Черникова Любовь

Мой истинный

Черникова Любовь

Мой истинный

Глава 1. В которой нехорошо подглядывать за ритуалами, или хорошо?..

Пылинки кружили в лучах солнечного света, и сколько я не вытягивала шею, всматриваясь в узкое окошко, ничего толком не видела.

— Ну что, Мари? — ткнула меня в бок Амалия, моя лучшая подруга и спутница во всех шалостях и каверзах.

Она приплясывала от нетерпения рядом со мной, умудряясь балансировать на шаткой опоре.

Нижнее окно в главном зале храма было таким узким, что заглянуть в него вдвоем было невозможно. Чтобы добраться до него, мы нагородили целую пирамиду из досок, разнокалиберных вазонов, старой кастрюли и прочего хлама, найденного в храмовой подсобке и окрестностях.

— Не видно ни... — шепнула я, собираясь ввернуть словцо из репертуара ругательств Бессигеры Маурштейн, моей тетки, но осеклась.

Служители Эфира раздались в стороны. Промеж сиреневых ряс мелькнула высокая празднично одетая фигура, и у меня замерло сердце.

Дэрин Штарн, принц Эгросский был столь же прекрасен, как и в день, когда я его впервые увидела. Серьезный юноша. Нет, уже молодой мужчина. Высокий, слегка худощавый, с правильными чертами лица и черными, точно уголь на солнце, прямыми волосами, струящимися ниже плеч.

Настоящий принц! Воплощение всех самых смелых девичьих фантазий. Не влюбиться было невозможно. Я и влюбилась.

— Это он! — пискнула сдавленно, захлебываясь восторгом.

Еще бы! Заручившись поддержкой лучшей подруги, я наблюдала за одним из величайших таинств — церемонией поиска Истинной. Чуть-чуть, и я одна из первых узнаю, есть ли у Дэрина та, что предназначена ему Эфиром.

Этого я и ждала, и очень боялась. Ни одна девушка заранее не знает, кому будет предназначена. Как и ни один юноша не угадает, кого ему пошлет Эфир в спутницы жизни.

— Дай же и мне посмотреть! — Амалия оттерла меня от окошка, и сама сунула в него нос.

— О! Дэрин Штарн и правда сегодня великолепен!

Я насторожилась, всерьез опасаясь, как бы Амалия тоже не влюбилась в Дэрина Штарна. Вот это будет поворот! Ну уж нет! Дэрин мой и точка!

— Эй, нечего на него так пялиться на моего принца! — буркнула ревниво и, в свою очередь, потеснила подругу.

Тем временем обряд начался.

Три жреца протянули друг к другу руки и запели. От их удивительных голосов кожа тут же покрылась приятными мурашками. Сиреневые рясы братьев Эфира затрепетали под невесть откуда взявшимися порывами ветра. Взметнулись длинные волосы Дэрина.

Затаив дыхание, я наблюдала, как из кончиков пальцев жрецов заструились полупрозрачные воздушные нити, сплетаясь в единый клубок.

— С чего это он вдруг твой? — не желала уступать Ами. — Да подвинься же, мне не видно!

Но я встала намертво, не давая ей ни малейшей возможности себя сдвинуть.

Тем временем Дэрин, повинуясь команде четвертого жреца, прикрыл глаза и вытянул вперед ладонь, собираясь погрузить ее в шар. Я затаила дыхание и...

— Ах так!

Зло зашипев, Амалия пихнула меня сильней. Шаткая конструкция под нашими ногами не выдержал такого издевательства и развалилась с чудовищным грохотом. Особенно старалась лязгать по брусчатке та самая злосчастная кастрюля, и в этом звуке мне почудился злорадный хохот.

— Ай!

— Уй!

Мы с Амалией повалились друг на друга. Что-то больно ударило меня по ноге.

— Слезь с меня, дура! — со слезой в голосе требовала Ами.

— Сама такая! — я пыталась отползти в сторону, но никак не получалось.

— Да встань ты уже, наконец! — потребовала подруга.

Не могу, ты мне подол платья прижала! — огрызнулась я снова попыталась подняться.

У меня получилось под аккомпанемент душераздирающего треска ткани. Как по мановению руки мага мы с Ами прекратили галдеть и испуганно уставились друг на друга.

— Мари, твое платье! — Амалия подскочила и виновато протянула мне кружевную оборку.

— Прости.

— Мама меня убьет... — я вспомнила, сколько сил мама вложила в то, чтобы одеть меня подобающе, не прибегая к помощи дядюшки.

Я неловко переступила с ноги на ногу, осматривая ущерб. Саднила сбитая о каменную стену коленка, ныл зад, которым я приземлилась на худосочную ногу Амалии. Но в следующий миг я и думать забыла о порванном платье и прочих повреждениях, потому что с высокого храмового крыльца спускался Дэрин Штарн, принц Эгроса.

Он шел быстро, словно куда-то спешил, и я видела лишь его спину.

И чем же закончилась церемония поиска Истинной? Нашел, или нет?

— Из-за тебя мы все пропустили! — расстроенная я набросилась на подругу.

— Прости, я нечаянно, — стушевалась Ами и попыталась взять меня за руку.

Она так всегда делала, если мы ссорились, но вина была на ней.

— Отстань! Вечно ты все портишь! — я грубо вырвала ладонь.

Ами вспыхнула:

— Я?! Да я из-за тебя танцы пропустила! — обвинила меня она.

— Но ведь ты сама хотела посмотреть на церемонию! — возмутилась я.

— Ты в печенках у меня сидишь со своим Дэрином. Дэрин то, Дэрин се! Дэрин-Дэрин-Дэрин! — лицо подруги неприятно скривилось. — Как будто больше поговорить не о чем!

— Вот и не надо больше со мной говорить!

Я вознамерилась уйти, но сделав несколько шагов по направлению к дворцу, остановилась. И как я заявлюсь в таком виде в бальный зал? Платье порвано и испачкано. Ладони и колени тоже, да еще и босая.

Поискала взглядом обувь, которую я скинула, чтобы было удобнее лазать, и на глаза мне попалась придавленная разбившимся вазоном туфелька. Мягкая кожа была безжалостно поцарапана, а тонкий каблук и вовсе валялся отдельно.

Он-то и стал последней каплей. Подхватив его с земли, зажала в кулаке и жалобно всхлипнула. Лицо Амалии тут же стало озабоченным, брови сложились домиком, подруга инстинктивно шагнула ко мне, но остановилась.

— Мари, только не реви, ладно? Мы что-нибудь придумаем. Обязательно приду. — выражение ее лица вдруг сменилось с сочувствующего на удивленное, а потом и на обрадованное. — Марэна, не может быть! У тебя ай’рэ! — Ами неуверенно ткнула пальцем в левый висок. — Ты истинная Дэрина, зуб даю!

Не знаю, хотела она меня развеселить, отвлечь, или просто издевалась, но я инстинктивно повторила ее жест. Ну нет, это просто не могло быть правдой.

— Как тебе не стыдно такое говорить?! Это... Это жестоко! Ты мне больше не подруга! — швырнув оторванный каблук Ами под ноги, я развернулась и побежала прочь.

Из груди рвались рваные вздохи, я едва сдерживалась, чтобы не всхлипывать. Но как же обидно! Из-за церемонии, я так и не успела потанцевать, порвала платье, испортила туфли, но так и не узнала, есть ли у Дэрина Штарна Истинная. Да еще и поссорилась с лучшей подругой. Просто победа!

Но от Ами я такого не ожидала. Уверять, что у меня проявился ай’рэ, сразу после того, как парень, по которому я тайно сохну, совершил церемонию поиска? Это не просто злая шутка, это настоящее предательство! Больше не буду с ней дружить!

От этой мысли стало еще больнее. Мы с Ами с детства вместе, и отказаться от нее все равно, что оторвать себе палец. Нет! Целую руку!

Я часто уже бывала в столичном дворце Оллана Седьмого и успела изучить и оббегать все его закоулки. Откуда меня только не вытаскивали! Свернув к скрытому среди деревьев фонтанчику, умылась. Посидела немного на бортике, успокаиваясь.

Видеть никого не хотелось, так что я решила спрятаться от мира в Орлиной башне. Это полузаброшенное место, где хорошо мечталось. Можно было смотреть на небо или наблюдать за копошащимися внизу людьми. С такой высоты они походили на причудливых букашек.

Решено! Буду прятаться там до самой ночи, вместо танцев.

Так и поступила. Проскользнув во дворец через вход для слуг, добралась до старой части дворца и стала подниматься по каменной винтовой лестнице в полузаброшенную башню.

Длинная юбка бального платья мешала идти, путалась под босыми ногами, собирая пыль и паутину по углам. Остановившись на мгновение, я не без труда отряхнула ее и безжалостно собрала в кулак, заодно переводя дух. Сколько себя помню, здесь в Орлиной башне никогда не убирали. Но и в столь неудобной одежде, я сюда еще не приходила.

Зато какой сверху открывается вид! Ради этого стоит немного потерпеть неудобства.

Я выбралась на огороженную смотровую площадку под остроконечной крышей и. Застыла от неожиданности, наткнувшись взглядом на мужскую фигуру. Широкие плечи, светло-бежевый парадный камзол, на котором особенно выгодно выглядит шелковая волна черных волос.

Дэрин Штарн!

Но что принц Эгроса здесь делает?

Остановилась, раздумывая, как поступить. Наверное, стоит поискать другое место для грусти... Стоп!

Вот он мой шанс!

Я находилась на расстоянии одного вопроса, отделяющего меня от великой тайны — нашлась ли его истинная. Не задать его теперь — трусость.

Воодушевленная внезапной идеей, быстренько поправила подол, который так и продолжала комкать в кулаке. От мысли, что смогу поговорить с Дэрином с глазу на глаз, сладко замерло сердце.

Мгновения шли, а я все молчала и не двигалась с места — отказали голос и ноги. В прямом смысле. Принц резко обернулся, почувствовав мое присутствие, и его лицо вдруг удивленно вытянулось. Одновременно ко мне вернулись дар речи, а заодно и дар ходьбы.

Я сорвалась с места, будто меня кто-то в спину подтолкнул. Суматошно перебирая босыми ногами, побежала вперед и уже успела в красках представить, как, виновато улыбаясь, пробегаю мимо принца, ломаю ветхое ограждение и лечу, раскинув руки и непременно курлыкая. Прямо как те самые орлы, в честь которых и назвали эту башню. Правда, недолго.

Меня спас Дэрин Штарн. Подхватил за талию, остановив нездоровый «порыв».

— Прости, пожалуйста! Это сработали охранные чары, а я убрал их слишком резко.

— Охранные чары?

Я вытаращилась на принца, а потом рассмеялась.

— Так вот что это был за ступор! Я продолжала пытаться идти, а магия не позволяла.

— Так и есть, — Дэрин тоже улыбнулся, так и не выпустив меня из рук.

Наоборот, его рука все сильнее тянула меня ближе к себе. Улыбки постепенно сошли с наших лиц. Я застыла, уставившись на его губы, оказавшиеся совсем рядом, но на этот раз охранная магия была ни при чем.

Длинные пальцы принца порхнули по моему виску, осторожно убрали прядку волос, выбившуюся из прически после бега. Нежно провели по скуле, заставив судорожно втянуть воздух. Его прикосновения будили во новые, неизведанные ощущения, и я не знала, как мне реагировать.

— Не может быть! Это ты?

Дэрин Штарн вдруг просиял, светло и радостно. Неожиданно он коснулся моих губ своими, и меня словно снова погрузили в стазис. Не в силах двинуться, я позволяла ему это делать. Несколько долгих мгновений я стояла с закрытыми глазами, ошарашенная своим первым в жизни поцелуем. Наслаждалась бережными прикосновениями и вдыхала невероятную смесь запахов: чистого мужского тела, парфюма и шампуня для волос. От будоражащих ощущений голова все сильнее кружилась.

Как все неожиданно и странно! Мне определенно приятно, но... Как же все-таки неловко!

Признаться, я раз сто представляла, как однажды Дэрин меня заметит. Возможно даже назначит свидание в саду — в той самой беседке, где он обычно читает. Я мечтала, как он сорвет дерзкий поцелуй.

Вот он — поцелуй, а я вдруг испугалась.

— Что ты делаешь!

Ноги стали ватными, и я практически повисла на руках у Дэрина, пока он меня целовал. А теперь вырвалась и отскочила. Отступив на несколько шагов, прижалась спиной к каменной стене. Трогая горящие губы пальцами, я боялась поднять взгляд на принца.

Великий Эфир, что же он обо мне теперь подумает? Но он и сам хорош. Как он может такое творить, если только что прошел ритуал поиска истинной?

— Ты. Ты. Как ты можешь так поступать?! — выпалила в негодовании.

Не успел завиток ай'рэ проявиться на его виске, а он уже предает свою истинную.

Но самое ужасное, что делает это со мной!

Глава 2. В которой светятся ай’рэ

Я тоже хороша! Почему не остановила его раньше? Из-за своей тайной влюбленности в принца империи Эгрос, который гостил во дворце моего дяди Оллана, я едва не натворила дел. Каждый знает с детства, что измена разрушает магическую связь навсегда. Неужели принц этого не понимает?

Краска бросилась мне в лицо, когда представила, как лишила какую-то незнакомую девушку ай'рэ в течение часа момента его появления. Это просто ужасно!

Присмотрелась, но сквозь черную волну волос просвечивало яркое серебро магического знака. Ай'рэ принца по-прежнему украшало его левый висок, и у меня немного отлегло.

Дэрин открыл рот, собираясь что-то сказать. Выражение его лица сменилось на виноватое.

— Прости, я обрадовался, что нашел тебя так быстро, что слегка забылся. Дэрин, —принц протянул мне руку, ни словом не обмолвившись о своих титулах.

Вот так просто? Тогда и я не стану углубляться в подробности. Дэрин Штарн уже прошел ритуал, теперь он занят, а мне осталось забыть о своих глупых мечтах.

— Мари. Марэна, — торопливо добавила полную версию собственного имени.

— Вот и познакомились, истинная, — он снова широко и светло улыбнулся, подходя ближе.

Эфир! Вот как? Как я смогу забыть эту улыбку? Тем более, когда она впервые предназначена мне и только мне.

— Я и не мечтал встретить тебя так скоро. Через три дня собирался заглянуть в храм и ознакомиться со списками...

Дэрин говорил о реестрах, в которые попадали те, кто уже обзавелся ай'рэ, но еще не встретил свою пару. Информация распространялась сразу по всем храмам, сильно облегчая поиски.

Робкая надежда всколыхнулась у горла, и мое сердце затрепетало маленькой птичкой.

— Стоп! Уж не хочешь ли ты сказать.

— Ты моя истинная, Мари. И я счастлив, что ты есть.

Ну вот и этот туда же! На миг я заподозрила, что они с Амалией сговорились надо мной подшутить, если бы. Если бы точно не знала, что Ами не знакома с Дэрином Штарном лично.

— Ты счастлив? Это еще почему?

Ритуалы ритуалами, а чувства даже между истинными мгновенно не рождаются. Нужно время знакомство и притирку. Разве что понравится друг другу намного проще, когда знаешь, что это твой и только твой человек, во всем тебе подходящий? Твой. Идеальная пара.

— Мари. Марэна, — Дэрин словно смаковал мое имя. — Ты такая.

— Какая? — отчего-то еще больше злясь, перебила его я.

— Хорошенькая! — принц рассмеялся и нажал указательным пальцем мне на кончик носа.

— Твой ай'рэ — прекрасен!

Я все больше хотела поверить, что он говорит правду и от этого беспокоилась.

— Ты не врешь? Там — точно ай'рэ? — спросила с неприкрытой надеждой.

К сожалению, на ощупь серебристый магический завиток совершенно не ощущался, а ничего достаточно блестящего на пустой, загаженной птицами площадке не было.

Вместо ответа, Дэрин принялся расстегивать ремень на брюках, не сводя с меня взгляда своих внимательных глаз цвета серого неба.

— Зачем это еще? Пороть будешь? — пошутила, почему-то шепотом и, покраснев, отодвинулась на шажок подальше, скользнув вдоль стены.

— Зеркало сооружаю.

— Что?!

— Иди сюда! — Ловко приобняв за плечи, Дэрин притянул меня к себе. Крупную гладкую пряжку он поднял на уровень моего лица. — Видишь? — В металлической поверхности показалось мое отражение. Сильно искаженное, но узнаваемое. — Поверни немного голову! — попросил принц.

Но я и сама заметила мягкое серебристо-сиреневое сияние, на собственном виске.

Взяв Дэрина за руку, слегка поправила ракурс. И правда! На моем левом виске, как самое драгоценное украшение, сиял вычурный завиток ай'рэ!

— Эфир! — все, что я смогла выдать.

Голова пошла кругом, вынуждая прикрыть веки и снова опереться на руку принца.

— Марэна? Что с тобой? Тебе нехорошо?

В отличие от некоторых, мой истинный не собирался падать в обморок. Он стоял, надежный как скала. Нагретая солнцем скала — такой же теплый и незыблемый. Отчего-то было ужасно приятно чувствовать его поддержку.

Когда приступ слабости отступил, а я окончательно поверила в то, что мы теперь пара, улыбнулась и посмотрела принцу прямо в глаза.

— Можно?

Поняв меня с полуслова, Дэрин кивнул.

Почти не дыша, я сделала то, о чем мечтала, каждый раз, подглядывая за тем, как он читает в саду — коснулась необыкновенных черных, точно вороново крыло, волос. Их прохлада и гладкость приятно удивила, откликнувшись удовольствием в кончиках пальцев. Дэрин зажмурился, точно довольный кот, которого погладили. Я немного смутилась от такой демонстрации чувств и от собственной наглости, но не стала останавливаться. Все смелее стали мои движения, когда пропустила плотный шелк между пальцев и потянула.

— Мари... Ты сводишь меня с ума!

Хихикнув, отвела черные пряди в сторону, и взору во всей красе открылся серебристосиреневый завиток ай'рэ — точно такой же, как и у меня. Я знала это точно, хоть и не видела сама. Разглядеть все детали в пряжке ремня было невозможно, но я верила истинному. Я и сама уже чувствовала, что все правда, и Эфир предназначил нас друг другу.

Даже не верится, что с тех пор уже прошло целых три года! Я до сих пор помню каждый миг. Улыбнувшись, я привычно коснулась пальцами виска. Ами тогда не солгала и не пошутила. Зря ее обидела, пришлось извиняться. Но поверить в такое удивительное совпадение было просто невозможно.

Подруга меня простила, ведь всем известно, что истинные немного не в себе в первые минуты после появления ай'рэ — это факт.

Вынырнув из приятных воспоминаний, посмотрела на небо и вздохнула. Солнце висело в зените, а за мной до сих пор никто не пришел.

Жизнь мира людей налаживалась. Директор еще вчера объявил нам, что война с демонами закончена, и скоро мы сможем отправиться по домам, а сегодня наконец открылись порталы. Поэтому площадь Добрых Встреч с самого утра заполнили ученики с багажом. Заточенные на лишние полтора месяца в стенах альма-матер, мы пребывали в возбужденном состоянии. Все ждали родных, чтобы отправиться домой. И я тоже.

Моих подруг забрали одними из первых, так что я маялась ожиданием в относительном одиночестве и гадала, кто же за мной придет?

Хоть бы Дэрин!

С легкой завистью я наблюдала, как то и дело появляются парни в военной форме, красивые и какие-то взрослые. Они приходили, чтобы лично забрать своих истинных — своего рода традиция. Каждое такое появление было маленьким событием и вызывало всплеск восторгов и разговоров.

Но почему же за мной не идут так долго? Время близилось к обеду, и я успокаивала себя мыслью, что раз мои задерживаются, значит придет Дэрин. Пока он из своего Эгроса попадет в Лигирию и получит пропуск...

Ничего, я терпеливая. Обязательно дождусь. Ужасно по нему соскучилась!

Пройти через портал можно только вместе с родственником или опекуном, у которого имелась магическая печать, подтверждавшая личность. Директор объяснил, что порядок посещения школ изменился, и по новым правилам требуются специальные пропуска, которые выдают только после тщательной проверки. На территорию не должны проникнуть зараженные демонами люди. Все очень строго, поэтому и задержка.

— Марэна Данаостро!

Громкий до неприличия окрик заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я расплылась в радостной улыбке.

— Тетя Бэсси! — взвизгнув, я бегом рванула навстречу. — Тетя Бесси!

С неотвратимостью боевого мамонта через толпу проталкивалась монументального вида женщина в дорожном платье цвета подвявшей чайной розы. Его обладательницу было видно издалека, благодаря удачному контрасту наряда с темно-синей учебной формой нашей школы.

Бессигера Маурштейн с невероятной ловкостью для столь внушительных габаритов, огибала пирамиды сумок, саквояжей и собравшихся вокруг них выпускников. Плюнув на правила поведения, предписывающие ученикам вести себя степенно, я бросилась тетушке на шею.

С самого детства тетя была рядом. С ней я проводила куда больше времени, чем с родителями. А полгода назад разразилась война с демонами, и тетя Бесси опекала меня, в то время как Ниара и Андрес Данаостро, вместе с сотнями других магов, сражались, защищая наш мир. Папа — убивал демонов, а мама спасала жизни в главном королевском госпитале.

Проигрывающие войну твари решили ударить по самому ценному — по детям тех самых магов, что успешно крутили им хвосты и отрубали уродливые головы. К тому же магия юных адептов для них лакомый кусочек— чистая, ненаправленная сила, которую так легко отнять.

Чтобы защитить нас, король приказал законсервировать все магические школы на неопределенное время. Демоны больше не могли до нас добраться, но и мы не могли покинуть территорию учебного заведения. Справили выпускной бал, наступили каникулы, но порталы оставались закрытыми еще целый месяц.

— Марэна, девочка моя! — тетушка заключила меня в могучие объятия.

— Тетя Бесси, как же я соскучилась!

— Я тоже, дорогая! Я тоже!

Борясь с внезапно подступившими слезами, я полной грудью вдыхала родной запах лавиандра и кариссы.

— Шикарное платье! — похвалила я наряд тети, когда наобнимались всласть. —Тебе идет этот цвет! И покрой какой-то необычный! Новое? Неужели ателье заработали?

Надо отдать должное модистке, что приложила к наряду тети руку. Пошить приличное платье на пышные формы Бессигеры Маурштейн непростая задачка.

— О, да! Столицу во всю восстанавливают. Но не все кварталы пострадали. Я заказала его у самой ериссы Сантьяго, которая обшивает королевский двор! — голос тетушки звучал восторженно.

Сколько себя помню, она просто мечтала попасть к этой модистке.

— Ого! — протянула я изумленно. — Наверное, стоит целое состояние? Но каким же ветром тебя занесло в столицу?

— Теперь мы живем там, — огорошила меня тетя. — А платье — пустяк, дорогуша. Мы теперь можем и не такое себе позволить.

Тетя приходилась младшей сестрой моему отцу. Род Данаостро был не слишком знатным и состоятельным, большинство его обитателей жили в провинции. Там же в проказах и шалостях прошло мое безбедное детство. Раз в год мы с мамой и тетей гостили у моего венценосного дядюшки, но столичная жизнь и раньше нам была не по карману. Что же изменилось?

— Для тебя тоже найдется что-то, гораздо более соответствующее этому, — продолжила разговор тетя Бесси и ласково повторила изгиб завитка на моем виске.

Невольно я расплылась в счастливой улыбке.

— Тетя Бесси, а я скоро увижу папу и маму и... Дэрина? — озвучила я вопрос, который страшилась задавать с тех пор, как началась война.

И все-таки я немного расстроилась, что он за мной не пришел.

— Если Эфир будет к нам благосклонен, уже этим вечером, детка.

Сдавленно пискнув от счастья и облегчения, я снова бросилась на шею тетушке. Порывисто ее обняла и застыла, жмурясь и покрываясь мурашками в предвкушении встречи с истинным. Ни один праздничный подарок не приводили меня в такое состояние восторга, как предстоящее свидание с принцем Эгроса.

Из-за проклятой войны, виделись мы последнее время совсем редко, и порой мне начинало казаться, что наши отношения просто сон.

Чтоб этим демоны друг друга сожрали и подавились!

— О чем задумалась? — легонько пихнула меня локтем в бок тетушка. — Всегда удивляюсь, как ты вот так выпадаешь из реальности? Вроде бы тут, а вроде и нет.

Проигнорировав ее подколку, спросила:

— Тетя Бесси, как считаешь, нам удастся когда-нибудь окончательно победить?

— Несомненно! — ударила могучим кулачищем по ладони Бессигера Маурштейн. — Мы уже надавали этим выродкам косорога по их лохматым...

— Тетя! — дернула я за рукав разошедшуюся родственницу.

— И еще надаем, — более мирно, но не менее громко закончила родственница.

Ближайшая группка выпускников, демонстративно морщась, левитировали в сторонку свои пожитки.

— Северяне, — проворчала тетя, неодобрительно на покосившись на белокурых голубоглазых парней и девушек, стоявших обособленной группкой.

— Идем, скорее, — потянула я ее за собой к оставленному позади багажу.

Моя монументальная тетушка чинно плыла следом, и народ перед нами поспешно расступался. Не знаю, что тому было главной причиной. Объемистые бедра моей родственницы или непроницаемое выражение ее лица.

Ближайший к нам портальный круг вдруг озарился яркой вспышкой, из него появился статный красавец, одетый в черную форму демоноборца. Высокий и широкоплечий, с собранными в хвост русыми волосами и демонстративно обритыми висками. На левом вдруг вспыхнул и засветился серебром завиток ай'рэ.

Глава 3. В которой воспоминания преследуют

Молодой мужчина скользнул по нам взглядом, осмотрелся, словно искал кого-то. Его окликнула маленькая миловидная блондинка. Подхватив свою истинную на руки, парень закружил ее, заставляя других учеников раздаться в стороны. Девушка отчаянно визжала, и, смеясь, требовала, прекратить это форменное безобразие. Он и прекратил. Поцелуем.

Залюбовавшись красивой парой, ощутила легкий укол зависти. В тайне я бы тоже хотела, чтобы меня забрал Рин.

— Идем, детка. Каждого ждет свое счастье, — прочла мои мысли тетя Бесси, заставив устыдиться. — Твое барахло?

Она ткнула толстым как кровяная колбаска пальцем в мои скромные пожитки.

— Мое.

С легкостью подхватив большую сумку, тетя оставила мне саквояжик.

— Она же тяжелая! — воскликнула я, порываясь помочь. — Лучше я ее левитирую.

— Я объемистая, а не немощная, — ухмыльнулась тетя Бесси. — И тоже немного владею бытовой магией.

Подмигнув мне, она отпустила ручку сумки. Вопреки моим ожиданиям, та не упал на землю, а так и остался висеть в воздухе.

— Тетя! — радостно воскликнула я.

Еще каких-то полгода назад она не могла даже этого. После подселения демона Бессигера Маурштейн почти потеряла магические способности.

— Видишь, я совершенствуюсь.

Гордая собой родственница подхватила меня под локоток. С невероятной для подобных габаритов ловкостью, потянула за собой и, оттолкнув с дороги какого-то высокого мужчину, заскочила в ближайший свободный портальный круг вперед него.

— Что за хамство?! — возмутился тот, гневно сверкнув льдистыми глазами.

Эти глаза вместе с длинными светлыми волосами и мужественным небритым подбородком просто кричали о том, что перед нами коренной северянин.

Бэссигера Маурштейн показала ему язык и, грохнув о земь моей сумкой, активировала переход.

— Нас ждет столица, моя дорогая! — пафосно провозгласила она, словно ничего не произошло. И уточнила негромко: — Мы же больше сюда не вернемся?

Ее взгляд был прикован к разозленному северянину, и мне почудилось, что она слегка напугана.

— Не вернемся, — я неодобрительно покачала головой.

Вот зачем сначала нарываться, а потом сбегать от последствий. Что-то не помню, чтобы раньше Бессигера Маурштейн сторонилась конфликтов. Скорее, наоборот.

Вокруг взметнулась непроницаемая стена голубого света, отрезая нас от разгневанного северянина, который был уже совсем близко. Он что-то говорил, но слов уже не было слышно. Закружилась голова, как всегда при переходе порталом, а когда свет опал, я застыла, затаив дыхание.

Огромная и суетная Главная Портальная площадь в центре Диля, была переполнена, куда сильнее площади Теплых Встреч. Люди здесь шли сразу во все стороны. С грохотом катились по каменной мостовой самоходные повозки, а в воздухе мелькали фигуры всадников-курьеров верхом на крыланах. Но все бы ничего, если бы не следы свежих разрушений повсюду, куда только падал взгляд...

— Идем? — как ни в чем не бывало предложила тетушка, снова левитируя мою сумку.

Мы сошли с портального круга и направились через площадь к остановке экипажей. Я не уставала вертеть головой и ужасаться. Диль всегда казался мне самым прекрасным городом, а теперь, куда ни глянь, сплошные руины или стройка.

— Да, моя дорогая. Свинорылые потрохи открыли свой портал прямо над столицей, но мы их ждали. Мирных жителей заранее эвакуировали, и встретили тварей, как подобает. Ох и встретили! — тетя потрясла могучим кулаком. — По всему Дилю три дня костры горели — дожигали их дохлые туши. Истребили столько, что им теперь несколько веков придется собирать такую орду.

Представила столь «живописную» картину и передернулась.

Мы сошли на обочину расчищенной от мусора и обломков дороги. На противоположной стороне бригада строителей восстанавливала обрушенный угол здания управы. Приписанный к ним маг, потея и напрягая жилы на тощей шее, левитировал огромный каменный блок. Молоденький лопоухий, он явно едва сменил ученическую мантию на форму специалиста.

Засмотревшись на строительные работы, я споткнулась.

— Осторожнее, детка, — подхватила меня под руку тетя. — Не хватало вывихнуть ногу прямо перед балом!

— Тетя, я же дочь Ниары Данаостро. И чтобы не попасть на бал сегодня, нужна причина посерьезнее, чем простой вывих. К примеру, отрубленная голова.

Мы рассмеялись. Неожиданно затрубил тягловый мегалон, запряженный в повозку, полную каменных блоков. Тупомордый и толстокожий, он внушал уважение своими габаритами, и голос у него был соответствующий.

От неожиданности мы взвизгнули, а молодой маг вздрогнул и потерял концентрацию. Груз, который он больше не держал, устремился вниз, грозя прибить вжавшихся в стену мастеровых.

Грохнуло.

Блок прямо в воздухе разлетелся на множество разнокалиберных острых осколков. Один оцарапал магу веснушчатую щеку, хлынула кровь, но тот даже не шелохнулся. Покрываясь пятнами от натуги, резко выкинул вперед руку. Видно было, как мелко дрожат его пальцы, когда он с усилием повернулся, отводя в сторону погибель, застывшую в считаных сантиметрах от посеревших лиц рабочих.

Больше не опасные осколки грудой осыпались на исковерканную брусчатку, не причинив никому вреда. Следом сполз по стене вихрастый маг.

— Ох, ты ж! Еп...

— Воды ему! Да шевели батонами!

Работяги очнулись, засуетились. Раздалась отборная ругань. Кто-то бросился на помощь к спасшему всех магу. Свистнул бич, полосуя бока мегалона.

Шокированная произошедшим, я не сводила взгляда с разыгравшейся сцены, как вдруг тетя Бесси, резко притормозив, дернула меня за руку. Перед носом промелькнул темный лошадиный бок, обдав специфичным запахом бальзамирующего состава. Следом пролетела повозка, скрипя рессорами и подпрыгивая на выщербленной брусчатке.

— Смотри куда прешь, короед! — гаркнула вслед неосторожному вознице тетушка, погрозив могучим кулаком.

Кучер-некромант, даже не обернулся. Только снова взмахнул магическим хлыстом, подгоняя своих давно почивших подопечных.

— Не зевай! — это она уже мне, спешно утягивая к точно такому же экипажу, вереница которых выстроилась вдоль обочины.

Худой и какой-то изможденный некромант-извозчик, молча распахнул перед нами дверцу экипажа, помогая сесть, затем погрузил багаж.

— Эстель-авеню, дом с мансардой, — величаво скомандовала тетушка, когда дверца кареты закрылась.

— Ого! Вот где мы теперь живем?

В верхнем городе обитали только состоятельные горожане, высшие должностные лица и те, кто мог это себе позволить.

— Да. С разрешения твоего отца, я сдала наше имение арендаторам. Все равно не способна толком следить за фермой, а земля пропадает.

— Так вот откуда деньги! А я было подумала.

— Нет. Ниара по-прежнему непреклонна.

Моя мама — родная сестра короля Оллана Седьмого. Принцесса Лигирийская предпочла скромную жизнь с истинным, выбранному родителями жениху, и никогда не жалела о своем выборе.

Дед и бабушка так и не простили маме своеволия. Они настаивали на том, что отпрыск правящего рода себе не принадлежит, и дочь должна покориться семье. А род Данаостро был хоть и благороден, но беден. Разве что славился демоноборцами, которых регулярно рождала эта славная фамилия. Мой отец не был исключением. Ниара же считала, что нельзя оскорблять Эфира отказываясь от его величайшего дара.

Я родилась уже после того, как трон занял дядя Оллан, и не успела застать старших родственников, но никогда об этом не жалела. Судя по рассказам, они были не слишком приятными людьми. Дядя, в отличие от них, маму любит всем сердцем, так что мы всегда желанные персоны при дворе.

Сколько себя помню, король уговаривал маму забыть все обиды и перебраться в столицу, но она была против. В свое время принцесса Ниара поклялась, что никогда не воспользуется помощью королевской семьи, а средства примет только те, которые заработает честным трудом. Зато папа дослужился до высокого звания командующего, а мама поддалась уговорам брата и трудится в королевском госпитале. Она — магохирург, один из лучших.

— Нам неплохо отстегивают за аренду, так что скоро заделаемся столичными штучками,

— вмешалась в мои мысли тетя Бесси. — Тем более, что ты будешь учиться в академии. Мы сможем чаще видеться, а то в нашей глуши совсем нет порталов.

— Согласна. Удачная была идея переехать.

Вопреки пророчествам почившей королевской четы, мои родители не кончили жизнь в нищете, а смогли обзавестись отличным участком земли, к которому постепенно прибавляли новые земли, покупая их у соседей. Шутили, что земля еще понадобится, когда дети вырастут и захотят обзавестись собственным хозяйством. Правда, пока я так и осталась единственным ребенком, о других они даже не помышляли, увлеченные карьерой.

— У тебя вот есть жених, чем я хуже? — продолжала строить планы тетя Бесси.

Она кокетливо поправила локон, хлопая густыми ресницами.

— Тетя, ты обязательно встретишь того, кто оценит твою красоту по достоинству, — я погладила ее по руке.

Когда-то Бессигера Данаостро с гордостью носила ай'рэ на виске, но демоны добрались до нее раньше, чем жених отыскал ее имя в реестрах. Она была всего лишь ученицей старшей магической школы и не смогла защититься, когда демон-обжора завладел ею на несколько часов.

Все произошло на каникулах, мой отец, тогда еще только адепт второго курса, заподозрил неладное первым и поднял тревогу. Бессигеру спасли, но стройная как тростиночка красавица уже успела измениться, и ни один лекарь не смог ей помочь.

Исчез ай'рэ, пропала способность пользоваться магией, и тетя Бесси перестала интересоваться чем-либо, кроме еды. Эту зависимость ей удалось побороть только с годами. Правда, наблюдая, как она поглощает сладости коробками, я начинаю сомневаться, что удалось побороть это последствие.

Тетя Бэсси все же вышла замуж за одинокого пожилого барона Маурштейна, который был ее лекарем. Они были счастливы, Бессигера воспряла духом и зажила почти нормально, даже магия стала к ней возвращаться, правда всему приходилось учиться заново.

Семь лет назад барон умер от магического истощения, помогая очередному одержимому ребенку, и тетя переехала к нам. До прошлого года тетя Бесси носила траур. и, мне кажется, ей так надоело черное, что сейчас она предпочитала светлые и яркие краски в одежде.

По дороге мы болтали о бале. О родителях, которые непременно туда вырвутся, чтобы повидаться со мной. И, конечно же, о Дэрине, который просто обязан совершить ритуал обручения прямо сегодня.

Вскоре экипаж остановился у симпатичного двухэтажного особнячка из нежно-розового камня с красной черепичной крышей, мансардой и садиком, в котором благоухали цветы.

— Только посмотри какая красота! — нахваливала новые владения тетушка, когда мы вышли из экипажа напротив изящных кованых ворот. — Элитный район, соседи тихие и смирные. Повышенная степень защиты от демонических проникновений. Тут такого как на площади ни за что бы не случилось.

— Дорого наверное?

— Да, приходится отдельно доплачивать за подзарядку артефактов, но оно того стоит. Ой! Ты же еще внутри ничего не видела! А ну-ка идем!

Она потянула меня за собой по вымощеной розовыми плитами дорожке не хуже тяглового мегалона.

Я едва успевала вертеть головой, отмечая, какое тут все легкое и светлое. И совсем непохожее на родовое поместье Данаостро.

Дом оказался небольшим, но уютным. Четыре спальни наверху, да кухня и гостиная на первом этаже. Показав мне все, тетушка провозгласила:

— А теперь обед! Потом будем приводить тебя в порядок. Бал начнется за три часа до полуночи, но это не значит, что позволительно опаздывать!

Глава 4. В которой все платья — хороши

Плотно пообедав, мы пили чай. Как всегда, к нему прилагалось множество выпечки и разнообразных сладостей. Да таких соблазнительных, что и я не смогла удержаться от излишеств.

— Ничего! Не каждый же день, — подбадривала меня тетя Бэсси. — Все равно такой аппетитной, как я, тебе никогда не стать, — она многозначительно похлопала себя по могучим бедрам.

Поддавшись на провокацию, я подвинула к себе еще один кусок яблочного пирога. В последнее время в школе экономили на продуктах, ведь было неизвестно, когда откроются порталы.

— Закончила? Идем скорее, примеришь платье! — тетя Бэсси легко взлетела по изящной уходящей в поворот лестнице на второй этаж.

Платье оказалось просто идеальным.

Новомодный покрой напоминал военный камзол. Грудь и плечи были целомудренно закрыты, зато спина обнажена до самой талии. Юбка без кринолина плавно расширялась книзу. Мягкая струящаяся ткань ласкала кожу, изящно облегая бедра.

Карминный цвет отлично сочетался с кремово-белой отделкой и удивительно мне шел. А еще ткань мерцала на свету, и незаметный на первый взгляд узор, повторяющий мой ай'рэ, вспыхивал то здесь, то там при каждом движении.

— Оно великолепно! — я вертелась перед овальным антикварным псише, осматривая себя со всех сторон и играя с юбкой. — Спасибо!

— Передам ериссе Сантьяго, что тебе понравилось. Она создала напыление в виде ай'рэ по моим эскизам.

Я улыбнулась, привычным жестом коснувшись завитка на виске. Представила, как во время обручения он засияет и превратится в диадему из света, затем перейдет на второй висок и останется там до тех пор, пока любящие сердца бьются в унисон, как пишут в книгах.

— Не понимаю, зачем некоторые его прячут?

Тетя, как ни странно, не выразила согласия каким-нибудь сочным эпитетом в адрес скромняшек. Напротив, нахмурилась.

— А это по-разному бывает, деточка. Не стоит судить других.

Вот глупая! Так счастлива, что совершенно не подумала, как тяжело видеть потускневшие, наполовину стершиеся линии, превратившиеся вместо украшения в уродливое пятно. Есть разные способы утратить ай'рэ. Гибель Истинного, измена. Одержимость, зашедшая слишком далеко, как у тети Бесси...

— Я такая дура! Прости меня, пожалуйста! — я крепко обняла тетушку.

С тех пор как демоны то и дело пытаются прорваться в наш мир, потеря близких и любимых не редкость. Даже думать не желаю, как бы поступила сама в подобном случае. Наверное, тоже спрятала бы ай'рэ, чтобы не вызывать у окружающих жалость.

— Забудь, детка, — погладила меня по спине тетя Бесси. — В таком возрасте не стоит задумываться, о грустных вещах.

Она ласково поцеловала меня в макушку и отстранила, продолжая удерживать за плечи.

— Ты такая красавица! — на глазах тетушки неожиданно выступила влага. — Я желаю тебя счастья, девочка моя. Такого, чтобы ух!

Она вскинула внушительный кулак.

Грустить долго я не умела, так что снова закружилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Карминный цвет удивительно сочетался с моей светлой кожей и каштановыми волосами, мягкая волна которых ласкала обнаженную спину.

— Уверена, Дэрин не удержится и проведет ритуал обручения сразу же как только тебя увидит!

— Брось, тетя! — смутилась я, хотя в тайне сама надеялась на это. — Мне же еще нужно в академии отучиться. Нужно получить специализацию, стать квалифицированным магом, а потом уже думать о семье... — я пыталась казаться взрослой и разумной, но в душе у меня царил Дэрин-Дэрин-Дэрин!

— Глупости все это! Сейчас сплошь и рядом все до академии обручаются, — отмахнулась тетушка. — И правильно делают, я тебе скажу. Так что и не думай Рину отказывать, если скажет ритуальную фразу. Отвечай, как я учила, и наслаждайтесь друг другом, пока Эфир дал такую возможность. А то неизвестно, как еще жизнь повернется, нужно позволить себе быть счастливой.

Украдкой смахнув слезу, тетя кликнула экономку:

— Илла! Илла, поди сюда и помоги причесать нашу детку к балу!

Еррисса Илла, вдова средних лет, перешла нам по наследству от ерра Маурштейна. Скорее подруга тети Бэсси, чем прислуга, она была мастерицей на все руки. Пока экономка колдовала над моими волосами, как обычно нахваливая их, я размышляла над тем, что Истинный не всегда любимый.

Такой спор возник совсем недавно среди выпускниц. Девочки вполне убедительно приводили примеры из жизни, только я молчала, ведь была уверена, это не мой случай. Мы с Дэрином действительно были влюблены друг в друга.

Я вспомнила нашу последнюю встречу и наш второй за все время поцелуй. Тетя куда-то отлучилась, и за нами никто не наблюдал.

Глаза цвета пасмурного неба, поймали меня в капкан. Большой палец нежно гладил татуировку на виске, Дэрин наклонился, одновременно приподнимая мне лицо. Его губы были необыкновенные. Одновременно упругие и мягкие, и такие теплые. Он делал ими что-то такое, что у меня ноги подкосились, и пришлось вцепиться в его рубашку.

Рин сжал меня в объятиях, и стук его сердца отдался где-то внутри меня, забирая контроль над ритмом моего тоже. По венам будто пустили жидкий огонь. Голова закружилась, а он все не останавливался! Целовал и целовал, словно позабыв, что кто-нибудь может нас увидеть.

Отпустил, только заслышав шаги — это тетушка Бесси, возвращалась, нарочито громко отдуваясь и что-то возмущенно бормоча под нос. Кажется, жаловалась на несвежий пирог из ближайшей кондитерской.

— Не могу дождаться, когда придет время, и мы сможем обручиться, Мари, — шепнул он, выпуская меня из объятий и поправляя мне волосы. — Не могу дождаться, когда станешь моей.

— Я тоже, — шепнула я, умирая от смущения и странных ощущений, которые меня обуревали.

Да, этот поцелуй был совсем другим, чем тот первый.

Я стояла перед истинным, боясь поднять затуманенный страстью взгляд и смущенно вдыхая будоражащий запах чистого мужского тела и толики благовоний. В тот миг я испугалась и порадовалась, что Рин живет в Эгросе, и мы не можем часто видеться, иначе вряд ли бы мы удержались от чего-то большего.

Розовый туман воспоминаний развеяла тетя Бэсси.

— Он не устоит! — рявкнула она с придыханием.

Не знай я, что она говорит о Дэрине, решила бы что Бессигера Маурштейн рассказывает о взятии какого-нибудь города.

— Ему и не нужно. Он уже мой, — со спокойной уверенностью улыбнулась тете и полюбовалась несложной, но изящной прической, которую соорудила мне ерисса Илла.

Экономка убрала локоны с висков, выставив мой ай'рэ на всеобщее обозрение. Позади они спускались свободной волной, лаская обнаженные лопатки. Идеальный выбор, очень в духе платья.

— Спасибо, Илла! Мне очень-очень нравится, — я подарила самую благодарную улыбку экономке.

Илла с достоинством поклонилась, довольная проделанной работой.

Во дворец мы отправились за пять минут до начала торжества. Я уже начала волноваться, ведь тетя не любила опаздывать, но она лишь хитро улыбалась, нарочито неспешно готовясь к празднику.

Когда алое платье укутало ее фигуру, ловко скрыв недостатки и выделив достоинства вроде тонкой по сравнению с бедрами талии, а не слишком длинные волосы были уложены в замысловатую прическу, приличествующую даме ее лет и положения, тетя брызнула в воздух духами и вошла в легкое облачко, после чего поправила кружевную перчатку и признала себя готовой.

Мы не вызвали экипаж заранее, и я решила, что будем ловить его прямо на улице, что было по меньшей мере странно, но тетя меня удивила снова.

— Сюда!

Вслед за ней я прошла через кухню и спустилась с террасы, обходя угол здания по выложенной розовым камнем дорожке, и моим глазам предстала невиданная роскошь!

— Это же портальный круг! — я уставилась на тетушку огромными глазами.

— Малый портальный круг, — поправила она. — Удовольствие дорогое, и пока что мы только ко дворцу подключены, не считая столичного госпиталя и управы, но я подумываю взять простенький пакет перемещений. Безлимитный нам пока не нужен, но есть такие, где можно выбрать пять или десять наиболее посещаемых мест. Выйдет экономнее, чем подключаться к ним по отдельности, и не придется трястись каждый раз в экипаже, когда захотим погулять в центр города, или съездить на примерку к ериссе Сантьяго.

— Отличная идея! — поддержала я ее, и мы вошли в портальный круг.

Вновь вспыхнула стена голубого света, отделив нас от окружающего мира, а затем опала, и я обнаружила, что нахожусь совсем в другом месте — во дворце.

Нас сразу закружил праздничный водоворот. Тетю замечали издалека, но эффект при этом был очень разный.

Одни спешили к нам, чтобы поздороваться и выразить почтение. Другие, напротив, стремились убраться как можно дальше. Так поступали в основном те, кто имел несчастье, читай — глупость, наступить на больную мозоль Бессигеры Маурштейн и получить ответку.

— Бесси, Мари! — дядюшка Оллан, весь такой свежий в белом мундире и коротко остриженный по военной моде, лично нас встретил прямо у входа в бальный зал.

Обнял каждую, звонко расцеловав в обе щеки под завистливые взгляды с самого дальнего конца и умиленные — с ближнего.

— Племянница, прекрасно выглядишь! Твой принц не устоит, сегодня же предложит обручиться. Я уверен! — заговорщически склонился он к моему уху, чем немало смутил.

— Спасибо, дядя, — я подарила нежную улыбку улыбчивому и простодушному на первый взгляд королю.

— Зятек, сам-то когда уже сподобишься? Лигирия заждалась наследников, — завела привычную шарманку тетя Бесси.

— Сразу после тебя, невестушка, — ответил ей тем же и по тому же месту дядя Оллан.

Никто не знал, проходил ли дядя церемонию поиска истинной, но завитка на виске у короля до сих пор не было. По этому поводу ходило множество домыслов.

Как и все, я иногда гадала, прячет ли он ай'рэ или решил пожертвовал своим правом ради Лигирии. Но все, что касалось личной жизни Оллана Седьмого было покрыто завесой тайны. Неизвестны были даже имена фавориток. Король любезничал и флиртовал со всеми барышнями одинаково, но не отдавал предпочтения ни одной из них. Так же как не спешил засылать сватов в соседние королевства.

— Дядя, а мои родители здесь?

— Пока нет, но обязательно будут позже, — улыбнулся его величество.

Обменявшись еще несколькими комплиментами и шутками, мы отправились дальше.

— Сейчас вот сделаем круг почета, а потом ты пойдешь к молодежи, а я приткнусь к местным старушенциям. Послушаю свежие сплетни, интересно же, чего в свете ново... — тетя Бесси не договорила.

Сбившись с шага, она остановилась и замерла, вцепившись в мою руку.

— Тетя, что с тобой? Ты так побледнела?

— А? Нет-нет. Все нормально, детка. Я просто забыла припудрить носик. Скоро вернууусь!

— как-то неестественно пропела моя родственница и, развернувшись с грацией, какую сложно было заподозрить в столь грузном теле, рванула в сторону выхода.

Глава 5. В которой последствия некультурного поведения

Я недоуменно захлопала глазами. Такое поведение было совершенно не характерно для Бессигеры Маурштейн. Она мало кого боялась, а во дворце так тем более. Но я готова была собственную руку скормить демонам, если это был не страх.

— Что это с ней? — раздался рядом знакомый голос.

— Ами! Не верю своим глазам! Я уже думала, что эти проклятые Эфиром порталы никогда больше не откроются, и мы останемся в школе навечно! — выпалила я, крепко обнимая подругу.

— Мари! — Амалия, никого не стесняясь, крепко обняла меня в ответ.

За время войны стало ясно, что излишние приличия себя изжили. Люди больше не стеснялись выражать эмоции открыто, хотя некоторые пожилые дамы покосились на нас неодобрительно.

— Ты давно вернулась? — подруга держала меня за руки и словно не могла насмотреться.

— Такая красавица стала! — Амалия едва не подпрыгивала от восторга, сияя улыбкой.

Она сама, тоненькая живая светлая и такая изящная в белом платьице, была воплощением юности и нежности.

— Ами ты — сильфида — одно из первых созданий Эфира!

— Это я от переживаний похудела. Ты же помнишь, когда я волнуюсь, совсем ничего не ем?

— Нашу школу расконсервировали только сегодня, так что я прямиком из портала, да на бал, — ответила я на вопрос.

— Ого! А я еще позавчера. Кажется, нас раньше всех выпустили.

— Повезло, наверное. Как дома?

— Ох, я потом расскажу. Ладно?

У Ами были финансовые проблемы в семье, но она не любила о них вспоминать. Я знала, в чем суть, ведь наша дружба не прерывалась ни на миг даже на отдалении, а только крепла с годами, несмотря на то что виделись мы теперь гораздо реже.

— Хорошо, я всегда готова выслушать. Видела, что демоны сотворили с Дилем?

— Да, но и наши задали им жару. Уверена, хвостатые такого не ожидали, — бойко улыбнулась Ами в ответ и тут же насторожилась, осмотревшись вокруг. — Мари, а твои родители здесь?

— Если не здесь, то, должно быть, находятся в самом опасном месте. Как обычно, — пошутила я и улыбнулась преувеличенно весело.

— Да уж. Ладно, не будем о грустном, лучше посмотри, что теперь у меня есть!

Амалия снова едва не запрыгала от радости и откинула в сторону волосы, демонстрируя изящный серебристый завиток ай'рэ на левом виске чуть ниже линии роста волос.

— Эфир! — выдохнула я восторженно. — Теперь и у тебя появился Истинный? Когда это случилось, Ами? Кто он?

— Совсем недавно. Чуть больше месяца назад. Как раз в день сдачи последнего выпускного экзамена. Я проснулась, умылась и как раз причесывалась, когда ай'рэ проявился. Девочки так и ахнули, а я просто упала в обморок! Очнулась, вокруг меня толпа. Поздравляют, что-то говорят, а я слова вымолвить не могу! Представляешь? Даже экзамен в тот день провалила, пересдавать потом пришлось, — смутилась она.

Пока Амалия говорила, я рассматривала резковатые остроконечные линии, которые удивительно шли к ее серым с фиолетовым оттенком глазам. Особенные, не такие как к меня. Вот же чудо — для каждого ай'рэ находится свой уникальный рисунок, который есть лишь у двоих во всем мире.

— Так, как его зовут? — осторожно полюбопытствовала я.

Интересоваться именем и происхождением Истинного было не принято, но мы с Амалией не зря лучшие подруги, у нас нет секретов.

— Не скажу, — ответила Ами. — И не смотри на меня так, — тут же улыбнулась она, заметив блеснувшее в моих глазах разочарование. — Я и сама пока не знаю, кто он. Мы еще не виделись.

— О! Прости меня, пожалуйста! Вы просто не имели возможности встретиться из-за блокировки школьных порталов. Как же я сразу не сообразила. Уверена, твой Истинный скоро отыщет тебя, Ами, как только сможет. Вероятно, уже сегодня, прямо здесь — на балу! Да он тоже в обморок упадет от счастья, когда увидит, какая красавица ему досталась!

— Это было бы безумно романтично! — легкий румянец проступил на щеках подруги. — А Рин, он будет? — поинтересовалась она.

— Тетя Бесси сказала, что Дэрин планировал быть.

—Значит, сегодня мы станем свидетелями обручения? — подруга легонько пихнула меня в бок.

— Эфир! И ты туда же?

Я закатила глаза, но предвкушение скрыть от подруги не удалось.

— Мари! Это такое чудо! Я так рада за тебя! Так ты дашь Рину согласие, если он предложит или возьмешь отсрочку на время учебы в академии?

У входа в зал случилось какое-то волнение, и мы синхронно посмотрели в ту сторону.

— Там тетя Бэсси, — растерянно пробормотала Амалия. — Но что она вытворяет?

Моя необъятная тетушка, крадучись бочком-бочком, возвращалась в бальный зал. Она определенно кого-то высматривала, прячась за спинами придворных.

— Но это же бесполезно! — Ами изящным жестом затянутой в перчатку ладони указала на нее.

Ухищрения Бессигеры Маурштейн и правда были спорными. Ярко-алое платье выдавало ее с головой, а габариты не позволяли качественно схорониться позади гостей.

— Почему твоя тетя себя так ведет? Это странно.

— Более чем, — согласилась я с подругой. — Никогда раньше не видела ничего подобного.

Тем временем начался бал. Грянули музыканты, начав с традиционного ульсе, неспешного и простого. Открывал бал его величество Оллан Седьмой с одной из пожилых придворных дам. За ними потянулись остальные гости. Кто-то заранее договорился о танце, кто-то подыскивал партнера на ходу, но так или иначе танцевали все, кроме нас и моей тети.

Не выпуская из виду тетю Бесси, мы с Ами поспешили в сторону, освобождая место для танцующих.

Можно было не беспокоиться, что кто-то нам помешает. Ай'рэ на наших висках сигналили кавалерам, что первые танцы, а возможно, и все последующие, будут отданы истинным. Но если мы все же пожелаем танцевать, просто подадим сигнал — займем определенное место в зале, негласно выделенное для этих целей.

Мы с Ами танцевать не желали. Мы желали выяснить, что происходит с великой в прямом смысле слова и ужасной — в переносном Бессигерой Маурштейн.

После начала танцев тетя неожиданно осталась без эфемерного прикрытия в виде гостей и теперь напоминала одинокий бутон алой розы на осеннем кусте в ветреный день. То есть, суетливо металась из стороны в сторону — шаг туда, шаг обратно, словно не зная, куда податься.

— Она в смятении... — нахмурилась Амалия.

— Идем! Надо выяснить, что произошло.

Мы решительно направились к моей растерянной родственнице, но немного опоздали.

Волей случая, тетя заняла аккурат то самое место у третьего эркера, где полагалось дожидаться приглашения на танец, и нас опередил какой-то мужчина. Наверное, решил, что она тоже желает танцевать.

— Стой! — придержала меня за локоть Амалия, не позволив вмешаться. — Кажется, он хочет ее пригласить!

— Пусть попробует, — усмехнулась я, но остановилась.

В конце концов тетя куда как лучше меня умела отваживать нежеланных кавалеров.

Мужчина, высокий и статный, показался мне смутно знакомым. К моему удивлению, он не полыхнул красными ушами и не ретировался сразу, как только Бессигера Маурштейн открыла рот. А она бы точно это сделала, хотя бы потому что никому не позволяла так бесцеремонно с собой обращаться. Да еще и...

— Где-то я уже видела эти светлые волосы. — нахмурилась я, пытаясь понять, почему этот человек кажется мне знакомым.

— Северянин, — подтвердила мою догадку Амалия. — А какой симпатичный мужчина, хоть и старый! — она крепче стиснула мой локоть.

— И вовсе не старый. Папин ровесник или около того. Эфир! — Я зачарованно наблюдала, как Бессигеру Маурштейн ведет в танце один из нелюбимых ею северян. Колоритная пара как раз протанцевала мимо нас, и я смогла рассмотреть лицо мужчины. — Это же ТОТ САМЫЙ северянин!

— О чем ты? — подруга удивленно посмотрела на меня. — Точнее, о ком ты, Мари?

— Тетя толкнула его сегодня утром у школьного портала. Он хотел им воспользоваться, но она его пихнула и, вместо извинений, еще и язык показала!

— О.

Я не ошиблась с выводами. Это подтверждало лицо тети Бесси, спорящее цветом с ее алым платьем. Мужчина что-то говорил, чуть склонившись к ее уху. Его рука уверенно и властно лежала на тетиной талии. И вел он себя так, словно знал ее половину жизни — то есть улыбался и смеялся в ответ на ее непременно хлесткие фразы, не спеша возмущаться или оскорбленно ретироваться, бросив сложную во всех смыслах партнершу.

— Они нас заметили! — вдруг ткнула меня в бок Ами.

Я не сразу поняла, о чем она говорит, но подруга была настойчивой и ткнула еще раз — сильнее.

— Они идут сюда, Мари! — в ее голосе послышались истерические нотки.

— Да кто? — я повернулась, чтобы посмотреть.

— При-Дур-Ки! — коротко и ясно ответила Амалия, но теперь и я смотрела на направляющуюся к нам троицу парней.

Кого я сейчас меньше всего хотела видеть, так это шайку задавак, которых мы с Ами окрестили «ПриДурКи» по первым буквам их фамилий. Эти парни считались дурной компанией и не скрывали своей принадлежности к скандальному движению «Стоп ай'рэ!»

Наверное, поэтому ни один из них до сих пор не обзавелся меткой Эфира или хотя бы официальной невестой. Но еще хуже было то, что каждый член движения считал святой обязанностью насаждать свои убеждения всем прочим — как правило, юным и хорошеньким девушкам.

С прошлогоднего бала мы с Ами тоже попали в их зону внимания.

— Нееет! — раздосадовано протянула я, нехотя глянув в сторону приближающихся к нам парней.

— Кинрой точно по твою душу, — верно заметила Амалия.

— Кто бы сомневался...

Сразу за Кинроем по традиции тащились Кристобаль Прим и Бран Дуртауэр. Первый — длинноволосый вечно недовольный брюнет. Потомственный некромант, мрачный и желчный. А второй — рыжий здоровяк Бран Дуртауэр, девизом которого давно должно было стать выражение: «Сила есть, ума не надо».

Парни шли не спеша, красуясь и вызывая восхищенные девичьи взгляды. Отпрыски высших аристократических семей. Дети состоятельных родителей. Сильные маги, которым прочили серьезное будущее. Надежда и опора государства.

И, как водится, те еще засранцы. Одним словом — ПриДурКи!

— Прекрати так на них пялиться, Ами! Не привлекай внимания!

Я принялась отыскивать глазами тетю Бесси, которая кружилась с северным красавцем на противоположном конце зала.

— Но, Мари, они же хотят танцевать!

— Пусть танцуют. Это же бал, — пожала я плечами.

— Мари, мы стоим у третьего эркера! — паникуя, напомнила мне Амалия.

— Драные демоны! — прошипела я, осознав в какую мы попали ловушку.

Как-то так вышло, что, наблюдая за тетей, мы переместились в ту самую «сигнальную» зону. И это был полный провал, учитывая, что кроме нас здесь никого больше не было. Вообще!

Глава 6. В которой танцуют даже те, кто не особенно хотел

На лицах парней сияли хищные улыбки победителей, загнавших несчастную жертву в угол. Нам действительно было некуда деться. Просто отойти в сторонку — не вариант.

— Если уйдем сейчас, они оскорбятся! Что же делать? — вторила моим мыслям Амалия. Идея созрела мгновенно.

— Танцевать! — решительно глянув на троицу, я заложила одну руку за спину и поклонившись, предложила вторую подруге.

Ами, выдохнув с облегчением, схватилась за нее. Мы ускользнули прямо из-под носа охотников, едва удержавшись, чтобы не показать им языки.

Ничего зазорного или предосудительного в том, чтобы девушка танцевала с девушкой в такое сложное время, когда партнеров мужчин на всех не хватает.

— Они не отстанут, — констатировала Амалия, когда мы оттанцевали от разочарованных парней подальше. — Но постоянно отказываться тоже некрасиво. Это может вызвать ненужные домыслы.

— Надеюсь, Дэрин вот-вот придет, и мне не придется ничего выдумывать.

— Эх, надеюсь, твоя тетя одолжит мне красавчика-северянина на пару танцев. С таким партнером можно будет не опасаться преследователей, — пошутила Ами.

— А я могу пригласить дядю, если Дэрин задержится, — продолжала размышлять я.

— Как думаешь, твоя мама позволит мне потанцевать с твоим отцом? — не унималась Амалия.

— Вполне.

Тем временем первый танец закончился, перед следующим полагался небольшой перерыв. Можно было утолить жажду и припудрить носик.

Мы отошли в сторонку, наблюдая, как северянин раскланивается перед тетей Бесси, а та хлопает ресницами, что-то ему отвечая. Когда он отошел, я потянула Ами за собой.

— Идем!

Мы были не слишком близко, потому тетя Бесси успела ускользнуть в соседний зал, где разместились фуршетные столы. Она обнаружилась возле одного из них с бокалом белого игристого в одной руке, и тарелочкой с пирожными в другой, а рядом на столе уже стояло два пустых бокала.

Пока мы добрались до нее, тетя опрокинула залпом третий и потянулась за следующим.

— Она же напьется! — удивилась Ами.

