба и, сложив ладони вместе, почтительно поклонилась владычице.

За ней все присутствующие повторили этот жест, покоряясь воле и приказам главы религиозного культа. Отпустив жриц отдыхать после прилета и непростых новостей о грядущем, будущая императрица посетила кипящие работой кухни, получив заверение, что все готово к торжественному ужину. Вызвав Туала на разговор, принцесса встретила серьезного танера в тишине зеленого зала. На время торжества весь дворец гудел, словно разворошенное гнездо, и это было единственным спокойным местом.

– Вызывали, госпожа? – коротко произнес управляющий главным сектором.

– Я лишь хотела узнать, как разместились танеры и жрицы, – произнесла будущая императрица. – Всем хватило места?

– Многие уступили свои комнаты жрицам, заселившись во временные апартаменты в городе, что существенно облегчило дело, – вздохнул Туал.

– Твоя идея? – с пониманием уточнила Альда, сощурившись.

– Не без этого, – пожал плечами танер.

– Молодец, – кивнула принцесса, давая понять, что разговор окончен.

– Я давно хотел спросить, госпожа, – вдруг произнес управляющий, вновь привлекая её внимание. – К чему готовятся ваши служанки?

– Скоро узнаешь, – иронично ответила владычица. – Проследи, чтобы всем хватило места за праздничным столом.

– По этому поводу тоже есть вопросы, – настаивал Туал.

– Узнаешь вместе со всеми, – приподняв брови, с нажимом отозвалась Альда, открыто намекая, что допрос окончен.

Остаток вечера будущая императрица размышляла, в какую башню отправить ту или иную жрицу. Вызвав каждую по очереди, к глубокой ночи она определилась с рокировкой и, поднимая глаза к уже ночному небу голограммы, наткнулась взглядом на Сверра, прислонившегося к стене в проеме пещеры.

– Работаешь? – тихо спросил супруг, медленно подходя ближе.

– Пытаюсь, – поджав губы, вздохнула принцесса, откладывая планшет в сторону. – Как ты?

– Решил сбежать ото всех, но в спальне не нашел жену, которая, кажется, вновь задумала революцию на бедных скалах Даркраста, – устало поиронизировал владыка.

– О чем ты? – недоуменно поинтересовалась она, пока Сверр присаживался рядом.

– Я о сонме мыслей в женских головах, – хмыкнул мужчина, заинтересованно взглянув на супругу. – Расскажешь подробнее? А то я по обрывкам мало что понял. Складывается впечатление, что они сами еще не до конца понимают, что предстоит.

– Я собираюсь выдавать жриц замуж, – ровно произнесла Альда, взглянув на Сверра. – Семьи обеспечат приток демографии, за которую так бьешься.

– Одна женщина может родить семи мужчинам семь детей, – парировал владыка. – Жена родит мужу только двоих, в лучшем случае троих.

– Одна женщина теряет всех семерых детей, отдавая сыновей и подросших дочерей в другие башни, – напомнила принцесса. – Или ты печешься только о благополучии мужчин Даркраста? Может пора уже вспомнить о женщинах?

– До сих пор они не принадлежали никому, а теперь кто-то будет иметь супругу, а кто-то так и останется одиноким, – произнес мужчина. – Что делать, когда возникнут бунты из числа тех, кому не хватит жен?

– Это случится не сразу, и пока только в планах, – вздохнула Альда. – Будем думать, как избежать несправедливости.

– Предлагаешь захватить какой-нибудь из миров? – мрачно уточнил Сверр. – Или купить рабынь? Обитательниц борделей?

– Не знаю, – пожала плечами принцесса и, взглянув в глаза мужу, тихо добавила. – Но женщины – тоже твой народ. Нельзя заботиться о процветании одних и игнорировать страдания других.

– Ты же понимаешь, какие последствия будут иметь твои реформы? – серьезно спросил владыка. – Что если вспыхнет гражданская война? Женщин слишком мало для таких перемен и они могут пострадать в этом противостоянии. Вместо семи отцов мы получим одного и шесть недовольных.

– А пока мы имеем одну мать, потерявшую семь детей? – веско спросила Альда. – Такой расклад тебя больше устраивает? Сверр, это проблема, которая нуждается в решении, а не незыблемый постулат, который разрушит мироздание. Вполне вероятно на это понадобится не один десяток циклов, но оставлять все так как есть больше нельзя.

– Странное заявление от женщины, которая решила оставить собственное дитя, – с горькой иронией произнес будущий император.

– Может, именно поэтому я хочу хоть кого-нибудь оградить от этой участи, – застыв, отозвалась владычица.

– Могла бы начать с себя, – мрачно бросил Сверр, поднявшись на ноги и покинув пещеру, оставляя супругу в одиночестве.

Торжественная интронизация началась перед обеденной трапезой. Танеры и жрицы выстроились по разные стороны, оставляя проход для владыческой четы, шедшей из белого зала через все плато к трону. Праздничные одежды Альда разбавила короной Фарогоса, шагая рядом с мужем рука об руку. Застыв у роскошного деревянного символа власти, они повернулись друг к другу лицом. Сверр медленно опустился на колени перед супругой. Церемония предполагала, что лишь коронованная особа имела право возвышать другого, и принцесса Вако торжественно возложила на голову владыки Даркраста роскошную золотую корону, украшенную драгоценными камнями. Поднявшись на ноги, император так же сменил головной убор супруги, официально признавая её равной ему по статусу. Отныне и до последнего дня Даркраст будет империей.

Праздник продолжился изобильной трапезой не только во дворце, но и в каждом секторе. Жители отмечали этот день, как всеобщую победу, наслаждаясь напитками и едой, предоставленной императором, и изумленно наблюдая за голограммой Заповедника. Недавнее прибытие медкапсул также несказанно обрадовало всех.

В самом дворце тоже шли торжество и пиршество. Многие из танеров давно желали назвать Даркраст империей, прилагая немало усилий, чтобы их мир процветал. Владыка вчера объявил всем, что отныне Зерцала Правосудия будут осуществлять судебный порядок в танератах, что существенно облегчит службу управляющих.

Встав с трона, первый император Сверр поднял бокал, произнеся тост:

– Отныне мы – империя и границы нашего сектора крепки как никогда. Я хочу, чтобы вы все знали – это наша общая победа. Но теперь перед нами новые задачи и новые вызовы. Я хочу, чтобы помимо добычи камней, даркрастиане бороздили космос и управляли космическими судами! Нам хватит сил?

Все мужчины громко закричали, приветствуя своего лидера, и одобрительно подняли кубки вверх, поддерживая Сверра, который взмахом руки усмирил танеров.

– Этот день не настал бы без моей супруги, принцессы Вако, а ныне императрицы Альды Даркрастианской. Именно её присутствие и упорная работа позволили этому дворцу стать императорским, а нам – собраться здесь и отпраздновать победу. Сегодня мы чествуем всех нас и особенно мою супругу.

Всеобщий гвалт грянул одобрительным ревом и больше всех кричали придворные вельможи, на глазах которых происходили перемены. Выпив за здравие новорожденной империи и её первой хозяйки, присутствующие в тронном зале до поздней ночи оглашали радостными криками все закоулки дворца.

Три дня шли празднества, за время которых жрицы успели обсудить все текущие вопросы, а также получить новые назначения. Женщины поделились нюансами каждой башни со своими сменщицами, инструктируя о важных деталях. И, конечно же, все наслаждались балетом, пока мужчины продолжали пировать на тронном плато. Альда велела невестам зорко следить за будущими мужьями и исподволь выбирать женихов. Как обычно, последние замешкавшиеся получали в мужья оставшихся. Аманита первой назвала имя Туала и получила одобрение императрицы, остальным пришлось поспешить. К тому моменту, как чествования нового статуса официально подходили к концу, все невесты определились с выбором и получили одобрение госпожи, которая порой советовала выбрать иного нареченного, ибо по её мнению девушке суженый не совсем подходил. В итоге, когда перед императорской четой выстроились две шеренги танеров, каждая из невест встала рядом с женихом и замерла в ожидании речи. Некоторые мужчины недоуменно разглядывали девушек, державших в руках символ нового Даркраста – характерную брошь, не замечая подобную на их груди.

– Сегодня вас ждет еще одна милость из рук уже не императора, а императрицы, – произнес Сверр и дал знак супруге выступить вперед.

Альда поднялась с трона, встав рядом с мужем. Осмотрев своих подопечных и озадаченных танеров, она торжественно произнесла:

– С этого дня Даркраст – империя, и для всех будут действовать новые правила. Не только в этикете дворца, но и в жизни каждого из вас. Рядом с вами не служанки и не рабыни, а ваши жены. Они наделены моей властью и подчиняются исключительно мне, как вы – вашему императору. Отныне они будут заботиться о вас и вашем доме, а также решать вопросы с башнями и заниматься благотворительностью от моего имени. Вы несете ответственность за их жизни. Ваши судьбы теперь связаны неразрывными узами. Если вы навлечете гнев на свою голову – они тоже понесут наказание и наоборот. Со временем, рожденный в этом союзе наследник займет ваше место. Только сын от законной супруги будет иметь право на имущество танера.

Последний момент императрица уточнила у мужа, и Сверр подтвердил, что у его управляющих еще нет детей.

– На вашей груди, как символ власти императора, будет новая брошь, как и на груди вашей супруги – символ моей. Они схожи, но не одинаковы, как и полномочия, данные вам. Отныне эти знаки становятся наследными, именно их вы передадите сыновьям и их женам. Если вас призывают во дворец – вы должны явиться с супругами, если император или императрица в вашем секторе – ваша супруга обязана принять гостей, как хозяйка танерата.

Пока девушки прикалывали знаки отличия танеров на грудь суженым, взамен тех, что олицетворяли власть владыки, в тронном зале стояла тишина. Альда наблюдала за реакцией женихов и больше всех за Туалом, который хмурился, глядя на Аманиту. Невеста дрожала от волнения, и, закусив губу, пыталась проколоть грубую кожаную тунику танера. Судя по тому, как дернулся мужчина, невеста уколола его.

– Теперь у каждого из вас будет жена и пристальное внимание императрицы, – легко произнес Сверр, желая разрядить обстановку, видя напряженные лица танеров. – Жду каждого из вас с супругой, когда на свет появится наследник трона.

После этого новые супружеские пары Даркраста подходили по одной к императорской чете и получали благословение и поздравление правителей. Устаревшие броши невесты показательно складывали в горстку на парящий неподалеку стол. Танеры в сопровождении жен, жриц и объемного багажа покидали дворец, перебрасываясь между собой почти паническими взглядами. Не менее комично выглядели невесты, в толпе потерявшие своих женихов, но в конечном итоге все нашлись и отбыли по секторам, оставляя императорскую чету в значительно опустевшем доме.

– Как думаешь, они уживутся? – с сомнением спросила Альда, провожая взглядом последний челнок, исчезнувший в обширном проеме.

– Ты должна была подумать об этом раньше, – иронично произнес Сверр, приобнимая супругу.

– Кстати, нас официально приглашают в гости на Рейно, – вздохнув, поведала императрица.

– Повод?

– Царица родила девочку, – ответила принцесса, посмотрев на мужа.

– Хорошо, – кивнул Сверр.

Услышав рядом покашливание, императорская чета обратила внимание на хмурого Туала, желающего посекретничать со своим господином.

Глава 30

Перед официальным визитом на планету Рейно пришлось решить несколько технических вопросов с установкой Зерцал и правилами их пользования. Альду также атаковали новоявленные танераны с десятками бытовых вопросов, которые императрица разбирала лично с каждой девушкой, а порой и созывая общие конференции. Помимо жен управляющих, принцесса продолжала консультировать высших жриц, готовившихся к переезду между башнями. Сверр с Альдой работали не покладая рук, каждый в сфере своих полномочий. Порой за трапезой супруги не разговаривали, устав от постоянной болтовни.

– Мне кажется, я охрипла от вечных объяснений «что» и «как», – мрачно призналась женщина, взглянув на утомленного мужа напротив.

– Никому перемены не даются легко, – хмыкнул император. – Я с утра мечтаю о фраксе.

– Может, следует снизить темп семейной жизни? – задумчиво предположила Альда, намекая, что полноценный сон им тоже необходим.

– Нет, – насмешливо произнес Сверр. – Я не собираюсь увиливать от своих обязанностей и тебе не дам.

Не слишком подобающе её статусу, императрица закатила газа, покачав головой, намекая, что проводить полночи, исполняя супружеский долг, – не самое эффективное занятие, с учетом того, что результата не было. Во время утреннего ритуала, пока служанки помогали выбрать наряд и украшения, принцесса проверила автодоктором состояние здоровья и убедилась, что наследник еще не зачат. Если до конца цикла чуда не произойдет, то Альда планировала воспользоваться еще одним подарком с Фарогоса, который уже однажды смягчил слияние с супругом.

Помимо всех изменений и загруженности, императрица следила за развитием еще одной семейной пары во дворце. Аманита и Туал откровенно не выглядели счастливыми. Девушка практически постоянно находилась при госпоже, исполняя различные поручения, делегированные ей супругом. Танер главного сектора с легкостью отдал жене коды доступа к управлению дворцом, но в приватной жизни они пока не притерлись. Исподволь наблюдая за ними, Альда вызвала первую даму на откровенный разговор в зеленый зал.

– Как ты? – с нежность спросила принцесса, чувствуя, что вторгается в деликатную сферу.

– Справляюсь понемногу, – пожала плечами единственная девушка в черной тунике.

– Постигаешь функционал управления? – приподняв брови, уточнила императрица.

– Сложности есть, но супруг мне помогает, если что-то непонятное, – кивнула Аманита. – Мы объявили о найме сотрудников для работы во дворце.

– Проследите, чтобы это были надежные люди, – рекомендовала Альда. – Увольнять их в случае чего придется тебе.

– Я понимаю, – лаконично отозвалась танерана. – Много разных нюансов. Завтра планирую посетить храм – новая высшая жрица интересуется попечительским советом.

– Хорошо, – одобрительно произнесла императрица и деликатно уточнила. – А как складываются ваши семейные отношения?

– Пока никак, – пожала плечами Аманита. – Танер Туал очень занятой мужчина.

– Ночевать он домой является? – недоуменно спросила принцесса.

– Да, – смущенно ответила бывшая служанка.

– И? – настойчиво продолжила расспросы Альда, давая понять, что все равно добьется ответов.

– И ничего, – тяжко вздохнув, призналась танерана.

– Может, я что-то упускаю? – предположила императрица. – Вы с ним давно во дворце и разногласия могут быть из-за этого.

– Танер Туал не приближался к девушкам для… ну, вы понимаете, – замялась Аманита.

– Он предпочитает мужчин? – нахмурилась хозяйка зеленого зала.

– Мне это неизвестно, – недоуменно пожала плечами новобрачная, нахмурив бровки.

Обсудив еще несколько текущих дел, касающихся дворца и созданного благотворительного фонда для помощи детям и старикам, действующего для трех планет, Альда отпустила танерану, отправляя сообщения о новшествах и предложениях для всех своих подопечных. Жены управляющих еще пока только налаживали семейную жизнь, строили отношения с высшими жрицами и обустраивали свои дома, так что все приказы императрицы носили рекомендательный характер. Принцесса понимала, что в ближайший цикл каких-то серьезных подвижек ждать не следует – женщинам предстоит титанический труд, и он требует колоссальной подготовки. В первую очередь с её стороны. Советы и разработка закона о положении женщин, девушек, жен, матерей, вдов и старых дев.

То, что задумала Альда, – несвойственно Даркрасту, но кто-то должен сделать эту работу. Опасения Сверра были серьезными и правильными. Император мыслил в верном направлении, но однобоко. Его слова о том, что эти реформы создадут одного отца и шесть одиноких мужчин, сильно взволновали её. Принцесса размышляла над тем, как этого избежать, но складывая десять и три – двадцать ни как не получалось. Это реальная проблема, грозившая вылиться в бунт, чего очень бы не хотелось. Так что все изменения необходимо вводить крайне осторожно и постепенно.

Урегулировав срочные дела и оставив с десяток приказов и поручений, императорская чета покинула Даркраст, отбыв с визитом на Рейно. Из официального письма Альда узнала общую информацию, а также нюансы жизни самой планеты. Чтобы не выделяться из массы гостей, было решено перед спуском посетить медитек и уменьшить рост. Принцесса по такому случаю пересмотрела свой фарогосийский гардероб, обрадовавшись платьям, которые внезапно вновь пригодились. Сверру же успели пошить несколько подходящих нарядов. Время в пути прошло в основном в роскошной каюте огромного боевого крейсера «Исполин», который в полной мере оправдывал свое название. Едва правительница Даркраста вошла в гостиную, совмещенную со спальней, то была удивлена размахом и богатством убранства столь практичного судна. В качестве сопровождения с ними путешествовала стража и три служанки, расположившиеся неподалеку от императорских комнат.

Впервые за долгое время Альда наслаждалась спокойствием и тишиной. Заботы и срочные дела остались позади, давая передохнуть от всего. Сверр регулярно посещал мостик крейсера, но большей частью от скуки, чем по необходимости. Как и любого мужчину, императора интересовали технические характеристики и мощности судна, двигавшегося на предельно возможной скорости. Он обошел весь корабль и спросил обо всем, что мог, впитывая сведения о новейшем корабле Кохиласов. Узнав, что им предоставили такую дорогую разработку, Альда лишь покачала головой, не спрашивая, во сколько Даркрасту обошлась эта покупка. Во время таких экспедиций мужа по крейсеру императрица развлекала себя новыми постановками балета и внезапно обнаруженными аудиозаписями с инфоблока Эсталь Богатур. Служанки скопировали не только балетные голограммы, но и иные файлы. «Шопен», «Моцарт», «Бетховен», «Шуберт», «Поль Мориа», а также еще несколько неизвестных имен значились в этом списке. Названия ничего не говорили принцессе, но едва в каюте зазвучали первые аккорды музыкальных композиций, как Альда поняла, что завладела сокровищем. Слушая эти произведения искусства, императрица Даркраста наслаждалась вечной картиной космоса, проплывающего за иллюминатором корабля, летящего сквозь пространство.

Ласки мужа стала неспешными и слегка ленивыми. Время в пути словно замерло, давая насладиться друг другом. Все чаще она слышала от Сверра «Моя Альда» в минуты неги и расслабленности. Раскрывать этот факт принцесса не спешила, да и ничего больше не слышала, но все же эти два слова почему-то бередили душу. Никто и никогда её так не называл.

Перед тем как спуститься на поверхность планеты, Альда смиренно ждала, пока служанка наведет последний лоск на выбранный наряд. Стоя перед зеркалом, принцесса разглядывала прозрачный верх белого платья, украшенного вышивкой. Чтобы не шокировать гостей царицы Рейно, императрица велела заменить прозрачную нижнюю часть на более широкую, но из рейска. Хотя один хмурый взгляд уже встретила. Сверр мрачно взирал на неё, стоя позади.

– Что такое? – насмешливо уточнила Альда.

– Я вижу твою грудь, – произнес он, пристально всматриваясь в обозначенную часть тела.

– И? Тебя что-то смущает? – продолжила принцесса в том же духе.

– То, что я её вижу, – недовольно пояснил мужчина, подходя ближе.

– Во-первых, ты видишь не грудь, а лишь очертания, – милостиво вздохнула она, чуть приподняв одну бровь. – А во-вторых, какие могут быть претензии? Даркраст совсем недавно одел женщин. По сути, я должна была явиться на прием голой.

– Альда, – мрачно вздохнул Сверр, намекая, что желает сменить наряд жены.

– Воспринимай это как наказание, – иронично произнесла принцесса, опередив супруга, остановившегося позади и сверлившего её взглядом.

– Наказание за что? – уточнил правитель.

– За наглое вторжение в мои сны, – язвительно произнесла Альда. – Ты думал, я забуду или спущу тебе это?

– А можно мстить как-нибудь иначе? – обреченно вздохнул император, все еще глядя на обширные «очертания».

– Нет, – едко отозвалась супруга. – Хочу прилюдных пыток и вынужденных улыбок с твоей стороны. Терпи и мучайся, Сверр, как я во время твоих экзекуций.

– А если я не смогу? – серьезно спросил мужчина.

– Это официальный визит, – напомнила принцесса. – Ради блага Даркраста ты сделаешь все что угодно.

Резиденция царской семьи Рейно оказалась роскошным дворцом с просторным внутренним двором, украшенным к приему гостей. Под гигантским хрустальным куполом разместились искусственные деревья, образуя аллеи и целый лабиринт. Обилие зеркал и света делали обстановку сюрреалистичной. Импровизированный сад, где растения сами были источниками света, поражал воображение. Встреча с хозяевами дворца прошла легко, за дружеской беседой. Царица назвала дочь Авророй, заявив, что успела родить раньше остальных и имеет право быть первой, кто назовет так принцессу. У пары уже был наследник, а появление дочери давало шанс на укрепление связей с другими королевствами. Гуляя по дорожкам яркого сада, супруги встретили знакомых, вступая в светские беседы.

– Почему все такое белое? – донесся недовольный голос тетушки Кахини. – Растения же другого цвета.

– Мама, – вздохнула явно королева Сдагморта. – Прошу, чуть тише.

– К чему мне это делать, если я хочу обратного? – насмешливо уточнила родственница.

– Добрый вечер, тетушка, – любезно произнесла Альда, подходя ближе к группе гостей. – Ваше желание исполнилось – вы были услышаны.

– А! Ты все же прилетела, – довольно произнесла Кахини. – Я рада, а то и поговорить было бы не с кем.

Поздоровавшись с собравшими родственниками, все сделали вид, что не услышали последних слов тетки. Разговор тек о красоте дворца и миловидности рожденной малышки Авроры. Королева Сдагморта плавно покрутилась, продемонстрировав наряд, отдаленно напоминающий платье феи Сирени, легко льнущий к телу женщины при малейшем движении.

– А где твой муж, дорогая? – лукаво уточнила Кахини. – Полагаю, ты одела беднягу в принца и он смущенно вынужден прятать отсутствие штанов?

– Нет, мама, – недовольно вздохнула её дочь. – Гатри где-то тут.

– В кустах? – иронично уточнила Альда, не сдержав сарказма.

– Скорее за бокальчиком алкоголя, – отмахнулась королева Сдагморта, не обостряя тему.

– А где это сакральное место? – весело уточнил император Даркраста. – Я не прочь обсудить там бренность бытия.

– Могу подсказать, – хмыкнул правитель Рувалы, уведя остальных мужчин за собой.

Кахини вдруг схватила Альду за руку и объявила, что хочет пройтись перед ужином. Отказать принцесса не смогла, да и не успела. Тетка явно желала пообщаться.

– Я рада тебя видеть, – начала родственница. – Надеюсь, ты не забыла мои советы?

– Нет, тетушка, – любезно отозвалась императрица, вышагивая по дорожке. – Мы прибыли на боевом крейсере.

– Отлично, – серьезно кивнула Кахини. – Ты беременна?

– Пока нет, – скованно ответила Альда, сохраняя улыбку на лице.

– Плохо, – прокомментировала вдовствующая королева Хингасула. – Но вы же пытаетесь?

– Вам предоставить график? – едва скрыв изумление, уточнила императрица.

– А он есть? – хмыкнула тетушка, присаживаясь на изящную скамейку.

– Очевидно, что стоит таковой составить, если вас интересует моя личная жизнь, – иронично высказалась Альда, присев рядышком, но решила пояснить. – Мы стараемся.

– Старайтесь лучше, – веско произнесла Кахини, получив в ответ возмущенный взгляд племянницы. – И нечего так смотреть на меня. Кстати, тебя ждет сюрприз в этих белых садах.

– Вы заставите продемонстрировать, каким образом император Даркраста исполняет свой супружеский долг? – скептично предположила принцесса.

– Не совсем, – поджала губы, тетка. – Скорее встреча с тем, кто его не исполнял или делал это крайне плохо. Эриал здесь.

– Что? – удивленно переспросила Альда. – Что он здесь делает?

– Замещает отца, – недоуменно произнесла родственница. – И я надеюсь, что прилетит твоя сестра. Клянусь, я выполню свою угрозу и лично явлюсь на Гелиос, если этот неотесанный сорнак – её муж – запретит Сэрне посетить прием.

– Вы угрожали? – скрыв улыбку, поинтересовалась принцесса.

– Расправой и войной, – добавила Кахини, высокомерно поджав губы. – Надеюсь, этот мужлан достаточно испуган и сам не явится.

– Я бы хотела на это взглянуть, – весело хмыкнула императрица. – Но, к сожалению, после приема мы летим на Центральную станцию, а оттуда домой, на Даркраст.

– Неверно, – лукаво высказалась тетушка.

– О чем это вы? – подозрительно прищурилась Альда.

– Я лечу в сектор Тирим, и вы с мужем меня любезно сопроводите, – настойчиво произнесла Кахини. – Супруга падишаха ждет меня в гости, а заодно – познакомится с императорской четой Даркраста. Вы же получили официальный статус?

– Да, – настороженно ответила принцесса. – Это очень серьезный визит, тетушка. Просто так во дворец Шайма не попадают.

– Для старых друзей открыты все двери, – пожала плечами вдовствующая королева. – Когда-то я хотела выдать свою дочь туда замуж, но Эрнавира не подошла им по возрасту.

– Вы дружны с шахиней Тирима? – полюбопытствовала императрица.

– Саркати родом с Магаратхи, – доверительно поведала тетушка. – А мы с твоей матушкой в течение трех циклов обучались там в монастыре и успели подружиться с ней.

– Разве Магаратха выдает замуж своих принцесс? – недоуменно спросила Альда.

– Уже циклов сорок, как нет, – пожала плечами Кахини и, припоминая события, продолжила. – Особенно когда это чуть не вылилось в войну с Водорканом, но дело разрешилось не начавшись. Соркати вышла замуж задолго до этих времен, и мы продолжаем поддерживать связь. Она будет рада увидеть дочку Нилаимы, при условии, что тебе есть чем поразить шахиню Тирима.

Последнее тетка произнесла с явным намеком. Состроив высокомерную мину, императрица Даркраста сделала вид, что не понимает подтекста.

– Девочка, скажи мне, что ты захватила свои волшебные голограммы, – прошептала родственница, приблизив к ней голову.

– Во-первых, об этом не шло даже речи, – приподняв брови, отозвалась Альда. – А во-вторых, я дала слово, что они для частного использования Даркрастом.

– Понравишься шахине Тирима – войдешь в высший «Круг Царей», – напомнила Кахини. – К тому же ваш транспорт является неотъемлемой частью империи, так что голограммы можно использовать и там, не нарушая данного слова.

– У меня встречные условия, – прищурившись, сказала императрица.

– Я ей такую возможность предоставляю, а она торгуется, – возмутилась тетка.

– Имею право, ибо могу и вас кое-чем удивить, – веско высказалась принцесса.

– Слушаю, – надменно произнесла вдовствующая королева Хингасула.

– Если появится Сэрна – вы уговорите её лететь с нами, – потребовала Альда. – И эту новость лично сообщите моему супругу.

– Почему я? – насмешливо уточнила родственница.

– Не хочу просить и быть обязанной, – пожала плечами женщина.

– М-м-м, – понимающе протянула Кахини. – Дрессируешь? Тоже надо. Хорошо, но тебе лучше послать гонца на Даркраст за чудом, и желательно, чтобы он успел к моменту нашего визита на Тирим.

– Не извольте беспокоиться, – скептично отозвалась императрица.

– Твой супруг, кажется, решил угоститься бокальчиком спиртного? – мрачно хмыкнула тетка. – Пойду и я оценю запасы царя Рейно. Хотя буду удивлена, если этот постный мужик имеет вкус к алкоголю. Эх, в былые деньки тут закатывались самые разнузданные вечера, а теперь они удивляют нас светящимися деревьями и зеркалами. Скукота и позерство. А ты приготовься, кажется, твой первый муженек обнаружил свои яйца и решился-таки поболтать с тобой.

– Тетушка, – предупреждающе высказалась принцесса.

– Что? – наигранно удивилась она. – Меня уже тут нет.

Проводя взглядом не в меру деятельную родственницу, Альда заметила, что Кахини шла навстречу наследнику Фарогоса, отпустив шпильку в его адрес, ибо Эриал тут же смешно закатил глаза, поджав губы. Бывший муж со времени их последней встречи не подурнел ни на микрограмм или даже единый атом. Единственный сын и наследник короля Эрнесто Гавиртрана был все так же высок, светловолос, излучая богатство и благородство. Роскошный белый военный мундир с золотыми аксельбантами украшал фигуру принца, хотя какой-либо мощной мускулатуры Эриал не имел, все компенсировал ареол власти и могущества.

– Позволишь? – с сомнением спросил бывший супруг, кивнув на место рядом с Альдой.

– Сад царицы – место общественное, – пожала плечами императрица, прекрасно понимая, что имел в виду мужчина, но облегчать задачу не собиралась. – Я не распоряжаюсь лавочками.

– Как поживаешь? – деланной улыбкой спросил Эриал, почувствовав укол в свою сторону. – Выглядишь превосходно.

– Ты ожидал иного? – горько хмыкнула правительница Даркраста, показательно отвернувшись.

– Помню это платье, – задумчиво произнес принц. – Это ведь я его подарил.

Состроив максимально скептичное выражение лица, Альда посмотрела на бывшего супруга и высокомерно произнесла:

– Циклы к вам беспощадны, раз уж память стала так подводить. То платье, что подарил ты – я сожгла.

– Это когда ты чуть не спалила дворец? – вдруг весело спросил Эриал, заставив императрицу закатить глаза, вспоминая, как бегала по спальне и тушила внезапный пожар на пару с мужем.

– Да, – недовольно призналась она, вновь отвернувшись.

– Хорошие были деньки, – мягко хмыкнул принц.

– Что хорошего? – печально вздохнула Альда. – Мы вечно ругались, ты пьянствовал и пропадал, а я сидела в одиночестве на троне, занимаясь всеми делам.

– Я и говорю – хорошие были деньки, – иронично вскинув брови, повторил Эриал, тяжко вздохнув и улыбнувшись. – Каждый раз, возвращаясь домой, я был уверен, что получу хорошую взбучку от короля и яростную стычку с тобой. И вы с отцом никогда не разочаровывали меня.

– Так ты наслаждался, трепля нам нервы? – хмыкнула бывшая супруга наследника Фарогоса. – Я так и знала.

Поднявшись на ноги, Альда вдруг почувствовала, как Эриал ухватил её за руку.

– Я хотел извиниться, – через силу произнес принц.

– Если тебя дон Эрнесто заставил, то передай, что выполнил его требование, – поджав губы, отозвалась императрица, демонстративно взглянув на его руку, которой он продолжал удерживать её.

– Нет, он не просил, – отрицательно покачал головой мужчина, отпустив, наконец, женскую ладошку. – За последнее время я оценил все, что ты делала для меня и Фарогоса.

– А ты полагал, что я сидела на троне и вздыхала, придумывая тему очередного скандала для тебя? – насмешливо уточнила Альда.

– Что-то вроде того, – кисло скривившись, признался Эриал, откинувшись на спинку оббитой белой тканью лавочки.

Замерев, разглядывая бывшего супруга, императрица поняла, что была не права – он изменился. Печаль в глубине глаз не скрывала бравурная улыбка, которую принц демонстрировал ранее.

– Как ты? – неожиданно даже для себя, спросила Альда.

– Тебе интересно? – хмыкнул Эриал, явив еще больше чего-то непонятного из глубин души.

– Про дела Фарогоса я в курсе, – вздохнула правительница Даркраста. – Новый брак принес большую выгоду.

Медленно осев обратно, она мягче спросила:

– А как поживаешь ты?

– Плохо, – сглотнув ком в горле, отозвался Эриал.

– Не надейся на сочувствие, – язвительно фыркнула Альда, состроив скептичную гримасу. – Ты не заслужил.

– Знаю, – просто ответил принц, печально хмыкнув.

– Новый союз тоже стал испытанием? – насмешливо спросила императрица.

– Я надеялся, что осознанно решив быть хорошим мужем, получу спокойный брак, но очевидно, что Боги прокляли меня еще при рождении, – недовольно высказался Эриал, заставив бывшую жену рассмеяться. – Рад, что развеселил тебя.

– Ох, – покачала головой Альда. – В прошлый раз ты был ребенком в браке, а теперь эта роль отошла Элинор Элкасторской.

– Мой отец разгласил интимные детали королевского брака? – настороженно уточнил принц Фарогоса.

– Ты удивлен? – иронично поинтересовалась императрица, и, дождавшись отрицательного покачивания головой, добавила. – Не волнуйся, я умею держать рот на замке. Как ты вообще умудрился консумировать этот брак?

– Терон, будь он проклят, – зло фыркнул бывший муж. – Он подлил нам в бокалы фертильное зелье. Там уже не до размышлений было.

– Все твои брачные ночи будут такими запоминающимися? – с печальной иронией хмыкнула Альда.

– Надо было и тебе подлить тогда зелья, – вдруг произнес Эриал. – Может все вышло бы иначе.

Тишина в разговоре наступила внезапно. Каждый из них вспоминал начало своего брака и каждый помнил его по-разному.

– Генерал уже женился? – мягко спросила Альда, глядя на принца.

– Да, – с сожалением кивнул мужчина и тут же осекся, взглянув бывшей супруге в глаза. Встретив понимающую улыбку, Эриал быстро догадался. – Отец и это разболтал. Теперь Даркраст в курсе всех тайн Фарогоса?

– О судьбе Зана я знала, когда покидала твой дворец, – спокойно произнесла императрица.

– Почему я не удивлен? – философски произнес принц, запрокинув голову к хрустальному куполу над ними. – Он всегда любил тебя больше.

– Я была ему примерной дочерью и соратницей, пока ты вел себя, словно подросток, – напомнила Альда, взглянув на мужчину, который когда-то очаровал её, появившись будто из сказки.

– Я буду когда-нибудь счастлив? – вдруг печально спросил он.

– Безусловно, – тихо произнесла императрица. – У каждого в этой Вселенной должна быть родная душа, рядом с которой ты найдешь покой.

– А если – нет?

– Тогда весь этот мир давно бы погрузился во тьму и слезы, – хмыкнула Альда. – Не забывай, ты – наследник и будущий король, тебе суждено править и вести народ за собой. Ты для них отец, а они – твои дети.

– Но не для Фарогоса, – со вздохом вдруг произнес Эриал.

– Что? – удивленно уточнила бывшая супруга принца.

– Тетушка тебе не сказала? – недоуменно спросил он. – Я полагал, что Кахини поведает обо всех секретах, что нашла в нашем дворце.

– О том, что она была на Фарогосе – я вообще слышу впервые, – заинтересованно высказалась Альда, приподняв брови.

– Хм? – картинно изумился наследник дона Эрнесто. – Эта женщина удивляет меня все больше. Особенно, в свете того, что это её идея.

– Какая?

– Занять трон Элкастора, – скептично высказался мужчина, состроив сомневающуюся гримасу. – Мы с Элинор отбываем ко двору её отца и занимаем трон. Потомки Гавиртранов будут править империей, а наш второй сын станет королем Фарогоса.

– А что обо всем этом думает нынешний император? – осторожно уточнила Альда.

– Он стар и теряет власть, – пожал плечами Эриал. – Лучше, чтобы трон достался семье его дочери или же вовсе всё потерять?

– В общем, он согласен?

– Твоя тетка собирает коалицию, чтобы переход власти выглядел естественно, – хмыкнул принц. – Столь богатый сектор может вновь уйти в тень, если скандал выйдет наружу.

– И именно за этим она летит на Тирим, – закивала императрица, вздохнув. – Тетушка вновь передвигает фигуры на своей любимой шахматной доске. Какой прок от этого Хингасулу?

– Получить возможность разрабатывать восемь месторождений на Элкасторе, – осторожно произнес Эриал. – И протекторат в Парламенте от Элкастора и Фарогоса до конца правления её сына.

– Полагаю, эта старая цисина потребует подобного и от Даркраста, – сдержанно выдохнула Альда.

Размышляя над игрой Кахини, императрица заметила два факта: на прием Сэрна прибыла без супруга и то, как Сверр, стоящий в окружении королей, царей и императоров, пристально смотрел на Альду, беседующую с бывшим мужем.

Глава 31

Обдумав сложившуюся ситуацию и тот козырь, что приобрела дражайшая тетушка, способный зажать Фарогос, да и Элкастор, в крепкой руке Хингасула, Альда дала совет бывшему мужу. Подробно объяснив суть этой уловки, принцесса поднялась на ноги и, кивнув хмурому Эриалу, пошла навстречу сестре. Сэрна выглядела изможденной и какой-то серой, особенно в свете сотен огней. Обеспокоенно сдвинув брови, императрица Даркраста тихо поинтересовалась:

– Ты в порядке?

– Все хорошо, – устало отмахнулась королева Гелиоса, осматривая яркую иллюминацию сада.

Её черное платье в любой другой ситуации показалось бы скромным и даже тусклым, но не в этом саду. Сестра была откровенно больной.

– Выглядишь… не так, как при нашей последней встрече, – осторожно высказалась Альда.

– Я ношу ребенка, – вкрадчиво произнесла Сэрна. – Беременность делает меня тенью и отнимает все силы.

– Но… – с сомнением возразила правительница новой империи и, решив не лезть в чужие дела, натужно улыбнулась. – Как скажешь. Я рада видеть тебя.

– За это надо поблагодарить тетушку, – призналась сестренка. – Она буквально терроризировала посланиями Гелиос и даже грозила явиться, если Кигберн не даст разрешение посетить прием Рейно.

– Она рассказывала, – иронично поведала Альда, хватая Сэрну под руку и медленно шагая вдоль аллей. – Ты прилетела одна или нас ждет очередной веселый ужин?

– Одна, – с еле заметной улыбкой отозвалась сестра-королева. – Хвала Богам, супруг занят.

– Надеюсь, это что-то срочное и важное, – кисло отмахнулась императрица.

– Да, – печально ответила будущая мамочка, кладя руку на еще плоский животик. Чуть помолчав, Сэрна вдруг спросила. – Альда, твой муж – суровый правитель?

– Думаю, да, – мгновенно нахмурившись, призналась старшая из принцесс Вако. Со скептичной гримасой женщина продолжила. – Наш брак длится чуть больше цикла, а тронное плато уже дважды было залито кровью. Так что можно считать Сверра суровым. Причем в первый раз – в день моего прибытия.

– Да? – удивленно осеклась Сэрна, остановившись и замерев.

– Представь меня: голая и с ошейником, растрепанная и злая, – откровенно и иронично поведала Альда. – В шоке стою возле трона, вокруг куча мужиков, и тут мой супруг сносит голову кому-то из управляющих. Кровь хлещет, я почти в обмороке. В общем, Даркраст произвел незабываемое впечатление.

Округлив глаза, сестра вновь развернулась лицом к тропинке, и женщины продолжили прогулку.

– Почему интересуешься? – озадаченно спросила императрица, поджав губы, вспоминая свои первые деньки в новом доме. Казалось, это было так давно и в другом месте.

– Кигберн, – тихо пояснила Сэрна. – Он жесток к народу, а они продолжают бунтовать. Чем жестче он давит, тем сильнее сопротивление.

Сестра взволновано задышала и растерянно хмурилась, ища правильные слова.

– Я ведь практически нигде не была со времени свадьбы, – продолжила королева Гелиоса. – Пару приемов в самом начале и все. На Даркрасте мне удалось по-новому взглянуть на королевские семьи, и они не похожи на нас с Кигберном.

– Сравнения неуместны, – грустно отозвалась Альда. – Они могли притворяться, все-таки дело было в гостях и никто не желал оставить о себе плохое впечатление.

– Кроме моего супруга, – напомнила Сэрна.

– Да, – кивнула старшая принцесса Вако.

– Посмотри на них, – дернула подбородком королева Гелиоса. – Они выглядят спокойными и… счастливыми. Не может быть все плохо за закрытыми дверями.

– Поверь, может, – хмыкнула императрица.

– Боги, – с сомнением произнесла сестра. – Это Эриал? Твой первый муж?

– Ты не ошиблась, – с улыбкой кивнула Альда. – Все так же красив и производит впечатление, но ни одной из женщин я бы не пожелала его в мужья. Наш брак был ужасен и состоял из сплошных ссор.

– И ты поэтому развелась с ним? – нахмурилась Сэрна. – Как вообще это возможно? Я полагала, что королевский брак – это навсегда.

– Очевидно, что нет, – лаконично отозвалась императрица Даркраста, скептично приподняв одну бровь.

– Король Фарогоса очень хорошо относится к тебе, – грустно вспомнила сестра, явно чувствуя сожаление в том, что у неё подобного нет.

– Это не помешало дону Эрнесто устроить мне ловушку, а позже – выставить за дверь, – ответила Альда, тяжко вздохнув.

– Но он сказал, что дал тебе развод, – непонимающе произнесла Сэрна, взглянув на сестру.

– Обвинение в измене, темница, официальный развод и выдворение с планеты без права возвращения, – с вызовом перечислила бывшая принцесса Фарогоса. – Как тебе такое?

– Но, – осеклась королева Гелиоса. – Когда я вошла сюда, ты беседовала с Эриалом. Вы так гармонично смотрелись вместе: оба в белом и золотом. Если не знать, что ты уже замужем за другим, то вполне можно решить, что вы пара.

– В этом и парадокс, – печально хмыкнула императрица. – Мы с ним только смотрелись хорошо, но за тридцать циклов жить так и не научились. И на различных приемах тоже производили впечатление крепкого союза. Так что не верь этим улыбкам и семейным картинкам – правды мы никогда не узнаем.

– О, а вот мои любимые племянницы, – раздался позади голос тетки.

– Этой тоже не сильно доверяй, – быстро прошептала Альда. – Кахини ведет свою игру и только в интересах Хингасула. Потом расскажу.

Беседа между родственницами разбавилась подошедшей теткой и еще парочкой королей. Чествование новорожденной малышки началось спустя несколько мгновений. Императорская чета Даркраста встала в очередь из желающих одарить царевну Рейно подарками. Сверр медленно вздыхал, продолжая молчать, но Альда и без всего прекрасно понимала, что муж ждет разъяснений ситуации. Растянув лицо в улыбке, женщина также молчала. Даркраст подарил Авроре Рейнской набор золотых ложечек и небольшую левитирующую площадку, позволявшую рассекать по дворцу, словно на челноке по дорогам. Ни двигателя, ни руля у подарка не было, а управление осуществлялось через небольшой чип, установленный на коммуникатор. Этот нюанс повелительница Даркраста и сама узнала недавно. Парный девайс, закрепленный на гравитационном подарке, позволял плавно активировать транспорт специальными пассами руками. Родители сердечно поблагодарили императора за инструкцию и дар.

Ужин состоял из обилия блюд и еще большего количества разговоров. Многие уточняли, откуда у новорожденной такое интересное имя, и получали в ответ восторженные отзывы об ужине на далекой планете, куда многие из присутствующих отказались лететь. Альда подсчитала все приподнятые брови и поджатые губы и с лукавой улыбкой пространно отвечала о следующем приеме. Ночевать предстояло во дворце, и императорской чете достались весьма просторные покои, демонстрирующие расположение хозяев. Сэрне предоставили скромную спальню, где сестра поселилась со своей служанкой. На предложение занять их комнаты, королева Гелиоса легко отмахнулась, заявив, что ей все равно, где и в каком составе спать. Тихо добавив только для Альды: «главное не с мужем».

Айла и Медо, путешествовавшие вместе с ними, проворно подготовили свою госпожу ко сну и взволнованные покинули спальню, сообщив, что их пригласили на праздник слуги дворца. Напомнив об осторожности, Альда отпустила девушек, усевшись перед зеркалом и расчесывая волосы после сложной прически. Супруг появился раньше, чем ожидала принцесса, но его сурово сдвинутые брови сюрпризом не стали. И, судя по расслабленной походке, император был явно изрядно пьян.

– Что? – спросила она, когда взгляд мужа стал особенно тяжел.

– Ничего, – ровно ответил Сверр, хотя транслировал всем видом обратное.

– Если хочешь что-то спросить или сказать – то говори вслух, я твоим даром не обладаю, – иронично произнесла Альда, заметно повеселев.

– Общался с Фарогосийским принцем, – мрачно сообщил супруг, пройдясь по спальне. – Весьма занятный мужчина.

– Это ты еще с ним сексом не занимался, – фыркнула женщина. – Вот уж где раздолье для юмора.

– Надо признать, что мне не очень понравилось, что вы так мило общались на той скамейке, – внезапно произнес Сверр, продолжая сверлить её взглядом и начав процесс разоблачения.

– Почувствовал смятение, непонимание и невозможность как-то повлиять на происходящее? – коварно уточнила императрица, рассматривая раздевающегося мужа.

– Да, – с прищуром, отозвался он.

– Хорошо, – улыбнувшись, ответила Альда. – Именно эти чувства я испытывала, просыпаясь после твоих вмешательств.

– Так это была месть? – чуть успокоившись, поинтересовался мужчина, скинув нарядный китель на спинку ближайшего кресла.

– Изначально такой цели не было, – устало отмахнулась принцесса, потеряв задор. – Просто беседа с тетушкой плавно перешла в разговор с Эриалом. Он так неожиданно возник, что был выбор: остаться на лавке или прыгнуть в кусты. Как понимаешь, последнее я не могла себе позволить.

– Значит, ты не почувствовала ностальгии или иных нежных чувств к нему? – вкрадчиво допрашивал Сверр, подходя ближе и останавливаясь за её спиной.

– Мы же с тобой говорим об одном и том же персонаже? – недоуменно уточнила императрица. – Принце Эриале Фарогосийском? Моем бывшем муже? С которым я прожила в браке тридцать циклов?

– Да, о нем, – сдержанно кивнул Сверр, глядя в глаза супруге через зеркало.

– Я редко меняю устоявшееся мнение о людях, которых прекрасно знаю, – хмыкнула Альда, поднимаясь на ноги. – Тетушка уже сообщила о своем решении лететь в сектор Тирим?

– Да, – хмыкнул император, обнимая её за талию. – А также, что Даркрасту будет весьма полезным знакомство с правителями той империи.

– Кахини плетет свои интриги, – скептично отозвалась женщина. – Желает обеспечить сыну поддержку в Парламенте, но нам и правда не повредит подружиться с падишахом и его шахиней. Их наследник не так давно женился, и вот-вот ждут пополнения семейства. Если все пройдет отлично, нас пригласят на прием, а это новые связи. И я хочу, чтобы Сэрна полетела с нами.

– Ей можно доверять? – вдруг спросил Сверр, поглаживая жену по спине.

– О чем ты? – настороженно поинтересовалась она.

– Её муж не был особенно любезным, и все прочее, – пространственно пояснил мужчина.

– Не думаю, что сестра заодно с ним, – облегченно ответила Альда. – Она несчастна в браке и воспользуется поездкой, чтобы не так быстро возвращаться на Гелиос.

– Хорошо, – вздохнул супруг, вдруг поднимая её на руки, относя к кровати. – Хватит на сегодня политики и альянсов.

– Кто-то предлагал тебе альянс? – удивленно спросила принцесса, обхватив мужа за шею.

– Я произнес вслух слово «хватит»? – недоуменно поинтересовался Сверр, опуская её на постель, и, улегшись рядом, целуя в шею.

Ночь, проведенную в царском дворце Рейно, императрица Даркраста забудет не скоро. Во время разговора супруг казался мрачным, но, получив все заверения в незаинтересованности, расслабился, однако позже Альда поняла, что Сверр все еще полон яростной ревности. Жаркие ласки с грубыми объятьями не удовлетворяли мужа. Покрывая лихорадочными поцелуями, переходящими в укусы, он удерживал её за затылок, не давая увернуться в сторону. Свирепые толчки ускорялись, когда Альда услышал голос в голове: «Не отдам! Никому не отдам!». Взлетая вверх и падая в пропасть, она потерялась в ощущениях, чувствуя лишь жар, трепет и горячую густую влагу, так пошло хлюпающую между ними.

Завтрак хозяйка дворца Рейно провела в дружеской атмосфере, качая на руках малышку Аврору. Сэрна выглядела просто отлично по сравнению с вчерашним вечером. Заметив приподнятые брови старшей сестры, младшая, пожав плечами, легко ответила:

– Выспалась и набралась сил.

За столом встретился и Эриал, купавшийся во внимании молодых и незамужних принцесс. На подобные приемы, посвященные рождениям наследников, принято брать невест и женихов на выданье, так что юные девушки томно вздыхали, глядя на светловолосого принца с богатой планеты. Практически все они уже имели вторые половины, выбранные родителями, и на Рейно прилетели, чтобы будущие супруги смогли лучше узнать друг друга, но Эриал умел привлекать внимание, не делая для этого практически ничего. Осмотрев всех присутствующих на завтраке, Альда заметила и более опытные взгляды, обращенные к её бывшему супругу. Императрица Даркраста скрыла улыбку, прекрасно зная, что Эриала больше интересуют мужские тела, нежели женские.

Путь до сектора Тирим был неблизким, но новейший боевой крейсер «Исполин» неожиданно долетел до места назначения в кратчайшие сроки, преодолев пространство с шокирующей скоростью. В дороге сестра в основном спала, отдыхая с комфортом, предоставленным ей каютой первого класса. Тетушка же наслаждалась музыкой и беседой с Альдой. Едва супруг покидал главную спальню, как в покои буквально врывалась Кахини, усаживаясь на мягкий диванчик.

– Судя по твоему расфокусированному взгляду, император своим долгом не пренебрегает, – лукаво усмехнувшись, прокомментировала тетка.

– Мы следуем вашему настоятельному совету, – утомленно хмыкнула принцесса, поправив на колене ткань пеньюара. – Но результата пока нет.

– С таким рвением – это не проблема, – отмахнулась Кахини. – Наслаждайся любовью Сверра. Поверь это не вечно. Правители пользуются повышенным вниманием, и желающих попробовать кусочек твоего дикого пирога будет немало.

Мысль о неверности мужа её не посещала и, представив другую в его объятьях, Альда нахмурилась. Сцена не вызывала счастья, но у них была иная ситуация.

– Все может быть, – философски пожала плечами императрица. – Пока он только мой и мне едва хватает сил ублажить его темперамент.

Альда сменила свой роскошный пеньюар из пятидесяти слоев газовой ткани тёмно-фиолетового цвета на простое платье из красного рейска, полученное из рук Вирала в самом начале больших перемен Даркраста. С тех пор он сильно прибавил в мастерстве изготовления самых невероятных туалетов. Из последних увлечений портного – листья и бабочки. Альда восхитилась нарядами невест и каждая получила платье с вышивкой на эту тематику.

Дождавшись прихода Сэрны, три женщины насладились голограммой балета, установив проекторы в большом зале для конференций. «Жизель» восхитила печальной историей избалованного принца и простой девушки, даже после смерти не предавшей своей любви. А вот «Ромео и Джульетта» вызвали неоднозначную реакцию Кахини. Тетка задумчиво молчала, пока Сэрна выражала восхищение постановкой.

– Так грустно. Они любили друг друга, но не смогли быть вместе из-за предрассудков.

– Не для всех счастье достижимо, – патетически высказалась старшая родственница. – Любовь вспыхивает так стремительно, может так же быстро угаснуть. И ты обнаруживаешь себя связанной с незнакомцем. Чувств уже нет, а долг остается с тобой до последнего вздоха.

– Тогда это не любовь, – задумчиво ответила Альда. – Любовь – коварное чувство, которое так просто не вытравишь. Тут нужна основательная работа, циклы упорных попыток и жесткий контроль собственных действий. Поступки можно скрыть, слова сдержать, а вот что делать с мыслями и чувствами? Как их сдержать? Если любишь неправильного человека, то потеряешь все что имеешь. То, что произошло между Ромео и Джульеттой – это страсть, помешательство, допускаю, что, возможно, влюбленность, но не любовь. Любить – это видеть человека со всеми достоинствами и недостатками и принимать его целиком, не желая изменить или сломать под себя, даже если разум и долг кричит тебе обратное. Понимать, что не нужна ему, и всё равно быть рядом, умирая от безразличия. Видеть ужасное и все равно надеяться, что вот вдруг сейчас все изменится к лучшему.

– Тогда я рада, что никогда не испытывала это чувство, – тихо произнесла Сэрна, после затянувшейся паузы.

– Это не плохое чувство, – печально хмыкнула императрица двум ошеломленным женщинам. – Если любишь, ты не одинока. Где бы ни была, ты всегда хранишь образ любимого в сердце. Когда же он смотрит на тебя и открыто проявляет внимание – ты словно паришь над миром. Летишь вперед, не чувствуя пола под ногами. Ради этих моментов можно выдержать все что угодно. Поэтому я прекрасно понимаю Жизель – нельзя просто взять и выключить это чувство. Даже после смерти душа не перестает любить.

Тягучую атмосферу, вызванную внезапными откровениями, развеял стук в дверь. Айла, склонив голову в поклоне, сообщила, что капитан корабля просит дам пройти в столовую. До этого момента Альда с мужем обедали и ужинали в своих покоях, а завтрак и вовсе принимали в кровати. Взглянув на подозрительный вид тетки, императрица отругала себя за длинный язык. Голограмма чужой печальной любви раскрыла тайники собственной души.

Столовая делилась на уровни, позволяя всему экипажу находиться в одном большом помещении. Почти у самого потолка расположилась офицерская столовая, где накрыли обед. Кахини вела оживленную беседу, кокетничая с капитаном, чем вызвала приподнятые брови обеих племянниц, но Сэрна быстро потеряла к этому интерес. Еда ненадолго вернула ей силы, но после трапезы королева Гелиоса удалилась отдохнуть. Сверр все еще продолжал изучать корабль, уделяя много внимания тонкостям управления, количеству и функционалу персонала. Сегодня он пропадал в машинном отсеке до самого ужина, который супруги вновь провели вдвоем.

– Сэрна беспокоит меня, – хмуро призналась Альда. – Она серая, а это вообще не типично для любой беременной женщины, к какой бы расе она ни принадлежала. За исключением ранноксов, но они все время серые.

– Она быстро устает и все её мысли о здоровье будущего малыша, – высказался Сверр, ковыряясь в тарелке. Еда была по-космически скудной, и император явно отвык от подобного. – Остается только ждать. Думаю, после родов все придет в норму.

– Ты знаешь что-то о её прошлых беременностях? – тихо спросила принцесса. – Она ничего не говорит.

– И не думает, – приподняв брови, признался мужчина. – Закрылась и усердно защищает свой секрет. Очевидно, у вас это семейное – скрывать от меня мысли.

Визит в сектор Тирим начался с официального приема во дворце. Огромная резиденция падишаха Шайма встретила гостей богатым убранством и роскошными интерьерами. Многочисленные слуги метались вокруг, каждый выполняя строго определенную функцию, а закрытые с ног до головы девушки скромно стояли, выстроившись за шахиней Саркати. Изысканные ткани, густо расшитые экзотическими узорами и драгоценностями произвели на Альду впечатление своими яркими цветами и тонкой работой. Хозяйка сектора была любезна, проведя женщин на левую половину дворца. Сверра же встретил падишах и увел императора Даркраста в правую сторону.

Кахини трещала с давней подругой, но едва за ними сомкнулись массивные двери, служанки и члены правящей династии сняли с голов плотные покрывала, явив еще более роскошные туалеты. За время непродолжительного визита они познакомились с супругой наследника. Она, как и королева Гелиоса, ждала малыша, только у шахини Кулаалы был срок больше, но будущие мамочки быстро нашли общий язык. Альда источала улыбки на все фронта, к удивлению легко договорившись о покупке роскошной ткани для пошива одежды. Такие сочные цвета и неординарные узоры не могли не привлечь внимания. Легко поужинав в женской компании, все собрались для посещения боевого крейсера, который внезапно заинтересовал падишаха Шайма. Сверр бойко рассказывал о судне, отвечая на вопросы хозяина дворца. Видя столь живой интерес, к ответам подключился и капитан корабля, аккуратно добавляя от себя детали. Женщин же оставили наслаждаться «Красавицей в спящем лесу», в который раз заставившей охать всех зрителей. Расчувствовавшись, шахиня Саркати приказала предоставить Альде пять отрезов ткани вместо оговоренных трех, и передала их в дар за полученное удовольствие от представления. Кахини благодарно кивнула императрице Даркраста и покинула судно вместе с делегацией Тирима, оставшись в гостях у подруги. Боевой крейсер «Исполин», медленно отстыковавшись от космопорта, направился к Центральной станции.

– Сэрна посетит с нами Сад? – сонно спросила Альда, лежа на груди мужа, чувствуя истому во всем теле.

– Это дорогое удовольствие, – осторожно произнес Сверр, поглаживая её по спине.

– Насколько? – немного обиженно произнесла императрица, взглянув на мужа.

– Смотря насколько ты готова пойти на уступки, – коварно улыбнулся он, поняв суть претензии.

– Например? – подозрительно уточнила женщина, сощурившись и тут же распахнув глаза, когда супруг уложил её на спину и поцеловал в шею.

– Например, – серьезно сказал Сверр, располагаясь между женских ножек. – Ты дашь согласие на несколько условий.

– Каких? – еще более подозрительно спросила Альда, почувствовав, как он проникает внутрь.

Влага от прошлого соития еще не успела высохнуть и слабость вперемешку с истомой наслаждения наполняли тело, а мужчина уже был готов продолжать любовную схватку. Почти нежные движения задевали растревоженные струны, заставляя терять концентрацию, но слова супруга требовали ответов.

– Ты будешь являться во дворец, когда к нам будут прибывать гости, – прошептал Сверр между поцелуями.

– Хорошо, – выдохнула принцесса, обнимая его за шею.

– И оставаться со мной в качестве супруги еще на десять дней после отбытия гостей, – продолжил выставлять условия император.

– Сверр…

– Это еще не всё, – предупредил мужчина, крепче обхватывая её затылок одной рукой и открывая доступ к шее. – Ты будешь летать со мной на все приемы и будешь полноценной супругой, как в этот раз.

– Хорошо, – выдохнула Альда, теряя ощущение реальности, когда Сверр приласкал её клитор, потираясь жестким гребнем, шедшим от пупка к основанию члена.

– Когда мы будем сталкиваться в секторах, ты не будешь скрываться от меня, а явишься и до конца моего визита по делам танерата станешь ублажать своего супруга, как примерная жена, – прошептал император, прикусывая кожу на шее.

– Ты обещал отпустить меня, – выдохнула принцесса, схватив мужа за волосы на затылке.

– Я помню, – сказал Сверр, сощурившись и замирая. – Именно поэтому мы заключим новую сделку. Ты хочешь Сад для сестры и, полагаю, видеть сына, а я – свою жену. Раз не желаешь быть мне полноценной супругой – будешь ей время от времени. Клянусь, что не буду преследовать тебя по секторам, но и ты не смей прятаться от меня.

– Сверр…

– Или так, или я найду другой способ, – предупредил мужчина, впившись поцелуем в губы супруги, прекращая все споры.

В тот же момент движения возобновились, а стремительно раздувавшиеся пупырышки вышибали дух из Альды, перехватывая дыхание. Сверр потерял терпение и с пылом брал то, что еще принадлежит ему, заставляя её забыть о реальности. Поцелуями и уговорами император Даркраста добился нового соглашения с супругой.

Глава 32

Центральная станция встретила экипаж «Исполина» с распростертыми объятьями. Команда стремительно разбрелась по знакомым местам, получив приказ о свободном времени на ближайшие сутки. Позже им надлежало провести проверку корпуса, но это скорее формальность, ибо судно было новым и не участвовало в боях. Альда поддерживала Сэрну, шагая позади Сверра. Обе принцессы впервые были на подобной техногенной планете и едва удерживались от любопытства. Любезная женщина в строгой форме проводила гостей в приватную часть станции, поразив их своим видом. Брюки смело облегали ноги проводницы, шокируя привыкших к юбкам особ. Пригнувшись к сестре, Сэрна тихо спросила:

– Ты бы смогла носить такое?

– Выглядит удобно, – пожала плечами императрица.

– Скорее бесстыдно, – прокомментировала королева Гелиоса.

– А я бы рискнула, – призналась Альда, бодро шагая за обсуждаемой фигурой.

Часть станции, где обитали владельцы, больше была похожа на роскошный дворец или резиденцию правящей семьи любой планеты, хотя Кохиласы таковыми, по сути, и являлись. Толстые ковры заглушали звук шагов, а высокие стены украшали растительные узоры. Отделка понравилась императрице, которая с интересом разглядывала интерьеры.

– Владея Салкиносом, они вероятно могут позволить себе многое, – тихо произнесла Альда, которая давно изучала каталоги этой службы.

– Владея Заповедником, они уже имеют всё, что можно вообразить и даже превзойти любую фантазию, – скептично парировала Сэрна, заслужив согласный кивок сестры.

Главная гостиная Кохиласов произвела впечатление высокими потолками и, конечно же, огромными панорамными окнами, за которыми открывался вид на саму станцию и бескрайний космос. Идеальный фон для династии покорителей вселенских просторов. Помещение совмещало несколько функций: рабочего кабинета, места отдыха и всеобщих сборов, а также столовой. Масштаб и простор площади легко вмещал все эти зоны, лаконично сосуществующие рядом. Пока принцессы изумленно охватывали представшую взорам гостиную, к ним навстречу уже шагал глава Конгломерата с супругой.

– Добро пожаловать на Центральную станцию, император, – с уважительной улыбкой произнес Зейнавункан, протягивая руку для приветствия.

– Благодарю, – отозвался Сверр, принимая жест ответным движением. – В этот раз я прибыл к вам с супругой и свояченицей – королевой Гелиоса.

– Здравствуйте, – любезно произнесла Альда, пока Сэрна ограничилась легким кивком.

– Прошу присаживайтесь, – предложила миловидная брюнетка, озадаченно взглянув на последнюю и поманив за собой гостей. – Кажется, вам необходим отдых.

– Благодарю, – с облегчением ответила Сэрна. – Я не предполагала, что надо будет столько пройти.

– Путь от ангаров и правда не близкий, – мягко улыбнулась женщина, указав на полукруг выглядящих удобно диванов, и добавив. – Меня зовут Анастасия.

– Весьма наслышаны о вас, – благосклонно произнесла императрица, спускаясь в небольшое углубление, где располагалась диванная зона. Спинки мебели оказались вровень с полом, что было необычным. – Зовите меня Альдой.

– А я – Сэрна, – вымученно добавила сестра, присев на сиденье. – Простите за такой вид, беременность для меня – настоящее испытание.

Пока все располагались, глава Станции поинтересовался у гостя и бизнес партнёра:

– Как вы оценили флот и боевую часть команды?

– Полноценной инспекции пока не было, – признался Сверр, усаживаясь рядом с супругой напротив хозяев. – Реформы новой империи заняли много времени, а после было принято решение посетить Рейно.

– Царица родила девочку, – любезно сообщила Альда, взглянув на Анастасию, вовлекая нужную ей женщину в светский разговор. – Новорожденная малышка просто прелесть, как и выбранное имя – Аврора.

– Аврора? – весело воскликнула хозяйка станции, явно почувствовав природу имени. – Интересно.

– О, еще бы, – с улыбкой отозвалась императрица. – Ведь незадолго до родов правители Рейно посетили прием на Даркрасте, где смогли насладиться прекрасным представлением. Всех поразила красота и изящество вашего чуда. Я благодарю Богов за то, что мы смогли увидеть балет.

– Это истинная правда, – подтвердила Сэрна, коснувшись ладонью своей груди. – На некоторое время все гости забыли о заботах, союзах и альянсах. Стихли все разговоры и, затаив дыхание, мы пораженно следили за нежными феями и прекрасной Авророй.

– Благодарю, – довольно ответила Анастасия и, весело кивнув на сидящего рядом с ней супруга, призналась. – А вот муж и сын с невесткой не разделяют моей любви к искусству.

– О! – иронично воскликнула Альда. – Клянусь, отныне вы не одинока. Как минимум мы с сестрой в этом вопросе полностью на вашей стороне.

– А вы? – лукаво уточнил Зейнавункан у Сверра.

– Я не столь чувствителен к изящным искусствам, – со сдержанной улыбкой ответил император. – Но поощряю устремления супруги к прекрасному.

Неожиданно в дверях образовался шум и в гостиную ворвался мальчуган, с разбегу прыгнув в диванную нишу. В последний момент его поймал глава семьи. Женщины вздрогнули от крика, но заулыбались искреннему смеху ребенка.

– Родной, осторожнее, – нежно произнесла Анастасия, но, едва мальчик встал на ноги, то тут же убежал куда-то в сторону. – Простите за этот беспорядок.

– Ничего страшного, – мягко улыбнувшись, поспешила успокоить Альда. – Дети на то и дети, чтобы быть беззаботными.

Внезапно в гостиную вошла высокая блондинка, которая выразительно смотрела на недавнего нарушителя беседы, шагая между одинаковыми мальчуганами. Следом за ними спешил молодой мужчина, мимоходом почесав шальную голову сынишки.

– Дамы, хочу познакомить вас с моим сыном и его супругой, – добродушно произнесла Анастасия, широко улыбнувшись подошедшим членам семьи. – А так же спокойно разглядеть моих внуков. Тот, который так рискованно ворвался к нам – Константин, а вот его более воспитанный брат – Леонидас. Дорогие, нас посетили Императорская чета Даркраста и королева Гелиоса.

– Рад вашему визиту, – заинтересованно высказался наследник Конгломерата, пожимая руку Сверру, переведя взгляд на женщин.

– Моя супруга, принцесса Вако – Альда и её сестра Сэрна, королева Гелиоса, – представил своих спутниц правитель новой империи.

– Михаил, – коротко кивнул мужчина и тут же приобнял за талию холодную блондинку. – А это моя Мирит.

– Добро пожаловать на Центральную станцию, – учтиво произнесла дочь консула Богатура.

Вновь прибывшие члены семьи Кохилас легко влились в светский разговор, пока мальчики направились к огромному окну с расположенной там кушеткой и открыли на голографе какую-то игру. От Альды не ускользнул тоскливый взгляд, которым её сестра наблюдала за младшим поколением семьи, и она участливо коснулась руки Сэрны, продолжая вести беседу с хозяевами станции. Королева Гелиоса сжала ладонь старшей сестры, переплетя их пальцы вместе.

– Мы прибыли на Станцию еще и по рекомендации вашей матушки, Мирит, – любезно поведала Альда.

– Моей мамы? – удивленно переспросила холеная блондинка, привлекавшая внимание не только красотой, но и скандальным нарядом. Мама двух мальчуганов предстала перед гостями в брючном костюме, явно не смущавшем живущих тут мужчин.

– Да, ваши родители посетили Даркраст, передав официальный пакт Парламента, – пояснил Сверр. – Мы уже достаточно давно сотрудничаем с консулом.

– Эсталь столько всего рассказала о вашем Саде, что мы не могли не посетить вашу станцию, – продолжила императрица. – Я и сестру уговорила. После голограммы Заповедника мне безумно хочется взглянуть на кусочек этого рая.

Визит на Станцию прошел по плану. Сверр подтвердил увеличенные поставки гравитационных камней, а так же ответил на несколько важных вопросов Михаила, которого волновали разработки Цератона. Император обсудил новость о переезде старших Кохиласов на Землю и возглавлении Конгломерата их наследником. Молодой вулкан заверил Сверра в приверженности старым союзам. Пока мужчины вели разговоры о делах, женщины любезно продолжили светскую беседу, во время которой их пригласили на ужин.

– Госпожа Анастасия, – учтиво произнесла Альда, когда все собрались за широким столом. – Помимо всего удивительного, что мы уже встретили здесь, я, как представительница ювелирного сектора, не могла не заметить ваши украшения. Мой опыт подсказывает мне, что это не минералы. Развейте мои сомнения.

– О, – довольно улыбнулась хозяйка вечера. – Вы абсолютно правы – это не камни.

– Такое мягкое сияние и округлая форма, – поддержала сестру Сэрна. – Мне тоже не встречалось ничего похожего.

– Это жемчуг, – пояснила Анастасия и, сдвинув брови, продолжила. – Даже не знаю, как рассказать о его происхождении.

– Его добывают в глубинах вод Заповедника, – подсказала Мирит. – Есть особые организмы – моллюски, без глаз, без ног и рук. Они обитают в чистейшей воде и попавшую в раковину песчинку покрывают сотней слоев перламутра.

– Да, – благодарно кивнула женщина. – От природы у них разные формы, встречаются и совсем причудливые, но из всех полученных жемчужин отбираются идеально круглые и тщательно сортируются по цвету и размеру. Кропотливая работа приводит к такому результату.

Нежно коснувшись драгоценного украшения, Анастасия улыбнулась, заметив удивление гостий. На шее хозяйки Станции красовалось три ряда этих уникальных жемчужин.

– Как необычно, – сдержанно произнесла Сэрна. – Фауна производит такую красоту.

– Мне кажется, всё, что связанно с Заповедником – можно назвать «необычным», – завороженно высказалась Альда, осмотрев и поданные блюда на столе.

Дети ели вместе с ними, разбавляя трапезу весельем. Семейный ужин шел вперемешку с обсуждением бизнеса и планов на поступление даркрастианцев в Академию космического флота, а также рассказами императрицы об успехах селекции сельского хозяйства. Владелица станции тоже поделилась опытом в выращивании капризных видов растений с Заповедника, которым создали особые условия для роста.

– Пришлось отдать под Сад громадное помещение, где могли бы свободно расположиться плодовые деревья, – призналась Анастасия. – И с каждым годом эта площадь только увеличивалась.

– Годом? – недоуменно уточнила Сэрна, которая с улыбкой следила за мальчишками, уплетающими фрукты со стола.

– Мы отсчитываем время по земному календарю, – мягко пояснила хозяйка вечера. – Заповедник проходит полный круг по орбите своей звезды за два цикла и это зовется «год». Мы с сестрой по старой памяти исчисляем всё в этой временной единице, и семья уже привыкла к подобному.

– Я очень люблю говорить, что мне сорок пять лет, а не девяносто циклов, – иронично вставила Мирит, вызвав всеобщий смех. – Это будто делает меня моложе.

– Ты и в девяносто лет будешь прекрасна, – с улыбкой произнес Михаил.

– С современными возможностями – безусловно, – приподняв брови, парировала заракинянка.

Закончив ужин, Анастасия пригласила гостий пройтись по знаменитому Саду. Мирит составила им компанию, и четыре женщины в сопровождении двух быстрых мальчуганов отправились осматривать космическую легенду трех ближайших галактик, пока Сверра задержали вулканы для обсуждения некоторых тонкостей. Альда была в курсе, что еще до подлета к Станции супруг оплатил посещение этого чуда для них с сестрой. Император никогда не нарушал заключенных сделок, что заставило вакиянку вздохнуть от выставленных им ответных условий. Конечно, можно придраться ко всему: посещение разовое, а расплата предстоит постоянная, но Альда закрыла на это глаза.

Сад ошеломил обеих монарших особ, заставив замереть еще на широком пороге общественной части, куда имели доступ простые посетители Станции. Обилие гостей не удивило принцесс, а вот высоченные потолки и громадные просторы изумляли, особенно с учетом, что все находилось в бесплотном космосе. Деревья, росшие прямо перед ними, выглядели массивными столбами, восхищавшими своими раскидистыми кронами. Зеленым листьям, густо растущим на коричневых ветках, не было числа. Пройдя дальше, Сэрна воскликнула от удивления, заметив дерево с серебристыми листиками, а чуть позже и с красными. Женщины семьи Кохилас мягко улыбались, рассказывая о разных сортах и названиях роскошных деревьях. Дуб, лен, сосна, кипарис, береза и еще множество иных. Когда же младшие вулканы заявили, что на деревьях растут фрукты, Альда с Сэрной мило улыбнулись, прекрасно зная, что подобные плоды дают только кустарники, но спустя несколько минут их уверенность заметно пошатнулась. Проходя по узкой дорожке, они смогли увидеть часть приватного Сада, расположенного за высоченным кованым забором, где как раз девушки собирали фрукты в специальные контейнеры. С деревьев.

Ночь Альда провела беспокойно, вертясь в постели. Сверр задержался, обсуждая детали переговоров, а возможно, просто выпивая с обоими вулканами. Улегшись позади жены, император крепко обнял её и тихо спросил:

– Как прошла прогулка?

– Я в полнейшем восторге, – честно призналась принцесса. – И в смятении.

– Да, Станция порой вызывает такие чувства, – хмыкнул Сверр. – Каждый раз, как впервые.

– Сэрне тоже очень понравилось, – сообщила Альда. – Мне кажется, она даже ожила после ужина. Ты заметил? Цвет лица порозовел, да и сил заметно прибавилось; обычно же она сразу удалялась отдыхать до утра, а тут мы гуляли по Саду допоздна. И она так смотрела на детей.

Последнее императрица произнесла задумчиво и скорее для себя, чем для мужа.

– Расскажи мне, что ты знаешь о её детях? Почему она теряла малышей? – напряженно спросила принцесса Вако.

– Ничего конкретного, – устало выдохнул Сверр. – Она редко вспоминает о них, не желая думать о плохом. Очевидно, что-то случалось на поздних сроках или же во время родов, ибо любое покалывание внутри вызывает у неё панику. Хотя срок еще небольшой.

– Я бы тоже так реагировала, потеряв двух сыновей, – печально произнесла Альда, чувствуя поцелуй в свое оголенное плечо.

– Завтра нас всех ждет еще одна прогулка по Саду, – вдруг сообщил супруг, переводя тему. – Я договорился о посещении приватной части.

– Я такое там видела, – расширив глаза и чуть повернувшись к мужу, прошептала принцесса. – Ты будешь в шоке.

– Завтра увидим.

Завтрак Сэрна попросила в каюту, пока императорская чета и Кохиласы встретились в главной гостиной Станции. Экскурсию согласилась провести Мирит, так как Анастасию отвлекли дела. Дети, присутствовавшие за завтраком, понуро отправились на урок к строгому воспитателю, когда все покинули стол. Альда волновалась за сестру, но достаточно бодрая королева Гелиоса встретила их у входа в Сад, сославшись на вчерашнее переутомление.

– Ночью я почти не спала, – призналась беременная женщина, улыбнувшись хозяйке станции и деверю. – Все происходящее мне кажется нереальным.

– Это нормальная реакция, – по-доброму отозвалась Мирит, которая казалась более дружелюбной, нежели вчера.

Сегодня на госпоже Кохилас вновь были брюки, что не укрылось от внимания вакиек. Пока они шли сквозь публичную часть Сада, Сэрна доброжелательно произнесла:

– Ваш наряд весьма необычен, но выглядит крайне удобным.

– Ох, да, – весело хмыкнула Мирит. – Я привыкла к функциональной одежде еще со времен, когда служила телохранителем старшей сестре Михаила – Регине. Мама пыталась обратить меня к платьям и периодически приходится их носить, но в повседневной жизни предпочитаю комфорт.

– Вы служили телохранителем? – удивилась королева Гелиоса, шагая радом с хозяйкой Сада.

– Очень давно, – благосклонно кивнула женщина, подходя ближе к массивным воротам приватного Сада.

Альда, вскинув брови, взглянула на мужа и заметила легкий кивок. Очевидно, по пути на Даркраст стоит расспросить супруга о столь интересной истории, но едва перед ними открылись ворота, императрица забыла обо всем. Фантастический мир изобильного Заповедника раскинулся за дверями Сада. Глаза разбегались от чудес и красот далекой Земли. Вода, цветы, плодовые деревья и все то, чему не было даже названия. Мирит рассказывала обо всем, что видели и спрашивали гости, а вопросы нескончаемым потоком сыпались на несчастную заракинянку, терпеливо отвечающую им. Прогуливаясь по дорожкам, Альда стала свидетелем того самого «дождя», о котором поведала Эсталь Богатур. Столько цветов, сколько встретила здесь, Альда не видела даже во сне. В одном из времен года женщины с восхищением замерли, рассматривая изумительнейшее чудо – снегопад. Гости пробыли в Саду до ужина, не заметив голода и усталости.

Ошеломлённые принцессы Вако не могли подобрать слова, чтобы описать то, что испытали, рассматривая драгоценный мир. Глубоко дыша, императрица Даркраста вспомнила слова супруги консула.

– Эсталь была права, – с трепетом высказалась Альда, когда все собрались за ужином в гостиной. – Сами Боги создали Заповедник для себя, иначе как объяснить столько чудес в одном месте. Во Вселенной нет более изобильного мира, чем ваш. Владеть такой драгоценностью – великая ответственность.

– Я каждый раз восхищаюсь, – призналась Мирит. – Хотя прошли уже годы, а свыкнуться с этим невозможно.

Покидали Станцию гости разными путями. Императрица уговаривала Сэрну обратиться в медицинскую службу перед отлетом, но сестра выглядела и чувствовала себя превосходно. Исчез пепельный цвет кожи, а настроение было выше, чем когда-либо.

– Всё в порядке, – успокоила королева Гелиоса. – И очень признательна вам за это путешествие. Я успела отдохнуть душой и телом, познакомилась с чудесами Заповедника. Даже не знаю, как отблагодарить вас. К сожалению, никто не обладает подходящими дарами для подобного.

– Сэрна, – нахмурившись, остановила её Альда. – Я рада, что мы смогли побыть вместе. Прости, что этого не произошло сразу. Клянусь, теперь ты не одна. У тебя всегда будет сестра.

– Я… – осеклась младшая принцесса Вако. – Спасибо.

Крепко обняв родную кровь, правительница Даркраста отпустила королеву Гелиоса, вложив той в руку копию аудиозаписей с музыкой, которая так понравилась Сэрне. Вернув свои габариты, императорская чета облачилась в привычные одежды и отбыла со Станции. Альда велела упаковать платья и украшения, что носила во время визитов на Рейно, Тирим и к Кохиласам. С тоской взглянув на закрывающиеся сундуки, принцесса вдруг подумала, что следующий раз может наступить очень не скоро.

Полет до дома занял сравнительно мало времени, и заботы начались, как только челнок прибыл в ангар Даркраста. Вельможи встречали правителей поклонами, а императрица заметила десятки взволнованных мордашек, прятавшихся за колоннами белого зала. Поднявшись по парящей лестнице, Альда величаво прошла к своей скамье и со вздохом опустилась на мягкое сиденье.

– Приветствуем вас, госпожа, – слегка кивнув, произнесла Аманита.

– И я приветствую всех вас, – с улыбкой ответила Альда. – Вы уже познакомились?

Осмотрев белое пространство, императрица обратила внимание, что все указания были выполнены: интерактивная карта установлена слева от неё и сверкала меняющейся голограммой галактики, ближайших секторов, а следом и самим Даркрастом, а скамьи, установленные подле неё, радовали обивкой в имперских цветах. Но, конечно, с большим интересом принцесса осматривала девочек, прибывших во дворец для обучения из башен.

– Да, госпожа, – раздался нестройный хор высоких голосков.

– Отныне ко мне и моему супругу следует обращаться «ваше императорское величество», либо проще «ваше величество», – произнесла Альда, приподняв подбородок. – Танерана Аманита, оповестите об этом всех придворных. Так же вельможи должны уяснить, что на тронный помост допускается подниматься только представителям правящей династии, либо по прямому приглашению. В иных случаях страже надлежит останавливать каждого, кто приблизится к императору без разрешения. Все доклады следует вести с почтительно расстояния, а отчеты передавать через распорядителя. Вы нашли надежного подданного на эту должность?

– Пока эту функцию исполняет мой супруг, – сглотнув ком в горле, ответила танерана Туала.

– Хорошо, но следует привлечь для подобного кого-то более незанятого, – кивнула императрица. – Подготовь несколько кандидатур и аргументы в пользу каждого из них.

– Да, ваше величество, – кивнула Аманита и быстро что-то стала печатать в коммуникаторе, стоя рядом.

– Ты больше не служанка, можешь присесть, – тихо произнесла Альда, указав подбородком на одну из скамей подле себя, и громче добавила. – Из всех присутствующих это позволяется только тебе, как танеране.

Пока супруга управляющего выполняла приказ, неуверенно оседая на сиденье, правительница обратила взор на тронное плато, заметив, как служащие получали сообщения на коммуникаторы и, обернувшись к белому залу, неуверенно отступали от императора. Царственным кивком, поблагодарив их за понимание, Альда обратила внимание на молоденьких жриц.

– Вскоре к нам во дворец прибудут несколько учителей. Я распорядилась организовать для вас обучение разным наукам, но и привычные уроки тоже останутся. Каждая из вас в свое время возглавит белую башню и глупышки среди вас мне не нужны. Будьте прилежными и почтительными, а также всегда помните, кто – вы и кто я перед вами.

– Да, ваше императорское величество, – пробормотали молоденькие жрицы.

Глава 33

Тихий всхлип вырвался изо рта принцессы, вцепившейся в простынь. Приподнятая попка жестко удерживалась грубыми ладонями, пока супруг, хрипя от натуги, всаживался в неё. Кромешная темнота окружала ложе, прерываясь ритмичным стуком и влажными шлепками. Альда давно прекратила всякое сопротивление и покорно позволяла Сверру брать все, что он хотел, а хотел этот мужчина очень много, безжалостно давя любое сопротивление и неповиновение. Три ночи назад принцесса попыталась оттолкнуть не в меру пылкого супруга, намекая, что ни сил, ни терпения у неё уже нет, и в тот же миг оказалась подмята под тяжелое тело императора.

– Я терпеливо ждал, когда ты сама придешь ко мне, – зло зашипел он, резко переворачивая дерзкую супругу на живот, осыпая её серией звонких шлепков по попке.

– Сверр, подожди, – застонала она, заведя руки назад, упираясь ладошками в мужской живот и пытаясь хоть немного сдержать напор.

– Теперь ты не имеешь права отказывать мне, – шумно засопел император, мгновенно схватив и заломив её руки кверху, фиксируя поясом от валявшегося на полу халата к изголовью. – Ни единого проклятого раза, Альда. Поняла?

Остаток той ночи она провела привязанной; хотя узел был не тугой, но сил как-то противостоять одичавшему мужчине просто не осталось. При посторонних этот варвар еще притворялся цивилизованным правителем, занимаясь делами государства, но едва они оставались наедине, все приличное и интеллигентное покидало Сверра без остатка. Сидя на своей скамье и страдая от последствий интенсивной семейной жизни, Альда анализировала, что же именно послужило катализатором такого поведения, придя в итоге к выводу, что это была банальная ревность. Ночь во дворце Рейно стала первой в череде таких же необузданных свирепых свиданий с собственным мужем. Но до конца уверили принцессу в этом обрывки мыслей Сверра. Нечто хаотичное, собственническое и яростное пробивалось сквозь пелену похоти; когда принцесса теряла ощущение реальности – слова мужа раздавались в голове. Таких выражений она никогда не слышала, но прекрасно понимала непристойный характер ругательств.

Этому беспределу просто необходимо положить конец, или хотя бы немного умерить, ибо ни автодоктор, ни фракс уже не облегчали ситуацию, и Альда отчетливо чувствовала пульсацию в промежности и груди, что доставляло неудобство. Принцесса прекрасно знала, что после обеда, который отныне подавали в зеленом зале, император увлечет её на прогулку в дальний уголок пещеры, где недавно они обнаружили скрытую завесой зелени нишу, в которой Сверр уже распорядился установить кровать. «Тебя ждет сюрприз»! Как будто она и так не разглядела, что и куда несли рабочие. Подозрения хозяйки подтвердились, и муж, с лукавой улыбкой, буквально занес Альду в этот альков, используя ложе по назначению. Сон на свежем воздухе прекрасно восстанавливал силы, что позволяло обоим супругам эффективно функционировать остаток дня, хотя принцессе после подобного «отдыха» требовалась помощь служанок: поправить прическу и заменить помятый наряд. Каждую ночь Сверр превращался в ненасытное животное, ведомое инстинктами, оставляя поутру в постели едва шевелящуюся от усталости Альду, с трудом отдирающую себя от подушки.

Помимо активных попыток зачать наследника, императрица занималась воспитанием девочек, а также плотно работала над учебным планом, который любезно составили прибывшие преподаватели. Принцесса отправила запрос в Высшую Академию наук Фарогоса, где когда-то сама получала дополнительные знания. Вако не обучал женщин важным предметам, ограничиваясь домашними уроками. Фарогос же в этом вопросе был более прогрессивным, хотя и там изменения произошли недавно. Вышедшие в отставку профессора, с которыми Альда осталась в хороших отношениях, с удовольствием приняли её приглашение и прибыли на Даркраст обучать молоденьких девушек. Религиозные науки будущим главам башен преподавали по очереди высшие жрицы, связываясь с дворцом по видеосвязи.

Наблюдая за занятой Аманитой, сосредоточенно решающей поставленные перед ней задачи, императрица пригласила танерану на приватный разговор. Сегодня Сверр во дворец не вернется до ужина, а значит, у принцессы было время спокойно решить пару деликатных дел.

– Вели накрывать обед в белом зале для нас двоих, – произнесла Альда, когда придворная дама наконец-то присела на кушетку подле неё.

– Император успеет вернуться во дворец? – приподняв брови, уточнила танерана, вновь обращаясь к своему коммуникатору.

– Нет, – покачала головой принцесса. – Ты будешь обедать со мной.

– Аааа…

– Ты супруга важного вельможи и моя придворная дама, – снисходительно отозвалась императрица. – В отсутствие императора твоя обязанность развлекать меня беседой.

– Да, ваше императорское величество, – скованно кивнув, ответила Аманита.

– К тому же я хочу узнать о результате нашего небольшого мероприятия, – лукаво уточнила Альда, заметив выступивший румянец на щеках танераны.

– Как прикажете, госпожа, – еще больше покраснев, пролепетала женщина.

За обедом императрица обсудила дела, порученные к выполнению за время их отсутствия на Даркрасте. Аманита поведала о девушках, покинувших дворец невестами, сообщив, что поддерживает связь со всеми. Танераны уже обустроились и посетили белые башни для определения круга взаимопомощи. Кто-то повторил просьбы жриц о ремонте, кто-то полным ходом составлял списки нужд, но все с благодарностью отзывались о медкапсулах, постоянно прописавшихся в помощь роженицам и травмированным.

– Как ваша семейная жизнь? – осторожно поинтересовалась Альда, заметив, как потупила взор первая придворная дама.

– Хорошо, – сдержано ответила Аманита. – Хотя вы меня и предупреждали о свойствах зелья, но я не ожидала, что все будет так…

– Помогло? – коварно уточнила императрица.

– Да, госпожа, – едва сдерживая улыбку, отозвалась танерана.

– Узнай у девочек, испытывают ли они подобные проблемы со своими мужьями, и отошли им часть зелья для преодоления порога стеснительности, – весело хмыкнула Альда.

– Я точно знаю о четырех подобных же проблемах, – ответила придворная дама. – Думаю, сегодня разошлю все срочной доставкой.

– Действуй, но сообщи, что зелье доступно лишь разово, – предупредила принцесса. – У нас нет резерва. Все, что ты видела в сундуке, – это единственный запас Даркраста.

– Да, госпожа, – кивнула Аманита и чуть потупившись, добавила. – И я хотела сообщить, что средство дало результат – я беременна.

– О! – невозмутимо воскликнула императрица. – Прими мои поздравления и передай их мужу. Мы с супругом весьма рады за вас.

– Благодарю, – произнесла танерана, сияя довольной улыбкой. – Даже не верится. Надеюсь, что скоро и вы порадуете нас такой новостью.

– Я тоже надеюсь, – с улыбкой отозвалась Альда.

Ужин они со Сверром провели стремительно. Император опоздал и уселся напротив жены, когда той уже подали десерт в зеленом зале.

– Прости за задержку, дел очень много, – произнес мужчина, выдыхая усталость и тут же принимаясь за еду, оперативно появившуюся перед ним.

– Туал скоро станет отцом, – поведала хозяйка дворца. – Аманита сообщила новость.

– Меня тоже обрадовали, – легко кивнул правитель, не придавая этому большой значимости. – Нам надо что-то сказать или сделать? Ну, как императорской чете.

– Нет, – пожала плечиком принцесса. – Это семейное событие и простого внимания с поздравлениями будет достаточно.

– Хорошо, – согласился Сверр, возвращаясь к трапезе.

Глядя на мужа, создавалось впечатление, что вопрос продолжения рода его мало волнует, но Альда знала наверняка, что все как раз с точностью до наоборот. В этот момент она бы не отказалась услышать его мнение.

– Что думаешь? – уточнила принцесса. – Когда у нас будут такие новости?

– Когда придет время, – наивно приподняв брови, отозвался Сверр, усиленно жуя. – Мы же стараемся.

– Может, мы слишком сильно стараемся? – легко намекнула императрица.

– Всё в меру, – тут же парировал супруг, пристально прищурившись и, доев свою порцию буквально за секунду, уже поднялся на ноги. – Я ушел – дел по горло, но вечером обязательно жди меня – обсудим вопрос демографии в отдельно взятой семье.

Наблюдая, как муж шагает к выходу, Альда тяжело вздохнула. Кажется, «вопрос демографии в отдельно взятой семье» его волнует не так сильно, как сам процесс переговоров. Что могло так тревожить Сверра, превратив мужчину в ревнивца. Воскресив в памяти всё, что он видел и слышал в её снах, принцесса вспомнила краткую сцену на балконе Фарогоса. Больше она о своем увлечении не вспоминала, сознательно оставив генерала в прошлом. Что могло случиться на Рейно? Эриал. Принц вполне способен неосознанно поведать императору все детали и пикантные подробности её отношений с Заном! Это объяснило бы поведение Сверра, будь у него чувства к Альде, но ведь их союз был сугубо деловым.

Ночью, когда страсть завладела её мужем и тьма скрыла их от глаз придворных, вновь превращая императора в неистового дикаря, принцесса беспомощно сдалась ему, обняв за шею. Интенсивный темп и почти звериное урчание ошеломляли её, но поцелуи смягчали творившееся буйство. Когда густое семя вспенилось от грубых толчков, затапливая промежность, Альда поняла, что супруг не останавливаясь продолжает вколачиваться в неё. Вновь и вновь она слышала настойчивый голос в голове – «Моя».

– Сверр, – тихо проскулила она в самое ушко, обхватывая мужа за спину. – Я – твоя.

– Что? – непонимающе выдохнул мужчина, замирая, вонзившись до конца.

Поцеловав его в кончик носа и повыше задрав ноги, впуская сильнее, принцесса тихо прошептала:

– Я только твоя.

– Повтори, – требовательно произнес Сверр.

– Я – только твоя, – застонала Альда, когда он пошевелился на ней, задевая жестким гребнем пульсирующий клитор.

– Еще, – приказал супруг, пока она тяжело дышала от внезапных искр перед глазами. – Повтори еще.

– Я твоя, Сверр, – выдохнула она, когда движения возобновились, но теперь заметно мягче.

– Помнишь условия сделки, которую мы заключили на Рейно? – проскрежетал император, заменяя скорость движений на жесткость толчков.

– Да, – простонала принцесса, чувствуя, как все внутри сжимается от этих вторжений, заставляющих трепетать.

– Напомни, – вновь приказал Сверр, обхватывая её попку и налегая на неё плотнее. – Я хочу услышать.

– Являться во дворец для встречи гостей, – зашептала Альда, чувствуя, как поцелуи переходят в легкие укусы.

– И? – настойчиво потребовал мужчина, вонзившись чуть жестче.

– И? – растерялась она, заскулив от сладкой судороги.

– И остаться на десять дней в моей постели, – напомнил Сверр, сделав три грубых толчка. – Повтори!

– И остаться на десять дней, – покорно отозвалась принцесса, крепче обнимая мужа, когда теплая волна захватила искрами звезд.

– Дальше!

– Сопровождать тебя в поездках, – почти задыхаясь, продолжила императрица, а когда мужчина вдруг вновь стал грубым и требовательным, добавила. – И остаться во дворце еще на десять дней после возвращения.

– В моей постели на правах полноценной супруги, – засопел он, сильнее сжимая попку и наказывая её за это упущение серией быстрых вторжений, заставив хлюпать влажные складочки, уже набухшие до предела.

– Хорошо, – выдохнула Альда, закусив губу от жара, опалявшего её клитор, и брызнувшего удовольствия, растекшегося по венам.

– Дальше! – вновь потребовал император, не давая ей спуску.