— Не так скоро, — усмехнулась я. — Поверь, Бессигере Маурштейн нужно куда больше пяти бокалов, чтобы захмелеть.

Тем временем странности продолжались. Тетя взяла двумя пальцами крошечное пирожное, поднесла было ко рту, но передумала. Понюхала, наморщила носик и положила обратно. А потом, небывалое дело, отставила всю тарелочку в сторону.

— С ней и правда что-то неладное творится, — констатировала я и спросила уже напрямую:

— Тетя Бесси, что с тобой происходит?

— А! — вздрогнула та, точно испугавшись. Засмеялась неестественно: — Ахаха! Охохо! Это ты, детка? Ой, Ами, дорогая! Рада тебя видеть? Как ты поживаешь? Как твои родители, они здесь?

— Здравствуйте, тетя Бесси! — Амалия привыкла с детства обращаться к ней так.

Дождавшись, пока они обменяются любезностями, я бесцеремонно схватила родственницу под руку и отвела в сторонку.

— А ну прекрати юлить! Что у тебя с этим северянином такого, что ты бегаешь от него как заяц и хихикаешь как... Как... — я хотела сказать влюбленная, но передумала.

— Ох. — Бессигера Маурштейн бросила несколько коротких взглядов по сторонам и ответила громким шепотом: — Мы учились вместе в школе. Он был старше и влюблен в меня.

— Это.

— Да. Это было тогда, когда я была такой же худенькой и красивой, как ты. А вот он мне тогда не слишком нравился. Ходил хвостом, приносил мне цветочки, а я смеялась над нескладным северянином и бросала их ему в лицо. Прилюдно. Гадина была та еще, конечно. И надо же мне было показать именно ему язык! — она искренне сокрушалась.

— Он тебя узнал?

— Да! И это самое ужасное.

— Почему?

— Сказал, что по языку-то он меня и опознал. Сообразил, кто это такой наглый. О, Мари, какой стыд! Какой стыд! — тетя схватила сразу по бокалу в обе руки и выпила их один за другим. — Никогда так не делай! — предупреждающе ткнула она мне в грудь пальцем и выпила еще один.

— Не показывать язык незнакомцам? — не удержалась от шутки я.

— Не пей много. С твоими габаритами сразу помрешь.

Пропустив нравоучения мимо ушей, взяла тетю за руку:

— Что он сказал? Пришлось извиниться, да?

— Вроде того. Иди развлекайся, а я, пожалуй, пока в библиотеке отсижусь. Что-то натанцевалась, пожалуй, — тетя отняла у меня руку и, прихватив еще четыре бокала, направилась к противоположному выходу.

Она несла их забавно три разместив между пальцев, и прихлебывая из четвёртого по пути. Перед ней с уважением расступались.

— Ну что, выяснила в чем дело? — подскочила любопытная Ами.

— Вроде того. Это старый знакомый, которому она задолжала пару танцев, — не стала я вдаваться в подробности.

— Угу, — усмехнулась Амалия, которая знала меня как облупленную.

— Мораль истории такова: не задирайся в юности, чтобы не расхлебывать последствия годы спустя. Ну или что-то вроде того.

— Понятно, — усмехнулась Ами и подхватила два бокала, протянув один мне.

— Ами! — я едва не побледнела.

— Да, брось! Давай попробуем, мы уже совершеннолетние. От одного нам точно ничего не будет.

— Лааадно, — протянула я, принимая один.

— И не сжимайся так, а то все поймут, что это наше первое игристое, — подруга хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

С независимым видом, точно нам не впервой, я уверенно провозгласила:

— За Истинных! — и мы со звоном соприкоснулись хрустальными краями бокалов.

Глядя друг на друга, и едва сдерживая хихиканье, отпили по глотку.

— Ну как? — спросила тихонько Ами.

— Вроде ничего, но странно, — я осторожно отпила еще один глоток, пытаясь распробовать, и взяла с забытой тетей тарелочки маленькое пирожное со свежей клубникой.

— Ммм!

Пирожное мне понравилось куда больше колючего, бьющего в нос игристого.

— За истинных полагается до дна, Мари. Кажется, ты немного ошиблась с тостом, — Ами неуверенно заглянула в свой бокал, где оставалось еще прилично вина.

— Ты права. Надо было выбрать что-то менее... обязывающее.

Бокал теперь напоминал ловушку. Пить игристое больше не хотелось, но и оставлять его недопитым, считалось недоброй приметой.

— К косорогам бы эти условности! — ругнувшись, я тремя большими глотками допила содержимое своего бокала.

Ами тянула чуть дольше, и я видела, что подруга едва держится, чтобы не поморщиться. Вино щипало язык и не было противным, но я чувствовала в нем коварство. И последствия не заставили себя ждать. Слегка закружилась голова, а ноги на несколько мгновений стали непослушными. И легкость в голове образовалась какая-то подозрительная.

— Обещай мне, быть осторожней в следующий раз, — взяла меня за руку Амалия.

— Зато мы теперь знаем, почему все вокруг твердят, что спиртное — это плохо, — хихикнула я.

Из бального зала донеслась быстрая мелодия новомодного Иерде. Быстрого парного танца, местами даже фривольного. Мы разучивали его в школе в первой — самой приличной форме, но в общежитии по вечерам бывало устраивали те еще представления.

— Иерде? Идем скорее! — Ами вслед за остальными желающими бросилась к выходу.

Поставив бокал, я поспешила за ней и нагнала шуструю блондинку уже у самого выхода.

— Куда так спешишь? Боишься, что северянина кто-нибудь ангажирует раньше? — подколола я подругу, как раз в момент, когда мы ворвались в бальный зал и на секунду замешкались, только сейчас вспомнив, что именно заставило нас вообще подумать о танце с северянином.

— Нет, худышка. Никаких северян. Этот танец ты танцуешь со мной.

Наглый и какой-то порочный некромант, ловко подхватил Амалию за талию, развернул, и зашагал, увлекая прочь в танце. Я только и успела, что выдохнуть и поймать растерянный взгляд подруги.

— Ты же не откажешь мне во второй раз, Марэна? — хищно выгнув бровь протянул мне руку Придурок номер три, блондин Юргес Кинрой.

— Кинрой, разве тут мало свободных девушек? — нехотя протянула парню ладонь, на которой его пальцы сомкнулись будто стальной капкан, когда он поднес мою руку к губам, запечатлев сочный поцелуй.

— Достаточно. Но сейчас я выбрал тебя, Марэна.

Блондин улыбнулся мне той самой улыбкой, от которой все девушки должны были сразу растаять и растечься у его ног теплой податливой лужицей. По его мнению, конечно же.

— Кинрой, ты хорошо видишь? — поинтересовалась я, чуть насмешливо глядя прямо в наглючие голубые глаза.

— Не жалуюсь, — усмехается мой партнер.

— Тогда смотри, — шепнула я и потянулась к нему навстречу и на цыпочки привстала.

Блондинчик на миг оторопел, но быстро взял себя в руки и тоже стал наклоняться, будто для поцелуя. В последний момент я резко повернулась к нему боком и наклонила голову, ткнув указательным пальцем свободной руки себе в левый висок.

— Видишь? Это называется ай'рэ.

Получилось просто издевательски, как я и планировала.

Сообразив, как я его разыграла, Юргес гневно засопел. Сузив глаза, он вдруг резко дернул меня за руку. Так, что я влетела ему в грудь, а в следующий миг, подхватив за талию, он пошел прямо на меня, вынуждая отступать в танце. Иерде уже было в разгаре, музыка играла быстро, и судя по тому, что вытворял Кинрой, танцевать он намеревался никак не первую приличную его форму.

Вторая была позволительна лишь среди любителей эпатажа или влюбленных парочек, но, похоже, моего партнера это мало заботило. Вырваться или воспротивиться? Но со стороны все будет выглядеть как скандал. Неизвестно, что породит больше ненужных мне слухов...

Юргес снова резко повернул, вынуждая меня обойти его по кругу, и дернул за руку, впечатывая в себя. Не дав передохнуть, наклонил назад, да так сильно, что пришлось приподнять одну ногу, повиснув у него на руках.

— Что ты вытворяешь?! — прошипела я.

— Танцую. А вот ты, похоже, совершенно не умеешь двигаться. Какое разочарование! Чувство такое, что танцую с бревном.

Пользуясь моментом, я изо всех сил наступила ему на ногу, да еще и провернулась, как того требовала мелодия. То есть она требовала поворота, а наступила я специально. Элемент от себя, так сказать. Специально для Кинроя.

— Предлагаю тебе не мучиться и прекратить этот фарс!

Кинрой зашипел от боли и грубовато оттолкнул меня, не выпуская моей руки. Это вполне вписывалось в рисунок иерде, но только в его вторую форму...

— Ну уж нет, задавака, — усмехнулся он, возвращая меня назад. — Уверен, я смогу тебя расшевелить и обучить. И не только танцам, — он пошло подмигнул, в очередной раз резко разворачиваясь.

Его ладонь снова легла мне на талию, Юргес резко наклонился, нависая надо мной. Я порадовалась, что на мне платье без декольте и открытых плеч.

— Кажется, зрение тебя подводит, Кинрой! Или ты плохо рассмотрел мой ай'рэ? — гневно прошипела я, поворачиваясь левым виском к слишком уж близко оказавшимся губам блондина.

— Ты же знаешь, что я плохой мальчик, Мари, — его губы мазнули мне по уху прежде, чем мы вернулись в вертикальное положение. — Мне нет дела до глупых условностей. Свобода выбора — вот мое кредо.

— Свобода выбора? В тебе говорит распущенность, Юргес! В тебе и тебе подобных!

— Подобные мне против навязанных привязанностей, Марэна. Мы за возможность сравнивать. Слышала что-нибудь о «Стоп ай'рэ!»?

— Вам всем в бордель прямая дорога!

— О! — делано удивился Кинрой. — Откуда невинной пташке, вроде тебя, известно такое ужасное слово? Немедленно вымой свой язычок с мылом! Хочешь, помогу?

Мне так надоели глупая беседа и провокационный танец, что я решила наплевать на слухи и бросить хама прямо посреди зала.

— Отвали, Кинрой!

— Я не держу. Благодарю за танец, Мари. И за приятную беседу.

Наглец не стал мне препятствовать и даже поклонился самым изящным образом. Досадно было одно, что музыка в этот момент тоже смолкла, так что наше расставание получилось с виду естественным.

Изобразив положенный по этикету книксен, я поискала глазами Амалию. И обнаружила ее все еще в лапищах Кристобаля Прима. Она была не меньше моего взволнована, да еще и напугана, судя по распахнутым во всю ширь глазищам. Лица некроманта я не видела из-за длинных темных волос. Не знаю, чем этот гад запугал мою подружку. Наверняка тоже втирал про свою «свободу выбора»...

Решив, что нам обеим нужна передышка, я поспешила ей на помощь.

Амалия замерла прямо посреди зала, глядя в одну точку. Ее партнер шел мне навстречу, криво усмехаясь. Холодный взгляд некроманта ощущался обидной пощечиной, когда он, миновав меня, направился к выходу.

Недобро глянув ему вслед, я прибавила шагу, торопясь к подруге.

— Ами, что с тобой?

— А? — Амалия точно очнулась ото сна. Посмотрев на меня рассеянным взглядом, вымученно улыбнулась. — Все в порядке, Мари.

Схватив ее руку, ощутила, как та дрожит, и обеспокоилась еще больше.

— Да что-то не похоже. Идем, выпьем чего-нибудь горячего. Этот властелин трупов тебя совсем заморозил.

— Д-да. — Ами послушно двинулась за мной в сторону фуршетного зала.

Пока шли, я попутно высматривала тетушку, но, похоже, что Бессигера Маурштейн исполнила свою угрозу — спряталась в библиотеке. А еще мне не нравились взгляды, которыми нас провожали гости, но я не придала им значения, озабоченная состоянием Амалии. Усадив подругу в один из многочисленных эркеров, где на низких широких подоконниках лежали подушечки, и можно было передохнуть, я нашла слугу и попросила принести нам горячего чаю с травами и лимоном.

— Чего он тебе наговорил, что тебя так колотит? — протянула я подруге парующую чашку, когда мой приказ был в точности исполнен.

Ами зажала ее в ладонях, поднесла ко рту, но так и не пригубила. Ее глаза вдруг распахнулись во всю ширь.

— Марэна. О, Мари! Нет! — зашептала она, отрицательно качая головой.

Чашка выпала из ее рук. Чай пролился, пятная светлое платье, но подруга словно и не заметила казуса. Она не сводила испуганного взгляда с. моего лица!

Глава 7. В которой рождается еще один демоноборец

Я уставилась на подругу в ответ и даже оглянулась, чтобы проверить, не открылся ли прямо посреди фуршетного зала демонический портал. А что еще могло так сильно напугать Амалию Риано?

Но нет. Позади никого, кроме чинно передвигающихся, разодетых в пух и прах гостей, не было. Кстати, они тоже косились в нашу сторону и перешептывались. Словно все знали что-то, чего не знала я.

— Драный косорог! Мне это не нравится! — выругалась я, ощутив смутную тревогу. — Ами, да скажи наконец, что происходит? — в моем голосе прорезались истерические нотки.

— Марэна, твой ай'рэ... Он... Он пропал!

Ужасные слова прозвучали словно проклятие. Дышать стало разом тяжело. Захотелось выйти в сад или лучше забраться в Орлиную башню, только бы не оставаться больше под прицелами сотни любопытных глаз.

Я попятилась, мотая головой. Отступив на несколько шагов, развернулась и поспешила прочь. Все ускоряясь, лавировала среди гостей, будто нарочно столпившихся у меня на дороге. Взгляд затравленно метался, то и дело натыкаясь на собственное бледное отражение в многочисленных зеркалах и начищенных до блеска рыцарских доспехах, украшавших бальный зал.

И вдруг я тоже заметила это.

Резко затормозив у первого нормального зеркала, замерла, не веря собственным глазам. Теперь я отчетливо видела, что не ошиблась. От изящной сиренево-серебряной вязи остался лишь уродливый серый контур с нечеткими краями, напоминающий шрам или синяк.

Дрожащие пальцы привычным жестом коснулись виска. Мне стало так плохо, словно у меня заживо кусок сердца вырвали. Зал опасно покачнулся, когда гости превратились в тошнотворные цветные пятна, среди которых уверенно горело одно — ярко-алое. Оно стремительно увеличивалось, приближалось ко мне.

— Тетя. — еле слышно выдавила я, делая несколько неверных шагов ему навстречу.

Каблук подвернулся. Я раскинула руки, пытаясь удержать равновесие, и полетела на пол. Кто-то подхватил меня, уберегая от падения, и в тот же самый момент виски пронзила резкая боль. Чернота накрыл разом, погасив тошнотворное мелькание и уберегая меня от сумасшествия.

— ...отказался от Истинной. — донесся до обрывок разговора.

Голос мамы звучал расстроенно.

— Безрогий выродок касалопуса этот эгросец! Чтоб ему черви глаза выели! Чтобы некромант-психопат из него умертвие сотворил и заставил чистить туалеты в столичной ночлежке! — тетя Бесси замолчала, тяжело вздохнув, и продолжила спокойнее. — И не переживай так, Ниара. Марэна сильная девочка. Она справится. Я же справилась. И за Андреса не переживай. Мой брат непременно вернется. Твой ай'рэ, он.

— Уймись, Бесс! — рыкнула мама. — Ничего не желаю больше слышать про ай'рэ. Да и как я могу успокоиться? Мой муж пропал, моя девочка едва жива, а меня снова не было с ними рядом! Тебе не понять!

Мама горько заплакала. И это было невыносимо.

— Тише-тише, не рви себе сердце, милая! — Бессигера Маурштейн продолжила утешать золовку. — Все будет хорошо. Все обязательно наладится. Целитель сказал, что у Марэны просто нервное потрясение. Потеря ай'рэ — это уже шок. Он навестит нас еще раз сегодня вечером, и будет приходить, сколько понадобится. А Андрес... Ты знала, на что шла, выходя за демоноборца, — раздался горький смешок. — Иначе не стала бы отказываться от титула, наследства, и была бы сейчас замужем за совсем другим мужчиной.

Мама только заплакала сильнее.

— Как?! Как я ей об этом скажу? Это окончательно добьет Мари, если она выкарабкается!

— выдавила сквозь душераздирающие всхлипы она.

Смысл сказанного доходил с запозданием.

Дэрин отказался от меня? И, кажется, папа пропал? А мама так горько плачет, что у меня рвется сердце. Не помню, чтобы она хоть раз на моей памяти так расстраивалась.

Мама была права. Переварить эти новости оказалось выше моих сил. Пытаясь сбежать от реальности, я снова провалилась в беспамятство.

— Жизнь закончилась, Марэна. И правильно. Тебе там больше делать нечего. Давай покончим с этим, все равно ты никому не нужна.

Шипящий унылый голос раздавался прямо в моей голове. Возмущенная последним откровенно лживым заявлением, я открыла глаза и обнаружила себя в Орлиной башне. Я сидела прямо на ограждении, свесив босые ноги вниз, а рядом со мной расположилось странного вида существо.

С виду оно походило на девушку, одетую в сплетенное из пожухлой соломы смазанной глиной рванье. Других слов, чтобы описать ее наряд у меня не нашлось. Кое-как прикрытая грудь, контрастировала с вычурным воротником, украшенным драгоценным камнем, который мягко светился из глиняных лепестков своеобразного цветка.

Но мое внимание привлекли неширокие наручи, соединенные соломенной же веревкой. Слишком тонкой и длинной, чтобы сковывать движения, так что ее назначение оказалось для меня загадкой.

Еще необычнее был головной убор с маской, которая оставляла открытыми только кончик носа и яркие вишневого цвета губы. И никаких щелей или отверстий для глаз, словно бы их у этой твари не было. Весь вид существа, особенно рога на голове, не оставляли простора фантазии.

Это был демон. Из слабеньких. Тех, что действуют исподтишка. Подкарауливают человека, когда он не в самом лучшем состоянии, и завладевают разумом. И мне достался демон уныния. Это очевидно.

Но почему-то я совсем не испугалась. Наоборот, принялась с интересом разглядывать тварь, которая рискнула со мной связаться. Кажется, существо на миг растерялось, или я выдала желаемое за действительное. Но если и так, оно тут же собралось и вновь завело свою волынку.

— Тебя оставил любимый. Бросил как путник на дороге бросает ненужный мусор. Твой отец пропал. Он так устал от вашего семейства, что предпочел сделать это молча. Твоя мать убита горем, ей совсем не до тебя. Давай покончим с этим вместе, избавим тебя от страданий...

В этот миг она резким движением перебросила соломенную веревку мне через голову. Потянула на себя. Теперь я знала ее назначение. В мозгах затуманилось, мир стал серым и унылым. На миг мне стало себя очень жалко и единственным разумным выходом показалось оттолкнуться посильнее от парапета, на котором я сидела.

— Ну уж нет! — мотнула головой, скидывая с себя наваждение. — Если тебе так невмоготу, то не держу. А я, пожалуй, останусь здесь.

Демон, зарычав, усилил влияние. Да так резко, что мне пришлось до боли в пальцах вцепиться в парапет. Земля рванула вниз, а башня принялась бесконечно расти. Единственная опора подо мной на глазах рассыпалась в пыль, и я крепко зажмурилась.

— Я нахожусь в постели в комнате, а это все морок. Убирайся прочь, выродок лохматого касалопуса, пока я тебе рога не поотшибала!

Было нелегко сохранять ледяной тон. Я не знаю, помогло внушение или нет, но до сих пор не почувствовала удара. Но, главное, я точно знала, что нельзя поддаваться ни при каких обстоятельствах. Нужно цепляться за реальность и бороться до самого конца, как бы больно или страшно ни было. Пока я верю, что происходящее лишь иллюзия, наведенное демоном видение в моей голове, то даже у меня есть шанс, если смогу остаться крепка духом.

Похоже, тварь почуяла мой боевой настрой и сменила тактику. Мы очутились посреди бального зала полного народу. Нарядно одетые люди ходили слишком быстро и как будто кругом, центром которого была я. Их лица искажала злоба и насмешка, они жалили меня взглядами, перешептывались. От этой цветной круговерти нарядов стало дурно. Я постаралась не смотреть, но пол и потолок были зеркальными, как и стены. И куда бы я ни обратила взгляд, видела собственное обнаженное отражение среди разодетого народа. И только на виске — на месте ай'рэ, точно чудовищный нарыв, пульсировал зловещим багрянцем вздувшихся вен жуткий разветвленный бугор.

— Тебя никогда уже не примут, отверженная. Ты навсегда останешься посмешищем, лишившимся ай'рэ, — шипел демон уныния. — Ты такая больше не нужна Дэрину!

Тварь парила прямо надо мной. Вместо крыльев за ее спиной закручивался водоворот серпообразных глиняных на вид отростков. Они кружились гипнотизируя, и в такт им пульсировал кровавый камень на воротнике демона. Толпа вокруг что-то нечленораздельно бормотала. Это бормотание сливалось в единый невыносимый звук, похожий на древнее запрещенное заклинание, и дергающий нервы. Теряя себя по крупицам, я растворялась в горе. Хотелось лечь на пол, съежиться и обхватить себя руками, чтобы хоть как-то прикрыться от осуждающих женских взглядов и похотливо-ненавидящих мужских. Раствориться и превратиться в ничто. Рассыпаться серым пеплом и закончить жалкое существование.

Я закрыла глаза, отгораживаясь от всего, что мешало думать. Заговорила вслух, чтобы уверенный звук собственного голоса помог справиться с наведенными чарами.

— Я — Марэна Данаосторо. Дочь величайшего демоноборца Лигирии и принцессы по рождению. Не тебе, тварь, диктовать мне, что делать!

— Дэрин отказался от тебя! Отказался! — чуть истерично прозвучал голос демона. — Отказался чтобы... — она вдруг осеклась и заговорила иначе. — Отказался, потому что ты слишком никчемная, — шепот раздался у самого моего лица.

Но было поздно. Я уже зацепилась за эту оговорку. Резко распахнув глаза, оказалась нос к носу с тварью, и как-то так вышло, что инстинктивно ухватила ее за рога. Сама не знаю почему, ведь мне было ужасно противно. Но я не могла не поинтересоваться:

— Что бы, что? — задала вопрос почти равнодушным тоном.

Тварь не ответила, только дернулась, подаваясь назад, и ее страх придал мне сил.

— Ты должнааа. Должнаааа. — тварь задергалась, точно сломанная.

У нее будто что-то сбилась в мозгу, если он у нее, вообще, был.

— Тебе и твоему дрянному племени я точно ничего не должна! — рыкнула я ей в мерзкую прикрытую отвратительной маской морду. — Гори пламенем Эфира!

Неожиданно мои ладони полыхнули сиреневым огнем, и демоница заверещала, подалась назад с необычайной силой. Глиняные серпы за ее спиной завращались на пределе, словно перемалывая зал вместе с придворными.

Мироздание смазалось в сплошное разноцветное пятно, но я не отпускала ее. Только крепче сжимала пальцы. Когда ее рога неожиданно отвалились, оставшись у меня в руках, я расхохоталась, точно безумная и с отвращением отбросила их. Хотелось вытереть руки. Только обо что? Да хотя бы об одежду, которая по-прежнему отсутствовала.

Воспользовавшись передышкой, покалеченная мной гадина рванула наверх, жалобно визжа на одной душераздирающей ноте.

Не позволяя ей так просто улететь, схватилась за веревку, что свисала с ее запястий. Чуть присела и налегла всем весом, изо всех сил дернув за импровизированный поводок. Тварь рухнула к моим ногам, но тут же отрастила огромные когти и набросилась. Инстинктивно я выставила вперед руки, прикрываясь от ее неожиданно зубастой пасти.

Мои ладони продолжали источать сиренево-серебристое сияние. Когда в попытке оттолкнуть одна моя рука легла на уродливую маску, то прошла сквозь нее, не встретив препятствия.

Зашипело. Повалил не то вонючий пар, не то дым. Истошный, запредельный крик демоницы оглушил меня, отбросив назад. Упала я на мягкое, а в следующий миг открыла глаза в собственной постели.

Глава 8. В которой найдутся поводы для радости и расстройства

— Она пришла в себя! Моя девочка победила демона! — громогласно провозгласила Бессигера Маурштейн, заставив меня вздрогнуть.

Пока мне перестилали постель, меня обнимала мама, а приглашенный пожилой доктор в золотом пенсне и с пушистыми седыми бакенбардами осматривал, проверяя различными артефактами.

— Вижу незначительные изменения в ауре ерры Марэны. Нужно будет понаблюдаться. Ерисса Данаостро, вы же сами лекарь, — укорил он вдруг маму.

— Простите ерр Нильсон. Я сейчас немного не в себе. Перенапряглась на работе. Сами знаете, что в последнее время творилось, а тут такие потрясения одно за другим... — она сорвалась на шепот.

— Простите старого дурака. Как-то не сообразил. Простите еще раз, ради Эфира.

Убедившись, что я в безопасности, меня наконец оставили в покое. За окном уже ночь, от ужина я отказалась. Совсем нет аппетита. Мама осталась со мной, сидя на самом краешке кресла-качалки, которое левитировала сюда из гостиной тетя Бесси. Мы некоторое время болтали ни о чем, словно намеренно избегая болезненных моментов, но я заметила тени, что залегли под глазами у Ниары Данаостро.

— Мама, не смей! — говорю невпопад, отвлекаясь от очередной ничего не значащей темы.

— Папа жив, и обязательно вернется. Не хорони его раньше времени.

— Моя девочка! Это я должна тебя утешать, а не ты. Я никчемная и слабая, — мамочка мотает головой. — Нет-нет! Я не стану больше плакать. Ты права. Мне нужно собраться.

Я потянула к ней руки, как в детстве, и она пересела на краешек моей постели. Мы заключили друг друга в крепкие объятья.

— Все будет хорошо, родная. Нам просто нужно быть сильными, и все образуется.

— Да, мама.

— И. Не придавай тому, что случилось слишком уж много значения, — мама все же коснулась щекотливой темы. — В жизни всякое случиться может. Я-то знаю. Люди и без ай'рэ находят счастье, посмотри хотя бы на тех, кто не обладает способностями к магии.

— Я знаю. Обещаю, я буду сильной. Не переживай за меня, — ради тебя и папы, добавила я мысленно.

Мне все еще было обидно и больно, я чувствовала себя преданной, но не слабой. Победа над демоном словно изменила меня в один момент. Я стала другой и поняла многое. В том числе и то, что нужно жить дальше, чтобы не случилось. У меня есть семья и друзья. Я поступлю в академию, и в ближайшие три года мне будет чем заняться, а там. Там все, действительно, как-нибудь образуется. Или я просто посвящу жизнь работе.

Такие мысли меня неожиданно успокоили, и сразу стало клонить в сон.

— Мама, мне же можно поспать? — спросила, беспокоясь о демоне.

Вроде в каком-то случае спать не разрешается.

— Спать даже нужно! И ничего не бойся. Доктор Нильсон все проверил. Ты не просто прогнала этого низшего, ты его уничтожила. Насовсем. Мой маленький демоноборец, — мама подавила рвущийся наружу зевок и смутилась

Только сейчас я осознала, как она вымоталась и похудела за последнее время. И волосы пострижены короче, чем обычно и как попало. Словно она обкромсала их сама тем же скальпелем, котором оперировала больного...

— Мамочка, у меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — сонно улыбнулась я.

— Какое же?

— Отправляйся-ка ты в спальню и хорошенько выспись. Обещаю, что в твое отсутствие займусь тем же самым.

Мы мгновение смотрим друг на друга и тихо смеемся, несмотря на то что у обеих в глазах блестят слезы. Мама покосилась на меня, на удобное, но все-таки кресло, хоть и заваленное сплошь какими-то пледиками и подушками, и согласно кивнула:

— Да, пожалуй, от таких предложений не отказываются.

Мы еще раз обнялись на прощание и пожелали друг другу спокойной ночи, а утром я выяснила, что маму разбудили рано, и ей пришлось отправиться на работу. Какой-то сложный случай.

— Вот же неугомонные! — возмутилась я.

— Да, но. Поверь, так даже лучше, — успокаивала меня тетя Бесси, ставя на кровать специальный поднос с обильным завтраком. — Ты же знаешь свою маму? Пока Ниара занята, и у нее не останется времени, чтобы волноваться.

— Ты права, как обычно, — вздохнув, я принялась выбирать блинчик.

— Эти — с мясом, эти — с ягодами, эти. — было заметно, что у Бессигеры Маурштейн загорелись глаза, при виде вкусной еды, но ее прервал мелодичный перезвон.

— Что это? — удивленно уставилась на нее я.

— Оповещатель. У нас гости, Марэна, — встрепенулась тетя. — Пойду узнаю, кто это пришел в такую рань. Наверное, доктор Нильсон пришел тебя навестить.

Она покинула меня, но уже через пять минут поднялась обратно.

— Мари, а это к тебе.

— Привет! — из-за объемистой тетиной фигуры выглянула улыбающаяся Амалия.

Я не ответила ей, из-за набитого рта, но помахала рукой.

— Ами, ты уже завтракала?

— Да, спасибо, тетя Бесси! Я не голодна. Мари, как ты? — легкая и тоненькая, вся такая живая, подруга подскочила ко мне и присела на краешек кресла качалки, как вчера мама.

— Ой!

На миг лицо Амалии приобрело испуганное выражение, когда кресло подалось вперед. Она инстинктивно отклонилась назад, пытаясь восстановить равновесие, и кресло тоже качнулось в обратную сторону. Слишком глубокое, оно вдобавок оказалось оснащено магической качалкой. Я не выдержала и засмеялась, стараясь не подавиться ягодным блинчиком, который успела откусить чуть раньше.

— Ой! Мари, как здорово! — Амалия уже улыбалась, раскачиваясь взад и вперед. — Я бы еще покачалась, но подо мной что-то твердое, — она заерзала, пытаясь вытащить это что-то. — Как мне теперь остановиться?

— Не знаю. Попробуй просто спрыгнуть.

Стоило Ами коснуться пола ногами, как кресло само сбавило ход, позволяя ей спрыгнуть.

— Вот, — подруга пошарила рукой под сваленными не слишком аккуратной кучкой пледом, и выудила на свет какую-то книгу и прочла название: — «Цвет твоего ай'рэ». Автор Фелисия Лавкроун. Ого!

— Ни о чем не говорит, — пожала плечами я.

— Посмотри только на эту обложку, Мари! — Ами протянула книгу мне.

Вытерев пальцы о салфетку, я взяла увесистый томик.

— Ого!

На обложке была изображена красочная пара в увитой цветами беседке. Могучий блондин, с которого в пылу страсти свалилась белая рубашка, откровенно тискал хрупкую брюнетку, которая, судя по всему, была не против подобного фривольного обращения.

Ами хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

— И кто же у вас такую ерунду читает?

— Я читаю, — тетя Бесси сердито вырвала книгу у меня из рук. — А вам еще рано даже знать «о такой ерунде»!

Забрав томик, она не глядя, махнула рукой, и массивное кресло-качалка выплыло из спальни вслед за ней, слегка задев косяки на выходе. Мы с Амалией переглянулись.

— Кажется, она обиделась. Как неловко... — сконфузилась подруга.

— Ничего. Купишь ей потом цветы и конфеты, она тебя простит. Тетя Бесси не умеет долго обижаться из-за такой ерунды.

Осознав, что именно я сказала, мы хором рассмеялись. Когда смех сам по себе сошел на нет, повисла пауза. Я доедала завтрак, а Ами рассматривала убранство моей новой спальни. Я понимала, что она боится затронуть неправильную тему.

Едва заметная заминка при чтении названия книги от меня не укрылась, и прическа другая. Вчера Амалия с упоением демонстрировала свой ай'рэ, а сегодня тщательно прикрыла виски.

— Ами, скажи, чем тебя вчера так расстроил некромант?

— Мари, я же из-за тебя расстроилась, — не слишком правдоподобно соврала подруга.

— Неправда. Тебя разве что не колотило после танца, и мой ай'рэ тут ни при чем. Ты заметила его пропажу уже после, — спокойно уличила подругу во лжи я.

Ами принялась комкать подол. Вскочила. Села. Посмотрела прямо на меня с какой-то затаенной растерянностью.

— Прим говорил со мной про ай'рэ. Про то, что он бесполезен, и про насилие над волей. Утверждал, что нам просто не дают выбора...

— Ну это не новость. От ПриДурКа следовало ожидать чего-то подобного. Почему мне кажется, что это не то, что могло тебя настолько взволновать?

Я тоже слишком хорошо знаю Ами, чтобы понять — она увиливает. Но раз подруга не желает говорить, больше не стану тянуть ответ клещами.

Но тут Амалия сама решилась:

— Он. Он поинтересовался, кто же мой Истинный.

— И? — что-то я не осознала, как такой простой вопрос мог довести Ами до того состояния, в котором я ее обнаружила.

— Мари, да как же ты не понимаешь! — Амалия снова вскочила и принялась метаться, не в силах задержаться на месте ни на секунду. — Ты встретила Дэрина через несколько минут после того, как появился твой ай'рэ, меня не понять. А я уже целую неделю остаюсь в неведении!

Я несколько раз хлопнула глазами.

— Ну, — протянула, с трудом подбирая слова. — Тебя хотя бы не отвергли без объяснения причины.

Отставив в сторону столик, я откинулась на подушки, глядя в окно. Голова начинала болеть, особенно ломило виски.

— Прости. Это просто ужасно с моей стороны. Прости, Мари! Я такая эгоистка! Я отвратительная подруга! — Амалия опустилась рядом и взяла меня за руку. — Прости-прости-прости! Просто я так волнуюсь, а Прим... — она покачала головой. — Он как будто нарочно наговорил мне такого, что я в какой-то момент начала ему верить. Ты же знаешь, какой этот некромант. — она осеклась и поджала губы, так и не закончив мысль.

Не в состоянии сердиться на Амалию, я ободряюще сжала ее пальцы.

— Я не обижаюсь. Слушай! Идея! Может, тебе самой стоит сходить в храм Эфира? Понимаю, так не принято, и обычно это делает парень, но наверняка в их списках уже появился запрос. А тебе в любом случает станет чуточку легче.

— В том-то и дело, Марэна! — беспокойная Ами снова вскочила, выдернув у меня руку. — Я уже была там. Трижды! Меня никто не ищет...

Амалия выглядела настолько растерянно, что у меня сердце защемило от сочувствия.

— Ох, опять я о своем. Прости, Мари. У тебя проблемы посерьезней, а я тут со своими глупостями, — забывшись, она опустилась на краешек кресла-качалки, ныне отсутствующего.

Раньше, чем успела сообразить, применила левитацию, спасая подругу от падения.

— Ой! — взвизгнула Амалия, зависнув в воздухе. На ее лице отразились поочередно испуг, осознание и благодарность: — Спасибо, Мари.

Я не выдержала первой и расхохоталась, а вскоре мы уже смеялись вместе. Истерически, до выступивших слез, и это, как ни странно, разрядило обстановку.

— Ами, ты сама знаешь, какое сейчас время. Возможно, у твоего Истинного какие-то трудности. Может он ранен и лежит в госпитале, и ему запрещено вставать. Или он разведчик на задании, и никак, вот совсем никак не может сейчас отлучиться и заскочить в храм Эфира.

— Наверное, ты права. Жаль точно никак не узнать, — вздохнула подруга.

— Зато мы кое-что знаем точно, — улыбнулась я.

— И что же?

— Кто бы ни был твой истинный, он очень и очень рад ай'рэ, — я коснулась двумя пальцами виска.

— Угу, так рад, что нажрался от счастья и валяется пьяный неделю, — пробурчала Амалия.

— Не важно! Но пока твой ай'рэ на месте, не смей переживать!

— Ох, Мари, — лицо подруги снова затопило чувство вины. — Это я должна тебя поддерживать.

— Люди и без ай'рэ могут быть счастливы, — улыбнувшись ей, повторила мамины слова и предложила: — А пока, давай просто не будем касаться этой темы.

— Мари! — Ами бросилась мне на шею и порывисто обняла.

После я рассказала подруге о своем сражении с демоном. Амалия выслушала, не перебивая и почти не моргая.

— Просто ужас! Сколько на тебя напастей разом свалилось, Мари! Может это какое-то проклятье? Кто мог пожелать тебе зла?

— Доктор Нильсон не заметил ничего подозрительного в моей ауре. Изменения совсем незначительные, мне сильно повезло. Мама рассказывала, что у пострадавших от инвазии, аура напоминает перепаханное поле. Это если они выживают.

— Очень хорошо. Ведь он мог просто выпить тебя потихоньку!

— Это да.

Амалия планировал стать лекарем и живо интересовалась всем, что касалось современной магической медицины.

— Как считаешь, где ты подхватила этого демона?

— Скорее всего, на балу. Низшие — самые незаметные из тварей, их привлекают скопления людей и сильные эмоции.

— Ты разобралась, что это была за тварь?

— Демон уныния, я почти уверена. Гадина склоняла меня покончить с жизнью, но не на ту нарвалась.

— Какой кошмар! — Ами прижала ладони к щекам. — Ты точно ничего подозрительного в себе не чувствуешь? Могут остаться неприятные последствия. Я читала, что без них почти никогда не обходится.

В этот момент мы обе подумали о тете Бесси и ее непомерном аппетите, доставшемся бедняжке после похожей нежеланной встречи.

Я пожала плечами.

— Пока я ничего такого не чувствую, но если стану вести себя подозрительно, ты мне намекни, — бодро усмехнулась я.

— Хорошо, обязательно намекну, если замечу, — серьезно кивнула Амалия. — А долго тебе еще валяться в постели? Завтра начинаются вступительные тесты в Лигирийскую академию магии.

— А я и не собираюсь валяться. Подождешь внизу, пока я приму душ и оденусь? Уверена, тетя Бесси тебя уже простила, и угостит чаем.

Спровадив Амалию, я кое-как доковыляла до ванной. Чувствовала я себя не так бодро, как старалась показать близким. Одолевала слабость и почему-то ужасно болели мышцы на руках, словно я и правда тянули или поднимала тяжести безо всякой магии, одной силой собственных мышц.

— Если у тебя что-то болит, значит ты еще жив, — повторила вслух папины слова и поползла приводить себя в порядок.

А в ванной меня накрыло по полной. Я сжалась в комочек за закрытой занавеской, и плакала навзрыд, мешая горькие слезы со струями горячей воды и обнимая себя обеими руками...

Глава 9. В которой все немного волнительно

Весь день я отдыхала. Но сидеть дома не хотелось, от этого я чувствовала себя совсем больной и грустной. Время, проведенное взаперти на территории школы тоже сказывалось. Мне, как никогда, хотелось на свободу.

Поддавшись на мои просьбы, Амалия и тетей Бесси вывели меня на прогулку.

Битва с демонами почти не зацепила наш район столицы, и парк не пострадал. Если бы не выкрики рабочих, да вспышки строительных заклинаний там и сям, было бы сложно представить, что всего в нескольких кварталах отсюда царит полная разруха.

Сначала мы прошлись по нашей улочке до парка. Убедившись, что я чувствую себя сносно, погуляли там, спасаясь от жары под сенью деревьев. Полюбовались на повторное открытие фонтанов. Нагуляв аппетит, я предложила пообедать.

— Идемте в «Бисквит», — тетя уверенно потянула нас за собой, на ходу рассказывая: — Здесь отличная выпечка, да и кухня неплохая. Вы обязательно должны попробовать малиновый торт, он просто великолепен!

— Звучит неплохо, — согласно кивнула Амалия, бросив быстрый взгляд куда-то назад.

Последние полчаса подруга казалась мне обеспокоенной. Она то и дело оглядывалась и нетерпеливо крутила локон, когда забывалась.

— Ами, ты куда-то спешишь? — спросила я, когда мы скрылись в уборной, оставив Бессигеру Маурштейн делать заказ на всех.

— Нет. С чего ты взяла?

— Не знаю. Так показалось.

Все это началось, когда мы прошли мимо храма Эфира. Тогда-то Амалия и задергалась. Решив, что она хочет снова проверить списки, не стала развивать эту тему. Ами можно понять. Она трижды посетила ближайший к дому храм, и идти туда снова ей попросту неловко.

— Жарко, — Ами побрызгала себе на лицо водой из маленького пульверизатора, что носила в сумочке. — И дома будет пекло. У нас почти не осталось заряженных артефактов, все перенастроили на восстановление поместья.

Дом Амалии находился на самой окраине столицы. Он оказался одним из немногих в том районе, который зацепили при атаке демоны.

— Да, ужасно жарко. Если честно, я немного утомилась.

— Мари! Чего же сразу не сказала? — разволновалась подруга.

— Только что сама поняла, — пожала я плечами. — Но если и тетя это поймет, уложит меня немедленно в постель. А мне на воздухе лучше. Так я не думаю каждый миг о папе... — неожиданно призналась я в своих страхах.

— Он вернется, Мари. Андрес Данаостро лучший демоноборец во всей Лигирии, а может и в мире. Он обязательно справится с любыми испытаниями! Ты должна ждать и верить, — она положила мне руку на плечо.

— Да. — вздохнула я, усилием воли прогоняя подступившие к глазам слезы, и щедро плеснула в лицо холодной водой.

— Вот вы куда запропастились! — в уборную ворвалась моя необъятная тетушка. — Уже подали первое блюдо, а вас все нет и нет.

— Уже идем, — улыбнулась я и выбросила бумажное полотенце в урну, где оно тут же испарилось в фиолетовой вспышке.

За столом обсуждали вступительные экзамены. С завтрашнего дня начинался прием новых адептов в Лигирийскую академию магию. Вообще-то это знаменательное событие должно было случиться еще полтора месяц назад, но по понятным всем причинам сдвинулось.

— Мари, ты уверена, что стоит так торопиться? Может, лучше попробуешь поступить на следующий год? — тетя Бесси с беспокойством заглянула мне в лицо.

— Тетя, я уже все решила, — не желала отступать я от намеченной цели.

— Да, но вчера ты оказалась под влиянием демона, это многое меняет.

На миг я похолодела. Тетя глядела на меня так пристально, что я поняла — она ищет признаки! Амалия тоже недалеко от нее ушла.

— Если я что-то задумала, меня не остановит ни один демон! — отшутилась я.

— Не хочу тебя отговаривать, но. Может, и правда подождем до последнего дня? Прием продлится по традиции неделю. Мы планировали идти вместе, хочешь, я тоже подожду, чтобы пойти с тобой?

Может, они правы, и я зря тороплю события, но остаться дома на целый год?! Ну уж нет! Я и неделю не вытерплю. Помру от тоски, не находя себе применения. Нет, мне нужно чем-то заниматься, во мне словно просыпается вулкан. Вроде и сил-то толком нет, но что-то незримое гонит вперед, заставляя шевелиться и что-то делать. Взять хотя бы эту прогулку.

Если что-то во мне и изменилось, то вряд ли это связано с влиянием демона. Уверена, если бы это было только оно, я бы прямо сейчас с радостью отправилась в постель и пролежала там несколько месяцев, медленно угасая от тоски. Вот такое тварям пришлось бы по нраву.

Сдержав протест, заставила себя успокоиться. Что-то подсказывало, сейчас что угодно тете может показаться подозрительным.

— Предлагаю пока не спешить с выводами. Тетя, ерр Нильсон сегодня придет?

— Собирался быть еще утром, но и он, и Ниара... Кажется там произошло что-то серьезное, так что ерр Нильсон использовал магофонию, чтобы справиться о твоем здоровье. Я сказала, что с тобой порядок, и он перенес свой визит на пять часов.

— О! Так у вас теперь есть магофония? — восхитилась Амалия.

— О! Так у нас теперь есть магофония? — повторив ее слова, немного с иной интонацией, я вопросительно уставилась на тетю, чем рассмешила подругу.

— Да, совсем недавно установили. Правда, она временно не работала. Демоны во время атаки повредили главный кристалл связи, но несколько дней назад все снова заработало.

— Мои родители тоже собирались установить магофонию к моему возвращению, но пришлось отложить. Пока восстанавливаем дом, немного не до этого.

— Тогда поступим так. Дождемся вердикта ерра Нильсона. Если он скажет, что я здорова, то ничего переносить не будем.

Тут официант подал десерт — тот самый невероятный малиновый торт с большущей шапкой взбитых сливок и крупными ягодами, нарезанными тонкими пластинами и политыми сиропом.

— Малина из Эгроса? Я думала ее сейчас не поставляют из-за войны, — удивилась Амалия.

— Это еще старые запасы, ерра, — улыбнулся официант. — Хранились в стазисе. Полагаю нам их должно хватить до возобновления поставок.

Кивнув, мы принялись есть. Торт и правда оказался таким вкусным, что за уши не оттащишь. Мы отметили им окончание школы и мою победу над демоном. Весело болтая, на время нам почти удалось отрешиться от всех проблем, но я отмечала, как Амалия то и дело бросает тоскливые взгляды в большое окно. Смотрела она туда, где высился местный храм Эфира. Наблюдать, как подруга молча страдает, не желая расстраивать меня, было невыносимо.

— Ами, если торопишься, иди. Я не обижусь, — улыбнулась я, сжав ее руку.

Амалия хотела было возразить, но столкнувшись со мной взглядом, благодарно кивнула.

— Да, пожалуй, мне пора. Сколько я должна вам за обед?

— Ами! Прекрати! — от возмущения тетя даже покраснела, споря цветом лица с ягодой из которой был сделан торт.

— Просто угостишь нас как-нибудь в другой раз, — мгновенно погасила я назревающий спор.

Расцеловавшись на прощание, мы расстались, но пробыли вдвоем совсем недолго. Я сыто ковыряла ложечкой третий кусочек торта, когда тетя вдруг заторопилась.

— Знаешь, детка, и нам тоже пора!

При этих словах она неожиданно уронила на пол сумочку и наклонилась, чтобы ее подобрать, как раз когда мимо нас кто-то прошел. Перехватив взгляд тети Бесси из-под стола, я успела заметить, только мужскую фигуру, скрывшуюся за дверью уборной.

— А... Как же торт? — указала я на едва начатый тетей кусочек.

Было необычно, что она отказывается от сладкого. А уж если я сумела впихнуть в себя почти три куска, то это было странно втрое.

—А. Нам его принесут на дом, — нашлась тетя Бесси и сделала жест официанту.

Кинула на стол две монеты, она буквально потащила меня к выходу.

— Да что, собственно, происходит?! Я ведь еще даже чай не допила! — возмущалась я произволу Бессигеры Мауршетейн, но та была непреклонна.

И что-то мне подсказывало, что неспроста все это бегство.

— Возьмем экипаж.

— Может, лучше прогуляемся? Я еще не устала.

Пока мы сидели в ресторанчике, небо затянули тучи, и повеяло прохладой. Похоже, к вечеру пойдет дождь.

— Слишком душно, да и ты утомилась, не спорь! Что скажет Ниара, когда увидит тебя еле живой вечером? Бесси, куда смотрели твои глаза? Ты едва не уморила мою девочку! — весьма похоже скопировала она интонации мамы.

— Не так уж и жарко, но как скажешь, — нехотя согласилась я, а тетя уже настойчиво запихивала меня в ближайшую карету с живыми лошадьми.

Когда мы отъезжали, мне показалось, что на крыльцо вышел знакомый мужчина. Северянин?

— А это случайно не.

Тетя резко задернула шторы прямо перед моим носом, не дав мне толком его рассмотреть.

— Чтобы тебя не продуло! — пояснила она, но при этом глаза у нее были столь перепуганные, что я не стала задавать лишних вопросов, окончательно уверившись в собственной правоте.

Глава 10. В которой магия растет, а репутация

снижается

Вернулись мы очень даже вовремя.

Усталость навалилась на плечи, и я едва доволочила ноги от кареты до дома. Начал накрапывать дождик, и некоторое время я просто стояла, подняв лицо к смурному небу и наслаждаясь прохладой и крупными каплями. На миг мне даже удалось отрешиться и не думать ни о чем. А потом тетя утащила меня в дом, ворча, что так до простуды недалеко.

Как и было обещано в пять нас навестил ерр Нильсон. Осмотрев меня, он вынес вердикт:

— Абсолютно здорова. А слабость вызвана возросшей глубиной магического резерва. Заподозрил это еще вчера, но не стал заранее рассказывать, нужно было убедиться. Теперь я отчетливо вижу, что не ошибся.

— Мой резерв вырос? — удивилась я. — И намного?

— На целую единицу, ерра. Отсюда и плохое самочувствие. Организм привыкает к новым объемам магии.

— На целую единицу?! — повторила за ним я, боясь, что ослышалась.

— Да. Поздравляю вас, — искренне улыбнулся доктор.

Мы с тетей слаженно ахнули.

У большинства магов глубина резерва не превышала тройки. Изменялась она крайне медленно. У неинициированных адептов, вроде меня, чаще всего оставалась на двойке с хвостиком и замирала до дальнейшего обучения. И очень редко, когда достигала четырех единиц.

Градация была весьма условной и мало на что влияла. Можно виртуозно магичить с единицей, а можно остаться неумехой, имея от природы внушительную пятерку. Наибольшая глубина резерва была у боевых магов, реже — у некромантов и лекарей. К примеру, у мамы был уверенный восьмой, а у папы давно зашел за десятый. Далее резерв уже не меряли. К сожалению, глубина резерва не передавалась по наследству.

— Но как же так вышло, я ведь еще не прошла инициацию?

— Вы победили демона, ерра Марэна. Прыгнули выше собственной головы, я вам скажу. Это не могло оставить вас прежней. Многие и мечтать не могли о подобном результате после инвазии. Обычно все происходит совсем наоборот.

— Точно! — ахнула тетя Бесси. — И как я сразу об этом не подумала...

И правда, она сама почти лишилась магии, и уже много лет восстанавливала способности по крупицам.

— Живите обычной жизнью, ерра Марэна. Разве что как следует сегодня выспитесь, резерв быстрее восполняется во сне, — продолжил давать рекомендации ерр Нильсон. И если утром пройдет недомогание, поступайте сколько вам влезет, хоть каждый день вступительной недели.

— Тогда я лягу прямо сейчас, в сон клонит просто ужасно, — согласилась с ним я.

— Я дам вам укрепляющий порошок. Попейте эту неделю, он поможет стабилизировать

ауру.

— Спасибо, — я сжала в кулаке пакетик со снадобьем.

Проводив доктора, которого принимала в гостиной, поплелась наверх.

Теперь, когда истинная причина моего самочувствия известна, жить стало немного легче. Умывшись, я заплетала косу, когда снизу донесся звонок.

— Кто это может быть? — поинтересовалась я у собственного отражения и выглянула в окно, выходящее аккурат в наш небольшой симпатичный дворик.

Со второго этажа было видно того, кто стоял у калитки снаружи. Судя по форме, прибыл посыльный из «Бисквита» с красивой коробкой и огромным букетом алых роз в руках.

Не знала, что они еще и цветы доставляют. Хотя... Это же район для состоятельных. Может, здесь так и принято в качестве комплимента от заведения?

Тетя не стала впускать посыльного в дом, а сама вышла за доставкой на улицу. Когда калитка за посыльным закрылась, она так и осталась стоять с тортом и букетом в руках. Наконец, она очнулась. Оглядевшись по сторонам, поставила торт на лавку и, опустившись рядом. Похоже, принялась искать приложенную к букету карточку.

В этот миг я отчетливо почувствовала, что сую нос не в свое дело, и отошла от окна. Что бы ни происходило в личной жизни тети Бесси, меня это не касается. То есть, касается, конечно, но ровно настолько, насколько она сама пожелает меня посвятить.

С этими мыслями я и упала на кровать. Уснула мгновенно, а рано утром подскочила точно по будильнику — сработала школьная привычка.

Солнечные лучи пронзали комнату, заставляя пылинки танцевать. За окном устроили утренний концерт птицы, и почему-то пахло свежим хлебом. Я еще немного полежала, прислушиваясь к себе. Чувствовала я себя превосходно, что означало — мой возросший резерв полон.

Разлеживаться в такое прекрасное утро не хотелось. Я поднялась, быстро привела себя в порядок и спустилась к завтраку. В столовой меня ждал сюрприз — половина малинового торта в стазисном буфете и огромный букет алых роз на столе.

Внимание привлекло золотое мерцание над цветами. Что это такое?

Я подошла ближе. Присмотревшись, разглядела малюсеньких золотых бабочек, которые перелетали с бутона на бутон. Виртуозно исполненная иллюзорная магия! Очень дорогая, между прочим.

— Вот это да! Никогда раньше такого не видела! — восхитилась, подходя ближе. — Интересно, от кого же такая красота?

В ответе я не сомневалась, но хотелось бы узнать о поклоннике от самой тети Бесси. Недаром же мы наткнулись на него трижды за последние два дня.

Полюбовавшись немного, полезла за завтраком в стазисный шкаф. Распахнув дверцы втянула ноздрями чарующий ягодный запах, полюбовалась на кремовые розочки и съедобные бусины, на большие свежие ягоды на белой глазури. Но вместо торта достала тарелку приготовленной Иллой каши, блюдце с сырно-фруктовым канапэ и чашку свежезаваренного чая на подносе — стазисные шкафы позволял сохранять горячее горячим, и холодное холодным сколько угодно.

— Проснулась? — с террасы появилась тетя Бесси в лимонно-желтом пеньюаре. — А я тут кофе пила и читала. Так хорошо на утреннем холодке...

— Доброе утро! Тетя, ты что-то неважно выглядишь, — я всмотрелась в осунувшееся лицо.

— Не выспалась немного, — отмахнулась тетя Бесси, подавив зевок, и пристально посмотрела на меня. — Лучше скажи, как ты себя чувствуешь? Не отказалась от мысли проходить испытание именно сегодня?

— Со мной все отлично. Бодра и полна энергии. А от кого букет? Такой красивый!

— Дядя Оллан прислал с пожеланием здоровья, — неумело соврала тетушка.

По какой-то причине она не захотела делиться со мной своими переживаниями, и я не стала настаивать, только поинтересовалась:

— Тетя, у тебя точно все хорошо?

— Не считая, что мой брат пропал без вести, а племянница чудом пережила нападение демона, да.

Мне стало ужасно стыдно.

Это только с виду тетя такая непрошибаемая, сильная и позитивная, а внутри она как малиновый торт — романтичная и нежная. И очень-очень ранимая. А окружающие часто об этом забывают. И я тоже.

— Прости меня пожалуйста, просто я за тебя беспокоюсь.

Крепко обняла тетю, а она погладила меня по спине.

— Тебе не за что просить прощения, детка. Завтракай, а я пока переоденусь, — высвободившись из моих объятий, она поспешила наверх. Похоже, растрогалась. — Поеду с тобой, — раздалось уже сверху.

— Тетя, так не принято! — запротестовала я.

— Что значит, не принято? Разве где-то написано такое правило?

— Нет, но представляешь, как посмотрят на меня в академии? Наверняка из-за ай'рэ всей столицей кости моют, а тут еще меня поступать приведут за ручку.

Тетя меня уже не слышала, скрывшись наверху. Загрустив от мысли, что сказанное скорее всего правда, решила позавтракать на свежем воздухе.

На террасе приятно пригревало пока еще ласковое солнышко. Я села к нему спиной за небольшой круглый стол и опустила поднос на свободное место. Его было не так, чтобы много, потому что прямо по центру лежала газета — свежий выпуск «Столичного вестника».

Отхлебнув чай, от нечего делать пробежалась глазами по заголовкам. Первые две полосы были посвящены всяким важным событиям, вроде очередного найденного гнезда демонов и вестей о восстановлении столицы, а вот на третьей странице писали обо мне...

Короткая, но такая едкая заметка с громким названием «Ряды жертв «Стоп-ай'рэ!» пополнила племянница Оллана Седьмого!»

Отпитый глоток чая встал поперек горла. Едва не подавившись, я кое-как протолкнула его дальше, и хрипло протянула:

— Чего?!

Ниже был снимок, где я как раз лишилась чувств. А подхватил меня ни кто иной, как Юргес Кинрой, но лучше бы уронил, честное слово!

На черно-белом слегка смазанном изображении, было совершенно не понятно, что именно он делает. Заглядывает мне в лицо, чтобы проверить, жива ли, или собирается поцеловать? Трактуй, как угодно, ведь лица Кинроя видно не было.

Нет, не надо читать статью, не надо.

Ну конечно же любопытство возобладало над чувством самосохранения, я прочитала короткую заметку под снимком, общий смысл которой сводился к следующему: вчерашняя школьница, юная и наивная, пала жертвой новомодного клуба, члены которого направо и налево портят девок.

Ничего нового, если бы. Если бы речь не шла исключительно о «девках с ай'рэ»!

— Это же кем они меня выставили? Разрази их Эфир! — выругалась я и зло отшвырнула газету, под которой обнаружилась книга.

Пытаясь справиться с эмоциями, я ковырялась в каше ложкой. Аппетит пропал, а настроение испортилось. Пицы в садике зачирикали как-то насмешливо, и цветы запахли слишком приторно, и даже солнце не так уж приятно грело спину, а его свет стал слишком ярким и бил по глазам.

Только сейчас я сообразила, что он отражается от глянцевой обложки, и потянулась к книге, лишь бы руки чем-то занять.

— Фелисия Лавкроун, кто бы сомневался.

Я усмехнулась, скользнув взглядом по надменному брюнету с хищным лицом и в черных одеждах. Некромант, наверное. Перед ним стояла коленопреклоненная девушке в белом платье и с белыми же волосами. Она была такая хрупкая и нежная, и эфемерностью напомнила мне Амалию. Художнику хорошо удалось передать настроение. Название книги гласило: «Последняя жена герцога Эзра», что только уверило меня в том, что герой некромант.

Взыгравшее во мне любопытство заставило прочесть аннотацию, чтобы подтвердить или опровергнуть свою догадку:

«Юная графиня Анна Алси вступает в договорной брак, который должен спасти от разорения ее семейство. Она вынуждена отправиться в далекий мрачный, как и его хозяин, замок Дайорин спрятанный среди Черных скал. Анна подозревает, что ее дни сочтены, ведь шесть прежних жен герцога не протянули и года, сгинув при подозрительных обстоятельствах. Но Анна Алси никогда не сдается. Даже когда узнает самую страшную тайну Дайорина, она продолжает бороться за свое счастье».

Хм... Похоже, моя тетя еще более романтичная, чем я полагала. Чувствуя себя так же неловко, как вчера, когда подглядывала за ней в окно, вернула книгу на место, а потом подняла с полу газету и прикрыла сверху, как было. Есть все еще не хотелось. Допив залпом чай, я вошла в дом и снова столкнулась с тетей. Она по-прежнему была в том же самом пеньюаре и выглядела слегка растерянно.

— Газету забыла, — улыбнулась она. — Ты уже позавтракала?

— Кусок в горло не лезет, — пожаловалась я. — Волнуюсь.

— Может, тебе стоит остаться дома?

— Тогда я буду нервничать еще больше, — обреченно усмехнулась я.

— И то правда. Тогда не буду тебя больше отговаривать. Подождешь, пока я соберусь? Что-то из рук все валится.

— Тетя Бесси, лучше останься и отдохни. Мы с Амалией знаем, где академия. Сами разберемся, что и как, а как закончим, заедем за тобой и вместе пообедаем. Как тебе такой план?

Тетя вздохнула.

— Наверное, ты права. Тогда я, пожалуй, все же вздремну. Не поверишь, но я едва не уснула, пока умывалась! — рассмеялась она, и тут же подавила очередной зевок.

— Ты что, не спала всю ночь?!

— Вроде того. — Бессигера Маруштейн неопределенно повела пухлыми плечами.

Чмокнув ее в щеку, я взлетела по лестнице и принялась собираться. Распахнув дверцы гардероба, принялась изучать одежду. Оказалось, мой гардероб сильно пополнился, и это было с одной стороны хорошо, а с другой — я не знала, что мне надеть. Прежде следовало изучить ассортимент. Перебирая вешала, я отмечала, что почти на каждой этикетке изображены ножницы — особое клеймо, говорящее о том, что эта модель с магической подгонкой и повышенной защитой от загрязнения. Раньше мы не могли себе позволить что-то подобное.

День обещал быть жарким, но я не хотела надевать платье, потому выбрала кремовый летний брючный костюм, покрутилась перед зеркалом, довольная выбором, а затем волосы собрала в конский хвост и замерла, уставившись на уродливый, похожий на ветку молнии след на виске. Крупные слезы одна за другой скатились по щеке.

— Деточка, Мари, — в комнату без стука скользнула тетя. — Хорошо, что ты еще не ушла... Мари? — она остановилась в дверях. — Девочка.

Тетя обняла меня и зашептала что-то успокаивающее.

— А давай мы его просто скроем? Так все поступают, даже я. Простая процедура, я тебя научу.

Вспомнился разговор перед балом, когда я крутилась перед зеркалом и любовалась ай'рэ. Да, пожалуй, так будет намного легче не привлекать к себе дополнительное внимание. Но, с другой стороны, это будет выглядеть так, словно я признаю то, в чем меня обвиняют в газете.

— Нет. Пусть все остается как есть. В конце концов, мне нечего скрывать. Я ни в чем не виновата. Я — пострадавшая сторона, если уж на то пошло.

— Детка. Это будет нелегко.

— Если станет невмоготу, тогда я попрошу тебя о помощи.

Глава 11. В которой все маги нужны одинаково

Я вытерла глаза и решительно завязала хвост. Да. Пусть будет так. Пусть все видят то, что осталось от ай'рэ. Мне нечего стыдиться.

— Мари, я что зашла-то. Ниара вчера пришла поздно, ты уже спала, а ушла снова до рассвета. Просила тебя поцеловать, и передала вот это, — тетя Бесси протянула мне черную шкатулку с красивыми серебристыми прожилками на гладкой поверхности.