– Если мы встретимся в секторе, то я должна оставаться рядом, как супруга, до того, пока ты не решишь все свои дела, – захныкала принцесса, когда он с силой стал таранить её, забыв о нежности и сдержанности. – Сверр!

«Я приму каждое проклятое приглашение! Приглашу каждого захудалого королька и буду очень дотошным в делах секторов!» – эти мысли вихрем кружили в голове Альды голосом её мужа, вышибая собственные. Движения мужчины вновь стали безжалостными и стремительными, а удовольствие захлестывало горизонт событий. Тьма вокруг будто ожила, поглощая и растворяя всё в пыль.

Спустя несколько дней они вновь отдыхали в зеленом зале, но не в укромном алькове, а купаясь в лучах дневного света. Забытое платье, распахнутое от горла до подола, повисло на плечах, а нега и сладкое томление наполняло тело, окрыляя легкостью. Сегодня Сверр был необычайно нежным, и Альда надеялась, что он успокоил свои тревоги. Лениво поглаживая её оголенный живот, император тяжко вздохнул.

– Не все получается, как я хотел, но в целом тоже неплохо, – чуть недовольно признался он, подперев голову ладонью и продолжая поглаживать жену.

– О чем ты? – спросила принцесса, наслаждаясь теплом света и лаской мужа.

Приоткрыв один глаз, Альда взглянула на Сверра, желая услышать продолжение, и заметила поджатые губы.

– Планировалось, что хотя бы один цикл мы проживем просто супругами, а уж позже зачнем сына, – со вздохом поведал мужчина и, поцеловав её, добавил. – Но очевидно, что ты беременна.

– Что? – недоуменно переспросила она, нахмурившись. – Как это?

– Я вижу золотые искорки, которые идут отсюда, – пояснил император, мягко коснувшись низа живота.

– Начни с той части, где ты утаил, что не планировал зачатие сына, – поджав губы, потребовала Альда, окончательно открыв глаза и вперившись взглядом в наглеца.

– А-а-а, ну тогда предлагаю начать с того момента, где ты заказала и употребляла противозачаточный отвар, – иронично хмыкнул Сверр, приподняв одну бровь, но не изменив расслабленной позы.

– Ты знал? – закатила глаза императрица.

– С первого дня, – кивнул муж, вновь поцеловав её в еще плоский животик.

– И где же ты допустил ошибку? – отмахнувшись от претензий, спросила принцесса, погрузив ладонь в его волосы, пропуская пряди сквозь пальцы.

– Когда лег в медитек после Центральной станции, – признался Сверр. – Очевидно, тогда-то фертильный блок и убрали.

– Давно ты его поставил? – мрачно уточнила Альда, прикидывая, кто тут кого обхитрил.

– Незадолго до нашего эпичного воссоединения, – лукаво отозвался император. – Я уже заждался и мечтал о том, чтобы вернуть тебя в объятья. Обдумав все детали, решил, что быстрая беременность меня не устраивает, и заглянул в медитек. У меня не так много времени, но одним циклом можно пожертвовать, чтобы насладиться браком. Потом я буду слишком занят делами и воспитанием сына.

– Расскажи мне, как это будет происходить, – тихо произнесла принцесса, почувствовав ком в горле. Она беременна! Впервые, и пока не ощущала перемен, но они уже случились.

– Судя по дневникам деда и прадеда – это весьма хлопотное занятие, – отстраненно ответил супруг. – Первые циклы ребенок находится на попечении нянек, но к концу второго цикла следует начать вести беседы. Главное научить сохранить в секрете дар. Женщины должны регулярно меняться, чтобы они не успели заметить странности в наследнике.

– Ты рос так? – печально спросила будущая мать. – Достаточно одиноко.

– Ну, таким мое детство точно не было, – вдруг весело хмыкнул Сверр. – В голове всегда был отец с вечным вопросом «Ты где?». Мы с ним практически постоянно общались, и как-то я даже удивился, услышав его голос, когда он беседовал с кем-то из танеров.

– Вы обменивались мыслями? – замерев, уточнила Альда.

– Да, – спокойно отреагировал муж, продолжая поглаживать её, раскрытую дневному свету. На самом же императоре остались лишь расстегнутые брюки и высокие сапоги. – Это отличительная черта между близкими людьми. Когда ты открыт сознанием и всем существом принимаешь родную душу, то она прекрасно слышит твои мысли. Мы с отцом не имели секретов друг от друга и всегда вели диалог. Порой я скучал по его требовательным командам, когда он покидал Даркраст.

Принцесса едва дышала, слушая супруга, ибо то, что она могла слышать отрывки его мыслей, отныне много значило для неё. «Открыт сознанием и принимаешь родную душу» – такого никто никогда ей не предлагал. И никто не был так щедр с Альдой. Внезапно слезы набежали на глаза, и императрица откинула голову назад, боясь раскрыть наплыв чувств. Глубоко вздохнув, она тихо произнесла:

– Я бесконечно рада, что у нашего сына будет такой дар. Это оградит его от опасностей и заговоров.

– Но и цена за этот дар высока, – в тон ей отозвался Сверр и печально продолжил. – Однажды я не услышал отца. Звал и не находил, а позже обнаружил его в кабинете. Казалось, что он не узнал меня, а потом вдруг сморгнул наваждение и сказал, что пора подумать о троне. С того момента все закрутилось очень быстро – буквально через цикл я принял власть, но потерял отца. За это время владыка Агрог, всегда такой сильный и деятельный, заметно сдал и все чаще пропадал из моего сознания.

– На что это похоже? – взволнованно спросила принцесса.

– Отец рассказал, что будто просто все забываешь, – задумчиво ответил император. – Как тебя зовут, кто ты есть, где ты находишься. Идешь по делам и вдруг падаешь в темноту, а выплыть все тяжелее. Когда держишь в руках столько власти – любая слабость это угроза. Поэтому, чтобы сохранить дар в секрете, мои предки вынуждены спешить. Мы проживаем сравнительно короткую жизнь по космическим меркам, но успеваем совершить многое. Я составил план действий для себя и наших потомков. Прежний полностью выполнен, и мы достигли новой точки отсчета. Империя должна развиваться, а для этого нужно больше народа, который сможет защищать весь сектор самостоятельно и бороздить просторы галактики. Преподаватели, которых ты наняла для девочек, мне понравились. Три вредных деда, вечно спорящие о науке. Ты знала, что они вчера подрались в городе?

– Что? – с улыбкой переспросила Альда. – Нет. Впервые слышу.

– Они отправились выпить спиртного и немного перебрали, – весело хмыкнул Сверр. – Зашел спор про что-то там научное и они валялись, как подростки, на полу, мутузя друг друга. Победил тот, который с палочкой. Кстати, зачем она ему?

– Это дань моде, – отмахнулась императрица, едва сдерживая улыбку, представив своих старых учителей в столь комичной ситуации.

– В общем, я бы хотел, чтобы они проконсультировали преподавателей наших университетов и внесли коррективы, если нужно, – лаконично произнес император. – А то в итоге высшие жрицы окажутся умней наших инженеров.

– О, Боги, – засмеялась вдруг принцесса, почувствовав, что надо выдохнуть. – Эти деды и раньше могли спорить часами, я полагала, что с циклами они стали терпимее относиться друг к другу. Все-таки они лучшие друзья.

Весь этот разговор о ребенке и ушедшем владыке Агроге, а также том факте, что она не просто так слышит мысли мужа, пока не укладывался в голове. Взглянув на спокойного Сверра, продолжающего поглаживать её живот, Альда простила хитрый план с блоком фертильности, ибо была повинна в таком же преступлении, не встретив и тени осуждения.

– О чем молчишь? – тихо спросил муж, взглянув на неё, когда пауза затянулась.

– О том, что мне хорошо сейчас здесь с тобой, – честно призналась императрица.

– И мне, – серьезно кивнул Сверр, вновь поцеловав её живот. – И все же я хотел бы отложить рождение сына. К тому же во время беременности секс запрещен, а это, знаешь ли, будет нелегко для меня.

– И что же будешь делать? – осторожно спросила Альда, вспомнив, что никто ей верности не обещал.

– Страдать, – мрачно признался муж, состроив комичную рожицу.

Глубоко вздохнув, принцесса с облегчением улыбнулась. Что это сейчас было? Заглянув внутрь себя, она вдруг обнаружила, что ей совсем не хотелось бы, чтобы Сверр обнимал кого-то другого. Тревожно застыв, императрица стала медленно подниматься на ноги.

– Я планирую поговорить с ближайшей башней, – сообщила Альда, занявшись своей одеждой.

Магнитные замки полупрозрачного платья легко сошлись, возвращая наряду более пристойный вид, помогая хозяйке собраться с силами.

– Хорошо, – согласился супруг. – Пусть расскажет тебе все нюансы, чего ждать и когда. А так же, каких опасностей следует избегать. Я не хочу волноваться.

– А если опасность – ты? – лукаво уточнила принцесса.

– Я не стану опасностью для собственного ребенка, – парировал Сверр, также приводя одежду в порядок.

– Удержишь свои желания под контролем? – с сомнением намекнула Альда.

– Да, – кисло отозвался император.

– Сегодня я поговорю с Иттерой, – сообщила она, вновь оказываясь в объятьях мужа, но уже стоя на ногах.

– Я буду смирным, но мне хочется, чтобы ты хотя бы спала рядом со мной до конца срока, – прошептал мужчина, легко целуя её в кончик носа.

Час спустя женщина узнала шокирующую новость. Беременность на Даркрасте длится дольше, чем она предполагала.

– Три цикла?! – воскликнула Альда, уставившись на экран видеосвязи.

– Да, госпожа, – утвердительно кивнула высшая жрица.

– Вы шутите? – не унималась принцесса, с трудом представляя себя по истечении этого срока. – Почему так долго?!

– Все дело в разнице гравитаций, – пояснила Иттера, смиренно вздохнув. – Организм младенца должен сформироваться правильно, и уплотненная структура скелета, а так же внутренних органов требует времени.

– Но три цикла! – изумлялась будущая мать. – На любой другой планете формирование плода идет наполовину быстрее.

– Но не на этих скалах, ваше императорское величество, – веско произнесла управляющая белой башней. – В первый цикл вы не почувствуете каких-либо изменений, во втором эмоциональный фон будет немного нестабилен, но ничего критичного. Женщины в это время плаксивы и нуждаются во внимании и уходе. Также в конце второго цикла серьезно растет плод, так что начнутся видимые изменения фигуры, а уж в третьем цикле возникнут небольшие сложности в движении, но ничего экстремального. Рожать вы будете безболезненно, хвала Ивран за эти изменения.

– Не Ивран, Иттера, – осекла её Альда. – Хвала вашему императору.

– Я это и имела в виду, – лаконично огласилась жрица и тут же перевела тему обратно. – Если будут вопросы – я всегда готова ответить на них и даже лично явиться на помощь.

– Если это будет необходимо – вас немедленно вызовут ко двору, – строже произнесла принцесса. – К тому же я не единственная беременная женщина здесь.

Жизнь потекла размеренно, хотя проблем было очень много. В основном, связанные с работой танеран, которые с энтузиазмом брались за дела в секторах. Обсуждения шли по общей голографоконференции, и Альда была рада увидеть знакомые лица, с улыбкой рассказывающие о новых домах. Созданный фонд помощи пока не набрал обороты и не определился с финансовой составляющей, но сектора уже были готовы спонсировать эту работу из собственных бюджетов. Башни, которые находились на полном обеспечении императорской короны, так же пожелали внести вклад, но трудность состояла в том, что секторов было больше, чем храмов. Императрица распорядилась то железо, которое жертвовали башни, собирать во дворце и позже распределять по всем танератам. Этим лично занималась Аманита, ведя учетные записи. Альда имела доступ к отчетам на всех уровнях и пользовалась роем дронов, которые летали в каждом секторе, следя за ходом работ, так же и за ремонтом башен.

Семейная жизнь стала спокойнее, так как сексуальную активность пришлось существенно сбавить. И, что самое удивительное, из них двоих более сдержанным оказался Сверр, ибо принцессу внезапно стали одолевать не слишком приличные желания.

– Это чистая физиология, – весело произнес супруг глядя на мрачную и недовольную Альду, лежащую рядом с ним в постели. – Кровь приливает к важным органам, и ты чувствуешь…

– Я знаю, что конкретно происходит внутри меня, – язвительно выдала императрица, поглаживая щенков, вальяжно развалившихся вокруг.

Гуархи заметно подросли и выглядели сейчас несколько нескладно с длинными лапами. Стая уже свободно бродила по дворцу, но в основном обитала в белом и зеленом залах, на ночь являясь в спальню, если успевали прошмыгнуть за хозяевами. Для животных организовали широкие лежанки, где те любили отдыхать между поглощением гигантского количества еды и распугиванием служанок, учениц, вельмож и всех, кто попадался на пути. Их игры уже начали носить оттенок охоты и преследования, и вскоре щенкам пора будет назначить суровые тренировки, но принцесса пока была не готова отдать их на воспитание. Сверр дал ей десять дней, чтобы примириться с реальностью, и тренер уже планировал приступить к работе со стаей.

– Тогда не надо так хмуриться на меня, – весело отозвался император, шикнув на гуархов, прогоняя их с постели. – Вам запрещено тут спать. Асмх!

Недовольные малыши не слишком торопились подчиниться, так что мужчина доходчиво стал подталкивать их к краю ложа руками, пока все щенки не спрыгнули на пол.

– Вот так! – строго произнес Сверр, подняв палец вверх, оглядывая всю стаю. – Асмх! Или больше не будете тут спать.

– Не будь таким жестоким, – тихо попросила Альда, глядя на расстроенные мордашки питомцев.

– Помнится, кто-то не так давно заявлял, что «животным не место в королевских покоях», – иронично напомнил император, продолжая следить за поведением гуархов.

– А кто велел мне привыкать к их присутствию, – кисло парировала принцесса, вспомнив первую ночь на Даркрасте.

Утром сонная ласка коснулась её промежности, когда муж стал касаться её клитора, вызывая негу и истому. Выдохнув накопившееся напряжение, она вцепилась в руку Сверра, не давая той исчезнуть, но россыпь поцелуев по плечу убедила женщину в реальности происходящего. Нежно и едва касаясь, он доставлял массу удовольствия, заставляя трепетать от нарастающего оргазма. Внезапно Альда почувствовала стремительно разбухающее естество возле своей попки и мучительные попытки прижаться теснее и потереться об неё. Чуть повернувшись к мужу, она тут же наткнулась на поцелуй и шумное сопение.

– Совсем нельзя? – прошептала принцесса, чувствуя опустошающую нехватку супруга.

– Семя вредно для плода, – разочарованно пробурчал Сверр, продолжая ласкать её повлажневшую промежность.

– А если обойтись без него? – тяжело вздохнула Альда, двигаясь попкой навстречу его пупырышкам.

– Не могу рисковать, – не слишком уверенно пробормотал мужчина, крепче обнимая её, пытаясь сдержать себя и жену.

Прижавшись щекой к его лицу, она продолжала отчаянно тереться об явно страдающий орган, пульсирующий в унисон с биением сердца.

– Я не смогу остановиться, – предупредил Сверр, вновь желая образумить супругу, но в следующую секунду застонал, почувствовав проникновение в тесный и влажный жар.

Медленные едва заметные движения приносили острые ощущения трения. Казалось, будто чувствуется каждый пупырышек и каждое сокращение стеночек. Зажав её в тиски, мужчина впился поцелуем в шею Альде, продолжая тереть клитор, ускоряя ласку чувствительного местечка. Все закончилось с трепетом оргазма и последующими тремя жесткими толчками. Они кончили вместе, но Сверр успел выскочить перед извержением. Тяжело дыша, супруг прохрипел:

– Проклятье, это было слишком рискованно.

– Но необходимо, – выдохнула принцесса, чувствуя восторг во всем теле. – Если организм требует удовольствия, то должен быть способ удовлетворить его.

– Надо узнать, – все еще не отдышавшись, слабо согласился муж, хватая автодоктор со столика у кровати.

– Ты серьезно? – удивилась она, рассматривая, как Сверр проводит по её животу девайсом, получая отчет о состоянии здоровья.

– Более чем, – напряженно ответил мужчина. – Я не должен был этого делать, но дал слабину.

Автодоктор показал зеленый сигнал, означающий, что все в порядке, и выдал несколько строк о состоянии плода.

– Показания в норме, – прокомментировала Альда, наблюдая за тем, как супруг удаляет лазером последствия секса с неё и простыни.

– Если что-то случится – я этого себе не прощу, – серьезно признался Сверр, улегшись позади неё и вновь прижимаясь.

– Я поговорю с кем-нибудь об этом, – тихо произнесла императрица, понимая, что они рискнули наследником. – Ответ должен найтись. Не может быть, чтобы женщины так страдали.

– Разве ты уже не обсудила это с ближайшей башней? – просопел супруг, нежно поглаживая её животик.

– Иттера мне показалась не слишком дружелюбной, – призналась Альда, зевая вслед за мужем.

Уже засыпая от сытого удовлетворения, она услышала его мысль – «Пусть это будет дочка».

Глава 34

Откровенный разговор с Рахибой прояснил несколько деликатных моментов. Беременность и правда длилась три цикла, но секс сам по себе запрещен не был. Мужское семя губительно сказывалось на формировании плода, но не у всех женщин.

– Это сильно влияет на почти восемьдесят процентов жриц, так как они уроженки Циноса, массово попавшие на Даркраст много циклов назад, – пояснила Рахиба. – Именно ген со старой Родины делает стенки плаценты столь тонкими, и та слабо сопротивляется семени. Это настоящая беда две трети беременности, так как именно в мужчинах в этот период мы нуждаемся больше всего, хотя все же следует соблюдать осторожность, особенно в первый цикл.

– И как жрицы решают эту проблему? – сохраняя непроницаемый вид, уточнила императрица.

– С помощью сдержанности будущих отцов, разумеется, – весело пояснила управляющая. – По правилам мужчины допускаются в башню лишь для зачатия, но по факту они посещают женщин вплоть до родов и, конечно же, после, знакомясь с малышами.

– Какова их функция? – недоуменно спросила Альда.

– Они балуют девочек, которые готовятся подарить им ребенка, даже если это не сын, – лаконично ответила Рахиба, пожав плечами. Вздохнув, она продолжила. – В первый цикл беременности организм нуждается в ласке и мужчины с радостью оказывают им помощь. Во втором цикле эта потребность спадает, но отцы продолжают посещать башню, принося какие-нибудь фрукты или деликатесы. Так же при необходимости мы просим их выполнить что-то по хозяйству. Женское общество без мужской силы не справляется, как бы мы ни убеждали себя в обратном. Третий цикл – это отдельные трудности из-за большой нагрузки на плод. Жрицы с трудом передвигаются, и папаши заботятся о них с особой тщательностью. Так что до конца срока бремени без помощи никак.

– Что случается после? – задумчиво поинтересовалась императрица.

– Первый цикл жизни малышей – очень деликатный период, – поделилась глава белой башни. – Мать нуждается в витаминах и заботе, а мужчины знакомятся с сыновьями. К дочкам такого трепета нет, ибо все понимают, что ребенок не принадлежит им. Постепенно отцы учатся ухаживать за детками, которые к концу шестого цикла покидают храм, полностью оставаясь на их попечении. Девочки растут в группе таких же крох, которые когда-нибудь отбудут все вместе в другой сектор.

– А жрица? – хмуро спросила принцесса.

– Первое время мы стараемся определить женщине работу с подросшими девочками, чтобы облегчить боль потери, – грустно отозвалась Рахиба. – Со временем они приходят в себя и вновь спускаются на нижние ярусы для встречи с мужчинами.

– Достаточно потребительски, вам не кажется? – с горькой иронией отозвалась Альда.

– Будем молиться богине Ивран, чтобы это поскорее изменилось, – философски парировала высшая жрица. – В храмах много женщин, которые родили одним и тем же мужчинам по двое и больше сыновей.

– Только сыновей? – удивленно переспросила правительница.

– Да, – спокойно кивнула женщина. – На троих мальчиков рождается одна девочка, так что, в основном, башни покидают сыновья. Так вот, по вашему приказу я просмотрела статистику и могу сообщить, что ваша идея с образованием брачных союзов вполне осуществима в ближайшее время. В основном нас посещают одни и те же мужчины, которым рожают одни и те же женщины. Мы поощряем такое, так как более крепкая эмоциональная связь успокаивает жрицу. Новичкам, допущенным в башню, предлагают либо молоденькую жрицу, либо женщину, которая вряд ли родит.

– Почему?

– Возможность посетить храм для подобной встречи многие мужчины получают тяжким трудом и большими заслугами, – пояснила Рахиба. – Вполне вероятно, что новичок оказался здесь лишь один раз. Давать потомство – привилегия лучших из лучших, которые заслужили право на это. Не стоит забывать, что зачатие – священный акт сотворения жизни.

– Я полагала, что каждый мужчина периодически бывает в башне, – недоуменно прокомментировала принцесса.

– Так или иначе – да, но кто-то уводит из храма троих сыновей, а кто-то бывал здесь лишь единожды за всю жизнь, – благосклонно пояснила собеседница. – На каждые тридцатые сутки разные общины подают списки лучших и отличившихся мужчин танеру, который и одобряет посещение башни. Мы встречаем их, и они проводят заслуженное время на нижних ярусах. Кого надо поощрить больше – те дольше находятся здесь. Длительность визита от суток до десяти. Если произошло зачатие – будущий отец может беспрепятственно посещать жрицу, готовящуюся подарить ребенка Даркрасту.

– Спасибо за подробную беседу, – кивнула Альда. – Я прошу так же проконсультировать танеран, которые несомненно будут в этом нуждаться. Не все так доходчиво могут поведать о столь деликатной теме.

– Безусловно. Была рада помочь, ваше императорское величество, – склонила голову Рахиба.

Отключив связь, правительница застыла, сидя на скамье в белом зале. Служанки занимались порученными делами, а свидетелем этого разговора была лишь Аманита, которую данная беседа касалась напрямую.

– Значит, семьи уже есть, просто они разделены условностями общества: девочки отдельно, мальчики отдельно, – задумчиво анализировала принцесса. – Печально.

– Для соблюдения равенства, – напомнила танерана.

– Равенство не эквивалент справедливости, – парировала императрица. – А несправедливое общество всегда будет страдать.

Услышанная информация стала новостью и для Сверра. Император не знал, что будущие отцы так тесно общались с матерями и посещали сыновей вплоть до официальной передачи. Обсудив эти нюансы за обедом, супруги в какой-то мере успокоились, что не навредили будущему малышу. Для последующего отдыха Сверр выбрал неспешную прогулку по зеленой пещере с остановкой на уже знакомом пятачке, где не так давно состоялось признание в беременности. Альда с удивлением увидела расстеленный толстый плед, на который её уложил муж. Нежась в лучах дневного света на теплой подстилке, принцесса с интересом разглядывала задумчивого мужа. Сверр рассеяно поглаживал её ножку, просунув руку под подол.

– Ты уладил свои трудности? – тихо спросила императрица.

– М-м? Как сказать, – пространно отозвался он.

– Как есть, так и говори, – иронично предложила она.

– На Даркрасте обнаружены шпионы, – вдруг произнес Сверр.

– Что? – изумленно воскликнула Альда, мгновенно нахмурившись.

– Не волнуйся, их сразу же вычислили и сейчас ведут наблюдение, – успокоил супруг, взглянув на жену.

– Но кто? И с какой целью? – напряженно спросила принцесса.

– Посланники с планеты, так же обладающей запасом гравитационных камней, – поджав губы, ответил император. – Они хотят знать технологию добычи, а главное – покупателей и цену сырья.

– Это кто-то из гостей, которые были на приеме? – подозрительно уточнила Альда.

– Вы весьма проницательны, – иронично признал Сверр. – Но все равно это не повод для беспокойства.

– Я хочу знать кто? – серьезно потребовала императрица. – Если это тетушка, то старой цисине не поздоровится!

– Успокойся, это не Хингасул, – иронично хмыкнул супруг, погладив её по ножке. – Хотя Кахини все же пыталась выведать секрет богатства Даркраста, но я тактично промолчал.

– Вот же негодяйка! – возмутилась принцесса.

– Скорее её волновало твое положение, – парировал император. – Не стоит осуждать тетку за излишнее любопытство.

– Ты не знаешь эту интриганку, – хмыкнула Альда. – Она выведала секреты Фарогоса и заодно Элкастора. Пообещала им помощь и поддержку, а заручившись нашей помощью, посетила Тирим. Использовала балет, чтобы задобрить шахиню, и провернет еще какой маневр.

– К чему такие сложности? – весело хмыкнул Сверр.

– Все для обеспечения протекции своему сыну, – отмахнулась императрица.

– Логично, – пожал плечами муж, поцеловав её обнаженную коленку. – Было бы странно, если бы Кахини действовала в интересах другой планеты.

– Шпион с Гелиоса? – вдруг прямо спросила принцесса, озадачив Сверра.

– С чего ты взяла?

– Не так давно ты спрашивал меня про лояльность Сэрны, – пожала плечами Альда. – В свете открывшейся информации – тот вопрос звучал закономерно.

Странное выражение лица императора без слов открыло истину. Кигберн подослал к ним шпиона. Возможно, еще во время самого визита, ибо просто так на Даркраст не спуститься. Если ангар не даст добро, нарушителей ждет негостеприимный прием поверхности трех планет.

– Думаешь, она знала? – тихо спросила принцесса, размышляя о причастности сестры к планам короля Гелиоса.

– Нет, – покачал головой Сверр. – Я поначалу сомневался, ибо мысли Сэрны были мрачны и полны волнений, но после совместного путешествия мое мнение изменилось. Она был взволнована встречей с тобой.

– Я разочаровала её, – горько отозвалась беременная правительница.

– Отнюдь, – парировал супруг. – Она улетала отсюда благодарной за прием и подарки. Сэрна не ожидала, что получит часть памяти о вашей матери. Кстати, что ты ей дала?

– Голограммы с мамой и её песнями, – печально улыбнулась Альда. – Раньше я включала их, чтобы поднять настроение. Хотя её голос часто звучал грустно, но все же был опорой для меня.

– Наверное, это что-то особенное, раз даже спустя столько циклов песни тебя вдохновляют, – рассеянно произнес Сверр, глядя куда-то вдаль.

Вместо ответа она лишь кивнула, почувствовав боль в груди. А что останется после неё для их сына? Очевидно – как бы они ни сталкивались в будущем, воспитанием наследника император будет заниматься единолично. Разглядывая через прищуренные веки лучи света, принцесса глубоко дышала. Стоит подумать об этом для малыша? Даже у Сэрны были теперь свидетельства любви Нилаимы. Будет ли для неё столько же значить их сын? Сейчас Альда сомневалась в том, что будет достойной матерью. Принцесса так часто отвергала и сознательно давила в себе подобные порывы. Лишь однажды она задумалась о потомстве и отнюдь не из светлых чувств. Даже в тот единственный раз все пошло прахом. И вот – она ждет малыша. Он не абстракция, а вполне реально развивающийся комочек клеток и нервов. Что значит быть родительницей? Это ведь не просто дать жизнь другому организму. Хотя король Вако о ней только так и думал, ну и еще как о способе заключить выгодный союз. Что же до мамы, то она, безусловно, любила Альду всей душой. Принцесса прекрасно помнила о нежности и ласке, о смехе и шумных играх, которые они затевали вместе со слугами. Покидая родную планету, будущая императрица Даркраста забрала не только голограммы, дистиллятор, но и несколько платьев Нилаимы, которые всегда занимали особое место в гардеробной. Именно в них она куталась после неудачи первой ночи на Фарогосе. Ароматные эссенции, добытые из любимых маминых трав, словно броня окружали Альду в трудные моменты, а песни напоминали о силе духа королевы Вако.

Что же останется сыну после неё самой? Императрица глубоко вздохнула и мысленно дала себе обещание, что наследник империи будет знать о ней больше. Принцесса сторгуется с мужем и будет участвовать в воспитании своего ребенка.

Дни полетели на Даркрасте в заботах основанного благотворительного фонда имени первой императрицы. Танераны отчитывались о проделанной работе и встречаемых сложностях, а башни – о деятельности храмов. Трений хватало с лихвой, но Альда упорно проталкивала свои решения, приказывая повиноваться. Танераны жаловались на недопонимание со стороны башен, а те, в свою очередь, – на неохоту первых супруг содействовать общему делу. Императрица устраивала очные ставки и наказывала обе стороны, если уличала их в нежелании выполнить поставленную задачу. Порой сил не оставалось совсем, но, глядя, как Сверр на тронном плато справляется с более сложными делами, принцесса с тяжким вздохом продолжала раздавать указания и требовать качественного результата.

Ночами семейная жизнь стала не столь интенсивной, но не менее яркой. Супруг достаточно нежил её, прежде чем получить разрядку. Тщательно контролируя себя, он явно был разочарован, крепко обнимая Альду.

– Ты же знаешь, что так надо? – прошептала принцесса, обнимая его в ответ.

– Да, – проворчал Сверр, целуя жену в губы. – Но поверь, это две большие разницы.

– Такова цена, – грустно вздохнула она. – Мне тоже больше нравилось как раньше. А сейчас будто отобрали последний вкусный кусочек десерта.

После эти слов мужчина вдруг рассмеялся в голос, с наслаждением погладив жену по спинке, закончив пожатием попки. Поцеловав насупившуюся принцессу, император со вздохом медленно погрузился в сон. Альда давно размышляла о том, чтобы записать для сына несколько песен, и решила порепетировать. Днем её окружало слишком много людей, а спальню она делила с мужем. Дождавшись пока Сверр крепко заснет, правительница Даркраста неуверенно запела простую песенку о том, как однажды встретила того, кто виделся ей во сне.

Начиная с той ночи, Альда пела спящему супругу разные песни, которые помнила, и голос постепенно становился все уверенней и сильней. Пару раз она гуляла по зеленому залу и с наслаждением распевала особо понравившиеся композиции. Установив в отдаленной части пещеры голограф, императрица записала весь имеющийся репертуар, который состоял лишь из семи песенок. Позже принцесса стала делиться мыслями с будущим императором Даркраста, рассказывая обо всем, что знала, о коварном мире, в котором предстояло выживать их империи. Поведала об устройстве разных планет и союзов, которые те заключали. О себе и матери, о Фарогосе и Вако. Всего набралось три десятка записей, но Альда не утаила от сына ничего, будто не будет больше возможности рассказать. Корону-бриллиант, доставшуюся от дона Эрнесто, она решила сделать частью императорских регалий. Отныне все владелицы белого и зеленого залов будут вправе носить её.

К концу первого цикла с Фарогоса внезапно пришла большущая посылка. Дон Эрнесто вновь посылал дочери массу цветов на замену начавшим увядать. Красоты неописуемой подарки заняли свои места вокруг мраморной площадки, а отжившие прелестницы заполнили дистиллятор, отдавая последние капли восхитительных ароматов. Служанки управились со свежими цветами, пока сама императрица извлекала запахи из даров далекого Заповедника. Альда прекрасно знала, откуда появились цветы на Фарогосе. Рассматривая изящные бутоны, принцесса вызвала Корута, велев изготовить комплект украшений с цветочными мотивами. Сокровищница вновь открыла свои двери, дабы предоставить ювелиру драгоценный металл и камни всевозможных цветов. Чуть позже мастер поделился эскизами парюр из листьев и бабочек. Разглядывая изящные рисунки, императрица одобрила все работы и дала согласие на заказ.

Гости вдруг стали посещать далекий сектор, хотя, судя по карте, для этого приходилось делать приличный крюк. Даркраст с благосклонностью принимал монарших особ, сообщая о скором пополнении в династии, что временно исключало ответные визиты. Сверр волновался о здоровье Альды, однако предпосылок к этому не было. Беременность протекала спокойно, хотя особых признаков-то и не было заметно.

Неожиданно императрица получила сообщение от сестры с пометкой «личное». Прочитав послание, она буквально выронила тонкий мерцающий пластик из рук.

– Что случилось? – спросил супруг, обедающий напротив.

– Сэрна, – взволнованно произнесла принцесса. – Её служанка сообщает, что состояние здоровья сестры резко ухудшилось, но она отказывается лечь в капсулу.

– Это правда? – напряженно уточнил Сверр, замерев.

– Тут есть голограмма, – тяжело дыша, заметила Альда, нажимая на значок.

Небольшой информационный пластик выдал голографический луч, проявивший незнакомую обстановку, явно похожую на спальню. Запись велась откуда-то сверху, но младшую принцессу Вако было не видно из-за какого-то ограждения над кроватью.

«– Госпожа, госпожа Сэрна, прошу вас, я уже активировала капсулу, – раздался взволнованный голос служанки, которая спешно подбежала к ложу. – Вам срочно нужна помощь!

– Нет, Рилла, – вдруг послышался слабый голос сестры. – Я не хочу. Пусть все будет, как задумано природой.

– Но такое она явно не задумывала, госпожа! – запричитала девушка, попытавшись поднять свою хозяйку с постели. – Вы должны бороться за жизнь!

– Зачем? – тускло спросила Сэрна. – Я не хочу потерять еще одного ребенка.

– Но именно это и случится, если вы откажетесь от помощи, – воскликнула Рилла.

Внезапно что-то испугало служанку, и она, буквально подпрыгнув, отскочила в сторону. Луч голографа проявил Кигберна, который мрачно приблизился к постели сестры. Осмотрев лежащую супругу, король Гелиоса яростно взглянул на трясущуюся рядом девушку.

– Ты глухая или тупая, а? Я отдал тебе распоряжение – к капсуле не приближаться – это опасно! Формирование плода должно пройти полностью естественным путем!

– Но королева страдает! – смело возразила Рилла, сделав шаг навстречу. – Это убивает её! Взгляните сами!

– Молчать! – рявкнул монарх. – С ней все нормально! Ослушаешься – я вздерну тебя на городской площади!

– Но…

В этот момент мужчина резко размахнулся и отвесил служанке оплеуху такой силы, что девушка не удержалась на ногах.

– Кигберн! – слабо вступилась Сэрна. – Хватит наказывать её. Я не лягу в капсулу, как и обещала.

– Ты должна родить этого ребенка, – наставив палец на изголовье кровати, произнес король. – Я не могу каждый раз объявлять о наследнике, которого нет.

– Может в этом случае стоит дождаться, пока он родится и окрепнет? – язвительно бросила сестра. – А не радостно сообщать всем о сыне, когда роды только начались.

– Ты меня услышала, – продолжил король, резко развернувшись и исчезнув из голограммы.

– Госпожа, прошу, послушайте меня, – запричитала Рилла, подлетев к постели. – Вам нужно подумать о себе.

– Когда все закончится, отправь сообщение моей сестре, императрице Даркраста, – вдруг прохрипела Сэрна. – Я хочу, чтобы мои личные вещи отдали Альде. Не оставляй их Кигберну.

– Вы должны в первую очередь подумать о себе, – умоляюще произнесла служанка. – Что будет с нами, если вас не станет? Король убьет нас всех! Или задумает какую иную кару, за то, что не уберегли вас!

– Нет, Рилла, – слабо отозвалась сестра. – Мне хватит сил родить дитя, но вот вырастить уже, наверное, нет. Ты позаботишься о нем. Клянись мне!

– Я клянусь жизнью, моя королева! – быстро закивала девушка, разместившись на коленях перед постелью».

С последними словами голограмма исчезла, оставив замерших супругов в белом зале изумленно смотреть друг на друга.

– Что это такое? – шокировано прошептала Альда, все еще глядя на кусочек погасшего пластика.

– Там есть дальше текст? – напряженно уточнил император, обходя стол и хватая послание из ослабших пальчиков. – «Прошу прощения, что обращаюсь к вам без разрешения госпожи, но ситуация складывается таким образом, что королева Сэрна впала в беспамятство. Возможно, к вам это сообщение попадет уже слишком поздно. Если есть хоть малейшая возможность вмешаться – прошу воспользоваться влиянием и спасти госпожу от бессмысленных жертв».

– Сверр? – недоуменно спросила принцесса, глубоко и взволнованно дыша, разглядывая мужа. – Сэрна умирает?

– Не факт, – хмуро произнес мужчина. – Это может быть ловушкой. Мы не видели твою сестру.

– Но это её голос, – напряженно возразила Альда, забирая послание из рук супруга. Вновь перечитав сообщение, принцесса сглотнула ком в горле. – Что нам делать?

– Ничего, – вдруг ответил мужчина. – Лететь на Гелиос сейчас опасно. Я не собираюсь рисковать нашим ребенком ради возможно уже проигранной битвы.

– Сверр…

– Даркраст только-только получил статус империи, – напомнил он. – Если мы ввяжемся в конфликт в первый же цикл – нас по головке не погладят.

– Я понимаю, – печально произнесла Альда, опустив взгляд на стол. – Но она моя сестра.

– О которой ты не вспоминала большую часть жизни, – парировал Сверр, медленно огибая стол и усаживаясь обратно на свое место.

Вместо ответа принцесса крутила кусок пластика в руках, продолжая хмурить брови.

– Представляешь, какое должно быть отчаянное положение, если это послание прибыло на Даркраст? – смиренно произнесла она. – Обратиться к сестре, которая с ранних циклов не заботилась о твоей судьбе. По сути, к чужой женщине.

– Альда…

– Не думай, что я в одночасье все позабыла, – грустно прервала его императрица. – И про свой долг, и про нашу сделку я помню. Ты прав – для Даркраста это может оказаться слишком рискованным мероприятием и в данный момент лучше держаться подальше от конфликтов. И да, мы с Сэрной не самые близкие сестры, но… другой у меня нет.

– С первого появления ты получала всё, что хотела, но это уже выходит за рамки разумного, – сдержанно произнес супруг.

– Я получила лишь то, что вписывалось в твою концепцию «империи Даркраста», – горько возразила правительница.

– Мы можем потерять всё, что так долго строили, – серьезно сказал Сверр. – Чего так долго добивались мои предки, что ты сама создала тяжким трудом.

– Я не утратила разум, – прошептала принцесса, поднимаясь на ноги и выходя из-за стола. – Но если бы судьба поставила меня в такое положение, я бы ждала помощи откуда угодно и верила, что небезразлична хотя бы своей семье.

Три дня Альда молчала, печально бродя по зеленому залу и отстраненно наблюдая за суетой вокруг себя. Мысли принцессы были далеки от забот Даркраста. Ночами она была так же тиха, размышляя о судьбе Сэрны. Императрица написала тетке с вопросом о помощи и вариантах действий, но получила такой же совет, что озвучил и Сверр, – не вмешиваться. Лежа в постели и глядя на тьму вокруг себя, Альда вдруг услышала голос мужа – «Не простит мне этого». О том, что это были мысли, принцесса догадалась сразу, ибо словам не вторило легкое эхо, а вот следующая фраза явно была произнесена вслух.

– Я полечу на Гелиос, но если твоя сестра мертва – тут же развернусь обратно.

Глава 35

– Ты не можешь лететь туда один, Сверр! – взволнованно дыша, в десятый раз произнесла императрица, расхаживая в кабинете мужа между массивным столом и мягкими креслами, располагавшими к доверительной беседе.

– Что ты хочешь от меня услышать? – возмущенно спросил он. – Я вообще этого делать не желаю! Уж лучше я прокачусь туда и обратно, но подвергать тебя опасности не собираюсь. Точка. Мы закрыли это обсуждение.

– Сверр, пойми, – глубоко вздохнув, продолжила Альда. – Если я полечу с тобой – все вполне сойдет за светский визит, даже семейный!

– Беременные женщины не покидают Даркраст, – веско произнес император.

– Только потому, что этого не случалось раньше, – возразила принцесса.

– Ты едва способна удержать в желудке собственный обед, взлетая к орбите, – напомнил мужчина, стремительно печатая различные распоряжения для придворных вельмож и армии Зевуса. – Я не собираюсь рисковать сыном внутри тебя!

– Послушай же! – всплеснула руками она. – Если ты полетишь один – это можно посчитать за агрессию, а если рядом с тобой буду я – это расценят как визит по случаю рождения наследника Гелиоса.

– Под каким углом ни смотри – дружественным этот визит выглядеть не будет, – кисло ответил Сверр. – Я лечу туда на трех боевых крейсерах. Хорош семейный визит!

– Но у нас будут аргументы, если все станет слишком рискованным, – сглотнув ком в горле, произнесла императрица.

– Альда, не скрою – вся эта затея лишь для твоего успокоения, – тяжело вздохнув, сказал супруг, упершись руками в поверхность стола, прекратив раздавать приказы. – Чтобы ты не винила себя в бездействии. Скорее всего, Сэрна уже мертва.

– Я… понимаю, – прошептала старшая сестра королевы Гелиоса, оседая на кресло напротив мужа.

Потерянный вид жены обеспокоил императора и Сверр быстро обошел свой стол и опустился на соседнее сиденье. Коснувшись нежной ладошки, он переплел её пальчики со своими.

– Если она жива, клянусь, что привезу ее сюда, – тихо пообещал мужчина.

– А если она мертва? Стоит ли все это того риска, который может коснуться Даркраста? – печально спросила правительница. – Если ты выкрадешь Сэрну – начнется война, Сверр. Мы выстоим в противостоянии, но что будет потом?

– Нас могут лишить статуса империи, без права восстановления, – честно ответил он, опустив взгляд к полу.

– Цена слишком высока, – тяжко вздохнула Альда, понимая, что это еще слабо сказано.

– Поэтому я не планирую боя или вмешательства в дела Гелиоса, – пожав плечами, продолжил супруг.

– А если Сэрна жива и страдает? – напряженно уточнила принцесса. – Ты развернешься и улетишь?

– Нет, – резко ответил Сверр. – Я уговорю твою сестру лечь в капсулу и привезу её на Даркраст с разрешения мужа.

– Так он и не разрешает ей лечь в проклятый медитек!

– Значит, я увезу её под предлогом помощи тебе! Навру, что ты в еще более худшем положении, и просто погружу на корабль.

– Нет-нет, – убежденно возразила Альда. – Это рискованно. Даже если все выйдет так, как ты говоришь, – что помешает королю явиться сюда за Сэрной? За ним будет стоять право супруга, и в любом споре закон будет на стороне Кигберна. Мы проиграем.

– Ты останешься дома! – тут же произнес Сверр, прекрасно поняв, куда она клонит.

– Главное – помочь сестре и не навлечь беду на нас, а это возможно лишь в случае частного визита, – стала настаивать императрица. – Если она уже мертва, а ты явишься с военным флотом, даже не имея намерения напасть – любая провокация со стороны Гелиоса сочтется за самооборону!

– Альда…

– Меньше всего я хочу, чтобы пострадал наш народ, – горячо зашептала принцесса, проворно пересев на колени мужа. – Поверь, я обдумала все варианты и озвучила наилучший.

– Ну, что с тобой делать? – тяжко выдохнув, произнес мужчина, обнимая её за все еще тонкую талию.

– Доверять? – тихо подсказала правительница, оплетая его руками и целуя в уголок глаза. – Клянусь, при первой же опасности я сбегу, сверкая пятками.

– Ты даже не появишься там, где будет хотя бы намек опасность! – расширив глаза, потребовал император.

– Конечно-конечно! – вмиг согласилась Альда.

– Ты же понимаешь, что тебе это будет стоить очень дорого, – коварно уточнил Сверр. – Подумай, готова ли ты положить на чашу весов то, что я потребую?

– А что будет лежать на другой? – затаив дыхание, спросила принцесса.

– Всё это, – приподняв подбородок, отозвался супруг. – Полет на Гелиос, чтобы узнать судьбу Сэрны Вакийской и вмешаться, если будет нужно, а также тот факт, что я подвергну опасности наследника Даркраста, да и саму империю ставлю на кон.

– Что ты хочешь взамен? – сглотнув ком в горле, спросила правительница.

– Три твоих «Да», когда ты всей душой захочешь ответить «Нет», – с мрачной решимостью сказал Сверр. – Ты согнешь свою гордость и с улыбкой сделаешь так, как я захочу.

– Хорошо, – кивнула Альда.

– Собирайся, мы вылетаем через три часа, – смирившись, произнес император. – Не успеешь – останешься здесь.

Путь к Гелиосу лежал практически через четверть галактики и по всем прогнозам должен был занять почти двадцать суток, но уже к середине пути выяснилось, что три боевых крейсера Даркраста достигнут цели намного раньше. «Исполин», «Берсерк», «Арес» шли друг за другом, останавливаясь лишь для дозаправки. Одним из таких мест неожиданно стал Цератон. На технологической планете, подобной Центральной станции Кохиласов, постоянно присутствовали почти два десятка эфиров, и от их взоров не укрылись новейшие корабли Зевуса, а так же пункт назначения.

Императорской чете пришлось принять приглашение эспера Каладриона, с которым Даркраст не имел ранее контактов. Высокий тонкокостный мужчина с благородными чертами лица и длинными белыми волосами встретил их в холодной гостиной Цератона. Черные функциональные одежды эфира были разбавлены широким плащом, создающим ореол недоступности для его обладателя, хотя никто во вселенной не рискнул бы напасть на хозяина станции.

– Благодарим за гостеприимство, – учтиво произнес Сверр, с неохотой знакомя супругу с могущественнейшим обитателем Вселенной. – Позвольте представить императрицу Даркраста Альду Вакийскую.

– Добро пожаловать на Цератон, – высокомерно произнес эфир, осматривая замершую женщину. – Могу я полюбопытствовать, куда вы так спешно направляетесь? Ваши двигатели разогреты до предела, а остановка явно из разряда вынужденных.

– Мы…

– К сестре, – выпалила Альда одновременно с мужем. – Она на последних сроках беременности и очень плоха. Я боюсь за её здоровье.

– Корпус обеспечивает все мало-мальски значимые миры медитеком, – с непроницаемым видом ответил эспер Каладрион. – Тем более, три боевых судна?

– Путь не близкий, – лаконично вставил Сверр. – К тому же эта демонстрация станет для других уроком лишний раз не нападать на Даркраст.

– Разве бряцание оружием уместно при таких визитах, – флегматично высказался эфир, явно потеряв интерес к гостям, но внезапно, вновь хищно взглянув на Альду, добавил. – Тем более неся столь ценный груз в утробе.

– Вы весьма проницательны, эспер Каладрион, – заметно напрягшись, произнес император. – Мы ждем наследника и оттого судьба Сэрны Вакийской так волнует мою супругу.

– Что ж, дело ваше, – вновь отрешенно согласился хозяин гостиной. – Такие сантименты нам несвойственны, так что я не берусь давать оценку подобному риску. Загрузка провизии закончена, желаю удачного пути.

– Благодарим за содействие, – чуть поклонившись, произнес Сверр, удаляясь с аудиенции.

– Боги, я не предполагала…

– Обсудим все позже, – тихо прервал её муж, спешно уводя Альду из зоны слышимости. Хотя какова на самом деле эта зона – неясно.

Едва три судна покинули доки Цератона, император заметно выдохнул, расхаживая по их каюте. Роскошный вид на оживленную техно-планету не радовал, хотя вызывал заслуженный трепет.

– Будь моя воля – мы бы не останавливались тут, – задумчиво произнес Сверр, глядя на миллионы огней Цератона.

– В этой части сектора больше нет иных станций, способных обслужить корабли таких размеров, – напомнила принцесса, устало присев на мягкую кушетку у широкого иллюминатора. – Хотя должна признать: знакомство вышло тревожным. Мы для них словно букашки, по недоразумению ползающие вокруг.

– Или даже меньше, – с мрачной иронией хмыкнул Сверр.

– О чем он размышлял во время визита? – поинтересовалась императрица, взглянув на задумчивого мужа.

– Я не знаю, – с сожалением сообщил супруг, присев рядом.

– Как это? – удивилась Альда.

– Разум эфиров сокрыт от меня, – пожал плечами мужчина. – Либо умышленно, либо эволюционно, но они сложнее устроены.

– Как твой дед смог заключить договор с Цератоном? – задумчиво спросила принцесса.

– Удача, логика и аргументы, – хмыкнул император, что-то быстро печатая на коммуникаторе. – А также демонстрация возможностей в отделе перспективных технологий.

Ночами они наслаждались внезапно выдавшимся отпуском. Крепко обняв супруга, Альда услышала от него просьбу.

– Спой для меня.

– Что? – удивленно уточнила она.

– Кстати, а почему ты перестала петь? – недоуменно спросил Сверр, лежа с закрытыми глазами.

– Я думала, ты спишь, – смущенно призналась принцесса.

– Как можно спать, когда над ухом кто-то кряхтит, как мелитанская квочка, – весело произнес муж, от души засмеявшись, когда Альда шлепнула его по плечу.

– Неправда!

– Ну, потом ты проявила мастерство, а в первый раз все было именно так, – продолжил потешаться мужчина. – Я сначала подумал, что гуархи кого-то поймали и решили разделить добычу между собой, а оказалась, это ты.

– Ой, замолкни, – обидчиво проворчала женщина, попытавшись вывернуться из объятий.

– Серьезно, – продолжал смеяться Сверр, удерживая супругу на месте. – Я уж хотел гаркнуть на щенков, но потом понял, что слышу слова.

– Не буду больше петь, – обиженно засопела Альда, насупившись.

– Я же сказал, что позже ты очень хорошо пела, – напомнил император, целуя жену в щечку. – Так что начинай: я привык засыпать под твой голосок.

– Не собираюсь тебя развлекать, – пропыхтела принцесса. – Особенно после таких слов.

– А вот и первое «нет», которое ты должна превратить в «да», – коварно прошептал Сверр. – Я хочу слышать твои песни каждую проведенную вместе ночь.

– Что? – подозрительно уточнила она. – Не рановато ли ты стал требовать оплаты?

– Я выполнил часть условия, и ты должна выполнить свою, – хмыкнул мужчина. – Я жду.

Мрачно глядя на супруга в полумраке, Альда глубоко вздохнула. Медленно запев о встрече во сне, принцесса быстро забыла о споре, погрузившись в слова, которые так странно отражали их жизнь. В последнее время ей стал сниться Сверр в тех местах, где его быть не могло. На балконе Камильсаны, когда она ожидала Зана, внезапно появился муж и Альда сама того не желая шагнула в объятья супруга, потянувшись для поцелуя. Сидя на троне Фарогоса, принцесса ощущала его присутствие, хоть и не видела. Сверр был за её спиной, словно скала, на которую можно опереться в любой ураган. Даже во дворце Вако она видела тень владыки Даркраста, скрытую во тьме и не дающую окунуться в панику. Просыпаясь поутру Альда размышляла об увиденном, не чувствуя вмешательства императора. Простые слова Сверра о том, что она в те моменты была не одна, до сих пор звучали в голове принцессы, вселяя странное спокойствие и уверенность, а может Альда наконец-то выросла из своих детских страхов и обид. Все возможно.

На подлете к Гелиосу между тремя крейсерами состоялось совещание.

– Просканируем пространство, чтобы знать, с чем мы столкнёмся на орбите и поверхности, – произнес капитан «Исполина» Хоррес, выполняющий сейчас обязанности адмирала их небольшого флота. Мужчина был уроженцем планеты Равакан, а они слыли хорошими солдатами.

– Вышлите вперед дроны-разведчики, – хмуро добавил Сверр. – Мы в любом случае будем спускаться. «Арес» и «Берсерк» пусть останутся вне досягаемости радаров.

– Да, – кивнул капитан. – Один корабль не так сильно напряжет гарнизон Гелиоса, два других останутся на связи и будут готовы к штурму.

– Пошлем официальный запрос на высадку в королевский дворец, – со вздохом предложил император. – Моя супруга желает лично увидеть состояние сестры. Будем надеяться, что Сэрна Вакийская в добром здравии, а иначе будьте готовы к бою.

– Так точно, – коротко кивнул Хоррес и, повернувшись к голограммам своих коллег, четко произнес. – «Арес» и «Берсерк» – заглушить двигатели. Сохранять тишину и отслеживать частоты для получения сигнала к штурму. Определить центры военной силы и быть готовыми атаковать их.

– Принято, – ответили с «Ареса».

– Будет исполнено, – вторили с «Берсерка».

– Исследовать планету и ближайший к ней космос на огневые точки, – стал отдавать приказы адмирал. – Я хочу знать, сколько военных на планете и во дворце в частности.

– Просканируйте Гелиос и под поверхностью, – вдруг произнес Сверр. – У них должны быть шахты, а сколько там народа – неизвестно.

– Будет сделано, – коротко кивнул раваканец.

Император взглянул на молчавшую Альду и знаком велел ей идти вслед за ним с мостика. Принцесса настояла на присутствии при совещании и сдержала обещание, что не будет вмешиваться в планирование операции.

– Думаешь, будет штурм? – тревожно спросила она по дороге к их каюте.

– Надеюсь, что нет, но предосторожность не помешает, – серьезно ответил мужчина, открывая ей дверь и пропуская вперед.

Сверр стремительно снял с себя богато украшенный наряд, меняя его на тот, который носил при их первой встрече. Красный с золотом подчеркивал имперские амбиции Даркраста, но черный прекрасно отражал истинную природу владыки. Не дожидаясь его разрешения, Альда самостоятельно сменила платье на удобные брюки, пошитые для неё изумленным Виралом. Наглухо закрытый на манер военного двубортного кителя верх дополнял по-космическому прагматичный образ. Чтобы окончательно не смутить персонал крейсера, принцесса накинула широкий плащ, спускавшийся до самого пола.

– Что это? – вдруг спросил Сверр, разглядывая супругу, тихо добавив. – Я хочу, чтобы ты осталась на корабле.

– Мы это обсуждали, – спокойно напомнила принцесса. – И потом, что может случиться со мной в доме сестры? Тем более ты будешь рядом, да еще и с охраной, и тремя боевыми крейсерами. Лучше объясни мне вот это.

Указав подбородком на тяжелый меч, пристегнутый к поясу мужа, Альда приподняла брови, намекая, что данная деталь явно лишняя. Тяжело вздохнув, мужчина пожал плечами.

– Пусть будет, – произнес он. – У меня не слишком спокойно на душе.

После входа в зону досягаемости радаров Гелиоса «Исполин» послал сообщение о цели визита, также снабдив его голограммой императорской четы. Старшая принцесса Вако интересовалась самочувствием королевы, изо всех сил изображая простой семейный визит по случаю скорого рождения наследника.

– Я волнуюсь за тебя, Сэрна, – произнесла Альда. – В последнюю нашу встречу ты выглядела не слишком здоровой. Я уговорила Сверра посетить Гелиос по дороге на Гутлим. Буду рада проведать тебя, раз уж мы оказались поблизости. Тем более по срокам ты должна вот-вот родить. Позволь взглянуть на племянника.

Про визит на планету из этого сектора императрица не соврала, просто не уточнила, что туда они лететь не собирались, хотя их уже пригласили. Предлог вполне подходил и не выглядел натянутым. Час спустя, который правительница Даркраста провела вышагивая по залу для переговоров, им молча дали разрешение на спуск к поверхности.

Сканеры крейсера выявили странную картину. Гелиос оказался не слишком заселенным, как и любой мир на окраине сектора, но все же для достаточно известного королевства жителей насчитывалось совсем немного и сконцентрированы они в трех городах, одним из которых была столица. Основное скопление сейчас фиксировалось именно там: люди стягивались к главным площадям. Сам дворец практически пустовал, но приборы выявили два десятка силуэтов, оказавшимися слугами. На верхних этажах наблюдалась суета и одно тело, в котором едва теплилась жизнь, судя по данным сигнатур. Взглянув на этот слабый огонек, Альда уже поняла, кого видит на экране.

– Это Сэрна, – отрешенно произнесла императрица, ткнув пальцем в голограмму планировки дворца.

– Она жива, – напряженно высказался Сверр, глядя на мигающий символ. Посмотрев на Хорреса, он добавил. – Готовьтесь к худшему варианту.

На поверхность челноки спускались кучно и стремительно, чтобы охрана не подняла тревогу, осознав, что к ним летит слишком много шаттлов в общем клубке огненного шара. Летательные аппараты приземлились вокруг дворца и на крыше самой резиденции короля Гелиоса. Альда вышла следом за мужем, оглядывая незнакомую местность, ища проем двери. Внезапно на крыше появилась Рилла, служанка сестры.

– Господин Сверр, госпожа Альда, – запричитала девушка, которая сопровождала королеву во время последнего путешествия и знала появившихся гостей в лицо. – Как хорошо, что вы прибыли!

– Где твой король? – строго спросил император, пока из челнока выбегали солдаты, выстраиваясь защитным кругом возле них.

– Он отбыл в город, – взволнованно ответила Рилла.

– Что с Сэрной? – перебила их старшая принцесса Вако.

– Она недавно родила и совсем плоха, – с сожалением ответила служанка, косясь на воинов. – Пройдемте за мной.

– Оставайтесь здесь, – коротко приказал Сверр, своей страже. – Нам не нужен вооруженный конфликт. Не будем провоцировать хозяина дома.

Стремительное путешествие по узким коридорам привело к небольшой анфиладе парадных комнат, но серьезность ситуации не располагала к разглядыванию красот дворца, хотя Альда отметила темноту и скудность обстановки. Низкие потолки заставляли втягивать головы в плечи, но все это можно было списать на рост гостей. Хотя императрица все же была ниже всех прибывших. Размышления принцессы быстро растаяли, когда она переступила порог спальни Сэрны. Эту комнату Альда узнала из голограммы, призвавшей их с супругом на Гелиос, но вот серую и бледную тень, лежащую на постели, императрица едва ли назвала своей сестрой. Королева была без сознания, хотя в первое мгновение казалось, что уже и не дышала, но не это взволновало прибывших, а кровавое пятно, образовавшееся там, где должен быть ребенок.

– Сэрна? – ошеломленно выдохнула старшая принцесса Вако.

– Она вас не слышит, – тихо произнесла Рилла и тут же подошла к столику, наполняя шприц чем-то молочно-белым, явно намереваясь вколоть субстанцию свой госпоже.

– Что это? – напряженно произнес Сверр, вышедший вперед. – Что здесь произошло?!

– Это смесь стимуляторов, чтобы привести королеву Сэрну в сознание, – торопливо произнесла служанка, вкалывая лекарство в бессознательную сестру Альды. – Госпожа потеряла ребенка.

– Где Кигберн? – напряженно спросил император, пока его супруга в шоке застыла, разглядывая окровавленную постель. – Он должен быть здесь!

– В городе восстание и король отбыл его подавлять, – опустив голову, ответила Рилла, отступив от ложа на шаг.

– В такой момент подобным мог заняться и гарнизон, – рявкнул Сверр.

– Именно они и восстали, – тихо произнесла королева, открыв глаза.

– Сэрна? – на выдохе прошептала императрица, буквально подлетая к кровати. – О, Боги! Активируйте медитек!

– Нет, – достаточно уверенно отозвалась королева Гелиоса. – Я не хочу.

– Что ты мелешь?! – воскликнула Альда, чуть отпрянув назад. – Ты обязана позаботиться о себе!

– Не хочу и больше не могу, – слабее ответила Сэрна, посмотрев на старшую сестру. – Я устала бороться с судьбой и Богами.

– Что ты встала столбом?! – рявкнула принцесса, строго взглянув на служанку. – Немедленно активируй капсулу!

– Рилла, – тут же вставила королева. – Выйди за дверь. Живо.

Девушка замешкалась, переводя взгляд со всех присутствующих, и, сдавшись, покинула спальню госпожи.

– Что ты творишь? – напряженно спросила Альда, сведя брови.

– Я не хотела, чтобы ты видела меня такой, – тихо произнесла младшая сестра.

– Сэрна, – упрямо настаивала императрица.

– Прошу…

Внезапно по дворцу прокатился грохот и рев, заставивший вздрогнуть Альду и нахмуриться её мужа.

– Проклятье, что это было? – настороженно спросил Сверр, получая отчет от сопровождавших их стражников. – Как он обошел охрану? Я выставил посты по периметру.

– Через подземный проход, соединяющий город и дворец, – прохрипела Сэрна и, взглянув на сестру, добавила. – Тебе не следовало прилетать на Гелиос.

Судя по нарастающему шуму, кто-то приближается. И он явно плохо контролировал себя, пребывая в ярости. Вскрик служанки и злобный голос Кигберна раскрыл тайну, хотя Альда уже поняла, кто присоединится к ним.

– Ты! – заорал хозяин дворца, открыв дверь ногой. – Ты потеряла моего последнего сына!

Заметив присутствующих, король Гелиоса обвел всех налившимся кровью взглядом и тяжело задышал.

– Зачем явились? – зашипел мужчина. – Я не давал разрешения на посадку! Кто вас впустил?!

– Я позвала сестру и дала разрешение, – спокойно произнесла Сэрна.

– Только я решаю, кто переступит порог моего гнезда! – разъяренно запыхтел Кигберн, сжимая в руке окровавленный хлыст.

Этот атрибут Альда заметила в последний момент. Шокировано осматривая весь вид правителя, императрица все больше поддавалась панике. Оставлять сестру здесь просто опасно!

– Не стоит сейчас накалять обстановку, – напряженно произнес Сверр, сведя брови. – Мы приносим извинение за вторжение, но супруга волновалась за сестру.

– Прошу вас на время отпустить Сэрну на Даркраст, – тяжело дыша, предложила принцесса Вако. – Ей пойдет на пользу отдых.

– Никуда она не полетит! – зашипел Кигберн, наставив кнут на изголовье постели. – Твоя сестра принадлежит мне, и я буду распоряжаться ею, как пожелаю. А теперь исчезните из моего дома, точно так же, как и появились!

– Ты ей не хозяин и не владелец! – вдруг рявкнула Альда, встав между Сэрной и хлыстом. – Я забираю её с собой!

– Не много ль берешь на себя? – рыкнул король, явно становясь злее. – Здесь ты силы не имеешь.

В это же миг в грудь правителя Гелиоса уперся кончик обнаженного меча. Мрачный Сверр оскалился и тихо произнес:

– А это мы сейчас узнаем.

Драка завязалась стремительно. Кигберн взмахнул кнутом и попытался одновременно схватить императора свободной рукой. Сверр увернулся, толкнув короля в соседнее помещение и захлопывая за собой дверь, покидая королевскую спальню. Альда в шоке замерла и тут же стала оглядываться в поисках своего коммуникатора, чтобы вызвать подмогу, но сразу обнаружила, что в спешке забыла его при переодевании на «Исполине».

– Проклятье! Проклятье! Проклятье!

– Сестра, – умоляюще прошептала Сэрна.

Сжав в кулаки свои трясущиеся ладони, Альда, замерев, вслушивалась в бой за дверью. Звон стали говорил о поединке, но кто одержит верх, было неясно.

– Скажи мне, твой муж способен одолеть моего? – дрожащим голосом спросила императрица, едва дыша.

– Да, – ошарашила Сэрна. – Кигберн очень силен, а когда он в такой ярости, то может разорвать противника голыми руками.

«Я привела его на смерть», – с ужасом поняла принцесса, отшатнувшись к столбику кровати. Вдруг шум за дверью затих, и от этого стало еще страшнее. Мгновение спустя в дверном проеме появился король Гелиоса и Альда в панике едва не закричала, закрыв рот ладонью. «Нет! Нет! Нет!»

Глава 36

– Кигберн, прошу тебя, остановись! – горячо зашептала Сэрна.

– Твой муженек оказался легкой добычей, – яростно рыкнул мужчина, покрытый свежей кровью.

«Боги! Неужели это кровь…» – в шоке промелькнула мысль в голове Альды. – «Нет, не может быть!»

– Подумай, что ты сделал! – из последних сил воскликнула королева.

– Молчать! – рявкнул Кигберн. – Он напал на меня, и я был вынужден защищаться в собственном доме! Так что будем считать, что ты мой трофей.

Последнее король Гелиоса прорычал глядя на обмершую императрицу Даркраста.

– Ты не посмеешь, – тяжело дыша, прошептала старшая принцесса Вако.

– Твоя сестра уже бесполезна, – злобно ухмыльнулся мужчина. – И ты займешь её место.

– Тебе не позволят, – холодея от ужаса, произнесла Альда, отшатнувшись назад, но отступать было некуда.

– Пока кто-нибудь узнает, в чем дело, будет уже слишком поздно, – явно наслаждаясь её страхом, протянул Кигберн, подступаясь ближе. – Ваш папаша обещал мне наследника, и я дорого заплатил за это! Раз одна дочурка не справилась с задачей, значит, это сделает другая. Как ты хочешь познакомиться со своим новым мужчиной: держа за ручку сестренку или обнимая мертвого муженька, пока я буду трахать тебя?

– Ты последняя тварь во Вселенной! – яростно прошипела беременная женщина. – Я лучше предпочту смерть, чем позволю тебе коснуться себя!

– О смерти мы поговорим позже, – ядовито усмехнулся король. – Когда я получу то, что мне причитается.

Выпростав руку, Кигберн собирался схватить её за шею. Зажмурившись в последний момент, Альда едва не потеряла сознание от ужаса, но не почувствовала прикосновений мерзавца. Раскрыв глаза, она с изумлением увидела мужа, который только что срубил голову правителю Гелиоса. «Живой! Живой! Живой!» – заметалась лишь одна мысль в шокированном мозгу императрицы. Продолжая стоять столбом и ухватившись за полог ложа, женщина во все глаза смотрела на израненного Сверра.

– Прежде чем праздновать победу, убедись, что противник мертв, засранец, – прохрипел император поверженному королю, дыша с трудом.

Опираясь на меч, мужчина протянул руку к Альде, и она рванула к нему, обняв супруга. Глухо застонав, Сверр вдруг стал опадать на пол, а из его рта появилась струйка крови.

– Кто-нибудь! На помощь! – закричала старшая принцесса Вако.

В этот момент в спальню вбежала служанка Сэрны и в шоке стала озираться, разглядывая тело своего короля.

– Ты! – крикнула императрица. – Где здесь медитек?! Сейчас же активируй его!

Девица проворно проскочила к стене и стала торопливо нажимать на кнопки, открывая дополнительное пространство. Из проема внезапно появилась капсула.

– Рилла, переключи её на правильный режим, – тревожно прошептала Сэрна. – Последний ею пользовался Кигберн.

– Да, госпожа, – закивала служанка.

– Стража, – закричала Альда, поняв, что не сможет сама погрузить мужа в медитек. Сверр был тяжелым и уже потерял сознание. – Все сюда! Будь все проклято!

Паника и тремор захватили императрицу, но в следующий момент в коридоре послышался топот бегущих ног. Она не знала, кто это был, вполне вероятно, что слуги короля Гелиоса. Не придумав ничего иного, принцесса закрыла собой супруга, почувствовав слезы на глазах. «Боги, помогите!» – взмолилась Альда.

– Госпожа? – шокировано произнес Харлог, чей голос она тут же узнала.

– Быстрее, погрузите его в капсулу, – выкрикнула императрица, поднимая голову от груди мужа.

В следующее мгновение её подняли на ноги и оттеснили в сторону. Заторможенно подойдя к постели сестры, Альда взглянула на удивительно спокойную Сэрну.

– Теперь ты – вдова, – тихо прошептала старшая принцесса Вако, взяв королеву Гелиоса за руку.

– Хвала Богам, – устало улыбнувшись, произнесла она.

Тревожно посмотрев на капсулу, куда уже уложили Сверра, императрица вскочила на ноги и подошла к медитеку. Экран засветился, сканируя состояние пациента, и выдал:

– Жизненные показатели снижены до двадцати процентов. Обширные повреждения внутренних органов и большая кровопотеря. Стабилизация состояния. Восстановление и регенерация займут тридцать семь минут.

Все это время Альда практически не дышала. Взглянув на Харлога, она едва не высказалась по поводу их бездействия, но, рассмотрев побелевшего от волнения даркрастианина, ограничилась лишь суровым осуждающим видом.

– Выставьте охрану, – резко приказала она. – Во дворце есть проход из шахт. Я не хочу сюрпризов от местной стражи. Оповестите крейсеры, чтобы отслеживали ситуацию и при большом скоплении противников сразу открывали огонь.

– Как прикажете, госпожа, – коротко ответил телохранитель и, мрачно поведя головой, добавил. – Этого убрать?

Кивок Харлога предназначался поверженному королю Гелиоса.

– Пока оставьте, – отмахнулась Альда, поморщившись. – Сверр сам решит, что с ним делать.

Покинув помещение, начальник стражи стал отдавать приказы, полученные от императрицы. Его уверенный голос в какой-то мере успокоил женщину, ибо нервное напряжение захлестывало её. Скованно обхватив себя за плечи, она приблизилась к сестре.

– Рилла, – вдруг произнесла королева, призвав служанку.

Расторопная девушка практически сразу явилась на зов и покорно встала у постели хозяйки.

– Включи всеобщую связь, – приказала сестра. – Я должна успеть все сделать.

– Что ты задумала? – нахмурилась Альда. – Тебе сейчас лучше не тратить силы. Подожди немного, Сверр скоро придет в себя.

– Делай, что велено, – коротко взглянув на служанку, сказала Сэрна.

– Да, госпожа, – кивнула девушка, присев в почтенном поклоне, и тут же скрылась из спальни.

– Что ты задумала, – хмуро спросила старшая принцесса Вако. – Сейчас не время для поспешных заявлений. Ты совсем недавно родила, тебе нужен отдых, чтобы прийти в себя. Подожди с этим.

– Я давно все решила, – тихо возразила сестра. – Еще на Рейно. Эта беременность стала своеобразным рубежом для меня, а в Саду я загадала желание и верю, что оно сбудется.

– Что ты пожелала? – тихо спросила императрица, сглотнув ком в горле.

– Чтобы жизнь за чертой смерти была похожа на Заповедник, – прошептала Сэрна. – И если это так, я хочу, чтобы мои мальчики ждали меня там. Пусть они были частью своего отца, но они были и моими сыновьями.

– Конечно, – горячо уверила Альда.

В этот момент в комнату вернулась Рилла и внесла небольшой экран, похожий на те, что соединяли дворец Даркраста с секторами и башнями.

– Сэрна, прекрати, – вздохнула правительница Даркраста. – Тебе нужно подумать о себе.

Тревожно взглянув на капсулу, в которой лежал её супруг, принцесса с облегчением увидела поднимающиеся показатели уровня его здоровья. Кризис явно миновал, но сердце не переставало щемить от едва не случившейся беды.

– Жители Гелиоса, услышьте вашу королеву Сэрну Вакийскую, – зазвучал голос сестры, которая явно желала выглядеть бодрее, чем была на самом деле. – Король Кигберн только что был сражен. Я, как единственный представитель правящей семьи, приказываю остановить все казни и преследования. Возвращайтесь в свои дома, ибо вас ждет новое будущее. Я умираю, моё здоровье невозможно восстановить, да я и не хочу. Последняя надежда подарить вам наследника сегодня испарилась. Дабы избежать смуты и сохранить порядок, назначаю своим наследником императора Сверра Даркрастианского. Он суровый правитель, но справедливый. Достойный и надежный.

– Сэрна одумайся, – заговорила Альда, подойдя к постели сестры. – Что ты делаешь?

– Вручаю судьбы своих подданных сестре и её мужу, – устало отозвалась королева Гелиоса. – Я знаю, что вы справитесь лучше кого бы то ни было. Они хорошие, Альда. Верные, преданные и трудолюбивые. Просто Кигберн был слишком жесток к ним, неоправданно жесток.

– Я верю, сестренка, – прошептала принцесса, обхватив ладонь Сэрны. – Но подумай, Даркраст слишком далеко. Ты вполне справишься сама со всем, что будет необходимо. У тебя есть я и Сверр, в конце концов, заставим отца вмешаться. Тетку подключим, если эта интриганка хочет помощи от Даркраста.

– Одной мне править не дадут, а после смерти Кигберна Гелиос ждут суровые времена, – тяжко выдохнув, высказалась сестра. – Как королева, я должна буду выйти замуж, чтобы хоть как-то стабилизировать ситуацию, но я не смогу дать наследника. Так или иначе, но хаос начнется. Быть королевой – это в первую очередь думать о тех, кто зависит от тебя, ты это прекрасно знаешь.

– Ты ляжешь в капсулу после Сверра, – строго произнесла Альда. – И никаких возражений.

– Я устала бороться с судьбой, позволь мне уйти к сыновьям, – тихо ответила Сэрна и, взглянув на Риллу, добавила. – Отключить связь.

Экран погас и служанка вынесла аппарат, оставив гнетущее молчание в королевской спальне Гелиоса. Императрица глубоко дышала, принимая тот факт, что сестра оставляет им тяжкое наследство.

– Не хочу даже думать о твоей кончине, – напряженно высказалась старшая принцесса Вако. – Ты можешь выйти замуж повторно и сделать мужа консортом, оставшись править. Где-то должен найтись способ восстановить тебя.

– Я не смогу стать матерью еще раз, – тихо произнесла сестра, заставив императрицу замереть и обратиться в слух. – Этот раз выжал меня досуха.

– Не говори ерунды, – утомленно выдохнула Альда, присаживаясь рядом с младшей. Нежно взяв сестру за руку, она добавила. – Ты не одна и никто больше не будет измываться над тобой.

– Все не так просто, – прошептала Сэрна, хмуро вглядываясь в её глаза. – Король… Кигберн имел секрет. Очень страшный секрет.

– Он мертв, – сглотнув ком в горле, напомнила императрица. – А с ним и все его секреты.

– Попроси всех удалиться, – решительно велела новоявленная вдова.

– Всем покинуть помещение, – громко распорядилась старшая принцесса Вако, продолжая тревожно вглядываться в лицо сестры, так похожей на маму.

Едва за спиной захлопнулась дверь, Сэрна сглотнула ком в горле.

– Мой муж не совсем тот, за кого себя выдавал, – прошептала королева. – Я не знаю, как ты к этому отнесешься, но я была вынуждена хранить секрет.

– Продолжай, – спокойно произнесла Альда, когда сестра вдруг замолчала.

– Моя жизнь не всегда была такой, – начала Сэрна издалека. – Были и счастливые времена в этом дворце. Еще до замужества мы виделись с Кигберном, и он был совсем другим. Первые месяцы брака были хорошими, но потом муж сильно изменился. Улыбчивый супруг в одночасье превратился в мрачного мужчину, подверженного резкой смене настроения и бесконтрольной ярости.

– Так бывает, – со вздохом вставила императрица, с сожалением сжав ладонь сестры.

– Дослушай, – возразила сестра. – Что-то произошло с ним после аварии. Его шаттл разбился. Вся команда погибла, а выжил только он. Все, кто знал Кигберна с детства, говорят, что он стал совершенно другим. Повадки, пристрастия, манера общения и двигаться. От прежнего мужа не осталось ничего – лишь внешность, но и она менялась со временем. Былое счастье показалось просто сном. Только после первых родов я поняла, что что-то не так.

– Не пугай меня, – с тихим ужасом попросила Альда, забыв как дышать.

– Мой сын был не таким, как надо, – призналась Сэрна, закрыв глаза и сглотнув ком в горле. – Я произвела на свет чудовище. Наполовину гуманоид, наполовину жук.

– Что? – изумленно отпрянула императрица, неосознанно коснувшись своего живота.

– Кигберн нес в себе гены жука, – кинула сестра. – Когда я увидела своё дитя, едва дышащего, с ороговевшей кожей, я не смогла сдержать крика ужаса. Он прожил всего час, а муж заявил мне, что в следующий раз все должно получиться. Ему нужен был наследник, рожденный естественным путем, который бы нес в себе гены жуков, но выглядел как гуманоид.

– Как такое возможно? – воскликнула гостья, отпрянув еще больше. – Нет, это какая-то ошибка!

– Я родила троих сыновей, и ни один из них не прожил дольше часа, умерев в муках, – горько произнесла Сэрна. – Ты не представляешь, каково это молиться за жизнь и надеяться, что в этот раз моя природа возьмет верх. Я безумно желала бы сохранить хотя бы одного малыша, но теперь думаю, что это благо, что они не выжили.

– Я…

– Кигберн проводил в капсуле почти каждую ночь, чтобы сохранить человеческий вид, – утомленно произнесла королева, взглянув на обезглавленное тело мужа. – Он стал очень силен и часто впадал в ярость, и я так рада, что увидела его смерть. Пусть он будет проклят в той бездне, куда отправилась его душа, если конечно у него она имелась. Перед последней беременностью техники нас предупредили о риске, но король без колебаний приказал осуществить оплодотворение. Больше у меня не осталось сил и способностей к деторождению. Предыдущие дети выжали меня досуха, и это была последняя попытка. Я ни для кого не смогу стать матерью, даже если очень захочу. Династия Гелиоса обречена на погибель, хотя это было известно еще задолго до сегодняшнего дня.

– Сэрна, неужели ничего не изменить? – вздохнула Альда, сочувствующе всматриваясь в изможденное лицо сестры.

– Удивительно, но я рада, что ты прилетела, – мягко произнесла королева. – Это очень много для меня значит. Я бы хотела, чтобы наше примирение произошло раньше, но судьба распорядилась именно так.

– И мне бы хотелось этого, – прошептала императрица, погладив руку королевы.

– Сверр тебя любит, – вдруг сказала Сэрна. – Иначе вас бы здесь не было. Я заметила, как он смотрел на тебя в Саду. Таких взглядов мне раньше видеть не доводилось.

– Я…

– И ты его тоже, – перебила королева, не дав возразить себе. – Двадцать процентов жизненной силы – это очень мало, Альда. Настолько мало, что никто бы не смог подняться на ноги и снести голову такому сильному противнику, как Кигберн. Не отвергай мужа. Не знаю, что случилось раньше, но Сверр достоин твоей любви, сестра.

– Я не хочу любить, – тихо прошептала принцесса, отвернувшись в сторону. – Это требует слишком большой цены.

Неосознанно она коснулась своего живота, где уже рос их ребенок, и судорожно вздохнула, поняв какой беды они избежали.

– Ты ждешь малыша? – удивленно спросила Сэрна.

– Да, – кивнула Альда. – Наша сделка в силе и наследник – часть условий.

– Забудь про неё, – посоветовала сестра.

– Не могу, – печально вздохнула императрица. – Я дала слово и потребовала, чтобы Сверр выполнил свои условия. Если нарушу клятву, то что стоят все мои обещания?

– Если бы мне выпал шанс быть любимой, то я бы дралась за него всей душой, – осуждающе произнесла Сэрна. – Если бы я родила здорового ребенка, никто бы не смог лишить меня его. Я бы загрызла ту руку, что попробовала бы отнять у меня сына.

Взглянув на сестру, она ничего не смогла возразить, ибо слова застряли в горле. Глубоко дыша, Альда силилась не разрыдаться от чувств в глазах Сэрны.

– В тот день, когда станешь матерью, – прошептала королева Гелиоса. – Не бери сына на руки, иначе никогда не сможешь отдать. Единожды вдохнув запах своего дитя, ты сойдешь с ума от потери. Я прохожу через это в третий раз и будто кинжал в сердце вонзаю. Смерти жду, как дорогую подругу, чтобы вновь обнять своих сыновей.

– Сестренка…

– Решай сама, – перебила её Сэрна. – У Богов прошу лишь одного – пусть все то счастье, что не досталось мне, отойдет твоим детям. Я верю в императора Даркраста: такой добьется любой цели и каждую лазейку выкрутит в свою сторону, раз ты столь принципиальна.

Вдруг позади них с шипением открылась капсула и Сверр с трудом сел, застонав от фантомной боли. Оглянувшись на мужа, Альда выдохнула от облегчения, заметив, что все раны зажили. Император был голым, так что тут же стал оглядываться по сторонам в поисках одежды.

– Проклятье, – буркнул мужчина, вставая на ноги и осматривая свой бок, на который пришлось самое большое поражение.

Внезапно Сэрна притянула сестру к себе и тихо прошептала:

– Ты уже любишь его, просто упрямство не дает тебе признаться в этом.

– Хочешь узнать, что будет потом? Ложись в капсулу, – парировала старшая принцесса Вако.

– Моё время на исходе, – с улыбкой произнесла Сэрна. – Не потрать свое напрасно.

– Харлог! – громко позвал Сверр первого стражника, едва натянув одежду на себя.

Подойдя к вакийкам, император тревожно взглянул на королеву Гелиоса.

– Я должен принести вам свои извинения за смерть супруга, – начал мужчина.

– Более счастливой вдовы, чем я, на всей планете вы не найдете, – слабо парировала младшая принцесса Вако. – Благодарю вас за этот день.

Тут в спальню вошла стража Даркраста и император отвлекся на охрану и оперативные данные о положении на планете. Отведя людей в сторону, мужчина с тяжким вздохом стал думать, что делать дальше.

– Надо осторожно намекнуть жителям, что их правитель сейчас горюет и не может покинуть дворец, пока мы не решим, как выйти из этого положения, – поджав губы, высказался Сверр.

– Они уже в курсе, что король мертв, – мрачно поведал Харлог. – Королева сделала официальное заявление и назначила вас преемником.

– Что? – изумился наследник. – Как это понимать?

Вместо ответа Харлог лишь приподнял брови, пожав плечами, изобразив полнейшее недоумение. Вернувшись к женщинам, император хмуро произнес:

– Госпожа Сэрна, до меня дошли новости…

– Я возлагаю корону Гелиоса на ваши головы, – кивнула королева.

– Не уверен, что сумею принять такой груз ответственности, – с сомнением отозвался Сверр. – Есть ли другие кандидаты из числа претендентов на трон?

– Кигберн был единственным, – покачала головой правительница.

– Давайте решим это позже, вам нужна помощь, – серьезно произнес император. – Из-за случившегося произошла задержка и стоит поспешить. Капсулу сейчас подготовят.

– Нет, – устало возразила Сэрна.

– Она отказывается лечь в капсулу, – поджав губы, пояснила Альда, взглянув на мужа. – Не могу уговорить её.

– Вам стоит подумать о подданных, – напомнил Сверр, шагнув ближе и коснувшись плеча жены.

– Я доверяю их мудрому и сильному правителю, – медленно и тихо произнесла королева, вдруг хрипло вздохнув.

– Сэрна? – настороженно проронила императрица, выпрямившись по струнке.

– Ты позаботишься о них, как о моей сестре, – выдохнула младшая принцесса Вако, тяжело дыша.

– Сверр, сделай что-нибудь, – прошептала Альда, почувствовав, как волосы на её затылке зашевелились.

– Нет, – нахмурившись, возразила королева. – Я готова шагнуть к моим мальчикам. Все хорошо.

– Ничего не хорошо! – воскликнула императрица.

– Я так рада, что ты здесь, – прошептала с трудом сестра. – Теперь я знаю, что такое быть частью семьи. Это счастье – чувствовать твою руку рядом.

– Сэрна, – потрясенно прошептала Альда.

– Не печалься обо мне, – слабо произнесла королева. – Я ухожу счастливой и к своим сыновьям. Не потеряй своего шанса.

Дыхание сестры замерло, и последний вдох покинул её тело. Единственная принцесса Вако в шоке поднялась на ноги и тут же попала в объятья мужа.

– Боги, она?..

– Ш-ш-ш, твоя сестра ушла в мир Ивран, – тихо произнес Сверр, крепко обнимая супругу.

– Госпожа? – непонимающе прошептал кто-то рядом.

Императрица повернулась на звук, поняв, что это была служанка сестры, медленно подходящая ближе к смертному одру королевы.

– Но как же это? – запричитала Рилла, в ужасе оглядывая тело своей госпожи. – Я же так старалась… Почему же…

– Харлог, уведи девушку, – коротко приказал Сверр, когда служанка начала рыдать.

Альда спрятала лицо на груди мужа, медленно вдыхая медицинский запах капсулы. Обняв супруга, принцесса чувствовала холод и ужас, пытаясь сдержать слезы. Сэрны не стало, и родное лицо, так похожее на мамино, вновь окаменело маской на её глазах.

– Я хочу забрать её прах на Даркраст, – с трудом прошептала женщина, цепляясь за порванную одежду супруга. – Это можно?

– Конечно, – тихо ответил Сверр. – Похороним её в дальней части зеленой пещеры. Там красиво и Сэрне бы понравилось.

После этих слов Альда не выдержала. Боль от потери и последнее напутствие сестры жгли душу и сердце. «Я сойду с ума, если…» – пронеслось в голове принцессы, пока она теряла присутствие духа.

Очнулась императрица уже в каюте «Исполина», не понимая, как очутилась здесь. Сверр стоял у широкого окна, за которым виднелся Гелиос, и все недавние события нахлынули. Коснувшись своего лба, Альда справилась с наплывом чувств.

– Как ты? – прошептал супруг, подходя ближе и присаживаясь рядом.

– Я не верю, что все это произошло на самом деле, – негромко отозвалась принцесса, тяжело вздохнув. – Почему она так сделала?

– Иногда наступает момент, и мы смиренно принимаем судьбу, – пожав плечами, ответил Сверр, поглаживая жену по животу. – Очевидно, что для Сэрны это был именно он.

– Что теперь будет? – печально спросила она.

– Надо решить, что делать с Гелиосом, – вздохнул император.

Глава 37

Альда лежала в объятьях мужа, разглядывая потолок. После исцеления Сверр был еще слаб и быстро уснул, посвятив вечер общению с капитанами боевых крейсеров, а также вызвав на аудиенцию советников умершего короля Гелиоса. Императрица слышала глухие голоса, но сил для личного присутствия на совете не нашлось. Смерть Сэрны потрясла принцессу и все еще казалась нереальной, а слова сестры бередили душу. Альда упорно продолжала стискивать зубы, пока слезы тихо стекали на подушку. Повернув голову набок, императрица взглянула на своего супруга, сглотнув ком в горле. «Двадцать процентов жизненной силы – это очень мало, Альда» – голос Сэрны все еще звучал в голове, не давая покоя.

Медленно выскользнув из крепких объятий мужа, она подошла к широкому окну, накинув на плечи тонкий пеньюар. Вид на Гелиос теперь казался проклятьем, хотя еще совсем недавно принцесса спешила к этой планете изо всех сил. Все произошедшее во дворце продолжало прокручиваться перед глазами: слова сестры, собственные опрометчивые поступки и тот злобный взгляд короля за мгновение до смерти. Только сейчас Альда окончательно осознала, как близка была к опасности и едва не потеряла всё, что имела. Глубоко вздохнув, принцесса обхватила себя за плечи и медленно уселась на мягкое сиденье уютного диванчика, где когда-то слушала музыку в компании Сэрны по дороге к Центральной станции. «Надо было тогда украсть её и объявить, что сестра умерла. Что на судно напали, а Сэрну укрыть на Даркрасте. Малыша бы они не спасли, но сестра выжила». Столько «если» и «а вот бы» роились в голове императрицы, но правильного ответа так и не находилось. «Все уже случилось, надо думать, что делать дальше».

Внезапно за спиной заворочался супруг, просыпаясь. Альде не нужно было даже видеть его, чтобы понять, что Сверр смотрит на неё. Мгновение спустя, одетый лишь в легкие пижамные штаны и тонкий халат, император уселся рядом и обнял задумчивую жену, поцеловав в висок.

– Что ты сделал с телами? – тихо спросила принцесса, отрешено размышляя о том, что услышала от сестры.

– Пока приказал сохранить, – недоуменно отозвался мужчина, пожав плечами.

– Сэрна кое-что поведала мне о короле, – сглотнув ком в горле, сказала Альда. – Он имел проблемы генетического характера.

– О чем ты? – нахмурившись, уточнил Сверр.

– Кигберн был отчасти жуком, – сообщила императрица, взглянув на мужа. – Именно поэтому её беременности были такими сложными и все закончились плачевно. Король настаивал на естественном формировании плода и не позволял сестре лечь в медитек. Сэрна призналась, что её муж почти каждую ночь проводил в капсуле, чтобы сохранять человеческий вид. Боги, я не верю в то, что говорю.

– Когда Кигберн только появился в спальне, он что-то кричал про гнездо, – неуверенно вспоминал мужчина, задумчиво разглядывая космос за иллюминатором.

– Да, – серьезно кивнула принцесса. – Что только он решает, кто переступит порог его гнезда.

– Жуки ведь живут в гнездах? – напряженно спросил Сверр.

– Я не знаю, – сокрушенно покачала головой Альда, пряча лицо на груди мужа. – И даже не хочу знать, если честно.

– Все закончилось, – прошептал император, обнимая крепче и перетянув жену к себе на колени. – Все уже позади.

– Лететь сюда вообще было дурацкой идеей! – воскликнула она. – Ты чуть не умер! Боги, Сверр, почему ты такой спокойный?

– Что изменит моё волнение? Все прошло, – успокаивающим тоном произнес супруг. – Я жив, а он мертв.

– Что если бы все произошло иначе? – потрясенно спросила Альда, представляя себе иной исход событий. – Что если бы ты…

Принцесса вновь оказалась в королевской спальне Гелиоса, рядом со смертным одром сестры и перед её разъярённым мужем, тянущем руку к ней. Сердце заколотилось от ужаса и паники.

– Взгляни на меня, – строго произнес Сверр, встряхнув супругу. Добившись её внимания, сосредоточенно продолжил. – Все закончилось. Ты со мной. Скоро мы полетим домой. Все хорошо.

Ком в горле сковал ответные слова Альды, и принцесса смогла лишь закивать в согласии. Обняв его за шею, она вдруг подумала: «Пусть так и будет. Пусть у нас все будет хорошо».

* * *

Он это услышал. Слова супруги, когда она судорожно обнимала его. Сверр укачивал свою принципиальную и своевольную императрицу, пока она не заснула у него на руках, а позже уложил в постель и улегся рядом, прижавшись со спины и поглаживая еще слишком плоский живот.

Сегодняшний день он запомнит на всю жизнь и вынесет свои уроки безрассудства. Не стоит оставлять стражу далеко, раз уж сунулся в чужой дом с недобрыми намерениями. Не стоит обнажать меч первому, даже если ругань перешла в угрозы. Возможно, все бы и закончилось взаимными оскорблениями, но Сверр услышал достаточно мыслей Кигберна, чтобы сдержаться в стороне. Никогда прежде его противники не были столь выносливыми и живучими. Мужчина всегда поддерживал себя в хорошей физической форме, упражняясь со стражей и устраивая совместные тренировки и марш-броски с гарнизоном Даркраста, но Сверр дрогнул. Раз за разом нанося удары по королю Гелиоса, император чувствовал неясную угрозу. Будто под украшенными одеждами Кигберна была настоящая кольчуга, хотя кровь лилась и из него. Роковой удар, едва не отправивший его в сады Ивран, все еще чувствовался, отдаваясь фантомной болью с каждым вздохом. Сверр оплошал, но больше такого не будет. Слишком много стоит на кону и слишком высока была цена. Когда тьма практически поглотила первого императора и последнего владыку Даркраста, мысли Альды ворвались в его сознание, заставив вернуться к жизни. Опасность для неё и их сына была слишком высока, чтобы Сверр мог спокойно умереть.

Поглаживая сопящую в беспокойном сне жену, он размеренно вдыхал аромат её волос и пришел к неутешительному выводу, что, несмотря на печальный исход сегодняшнего визита на Гелиос, не поменял бы ни единого решения. Смог бы он отказать ей еще на Даркрасте и не прилететь сюда? Нет. Альда бы не простила его, когда смерть Сэрны стала бы общеизвестным фактом. От судьбы не уйти, и все произошедшее было предрешено. Теперь надо решить, что делать с Гелиосом.

Так и не уснув, император покинул каюту и отправился на мостик «Исполина», застав там капитана. Планета опустила все свои щиты и «Арес» с «Берсерком» показались из глубин космоса, озадачив охрану королевства. Сверр произнес короткую речь и успокоил новых подданных.

– Какие будут приказы? – коротко спросил капитан Хоррес.

– Для начала доставьте на корабль тело короля Кигберна и найдите останки его детей, – хмуро сведя брови, произнес император.

– Будет сделано, – кивнул раваканец.

– Вы отслеживаете сигнатуры на крейсерах? – тихо спросил Сверр, почти покинув капитанский мостик.

– Да, ваше императорское величество, – отозвался адмирал их небольшого флота. – Вы думаете, на корабль могут проникнуть диверсанты?

– Будем надеяться, что нет и это просто предосторожность, – пожал плечами даркрастианин, удаляясь в зал для переговоров.

На это совещание были приглашены только члены его личной стражи, сопровождающей их с Альдой в поездках. Усаживаясь за стол, Сверр оглядел всех по очереди и серьезно спросил:

– Что удалось разузнать?