Я порадовалась, что мама приходила и хоть немного успела поспать, но ощутила легкое разочарование от того, что мы так и не увиделись. Ладно, я все понимаю, что поделать. Со вздохом я открыла коробочку, внутри которой оказалось простое серебряное кольцо с черным продолговатым камнем шириной с ободок.

— Это же кредитник! Мой собственный?

— Твой, — улыбнулась тетя. — Андрес собирался вручить тебе его в честь окончания школы, но. — тетя только вздохнула.

— Спасибо, — я тоже не сдержала вздоха, надевая колечко на палец. Оно тут же ужалось по размеру и приветственно кольнуло, признавая меня владелицей. — И какой лимит средств?

— Достаточный, но смотри, не разори нас.

— Постараюсь, — усмехнулась я. — Здорово, что мне не придется просить у тебя на проезд.

— Я прямо такое облегчение сейчас испытала, а то сплошные расходы с тобой, — тетя картинно утерла лоб, и мы вместе рассмеялись.

Убедив тетю Бесси все-таки прилечь, я впервые вышла за ворота в одиночку, чувствуя себя немного странно. Когда мы жили в поместье Данаостро, я свободно гуляла по окрестностям, но в школе мы никогда не выходили за территорию. А вот столица — это совсем другое. Одна и с собственным кредитником на пальце, я ощутила себя по-настоящему взрослой и самостоятельной.

Осмотревшись, я зашагала по улице в сторону центра. Мимо проехало несколько извозчиков, предлагая свои услуги, но у всех были живые лошади, так что поездка в пригород обошлась бы слишком дорого. Я решила сэкономить и еще немного пройтись. Всего-то два квартала, и я окажусь там, где экипажи стоят втрое дешевле.

Эстель-авеню радовала аккуратными разноцветными домиками, утопающими в цветах и зелени. Мягко светило солнце, весело пели птицы. Пахло свежим хлебом и выпечкой. Короткая прогулка обошлась без приключений, прочистила мозги и подняла испорченное газетной заметкой настроение. А нанятый мной извозчик-некромант подкатил к дому Амалии как раз вовремя. Он едва не проехал мимо, когда я потребовала остановиться.

— Простите, ерра, задумался, — пробормотал извинения пожилой некромант. — А вы уверены, что вам нужны именно эти.. .эээ... развалины?

— Уверена. Спасибо. А вы не могли бы подождать несколько минут и отвезти меня и мою подругу в Лигирийскую академию?

— Отчего же нет, если оплатите время простоя и поездку прямо сейчас, — он хитро прищурился, как бы говоря, что я пока не заслужила доверия.

А то и правда. Вдруг вместо того, чтобы вернуться, я затеряюсь среди этих развалин. Тетя Бесси просила меня быть осторожнее на улицах и никому не доверять. Так почему остальные на тех же улицах должны безоговорочно доверять мне?

— Хорошо, кивнула я, продемонстрировав кредитник.

Некромант протянул вперед сжатый кулак, и я поднесла к нему свой. Когда черные камни обоих колец оказались достаточно близко, между ними промелькнула голубая молния, а палец снова легонько кольнуло — расчет произошел. Выбравшись из экипажа, я направилась к особняку Риано, одна половина которого лежала в руинах, а от противоположной доносились звуки строительства. Ремонт шел полным ходом.

Подъездная дорожка была расчищена, крупные обломки сложены в стороне и не загромождали проход. Пахло пылью и свежим деревом, кусты и деревья вокруг почти все были переломаны и стыдливо белели обнаженной сердцевиной, а крыльца и дверного звонка не было вовсе. У меня сжалось сердце от такого зрелища, и я воспылала еще большей ненавистью к демонам. Да, я уже видела разрушения по приезде, да и по дороге сюда мне пришлось пересечь почти весь Диль, но знать, что так сильно пострадал дом близкого человека, было почти больно.

— Мари, ты здесь? Все-таки решилась? — Амалия показалась откуда-то со стороны наскоро сколоченных деревянных построек.

Мы коротко обнялись.

— Отлично выглядишь! — Ами отстранилась и осмотрела меня с ног до головы, но ничего не сказала про то, что осталось от ай'рэ, и я была ей благодарна за это.

— Спасибо, — я обняла подругу. — Ты готова ехать в академию?

— Да, сейчас только надену что-нибудь соответствующее.

Амалия скрылась за дверью деревянной постройки, а через три минуты появилась, готовая к выходу, в прелестном белом в благородный черный горошек платье до колена, легком и летнем. Только сейчас я осознала, что Амалия живет здесь. Я осторожно поинтересовалась:

— Твое временное жилище?

— Да. Папа предлагал снять для нас с мамой квартиру в городе, сам-то он тут постоянно. Помогает рабочим, но мама не пожелала бросать его здесь одного. А я смогу пожить в общежитии, пока не закончится строительство. Не зачем тратить деньги, пусть лучше они пойдут на ремонт нашего особняка.

— Верное решение. К тому же сейчас лето, можно перетерпеть временные неудобства.

— Именно!

Чтобы поступить в академию достаточно было обладать глубиной резерва выше единицы. А вот по результатам одного года обучения решалось, кто идет дальше, а кому там не место. Речь далеко не всегда шла об успеваемости, могло банально не хватать глубины резерва или высокого мастерства, чтобы пройти на следующий курс. Но и те, кто проучился один год тоже получали соответствующие дипломы и могли найти несложную работу.

— Некромант? — Ами приостановилась, увидев дожидающегося нас извозчика.

— Это экономнее, чем обычный извозчик, а ты что-то имеешь против?

— Нет, конечно... — вздохнула подруга и полезла в экипаж.

Усевшись, она принялась теребить ремешок сумочки и кусать губы. Я отметила, что Амалия сегодня особенно бледная, а на ее скулах алеют лихорадочные пятна.

— Ами, глядя на тебя, можно подумать, что ты совсем не подготовилась к экзаменам, и теперь жутко волнуешься.

— Волнуюсь, но по другой причине. — Ами взглянула прямо на меня. — Меня беспокоит, что от нас ничего не зависит. Двери Судьбы решают, кем именно нам суждено стать.

— Говорят, этот артефакт никогда не ошибается. А для тех, кто сомневается в правильности выбора есть возможность пройти проверку еще раз после первого триместра.

— То есть придется целый триместр страдать, занимаясь тем, к чему душа не лежит. Но если и во второй раз выпадет все то же самое, то сменить направленность будет невозможно.

— Но разве не за этим именно в нашу академию съезжаются адепты со всего света? Разве ты не хочешь знать, каково твое истинное предназначение. Я точно хочу заниматься именно тем, в чем смогу проявить себя лучше всего.

— Похоже, ты ни капельки не переживаешь? — сощурилась Амалия.

— Честно говоря, я больше волнуюсь о том, как меня встретят адепты, — пробормотала я, глядя в окно.

Амалия тут же смягчилась, переключаясь на мои проблемы. Она осторожно взяла меня за руку.

— Марэна, я все понимаю, ты гордая и все такое, но может все же стоило скрыть след от ай'рэ магией, или просто распустить волосы, чтобы привлечь меньше внимания? Так, как сейчас, ты добьёшься ровно противоположного эффекта.

— Это не поможет, Ами. Ты знаешь, как меня назвали в «Столичном вестнике»? Жертва движения «Стоп-ай'рэ».

— Какой ужас! Это же...

Глаза Амалии стали вдвое больше, а после того, как я пересказала ей краткое содержание статьи и описала снимок, втрое.

— Боюсь даже представить, что они писали вчера. — горько усмехнулась я.

— Наверняка, все осветили на первой полосе с особенным цинизмом и смакованием. Не читай только эту гадость, ради Эфира! — Ами ухватила меня за обе руки.

— Что ты! И не собиралась!

— Но ведь нужно что-то делать, ведь они опорочили твое имя! Может, обратиться за помощью к королю, он ведь твой дядя. А так все подумают. — Амалия замолчала, уставившись на меня с сочувствием.

— Поздно. Все, кто хотел, уже решили, что я попалась в сети ПриДурКов, учитывая, что половина высшего света видела, как я танцевала с Юргесом.

— А я с Кристобалем.

При этих словах Ами инстинктивно дотронулась до левого виска.

— Не переживай, ай'рэ от этого не пропадают, тут точно дело в другом.

— Но в чем же тогда? В демоне?

— Мне вот интересно, неужели тем, кто написал эту гадость даже не пришло в голову, что изменить мог Дэрин, — я наконец высказала вслух то, о чем боялась даже подумать все это время. — Понимаешь, Ами, я ни в чем не виновата. Я не совершила ничего постыдного, так почему все пытаются отыскать причину во мне? Вот поэтому я не собираюсь ничего прятать. Теперь это, — я тоже дотронулась до виска, — не знак позора, а боевой шрам. Их принято носить с гордостью.

— Ты очень смелая, Марэна. Я бы так не смогла, ты достойна восхищения.

— Погоди восхищаться. Может, я уже к вечеру не выдержу давления и изменю свое мнение. Мы невесело рассмеялись, а затем сменили тему на более насущную.

— Как думаешь, к чему у тебя большая склонность? — интересовалась Ами.

— Моя глубина резерва увеличилась, после победы над демоном, так что стану лекарем, как мама, скорее всего.

Чаще всего дети повторяли путь родителей, но встречались и исключения.

— А что, если ты демоноборец, как отец?

— Маловероятно. Боевыми магами чаще становятся мужчины.

— И ты не расстроишься?

— А чего тут расстраиваться? Если Двери Судьбы посчитают, что так я принесу больше пользы, то я согласна.

— Но ведь это опасно!

— Быть лекарем тоже не сахар. Я даже не знаю, что бы я хотела больше, выпускать кишки, или собирать их обратно.

— Фуу! Мари! Меня сейчас стошнит! Хуже только стать некромантом и копаться в прогнивших кишках!

— Теперь стошнит меня, — я подавила подкативший к горлу комок.

В этот момент экипаж остановился, и извозчик оповестил нас:

— Ерры, мы на месте. — Когда мы выбрались наружу, и я расплатилась, пожилой некромант не удержался. — Зря вы так, ерры. Некромантия очень востребованная и нужная профессия. Я об одном жалею, что Эфир не дал мне глубины потенциала, чтобы стать кем-то большим... — он грустно вздохнул.

— Простите, — устыдившись, выдали мы хором.

Пожелав вознице хорошего дня, отправились ко входу в академию.

Глава 12. В которой академия встречает новичков

Старинное здание, расположенное в самой древней восточной части Диля, выглядело внушительно. Я не раз видела его на картинах и снимках, но видеть его собственными глазами — совсем другое.

Воображение поражала мрачная суровость внушительной постройки. Высоко в небо вздымались шесть сторожевых башен с магическими кристаллами на самом верху — пять по периметру и шестая — центральная. Их еще называли Лигирийской короной. Кристаллы-артефакты на их маковках отсюда видно не было, но прекрасно чувствовалась разлившаяся вокруг магия, заставляющая вставать дыбом волоски на теле.

Когда-то здесь находилась резиденция первого ректора и основателя Лигирийской магической академии Айрона Сторма. Позже одна из ветвей этого славного рода отделилась и основала правящую династию, сменив прежних правителей. Так что в некотором роде я приходилась первому ректору родственницей. Очень-очень дальней.

Настоящий неприступный замок и родовое гнездо Стормов было превращено в учебное заведение. На его территории появилось много новых построек за годы существования, но сам замок остался почти без изменений и представлял собой уникальный магический артефакт, таящий множество секретов. Как и школы, академия совершенно недоступна для демонов, и в случае поражения в войне, могла бы приютить на своей территории жителей столицы.

Территорию академии раньше окружала неприступная стена. Но с тех пор столица сильно разрослась, и со временем часть стены, снесли, заменив на высокую кованую ограду, позволяющую разглядеть зеленые лужайки, большую площадь и само здание замка. А еще многочисленных поступающих, заполонивших едва ли не все свободное пространство на территории. Повсюду были люди, сидели на бортиках большого фонтана, на лавках и прямо на траве. И все чего-то ждали.

— А ведь еще только утро! — возмутилась Амалия. — Они что, ночевали здесь?!

— Как бы это нам здесь ночевать не пришлось, — разочарованно выдала я, представляя, сколько часов придется провести в ожидании, прежде чем наступит наша очередь. — Может, и правда стоило прийти в последний день?

— Ну, хотя бы разведаем, что здесь и как, чтобы не заблудиться, когда придем в следующий раз. Может, надо уже сейчас занимать очередь, чтобы хотя бы в последний день приёма пройти в Двери Судьбы.

Мы двинулись по подъездной дорожке к замку. На территории все оказалось просто и понятно. Повсюду были понятные указатели, которые и привели нас прямо в приемную комиссию. По пути нам встретилось множество таких же, как и мы будущих адептов, но никто не пялился на меня открыто, хотя я замечала взгляды, брошенные украдкой. Пока все не так страшно. Пусть перешептываются, главное, что пальцами не тыкают.

Приемная комиссия располагалась прямо посреди парка, а не внутри здания, как мы подумали сначала. На большой поляне, куда нас привели указатели, обнаружилось что-то вроде каменного стола или вытянутого в длину алтаря. Рядом стояло двенадцать консультантов в темно-синей форме с золотой шестизубой короной на плече — эмблемой академии. К каждому выстроилась небольшая очередь адептов из пяти-семи.

Мы с Ами встали в две соседние очереди, которые быстро двигались, так что совсем скоро и я очутилась прямо напротив миловидной шатенки — адептки старшекурсницы.

— Ерра, пожалуйста, приложите ладонь к этому кругу, — попросила девушка.

Только сейчас я увидела, что на каменной крышке стола, испещренной множеством маленьких трещинок, выдавлены в камне окружности, и сделала, как велено. Полыхнуло ярким светом, и поверхность камня под моей рукой заметно потеплела. А когда я отняла ладонь, там красовалась вычурная цифра три с пятью знаками после запятой. При этом выглядело число так, словно его выгравировали тогда же, когда создали этот артефакт.

— О! Такая внушительная глубина резерва в самом начале! Поздравляю вас, ерра! — девушка искренне за меня обрадовалась.

Надо сказать, что я была слегка растеряна. Глубина резерва больше трех с половиной грозила серьезными трудностями при обучении. Осваивать магическую премудрость, контролируя одновременно такие объемы магии намного сложнее. Зато теперь было предельно ясно, отчего я вчера ощущала недомогание.

Тут настала очередь Ами, и я скосила глаза, чтобы увидеть результат подруги. У нее появилась двойка с пятью девятками после запятой. Можно было смело сказать, что это уже полноценная тройка.

— Но... как это? — Амалия подняла перепуганные глаза на парня, который стоял напротив нее.

Тот только пожал плечами:

— Вам лучше знать, ерра.

— Ерра, наденьте, пожалуйста, это! — привлекала внимание моя консультантка.

Когда я повернулась, она протянула мне тонкий металлический браслет.

— Что это?

— Как я уже сказала, при чем зря, — съязвила девушка, — этот браслет требуется, чтобы открыть Двери Судьбы. Он исчезнет, как только вы пройдете инициацию.

Я протянула руку, и шатенка застегнула браслет на моем запястье. Резко сжавшись, он неприятно стиснул руку.

— Отправляйтесь к Дверям Судьбы прямо сейчас, вы имеете право пройти вне очереди.

— Это почему же?

Я было решила, что дело в моем родстве с королем, и пожелала пресечь всяческие попытки подмазаться, тетя говорила о чем-то подобном. Но я ошиблась.

— Потому что все, у кого глубина резерва больше двух с половиной, по правилам академии имеют преференции в этом, — пояснила шатенка.

— Понятно, спасибо, — поблагодарив консультантку, я отошла от стойки, почти сразу ко мне присоединилась Амалия.

— Представляешь, у меня тоже выросла глубина резерва. Не нравится мне это.

— А сколько была и сильно выросла? — поинтересовалась я, подумав, что давно уже не интересовалась резервом Ами.

— Была два и шесть при последнем замере в школе, а сейчас почти три. Это слишком быстро, а я ведь ничего не заметила. Хотя, если подумать, были дни, когда я чувствовала себя не слишком хорошо, но я совсем не связала свое состояние с ростом глубины потенциала.

Казалось, Амалия совсем не рада своим развивающимся способностям. Особенно после нашего разговора в карете.

— Но есть и огромный плюс, — ободряюще улыбнулась я подруге.

— Какой?

— Нам не придется торчать здесь до ночи или приходить в последний день. Мы можем пройти Двери Судьбы без очереди. Идем и покончим с этим поскорей, у нас грандиозные планы на остаток дня.

— Это какие же? — удивилась Амалия.

— Для начала поедем ко мне есть малиновый торт.

— Звучит весьма заманчиво! Я за! — ободрилась Ами.

С такими приятными мыслями мы и направились к Дверям Судьбы.

Хоть у нас и имелись преференции, но войти в старинные деревянные двери первыми, было как-то неловко. Да и чтобы растолкать собравшихся перед ними абитуриентов, потребовался бы отряд королевской гвардии, а не две девушки среднестатистического телосложения. Мы подошли к скоплению народа сзади и нерешительно переглянулись.

— Сомневаюсь, что у нас получится подойти ближе, — озвучила мои мысли Амалия. — Разве что ты потребуешь у них расступиться именем короля.

— Вот все удивятся-то! — хмыкнула я. — Боюсь такой поступок плохо скажется на моих взаимоотношениях с потенциальными однокурсниками.

Мой браслет вдруг потеплел и вспыхнул алым. Одновременно среди абитуриентов возникло оживление. Парни и девушки принялись оглядываться по сторонам и задавать один и тот же вопрос:

— Следующий?

— Кто следующий?

— Эй, у кого браслет светится? Не спать! Проходите вперед, не задерживайте очередь! — послышался громогласный мужской голос.

Кто кричал, я не видела, но подняла руку, демонстрируя сияющую «преференцию».

— У меня! У меня браслет светится. Я следующая!

Людское море тут же раздалось в стороны, образовав проход к дверям. Взявшись с Амалией за руки, мы поспешили пройти к цели, провожаемые завистливыми взглядами. Только оказавшись у двустворчатых деревянных дверей, окованных металлическими полосами, я увидела обладателя зычного голоса. Коренастый и широкоплечий, с простецким веснушчатым лицом, он сидел за столом и широко улыбался нам. По одному виду парня было ясно — боевой маг. Надо же!

— Ха, Лилли! Я выиграл! — непонятно воскликнул он и обратился он к толпе: — Эй, вы слышали? — а затем, добавил чуть тише, обращаясь к своей напарнице: — Надо было организовать тотализатор.

— Смотрю, тебе не терпится из академии вылететь, — хмыкнула колоритного вида девушка, стоящая за его левым плечом.

Меня поразили невероятный сине-черный цвет ее волос и оригинальная прическа, состоящая из каких-то не то проводков, не то веревочек. Синевласка Лилли была одета в черные обтягивающие брюки и топ с грубыми застежками. На ее лице красовались огромные очки на широкой резинке, через которые девушка пристально смотрела на нас.

— Чистые. Обе, — подавив зевок, проговорила она и, потеряв к нам всякий интерес, сдвинула очки на лоб.

Демоноборец! Осенило меня. Нет, я знала, что среди них попадаются и девушки, но это скорее редкость. Но определенно Синевласка была демоноборцем и только что проверила нас на предмет подселенных сущностей. Странно, конечно, ведь на территорию академии демоны проникнуть не могут? Или могут? Да мало ли, какие тут правила, решила не заморачиваться я. Все же война едва-едва закончилась, и усиленные меры безопасности где бы то ни было вполне оправданы.

— Спорим, лекарочки будущие? — обратился к синеволосой боевик, что-то записывая в большую тетрадь, лежащую перед ним на столе.

— Сколько раз еще повторить, Барнет? Я никогда не спорю, — отмахнулась от его предложения Лилли.

— А почему лекарочки? — поинтересовалась Амалия, улыбнувшись парню.

— Глубина потенциала у вас большая для новеньких, но вы девчонки. Вряд ли Дверки вас на боевический закинут.

— Дверки? — переспросила я.

Синеволосая только фыркнула и закатила глаза.

— Лилли, такие, как ты — исключение. Одна-две на тысячу.

— Марэна Данаостро? — вдруг негромко спросила Синевласка, обратившись ко мне.

— Да, это я, — ее вопрос оказался неожиданным.

— Ого! Та самая? Племянница Олланда? — слишком громко переспросил парень, и синеволосая влепила ему звонкий подзатыльник.

— Уй! Чего дерешься? — боевик, возмущенно сопя, обернулся к напарнице.

— Ну ты и придурок, Бар! — скривилась Лилли. — Зачем так девушку подставлять?

— Подставлять?.. — парень непонимающе нахмурился, поморгал, и тут на его лице отразилось понимание. — О! Прости, — обратился он уже ко мне.

— Угу, — кивнула я, понимая, что дело все равно уже сделано.

Оказавшись здесь, я поняла, что мало кто связал меня с тем самым случаем, о котором писали газеты. Не многие знали меня в обычной жизни, и для большинства я — почти что принцесса, а значит, должна носить исключительно бальные платья и передвигаться с многочисленной расфуфыренно свитой и помпой. Вот почему мое появление осталось без особенного внимания. Да, на меня смотрели и замечали след от ай'рэ, но шла война, и осталось немало тех, кто лишился ай'рэ вместе с гибелью истинного.

А теперь все узнали, кто перед ними. Над головами пронесся гул, на меня уставились все, кто столпился у Дверей Судьбы. Некоторые в задних рядах вставали на цыпочки и подпрыгивали, чтобы получше разглядеть. Кто-то даже попытался влезть соседу на плечи для тех же целей. Ужасное чувство.

— Не будем отвлекаться, что я должна делать? — повернулась я к сдавшей меня парочке.

— Просто подойди... те к дверям и возьмитесь за ручку. Дальше артефакт сам все сделает. И это. — остановил парень меня на полушаге. — Не волнуйтесь, ерра Данаостро. Вы выйдете совсем в другом месте, не привлекая лишнего внимания.

— Благодарю, — кивнув ребятам и Ами, поспешила к Дверям Судьбы.

Меня не пугало то, что ждет за ними, а вот повышенное внимание толпы любопытных — да. Я взялась за массивное кованое кольцо, заменяющее ручку, и потянула. Двери не поддались ни на миллиметр. Что-то пошло не так? Может, нужно толкнуть или постучаться?

Едва я собралась это сделать, как поняла, что не могу шевельнуть ни рукой, ни ногой. В следующий миг браслет снова нагрелся и засветился, а вокруг резко потемнело. Когда вернулась способность различать предметы, я обнаружила, что оказалась совсем в другом месте. Стояла посреди абсолютно белой комнаты с пятью стенами, и на каждой висело по зеркалу. Но как ни старалась, я не увидела собственного отражения ни в одном из них. А в тех, куда приглядывалась, поверхность зеркал затуманивалась, и на ней появлялись невнятные тени и пятна, которые принимались двигаться сами по себе.

Осмотревшись, так и не заметила никакого выхода из этого странного помещения. А вместо потолка обнаружила лишь клубящийся непроглядный туман высоко наверху. Что ж, придется осматривать зеркала. Судя по всему, в них и содержится подсказка.

Но в чем заключается испытание?

Об этом не было принято говорить, и мои знания ограничивались тем, что передавалось на словах: входишь в Двери Судьбы, выходишь инициированным, но необученным магом. Все.

А как именно происходит эта самая инициация мне предстояло узнать прямо сейчас.

— Хорошо. Посмотрим, что за тайны хранит это место.

Ободрив себя звуками собственного голоса, я направилась к ближайшему зеркалу в вычурной черной раме.

Глава 13. В которой открываются Двери Судьбы

Мутное отражение стало четче, стоило подойти ближе и сконцентрироваться на нем. Голова вдруг резко закружилось, как бывало в детстве, когда смотришь слишком долго на мир через увеличительное стекло.

Заморгав чаще, ухватилась за раму, приблизив лицо почти к самому стеклу и стараясь уловить в расплывающихся чертах какую-то ускользающую подсказку. Сощурилась, будто вглядываясь в даль. Вот-вот, и мне удастся рассмотреть...

Вдруг отражение стало предельно четким, и мне навстречу, копируя мое движение, подался мертвец со свисающей лохмотьями кожей.

Отвратительное, кошмарное зрелище!

Взвизгнув, отпрянула так резко, что потеряла равновесие и уселась на пол, ушибив пятую точку. Мертвец, ужасно похожий на меня и даже с точно таким же следом вместо ай'рэ, утробно зарычав, натянул гладкую поверхность зеркала, словно ткань. От ужаса, я не могла сдвинуться с места, а мертвец бесновался, пытаясь прорваться ко мне сквозь пленку магического щита, но та оказалась прочной, и отбросила его назад.

К моему облегчению, сразу после этого поверхность зеркала снова затуманилась, из чего я сделала вывод, что все закончилось, и не стоит переживать, что кто-то проберется и накинется сзади, но и поворачиваться спиной к зеркалу в черной раме было боязно. И к следующему я подходила бочком-бочком, пытаясь не выпустить из поля зрения и то, и это новое — в простой белой раме.

Заглядывала я в него с превеликой осторожностью, готовая отпрянуть при первых признаках опасности, но ничего столь же ужасного не произошло. Как и в первом случае зеркало поиздевалась над моим зрением, но когда его поверхность прояснилась, сложилась полная иллюзия, что гляжу в окно, за которым располагается одна из палат королевского госпиталя.

Я увидела ряды однотипных казенных коек, на которых лежали раненые. Лекари, по самые глаза укутанные в рабочую белую форму, сновали между ними, подходя то к одному, то к другому. Одна из лекарок остановилась чуть ближе, и принялась водить руками над пациентом, сплошь покрытом бинтами. От ее ладоней струилось золотистое сияние, а сама она подозрительно походила на мою маму.

Вдруг сияние погасло, а лекарка пошатнулась, ухватилась за спинку кровати и обессиленно сползла на пол. Не выдержав, я позвала ее. Сначала тихонько, будто стесняясь. Затем закричала изо всех сил и заколотила по поверхности, но на меня никто не обращал внимания. Зеркало не прогибалось под моими руками, и его поверхность, как и полагается, оставалась прохладной и гладкой. Она не пропускала ни звука, и постепенно померкла, затянувшись белым туманом.

Не мое зеркало и не моя судьба. Никакая я не лекарочка, не угадал Барнет, или как там его?

Повернулась к зеркалу в белой раме спиной и закрыла глаза, восстанавливая душевное равновесие. А затем выдохнула и посмотрела на оставшиеся три рамы, размышляя, какая подойдет мне.

Предположим, что черная рама и белая — это стезя некроманта и лекаря, тогда серебряная рама скорее всего прикладники, к которым относят все прочие виды магов от бытовиков до артефакторов. Алая, точно свежая кровь на снегу, боевики, без сомнений. А коричневая с необычным фиолетовым оттенком — демоноборцы, стоящие наособицу. Первым порывом было двинуться сразу к ней, но я подавила это тщеславное желание.

Если мне удалось справиться прицепившимся ко мне низшим, это еще не значит, что я готова посвятить всю жизнь этому делу. С чего я вообще взяла, что именно это мое? Может на деле я — гениальный артефактор или кулинар, чьи десерты прославятся на весь мир?

Я решительно направилась к зеркалу в серебряной раме, не ожидая от него никаких подвохов, вроде оживших мертвяков или рвущих душу картин, но меня ждало разочарование. Когда туман рассеялся, на гладкой поверхности появилась какая-то незнакомая мне формула. Я смотрела на нее и так и этак, и даже попыталась составить и решить уравнение, применяя школьные знания, но ничего не получалось, хотя и удавалось чертить пальцем на стекле все, что угодно. Но через время все написанное растворялось, а формула менялась на новую.

Помучившись и окончательно убедившись, что здесь мне ничего не светит, я плюнула и перешла к следующему по порядку зеркалу — с алой рамой. Здесь мне снова предложили посмотреть «занимательное представление». Шла битва. Вокруг полыхало разноцветное магическое пламя, раздавались взрывы, и магические удары разносили в крошку стены и выбивали в земле гигантские воронки. Дюжие парни, беззвучно крича, бежали куда-то выстроившись цепью и отражая многочисленные магические атаки щитами. Навстречу им выступали точно такие же. Никаких различий между «нашими» и теми, я так и не увидела.

Сначала маги мутузили друг друга всем, чем только можно, но ни те, ни другие не могли взять верх. Тогда «наши» решили объединиться в круг силы, чтобы не то нанести ответный удар, не то укрепить щит, но им не удалось. От противника вдруг прилетело что-то вроде сгустка тьмы с сияющей нестерпимым светом серединой, испепеляя их фигуры по слоями. Сначала кожу, затем мышцы и органы...

Когда в кругу остались стоять взявшиеся за руки скелеты, я снова закрыла глаза. Сердце колотилось как безумное, во рту стало сухо, а к горлу подкатил противный ком. Я стиснула в кулаки потные ладошки и пробормотала:

— Нет-нет! Это точно не для меня. Это не для меня.

А затем открыла глаза и с ужасом покосилась на оставшееся зеркало. Если судьба боевика испугала меня настолько, что уж говорить о демоноборцах. Вот теперь я понимала страх Амалии и то, что ее не радовал рост глубины потенциала. Похоже, подруга была намного мудрее меня и сразу осознала, чем это может грозить.

Но делать было нечего, время шло, и следовало принять решение, каким бы сложным оно ни казалось. Двери Судьбы не зря так называются, никто не выходит из них прежним, остается верить, что их создатель знал, что делал, и артефакт действительно не ошибается, решая судьбы будущих магов.

Интересно, а что чувствовали мама и папа, оказавшись здесь?

Решив, что обязательно спрошу, когда увижусь с ними, я вздохнула и направилась к последнему зеркалу, заранее готовясь к тому, что увиденное мне не понравится или испугает. Но стоило мне приблизиться, как я забыла обо всем на свете...

Внутри рамы из темного дерева, на вид едва ли не самой классической — как у старинных картин, расстилалась незнакомая равнина, усыпанная каменными валунами и залитая светом фиолетовых лун. Их свечение — вот что придавало раме необычный оттенок. Но отнюдь не экзотичность пейзажа захватила все мое внимание, а мужская фигура с длинными черными волосами. Тени скрывали лицо, но мне не требовалось его видеть, чтобы точно знать — это Дэрин Штарн.

Словно подтверждая мою догадку, парень поднял голову и взглянул на меня своими невероятными глазами, в которых отразился свет двух лун сразу. Я забыла, как дышать и говорить, а ноги сами понесли меня вперед. Остановилась, только коснувшись ладонями твердой зеркальной поверхности.

— Дэ... рин!

В носу закололо, от подступивших слез.

— Мари, — беззвучно произнесли его губы.

Мой истинный протянул мне руку, но я не могла ее коснуться, ведь мы находились в разных мирах. В этот миг я почти забыла, что все, что вижу, лишь иллюзия, созданная артефактом персонально для меня. Очень жестокая иллюзия.

Вдруг луны скрыла чья-то тень, а позади моего Дэрина опустилась на землю грузная фигура. Я видели лишь крылато-рогатый силуэт, но не сомневалась, что именно грозит любимому. Дэрин тоже все понял. Лицо его закаменело, и он начал оборачиваться, но слишком медленно!

Мелькнули здоровенные когти, и я взвизгнула от ужаса. Дэрин, ловкий точно лесной кот, ловко увернулся от удара, кувыркнувшись через плечо, и тут же вскочил на ноги. Демон беззвучно зарычал от досады, обнажив острые клыки. Его глаза вспыхнули будто угли и, взмахнув кожистыми крыльями, он поднялся над землей для новой атаки.

И в этот миг случилось то, чего я ну никак не ожидала. За спиной моего Истинного распахнулись два огромных крыла. Фиолетовый лунный свет красиво играл на блестящих черных перьях, волосы развевались точно шелковый плащ, в его руке появился полыхающий голубым пламенем магический клинок. Я задохнулась от невероятно красивого и одновременно пугающего зрелища.

Ангелос?! Мой Истинный — ангелос? Почему он не сказал об этом мне?

Вместе с крыльями Эфир награждал особенной силой некоторых демоноборцев, и они обретали способность следовать за ними в Межмирье и сражаться там на равных.

Мелькали крылья, когти, полыхающий светом меч.

Скорость у обоих была запредельной, но все же то, что я сейчас наблюдала, совсем не походило на равный бой. Дэрин сражался храбро, но его противник оказался сильней и хитрей. Обманом он сумел подобраться близко и даже позволил себя ранить. Намеренно апоровшись на меч, демон мощным ударом вбил Дэрина в землю.

Мой Истинный закричал, но оружие не выпустил, глубже вгоняя его в грудь мерзкой твари, а та ухватила его за крыло, неестественно вывернув и придавив спину Дэрина коленом, он дернул. Лицо любимого исказила мука, и я закричала, рванувшись к нему так, словно никакого стекла между нами не было в помине.

Зеркала и правда больше не было...

С легкостью преодолев преграду, мгновение назад казавшуюся неприступной, я оказалась на той стороне. Под подошвами моих босоножек противно захрустела каменная крошка. Иномирная равнина встретила меня холодом и раздражающим обоняние запахом химической лаборатории. Опешив, я сбилась с шага, не веря, что мне удалось.

Отбросив оторванное крыло в сторону, тварь повернулась ко мне, оскалив будто в улыбке зубы. Выставив перед собой руки, я зажмурилась, молясь Эфиру и надеясь, чтобы получилось, так же легко, как тогда с демоном уныния. Дэрину нужно помочь как можно скорей, но одновременно я понимала, что у меня нет ни единого шанса.

— Марэна Данаостро, демоноборец. Хм. — скептично отметил низкий мужской голос.

— Непросто придется. Всем нам. Она ведь?.. — со вздохом вторил ему другой, будто старческий.

— Да, это дочка Андреса, — подтвердил третий — женский, приятный.

Я осторожно приоткрыла глаза.

Снова белая комната, но на этот раз с нормальным потолком. Справа дверь, над которой висит обычная табличка «Выход». И зеркало здесь тоже имеется, но всего одно и обычное. Я поняла это, потому что в нем отражался полукруглый стол, за которым восседали пять человек, а еще — я, бледная и с покрасневшими от слез глазами.

Как-то так получилось, что я стояла к этой самой «Пятерке» спиной, потому воспользовалась моментом, чтобы вытереть мокрые глаза, и только потом повернулась. Медленно и не слишком уверенно.

— Не бойся, Марэна. Все закончилось, — улыбнулась мне длинноволосая брюнетка с резковатыми чертами лица, колючим взглядом, но на удивление приятным и успокаивающим голосом. — Я — декан факультета некромантов Ярисса Прим, а это мои коллеги. Справа от меня декан твоего факультета демоноборцев Ксандр Дорн. Представлять остальных пока не имеет смысла, все равно ты в таком состоянии, что не запомнишь, — она криво усмехнулась.

А я согласно кивнула, во все глаза рассматривая хмурого мужчину, о котором была наслышана, в том числе и от отца, с которым они были почти ровесники. Квадратная челюсть, покрытая недельной щетиной. Короткие волосы невнятного цвета, шрам от когтей на виске и глубоко посаженные глаза, которые глядят на меня не то с разочарованием, не то с жалостью.

Хотя нет. Это я уже надумала. Равнодушно он на меня глядит и устало.

— Ты немного в шоке, но не переживай, это нормально.

— Особенно если умудрилась заглянуть во все зеркала. Ты ведь во все заглянула? — растянул в улыбке полные губы темнокожий мужчина одетый как уроженец Ферроса, которым он и являлся.

Деканы переглянулись и заулыбались. Все кроме Ксандра Дорна. А вот сидящий рядом с ним здоровенный детина с длинными собранными на затылке в хвост волосами и не менее длинной бородой улыбался вполне доброжелательно. Он был одет в кожаный жилет и демонстрировал обнаженные, покрытые вперемешку шрамами и боевыми татуировками бицепсы. В нем я без труда определила декана боевиков, хотя ничего о нем не знала раньше.

Почему-то все они показались мне чем-то похожими, выделялся лишь один — сухонький длиннобородый старичок в еще более странном, чем у ферросца одеянии, сплошь увешанный разнокалиберными часами и какими-то приборами. ТО, что они прикладник, тоже не тайна, но вот какой, было определить сложно. В равной степени старичок мог быть и артефактором, и кем-то еще. Определить я не могла.

— Марэна Данаостро от лица руководства лигирийской академии поздравляем тебя с успешно пройденной инициацией, — поздравила меня некромантка.

— Было бы с чем, — пробурчал декан демоноборцев, недовольно отвернувшись в сторону, словно бы ему противно было на меня смотреть.

Глава 14. В которой много неожиданностей

Такое пренебрежение декана меня расстроило.

— Прошу прощения, но я не напрашивалась и не понимаю, чем вызываю такую реакцию. Как верно заметили ваши коллеги, декан Дорн, прежде я исследовала все прочие зеркала, но они меня, к сожалению, отказалась принять.

— Да, будь немного повежливее с девушкой, Ксандр, — декан Прим мягко положила руку на плечо демоноборцу, который не желал меня замечать.

— Вот именно. С девушкой. А на кой мне нужны на факультете девушки? — раздраженно рыкнул декан.

В этот миг я поняла — легко не будет.

Меня взяла злость.

Я вошла в Двери Судьбы и заглянула в каждое проклятое зеркало, прежде чем одно из них откликнулось. И то, что меня инициировали в качестве демоноборца не моя прихоть. Так решил древний артефакт. И то, что декан моего факультета совсем мне не рад, выбило меня из колеи. По рассказам отца Ксандр Дорн был славным парнем, хорошим товарищем и настоящим демоноборцем, который уничтожил столько тварей, сколько другим и не снилось. От такого человека, как он, я совершенно не ожидала откровенной грубости и столь пренебрежительного к себе отношения. По положению в обществе я стою с ним на одной ступени, а могла бы стоять и еще выше. Да, пока мы в академии, я обязана подчиняться и соблюдать субординацию, но то, что он теперь мой наставник, не меняет дела. Деканы должны относиться к адептам с уважением, и никак иначе. Мама учила меня быть принцессой, когда это требуется.

То, что среди демоноборцев парней намного больше мне известно, но и девушки тоже есть. Это не редкость. Да взять хотя бы ту же Лилли, которую мы видели сегодня. С виду она вполне обычная девушка. Нет, со странностями, конечно, не без этого. Чего только стоит ее прическа? Наверняка она обладает особенным даром, но совсем не походит на гору мышц. А дело в том, что у демоноборцев, как и у прочих магов, есть своего рода разделение на специализации. Не обязательно быть чистым бойцом и крушить тварей в рукопашном бою, чтобы сражаться с тварями.

От резкой отповеди, готовой сорваться с губ, меня удержало только то, что возможно, все сказанное деканом — это тоже проверка. Боевики славятся подобными вещами, об этом не раз говорил отец. Новичков всегда подначивают, тестируя крепость нервов. А доброта некромантки могла подействовать по контрасту. Злой декан и добрый декан? Ну-ну.

Рациональные мысли меня немного успокоили, и я не стала ничего говорить.

— У нас все. Можешь идти, деточка. Не забудь, что занятия начинаются через неделю. Если требуется общежитие, стоит позаботиться об этом заранее, — по-старчески проскрипел прикладник, позвякивая часами и многочисленными склянками, пришитыми прямо к одежде.

Я коротко поклонилась, но не спешила уходить, ведь осталось кое-что еще, что беспокоило меня больше, чем неприветливый декан демоноборцев. Я изначально планировала об этом спросить, но некрасивая сцена выбила меня из колеи.

— Мне позволено будет задать вопрос? Всего один, — ровным, словно ничего не произошло, голосом поинтересовалась я.

Деканы переглянулись, но, прежде чем кто-то успел меня спровадить, некромантка благосклонно улыбнулась:

— Конечно, спрашивай, Марэна.

— То, что я видела в зеркалах...

— Никто не знает доподлинно, что именно показывают нам двери судьбы, — перебил меня все тот же прикладник. — Кто-то считает, что видит прошлое, кто-то будущее, но чаще — всякую ерунду, — как-то по-старчески махнул он рукой. — На моей памяти не было никого, кто бы получил подтверждение реальности этих видений.

— По древней традиции рассказывать об этом не принято, — дополнила его декан Прим.

— То есть, всего этого не было на самом деле?

— Было, не было. Не все ли равно? Главное, вы решили, какой именно путь вас ждет.

— Но я же ничего не решала! Другие зеркала, как и положено, меня не впустили, а в это я случайно проскочила!

— Достаточно! Адептка Данаостро, вы задерживаете прием. У нас нет возможности тратить столько времени на каждого абитуриента, — вспомнил о моем существовании Ксандр Дорн. — Увидимся на собрании через неделю, не опаздывайте.

Как будто ведро снега на голову высыпал, подумала я и мысленно поежилась.

— Да, декан Дорн, — кивнув, я направилась к единственной двери, надеясь, что за ней находится выход.

К счастью, я не ошиблась и оказалась в просторном фойе. Кабинет, в который меня перенесли Двери Судьбы, находился на первом этаже академии как раз напротив главного выхода. Здесь тоже имелись указатели, и чтобы наверняка, по обеим сторонам мерцал защитный барьер. Видимо, что бы инициированным адептам не пришло в голову шастать, где не надо. Так что пройти можно было или на выход, или обратно в кабинет с деканами.

Прежде, чем уйти, я немного постояла, рассматривая высокий потолок с барельефами, лепнину старинные фрески, изображающие учеников за учебой и чьи-то бюсты у стены по левую руку. В фойе царил полумрак, поэтому много мне разглядеть не удалось, зато я насладилась прохладой и гулким покоем пустого помещения — кроме меня здесь никого больше не было.

Переведя дух, я вышла наружу, вновь очутившись среди полуденной духоты и многочисленных абитуриентов. Солнце, осознание того, что я все-таки прошла инициацию, и назад дороги нет, да еще отчасти ответ деканов, о показанном мне зеркалами, вернули благодушие. Странно конечно, что мне привиделся именно Дэрин, но думается мне, что артефакт использовал крайние меры, чтобы подтолкнуть меня к выбору. Вряд ли бы по доброй воле я выбрала бы именно такую судьбу...

Интересно, где сейчас Амалия? Не факт, что ее очередь войти в Двери Судьбы наступит сразу после меня. Решив немного выждать, прежде чем отправиться на ее поиски к Дверям Судьбы, я расположилась на выступающем из-под земли корне под старым раскидистым деревом толщиной в три обхвата. Судя по гладкости и вытертости, я не первая, кто использует это место в качестве лавки.

Мне повезло, долго ждать не пришлось, и Ами оказалась первой, кто вышел из здания академии сразу после меня.

— Представляешь, из всех, кто здесь собрался, у нас с тобой оказалась самая большая глубина потенциала! Это значит, что мы можем не загорать тут до вечера, а прямо сейчас пойти и отметить наше поступление малиновым тортом. Или шоколадным, я его тоже хочу попробовать. Здорово, правда? — подскочила я ей на встречу, но осеклась, столкнувшись с подругой взглядом.

— Боже, Ами. У тебя что, кто-то умер?

— Вроде того. Я только что похоронила все надежды... — Амалия часто-часто заморгала и всхлипнула.

Я поспешила к ней и обняла, украдкой покосившись на ее ай'рэ. Мало ли.

Но завиток на виске подруги по-прежнему красиво отливал серебром, и мне стало легче. Дело было в чем-то другом. Может, ее тоже деканы проверили на моральную устойчивость, она там сдержалась, а вот теперь накатило? Или, заглядывая в зеркала, Ами испытала сильное потрясение, что не мудрено?

Мне стало жутко любопытно, что же Амалия там увидела. То же, что и я, или нечто другое? Видения подгоняются под каждого индивидуально, это понятно, но вот интересно, в основной идее они повторяются, или совсем разные? Вовремя вспомнив наставления деканов, я решила, что подруга сама расскажет, если посчитает нужным, а Ами продолжала тихо шмыгать носом.

— Почему ты плачешь? Что-то пошло не так с инициацией?

— Все! Все пошло не так, Мари! Я ненавижу мертвяков, терпеть не могу некромантов, и никогда бы в жизни я не пожелала такой судьбы никому. А теперь мне предстоит стать одной из них! Я некромантка, Мари! — выпалив это, Амалия расплакалась уже всерьез.

— Это... неожиданно. — Теперь понятно, почему подруга так расстроилась. Гладя ее по спине, я лихорадочно пыталась подобрать слова, чтобы ее успокоить. — Ами, я понимаю, ты ожидала совсем не этого, но инициация пройдена, и назад дороги нет. Попробуй взглянуть на ситуацию с другой стороны. Некромантия редкий дар и очень полезный. И, главное, работы полно. Некроманты просто нарасхват, даже адепты подрабатывают с легкостью. Вон, извозчиков всегда недостает, — я ляпнула это ради шутки, просто, чтобы ее отвлечь, и ведь сработало!

— Что?! — подруга перестала хлюпать носом и отстранилась, глядя на меня с негодованием. — Я, Амалия Риано, и извозчиком?! Ты шутишь?

— Конечно шучу, — улыбнулась я. — Надо же было как-то тебя остановить, а то у меня скоро блузка от влаги начнет просвечивать.

— Да ну тебя, Мари! — Ами шлепнула меня по плечу и, выудив из сумочки зеркальце и салфетки, принялась приводить лицо в порядок.

— Про извозчика я пошутила, но представь, какие перспективы открываются перед сильным некромантом. А у тебя глубина потенциала явно растет, так что карьера в следственных органах тоже неплохой вариант, если не хочешь упокаивать или поднимать кладбища, или заниматься прикладной некромантией.

К слову, посмотри на своего декана. Она выглядит так круто!

— Да, Ярисса Прим производит впечатление, и такая приятная женщина. Даже удивительно для некромантки. Наверное, ты права. Все равно деться некуда, придется смириться. Надеюсь, тебе повезло больше, чем мне.

— Честно, пока еще не поняла и тоже немного в шоке. Но декан Прим определенно приятнее в общении, чем тот, что достался мне. К слову, именно Ярисса Прим меня поддержала, иначе я бы тоже вышла оттуда в слезах, — я помрачнела.

— А кто твой декан? — насторожилась Амалия, мгновенно позабыв о своих бедах.

— Ксандр Дорн.

— Это же. Марэна, ты демоноборец?!

— Ну, мне еще только предстоит им стать...

— Но... Как же так получилось? Неужели другого выхода не было? Или ты сама...

— Не сама. Скажи, Ами, а как так вышло, что ты стала ненавистным тебе некромантом?

— Меня вынудили обстоятельства, но...

— Вот и меня вынудили.

— Я сама виновата. Сильно сглупила. А все мое любопытство, — пожаловалась вдруг Амалия. — Решила сначала ознакомиться со всем предложенным «ассортиментом» и начать с того блюда, которое точно не собираюсь есть.

— Зеркало в черной раме? — с пониманием кивнула я.

— Именно. И, как понимаешь, в остальные у меня уже не было возможности заглянуть. Ох, как же я жалею, что начала именно с него! Какая же я дура!

— Хочешь, я тебя успокою? Я заглянула во все зеркала.

— Да? — выпучила глаза Амалия, глядя на меня с жадным любопытством. — И? Почему ты не выбрала что-то другое. Нет, я понимаю, драконоборцем быть престижно, но еще и ужасно опасно. Мы мечтали, что обе станем лекарями, как наши мамы, и будем учиться вместе.

— Да, Ами, но только вот в чем загвоздка. Только одно зеркало пропустило бы тебя, остальные — нет. И не важно сразу ты в него заглянула, или в самом конце. Исход был бы все тот же.

Юные маги со всего мира приезжали в Лигирийскую академию, чтобы пройти инициацию. Так поступали даже те, кто не собирался учиться здесь в Диле. И это не зря. Входя в Двери Судьбы мы доверяем выбор артефакту, но взамен получаем именно ту направленность, в которой сможем достичь наилучшего результата, в то время как в других учебных заведениях используют устаревшие или куда менее эффективные методы инициации. Результат — налицо. Именно наши выпускники на голову превосходят прочих, а учиться в Лигирийской академии очень престижно. Амалия тоже все это знает, просто пока не может принять.

— И ты смирилась? — прищурилась подруга.

Я замолчала и прислушалась к себе. Первое потрясение прошло, и где-то внутри, я уже представляла ближайшее будущее. Учеба и занятия магией, тренировки, которых в моей жизни теперь будет намного больше, быт. А еще наверняка, противостояние с деканом, которое будет щекотать нервы.

— Не знаю. Наверное, — я помялась. — Не так уж все и страшно, не считая того, что мой декан меня ненавидит. Но у нас будет возможность пройти через Двери Судьбы еще раз после первого триместра. Правда, это последний шанс, Двери Судьбы очень редко ошибаются.

— Мари, а как это было у тебя? Я знаю, что вопрос неприличный, но так интересно!

Я посмотрела на подругу и неожиданно поняла, что не хочу ничего ей рассказывать. Признаться, что пыталась спасти Дэрина, было неловко. А рассказать, что именно видела, так и вовсе словно открыть постыдную тайну.

— Все было... так реально, что я поверила и вот, — невнятно ответила я. — А ты? Что заставило тебя войти именно в черное зеркало, Амалия?

— И я тоже. поверила, — не менее скрытно ответила подруга. Подарив друг другу долгий взгляд, мы пришли к молчаливому договору оставить все, как есть. — Ты сказала, что Ксандр Дорн тебя ненавидит, но ведь они дружны с твоим отцом.

— Я тоже не ожидала и растерялась, — я передала ей вкратце разговор с деканами, особенно слова декана демоноборцев.

— Да ты что? Прямо так и сказал? Какое хамство! — возмущалась Ами. — Пожалуй, в этом мне повезло больше. По крайней мере декан Прим общается с адептами вежливо.

Мы потихоньку шли к выходу и делились впечатлениями, обсуждая деканов и планируя наше ближайшее будущее. Так потихоньку оказались у центрального фонтана, на бортиках которого места свободного не было. Абитуриенты сидели даже просто на земле рядом, спасаясь от жары. Солнце сегодня жарило немилосердно, и мой шелковый костюмчик, начал липнуть к телу. Магичить на территории академии без разрешения было запрещено, так что даже те, кто что-то умел, не рисковали применять высокое искусство. Не стала рисковать и я.

— Слушай, Мари, мне нужно насчет общежития выяснить. Заглянем?

— Почему бы и нет?

Глава 15. В которой то в жар, то в холод, то в ступор...

Мы свернули налево к жилым корпусам. Трехэтажные домики с красными крышами, построенные по моде прошлых веков, но со всеми современными удобствами, образовывали едва ли не целый небольшой квартал, довольно уютный с виду. По вездесущим указателям мы быстро отыскали приемную коменданта прямо напротив лазарета. На небольшой, мощеной каменной плиткой площади перед входом толпилось не меньше адептов, чем во всех остальных местах, чего и следовало ожидать.

— Нееет! — протянула разочарованно Амалия.

Усложняло ситуацию и то, что здесь совершенно не было тени, а каменные стены и мостовая с радостью накапливали и отдавала жар, отчего лица у адептов были красные, а с пятнами влаги на одежде не справлялись даже специальные артефакты.

— Будем ждать?

Ами пожала плечами, и мы пристроились в хвосте, но вскоре, утомленные духотой, отошли в сторону под эфемерную сень здания. Откуда молча принялись наблюдать за счастливчиками, выходящими наружу не часто, зато с победным видом. Они отходили и принимались озираться по сторонам, отыскивая свое пристанище на ближайший год.

— Интересно, он еще не закипел? — Ами проводила взглядом очередного адепта.

Долговязый парень с длинными темными волосами, несмотря на погоду был бледен и затянут во все черное. И, кажется, даже не потел.

— Некроманты странные, — согласно кивнула я, отмечая, что для этого парнишки его направленность не являлась секретом. — Наверное потомственный. У некромантов это семейное.

— Я ни за что не стала бы кутаться в такие мрачные шмотки, — заметила Амалия и добавила с вызовом: — Введу новую моду. Даешь, нежно-розовый и другие пастельные оттенки!

Я хохотнула, а потом и вовсе рассмеялась.

— Что смешного?

— Представила Кристобаля Прима в розовом с ног до головы.

Ами посмотрела на меня, и сама прыснула. Просмеявшись, мы немного помолчали, все сильнее страдая от жары и жажды.

— А знаешь, тогда на балу именно Прим напророчил мне все это, — неожиданно выдала подруга.

— Ты о чем? — не сразу поняла я, что именно Амалия имеет ввиду.

— Когда мы танцевали, сначала он болтал про ай'рэ. Нес эту свою сектантскую пургу об угнетении свободы выбора, но я или отшучивалась, или игнорировала его каверзные вопросы, и он замолчал. А потом вдруг посмотрел на меня так серьезно и выдал, что чувствует во мне эту энергию смерти. Так и сказал: «Амалия Риано — некромантия твоя стезя. Готовься». Я тогда испугалась сильно. Было непохоже, что он шутил, потому что некроманты хорошо ощущают подобные вещи, а Крис сильный некромант.

— Поэтому ты была белее мела?

Амалия мрачно кивнула.

— И он не ошибся. Слушай, не хочу больше ждать, у меня идея получше. Поехали есть торт? — неожиданно повеселев вдруг предложила она.

— Шоколадный или малиновый? — обрадовалась я.

— Хочу попробовать оба! А еще стакан лимонада со льдом и клубничное мороженое.

— Я только за!

Мы направились было прочь, но не успели отойти и несколько шагов, как в десяти метрах от нас разверзлось окно портала, из которого вывалилась группа людей. Шесть человек в разномастных доспехах демоноборцев несли еще одного на импровизированных носилках. Отряд словно бы привнес с собой частицу иного мира, того, залитого светом трех фиолетовых лун.

От них словно исходил металлический запах крови, а эманации опасности заставили столпившихся адептов отхлынуть в стороны. Г омон затих, присутствующие, разом позабыв о делах и заботах, уставились на новоприбывших открыв рты. Я же не могла оторвать взгляда от того, кто уверенно раздавал команды.

— Раненые — в лазарет, остальным отдыхать. Завтра в семь разбор полетов. Все. Разойдись!

Проговорив это, он оглянулся и быстрым взглядом обвел площадь, едва задержавшись на мне взглядом и не оборачиваясь зашагал куда-то вдоль жилых корпусов.

— Дэрин... — обреченно выдохнула я, провожая взглядом его короткостриженый затылок.

— Это. Это же был Дэрин Штарн? Похоже, он сменил прическу. — отметила Ами, выводя меня из ступора.

В этот миг, обдав нас свежестью, на всю площадь неожиданно опустилось водяное облако. Толпа, точно очнувшись ото сна загомонила-зарадовалась. Все как один закрутили головами, в поисках мага, который так нас облагодетельствовал. И таки нашли!

Этим магом оказалась единственная среди прибывших демоноборцев девушка, которая прошествовала мимо, соблазнительно виляя округлыми, затянутыми кожей бедрами. Не знаю, нарочно она так делала, или это была ее естественная природная походка, но я поступила, как и все — проводила ее взглядом.

Мы с Амалией стояли чуть вдали от остальных, и, проходя мимо, девушка обернулась, скользнув по нам взглядом. Подарив всем приятную улыбку, она подмигнула и махнула рукой. За это время я хорошо разглядела усыпанные веснушками щеки, неправильные черты чуть вытянутого лица и взгляд с затаившейся хитринкой.

— Вот вроде и не красотка, и на голове не пойми что, а внимание так и приковывает, — слегка завистливо прокомментировала Амалия. — Хотела бы и я быть хоть немного такой уверенной. И чтобы все так же оборачивались, когда иду мимо.

— Вот станешь некроманткой в розовом, и на тебя все будут оборачиваться, — «поддержала» я подругу и, не говоря больше ни слова, направилась прочь.

Находиться здесь дальше было невыносимо. Ами нагнала меня сразу же, и я пожаловалась, не в силах больше держать это в себе:

— Он не захотел на меня даже смотреть, Ами.

— Может, он просто тебя не узнал. Не ожидал увидеть? — сходу поняла, о ком я говорю, подруга.

— Или не захотел узнать. Дэрин отказался от меня. Как думаешь, это из-за той девицы?

Амалия тактично промолчала, лишь усугубляя жгучую ревность, которая каплей едкой кислоты проникла в сердце и стремительно пожирала меня изнутри. Но когда мы почти подошли к главным воротам, подруга вдруг поинтересовалась:

— Мари, а почему Дэрин, вообще, здесь?

Я остановилась и уставилась на нее. Отчего-то эта мысль совсем не пришла в мою голову, но Ами права. Дэрин должен находится в Эгросе, ведь там точно так же шли бои с тварями, да и академию он уже закончил, так что тогда он здесь делает?

— Не знаю. Странно это... Но очень надеюсь, что когда мы сюда вернемся, его уже здесь не будет. Его и его. команды.

— Их отряд выглядел потрепанным, — нахмурилась Амалия. — Похоже они с потерями вышли из какой-то передряги. Те бедняги, которых унесли в лазарет, выглядели совсем плохо.

— Я не обратила внимания, — честно ответила я. — Как-то смотрела больше не на них.

— Оно и понятно, — Ами погладила меня по плечу. — Ну. По крайней мере ты знаешь, что Дэрин Штарн жив. Хоть какая-то хорошая новость. Или ты предпочла бы.

— Нет! Что-ты! — меня точно холодной водой обдало. — Конечно, я не желаю ему смерти! Да, я обижена, унижена и оскорблена. И, кажется, даже уже ненавижу его, но ничего подобного я даже в мыслях не держу!

— Успокойся, я и не думала, что ты способна на такое, Мари! Пойдем отсюда. Такое потрясение требуется заесть огромным куском шоколадного торта.

— Может, малинового?

— Нет. Именно что шоколадного! Шоколад лучше действует после стресса, — назидательно произнесла Ами, выставив указательный палец вверх, и потянула меня прочь в сторону остановки городского транспорта.

Я не сопротивлялась, хоть и прежнего энтузиазма уже не испытывала, хотелось забиться в уголок, свернуться калачиком. Стоп! Я прогнала эти мысли. Уж больно они ассоциировалась с тем, что внушал мне демон, а значит я буду действовать от противного, каждый раз, как пробьет на хандру.

Спустя добрых двадцать минут возле нас неожиданно остановился закрытый экипаж, запряженный четверкой вполне живых и холеных гнедых с крутыми шеями и дорогой сбруей экипажу под стать. На козлах сидел представительный седовласый мужчина с усиками, по виду которого можно было скорее сказать, что он имеет научную степень, если бы не его занятие. Мы с Амалией переглянулись.

Но гадать долго не пришлось, так как дверца отворилась и наружу ловко выскочил разодетый по последней столичной моде Юргес Кинрой, а вслед за ним выбрался Бран Дуртауэр. Я отметила, как напряглась Амалия, вглядываясь в полумрак внутри кареты, но ее опасения не оправдались, и никто больше наружу не вышел.

— Приветствуем вас, ерры, — галантно поклонился Юргес.

От него не отставал Бран.

— Жарища какая! Юрг, помнишь какой дождь лил, когда мы поступали? Даже не знаю, что лучше.

От парней пахло свежестью и дороги одеколоном, а их лица не были красными и распаренными, как у нас. Откинув с влажного лица налипшую прядку, мгновенно ощутила себя замарашкой. Похоже, Амалия чувствовала себя примерно также. Она принялась теребить ремешок своей сумочки, как всегда поступала, когда волновалась.

— Хотите чего-нибудь прохладненького? — заметил наше смущение Юргес.

— Не отказались бы, — ответила я за нас обеих. — Вот сейчас доберемся до дома и утолим жажду.

— Ну зачем же так долго ждать, ерры? Мы хотим вас угостить. У меня идея, Бран! Давай подбросим девушек, все равно им еще долго тут стоять. Можно и расплавиться, пока извозчика дождешься.

— Это еще почему? — насторожились мы с Амалией.

— Что-то стряслось на центральной транспортной станции. Точно не знаю, но вроде бы что-то с дудхестами, — он использовал научное название поднятых некромантами лошадей.

— Да, туда даже Крис поехал, чтобы помочь разобраться. Толковых некросов-то мало, а у него как раз практика. Он вечером все расскажет.

— Ну так что, прокатитесь с нами? — хитро шевельнул бровями Юргес.

— Не отказывайтесь, другого транспорта еще долго не будет, полезайте в карету! — простодушно улыбнулся Дуртауэр.

Я посмотрела на Амалию, которая молчала, но прожигала меня умоляющим взглядом. Светлокожая блондинка, особенно страдала от жары. Вечером ей точно потребуются специальные процедуры для кожи, иначе она снимет ее пластами. Да и мне ужасно хотелось пить и в прохладу. Голова раскалывалась. Но оставался один момент:

— Юргес, кажется, ты забыл о нашем танце. Тогда ты был не слишком-то вежлив, разве что-то изменилось?

— Я думал о своем поведении и понял, что он было неприемлемым. Не с тобой. Прости меня, Мари. Я больше так не буду.

Его глаза лукаво сверкнули, но взгляда при этом он не отвел. И весь его покаянный вид отчего-то вызывал улыбку. Похоже именно так выглядят нашкодившие коты, которые знают, что их все равно простят.

Я еще немного поколебалась, думая, чем мне может грозить тот факт, если нас снова кто-то увидит вместе, но в конце концов решила, что после убойной статьи в газете, хуже уже точно не будет.

— Хорошо. Но имей ввиду, Юргес, если на нас сейчас смотрят, то в утренних газетах снова напишут какую-нибудь гадость, — посмотрела на Кинроя прямо.

— Пусть что угодно сочиняют, плевать. Все равно там не было ни слова правды, но мне искренне жаль, что газетчики бросили тень на твое имя, Марэна. Это был всего лишь танец, хоть и немного озорной, но ведь все равно было весело, правда? А после я просто не позволил тебе упасть и удариться, — Кинрой вполне искренне предложил мне руку.