– Король Кигберн был крут нравом, – снисходительно хмыкнув, начал Харлог. – Слуги и прочие обитатели дворца зашуганы и неохотно шли на контакт. После того как королева объявила вас наследником, многие еще не до конца поверили в смерть её мужа.

– Но судя по их реакции – все явно ждали этого события, – вставил еще один из доверенных людей. – Народ тут бунтует по поводу налогов, жестких мер по труду и питанию.

– Чем живет Гелиос? – уточнил Сверр.

– В шахтах добывают железную руду, но она не особо высокого качества, – пожал плечами Харлог. – Также, из-за присутствия гравитационных камней, местные выращивают харагрутос, но практически весь он идет на экспорт. Банковское железо оседает в королевской сокровищнице, а людей кормят по талонам.

– Они выращивают еду, а сами голодают? – удивился император.

– Тут такое дело, – с сомнением отозвался Харлог. – Как мы поняли, король ввел новый закон, по которому практически всё каралось смертью. Мужчины стали бастовать из-за обилия роботов, которые замещали людей, и работы становилось меньше.

– Меньше работы – меньше зарплаты, – вставил другой страж.

– А это значит – и продовольственных карт тоже меньше, – закончил Харлог.

– И давно все так… напряженно? – настороженно уточнил Сверр.

– Что-то около двадцати циклов, – мрачно ответил первый страж. – За это время мужское население уменьшилось в разы, ибо казни тут дело обыденное.

– Проклятье, – выругался император. – И что мне делать с этими людьми? Они примут в штыки любого на месте короля. Кигберн трепал их, как хотел, а мне теперь разгребать?

– К тому же мы выяснили, что гарнизон здесь в основном инопланетные легионеры, которые частично дезертировали, частично перешли на сторону населения, – поджав губы, вставил еще один стражник, молчавший до этого момента. – Вчера казнили их начальника и они, мягко говоря, не в восторге от ситуации. Практически все хотят покинуть Гелиос и ждут, что им заплатят за работу.

– Армии нет, защитных орудий нет, мужчин казнят направо и налево, народ голодает, полезных ископаемых нет, – пораженно резюмировал Сверр. – Что еще?

– Болезни, – подсказал Харлог. – На планете лишь одна капсула и вчера вы ею воспользовались. Среди населения процветают всякие болезни.

«И ради всего этого я рискнул положением Даркраста?!» – в бессильной злобе подумал правитель, отпуская своих людей и велев им найти счетоводов Кигберна.

– Ваше императорское величество, – произнес механический голос капитана крейсера из динамика. – Тело короля доставлено на борт. Ждем вас в лаборатории. На это стоит взглянуть пристальнее.

Последние слова Хоррес произнес со странной интонацией, что заставило императора поспешить в обозначенный блок корабля. Войдя в помещение, Сверр встретил там раваканца и техников, а также поверженного правителя Гелиоса с отдельно лежащей головой. Кигберн был обнажен, и это создавало вопросы, одновременно отвечая на другие. Количество ран на теле короля поражало, особенно тот факт, что многие из них были смертельными для любого другого гуманоида, но сквозь эти повреждения проступало нечто схожее с роговым панцирем. Будто под человеческой плотью король имел хитиновый корпус, защищавший его от ударов.

– Что это? – недоуменно спросил Хоррес у техника, застывшего рядом и так же с интересом разглядывавшего павшего правителя.

– Я… я не уверен, – с сомнением произнес работник лаборатории.

«Очень похоже на чей-то эксперимент» – успел подумать император, как коммуникатор капитана крейсера вдруг пискнул сообщением.

– У нас гости, – многозначительно произнес Хоррес, мрачно взглянув на Сверра. – Как вы и предполагали. Из числа не самых приятных.

– Кто?

– Судя по внезапности появления – эфиры, – глубоко вздохнув, пояснил раваканец. – Трое.

– Объявите по громкой связи, что мы ждем их здесь, и попросите удалиться отсюда персонал, – приказал наследник Гелиоса.

Пока по всему судну шло объявление для новоприбывших гостей, в лабораторию зашла Альда. Все еще бледная и напряженная, императрица мгновенно нахмурилась, взглянув на лежащее тело. Пока она молча рассматривала бывшего родственника, лаборатория опустела, оставив лишь капитана «Исполина» и правящую семью Даркраста.

– Это ужасно, – тихо произнесла супруга, отвернувшись и отойдя в сторону.

– Должно быть какое-то объяснение, – мрачно высказался Хоррес, нагнувшись ближе к лежащему Кигберну и тщательнее изучая останки. – За все циклы службы на Зевусе я ни разу не видел ничего подобного.

– Он был отчасти жуком, – вдруг сообщила Альда, привлекая к себе внимание мужчин.

Стоя спиной к ним, императрица пересказала недолгий разговор с сестрой.

– Что с ним произошло в той аварии – неизвестно, но Сэрна полагала, что именно тот случай стал роковым, – закончила принцесса.

– Это невозможно, – категорично высказался Хоррес.

– А это на что похоже? – тихо спросил Сверр, чуть кивнув на лежащее перед ними доказательство в виде тела Кигберна Гелиосийского. – Я смог сразить короля лишь срубив ему голову. Все остальные ранения оказались бесполезными.

– Очевидно, что в ваших словах есть зерно правды, – вдруг произнес холодный голос эспера Каладриона.

Капитан и Сверр резко повернулись к появившемуся эфиру. Древний стоял, заложив руки за спину и высокомерно вскинув одну бровь. Высокий и тонкий, Каладрион выглядел обманчиво слабым противником, но на деле вполне мог за считанные секунды уничтожить любого врага. Медленно подойдя к останкам правителя Гелиоса, эспер разглядывал Кигберна.

– Это невозможно, – тихо резюмировал эфир.

– Как видите, «это» не только занимало трон, но и активно пыталось заполучить потомство, – холодно высказалась Альда. – Моя сестра стала жертвой его экспериментов.

– Я бы хотел побеседовать с королевой, – ровно произнес эспер.

– Вы опоздали, – мрачно отозвалась императрица. – Моя сестра скончалась через час после супруга, оставив в наследниках нас с мужем.

Каладрион приподнял одну бровь и скептично покосился на давнего поставщика Цератона.

– Весьма удачно, вам так не кажется? – насмешливо хмыкнул эфир.

– Подобное не планировалось, – кисло ответил правитель Даркраста. – После боя я восстанавливался в капсуле, а вышел оттуда уже наследником.

– И все же обстоятельства сложились для вас как нельзя удачно, – не удержался от сарказма эспер, вновь возвращаясь к разглядыванию обезглавленного Кигберна. – Я хочу взглянуть на останки его потомства.

– Они здесь, – коротко отозвался ранее молчавший Хоррес, указав на три небольших пластиковых ящика. – Тела эксгумировали из усыпальницы несколько часов назад.

Открыв все три ящика, присутствовавшие ужаснулись, рассматривая изуродованные тельца малышей. Первое сморщенное нечто уже успело истлеть, но отдельные части скелета ярко демонстрировали деформацию и некоторую трансформацию. Конечностей было больше, чем у гуманоидов, а лицо искажено до безобразия. Второй наследник короля Гелиоса имел уже более оформленное тело, но череп нес в себе признаки смешения генов, а короткие конечности скорее представляли собой паучьи лапки, а не привычные руки и ноги. Рожденный сегодня королевой плод был совершенно иным. Полностью сформированный скелет и человеческое тело и лицо. Плоть местами покрывал хитиновый слой, но если бы ребенок выжил, то капсула, несомненно, исправила бы эти недочеты, как делала подобное с его отцом.

Сверр уже примерно представлял, что увидит, но все же вздрогнул, заглядывая в контейнеры. Едва Альда захотела приблизиться, император подал ей знак оставаться на месте. Подобное зрелище не для беременной женщины, да к тому же родной тетки усопших. Зато мысли раваканца метались в голове, мешая собственным рассуждениям. Поморщившись, мужчина чуть отошел от капитана и медленно приблизился к жене.

– Как себя чувствуешь? – негромко поинтересовался Сверр. – Я думал, ты еще спишь.

– Устала сидеть в каюте, – печально вздохнув, отозвалась императрица. – Всё так ужасно?

Вместо ответа, он лишь коротко кивнул. Врать жене смысла не было, но все же оградить от неприятных видов стоило.

– Я не хочу, чтобы ты лишний раз волновалась, – чуть склонив голову набок, произнес Сверр. – Что бы ни произошло, обещай, что сохранишь спокойствие.

– После того, что я пережила вчера, мало что может заставить меня поколебаться, – мрачно отозвалась Альда, вновь взглянув на обнаженное тело короля. – Эта тварь истязала мою сестру, чуть не убила тебя и уже тянула руки ко мне. Что может быть хуже?

Чтобы успокоить её, император коснулся живота супруги и раскрытой пятерней погладил будущего наследника.

– О том и речь. Сейчас надо проявить деликатность и терпение, – пробормотал Сверр. – Я хочу, чтобы ты хранила молчание и не вмешивалась в разговор.

– Постараюсь, – сдалась гордая правительница Даркраста.

– Где тело королевы? – поинтересовался эфир за их спинами.

– Зачем вам оно? – строго спросила Альда, чем заслужила снисходительный взгляд мужа. – Его готовят к кремации.

– Я хочу взглянуть, – бескомпромиссно произнес Каладрион. – Будьте добры приостановить погребение и предоставить доступ к останкам.

– Мы хотели бы захоронить их на Даркрасте, – настоятельно высказался император. – Это важно для моей супруги.

– Что ж, – с легким оттенком недовольства отозвался эфир. – Постараюсь удовлетворить просьбу, но тела королевской династии Гелиоса должны быть отправлены на Цератон для детального изучения.

– Будем благодарны за понимание, – сдержанно ответил Сверр.

– Как вы намерены поступить с Гелиосом? – вдруг раздался голос, принадлежащий еще одному эфиру, с которым ранее никто не был знаком.

Высокий и стройный, с высокомерным выражением лица, эспер не удосужился представиться, явно считая это лишним.

– Пока я велел своим людям разузнать, с чем вообще имею дело, – пожал плечами император, поворачиваясь лицом к двум эфирам. – И то, что они уже узнали, не слишком меня обрадовало. Гелиос не имеет особых ресурсов, кроме гравитационных камней, используемых для выращивания харагрутоса. Население при этом голодает и страдает от суровых законов, находясь в длительном противостоянии с властью. Медицина отсутствует, армия – наемники, уже желающие покинуть планету. Гелиос находится слишком далеко от нашего сектора, чтобы включить его в состав империи и обеспечить безопасность подданным. Так что я еще в поисках оптимального решения и готов выслушать любое разумное предложение, которое позволит урегулировать эту ситуацию, не нанося урон Даркрасту.

– Уничтожить проклятую планету, раз нет возможности управлять ею, – мрачно бросила Альда, отходя в сторону и поворачиваясь к присутствующим спиной.

– Кодекс Эфиров запрещает геноцид видов, – холодно и строго возразил Каладрион.

– Я этого и не предлагала, – язвительно парировала императрица, не замечая напряжения в воздухе.

Сверр зорко следил за малейшими реакциями непрошеных гостей, пока в голове капитана метались мысли о скорой смерти. Эфиры славились тем, что могли расправиться с любым за малейшее неповиновение. То ли супруга была не в курсе последнего, то ли решила вновь рискнуть их жизнями.

– Поясните, – сощурившись, произнес безымянный эспер.

– Гелиосийцы будут переселены на Даркраст, – спокойно встрял император, раздумывая над сложившейся ситуацией и ища выходы из неё. – Вы обладаете оружием, способным разрушить планету. Цена за добытое сырье в этом случае будет… приемлемой, в силу обстоятельств.

– Что помешает нам и так забрать все камни? – насмешливо спросил Каладрион.

– Закон, – мрачно ответил Сверр. – Который тысячи циклов соблюдается неукоснительно. Гелиос принадлежит мне, и только я вправе решать судьбу планеты. К тому же, если вы против, то другой покупатель – не проблема.

– Вы хоть понимаете, кому и что говорите? – вкрадчиво уточнил неизвестный эфир, заметно повеселев.

– Если мне не изменяет память, то я общаюсь со своим партнером по расширению сделки на поставку гравитационных камней, так необходимых Цератону, – спокойно произнес император, услышав вдруг слова жены в голове «мы все умрем».

«Об этом надо было волноваться раньше» – иронично подумал Сверр, продолжая следить за переглядыванием эсперов.

– А если мы откажемся – вы продадите сырье Кохиласам? – все еще сохраняя веселое выражение лица, уточнил безымянный гость.

– Буду вынужден, – пожал плечами наследник королевы Сэрны. – Камни в любом случае найдут своего покупателя, но я бы хотел, чтобы они пошли на благое дело.

Пока древние раздумывали над его предложением, Альда отошла в сторону. Хмуро глядя в иллюминатор, она обхватила себя, как вдруг рядом с супругой появился третий эфир. Или скорее появилась, ибо впервые за всю жизнь Сверр видел женского представителя этой расы. Заметив гостью, императрица не вздрогнула, лишь удивилась внезапности появления. Изящная и почти божественная красота эфира дополнялась длинными белыми волосами и струящимся платьем в пол.

– Вы носите дитя, – задумчиво произнесла женщина.

– Да, – кивнула правительница Даркраста, а теперь и Гелиоса.

– Каково это? – спросила эфир, немного склонив голову набок.

– Тревожно, – печально отозвалась Альда, коснувшись своего живота.

– Мы вас так взволновали? – спокойно уточнила гостья.

– Не совсем, – вздохнула императрица, учтиво улыбнувшись. – Меня беспокоит будущее малыша. Будет ли это сын или дочь – мы до сих пор не знаем.

– Вы, конечно же, хотите сына? – едва приподняв бровь, спросила эфир.

– Ему будет проще в этом жестоком мире, – задумчиво отозвалась единственная принцесса с планеты Вако. – Жизнь тяжела, а для девочек из королевских династий вдвойне. Вы видите, что этот монстр делал с моей сестрой. У Сэрны был шанс выжить, но она предпочла смерть. Я боюсь родить дочь, ибо со временем она покинет родной дом и построит свою судьбу, а какой будет её жизнь – никому неизвестно. Сын же останется во дворце Даркраста и будет править тем миром, который мы с мужем строим уже сейчас. Даже более того, он сможет менять империю как пожелает, а у дочери такой возможности нет.

– Мы принимаем ваше щедрое предложение, – вдруг прозвучал насмешливый голос безымянного эспера за спиной Сверра. – Переселите жителей Гелиоса и оповестите Корпус о готовности планеты исчезнуть с карты миров.

– Для этого понадобится время, – предупредил император, повернувшись лицом к эфирам.

– Не беспокойтесь, мы умеем ждать, – насмешливо парировал гость. – Обеспечьте доставку останков на Цератон.

– Что по поводу тела королевы Сэрны? – тут уточнил правитель.

– Вы получите её прах, когда все исследования будут окончены, – коротко кивнул Каладрион и, взглянув на третью гостью, добавил. – Кадарэн, мы уходим.

Оба эспера в этот же момент испарились из лаборатории, будто растаяли, но третья представительница древней расы все еще стояла рядом с Альдой.

– У вас сын, – тихо произнесла эфир, прежде чем исчезнуть.

– Проклятье, мне надо выпить, – просипел Хоррес, ставший свидетелем этой сцены.

– И мне найдите спиртное, – иронично отозвался Сверр, взглянув на взволнованного капитана «Исполина». – Законсервируйте останки династии Гелиоса, так же прикажите доставить тело королевы сюда. На обратном пути мы отгрузим их на Цератоне.

– Будет сделано, – кивнул раваканец, покидая лабораторию.

– Самое сложное мы прошли, – тихо произнес император, подходя ближе к жене. – Теперь надо подготовить всех к переезду на Даркраст.

– Это было не самым сложным, – вздохнула Альда, взглянув на него. – Нам предстоит еще договориться с Парламентом, а для этого нужны союзники.

– Они могут принять случившееся в штыки? – настороженно уточнил Сверр.

– Надо пригласить для приватной беседы дона Эрнесто, полагаю, он будет на нашей стороне, но все же поговорить надо, – пожала плечами императрица. – И, конечно же, тетушка Кахини, если хочет и дальше использовать Даркраст для своих интриг.

– Что насчет короля Вако? – вкрадчиво просил он, почувствовав смятение жены.

– И его, – медленно кивнула Альда. – Пусть проявит отцовское участие.

Глава 38

Первое, что было сделано – объявили о принятом решении жителям Гелиоса. Альда не пожелала усаживаться на место сестры и дала понять, что трон бывшего короля ей глубоко неприятен. Пока Сверр обдумывал свою речь, императрица тревожно разглядывала сам зал и богато украшенный символ власти, рассчитанный на одного. Рядом с ним скромно располагался простой стул, предназначенный для королевы. Помимо даркрастиан здесь собрались важные вельможи, служившие прежнему правителю, а также многочисленные слуги. Голографы установили так, чтобы императорскую чету было видно во весь рост. Члены даркрастианской династии предстали перед новыми подданными рука об руку.

– Жители Гелиоса, говорит император Даркраста. С прискорбием сообщаем, что королева Сэрна предстала перед Богами, – начал свою речь Сверр. – Назначив наследником, она вверила ваши судьбы мне. Рядом со мной родная сестра почившей королевы – Альда Вакийская. Мы прибыли на Гелиос не для того, чтобы править, а чтобы поддержать в трудный момент королеву Сэрну, но все вышло иначе. Теперь вы – часть империи, и заботы о безопасности и процветании легли на наши плечи. Обсудив с супругой сложившееся положение, я пришел к выводу, что единственная возможность обеспечить все вышеперечисленное – это перевезти всех на Даркраст, так как Гелиос слишком далеко расположен от нашего родного дома. Всем, кто не желает прощаться с этим сектором, будет предоставлен шанс покинуть планету, ибо Гелиос будет уничтожен. Тех, кто доверится нам, ждет достойная жизнь в империи. Вам стоит подготовиться к переселению. Собрать вещи и пройти комиссию, которая подтвердит имущество, чтобы получить равное на Даркрасте, или же оформить компенсацию, если захотите перебраться в любое другое место. Семьи не будут разделены, а дети получат достойное образование. Мы еще не до конца вникли в дела королевства, но в новом доме нет голода и действуют Зерцала Правосудия. Не скрою, эта система нова и для нас, но сам факт её применения свидетельствует о справедливости в империи. Понимаю, что процесс не быстрый, так что времени, чтобы определиться, будет достаточно – два цикла. На этот период все судопроизводства и преследования приостановлены, и каждому предоставят выбор стать частью Даркраста или самостоятельно определять свою судьбу. В новом доме заключенные вновь предстанут перед Зерцалами и невиновные будут отпущены. Вскоре сюда прилетят мои управляющие, которые займутся инвентаризацией – прошу не препятствовать и всячески содействовать. Инициативные граждане получат награду. Так же высоко будут цениться специалисты в сельском хозяйстве, ибо ваши навыки, очевидно, понадобятся на новом месте. В ходе подготовки к миграции во всех городах Гелиоса сформируют центры помощи, в задачу которых войдут перепись населения, регистрация имущества и разрешение прочих нюансов. Тем, кто решит сменить подданство, помогут достичь ближайшей космостанции.

Выдохнув, Сверр ненадолго задумался и добавил:

– Я знаю, что среди вас очень много женщин: вдовы, которым тяжело воспитывать детей в одиночестве, девушки, не имеющие возможности достойно зарабатывать и одинокие женщины, потерявшие здесь мужей и сыновей. Даркраст – в большинстве своем мужской мир и, если вы пожелаете, каждая из вас сможет найти новый союз. Поверьте, вас встретят с распростёртыми объятиями. Тех же, кто не захочет образовать брачный союз, уверяю – никто не станет принуждать вас. Все женщины на трех планетах сердца сектора подчиняются лишь моей супруге – императрице Альде.

Соправительница, стоявшая рядом, вдруг заговорила:

– Мы не сможем обеспечить Гелиосу достойную и безопасную жизнь, находясь так далеко. Моя сестра недаром посчитала Сверра Даркрастианского лучшим выбором, ибо он хорошо заботится о своих подданных. В Империи не все идеально, там есть сложности, но у вас будет дом, ваши дети будут сыты и никто не осудит невиновных.

Всепланетная связь завершилась, и тронный зал королевского дворца Гелиоса погрузился в тишину. Все присутствующие молчали, размышляя о своей дальнейшей судьбе и том месте, которое им удастся занять в новой империи.

– Но позвольте, – вдруг раздался голос одного из присутствующих дворян. – Уничтожить планету просто так вам не дадут. Да и это не всякому под силу.

– Этот вопрос уже урегулирован с Корпусом Эфиров, – спокойно отозвался Сверр, разглядывая своих новых подданных и читая их хаотичные мысли.

– А что вы сделаете с нами? – задал вопрос другой дворянин, судя по наряду, весьма состоятельный.

– То же, что и с остальными, – спокойно ответил император. – Ваше имущество опишут, позволят забрать семью, ценности и предоставят возможность построить судьбу на Даркрасте по нашим законам или в любом другом месте на выбор.

– Я владею обширными землями на Гелиосе, – задумчиво произнес мужчина. – Что ожидает меня на новой планете?

Сощурившись, император чуть наклонил голову, ныряя мыслями в сознание говорившего, и увидел правду: землями тот владел, но не столь обширными, как сообщал. А также боялся, что новый правитель узнает об этом от других и некоего реестра о владетельных землях.

– Если ваши претензии засвидетельствуют другие землевладельцы, а так же все подтвердится из дворцовых документов, то вы получите столько же местности на Даркрасте, – вкрадчиво ответил Сверр.

В этот момент все заговорили разом. Сотни мыслей и планов хлынули в голову мужчины. Многие уже сейчас просчитывали, чтобы сговориться со знакомыми и потребовать себе больше земель и имущества. Подняв правую руку, наследник трона добавил:

– В империи действует один закон, касающийся придворных и тех, кто служит Даркрасту – совравший императору будет казнен, так что прежде чем вы кинетесь сговариваться между собой, знайте: я не просто лично казню придворных, но и лишаю их всего нажитого имущества в пользу государства. И соврать мне еще никому не удавалось. Решите обмануть – я жестоко отвечу.

Эти слова сразу поумерили пыл придворных и они лишь тихо зашумели, переговариваясь между собой. «Вот же жадные твари» – вдруг раздался в его голове голосок супруги, которая безо всякого дара поняла, что замыслили благородные гелиосийцы.

– Я хочу видеть королевского распорядителя, – строго произнесла Альда, оглядывая всех по очереди. – Стража, отныне выносить что-либо из дворца категорически запрещено. Предупредите охрану на всех постах. Все, что принадлежит королевской династии – описать, каталогизировать и приготовить к отправке в хранилища Даркраста.

– Будет сделано, ваше императорское величество, – грозно отозвался Харлог, стоящий у них за спиной.

С этого момента работа во дворце Гелиоса закрутилась с большой суматохой. Слуги носились по помещениям, сбиваясь с ног, выполняя поручения старшей принцессы Вако. Придворные достаточно быстро поняли, что новые правители совсем не похожи на предыдущих. Альда вовсе не их печальная и отрешенная королева, а Сверр легко разгадывал уловки, которые желала провернуть с ним знать. Не обошлось без казни, когда один из высокопоставленных вельмож соврал императору.

– Вы отвечаете за казну? – спокойно спросил правитель, расхаживая по тронному залу.

– Да, ваше императорское величество, – настороженно ответил гелиосиец.

– И каковы запасы железа?

– Они невелики, – осторожно произнес казначей, раздумывая, как обосновать то, что уже нашла стража в сейфах дворца. – Накануне вашего внезапного визита король Кигберн попросил большой кредит, и я любезно его предоставил, но расписки нет, ибо подобное между нами не впервые. Такими мелочами пренебрегали на Гелиосе.

– Да? – с мрачной иронией уточнил Сверр, наклонив голову и погружаясь в сознание вельможи.

– Да, господин, – утвердительно кивнул лжец.

– Вы готовы принести клятву, что эти слова – правда, и повторить её перед Зерцалом Правосудия? – усмехнувшись, спросил император.

– Я…

– Вот именно, ведь иначе вам не удастся сохранить свою голову, – хмыкнул Сверр, заметив мечущийся взгляд казначея.

– Я планировал покинуть Гелиос и осесть на Дуаранге, – сохраняя присутствие духа, ответил вельможа.

– Ну, еще бы, – мрачно прищурившись, поддакнул император. – Прихватив половину королевской казны?

– Я сказал правду! – внезапно воскликнул гелиосиец.

– Лгать правителю – смертных грех, – напомнил Сверр, пристально глядя в глаза мужчине. – Даю вам шанс улететь с планеты с тем, что вам действительно принадлежит.

– Я сказал правду, – упрямо повторил казначей и спустя несколько мгновений лишился головы, а пол тронного зала обагрился кровью лжеца.

– Кто-то хочет еще рассказать о кредитах Кигберна? – сурово спросил император, отдавая свой меч Харлогу. – Ваш предыдущий правитель был слишком жаден, чтобы расточать железо. Не говоря уж о том, чтобы брать взаймы.

С того момента придворные больше не пытались юлить, а найденный реестр владетельных земель окончательно поставил точку в вопросах недвижимого имущества, подлежащего компенсации на Даркрасте. Были и те, кто пожелал осесть на других планетах по иным причинам. После содержательной беседы Сверр покупал им приличные участки, дома и целые усадьбы для достойной жизни после утраты Гелиоса. Кто-то из придворных давно задумывался о переезде в другие миры, а кто-то не захотел улетать так далеко от знакомого сектора. Когда в массы просочилась информация, что Даркраст располагается под поверхностью, еще одна часть населения передумала мигрировать в империю, запланировав осесть на близлежащих планетах. В качестве жеста доброй воли государство предоставило им посещение капсул и такую же компенсацию в новом доме.

Сотни задач решались одновременно, пока шли проверки на всех уровнях. Продовольственные карты были отменены и население получило доступ к запасам еды, хотя регулировка в этом вопросе все же понадобилась. Жители ополчились на инопланетный гарнизон, циклами действовавший по приказу короля-тирана, и военный легион поспешил покинуть Гелиос, что положительно воспринялось народом. Чтобы сохранить порядок и соблюдение закона, Сверр привлек солдат Зевуса, несших боевое дежурство на трех крейсерах, прибывших с ними из Даркраста. Так же было решено, временно перенести капсулы с «Исполина», «Ареса» и «Берсерка» на поверхность планеты, чтобы начать медицинское обслуживание, а заодно и укреплять организмы под гравитационный фон нового дома. Чтобы разделять тех, кто уже прошел все проверки, капсулы покидали гелиосийцы с ростом даркрастиан. Это значительно упростило градацию и позволило избежать путаницы.

Когда работа вовсю кипела, на орбиту планеты стали прибывать приглашенные гости. Сверр решил самостоятельно встречать союзников, пока Альда, словно генерал, гоняла дворцовых слуг, занимая их сортировкой и упаковкой имущества. Личные вещи павшего короля императрица велела сжечь без всяких почестей на заднем дворе. Первой на зов явилась вдовствующая королева Хингасула.

– Я требую объяснений, – с порога заявила новоявленная родственница, воинственно уперев кулачки в стол, за которым сидел Сверр.

– Добро пожаловать на Гелиос, – спокойно поприветствовал её мужчина, поднимаясь на ноги и кивнув на расположенное рядом кресло.

– Каким образом вы завладели троном? – злобно пропыхтела Кахини. – Как вообще такое возможно? Кто вам позволил?!

– Столько вопросов, – равнодушно произнес император. – Вы хотите получить ответы? Или вам главное высказать претензии?

Почти задохнувшись от возмущения, тетушка закрыла рот и уселась на стул. Демонстративно сложив руки на груди, она высокомерно процедила:

– Я слушаю.

– Ваша дражайшая племянница уговорила меня лететь на помощь её сестре, – чуть приподняв брови, начал Сверр. – Вы прекрасно знаете, в каком положении оказалась Сэрна, и сами советовали не вмешиваться, как и я, но Альда добилась своего – и вот мы здесь. Король не лучшим образом воспринял этот визит и откровенно пренебрег законами гостеприимства. В ходе обсуждения наших разногласий он скончался, а потерявшая ребенка королева не пожелала лечь в медитек, внезапно назначив нас с женой наследниками.

Когда император замолчал, на лице Кахини читалось негодование и мрачная злость, а уж что она думала о нем и всей ситуации, Сверр услышал, не прилагая особых усилий. Тетка распыляла эмоции и чувства, словно брызжущий фонтан. Вдовствующую королеву безмерно возмущало то, с какой легкостью, по её мнению, им несправедливо досталось целое королевство.

– Парламент никогда не поддержит это решение, – в итоге высказалась бывалая интриганка. – Вам придется бороться за Гелиос до конца жизни.

– Полагаю, вы поможете нам легко пройти этот путь, – произнес император, давным-давно узнавший её сокровенные тайны.

– С какой стати? – высокомерно уточнила вдовствующая королева Хингасула. – Я не собираюсь рисковать своим положением ради Даркраста. Вы станете изгоем и заплатите высокую цену.

– Я ведь могу основательно испортить вам жизнь, – задумчиво высказался мужчина.

– Каким образом? – насмешливо поинтересовалась Кахини.

– Стоит лишь шепнуть кое-кому, что ваша дочь – Эрнавира, нынешняя королева Сдагморта, рождена в браке, но не от короля Хингасула, – спокойно сообщил Сверр.

Император не желал прибегать к таким методам, но высказанное теткой Альды взволновало его. Угроза для империи должна быть устранена любой ценой, а Гелиос не то королевство, ради которого стоит потерять всё.

– Что? – ошеломленно выдохнула Кахини. – Что за бред вы несете?!

– Бред? – равнодушно уточнил Сверр, приподняв брови. – Я так не думаю.

– Вам никто не поверит, – высокомерно задрав подбородок, заявила дама, решительно поднявшись на ноги.

– Король Фарогоса поверит, – веско парировал даркрастианин, заставив собеседницу осесть назад. – Если я намекну ему, как думаете, дон Эрнесто позволит замести все под ковер? И более того, что обо всем этом подумает ваша дочь, которая буквально боготворит усопшего отца?

– Все это не более чем блеф и плод вашего больного воображения, – прошипела Кахини. – У вас нет доказательств.

– Они мне не нужны, – пожал плечами император. – Достаточно искры, чтобы король Фарогоса раздул этот пожар до небес. Простейшая генетическая экспертиза, которой он, несомненно, добьется, покажет, что мои слова правда. А там и до официального признания отцовства недалеко. Как думаете, как быстро вас простит дочь?

Наступившая тишина казалась оглушительной. Сверр спокойно сносил оскорбления, которые Кахини мысленно метала в него, продолжая мягко улыбаться тетушке своей жены.

– Вы – мерзкий интриган, – запыхтела вдовствующая королева.

– Да, – кивнул Сверр. – И прошу никогда этого не забывать и оставаться максимально лояльной Даркрасту.

– Я вас презираю, – поморщившись, бросила родственница, резко отвернувшись в сторону.

– Весьма печально, – иронично парировал мужчина, холодно улыбнувшись ей. – Советую вам дружить со мной, и узнаете много чего интересного и полезного для Хингасула.

– О чем вы? – подозрительно сощурилась Кахини.

– У меня настоящий дар разведывать чужие тайны и секреты, – лукаво хмыкнув, намекнул Сверр. – Которыми я могу поделиться с близкими друзьями и союзниками.

– Например? – настороженно поинтересовалась любопытная интриганка.

– А вы друг или союзник? – насмешливо уточнил император. – Кажется, этот статус Хингасулу стоит еще доказать.

– У вас ничего нет, – разочарованно высказалась Кахини.

– А вы рискните мне противостоять, – серьезно посоветовал Сверр и тут же предрек. – Утонете в скандалах. Ваши собственные тайны погребут вашу репутацию и светлое будущее короля Хингасула под своими руинами. Как действовать дальше, решайте сами, но в одном хочу вас предостеречь: не стоит волновать мою супругу, Альде сейчас нужна только поддержка. Все свои претензии можете свободно высказывать мне.

Скорчив саркастичное выражение лица, вдовствующая королева Хингасула метнула в него острый взгляд. «Какой заботливый» – мрачно подумала она, поднимаясь на ноги и стремительно покидая зал для совещаний боевого крейсера «Исполин». Несмотря на резкий разговор на орбите, тетушка вела себя образцово на поверхности Гелиоса, выказав Альде свою лояльность, включая заседание Парламента.

– Ну, конечно же, Хингасул на вашей стороне, дорогая, – сердечно держа за руку императрицу, заявила моложавая старушенция. – Можешь во всем рассчитывать на меня. Я постараюсь привлечь всех, кого смогу. Это ведь мой долг, как ближайшей родни.

Сверр молча старался делать вид, что верит этим словам, усердно жуя на ужин жесткое мясо.

– Супруг убеждал меня не вмешиваться, – печально произнесла Альда, рассказывая, как они оказались на другой стороне галактики.

– Надо было слушаться мужа, – высокомерно вставила Кахини, не удержавшись от язвительной шпильки, чем заслужила пристальный взгляд императора.

– Я не смогла, – горько призналась его супруга, не заметив многозначительных переглядов мужа и тетки. – Сэрна была в таком состоянии, что я вообще недоумеваю, как она выдержала не один цикл.

– Сейчас она в лучшем из миров, – мягко успокоила вдовствующая королева племянницу. – Не стоит так переживать. Для Сэрны все уже закончилось.

– Да, – вздохнула Альда, закивав.

После ужина тетушка все же настояла лично увидеть запись передачи власти над Гелиосом Даркрасту и молча просмотрела голограмму, сделанную в роковой день. Может изможденный вид королевы повлиял на Кахини, а возможно и слова императрицы на этой записи, которая уговаривала сестру не спешить и подумать спокойно, но улетала вдовствующая родственница, спустя всего лишь сутки, в ином состоянии, нежели явилась на Гелиос.

– Сэрна была вылитой Нилаимой, но ты впитала её характер, – произнесла Кахини, перед тем как взойти на трап шаттла. – Моя покойная сестра имела мятежную натуру и не самый легкий характер, на том и погорела. Будь умнее матери и сильнее Сэрны.

– Постараюсь, – хмыкнула Альда, провожая тетушку.

– Всё будет хорошо, – мягко улыбнулась любящая родственница, обнимая племянницу.

При этом взгляд Кахини метнул в Сверра холодный кинжал, а в голове императора раздался её голосок: «Посмотрим, чего стоит союз с Даркрастом».

Следующим гостем на Гелиос прибыл король Вако. Телиуса также ждал приватный разговор с зятем, но уже в самом дворце. Пригласив тестя в гостиную, правитель Даркраста решил прямо обсудить его позицию. Как оказалось, ситуация в корне не устраивала отца императрицы, ибо он считал, что королевство должно отойти ему, как приоритетному родственнику почившей дочери. Вдобавок узнав, что планету ждет уничтожение, распалился в своих претензиях.

– Я требую пересмотра завещания, – высказался король Вако. – У Сэрны не было живых сыновей, так что по закону наследовать Гелиос должен отец.

– Королева распорядилась иначе, – спокойно ответил Сверр, стоящий у окна и наблюдавший за суетой на городской площади, где сегодня вновь собрался народ, чтобы воспользоваться медитеками.

– Она была при смерти, – с досадой отозвался Телиус. – И не понимала, что говорит. Закон гласит…

– Что наследником является тот, кого назовет королева, – раздался резкий голос Альды.

Взглянув на супругу, император заметил темные круги под глазами и уставший вид. Сборы дворца и имущества шли ударными темпами и отнимали много сил.

– Ты специально явилась сюда, чтобы прикинуться любящей сестрой и заграбастать то, что принадлежит Вако, – без особых экивоков объявил гость.

– И тебе «здравствуй», папа, – высокомерно произнесла правительница Даркраста.

В этот момент что-то неуловимо взбесило короля Вако, что заставило Сверра пристальнее взглянуть на тестя и нырнуть в его сознание. Это слово «папа» всколыхнуло в нем дурные воспоминания, о которых Телиус предпочел давно позабыть. А правда оказалась такой интересной – прекрасная Нилаима Шангрийская, королева Вако, была неверна своему супругу и даже более: любила другого мужчину, от которого и родила старшую дочь. Скрывать любовника женщина не додумалась, и вскоре ревнивый король застал их, расправившись с соперником на глазах жены. Объявить дочь незаконнорождённой, не вызвав скандала, Телиус не смог бы, так что мужчине пришлось затолкнуть свою гордость подальше и потребовать от жены наследника. Долгие циклы они ругались по любому поводу, но в итоге сошлись на искусственном зачатии в лаборатории, что и дало королевству двух детей разом. Сэрну и Ноториуса Вакийских.

– Ты вообще не имеешь право на наследство…

– Телиус! – вдруг рявкнул Сверр, поняв, что тесть хотел произнести «моей дочери». Посмотрев на жену, император строго добавил. – Альда, оставь нас. Очевидно, что твоё присутствие сейчас не поможет делу.

– Как скажешь, – сдалась его супруга и, поджав губы, разглядывая мужчину, которого считала отцом, покинула гостиную.

– Вы поняли суть моих претензий? – скорчив неприязненную гримасу, уточнил родитель королевы Сэрны.

– Я их отвергаю, – равнодушно ответил Сверр.

– Парламент поддержит меня в случае спора, – настаивал Телиус, заложив руки за спину.

– Не проблема, – парировал император.

– А что скажет Корпус Эфиров? – прибег к последнему аргументу родственник. – Вы же планируете уничтожить планету!

– Я с ними это уже согласовал, – веско отозвался правитель Даркраста. – Как вы думаете, кто именно будет уничтожать Гелиос?

Против такого король Вако уже ничего не мог противопоставить. Признание эфирами прав на планету никто не сможет оспорить.

– Признайтесь, вы заранее все продумали? – зашипел тесть.

– Отнюдь, – вздохнул Сверр. – Если бы я заранее просчитывал «всё это», то постарался бы избежать того, что едва не отдал жизнь, защищая свою семью. Как вы думаете, на что я пойду ради империи?

Король Вако покинул Гелиос так спешно, что его судно едва не столкнулось с кораблем Фарогоса, стыковавшимся в этот момент с «Исполином». Дон Эрнесто прибыл последним, но оказался самым сочувствующим и доброжелательным. Альда встретила своего бывшего свекра, крепко обняв и сообщив о беременности, за что тут же была вынуждена выслушать лекцию о вопиющей легкомысленности и необходимой безопасности. Оставшись наедине с королем Фарогоса, Сверр тяжко вздохнул, прямо рассказав о планах и трудностях в решении проблем Гелиоса.

– Вы поступаете правильно, – кивнул дон Эрнесто. – Тут будет хаос без защиты и правителя. К тому же, по сути, остаются одни женщины, старики и дети, а они всегда легкая добыча для мародеров. Планету ждет запустение или того хуже: превратится в прибежище всякого сброда.

– Да, – согласился император. – Я велел специалистам обследовать Гелиос, так как тут есть залежи гравитационных камней, хотя, сколько их, пока неясно.

– За каким проклятьем ты ввязался в это дело с беременной женой? – вдруг недовольно спросил король Фарогоса.

– Альда настояла, – признался Сверр.

– Что такого она сказала, раз ты послал в бездну здравый смысл? – поморщившись, уточнил гость.

– Ничего, – кисло ответил мужчина. – Она просто молчала и вздыхала по углам.

– Нда, – иронично хмыкнул дон Эрнесто, хлопнув его по плечу. – Быстро же Альда прибрала тебя к рукам.

Спустя три дня король Фарогоса покинул Гелиос, заверив в своей поддержке, а на планету прибыли даркрастиане, которых вызвал император. Оставив подробные инструкции и план действий, правящая чета покинула планету, улетев домой.

Обнимая ночами свою измученную переживаниями супругу, Сверр раздумывал над словами дона Эрнесто. Альда стала для него слишком дорога, чтобы просто так отказаться. Значит, пора подумать над тем, чтобы сохранить их союз без всяких условий. Мужчина как-то незаметно привык к её постоянному присутствию и деятельной натуре. Поглаживая едва увеличившийся животик, он честно признался себе, что брак оказался не таким, как представлялся раньше.

Глава 39

Возвращались домой с таким облегчением, что Альда упивалась отдыхом в объятьях мужа. Сверр часто замирал, раздумывая над тем или иным вопросом, который еще предстояло решить, но все же уделял ей достаточно внимания. Большую часть времени, они без стеснения провели в каюте, предпочитая общество друг друга. На Гелиосе оказалось слишком много проблем и задач, требовавших максимума сил и энергии.

Чем больше императрица задумывалась о будущем, тем сильнее сердце заходилось в стуке. Фактический развод, но с функцией «семьи на время» уже казался абсурдом. Как она сможет уйти из дворца, от мужа, оставив сына на попечении чужих людей? Касаясь своего живота, Альда постепенно проникалась мыслью, что ребенок уже самая настоящая реальность, а не абстрактная обязанность каждой принцессы крови. До конца беременности было еще много времени, но она знала, что то пролетит словно один миг за заботами и решением проблем.

Надо подготовить империю к приезду новых подданных. Где разместить всех? Что делать с одинокими женщинами, а как поступить с теми, кто воспитывал малышей? Взрослые мужчины, у которых на попечении были матери, дочери и жены? Всем нужен кров и пропитание, и самое главное – работа. И это помимо всех уже имеющихся сложностей Даркраста с его тернистым путем к реформам.

Остановка на Цератоне была краткой. Дозаправка и выгрузка останков королевской династии Гелиоса. Альда наблюдала за всем из окон главной каюты. Одновременный обмен контейнерами прошел без лишних задержек. Эфиры не выказали желания пообщаться, хотя все на судне и так были напряжены, прекрасно зная о возможности древних оставаться незамеченными. Отстыковавшись от доков техностанции, «Исполин» поспешил скрыться от радаров Цератона.

– Через несколько дней мы прибудем домой, – со вздохом сообщил Сверр, полулежа в постели.

– Ты рад или нет? – иронично уточнила Альда, взглянув на мужа.

– Рад-рад, – кивнул мужчина, вновь печально вздохнув. – Просто…

– Работы будет еще больше? – подсказала она, прижавшись к боку супруга, чтобы почувствовать его силу. В последнее время это стало привычкой, от которой будет нелегко отказаться.

– Да, – мрачно согласился император, поморщившись. – А я-то планировал насладиться супружеством, а не мотаться по трем планетам, решая очередные проблемы. Полагаю, что придется прокатиться по всем секторам.

– Обычно правящая династия периодически так и делает, – иронично вставила Альда. – Все равно тур необходим.

– Я бы предпочел ограничиться голографами и визитами танеров во дворец, – кисло проворчал муж.

– Как будешь размещать гелиосийцев? – вкрадчиво уточнила принцесса, понимая, что это первостепенные вопросы.

– Равномерно, – хмыкнул Сверр, приобнимая её за плечи. – Не стоит им давать возможности организовать новый Гелиос при случае. Я вообще хотел бы ассимилировать их среди даркрастиан.

– Нельзя заставить людей разом забыть прошлую жизнь и принять уклад новой, – мягко напомнила Альда, погладив его по животу. – Нужно время и какой-то компромисс.

– Это понятно, – тяжко вздохнул он, неосознанно лаская плечо Альды, чертя пальцами круги и линии.

«Расселить и дать работу. Нужны новые жилища, но перемешать со всеми, чтобы не было обособлений» – размышлял император, строя план дальнейших действий.

– Что будешь делать с одинокими женщинами? – спросила принцесса, прекрасно понимая, что Сверр вновь забывает о большей половине новых подданных. – С теми, кто не имеет защитников, но воспитывает детей? Вдовы, пожилые и слишком юные девочки?

– Это твоя половина Даркраста, – иронично парировал муж. – Что ты планируешь делать с ними?

Выпрямившись, Альда уселась, скрестив ноги под себя. Она ждала этого разговора еще со времен образования империи.

– Для начала надо подумать о том, чтобы всех одиноких и нуждающихся поселить в белых башнях, – осторожно высказалась принцесса. – Для женщин такой масштабный переезд большой – риск, особенно когда у них на руках дети. Храмы примут женщин всех возрастов, не состоящих в браке. Семейные пары, конечно же, разлучать нельзя.

– Что делать с мальчиками, у которых нет отцов, а по возрасту они уже не подходят для башен? – задумчиво уточнил Сверр.

– Оставить с матерями, – пожала плечами императрица. – Храмы Ивран лишь временная мера.

– Все там не уместятся, – иронично хмыкнул супруг, пристально взглянув на неё.

– Ты прав, – кивнула Альда. – До того, как все прибудут, я собираюсь выдать замуж жриц из храмов.

– Нельзя это делать просто так, – тяжко вздохнул муж.

– Я знаю, – тут же перебила его принцесса. – Позволь мне изменить закон «О женщинах».

«О-о-о, началось», – вдруг «услышала» она, глядя на скептичное выражение лица Сверра.

– Что? – терпеливо вздохнула правительница, желая знать продолжение.

– Хорошо, – вдруг удивил её император. – Только мы с тобой будем обсуждать его. Я не хочу, чтобы твой закон расколол государство, если вдруг окажется, что у женщин больше прав, чем у мужчин. И ты примешь все мои доводы как руководство к действию.

– Если они будут обоснованны, – парировала Альда, наставив на него указательный пальчик.

– Мы не будем ругаться из-за каждого пункта, – предупредил Сверр, притягивая её обратно в свои объятья. – Но ты должна учесть интересы обеих сторон.

– Как ты? – уколола его принцесса, намекнув об игнорировании женских проблем.

– Признаю, я – не идеален, – хмыкнул мужчина. – Так что будь лучше меня. Поверь, это сократит наши трения и ускорит процесс. Ты же хочешь добиться успеха в итоге, а я могу быть очень упрямым.

– Ты планируешь быть непоколебимым и жестким переговорщиком? – недовольно спросила императрица, пока муж целовал её шею.

– Коварным, хитрым и несгибаемым в некоторых нюансах, – добавил Сверр, подняв голову и посмотрев на неё. – Учти, меня не проймешь нежным взглядом и сладкими речами.

«Хотя ты можешь» – тут же подумал супруг, напустив на себя суровый вид.

«Посмотрим» – иронично хмыкнула Альда, целуя своего несговорчивого оппонента.