Глава 16. В которой поступает неожиданное предложение

Пристально посмотрела на Юргеса, но приняла его руку.

В карете было не жарко и не холодно, а идеально прохладно. Артефакт охлаждения здесь установлен из самых лучших. Пахло кожей, немного свежей колесной смазкой и одеколоном Кинроя. Стоило нам занять места на комфортабельных сидениях и назвать адрес, как экипаж тронулся, а Юргес предложил нам с Амалией прохладительные напитки на выбор:

— Минеральная вода со льдом, лимонад, разбавленный вишневый сок. Холодный. Есть и кое-что покрепче. Сьёль? — он продемонстрировал нам вычурную бутылку легкого игристого.

— Нет-нет! Мне, пожалуйста, минеральную воду, — сделала я выбор.

— А мне лимонад, если можно, — отозвалась Амалия.

— А мне плесни сьёля. Больно он у тебя хорош! — по-простецки хлопнул себя по колену рыжеволосый Дуртауэр, заставив нас вздрогнуть от неожиданности.

— Бран, веди себя прилично. С нами благородные ерры! — одернул его Кинрой.

На правах хозяина он ловко разлил напитки по специальным непроливаемым стаканам, высоким и с зауженными горлышками. Для них даже имелись специальные подставки в подлокотниках. Я такие видела только в королевских каретах, которые дядя присылала за нами с мамой.

— Спасибо, — поблагодарив его, приняла стакан.

Пить хотелось ужасно, и я еле сдержалась, чтобы не выпить все залпом, громко глотая и обливаясь, но пришлось изображать из себя принцессу. Кинрой понимающе смотрел, пока я пила, и как только закончила, сразу протянул мне еще один стакан.

— Не стесняйся, Мари. Мы не на балу. Никто здесь не станет нудить о манерах, — усмехнулся он.

— Свежо предание, — проворчал Бран. — Как по мне, ты только тем и занимаешься.

— Просто Дуртауэр вовсе о манерах не вспоминает, так что иногда приходится напоминать ему, что он родился не в хлеву.

— Эй! Ерры, он на меня наговаривает. Ну да, я простоват для их великосветской компании, и рожей не вышел. Не такой утонченный, ну и что? Они меня все равно любят таким, какой я есть.

От неожиданности Кинрой даже расхохотался, толкнув приятеля в бок. Незатейливая перепалка парней нас развеселила, и я почувствовала, как что-то внутри немного отпускает. Нет, я не забыла, как могут вести себя эти парни, но и Дэрина с той грудастой девушкой тоже не забыла. Зато вот прямо сейчас я неожиданно поняла, что и без него смогу жить дальше. Тетя же как-то смогла остаться веселушкой после потери ай'рэ? И я научусь не унывать.

— Юрг, давай угадывать, кем Двери Судьбы определили этих двух красоток-магесс, с которыми мы имеем счастье ехать в одной карете?

Мы с Амалией переглянулись и изобразили загадочные лица.

— А что тут угадывать, прикладная магия? — выбрал самую вероятную версию Кинрой. Именно на этот факультет попадало большинство магов.

— А мне кажется, они будущие лекари. Я бы не отказался даже прихандрить, чтобы однажды меня осмотрела ерра Риано, — он многозначительно подвигал своими густыми рыжими бровями.

— Попридержи язык, Дуртауэр! Хорошо, что тебя Прим сейчас не слышит, — рыкнул на него Кинрой.

— Да я ж пошутил! Нет, не пошутил конечно, но я это... Я ж без претензий. Девчонки, не обижайтесь только, вечно я болтаю лишнего. И, вообще, если кто не понял, это был такой комплимент.

Мы многозначительно переглянулись и рассмеялись, не выдержав такой бурной реакции. Но лично меня насторожило то, что сказали о Приме. Кажется, некромант что-то задумал насчет Амалии, и это мне сильно не нравилось.

— Уважаемый ерр Дуртауэр, если вы однажды прихандрите настолько, что вам потребуются услуги некроманта, то я вам не завидую, — елейным голосом изрекла Ами, глядя на рыжего тааак, что он непроизвольно заерзал на сидении и ослабил старомодный шейный платок, который зачем-то напялил в такую жару. — Но если такое все же случится, искренне рекомендую обратиться к вашему куда более опытному в «смертельных делах» товарищу.

— Не может быть! — воскликнул Юргес, многозначительно глянув на товарища.

— Крисс будет очень рад! — подтвердил Бран и возмущенно переспросил. — Что? Я только имел ввиду, что некромантов мало, и любое пополнение будет Приму в радость. Он еще академию не закончил, а его уже используют по полной. А если еще и потенциал большой, то тебе не будет цены, Ами.

— Я понял. Но ты бы все равно болтал поменьше хоть изредка, — предупредил его Кинрой.

— Давай лучше угадывать, какое направление Двери Судьбы указали Марэне?

— Я так и не поняла, почему, двери? — перебила его я. — Там ведь на самом деле зеркала.

— Потому что они тоже своего рода двери. Сначала ты видишь лишь собственное отражение, а затем твоя магия открывает проход. Она как ключ — подходит только к одному замку. Так объяснил мне этот феномен отец в свое время.

— Ну если смотреть с этой точки зрения, то твой отец в чем-то прав, — согласилась с ним я.

— Подозреваю, что с тобой тоже не все так просто, — склонив голову набок, Юргес уставился на меня проницательным взглядом.

Мне вдруг стало как-то неловко, слишком уж он пристально и открыто смотрел.

— Нет, ты не некромантка, Мари, — покачал он головой. — Боевик или лекарь, я угадал?

— Так боевик или все-таки лекарь? — не стала спешить с ответом я. — Ты уж определись. Все же это два противоположных направления.

— Ахахаха! — неожиданно и громогласно вдруг заржал Бран, снова хлопнув себя по колену. — Как тонко подмечено, Юрг! Лекари они же человека лечат, а боевики скорее наоборот — ломают, — высказав очевидное, он рассмеялся так заразительно, что на этот раз не удержались уже все. — А вот что я скажу, — неожиданно для всех Бран посерьезнел:

— Я уверен, что Марэна — демоноборец.

— Как ты догадался? — у меня даже мурашки побежали по спине.

Юргес нахмурился, переводя взгляд с меня на него и обратно.

— Да просто ляпнул самое невероятное изо всех предположений, — расплылся рыжий в хитрой улыбке. — А что, я оказался прав, да?

— Прав, — согласилась я, так и не поняв до конца, правду сказал Дуртауэр или он действительно не так глуп, как выглядит.

— Марэна, серьезно? Быть демоноборцем — непростая доля. Особенно для девушки. Возможно, сыграла роль твоя наследственность... — было похоже, что Юргесу совсем не смешно.

— Вот и наш декан так же считает. Разозлился, будто от меня хоть что-то зависело.

— На самом деле от нас все и зависит, только это сложно принять, — выдал неожиданное Кинрой. — Умоляю, попробуй пройти Двери Судьбы через месяц. У вас будет такая возможность.

— Так и сделаю скорее всего, — согласилась с ним я.

— Ия тоже обязательно пройду их заново, — вставила слово Ами. — Ненавижу некромантов и все, что с ними связано.

Парни переглянулись, но ничего не сказали. Некоторое время мы ехали молча, погруженные в собственные мысли.

— Ерры, а у вас нет, случаем, еще одной подруги, за которой я мог бы приударить? — нарушил воцарившуюся в карете тишину Бран.

Мы с Ами слегка опешили от такого неожиданного вопроса, а Кинрой только прикрыл ладонью глаза и покачал головой, словно ему было жгуче стыдно за товарища.

— Понимаешь, Дуртауэр, — осторожна начала объяснять Амалия. — У большинства девушке нашего возраста уже есть это, — она отвела в сторону волосы, демонстрируя изящный завиток на виске. — Вряд ли наличие у нас еще одной подруги тебе как-то поможет, — Амалия выпрямилась, сочувственно глядя на парня и вздохнула.

— Почему? — здоровяк добродушно осклабился.

— Дубина! — не выдержал Кинрой. — Ерра Риано толкует тебе о том, что у тебя нет шансов, потому что все приличные девушки к этому моменту давно обзавелись истинными, или вот-вот обзаведутся. Но даже те, кто не успели обзавестись истинными, все равно с нами якшаться не станут из-за нашей дурной репутации.

— О, ерр Кинрой! Лучше и сказать было нельзя, — захлопала кончиками пальцев Амалия.

— Ваш талант красноречия на высоте, — Ами кокетливо взмахнула ресницами.

— Эх, жааалко! — искренне расстроился Бран.

— Почему? — поинтересовалась я.

— Юрг за тобой ухлестывает, Прим за Амалией, а я, выходит, неприкаянный. Вроде как третий лишний.

Своими словами он заработал новый тычок от Кинроя, но не обратил на него внимания.

— Бран, а ты не пробовал сходить в храм Эфира? Вдруг тебя уже давным-давно ждет твоя собственная истинная, а ты зря мучаешься.

— Неее.... Я пас. Мы, знаете ли, против ай'рэ и всего вот этого вот, — он бросил короткий взгляд на товарища, словно надеясь на его одобрение.

— Свобода выбора прежде всего, — кивнул Юргес.

— А ты, Юргес, сам-то не думал, что где-то там тебя ждет вторая половинка. Скучает и грустит от того, что у нее так и не появился ай'рэ. Каждый день она на это надеется, глядит в зеркало, вздыхает, а ты про нее даже не знаешь, потому что отказался пройти ритуал. Тебе не стыдно?

Я так ярко представила эмоции этой несчастной, что самой стало грустно.

— Мне не стыдно. Я подарил ей свободу выбора, хоть она об этом и не знает. Теперь она вольна решать сама, — усмехнулся Кинрой. — К слову, как и ты, Марэна.

Я растерялась, не зная, что на это сказать, но тут экипаж вздрогнул останавливаясь.

— Ерр Кинрой, мы прибыли, — раздался снаружи голос возницы.

— Девчата, а не желаете сегодня повеселиться? Все ж инициация, как никак, событие. Нужно хорошенько его отметить. Помнишь, Юрг, как мы в тот день надрались, ты перепутал коляску, и мы проехали на дудхестах три квартала, прежде чем нас догнал разъяренный извозчик-некромант? Как ты только умудрился с ними управиться? Или это было в другой раз, когда с нами был Прим? — Бран нервно растрепал волосы на затылке, на что Кинрой только закатил глаза. — Опять лишнего болтаю, да? — простодушно вздохнул Дуртауэр и повернулся к нам: — В общем так, ерры, Юрг сегодня закатывает грандиозную вечеринку в загородном доме, я вас приглашаю, раз он сам до сих пор не сподобился. Оторвемся перед началом учебы.

Ами только покачала головой.

— Ты это слышишь, Мари? Вечеринку закатывает Кинрой, а приглашает нас на нее Дуртауэр. И все бы ничего, но сам Кинрой при этом молчит точно мертвая рыба.

— Я не молчу. Буду рад вас видеть, — Юргес даже поклонился. — Приветствуется простая неофициальная одежда, и никаких бальных платьев. Оставим их для приемов во дворце.

— И юбки, юбки покороче! — радостно заскакал на сидении рыжий, что при его габаритах выглядело нелепо, не говоря уже о том, что экипаж подозрительно раскачивался.

Не выдержав, Кинрой отвесил товарищу затрещину, чем снова рассмешил нас. Дуртауэр первым выбрался на улицу и подал руку Ами, я хотела была последовать за ней, но Кинрой меня придержал за запястье.

— Я не шутил, говоря про свободу выбора, Марэна. На том балу я окончательно понял, какая девушка мне нужна. Та, которая за словом в карман не полезет. Та, которая даже мне способна дать отпор. Остроумная, веселая, немного дерзкая. Ты именно такая, Мари. Я выбрал тебя, и мне больше никто не нужен. Чтобы там не говорили про нас, я не из тех, кто прыгает из постели в постель. Я стану тебе хорошим мужем. Отец знает про мои намерения и просит поторопиться с выбором невесты. Подумай, пожалуйста, над моим предложением.

— Ты... делаешь мне предложение, Юргес? — у меня вдруг стало сухо-сухо во рту.

Глава 17. В которой не все пути правильные

Слова Юргеса Кинроя совершенно выбили меня из колеи.

— Пока лишь предлагаю подумать над этим, и когда ты будешь готова, его принять, сделаю его официально, как полагается.

— Мари? — позвала меня Амалия.

— Иду! — бросив взгляд на необычайно серьезного Кинроя, я поспешила покинуть ставшую вдруг душной карету.

Тетя сделала глоток ароматного чаю и продолжила рассказ:

— А я ему и говорю, Олланд, ты слишком мягкий! Вспомни своего отца. При нем ни одна вшивая газетенка не могла себе позволить подобное. Написать что-то против члена королевской семьи или родственника было невиданным делом.

— И что на это ответил дядя? — восторгаясь и одновременно ужасаясь тетиной бесцеремонностью, поинтересовалась я.

— Да, как обычно: «Бессигера, иногда тебя слишком много!»

— Какая бестактность! — выдохнула Амалия, но тут же испуганно прикрыла рот ладошкой.

— Тетя, не стоило ссориться с королем. У нас в Лигирии свобода слова. Нехорошо, если дядя начнет давить на газетчиков, — пожурила непоседливую родственницу я.

— Некоторых газетчиков и удавить не грех! — грубо парировала Бессигера Маурштейн. — Свобода слова еще не означает, что можно наводить наветы и писать не первой полосе откровенную дрянь. Должно же быть хоть какое-то чувство меры?

— Я полностью с вами согласна! Не представляю, как бы я себя чувствовала на месте Мари,

— поддержала ее Амалия.

Дай тебе Эфир избежать моей участи, Ами, подумали я, но только вздохнула. Я желала искренне, зная, как подруга волнуется из-за того, что ее истинный так и не объявился до сих пор.

На некоторое время за нашим столиком воцарилась тишина, которую никто не решался нарушить. Я допила свой чай и с подозрением смотрела на последний кусочек сливового пирога, размышляя, войдет или не войдет.

В честь нашей инициации тетя решила устроить нам настоящий пир, и одними тортами дело не обошлось. Кажется, сегодня мы перепробовали половину ассортимента «Бисквита», и я всерьез опасалась, что такими темпами мы с Амалией перегоним тетю Бесси в размерах. Что до самой тети, она-то как раз ела на удивление мало, то и дело погружаясь в задумчивость, но только пока я не поинтересовалась, как она провела день.

Амалия осоловелым взглядом гипнотизировала остаток своего пирога и наконец приняла решение.

— Ерра Бессигера, Мари, спасибо большое за угощение, — официально поблагодарила нас она, поднимаясь из-за стола. — Пожалуй, мне пора. Уверена, родители уже умирают от любопытства, желая знать, как прошла инициация.

— Тогда не стоит подвергать их такому суровому испытанию, — улыбнулась ей я. — Тебя проводить?

— Нет, Мари. Хочу прогуляться в одиночку, немного подумать.

Я кивнула, признавая право подруги на одиночество, и Ами направилась в уборную. Тетя Бесси проводила ее задумчивым взглядом.

— Бедная девочка. Найти бы ее истинного и всыпать негоднику по первое число, — выдала она, когда Амалия скрылась из виду.

Я была с ней полностью согласна. Нет ничего хуже, чем находится в наведении и придумывать себе невесть что. Например, теперь я знаю точно, что Дэрин жив, и что бы между нами ни произошло, на душе намного легче от этого знания...

Рассказать о нашей мимолетной встрече тете я так и не отважилась. Если Бессигера Маурштейн из-за какой-то паршивой статьи в газете не постеснялась устроить разнос самому королю, боюсь даже представить, что она сделает с академией. Выбьет Двери Судьбы?

На одну секундочку я мстительно представила, как она самым негуманным способом выворачивает наизнанку Ксандра Дорна, и немного развеселилась. Что насчет Дэрина, сама с ним поговорю, когда предоставится такая возможность. И обязательно поинтересуюсь, что же случилось.

— Смотрите, что я нашла! — голос Амалии вырвал меня из размышлений.

Подруга положила на стол стопку каких-то листовок. Я взяла одну и принялась рассматривать. На ней красовалась колоритная парочка, где огненно-рыжая девица весьма решительного вида, заарканила магическим лассо раздетого до пояса брутального красавчика с квадратной челюстью и огромными бицепсами. Ей-ей, чем-то он мне внешне напомнил декана Дорна. Красавец пристально глядел на наглючку сверху вниз, а та испепеляла его взглядом в ответ. Художнику отлично удалось передать накал эмоций между персонажами. При одном взгляде на них становилось жарко.

— «Любовь не игрушка, или Райден Эллиот против!» Новая история от Фелисии Лавкроун. Скоро во всех книжных лавках Лигирии!

— Это анонс новой книги автора, — отметила Ами и вдруг застеснявшись предложила: — Тетя Бесси, хотите я вам подарю томик? Вам же нравится этот автор?

Ночью, лежа в постели, я вертелась с боку на бок, размышляя о событиях прошедшего дня. Мысли вертелись словно детский волчок, не давая уснуть. Я думала о том, каким окажется наш разговор с Дэрином, потом боялась, что он просто не захочет со мной говорить. Потом размышляла, как в этом случае я его заставлю дать мне ответ. И снова страшилась того, что он мне может не понравиться.

Следом подумала, что не видела у него ай'рэ. Точнее шрама или хоть какого-то следа. Значит, он его скрывает в отличие от меня? Может и мне стоит поступить так же, а не носить точно боевую рану? И тут мои мысли плавно перескочили на Амалию. Мы с тетей немного задержались в «Бисквите» и видели, как Ами снова зашла в храм Эфира. Но теперь меня вдруг осенило, что если по какой-то причине ее истинный тоже скрывает свой ай'рэ? Не представляю только, зачем ему это понадобилось? Может, он знает Амалию лично, и по какой-то причине не желает иметь с ней дела?

Вот и Дэрин тоже не желает иметь дела со мной...

Осознав, что мысли в который уже раз пошли по кругу, зло перевернулась на другой бок. Затем вскочила и, отшвырнув душную подушку, потянулась к графину с водой. Графин оказался пуст, а мне было ужасно жарко и мучила жажда. Ну точно не стоило сегодня есть столько сладкого. Весь вечер теперь дурно себя чувствую.

Поднявшись с постели, подошла к окну и открыла его, впуская ночную прохладу в комнату. Постояла, вдыхая напоенный ароматом цветов воздух. Это немного помогло, но пить все еще хотелось, и мне все-таки пришлось спуститься на кухню. Налив себе стакан холодной воды с лимоном, я присела за стол и стала неторопливо пить.

Взгляд наткнулся на томик Филисии Лавкроун, который тетя оставила на столе — тот самый, что высмеяла Амалия

«Цвет твоего ай'рэ», — прочитала я и открыла из праздного любопытства. Сначала показавшееся незамысловатым повествование неожиданно захватило, и я очнулась, только когда за окнами стало светать. Осталось дочитать всего несколько страниц, и я взяла книгу с собой, решив сделать это, когда проснусь, но не выдержала.

Размазывая слезы счастья, ведь несмотря на все выдавшиеся на долю испытания и козни недругов, герои воссоединились, и я засыпала с верой, что все случившееся — нелепая ошибка, а мы с Дэрином еще сможем быть вместе. Но утром проснулась с четким пониманием, что не стоит спешить с выводами, пока не поговорю с ним.

Мы приехали в Лигирийскую академию магии снова через три дня после инициации. Занятия начнутся еще только в понедельник, но мы решили, что неплохо бы заранее получить учебники. Но, главным образом, комнату для Ами, которая не желала и дальше стеснять родителей.

— Дааа... — разочарованно протянула подруга, разглядывая приземистое мрачного вида здание, стоящее чуть на отшибе.

Оно отличалось непрезентабельным видом. Квадратное, серое и безликое, оно разительно контрастировало с остальными жилыми корпусами академии. Словно нелюбимое детище, оно расположилось поодаль, и между ним и остальными зданиями протянулось что-то вроде полосы отчуждения.

Чтобы удостовериться, что мы пришли куда нужно, Ами сверилась с пометками в блокноте. Но и без того было понятно, что это именно оно — общежитие для некромантов. То, что некроманты живут отдельно от прочих адептов, для нас оказалось новостью. Выдававший ключи комендант, мужчина неопределенного возраста и такой же неопределенной наружности, сообщил нам, что новички-некроманты нестабильны, а энергия смерти плохо влияет на окружающих, вот и отселили их подальше после нескольких несчастных случаев.

А еще, по его же словам, некроманты те еще шутники. Только вот нормальные люди от такого чувства юмора порой седеют. И мы ему почему-то сразу поверили.

— Тут только старого кладбища не хватает для полноты картины, — Амалия прекратила изучать свои пометки в блокноте и простонала, крепче прижимая свободной рукой стопку учебников.

— Да уж. — согласилась с ней я, разглядывая одинокое сухое дерево недалеко от входа в общежитие. — Мне кажется, или там вороны? Множество ворон!

— Кошмар! Нет, кошмарище! Надеюсь, они не гадят на голову каждому, кто проходит мимо?

— Сейчас и проверим, — без особенного энтузиазма отозвалась я.

— Ладно, идем, — Ами решительно направилась по тропинке к главному входу.

Когда ни одна птица не решилась осквернить наши совсем уж развеселые для этого места наряды, я даже немного приободрилась.

— Может, внутри все не так уж плохо? — попыталась поддержать подругу я, глядя на обшарпанную и, похоже, чем-то облитую старую дверь.

В это момент зловеще каркнул ворон, заставив нас вздрогнуть.

— Я буду вечно опаздывать на занятия, — обреченно протянула Ами.

— Почему?

— Потому что буду жить дальше всех от главного учебного корпуса.

— И не поспоришь...

Помедлив мгновение, мы двинулись вперед и едва не столкнулись в дверях с каким-то долговязым парнем в черной хламиде. Ловко увернувшись от тяжелой створки, он едва не сбил Ами с ног, но лишь что-то пробормотал не оборачиваясь.

— И почему мне кажется, что это совсем даже не извинения? — скептично хмыкнула Амалия, обернувшись на закрывшуюся дверь.

— Очень похоже на то. Ну да Эфир с ним!

Чтобы не мешать на дороге, мы двинулись к лестнице, и я вертела головой налево и направо. По стенам просторного, но слишком мрачного холла висели репродукции из учебных пособий, увеличенные в десятки раз. Они изображали, как правильно препарировать тела. Как готовить их для тех или иных целей. Какие формулы использовать для поиска и возврата духа, со всякими поправками и коэффициентами.

Тут было все такое серьезное и. некромантское, а над каждым плакатом горела подсветка. А вот остальное пространство будто не нуждалось в нормально освещении и тонуло в полумрак. Несмотря на то, что на дворе стояло день, узкие окна были забраны шторами, и ни одной магической лампы нигде.

Разглядывая жуткого вида рисунки, я вертела головой и едва не врезалась в спину Амалии, которая остановилась перед лестницей и хмурилась, снова глядя в свои записи.

— Куда дальше? — как можно беззаботнее поинтересовалась я, хотя у самой мурашки бежали по спине.

— Ничего не понимаю. Тут написано — цокольный этаж, — подруга указала свободной рукой на пролет, ведущий вниз.

Где-то внизу еле-еле теплились магические лампы, их свет был каким-то мертвеннозеленоватым и лишь намечал примерное направление.

— Теперь я понимаю, отчего некроманты все такие бледные. А у тебя от природы кожа светлая. Боюсь даже представить, какой она станет через год учебы.

— Не смешно! — огрызнулась Ами, видимо решившись, двинулась по ступеням вниз.

Глава 18. В которой весь ужас и очарование некромантской обители

Спускаться в некромантские подвалы показалось мне сомнительным удовольствием.

— Знаешь, после того, что я насмотрелась в фойе, мне что-то совсем не хочется туда идти,

— поделилась я сомнениями.

Да уж. Изображения органов в разрезе и прочая гадость, которую эти двинутые некроманты развесили здесь по стенам, мне точно кошмары приснятся.

— Ты уверена, что будешь жить именно там?

— Я уже ни в чем не уверена, — проворчала Амалия, убирая блокнот в карман светлоголубых брючек, слишком веселых для этого мрачного места.

Подвал оказался неглубоким, но представлял собой настоящий лабиринт. У первой же развилки, хмурая и присмиревшая Ами снова сверилась с записями и выбрала одно из ответвлений. Еще дважды нам попадались ответвления, и никаких указателей. Нигде. Безлюдные коридоры, терялись во мраке, потому что редкие лампы зажигались и гасли по очереди, стоило пройти мимо. А ряды одинаковых дверей навевали мысли о тюремных камерах.

По мере нашего продвижения, я все больше понимала сомнения подруги насчет ее направленности.

— И как тут жить-то? Без света, без окон? Это неизвестно еще, какие удобства внутри.

— Что-то я сильно сомневаюсь, что в этом склепе, вообще, могут быть удобства. Так и вижу охапку соломы, погнутую миску и поганое ведро в дальнем углу... — поделилась схожими фантазиями подруга.

Идти молча было жутко, и чтобы хоть как-то разбавить тишину коридора, нарушаемую лишь нашей негромкой поступью, мы разговаривали о чем угодно.

— Ты точно будешь опаздывать. Даже сильнее, чем думала.

— Это еще почему?

— Потому что не сможешь найти выход с первого раза.

— Это точно. Если честно, я уже не представляю, куда мы забрались.

— Может, тогда тебе лучше пожить дома?

— Уже крепко думаю об этом, — отозвалась Амалия. — Похоже, мы заблудились, а еще мне уже некоторое время кажется, что за нами кто-то наблюдает.

— Они тут на освещении экономят, что ли? — я зябко передернула плечами.

В легкой шифоновой блузке было прохладно, но я не была уверена отчего именно по обнаженным рукам бегут мурашки. От пониженной температуры, или из-за гнетущей атмосферы и постоянного ожидания чего-то неприятного.

— Надеюсь, здесь не бродят зомби или какие-нибудь экспериментальные умертвия? Голодные и одинокие... — озвучила мои опасения подруга.

Именно в этот момент что-то прошмыгнуло прямо под ногами. В полумраке я успела разглядеть длинный облезлый хвост и обнаженные вытянутые челюсти

Наш визг разнесся по коридорам неожиданным эхом, напугав еще больше и заставив замолчать. Тяжело дыша и вцепившись друг в друга, мы с Амалией тщательно вглядывались во все темные углы, опасаясь нападения, как вдруг позади раздался мужской голос:

— Вы что-то здесь забыли, адептки?

Вот тут-то мы и подпрыгнули уже во второй раз, а заодно инстинктивно отскочили назад, прочь от неведомой опасности. Неведомой опасностью оказался темноволосый мужчина лет тридцати-сорока на вид. С овального бледного лица на нас пристально глянули пронзительные голубые глаза, которые мягко мерцали в сумраке.

— Хм. Вроде бороду уже постриг, а адептки все равно дергаются. — пробормотал он и потер хитро-выбритую бороду.

Мы переглянулись и облегченно выдохнули. Это был не зомби или что похуже, а всего лишь преподаватель.

— Аа. — протянула я, испытывая неловкость.

— Ээээ. — вторила мне Ами.

Некромант закатил глаза.

— Можете обращаться ко мне магистр Хонор, адептки. Но я все еще не услышал ответ на свой вопрос. Так что вы здесь делаете?

— Ищем мою комнату. Вот, — в подтверждение правдивости собственных слов оробевшая Амалия протянула магистру блокнотик.

Тот с самым серьезным видом изучил набросанную там схему и записи, а затем выпрямился

— Как же мне все это надоело! — закатив глаза, пробормотал он едва слышно, и добавил уже нормальным тоном: — Понятно.

— А. Что вам понятно, магистр? — робко уточнила Ами.

— Вам нужно вернуться в самое начало пути — в фойе и подняться наверх на второй этаж. Могли бы и сами догадаться. Там всего два крыла. Правое женское, левое — мужское. Ах да, на дверях комнат есть номера, чтобы точно не ошибиться, — добавил он, взглянув на нас еще раз.

Мне кажется, или он сомневается в наших умственных способностях?

— А почему?.. — начала было Ами.

— Адептка... — перебил ее некромант.

— Риано. Амалия Риано к вашим услугам, магистр.

— Так вот, адептка Риано. Я сейчас очень занят, но смогу ответить на все ваши вопросы в понедельник на общем собрании. А сейчас, извините, мне нужно идти.

Развернувшись, он направился к ближайшей открытой двери, одной из тех, мимо которых мы прошли, и уже было скрылся за ней, но я его окликнула:

— Магистр Хонор, мы заблудились!

Задержавшись на пороге, некромант снова закатил глаза, а затем щелкнул пальцами. Перед нами прямо из воздуха возник зеленый огонек, который медленно поплыл по коридору в направлении обратном тому, откуда мы пришли. Пока мы на него таращились, магистр скрылся внутри кабинета.

— Мари! Ты молодец, а вот я даже не сообразила об этом попросить.

— Мне просто ужасно не хотелось бродить здесь до очередного явления Эфира смертным. Идем, а то улетит.

Мы поспешили вслед за нашим магическим провожатым. Проходя мимо кабинета, в который зашел магистр, я обнаружила, что дверь неплотно прикрыта, и наружу проникает тонкая полоска света. Не удержавшись, я из любопытства заглянула внутрь. Моему взору открылась неожиданно уютная картинка. Мягкий желтоватый свет заливал помещение, прямо было что-то вроде зашторенного темно-зелеными портьерами окна, хотя какое такое окно может быть в подземелье? Справа виднелась часть лабораторного стола с какими-то колбами и ретортами. А слева — стоял письменный и на нем кто-то сидел.

Мне были видны только ноги, и одна нетерпеливо побалтывалась. Что-то знакомое мне почудилось в этих ногах. Точно! Высокие ботинки на шнуровке казались смутно знакомыми, но у кого я могла такие видеть?

— Неужели больше ничего нельзя сделать? — раздался приятный женский голос, чуть хриплый словно от легкой простуды или усталости.

Девушка сидела боком ко мне, и когда она двигалась, то мне становилась видна часть груди, но лица видно не было. К тому же спиной ко мне стоял магистр и тоже закрывал обзор. Я и сама не заметила, как приоткрыла дверь чуть шире, невольно прислушиваясь к разговору.

— Я штудирую записи из секретного архива, но пока ничего.

— Поторопись, Ян. Не то.

— Я сообщу, как только что-то найду, Дилайла. Кстати, ты не забываешь принимать зелье, что я тебе дал? Оно защитит от нежеланных последствий.

— Принимаю. Но умоляю, ничего не говори Дэрину. Если он узнает, то...

— Это только ваши дела, Ди. Я не лезу в чужую личную жизнь, — хохотнул некромант, подходя ближе.

Девушка наклонилась, чтобы ткнуть его в плечо, и тут увидела меня.

Упс! Кажется, я перестаралась с расширением обзора. В тот же миг повернулся некромант, закрывая ее собой, но я уже успела разглядеть и веснушки, и медные волосы магички. Без сомнений, это была та самая, из отряда прибывшего с Дэрином Штарном.

— Адептка, не знаю, как вас там, но если вы на моем факультете, то мне придется вас наказать раньше, чем начнется учеба.

— Прошу прощения, магистр Хонор. Просто кое-что. случилось, — я судорожно пыталась придумать достаточно убедительную причину своего поступка.

Признаться, что я сунула нос в кабинет из праздного любопытства, было ужасно неловко.

— И что же? — голос некроманта так и сочился скепсисом.

— Кое-что очень серьезное.

— Вы умудрились потерять проводник?

Я помотала головой.

— Может, вы поссорились с подругой, и мне срочно нужно вас помирить?

— Чего? — я даже опешила от такой нелепости.

— Ну! — некромант сложил руки на груди, по-прежнему прикрывая собой свою гостью От его резкого выкрика, я едва не подпрыгнула

— Это случилось до того, как мы вас побеспокоили криком. Что-то прошмыгнуло прямо у нас под ногами. Что-то мертвое и облезлое, — я выпалила это залпом, радуясь, какое удачное оправдание пришло мне в голову.

А главное, ни слова лжи.

— Значит, мертвое?

— Угу. И облезлое. Размером с крысу, но вроде не она. Мы. — в этот момент ко мне подошла Амалия, пытаясь сообразить, что я здесь делаю. Коротко покосившись на нее, я поспешила закончить: — Мы подумали, что следует вас предупредить. Вдруг это существо опасное.

— Да! — поддержала меня Ами, сообразив, о чем шел разговор.

— Наверное, кто-то из адептов экспериментировал, и не запер клетку. — она договорила без прежней уверенности.

И действительно, откуда нам было знать, как там это принято у некромантов.

— Клетку... — он устало покачал головой, всем видом показывая, что мы самые безнадежные адептки из всех, что ему доводилось видеть. — Это был Маркус, и он совершенно безобиден. А теперь брысь! — некромант сделал резкое движение к нам.

Коротко взвизгнув, мы с Амалией бросились прочь по коридору. Туда, где терпеливо дожидался нас огонек-проводник. Он вывел нас из катакомб к знакомой лестнице меньше, чем за пять минут.

— Не так уж и далеко мы забрались, — искренне удивилась Ами.

— Обратная дорога всегда кажется короче. Помнишь, как мы искали колодец лесной ведьмы в нашем лесу?

— О. Этого я никогда не забуду, — передёрнула плечиками Амалия и перехватила поудобнее стопку учебников. — Признаться, тогда мне пострашнее, чем сейчас, было.

— Угу. Особенно дома. Мама по всему двору гоняла меня прутом и. плакала, а папа подхватил ее на руки и унес в дом зацеловывая, а мне только погрозил пальцем. После у нас состоялся серьезный разговор в его кабинете, — то неприятное воспоминание вдруг показалось мне таким трогательным.

Родители просто всерьез испугались за меня. Теперь, когда от папы нет вестей столько времени, я прекрасно понимаю, каково это. Ты пытаешься не думать. Что-то делаешь, занимаешь себя, но где-то внутри уже поселились страх и тревога. И нудное, муторное, выматывающее ожидание вестей.

— А я осталась без сладкого и еще месяц гуляла только во дворе с няней, — отозвалась Амалия.

— А помнишь, как я помогла тебе сбежать от нее?

Вспомнив тот, куда более веселый случай, мы немного развеселились и поэтому поднимались по лестнице с улыбками на лицах.

Второй этаж общежития некромантов оказался намного светлее. Да и выглядело здесь все абсолютно нормально. Даже обычно. Не знай я заранее, где оказалась, ни за что бы не догадалась, что нахожусь в царстве говорящих с мертвыми.

Старая лестница с вычурными деревянными перилами привела нас в небольшое фойе и довольно уютное фойе-гостиную для отдыха. Отсюда выходили два коридора — левый и правый, как и сказал магистр Хонор. И что удивительно, никакого мрачняка!

За то время, что мы плутали в подземелье, погода снаружи наладилась. Снова вышло солнышко и заглядывало в многочисленные окна, пятная уютными квадратами выкрашенный коричневой краской пол.

— Занавески в горошек? Неожиданно, — озвучила Ами новое открытие.

Действительно, на всех окнах были белые в крупный синий горох занавески.

— Чувство, словно мы попали в фермерский дом, — поддержала ее я. — Смотри какие цветочки!

На каждом подоконнике стоял как минимум один цветочный горшок. И не с чахлой геранью, а с бодрыми кустом декоративного представителя флоры.

— Угу, — кивнула Амалия. — Больно сытые они здесь какие-то. Не хочу думать, чем они их тут удобряют.

— Тем же, чем и везде, — послышалось сзади.

Там стоял, вальяжно прислонившись к стене ни кто иной как Кристобаль Прим. Стоял и с легким снисхождением глядел на нас.

Одет некромант был по-домашнему. В штаны из мягкой ткани и свободную чуть помятую и неожиданно белую рубашку, ворот которой был расстегнут чуть сильнее, чем следует. Я даже заподозрила, что он валялся в постели с какой-нибудь... кхм... книгой, прежде чем выйти к нам. Судя по краске, прилившей к щекам Ами, ей тоже было немного неловко.

— После того, что мы пережили, едва переступив порог этого ужасного места, логично предположить, что здесь не обошлось без человечинки, — поддела его Ами, разозлившись на то, что Прим заставил ее смущаться.

— Какая у вас буйная фантазия, ерисса Риано! А с виду такая милая и нежная девушка! — делано ужаснулся некромант.

Белокожая Ами, порозовев еще сильнее, стрельнула глазами в мою сторону.

— Даже не представляю, как здесь выживать после такого в первый же день, — горестным тоном поддержала подругу я. — Стоп! Это еще даже не первый день, а так. Пробный. Ами, я тебе говорила, откажись от этой затеи. Все равно ты живешь в городе, просто будешь ездить в академию.

Кристобаль нахмурился и даже выпрямился, наконец отклеившись от прямо-таки поработившей его стены, выкрашенной в уютный светло-голубой цвет.

— Я бы категорически не советовал тебе жить дома первое время после инициации. Это чревато нехорошими последствиями для близких. А ты, хороша советчица! — обратился он ко мне. — Как думаешь, почему наша общага находится так далеко ото всех остальных?

— Видишь, Мари. Это необходимо. По своей воле я бы ни за что тут не осталась ни на минуту!

— Ну раз так, тогда да, — вздохнула я, с сочувствием гладя подругу по плечу.

— Да что случилось-то? — похоже наше маленькое представление все-таки удалось, и у нас получилось запудрить мозги некроманту.

— Что случилось? Сначала нас не сбил с ног какой-то тип, — принялась загибать пальцы Амалия.

Нет, сначала были ужасные вороны, — поправила ее я.

— Да! Сначала вороны, потом этот невежливый гад, который вместо извинений нас обругал, кажется... — Ами загнула второй палец. — И сразу с порога мы попали в какой-то склеп! На дворе белый день, а у вас все окна занавешены!

— Да еще эти отвратные картинки по стенам. Брр! — прибавила я.

— Это не картинки, а репродукции, недоучка! — развеселился неожиданно Прим. — И да, они там отчасти для того и висят, чтобы впечатлять гостей, которых мы не слишком любим принимать в своем обиталище. Отпугивают таких, как ты, — он многозначительно посмотрел на меня. — Но есть у них и практическая сторона. Когда они все время перед глазами, хочешь не хочешь, а запомнишь. Помогает в учебе.

— Если раньше глаза не вылезут в темноте их разглядывать, — хмыкнула Амалия и сдавшись, опустила тяжелую стопку учебников на длинный низенький столик.

— Между прочим, темнота отлично способствует развитию ночного зрения и развитию потенциала у некромантов. Но обычно внизу намного светлее, просто сейчас общага пустует, так зачем зря тратить магическую энергию?

— Вон оно что! — понимающе протянула я. — Раскрыта тайна века! Теперь я знаю, почему все некроманты бледнее бледного! Это они так потенциал прокачивают.

Прим только закатил глаза.

— И это все? — поинтересовался он.

— Что все?

— Вас так перепугали вороны и темнота в фойе? Признаться, я был о вас более лестного мнения.

— Да мы еще и не начинали рассказывать! — возмутилась Амалия.

— Да! Еще мы встретили Маркуса! — зловеще выдала я, надеясь, что хотя бы Прим расскажет нам, что же это было за существо.

— Вы встретили Маркуса? — удивился наш многоопытный собеседник. — Тогда понятно. Маркус это да. Маркус это очень серьезно. Идемте, — Крис легко подхватил книги Ами и повернул в мужскую половину коридора.

— Куда?

— Зачем?

Наши вопросы прозвучали одновременно.

— Проведем ритуал и снимем проклятье первой встречи, конечно же. А после я обязательно расскажу, что это за существо.

Переглянувшись, мы поспешили за некромантом.

— Что за проклятье?

— О каком проклятье ты говоришь? — интересовались мы наперебой, едва поспевая за длинноногим парнем.

Но тот больше не отвечал, а я всерьез задумалась, отчего же магистр Хонор не побеспокоился о том, чтобы защитить адепток, которые еще и учебу-то не начали.

— Да не молчи же ты! — Ами нетерпеливо ухватила Кристобаля за локоть как раз, когда тот открывал дверь комнаты.

Некромант вдруг замер, и мне показалось, что он сейчас ей нагрубит, или еще чего похуже вытворит, но он только сглотнул, высвободил руку и приложил ладонь к двери. Та отворилась сама по себе.

— Спасибо, — сказал он куда-то в потолок, а затем обернулся к нам. — Чего замерли. А ну быстро входите!

Возможно, мы бы послали его куда подальше, но слова о проклятье сильно взволновали и обеспокоили нас, вынудив последовать за ним.

Глава 19. В которой одно только очарование некромантской обители

Жилище Кристобаля Прима оказалось уютным, чистым, и неожиданно хорошо обставленным. Все в приглушенных бежево-коричнево-зеленых тонах, удивительно гармонично сочетающихся между собой. И пахло внутри тоже как-то по-мужски. Я ожидала какого-то типичного казенного запаха, вроде того, что бывает на постоялых дворах или в административных зданиях, но нет. Кожа, парфюм, немного химических реагентов, книги... В общем такой характерный запах жилища и того, кто именно в нем обитает.

Мы попали в гостиную, совмещенную с прихожей и кабинетом, по форме она напоминала букву Г и имела окно в дальней от входа части, ближе к которому расположился большой письменный стол. Рядом притулилась мини-лаборатория, видимо неотъемлемая часть адептов этого факультета. Шкаф с книгами, два кресла. Одно — рабочее за столом, а второе мягкое и кожаное по другую сторону. Даже на вид удобное, оно стояло у самого окна. При желании я или Ами могли бы даже выспаться в нем как на мягкой перине, такое оно было огромное и уютное на вид.

Вся мебель, на которую падал глаз, выглядела добротно и дорого, я еще во дворце научилась определять и отличать ценные породы дерева, текстиль и драгоценности. Пусть дома мы не шиковали, но образовывать меня родственники не переставали никогда.

Ближе ко выходу в уютном закутке разместились диван, небольшой обеденный стол и даже. кремового цвета пианино! Да не какое-нибудь, а работы известного мастера, судя по характерным завиткам. Еще здесь были картины. Много картин.

— А ничего так у тебя. Приятно, — смущенно похвалила Ами.

— Это академия так обеспечивает адептов? — задала вопрос я.

— А что? — с кривоватой усмешкой поинтересовался некромант. — Так же жить хочешь?

Он не стоял на месте, любуясь произведенным эффектом, а, освободив руки от учебников Ами, принялся споро накрывал на стол, достав из небольшого буфета две чашки и наливал в них кипяток из вычурного чайничка с длинным тонким носиком.

Я неопределенно пожала плечами. А что тут скажешь? Кто же станет отказываться от комфорта.

— Садитесь за стол, будем пить чай, — позвал нас он.

— Ты сам наливаешь чай? — удивилась Ами.

— Детка, я и не на такое способен, — Прим усмехнулся своей особенной порочной улыбкой, и Амалия, делавшая обход территории, судорожно схватилась за пианино, возле которого как раз оказалась.

— Ну... Просто как-то неожиданно видеть тебя в роли радушного хозяина, — стрельнула глазами подруга.

— Ты думала отпрыск рода Прим исключительно открывает рот и ждет, чтобы туда что-нибудь положили?

— Вроде того.

— Я еще в детстве понял, что надо жить так, чтобы ни от кого не зависеть в хорошем смысле слова. Случись такое, что состояние моих родителей окажется в чужих руках, отец вечно грозится, что лишит меня наследства, и я все равно выживу и даже не погрязну в долгах. Все, что вы тут видите, я заработал сам за время учебы. Привык, знаете ли, к роскоши с детства и не смог мириться с общажной нищетой. Эфир наделил меня тем видом магического искусства, которое можно весьма выгодно реализовать. Вот я и устроил здесь все по своему вкусу. Меня нельзя упрекнуть, что я транжирю деньги отца. Все, что я себе позволяю, тратить его средства на учебу. Пусть вкладывается, как и положено хорошему родителю, — он криво усмехнулся.

— Поэтому ты сейчас не дома, а здесь? — Ами шагнула ближе. — Из-за отца?

Сейчас она оказалась позади некроманта, и он запрокинул голову, чтобы глядеть на нее.

— Они с мамой всю жизнь собачатся, так у кого мне было научиться согласию? — Кристобаль говорил так, словно меня здесь не было и в помине. — Они не ладят с между собой, я — не могу поладить с ними. Потому и живу здесь круглый год с самого первого курса. Меня устраивает. Поначалу думал, заработаю и съеду в город, но потом одумался и понял — тут все под рукой. Есть с кем посоветоваться, есть куда слить избытки некроэнергии или попросить совет. Вот поэтому и обустроил здесь настоящее жилье. А еще тут работает тетя Яра, она одна из немногих, кто меня понимает.

Будто очнувшись, он выпрямился и вновь напустил на себя привычный надменнонасмешливый вид.

— У меня мало времени, садитесь за стол. Пока не выпьем чаю, я не расскажу вам о Маркусе.

— Ой! А как же проклятье! — Всполошилась Ами оббегая стол так, чтобы оказаться рядом со мной.

— Какое проклятье? — нахмурился Прим.

— Проклятье первой встречи! — напомнила я.

— Ааа, — протянул некромант, растягивая губы в улыбке. — Я наврал. Никакого проклятья нет, я просто хотел заманить вас сюда. К-коварство!

Кристобаль Прим весело рассмеялся.

— Ах так! За это... — Амалия гневно принялась крутить головой по сторонам. — За это мы съедим все твое печенье! Вот!

Она потянулась к вазочке с весьма аппетитной выпечкой, но в последний момент некромант ловким движением успел ее отодвинуть.

— Да ради Эфира, но сначала руки вымойте. Вы же спускались в подземелье да? И поспешите, а то чай остывает. Левая дверь, — он указал кивком головы в сторону двух одинаковых створок.

Пыхтя и сопя, возмущенная Амалия направилась в ванную, а я уже успела усесться за стол. Во время блужданий по катакомбам продрогла, и чаю действительно очень хотелось. Теперь пришлось вскакивать и догонять подругу — нам нужно было попасть в ванную вместе, чтобы поделиться впечатлениями.

Ами первой подошла к двери и распахнула ее, выставив на всеобщее обозрение не менее роскошную, чем все остальное, спальню, да так и застыла, таращась на внушительных размеров кровать, над которой висело совершенно фривольного вида полотно. Куда там до него обложкам Фелисии Лавкроун. Обнаженные мужчина и женщина слились в экстазе, не иначе. И делали это так. очевидно, что не понять, чем именно они заняты, было невозможно.

— Детка, я же сказал — левая дверь, — вкрадчиво раздалось сзади. — Прим обошел нас и осторожно убрал руку Ами с дверной ручки.

Прикрыв дверь спальни, он распахнул соседнюю и сделал приглашающий жест. Оказавшись внутри, мы сразу заперлись. Амалия включила ледяную воду и принялась плескать себе в лицо горстями, пытаясь остудить алые щеки. Я присела на краешек обширной ванной, в которой могли бы поместиться сразу трое, и терпеливо ждала, пока подруга придет в себя.

— Ами, что с тобой происходит? — задала я вопрос, который мучал меня с тех пор, как мы встретили Прима у лестницы.

— Что ты имеешь ввиду? — Амалия с преувеличенной тщательностью намыливала руки.

— Ты ведешь себя странно. Вы оба.

— Тебе показалось. Не обращай внимания.

— Амалия! — я встала. — Прим плохо на тебя влияет, не поддавайся его чарам. У меня плохое предчувствие.

— Я не могу поддаваться чарам, Мари. У меня же есть это! — злым жестом она отодвинула волосы с виска, демонстрируя изящный, мягко сияющий ай'рэ. — Только теперь мне, как никогда, хочется, чтобы его не было!

— Ами! — я даже обступила на шаг и едва не уронила с полочки какие-то многочисленные бутыльки.

Подруга среагировала и помогла их поймать и расставить на место.

— Прости, помотала она головой. Понимаешь, я только сейчас осознала, что Кристобаль мне нравится. Раньше я от него бегала, а теперь... Меня точно разрывает на части. Может... Может, мне тоже вступить в этот их Стоп-ай'рэ, да и дело с концом?

— О, Ами. — я обняла подругу. — Не пори горячку. Дай себе немного времени. Остынь. Опять же, это только твои чувства, но ты не знаешь, чувствует ли Прим к тебе тоже самое. Ты знаешь, какая у ПриДурКов репутация.

— Они не придурки! — Амалия топнула ногой. — Нормальные парни. Ты же видишь!

Я снова села на край ванной и кивнула.

— Я знаю. Они со странностями, конечно, но совсем не идиоты. Юргес даже сделал мне предложение. Пока не официально правда, но он был серьезен. Я уверена.

— Что?! — брови Амалии взлетели до корней светлых волос. — И ты мне ничего не сказала?!

— Ты мне тоже не говорила, что сохнешь по Приму.

— Я. Эээ... Это другое! А что ты ответила Юргесу? Он хотя бы тебе нравится? — любопытство разом заглушило все прочие эмоции Ами.

Я пожала плечами.

— Какая разница? Все равно я ему не отвечу, пока не поговорю с Дэрином и не выясню, что произошло.

Но в душе я уже знала, что у Юргеса нет шансов. С ай'рэ или без, я все еще люблю Дэрина, и пока не готова смириться с возникшим положением вещей.

— Как думаешь, у Дэрина другая? — Ами присела рядом на краешек ванной.

— Не знаю. Помнишь, ту девицу, что облила нас водой?

— Рыжую с веснушками?

— Угу. Она была в кабинете магистра Хонора. Я подслушала часть разговора.

— Марэна, подслушивать нехорошо! — укоризненно протянула подруга.

— Она говорила о Дэрине.

— А! Тогда сам Эфир велел, — быстро пошла на попятную Ами. — А я-то все гадала, чего тебя туда потянуло. И что она говорила?

— У нее есть какая-то тайна, о которой Дэрин не должен узнать ни в коем случае, а магистр ответил, что лезть в чужую личную жизнь не в его правилах и спросил принимает ли она зелье, которое он ей дал. Ами, как ты думаешь, они теперь вместе, да?

— С чего ты взяла?

— Ну все же очевидно! Наверняка она забеременела и зелье попросила, чтобы вытравить плод.

Подруга только покачала головой.

— Марэна, вот у тебя мама лекарь, а ты такую глупость говоришь! За таким ходят не к некромантам, а к лекарям. Не накручивай себя раньше времени, а то я решу, что ты начиталась романов своей тети.

Удивительно, но так оно и было на самом деле. Был такой момент в сюжете, видимо оно и пришел мне сейчас в голову. А после слов Амалии мне даже стало смешно.

— И правда, глупости говорю.

— Вот и я о том. Успокойся и не пори горячку. Мы скоро придем на учебу и попробуем провести собственное расследование.

Разговор прервал стук в дверь.

— Ерры, вы там еще не утонули? Или может вам так понравилась моя ванная, что появилось желание искупаться? Так только скажите, я и спинку потру. А если нет, выходите. Я для кого так старался и чай готовил?

— Вот же гад! — прошипела Ами.

А я, спохватившись, все же вымыла руки. Амалия подошла к столу, не садясь за него, цапнула из вазочки печенье, залпом запила его едва теплым чаем и направилась к выходу.

— Спасибо за угощение, нам пора, — с видом оскорбленной королевы она подняла стопку книг, но одна выпала.

Некромант успел ее подхватить.

— Я помогу.

— Спасибо. Я сама справлюсь!

— Какая муха тебя укусила, Риано?

Пока они препирались и выдергивали книги друг у друга, я спокойно долила себе немного кипятка и выпила половину чашки с тремя печеньками, после чего спокойно поднялась и нагнала парочку некромантов уже в коридоре:

— А все-таки, кто такой Маркус и почему нас отправили в подвал? — невозмутимо поинтересовалась я.

Перепалка тут же прекратилась.

— Это комендант так шутит над новичками. У них с Хонором давняя вражда, вот он и отыгрывается на адептах, как может. А Маркус — крысовыхухоль. Безобидное существо, хотя и может напугать до полусмерти. По легенде он местный защитник. Если он рядом, это значит, что поблизости ни одного демона в радиусе мили.

— Понятно. Значит мы зря беспокоились, — подвела итог Амалия, и приложила руку к двери своей комнаты.

Та открылась, демонстрируя нам куда более классическую общажную обстановку, чем у Прима.

— Спасибо за помощь, — Амалия забрала-таки из рук парня свои учебники.

— Обращайся, — ухмыльнулся тот. — Как обустроишься, жду ответного приглашения на чай.

— Это наглость! — огрызнулась Ами.

— Коварство, — поправил ее несносный некромант.

Подруга уже собиралась захлопнуть дверь прямо перед его носом.

— Эй, Риано! Я рад, что оказался прав тогда на балу, — подмигнув, Прим развернулся и направился к себе что-то насвистывая.

Глава 20. В которой новая жизнь и новые знакомства

На площади перед главным корпусом снова собралась толпа адептов. Здесь были только те, кто, пройдя через Двери Судьбы, остался учиться в Лигирийской Академии. В этом году адептов оказалось особенно много — принимали всех желающих. А первый триместр обучения по традиции был бесплатным, что позволяло только что инициированным адептам получить основные знания по своей направленности. Кому-то будет достаточно и этого, а кто-то пойдет дальше, результаты покажет первая сессия. Вот тогда всех нас ждет жесткий отбор. И чтобы удержаться и продолжить учебу, нужно постараться изо всех сил.

Как раз об этом и рассказывал ректор Анхель Сторм. Невысокий и седовласый, но еще крепкий мужчина. Легкая хромота и трость в его руке не портили впечатление. Потомок основателя академии с виду едва перешагнул пятидесятилетний рубеж, но поговаривали, что на деле ему едва ли не вчетверо больше. И это вполне могло быть правдой, учитывая, что еще когда мои родители были юными, он выглядел точно так же. Даже сюртук на нем был все того же старомодного фасона, придавая внешности ректора какой-то особенный шик.

— Не знаешь, где тут ближайшая уборная? Я больше не могу... — на ухо спросила Амалия. Последние десять минут, она то и дело переминалась с ноги на ногу и украдкой вздыхала.

— А вот не надо было так напиваться, — припомнила я ей выпитые три стакана воды.

— Жарко сегодня. А я бегала с утра. Тут, кстати, чудесная беговая дорожка вокруг кладбища...

Ами переехала в общежитие тем же вечером, и вот уже несколько дней жила в своей комнате. У некромантов для каждого была отдельная, а вот все остальные вынуждены были делить жилое пространство с соседями.

— Что-то не припомню, чтобы ты раньше любила упражняться.

— Я и сейчас не люблю, но. Понимаешь, самостоятельная жизнь она как-то способствует. Да еще этот вид за окном. Сразу начинаешь как-то по-особенному ценить жизнь.

— Интересно, а Прим тоже бегает по утрам? — задумчиво протянула я, не обращаясь непосредственно к Ами.

По тому, как порозовели щеки подруги мгновенно стало понятно, кто стал вдохновителем такой необычайной активности.

— И самое важное, адепты, — продолжал свою речь ректор. — Мы дали отпор нашим извечным врагам, но говорить об окончательной победе слишком рано. Нам лишь удалось нанести серьезный удар, от которого демоны еще не скоро оправятся. Помните, что по ту и по эту сторону бытия еще остались низшие — верные и самые многочисленные слуги своих лордов. Они затаились в ожидании удобного случая. Будьте бдительны, внимательно слушайте преподавателей и серьезно относитесь к их словам. Вы все прошли инициацию, но все еще остаетесь ценной добычей, пока окончательно не закрепилась аура. Помните, вы в полной безопасности, только пока находитесь на территории академии. С прочими правилами и особенностями распорядка альма-матер вас познакомят ваши деканы. Желаю вам успехов и. — он немного помолчал и вдруг широко и радушно улыбнулся: — Добро пожаловать в Лигирийскую академию магии!

Толпа взорвалась аплодисментами, когда они чуть стихли, ректор принялся представлять деканов, а Амалия, не выдержав, стала пробираться в конец толпы. Подумав, я направилась следом, извиняясь перед ворчащими адептами, которым мы помешали слушать речь.

— Кажется, это где-то там, — Ами определилась с направлением. — Тебе не обязательно со мной идти. Лучше послушай, о чем они будут говорить.

— Хорошо.

Я пристроилась на углу здания в тени. Сегодняшний день обещал быть не менее жарким, чем день поступления, и тонкая блузка пыталась прилипнуть к телу. С моего места, все было прекрасно слышно и видно. Трибуна возвышалась над площадью, а голоса деканов доносились не только с трибун, но и словно бы прямо из стены ближайшего здания — какая-то особенная магия. Уверена, измени я место дислокации, и все останется точно так же. Подозреваю, я бы не пропустила эту речь, даже если находилась возле некромантского корпуса.

Деканы не стали затягивать с разговорами. Они представились, поприветствовали адептов и назначили время и место сбора факультетов. Я обрадовалась, узнав, что на то, чтобы сориентироваться или посетить уборную у нас будет целых полчаса.

С этой отличной новостью, я и поспешила к Амалии, которая все еще не вернулась из туалета, но едва повернула за угол, как инстинктивно отпрянула назад. В узком, тонущем в тени проходе между глухой замковой стеной и уличным туалетом парка стояли трое...

Это были ПриДурКи. Они о чем-то разговаривали, но слышно не было ни слова, а лица у всех троих были сосредоточенные и хмурые.

Сама не знаю, почему решила спрятаться. Глупо, наверное, но я не желала встречаться с Юргесом. Только не сейчас. Чем больше я думала над его предложением, тем сильнее сомневалась в том, что сесть в его карету было правильным решением. Душевного равновесия мне это точно не прибавило.

Пока я мысленно металась, из-за угла вывернула Амалия с совершенно счастливым лицом, какое может быть у человека, достигшего цели.

— Вот теперь я готова беседовать с деканами. Куда идем?

— Ваших собирают на старом кладбище, а мне нужен какой-то там «Портал Пяти Магов».

— Точно! — спохватилась Амалия. — Мы же с тобой на разных факультетах. А Портал Пяти Магов, или «Пятерка» — это арена для магических состязаний. Отсюда к ней можно пройти через парк, а там направо и до конца по дорожке. Да ты и сама разберешься. Поверь, «Пятерку» ни с чем не перепутаешь. А можно пройти дальше вместе, но тебе придется обогнуть парк. Отсюда втрое дальше, зато от кампуса тот путь самый короткий. Выбирай.

— У нас еще есть время. Лучше, прогуляюсь с тобой, — предложила я.

Идти через парк не хотелось. Мне казалось, что именно туда и отправилась волнительная троица, встречаться с которой у меня пока не было желания. Назад-то они не выходили и вряд ли так надолго застряли в туалете.

Я покосилась на подругу и закинула удочку:

— Ами, ты никого по пути не встретила?

— Н-нет. А что? — Амалия соврала с заметной запинкой.

Я не стала уличать ее во лжи, сделав вывод, что она просто не желает лишний раз говорить со мной о Приме. Не желает видеть мое неодобрение.

— Да ладно тебе! Я видела там ПриДурКов, они терлись прямо у выхода. Ты не могла разминуться с ними.

— Не обзывай их, пожалуйста, — почти обиженно вдруг попросила подруга.

— Прости. Я по привычке, — извинилась я от неожиданности.

— Эту глупость мы давно уже переросли, не так ли? И мы обе знаем, что они нормальные парни из хороших семей.

— Вроде того, — усмехнулась я. — Ладно. Забыли. Оставим детские шалости в прошлом. Но они о чем-то разговаривали, и мне показалось, что это что-то серьезное. Может, ты что-то случайно услышала?

— Нет, ничего.

Я не стала настаивать. В конце концов, какое мне дело до их разговоров? Я и сама удивилась собственному интересу. Так молча мы дошли до развилки.

— Тебе туда, — Ами ткнула пальцем на указатель.

— Ага. Спасибо, — я замялась.

Мы не раз ссорились с Амалией. Сейчас вроде бы и вовсе обошлось без размолвки, но отчего-то было неловко. Не стоило мне спрашивать ее о таких вещах.

— Ами, извини. Я не имела ввиду ничего такого, — замялась я.

— Ты о чем, Мари?

— Я не хотела сказать, что ты способна подслушивать. Просто подумала, может, они сами что-нибудь тебе сказали?

— Я и не думала обижаться! Ты чего? — подруга шагнула ко мне и крепко обняла. — Это все из-за того, что мы нервничаем, — шепнула она. — Теперь нам придется разделиться, и от этого некомфортно. Жаль, что мы с тобой оказались на разных факультетах.

— Будем надеяться, что все только к лучшему, — вздохнула я и стиснула подругу в ответ. Разомкнув объятия, мы смотрели друг на друга с куда большим пониманием.

— Давай соберемся у меня и выпьем чаю, когда все закончится? Поделимся впечатлениями,

— предложила Амалия.

— Отличная идея!

Распрощавшись, я двинулась по тропе вокруг парка, но очень быстро поняла, что недооценила расстояние. Времени до сбора осталось от силы минут десять, а «Пятерки» все еще не было видно. И нигде никаких новых указателей. Не раздумывая, я припустила бегом.

Портал Пяти Магов произвел на меня неизгладимое впечатление, когда я на всех парах вывернула из-за деревьев. Во-первых, это было грандиозное сооружение, не заметное с расстояния из-за магической завесы, оно словно по мановению волшебной палочки появилось во всей красе, стоило преодолеть какую-то невидимую границу.

А, во-вторых, от места, где я оказалась, бежать надо было еще метров двести. Испустив стон и отругав себя за медлительность, я припустила еще быстрей, решив, что надо бы тоже взять пример с Амалии и начать бегать по утрам. Думать о том, что мне скажет декан было страшно. Он и так не слишком радушно ко мне отнесся.

По периметру арены возвышались гигантские колонны размером с башню, и каждую увенчивала фигура мага. Ожидаемо здесь были представители факультетов, высеченные в камне. Их изваяли со всем тщанием, передав облик до мельчайших деталей. Это было заметно даже на расстоянии.

Разглядывать статуи не было времени, и я из последних сил поспешила к собравшейся у входа кучке адептов. Здесь было всего-то человек двадцать, и столь малое количество меня удивило. Это что же, все демоноборцы-новички? Может, еще кто-нибудь опаздывает, как и я?

— Ух! Успела! — выдохнула, улыбнувшись одногруппникам, и поздоровалась: — Привет!

В ответ послышались недружные приветствия. Меня разглядывали настороженно. Сейчас я заметила, что все присутствующие уже разбились на несколько групп и, похоже, уже успели перезнакомиться. Среди них было всего три девушки — две стояли вместе поодаль от всех прочих, и еще одна — в компании парней, одетых так, словно уже ходили воевать в астрал.

Подумав мгновение, направилась к тем двум девушкам:

— Меня зовут Марэна. Примете в компанию?

Девчонки нерешительно переглянулись, и та, что пониже, кивнула.

— Я Грета Мизери, а это — Шань Со Хань, — представила она свою подругу, уроженку далекого Синтая, неведомо как оказавшуюся здесь.

— Приятно позна... — начала было я.

— Тсс! — синтаянка перебила меня, прижав палец к губам, и указала глазами в сторону арены.

К нам приближались несколько человек. Они двигались так слаженно, что казалось не просто идут, а в боевом порядок. Как такое построение называется? Не то в квадрат, не то в клин. Я не слишком разбираюсь в подобных вещах.

Впереди всех ожидаемо вышагивал длинноногий декан Дорн, одетый в простую черную преподавательскую форму, но все равно ой какой внушительный! Слева и чуть позади него шла, колыхая бедрами, эффектная фигуристая женщина с необычайно тонкой талией и ярко подведенными глазами. Ее светлые волосы были убраны в строгую прическу. Справа от декана Дорна шагал лысый мужик с мясистыми губами, крупным носом и насмешливым взглядом. Двигался он легко и наводил на мысли о крупном хищнике из семейства кошачьих. Позади них был кто-то еще. Мужчина, но ничего больше мне пока не удалось рассмотреть.

Ребята, что держались наособицу, те самые — выглядящие как настоящие демоноборцы, мгновенно построились и встали навытяжку, точно солдаты на плацу. Они разительно отличались ото всех остальных адептов.

Пока «все остальные», в том числе и я, соображали, стоит ли поступить так же, или ну его, преподаватели подошли ближе и остановились. Во взгляде декана Дорна промелькнуло молчаливое одобрение при взгляде в сторону построившейся семерки, которое тут же сменилось кислой миной, когда он принялся осматривать остальных присутствующих.

Пауза затягивалась. Декан и остальные разглядывали нас. Мы отвечали им тем же.

— Что я говорил? — бросил Ксандр Дорн, обращаясь к Лысому.

Вместо него ответила блондинка.

— Ты не прав, Ксандр. Хорошие ребята. Уверена, толк будет, — она мягко улыбнулась нам.

Но мне показалось, что ее улыбка и шелковистый голос вот совсем не вяжутся с расплавленной сталью серых глаз. Такая на кол будет сажать все с той же покровительственной улыбкой, говорили мне они. На миг я задумалась, неужели и мой отец был таким же? Неужели и мне предстоит стать такой?

Глава 21. В которой новый инструктор по магическому бою и выживанию

Слова декана наводили на мысль, что это продолжение какого-то старого разговора.

— Иногда мне кажется, что Двери Судьбы перестали работать как надо, —недовольно ворчал Ксандр Дорн, словно бы нас тут и не было. При этом смотрел он прямо на меня.

Вот чего привязался? Я здесь, вообще-то, не единственная девушка. Нас четверо, и четвертая в одобренном им строю тянет подбородок.

Стоп! Может, дело вовсе не в том, что я девушка, а в чем-то еще?

Личная неприязнь? Но когда это я так успела насолить декану, я ведь даже его не видела раньше. Потом прямо спрошу, когда выдастся момент, решила я и тоже выше подняла подбородок, против воли вытягиваясь в струну. Декан Дорн только тяжко вздохнул и разве что не шлепнул себя ладонью по лбу.

— Ничего. Лишних отсеем уже к первому семестру. Гарантирую, две трети этих... Хм, адептов, отталкивая друг друга бросятся перепроходить Двери Судьбы в конце триместра,

— хохотнул лысый здоровяк и неожиданно подмигнул нам:

— Да, малышки?

— Я не малышка! Меня зовут Шань Со Хань, — выпятила челюсть синтаянка.

— А? Что? Кажется, комар жужжит, — лысый изобразил, что отмахивается от кого-то мелкого и назойливого.

Шань недовольно засопела, но не стала больше препираться.

— Адепты, у меня мало времени, — весьма противоречиво заявил Дорн, учитывая, что это именно он тут занимается пустой болтовней ни о чем. — Сейчас я быстро представлю коллег, и каждый из нас займется делом. — Если кто-то еще не поняли или не слышал, я

— декан факультета демоноборцев, Ксандр Дорн. Это магистр Амендера Кендл, ваш

куратор. Поплакать в жилетку, задать глупый вопрос — все к ней, — указал он на блондинку.

Та снова улыбнулась и кивнула, а декан продолжил представлять коллег:

— Магистр Йохан Рифт — ваш инструктор по физподготовке. Человек, которого вы будете ненавидеть каждую минуту своей жизни. Но те, кто дойдут до конца, еще не раз его поблагодарят.

— Не переживайте, хлюпики, скидок не предвидится, — «радушно» улыбнулся нам лысый.

— Магистр Максимус Фатис, прошу любить и жаловать, — представил он четвертого — пожилого мужчину с крючковатым носом недовольным выражением лица и седыми волосами до плеч. — От этого человека ваша жизнь зависит не меньше, чем ото всех остальных. Прочие предметы будут вести преподаватели с других факультетов, и не дай бог кто-то из них мне на вас пожалуется, это понятно? — угрожающе сузив глаза, декан Дорн посмотрел почему-то на «великолепную семерку». — Я вам не мамка, поэтому в подробности вдаваться не собираюсь, остальное вам расскажет магистр Кендл. А сейчас поднимите руки те, кто уже имел дело с демонами.

Рук оказалось неожиданно много. Вместе со мной их подняли все остальные девушки, и примерно половина парней. Не успела я удивиться, как декан Дорн добавил:

— А теперь опустите руки те, кто соврал, чтобы казаться покруче, и те, в кого на деле никто не вселялся.

Вот теперь лес рук значительно поредел, но что удивительно, все девушки так и остались с поднятыми руками.

— Вот теперь вас столько, сколько в моем списке, — криво усмехнулся декан. — Всем сегодня же явиться на плановый осмотр в лазарет. И чем раньше, тем лучше. Мне здесь нестабильные не нужны.

Он еще раз обвел нас взглядом, а затем повернулся к магистру Кендл:

— Ну, вроде бы все?

— Замена! — шепотом напомнила ему наша куратор.

— Ах да, магический бой, — декан тяжело вздохнул. — Надеюсь, не стоит упоминать, что без умения вести бой и развития особенных способностей в рядах демоноборцев делать нечего?

Мы слажено закивали.

— Раньше я лично вел этот предмет, но в этом году мне некогда возиться с желторотыми адептами, две трети которых никогда не станет демоноборцами, поэтому я принял решение дать вам замену — инструктор Дэрин Штарн научит вас необходимым основам.

Дэрин Штарн? Дэрин — инструктор Лигирийской академии?! Это как?

Декан говорил что-то еще, а потом он и двое магистров покинули нас, но я даже не придала этому значения, пытаясь переварить новость, что мой истинный будет у меня преподавать? Только не это!

— С тобой все нормально? Ты словно на вилы наступила? — прошептала Грета.

Шань со Хань покосилась на нее, потом на меня, но ничего не сказала.

Я мотнула головой, не совсем понимая, при чем здесь вилы.

— Все нормально. Тсс! — шикнула я на нее, когда на нас остановился внимательный взгляд куратора Кендл.

Дождавшись, когда возобновившиеся было разговоры стихнут, магистр взяла слово:

— Я отвечу на все вопросы позже, а пока обсудим организационные моменты.

Я слушала ее вполуха, размышляя, чего я, собственно, так разволновалась? Мой истинный все еще здесь, и теперь я точно смогу с ним поговорить. Разве не этого я хотела? Пришлось признаться себе, что этого-то я и боюсь в глубине души. Нашей встреча меня пугает, и этот иррациональный страх я не могу себе толком объяснить. Разве что тем, что до тошноты боюсь узнать правду? Услышать что-то такое, что меня уничтожит морально...

— Адептка, вам нехорошо? — голос куратора раздался совсем рядом.

Только сейчас я поняла, что стою, крепко зажмурившись и стиснув кулаки так сильно, что на ладонях отпечатались полукружья ногтей.

— Нет, куратор Кендл. Просто голова закружилась. Наверное, плохо позавтракала.

— Если почувствуете недомогание перед занятиями, обязательно сообщайте преподавателям. Это касается любых дисциплин, связанных с физической подготовкой и боевой магией. Все слышали?

Она поочередно посмотрела на нас, и в этот момент со стороны «строя» раздался короткий смешок. Куратор тотчас двинулась в том направлении неторопливым шагом. Прогулялась вдоль всего строя, а затем направилась обратно. Остановилась она напротив здоровенного верзилы с фиолетовыми волосами, собранными в хвост высоко на затылке.

— Как вас зовут, адепт?

— Ярни, куратор.

— Адепт Ярни, по-вашему, женское недомогание — это смешно?

Она задала вопрос с мягкой улыбкой глядя в глаза адепту.

— Нет, куратор Кендл, но.

— Но? — магистр улыбнулась и захлопала длиннющими ресницами.

— Я просто считаю, что слабакам не место среди демоноборцев.

— Вы считаете меня слабой?

— При всем уважении, магистр, но вы тоже женщина. Женщины слабее физически и менее выносливы. Смею предположить...

— Только Эфир знает, кого и каким даром наделять, адепт. Вы ставите собственное мнение выше?

— Нет, куратор, — смутился парень.

— Надеюсь, здесь нет откровенных глупцов, и каждый из вас понимает, как важно следить за своим здоровьем? Кто мне скажет, почему?

Руки подняли почти все, кто стоял в строю и Шань со Хань.

— Вы, — указала на нее магистр.

— Демоноборцы должны тщательно следить за своим самочувствием, потому что это может ослабить их в бою или свидетельствовать об инвазии.

— Верно, адептка...

— Шань со Хань, куратор.

— Адептка Шань со Хань права. Представляете, что может случиться, если в отряде окажется слабое звено? Кто-то с нарушенной природной защитой? Он может оказаться уязвимым, попасть под контроль и пойти против соратников, или принести демоническую заразу в наш мир.

После этого небольшого инцидента все притихли, и куратор Кендл быстро закончила нас инструктировать, после чего объявила, что до завтрашнего утра мы совершенно свободны. Это если не считать мелких бытовых вопросов, вроде получения формы, учебников и места в общежитии.

К счастью, в жилье я не нуждалась, а учебники получила еще на прошлой неделе вместе с Амалией. Осталось только подобрать себе форму и наведаться в лазарет по заветам декана Дорна. О том же напомнила и куратор Кендл.

— Идемте за формой, а то размеров не останется? — предложила Грета.

— Зачем она тебе? — неожиданно низким голосом поинтересовалась девушка из «Великолепной семерки». — Она тебе даже не пригодится.

— А цепляться к другим, это у вас такая традиция? — поинтересовалась я, отодвигая беззащитную на первый взгляд Грету.

— А тебе что-то не нравится? — Та смерила меня взглядом, задержавшись на побледневшем следе от ай'рэ, который я демонстративно носила напоказ.

— Не нравится, когда кто-то ведет себя по-хамски. Если хотите выделиться, вы уже это сделали. Не переусердствуйте, не то испортите все впечатление от своей крутости.

— Да как ты...

Она ринулась на меня, намереваясь ударить или толкнуть, я не успела осознать, как вдруг рядом оказалась Шань со Хань, и неведомо как опрокинула забияку на землю. Мне показалось, что без нехорошего инцидента не обойдется. Глаза девушки метали молнии, но тут рядом оказались ее товарищи. С каменными лицами они помогли ей подняться, отряхнули от пыли и потянули в сторону.

— Ты за это ответишь, синтаеза! — выплюнула она через плечо.

— Всегда к твоим услугам, ань ям, — поклонилась та.

— Что такое «ань ям»? — поинтересовалась Грета таким тоном, словно бы ничего не произошло.

Своим видом и повадками она напоминала мне любопытного зверька. Шань ничего ей не ответила, только тяжко вздохнула.

— Спасибо, что заступились. Мне приятно, но не стоило. Я и сама могу за себя постоять.

— Идемте за формой, — перебила ее Шань и зашагала в сторону парка, в котором, пока мы устраивали разборки, уже скрылись все остальные.

Этот путь оказался намного короче, чем тот, которым я добиралась до Портала пяти магов. Я так и не поняла, если честно, зачем было нужно собирать нас именно там, и почему нельзя было провести беседу в какой-нибудь аудитории или прямо на улице.

— Сколько же народу! — искренне возмутилась Грета, увидев очередь на выдачу формы.

— Все здесь, — констатировала Шань.

— Девочки, пожалуй, я отлучусь в лазарет.

Мне совершенно не хотелось снова тратить время на ожидание.

— Если вернешься, а мы будем здесь. Присоединяйся, — предложила Грета.

Попрощавшись, я поспешила на обязательное обследование подвергшихся демонической инвазии, как по-научному назвала то, что со мной произошло, куратор Кендл. И мне действительно повезло. Никакой очереди у нужного мне кабинета не наблюдалось, не считая одного единственного человека, стоявшего ко мне спиной.

Это был ни кто иной, как мой бывший истинный и будущий инструктор по магическому бою и выживанию — Дэрин Штарн.

Глава 22. В которой последствия инвазии бывают неожиданными

Похоже, Дэрин собирался войти в кабинет, и нужно было что-то сделать. Окликнуть его или просто подойти, но меня точно парализовало. Слова застряли в горле. Потребовалось сделать глубокий вздох, чтобы вернуть себе способность издавать звуки.

Странное чувство. Словно бы передо мной совсем другой, чужой мне человек, к которому я собираюсь обратиться с очень личным вопросом. От этого кружилась голова, потели ладошки и начинало подташнивать.

Упрямо сжав кулаки, я сделала несколько шагов по направлению к истинному, но в этот момент дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышла Дилайла — девушка с гнездом рыжих волос на голове. Как всегда затянутая в кожаный облегающий наряд из куртки и брюк. Как всегда источающая вокруг себя какой-то незримый эротизм.

— Я же говорила, все в порядке. Эфир, я так рада! — воскликнула она и бросилась Дэрину на шею.

— Ты уверена? — настороженно поинтересовался он в ответ, но все же ответил на объятия.

— Взяла специально для тебя, — ехидно сморщила носик девушка, отстраняясь, и протянула ему какую-то лист бумаги, что держала в руках. — Вот.

Миг замешательства, и я ретировалась из коридора. Бегом спустилась по лестнице и завернула за крыльцо. Только тогда остановилась, тяжело дыша и прижимаясь лбом к прохладному здесь в тени камню. В голове была одна мысль, что я все же была права, когда заподозрила этих двоих в интимных отношениях. Так значит вот что стало причиной исчезновения ай'рэ.

По щекам против воли заструились слезы.

Дэрин Штарн

Как не противилась Дилайла, а на этот раз я решил сам все проконтролировать, поэтому лично проводил ее до двери кабинета лекаря и ждал снаружи. Не слишком-то я доверял Ди в подобных вопросах. Когда дело касается здоровья, он безрассудна и непосредственна, что недопустимо в нашем деле. Слишком непредсказуемыми могут быть последствия и даже смертельными.

В последнее время в астрале развелось много низших из семейства недужников. И самое мерзкое, что наши амулеты с ними плохо справляются, настолько они слабы сами по себе. Сигнальщики их просто не замечают, а защитные и вовсе игнорируют. Спасает только интуиция и личная магическая защита.

Именно так ранили Эрика во время прошлой вылазки. Мой зам уже поправляется, но дело идет медленно. Недужник успел прожить в нем несколько дней и намертво слиться с аурой так, что пришлось ее разрушить почти полностью, а потом восстановить заново. Он выжил, но вынужден до конца месяца жить безвылазно в лекарском коконе, чтобы восстановиться, а потом еще несколько месяцев ему придется тренироваться, возвращая себе былую форму.

Не хочу, чтобы это случилось с кем-то еще, а тем более с Ди. Я обещал Яну, что присмотрю за ней.

— Чи-тай! — настойчиво потребовала она, все еще болтаясь на моей руке, точно привязчивый низший.

Она поднесла справку почти что к самому моему лицу, видимо, поближе к глазам. Я взял ее за запястье, отодвигая подальше, и пробежался по строкам, убеждаясь, что с Ди и правда все в порядке и противопоказаний для походов в астрал по-прежнему нет. Но отчего-то меня сей факт совершенно не успокоил

— Это не важно, Ди. Я отстраняю тебя от следующего рейда.

— Ну, Дэээрин! — тянула Дилайла, продолжая виснуть на мне. — Так не честно! Ты же видишь, что здесь написано? — она снова потрясла у меня перед носом листом.

— Мне все равно. Ты еще под наблюдением и точка.

— Низший не успел мне навредить, вы вовремя меня вытащили! Все!

— Ди, в следующий рейд ты не идешь, даже не спорь, — я был непреклонен.

Что-то не давало мне покоя. Слишком уж быстро Дилайла оправилась от инвазии. Последствий подселения «мертвячки» у нее нет, но так не бывает. И между тем никаких признаков омертвения тканей или органов у нее лекари не нашли. Само по себе это не слишком опасно и лечится магическим способом, если спохватиться вовремя и не дать омертвению распространиться на жизненно важные органы, но ходить в астрал в таком состоянии, все равно что добровольно отправиться в стаю недужников будучи смертельно больным.

Я не имею права так рисковать подчиненными.

— Ну все, я на тебя обиделась!

— Отставить! — рыкнул я.

Ди выпустила мое плечо и, обиженно сопя, зашагала рядом.

— Дэрин, вы же без меня не справитесь. Эрик еще лечится, без него и меня вас останется всего пятеро. Вся схема обороны ломается. Вы не справитесь и погибните!

— Я возьму кого-нибудь с собой.

— Кого?!

— Говорят, среди новеньких есть семеро настоящих самородков с уникальным даром. Подберем из них.

— Думаешь самопровозглашенные демоноборцы способны заменить обученных бойцов с особыми способностями?

— Эти ребята принимали участие в войне на равное с остальными и выжили. Они почти ветераны, к тому же мне рекомендовал их Дорн.

— Так и скажи, что хочешь от меня избавиться, — недовольно пробурчала Дилайла.

— Так и скажу. Мне было бы спокойнее, если бы среди демоноборцев не было девушек. Понимаешь, Ди. Это больно, наблюдать как гибнут те, кто рожден дарить любовь.

Ди остановилась, а я, оставив ее в раздумьях, повернул в сторону административного корпуса. Декан Дорн просил меня заглянуть к нему, как решу вопросы отряда. Может, это насчет замены Ди и Эрику? Хорошо, если так.

И все ж таки меня не покидали подозрения насчет Дилайлы. Пожалуй, Дорн подождет еще пятнадцать минут. Развернувшись, я скорым шагом направился обратно к лазарету, мне нужно было побеседовать с лекарем.

Марэна Данаостро

Позволив себе минуту слабости, я проводила парочку мокрыми от слез глазами. Рыжая так и висла на моем истинном, при этом они что-то бурно обсуждали, и я поймала себя на мысли, что завидую той, кто может с ним вот так запросто болтать.

Хотя... О чем нам с ним теперь разговаривать?

На какой-то миг идея трусливо отказаться от мысли встретиться и все выяснить, показалась мне заманчивой, но я решительно отмела ее. Нет уж. Пусть сам мне в глаза скажет: Марэна, я тебя больше не люблю.

С таким настроем я вытерла слезы и направилась в кабинет, надеясь, что там по-прежнему нет очереди. И хоть здесь, но мне повезло.

Лекарку звали ерисса Медея, и она специализировалась в основном на последствиях демонической инвазии, но как выяснилось, сегодня она замещала своих коллег на приеме.

— Всех специалистов согнали во дворец, у них там развернут главный госпиталь. Все самые сложные случаи — там. Поверь, там настоящее светопреставление.

— Я знаю, — улыбнулась я. — Моя мама там работает.

— Ах да, Марэна Данаостро. Ты ведь дочь Ниары? Я знакома с твоей мамой, она отличный магохирург. Я бы даже сказала один из лучших.

— Видимо, потому все считают, что она может не спать. — вздохнула я.

Ерисса Медея хохотнула.

— Такова доля лекарей. А ты, гляжу, пошла по отцовской стезе?

— Двери Судьбы решили за меня. Я хотела как мама.

— Может, оно и к лучшему, — выразила неожиданное мнение лекарка. — Демоноборцы тоже нужны, особенно, когда есть уникальный дар. Рассказывай, что с тобой произошло?

Я поведала ей свою историю заражения.

— Знаешь, а ведь демон уныния это уже не совсем низший. Он имеет антропоморфную форму, значит ближе к второму рангу. Еще не высший, но пара жертв и он переродился бы в кого-то покрупнее.

— То есть, я не первая, к кому он подселился.

— Уверена, что так и есть. Кто-то притащил его на бал, и там демон переселился в новую жертву — в тебя. Ты чувствовала недомогание или расстройство, когда это произошло? Жертва должна была быть в сильном упадке.

— У меня пропал ай'рэ, и я была сама не своя... — почти прошептала я и опустила глаза.

— А, что я говорила? Идеальная жертва! Кто-то, кто был в тот момент рядом, являлся носителем, с которого демон перескочил на тебя.

— Но кто? Он мог вести себя странно?

— Мог. А мог и не вести, если демон затаился. Ты же знаешь, какие они коварные, эти твари?

Я задумалась. Тетя Бесси впервые на моей памяти от кого-то пряталась. Ами была не в себе после танца с Примом. А, может, даже мама, которая волновалась за отца? Она ведь постоянно имеет дело с подвергшимися инвазии и больше других рискует оказаться зараженной. Я ведь не знаю точно, в какой именно момент произошло заражение. Не до того было как-то, я в обмороке валялась.

— То есть вычислить предыдущую жертву невозможно?

— Сколько людей было на том балу, если только проверить их всех, но это не моя задача. Я поникла.

— Им всем нужно явиться на проверку?

— По-хорошему, да. Но ты же понимаешь, это почти невозможно.

— Я поняла, — кивнула я, для себя решив, что уж маму, тетю и Ами точно заставлю заглянуть к лекарям.

Тем временем ерисса Медея взяла у меня образец крови и отсканировала ауру.

— Я не вижу никаких последствий, но ты уничтожила демона самостоятельно, забрав часть его энергии. Это наилучший вариант. Считай, что сейчас у тебя иммунитет на какое-то время. Всякая мелочь тебе теперь не страшна, для них ты как помеченная.

— Как это?

— Как если бы на шее висела огромная табличка с огненными буквами: «Не влезай, убьет!». Или на лбу алела печать. Знаешь, такие обычно ставят на магические накопители?

— Здорово! — я улыбнулась.

— Но это не значит, что можно расслабиться. Демоны коварны, так что в точности выполняй все предписания инструкторов и магистров. Не стоит забывать о безопасности, поняла? — лекарка наставила на меня палец.

Чем-то она напоминала мне тетю Бесси. Такая же уверенная, громогласная и прямолинейная. Я сразу же прониклась к ней приязнью и уважением.

— Так точно! — зачем-то скопировала я повадки «великолепной семерки», и мы вместе рассмеялись.

— Знаешь, не всем так везет, — басила ерисса Медея. — Те, кто подвергся инвазии, но сам не справился, напротив куда более уязвимы. Я дам тебе добрый совет: не слишком распространяйся про свой иммунитет. Не нужно выделяться лишний раз, себе дороже, — при этом она даже понизила голос.

— Но почему? — спросила я невольно в тон ей.

— Все равно не поймешь, — хохотнула лекарка и поторопила: — Все, иди, Марэна, мне еще бумаги заполнить надо. Я же тут сейчас одна за всех на приеме, ко мне только с чем не идут, а год только начался. И ладно бы с инвазией шли, а то, прости Эфир, с критическими днями и то тащатся. Как будто делать мне больше нечего, только глупые справки выдавать!

Я понимающе кивнула и потянулась к дверной ручке, но промазала, потому что в тот самый миг дверь резко распахнулась. На пороге кабинета возвышался Дэрин. Долгую минуту я глядела на него, не в силах вымолвить ни слова.

— Мари? — он казался мне удивленным до глубины души. — Откуда ты здесь взялась? Вопрос и его удивление меня ужасно разозлили, а злость вывела из ступора.

— Не ожидал, да? С дороги! — рыкнула я и отпихнула его, протискиваясь в коридор.

В коридоре собралась приличная толпа. Некоторые адепты так прямо с новенькой формой в руках и притащились. Они возмущенно загудели, когда я принялась расталкивать их, продираясь прочь.

— Марэна, подожди! — крикнул вслед Дэрин.

Я не ответила, а лишь ускорила шаг, понимая, что вот прямо сейчас я точно не готова к разговору. Не после того, что я сегодня видела. Дэрин окликнул меня еще раз, но я выскочила наружу и что есть мочи припустила бегом в сторону жилых корпусов, и когда решилась наконец обернуться, за мной больше никто не гнался.

Глава 23. В которой все становится немножко прозрачнее

Дэрин Штарн

Перед дверью кабинета, где только что никого не было, собралась толпа адептов. Сегодня первый учебный день. Похоже, это те, кто когда-либо подвергался инвазии, пришли на обследование. Обычная процедура, таких обязательно проверяют местные лекари, чтобы исключить опасные последствия. Результаты занесут в личное дело, и преподаватели будут знать, от кого чего ждать и к кому отнестись повнимательнее во время занятий.

Когда я направился прямиком к двери, толпа недовольно загудела.

— Куда без очереди? — попробовал заступить мне дорогу какой-то верзила.

— Мне можно, — ухмыльнулся я, глянув ему в глаза, и пояснил: — Командир астрального отряда специального назначения, Дэрин Штарн. У меня важное дело, но это не займет много времени.

— Ааа, тогда ладно... — нехотя, парень убрался с дороги.

Я уже было взялся за ручку двери, как какая-то девушка тоненьким голоском предупредила.

— Ерр, но там кто-то есть внутри. Нехорошо вот так врываться в кабинет лекаря.

— Простите,ерра, вы правы, — невольно смутился я.

И правда, такая бестактность! Я так спешил выяснить все насчет Дилайлы, что позабыл об элементарных правилах поведения. Адепты с интересом таращились на меня. Особенно девушки. Некоторые из них уже во всю сверкали глазами в мою сторону.

Ничего нового. Я давно привык. В школе, когда я еще носил длинные волосы, каждая вторая девчонка в меня влюблялась, а парни бесились и пытались прозвать меня принцессой. Правда быстро отказались от этой затеи. Но и сейчас остриженный, я все равно продолжаю привлекать внимание женского пола. Может, шрам себе на лице заиметь? Хотя, что-то мне подсказывает, что и это вряд ли поможет.

Вздохнув, прислонился спиной к стене рядом с дверью, прикрыл глаза и принялся ждать, невольно прислушиваясь к доносящимся изнутри голосам. Один из них, низкий грудной, точно рев тамаридла, принадлежал ериссе Медее. Ни с кем не перепутаешь. А вот второй.

Второй я тоже никогда бы не перепутал ни с кем, но этого ведь просто не могло быть?

Слышно было не слишком хорошо, а мне понадобилось опровергнуть подозрения сей же момент. И плевать на вежливость, если Мари здесь в академии.

Тогда, после крайнего рейда, мне почудилось, что я видел ее на площади в кампусе. Понадобилась вся моя выдержка, чтобы не поддался порыву и не подойти к ней. Я был уверен, что она — видение. Это нормально, когда после астрала всякое мерещится. Аура перестраивается, и сознание якорится на том, что вызывает определенные сильные эмоции. Так что явление дорогих сердцу образов не редкость. Успел насмотреться всякого... Видел, как здоровые мужики, рыдая, бросались на шею совершенно незнакомым женщинам, называя их именами жен и дочерей. Каково было их разочарование потом.

Нас учили анализировать ситуацию и не поддаваться. Выждать какое-то время, хотя бы час или два, пока стабилизируется магия. Ведь чем чаще и дольше ты бываешь в межмирье, тем сильнее тебя накрывает с каждым разом, пока не будет достигнута та грань, когда ты спутаешь вымысел и реальность, а после вход в астрал заказан. Это называется астральной скверной. В таком состоянии встретиться с демоном — верная гибель, и ни одна проверка тебя не пропустит в астрал. Следует регулярно делать перерывы, чтобы не попасть в подобную ситуацию.

Я слишком долго не отдыхал, вот и начал видеть Марэну там, где ее заведомо быть не могло. Это плохо, мне нельзя подавать вида, что со мной что-то не так. Никто не должен знать правду о моем истинном состоянии, пока от меня зависит жизнь ерра Данаостро.

Неужели, все еще хуже, чем я полагал, раз мне кажется, что я слышу голос истинной? Признаться, о таком я не слышал. Голоса чудятся только вместе с образами, но отдельно никогда. А я уверен, что слышу голос Мари, хоть и не разбираю слов, что она говорит.

Нужно было убедиться в собственной правоте немедленно.

Сердце стучало втрое быстрей, когда, оттолкнувшись от стены, я подошел ближе, и решительно взялся за ручку. Не раздумывая ни мгновения, распахнул дверь и нос к носу столкнулся со своей истинной. Долгое мгновение мы смотрели друг другу в глаза, а потом я заметил остатки ай'рэ на ее виске. Самый прекрасный в мире завиток больше не сиял мягким серебром для меня, а темнел уродливым ударом молнии.

Меня словно оглушило. Ведь это сделал я. Я!

И даже то, что иначе просто не мог, не было оправданием.

— Мари, откуда ты здесь взялась? — выдохнул я, не в силах больше молчать.

Невероятные глаза полыхнули такой злостью и обидой, что я даже не решился ее остановить. Ничего хорошего бы из этого не вышло, кроме прилюдного скандала. Марэна фурией вылетела в коридор, проложив себе дорогу через толпу точно коса высшего демона сквозь ряды обычных горожан. Адепты расступались, давая ей дорогу, а моя истинная, моя любимая девочка, шла вперед с высоко поднятой головой.

— Марэна, подожди! — крикнул я.

Но как же так? Что она здесь делает? Перед заданием ерр Данаостро заверил меня, что его дочь в безопасности. Он сказал, что отправил послание жене через надежного человека, и Ниара должна была увезти дочь прямо с бала и спрятать до тех пор, пока все не закончится. Потом я бы смог все ей объяснить, но...

Все с самого начала пошло кувырком. Продуманный до мелочей план разваливался на глазах. В итоге Андрес попал в ловушку, из которой нет выхода, а Мари здесь и даже не подозревает о грозящей ей опасности. И почему теперь мне кажется, что все это неспроста?

Первым порывом было плюнуть на все и догнать любимую. Обнять, невзирая на сопротивление. Вдохнуть запах ее волос, шептать ей в макушку ласковые глупости, прося прощения. Хотя вряд ли она захочет их услышать, пока обижена. Рискуя жизнью во время каждого боя, я нес ее образ в сердце, и он помогал мне выживать и возвращаться снова и снова.

Я так долго ждал нашей встречи, а теперь, когда Мари так близко, не могу сделать ничего из того, о чем мечтал. Просто не имею права. Мне стоит держаться от Марэны подальше, пока я все не решу. Ха! Это испытание будет посложнее всех прочих, что свалились на меня в последнее время...

Проклятая война!

Не выдержав, ударил кулаком о косяк, сбив в кровь костяшки.

— Ерр Штарн, прекратите портить имущество и прикройте уже дверь с той или этой стороны! — прикрикнула на меня ерисса Медея.

— Прошу прощения, — буркнул я, захлопнув створку прямо у кого-то перед носом отгородив нас от любопытных взглядов и ушей.

Пряча сбитые костяшки под ладонью, повернулся к лекарке.

— Ну-с, рассказывайте, ерр Штарн, зачем явились? — ерисса Медея внимательно смотрела на меня, во всю сканируя мою ауру магическим зрением. — Надеюсь, у вас достаточно веская причина, чтобы отвлекать меня в такой день?

— Причина действительно веская, ерисса Медея. Даже не сомневайтесь.

— С вами все в порядке? — обеспокоилась лекарка.

— В основном я выбит из колеи, но здесь вы мне вряд ли поможете, — отшутился я и улыбнулся.

Ерисса Медея, выглядящая лет на пятьдесят моложе, чем ей было на самом деле, тут же смягчилась и зарделась, точно девушка на выданье.

— Ох, осторожнее ерр Штарн. Ваша улыбка заставляет женщин забывать о возрасте. Это оружие можно использовать только по прямому назначению.

— Теперь вы меня смущаете, ерисса Медея.

— Охо-хо! — захлопала ресницами женщина, но тут же посерьезнела. — Мне определенно приятно с вами беседовать, спору нет. Но давайте ускоримся, а то совершенно не хочется торчать здесь допоздна. Видели сколько народу под дверью?

— Неужели все с инвазией?

— Предварительно да, — лекарка похлопала по лежащему перед ней списку. — Но это ожидаемо, после того, что творилось в мире после вторжения демонов.

Кивнув, я посерьезнел. Поторопиться действительно стоит, я сам уже должен быть в кабинете у Дорна. А еще нужно найти Мари и предупредить о грозящей ей опасности. Я решил, что должен сказать ей хотя бы то, что могу.

— Ерисса Медея, с каким именно вопросом к вам приходила ерра Амбер полчаса назад?

— Ерр Штарн, вам знакомо понятие лекарской тайны? — лекарка многозначительно выпрямилась в кресле.

— Ерисса Медея, я командир ерры Амбер. Ее здоровье для меня не должно быть тайной, и вам это прекрасно известно.

— В таком случае, ерр Штарн, почему вы не задали этот же вопрос самой ерре Амбер? Как ваша подчиненная, она обязана ответить.

— Демоны! Ерисса Медея, я не могу рисковать жизнью Дилайлы, а она ведет себя как ребенок! Я начал сомневаться в правдивости ее слов, поэтому мне так важно услышать от вас, с чем именно она приходила и что за справку вы ей дали на самом деле. Ерра Амбер иногда бывает очень убедительной, надеюсь, вы не пошли ей навстречу? — я изогнул бровь, намекая на какой-либо сговор на почве женской солидарности.

— Ерр Штарн, мы все трое прекрасно знаем, что особенные женские дни не считаются противопоказанием для боевых вылазок, не так ли? Это я и указала, хотя, признаться, это ваше требование выглядело странно.

— Вы хотите сказать, что Дилайла пришла к вам только с этим вопросом? — скривился я.

— Да, ерр Штарн.

— А как же насчет инвазии? Она подверглась нападению «мертвячки» во время последнего рейда.

— Насколько я помню, ее уже обследовал мой коллега и не выявил никаких последствий.

— Разве это не странно?

— Возможно. Но я тоже никаких изменений в ее ауре сегодня не заметила.

— Вы уверены, что Дилайла действительно хорошо себя чувствует?

— Откуда мне знать? Сама ерра Амбер ни на что не жаловалась, кроме командира-деспота, пристающего со всякими глупостями, и ни словом об инвазии не обмолвилась, — ерисса Медея многозначительно изогнула бровь.

Значит, Дилайла мне солгала. Но зачем? Слова лекарки лишь укрепили мои подозрения.

— Спасибо за откровенность, ерисса Медея. Вы очень помогли, — кивнул я и направился к выходу, но в последний момент остановился. — Ерисса Медея, еще один вопрос. По какому поводу вас посещала Марэна Данаостро?

— Адептка Данаостро ваша подчиненная? — хитро сощурилась лекарка.

— Нет, но...

— Всего доброго, ерр Штарн. У меня много работы.

Я вышел из лазарета и, вдохнув полной грудью напоенный ароматом зелени воздух, зашагал в главный корпус, щурясь от яркого солнца и размышляя по пути.

Странности продолжаются, и мне это все меньше нравится. Дилайла откровенно мне врет. Теперь я уверен, что без последствий инвазии не обошлось, но она зачем-то скрывает это и подвергает свою жизнь и жизнь членов отряда опасности. Марэна там, где ее быть не должно. Это значит, что посланец Андреса так и не добрался до ее матери. Мари и ее семья понятия не имеют, что происходит!

Что же делать?

Во-первых, нужно не привлекая внимания выяснить, кого послал к жене Андрес и потребовать ответ, почему он не выполнил приказ. А с Мари все-таки стоит поговорить и намекнуть, чтобы была осторожна, не раскрывая подробностей. Но любимая не желает со мной разговаривать и вряд ли поверит, если заметит, что я не до конца откровенен. И я, демоны меня задери, могу ее понять. Но и всю правду сказать не могу. Пока не могу, к сожалению.

Мои мысли вернулись к тому роковому дню.

Глава 24. В которой весь кошмар ситуации

День открытия школьных порталов

Неделю назад объявили об окончательной победе над демонами. Конечно, это не значило, что их больше не осталось. Еще долго нам придется разыскивать и выбивать их остатки из самых темных закутков нашего мира, а рейды в астрал и вовсе никогда не закончатся. И все же это была победа. Человечество выстояло и доказало, что способно противостоять угрозе.

Сегодня наконец открыли школьные порталы. Я в парадной форме наслаждался по настоящему теплым весенним днем, зеленью и солнцем, ожидая своей очереди у портала Лигирйской академии, невольно улыбаясь и предвкушая, как устрою сюрприз своей истинной. Это была своего рода традиция, когда истинные вместо родителей забирали выпускниц из школы. В этом году все пошло кувырком, но я так соскучился по Марэне и из кожи вон лез, чтобы разобраться с делами и выкроить время, чтобы сделать любимой приятный сюрприз.

Пускай похвастается мной перед подружками, я в этой форме тот еще красавец. Интересно, что она скажет, увидев, как коротко остриг волосы? Наверное, станет ругаться. Мари любила мои волосы. Я вспомнил, как во время последней нашей встречи она пыталась заплести мне косу, а потом я поцеловал ее, пользуясь тем, что мы остались в саду наедине. Это был наш второй поцелуй за эти три года.

Это было как шок или удар молнией. Ай'рэ окутали наши лица сиянием, и смутившись, Мари спряталась у меня на груди. В этот миг, обнимая свою истинную, я чувствовал себя всемогущим и готов был перевернуть весь мир по мановению ее пальца. Тогда-то я окончательно понял, что Эфир прав, и мы действительно созданы друг для друга. Никто другой мне ее не заменит. Никогда.

После встречи мы должны будем расстаться ненадолго, а вечером на балу во дворце Олланда Седьмого, я во всеуслышание предложу ей обручиться. Уверен, король не откажется лично провести церемонию. Все будет красиво и чинно, как мечтает любая девушка, а после, наши ауры накрепко свяжутся и можно будет не волноваться о безопасности Мари.

Если честно, я сильно переживал, что, оказавшись в большом мире вне защищенной территории школы, Марэна подвергнется нападению демона. Всякого успел насмотреться за последние месяцы, пока шла война. Других защитит магическая инициация, но до нее еще неделя, всякое может случится, поэтому сегодня. Я погладил коробочку с брачным браслетом, лежащую в кармане.

Радужные грезы прервал посыльный из штаба.

— Командир Штарн, для вас срочное послание! — рядовой протянул мне конверт, с магической печатью самого командующего Данаостро.

Один вид этого конверта породил во мне тревогу и недоброе предчувствие. Короткое послание приказывало немедленно явиться в штаб. Солнечный и приятный во всех отношениях день, словно стал тусклее, когда я торопился обратно, все еще надеясь, что это какой-то пустяк, но интуиция подсказывала — это не так, и моим планам не суждено сбыться.

Постучав, я распахнул дверь и вошел в кабинет.

— Командир отряда специального назначения прибыл по вашему указанию, ерр! — отрапортовал по правилам военного времени я.

Андрес Данаостро молча встал из-за стола, прошел мимо и собственноручно запер дверь, да еще и экранировал пространство магическим пологом. Только после этого он обратил внимания на меня. Осмотрел с головы до ног хмурым взглядом, чем лишь усилил мои подозрения. И я не выдержал и поинтересовался, в нарушение субординации:

— Андрес, что-то случилось?

Он покивал и вернулся за стол. Сел, сложив руки вместе и снова задумчиво посмотрел на меня, будто что-то решая.

— Демоны?

— Да. Точнее их владыка. Пока это существо пользуется неограниченной властью, нам не победить.

— Но ведь мы победили? Пробоины запечатаны, тварей уничтожено столько, что им в ближайшее тысячелетие не восстановиться...

— Это не так. Демонологи академии, изучавшие старинные манускирпты в поисках способа раз и навсегда избавить нас от этой заразы, смогли расшифровать «Скрижали Эфира».

— Ох! — меня даже в пот бросило от такой новости.

— Еще какой ох, присядь. Разговор получится не из легких.

Я сел за стол, и командующий приступил к рассказу:

— Убитые в астрале демоны не погибают окончательно, они превращаются в «сиды» — сгустки энергии, которые могут храниться в таком состоянии длительное время.

— Ничего такого мы не замечали, — растерянно протянул я, ошарашенный новостью.

— Увидеть их невозможно без специального заклинания, которое также обнаружилось в древних скрижалях. Вчера вечером я был в астрале и видел... — Андрес закрыл лицо ладонями и нервно потер его.

Черные как вороново крыло, волосы упали вперед, я увидел, что в них появились новые серебряные прядки.

— Они повсюду, Дэрин. Весь астрал просто заполнен этими самыми семенами.

— Что это значит? Чем это нам может грозить? — дурное предчувствие стало настолько сильным, что я ощутил легкую тошноту.

— Много тысяч лет назад — полагаю, примерно в то же время, когда появились Скрижали Эфира, — наши далекие предки смогли победить в войне и заточить владыку демонов во временной кокон, избавив наш мир от этой напасти. Жаль не навсегда. Со временем, древняя магия развеивалась, а оболочка кокона растворялась, выпуская пленника наружу.

— Вы хотите сказать, владыка демонов вырвался на волю?!

— Нет, но вот-вот это произойдет. Если мы не успеем укрепить кокон, владыка освободится и разбудит сиды, вернув к жизни всех демонов разом. С такой армией нам не справится, и наш мир попросту уничтожат.

— .ц! — мои худшие подозрения оправдались, и я ругнулся так, как никогда не позволял себе ругаться в присутствии старших.

— Полностью согласен. Это будет полный .ц, — повторил за мной Андрес Данаостро, — и не весело усмехнулся

Мы молча смотрели друг на друга какое-то время.

— И что же нам делать? — не выдержал я.

— К счастью, теперь мы знаем, как именно следует укрепить кокон. При чем нужно было этим заняться еще лет так двести назад, но почему-то наши предки попросту забыли об этом. Раньше Скрижали хранились в королевском роду и на этот счет существовали инструкции, но с тех пор дважды менялась правящая династия и артефакт был утерян вместе со всеми указаниями.

— Как же удалось их отыскать?

— Во время первого переворота предок ректора Сторма спрятал Скрижали по просьбе своего короля, но он и не подозревал об истинной ценности и предназначении артефакта. Упоминание о тайнике удалось отыскать лишь в дневниках его сына. Сопоставив одно с другим, мы сделали вывод, что это именно то, что нам нужно. Тайник удалось обнаружить и открыть с помощью ректора. Если бы не его родовая магия, это было бы невозможно.

— То есть теперь у нас есть Скрижали, и мы знаем, что нужно делать, чтобы удержать владыку демонов?

— Именно. Но нужно торопиться. Спецоперация назначена на завтра. Верные мне наблюдатели постоянно отслеживают состояние кокона. Он еще держится, но времени остается все меньше. Может, месяц или два. А может, всего неделя.

— Не стоит ли предупредить население, чтобы люди были готовы? Принять какие-то меры для защиты?

— Мы думали об этом, но ты же понимаешь, что бы мы ни сделали, этого будет недостаточно. Олланд решил, что людям нужен праздник после победы. Нельзя так сразу лишить их надежды, после всего, что ни пережили.

— А если... Если что-то пойдет не так? Гражданские окажутся беззащитными перед новой угрозой!

— Дэрин, если что-то пойдет не так, нашему миру уже никто не поможет. Нет таких мест, где можно надежно всех спрятать. Демоноборцы тысячи лет убивали демонов, но оставляли сиды. Ты даже не представляешь, что это будет за армия. По прогнозам наших аналитиков семьдесят процентов населения погибнет в течение часа, остальные будут заражены.

— А как же те, кто спрячется в школах или других защищенных местах?

— Туда все не поместятся. Да и долго там не выжить. Владыка получит такую подпитку, что сможет вскрыть защиту большинства школ точно скорлупу ореха, чтобы добраться до сладкого содержимого, а после его уже ничего не остановит.

И тут мне захотелось выругаться снова, но слова не шли. Впервые в жизни я испытал такой ужас, что к горлу подкатила тошнота, а во рту стало горько. Я не мог сосчитать, сколько убил тварей за последние месяцы, но сейчас ощущал себя беспомощным ребенком.

— Надеюсь, ваш план сработает, командующий Данаостро.

Мой голос звучал хрипло.

— Это наша единственная надежда, Дэрин. Именно поэтому я тебя и позвал. Признаться, не хотел тебя задействовать до последнего, но, похоже, у меня нет выбора. Ты один из сильнейших демоноборцев, Дэрин Штарн. Ангелосов мало. А тех, кому я могу довериться полностью и того меньше.

— Что вы хотите сказать?

— О Скиржалях и владыке знает ограниченное число лиц. Информацию решено держать в секрете, как было заведено со времен их создания. В дневниках правителя-современника неоднократно упоминается, что всегда найдутся те, кто по доброй воле захочет служить владыке.

— Служить владыке демонов?! Хотя. Не думаю, что демоны уничтожат всех разом. Не станут же они лишать себя свежей пищи? Да и чистая энергия неинициированных магов ценна. Королю нужны пастухи с собаками, чтобы контролировать стадо. И те, кто присягнет вовремя, могут получить роль если не пастуха, то хотя бы собаки. Наш мир превратят в кормовую базу, вот только как заставить людей размножаться, если те будут знать, что за участь уготована их детям?

— Не трудно догадаться, — криво усмехнулся Андрес.

И я кивнул, сообразив, что демоны похоти легко справятся с подобной задачей.

— Когда отправляемся?

— Рано утром. Советую с пользой потратить время и изучить то, что нужно знать о ритуале, который нам предстоит провести. Начни прямо сейчас, я выдам тебе пропуск в секретную часть архив. Можешь приступать.

Кивнув, я направился к двери, но вернулся.

— Андрес, можно прежде я заберу Марэну из школы? Я только туда и обратно.

— Я тебя прекрасно понимаю, сынок, но здесь ты принесешь моей дочери больше пользы. Мари встретит моя сестра, я уже попросил ее об этом.

— Но у нас же еще есть запас по времени, операция назначена только на завтра.

— Дэрин, ничего нельзя прогнозировать, а у меня дурное предчувствие.

Андрес неосознанно потер грудь слева. Предчувствия не обманывают демоноборцев. Тот, кто часто бывает по ту сторону грани, чувствительнее прочих в подобных вещах.

— Я понял, — мне едва удалось скрыть разочарование в голосе. — А королевский бал? Туда-то мы попадем? Я собирался провести церемонию обручения сегодня.

Андрес пристально посмотрел на меня, а затем согласно кивнул.

— Пожалуй, на бал заглянем вместе. Я тоже хочу увидеть дочь и жену.

Он больше ничего не добавил, но мне не понравились его слова. Делать было нечего, и получив магический пропуск, я направился в архив секретных документов.

Как ни странно, архив располагался не в главном корпусе академии, который раньше был родовым замком Стормов, а в старом здании на отшибе, что использовалось в качестве общежития для некромантов. О тамошних катакомбах среди адептов ходили легенды и не напрасно. В давние времена в них держали магов-пленников, а теперь вот разместили лаборатории, секретный архив и Эфир знает, что еще. Лигирийская академия хранила много секретов.

Мрачный коридор освещался плохо, но никакой сырости или паутины здесь не было. И мертвецами не пахло. Ничего, даже гнетущей атмосферы я не чувствовал. Обычное помещение под землей. Я бы сказал, даже безопасное.

Едва сделал несколько шагов вглубь, привыкая к темноте, как под ноги мне бросилось какое-то существо, похожее на крысу. Оно противно визжало и едва не цапнуло меня за лодыжку, а затем скрылось, ловко увернувшись от пинка. После я дважды свернул не туда и едва не заблудился, но, на счастье, наткнулся на Яна Хонора, который указал мне дорогу к архиву. Для магистра, который половину жизни проводит в этих катакомбах его существование секретом не являлось.

Показав местному архивариусу магический пропуск, я получил доступ внутрь и принялся изучать расшифровку текста, списанного со Скрижалей. В подвалах, где не было окон, время шло совсем по-иному, его словно не было, лишь все возрастающее внутреннее беспокойство заставило меня оторваться от на несколько раз просмотренных материалов и поглядеть на часы.

Ох ты! Бал вот-вот начнется. Почему же ерр Данаостро никого за мной не прислал до сих пор?

Я уже изучил все на несколько раз, выделил для себя вопросы, которые нужно будет задать командующему, поэтому с чистой совестью решил закончить на сегодня и, покинув архив, направился обратно. У кабинета ерра Данаостро подпирал стену незнакомый мне караульный, подобравшийся при моем появлении.

— Рядовой, командующий Данаостро на месте?

— Да, но он занят, у него посетитель.

— Кто-то важный? Я войду?

— Велено никого не пускать, извините ерр Штарн.

В отличие от меня караульный знал, кто я такой. Хотя это не удивительно. Отрядов ангелосов не так уж много. В этот миг дверь отворилась и из кабинета появился Первый командующий ерр Дорн.

— Ты-то нам и нужен, Штарн. Заходи, Андрес тебя ждет.

Глава 25. В которой новое задание

Я осторожно вошел внутрь, чувствуя, что сюрпризы на сегодня еще не закончились. Андрес Данаостро стоял ко мне спиной и смотрел в окно. Для меня стало неожиданностью, что вместо бального фрака он был облачен в полный боевой доспех демоноборца. На мое появление мой будущий тесть никак не отреагировал.

Обернувшись, чтобы убедиться, что мы здесь одни, я тихонько позвал:

— Ерр Данаостро? Андерс?

— А, это ты, Дэрин. Я велел позвать тебя, но не ждал так скоро. — Он словно не сразу меня услышал.

— Похоже мы с посыльным разминулись. Я изучил материалы, которые вы велели и пришел. Вы не забыли про королевский бал? Или сегодня маскарад? — я рукой указал на его облачение.

— Бал, бал... — устало пробормотал командующий, глядя куда-то сквозь пространство. — Бал отменяется, нас с тобой ждут совсем другие танцы, Дэрин.

Владыка демонов?

— Да. У нас совсем не осталось времени. Нужно действовать прямо сейчас, иначе будет поздно.

— Но ведь вы сами сказали, что...

— Сказал. Но час назад мои наблюдатели доложили, что защитный кокон вот-вот будет разрушен, так что выходим немедленно. Отряд готов, ждем только тебя. Ты понял, что нужно делать?

— Да.

— Если есть вопросы, самое время их задать.

— Мне нужно еще немного времени, Андрес. Час. Нет, хотя бы полчаса, чтобы обручиться с Мари. Она — неинициированный маг, и окажется под ударом в числе первых. Владыка выпьет ее магию и жизнь через меня, если почует. А он обязательно почует ее через ай'рэ. Об этом прямо предупреждают Скрижали.

— У нас нет этого времени, Дэрин. У нас нет даже пятнадцати лишних минут, я и так ждал до последнего, давая тебе изучить информацию. А Марэна с Ниарой уже, должны быть на пути в убежище, тебе их все равно не догнать.

— Но. Как же? Что же мне делать? Я не могу подвергнуть Мари такой опас... — Я встретился взглядом с тестем и умолк.

Чувство было такое, словно мне в грудь ударили кувалдой. Решение было простым и невероятно сложным одновременно. Отступив на шаг, принялся разминать кулаки, не зная, куда деть руки. Я с детства не плакал, но сейчас слезы невольно подступили к глазам. Захотелось дать кому-нибудь в челюсть или надраться до поросячьего визга, лишь бы избавиться от этого дурацкой, ноющей боли в сердце.

— Дэрин?

— Я не могу. Не имею права так с ней поступить! — заорал я и, ухватив Андреса за плечи, встряхнул.

Тот даже не шевельнулся, только прикрыл глаза и тяжело выдохнул:

— Я беру на себя всю ответственность и сам поговорю с дочерью, когда придет время. Марэна умная девочка, она все поймет и простит меня за это решение.

— Зачем вы так с нами, Андрес? Почему сразу мне не рассказали о своих планах? Почему тянули так долго? Почему не вызвали ее сюда в конце-то концов? Мы бы обручились прямо здесь и сейчас. Мари была бы в безопасности на территории академии до нашего возвращения!

— И как бы ты ей объяснил такую спешку? Или считаешь, что нужно ей все рассказать?

— Почему нет? Мари бы все поняла и сумела сохранить тайну! Вы же сами сказали, что она умная девочка. Я тоже так считаю.

— Случилось кое-что еще, Дэрин. Кокон разрушился не сам по себе. Кто-то снаружи попытался помочь владыке выбраться. Кто-то из наших. Из тех, кто знал о Скрижалях и запланированной на завтра операции.

— Что?!

— Я не получил условный сигнал, о котором знали только я и наблюдатели, поэтому отправил смену на час раньше. Они обнаружили товарищей мертвыми, и их смерть была не простой. Кто-то использовал демоноборцев в качестве жертв для ритуала, с помощью которого ускорил разрушение кокона. Убийца не ждал смену так рано и не успел завершить ритуал. Наши люди его спугнули и прервали ритуал. Кокон еще держится, но это ненадолго.

— Кто был посвящен в детали вашего плана?

— О владыке демонов знает ограниченное число лиц. И только те из них, кто читал Скрижали в курсе истинного положения дел. У остальных обрывочные данные, мы с Дорном специально разделили информацию так, чтобы ни у кого не было полной картины. Остальным я полностью доверяю, хотя и не могу исключить утечку, слишком много людей было задействовано. Аналитики, ученые магистры академии, которые занимались расшифровкой и изучением дневников. Те, кто дежурил у кокона. Одни знали одно, другие

— другое. Время и суть операции по укреплению кокона было засекречено.

— И все же предатель очень удачно подгадал время.

— Да. И пока предатель не проявил себя снова, нам стоит поторопиться. И, Дэрин, я честно все это время пытался найти тебе замену, но никто другой не сможет выполнить твою часть работы. Нет никого, кто настолько же стоек и сможет отвлечь на себя владыку, если тот все-таки вырвется во время ритуала.

Я кивнул. Из всех ангелосов, у меня самая прочная броня, усиленная моей способностью к стойкости. А еще я умею бесить демонов, вынуждая атаковать именно меня. Это неоднократно проверено.

— Значит, поэтому вы решили спрятать семью. Чтобы предатель до них не добрался? Правильный ход. Я бы поступил так же на вашем месте. Но вы уверены, что они в безопасности?

— Сразу после твоего ухода, я послал доверенного человека к жене. Он сам не знает, что именно должен передать, даже если вскроет и прочтет послание, то ничего не поймет. У нас с Ниарой есть тайный знак. Она сразу поймет, что дело серьезное, бросит все и отправится в безопасное место, о котором не знает никто, кроме меня и ее. Такие у нас договоренности. Туда не проникнуть ни предателям, ни демонам. Там они и дождутся нашего возвращения.

— Тогда я могу быть спокойным за Марэну.

— Дэрин?

— Да?

— Я понимаю, что ты и так от многого отказался, ради моей дочери. Твои родители были против того, чтобы ты прошел церемонию в храме Эфира, но ты сделал это. Потом они были против того, чтобы ты воевал, но ты плюнул на трон и титул, променяв их на звание рядового лигирийской армии, и стал одним из сильнейших ангелосов, ради спасения этого мира. Все это ты сделал по собственной воле, но теперь я требую от тебя невозможного. Ты ведь любишь мою дочь?

— Всем сердцем.

— Тогда не важно, есть у вас ай'рэ или нет. Вы с Мари так и останетесь истинными друг для друга. Понимаешь?

Чуть помедлив, я кивнул.

— Я сделаю это, Андрес. Ради Марэны. Только ради нее. Что бы с нами не случилось, она должна жить в мире без демонов.

— Когда сам посчитаешь нужным, — кивнул мне ерр Данаостро.

Я был рад, что он не стал настаивать, чтобы я разорвал связь прямо здесь и сейчас при нем. Это показалось мне чем-то интимным, и я должен был пережить этот момент наедине с собой. Не уверен, что удержусь от слез. Сейчас, в эти последние минуты я особенно остро чувствовал единение со своей истинной, наверное, поэтому откладывал и откладывал этот момент.

Из кабинета командующего, поспешил прямиком в хранилище, где в специальных магических витринах хранилась броня ангелосов — артефакт до последнего сочленения на доспехах. У всех — разная. Никакого единообразия, в отличие от солдат. Каждая клепка, ремешок, полоска ткани изготавливались лучшими мастерами по специальному заказу под конкретного человека. Лучшее, что только могли придумать и изготовить прикладники-артефакторы и оружейники нашего мира. Там же хранился и мой доспех.

Облачившись в броню, бросил взгляд на собственное отражение в затемненных соседних витринах. Демоноборцы редко вертятся перед зеркалами, разве что во време примерки и подгонки. Внушительно выгляжу, ничего не скажешь. Внушительно и торжественно. Самое время выполнить обещанное отцу Мари. Хорошо, что здесь никого нет. Единственные свидетели моего одиночества, силуэты доспехов, едва просвечивающие сквозь витрины.

Через несколько минут я уже буду в астрале, тянуть больше нельзя.

Короткая фраза: «Эфир, я отказываюсь от твоего дара!» уже готова была сорваться с языка, как в хранилище ввалился весь мой отряд.

— Командир, а ты куда это без нас? — с подозрением спросил Эрик, мой заместитель.

— Дэээрин, — протянула Дилайла, кошачьей походкой огибая парней. — Ты ведь поделишься с друзьями, почему ты так вырядился? — она подошла ко мне вплотную и принялась убирать невидимые пылинки с моего нагрудника.

Ее внушительный бюст вызывающе вертелся при этом перед глазами. Совершенно не волнующий даже какой-то привычный факт, именно так я уже давно воспринимал Ди, а вот Рич Акромби был готов сунуть ей в декольте свой, впечетляющих размеров горбатый нос.

— Не понимаю, как только тебя Ян терпит? На его месте я бы уже создал армию мертвецов от ревности, — хохотнул он.

Дилайла, приподнявшись на цыпочки, ловко ухватила высоченного жилистого балагура за жесткие даже на вид, завитые мелкими кольцами черные волосы. Потянула, заставляя пригнуться и назидательно произнесла, сунув сжатый кулак прямо под самую выступающую часть его организма, то есть по нос:

— Мой Темный Господин мне доверяет, а вот тебе стоит быть осторожнее. Если твоя жена узнает, какой ты ходок, Ричи, останешься без хозяйства!

— Ишь, как она тебя!

— Ыыы... Темный Господин! — одновременно отозвались братья-близнецы Ойсмеры, и неодобрительно покосились друг на друга.

Братья терпеть не могли, когда их перебивают, но постоянно делали это сами.

Молчун Джаред только выразительно хмыкнул и потер широченный как лопата подбородок с глубокой ямкой, который девушки находили мужественным.

Я тяжко вздохнул:

— Не понял, чего вы все здесь делаете? Разве у вас не выходной?

— А разве ты не сегодня должен обручиться со своей истинной? — изогнула бровь Ди.

— Командир, ты же на бал собирался, не? — Акромби потер место, где сильные пальчики ерры Амбер едва не выдрали ему клок волос.

— Мы подарок приготовили.

— Вы должны нам вечеринку!

Фразы братьев Ойсмеров снова прозвучали в унисон, и одни пихнул другого в плечо.

— Придержите подарок для лучших времен, у меня задание.

Молчун Джаред удивленно крякнул.

— Какое задание? — нахмурился Эрик. — А мы?

— А что вы? У вас выходной, вот и отдыхайте, — махнул рукой я.

— Дэрин, это подозрительно выглядит, не находишь? — снова заворковала Ди в своей обычной манере.

Глава 26. В которой место преступления

От объяснений и вранья подчиненным меня спас командующий Данаостро. — Ерр Штарн, вы готовы?

— Да, ерр Данаостро.

— Тогда идем. Остальным разойтись!

Ребята тут же подтянулись и прекратили дурачится, лишь пытливо смотрели на начальство, а Дилайла еще и вопросительно их таращила, указывая на спину командующего, когда тот отвернулся и направился к выходу. Я только улыбнулся и развел руками, ничего не объясняя.

Мы быстрым шагом направились к «Пятерке», именно оттуда было принято стартовать в астрал, чтобы не нарушать защиту. На подходе я ощутил усиленный полог. Это было правильно, никто не должен оказаться рядом, когда мы уйдем в астрал.

— Дорн проследит, чтобы за нами никто не увязался, — словно прочитал мои мысли Андрес.

Стоило преодолеть широкую полосу маскировки, из-за которой арена казалась пустынной, и проявились силуэты нескольких человек.