Ласка в последнее время стала нежной вуалью, окутывающей их постель. Впервые принцесса стремилась не за конечной точкой удовольствия, а сполна наслаждалась процессом, чувствуя, что парит от восторга. Крепко обнимая мужа, она впитывала в себя его жар и силу, желая продлить моменты счастья.

Вернувшись домой и с наслаждением усевшись на свою скамью в белом зале, Альда поняла, что искренне соскучилась по этим скалам. Монументальность высоких колонн, тихий серебряный перезвон потолочных украшений и легкий свежий ветерок, гуляющий по обширным залам дворца, стали частью её и откликались в душе спокойствием и уверенностью. Вот только и у этого был срок. Коснувшись своего живота, императрица сглотнула ком в горле, горько признавшись, что поспешила с решением уйти от мужа. Даркраст сильно изменился с тех пор, как она впервые спустилась в это подземелье. Практически все вокруг неё трансформировалось: сам дворец, её место и обязанности, даже сердце империи отныне выглядело не вырванной из скалы каменюкой, а роскошным и драгоценным троном, на котором она легко умещалась рядом с мужем. Супруг тоже изменился. Раньше Сверр либо не замечал её, либо в лучшем случае считал средством для достижения цели. Но все кардинально изменилось, когда она возобновила их брак и вдруг стала слышать мысли мужа.

– Добро пожаловать домой, ваше императорское величество, – произнесла танерана, поднимаясь по лестнице с тронного плато.

– Спасибо, Аманита, – отозвалась Альда, отвлекаясь от своих мыслей, пока придворная дама усаживалась на кушетку подле неё.

Выросший живот бывшей служанки привлек внимание принцессы. Для неё это был неприкрытый сигнал о собственном скором разрешении от бремени.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась императрица, пока помощницы расставляли рядом с ними напитки и легкие закуски. – Что нового произошло за время нашего отсутствия?

– В целом все хорошо, – поспешила отчитаться танерана. – Ваш фонд заработал и многие остались довольны. Башни полноценно участвуют в жизни малышей. Старики планово посещают медитеки и также привлечены к выращиванию харагрутоса.

– Хорошо, – задумчиво ответила Альда, размышляя о том, что надо изменить в работе фонда.

– Вас долго не было, – осторожно произнесла Аманита. – По секторам ходят разные слухи.

– Например? – ровно спросила императрица, чуть склонив голову набок.

– Что наш владыка силой занял трон Гелиоса и теперь вынужден остаться там править, – пожав плечами, недоуменно поведала танерана. – Часть специалистов срочно отбыли на новую планету и будут добывать гравитационные камни. Никто точно не знал, что думать и что будет с Даркрастом.

– Кто именно распускает подобные слухи? – мягко уточнила Альда.

– В основном слухи шли с Руа, ибо именно их инженеры первыми покинули империю по зову владыки.

– Аманита, не «владыка», а «император», – напомнила принцесса и, дождавшись потупленных глаз танераны, скептично продолжила. – Часть слухов – правда, но все не так мрачно, как вам тут казалось. Правители Гелиоса трагически погибли, но перед этим моя сестра назначила Сверра наследником. Положение планеты не совсем стабильно, поэтому мы задержались для решения основных проблем. Все остальное вы узнаете позже.

– Да, ваше императорское величество, – произнесла придворная дама.

– Сообщи Соуру, что я ожидаю от него сегодня настоящего пиршества, – благосклонно сменив тему, попросила императрица. – Нам порядком надоела космическая еда, а Гелиос не смог и близко сравниться с его шедеврами.

– Как пожелаете, – кивнула Аманита, набирая на коммуникаторе сообщение для главного повара.

Решение посетить все сектора и узнать, как идут дела с Зерцалами Правосудия, оказалось верным, ибо Сверр хотел лично рассказать танерам о грядущих изменениях, а также определить места для новых жилищ. Для принцессы это будет первый тур по империи и возможность ближе познакомиться со всеми подданными и храмами богини Ивран. Первыми о переменах узнали придворные вельможи, которым поручили организовать постоянную связь с Гелиосом и вести учет всех поступающих данных. Император пожелал знать, сколько именно прибудет народа, каких специальностей, а так же их пол и возраст. В путешествии по империи их сопровождал небольшой отряд стражи, слуги и многочисленные счетоводы. Альда захватила трех служанок, которые не летали с ними на Гелиос, и одного поверенного – Тахуа, который отныне вел сводные дела фонда и общие финансы башен. Невысокий мужчина был родом с планеты Журанга, но уже давно осел на Даркрасте, занимаясь учетом сокровищ в хранилищах дворца. Еще со времен глобального ремонта Альде понравился этот добродушный на вид седовласый вельможа, имевший тем не менее хватку азрака. Танераны и высшие жрицы были оповещены, что императорская чета планирует совершить тур по секторам для важных новостей и полного аудита империи. Вновь распрощавшись с Аманитой, принцесса уселась в удобный челнок, который с запредельной скоростью помчался по внутренним магистралям Котахи – основной планеты из трех.

Даркрастиане жили достаточно компактно, аккумулируясь в одном поселении сектора. Кроме белой башни, центральной площади и административного здания, служившего жилищем управляющему, и инженерного бюро, танераты могли похвастаться учреждениями для малышей и юношей постарше, базарами и улочками с барами и магазинчиками. Лавки ремесленников соседствовали с бакалейщиками. Но основное место занимали дома, словно кубики, взгромоздившиеся друг на друга. В империи не было внешних погодных условий, так что жители не беспокоились о пыльных бурях, ветрах и прочих сюрпризах жизни на поверхности, как и регулировке суточного баланса. Дня и ночи не существовало как таковых, и каждый жил по собственному графику. Узнав об этом, Альда, приподняв брови, взглянула на мужа.

– Дворец живет по моему графику, – пояснил Сверр. – Я бодрствую – работа кипит, сплю – дела стоят.

«И этот мужчина еще считает себя НЕ эгоцентриком» – иронично подумала императрица, глядя на спешащую в их сторону единственную пока семью сектора. Девушку принцесса узнала сразу. Милая брюнетка с нежно-карими глазами практически всегда молчала, но в этот раз было заметно, что она рада видеть гостей. Знакомое черное платье, украшенное символом власти, не скрывало, что семья пока не ожидает наследника, но между супругами чувствовалось взаимопонимание. Поужинав, Сверр тут же пригласил управляющего в кабинет для оперативного совещания. У императора на часах было утро, и сектор был вынужден жить по его времени.

– Как ты, милая? – заинтересованно спросила Альда, присаживаясь в гостиной с явным женским духом.

– Хорошо, ваше императорское величество, – смущенно улыбнувшись, ответила Зойла. – Забочусь о детях, как вы и приказали. Со жрицами у меня хорошие контакты. Они рады быть причастны к судьбам мальчиков. Вышедших на заслуженный отдых тоже не обделяю. Мужчины составили список того, чем бы хотели заниматься в секторе, помимо обучения юношей и малышей. Многие помогают ремесленникам – подрабатывают в магазинах, чтобы не бездельничать.

– Тебе нравится твоя должность? – задумчиво поинтересовалась императрица.

– Очень, – закивала танерана. – Я помогаю людям и разрешаю их небольшие трудности. Когда нужно взаимодействие с башней, они идут ко мне, и наоборот. Жрицы часто обращаются, если дело касается малышей или судьбы их отцов.

– Вижу, что ты нашла общий язык с супругом, – кивнула принцесса, констатировав факт. – Какой он?

– Очень занятой и деятельный, – подумав, произнесла Зойла. – Император ставит перед ним четкие задачи и сроки, так что порой он сильно напряжен, если не успевает с выполнением плана добычи. Плюс дела сектора отвлекают его, но тут я стараюсь ему помочь, чем могу.

– Как люди восприняли Зерцало? – чуть прищурившись, спросила Альда.

– Сначала с опаской, но со временем к нему стали обращаться все чаще, – поджав губы, призналась танерана. – Если честно, жители используют Зерцало несколько иначе, чем инструмент суда.

– В каком смысле?

– В любом споре они обращаются к нему – клясться и проверять друг друга на честность, – отозвалась супруга управляющего.

– И что в итоге? – весело уточнила императрица, зная, что по ту сторону Зерцала находится туаканец.

– Оно не ошибается и правда заглядывает в душу того, кто перед ним предстает, – расширившимися глазами поведала Зойла. – Но иногда оно ругается, если к нему обращаются по пустякам. Однажды дети обступили Зерцало и спрашивали в каком кармане что находится, кто съел больше всех ягод или кто из них дальше всех плюнул.

Отсмеявшись, принцесса добродушно улыбнулась танеране и, глубоко вздохнув, произнесла:

– За всей этой суматохой я забыла сказать, что Зерцало стоит оградить от подобных экспериментов. Оно предназначено для серьезных процессов, чтобы установить истину, а не шаловливых проделок ребятни.

– Мы уже пресекли эти инциденты, – смущенно ответила хозяйка дома.

– Я хочу сказать тебе первой, – мягко начала Альда, когда тема с Зерцалом была исчерпана. – Как ты уже в курсе, Даркраст получил наследство. Император принял решение, что сохранить часть имущества на другом конце галактики слишком накладно и жители планеты переселятся к нам. Гелиосийцев немного, и в основном это женщины, дети и старики. Как понимаешь, через два цикла забота о них ляжет на нас. Расселять будут во все сектора, так что готовьтесь принимать гостей, а до этого, чтобы разгрузить храмы, я планирую выдать жриц замуж. Завтра мы с тобой посетим башню и пообщаемся с обитательницами.

– Мы уже обговаривали это с Понной, – тревожно высказалась Зойла. – Высшая жрица должна подготовить желающих выйти замуж и подобрать оптимальные кандидатуры, но нам казалось, что времени больше.

– Придется ускориться, – веско парировала принцесса. – Я планирую, что позже новоприбывшие тоже обретут семьи среди наших мужчин. А пока я постараюсь подготовить закон, защищающий права новых граждан.

– Нам не помешает знать о том, что мы можем и не можем, – пространно отозвалась танерана.

– Какие моменты своей новой жизни ты считаешь незащищенными? – уточнила Альда.

– Пока я об этом не думала, – призналась женщина.

– Порядок наследования в случае смерти мужа? – предложила императрица. – Возможность развода? Право на ведение предпринимательской деятельности? Имущественные вопросы? Обязательства детей по отношению к родителям, и наоборот?

– Мне кажется, все это, – серьезно ответила Зойла. – Если судьба сложится так, что я останусь одна, мне бы хотелось жить дальше самостоятельно. Хотя всегда будет возможность уйти в башню, но все же иметь право выбора хорошо.

– Я тоже так считаю, – кивнула правительница империи.

Вечер у Сверра наступил под утро. Супруг явился в спальню, когда Альда уже засыпала, но, услышав громкий стук и проклятья, тут же приподнялась на локтях.

«Боги, да что случилось?» – морщась от сочных эпитетов императора, подумала она.

– Это я напоролся на непонятно что, – проворчал страдающий мужчина, прыгая на одной ноге.

– Свет, – четко произнесла принцесса, тут же разглядев мужа. – Автодоктор нужен?

– Ну, не настолько все плохо, – буркнул Сверр, становясь на обе конечности.

– А когда я в прошлый раз почувствовала себя плохо, ты что сделал? – скептично напомнила Альда.

– Ты беременна, все что угодно могло произойти, – возразил император, раздеваясь.

– А случилось простое несварение желудка и газы, – язвительно ответила беременная женщина.

– У тебя все бурлило внутри, и выглядела ты, мягко говоря, не совсем нормально, – хмыкнул Сверр, сбрасывая на пол сапоги, щелкнув магнитными замками.

«Может оттого, что хотела пукнуть, а кто-то суетился рядом так, будто я умираю?», – мрачно подумала насупившаяся принцесса, наблюдая за веселым мужем, ползущим к ней по кровати.

Улегшись поудобнее на соседней подушке, император серьезно продолжил:

– Позже мы конечно узнали причину дискомфорта.

Внезапно в спальне раздался громкий мужской хохот и звонкое женское возмущение.

– Ты права, это был я, – миролюбиво произнес Сверр, когда Альда прекратила его колотить. – У тебя было такое недоуменно-удивленное лицо, что это не могла быть ты.

«Боги, просто заткнись!», – сокрушенно подумала принцесса, спрятав лицо в ладонях.

– Спи, давай, – сдержанно буркнула она, покосившись на улыбающегося мужа.

– Сплю-сплю, – добродушно сдался супруг, поерзав в поисках удобной позы. – Всё, я готов к песням.

– Кто-то слишком поздно явился, – проворчала Альда, зевая и укладываясь к нему спиной.

– Но ты обещала и должна сдержать свое слово, так? – прошептал Сверр, обнимая её и поглаживая животик.

– А что если я не хочу? – кисло спросила принцесса, пока муж целовал её плечо и шею.

– Бездна поглотит нас всех, – со страшным голосом произнес император. – Или как там говорят?

– «Правитель, не сдержавший данного им слова, будет предан всеми», – тихо подсказала она, внезапно замерев.

– Да-да, – зевая, отозвался супруг. – Так что я готов слушать твой нежный голосок.

Альда сморгнула наваждение и запела новую песню, которую узнала с голограмм тетки. Кахини в свой визит на Гелиос внезапно привезла несколько записей, где еще юная Нилаима Шангрийская веселила своих служанок и сестру.

Следующий день императрица провела в белой башне, общаясь со жрицами. Хозяйка храма внимательно выслушала о грядущих гостьях и серьезно отнеслась к делу, представив Альде огромный список женщин, желающих связать судьбу с отцами своих детей. Большая часть жриц планировала покинуть башню, оставались лишь самые молодые и пожилые, занятые воспитанием девочек.

– Что ж, вы провели огромную работу, – одобрительно кивнула глава религиозного культа богини Ивран. – Я постараюсь подготовить закон, защищающий жриц в новом статусе. Надо учесть каждый нюанс и возможные ситуации. Как только он будет готов, я дам знать и женщины смогут покинуть башни. Сообщите мужчинам, что если разногласий нет, то я позволяю создавать брачные союзы. Пусть подготовятся к появлению жен. Необходимо проверить каждое жилище и условия. Этим займется танерана Зойла с несколькими помощницами из числа ваших подопечных. Оповестите гарнизон, что жрицы будут передвигаться по сектору, пусть выделят охрану. У нас меньше двух циклов до прилета новых жителей, так что к этому моменту все должно быть уже сделано. Башне так же нужно заняться переселением девочек на верхние уровни, чтобы они не слишком тесно контактировали с юношами Гелиоса, размещенными ниже. Позже они смогут образовать брачные союзы, но мальчикам надо доказать, что они способны обеспечить супругу в будущем.

– А чем они будут заниматься? – нахмурившись, спросила высшая жрица храма, пока Альда медленно прогуливалась по главному церемониальному залу в компании других женщин.

– Гелиос – аграрная планета, – задумчиво произнесла принцесса. – Полагаю, их опыт будет нам крайне полезен. Отдадим им теплицы башни, позже на Даркрасте будут организованны общественные поля, ибо всех надо кормить. Сейчас мы большую часть продовольствия закупаем извне, но скоро всё изменится. Ваш император планирует выращивать не только харагрутос для нужд государства, но и прочие полезные растения. Это создаст рабочие места и занятость специалистов, а так же даст нам качественное и доступное сырье для питательной пасты, которое при излишках можно продавать. Пока же план таков: заняться судьбами наших жриц, перераспределить структуру самой белой башни, подготовить её к прибытию новых граждан империи и помочь им наладить быт в секторе. Если кто-то из женщин пожелает выйти замуж – не препятствуем, отныне это не запрещено. Оставшихся на вашем попечении – пристроить к делу по способностям.

– А молодые жрицы?

– Те, что постарше, будут переселены в другие сектора, как и задумывалось, если они не захотят остаться здесь. Тщательно подбирайте им избранников: в случае грядущего брака не должно быть никаких родственных связей, – проинструктировала императрица. – Совсем малышки могут покинуть башни вместе с матерями, если на это готов пойти отец, ибо основную ответственность за них будет нести мужчина. Выйдя из храма, женщины не должны оказаться в худшем положении, чем до брака. Жриц тоже предупредите, что, выходя из-под крыла богини Ивран, они должны полностью осознавать серьезность поступка. Метаться между мирской жизнью и башней недопустимо. Конечно, никто не вправе отказать в защите женщине, но все же и она должна понимать, на что идет, выходя замуж и тем более забирая с собой ребенка. Каждая из новоявленных жен несет ответственность за себя самостоятельно, как и за выбор мужчины, который стал их супругом.

– Я полностью с вами согласна, госпожа, – коротко кивнула Понна, высшая жрица храма сектора Доракс.

Глава 40

Путешествие по империи проходило в основном по одной модели: их торжественно встречали, бегло показывали сектор и выдающиеся достижения, приглашали остановиться в главном здании танерата, совмещающем функции администрации и жилища управляющего. За ужином Альда оценивала свою подопечную, наделенную большой властью в секторе, и то, как девушка успела обустроиться на новом месте. Отмечала и взаимоотношения между супругами, и, если императрице казалось, что они были несколько натянутыми, беседа с танераной носила более доверительный и приватный характер, пока Сверр отвлекал главу дома делами. Зачастую принцесса оставалась довольна выполненной работой, ибо все участницы фонда взаимодействовали под её руководством и имели четкий план действий. Альде пришлось провести пять серьезных бесед, после инспекций сектора, и выяснить причины халатности, которые оказались весьма прозаичными – мужской шовинизм, не позволивший танеранам исполнить свой долг. За общим ужином императрица открыто высказывалась об этом в присутствии супруга и управляющего, осуждая плохое положение дел фонда. После этого возражений с мужской стороны более не поступало.

Особое внимание принцесса уделила тем секторам, где отсутствовали белые башни. Женам управляющих там приходилось особенно тяжко, ибо они в прямом смысле были единственными женщинами. Одной из таких несчастных оказалась Котиро, встретившая императорскую чету на широкой лестнице администрации.

– Добро пожаловать, – осторожно произнесла хозяйка сектора, разглядывая Альду и прибывших вместе с ней девушек. – Мы очень рады видеть вас.

Суматоха встречи сопровождалась скоплением большого числа жителей танерата, ибо императора всегда ждали с нетерпением, а живое появление его супруги видели впервые. Административное здание, как и в каждом секторе, было построено по одному образу и подобию: на трех нижних этажах – общественные палаты, учетные комиссии, инженерные и рабочие профсоюзы, а верхний уровень – жилище танера. Слуги и стража императорского дворца уже по привычке заняли отведенные для правителя крыло, деловито раскладывая вещи, возимые с собой из сектора в сектор, пока гости и хозяева ужинали. После традиционной встречи, Альду проводили в гостиную, служившую Котиро основным местом обитания. Просторное помещение с уютной отделкой и тремя растениями в кадках украшал настоящий гарнитур изысканной мебели, а также красивые светильники, парившие под потолком.

– Вижу, что ты с комфортом устроилась в новом доме, – одобрительно произнесла принцесса, усаживаясь в мягкое изящное кресло.

– Супруг не отказывает мне в небольших слабостях, – чуть улыбнувшись, ответила Котиро.

– Я рада за тебя, – искренне отозвалась Альда. – Очевидно, что вы ожидаете прибавление в семье. Поздравляю.

– Благодарю, ваше императорское величество, – со скромной улыбкой произнесла танерана. – Я просила Ивран о благословении, и оно пришло.

– Хорошо, – спокойно кивнула правительница, наблюдая за подопечной. – Но я не могла не заметить, что ты несколько подавлена. В чем причина?

– До последнего времени все было хорошо, – печально вздохнув, начала Котиро. – Работа фонда начата, и есть первые положительные результаты.

– Прекрасно, – похвалила принцесса. – Судя по сегодняшнему ужину, у вас с супругом хорошие взаимоотношения.

– Да, – согласилась танерана, иронично добавив. – Севорг – прекрасный мужчина, и я рада, что отвоевала его себе в мужья.

– Полагаю, Рукита не осталась в обиде, – мягко парировала Альда.

– Я тоже рада за успехи сектора Хайлар, – закивала Котиро. – Они предложили много здравых идей.

– Часть из них уже взята на вооружение и постепенно внедряется в империи, – благосклонно произнесла принцесса. – Но, надеюсь, не это причина твоих бед?

– Нет, госпожа, – сникла танерана.

– Тогда я внимательно тебя слушаю, – предложила правительница.

– Как вы уже знаете, в нашем секторе нет белой башни, – вздохнув, сказала Котиро. – Мужчины, заслужившие посещение храма, вынуждены навещать жриц в других танератах, и это осложняется длительными отсутствиями и невозможностью уделять достаточно времени будущим сыновьям. Многие недовольны таким положением, которое обострилось после моего приезда. Я посещаю практически весь сектор, работая в фонде, и недавно случился инцидент.

– Продолжай, – настороженно подтолкнула Альда, когда девушка замолчала.

– Меня попытались убить, – тихо сообщила танерана, удивив гостью. – Некоторые жители посчитали, что раз они не имеют женщин в секторе, то и управляющему подобного не позволят.

– Заговорщики пойманы? – строго спросила императрица, дождавшись утвердительного кивка.

– Их поместили под стражу до суда императора, – вздохнула Котиро. – К Зерцалу не пошли, так как дело деликатное и ранее подобного не случалось.

– Ты не пострадала? – мягче спросила принцесса, взглянув на город за широким окном.

– Нет, госпожа, – покачала головой хозяйка гостиной. – Стража отбила меня у них и тут же увела домой, но…

– Но? – изумленно уточнила Альда.

– Теперь я опасаюсь выходить в город, – призналась танерана. – А после того, как стало известно о ребенке, так и подавно. Делами занимаюсь отсюда, но понимаю, что это хуже личного присутствия.

– Когда будет суд? – спокойно спросила императрица.

– Завтра, на городской площади, – опустив глаза, сообщила Котиро. – И, если честно, я не очень хочу, чтобы из-за меня кто-то погиб.

– Тогда у меня для тебя две плохие новости и одна хорошая, – снисходительно произнесла принцесса. – Первая – бунтовщиков, несомненно, ждет казнь. Вторая – тебе придется пересилить себя и лично заняться делами задолго до рождения малыша. А третья – скоро ты будешь не единственной женщиной в секторе.

– Вы направите кого-то еще? – удивилась танерана.

– Даркраст унаследовал королевство Гелиоса со всеми его проблемами и жителями, – лаконично ответила Альда. – Мы планируем распределить новых подданных по всей империи; и те сектора, которые не имеют храмов, тоже должны подготовиться к прилету. Среди новичков будут семьи и одинокие, в том числе женщины. Задача твоего мужа – организовать им жилища и занятость, твоя – адаптировать население и интеграцию двух культур. Гелиосийцы хорошо знают, как выращивать харагрутос, так что без пропитания сектор не останется. Мы ведем переговоры о закупке большого количества оборудования и прочих товаров для переселенцев. Все это разместится в главном здании танерата и будет продаваться по сниженной цене. Надеюсь, что наши торговые контакты не прервутся и позже разовьются в постоянные потоки. Даркраст планирует построить космопорт на орбите трех планет и ограниченно откроет границы империи для внешнего мира. Пока эту роль будет выполнять крейсер, но позже у нас появится полноценный порт. Ваша же с мужем задача – обеспечить порядок в секторе и не допустить дестабилизации танерата. Тем более – первыми в сектор прибудут те женщины, которые уже родили или только родят детей местным мужчинам, если, конечно, пожелают.

– Значит, слухи не лгут?

– Не всё из них правда, но много соответствует действительности, – благосклонно кивнула принцесса.

– Нас ждут большие перемены, – задумчиво произнесла Котиро.

– Это неизбежно, – вздохнула Альда. – Даркраст шел к статусу империи долгие циклы и теперь всё должно получить новый вектор развития.

На следующий день состоялся суд над нападавшими и Сверр вынес суровое наказание – выселение на поверхность, что равносильно смерти. Окинув всех присутствующих жителей недовольным взглядом, правитель строго произнес:

– Пока вы не докажете, что способны обеспечить безопасность женщинам, танерат не получит никаких дотаций и привилегий, а также лишится того, что задумала для вас императрица Альда. Вы сами навлекли мой гнев. О том, какую цену за это нападение заплатит весь сектор Тверлок, расскажет ваш танер.

Лишать жителей всеобщей программы по улучшению демографической ситуации Сверр не планировал, просто регион получит всё в последнюю очередь и новости об этом тут же заполонили все три планеты Даркраста. Посещать последние сектора оказалось наиболее просто. Многие уже знали новости и бодро отчитывались о ходе работ и начатой подготовке. Альда лично посетила несколько новых школ, курируемых её фондом, и пообщалась с пожилыми мужчинами, заботившимися о мальчишках. Проблемы в танератах были, но откровенной бедности, голода или озлобленности принцесса не заметила. Люди были рады постоянному присутствию медитеков, обновлению рабочих установок и программе по освоению новых профессий. Недавно объявленный императором набор групп желающих обучиться пилотированию космических суден уже вовсю работал. Молодые юноши и вышедшие на заслуженный отдых мужчины садились за одни скамьи для изучения звездных карт. В главном секторе планеты Тору будет основана Лётная Академия, выпускники которой вскоре встанут у руля флота Даркраста. Альда знала, что Сверр уже ждал профессоров, которые начнут преподавать более углубленные дисциплины, ибо, помимо пилотов, были необходимы инженеры и техники, а также иные специалисты полного цикла полета. Но лишь лично увидев то масштабное дело, что затеял её супруг, оценила основательность новой идеи.

– Я запланировал создать настоящую Лётную Академию, – довольно прищурившись, признался император, когда им показывали большое здание, специально выточенное из каменистой породы. – Даркрасту нужен свой флот, и мы вполне сами можем им управлять. А позже и обучать других желающих за определенную плату, естественно.

– Мне кажется, все должно получиться, – кивнула принцесса. – Место есть, преподаватели вот-вот прибудут. Что еще надо?

– Практика, – хмыкнул Сверр. – Я договорился, что она пройдет на кораблях Зевуса, что охраняют Даркраст. После этого первые десять выпусков должны подтвердить полученные навыки в Межзвездной Академии Райгондуса. Только тогда мы сможем ввести сертифицирование своих дипломов. И конечно, нам нужен собственный парк различных судов.

– Это дорогая затея, – осторожно произнесла Альда, подумав при этом: «Потянет ли казна такие расходы?»

– Да, – кивнул император, задрав голову, чтобы оценить высоту потолка главного холла будущей Академии. – Я собираюсь потратить на это много железа, но верю, что оно того стоит. В четырех ближайших галактиках есть только Райгондус, и, если Даркраст сравнится с ним по уровню подготовки, империя сможет неприлично много зарабатывать на этом. Прибыль будет не сразу и сначала нас ждут только расходы, но в конечном итоге это окупится. Если дело пойдет – я отдам под Академию всю Тору. Гравитационных камней здесь не так много: пока мы оценим перспективы затеи, успеем добыть основной запас сырья. И что нам делать с планетой позже? У неё должно быть будущее. Хотя всегда можно освоить выращивание каких-нибудь сельхозкультур.

– А что ты думал сделать с ней раньше? – недоуменно уточнила принцесса.

– Перевезти жителей на новую, – пожал плечами Сверр. – Для этого и нужен был статус империи, чтобы иметь возможность занять другие планеты сектора. Часть жителей все равно станут переселенцами, но некоторые останутся здесь. Академии нужна агломерация и прочее.

– Ты уверен в своей затее?

– Да, – твердо произнес император, взглянув на неё. – Организовать такое учебное заведение многим просто не по силам, но Даркраст сможет. Я получил данные о залежах на Гелиосе. Корпус Эфиров уже оповещен о том, сколько им необходимо подготовить железа для выкупа сырья. Часть средств я возьму банковскими счетами, а часть – технологиями. Этого хватит надолго для безбедного существования империи.

– Я полагаю, что не стоит в будущем отдавать всю планету под Академию, – осторожно высказалась Альда, подходя ближе к мужу. – А вот идея с засеянными полями мне нравится, но у нас нет столько полезного грунта для растений.

– Купим, – кивнул Сверр, обнимая супругу и вновь возвращаясь к осмотру здания. – Надо же нам всех чем-то кормить.

Хоть императорская чета и проводила лишь несколько суток в каждом из секторов, но все же тур по Даркрасту затянулся. Правитель лично посетил несколько наиболее важных шахт и проследил за работой новых установок. Обговорил с каждым танером план действий на ближайшее время, а также поставил перед каждым из них срок выполнения задач по подготовке новых жилищ и переоборудовании уже имеющихся. Так как мужчины обитали в своих домах холостяками, они в основном питались в городских заведениях. Те, кто пожелает привести в дом супругу, должны были заметно расширить жилье и обустроить быт. Альда велела всем жрицам на всякий случай пройти курс по приготовлению пищи, но в основном этого не требовалось – женщины и так владели всеми навыками.

Вернувшись во дворец, принцесса устало повалилась на свою скамью, узнав еще одну новость. Туал и Аманита выехали из дворца и заселились на верхнем этаже администрации центрального сектора.

– Это была идея мужа, – ворчливо сообщила танерана. – Я бы предпочла оставаться во дворце, так как вынуждена постоянно присутствовать здесь по делам. Но Туал заявил, что все танеры живут в своих домах, и вот мы теперь обитаем на полупустом этаже.

– Со временем обустроитесь, – лаконично высказалась Альда.

– Мне не очень удобно ходить, – пожаловалась Аманита, потерев свой живот. – Хоть я и летаю на платформе, но все же.

– Может твой муж хочет свой дом? – весело парировала императрица. – Он скоро станет отцом и, как и другие танеры, хочет быть на равных. Все-таки целый этаж лучше, чем три комнатушки во дворце.

– Но я уже привыкла к ним, – кисло отозвалась недовольная придворная дама.

Раздавая сотни указаний и приказов, Альда в основном работала над проектом закона «О женщинах». Общение со жрицами и танеранами весьма продуктивно продвигало дело, ибо императрица всегда задавала наводящие вопросы об ожиданиях будущих жен и матерей, которых судьба может сделать самостоятельными гражданками общества. Последний пункт оказался камнем преткновения между супругами. Сверр был категорически против разводов.

– Нет и точка, – резко сказал император, когда они в очередной раз обсуждали её работу за обедом. – Брак – священный союз, в который вступают осознанно. Что значит «передумают»? Это что, игра? Мужчина выбирает спутницу, о которой должен заботиться и которая родит ему детей. В какой момент он вдруг может передумать?

– В процессе совместного проживания, – иронично предложила принцесса. – Именно поближе узнав человека – можно действительно решить, подходит тебе он или нет.

– Я против, – продолжал гнуть свою линию Сверр. – Брак это обязательство, не «могу-не могу», «хочу-не хочу». И потом, что делать им дальше? Супруга, допустим, может вернуться в башню, а вот мужчине уже ни одна другая жрица не доверит свою судьбу. Да и разведенной женщине нелегко будет вступить в новый союз.

– Я могу тебе привести пример достойного брака, который образован со второго раза, – коварно парировала Альда.

– Ну, удиви меня, – скептично хмыкнул мужчина, сосредоточившись на своей тарелке с золотой филигранью.

– Наш, – лаконично отозвалась императрица. – Или ты забыл о моем первом муже?

Сверр застыл с вилкой в руке, метнув острый взгляд на неё. «Подловила» – мрачно подумал правитель, недовольно поджав губы и отложив столовые приборы.

– Это не одно и тоже, – проворчал он.

– Если бы не было развода, меня бы ждала казнь, – ровно произнесла принцесса Вако и Фарогоса.

– Я очень сильно сомневаюсь, что дон Эрнесто снес бы тебе голову, – скептично отмахнулся Сверр.

– И все же, он в первую очередь король и должен исходить из интересов государства, а я, как ни крути, совершила большую ошибку, – напомнила Альда, вскинув брови. – Сейчас я понимаю, что ссылка с планеты – это был единственный шанс сохранить мне жизнь. Но, правда в том, что наш союз с Эриалом распался задолго до этого случая.

– Не стоит сравнивать эти вещи, – ответил император, поморщившись от правоты в словах жены. – Ты не выбирала первого мужа, а приняла его как свершившийся факт. А на Даркрасте граждане будут вступать в союз по собственному выбору.

– Так и тебя я не выбирала, – весело парировала принцесса, отпивая освежающий напиток. – И, если честно, встретив тебя до брака, я бы не оставила Даркрасту ни единого шанса породниться с Вако.

Мрачный мужчина, поджав губы, язвительно произнес:

– Спасибо за откровенность.

– Я имею в виду, что за время брака все может измениться, – весело пояснила Альда. – В любую сторону. На свадьбе с Эриалом я выглядела самой счастливой невестой, а с тобой у нас даже не было торжественного ужина. Хотя, как я могла забыть своё первое появление на троне?

Последнее императрица произнесла иронично-язвительным тоном, продолжая улыбаться.

– Кто бы мог тогда сказать, что тебе понравится новый дом, да? – ехидно парировал Сверр, заставив супругу нетактично закатить глаза.

Взаимная пикировка не дала результата, ибо правитель отвергал сам факт разводов в империи. Принцесса продолжила работу, составляя оба варианта законопроекта, уделяя больше внимания тому, где возможность разойтись без «только смерть разлучит нас» имелась. В скором времени все храмы отчитались, что первые пары уже согласованы и были полностью готовы к новому этапу. Альда, как глава религиозного культа государства, произнесла речь перед подданными империи и напутствовала жриц на новую жизнь.

– Вы вступаете в новую эпоху Даркраста и отныне строите свою судьбу самостоятельно, – спокойно произнесла главная женщина всех трех планет. – Я благословляю вас на счастье и любовь. Растите сыновей и дочерей вместе с мужьями. Мы все дети одной богини и Ивран войдет с вами в дома, осветив своей благодатью каждый очаг и кров.

Сверр торжественно обратился к нации за день до Всеобщего дня Союзов, как было решено ознаменовать это событие, и так же призвал мужчин ответственно отнестись своему выбору и тем судьбам, что отныне зависели от них.

– Довольна сегодняшними событиями? – иронично поинтересовался Сверр, заходя поздно вечером в их спальню из купальни.

– О чем ты? – скептично уточнила Альда, полулежа в кровати и убирая в сторону проект закона.

– Ты добилась того, что задумала еще со времен интронизации, хотя я был против, – напомнил супруг, сбрасывая с себя халат.

– Ты не был «против», – возразила принцесса. – Просто сомневался в правильности этой идеи.

– Что-то мы с тобой помним тот вечер по-разному, – весело произнес император, забираясь на постель.

– Я все отлично помню, – поморщившись настаивала она, повернувшись спиной к мужу. – Помассируй поясницу, пожалуйста.

В последнее время беременность стала тяготить правительницу и вечерами Альда жаловалась на боли в спине. Автодоктор ничего не показывал, кроме напряжения уставших мышц, на которые приходилась тяжесть ношения плода. Сверр периодически предлагал бассейн фракса, который обладал расслабляющим эффектом, но принцессе было трудно выбираться из него, и женщина боялась упасть на скользком полу купальни. Сошлись на массаже.

– Тут? – спросил мужчина, начав слегка надавливать на поясницу.

– Нет, – проворчала Альда. – Чуть выше.

– Так?

– Нет, чуть правее.

«Чуть правее» – печально вздохнул Сверр, вспоминая, как супруга поучала его в кровати в начале брака. – «Когда у меня опять будет это „чуть правее“?». Услышав мысли мужа, принцесса не смогла удержаться от смеха.

– Ну-у, не здесь, – чуть позже взмолилась она.

– А где? – пробурчал мужчина, обшаривая всю спину и надавливая где угодно, но не там, куда нужно.

– Дай покажу!

Пока Альда с трудом повернулась лицом к мужу, Сверр уже проворно улегся к ней спиной и придвинулся для массажа. Положив руки на его поясницу, императрица стала надавливать.

– Вот здесь.

– Где-где? Я еще не разобрался, – жалобно произнес большой мужчина.

– Ну, вот тут!

– О-о-о-о, – откровенно блаженно застонал он, наслаждаясь массажем и тут же громко айкнул, когда получил удар кулачком в спину. – За что?

– Ты – хитрый негодяй! – обиделась Альда, вновь с трудом поворачиваясь к мужу спиной. – Вместо того, чтобы помогать мне – заставил массировать себя!

Веселый смех императора огласил спальню и разбудил уже уснувших гуархов, поднявших морды.

– Ну, прости, – прошептал Сверр, кладя ладони на её поясницу и начиная совершать нужные движения в правильном месте. – Просто не сдержался. Ты хороша в массаже.

– Да? – подозрительно уточнила принцесса.

– Угу, – просопел супруг, занятый её спиной. – Мне вообще нравится всё, что ты делаешь в кровати.

Цокнув, Альда закатила глаза, наслаждаясь массажем, и его расслабляющим эффектом. Застонав от удовольствия, она засмеялась, услышав комментарий от мужа:

– О, а я ведь тоже хорош в постели.

– Да, но тебя пришлось подрессировать, – весело напомнила женщина и, когда Сверр вдруг застыл, недовольно добавила. – Кто тебе сказал останавливаться? Продолжай.

– У тебя в роду явно были эксплуататоры, – ворчливо отозвался император, возобновив массаж и ублажение беременной супруги.

– Эксплуататоры, тираны, деспоты и диктаторы, – сообщила Альда. – Ты знал, кого берешь в жены.

Глава 41

Жизнь потекла своим чередом, наполняясь десятками задач и забот. В империю стали пребывать первые гелиосийцы, которые со страхом и опаской покидали транспортные корабли, зафрахтованные по такому случаю в соседних секторах. Женщин с детьми размещали в белых башнях, а семьи получали во владение жилища, что не могло не радовать переселенцев. Среди уроженцев Даркраста стало образовываться больше семей, так как опыт первопроходцев оказался положительным. Жрицы охотнее выбирали спутников, уже чувствуя уверенность в будущем. Империя наполнялась шумом городов и гулом голосов. Последние гелиосийцы прибыли вместе с даркрастианскими специалистами раньше выделенного Сверром срока. Отчитавшись в проделанной работе, мужчины поспешили в свои танераты, чтобы успеть заявить о желании образовать союзы с матерями своих сыновей.

– Ни один из благородных гелиосийских домов не прилетел на Даркраст? – иронично уточнила Альда, медленно подходя к мужу.

Большой живот сделал её неповоротливой и крайне осторожной. Правительница заметила очередных специалистов, держащих ответ перед её супругом. Решив узнать последние новости, она спустилась на тронное плато, хотя с недавних пор предпочитала не покидать белый и зеленые залы без лишнего повода. Иногда она целый день работала в пещере, наслаждаясь теплом звездных лучей и свежестью кислородной камеры.

– Они узнали от моих людей, что в новом мире нет знати, а только управляющие, и не пожелали становиться служащими, – хмыкнул император, рассматривая банковский накопитель в своих руках.

– Что это? – спросила принцесса, когда супруг привычным жестом приобнял её. – Ты собрался за покупками?

– Это – королевская казна Гелиоса, – иронично ответил Сверр, отдавая ей платежный диск.

– Что?! – изумилась Альда, вглядываясь в светящиеся линии. – Он даже не заполнен до конца! Как такое возможно?

– Я распорядился поступить со всеми честно, – пожал плечами правитель. – Жителям заплатили полновесную стоимость их имущества, и вот всё что осталось. Весьма справедливо, ибо предыдущий король опустошал карманы своих подданных.

– Но все же я полагала, что останется чуть больше, чем «ничего», – проворчала принцесса, поджав губы.

– Даркраст получит свое при продаже гелиосийских камней, – успокоил её супруг. – И весьма много. Если бы Кигберн раньше озаботился оценкой стоимости сырья – Гелиос бы процветал еще десятки циклов.

– Или, скорее всего, продолжал жить в упадке при переполненной казне, – парировала императрица.

– В любом случае, на орбите королевства остался «Арес» с моими людьми, чтобы засвидетельствовать уничтожение планеты, – продолжил Сверр. – Они проследят за сбором камней и сообщат о точном количестве добытых ресурсов.

– Хорошо, – вздохнула Альда и, взглянув на мужа, высказалась о цели своего визита на тронное плато. – Я недовольна тренером гуархов.

– Мы это обсуждали, – скептично приподняв брови, отозвался мужчина. – Им нужен такой темп тренировок, чтобы выработать выучку и прекратить кошмарить дворец. Ты сама знаешь, что они превратились в банду мародеров. Соур уже вооружился и вчера с топором гонялся за ними по кладовой.

– Кто ему вообще позволил подобное? – проворчала принцесса, слишком сильно потакавшая своим питомцам.

– Я, – веско произнес император, целуя её в кончик носа. – У меня дела в городе. Буду к ужину.

– Сегодня обойдись без Туала, – вдруг попросила Альда, когда Сверр успел сделать шаг в сторону.

– Почему?

– Аманита час назад родила сына, – сдержанно сообщила императрица.

– Уже? – удивился мужчина, внезапно нахмурившись.

«Как быстро летит время» – успела услышать принцесса мысли мужа.

– Да, – вздохнула она. – Все случилось неожиданно, но, хвала Богам, танерана находилась по делам в храме и ей тут же оказали помощь.

– Хорошо, – задумчиво кивнул Сверр. – Без Туала, так без Туала.

Час спустя во дворец явилась ремонтная бригада, когда-то занимавшаяся переделкой перед королевским приемом. Удивленная императрица узнала, что её супруг распорядился обустроить большую спальню для будущего наследника империи. У инженеров был подробный план и планировка детской комнаты. «Даже не спросил меня» – хмуро подумала Альда, разглядывая, как отодвигают массивную статую владыки Агрога, за которой отныне будут располагаться покои принца Даркраста.

Рабочие натянули противопыльную сетку и приступили к освобождению гравитационного камня и расширению пространства. Все манипуляции хорошо просматривались из белого зала, в котором находилась императрица. Место выбрано удачно: близко к главной спальне, но не соединено прямым проходом, лишь широкой площадкой, на которой так же был выход к рабочему кабинету. Пока наследник будет еще мал, такое близкое соседство – простая необходимость. Позже дворец можно будет расширить и оборудовать принцу отдельные покои чуть дальше, превратив детскую в игровую или ученическое помещение. Но тот факт, что Сверр самостоятельно решил этот вопрос, не спросив или посоветовавшись с ней, говорил об одном – жизнь сына её не касалась.

Принцесса все больше размышляла о том, что будет после родов. Сегодняшнее счастливое событие в жизни её придворной дамы как нельзя громко оповестило императрицу о скором разрешении от бремени и новых переменах в жизни.

Оглядываясь по сторонам, Альда видела перемены, но все больше ощущала их внутри себя. Она заметно изменилась со времен прилета в этот дворец и одновременно осталась прежней. Если бы тогда принцесса знала то, что случится потом – никогда бы не заставила Сверра дать ту клятву. «Правитель, не сдержавший данного им слова, будет предан всеми» – этот постулат вбивается в головы всех королевских отпрысков с колыбели и нарушение сулит беды тому, кто забудет святость этих слов. Гуляя среди зелени бывшей кислородной камеры, императрица горько сокрушалась о прошлых поступках, поставивших крест на её счастливом материнстве. В такие моменты все чаще вспоминалась судьба сестры и Альда сознательно гнала от себя образ Сэрны.

Сверр, плотно занятый заботами новых подданных, поздно возвратился во дворец. Дождавшись мужа, она прямо спросила о покоях принца и том факте, что её мнением никто не озаботился.

– Я не думал, что они так рьяно возьмутся за дело, – устало произнес император, укладываясь в постель. – А план детской был готов еще во время перестройки дворца. Ты же сама мне его отдала на согласование. Считай, что я его одобрил.

– Ясно, – спокойно отозвалась будущая мать, взглянув на уснувшего мужчину.

За четыре дня просторная спальня наследника империи Даркраста была закончена и уже наполнилась подходящей мебелью из хранилища. Глядя, как слуги заносят мебель и расстилают толстый ковер, укрывший почти все помещение, Альда стояла, словно громом пораженная. Последним стало кресло, занявшее свое место и парившее на гравитационных подпорках и мягко покачивающееся в воздухе. Именно здесь следует матери убаюкивать свое дитя, прижимая к груди. Вещи были не новыми, так как некоторые потребовали ремонта после долгого ожидания в сейфах. Вирал любезно перетянул мягкие игрушки новой тканью с веселыми мотивами. Разглядывая интерьер – сложно было поверить, что всё приобреталось суровыми владыками Даркраста, но они явно были заботливыми и любящими отцами. Реалистичные фигурки трех азраков, выточенных из камня, были работой деда Сверра, а кресло – отца и предыдущего владыки Агрога. Но самый большой удар под дых Альда получила в спальне, куда взволнованная императрица вошла, чтобы собраться с силами после посещения детской. Возле супружеской кровати, с её стороны, расположилась колыбель.

Заморгав от неожиданности, принцесса впилась глазами в роскошный деревянный предмет мебели. Дыхание вдруг затруднилось, а мысли исчезли в пустоте. Впервые ребёнок стал для неё таким реальным, что силы почти покинули женщину. Не чувствуя пола под ногами, Альда подошла к детской кроватке и не смогла коснуться её. Кусая себя за внутреннюю часть щек, императрица отдернула руку. Обессиленно усевшись на кровать, она застыла, разглядывая тонкую работу неизвестного мастера, любовно украсившего предмет мебели.

Из оцепенения принцессу вывел стук в дверь.

– Войди, – негромко произнесла правительница, продолжая смотреть на колыбель.

В спальню почти бесшумно вошла Аманита, привлекая внимание госпожи.

– Добрый день, ваше императорское величество, – смущенно произнесла танерана.

– Ты рано, – отрешенно сказала Альда, отметив, что придворная дама вернула себе стройную фигуру. – Я не ждала тебя раньше тридцатого дня.

– Срочные дела в секторе вынудили меня оставить сына, – с сожалением призналась Аманита, проходя вглубь помещения. – Раз уж я здесь, то решила заглянуть к вам.

Молодая мамочка неуловимо изменилась. Фигура танераны не несла в себе следов долгой беременности, но императрица отметила, что взгляд женщины стал другим. Одухотворенным, мудрым или даже просветленным. Сложно размышлять о таких вещах, тем более, когда сама вот-вот готовишься стать родительницей. Сегодня Альда была слишком чувствительной ко всякого рода материнским темам, а стоявшая тут колыбель и вовсе не помогала собраться с мыслями.

– Новые покои для принца уже готовы, – мягко произнесла Аманита. – Я заглянула туда в поисках вас.

– На кого ты оставила ребенка? – перебила её императрица.

– Как вы и советовали – привлекла жриц из башни, – пожала плечами танерана.

– Сообщи Рахибе, чтобы подобрала мне из своих подопечных помощниц, – сдержанно приказала Альда, опустив взгляд к полу.

– Когда они должны прибыть? – деловито уточнила первая помощница.

– Как можно скорее, – глубоко вздохнув, произнесла хозяйка спальни. – На момент родов они уже должны быть рядом с принцем.

Чем ближе подходила к ней Аманита, тем сильнее принцесса ощущала сладковатый запах чего-то необъяснимого. Недолгие размышления привели будущую мать к выводу, что так пахнет сын танера Туала, и дышать с каждым разом становилось сложнее.

– Почему не из ближайшей башни? – озадаченно уточнила придворная дама.

– Я не слишком хорошо поладила с Иттерой, – поджав губы, призналась Альда. – А Рахиба мне нравится больше.

– Сколько нужно девушек? – тут же уточнила танерана, набирая сообщение для обозначенного доверенного лица.

– Трех будет достаточно, – спокойно ответила принцесса. Взглянув на помощницу, она мягко добавила. – Я рада, что у тебя родился ребенок. Ты счастлива?

– Очень, госпожа, – прочувственно призналась Аманита, нежно улыбнувшись.

– Иди, – печально вздохнув, кивнула на дверь императрица. – Не покидай малыша надолго.

– Вам что-нибудь еще нужно? – чуть задержавшись, спросила придворная дама, с заметным нетерпением спешившая удалиться.

– Нет, у меня все есть, – покачала головой Альда, отпуская танерану.

Едва за женщиной закрылась дверь, принцесса глубоко вздохнула, вновь переведя взгляд на колыбель. В груди застучало сердце, а слезы вот-вот готовы были пролиться из глаз. Предчувствие большой беды повисло в воздухе, и никто не смог бы помочь ей. Сегодня она не только принимала окончание работы в покоях своего принца, но и с облегчением завершила правки к закону «О женщинах». Альда знала, как заставить Сверра принять вариант с возможностью развода – в тот момент, когда он спросит о желаемой награде за рождение сына. Правитель Даркраста не сможет отказать женщине, подарившей ему наследника. Это было важно для неё, потому что решало судьбы многих женщин и мужчин. Принцесса всегда знала правила, на которых стоял этот мир – королевская кровь – это большое бремя и ответственность, а так же жертва, которая требует думать, прежде всего, о подданных. Лидер всегда на острие и всегда под давлением, осуждением, когда каждая ошибка может стать фатальной.

Мрачно посмотрев в зеркало, Альда встретила собственный тяжелый взгляд и трясущиеся губы. Как она сможет оставить свое дитя в этой колыбели и уйти прочь? Грядущее казалось немыслимым! Принцесса и так жила для других, проводя в заботах о подданных каждый час своей жизни. Возможность попросить в важный момент что-то для себя вдруг блеснула на задворках сознания. Кто узнает, что она смалодушничала? Сверр примет закон без возможности развода, а Альда сохранит сына. Родного сына! Что может быть важнее этого?!

Только тысячи судеб, зависящих от воли и приказов из дворца. Она сама жила в несчастливом союзе и прекрасно знала, что такое постылый брак. Сколько людей окажутся в ловушке с нелюбимыми, и на какие меры они пойдут, чтобы освободиться от бремени?

И все потому, что их императрица не смогла пересилить себя. Трусливо выторговала сына. Как она сможет хоть еще раз заговорить о благе для подданных? Сверр будет знать о том, что Альда малодушная особа, пекущаяся только о себе и наплевавшая на долг и данное слово. Как она сама сможет взглянуть себе в глаза, зная о таком грешке? Сжав в руке инфоблок с уже трижды проклятым ею законом, принцесса швырнула железяку в зеркало, желая разнести в клочья собственный труд или хотя бы отражение императрицы, гордо носящей драгоценную корону. Но, к сожалению, зеркальная поверхность лишь пошла легкой вибрацией и уцелела, что уж говорить о инфоблоке, который мог прекрасно сохраниться и в открытом космосе.

На шум сбежались служанки, но Альда отослала обеспокоенных девушек, позволив им раздеть себя. Печальный и откровенно горюющий вид госпожи встревожил окружающих, но они не посмели задавать вопросов. Поздно вечером Сверр вернулся во дворец, слишком уставший для разговоров, и, проскользнув в постель к супруге, успел лишь обнять её, тут же проваливаясь в крепкий сон. Задумчиво поглаживая его руку, принцесса представляла свою будущую жизнь: без сына, без мужа, вдали от дома, лишь изредка приглашенную в собственную спальню изобразить счастливое и крепкое семейство перед гостями. Стоит ли гордость всего этого? Ведь даже во снах она была иной. Просыпаясь, Альда не чувствовала вмешательство супруга, но её подсознание уже необратимо перестроилось. Теперь в каждом сне рядом с ней присутствовал Сверр. Даже там, где должен быть другой мужчина. Тот, который когда-то бередил её душу своей страстной натурой и холодным пренебрежением. Казалось, это было в далеком прошлом.

Помимо личных тревог правительницы империя переживала небывалые перемены. Гелиосийцы, скованные страхом неизвестности, уже оценили и спокойный уклад жизни даркрастиан и их невозмутимую уверенность в завтрашнем дне. Дворец наводнили новые служащие, из числа переселенцев, которые должны уравновешивать присутствие местных подданных. Принцесса приняла часть королевских слуг в штат императорского дворца, остальных же распределила по резиденциям танеров. По инициативе высших жриц фонд Альды так же занимался поиском гелиосиек, желавших образовать брачный союз с даркрастианами. Опрос и аналитика показали высокий интерес с обеих сторон, так что сектора стали отчитываться о количестве новых семей.

– Что она делает? – вдруг недоуменно спросила Аманита, выводя из раздумий императрицу, которая в этот момент как раз изучала статистику.

– О ком ты? – недоуменно уточнила принцесса, взглянув на придворную даму, укачивавшую сына подле неё.

– О ней, – неприязненно повторила танерана, кивнув в сторону тронного плато, где собрались десятки вельмож.

Сверр восседал на своем месте, хмуро выслушивая очередной доклад, попутно изучая какой-то документ. Альда отметила, что придворные наконец-то поняли, что не следует слишком близко обступать императора, и держались на почтительно расстоянии. Единственным, кому разрешалось находиться возле правителя – это стража, несшая боевое дежурство. Но в этот момент принцесса разглядела на помосте возле супруга молодую особу, которая держала поднос с напитком.

– Очевидно, не дает господину умереть от засухи, – скептично ответила императрица на претензии Аманиты.

– Она слишком долго там стоит и слишком низко наклоняется, – недовольно прокомментировала супруга управляющего.

– Ты предпочла бы, чтобы служанка бросила в Сверра кувшином? – хмыкнув, предположила Альда, взглянув на танерану.

– Я бы предпочла, чтобы она не терлась возле императора, – мрачно выдала придворная дама, хмуро продолжая разглядывать попытки гелиосийки привлечь внимание правителя.

Принцесса все же обратила взор на тронный помост и проследила за реакцией мужа. Сверр сосредоточенно слушал доклад и изучал документ, что предоставили ему на ознакомление. Едва девушка вновь склонилась к главному мужчине в империи, как он свел брови еще сильнее и едва заметным жестом отпустил служанку, дав понять, что ни пить, ни есть, ни разглядывать вырез чужой блузки не желает.

– Так тебе и надо, шлюшка, – фыркнула Аманита, также наблюдая за этой сценой.

– Это весьма резкий эпитет, – миролюбиво прокомментировала Альда, с усмешкой взглянув на танерану.

– Мне достаточно циклов и опыта, ваше императорское величество, – сдержанно произнесла она, приподняв одну бровь. – И я прекрасно вижу, когда кто-то желает улучшить свое положение за счет того, что прячет под юбкой.

– Ваш господин выглядит заинтересованным? – отрешенно уточнила принцесса, лукаво взглянув на придворную даму, отметив про себя, что весь белый зал со служанками и молоденькими жрицами так же наблюдает за развернувшейся сценой, прислушиваясь к разговору двух женщин.

– Слава Ивран, нет, – вздохнула Аманита, переложив сына в левитирующую колыбель.

– В этом и суть ситуации, – хмыкнула Альда. – Того, кто хочет быть верным, не собьют с пути и сотня искусительниц, а того, для которого простой намек уже соблазн – не удержат и сотня замков.

Размышляя об увиденном, императрица четко осознала тот факт, что ни на мгновение не усомнилась в муже. Сверр принадлежал ей и сердцем и душой, не произнеся ни единого пафосного слова или жеста. А она? Представив на миг правителя Даркраста и Тень прошлого рядом, принцесса поняла, что выбор столь очевиден и прост, что сам вопрос был насмешкой. Глубоко дыша и чувствуя шевеление сына, Альда наконец-то осознала, что любит своего мрачного супруга, утянувшего её во тьму с головой.

Нелегко признаться в том, что вновь открыла сердце этому ужасному чувству, но еще тяжелее решиться покинуть любящего мужчину, без которого уже давно не мыслишь себя и будущего. Сердце застучало в груди, будто раненное животное, в агонии ожидающее последнего удара. Осторожно поднявшись на ноги, императрица отмахнулась от помощи служанок и медленно побрела в зеленый зал, открытый для неё Сверром. Эта пещера была щедрым подарком, сделанным в желании угодить ей и заслужить прощение. Весь полет к Гелиосу оказался жестом утешения для Альды, чтобы она не чувствовала себя предательницей сестры. Это и еще десятки разных знаков, которые подавал ей супруг, чтобы показать, как она важна для него.

Ком в горле пришлось сглатывать дважды, чтобы задышать свободнее, но от этого слезы не отступили, а буря в душе лишь разыгрывалась все сильнее. Так ли важно сейчас, когда все изменилось? Любить Сверра так просто и желанно, но что будет после рождения сына? У Альды будет только один цикл, который она проведет подле своего принца, а позже императрица должна будет ответить на вопрос «Что ты желаешь в благодарность за сына?». Как же ей хотелось ответить малодушно! «Желаю отказаться от проклятой сделки! Желаю любить тебя всей душой! Всем сердцем желаю быть любимой и любящей женой и матерью!».

– Чем занята? – вдруг раздался довольный голос императора за её спиной.

– Гуляю, – легко ответила принцесса, собравшись с силами и мягко улыбнувшись ему. – Устала сидеть.

– Как себя чувствуешь? – спросил Сверр, подходя ближе по дорожке.

– Твой сын сегодня слишком беспокойный, – хмыкнула Альда, погладив свой живот.

– Досаждать тебе – это у нас с ним общее, – усмехнулся мужчина, предлагая ей свой локоть для опоры.

– Как продвигаются дела? – заинтересованно уточнила принцесса, решив заглушить затрепыхавшееся сердечко, когда родной аромат мужа ударил в нос.

Давным-давно она составила духи, которыми Вирал пропитывал одежду императора, так что вокруг Сверра постоянно витал немного экзотический дух: первые цветы Даркраста, дорогой алкоголь, редкая кожа и специи с далеких планет стали прочно ассоциироваться с правителем империи.

– На Тору прибыли преподаватели, – доверительно поведал супруг, отвечая на её вопрос. – Я хочу встретиться с ними до всех занятий и обсудить работу.

– Ты полетишь туда к ним? – удивленно спросила Альда, чуть нахмурившись.

– Собственно за этим и пришел, – кивнул Сверр. – Если вылечу сейчас, то завтра к вечеру уже вернусь домой. Обещай, что за это время не родишь. Я хочу первым взять сына на руки.

– Пока я не чувствую прихода родов, – хмыкнула правительница. – Думаю, до завтрашнего вечера удержу сына в себе.

– Справишься тут без меня? – тихо поинтересовался он. – Я постараюсь не задерживаться.

– Поезжай спокойно, – уверила принцесса. – С нами все будет хорошо. И детально обсуди все с учеными, чтобы не возвращаться постоянно к неоконченным делам.

– Ждите меня завтра к ужину, – чуть прищурившись, произнес Сверр, целуя жену, и, наклоняясь к её животу, добавил. – Не докучай маме.

– Лети уже, – заулыбалась Альда, погладив большого мужчину по темной макушке.

Глава 42

Ночью у императрицы неожиданно начались роды. Распереживавшись, что впервые за долгое время спит одна, женщина стала представлять себе дальнейшую жизнь. «Так и буду лежать в холодной постели» – скривившись от дурных чувств, мрачно представляла принцесса, когда низ живота вдруг скрутило болью, заставив женщину поморщиться от реального дискомфорта. Призванные на помощь служанки быстро переместили госпожу в капсулу, и спустя час принц Даркраста появился на свет, окруженный служанками и стражей, разбуженной суетой в главных покоях. Аманита прибыла к моменту рождения и приняла будущего императора на руки, пока его матушка проходила лечение в медитеке.

Едва Альда пришла в себя, то обнаружила улыбающуюся танерану со свертком на руках, выстроившихся в шеренгу слуг, стражников, а также прибывших накануне во дворец трех нянек, одной из которых предстояло стать кормилицей принца. Айла ловко накинула на плечи тонкий халат, укутывая обнаженную госпожу в метры газовой ткани.

– Посмотрите, какой у нас красавец! – восторженно произнесла Аманита, подходя ближе к капсуле.

– Дайте мне немного прийти в себя, – сглотнув ком в горле, прошептала принцесса, отведя взгляд от сына.

Поднятая слугами суета дала Альде передышку. Стража, поклонившись наследнику престола, покинула небольшое помещение лаборатории. Девушки помогли императрице перебраться на постель и удалились. В спальне остались лишь новоявленная родительница и танерана с младенцем на руках.

– Ваше величест…

– Положи его в колыбель, – перебила принцесса придворную даму, все еще не взглянув на сына.

– Но…

– Можешь быть свободна, – строго произнесла Альда, чувствуя, как боль все больше сдавливает грудь.

– Как прикажете, – сдалась Аманита, аккуратно укладывая шевелящийся сверток в кроватку. Уходя, она сдержанно добавила. – Я сообщу нянькам, чтобы позже зашли проверить малыша.

Когда за танераной закрылась дверь, императрица судорожно втянула в легкие воздух, задрожав, будто в лихорадке. Краем глаза она заметила движение в колыбели и, закрыв лицо ладонями, постаралась взять себя в руки. Сладкий аромат с примесью медитека окутал спальню, и Альда медленно повернулась на тихий писк. Сердце словно барабаны стучало в груди, сжимаемой тоской. Маленькая ручка и округлая щечка проглядывались между резными балясинами, заставив женщину затаить дыхание. Против воли принцесса оказалась рядом, заглянув внутрь кроватки. Личико, такое маленькое и нежное, а ручки, тонкие и хрупкие, заставили мать всхлипнуть от недостатка кислорода. Изо всех сил желая обнять свое дитя, Альда протянула руку, чтобы коснуться малыша, но в последний момент застыла. «В тот день, когда станешь матерью» – вспомнился голос сестры. – «Не бери сына на руки, иначе никогда не сможешь отдать. Единожды вдохнув запах своего дитя, ты сойдешь с ума от потери».

В отчаянии закрыв себе рот, она рухнула на пол, ухватившись за колыбель. Слезы хлынули наружу, застилая все вокруг, пока заглушенные рыдания сотрясали принцессу. Сердце сжималось, вырываясь из груди, и тысячи проклятий сыпались на собственную голову, пока Альда не отрываясь смотрела на самое дорогое для неё существо во Вселенной. Сколько она просидела у кровати сына – мать не считала, наверное, была готова и дальше оставаться на холодном полу, лишь бы досыта наглядеться на малыша. Слезы все еще не останавливаясь стекали по щекам, когда в спальню вошла обеспокоенная нянька. Оторопев от вида гордой императрицы, она опустила взгляд и тихо произнесла:

– Простите меня, ваше императорское величество, но принца пора покормить. Пока вы были в капсуле, ему уже ввели все необходимые регуляторы, и желудок вот-вот заработает.

– Делай всё что нужно, – безжизненно прошептала Альда, продолжая смотреть на сына.

Едва ребенка унесли, принцесса заметалась в еще более жутком беспокойстве. Умом она понимала, что так правильно, но душа зашлась в смертельной тоске. Как она вообще думала оставить сына и уйти?! Как это возможно физически?! Даже сейчас она не могла дышать, а что будет потом?!

Когда час спустя малыш вернулся в спальню родителей, Альда уже была готова бросаться на окружающих, но внешне проявила это лишь горящим взглядом. Нянька уложила принца в колыбель и планировала остаться рядом, но императрица велела ей выйти. Альда знала, что ей предстоит суровая ночь, полная отчаянных сожалений, и свидетели были ни к чему.

Няньки проверяли своего подопечного каждый час и с тревогой отмечали ухудшающийся вид его матери. Императрица молчала, стиснув зубы, продолжая бесшумно плакать, и к утру довела себя до предела. Один из стражников по просьбе Аманиты уложил госпожу в постель, пока принца унесли в детскую. Измученная страданиями женщина не сопротивлялась, лишь тревожно проводила взглядом няньку сына.

Душа горела в груди от боли и не находила себе места от ужаса. Все прошлые слова полетели в бездну, а аргументов в пользу благородства оставалось все меньше, но Альда знала, что не сможет поступить иначе. Именно то, что должно произойти, так пугало принцессу.

Полдня в спальне стояла тишина и темнота. Слуги появлялись проведать мать и дитя, исчезая так и незамеченными госпожой. Принц получал необходимый уход и питание, но гнетущее состояние императрицы тревожило окружающих. Внезапно Альда услышала твердые и четкие приближающиеся шаги. Так решительно по дворцу передвигался только хозяин. Резкий свет в спальне заставил императрицу зажмуриться и выйти из оцепенения. Походный черный кожаный китель, строгий и лишенный всяких украшений, без слов говорил, что правитель спешил домой и только-только сошел с транспортного челнока.

– Всем выйти, – сдержанно произнес Сверр, оглядев присутствующих.

Принцесса даже не замечала, как много здесь собралось народа. Слуги, кое-кто из стражников, няньки, гуархи и даже несколько из учениц. Когда мимо императора несли принца, он остановил женщину, чтобы взглянуть на него. Глубоко вздохнув, Сверр кивком головы отпустил кормилицу вслед за всеми. Строго взглянув на супругу, мужчина едва ли не пылал от ярости.

– Что ты здесь устроила? – сурово произнес он. – Вместо того, чтобы купаться в любви, мой сын попал на похороны здравого разума его матери?

– Сверр…

– Меня не было дома всего сутки! – перебил её император, тяжело дыша. – И за это время ты успела превратиться из спокойной и рассудительной женщины в полуобморочную истеричку? Что с тобой произошло?!

– Ты знаешь, – тихо ответила Альда.

– Ты вдруг обнаружила, что «сказать» и «сделать» не одно и то же? – уточнил Сверр, начав расхаживать из стороны в сторону, при этом не отрывая взгляда от её лица. Взмахнув рукой, обводя спальню и колыбель, он добавил. – И? Все это помогло тебе наконец-то принять правильное решение?

Сглотнув ком в горле, принцесса опустила взгляд, не ответив. Поняв, что она намерена исполнить сделку, мужчина мысленно разразился отборной бранью, от которой уши и щеки императрицы запылали.

– Какая же ты упрямая, – мрачно покачал головой Сверр, когда поток ругательств иссяк. – Всегда всё должно быть только так как ты хочешь, да?

– Это неправда, – пробормотала Альда, но очевидно, что супруг этого не услышал.

– Хорошо, – вдруг решительно произнёс он. – Будь по-твоему. Раз никто тебе не нужен: ни сын, ни я – решим вопрос сразу. Не будем затягивать неизбежное.

– Что? – изумленно встрепенулась принцесса, приподнявшись на постели.

– Я уже понял, что ты не собираешься менять своего решения, – печально сообщил Сверр. – Вижу, что тебе нелегко дается находиться рядом с моим сыном. Жду через десять минут в моем кабинете и захвати свой закон. Сегодня ты заплатишь за него высокую цену.

Громко хлопнув дверью, император показал степень своей злости, но и без этого Альда пребывала в шоке, не сумев собраться с мыслями. Сбежавшиеся в спальню служанки взволнованно смотрели на свою госпожу и в недоумении не знали, что спросить.

– Подайте мне платье, – сглотнув ком в горле, прохрипела принцесса, откинув одеяло. – Живо!

Пока испуганные девушки одевали Альду, она мрачно кляла себя на чем свет стоит. «Раскисла и дала слабину! У каждого мужчины есть предел, и, кажется, Сверр своего достиг. Если бы смогла собраться, а не разваливалась по кускам, то у меня был бы еще целый цикл рядом с сыном». Печально глядя на пустую колыбель, императрица схватила инфоблок со злосчастным законом и, стараясь сохранить присутствие духа, пошла на встречу с мужем.

Застыв перед дверью кабинета, она глубоко вздохнула и медленно вошла внутрь. Существенно расширившееся рабочее пространство отражало дух его хозяина: просторно, функционально и наполнено роскошным убранством, которое несло и практическое назначение. Массивный стол тоже подвергся модернизации и представлял собой настоящий пульт управления, способный поддерживать связь со всеми танератами, а так же вести голографическую запись и воспроизведение. Император стоял к ней спиной, разглядывая проекцию Даркраста с мигающими на ней десятками огоньков. Что они означали – Альда не знала, но мрачный настрой мужа её пугал. К тому же принцесса не слышала его мыслей, а это был плохой знак.

– Сядь, – раздался строгий голос Сверра.

Волнение захлестывало с головой, но выполнить просьбу, или скорее приказ, она смогла. Сглотнув ком в пересохшем горле, женщина не могла произнести ни слова.

– С момента смерти моей бабки прошло достаточно времени, – явно сдерживая злость, начал супруг. По мере того, как говорил, его тон все больше успокаивался. – Ты заставила меня дать клятву, что освобожу тебя после рождения сына. И хоть я не раз давал тебе понять, что не желаю этого, ты не отступилась от своих слов. Что ж, уважаю. Не каждый мужчина столь стойко следует кодексу чести. В какой-то момент мне показалось, что ты счастлива в браке, но очевидно это не так.

– Тебе не показалось, – коротко отозвалась принцесса, взволнованно дыша.

От этих слов и еще больше от погасшего запала в голосе мужа Альда совсем растерялась. Впервые за долгое время она поняла, что Сверр собрался отказаться от неё. Паника почти лишила её возможности думать, и лишь выдержка не дала впасть в истерику. Застыв, словно каменная статуя, с выпрямленной спиной, императрица продолжила слушать своего любимого.

– Признаю, я не всегда поступал честно, – как-то отрешенно произнес он. – С самого начала наш брак стал испытанием для тебя, но мне однозначно нравилось быть твоим мужем.

«НравиЛОСЬ?!» – недоуменно отметила принцесса, вскинув голову и тревожно посмотрев на напряженную спину мужа. – «Почему в прошедшем времени?!»

– Не думал, что ты сможешь отказаться от нашего сына, – еще более печально сказал Сверр. – Два дня назад я мог поклясться, что ты передумала, но ты вновь удивила меня. Принесла свой законопроект?

– Да, – тихо ответила Альда.

– Что ж, пора выполнить свою часть сделки, – глубоко вздохнув, подытожил мужчина, повернувшись к ней.

Медленно подойдя к креслу, стоящему напротив супруги, Сверр опустился в него, кладя руки на подлокотники.

– Ты подарила мне сына, – как-то торжественно и одновременно отрешенно произнес он. – Он – наследник империи Даркраст, и столь дорогой дар должен быть вознагражден. Все что захочешь – я исполню без условий и отдам без остатка. Какую награду ты желаешь?

Наступившая тишина сдавила грудь тяжестью. Воздух с трудом поступал в легкие, разрывая внутренности от недостатка кислорода. Сжав в руках инфоблок, Альда чувствовала боль в пальцах и губах, которые кусала с момента возвращения Сверра во дворец. Пристальный и мрачный взгляд мужа жалил хуже огня и тысячи лазеров. Принцесса открыто читала в нем призыв просить другую награду, которую он с радостью даст ей, но долг, лежавший на плечах Альды, давил не меньше. Десятки судеб зависели от этого закона, и трусливо просить счастья только для себя императрица не могла.

«У меня будет еще шанс наладить отношения с ним» – решила принцесса, резко протянув инфоблок.

– Я желаю, чтобы этот закон был принят без изменений и получил статус государственного на всей территории Даркраста и подконтрольных империи областей, – чуть дрожащим голосом произнесла она.

Железо было холодным, а слабая рука тряслась под его тяжестью, но Альда твердо смотрела в глаза мужа.

– Ты уверена? – отрешенно поинтересовался он. – Другого шанса у тебя не будет, вдруг цена твоего желания окажется непомерной?

– В моих руках цена многих судеб, – опустив глаза, ответила принцесса. – Тысячи и тысячи подданных могут оказаться в ловушке, без возможности выхода из неё. Это вопрос не одного цикла, а целых поколений даркрастиан. Я хочу, чтобы наш сын рос и правил свободными людьми.

– Мой сын, – веско уточнил Сверр, принимая из её рук инфоблок. – Этим ты навсегда отказываешься от наследника.

Когда железный девайс выскользнул из руки, Альда едва не лишилась чувств, поняв, что реально совершила. А уточнение императора расставило все на свои места. Вмиг ощутив себя обездоленной, принцесса закрыла глаза, боясь, что слезы вновь одолеют её.

– Как уже говорил, я раньше поступал с тобой нечестно, – вдруг сказал супруг, демонстративно разглядывая самый обычный на вид инфоблок. – Использовать шантаж, уговоры и прочие методы для правителя Даркраста недостойно. Поэтому, обдумав всё, что заставил тебя мне пообещать, я пришел к единственно правильному выводу – ты больше ничего не должна: ни являться во дворец, ни сопровождать меня в поездках, ни встречать моих гостей, ни тем более принимать как мужа.

Вскинув голову, Альда открыла рот от удивления. Все время беременности она полагала, что их брак в итоге трансформируется во что-то приемлемое. Да, что там! Она до сих пор не верит, что вообще покинет спальню и дворец! А теперь?! Сверр насовсем отказывает ей даже в мимолетных встречах. А как же сын?! Его она тоже не увидит?!

– Как? – пораженно прошептала принцесса, изумленно раскрыв глаза. – Но…

– Я смогу объяснить твое отсутствие срочными религиозными делами, – достаточно спокойно парировал император, отложив инфоблок в сторону и, склонив голову, уставился на неё. – Тем более это правда. Ты ведь такая заботливая мать всем даркрастианам, даже от своего родного сына отказалась ради общего блага.

– Сверр… – недоверчиво пробормотала Альда.

– Очевидно, что тебе не нужен муж, да и сын только вгоняет в депрессию, – жестко продолжил правитель, холодно глядя на испуганную и изумленную супругу. – Ты даже ни разу не прикоснулась к нему. Ни единого раза!

– Я не могла, – сокрушенно прошептала принцесса. – Если бы…

– Ну да, ну да, – язвительно закивал император. – Заметил, как тебя обрадовало материнство.

– Не надо так говорить, – резко возразила Альда. – Ты не знаешь, что творится у меня в душе!

– У тебя был шанс все исправить! – рявкнул Сверр, стиснув зубы так, что на щеках заходили желваки. – Но ты, конечно, не могла поступить иначе.

– Сколько раз мы обсуждали с тобой этот вариант закона? – упрямо спросила принцесса, почувствовав силы. Этот вопрос уже не раз вставал между ними раньше, и очередной спор был обыденностью, давшей женщине передышку в водовороте тревожных чувств. – Ты не желал видеть истину.

– Ну что ж, – заметно помрачнев, объявил император. – Теперь ты добилась своего. Опять.

– Я не хотела, чтобы все случилось так, – печально призналась Альда, сокрушенно покачав головой.

– Ты хотела развода для других и получила его для себя, – с горькой иронией хмыкнул супруг. – Что ж, в целеустремленности вам не отказать.

– Нет, я…

– Хватит, – резко прервал её правитель Даркраста и вдруг поднялся на ноги, чем еще сильнее встревожил принцессу.

Взглянув на него снизу вверх, она вдруг запаниковала. «Что? И вот так все закончится?!» – в ужасе подумала императрица, когда муж внезапно подал ей руку. С трудом встав на негнущихся ногах, принцесса с удивлением попала в его объятья. Сверр крепко поцеловал жену, заставив её ослабнуть, ухватившись за полу его походного кожаного кителя. Этот поцелуй, словно глоток воздуха для умирающего от удушья, заставил Альду поверить в хороший исход этого разговора. Судорожно обняв его за талию, она изо всех сил хотела быть ближе к мужу. Когда жар неожиданной ласки спал, супруг с нежностью и болью взглянул на неё.

– Я буду смертельно скучать по тебе, – прошептал Сверр, всматриваясь в изумленно расширяющиеся глаза принцессы.

Быстрый поцелуй в губы, а затем в щеку еще больше обескуражил Альду, когда, прижавшись к ней лицом, муж тихо произнес:

– Ты – свободна.

Окаменев от неожиданности и шока, она не сразу поняла, что её больше не обнимают. Лишь чудом принцесса осталась на ногах, продолжая цепляться за Сверра, который молча стоял и смиренно смотрел на неё. В этот момент Альда забыла всё, что когда-то переживала или считала важным. Зияющая черная пустота разрасталась в душе, поглощая с головой. Она отчаянно любила этого мужчину и на тысячу процентов была уверена, что и он любит её не меньше, но собственная глупость разлучала их. Глядя в глаза любимого, гордая принцесса не могла ни вздохнуть, ни шевельнуться, не чувствуя текущих по щекам слез, почти умирая от ужаса. Силы закончились, и Альда закрыла глаза, чтобы не сойти с ума от боли. Уткнувшись лицом в грудь Сверра, она прошептала:

– Я не смогу. Не смогу без тебя. Прошу, не прогоняй меня.

– Я выполнил свою часть сделки? – строго спросил император.

Услышав этот суровый голос, принцесса заплакала горше, понимая, что мольбы не помогли. Горло сдавили слезы, и в ответ она смогла лишь несколько раз кивнуть, как вдруг муж обхватил её, заключив в крепкие объятья.

– Ну, всё-всё, – зашептал Сверр, заставив Альду усомниться в своем разуме.

– Ты…

– Это урок тебе на будущее, – тихо произнес он, сдвинув брови. – Больше никаких сделок и оговорок: ты моя жена и точка.

Эти слова принесли небывалое облегчение и еще больший поток слез. Обхватив мужа за плечи, принцесса почувствовала, как её поднимают на руки и куда-то несут. Альде было плевать на всё, на весь мир и изведанную Вселенную, лишь бы обнимать Сверра и дальше. Когда слезы утихли, императрица поняла, что сидит на коленях мужа в самом желанном месте – в его объятьях.

– Прости меня, – прошептала она, уткнувшись лбом в край его подбородка. – За вредность, за упрямство и не слишком сговорчивый характер. Я изменюсь.

– О, нет, – лукаво хмыкнул супруг, поглаживая её по голове. – Меня всё устраивает.

– Ты сегодня был очень жестоким, – пожаловалась Альда.

– Заслужила, – парировал Сверр и тут же пояснил. – Меня огорчила твоя реакция на сына.

– Я так виновата и так хочу его обнять, – вновь заплакала принцесса, заговорив скороговоркой и подняв голову, чтобы увидеть глаза мужа. – Но не могла. Перед смертью Сэрна сказала мне, что если хоть раз прикоснусь к нему, то сойду с ума от потери. Если бы я… Если бы…

– Ш-ш-ш, – успокоил Сверр, вытерев слез со щек. – Я понял. Теперь все хорошо, и ты можешь не бояться.

– Правда? – умоляюще спросила она и, дождавшись утвердительного кивка, тут же сообщила. – Хочу сейчас обнять его.

Принца Даркраста принесли спустя несколько минут, которые императрица провела в объятьях супруга. Нянька деликатно передала подопечного на руки матери, с удовлетворением заметив, как просветлело её лицо. Альда уже забыла о присутствующих, слезах и пережитом волнении. Все её существо наполнилось восторгом и трепетом, когда сынок сонно зашевелился на руках. Сама мысль о том, чтобы оставить его, казалась абсурдом. В мгновение ока всё изменилось для неё: мир перевернулся и закружился в другую сторону. Когда-то не желавшая даже думать о детях, принцесса бережно погладила малыша, вдохнув его такой незнакомый и одновременно родной аромат.

– Сынок, мама тебя так любит, – чуть слышно прошептала Альда.

Почувствовав, как их обнял Сверр, разглядывая дитя, императрица глубоко вздохнула, ощутив облегчение. Боль в сердце, теснившая грудь, постепенно стихала.

– У меня для тебя подарок, – вдруг произнес супруг, коснувшись малыша.

– У меня есть всё, что нужно, – тихо ответила принцесса, посмотрев на мужа.

– И все же, я хранил его не один цикл, – мягко парировал император, чуть подтолкнув её к двери. – Пойдем.

Возвращение в императорскую опочивальню прервало суету служанок, прибиравших помещение. Свет ярко освещал спальню, прогоняя скопившуюся здесь ранее тьму. Смущенно улыбнувшись Аманите, Альда кивнула, давая понять, что в правящей династии Даркраста всё хорошо. Заплаканные глаза все списали на радость воссоединения супругов. Уложив спящего малыша в колыбельку, молодая мать не решалась отойти в сторону, держась за деревянную опору.

Внезапно светоносные ленты померкли и с потолка медленным парящим танцем по одной стали спускаться снежинки. Яркая голограмма подсвечивала их бело-голубоватым цветом, а правильные геометрические узоры лишь подчеркивали чудо природы.

– Это?..

– Снегопад, – членораздельно произнес Сверр, усаживая жену на кровать и также любуясь представлением. – Я заметил, что он тебе понравился, и заказал в подарок.

– Как красиво, – завороженно прошептала Альда, когда снежинок стало так много, что вся спальня наполнилась парящим вихрем.

– А этот подарок ждал времени, когда ты признаешься, что читаешь мои мысли, – чуть сощурившись, продолжил император, надевая ей на шею роскошное и редчайшее колье.

Уличенная в подслушивании, принцесса опустила взгляд на свою грудь, где девятью широкими рядами лежали крупные жемчужины. Вспомнив о происхождении каждой из бусин, она в шоке открыла рот. Длина колье впечатляла, как и количество жемчужин. Последние ряды свободно спускались, колыхаясь, с кончиков груди. Подняв взгляд на Сверра, Альда тяжело задышала.

«Я знаю, что значит слышать твои мысли» – взволнованно подумала она.

«И я вновь тебя слышу» – чуть прищурившись, отозвался супруг.

«Давно?».

«Со времен боя на Гелиосе».

«Сверр, я тебя…»

«Знаю» – вдруг перебил её муж. – «И я тебя тоже. Очень сильно».

Обняв его, принцесса облегченно выдохнула, чувствуя, будто оковы покидают её, а душа воспарила, словно снежинка, кружившая в воздухе.

– А почему я сегодня не слышала твоих мыслей? – спросила она, когда муж вновь крепко обнял её.

– Слышала, – хмыкнул супруг. – Стоя к тебе спиной я не произносил слов вслух.

«А я даже не поняла этого» – грустно согласилась императрица.

«Ты была занята доведением меня до ужаса» – мрачновато признал Сверр. – «Почему ты не попросила возобновить брак? Я бы на радостях и так разрешил разводы».

«Потому что я бы сожрала себя мыслями, что ты принял меня, потому что должен» – печально ответила Альда. – «А почему ты не воспользовался своим правом исправить „нет“ на „да“?»

«Наверное, по той же причине» – иронично отозвался мужчина. – «Хотел, чтобы ты осталась по собственному желанию, а не по принуждению. Я уже понял, что ты способна устроить бунт, если решишь, что тебя притесняют».

Объятья, такие родные и теплые, согревали застывшую душу, словно мягкий звездный свет. Она больше не скучала по ярким дневным лучам, найдя счастье во тьме.

«И потом, жизнь долгая, а твой характер не самый сговорчивый» – вдруг весело подумал Сверр. – «Будем считать, что я приберег эти два „да“ на потом».

«А если этого „потом“ не случилось бы?» – кисло уточнила принцесса.

«Ты серьезно полагаешь, что смогла бы выйти из моего кабинета?» – иронично спросил мужчина. – «Не тешь себя иллюзиями. В моем плане „развод“ не значился».

«Вот же хитрый…»

«Ты из семьи тиранов и деспотов, а я – коварных интриганов» – хмыкнул император. – «Безжалостных, бессердечных и крайне опасных, готовых на всякий шантаж и подкуп, чтобы добиться желаемого. Как ты могла забыть?»

– Ты всегда была моей, – произнес вслух Сверр, взглянув ей в глаза. – На другой планете, на другой стороне галактики, будучи чужой женой, даже любя другого мужчину – ты всегда была моей.

– Я знаю, – прошептала Альда. – Я родилась, чтобы найти счастье во тьме.

Эпилог

– Почему именно Ардас? – спросила Альда, когда супруг озвучил имя их наследника.

– Первая буква – от твоего имени, последняя – от моего, «р» – дань традиции владык, «да» от Даркраста, – поделился счастливый отец, укачивая малыша перед сном. – Получился Ардас.

– Хорошее имя для императора – одобрительно кивнула молодая мать, расчесывая свои густые локоны перед зеркалом. – Пора вновь созывать гостей во дворец. Официальное представление наследника империи – событие важное.

– Посмотрим, кто прибудет, – хмыкнул Сверр. – Многие ведь думают, что мы коварные захватчики Гелиоса, которые заранее спланировали убийство королевской четы, и даже, ходят слухи, что причастны к смерти новорожденного сына твоей сестры.

– Что?! – возмутилась Альда, резко обернувшись к мужу.

– Я не хотел тебя тревожить такими домыслами, – пожал плечами император. – Особенно в последний цикл беременности, но будь готова к предвзятому мнению гостей.

Несмотря на опасения императорской четы, к ним прибыло множество королевских семей. Даже больше, чем в первый раз. Наследник получил массу подарков и внимания, а во дворце вновь звучала музыка Чайковского, заставившая голограммы балета парить в триумфе совершенной красоты. Выпивая с королями, Сверр тонко намекнул, кто именно поспособствовал уничтожению Гелиоса, дав толчок еще одной волне слухов – империя союзник эфиров.

Когда принцу Даркраста – Ардасу исполнилось десять циклов, родители засватали невесту из империи Тирим. Единственная представительница династии Шайма официально стала нареченной наследника престола. Данная помолвка не обошлась без содействия вездесущей вдовствующей королевы Хингасула, которая отстояла-таки бескровную передачу Гелиоса во владения Сверра Даркрастианского. Те, кого возмутило падение королевства, почему-то быстро меняли свое мнение, сталкиваясь с однозначной и мощной поддержкой союза планет.

Продажа гелиосийских камней дала двойной результат: значительное увеличение казны Даркраста и всеобщее молчание Парламента, когда стало известно об участии Корпуса Эфиров в сделке и их содействии в уничтожении планеты.

Очередная посылка с Фарогоса прибыла в императорский дворец в канун празднования Всеобщего дня Союзов. Контейнер обычно содержал роскошные цветы, которые украшали зеленый зал, но в этот раз, помимо растений, бывший свекор передал любимой невестке иные дары. Фрукты и овощи, которыми лакомился король Эрнесто.

«Сверр?» – позвала Альда.

«Что?»

«Тебе стоит на это взглянуть» – озадаченно подумала императрица, разглядывая знакомые, но не менее диковинные лакомства.

Точно такие же они с мужем пробовали в гостях на Центральной станции. Стол Кохиласов ломился от роскошных яств Заповедника, а вот каким образом ими обзавелся Фарогос – неясно. Тем более, как король смог прислать их на Даркраст, да еще и так много.

– Что случилось? – уточнил супруг, неся на руках подросшего сына.

– Мама, а мы летали в город, – звонко доложил Ардас, когда отец спустил засуетившегося малыша с рук.

– Я знаю, мой хороший, – мягко улыбнувшись, ответила императрица, погладив его по макушке, когда ребенок подбежал к ней.

– Фарогос прислал что-то интересное? – спросил Сверр, медленно подходя ближе.

– Весьма, – недоуменно приподняв брови, прокомментировала Альда, продемонстрировав мужу сочный яркий плод. – Скажи мне, разве это не с Заповедника?

– Необязательно, – задумчиво отозвался он, принимая из её рук диковинный фрукт. – Он может быть из любого уголка Вселенной.

– Но согласись, это очень похоже на то, что подают на Центральной станции Кохиласов, – состроив скептичную гримасу, парировала получательница даров.

– Что пишет? – кивнул Сверр на лежащее рядом с женой послание.

– О, – чуть удивленно произнесла императрица, пока слуги вынимали из контейнера цветы.

Сын уже убежал по каким-то своим детским делам, которые включали стаю гуархов, любивших валяться в белом зале. Сверр следил за разгрузкой новых сортов цветов и разглядывал незнакомые фрукты и овощи.

– Тут есть название и даже инструкция, – пробормотал правитель, рассматривая тончайшую упаковку, в которую был завернут каждый фрукт. Заметив сдвинутые брови жены, он уточнил. – Плохие новости?

– Эриал стал отцом, – озадаченно ответила Альда, взглянув на супруга. – Элинор едва достигла подходящего возраста, и они воспользовались искусственной маткой.

– Пошли наши поздравления, – весело посоветовал император.

– У него мальчики-близнецы, – продолжила женщина, поискав глазами своего наследника и увидев, как малыш оседлал крупного самца, толкнула локтем Сверра.

– Ардас, слезь сейчас же! – строго велел отец, пока она дочитывала послание.

– Ну-у-у-у, – заканючил сынок.

– Ты меня слышал, – предупредил родитель, проследив за тем, как ребенок недовольно спустился со спины гуарха. Сурово сдвинув брови, мужчина добавил. – Чтобы больше я такого не видел.

«Не самая верная формулировка» – иронично подумала Альда, когда мимо пробежал наследник престола, направляясь в зеленый зал, а за ним трусцой помчалась вся стая.

«Почему?»

«Он будет делать то же самое, только без тебя» – весело пояснила матушка сорванца.

– Что там про детей твоего бывшего? – тяжко вздохнул Сверр, вернув фрукт в общий контейнер.

– Так как Эриал с супругой теперь правят Элкастором, Фарогос остался без наследника, – округлив глаза, напомнила императрица. – Один из мальчиков наследует престол родителей, а второй отправится к деду и со временем займет трон дона Эрнесто.

– Разумно, но не очень справедливо, – с сомнением прокомментировал супруг. – Одному достанется планета, а второму целый сектор. Да и помимо этого будущий император будет расти с родителями, а второй…

– Там такой дед, я полагаю, что мальчик в обиде не останется, – хмыкнула Альда. – Назвали принцев – Фернандо и Хуан Гавиртраны.

– Кто где будет править? – весело уточнил Сверр.

– Еще пока не решили, – задумчиво отмахнулась женщина, читая дальше. – А вот и часть про фрукты. Так-так. Они действительно с Заповедника, но эксклюзивно выращиваются на Фарогосе и поставляются ко двору дона Эрнесто. Так как он считает меня своей дочкой, то и Даркраст иногда будет получать часть королевского урожая.

– Как он это провернул? – недоуменно сдвинув брови, спросил император.

– Понятия не имею, – пожала плечами правительница. – Он прислал не только фрукты, но и овощи, а также несколько рецептов блюд.

– Серьезно? – иронично высказался мужчина. – Он думает, мы никогда фруктов или овощей не ели?

– Будь более благодарным, пожалуйста, – язвительно ответила Альда, скривив личико.

– Поверь, дон Эрнесто один из немногих, кого я высоко ценю, – хмыкнул Сверр, взяв в руки овощ и вчитываясь в описание.

– Как думаешь, что будет? – отрешенно спросила императрица, разглядывая свежие цветы и вдыхая их дивный аромат.

– Салат, – весело отозвался супруг, показав ей продолговатый зеленый плод. – Из о-гур-ца.

– Я про мальчиков, – мягко пояснила правительница Даркраста. – Хвала Ивран, у них по трону для каждого из сыновей, но будь ситуация другой – всё могло бы обернуться иначе.

– В чем сложность? – недоуменно нахмурился мужчина.

– Два равных претендента на один престол, – веско высказалась Альда. – Всегда находятся те, кто хочет привести к власти близкого ему принца. Именно поэтому вопрос рождаемости в правящих династиях очень деликатный момент. Наследник должен быть, но не более одного, иначе есть угроза гражданской войны.

– Разве выросшие вместе братья пойдут друг против друга?

– Именно они и враждуют до последней капли крови, – печально ответила императрица. – В былые времена сектор Вейлар утопал в междоусобицах, пока не был принят закон о том, что в королевских семьях допустимо воспитывать лишь одного наследника.

– Хм…

– Это вопрос государственной безопасности, – пожала плечами женщина. – Что бы ты сам сказал второму сыну, когда Ардас сядет на трон рядом с тобой? «Прости сынок, но ты запасной»? Когда медицина была на примитивном уровне, иметь дополнительного наследника считалось необходимостью, с развитием же медитеков – это перестало быть актуальным.

– А я бы хотел еще ребенка, – вдруг произнес Сверр, удивив жену. – Принцесса Даркрасту бы не помешала.

– Напоминаю, что беременность длится три цикла, – скептично высказалась Альда. – И из моей памяти не стерся еще прошлый опыт, так что – нет.

Присланные дары Фарогоса были бережно разложены в кладовых и существенно пополнили меню императорской семьи, по достоинству оценившей разнообразные вкусы новых блюд. Спустя несколько дней придворный повар сообщил, что некоторые из фруктов содержали семена. Оценив перспективу что-то вырастить, госпожа велела высадить в грунт диковинные плоды. Умелые садоводы из числа бывших гелиосийцев, трудившихся на дворцовом огороде, вскоре сообщили о первых удивительных ростках, пробившихся из почвы.

«Что будем делать?» – хмуро подумала Альда, когда вечером супруг вернулся во дворец.