Кивком поздоровавшись, я отметил, что здесь подобралась немногочисленная компания. Я узнал троих уже знакомых мне закаленных боями ветеранов, Тора Вальдини — декана боевиков с его рунным мечом Эфира и магистра Амендеру Кендл в вычурной, украшенной крупными аметистами броне. Сегодня она стала единственной женщиной в отряде. Магистр в основном работал в академии и редко ходила в рейды — только по особенным случаям. Но однажды мне довелось видеть ее в бою, и я не завидовал демонам. У этой женщины была особенная способность видеть скрытое. Магистр Кендл умела обнаруживать ловушки и уязвимые места тварей, а ее серо-стальные крылья были не менее опасны, чем артефактный меч, что сейчас покоился в ее ножнах.

Поприветствовав их, командующий Данаостро вкратце ввел всех в курс дела. Ветераны были искренне удивлены, один даже присвистнул и выругался, обложив моего будущего тестя не самыми приличными словами, но никто не отказался. После слово взяла магистр Кендл и по пунктам объяснила, кому что следует делать. Похоже она шла с нами не столько в качестве бойца, сколько как знаток ритуала, чему я совершенно не удивился.

— Андрес, а нас не слишком мало для такой цели? — поинтересовался один из ангелосов.

— В самый раз. Зона вокруг изолирована, опасаться нечего. А если владыка вырвется, то мы только будет мешать друг другу если нас будет больше.

С этим все тут же согласились.

— На счет три, — традиционно призвал к переходу командующий Данаостро.

Прозвучало хоровое: «Три!», — и я одной силой мысли перенесся в астрал.

— Ох, Дерри! — восхищенно выдохнул Тор Вальдини. — Никак не привыкну к твоему облику здесь.

Декан боевиков, которого доставила в астрал магистр Кендл, вытер воображаемый пот, жадно разглядывая стоящую рядом невероятно красивую женщину. И слегка обнаженную. Удивительно, но отчего-то доспех Амендеры Кендл больше напоминал пластинчатое белье, обнажая большую часть ее тела и демонстрируя плоский живот, большую грудь и стройные ноги. Зато ее крылья по внешней стороне отблескивали голубым смертоносным металлом, на котором зловеще вспыхивали розовыми огнями аметисты.

Это было красиво. Как мужчина я не мог этого не признать. А вот признать, что это практично я как раз и не мог, но что поделать.

— Мне придется принять холодный душ, когда вернемся, — не унимался Тор, за что получил ощутимый тычок в бок от маленькой по сравнению с ним блондинки.

— Не придется. Пожалуй, я забуду тебя здесь.

— Моя жена тебе этого не простит.

— А я расскажу ей, что ты мне тут наговорил, и она сразу смягчится.

Забавно. Мы шли на такое серьезное задание, но это не мешало им дурачиться и вести себя как... Как будто они все еще адепты. Странно, но при взгляде на них у меня на душе стало теплее, ведь эти люди пронесли через годы дружбу и не растеряли внутреннего огня. Похоже не только я испытал подобное чувство. Ветераны усмехались в усы, разминая на ходу крылья. И перебрасываясь короткими репликами об обстановке.

Я занялся тем же, пошевелил своими крыльями, вспоминая, как это и заодно осматриваясь. Переходом управлял командующий Данаостро, мы все лишь заякорились на отпечаток его ауры. Место, куда мы перенеслись, на вид отличалось от всех, где мне доводилось бывать ранее. Его отличало необычайно спокойствие и неожиданная красота пейзажа.

— Светло и ни одной твари в округе, — принюхался один из ветеранов.

Остальные пробурчали что-то согласное.

Местность, по которой мы двигались, шла под уклон, вдали узкими гребнями вздымались острые скалы, все как одна направленные вправо, будто каменные столбы кренило сильнейшим ветром. Тропа, по которой мы поднимались, вела нас среди гигантских разноцветных грибов, росших по всюду будто деревья. Их пластинчатые шляпки снизу мягко мерцали, дополнительно освещая ландшафт. Мы лавировали среди них, поднимаясь на холм вслед за Андресом.

— Сегодня целых семь, — указал на небо Тор Вальдини. — Это что-нибудь значит?

— Никогда такого не видел, — пожал плечами один из ветеранов, шедший к нему ближе.

Я тоже залюбовался на семь лун или планет, очертания которых в небе превращали пейзаж в полнейшее волшебство.

— Глядите! У третьей даже кольца просматриваются. Как же красиво! — восхищенно выдохнула Амендера Кендл. — Андрес, ты уверен, что мы в правильном месте?

— А мы точно в астрале? Или вы меня куда-то еще перенесли? — засомневался декан боевиков.

— Мы в астрале, будьте уверены, — не разделял их восторгов Андрес. — И не слишком-то расслабляйтесь. Сообщите, если кто-то заметит «улитку».

— Улитка в таком месте? Хм, — пробурчал другой ветеран, поправив перевязи мечей.

Под «улитками» командующий подразумевал искажения пространства — местные пространственные аномалии. Интересное явление, при котором местность вдруг потихоньку расслаивается на две совершенно разные реальности. Снаружи такое расслоение действительно походит на закручивающуюся витками улитку. Попасть в такое расслоение незаметно легко, а вот выбраться — проблема.

Считается, что через некоторые «улитки» можно попасть совсем в иные миры, среди которых встречаются даже немагические, из которых потом уже ни за что уже не выбраться. Я не верю, что такое может быть и не знаю, откуда взялась такая теория, если очевидцы заведомо не могли вернуться и обо всем рассказать. Куда как правдоподобнее версия, что не знал.

— Эй, камрады, а кто-нибудь из вас уже попадал в «улитку»?

— поинтересовался Вальдини. — Вот ты, Амендера? Случалось с тобой такое?

— Было дело, — вместо нее отозвался тот ветеран, что ругался.

— И я как-то забредал, — отозвался второй. — Чудом выбрался.

— Одна радость, демоны так же, как и мы, туда попадаются, а выбраться умишка не хватает. Чтобы не сдохнуть от голода, они окукливаются, потому поначалу тормозные, жуть. Самый удачный момент, чтобы их помножить на ноль.

— Судя по новым данным, ни на что мы их не помножаем, — проворчал третий, молчавший до этих пор усатый дядька. — В сиды он превращаются. Семена, значит. И если вы не заткнетесь и не соберетесь, то объявится главный огородник с удобрением, и все наши труды пойдут по...

Проглотив ругательство, он смачно сплюнул на землю, и его плевок зашипел и испарился. Данаостро вдруг вскинул руку с зажатым кулаком, и отряд застыл на месте.

— Ждите здесь, нужно осмотреться! — скомандовал он и, развернув рыжеватые огромные крылья, взлетел.

В бою, как и большинство из нас, командующий сильно менялся, теряя человеческий облик. Красивый мужчина превращался в смертоносное создание, а его крылья вспыхивали огнем, несущим смерть всем местным обитателям.

Почти сразу командующий вернулся к нам.

— Похоже, пришли. Предупреждаю, сейчас мы сделаем то, что обычно делать не рекомендуется — добровольно посетим «улитку».

— Данаостро, ты в своем уме? — поинтересовался Тор Вальдини, но его глаза противоречиво горели азартом.

— Это единственная дорога к кокону. Но не переживайте, оттуда легко найти выход.

За гребнем холма, на который мы поднялись, тропа едва заметно вильнула вправо, и только когда командующий первым направился по ней, стало заметно искажение пространства. Ни секунды не помедлив за ним направилась Амендера Кендл. Перехватив поудобнее длинную рукоять боевого молота, за ними зашагал боевик.

Переглянувшись с ветеранами, я сделал то, чего не делал еще никогда — добровольно пошел прямо в ловушку.

В какой-то момент мне почудилось, что земля уходит из-под ног. Пошатнувшись, я взмахнул руками и глянул на верх, где продолжилась виться тропа, а местность точно склеивалась из разных кусков. Миг. И наваждение пропало, оставив лишь легкое чувство дурноты.

— Вон он — кокон! — надтреснуто сообщил Данаостро, который ожидал нас на совершенно новой тропе и здесь тоже было по-своему красиво.

Свет по-прежнему лился со всех сторон, но от романтики и простора и следа не осталось. Мы очутились не то в пещере, не то в густой чаще, кроны которой смыкались над головами. Деревья тянули искривленные ветви, подсовывали под ноги корни, ядовитые цветы призывно пахли, раскачиваясь на лианах.

Прямо перед нами простиралась неширокая винтовая лестница, которая вела к постаменту, где в корнях толстого дерева зловещим красно-оранжевым цветом мерцало нечто похожее на воздушный шар, наполненный водой. Внутри что-то постоянно колыхалось и перетекало, а иногда можно было разглядеть какую-то тень, которая приближалась к поверхности. В такие моменты вокруг тревожно вспыхивали руны, выбитые на остроконечных камнях, разбросанных повсюду.

А еще здесь была кровь. Много крови.

Глава 27. В которой поцелуй владыки демонов

Бурые пятна угадывались на ступенях. Брызги на пожухшей листве, мазки на ближайших камнях, отчетливый отпечаток пятерни на последней ступени.

Едва оказавшись здесь, я ощутил, давящую на плечи враждебную энергию. И чувство такое, будто на меня кто-то смотрит.

— Зря не взяли с собой никого из некромантов, они бы рассказали, что здесь произошло,

— констатировала магистр Кендл.

— И так все ясно. Предатель убил караульных и провел кровавый ритуал, чтобы помочь владыке выбраться, — ответил Андерс.

— Да, но мы по-прежнему не знаем, кто именно это сделал.

— Некромантам вход в астрал заказан. Говорят, здесь с ними творится нечто страшное, я не могу так рисковать. Кто бы он ни был, нам предстоит его вычислить, а сейчас следует поторопиться. Кокон вот-вот развеется.

— Но как вы это поняли? — не выдержал я.

— Он был желтым, когда мы его обнаружили.

Тут уж и я припомнил прочитанное в скрижалях. Действительно чем краснее кокон, тем ближе его разрушение. Наш скоро станет алым — это меньше суток.

— Тогда не будем терять времени! — первой спохватилась магистр Кендл. — Нужно срочно стереть кровь со всех направляющих энергию стел, — она указала на остроконечные камни, и мы принялись выполнять указание.

Тем временем они вместе с командующим поднялись на постамент к самому кокону.

— Дэрин, подойди, — позвал меня Данаостро. — Помнишь описание ритуала?

Я кивнул, отмечая про себя, что сопоставить написанное в скрижалях с тем, что я вижу не так уж и просто. Все же это не моя специализация.

— Магистр Кендл обновит и усилит источники энергии, я не слишком боюсь боли, потому выступлю как проводник и перенаправлю ее в оболочку кокона.

Я кивнул, припоминая, что прохождение энергии через живое тело — обязательное условие. Это потом для подпитки оболочки довольно будет и той, что генерируют стелы.

— Подозреваю, что будет непросто и, возможно, владыка вырвется. Мы не должны ему позволить выбраться из кокона полностью, иначе будет очень сложно его туда снова загнать, — Андрес вгляделся в смотровую щель моего шлема, словно убеждаясь, что я понимаю.

— Работайте. Я возьму владыку на себя. У меня самая крепкая броня из всех известных мне демоноборцев, и мой особый дар должен помочь. Постарайтесь сделать все раньше, чем он меня сломает.

Данаостро кивнул и, хлопнув меня по плечу, повернулся к остальным:

— Ваша задача прикрыть магистра Кендл! Она должна завершить ритуал во что бы то ни стало.

— Да, командующий! — громыхнули в унисон вояки.

Заблестели клинки, развернулись во всю ширь крылья, когда демоноборцы заняли боевой порядок. Магистр Кендл подошла к первой стеле, положила руку прямо на выбитую в камне спираль и что-то зашептала. Под ее ладонью вспыхнуло, и когда она ее убрала, там оказалась какая-то ложбинка или ямка. На этом дело не кончилось.

Амендера ухватили один из крупных аметистов на своем крыле и резким движением его оторвала, морщась точно от боли. После чего вложила камень в образовавшуюся ложбинку. Тот сел как влитой, внутри разгорелся фиолетово-розовый огонь, а затем из камня ударил луч прямо в спину занявшего позицию возле кокона командующего Данаостро, и тот издал утробный звук, точно его ударили чем-то тяжелым. Я видел, как расширились его зрачки

Похоже, быть проводником не так уж приятно.

Лишь секунду Данаостро медлил, после чего положил обе ладони на поверхность кокона, движение внутри которого тут же усилилось. Как и чувство опасности. Магистр Кендл продолжала свое дело. От давления разных видов энергий закладывало уши, но пока все шло своим чередом. Морщился от боли Андрес, настороженно оглядывались ее охранники, а я чувствовал себя не слишком нужным.

Но после четвертой стелы все вдруг быстро изменилось. Рык, визг, рокот — звуки донеслись точно издалека, но мы мгновенно поняли, что сейчас со всех сторон в «улитку»

— замкнутый мир, где мы находились — пытаются пробиться демоны. Страшно представить, что теперь творится снаружи. Подобрались ветераны, готовясь к скорой битве. Магистр Кендл вложила очередной аметист в гнездо на каменной стеле, когда кокон вдруг вспучился и разорвался.

Все случилось столь внезапно, что никто не ожидал. Я едва не свалился с постамента прямо на острые сучья, удержался лишь инстинктивно замахав крыльями, а прямо перед моим лицом оказалась искусно выделанная золотая маска, закрывающая лицо владыки демонов. Нижняя его часть — кончик носа, подбородок, губы оставались открытыми.

Я ожидал увидеть чудовище, но... Владыка был по-своему красив.

Обычно я был равнодушен к своему полу, но похоже он что-то внушил мне, заставив на миг забыться. Я просто махал крыльями и любовался открывшейся мне картиной.

— Дэрин! — рык Данаостро вывел меня из транса вовремя.

Я отпрянул, увернувшись от острых когтей, которые выросли прямо из пальцев владыки. Ударил мечом, который отскочил от обнаженной кожи главного демона точно от доспеха. Он ухмыльнулся и развернул черные крылья, пытаясь ими взмахнуть, но я помнил приказ. Упав на него сверху, придавил всем телом, загоняя обратно в кокон. Демон вцепился в мою шею, словно собирался поцеловать. Его губы оказались так близко, что я невольно дернулся, пытаясь отодвинуться и нанес ему несколько мощных ударов по корпусу.

И снова никакого толка, заостренные пластины на моих костяшках не нанесли ему ни царапины. Я бил снова и снова, чувствуя, как активируется мой дар демоноборца. Теперь цель не видит иных врагов кроме меня. Главное, чтобы доспех выдержал. Интуиция подсказывала, что без него я долго не проживу.

Но демон не бил. Вместо этого он вцепился в мои крылья, не позволяя ими взмахнуть и прижался ко мне губами. В этот миг перед глазами стремительно замелькали события моей жизни. А потом вдруг мелькание прекратилось. Перед глазами встало счастливое лицо Мари. Она улыбалась, а на ее виске мерцало голубовато-фиолетовым серебром ай'рэ.

— Даааа. — удовлетворенно прошипело создание, на миг освободив мой рот.

Только сейчас я вспомнил, что так и не отказался от истинной, а теперь она в опасности по моей вине.

— Нет! — зарычав я рванулся с утроенной силой.

Ударил сапогом, куда достал.

— Дочь Эфира мояяяя.! — зазвучал потусторонний голос Владыки.

Я мотнул головой, прогоняя такое живое видение и с отвращением вытер губы. Пожалуй, это воспоминание будет самым унизительным в моей жизни. Где-то на границе сознания, послышался саркастический смешок, и я едва сдержался, чтобы не стиснуть в ладонях голову. Обвел взглядом пространство, осознавая, что все еще нахожусь на улице, а не в астрале. Светило яркое солнце. Мимо, меня стреляя глазками и смущаясь, пробежали адептки-первогодки. Юные, свежие и веселые...

Марэна... Мари. Мари, я не могу без тебя. Я словно опустошенный сосуд, и нет ничего, что сможет меня снова наполнить.

Я потер грудь, где словно образовалась дыра.

Тогда мне удалось разорвать нашу с Мари связь, чем я невероятно разозлил владыку демонов. Я проорал ему в безглазое из-за маски лицо: «Эфир, я отказываюсь от твоего дара!»

Ох как он разозлился! Красивые губы недовольно искривились, обнажив острые клыки.

— Ты пожалеешшшшшь! — прошелестело в моей голове. — Я все равно доберусь до нее!

А затем мне стало больно. Очень больно и внутри, и снаружи. На несколько мгновений я почти ослеп, хоть и продолжал отбиваться, что есть силы.

Не знаю, что именно владыка со мной делал, но пришлось пожертвовать крылом, чтобы вырваться из его мертвой хватки. А затем все пошло кувырком. Я упал, на землю, не в состоянии больше летать. Второе крыло безвольно волочилось по земле, больше мешая.

Тут же нас атаковали полчища тварей, мешая завершить ритуал.

— Стоять насмерть!

— Не подпускать их к магистру Кендл! — ревели ветераны.

Потоки магии разрывали тварей в клочья. От ударов молота декана Вальдини расходились круги силы, сметающие целые полчища. Разили копья света, которые успевала рассылать вокруг сама магистр Амендера.

Кое-как я пришел в себя и поднялся на ноги. Убедившись, что ветераны справляются с защитой магистра Кендл, побежал обратно к командующему. Меня отшвырнуло довольно далеко, и пришлось прокладывать себе путь мечом.

Владыка медленно, но верно освобождался из кокона, который полыхал магией, но словно бы не мог закрыться, пока ему мешали. Твари попытались прийти на помощь своему господину и добраться до командующего. Тот не мог оторвать рук от кокона, но его огненные крылья били демонов наповал. Хватало одного прикосновения, чтобы крупной твари пришлось несладко, а мелких и вовсе убивало наповал.

Нет. Превращало в сиды — семена, которые оживут снова, если владыка высвободится.

Я снова взобрался на помост и встал стеной, не давая владыке ударить командующего когтями отвлек на себя тварей. Мой доспех им было не пробить, а моя особая способность заставляла их атаковать только меня.

— Ничего не получается! — раздался крик магистра Кендл. — Несколько стел разбито. Андрес, что же делать?

Энергии уже активированных стел не хватало, чтобы вдосталь напитать кокон, это было ясно всем. Ситуация сложилась почти патовая, если бы не владыка. Было видно, что ему не просто, он даже перестал отвлекаться на меня, сосредоточившись на разрушении кокона, но и у нас не было возможности, завершить ритуал.

— Дэрин, я знаю, как запереть его, помоги мне! — попросил командующий Данаостро, перекрикивая гвалт, который устроили набежавшие твари.

Раскидав ближайших, что насели на меня, я подобрался вплотную к тестю.

— Что от меня требуется?

— Мне нужно немного энергии, ты можешь подпитать меня?

Кивнув, положил ладонь Андресу на плечо, установив контакт наших аур, и направил поток магии в один из основных каналов. Простая процедура, которую мы отрабатывали не раз еще в академии.

— Довольно! А теперь... Отвлеки его.

Я выполнил приказ и нанес сокрушительный удар владыке демонов, вложив в него всю свою ярость и гнев за то, что он сотворил. Но я и не подозревал, что именно задумал командующий.

Глава 28. В которой победа, поражение и новая должность

Данаостро принял решение завершить ритуал, завязав его на себя. Это был единственный выход, пусть и временный. Воспользовавшись мгновением передышки, что я ему устроил, он одним точным движением вырезал запирающую руну на собственной груди и, дотянувшись, схватил оглушенного владыку, потянув вниз. В тот же миг стены кокона обрели целостность и твердость камня, заставив меня инстинктивно отшатнутся.

— Андрес, нет!

Командующий сам оказался наполовину внутри этого кокона. Его грудь, живот и руки стали частью его стенки, снаружи осталось все остальное.

— Теперь у вас будет время что-нибудь придумать. Используйте его с толком. И, Дэрин, присмотри за моей дочкой. Что-то неспокойно как-то на сердце.

Пользуясь передышкой, мы добили прорвавшихся в «улитку» тварей, а новые больше не прибывали, не в состоянии отыскать место заточения владыки. Его зов больше не достигал их разума.

После мы собрались вокруг кокона. Магистр Кендл его осмотрела и вынесла вердикт:

— Командующий Данаостро не сможет долго протянуть без подпитки, но владыка не станет его убивать, ведь тогда кокон окончательно замкнется, снова замуровав его на долгие годы. Единственный для него шанс — дождаться, когда Андрес достаточно ослабеет, чтобы...

— Ваша задача сделать так, чтобы я еще долго не ослабел. Я использую технику глубокой медитации, чтобы сохранить то, что у меня есть, поэтому в следующий раз у вас не выйдет со мной поболтать, — он криво усмехнулся. — И крылья мне пока ни к чему, пусть послужат на благо.

Два роскошных пылающих пламенем крыла сначала погасли, а затем и вовсе растворились в воздухе.

— Все, идите. Схема выхода: три-пять-два. Надеюсь, в следующий раз вы придете с хорошими новостями. Передайте Дорну, чтобы здесь продолжали дежурить, но удвойте караул. И помните о предателе, он может попытаться снова.

— Мы вас подпитаем как следует перед уходом, — предложила магистр Кендл и первой положила руку на плечо Андреса, но тут же ее отдернула. — Я. Я не могу этого сделать. Аура. Она изменилась!

Все попытались по очереди, убеждаясь, что Андрес точно изолирован и в этот миг все пространство наполнил звук, удивительно похожий на издевательский хохот, но тут же пропал.

В астрале такие штуки не редкость, так что никто не придал ему особого значения. Мало ли чем демоны пугают и действуют на нервы.

— Похоже дело в запирающем ритуале. Командующий Данаостро стал непроницаемым для магической энергии, ведь теперь он сам — часть кокона, — объяснила ситуацию магистр Кендл.

— Да только нам от этого не легче, — откомментировал ее слова Тор Вальдини.

— Значит, у вас еще меньше времени, чем я полагал. Не теряйте его зря, а я постараюсь продержаться как можно дольше, — поставил точку Данаостро.

Поникшие и в глубокой задумчивости мы спускались по лестнице, когда он позвал меня:

— Дэрин?

— Да, Андрес? — я вернулся назад.

— Присмотри за моей дочкой, если вдруг. Если вдруг случится такое, что она выйдет из убежища раньше, чем я освобожусь. Или если, — он поморщился. — Если я не освобожусь вовсе. Моя жена не пропадет без меня, да и Олланд ее поддержит. Но Ниара всегда занята, а Марэна. Она такая у меня непоседа, — он ласково улыбнулся и в его глазах блеснула влага, которая, впрочем, тут же высохла. — За Мари нужен глаз да глаз, она не должна пострадать, слышишь?

Чувство вины за то, что подверг Марэну опасности, опалило нутро похлеще паленой сивухи. Но я не стал озвучивать то, что меня больше всего тревожило. Я отказался от ай'рэ, до того, как владыка успел причинить вред моей истинной, но теперь он знает о ней. А я знаю. чтобы защитить мою Мари, мне придется сделать невозможное — найти способ уничтожить владыку.

— Простите, Андрес. Я должен был отказаться от ай'рэ заранее, еще до похода. Я непростительно медлил, — я покаянно опустил голову.

— Это ты меня прости, Дэрин. Из-за моего решения сегодня ты слишком многого лишился, а теперь я прошу тебя о том, что причинит боль... — он понизил голос, словно не хотел, чтобы другие слышали. — И еще, Дэрин, владыка забрал твое крыло, будь осторожен. Если с тобой начнут происходить странные вещи, сразу же обратись к лекарям.

Я уставился на него, не до конца веря в то, что услышал. Чувство было такое, что меня облили ледяной водой и выставили на мороз.

— Владыка забрал мое крыло?! Как это?

Я сам этого не видел, потому что те несколько мгновений провалялся ослепшим и оглохшим от боли.

— Крылья — часть нашей ауры. Их суть — энергия, — командующий Данаостро повторил то, чему учат еще на первом курсе. — Но она не развеялась, когда владыка оторвал твое крыло. Он впитал ее всю до капли, я видел все собственными глазами, но не знал, как ему помешать. Руки были заняты, — Данаостро невесело усмехнувшись, указал глазами на кокон.

Я шумно выдохнул и огляделся по сторонам, пытаясь переварить услышанное.

— Я понял. Буду осторожен и внимателен. Обещаю.

Ободряющим жестом я положил ладонь на плечо Андреса. Прямо на то же самое место, через которое подпитывал его магией и вдруг понял, что способен сделать это снова.

— Андрес! Похоже, у нас будет чуть больше времени, чтобы со всем разобраться. Я все еще могу вас подпитать. Эй! — позвал я ожидавших меня остальных. — Я могу подпитать командующего!

После недолгого исследования и новых попыток, магистр Кендл вынесла вердикт:

— Не знаю, как именно это произошло, но между тобой и командующим образовалась какая-то странная связь.

— Выходит, Штарн, только от тебя теперь зависит, насколько долго он протянет, — хлопнул меня по плечу один из ветеранов.

— А мне это не нравится. Ты станешь самым уязвимым нашим местом.

— Это еще почему? — я нахмурился, не до конца понимая, к чему он клонит.

— Все верно, — магистр Кендл обошла меня по кругу с задумчивым видом и остановилась напротив. — Ты только в астрале такой крепкий и неуязвимый? Можешь выдержать прямой удар ножом в живот в реальном мире?

— Конечно нет, вы о чем... — я осекся, наконец сообразив. — Хотите сказать, что предатель попытается убрать меня там?

— Если кто-то планировал устроить прорыв, то вторая попытка неизбежна. Особенно если этот кто-то узнает, что здесь случилось.

— Необходимо принести клятву, — предложил Тор Вальдини. — Все мы должны поклясться собственной кровью и магией здесь в астрале, что не разгласим ни одной важной детали нашего похода никому кроме Дорна и короля Олланда при нужде.

— Да еще тех, кто будет здесь дежурить, но и им все подробности ни к чему, — добавила магистр.

— Ты хочешь оставить здесь караул? — нахмурился Вальдини.

— Не думаю, что стоит оставлять Андреса одного, — кивнула та.

После этого предложения повисла тишина. Ветераны хмурились и переглядывались. Клятва и правда была страшная. Нарушитель лишался магии, а затем и жизни, если имел неосторожность попасть в астрал. Но и если не попадал, все шло наперекосяк, сильно сокращая ее продолжительность.

— Что вы на меня так смотрите? Или есть чего скрывать? Или переживаете, что шепнете что-то любовнице в порыве страсти? Нет? Тогда чего медлить?

Задиристый боевик, показывая пример, первым резанул себе ладонь коротким кинжалом и выдавил несколько алых капель, которые развеялись, так и не долетев до поверхности.

— Клянусь, что никому, кроме короля и командующего Дорна не раскрою ни одной важной детали этого похода, до тех пор, пока от этого не будет зависеть выживание человечества,

— пафосно выдал он.

Формулировка показалась довольно удачной, и все ее подхватили. Второй поклялась магистр Кендл, разрезав ладонь прямо об острую кромку собственного накрыльника. За ней последовал и я. Сплюнув на землю поклялся тот самый сомневающийся во всем ветеран, видимо боясь передумать, а его товарищи сделали это едва ли не одновременно с ним, так же воспользовавшись крыльями магистра, на что единственная среди нас дама лишь закатила глаза.

Все. Теперь можно было уходить.

Схема выхода сработала отлично, и «улитка» нас выпустила без проблем. По возвращении я все рассказал декану Дорну, и теперь он денно и нощно работал над способом освобождения командующего Данаостро из плена. А я все свободное время искал в библиотеке хоть какой-то намек на то, что владыку можно уничтожить. Если никто до нас не пытался, это еще не значит, что такого способа нет. В конце концов его можно изобрести.

Ну и конечно же было важно понять, кто же все-таки тот предатель, который попытался выпустить владыку, но на этот счет пока у меня не было никаких идей, слишком мало мне было известно. Но самое неприятное выяснилось уже через несколько дней. Я больше не мог надолго покидать территорию академии, и на это было сразу две причины.

Первая: через день я должен был посещать командующего в астрале, чтобы подпитать его энергией. Но даже короткие отлучки были ощутимы. Он как-то чувствовал нашу связь, объясняя, что она становится слабей, и это как-то влияет на его состояние. Сам я этого не ощущал совсем, а он ничего толком не объяснил как, но попросил не отлучаться больше без веской причины. А вторая причина была куда более прозаичной: меня преследовали демоны. Я это выяснил, когда всю нашу команду вызвали во дворец с докладом, но я туда не дошел. Так и не преодолев половину пути я дважды подвергся нападению демонов.

Не знаю, откуда только они взялись, но бьюсь об заклад сейчас я могу работать приманкой, просто прогуливаясь по городу. После этого инцидента Дорн велел мне вернуться как можно быстрей в академию. Ничего страшного в том, чтобы пока пожить здесь затворником не было, но наводило на определенные мысли — моя жизнь действительно кому-то нужна.

Я вспомнил лицо советника Кинроя, который прибыл за нами, и усмехнулся. Наверное, этот лощеный франт никогда в жизни ни с чем подобным не сталкивался даже, ведь это были не низшие, которые подселяются незаметно к тем, кто находится в смятенном состоянии. Это были настоящие боевые твари, которые прикончили лошадей и спалили карету еще до того, как мы успели из нее выбраться.

Мы с ними быстро разобрались, но такой инцидент после того, как было объявлено о чистоте столицы!

Все еще улыбаясь, я постучался в дверь кабинета декана Дорна.

— Войдите! — рявкнули изнутри.

Моя улыбка стала шире, стоило подумать о временах, когда вот такое «радушного» приглашения не то что двери отворять, бежать до самого некромантского общежития хотелось.

— Командир Штарн прибыл по вашему приказу, — отрапортовал я по военной привычке.

— Дэрин, на этот раз я тебя вызвал не как командующий, а как декан факультета, — он криво усмехнулся.

— Как декан? — я слегка удивился такому повороту. — Но я уже закончил обучение, если помните. Или желаете предложить мне повышение квалификации? — пошутил я.

— Можно и так сказать. Ты ведь все равно безвылазно находишься на территории академии, и я тут подумал, что тебе, должно быть, скучно. Хороший командир всегда найдет, чем занять своих подчиненных.

Он заговорщически подмигнул, а я сразу же почуял подвох.

— Комнадующий Дорн?

— Для тебя новое назначение, — он подвинул ко мне папку с какими-то документами. — Вот ознакомься и подпиши.

С некоторой опаской я сел за стол и принялся читать.

— Преподаватель боевой магии для первокурсников? Я?! Да вы чего? Я же их всех поубиваю!

— Ну я же вас в свое время не поубивал, а, порой, так хотелось... — декан Дорн мечтательно прикрыл глаза.

— С некоторыми за вас это сделали демоны.

Мне вдруг разом стало как-то не до шуток, стоило припомнить погибших во время боев однокурсников.

— Тогда стань лучшим учителем, чем был я, — Дорн хлопнул меня по плечу. — Ты прекрасный демоноборец, научи их всему, что умеешь. Там есть программа, но и жизненный опыт немаловажен.

Я подумал, а чего я теряю, и подписал бумагу. Если это принесет пользу, почему бы и нет. Магические чернила замерцали, подтверждая подлинность сделки. Теперь я целый год буду учить новичков в Лигирийской академии магии, вот это поворот.

— Это все, зачем вы меня звали?

— Да, можешь быть свободен до конца вечера. Завтра утром снова к Андресу?

— Я кивнул.

— Хорошо, тогда распоряжусь подогнать расписание.

Я уже собирался уходить, когда Дорн меня окликнул:

— Дэрин, чуть не забыл. Среди новичков Марэна Данаостро, дочь командующего. Понимаю, тебе будет непросто, но постарайся сделать так, чтобы она выбрала другой факультет.

— Мари — демоноборец?!

Моя челюсть упала на пол с грохотом и закатилась под шкаф с книгами. А иначе почему я не мог больше ни слова вымолвить.

— Да, я тоже неприятно удивился. Какая-то глупая случайность. Полагаю, девочка слишком много думала о пропавшем отце, это повлияло на решение Дверей Судьбы. Сам знаешь, как они устроены.

— И вы хотите.

— Я хочу, чтобы она прошла Двери еще раз через месяц. Ей не место среди таких как мы!

— взъярившийся без видимых причин Дорн грохнул кулаком о стену. — Этим должны заниматься мужчины. Ты же понимаешь, что ее ждет? О какой нормальной семье может идти речь?

Декан отвернулся, сделав вид, что рассматривает портреты известных демоноборцев, что украшали одну из стен его кабинета. Но я успел заметить, как его глаза влажно блеснули, и вспомнил слух, ходивший среди адептов, еще когда я учился здесь.

— Командующий Дорн, можно личный вопрос.

— Валяй... — ответил он с некоторой задержкой.

— Ваша дочь?

— Да. Ангелика погибла, потому что слишком сильно желала быть похожей на меня. Я всегда был против ее выбора, но когда это молодежь слушает родителей? Я ничего не имею против Марэны. Уверен, что она хорошая девушка. Андрес мой друг, и я обязан сделать все, чтобы с его ребенком не случилось ничего подобного.

— Я понял. Сделаю все, что в моих силах.

Глава 29. В которой маленькие девичьи радости и неловкости

Ноги сами принесли меня к общежитию некромантов. Како-то смурной парень молча проводил меня взглядом, когда я пересекла холл и принялась подниматься по лестнице.

— Кто там? — жизнерадостный голос Амалии ответил на мой стук.

— Это я, Мари.

— Входи! — Дверь резко распахнулась прямо перед моим носом. — Марэна, ты плакала?

— улыбка тут же сошла с лица подруги.

Я кивнула, чувствуя, как к горлу снова подступает противный комок. Ами вдернула меня внутрь за руку и, проверив зачем-то коридор, захлопнула дверь, закрывшись на щеколду.

— Что ты делаешь?

— Первогодкам принимать гостей нельзя, нам сегодня на собрании сказали. Но не важно. Что у тебя случилось?

— Я видела Дэрина, — это все, что мне удалось выдавить прежде, чем горячие соленые слезы снова обожгли мои щеки.

— Ох! — подруга приложила ладошки к лицу. — Даже не знаю, что и сказать. Вы разговаривали? Он объяснился?

— Нет. Я убежала.

— А что Дэрин?

— Что-то крикнул, я толком не расслышала.

— Наверное это было что-то вроде: «Прости меня Марэна, я не достоин быть даже ковриком у твоей двери», — патетично изобразила Амалия, и я против воли улыбнулась.

— Давай больше не будем о нем, а то только настроение портится, — шмыгнув распухшим носом, я поинтересовалась: — А что ты делаешь?

На кровати, на дверцах шкафов и даже на полу были разложены вещи.

— Готовлю себе гардероб, примеряю обновки. Гляди, что мне выдали, — подхватив строгое черное платье без рукавов, Амалия приложила его к себе. — Я уже его подшила, а то слишком длинное. Ненавижу длину до середины икры. Ни то и ни се.

Подруге совершенно не шел черный цвет. Холодная блондинка с фарфоровой кожей казалась в нем еще более бледной и какой-то синюшно-серой. Похоже, мое мнение ярко отразилось на моем лице, потому что Ами усмехнулась:

— Совсем никак, да? Я тоже так считаю, поэтому буду носить его с цветными блузами.

Она принялась демонстрировать, как смотрится форменное платье с самыми разными блузками, которые немного, но оживляли его мрачный облик.

— К лицу надо носить светлое. Если нет воротничка, то пусть будет хотя бы шарф, тогда кожа кажется нежнее. Подойдет и яркое, — подруга тут же продемонстрировала алый шарфик. — А аксессуары в тон будут создавать акценты. У меня есть сумочки разных цветов, а еще колготы и гольфы. Готовые в продаже их сейчас сложно найти, но заказать не проблема. Дополню образы макияжем в пастельных тонах... — Она задумалась, оглядываясь вокруг. — Да! Туфли! Ты только посмотри, что за ужас нам выдали!

Ами ногой выудила из-под кровати кошмарного вида пару. Широкий низкий каблук, квадратный нос и массивная уродливая пряжка даже меня вогнали в священный ужас.

— Это же просто прощай молодость! Сколько столетий назад такое носили? Нет, я их не надену даже ночью на кладбище. Увольте!

Я вдруг отметила, что Амалия сейчас выглядит какой угодно, но только не расстроенной выбором магической стези. Возможно, это просветление временное, но мне хотелось бы надеяться, что она хоть чуточку смирилась. Двери Судьбы откроются для нее еще раз, но слишком сильно надеяться на них все же не стоит.

Хотя, нет. О смирении говорить пока рано, мы еще и учиться-то не начали.

— Хочешь посмотреть, в чем я пойду завтра на занятия?

— Даешь показ мод! — я вскинула кулак, словно забастовщик на площади.

Примерка окончательно подняла настроение нам обеим. Амалия с видом модной модели наряжалась и, манерничая, ходила по комнате, поясняя на какой предмет в чем она будет ходить.

— Эти туфли, кстати, очень удобные. Разве что немного вызывающие, как думаешь?

Она продефилировала по комнате, звонко цокая тонкими каблучками классических лодочек. И все бы ничего, если бы не ярко-алый цвет пары.

— Обалденные! — искренне выдохнула я. — Но все же для первого учебного дня нужно что-то поспокойнее.

— Ты права. Не стоит показывать характер сразу же, — улыбнулась она и, сбросив обувь, принялась стягивать через голову платье.

Амалия поленилась расстегнуть все пуговицы, и платье застряло.

— Ай! Мари, помоги, пожалуйста. Волосы за что-то зацепились.

Она замерла в неловкой позе, запрокинув чуть назад голову и боясь пошевелиться. Узкое платье стянуло ей руки, лишая возможности нормально двигаться, а любая попытка освободиться причиняла новую боль.

Оказалось, что один из локонов обвился вокруг застежки на спине. Разобравшись в причине, я принялась освобождать подругу, ставшую жертвой моды в прямом смысле.

Пришлось действовать аккуратно, буквально по волоску. Именно в этот момент в дверь снова постучали. Мы обе вздрогнули. Ами инстинктивно одернула платье, пытаясь натянуть его обратно, но я все еще держала в руках ее волосы.

— А-а! — вскрикнули мы хором.

Амалия от боли, я — от неожиданности.

Тут же слабенькая, чисто символическая щеколда на двери отлетела с жалобным лязгом, и створка распахнулась настежь, ударившись о стену.

На пороге показалась долговязая фигура Кристобаля Прима.

Расстегнутая рубашка, демонстрировала нам больше, чем следовало. Как и невесть на чем держащиеся домашние штаны...

Теперь я с уверенностью могла сказать, что некромант не отлынивает от физических упражнений, а еще назвать точно, докуда доходит дорожка волос на его теле. Распущенные черные как вороново крыло волосы разметались по широким плечам. Глаза горят потусторонним огнем, или нам это только показалось?

В общем картина маслом, если учесть, что Амалия стоит перед ним в задранном до самой шеи платье, а из одежды при этом на ней только алое кружевное белье и чулки — это она мне очередной комплект «поярче» демонстрировала, утверждая, что для самооценки важно, чтобы нижнее белье было не менее ярким и красивым, чем все остальное.

Тут-то я и получила ответ на извечный вопрос — на чем штаны у парней держатся.

— Отвернись! — Амалия рыкнула так, что отвернулись мы оба — и я, и Прим.

— Я. Я думал, что у вас тут что-то случилось. Вы кричали.

Впервые я видела кого-то из «Стоп-ай'рэ» настолько смущенным.

— Мало ли кто кричал! Зачем было врываться-то?

— Эээ. Убедиться, что все в порядке.

— Убедился? А теперь выйди и двери за собой закрой!

Вопреки ожиданиям, Прим выполнил приказ Ами в точности, но напоследок все же бросил еще один взгляд в ее сторону.

— Аррр! — подруга запустила в него чем-то алым, что оказалось под рукой.

Это был тот самый шарфик. Снаряд попал точно в цель. Кристобаль ловко подхватил его и, стиснув в кулаке трофей, с победной улыбкой ретировался.

— Вот же! Слов нет! — красная, как тот самый шарфик, Амалия топнула ногой.

— Как тебе удалось освободиться? — удивилась я, обнаружив, что от платья подруга уже успела избавиться.

— Ценой нескольких десятков волос. В ярости еще и не такое сделаешь, — Ами запрокинула голову и, приложив ладони к пылающим щекам, пошутила: — Ну ничего, у меня еще много осталось.

Я улыбнулась, но тут же ткнула в Амалию пальцем:

— Ами, твой ай'рэ!

Побледнев, подруга бросилась к зеркалу, откинула волосы и, повернувшись ко мне, с укоризной выдохнула:

— Мари, зачем так пугать! Я уж подумала — все. Сейчас мой дух сольется с Эфиром.

— Прости. Я не это имела ввиду. Твой ай'рэ так ярко сиял и переливался...

— Да? — Ами пододвинулась ближе к зеркалу и отвела в сторону волосы, скосив глаза на отражение. — Да вроде все как обычно.

И правда, ее ай'рэ больше не сиял.

— Может, мне почудилось? Наверное, солнечные лучи так упали.

Амалия пожала плечами и принялась одеваться и убирать вещи. От моей помощи она отказалась. Сев на подоконник, я принялась молча любоваться видом старого кладбища. Некогда белоснежные скульптуры, давно посерели и растрескались, склепы поросли плющом, а на надгробиях вряд ли можно было разглядеть надписи. Живописная, хоть и гнетущая картина. Интересно, каково Ами здесь ночевать?

Но спрашивать ее об этом я не стала, чтобы лишний раз не касаться больной темы выбора магической специализации.

— Я сегодня собиралась заглянуть домой, но нужно поторапливаться, чтобы вернуться до закрытия территории, — отвлекла меня Амалия.

— Хорошо, идем.

Мне тоже вдруг захотелось домой, поговорить с тетей, увидеть и обнять маму. Надеюсь, она вернется не слишком поздно. А потом подняться в свою уютную комнатку, принять душ и завалиться в постель. Достать из-под подушки припрятанную там книгу, честно стыренную у тети Бесси, и погрузиться с головой в новую историю нежной и чистой, а местами страстной и дерзкой, любви.

— Давай пройдемся немного пешком по городу? — нарушила мои мечтания Амалия. — Погода чудесная, мне так хочется гулять!

— Согласна. С каникулами в этом году не повезло.

— Это точно. Половину в школе просидели, а вторую нам подсократили, так что нужно пользоваться любой возможностью.

Миновав территорию академии, мы едва успели выйти за ворота, как наткнулись, на кого бы вы думали?

— Прид... — я привычно собиралась предупредить Амалию, но вдруг вспомнила, что она просила больше не называть их так и исправилась: — Прим и компания.

— Вижу.

Юргес Кинрой первым заметил нас и направился навстречу.

— Марэна, Амалия.

Церемонно, точно на светском приеме, он раскланялся и приложился к нашим рукам, задержав губы на моих пальцах чуть дольше, чем нужно. Я сама потянула руку, старательно не встречаясь с хитрым. Или томным? Прищуром его глаз.

— Вы что нас караулите? — с подозрением посмотрела на парней Ами.

Последним она удостоила взгляда некроманта, и ее щеки тронул легкий румянец.

— Хм, — только и сказал тот, шевельнув бровями, но даже мне стало еще жарче чем было.

— А зачем нам вас караулить? — простодушно улыбаясь, поинтересовался Дуртауэр, который поздоровался с нами вторым и безо всяких церемоний.

Кристобаль Прим лишь изобразил намек на поклон, но от одного взгляда на его шею стало неловко — там красовался легкий алый шарфик, завязанный небрежным узлом. Похоже, Амалия тоже не осталась равнодушной к такому прямому напоминанию о недавней неловкой сцене, но промолчала.

— Куда направляетесь? — задал вопрос Юргес.

— А вы? — Ами была сама подозрительность.

— Соображаем, как будем развлекаться этим вечером, — продолжал хлопать густыми коричневыми с рыжиной ресницами Дуртауэр.

— О! — Ами покосилась на Прима и затараторила почти обиженно: — Ясненько. Хорошо вам провести время. Пока! Идем, Мари.

Некромант поймал ее ладонь, не дав развернуться и уйти. Положил себе на локоть, накрыв ее кисть сверху своей.

— Кажется, я определился с планами на вечер. Погода прекрасная, провожу-ка, пожалуй, соседку по общаге, а то уже поздно.

— Поздно? Ты что в свежевыкопанную могилу свалился вниз головой или об надгробье ударился, Крис? Еще только пятый час вечера! — удивленно вылупился на него Бран, поглядев на едва склонившееся к горизонту солнце. — Ты сегодня, вообще, какой-то странный. Сначала шарф нацепил бабский, теперь вот это...

Юргес, наблюдая за друзьями, закатил глаза и предложил локоть мне.

Глава 30. В которой волнуются дудхесты

— Дуртауэр, порой, такой несообразительный. Зато, когда дело касается драки, тут ему цены нет, — щекотно шепнул он мне на ухо.

Я дернула головой в сторону, когда его губы невзначай задели мочку, но Юргес уже отодвинулся и поинтересовался как ни в чем не бывало:

— Так куда мы идем?

— Мы с Амалией хотели прогуляться пешком несколько кварталов, а когда надоест, поймать экипаж и отправиться по домам, — объяснила я.

— Отличный план! Мне нравится! — с преувеличенным воодушевлением отозвался Прим, погладив пальцы Ами.

Подруга выглядела еще более смущенной и одновременно растерянной.

— Я — как Ами, — обозначила я позицию.

— Ну хорошо. Только без глупостей, — наконец согласилась подруга, осознав, что все ждут только ее слова.

Прогулка удалась. Еще ни разу я не гуляла вот так по столице в компании умных и приятных собеседников, поэтому искренне наслаждалась каждым пройденным шагом. По пути мы пересекли живописный сквер с фонтанчиками, половина которого была разрушена и все еще восстанавливалась, но вторая функционировала. Здесь гуляли после работы прохожие, продавали мороженое и сладкие булочки. Метнувшись вперед, Бран принес всем нам по рожку. А Юргес с упоением рассказывал о местных достопримечательностях как заправский гид.

Тогда-то мне в первый раз почудилось, что за нами следят. Во второй раз неприятное свербящее чувство появилось, когда мы решили срезать путь через разрушенный квартал. Здесь ни одного целого здания не осталось. Магический удар чудовищной силы стер с лица земли несколько зданий, оставив черное оплавленное пятно.

— Говорят, это сделал командующий Данаостро, уничтожив за раз половину армии демонов.

— А заодно здание храма, и еще две дюжины разных административных построек, — простодушно добавил Дуртауэр.

— Отец... — я приложила к груди руки, чувствуя, как рвется наружу глубоко запрятанная тоска.

Все это время я старалась просто не думать, надеясь, что все будет хорошо.

— Командующий Данаостро обязательно вернется, — Юргес покровительственно обнял меня за плечи, и я была благодарна за эту поддержку.

— А почему здесь ничего не восстанавливают? — логично поинтересовалась Ами.

— Я слышал от отца, что тут не будут ничего отстраивать, просто все снесут и разобьют парк, а командующему Данаостро поставят в его центре памятник.

— Или сделают мемориальную площадь, — невпопад добавил Дуртауэр. — Ой. Прости, Мари.

Среди разрушенных зданий, тянущихся по обеим сторонам вдоль расчищенной для возниц и пешеходов дороги, было как-то мрачно и тревожно. Мне захотелось побыстрее уйти.

Ощущение, что на меня кто-то смотрит пришло неожиданно. Укололо холодком промеж лопаток, и я завертела головой в поисках того, кто это может быть.

— Что случилось? — спросил Юргес, заметив, как я озираюсь.

— Не знаю. Такое чувство, что за нами следят.

Парни насторожились и тоже принялись осматриваться.

— Давайте уйдем отсюда. Я хочу домой, — попросила я.

— Прости, не нужно было напоминать тебе о семейной трагедии, — виновато стиснул губы Кинрой, погладив меня по спине.

— Согласен с Мари. Мне тоже в какой-то момент показалось, что кто-то идет следом. Это началось примерно два квартала назад, — неожиданно поддержал меня Прим. — Парни, будьте внимательней. Сейчас время такое, расслабляться не стоит.

Мы свернули и выбрались на оживленную улочку, и на душе сразу стало как-то легче. Ощущение слежки пропало и больше не появлялось, до самого конца, пока мы не вышли на пятачок, где толпились извозчики-некроманты.

— Нормальных лошадей нет, а дудхесты — не слишком достойный транспорт

— наморщил свой аристократический нос Юргес.

Парень все еще обнимал меня за плечи.

— Мы разделимся. Ты проводишь Марэну, а я — Амалию, — скорректировал планы некромант.

— Эй, а мне что делать? — обиженно протянул Дуртауэр. — Вот всегда вы так меня бросаете!

— Как будто ты в накладе остаешься, ловелас, — парировал Кинрой, многозначительно приподняв бровь.

— Посмотрите только на них! Одна уже лишилась ай'рэ, и вторая тоже собирается, — отвлек нас от разговора писклявый девичий голос.

Мимо шли три ерры. Все, как на подбор, большеглазые красавицы-блондинки в синей форме факультета прикладной магии. Выглядели и двигались они как-то одинаково что ли? Полное чувство, что мимо продефилировали три куклы с полки магазина. Они даже глядели на нас какими-то одинаково-презрительными взглядами из-под чрезмерно пушистых ресниц, какие в жизни не вырастить без магии.

— Завидуй молча, Айра! — беззлобно огрызнулся Бран.

— Завидовать? Ха! Было бы кому?

— Тут скорее посочувствовать надо, да девочки? — неприятно скривилась та, котоую назвали Айрой.

Про себя я окрестила ее главной стервозиной. Она еще что-то собиралась сказать, но тут Дуртауэр вытворил неожиданное. Растопырив руки в стороны и сгорбившись, он вдруг побежал к девушкам с угрожающим:

— Кыш, курицы!

Шокированные красотки с громкими визгами, припустили прочь по улице, смешно загребая ногами и размахивая пакетами с покупками. Парни весело расхохотались, подбадривая товарища.

Мы с Амалией слегка оторопели, не зная, то ли смеяться, то ли осуждать такое поведение наших спутников, но парни тут же забыли об инциденте. Кинрой по-своему оценил нашу растерянность и подбодрил:

— Не обращайте на них внимания. Эфир оказался забывчивым и не наделил эту троицу мозгами.

— Очень надеюсь, что Эфир будет еще более милостивым и защитит всех парней мира во время ритуала, — добавил Прим.

— Что ты имеешь ввиду? — Ами, прекратив попытки, незаметно высвободить руку из его хватки, с любопытством маленького зверька уставилась на некроманта.

— Он надеется, что они никогда не обретут истинных, а то будет жаль этих несчастных, — поддержал разговор вернувшийся Бран.

— Ты... — с негодованием вытаращилась на него Амалия.

— Но пока можно не волноваться. Ни у одной из них до сих пор нет ай'рэ, значит Эфир никого не наказал такими женами, — закончил пояснение Дуртауэр.

— Я бы напротив счел это поводом для беспокойства, — криво ухмыльнулся Прим.

— Да как вы смеете! — Ами наконец высвободила руку из его хватки и топнула ногой. — Это же... Это же то, о чем мечтает каждая девушка. Как можно быть такими бесчувственными?!

— Это ты так говоришь, потому что они еще не видели тебя в некромантской форме, — отметил Прим, и вдруг спросил: — А о чем теперь мечтаешь ты, Амалия? Ай'рэ у тебя уже есть.

Сложив на груди руки, он смотрел сверху вниз, насмешливо разглядывая мою подругу.

— Я. Я не мечтаю. Я знаю, что буду счастлива со своим истинным!

— Ты в этом уверена? — некромант склонился ниже.

— Да! — привстав на цыпочки, выпалила ему прямо в лицо Ами.

Мне на мгновение почудилось, что они вот-вот поцелуются, нов в этот момент случилось то, чего никто из нас совсем не ожидал.

Над площадью разнесся жутковатый трубный звук. Я не сразу сообразила, что это воют дудхесты — все и сразу. Впряженные в повозку мертвые кони, флегматичные даже когда несутся во весь опор, сейчас словно сбрендили. Лягались, рвали упряжь, пытались укусить друг друга и окружающих.

Раздался треск, когда две кареты столкнулись. Виртуозно ругались извозчики, щелкая магическими бичами, они пытались утихомирить и снова взять под контроль взбунтовавшуюся нежить. Но, судя по всему, у них не очень-то получалось.

— Почему дудхесты ведут себя так странно? — Амалия задала вопрос секундой раньше меня.

Прим первым сообразил, что происходит, и снова ухватил ее за руку.

— Быстро! Уходим! — рявкнул он, с тревогой озираясь по сторонам.

— Да что слу. — начала было Ами, морщась от столь грубого обращения.

Но Кристобаль резко ее оборвал, потянув за собой:

— Все потом!

— Я доверяю чутью Прима, — пояснил мне Юргес. Теснее сжав мою ладонь, он без промедления устремился следом.

А у меня снова возникло мерзкое ощущение ледяного взгляда в спину. На этот раз оно было столь сильным, что захотелось съежиться и втянуть голову. А лучше присесть где-нибудь в уголке и спрятаться, накрыв голову руками, лишь бы больше не чувствовать ничего подобного.

Поборов этот порыв, я следовала за парнями, доверяя их опыту. Было ясно, торится что-то из ряда вон, и на шутку их поведение совершенно не похоже. Все члены шайки «Стоп-ай'рэ» выглядели крайне серьезными. Даже чудаковатый Дуртауэр сейчас казался внимательным и собранным.

Прим вел нас не куда-нибудь, а обратно в тот самый узкий проулок между домами, ведущий к разрушенному кварталу.

— Крис, ты уверен, что нам именно туда? — на ходу поинтересовался Дуртауэр.

— Да! Шевелитесь! — коротко рявкнул некромант, не думая останавливаться для объяснений.

Наоборот, припустил еще быстрее. Не поспевая за ним, Амалия споткнулась о каменные осколки дважды, после чего некромант просто подхватил ее на руки. Удивительно, но моя подруга и не подумала возмущаться. Наоборот, крепче ухватилась за парня, стараясь не причинять ему неудобства.

— Эфир! За нами что, гонятся демоны? — растерянно спросила она.

— Похоже, что так! — ответил ей Юргес. — Я остро чувствую эманации астрала.

— Юрг, на что это похоже? — дернула его за руку я. — Что нужно сделать, чтобы тоже его почувствовать?

— Да ничего. Оно к демоноборцам само приходит — такое неприятное ощущение, будто спину холодом обдает.

В тот же миг словно ледяной порыв ветра коснулся моего разгоряченного жарой и бегом тела. Я уставилась на Кинроя, понимая, что именно это принимала за чужой недоброжелательный взгляд, подозревая слежку. А, оказывается, я просто начала чувствовать эманации астрала, как и любой демоноборец!

Впереди показалась черная громадина полуразрушенного и опаленного пожаром высокого здания. Без сомнений мы направлялись к нему.

— Это же храм Эфира! — выдохнула я, узнавая очертания высокого крыльца.

Только взлетев на него, Кристобаль Прим остановился и поставил на землю Амалию. Я видела, как взмок его лоб, как липнут к лицу волосы. Выплюнув волосинку, он достал откуда-то шнурок, сделал петлю и принялся собирать их в хвост на затылке.

— Зайдите внутрь, там вы будете в безопасности. Если дудхесты разбегутся, могут натворить бед, а сюда никакая нежить не сунется.

— Мы? А ты? Ты что, уходишь? — вычленив изо всей фразы главное, Амалия ухватила его за рукав.

— Я должен помочь извозчикам утихомирить дудхестов.

— Ты уверен, что здесь нечего бояться? Нежить, может, и не войдет в храм, но чем нам помогут эти развалины? — поинтересовалась Амалия.

— Все храмы Эфира в столице строились на пересечении потоков магической сети. Такие места нежить обходит стороной не зависимо от того, построено там хоть что-нибудь или нет. Просто оставайтесь поближе к центру строения.

— Демоны тоже сюда не войдут, разве что боевые особи, — прибавил Юргес. — Но не бойтесь, я смогу дать им отпор, — улыбнулся он.

— А я помогу, чем смогу, — Бран Дуртауэр демонстративно наклонил голову в одну и другую сторону, разминая шею.

Прим снова скрылся в проеме между зданиями, где мы только что пробежали, когда Амалия не выдержала:

— Если мы здесь в безопасности, почему вы ему не поможете? Сами слышали, какими опасными могут быть эти дудхесты! А их там вон как много!

— Вот именно. Поэтому пусть лучше Прим с ними сам разбирается, не беспокоясь о нас. Он второй по силе некромант империи, к тому же ему не впервой этим заниматься.

Я припомнила разговор в карете, в тот день, когда Кинрой и Дуртауэр подвезли нас с Амалией.

— Получается, тогда было тоже самое, что и теперь? — уточнила я, чувствуя, как где-то на краешке сознания крутится одна мысль.

— Да. Дудхесты тонко чувствуют эманации астрала и впадают в ярость, будто близость демонов сводит их с ума. К счастью, наш дружище Кристобаль знает, как именно их успокоить, — ответил мне Бран. — Извозчики предупреждены и наверняка уже вызвали команду демоноборцев, они по всему городу продолжают дежурить.

— Верно, мы только будем путаться под ногами, — согласно кивнул Юргес.

— Ну как скажете, — Ами все еще казалась недовольной.

— А если рядом окажется человек, в кого подселился низший, дудхесты тоже это почуют?

— наконец оформила я в слова свою мысль.

— Теоретически должны, но таких исследований пока не проводилось, — задумчиво пожал плечами Юргес. — Об этом и узнали-то лишь недавно. Во время войны подметили закономерность. Но, полагаю, твое предположение не лишено смысла.

— Как бы это проверить? Может, поспрашивать извозчиков, не встречались ли им пассажиры, на которых дудхесты реагировали неадекватно?

— Марэна, Эфир с тобой! Зачем тебе только это понадобилось? — недоуменно вылупился на меня Кинрой.

— В меня вселился низший на королевском балу. Но дворец защищен артефактами не хуже академии или школ. Для демонов есть только один способ проникнуть на его территорию

— кто-то должен принести его в себе!

— С высшим это невозможно, а вот с низшими запросто, — подтвердил Бран.

— Здесь любые артефакты бессильны, но, действительно, никто не будет проводить медицинское обследование каждого гостя! — обрадовалась его поддержке я.

— На балу было столько народу, что проверка затянулась бы на несколько дней. Да и принудить к этому половину гостей настоящая проблема, — продолжил за меня Кинрой. — Сами знаете, мало кто из аристократов добровольно согласился бы на обследование. Особенно те, кто постарше и познатнее.

— О! Там даже за место в очереди такие начнутся обиды и склоки, — оскалился Дуртауэр, продолжая внимательно смотреть по сторонам.

— Какая глупость! Неужели ради безопасности не стоит поступиться городостью? — сморщила хорошенький носик Амалия.

— О да! Ты еще не знаешь, какие среди почтенных матрон слухи ходят, хоть стой хоть падай! — Дуртауэр потер короткостриженый затылок. — Некоторые полагают, что лекари во время проверки читают мысли. Я тут имел несчастье поболтать с одной придворной дамой во время кхм... танца, — начал было рассказывать он, но почему-то осекся и замолчал.

Я перехватила взгляд Юргеса, который смотрел на товарища с таким выражением, что у Бран стремительно покраснели уши.

— Чего вы так подозрительно переглядываетесь? — не выдержала внимательно слушавшая их Амалия.

— А, не важно, — отмахнулся Юргес. — Но Бран прав, даже мой отец сочел бы за оскорбление подобное требование.

— Твой отец королевский советник. Ему не грех покапризничать, ведь он лично контактирует с командующим Дорном и курирует дворцовых безопасносников, а Мари молодец! — звонко ударил могучим кулаком по широкой ладони Дуртауэр. — Выводи всех гостей мимо пары дудхестов, и наблюдай тихонько, от кого у дохлых коняшек башню сорвет.

— Мне, кажется, этот метод несовершенный.

Ами нахмурилась, присаживаясь на то, что осталось от каменного алтаря.

— Почему?

Все взгляды повернулись за ней.

— Хочешь сказать, можно воспользоваться других входом или выходом? — дремуче свел кустистые рыжие брови Дуртауэр.

— Можно, но не в этом дело. Просто сильный некромант без труда успокоит дудхеста, — с толикой превосходства улыбнулась ему Ами.

— А зачем ему успокаивать дудхеста? — все так же простодушно поинтересовался рыжий здоровяк, шагнув ближе.

— Э... Не знаю, — Ами слегка растерялась. — Об этом я не подумала.

— Да все по той же причине, — помог ей Юргес. — К примеру, он старый брюзга, который принципиально не желает подвергаться какой-то там проверке.

— Каждый высокородный кичиться каким-нибудь особенным фамильным средством защиты, даже если это сушеная куриная лапа, — ухмыльнулся Дуртауэр.

— В общих чертах, это так. Но мы все забыли об одной важной детали, — многозначительно поднял вверх указательный палец Кинрой.

— О какой же? — не выдержала я, когда пауза затянулась.

— В некромантов не подселяются низшие — по той же причине, по которой дудхесты бесятся, почуяв астрал. Какой-то конфликт их магии с магией смерти.

Наверное, наш весьма поучительный разговор получил бы не менее интересное продолжение и развитие, но пришлось прерваться. Меня снова обдало холодом, да так резко, словно на голову вылили ведро ледяной воды. Юргес, стоявший вполоборота к крыльцу, стал медленно разворачиваться. Я последовала за его взглядом и остолбенела.

У самой первой ступени воздух шел маревом, как бывает от жары, но это марево поднималось все выше. Густело и уплотнялось, на глазах теряя прозрачность, пока не приняло очертания массивной широкоплечей фигуры. Когда фигура окончательно оформилась, перед нами предстал трехметровый боевой демон.

Неистово завизжала Амалия, а меня и вовсе словно бросило в ледяную прорубь. Дыхание пресеклось, способность двигаться или даже кричать напрочь пропала. Я просто стояла и смотрела, как неумолимо приближается гигантская крыса-переросток.

Именно такие ассоциации вызывала у меня слепая морда со вздернутой губой и тупым звериным носом. Мелкие острые зубки в приоткрытой пасти не казались опасными по контрасту с громадной штуковиной, которую демон держал наперевес в когтистых лапах.

Мать его, что это?! Палица-переросток? Разновидность алебарды?

Вокруг широкого конца его дубиноподобного орудия смертельного труда, вились какие-то заостренные осколки, плавающие в воздухе на расстоянии от всего остального древка.

Отчего-то именно эта штуковина меня пугала больше прочего во всем его нелепом облике. Да и на крысу астральное чудище походило весьма отдаленно. Тело, покрытое ровным слоем серой гладкой шерсти, скорее напоминало гипертрофированное человеческое и бугрилось мускулами, перевитыми жилами. Курчавая грива украшала широченные плечи и спину. Широкие бычьи рога на крысиной башке были направлены вперед и зазубрены точно кошмарные пилы.

А вот глаз у крысовоина не было. По какой-то нелепой традиции, оба демона, с которыми мне довелось встретиться, были с виду слепыми.

Мои мысли пронеслись стремительными птицами, а чудовище тем временем взошло на крыльцо, и его не остановило то, что остатки храма Эфира, в которых мы укрылись, располагались в каком-то там особенном магическом месте.

Сразу стало ясно: если для нежити вход сюда и табу, то только не для таких вот монстров.

Глава 31. В которой охотничий сезон объявляется открытым

Гигантская палица взлетела с явным намерением оставить от меня одно лишь мокрое место, и вдруг ослепительно сверкнуло.

— Получи, тварь!

Сияющий золотом клинок, словно сотканный из света, вонзился прямо в живот демона, а меня что-то дернуло в сторону.

— Мари, не нужно тут стоять! — буркнул Дуртауэр, в прямом смысле подхвативший меня подмышку.

— Бран! Мне больно! — сдавленно скрипнула я, чувствуя, что еще чуть-чуть и у меня хрустнут ребра.

— Ой, прости. Прячься за алтарь! — бросил он, отпуская меня и подталкивая в спину. Создав огненный клинок, он тут же ринулся на помощь товарищу.

— Мари! — помахала мне Амалия из-за за бывшего когда-то алтарем обломка закопченного камня.

Я сделала пару шагов, не слишком торопясь к ней, но остановилась и обернулась, уставившись на сражающихся с монстром парней. Стремительно мелькали всполохи света. Огненный и золотой клинки боевика и демоноборца танцевали, создавали настоящую феерию. От вида этой смертельной красоты, что-то сжалось у меня в груди.

Сосущее чувство внутри настаивало: «Я должна быть там, вместе с ними! Должна сражаться, разве нет?»

Юргес выкрикнул новое заклятие, обращаясь к свету Эфира. Взмахнул рукой, и нас разделила золотая стена, похожая на рыбацкую сеть или пчелиные соты.

Определенно, я должна сражаться, да только не знаю как. У меня совсем нет опыта, и я не умею выхватывать из воздуха оружие или ставить защиту. Меня еще не научили!

Посмотрела на свои ладони. Однажды мне удалось уничтожить демона голыми руками, а что, если с этим тоже сработает?

Закрыла глаза, представив как у меня в руках материализуется такой же меч из света, как у Юргеса, но ничего не вышло. Видимо, в отличии от способности чувствовать астрал, способность пользоваться магическим оружием не появляется у демоноборцев сама по себе.

Оглядевшись вокруг в поисках хотя бы какой-нибудь палки, обнаружила лишь закопченные камни и с сомнением покосилась на гигантскую тварь. Крысовоин вертел шипастой палицей с такой скоростью, что она напоминала колесо несущегося во весь опор экипажа. Нечего даже думать о том, чтобы подойти к нему на расстояние вытянутой руки. Меня просто размажет.

Парни, ловкие и быстрые как коты, словно бы и не боялись, хоть едва успевали уворачиваться, изредка нанося не смертельные, но болезненные удары. Демон все время издавал отвратительные, на грани свиста, звуки от которых противно ныли зубы и ломило виски. Хотелось обхватить голову руками и стиснуть, чтобы только не слышать их больше.

Крысовоин, изловчившись, зацепил-таки Брана. Рыжий здоровяк приложился затылком к обломку стены, да так и сполз, застыв в нелепой сидячей позе. Ноги и руки раскинуты, словно он собирается кого-то обнять, голова свесилась на бок, а из уголка его рта показалась струйка крови.

Грязно выругался Кинрой, потеряв весь свой аристократический лоск, и я сразу поняла — дела плохи. Одному ему не справиться с этой громадиной.

Юргес снова выкрикнул какую-то фразу. Мироздание зазвенело, отзываясь на призыв демоноборца. От концентрированной магии у меня на всем теле волоски встали дыбом. Гигантский световой молот появился точнехонько над головой воинствующей крысы-переростка и, не раздумывая, рухнул вниз.

На месте, где только что размахивал страшным оружием боевой демон, осталась лишь мерзкая приплюснутая куча, похожая на ворог грязного тряпья. Покатилась по оплавленным камням палица, лишенная волшебных шипов.

Кинрой тоже упал на колени, у него носом хлынула кровь.

Такое бывает, когда выходишь за рамки резерва, и заклятие тратит часть твоих собственных жизненных сил. Я сталкивалась с подобным в школе и, не раздумывая, бросилась к парню прямо сквозь мигнувшую и пропавшую защитную сетку. Пусть я не лекарь, но кое-чему мама научила, да и просто могу поделиться с ним магией.

— Мари, я... Прости. Я... Я плохой демоноборец...

Глаза Юргеса так и норовили закатиться. Он весь дрожал, точно от холода.

— Что ты несешь?! — хлопотала я вокруг, пытаясь поднять парня и вытереть кровь с его лица, подпитывая его маленькими порциями. — Ами! Скорее беги за помощью! — крикнула я, пытаясь перекинуть руку Юргеса через шею.

Хорошо, что все закончилось. Надо только пристроить Кинроя поближе к алтарю, и посмотреть, что там с Дуртауэром. Что-то мне не нравится, что он до сих пор не пришел в себя.

Сама беги!

Юргес вдруг оттолкнул меня и, пошатываясь, выпрямился. В его руке снова появился сияющий светом меч. Но тут же мигнул и пропал — он не успел восстановиться. Я ошарашенно повернула голову в сторону, куда Кинрой уставился, и оторопела.

Вихляя пышными бедрами, к нам шла полуобнаженная демоница, появление которой я пропустила. Она не отличалась ростом и куда больше походила на человека, если бы не длиннющие черные когти на пальцах и короткие, но толстые рога на лбу. Самым крупным элементом ее одежды был, пожалуй, стоячий воротник, а все остальное — не более чем тонкие ленточки, невесть, как и зачем удерживающиеся на поджаром теле.

И она тоже была слепая! Не маска, а скорее ленты плоти создавали плотный щит там, где у нормальных существ обычно находятся глаза.

Два раза совпадение, а три — уже статистика!

Из оружия у демоницы был только кнут, но он пугал меня куда меньше, чем гигантская дубина крысовоина. Но чего же тогда так трясется Кинрой?

Ответ на этот вопрос я получила через мгновение. Красивые женские губы астральной твари искривились в улыбке. Она резко взмахнула рукой. Раздался свист и удар. Кинрой бросился ко мне и успел оттолкнуть меня в сторону.

Оступившись, я упала, а поперек тела Юргеса обвилась змеей масляно-черная лента бича. Парень заорал. Запахло паленой плотью. Вскочив, я бросилась к нему и ухватилась за конец страшного оружия, пытаясь помочь высвободиться, но ладони опалило огнем.

Вскрикнув, выпустила бич, и тот сам соскользнул, освобождая Юргеса. Сквозь дыры в располосованной тонкой рубашке на его теле виднелись красные рубцы, сочащиеся сукровицей.

Демоница принялась обходить нас по кругу. Конец бича полз по закопченным камням, чуть подрагивая, готовый снова атаковать в любой момент. Юргес поворачивался следом, стараясь встать так, чтобы я оставалась за его спиной. Он больше не просил меня бежать. И я понимала — это потому, что бежать бесполезно.

Вдруг что-то маленькое ударило прямо в обнаженный живот демоницы, оставив темную точку на серо-синеватой коже. Тварь зашипела, обнажив острые, точно иглы, зубы. Украшенный острой стрелкой тонкий, словно ненастоящий, хвост хлестнул по сторонам.

— Получи, гадина! Нравится?

Амалия, набрав полную горсть голубоватых камешков, метко швырялась в демоницу из-за алтаря. Ее лицо было перемазано сажей, на щеках отчетливо виднелись дорожки слез, но сейчас она не плакала, а в потемневших глазах отражалась решимость.

Это же осколки алтаря! Дошло до меня. Они и правда наносят демонам вред!

Только вот толку от этой атаки было мало. Камешки ударялись, кусая демоницу как осы, но причинить серьезные повреждения не могли. Но, похоже, и тварь не собиралась приближаться к алтарю. Может, ее действительно отпугивало особое магическое место?

Я ухватила Юргеса и потянула было в ту сторону. Тут же свистнул под полуразрушенным куполом бич, заставляя остановиться. Но на этот раз атаковали не нас.

— Ами, нет!

Амалия, взвизгнув, снова юркнула за обломок алтаря, и бич, вхолостую скользнув над его краем, вернулся к ногам рогатой хозяйки. Я внутренне выдохнула, радуясь, что подруга оказалась такой ловкой и внимательной.

— Сиди там и не высовывайся! — предупредила я подругу.

Юргес предпринял еще одну тщетную попытку атаковать демоницу. На магический меч сил у него не хватало, и он использовал кулаки, которые окутались золотым сиянием. Астральная тварь ловко отразила серию выверенных ударов, и нанесла всего один, отшвырнувший моего защитника обратно, а потом повернулась ко мне.

Да что же ей надо-то? Наверное, она чует во мне демоноборца и стремится обезвредить, а я так и не придумала, как к ней подобраться на расстояние вытянутой руки. Что же делать?

Осмотрелась по сторонам. Бран по-прежнему валялся без сознания у самого выхода. Надеяться нужно было не на его помощь, а на то, что он хотя бы жив. Юргес с трудом, но поднимался на ноги. Его снова пошатывало, но парень принял боевую стойку. Я бросилась к нему, и поделилась магией. Слишком много отдавать боялась, добрая часть нужна мне для реализации плана.

— Помоги ее отвлечь! — шепнула Юргесу и принялась потихоньку отходить, надеясь, что, когда демоница нападет снова, у меня получиться подкрасться сзади.

Но план, и так хромавший на обе ноги, провалился раньше, чем мы приступили к его исполнению. Похоже, тварь посчитала меня более опасной и даже не посмотрела на Юргеса, который самым наглым образом принялся выкрикивать оскорбления и швырять в нее осколки алтаря и просто камни.

Не обращая внимания, рогатая тварь повернулась в мою сторону, Кинрой бросился на помощь, но демоница, не глядя, щелкнула бичом, и бесформенная куча, в которую превратился крысовоин, снова восстала. Целый и невредимый громила отрезал от меня Юргеса. Взметнулась и опустилась гигантская палица. Храм загудел, когда удар сотряс свод и так едва державшийся на честном слове. Сверху посыпалась каменная крошка, упали два крупных осколка, и Юргес коротко вскрикнул.

Я уже не видела, что там произошло, потому что уродливое лицо демоницы оказалось совсем близко. Пальцы с острыми иглами, вместо когтей, сомкнулись на моем горле, и я боялась пошевелиться, чтобы не пораниться об них.

Тварь словно рассматривала меня безглазым лицом, или скорее принюхивалась? Не выдержав, пнула ее в голень, едва не отбив ногу. Демоница оказалась твердой, точно выточенная из камня статуя, а у меня что-то хрустнуло в большом пальце. Вскрикнув от острой боли, я сделала то единственное, что могла — приложила обе ладони к ее безглазой маске:

Сдохни!

Сработало!

Демоница, выронив меня, отшатнулась и завопила. От ее крика мне показалось, что в мозг ввинтили сверло, еще чуть-чуть и что-то там взорвется, но все вдруг резко прекратилось. Одновременно промелькнуло что-то черное, и у демоницы не стало головы. Перевернувшись в воздухе, она подпрыгнула, ударившись о камни и остановилась, упершись рогами. Рядом со мной плюхнулось тело, обрызгав меня чем-то черным.

Позади демоницы возник Дэрин. В одной руке у него матово чернел меч, клинок которого будто поглощал свет, другую он протягивал мне.

— Мари, идем!

Я опустила взгляд и снова посмотрела на труп демоницы, который в отличие от крысовоина, стремительно превращалась в кучку черного пепла.

— Скорее, нам нужно вернуться в академию! — Дэрин наклонился и ухватил меня за плечо, помогая подняться.

Я начала приходить в себя, заморгала осмотрелась по сторонам. Вокруг кипело сражение. Еще одна точно такая-же демоница пыталась дотянуться до двух с виду абсолютно одинаковых демоноборцев, которые исполняли невероятные кульбиты так ловко, словно для них не существовало гравитации. Какой-то здоровяк сражался с крысовоином на равных, и я готова была поспорить, что его двуручный меч не меньше громадной палицы.

Кто-то склонился над Юргесом Кинроем, помогая ему подняться. Жив! Обрадовалась я, но тут меня бесцеремонно подхватили на руки и потащили.

Да что же это такое?!

— Отпусти меня немедленно!

— Нет!

— Там мои друзья! Им надо помочь!

— О них позаботятся.

— Ты не имеешь права!

— Имею.

— Ты потерял его вместе со мной! — я уже плакала.

Попыталась извернуться и пнуть Дэрина, но ощущения мало чем отличались от прошлого раза, когда я пнула демоницу. Только палец отозвался острой болью. А он просто меня перехватил и закинул на плечо.

— Уй!

Что с тобой! — меня тут же снова взяли как положено.

Дэрин приостановился и с тревогой заглянул мне в лицо.

— Не твое дело! — хлюпнула я носом и отвернулась, прикусив губу, чтобы загнать противные слезы обратно.

Со мной на руках Дэрин спустился по выщербленным и местами оплавленным ступеням храма. Какой-то солдат тут же подвел к нему храпящую и косящуюся гнедую лошадь.

— Поторопитесь, командир!

Кивнув ему, Дэрин усадил меня в седло, сам запрыгнул сзади на круп лошади.

— Держись крепче!

Хотела было демонстративно скрестить руки на груди или вовсе спрыгнуть, но лошадь уже рванула с места в карьер. Представив, как позорно разобью себе голову или сломаю шею, лишь бы сделать назло, устыдилась. Выжить после стычки с боевым демоном и погибнуть вот так по-идиотски? Глупость какая. Я взялась из рук Дэрина поводья, понимая, что ему не слишком удобно править.

— Гони в академию. Знаешь дорогу?

Я молча кивнула. От всего происходящего в душе царил полный раздрай, но я понимала, что смысла возвращаться к друзьям никакого. Там работают профессиональные обученные и закаленными боями демоноборцы Я ничем не смогу им помочь, только стану еще одной случайной жертвой, которую придется защищать.

Папа часто рассказывал о подобных случаях, когда перепуганные и ослепленные ужасом мужчины только мешали своим присутствием спасать их детей, жен, матерей. Не отдавая себе отчет в своих действиях, они лишь создавал помеху, заставляли еще больше распылять силы. Слушая, я осуждала их и полагала, что уж я-то никогда!..

И вот на тебе, едва не совершила все ту же ошибку.

И все равно меня одолевало какое-то глубинное чувство вины за то, что спасаюсь, бросив остальных там. Бегу прочь с тем, кого решила забыть. Вздох против воли вырвался из груди. А ведь Дэрин здесь вовсе не ради меня. Он всего лишь исполняет свою работу. Наверное, его отряд дежурил поблизости...

— Я пришел за тобой, — тут же нарушил мою стройную теорию Дэрин Штарн. — Тебе не стоит выходить за территорию академии.

— Это еще почему? — возмутилась я, выворачивая на расчищенную дорогу вдоль разрушенного квартала.

— Потому что на тебя объявлена охота.

Глава 32. В которой оживают легенды

На меня объявлена охота? Да что такое он несет?!

— Кому я нужна, чтобы за мной охотиться?

Вместо ответа, Дэрин выкрикнул какое-то заклятье и взмахнул рукой. По дороге вперед понеслось черное, точно сгусток мглы облако. Когда оно развеялось, я едва успела потянула повод влево, заставив лошадь обогнуть большой осколок стены, неведомо как оказавшийся прямо на нашем пути.

Готова поклясться, что ничего подобного не было, когда мы здесь шли...

— Откуда это?

— Я развеял иллюзии.

— Какие иллюзии?

Зачем кому-то понадобилось создавать иллюзию у нас на дороге?

Не успела я додумать эту мысль, как с права от нас будто с неба рухнул еще один обломок здания, подняв клубы пыли. Я закашлялась, пригибаясь ниже к холке обезумевшей от ужаса лошади, которая неведомо как еще нас не сбросила. И вдруг на нашем пути словно из воздуха возник еще один боевой демон.

Тоже слепой и с огромным зазубренным мечом в руке. Это все что мне удалось рассмотреть, потому что тварь не стояла на месте, а стремительными рывками бросилась нам навстречу, размазываясь в пространстве.

— Держись! — крикнул над моей головой Дэрин и ударил лошадь пятками в бока.

Подавив рвущийся из горла крик, я просто зажмурилась, ожидая неминуемого удара. Что-то тяжело ухнуло совсем рядом. Раздалось сухое шипение, и нас бросило в сторону. Лошадь тонко и как-то непривычно взвизгнула, но удержалась на ногах и даже продолжила, храпя, нестись вперед.

Не разбились! И нас не сожрали! И на разрубили!

Внутри даже немного отпустило, когда на мои руки легли большие теплые ладони Дэрина. Чуть сжались.

— Все хорошо, Мари. Я не позволю им до тебя добраться, — шепнул он куда-то мне в волосы.

Почувствовав легкое касание его губ к темени, удивленно распахнув глаза. Но увидела вокруг лишь серое марево, скрывшее дорогу и все остальное.

— Не вижу, куда править! — в моем голосе прорезались нотки паники.

— Я вижу. Не бойся. Просто доверься мне, — отозвался Дэрин, к груди которого я инстинктивно вжималась спиной.

Некоторое время мы так и продолжали скакать в тумане, где реальным казался лишь перестук лошадиных подков, да наше дыхание. И на миг мне захотелось поверить, что теперь все вернется и будет как раньше.

— Какого . демона ты нарушил приказ? — донесся рассерженный голос декана Дорна.

Грязное ругательство, которое он вставил, заставило меня выпрямить спину и удивленно уставиться на закрытую дверь его кабинета. Я сидела снаружи, покладисто сложив на коленях руки и изображай пай-девочку, а внутри все клокотало и бурлило, от пережитого.

Дэрин привез меня в академию и, убедившись, что я не пострадала, ничего не объясняя, сразу отвел к декану Дорну. Но в его кабинет он вошел первым, и теперь до меня доносились лишь отголоски выволочки, которую ему устроил декан.

Я так и не поняла, чем именно он был недоволен. Наверное, тем, что Дэрин Штарн не оставил меня на съедение демонам. Нервно усмехнулась. Конечно же нет, это все моя больная фантазия. Но если подумать, я действительно была их целью. Мне не показалось. И слова Дэрина это только подтверждают.

Декан продолжал орать, но разобрать мне не удавалось ни слова. Одно понятно — Дорн недоволен Дэрином Штарном, но мне плевать. Куда больше меня пугает наш предстоящий разговор.

Дверь резко распахнулась, взъерошенный Дэрин вышел из кабинета и, подарив мне долгий встревоженный взгляд, торопливо удалился. Он едва ли не бежал по коридору и с долей разочарования я проводила взглядом его спину. А он раздался в плечах с тех пор, как мы последний раз виделись...

Я сравнивала с теми временами, когда мы с ним еще были истинными.

Ой! Да он же не в форме!

На Дэрине была простая домашняя одежда, и я только сейчас придала этому значение. Выходит, он вовсе не патрулировал улицы, а отправился к нам на помощь прямо из академии?

— Входите, адептка Данаостро, — декан Дорн, как всегда внушительный, махнул рукой, приглашая меня внутрь.

Я почувствовала себя так, будто собираюсь войти в логово дракона, который уже повязал слюнявчик, разложил столовые приборы и ждет, когда покорная жертва сама уляжется на блюдо и возьмет в рот яблоко.

Незаметно сглотнув, внутренне приготовилась спорить и защищаться, но декан меня удивил.

— Марэна, вы не ранены?

— Нет, меня не задели.

— Присаживайтесь, — он выдвинул довольно удобное кресло. — Пить хотите? Воды? Чаю? Может, чего-нибудь покрепче, все же стресс?

Ошарашенная до глубины души таким радушным приемом, удивленно уставилась на декана.

— Н-нет, спасибо, декан Донр. Я в порядке, но мои друзья, они остались там. Я очень беспокоюсь.

— С ними все в хорошо, я только что получил магический вестник от командира патрульного отряда.

— Они ведь живы?

— Да-да. И с минуты на минуту их всех доставят на территорию академии, и вы сможете увидеться, после того как их проверят на инвазию. Не извольте беспокоиться.

— Но живы все? — задала я вопрос, который мучил с тех пор, как Бран Дуртауэр потерял сознание.

— А вам бы этого не хотелось? — с подозрением сощурился декан демоноборцев.

— Что вы такое говорите! Просто барон Дуртауэр серьезно пострадал, и я не была уверена, что...

— Дуртауэр-то? — впервые на моей памяти декан Дорн улыбнулся мне. — Ничего ему не сделается. Чуть позже сможете навестить ваших друзей в лазарете.

Я облегченно кивнула.

— Ну теперь, когда ваше неуемное любопытство удовлетворено, вы позволите мне удовлетворить мое? — все же сорвался на едкий тон декан.

Я далеко не удовлетворила свое любопытство, но чтобы получить хоть какие-то ответы, лучше не ввязываться с ним в споры.

— Конечно, декан Дорн. Простите, — я потупилась, чтобы скрыть бунт во взгляде.

— Адептка Данаостро, расскажите мне подробно, что с вами произошло. Только с самого начала, ничего не упуская. Все. Самые малейшие подозрения, домыслы, ощущения. С чего все началось, чем именно вы занимались, о чем разговаривали, когда напали демоны. Я должен во всем разобраться.

Подумав, начала с ощущения ледяного взгляда. Декан слушал внимательно не перебивая и, когда я закончила, кивнул.

— Я все понял. Спасибо, Марэна. Похоже, инструктор Штарн был прав, и демоны действительно нацелились на вас. До этого момента я еще сомневался, полагая, что в нем говорит привязанность.

Привязанность? Дорн искренне полагает, что у Дэрина остались ко мне чувства? В душе против воли всколыхнулась волна радости. Совершенно неоправданной и вот совсем мне не нужной. Я поспешила вернуться к важному:

— Декан Дорн, как же так вышло, что демоны разгуливают прямо на улице среди бела дня?

— Появление демонов не зависит от времени суток, адептка. Стыдно об этом не знать. И они не разгуливают, — декан поморщился.

— Вы поняли, что я имела ввиду, декан Дорн, — сухо возразила я. — Мне другое интересно, почему во всех газетах утверждают, что столица очищена от тварей, а мы отпраздновали победу и живем так, будто нам больше ничего не угрожает?

— Статьи пишут идиоты, которые ничего не знают о нашем противнике! — Дорн хлопнул по столу ладонями. — Но король полагает, что такие слухи только на руку и не вмешивается. Он считает, что в Лигирии должна быть свобода слова, и кто я такой чтобы спорить с королем? — он многозначительно посмотрел на меня приподняв бровь.

Я сама успела пострадать из-за этой пресловутой «свободы слова», так что разделяла негодование демоноборца. А еще слова декана меня насторожили.

— Декан Дорн, но тогда получается, что в столице небезопасно?

— Не более, чем это было до войны. Оставшиеся в нашем плане бытия твари могли затаиться или найти среди людей сообщников. К сожалению, у нас нет возможностей проверить каждый дом и каждого жителя даже в столице. Просто не хватит ресурсов, чтобы провернуть операцию такого масштаба. Поэтому мы просто обязаны быть все время на чеку. И вам, адептка Данаостро, особенно.

Он замолчал, хмурясь и играя желваками.

— Это все из-за моего отца, да? Из-за него я понадобилась демонам?

Догадка осенила меня внезапно, я ее тут же высказала и, похоже, попала в точку. Чуть помедлив, декан все же кивнул, не сводя с меня тяжелого взгляда.

— Так вы знаете, где он и что с ним?

Еще один кивок.

— Наверное, вы не можете сказать, но... Мне важно знать, мой папа... Он хотя бы жив? Пожалуйста, ответьте!

В какой-то момент мне показалось, что декан меня проигнорирует, но он все же кивнул в третий раз и даже добавил:

— Командующий Данаостро выполняет очень важное задание, в детали которого я не могу вас посвятить. Просто не имею права. Но в свете последних событий, считаю необходимым принять меры по защите близких командующего Данаостро. Поэтому, вы будете проживать не территории академии с этого момента.

Несмотря ни на что у меня отлегло от сердца. Папа жив! Я всегда это знала. Почувствовала бы, будь по-другому, но знать наверняка было куда как легче.

— А как же тетя Бэсси и мама? Им тоже придется переехать?

— Ниара Данаостро и так находится в одном из самых защищенных мест королевского дворца — в главном госпитале. А Бэссигера Маурштейн проживает по тому же адресу, который указан в вашем досье?

— Да. Мы все живем теперь на Эстель-авеню.

— Отлично. Значит ваш дом находится в одном из самых защищенных мест города, она может и дальше там жить. Лично я не считаю, что вашей тете что-то угрожает, но...

— Но осторожность не будет лишней, и нам надо быть на чеку, — повторила я его слова.

— Верно. Я сам свяжусь с ней и все объясню. Вы можете посещать родных, но гуляйте только в окрестностях. И еще, с этих пор, адептка Данаостро, перемещайтесь домой только с помощью портала. У вас ведь есть такой портал дома? — дождавшись моего утвердительного кивка, декан продолжил: — Жить тоже пока станете здесь. Завтра после занятий идите и оформляйтесь в общежитие. И чтобы никаких самовольных прогулок по улицам, пока мы не разберемся в том, что произошло. Это понятно?

— Да, декан Дорн.

— Протяните руку, адептка, я выдам вам пропуск.

Я вытянула открытую ладонь, и декан Дорн, шепча заклинание, провел по ней шершавыми пальцами. Золотой рисунок с эмблемой академии на миг проявился на моей коже и тут же пропал.

— Все. Можете идти.

Я уже почти дошла до двери, когда он пробормотал задумчиво:

— Удивительно, вы еще не начали обучение, но уже можете чувствовать астрал. Может, не зря Двери Судьбы выбрали вам такую стезю.

— Думаете, с меня выйдет толк? — робко улыбнулась я через плечо, принимая за похвалу даже такую малость.

— Это вряд ли, — серьезно отрезал демоноборец, сердито глянув на меня.

— Но почему? — не выдержав, сделала несколько шагов к нему навстречу. — Декан Дорн, почему вы так предвзяты ко мне? Что я вам такого сделала, что вы ко мне так относитесь? Вы ведь дружили с моим отцом, и должны хоть немного знать о том, какой я человек!

— Все верно, — хлопнул ладонями по крышке стола декан. — Я до сих пор друг вашего отца, Марэна. Именно поэтому обязан сделать все, чтобы вы держались как можно дальше от демонов и всего, что с ними связано!

Некоторое время мы буравили друг друга взглядами.

— Упрямая, — усмехнулся наконец Дорн.

— Вся в отца! — огрызнулась я.

— У тебя месяц, девочка, чтобы доказать мне, что ты чего-то стоишь. А потом ты снова пройдешь через Двери Судьбы.

Глава 34. В которой сказание о дочерях Эфира

Дэрин Штарн.

Давненько меня не распекали точно зеленого новобранца. Командующий Дорн напоминал мне о моем долге и обязанностях, не стесняясь в выражениях. Да, я не имел права так рисковать и покидать территорию академии. Я не имел права так поступать, даже если бы получил приказ вернуться в Эгрос от отца. Человечество важнее, а сейчас его выживание зависит от командующего Данаостро, а его жизнь, в свою очередь зависит от меня. Вот такая незамысловатая цепочка.

И все же я уверен, что интуиция меня не подводит, и жизнь Мари не менее важна. Она зачем-то понадобилась демонам, и в этом виноват я. Из-за меня владыка узнал о ней, а значит я обязан сделать все возможное, чтобы защитить ее.

— Не теряй времени, немедленно отправляйся к Андресу! — махнул рукой командующий, словно прогонял навязчивую муху.

Кажется, я так погрузился в собственные мысли, что пропустил последние сказанные Дорном слова.

— К Андресу? Но я же подпитывал его вчера.

Я посещал ставшего частью защитного кокона командующего Данаостро через день, неужели что-то изменилось?

— Он звал тебя, сообщение передали около часа назад, но посланник тебя не нашел.

— Все, понял. Бегу.

Я со скоростью огненного шара вылетел из кабинета, и отправился в хранилище переодеваться. Проносясь мимо Марэны, испытал укол сожаления, что не могу хоть немного с ней пообщаться. Наверняка, у нее есть ко мне вопросы. И этот взгляд, которым истинная проводила меня...

Нет, стоп. Сначала Андрес. Помогая ему, я помогу и Марэне тоже.

Через несколько минут я в полном облачении для посещения Астрала прибыл на «Пятерку». Сейчас мне не требовались провожатые, чтобы найти Андреса Данаостро, я научился переноситься прямо к нужной «улитке».

Командующий Данаостро, как всегда, бодрствовал. За прошедшее время он сильно осунулся. Магия заменяла ему пищу, но организм все равно страдал, да и астрал оказывал влияние на него.

А долго ли еще он сумеет продержаться?

От этой мысль по спине пробежал неприятный холодок. Может статься, что нам осталось куда меньше, чем мы рассчитываем и торжество демонов не за горами. Пожалуй, стоит серьезно ускориться с поисками выхода из этой ситуации. Я не сомневался в том, что ученые делают все возможное, чтобы придумать замену ритуалу, описанному в скрижалях Эфир, но все же стоит навестить магистра Кендл и поторопить.

— Дэрин, ты здесь? Я ждал тебя, — командующий говорил как-то натужно, словно каждое слово давалось ему с превеликим трудом.

Его глаза лихорадочно блестели, а на лице отражалось страдание.

— Андрес, что-то случилось?

— Случилось. Пожалуй, сейчас мы говорим с тобой в последний раз, Дэрин. Так что слушай внимательно.

— Андрес, нет! Я буду подпитывать вас чаще, если нужно!

Я положил ему на плечо руку, нащупывая особый энергетический канал и щедро вливая магию.

— Дело в другом. Владыка. Мы с ним становимся куда ближе, чем мне бы хотелось. Он проникает в мои мысли, а я в его. Я погружусь в магический сон, это позволит мне сэкономить силы. Заодно создам для владыки новую реальность, чтобы запутать. Он не поймет, где в нем правда, а где ложь. Только так я смогу защититься сам и защитить близких мне людей, но для этого мне придется самому поверить в собственные фантазии.

— Слишком уж напоминает сумасшествие, — нахмурился я.

— Так и есть Дэрин, — невесело усмехнулся командующий Данаостро. — Не уверен, что смогу потом вернуться. Но я позвал тебя не для того, чтобы пугать. Мне удалось выяснить нечто важное. Такое, что может помочь.

Я насторожился и приготовился слушать и запоминать каждое сказанное им слово.

— Чтобы освободиться владыке нужна жизнь дочери Эфира. Найди ее первым и защити даже ценой собственной жизни.

— Дочь Эфира? Но это же просто леген... да.

В моей голове встал свежий образ Мари с ай'рэ на виски и отчетливо прозвучал голос владыки: «Дочь Эфира мояяяя...!»

К счастью, это было простое воспоминание. Никто не пытался на самом деле завладеть моим разумом, чего не скажешь о командующем Данаостро. Он вдруг странно захихикал.

— Ну конечно! Конечно все это легенда. Сказка, не больше. Все знают, что их не существует! — Прерывистая тирада перешла в совершенно безумный хохот. Но на миг Андрес перестал смеяться и посмотрел на меня очень и очень серьёзно, а затем многозначительно перевел глаза на кокон, в котором заворочалось что-то темное: — Никогда и нигде не упоминай об этом, сынок!

— Я все понял. Обещаю, что не брошу вас, Андрес.

Командующий закивал.

— Когда ты придешь в следующий раз, я буду спать. Не пугайся, это просто сон. Потому что, если я на самом деле погибну, вы сразу это заметите, — он снова пугающе расхохотался. — Все! А теперь иди! Проваливай, и больше здесь не задерживайся надолго!

Вернувшись, я снова заглянул к Дорну, который жил тут же — на территории академии и рассказал ему все, скрыв только момент с дочерью Эфира. А после отправился прямо в библиотеку и на этот раз ничего эдакого просить не стал, сам прошелся вдоль уходящих под потолок стеллажей. Браслет магического указателя, что я надел на руку при входе, быстро привел меня в отдел сказаний и легенд. Нужная мне книга обнаружилась сразу. Томик, знакомый каждому с детства.

Я даже не стал возвращаться к столу, открыв «Сказание о дочерях Эфира» и пробежав глазами по строкам. В легенде говорилось о бедной девушке Сарии, которая потеряла всю семью. Ночь от ночи в одно затерянное в горах селение повадились приходить демоны и забирать жителей по одному.

Когда настал черед Сарии, она не растерялась, а взмолилась Эфиру, чтобы тот дал ей силы, отомстить за родных и близких. И о чудо! Эфир услышал и наделил ее особенным даром — любой демон, который ее касался, или которого касалась она, погибал бесследно. С этих пор все изменилось. Ночь от ночи приходили демоны, чтобы убить непокорную Сарию, и каждый раз погибали. Тогда обеспокоился владыка и пошел проверить, кто же так нагло смеет вставать на пути его слуг, но и его постигла та же судьба.

Увидев хрупкую красавицу, он не поверил своим глазам, и схватил девушку, тут-то ему и всем его детищам и настал конец. С тех пор каждый раз, когда в астрале появлялся новый владыка, и демоны начинали переходили рамки дозволенного, рождалась новая Дочь Эфира, способная уничтожать демоново семя бесследно.

— Бесследно! — я перечитал последнюю строку несколько раз. — Эфир!

Демоново семя — это же не просто общее название всех тварей. Речь в сказании идет о тех самых «сидах» — семенах, из которых владыка способен вырастить или вылупить новых пособников. Не представляю, как правильно назвать то, что он с ними делает. Да хоть на грядке пусть выращивает, не важно. Важно то, что Владыка явно знает больше, и определенно нацелился на Мари.

Так! Мне срочно нужно увидеть ее досье.

Глава 33. В которой здоровый образ жизни и нездоровые серенады

Кивнув в ответ, я покинула кабинет декана. Не знаю, что со мной произошло, но декана Дорна я больше не боялась. Ничего он мне не сделает. И отчислить тоже не сможет, если я сама не захочу сменить стезю.

В коридоре силы меня покинули. Я прислонилась к прохладной стене и прикрыла глаза. Какой же непростой сегодня выдался день, а ведь еще даже не началась учеба!

Стыдно признаваться самой себе, но мне было немного обидно, что Дэрин ушел так ничего больше не сказав. И не просто ушел, а убежал!

В ответ на эту мысль предательски зазвучали в голове его слова: «Я не позволю им до тебя добраться».

Что он имел ввиду? Это было сиюминутное обещание, относящееся к моменту, или Дэрин пообещал меня защищать и впредь?

Глубоко вздохнула, прогоняя излишний трепет в груди. Это все потому, что я еще испытываю к нему чувства и не могу реагировать иначе. Все пройдет...

Тряхнув головой, решительно сжала кулак — тот самый, где золотился под кожей магический пропуск, и направилась на выход и к порталу.

Домой! Хочу обнять тетю Бесси, съесть кусок пирога и завалиться в горячую пенную ванную. Лежать с закрытыми глазами, вдыхая пену с аромат какого-нибудь экзотического фрукта, бутыльки с которой так любит скупать десятками моя тетушка.

Лежать и ни о чем не думать.

Так я и сделала, а дома меня поджидал новый сюрприз.

Тети Бесси на привычном месте не оказалось, несмотря на уверенные семь часов вечера — это время вечернего чая. Потворствуя своему недавнему желанию, я заглянула в стазисный шкаф и во все остальные кухонные шкафы, но так и не обнаружила ни одного пирога или торта.

Да что уж там! Я не нашла даже завалящей печенюшки, зато зелени всех видов, размеров и вкусов было полно.

Подхватив мохнатый спелый персик с большого блюда на столе, я стала подниматься по лестнице. Когда преодолела примерно половину, до моего слуха донесся какой-то странный звук. Стон?

Замерев, прислушалась. Стон тут же повторился, с каким-то тяжким придыханием. Тете плохо! Наверное, и до нее добрались твари несмотря на всю защиту!

Представив, как беспомощная она погибает в неравной борьбе, я отбросила персик и, не раздумывая, взлетела по лестнице. Распахнув дверь без стука, ворвалась в тетину спальню и оторопела от зрелища, что предстало моим глазам:

Бессигера Маурштейн отжималась!

— Марэна Данаостро! — тяжело выдохнула тетя, плюхнувшись на живот. — Тебя не учили стучаться?

— А. Я подумала. Прости.

Недовольно сопя, тетя с трудом села, и я всерьез запереживала, что алые тренировочные штаны, не иначе сшитые на заказ у ериссы Сантьяго, вот-вот лопнут. Волосы тетя подвязала в тон ярко-алой повязкой, а необъятный белый балахон заменил ей футболку, подолом которой она и вытерла мокрое от пота лицо.

— Если ты подумала, то тем более не стоило так врываться. Но что-то мне подсказывает, что ты и не думала подумать.

— Я решила, что на тебя напали демоны! — обиженно выпалила я.

— Да на кой я им понадобилась? — скривилась тетя Бесси. — Молния в одно дерево дважды не бьет.

Что-то в этой фразе показалось мне подозрительным.

— Тетя, а не связана ли как-то твоя инвазия с папой?

— Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась тетя Бесси, тяжело поднимаясь на ноги.

— Может, у него было какое-то важное задание в то же время?

— Может, и было. Да кто ж уже вспомнит? Сколько лет прошло, — тетя потянулась к стакану с водой, и собиралась уже пригубить его, но остановилась на полпути. — А почему ты спрашиваешь?

— На меня сегодня напали демоны.

— Демоны или демон? Как это случилось? И где, неужели в академии?!

— Нет, прямо на улице. Нам с друзьями чудом удалось отбиться.

— Отбиться... Погоди! Ты хочешь сказать?..

— Да, это были воины. И их было несколько. Даже много.

Тетя с размаху плюхнулась на постель, заставив подпрыгнуть подушки.

— Рассказывай немедленно!

Пришлось повторить весь свой рассказ с самого начала, а заодно пересказать разговор с Дорном.

— Так что ты тоже теперь в опасности. Не выходи за пределы нашей улицы, пожалуйста. Или лучше переезжай во дворец. Уверена, дядя Оллан выделит тебе лучшие покои.

— Вот еще! Мне и здесь неплохо, — отмахнулась тетя. — Я рада слышать, что мой брат жив. Но из всего сказанного пройдохой Дорном следует, что он знает куда больше.

— Полагаете, декан Дорн что-то скрывает?

— Уверена, что так и есть. Истинное положение дел он скрывает, и что-то мне подсказывает, что дела у Андреса плохи настолько, насколько еще не бывало, раз демоны внаглую среди бела дня охотятся за его дочерью.

Вздохнув, я только согласно покивала и поинтересовалась:

— Я так понимаю, что наше вечернее чаепитие отменяется?

— Да. Пора что-то менять. Так что вместо чая предлагаю ввести вечерний овощной салатик. Как тебе?

Я поддержала тетю, радуясь переменам в ее жизни, которые она затеяла с таким энтузиазмом. За салатиком, который оказался недурственным, мы проболтали почти полтора часа, а потом связались с мамой, которая осталась на эту ночь в госпитале, а после разошлись по своим комнатам.

Мне надо было понять, какие вещи стоит взять с собой и, наконец принять ванну, чем я и занялась. Но стоило с наслаждением погрузиться в горячую воду, как в окно кто-то бросил камешек. Сначала я не придала этому значения, решив, что это ветер стучит в окно веткой дерева. После второго стука вспомнила, что под моим окном нет деревьев.

Осторожно выбравшись из ванной, накинула махровый халат, и осторожно выглянула из-за занавески, но тут же юркнула обратно.

— Ой!

Снаружи тотчас донеслись переливчатые трели струнной айтары. А следом к незамысловатой мелодии добавился и приятный мужской баритон.

О, Бесси, твои глаза точно звезды,

А твои губы как горький мед!

Я готов целовать их вечность.

Выгляни милая, и сердце мое соловьем запоет!

О, Бесси! Я готов для тебя бросить Север,

Променять родные снега на жар твоей любви.

Я хочу стиснуть тебя в объятиях,

Выгляни милая, и сердце мое растает словно лед!

М-да, играет он куда лучше, чем поет, сделала я вывод. Серенада получилась не слишком складной, да и пелась слегка не под тем окном, зато очень проникновенно, хоть и немного фальшиво.

Приложив ладошку ко рту, будто поющий мог меня услышать, хихикнула. Потом еще. А потом и вовсе рассмеялась в голос и убежала в глубь комнаты, вытирая слезы. Судя по звуку, распахнулось окно тети Бесси. Такое представление я просто не могла пропустить, поэтому снова вернулась на прежнее место. Осторожно выглянула из-за занавески, стараясь оставаться в тени.

— Эрик, чего ты надрываешься, точно мартовский кот? Всех соседей переполошишь, а здесь частная территория, и кто-нибудь обязательно вызовет безопасников!

Тетя высунулась в окно едва ли не по пояс. Даже мне было ее немного видно со своего места!

— О, моя грозная фурия, неужели ты прогонишь меня после того, как я спел в твою честь целых два куплета? Я между прочим полдня их сочинял.

Северянин, имя которого тете было известно, подбоченился и сдул прядку с лица.

— Ты хочешь сказать проорал? — глумливо осведомилась тетя Бесси.

— Нет, я спел, — опроверг необоснованные подозрения ее ухажер.

— Эрик, ты дурак? Да я даже не уверена, что ты пел этот бред именно мне! — рявкнула тетя.

— В каком это смысле? — слегка растерялся ночной гость.

— А ничего, что ты все еще стоишь под окном спальни моей племянницы. Наверняка, перепугал девочку до смерти своим воем.

Тут мне пришлось юркнуть в укрытие, потому что Северянин пристально посмотрел на мое окно.

— Действительно, ошибочка вышла. Но у меня есть оправдание. Я еще ни разу не был в твоей спальне, и не знаю, какие именно окна — твои. Кстати, мы можем исправить это недоразумение прямо сейчас, — мужчина интимно понизил голос.

— Чтоооо?! Да ты пьяный! — возмущенно рявкнула Бессигера Маурштейн и совсем по-девичьи ойкнула, едва не вывалившись наружу.

Мне стало жутко интересно, попытался бы Северянин ее поймать, или поступил бы более благоразумно — отбежал подальше?

— Да, я пьян! Опьянен твоими чарами, прелестница. Уже много-много лет. С тех самых пор, как увидел тебя впервые еще в школе.

— Уходи, Эрик! — голос тети вдруг зазвучал обиженно, следом хлопнули оконные створки, жалобно задребезжав стеклами.

Мужчина еще некоторое время глядел на опустевшее окно. В ночной тиши, нарушаемой лишь оглушительным пением цикад, да лаем собак где-то вдалеке, он поправил большущий мягко мерцающий в полумраке букет, который пристроил на лавке. Вздохнув, перекинул за спину айтару и направился к калитке. Когда та затворилась за ним, я еще немного постояла в смятенных чувствах, а затем поспешила в постель.

Мне снилось что-то романтически-невнятное, но с приятным послевкусием. Меня разбудил луч солнца, ласково коснувшись щеки, а следом сработал будильник. Когда, одевшись, я спустилась к завтраку, на обеденном столе обнаружилась огромная ваза с красивенным букетом. Бессигера Маурштейн не сводила с него глаз, нехотя ковыряясь в тарелке.

— Доброе утро! — поприветствовав ее, я принялась с аппетитом за творожок со свежими фруктами, отметив, что наш завтрак тоже стал куда более полезным, чем обычно.

— Доброе! — тяжко вздохнула тетя, и несколько минут спустя поинтересовалась: — Неужели совсем ничего не скажешь?

— Ты выгнала ухажера, но все же приняла цветы? — смысла тактично притворяться, что я все вчера видела и слышала, не было никакого.

— Цветы ни при чем. Они не виноваты в том, кто их дарит. Не оставлять же их было умирать?

— И кто же их тебе дарит? — с намеком поинтересовалась я. — Может, уже скажешь, кто этот северянин, что тебе проходу не дает в последнее время?

— Задавака Эрик Сноусторм. Мы учились в одной школе, я кажется уже говорила.

— Похоже, этот Эрик испытывает к тебе серьезные чувства, — предположила я.

Внезапно тетя оживилась, мигом сбросив с себя апатию:

— Мари, ты правда так считаешь?

— Правда. Иначе он бы ни за что не стал так позориться.

— Да? А я думала, он все это делает, просто чтобы посмеяться надо мной...

— Тетя, ты знаешь, сколько стоит подобный букет?

Я ткнула пальцем в цветочное великолепие, над которым то и дело вспыхивали золотые и голубые искорки. Уверена, такой и год простоит, не испортится.

— Н-нет, но точно очень дорого, — кажется, тетя начинала что-то понимать. — Думаешь, ради издевки он бы не стал так тратиться?

— Именно!

— Тогда, может мне стоит согласиться на одно свидание? — она почти жалобно взглянула на меня.

— На одно точно стоит, — кивнула я ей с видом эксперта в сердечных делах.

— Хорошо. Пожалуй, я попробую, но чуть позже. Через десяток другой килограммов.

— Нет-нет-нет! — я даже вскочила, переживая, что тетя потеряет мотивацию. — Пусть любит тебя такой, какая ты есть. А твои занятия все равно пойдут на пользу. Только занимайся собой не ради смазливого северянина, а ради тебя самой. Чтобы снова обрести веру.

Подмигнув тете Бесси, я быстро доела завтрак и вскочила.

— Ой, мне уже пора! За вещами вернусь вечером, все равно нужно сначала получить комнату в общежитии.

Чмокнув тетю в щеку, я поспешила к порталу, сетуя, что так и не успела вчера переписать расписание, и теперь совершенно не могла вспомнить, какой урок будет первым.

Глава 35. В которой тяжело в учении

Третий круг давался особенно сложно. У меня кололо в боку, ныла стертая нога, а легкие горели. Чуть впереди как ни в чем не бывало, бежала бодрая и с виду совершенно не уставшая Шань со Хань. Отстав от подруги и поравнявшись со мной, топала Грета Мизери, то и дело убирая прилипший к взмокшему лбу локон.

— Держись, Мари! — подбадривала она меня. — Ты обязательно привыкнешь. Я раньше и половины этого расстояния не могла преодолеть, а теперь запросто.

— Угу! — лаконично отозвалась я, стараясь сберечь дыхание.

Так случилось, что первым же занятием у нас была физическая подготовка, которую вел магистр Йохан Рифт. И, похоже, он задался целью с первых же дней значительно сократить поголовье начинающих демоноборцев. Мы до изнеможения бегали вокруг старого кладбища, и я невольно вспомнила Амалию. Наверное, она была права, загодя начав тренироваться. Не знаю, как обстоят дела с бегом у некромантов, но обязательно выясню, если выживу.

— Бодрее шевелите попками, девочки! — раздался позади бодрый голос магистра.

Не сговариваясь, мы обернулись, опалив бритоголового охальника уничижающими взглядами, но оказалось, что обращался он вовсе не к нам. Словно погонщик овец, Йохан Рифт бежал за группой парней и Ирэн Мьюр, подбадривая их такими сомнительными фразочками.

— Восьмой круг бегут, — с тоской отметила Грета.

— Девятый, — нарушила молчание Шань.

— Аооооыыы... — испустила невнятный звук обреченности подруга.

Десять кругов! Кажется, я точно погибну, так и не начав обучение.

К пятому кругу перед глазами поплыли разноцветные круги, я шла пешком, держась за бок и пытаясь отдышаться.

— Данаостро, кыш с дистанции! Незачет! — рявкнул декан.

Я выполнила команду с радостью и просто повалилась на траву рядом с чьей-то могилой, обитателю которой я даже немного завидовала. Какой же, оказывается, пыткой может стать простой бег, а ведь я всегда считала себя выносливой и активной.

Грета вернулась, полкруга спустя и упала рядом со мной, но почти сразу же перевернулась на бок и принялась наблюдать за раздетыми по пояс парнями, которые выполняли комплекс. Шань осилила еще круг, прежде чем присоединилась к нам.

— Смотри, какие ручищи у Ярни! А спина-то, спина! — Грета жадно рассматривала парней. — Хотя у наших работников тоже мускулы были ого-го, но таких кубиков на животе я не видела раньше!

— Тело воина — его главное оружие. Оружие требует ухода и заточки. Если воина можно сравнить с оружием, то работники — всего лишь инструменты, — изрекла очередную мудрость Шань.

— Ты считаешь, что работник чем-то хуже воина? — нахмурилась Грета, готовая возмутиться.

— Нет конечно, но согласись, нет такого инструмента, который превзойдет по красоте отточенный клинок, — говоря это, Шань тоже не сводила взгляда с занимающихся парней.

Невольно поддавшись на провокацию девчонок, я посмотрела в ту же сторону.

— Со Хань, еще есть над чем работать. Пять минут отдыха, — раздался голос магистра Рифта. — А вы чего разлеглись, красавицы? Бегаем плохо, так что для начала трижды по тридцать приседаний.

Застонав, мы с Гретой поднялись и потащились на поляну, где уже трудились наши более прыткие и выносливые одногруппники. Шань не стала тратить время на отдых и пошла с нами. Под снисходительными взглядами «Великолепной семерки» и остальных мы приступили к заданию.

— А хорошо, что ты теперь будешь жить в общежитии. Шань, давай ее к нам третьей возьмем?

— Я не против, — отозвалась синтаянка, ритмично выполняющая движения.

Бедра горели огнем, когда я заканчивала первое же упражнение, и я сильно сомневалась, что смогу сегодня ходить. Но, похоже, это было только начало.

Спустя сорок минут садистских истязаний, Йохан Рифт смилостивился над нами.

— Повезло вам, красотки. Оставшуюся половину занятий у вас будет вести инструктор Штарн. Он такой душка, так что есть шанс, что вы выживете, — закинув на плечо куртку, он вразвалочку направился навстречу приближающемуся силуэту.

Когда прозвучало имя, меня словно жаром обдало.

Эфир! Я, наверное, просто ужасно выгляжу. Вся потная и лохматая с раскрасневшимся после тренировки лицом! Принялась поправлять на себе одежду и приглаживать волосы...

— Мари, ты чего снова такая перепуганная? — заметила Грета.

— В прошлый раз ты тоже испугалась инструктора Штарна, — внимательная Шань уставилась на меня с подозрением.

— Ты его знаешь! — догадалась Грета. — И что же вас связывает?

— Тсс! — шикнула синтаянка, указав глазами на подошедшего Дэрина.

Семерка мгновенно построилась. С заминкой, мы прилепились к концу их строя. Все же нам до них как. Как от Лигирии до родины Шань Со Хань, украдкой вздохнула я.

Дэрин прошелся вдоль строя осмотрел каждого. Когда он остановился напротив, я не знала, куда деть взгляд. Очень хотелось просто трусливо сбежать, но предатели-ноги после всех истязаний едва слушались, так что пришлось мне остаться.

— Адепты, я Дэрин Штарн — ваш инструктор по магическому бою и выживанию. Обращайтесь ко мне инструктор Штарн или ерр Штарн. Сегодня у нас вводное занятие, поэтому ничем серьезным заниматься не будем, просто познакомимся и протестируем ваши умения. Мне необходимо понять, кто из вас на что способен. Вопросы?

Руку подняла Ирэн Мьюр.

— Да, адептка?

— Адептка Мьюр, — представилась девушка. — Ерр Штарн, скажите, вы ведь принц Эгроса?

— Это так, адептка.

— Простите за бестактность, но почему тогда вы преподаете здесь?

— Жизнь часто преподносит сюрпризы. Считайте, это один из них, — усмехнулся Дэрин так, что мне захотелось чем-нибудь двинуть в его белые зубы. Например, палкой.

Мьюр неожиданно мило зарделась, от чего мне захотелось воспользоваться той же воображаемой палкой, чтобы стукнуть и ее. Я тут же устыдилась столь кровожадных мыслей. Это декан Вальдини на меня так плохо влияет, не иначе!

— Если вопросов больше нет, не будем терять времени. Я называю имя из списка, вы выходите и демонстрируете свой талант, после чего можете быть свободными.

Теперь руку подняла Грета.

— Адептка Мизери. М-магистр, ой... То есть, инструктор Штарн, а если нет магического таланта, как быть?

Она бледнела, краснела и шла пятнами. Но вопрос был насущный, я вот тоже не представляю, что именно буду демонстрировать.

— Магический талант или боевой, пока это не имеет значения. Я понимаю, что не все из вас освоили боевую магию, но раз Двери Судьбы определили вам стезю демоноборцев, вы без сомнений обладаете хотя бы одним полезным умением. И моя миссия — помочь вам его раскрыть.

Мы переместились на арену, где по приказу Дэрина возникли боевые фантомы, изображающие разных видов тварей. Пока что они не шевелились, а застыли живым напоминанием о вчерашней стычке.

Надо будет навестить после уроков Кинроя и Дуртауэра. Узнать, как они себя чувствуют и поблагодарить.

— Эфировы коровки! Инструктор Штарн — принц! Поверить не могу! — задыхалась от восторга Грета, не сводя взгляда с Дэрина. — Настоящий принц! Но теперь мне тоже интересно, почему же он здесь?

И меня мучил тот же вопрос. Дэрин отказался от меня, но остался в Лигирии и, неслыханное дело, преподает в академии. И, вообще, ведет себя так, будто ему плевать на титул. Чего только стоит вчерашняя выволочка, которую устроил ему декан Дорн. Что, вообще, все это значит?

Обиду, которую я испытывала, медленно, но верно вытесняло любопытство. Я все больше я склонялась к тому, что после вчерашнего происшествия нам есть, что обсудить. И сделать это нужно как можно быстрее. Я больше не стану обиженно бегать, а заставлю его все мне объяснить. Вот прямо сейчас. Точнее после занятий.

Тем временем, Дэрин принялся вызывать адептов по списку, который был прикреплен к его планшету.

— Он вызывает только «Великолепную семерку», — отметила Грета после второго названного имени.

И действительно, адепты в этом списке были выстроены по какому-то одному Дэрину известному принципу.

Остальные парни оживились, надеясь на интересное зрелище, но всех, кто рассчитывал на демонстрацию впечатляющих приемов и умений, ждало глубокое разочарование. Оказалось, что ребятам из «Семерки» достаточно просто подойти, назвать свое основное умение и получить отметку в соответствующей графе. Открытием для нас всех стало то, что трое из семерых оказались ангелосами.

— Надо же, и Мьюр крылатая! — ревниво закусила нижнюю губу Грета. — Почему одним все, а другим — вилы?

— Не стоит ей завидовать, — спустила подружку на землю Шань. — Ты же не знаешь, через что именно ей пришлось пройти, чтобы обрести эти крылья.

— Эфировы коровки, об этом я и не подумала! — глаза Греты округлились, а к щекам прихлынула краска. — Но, помолчав немного, она снова надулась и отметила: — Крылья не дают ей право относится к остальным, как к мусору!

Не сговариваясь, мы с Шань Со Хань согласно кивнули.

Дэрин продолжил вызывать парней, и дело пошло немного веселее. Нам продемонстрировали огненный кулак и шар, распылившие фантомную фигуру твари с первого удара. Цепную молнию, которая зацепила сразу несколько, но, тревожно помигав, все они остались на поле. И круговую вспышку света, от которой мы едва не ослепли, а вот фантомам она совершенно не повредила.

Все это были сырые заготовки. Чурбаки от магии, которые требовалось обтесать и придать форму. Ребята кое-как научились оформлять свою убойную энергию во что-то большее, но впереди ждало много изнурительных тренировок.

Наблюдая за остальными, я все больше падала духом, не понимая, что здесь делаю я. Я никогда не училась драться, мне даже показать нечего...

— Мари, инструктор Дэрин такой. Такой. Ох. Ты не знаешь, есть ли у него истинная?

— неожиданно поинтересовалась Грета.

— Грета, не о том думаешь! — шикнула на нее Шань.

— Чего? Я просто интересуюсь. Мари с ним на короткой ноге. Наверняка, знает о нем что-нибудь эдакое, — Грета Мизери мечтательно закатила глаза.

— С чего ты взяла, что мы знакомы? — немного рассердилась я.

— Мне так кажется, а разве нет?

— Да, мы знакомы. У него нет истинной, а вот насчет девушки не знаю...

Шестеро оставшихся из десяти ребят могли похвастаться владением мечом, копьем, саблей и кулаками. Признаться, это выглядело куда более внушительно, чем неуклюжие магические попытки предыдущих адептов. К тому же теперь фантомы двигались и нападали, а еще они отлично поддавались тренировочному оружию.

— Как долго нужно заниматься, чтобы достичь хотя бы половины того, что они умеют? — задала я риторический вопрос, все больше скатываясь в уныние.

— С детства, — как всегда лаконично уронила Шань.

— Адептка Хань, — Дэрин повернулся в нашу сторону.

Шань Со Хань вышла вперед. В качестве оружия, она выбрала боевой посох. По сигналу инструктора, синтаянка сорвалась с места, одновременно раскручивая посох с такой скоростью, что он превратился в щит в ее руках. Стремительный выпад, и ближайший фантом был пронзен точно копьем, второго она ударила будто молотом, а затем разделалась еще с двоими. Двигалась девушка с поразительной скоростью и ловкостью.

Со стороны «Великолепной семерки» раздались жидкие хлопки, но я так и не поняла, уважительные или издевательские. Первым захлопал Ярни, следом за ним остальные парни, а вот Ирэн Мьюр только недовольно кривила губы, поглядывая на Шань искоса.

— Коза неприятная! — ткнув меня в бок, шепнула Грета, в очередной раз вызвав улыбку непривычным сравнением, и тут же сменила тему: — Как думаешь, почему мы в самом конце списка?

— Потому что нас не воспринимают всерьез? — высказала я то, что было на душе.

— Хорошо, адептка Хань. Можете быть свободны, — Дэрин сделал какие-то пометки. — Адептка Мизери, сюда. Какое оружие предпочитаете?

Грета удивила меня не меньше синтаянки. Она потянулась к тонкой шпаге с изящно загнутой ручкой, вынув ее из ножен, выполнила приветственное движение. Ее клинок замелькал стальной молнией, разя фантомов налево и направо. Девушка как-то вся преобразилась, превратившись из стеснительной провинциалки, краснеющей и бледнеющей по любому поводу в грозного противника.

По моим меркам грозного, остальные могли бы, конечно, и поспорить.

— П-простите, маг. Инструктор Штарн, я не обладаю магическими навыками. Только это, — она скромно потупилась.

— Вы отлично справились, адептка Мизери, — Дэрин сделал пометку в своем списке и посмотрел прямо на меня. — Адептка Данаостро.

Глава 36. В которой особый дар

«Семерка» тотчас зашушукалась, и все с интересом и ожиданием уставились на меня. Имя моего отца для них не было секретом. Наверное, от меня они тоже ждали чего-то выдающегося.

Сердце колотилось от волнения, когда я вышла к стойке с оружием и с тоской посмотрев на все, что предлагалось, вздохнула, готовясь к неловкому признанию и развела руками:

— Ерр Штарн, я не обладаю никакими боевыми навыками.

Адепты загудели, послышались шепотки и комментарии, которые я постаралась пропустить мимо ушей. Как я не настраивалась быть сильной в этот момент, но в носу закололо.

Вместо ответа, Дэрин Шагнул ближе и ободряюще посмотрел мне в глаза:

— Не переживайте, адептка. Я наслышан о вашем особом таланте, — он незаметно подмигнул мне и улыбнулся.

— О моем особом таланте? — растерянно повторила я за Дэрином, но заметив жадные взгляды «Семерки» и девочек, сообразила подыграть: — Ах, да. Ну конечно! Мой особый талант...

От того, как неестественно это прозвучало, я нервно усмехнулась. Дэрин с многозначительным видом поставил какую-то отметку в таблице и громко объявил:

— На сегодня занятие окончено. У вас сейчас начнется большая перемена, как раз хватит времени, чтобы принять душ, переодеться и позавтракать, не торопясь, перед остальными уроками. Завтра встречаемся здесь же. Обе дисциплины — физическую и магическую подготовку буду вести я, но иногда меня будет подменять декан Вальдини.

Адепты, попрощавшись вразнобой, потянулись в сторону кампуса. Я тоже буркнула что-то невразумительное и присоединилась к девочкам, испытывая тянущее чувство тоски и неудовольствия.

Да-да совсем недавно я была полна решимости подойти к Дэрину и заставить дать ответы, но стоило нам оказаться рядом, и я растерялась. Все слова тут же вылетели из головы, когда на короткий миг мне показалось, что он смотрит на меня как раньше. С любовью и заботой.