«Разве надо что-то делать?» – флегматично уточнил Сверр, посмотрев на неё через всё плато, усаживаясь на трон.

«А если кто-то узнает, что на Даркрасте растет что-то из Заповедника?» – веско спросила императрица. – «Например, твои союзники, которые им владеют».

«А-а-а» – озадаченно закивал супруг. – «Может, уничтожить?»

«Эти плоды родом из одной части галактики, выросли и созрели в другой, а оказались съеденными в третьей» – иронично подытожила Альда. – «Тебе не кажется, что они заслужили право на жизнь?»

«Иными словами ты хочешь их вырастить?» – вздохнув, догадался Сверр.

«Было бы неплохо иметь свой собственный урожай» – самым невинным тоном мысленно произнесла она.

«Я подумаю» – кивнул супруг, покачав головой.

Через сутки в дальней секции зеленой пещеры появились строительные установки, испортившие благоустроенную местность. Слуги успели спасти драгоценные цветы, но хаоса было не избежать. Шум и вибрации разносились по всему дворцу, пока рабочие не выполнили поставленную задачу. За одной кислородной камерой образовалась тайное помещение, куда допускались лишь избранные и доверенные люди, умевшие держать язык за зубами. На специальных гравитационных платформах там удивительно быстро всходили семена из фруктов и овощей, присланных королем Фарогоса.

Когда принцу Ардасу исполнилось двадцать циклов, контрабандная теплица вовсю давала богатый урожай. Альда сумела вырастить там настоящие плодовые деревья и ряды кустарников, поставлявшие на стол императорской семьи вкуснейшие фрукты и овощи. Празднование именин наследника престола совпало с еще одном событием, устроившим бурю в главной спальне дворца.

– Этого не может быть!!! – закричала Альда, подскочив на постели. – Скажи мне, что ты пошутил!

– Чуть тише, – попросил Сверр, улыбаясь от уха до уха. – Или ты хочешь сразу всех осчастливить новостями?

– Ты же говорил, что мы это обсудим, – пораженно застонала императрица, упав навзничь на подушки.

– Ну, так мы только этим и занимаемся последние пять циклов, – успокаивающим тоном произнес супруг, погладив её по попке. – Видишь, как-то всё само получилось.

– Хватит врать мне, – устало возразила Альда. – Как могло такое само произойти? Ты всё подстроил!

– Ну, может только чуть-чуть, – коварно улыбнулся мужчина, поцеловав оголенную грудь жены.

Три дня спустя по Даркрасту разнеслась весть о беременности императрицы. Хозяйка дворца волновалась о судьбе еще не рождённого малыша, втайне надеясь, что родится дочь, хотя о судьбе дочери она беспокоилась не меньше. Первые обследования дали неожиданный результат – Альда ждала двойню. Этот факт поверг женщину в ступор и шок.

– Чему ты так удивлена? – весело спросил Сверр, обнимая супругу за талию.

– Обычно многоплодность признак искусственного вмешательства, – обеспокоенно пояснила императрица, разглаживая невидимые складки на его парадном кителе с золотыми украшениями.

– Может я просто хорошо старался? – лукаво уточнил муж.

– Уж в этом сомнений нет, – печально поиронизировала мамочка. – Ты так сильно хотел быть отцом еще раз, что, кажется, перестарался.

«Признайся, что тебя тревожит?» – мысленно обратился он к ней, чтобы никто из присутствующих рядом с ними в белом зале не мог услышать.

«А вдруг это мальчики?» – высказала свои опасения Альда. – «Что тогда будем делать?»

«Обрежем им писюны и выдадим замуж» – легкомысленно отозвался император, заставив жену засмеяться.

В конечном итоге волнения родителей не подтвердились и пол обоих малышей оказался женским. Долгая беременность завершилась в капсуле медитека, хотя Сверр серьезно опасался, что она просто не сможет закрыться из-за большого живота супруги. Принцессы родились в присутствии отца, который самолично принял их первым. Тэйта и Сэрна Даркрастианские оказались крикливыми девчушками, занявшими новые колыбельки в покоях императорской четы. Взволнованный правитель приказал доставить с Ветаранги для своих дочек две роскошные кроватки, украшенные резными узорами, схожими с теми, что красовались на кроватке брата и троне. Альда убеждала, что одной покупки хватит, ибо колыбель сына уже давно отправилась на хранение в сокровищницу, но Сверр заявил, что раз одна принцесса получит новую колыбель, то и вторая тоже ляжет в точно такую же. Узнав имя одной из новорожденных, гелиосийцы окончательно приняли новую судьбу в составе империи, давно оценив её преимущества.

Закон «О женщинах», имевший пункт о разводах, уже не раз применялся в случае расторжений союзов. Разводились как даркрастиане, не сумевшие построить совместный быт, так и гелиосийцы, лишенные подобной возможности на родной планете. Обдумав ситуацию, Сверр ввел новое условие:

– Отныне заводить детей могут те пары, у которых они уже есть и те, кто прожил в браке более трех циклов. Этот период поможет вам самим окончательно определиться с будущим, не вовлекая в споры невинных детей. Они не должны страдать от ваших ошибок.

С тех пор каждая брачующаяся пара посещала медитек и получала отметку о дате заключения союза. По прошествии времени, когда супруги были готовы к потомству, они вновь посещали капсулы, чтобы зачать наследников. Процент разводов в парах с малолетними детьми заметно пошел на убыль.

Летная Академия Даркраста успешно прошла свои первые испытания и получила статус самостоятельного и квалифицированного учебного заведения, а империя обзавелась приличным флотом. Центральная станция охотно нанимала специалистов с планеты Тору, и слухи о новой Академии медленно, но верно растекались по ближайшим галактикам.

Сегодня был знаменательный день, ибо на Даркраст прибывала невеста. Единственная дочь уже нового падишаха Тирима – Салма. Имперские флоты встретились на нейтральной территории, и представительница династии Шайма пересела в главную каюту «Исполина». Передача огромного приданного шла почти три часа, пока все контейнеры также покинули трюмы тиримских кораблей. До этого дня лишь Альда с дочерьми были лично знакомы с девушкой, так что Ардас делал вид, что не сильно взволнован. Семья собралась на главном плато, где расположились места для каждого члена. Большой трон занимали Альда со Сверром, наследник – бывший трон Гелиоса, оставленный в знак уважения. Последний король был плохим, но до него были и достойные правители. Принцессы же на официальных мероприятиях обитали на роскошной золотой скамье, оббитой красным шелком с Заповедника.

«Она страшненькая» – весело подумала Сэрна. – «В прошлый раз, когда мы были на Рейно, бедняжка не просто так постеснялась снять с себя тряпку».

«Твоя сестра преувеличивает» – строго подумала императрица, кинув острый взгляд на дочь.

«Внешность не проблема» – сдержанно отозвался наследник престола. – «Главное – характер».

«Если тебе не понравится внешность невесты, ты потащишь бедняжку в капсулу?» – иронично уточнила Тэйта, стоя по другую сторону от матери.

«Почему она бедняжка?» – вмешался Сверр. – «Уж кем угодно, но бедняжкой её не назвать».

«Утихните все!» – строго произнесла Альда, так как весь разговор происходил именно в её голове.

Все дети Сверра унаследовали его дар. Это радовало и огорчало одновременно. Когда Ардас подрос, он тоже легко читал мысли окружающих, но его разум открылся лишь отцу и матери. С дочерьми ситуация повторилась, и, так как Альда единственная, кто не обладал их способностями, разговоры велись в её сознании. Дети давно научились обсуждать деликатные вопросы сугубо между собой, пользуясь преимуществом. Императрице приходилось заставлять их вести разговоры вслух, ибо со стороны казалось, что семья в ссоре, когда ужины проходили в тишине.

Сэрна не в пример своей покойной тете, королеве Гелиоса, росла бойкой девчушкой, но и Тэйта не отставала от неё. Ардас научил их кататься на гуархах, а так же показал сотню других шалостей, за что не раз получал подзатыльники от отца. Сверр строго воспитывал сына, но в дочерях души не чаял. То, за что ругали наследника престола, принцессам сходило с рук. Отец лишь слегка журил их, покрывая перед матерью. Альда требовала от них высоких стандартов и если узнавала о проделках, пощады не было никому. За эти шалости получал и Ардас и Сверр.

«Мы должны её любить?» – спросила Тэйта, когда левитирующая платформа медленно спускалась с потолка тронного зала.

«Мы даже не особо знаем её» – вторила ей Сэрна.

«Вы должны её уважать» – строго ответила Альда. – «Она супруга вашего брата и будущая императрица Даркраста».

«Принцесса Тысячи Звезд» – прокомментировал Сверр официальный титул наследницы Тирима.

«Скажи, что ты её еще любить будешь больше, чем нас» – проворчала Сэрна, обратившись к матери.

«Буду стараться изо всех сил» – спокойно подумала матушка удивленных принцесс. – «И баловать буду, ибо когда-нибудь вы окажетесь на её месте, и я молю Ивран, чтобы хоть часть этой любви досталась вам. Чтобы вас в новом доме встретила любящая семья».

«О как!» – иронично хмыкнул Ардас. – «Теперь не так все смешно, да?»

«Я один заметил, что она уже идет по тронному залу?» – вставил Сверр, поднимаясь на ноги, вслед за супругой.

– Добро пожаловать на Даркраст, – почти нежно произнесла Альда, спустившись с помоста навстречу закутанной в драгоценные ткани девушке.

Вместо слов, невеста наследника склонилась в поклоне и нерешительно замерла.

– Мы рады твоему появлению, – благосклонно вторил ей император, вставая рядом.

Ардас молча подошел и сдержанно сообщил:

– Я хотел встретить вас лично, но по правилам это запрещено.

«Она же вроде не немая» – скептично подумала Тэйта. – «Я точно с ней говорила в прошлый раз».

«Вот и поговори» – посоветовала Альда. – «Бедняжка волнуется».

– Наконец-то ты приехала, Салма, – весело сказала Сэрна, спускаясь ко всем. – Мы с Тэйтой уже заждались.

Ардас внезапно откинул тяжелую вуаль, скрывавшую его нареченную от посторонних, и явил всем красивую девушку с расширившимися от ужаса глазами.

«Ого! Вот это глазищи!» – подумала Сэрна.

– Милая, тебе нечего бояться, – мягко произнесла Альда. – Теперь это твой дом.

«Она испугалась гуархов!» – догадался Сверр и тут же обернулся к помосту и прогнал всю собравшуюся там стаю.

За прошедшие циклы императорские питомцы выросли в размерах и количестве. Сейчас грозных защитников династии уже насчитывалось три десятка особей, которые вольготно передвигались по дворцу, занимая тронное плато, а также белые и зеленые залы, не говоря уж о спальнях главной семьи.

Прогнав животных, Ардас мягко вздохнул и произнес:

– Ты быстро к ним привыкнешь.

– Императрице понадобилось трое суток, чтобы привыкнуть к ним, – весело добавил Сверр, улыбнувшись новому члену семьи.

– Трое суток, полные страха и ужаса, – доверительно пояснила Альда, поведя бровями.

Её императорскому высочеству принцессе Салме понадобилось больше времени, чтобы привыкнуть к постоянному присутствию стаи гуархов и тому факту, что эти зверюги шастали по всему дворцу, устраивая себе отдых там, где им захочется. Семейная жизнь сына складывалась достаточно гладко, ввиду дара Ардаса и неконфликтности Салмы, но со временем Альда стала учить её возражать мужу.

– Мама, прекрати это делать, – сдержанно произнес принц, явившись на аудиенцию к матушке.

– Что «это»? – иронично уточнила императрица, проверяя поспевающий урожай в тайном огороде.

– Давать советы моей жене, – мрачно вздохнул Ардас. – Она в них не нуждается.

– Это ты так считаешь, – хмыкнула правительница Даркраста. – А вот мне кажется – будущая главная жрица должна иметь твердый и немного стервозный характер, иначе её сожрут.

– Кто? – недоуменно спросил наследник, стоя рядом, заложив руки за спину.

– Например, муж, – скептично приподняла брови Альда, отмечая, как сын похож на отца.

Ардас был отражением Сверра. Фигурой, мрачным взглядом и молчаливостью. Времена шаловливого детства прошли, и, едва ему исполнилось тридцать циклов, молодого юношу торжественно возвели на трон, который он официально мог занимать в отсутствие отца во дворце. Наследник управлял делами империи под руководством Сверра и даже временно руководил одним из секторов, когда предыдущий танер внезапно скончался, а его сын еще не дорос до ответственной должности и не обрел опыта. Принца послали в помощь, занять место в администрации, с чем он отлично справился. Когда сын почившего танера смог самостоятельно заниматься всеми обязанностями, наследника престола вернули во дворец.

– Мама, я тебя бесконечно люблю, но не стоит вмешиваться в мою семью, – серьезно произнес Ардас, немного сдвинув брови.

– Милый, я рада, что твоя супруга научилась говорить, что её не устраивает в браке, и отказывать тебе при случае, – иронично парировала Альда, переходя от грядки к грядке.

– И все же, – продолжил настаивать сын, следуя за ней по пятам. – Прошу, воздержись от советов.

– Я тебя услышала, – кивнула императрица.

Едва принц повернулся к ней спиной, чтобы уйти, как тут же с подозрением уточнил:

– А сделаешь, как я прошу?

– Посмотрю по ситуации, – весело призналась матушка наследника, заметив его тяжкий вздох и закатившиеся глаза, она добавила. – Прекрати подавлять её. Дай девочке больше свободы.

– Она не девочка, – поправил Ардас. – И у моей супруги достаточно свободы. Полагаешь, что я измываюсь над ней?

– Полагаю, что она опасается не оправдать твоих ожиданий, – хмыкнула Альда, проверяя подросшие помидоры.

– А может все как раз наоборот? – вдруг предположил сын, пожав плечами. – Она боится не достичь твоих высот?

– Может, – отозвалась императрица. – Девочки говорят, что в основном Салму беспокоит именно реакция и одобрение мужа. Не забывай, откуда она родом, во дворце падишаха женщина физически зависит от благосклонности супруга.

– Я мало хвалю свою жену? – озадаченно поинтересовался Ардас, сдвинув брови и вновь заложив руки за спину.

– Думаю, тебе надо дать ей понять, что ты доволен ею, – подсказала матушка и тут же уточнила. – Ты же доволен ею?

– Вполне, – легко ответил принц, пожав плечами. – Она достойная супруга и прекрасная женщина.

– Но?.. – удивленно подтолкнула Альда сына к откровенности.

– Но не у всех такой брак, как у вас с отцом, – признался Ардас. – У нас все более… спокойно.

– Иными словами – она тебя не «слышит»? – догадалась императрица.

Вместо ответа, принц смущенно покачал головой, давая понять, что и его это тревожит.

– Знаешь, у нас с твоим отцом тоже не все сразу получилось, – чуть прищурившись, напомнила правительница. – Прошло много времени, пока мы притерлись и стали доверять друг другу. Попробуй расслабиться рядом с ней и побудь не принцем и наследником, а просто Ардасом. Таким, какой ты с нами, с сестрами, со своими гуархами, в конце концов.

После этого разговора Альда поняла, что сын услышал её. Невестка заметно повеселела и вскоре засветилась от счастья. Молодые супруги облюбовали скрытый альков в зеленой пещере и наслаждались супружеством. Чуть позже Салма три дня пребывала в тревоге, суть которой императрице открыли дочери.

«Она его услышала» – посекретничала Сэрна с матерью. – «И, кажется, слегка в шоке от этого».

«Слегка?» – встрял Сверр, притворяясь, что спит на просторной кушетке рядом с ними. – «Бедняжка думала, что сходит с ума».

– Я её понимаю, – произнесла вслух Альда.

Семейство часто отдыхало в зеленом зале. Сверру стало намного проще, когда Ардас полноценно взялся за дела империи, освободив отцу время для досуга.

«Но, кажется, они уже поладили?» – поинтересовалась императрица.

«О, да!» – ответила Тэйта, щекоча маленьких щенков, которые недавно появились на свет. – «Брат её успокоил и так сказать… утешил».

«Мы поняли!» – резко высказался Сверр, не желавший обсуждать тему секса с дочерьми.

Для императора его принцессы были обожаемыми малышками и невинными цветочками, хотя обе обзавелись женихами, не успев покинуть колыбельки. Первые предложения о союзе с империей озвучили несколько влиятельных семей, прибывших с официальным визитом по случаю рождения девочек. Сверр отказал всем, считая, что о таком вообще рано думать, но внезапно согласился на предложение правителя Рейно, с которым имел дружеские связи.

Царь Сайтрон давно нравился Сверру, как и его наследник – Эрвэкс. К моменту заключения помолвки царевич уже достаточно вырос, и вопрос о продолжении рода был весьма деликатным, но разница в двадцать четыре цикла между супругами не казалась чем-то серьезным. Таким образом, Тэйта готовилась со временем стать правительницей Рейно. С подачи родителей будущих супругов между государствами поддерживалась тесная связь и частые визиты. Хотя, пока Тэйта не подросла, жених не особо интересовался невестой, живя своими заботами. С помощью семейного дара, принцесса Даркраста внезапно обнаружила, что во дворце, который со временем станет её домом, проживают некие дамы, согревающие постель Эрвэкса. Пока Тэйта не могла действовать, но, судя по мрачному виду, который появился у наследницы Сверра и Альды, малышка замышляла захват суженого.

Более бойкая Сэрна стала невестой одному из внуков своего названного деда – дона Эрнесто. Фернандо, наследник Элкастора, считался прекрасной партией, и союз двух империй принес бы всем благо. Но принцесса перемешала все планы, когда однажды по печальному поводу династия прибыла на Фарогос. Король Эрнесто Гавиртран скончался в почтенном возрасте, оставив на троне своего внука Хуана.

Впервые за очень долгое время Альда прилетела на Фарогос. Это было странно и волнительно одновременно. Рядом с ней был супруг и обе дочери, но знакомые виды все же интересовали бывшую правительницу этой планеты. Камильсана осталась прежней и вместе с тем сильно изменилась. Роскошный высокий дворец и старинные виллы древних кланов стояли на своих местах, как незыблемые постулаты этого королевства. Небесная гавань принимала прибывающих, и люди со всех концов стекались проститься с доном Эрнесто. Дон Гавиртран стал для Альды настоящим отцом, каким никогда не был король Вако, и так же тепло относился к её детям. А уж в любви к девочкам мог поспорить со Сверром. Ардас с беременной супругой остались дома, но он сильно скорбел из-за потери «почти деда», как себя назвал дон Эрнесто.

Торжественное прощание состоялось при большом скоплении народа в величественном соборе Трех Богов, покровительствовавших Фарогосу. Эриал прилетел один, ибо его сын так же остался замещать его. Императрица Даркраста чувствовала тяжесть на сердце с момента появления печальной новости. Увидев гроб с роскошными цветами, Альда, наверное, только в этот момент поняла, что её отец и правда умер. Дон Эрнесто давно вытеснил Телиуса Вакийского из всех возможных мест в жизни бывшей невестки, и эта потеря была столь существенной, что правительница не сдержала слез под тонкой вуалью.

Дорогим и желанным гостям из Даркраста выделили просторные покои, включавшие в себя две спальни для членов семьи, отдельную гостиную и гардеробную. Прибывшие слуги расположились со всеми остальными на нижних этажах дворца. Поздно вечером, после похорон, императорская чета уже собиралась спать, переживая горе без свидетелей, когда слова дочери взбудоражили их.

«Папа, мама, я хочу вам сообщить, что не планирую выходить замуж за Фернандо».

«Что?» – удивился император.

«Как это понимать?» – строго вторила ему супруга.

«Я люблю другого» – печально раздался голос Сэрны. – «И твердо намерена связать судьбу с ним».

«Такие решения принято оглашать лично» – мрачно подумала Альда. – «Ждем тебя в гостиной».

Расхаживая по гостиной, обеспокоенная мать, никак не могла понять, что же произошло. Сверр выглядел почти спокойным, сидя за большим круглым столом для уютных приватных завтраков.

– Прекрати, – произнес император, прекрасно читая мысли жены. – Мы еще ничего не знаем.

– Зато мы знаем, что она намерена нарушить данное слово, – поджав губы, возразила Альда. – И что еще хуже, возможно, уже нарушила!

В этот момент в гостиную вошли Сэрна и Тэйта, явно с намерением поддержать сестру-близняшку.

– Советую тебе быть весьма убедительной, – строго произнес Сверр, сдвинув брови и скрывая свои мысли от дочерей.

– Я…

– И смелой, – раздраженно добавила их матушка. – Хотя очевидно, что последнего тебе не занимать.

– Мам, – тихо произнесла Тэйта, чтобы сбавить градус напряжения.

– Кто он? – спросила Альда. – Ради кого ты поставила честь Даркраста под удар?

– Я не произнесу ни слова, если на меня так будут смотреть! – заявила Сэрна, обескуражив родителей.

– Мы сейчас же покидаем Фарогос, – сощурившись, произнесла императрица. – А ты, моя дорогая, прямиком отправляешься на Элкастор.

– Я… Не могу, – ослабнув, ответила мятежная дочь, продолжая стоять посередине гостиной, пока Тэйта прошла к отцу и уселась за стол.

«Очевидно, этот разговор затянется» – вздохнула невеста царевича.

– Я не собираюсь долго разглагольствовать здесь! – сдержанно ответила вслух Альда. – Живо паковать свои вещи!

– Но я правда не могу, – еще более сникнув, произнесла Сэрна. – Я вышла замуж.

– Что?! – рявкнул Сверр.

– Как ты посмела? – шокировано вторила мужу императрица.

– Я люблю его, – жалобно произнесла дочка, заставив матушку замереть.

«Только не это» – неосознанно подумала Альда.

– И кто же он? – сглотнув ком в горле, уточнила правительница Даркраста.

– Хуан, – тихо ответила Сэрна.

Сверр удивленно посмотрел на жену и встретил такой же недоуменный взгляд.

– Это вообще не имеет смысла, – скептично отозвался император. – Они же похожи как капли воды.

– Фернандо – капризный маменькин сынок, а Хуан не такой, – упрямо парировала дочь.

– А ты поступила по-взрослому? – без былого запала спросила Альда, ибо опасалась, что её девочка влюбилась в кого-то более неподходящего. Особенно на Фарогосе.

– Мы давно любим друг друга, – призналась наследница Даркраста.

– И где же наш герой? Почему ты отдуваешься за все одна? – с подозрением уточнил Сверр, хмуря брови.

– Он в храме, рядом с дедушкой, – тихо отозвалась Сэрна. – Я решила поговорить с вами сама.

– Ну, раз ты уже достаточно взрослая для таких выходок, то прошу – присаживайся, – глубоко дыша, произнесла Альда, махнув рукой на стол, где сидели остальные члены семьи. – Я расскажу тебе, как все будет дальше.

Сверр взглянул на супругу, но императрица смотрела только на мятежную дочь. Усевшись на стул, она откинулась на спинку и положила ладонь на гладкую поверхность круглого стола.

– Я изучила договор между Даркрастом и Элкастором, – сглотнув ком в горле, сообщила Сэрна, опустив взгляд на свои руки, сцепленные замком. – Там говорится о «сыне» Эриала Гавиртрана, но имя наследника не уточняется. Хуан такой же сын императора, как и Фернандо.

– Это все твои аргументы? – сдержанно уточнила матушка, склонив голову на бок. – Если да, то послушай меня, дорогая. Ты совершаешь грех куда больший, чем тебе думается. На кону стоит честь нашего дома и репутация династии. Более того, ты поставила под удар Фарогос, ибо Элкастор – это целый сектор, наполненный богатствами, а значит и союзниками он обрастет при желании намного более могущественными, чем Фарогос, который держался благодаря дону Эрнесто. Твой дед умело лавировал в политических водах, и именно крепкий союз с Элкастором позволил королевству взлететь так высоко.

– При чем здесь это? – вздохнула Сэрна.

– При том, что когда-нибудь Фернандо взойдет на трон, – почти спокойно произнесла Альда. – И такой капризный юноша станет мстительным императором, который, конечно же, захочет отыграться на Фарогосе за нанесенное когда-то оскорбление.

– Они же братья, – вдруг встряла Тэйта, внимательно следившая за разговором.

– И даже более, они – близнецы, – добавила матушка. – При равных условиях, на стороне Фернандо богатство и империя, а ты все равно выбрала Хуана. Когда этот мальчик получит власть – отца уже не будет рядом, лишь его мамочка, которая, мягко говоря, обожает сына. Даже несмотря на то, что они оба её сыновья, растила она только Фернандо. Угадай, кого она поддержит? Кроме генетики, Элинор Элкасторскую ничто не связывает с твоим возлюбленным, так что пока жив Эриал – твой брак будет в безопасности, а что будет потом?

– Даркраст меня поддержит, – твердо произнесла Сэрна.

– Безусловно, – кивнула императрица. – Но всё меняется, и когда-нибудь твой брат взойдет на трон. Ардас в первую очередь должен думать о благе империи, и война это совсем не то, чего желает каждый правитель. Ты поставишь под удар сестру? Союз Фарогоса, Даркраста и Рейно сможет сдержать Элкастор, но это будут непростые времена. Ты готова к ним?

– Хватит стращать её, – попросил Сверр, также внимательно слушая прогнозы на будущее.

– Она должна понимать степень ответственности! – упрямо настаивала Альда. – Если бы мы были простой семьей, твой поступок не вызвал бы таких последствий, но ты – дочь императора. Ты обязана задавать себе вопрос «что будет дальше?»! А дальше будет война. Для начала экономическая и политическая. Элкастор – богатейший сектор и для ювелирных планет важный союзник. Кого предпочтут планеты? Старого друга с незнакомым молодым королем на троне или нового с обширными владениями, которому нужны связи? Элкастор сможет многих перекупить, и в конечном итоге Фарогос станет изгоем, находясь в центре ювелирного сектора. Ты принесешь беду своим подданным. Угадай, как быстро тебя разлюбит твой народ? Это не шутки, дочка, это политика, а в ней нет чувств, только выгода и прибыль. И с кем выгодно дружить – тот и одержит верх в итоге, а уж кто прав, кто виноват – никого не интересует.

Наступившая тишина царила в гостиной и мыслях династии Даркраста.

– И что же мне делать? – тихо спросила Сэрна.

– Например, думать, прежде чем делать что-то, не посоветовавшись с семьей? – мрачно предложил Сверр, тяжко вздохнув. – Неужели бы мы не нашли выхода или заставили бы тебя что-то сделать против воли?

– Мама уже велела собирать вещи и отправляться сестре на Элкастор, – тихо напомнила Тейта.

Родители одновременно посмотрели на заговорившую дочь со смесью возмущения и негодования.

– Считай это моей ошибкой, – вздохнула Альда и, взглянув на виновницу переполоха, серьезно спросила. – Что ты решила, дочка?

– Я не знаю, – честно ответила Сэрна. – Видеть каждый день любимого и знать, что внутри него совершенно другой человек – это будет настоящей пыткой.

Сверр взглянул на Альду и мысленно обратился к дочкам:

«Идите спать. Завтра вновь обсудим положение дел».

Обе принцессы поднялись на ноги и тут же покинули гостиную. Императрица уже поняла, что супруг встал на сторону Сэрны и решил убедить её поступить так же.

«Это слишком рискованно» – поджав губы, предостерегла правительница, взглянув на задумчивого мужа. – «Не сейчас, но в будущем».

«Она наша дочь» – напомнил Сверр.

«И она не первая принцесса, выданная замуж за нелюбимого» – парировала Альда.

– Она наша дочь и мы поддержим её, – тихо, но твердо произнес вслух мужчина.

– Это решение отца или императора? – язвительно уточнила она.

– Это мой вердикт, – веско сказал супруг. – И ты изменишь свою позицию по данной ситуации.

– Я должна забыть обо всех опасениях для Сэрны и мило улыбаться? – скептично спросила Альда.

– Отныне – да, – спокойно подтвердил Сверр и чуть иронично добавил. – Или ты забыла, что должна мне еще два «да»?

– Это нечестно, – мрачно высказалась императрица, вспоминая давнее обещание.

– Зато правильно для нашей дочери, – парировал супруг. – Представь, каково это: любить другого человека, видя его точную копию перед глазами. День за днем, цикл за циклом. Все равно что быть свидетелем медленной смерти своей заветной мечты.

– Чего ты хочешь от меня? – устало спросила она.

– Посмотри мне в глаза и скажи, что ты готова обречь Сэрну на такую жизнь?

– Вопрос на самом деле таков: будет страдать одна душа или десятки тысяч тех, кто зависит от решения нашей дочери? – напомнила Альда.

– Как быстро она возненавидит всех этих несчастных, ради которых ей придется страдать? – поинтересовался Сверр. – Когда она простит нас с тобой, тех, кто должен стоять за спиной и всегда быть на её стороне? Мы не для того давали ей жизнь и растили в любви и ласке, чтобы предать в первый же момент взрослой жизни.

– Что я не так сделала, что она такая… упрямая? – устало произнесла императрица. – Где ошиблась?

– Ты ни в чем не виновата, – мягко возразил муж. – Ардас вырос сильным и серьезным мужчиной и когда-нибудь станет достойным правителем. Тэйта на редкость разумная и послушная девочка, а Сэрна… она просто такая. Играет по своим правилам.

– Боюсь, что взрослая жизнь станет для них испытанием, – вздохнула Альда. – Если Тэйта сможет приспособиться, а Ардас поменять правила, то Сэрна – сломается.

– Мы дали им все что могли, – философски ответил Сверр. – Теперь это их жизнь и их ошибки. Возможно, просто союз между Даркрастом и Элкастором неугоден Богам, раз они препятствуют этому уже во второй раз.

– Хорошо, – вздохнула императрица. – Я хочу сама поговорить с Эриалом, а ты сообщи своей не в меру упрямой дочери, что родители на её стороне. Но ничего не обещай, ибо не мы одни решаем, как будет.

– Может, стоит поступить наоборот? – иронично предложил Сверр.

– Я лучше знаю Эриала, и в такой момент, как сегодня, он лучше услышит бывшую жену, чем правителя Даркраста.

Альда знала, где можно найти сына дона Эрнесто. Отцовский кабинет не раз становился центром планирования и стратегических решений. Проходя по забытым коридорам, императрица чувствовала странную тоску. Когда-то она мчалась к королю, чтобы в очередной раз получить совет или отеческую поддержку. Постучав в двери и не услышав ответа, Альда смело вошла в до боли знакомый интерьер. Здесь ничего не изменилось, даже пахло так же, как в последний день её царствования на Фарогосе.

– Только одна женщина может позволить себе войти в эти покои, не дождавшись ответа, – отрешенно прокомментировал её поступок Эриал Гавиртран, император Элкастора, стоя спиной к ней у открытого окна.

Белоснежный китель, украшенный золотыми аксельбантами, по-прежнему творил сказку с этим мужчиной. Её бывший муж выглядел молодым и могущественным.

– Я пришла поговорить о том, что совершили наши дети, – честно призналась Альда, подходя ближе.

– Твой новый муж, конечно же, поддерживает безрассудство дочери? – спокойно уточнил Эриал, вглядываясь в ночное небо.

Вид открытого космоса над головой захватывал дух. Что ни говори, а на Даркрасте это недоступная роскошь. Вставая рядом с императором Элкастора, женщина проворчала:

– Прекрати называть его «новым мужем». Я замужем за Сверром вдвое дольше, чем была с тобой. И да, мы оба поддерживаем Сэрну.

Эриал бросил на неё скептичный взгляд и мягко хмыкнул:

– Я прекрасно тебя знаю, Альда. Такое безрассудство не в твоей манере.

– Очевидно, Элкастор в опасности, – мрачно подытожила императрица Даркраста. – Ибо ты явно забыл, что именно моим безрассудством закончился наш брак.

– Ах, да, – сардонически ответил экс-супруг, приподняв одну бровь. – Я и забыл.

Наступившая тишина была странной. Мужчина молча смотрел на небо, глубоко и размеренно дыша, пока Альда, сдвинув брови, догадывалась, о чем он думает.

– Как ты? – тихо спросила она, имея в виду похороны и всю ситуацию. – Сегодня мы не смогли спокойно поговорить с тобой. Дон Эрнесто много значил для меня, и эта потеря – сильный удар.

– Еще не осознал, – печально ответил Эриал. – Наверное, для этого надо больше времени, чем восемь суток.

Желая выразить сочувствие, Альда коснулась его плеча и мягко произнесла:

– Нам всем будет его не хватать. Он стал мне настоящим отцом и оставался им даже после изгнания.

Горестная пауза повисла между бывшими супругами, объединяя общими воспоминаниями.

– Ты когда-нибудь думала о том, как бы все сложилось, если бы не развод? – внезапно спросил Эриал.

– Нет, – спокойно ответила императрица Даркраста, чуть пожав плечами.

– Значит, ты счастлива, – кивнул экс-муж. – Говорят – только тот, кто истинно счастлив, идет по жизни, не оборачиваясь назад.

– А ты? – тихо поинтересовалась Альда, разглядывая его красивый профиль на фоне звезд.

– Нет, – признался император Элкастора.

В этот момент она поняла, куда смотрит Эриал. На Небесную гавань, что застыла над Камильсаной. Наверное, там сейчас был Зан Аламарас.

– Ты все еще любишь его, – сочувственно произнесла Альда.

– Одно время мне казалось, что я преодолел это чувство, но каждый раз, как прилетаю на Фарогос или получаю вести с Родины, сердце замирает, – с тяжким вздохом разоткровенничался бывший муж, опуская взгляд на внутренний сад и открытую просторную беседку перед ними. – Как ты смогла забыть его?

– Отдала свое сердце другому, – лаконично ответила императрица Даркраста. – Тому, что сделал всё, чтобы завоевать моё доверие.

– Не уверен, что подобное осуществимо для меня, – печально отозвался правитель ювелирного сектора. – Посмотри на них. Кажется, им все по плечу, но я в себе уже не чувствую прежних сил.

Альда обратила внимание на увитую цветами площадку, где когда-то давно испытала крайнюю степень унижения. Сейчас в ней та сцена отозвалась лишь стыдом и недоумением. Та любовь была как-то неправильной и однобокой. То, что она получала от Сверра каждый момент жизни, было несравнимо больше и глубже, чем когда-либо полученное от Зана. Присмотревшись, императрица заметила, что там кто-то стоит. Молодой король спокойно беседовал с кем-то из гостей.

«Не гостей» – догадалась Альда, узнав особый кобальтовый оттенок одежды собеседников правителя Фарогоса. – «Подданных».

– Это?..

– Наследники клана Аламарас, – подтвердил её догадку Эриал. – Тот, что повыше – сын Тэрона, а второй – его.

Услышав последнее слово, императрица сдвинула брови и посмотрела на бывшего мужа. Очевидно, что ему даже имя Зана тяжко произносить. Любовь этого мужчины не знала границ и не теряла силы спустя столько циклов, все еще причиняя боль.

Внезапно движение внизу привлекло внимание не только бывших супругов у окна кабинета, но и юношей в беседке. Легкой стремительной походкой Сэрна впорхнула в сад и направилась к любимому. Хуан вышел вперед и подал руку возлюбленной, знакомя её со своими подданными и, кажется, друзьями. Даркрастианка любезно кивнула статным юношам.

– Гавиртраны и Аламарасы снова вместе, – прокомментировала Альда, не сдержав сарказма.

Внизу Сэрна что-то тихо произнесла молодому королю Фарогоса и наследники семьи Аламарас тут же откланялись, оставляя пару наедине. Разговора взрослые не слышали, но по крепкому объятью и не самому скромному поцелую суть была ясна.

– Но теперь это будет совсем другая история, – с какой-то надеждой вздохнул Эриал.

– Ты не против? – уточнила императрица, отворачиваясь от сцены в беседке.

– Пусть хоть кто-то здесь будет счастлив, – тихо ответил экс-муж.

– А что ты скажешь правителю Балтрии? – вздохнула Альда. – Кажется, его дочь должна была стать королевой Фарогоса.

– Скажу, что отныне его дочурка должна готовиться стать императрицей Элкастора, – глубоко вздохнув, отозвался отец Хуана Гавиртрана.

На Родину Сэрна не вернулась, оставшись с мужем, но Сверр заставил их пообещать прилететь на Даркраст, когда Тэйта соберется покинуть отчий дом. Они прекрасно знали Хуана, еще при жизни дона Эрнесто, и внутренне давно приняли его в семью, так что Альда быстро смирилась со сложившимися обстоятельствами.

– А где Сэрна? – спросил Ардас, встречая их на тронном плато.

– Осталась с мужем, – ответила Альда, с восхищением разглядев левитирующую колыбель возле Салмы. – Неужели?

– Да, – улыбнулся наследник престола. – Как я и предполагал, сын появился на свет во время вашего отсутствия. А что, Фернандо тоже прилетел на похороны? Он же должен был остаться править на Элкасторе?

– В этом и новость, – хмыкнула Тэйта. – Наша звезда выскочила замуж за Хуана.

– За Хуана? – изумился Ардас.

– Все потом, – выдохнул Сверр, принявший на руки внука. – Здравствуй, малыш.

Семейство обступило отца и отныне деда, чтобы разглядеть нового члена. Салма стояла в объятьях мужа, смущенно улыбаясь. Бедняжка была измучена долгой беременностью, но, очевидно, пребывала в восторге от материнства.

Спустя тридцать суток Тэйта официально покидала Даркраст, чтобы стать супругой царевича Рейно. По правилам нового дома за невестой приехали представители жениха. Альда подготовила два платья для дочерей. Вирал с помощниками превзошел все свои шедевры, на время вернувшись с пенсии во дворец. Усыпанные бриллиантами пышные волны юбки и расшитый причудливыми узорами верх платья демонстрировали богатство империи. Сверр дал дочерям большое приданное, а матушка разделила свое жемчужное ожерелье на три части и отдала по одной им.

– Мама, это же твое любимое украшение! – недоверчиво прошептала Сэрна.

– И самое дорогое! – вторила ей Тэйта.

– Всегда помните обо мне и доме, – пресекла все возражения Альда. – Эти жемчужины символ любви, пусть и вам достанется её часть.

Улетали обе принцессы в один день и в одинаковых платьях, обнявшись со всеми домочадцами. Сверр крепко поцеловал каждую из дочек и прошептал им напутствие и благопожелания. Помимо дорогих даров, они увозили и часть стаи гуархов. На семейном совете обе девушки изъявили желание забрать питомцев, так что после отлета невесты Рейно и королевы Фарогоса во дворце царило легкое угнетение и печаль быстро сменившиеся детским криком и заботами о малыше.

Спустя несколько циклов, когда по коридорам дворца на левитирующей площадке уже шустро носился маленький принц Ардаса, Сверр впервые исчез из сознания жены и сына. Ардас нашел его в кабинете. Сурово сдвинув брови, мужчина смотрел на свои ладони и не мог произнести не слова. Сморгнув наваждение, они оба поняли, что произошло. Хоть Альда и готовилась к этому дню, но всё случилось слишком быстро. Дочерям послали весть и пригласили на интронизацию брата. Началась подготовка к передаче власти, а супруги стали чаще отдыхать вместе в зеленой пещере. Вот и сегодня они лежали, нежась в лучах дневной звезды.

– Я знаю, что ты задумала, – вдруг произнес действующий император, поглаживая жену по волосам.

– Я и не скрываю, – вздохнула она, обнимая мужа за торс.

– Не делай этого, прошу, – тихо продолжил Сверр. – У тебя еще много забот. Храмы только-только сменили высших жриц, и девушкам нужна твоя поддержка.

– Они выросли подле меня, – парировала императрица. – Если не набрались уму-разуму, то никакая поддержка им не поможет.

– Ты нужна дочкам, – напомнил супруг.

– У них свои семьи и дети, – пожав плечами, констатировала Альда. – Сэрна счастлива, а Тэйта навела свои порядки во дворце Рейно. Царица пишет, что её сын Эрвэкс давно влюблен и преданно смотрит на нашу дочь.

– А как же Салма? Разве она справится со всеми твоими обязанностями? – поинтересовался Сверр.

– Она уже давно стала самостоятельной, – мягко отозвалась главная жрица, супруга и императрица Даркраста. – Салма взрослая разумная и достойная спутница Ардасу. Они прекрасно справятся и без нас.

– Тебе не обязательно…

– Я хочу, – перебила его Альда. – Хочу быть с тобой в последнем путешествии.

– Мне страшно, – чуть смущенно признался Сверр, сведя брови. – Никто не знает, что там за чертой.

– А мне страшно оставаться здесь без тебя, – сморгнув слезы, произнесла она. – Я сойду с ума, если тебя не будет рядом.

– А вдруг там плохо? – мрачно поиронизировал мужчина, чтобы отвлечь жену.

– Полагается, что в садах Ивран мы будем держать ответ за грехи, которые совершили при жизни, – спокойнее ответила Альда.

– И кто сказал, что там хорошо? – скептично уточнил он.

– Если тебе не нравятся сады Ивран, то как тебе концепция смерти в секторе Магаратхи? – иронично предложила императрица, приподнявшись на локте. – Там верят, что после смерти любящие души встречаются вновь и перерождаются для дальнейшей жизни.

– Этот вариант мне нравится, – задумчиво ответил Сверр и тут же лукаво уточнил. – А умереть надо на Магаратхе?

– Я не знаю, – поморщилась Альда, закатив глаза и вспоминая детали. – Может достаточно верить?

На душе полегчало, а последний рубеж перестал быть страшным зевом бездны.

– Я ведь могу воспользоваться своим последним «да», – напомнил император, задумчиво, коснувшись её щеки.

– Тогда это будет впервые, когда я отступлю от данного слова, – предупредила супруга. – Не делай так. Не хочу умереть клятвопреступницей.

– Так нечестно, – буркнул Сверр, крепче обнимая её и прижимая голову к макушке жены.

– Да, мы же семейка манипуляторов и интриганов, готовых на всякий шантаж и подкуп, чтобы добиться желаемого, – кивнула Альда.

На интронизацию Ардаса Даркрастианского не позвали гостей, ибо последующие события не получили бы нормального объяснения. Сэрна и Тейта прибыли с семьями, а само торжество транслировалось на всю империю. Девочки выглядели печальными и едва могли сдержать слезы, когда Сверр водрузил на голову наследника свою корону. Когда так же поступила и Альда, с глаз Салмы сорвалась слезинка.

– Не плачь, дочка, – прошептала уже бывшая правительница. – У тебя долгая жизнь впереди.

– Останьтесь с нами, – едва слышно попросила её преемница.

– Надеюсь, когда придет срок моего сына, ты поймешь меня, – мягко ответила Альда.

Дворец достаточно быстро опустел. Всем было ясно, что предыдущие правители скоро покинут их. Танераны и высшие жрицы, прибывшие на зов, обступили свою госпожу и задавали десятки вопросов, но последняя владычица Даркраста успокоила всех и сообщила, что Салма все знает, в курсе всех дел и нововведений, и им стоит полностью доверять новой императрице. Сверр так же беседовал с управляющими, давая последние советы и вверяя их сыну, которого они уже давно признали правителем.

Разговор с детьми вышел спокойным. Они всегда знали, что этот момент настанет.

– Я буду скучать, – печально произнесла Сэрна.

– И я очень, – тяжело дыша, вторила ей Тэйта.

Ардас молчал, но мысли его были полны печали.

«Я теряю всех сразу» – отрешенно подумал император, осматривая по очереди родителей и сестер.

«Я всегда буду с тобой» – вдруг раздался голос Салмы, когда она взяла мужа за руку.

Третью часть своего жемчужного ожерелья, вместе с бриллиантовой короной Фарогоса и религиозным медальоном владычица передала Салме.

– Ты достойна всего этого, и я рада называть тебя дочерью, – с мягкой улыбкой произнесла она.

Сглотнув ком в горле, императрица приняла дорогие подарки.

– Когда-нибудь я так же предам их по наследству супруге сына.

После всех этих тяжелых прощаний Альда захотела прогуляться по зеленому залу и включила любимую голограмму балерины, танцующей в вихре звезд и бабочек. Супруг присоединился к ней, обнимая со спины и молча наблюдая за парящей красавицей.

– Спой мне ту песню, – попросил Сверр. – Про любовь на тысячу лет. Год – это ведь два цикла?

– Я все думаю, откуда моя мать знала эти песни, – флегматично высказалась Альда.

– От любимого, – спокойно предположил супруг. – Такие песни поют только влюбленные.

Глубоко вздохнув, она запела для любимого, вкладывая в каждое слово часть себя и всех тех чувств, что переполняли её много циклов. О том, что любила его до встречи и будет продолжать любить после смерти еще тысячу лет.

Утром их нашли в объятьях друг друга. Похороны были торжественными и пышными. Их прах упокоился в укромной части зеленой пещеры рядом с прахом Сэрны Гелиосийской. Империя будет скорбеть по своим любимым правителям еще три цикла, как и положено на Даркрасте. На это время праздники откладывались, а браки заключались без особых торжеств.

Через семь дней после похорон в тронном зале появилась статуя Сверра и Альды. Одна на двоих. Каждое изваяние дворца со временем обзавелось надписью с именами правителей. «Первый владыка, основатель союза трех планет и отец династии – Лагор» – гласила голограмма прапрадеда Ардаса. Прадед Урро и дед Агрог тоже вписали свои имена в историю для потомков. Двойная же статуя светилась такими словами: «Владыка и первый император Даркраста – Сверр. Принцесса Вако и Фарогоса, владычица и первая императрица Даркраста – Альда».

– Может, надо было сделать им отдельные статуи? – вздохнув, спросила Салма, вставая рядом с мужем, который вглядывался в каменные глаза родителей.

– Они всегда были вместе, – прокашлявшись, отозвался Ардас, обнимая супругу за плечи. – Всегда шли рука об руку и ушли в вечность так же. Так что никто не разлучит их и после смерти.

– Хорошо, – кивнула императрица Даркраста, обняв мужа за талию. – Они бесконечно любили друг друга, и им бы понравилось оставаться вместе и для потомков.

– Ты знаешь, они умудрились прожить всю жизнь и ни разу не произнести слов любви, – с грустной улыбкой поделился император. – Мама каждый день говорила это нам с сестрами, но не отцу.

– Для любви не нужны слова, – философски отозвалась Салма. – Для неё нужны открытые сердца и преданность.

Content

Vera Во тьме

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Эпилог