Нет. Хватит! У меня больше нет ай'рэ на виске, и это что-нибудь да значит.

— Шань, как думаешь, мы успеем заглянуть к коменданту? На перемене, Марэне нужно где-то переодеться?

— Она может переодеться в раздевалке, как и все остальные.

Шааань!

Успеем.

Мое участие в этом диалоге, похоже, не требовалось. Девчонки уже решили взять меня третьей. И я была благодарна им.

— Мари... Адептка Данаостро, задержитесь! — раздался позади голос принца.

Я едва не споткнулась от этого оклика. Сердце замерло, пропустив удар, а затем забилось быстрее.

— Мари! — Грета ухватила меня за руку. — Он тебя зовет! Везет же! — шепнула она с легкой завистью, и поторопила: — Ну? Чего замерла? Иди скорей!

Я медленно развернулась, стараясь не встречаться с Дэрином взглядом.

— Да, инструктор Штарн? — получилось идеально отстраненно.

Мне показалось, что Дэрин едва заметно вздрогнул. Затем сам подошел, и дождавшись, когда хихикающие и то и дело оглядывающиеся девушки отойдут подальше, предложил:

— Мари, когда мы одни, зови меня, как и раньше — просто Рин.

— Как раньше уже не будет, инструктор Штарн. Зовите меня адептка Данаостро, если несложно. Или ерра Данаостро.

— Марэна, зачем ты так. Хотя, о чем это я? Ты имеешь полное право меня ненавидеть, я это заслужил, — он таким знакомым движением склонил голову и невесело усмехнулся.

— Рада, что вы это понимаете, инструктор Штарн, — не смогла удержать порцию яда в голосе.

— Что ж. Так, пожалуй, будет лучше для нас обоих, — вздохнув, Дэрин посмотрел на меня прямо. — Тогда перейдем сразу к делу, адептка Данаостро.

Кажется, я получила то, что хотела, но отчего же так больно?

Невольно обхватила себя руками, и Дэрин инстинктивно подался ко мне, но остановился. Едва заметное движение, всего лишь порыв, но он от меня не укрылся, и мне стало еще обидней.

— Если у вас ничего серьезного, можно я пойду? Мне тоже нужно привести себя в порядок.

Я неловко убрала за ухо прядку, старательно гипнотизируя взглядом какой-то чахлый кустик. Но я все равно видела, как Дэрин хмуро рассматривает мой ай'рэ. Точнее то, что от него осталось.

— У меня очень серьезное предложение, Мари. Адептка Данаостро, — поправился он. — Это насчет ваших способностей.

— Зачем ты. вы соврали, насчет моего особого дара? — я посмотрела прямо.

Разве?

Дэрин вдруг шагнул еще ближе. Мы оказались совсем рядом, он вдруг взял меня за руки, чуть сжал ладони.

— Расскажешь, как именно ты уничтожила того демона?

— К-какого?

От такого простого прикосновения у меня закружилась голова. О, Эфир! Наверное, со стороны мы сейчас напоминаем влюбленных. Стоим тут вдвоем, за руки держимся...

— Того самого, который вселился в тебя на балу.

— Вам и об этом известно, инструктор Штарн?

— У меня на столе твое досье, — Дэрин многозначительно шевельнул бровью.

— Зачем оно вам понадобилось? По-моему, вы и так достаточно обо мне знаете, — прозвучало обиженно.

— Как оказалось, нет. Мари, пожалуйста, это очень важно! Я подозреваю, что именно из-за твоего дара вчера тебя пытались уничтожить!

— Что? Как это?

Дэрин тяжело вздохнул.

— Это сложно объяснить, но я попробую. Скажем так. Ты обладаешь мощным оружием, о котором пока толком ничего не знаешь и не умеешь им пользоваться. Но есть те, кто осведомлены лучше, и они желают устранить тебя до того, как ты разберешься во всем.

Я жадно его слушала и даже не заметила, как сама стиснула пальцы бывшего истинного. Опомнилась только, когда поняла, что наши лица совсем рядом. На миг мне почудилось, что он вот-вот меня поцелует.

Но Дэрин продолжал пытливо заглядывать мне в лицо, не то ожидая ответа, не то давая выбор.

Не выдержав, я отступила, снова обнимая себе за плечи. Сделала несколько шагов туда-сюда, успокаиваясь. Эфир! О чем я думаю? Ну какие могут быть поцелуи? Кажется, я перечитала романов тети Бесси.

— Но откуда ты знаешь о демоне?

— Кое-что прочитал, кое о чем сам догадался. У тебя была инвазия, но обошлось без последствий. В досье отражено только то, что на момент осмотра лекарем, ты уже освободилась. Это означает только одно — ты сама каким-то способом уничтожила подселившегося низшего, но мне нужно получить от тебя подтверждение. Возможно, я ошибаюсь в своих выводах.

Я уже хотела рассказать, как было дело, но вдруг припомнила слова ериссы Медеи. А могу ли я доверять Дэрину? Истинному, который меня предал.

— Сначала ответь на мой вопрос, почему у меня больше нет ай'рэ? — вопрос дался непросто, а сдержать непрошенные слезы удалось только впившись ногтями в ладони.

Взгляд Дэрина тут же похолодел. Он уставился себе под ноги и буркнул, словно нехотя:

— Так было нужно, поверь. Я все обязательно расскажу, когда будет можно. Если будет...

— Что ж, тогда довольствуйтесь моим досье, инструктор Штарн!

Развернувшись, я бегом припустила прочь.

Ну и дурацкий же вышел у нас разговор. Совсем не такой, какой я себе нафантазировала вчера перед сном. Оставаться рядом и не расплакаться было просто невозможно, а снова демонстрировать Дэрину эмоции я не собиралась. Но и бежать долго не могла — ноги еще не отошли от издевательств, что учинил нам декан Вальдини. Вдобавок я растревожила ушибленный вчера большой палец, и он разнылся. Пожалуй, придется заглянуть в лазарет не только чтобы навестить друзей. Но сначала нужно решить вопрос с общежитием.

К счастью, Дэрин меня не преследовал, и я, прихрамывая, поковыляла в сторону кампуса, где ближайший к арене корпус был отведен под зал медитаций и раздевалку. Пока шла, размышляла, зачем моему истинному знать, как именно я уничтожила демона?

Признаться, я тоже вчера надеялась, что случится чудо, и я смогу уничтожить демоницу прикосновением, но ничего не вышло. Вывод? Наше сражение с демоном уныния нельзя назвать полноценным. Я находилась в плену иллюзий, и сумела придумать такой выход, и к реальности это не имеет никакого отношения.

Но зачем тогда Дэрин при всех заявил про мою «особую способность»? Я бы решила, что он просто обманул всех, чтобы зачем-то прикрыть меня, если бы не один момент. Он утверждал, что из-за нее меня едва не убили демоны. Но я в этом не уверена, ведь у них были все шансы от меня избавиться! Демоница держала меня за горло. Что ей стоило просто свернуть мне шею? Она бы успела это сделать до того, как Дэрин ее уничтожил, и мои тщетные хлопки ладошками совсем не помогли.

Я остановилась, словно натолкнувшись на стену

Эфир! Но как же тогда я буду учиться?

Я до последнего надеялась, что стоит пройти инициацию, и что-то само по себе изменится, но сегодня я прозрела. Все мои одногруппники едва ли не с детства овладевали боевыми искусствами, мне с ними никогда в жизни не сравниться. Почему же тогда Двери Судьбы сделали столь странный выбор?

Ясно одно, сколько не хорохорься, а в Дверки эти придется сходить еще раз.

— Мари, ты идешь? — окликнула меня Грета. — Ты чего там застыла? У тебя все хорошо? Грета с Шань Со Хань никуда не ушли, а стояли на тропинке и, похоже, ждали меня.

— Грета, кажется, Мари созерцает глубины собственного разума. Не мешай, — глубокомысленно изрекла Шань.

— Уже не созерцаю. Спасибо, что подождали, — благодарно улыбнулась девочкам.

Их странноватая компания — то, что нужно, чтобы отвлечься от невеселых мыслей.

— О чем вы говорили с принцем? — уцепившись за мой локоть, поинтересовалась Грета, едва не подпрыгивая от нетерпения.

— Обсудили кое-какие вопросы по моему дальнейшему обучению, — отмахнулась я.

— Наверное, это по поводу твоей особой способности? — впервые на моей памяти полюбопытствовала Шань.

— Вроде того, — я изо всех сил старалась не вдаваться в подробности.

— А какая она у тебя? — глаза Греты сияли неподдельным любопытством.

— Вот и мне бы хотелось знать... — горестно выдохнула я.

Глава 37. В которой опасность искусства подсматривания

— Знаете, вы все можете что-то действительно полезное, а я не умею ничего такого. Меня не учили драться. Я не умею швыряться огненными шарами и. Мне все больше кажется, что я здесь не на своем месте, — я все же высказала то, что было на душе.

— Двери Судьбы не ошибаются. Прими свою судьбу, какой бы она ни была, — изрекла синтаянка, и ее слова прозвучали весомо и даже как-то жутковато, словно заговорил оракул.

— Слушай Шань, она всегда попадает в яблочко, — поддакнула Грета и предложила: — Идемте к коменданту прямо сейчас!

— В таком виде? — я наморщила нос, изобразив, что принюхиваюсь к собственной подмышке.

— Это может сработать, — как всегда непонятно заметила Шань.

— Шань права! У коменданта кабинет малюсенький, он задохнется от наших кхм... ароматов и согласится на любые требования, лишь бы мы побыстрее убрались! Когда войдем, на счет три незаметно снимаем по одному ботинку, — с воодушевлением предложила Грета и, не выдержав, первая же заливисто рассмеялась.

— Фуу! — переглянулись мы с синтаянкой и тоже расхохотались.

Глупые шутки и болтовня девчонок подняли мне настроение. Как мы и рассчитывали, нам разрешили поселиться вместе, а завтрак и оставшиеся уроки прошли вполне мирно и интересно. С жадностью впитывая новые знания, я думать забыла о том, что мне не стать настоящим демоноборцем.

Последним уроком шла лекция по управлению магическими потоками. Предмет был общим для всех первокурсников, и проходил в огромной аудитории. Среди учеников на трибунах выделялось темное пятно — весь курс некромантов в черной форме собрался вместе. Амалии среди них не было, она разместилась наособицу от своих немногочисленных одногруппников, выделяясь ярко-розовой блузкой, надетой под форменное черное платье.

Как и демоноборцев, некромантов было совсем мало. Даже меньше, чем нас. Правда, парней и девушек было примерно поровну. Я махнула подруге, предлагая присоединиться к нам, и она с радостью согласилась пересесть.

— Ну как твоя группа? Вижу, ты села не с ними, — поинтересовалась я шепотом, когда мы расположились на выбранных Шань местах.

— Не очень, — наморщила нос подруга. — Девчонки — поголовно высокомерные стервы или же глубоко со странностями. Парни... Тоже со странностями в основном, но с ними хотя бы можно иметь дело. Хотя не со всеми, конечно.

О нападении демонов мы смогли поговорить только после занятий, когда остались наедине. Амалия рассказала мне, чем все закончилось и как ее сопроводили к родителям, а затем обратно в академию. Оказывается, декан Дорн вчера говорил и с ней тоже.

— Прости, Ами, что бросила вас вчера. Мне так неловко!

— Мари, о чем ты?! Я думала, что потеряю подругу, когда демоница тебя схватила. Спасибо Дэрину, что подоспел вовремя и снес ей башку. Ты видела, его меч соткался прямо из воздуха!

— Мне было слегка не до того, если честно.

— Это было впечатляюще. Да и остальные так ловко разделались с теми жуткими тварями. Какие же они крутые! Но и наши парни тоже молодцы, достойно держались.

— Я планировала навестить их после занятий. Ты со мной?

— Конечно! Нужно же сказать им спасибо за наше спасение. Боюсь, если бы не они, мы бы так долго не продержались.

— Они молодцы. Настоящие демоноборцы, не то, что я.

— Мари, не смей так говорить! Ты даже учиться не начала, а они — старшекурсники. Я тебя не узнаю, где твой боевой дух?

— Кажется, у меня его почти не осталось, Ами. Что-то расходуется в последнее время слишком быстро, — пошутила я и сменила тему: — А Прим. С ним все в порядке?

Крис не пострадал. Видела его утром, рассказал, что тех дудхестов ему пришлось упокоить, чтобы не подвергать горожан опасности.

Ого!

— На улице было полно горожан, пришлось действовать максимально быстро, вот он и принял такое решение. Не поверишь, но владелец транспортной сети собирается подать на него за это в суд!

— Да уж, непросто быть некромантом. И не важно, кто ты извозчик, или маг первой категории. Кстати, как твоя учеба?

— Не так плохо для первого дня, как я ожидала. Пока все очень сильно напоминает лекарское дело, основы которого я изучала в школе.

Ами с воодушевлением принялась рассказывать о том, как прошел ее день.

— Скажи, а ты уже чувствуешь энергию смерти?

— Пока не знаю. Практические занятия у нас начнутся только завтра, вот и узнаю. Кстати, я узнала, что посвящение у нас будет через месяц, вечером в День Второго Шанса. Первокурсникам устроят какие-то испытания на старом кладбище. Жуть! А ты уже знаешь, как проходит посвящение у демоноборцев?

— Они просто соберутся в какой-нибудь таверне и напьются до поросячьего визга, — вместо меня ответил Кристобаль Прим.

Некромант нагнал нас на крыльце лазарета и обеих приобнял за плечи.

— Приболели, или решили навестить парней?

— Второе, — ответили мы хором.

— Отлично! Идемте вместе.

Дуртауэр и Кинрой лежали вдвоем в одной большой палате и выглядели неплохо для тех, кто еще вчера были едва живым.

— Бран, мы так рады, что ты в порядке! — подскочили мы с Ами к боевику.

— Ой, да что мне сделается то? — отмахнулся парень, проявив завидное единодушие с деканом Дорном в этом вопросе.

Но по тому, как он зарделся, было понятно, такое внимание ему польстило.

— Как-то даже обидно! — возмутился Кинрой и даже привстал. — Пока я выжигал себе потоки, демонстрируя все, на что способен и даже больше, этот бездельник преспокойненько валялся без сознания. За что ему столько внимания, а?!

— Прости, Юргес. Мы тебе тоже ужасно благодарны, — церемонно поклонилась Амалия.

— Спасибо тебе, что сражался, не жалея жизни. Я никогда не забуду. Как ты себя чувствуешь?

Кинрой тоже расцвел, довольный похвалой, но тут же обессиленно откинулся на подушки

— Плохо. Лекари говорят, что меня отсюда в ближайшее время не выпустят.

О...

Похоже, я сильно ошиблась, оценивая состояние по внешнему виду парней. Они просто бодрились перед посетителями.

— Посиди со мной, Мари, — Кинрой слабо хлопнул рядом по краю больничной койки. — Пожалуйста.

Ничего такого, я просто навещаю больного. Помедлив мгновение, сделала, как он просит и вздрогнула, когда Юргес нашел мою руку.

— Спасибо, что пришла, Марэна.

Он слабо стиснул мои пальцы, и у меня что-то защемило в груди.

— Я не могла не прийти.

Отвечая, испытала какую-то странную неловкость, не зная, пожать ли его руку в ответ, или это будет расценено как-то неправильно. Эфир! Да что это такое. Юргес мой друг, вчера он сражался всерьез, чтобы защитить меня.

Сжала его пальцы в ответ, и Кинрой улыбнулся.

— Как ты, Мари? Тебе вчера тоже досталось, — голос парня звучал непривычно слабо.

— Сегодня я пострадала намного сильнее, — я поморщилась, вспомнив, как нелегко оно мне далось как физически, так и морально и прибавила: — У нас была физическая подготовка.

— Ааа, магистр Рифт измывался? — понятливо протянул Юргес.

— Угу.

— Не переживай, они специально так гоняют на первом же занятии. Это нужно, чтобы выявить слабые и сильные стороны новеньких. Понять, с кем имеют дело. Ну и чтобы слабаки осознали, что их ждет и вовремя сделали правильный выбор.

При этих словах я помрачнела, ощутив себя тем самым слабаком. Захотелось побыть одной, немного подумать «о том, что меня ждет, чтобы сделать правильный выбор».

— Пожалуй, мне пора. Тебе нужно отдыхать.

Я попыталась высвободить руку и подняться, но Юргес неожиданно крепко ее стиснул, не позволяя это сделать.

— Мари? — позвал он едва слышным шепотом.

— Что?

Инстинктивно наклонилась ближе, чтобы лучше расслышать. Кинрой неожиданно подался навстречу и смачно чмокнул меня прямо в губы! Отпрянув, я быстро обернулась, но Ами и Кристобаль о чем-то увлеченно болтали с Дуртауэром и, похоже, ничего не заметили.

— Дурак! — прошипела я.

Послав гневный взгляд самодовольно улыбающемуся Кинрою, который вовсе не собирался отходить в мир иной, я поспешила прочь из палаты.

Ненадолго, заглянув в свою новую комнату, сообщила соседкам, что отправлюсь домой за вещами и вернусь ближе к вечеру или вовсе с утра. А у самого портала вспомнила, что забыла отпроситься у Дорна. Декана в кабинете не оказалось, а без его разрешения я не решилась воспользоваться пропуском, но и возвращаться в общежитие не хотелось.

Подумала навестить Амалию, но что-то подсказывало, что она сейчас с Примом. Ами даже ай'рэ скрыла, и я ее за это не виню. На ее месте я бы тоже обиделась на своего истинного за подобное невнимание.

Погрузившись в несвойственную мне меланхолию, я намеренно избегала людных мест. Попыталась прогуляться по парку, но там у каждого куста или дерева обнаруживались соскучившиеся по общению адепты. Поэтому натруженные за день ноги сами по себе привели меня к старому кладбищу, а потом и на «Пятерку». Погрузившись в размышления, я не сразу это поняла, только когда преодолела магическую завесу, которая прикрывает происходящее на арене от посторонних глаз.

Увидев, кто именно здесь тренируется в одиночестве, с колотящимся сердцем юркнула за ближайшую колонну.

Дэрин Штарн! Надо же было так попасться!

Постояла, выравнивая дыхание, но меня так никто не окликнул. Похоже, он меня не заметил. Я осторожно выглянула. Мой истинный расположился ко мне спиной. Раздетый до пояса, он держал перед собой большой, непроницаемо-черный меч — тот самый, что я уже у него видела, но тогда мы скакали на лошади, и у меня не было возможности его рассмотреть.

Сейчас же мне все было прекрасно видно. Дэрин медленно повел мечом, меняя стойку. Мягко, точно крупный хищник переместил вес на другую ногу. Под загорелой, блестящей на солнце кожей перекатывались рельефные мускулы. Я жадно рассматривала его широкие плечи и спину, блестящие от пота. Обтянутые тренировочными штанами ягодицы. Впервые за все время я видела Дэрина таким... Таким... Раздетым!

Осознав, что беззастенчиво его разглядываю, сглотнула враз пересохшим ртом слюну. И в этот миг мой истинный повернулся. Я так растерялась, что даже забыла скользнуть вновь за колонну и приготовилась извиняться, но увидела черную повязку на его глазах.

И в тот же миг на арене появились тренировочные фантомы. Один, два, три. Десять. Они двигались бесшумно, но неведомо как Дэрин их почувствовал. Развернулся. Его меч словно увеличился в длине, и сразил ближайшего. Остальные напали одновременно. Двигались они стремительно и использовали разные техники, но Дэрин был быстрее. Лишь раз одному удалось его задеть вскользь. И по телу моего истинного пробежала голубая молния.

Минута, другая. Вскоре на арене остался только Дэрин. Он тяжело дышал, и словно бы прислушивался. Медленно повернувшись в мою сторону, он вдруг спросил:

— Марэна, это ты?

Потянулся к повязке, прикрывавшей глаза. Но прежде, чем он успел ее снять, я выскользнула за магический барьер и побежала прочь во второй раз за сегодня.

Глава 38. В которой польза искусства подслушивания

Эфир, надеюсь Дэрин меня не заметил, иначе как буду смотреть ему завтра в глаза?

От этой мысли я даже ускорилась, и понеслась, что есть духу, в очередной раз забыв про ушибленный палец. Если он выйдет за барьер, то не сможет разобрать, кто именно убегает по тропинке. Я надеюсь...

Сбавила шаг, только убедившись, что позади не вижу Дэрина. И, подумав мгновение, направилась на поиски декана Дорна. Хотелось бы покончить с обустройством уже сегодня, а для этого все еще нужен пропуск. Форму мне выдали, но куда же без милых сердцу вещей?

У меня даже пижамы нет в конце-то концов!

Решила взять за отправную точку поисков кабинет декана, но Ксандр Дорн встретился мне куда раньше. Я как раз повернула от старого кладбища к главному зданию академии и едва не врезалась в мужчину, облаченного в полный доспех. Шла я быстро, декан тоже торопился, так что наше столкновение могло закончиться травмой. Для меня естественно. Груда магического металла вряд ли бы сильно пострадала.

Придержав за плечи, Дорн критически осмотрел меня.

— Тренируетесь бегать, адептка? — декан издевательски изогнул бровь.

От него не укрылось мое раскрасневшееся лицо и сбитое дыхание.

— Угу, — выдохнула я.

— Похвально. Но помните, быстрый бег и выносливость, еще не все навыки, которыми должен обладать каждый демоноборец. Внимательность к деталям, ловкость, быстрота реакции тоже к ним относятся. У вас пока с этим плохо.

— Угу, — я снова согласилась, удивив декана такой покладистостью.

— Хм. Сегодня инструктор Штарн сделал вам поблажку, Данаостро. Но не ждите, что это повторится. Вы обещали доказать, что справитесь. Работайте над этим.

Он уже хотел было уйти, а я поняла, что это мой последний шанс.

— Декан Дорн! Пропуск! — я протянула открытую ладонь.

— Ах, да. Переезжаете сегодня?

Я кивнула.

Обновив золотой рисунок, Дорн заметил: — Маленький совет, адептка: бегать лучше в специально отведенных для этого местах, в тренировочной форме и обуви. Кажется, у вас уже такая есть.

Подмигнув мне, он бодро направился в сторону «Пятерки».

А я в другую — к порталам. Дома приму душ и переоденусь, а заодно приведу в порядок форму. В комнате есть специальные шкаф, который ее выстирает и выгладит уже к утру, но мне кажется, что наш домашний — лучше справится.

Вымощенная плоским камнем тропинка вела мимо парка. Пели птицы, спасаясь от жары в кронах. Играли светотени, весело пятная пространство, а от деревьев приятно веяло прохладой. Подставляя разгоряченное лицо струям воздуха, я шла прогулочным шагом, устав весь день куда-то торопиться.

Краткий разговор с деканом, как ни странно, меня подбодрил. Дорн прав. Я должна тренироваться. Для начала начну бегать. Хоть в этом буду не хуже остальных.

Магические навыки тоже необходимо развивать. Даже опытным демоноборцам приходится постоянно поддерживать себя в форме. Взять хотя бы Дэрина, за которым я только что наблюдала.

Вспомнив школу и собственные неуклюжие попытки магичить в первые месяцы, улыбнулась. Академия в этом плане от школы ничем не отличается. Я же смогла почуять на улице тварей, значит у меня есть все шансы овладеть и другими обязательными навыками.

Сегодняшний день меня научил главному: в любом деле начинают с малого. Мне стоит получше узнать о магии демоноборцев. Не сразу же они выучились швыряться огнем, доставать из воздуха мечи и все такое? Правда, я надеялась узнать об этом на занятиях, но в моем случае придется действовать на опережение.

Я грустно вздохнула. Жаль, что не могу посоветоваться с папой, он бы мне точно многое порассказал и научил чему-нибудь полезному. Но к кому бы мне обратиться?

Точно! Попытаю-ка я Юргеса. Может, даже потренируемся вместе, когда он выздоровеет.

Вот только его сегодняшний поступок...

Поцелуй меня больше возмутил, чем понравился. Кинрой, конечно, герой и все такое. Защищал нас с Ами, не жалея сил, но. Разве это не то, что сделал бы любой демоноборец для каждого, кто нуждается в его помощи? Чего же тогда целоваться?

Тропинка по какой-то неведомой мне задумке была довольно извилистой. Следуя ее изгибам, я вывернула из-за очередного поворота и застыла от удивления. А все потому, что навстречу мне вразвалочку шли Кинрой, Прим и Дуртауэр! И ни один из них не выглядел тяжело больным! Ну, разве что Бран немного прихрамывал.

Ах вы ж!.. А притворялись-то притворялись!

Меня парни не заметили, увлеченные беседой. Соскользнув с тропинки, я спряталась за ствол ближайшего дерева.

Подожду, пока обманщики поравняются, а потом неожиданно выскочу прямо у них перед носом и выскажу, все что думаю об этом. Но донесшийся разговор спутал все мои планы, заставил замереть и прислушаться, затаив дыхание.

— Влюбленная жена куда лучше, чем просто жена, парни. А крепость по имени Марэна обязательно мне покорится.

— А мне кажется, это подло, — заметил Бран, приостанавливаясь и потягиваясь. — Мари хорошая девушка.

— Почему вдруг подло? Что подлого в женитьбе?

— Плохо то, что ты собираешься сделать для этого, — Дуртауэр, быстро оглядевшись по сторонам, совершенно по-простецки подтянул штаны.

— Разве я собираюсь сделать ей плохо, дружище? Совсем напротив, ты знаешь, какими довольными я умею делать женщин, — Юргес самодовольно ухмыльнулся. — Мари очень темпераментная. Это заметно. Из нас получится отличная пара.

— Ты хотя бы предохраняйся, когда до дела дойдет, Темпераментный наш, — пробурчал Бран.

Похоже моральные принципы Дуртауэр пока не растерял, в отличие от некоторых.

— И не подумаю! Чем скорее все случится, тем лучше. Я очень буду стараться. Если Мари забеременеет до свадьбы, вообще прекрасно. Тогда ей будет некуда деться, и я быстрее добьюсь ее согласия. Не придется ждать окончания учебы. И мой отец будет только рад внукам с приличным уровнем дара. Все довольны и счастливы.

— Звучит прямо как план! — усмехнулся Кристобаль Прим.

Пара? Внуки? Свадьба! Чегооооо?!

Осознав, о чем именно Юргес тут болтает, задохнулась от возмущения. Оказывается, он все решил! Только вот я пока согласия не давала! Ни на брак с ним, ни на поцелуи, ни на... прости меня Эфир, все остальное. Хорошо, что я и так уже красная, дальше некуда. Щеки просто пылали от стыда и негодования.

Как он только смеет допускать столь грязные мысли! Я? Я! И соглашусь на такое до свадьбы? Да за кого он меня принимает. Или стоп! Он что, думает, что ай'рэ я потеряла из-за того, что легкомысленная?

Признаться, я представляла, как все будет с Дэрином, но он-то мой истинный, и это само собой предполагалось, но Кинрою я даже повода не давала о таком думать!

Ни намека на что-то большее, кроме дружбы!

Да он даже за мной не ухаживал! Ни единого цветочка не подарил! Не приглашал на свидания. Мы просто потанцевали разок и прогулялись по городу, да и то неудачно!

Не понимаю, как только наглый блондин до сих пор не воспламенился под моим взглядом. Он еще поплатится! Я почти решилась выйти и высказать Юргесу в лицо все, что думаю о его коварных планах по взятию крепостей, но тут заговорил Прим.

— Хорошо. Допустим вы с Марэной поженитесь, и она даже не убьет тебя в первые годы совместной жизни, но ты не думал, что станешь делать, когда пройдешь ритуал и узнаешь, кто на самом деле твоя истинная?

Вдохнув, я забыла выдохнуть.

— Крис, ты о чем? Я верен принципам «Стоп-ай’рэ», — непонимающе улыбнулся Кинрой.

— Любопытство рано или поздно берет верх, друг, — некромант ответил ему своей самой порочной улыбкой.

От такой даже мурашки по коже.

Бран с удивлением смотрел то на одного, то на другого, пока друзья мерились взглядами. Мне показалось, или происходит что-то странное?

— Провоцируешь? — первым не выдержал Юргес.

— Нет. И ты, Кинрой, и я. И вот он, — Кристобаль указал подбородком на Дуртауэра. — Все мы рано или поздно придем в храм Эфира, чтобы пройти ритуал. И я не знаю, кто в итоге окажется счастливее. Тот, кто сделал правильный выбор сам, или тот, за кого выбрали боги...

— Кажется, ты теряешь веру друг. Но я тверд в свое мировоззрении. Я сам делаю выбор. И я выбрал.

— Выбрал он, хм. — некромант почти презрительно скривился.

— Юрг, но ведь не любишь Мари по-настоящему, признай, — Бран положил руку Кинрою на плечо.

— Как это не люблю? Конечно, люблю. И ее, и всех остальных девчонок, пока я не обременен обязательствами брака. Иногда люблю даже по две зараз, — Кинрой глумливо заржал, но его не поддержали.

Парни снова двинулись вперед, и мне пришлось тихо переместиться за следующее дерево, чтобы не пропустить продолжение.

— Кстати, а чего ты так рано ушел с моей последней вечеринки, Крис? Мы славно оторвались. Да, Бран? — Юргес пихнул Дуртауэра локтем. — Эти рыженькие близняшки просто огонь! Такое вытворяют.

— Кажется, вас двоих им было достаточно.

— И для тебя нашлось бы развлечение, но ты предпочел женщинам Эгросское красное.

— Это он из-за Ами Риано все, — простодушно заметил Дуртауэр. — Сам не свой в последнее время. Наверное, влюбился.

— Считаю, глупо хранить верность той, с которой у тебя заведомо нет никаких шансов. Видел ее ай'рэ? — заметил Кинрой.

— А ты видел ее истинного? — парировал некромант. — А от ай’рэ легко избавиться, сам знаешь. Это с твоей стороны неразумно обхаживать ерру Данаостро и одновременно устраивать свои «огненные» вечеринки. Слухи дело такое...

Это точно. Только ерра Данаостро уже все узнала из первоисточника. Удачно получилось. И как все-таки хорошо, что я не влюблена в Кинроя, а вот Амалию стоит предупредить об опасности. Сдается мне, что Прим не станет трепаться. Он все устроит молча. Я с тревогой подумала о том, что Ами сегодня скрыла ай'рэ.

Кинрой, раздраженный словами некроманта, резко остановился и развернулся к другу. Мне даже показалось, что парни сейчас подерутся. Но заминке я порадовалась, потому что было жуть как интересно узнать что-то еще, а продолжать слежку было невозможно — впереди начинались заросли густого кустарника.

— Вот получу положительный ответ от Марэны, и не будет больше никаких вечеринок. Кристобаль немного помолчал, склонив на бок голову и неожиданно поинтересовался:

— Скажи-ка мне, дружище, кому из вас больше нужна эта свадьба, тебе или твоему отцу? Юргес открыл рот. Закрыл. Выдохнул, усмехнувшись, а потом ответил:

— Да пошел, ты!

Развернувшись, он быстро зашагал по дорожке. Кристобаль проводил его тяжелым взглядом.

Глава 39. В которой почти непристойное предложение

По Брану было заметно, что он огорчен ссорой друзей.

— Зря ты так с ним. Юргесу сейчас нелегко. Отец на него давит с этой женитьбой. Ты же знаешь, какой он требовательный, — укорил он некроманта.

— Мне то что? — криво ухмыльнулся тот. — Юргесу пора повзрослеть и научиться самостоятельно принимать решения.

Бран перекатился с носка на пятку.

— Может, ты и прав... — он с тоской посмотрел на небо. — Ладно, пожалуй, я тоже пойду. Завтра с утра мы должны быть в лазарете. Нас отпустили на ночь, но пришлось пообещать, что мы вернемся. Я все бока уже отлежал за этот день, если честно.

Пожав друг другу предплечья, друзья расстались. А я выбралась из своего укрытия на тропинку, размышляя над услышанным.

Из всего разговора я сделала интересный вывод: Юргес может сколь угодно хорохориться перед парнями, но это значит одно — отец попросту ему приказал. Вот почему он сделал мне столь внезапное предложение. Наверное посчитал, что я с радостью соглашусь после потери ай'рэ?

Советнику Кинрою ударило в голову женить на мне своего сына. Но зачем?

Вывод просто ошарашил меня: мой дядя Оллан до сих пор не женился и у него нет наследников. Проще всего породниться с королем именно через меня. А что? Кинрой всегда был амбициозным, его сын не слишком в этом отстает. Может, поэтому не перечит папочке? Просто их желания совпадают?

Ну что ж, мы еще посмотрим кто кого.

Домой я ввалилась, едва передвигая ноги. Тетя накормила меня полезным ужином и принялась расспрашивать, как прошел день. Подумав, изложила ей краткую версию того, что узнала:

— Тетя, похоже советник Кинрой хочет женить на мне Юргеса.

— Откуда знаешь?

— Подслушала, — честно призналась я. — И мне совершенно не стыдно.

Тетя только хохотнула.

— Вот как? И что ты думаешь по этому поводу.

— Я все еще люблю Дэрина...

— Тогда откажи Юргесу, когда он явится с предложением, и точка. Андрес хотел бы, чтобы ты была счастлива.

— Он уже его сделал, но я не давала ответа.

Тетя поглядела на меня пристально?

— То есть ты допускала такую мысль?

— Не знаю. Наверное, я была так обижена на Дэрина, что в тот момент едва не согласилась. Возможно, мне показалось это неплохой идеей, но теперь.

Я вспомнила, как Дэрин спас меня от демоницы. Как прижимал к себе, когда скакали на лошади, защищая от тварей. Он сказал, что не позволит меня обидеть. И сегодня. Видеть его все равно, что сыпать соль на окровавленную рану, но мое сердце еще замирает, когда его вижу. Я пока не готова его забыть.

— Ты передумала, — утвердительно закончила за меня тетя Бесси.

— Вроде того, — согласилась я.

Некоторое время мы пили чай в молчании. Я с куском полюбившегося мне малинового торта, а тетя просто так.

После я левитировала несколько собранных еще вчера сумок к порталу и расцеловалась на прощание с тетей, пообещав быть осторожной и заглядывать по вечерам и на выходных. В общежитие я заявилась незадолго до отбоя.

— Мы думали, ты уже сегодня не вернешься, — подскочила с кровати Грета.

— Как видите, я здесь, — развела я руками.

Осмотревшись, направилась к единственной незанятой кровати и принялась разбирать вещи. Мне было не привыкать жить в подобных условиях. В магической школе комнаты были общими на десять человек.

Некоторое время девочки молча наблюдали за мной, обмениваясь странными взглядами, природу которых я не могла понять, потому предпочла сделать вид, что ничего не замечаю.

— Хочешь, поменяемся со мной местами? — предложила вдруг Грета. — Шань?

— Выбирай любое. Мне все равно, где спать, — отозвалась синтаянка.

— Вы чего? — удивилась я.

— Ну мы тут подумали, ты же все-таки почти принцесса. Мы должны...

— Ничего вы мне не должны! — я даже возмутилась. — Я такая же адептка, как и вы. И мое место то, что не занято. Точка! И забудьте ересь, что вам наговорили. Я, вообще, выросла на ферме, — зачем-то прибавила я, сопя от недовольства.

История повторялась. Что-то подобное произошло и в школе, когда одноклассники узнали о моих родственных связях.

— На ферме? Правда?! А во дворце ты бывала?

Вопрос Греты подсказал, что она точно не читала статьи, где мое магофото на руках и Кинроя, иначе бы знала наверняка.

— Доводилось, — отмахнулась я, не желая развивать эту тему.

— И как там? Вот бы тоже побывать хоть разочек. — мечтательно вздохнула Грета сложив руки в молитвенном жесте.

— Красиво, конечно. Да ты и сама все увидишь. Разочек так точно.

— Как это? — удивленно заморгала моя собеседница.

При этих словах даже у невозмутимой Шань загорелись глаза.

— Раз в году мой дядя устраивает бал для всех, кто закончил учебу с хорошими отметками,

— удовлетворила я любопытство соседок.

— Я буду очень-очень стараться! — с пылом воскликнула Грета Мизери. — Слышала, Шань?

Вечер прошел в мечтах и беседах, а утро снова началось с пробежки.

Вместо декана Вальдини у «Пятерки» нас встретил инструктор Штарн, одетый точно в такую же форму, как и мы все. Я старалась не смотреть на него, слишком уж свежи были воспоминания о вчерашней тренировке.

— Парни, десять кругов. Девушки — шесть. Если у кого-то останутся силы, можете пробежать больше, но не советую, — его усмешка мне совершенно не понравилась. — За мной мааарш! — скомандовал Дэрин и первым направился по дорожке.

— Сегодня бежится куда легче, — отметила Грета через несколько кругов.

Я не могла с ней согласиться. После вчерашней беготни, все мышцы ныли, так что я переставляла ноги на одном упрямстве. Радовало только сниженное количество обязательных кругов.

— Это — потому что ты пялишься на задницу принца и мечтаешь. Поэтому время летит для тебя незаметно, — поддела подругу Шань.

— Ничего подобного! Я пялюсь на все задницы сразу! — возмутилась Грета. — Вы только посмотрите какие они у парней из «Семерки». Мммм!

— По тебе и не скажешь, что ты такая пошлячка! — не выдержала я и рассмеялась, сразу сбив дыхание.

И действительно, утонченная внешность Греты Мизери больше подошла бы какой-нибудь принцессе, чем девчонке, выросшей на ферме.

Когда мы, наконец, закончили бегать, Дэрин отправил нас на арену, наказав разминаться. Даже Шань не стала никому ничего доказывать и бежать дополнительный круг. Но еще больше удивила нас Ирэн Мьюр, оторвавшаяся от своей компании.

— Не помешаю? — поинтересовалась она.

Шань промолчала, словно не услышав вопроса.

— Присоединяйся, — пожала плечами я.

— А что это ты откололась от коллектива? — съехидничала Грета.

— Я себе не враг, — усмехнувшись, Ирэн указала глазами вперед.

Мы как раз миновали окружающий арену защитный барьер и остановились как вкопанные, напоровшись на внушительное сооружение, которого еще вчера здесь не было.

— Полоса препятствий! Да! — радостно воскликнула синтаянка.

Она выглядела так, словно ей подарили лучший в жизни подарок на день рождения. Не сговариваясь, мы втроем посмотрели на нее как на сумасшедшую.

— Рекомендую размяться как следует, — снизошла до совета Ирэн Мьюр и первой приступила к упражнениям.

Мы последовали ее примеру, наблюдая, как распаренные парни бегут последний круг. Бегут... Парни!

Я выпрямилась и обреченно выдала:

— Я их вижу.

— Что? — переспросила Грета, пытаясь сесть на шпагат.

— Я вижу все за пределами арены.

— Ну да, и что это значит?

Это значит, что Дэрин видел мое вчерашнее позорное бегство и догадался, что я за ним подсматривала. Какой кошмар!

— Уже ничего.

Я сделала вид, что сосредоточилась на следующем упражнении, а сама задумалась, что теперь будет куда тяжелее заниматься.

Но я быстро забыла обо всех моральных терзаниях, их затмили физические. Наверное, только Шань радовалась, проходя полосу препятствий. Мы прыгали, бежали, падали в грязь, балансировали на узких бревнах и раз за разом падали в мерзкую жижу. К концу занятия, когда мы снова построились, мы различались только по форме, размеру и цвету глаз. Цвет всего остального у нас был одинаково-равномерно-грязный.

Дэрин шел вдоль строя, давая дельный совет каждому. По традиции начал он с «Семерки».

— Аньер, вам следует потренировать баланс.

— Ярни, отлично, но не расслабляйтесь. Демоны всегда.

— .в лучшей физической форме, инструктор Штарн! — закончил за него Милош.

— Мьюр, что с левой рукой?

— Кажется потянула, инструктор Штарн, — сконфуженно ответила баюкающая запястье Ирэн.

—Не забывайте помогать себе магией во время упражнений. Это не желательно, но и не запрещается. Следует соблюдать баланс усилий. Понятно? А теперь марш в лазарет!

— Я поняла, инструктор Штарн. Спасибо!

Девушка сорвалась с места и не очень бодро потрусила прочь с арены, а Дэрин двинулся дальше. Постепенно он добрался и до нас.

— Со Хань, с вашим невысоким ростом сложно преодолеть стену. Девушки, для всех тот же совет, что и для адептки Мьюр. Помогайте себе магией в критические моменты. Не гонитесь за парнями. Физически они всегда окажутся сильнее и выносливее. Развивайте

резерв — в этом ваша сила. Посоветуйтесь с магистром Кендл. Она в астрале многим фору даст.

— Спасибо, инструктор Штарн!

— Мизери, неплохо, но не нужно так визжать каждый раз, когда падаете в грязь. Никто не запрещает левитировать, смягчая падение. Если умеете. Если нет... Лучше бы научиться.

— А вы покажете, как это делать? Курс бытовой магии в школе включал в себя лишь перемещение предметов, а до инициации мой резерв мало что позволял, к сожалению... — смутилась Грета.

— Мы протестировали ваши способности и уже завтра начнем изучать магические защитные приемы: левитацию, защитный кокон и толчок или отбрасывание. После разминки естественно.

— А когда уже приступим к настоящей боевой магии? — спросил тот самый адепт, который демонстрировал вчера

— Когда я буду уверен, что вы способны пройти полосу препятствий с первого раза, адепт Ширли. Данаостро, — Дэрин вдруг оказался прямо напротив меня.

Наши взгляды встретились, и меня точно затянуло в сталь его зрачков. Он стоял и молчал, а я не понимала, что со мной творится, и радовалась, что толстая корка грязи на моих щеках скрывает стремительно краснеющую кожу.

Не понимаю, сколько прошло времени, когда Дэрин мотнул головой и вдруг выдал.

— Адептка Данаостро, вам совершенно необходимы индивидуальные занятия. У меня есть время в среду и субботу вечером, которое я смогу посвятить вам. Иначе вы сойдете с дистанции.

Прерывисто вздохнув, я склонила голову. Ужасно стыдно, но так оно и есть. Я хуже всех прошла дистанцию. Почти все снаряды полосы оказались мне не по зубам.

— Да, и загляните уже в лазарет. Вы второй день как хромаете.

— Да, инс. труктор Штарн, — я запнулась, обращаясь к Дэрину.

Индивидуальные занятия? Эфир! Мне придется оставаться с ним наедине без группы? Нет!

Глава 40. В которой снимаются маски

Одна моя часть как закоренелый мазохист пела от счастья, радуясь и предвкушая, как это будет. А вторая. Вторая мрачно наблюдала за первой, крутила пальцем у виска и неодобрительно качала головой.

— Мари, какая же ты счастливая! — щебетала Грета. — Хотела бы и я индивидуально позаниматься с инструктором Штарном!

Она закатила глаза, изображая смесь полета на небеса со щенячьим восторгом. Хань только скептично хмыкнула.

Наша группа, недружно растянувшись по тропе, топала к раздевалке. Мало у кого хватало сил на болтовню, разве что у неунывающей Мизери. А я старалась думать не о завтрашнем вечере, а о том, хватит ли мне времени, чтобы отмыться и позавтракать.

В раздевалке началось самое веселое. В белье и с перепачканными напрочь лицами мы выглядели вдвойне нелепо. Когда мы сняли испачканную форму, оказалось, что одежда неплохо защитила нас. А сейчас, глядя на себя в зеркало и друг на друга, мы не смогли удержаться от хохота. Наверное, так сказывалось и напряжение, но настроение как-то сразу поднялось.

— Да уж, без бытовой магии здесь не обойтись, — скептично заметила Грета, рассматривая свои некогда гладкие мягкие волосы, покрытые плотной коркой. Она понюхала прядку и сморщилась от омерзения. — Где они взяли эту дрянь? Воняет как свиное стойло!

Грета преувеличивала. Запах был вполне обычный, хоть и не слишком приятный, но грязь успела основательно засохнуть на солнце, и отмыть их быстро было просто невозможно.

Неожиданно смущаясь и одновременно заметно психуя, к нам подошла державшаяся особняком Ирэн.

— Чего тебе надо, ань ям? — недружелюбно поинтересовалась у нее Шань.

Грета тут же посерьезнела и встала плечом к плечу с подругой.

— Если ты собираешься затеять ссору, подумай дважды, — она предупреждающе наставила на Ирэн указательный палец.

— Не собираюсь я ссориться, — раздраженно буркнула Ирэн и хотела уже было отойти. Но потом передумала. — Мне... Мне нужна ваша помощь.

Мы все посмотрели на нее, слегка удивленные.

— И чем же мы, такие никчемные, можем тебе помочь, о великая воительница и победительница демонов? — ехидно спросила Грета.

— Я... Я была не права, — нехотя своеобразно извинилась Мьюр. — На меня иногда находит. Это. Это последствия инвазии, — она выдохнула признание, словно слова давались ей с трудом.

— Демон тщеславия? — догадалась я, припомнив рассказы мамы и отца.

— Да, — подтвердила девушка.

Эту тварь было весьма трудно определить, ведь в отличие от многих других, действовала эта тварь осторожно, постепенно меняя поведение жертвы. Лишь самые близкие люди могли заметить на ранних стадиях признаки инвазии.

— Как я могу тебе помочь? — я решила наладить контакт.

Все-таки нам учиться три года вместе, не дело все время враждовать.

— Помогите мне с волосами. Пожалуйста, — добавила она словно не сразу вспомнив о вежливости.

— Ты не можешь вымыть себе голову? — простодушно удивилась Грета.

— Обычно я так и поступаю, но сегодня мне не хватит времени чтобы промыть — Ирэн демонстративно перекинула на грудь длинный хвост, который сейчас напоминал покрытую илом водоросль или канат. — Но тогда я опоздаю на завтрак или придется идти голодной на уроки.

— Стройнее будешь, — не унималась языкастая Грета, которая не приняла ее оправданий.

— Я плохо себя контролирую, когда голодная. Становлюсь злой и раздражительной. На людей бросаюсь...

— А! Так значит ты в тот день плохо позавтракала, вот оно что.

Мне тоже не слишком нравилась Ирэн, но я хорошо представляла всю серьезность последствий инвазии. Не так-то просто с ними совладать. Все-таки хорошо, что меня это не коснулось. Шепнув магическую словоформу, я совершила пасс рукой, выбрав заклинание отторжения чуждого. Грязь отстала от волос Ирэн и мелким песком осыпалась на плечи девушки.

— С остальным справишься? — уточнила я.

Она кивнула.

— Спасибо.

Проделав тоже самое со своими волосами, я повернулась к девчонкам.

— Вам тоже помочь?

— У тебя получается лучше, — согласилась Шань.

— Я сама, спасибо, — Грета использовала что-то иное, но тоже действенное. И в ее случае грязь вообще куда-то исчезла. — Мне часто приходилось приводить в порядок чумазых братьев, чтобы мама не ругалась, — пояснила она.

Закончив с гигиеной, мы отправились на завтрак и снова на уроки. Палец, который почти не напоминал о себе всю тренировку, начало нещадно дергать. К счастью, оказалось ерунда. Простой ушиб, который я то и дело тревожила. Закончив с лечением, я вышла из кабинета ериссы Медеи и тут мне пришла в голову безумная идея.

А не навестить ли мне незадачливого «женишка»?

Сначала я планировала зайти и сходу уличить Кинроя в обмане, но пока шла к палате, у меня родился совсем иной план.

— Привет, можно? — осторожно заглянула внутрь.

Вполне бодрый с виду Юргес, сразу как-то обмяк на постели, изобразив болезненный вид. От меня не укрылось, как спрятал под одеяло какую-то книжку.

Скромно проскользнула внутрь, аккуратно прикрыв дверь за собой. Подумав, накинула на нее полог тишины, который без следов спадет сразу, если ее открыть — такими штуками овладевал каждый уважающий себя адепт еще в магической школе. Конечно, не полноценный купол, но поможет избежать выговора от лекарей. Я планировала пошуметь.

Махнув приветливо Дуртауэру, к которому у меня не было особенных претензий, присела на краешек постели Кинроя. Взяла его ладонь двумя руками и участливо заглянула в глаза:

— Как ты, Юрг?

— Без изменений, — слабым голосом ответил Кинрой. — Спасибо, что пришла Мари.

Едва заметная улыбка тронула его красивые губы, и он стиснул мои пальцы.

— А что говорят лекари, когда ты сможешь встать на ноги?

— Вряд ли в ближайшие две недели. Но твое присутствие творит чудеса. Мне легчает на глазах. Прошу, навещай меня почаще.

Кинрой послал мне один из своих самых соблазнительных взглядов. Наверное, на других девушек это действовало, а меня только взбесило.

— О! Ты даже не представляешь, на какие чудеса я способна, ради тебя! — шепнула, доверительно наклонившись близко-близко.

Расстояние между нашими лицами сократилось до опасного. Изобразив смущение, я закусила нижнюю губу и глянула на Юргеса из-под ресниц. Надеюсь, получилось достаточно соблазнительно.

Парень повелся. Его рука в моей дернулась, но я держала крепко. Обнять меня он не смог, но инстинктивно потянулся за поцелуем. Да еще так удачно прикрыл глаза, не ожидая подвоха!

Тут-то я и применила все коварство, на какое была способна.

Выпустив ладонь Юргеса, сунула руку под одеяло и долбанула простеньким разрядом прямо в обнаженный теплый бок парня.

Вреда никакого, кроме морального. В школе мы часто так подшучивали друг над дружкой. Защитная магия низкого уровня не требовала специальной подготовки и даже не сработала бы, если бы цель была готова.

Но Юргес готов не был.

Вскрикнув, он взвился над кроватью. Мгновения хватило, чтобы парень оказался по другую сторону палаты и, бешено сверкая глазами, принял боевую стойку. Я и не ожидала такого эффекта. Любо-дорого посмотреть!

Вскочив на ноги прямо на его постель, выпучила глаза и, тыча в Юргеса пальцем, заорала:

— Чудо! Смотри, Бран, чудо! Юргес снова ходит!

Сообразив, что его развели точно школьника, Кинрой выпрямился. Сложив руки на груди, неодобрительно уставился на меня.

— А нечего обманывать! Неприятно, знаешь, ли.

С видом оскорбленной принцессы я чинно слезла с кровати. Раздался негромкий хлопок — что-то упало. На полу прямо у меня под ногами лежала та самая книга. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что это такое.

— Да, ладно!

Многозначительно приподняла брови, подняв книгу с пола.

— Эй, верни на место! — Юргес подался было ко мне.

Я отступила к двери.

— Не слишком ли ты резвый, для человека, который минуту назад утверждал, что еще две недели не сможет ходить, а? — Не позволяя забрать книгу, прочитала: — Фелисия Лавкроун «Последняя жена герцога Эзра». Ммм, как интересно!

Бран громогласно расхохотался, делая честь парадному жеребцу моего дядюшки.

— Чего ржешь, идиот? В таких романах много полезного. Прочитал бы хоть один, пользовался бы куда большим успехом у женщин, — огрызнулся Кинрой.

— Не ожидала от тебя столь тонкой душевной организации, — я протянула томик законному владельцу. — Но я рада узнать о пристрастиях жениха получше. Ах да, несостоявшегося жениха.

Развернувшись, я направилась к выходу.

— Мари! — окликнул меня Юргес.

В этот момент дверь распахнулась, и вошла сестра.

— Ерр Кинрой, ерр Дуртауэр, обследование закончено. Можете покинуть лазарет, никаких противопоказаний к учебе и физическим нагрузкам нет. Наоборот, уделите дополнительное времени магическим тренировкам и медитации, для восстановления резерва.

Покидая палату, я бросила многозначительный взгляд на подмочивших репутацию парней, перед тем как мягко притворить дверь.

В дружбе я не собиралась им отказывать, но пусть знают, что ложь в наших отношениях неприемлема. А вот замуж за Кинроя я теперь точно не пойду, даже если когда-то и допускала подобную мысль. После двух неудачных попыток вступить в отношения, карьера демоноборца кажется мне куда привлекательнее.

Объявление написать, что ли?

Представила строки в местной газете: «Я, Марэна Данаостро, меняю новое свадебное платье на кожаный доспех демоноборца. Можно подержанный...».

Вот это будет скандал! Я невесело рассмеялась.

Глава 41. В которой появляется надежда

Именно так — с улыбкой на лице — я и впечаталась прямо в пышную грудь Дилайлы. Рыжая как раз влетела в фойе лазарета. Похоже, ее глаза еще не адаптировались после яркого солнечного света, к прохладному полумраку. Или. Или она попросту плакала?

— Ой! Прости. Ты не ушиблась? — магичка придержала меня за плечи.

— Нет-нет, ничего. — промямлила я растерявшись.

Надо было, наверное, тоже извиниться, все же тут нашей вины было поровну, но я не смогла выдавить ни слова. Слишком сильно ревновала.

Часто поморгав, Дилайла неожиданно выдала:

— Марэна Данаостро? Ты же истинная Дэрина Штарна?

— Уже нет! — зло отрезала я и попыталась высвободиться из ее хватки, чтобы уйти.

Да не тут-то было! Руки у девушки-демоноборца оказались неожиданно сильные.

— Постой, — мягко попросила она. — Знаешь, это несправедливо.

— Что именно? Соблазнять чужих истинных? — я не смогла удержаться от сарказма.

От удивления Дилайла выпустила мои плечи, чем я не преминула воспользоваться.

— Мне кажется, или ты обвиняешь меня? — донеслось в спину. — Но почему?

Я не снизошла до продолжения беседы, но рыжую бестию это не смутило.

— Думай, что хочешь, но твой ай'рэ пропал по совсем иной причине.

Сморщившись, я остановилась. Как бы мне ни хотелось изобразить равнодушие, любопытство взяло верх. Медленно обернувшись, я спросила:

— Хочешь сказать, что ты не вешалась чужому истинному на шею?

Рыжая глубоко вздохнула, медленно выпустила воздух через губы, сложенные трубочкой, а потом ответила:

— Не все в этом мире такое, каким кажется. Приходи, когда будешь готова к разговору, с удовольствием отвечу на все твои вопросы.

— Мне не о чем разговаривать с такими как ты!

— Обидно, — она усмехнулась. — Но знаешь, мы не так уж сильно отличаемся. Разве что тем, что в нас вселялись разные демоны.

Чмокнув воздух перед собой, рыжая соблазнительно улыбнулась, а затем первой развернулась и ушла. Я еще некоторое время провожала ее спину взглядом, пытаясь сообразить, что было в этом жесте не так. Лишь на улице, когда я неспешно брела вдоль старого кладбища, не желая сразу возвращаться в свою комнату в кампусе, до меня наконец дошло.

Глаза! Взгляд Дилайлы был полон грусти. Или даже отчаянья?

Новое утро началось как обычно — с тренировки. Первые три круга я даже не заметила, а уставать начала только к шестому. Не зря вылечила палец, или просто натренировалась?

— Инструктор Штарн, а полоса препятствий сегодня будет? — поинтересовался кто-то из парней.

— До нее еще дойдет дело, а у нас иная задача. Каждого из вас учили базовым защитным приемам в школе. Левитация, толчок или отбрасывание и защитный кокон. Сегодня мы протестируем, на что вы способны и потренируемся, если останется время.

Дэрин построил адептов и снова пошел по привычному списку, начав с «Великолепной семерки». Можно было расслабиться, ведь я была в нем самой последней.

Все семеро юных демоноборцев уже прошли через настоящие бои и овладели нужными навыками, но тренировки никто не отменял. После быстрой демонстрации всех трех навыков сразу Дэрин отправил их на другой конец арены — тренироваться на фантомах.

Остальные не могли похвастаться такими же успехами.

— Левитация предметов одно из первых умений, который осваивает любой маг. Начнем с нее, только поднимать мы будем себя.

Дэрин поднялся над поверхностью. Повисел так несколько секунд и плавно спустился.

— Помните, левитация не то же самое, что и полеты. На это способны только ангелос и только в астрале. Зато она может сберечь вашу жизнь или жизнь вашего товарища.

Адепты загудели, делясь случаями из жизни, и Дэрин дал им немного времени высказаться.

— Ну что, приступим. Вы должны приподнять себя не ниже уровня собственных колен и удержаться в воздухе. Минимальное время — десять секунд. Обычно этого достаточно, чтобы затормозить падение и сориентироваться. Сначала парни, потом девушки, — Дэрин жестом подозвал первого адепта.

Поднимать предметы и себя — разные вещи. Важно не опрокинуться, и при этом правильно рассчитать скорость подъема. Два первых парня слишком резко взмыли в воздух, потеряли от неожиданности концентрацию и рухнули. Но Дэрин подхватил их чуть раньше, не позволив удариться.

— Осторожнее! Используйте магию малыми порциями, пока не достигнете баланса.

У Шань с балансом проблем не было. А вот у Греты случилась небольшая заминка, но скорее от волнения. Со второй попытки все получилось, но она так и продолжала робеть и заикаться, и за это мне хотелось ее стукнуть.

Для меня задание не представляло трудности. В школе мы еще и не такое вытворяли, выбираясь на улицу прямо из окон. Я лично прыгала с третьего этажа, подхватывая себя у самой поверхности — такое считалось особым шиком. Баловство, конечно, но однажды этот навык спас мне жизнь, когда подо мной подломилась ветка дерева.

— Так не честно! Девчонки легче, им нужно меньше усилий, — пошутил кто-то из ребят.

— На экзамене вы будете ловить себя, а не девчонок, адепт Нейт. Хотя второе, бесспорно, приятнее.

Дождавшись, пока хохот стихнет, Дэрин продолжил.

— Теперь толчок или отталкивание. Кто скажет, для чего его можно использовать? Адептка Со Хань?

— Чтобы отбросить наглеца, распустившего руки подальше! — громко ответила синтаянка, сверкнув раскосыми глазами.

Парни дружно загудели.

— Да! И желательно, чтобы приставала как следует долбанулся глупой головой обо что-нибудь твердое! — ехидно дополнила ее ответ Грета Мизери.

— Похоже, тут имеет место что-то личное, но в целом девушки правы. А еще?

— Можно самому оттолкнуться. Например, чтобы прыгнуть подальше, — предположил кто-то из парней.

— Хорошо. Основная мысль верная — толкнуть самому или толкнуться. Это применимо во многих ситуациях. К примеру, однажды я банальным толчком отбил летящие в меня со всех сторон копья демонов.

— Ого! — едва не упала от восторга в обморок Грета.

А парни снова загомонили, требуя еще рассказов о битвах.

— Как-нибудь позже, а теперь приступим.

— Что-что, а толкаться мне раньше не приходилось, — шепнула я девчонкам. — Такого не было в нашей школьной программе.

— Такое изучают на улице, — ухмыльнулась синтаянка.

Когда до нее дошла очередь, она всех удивила.

— Инструктор Штарн, а можно швырнуть в меня чем-нибудь потяжелее, но только не магией? Семь предметов, или десять. Не важно.

— Хм. Вы уверены, что справитесь?

Шань уверенно кивнула.

Оказывается, на арене имелось разнообразное оборудование и снаряжение, так что ее пожелание было несложно выполнить. По команде Дэрина сразу семеро парней запустили в синтаянку по тяжелому тренировочному мячу с разных сторон. Я отметила, как напрягся Дэрин, готовясь прикрыть девушку щитом, но вышло все по-иному — куда красивее.

Шань выполнила серию быстрых движений, отбив все летящие в нее мячи. При этом она ни одного из них даже не коснулась.

— Стиль Вин Чай? Парни, ох и не легко вам придется с адепткой Со Хань в спаррингах, — подмигнул он оторопевшим ребятам.

— Да что мы? Главное, демонам придется не слаще, — ответил ему адепт Йорски. Синтаянка низко ему поклонилась, прижав одну ладонь к стиснутому кулаку.

— Ты мастер! Мастер! — запрыгала возле подруги Грета, когда та вернулась в строй.

Сама адептка Мизери похвастаться подобным мастерством не могла, но обычный прямой толчок у нее вышел неожиданно мощным.

— Ого! — удивились парни, когда большой валун, на котором мы тренировались, отодвинулся на целый метр.

— Был у нас на ферме один бычок. Бодливый, страсть! А хитрый какой! Все время нападал неожиданно, вот и приходилось его останавливать, чтобы не затоптал, — к концу фразы Грета стушевалась, под взглядом инструктора Штарна.

Среди адептов раздались смешки, но тут же стихли, стоило Дэрину поднять голову и пройтись внимательным взглядом по строю, а потом переключился на меня.

— Адептка Данаостро, ваша очередь.

Я замялась в нерешительности.

— Эээ... Инструктор Штарн, я никогда не пробовала это делать. Тут у меня пробел в образовании, к сожалению.

— О, это совсем не сложно. Уверен, у вас все получится, — Дэрин протянул мне ладонь.

Первым порывом было шагнуть к нему и ухватиться за нее. Только секундой позже я сообразила, что это всего лишь приглашающий жест. Сердце сделало кульбит и разочарованно вернулось на место. Утаив горечь, я подошла ближе, стараясь не смотреть прямо на бывшего истинного.

— Что я должна делать, инструктор Штарн?

— Встаньте удобно. Так, будто противостоите порыву ветра и направьте ладони на камень. Потом, когда научитесь, особая стойка вам уже не понадобится.

— Так? — я сделала, как он велит, пытаясь абстрагироваться и относиться к нему всего лишь как к наставнику.

— Верно. А теперь сконцентрируйте энергию по центру ладоней. Почувствуйте, как она накапливается. Чувствуете?

— Да.

Ничего сложного в этом не было, и я сразу смогла сконцентрироваться. Ладошки засвербело, словно на каждой вертелось два невидимых, но очень мощных урагана, сжатых до размера ногтя.

Я уже похвалила себя за то, что сумела собраться, несмотря на присутствие Дэрина, как вдруг он шагнул ближе. Встал прямо за спиной и, положив ладони под мои локти, приподнял их чуть выше. При этом я отчетливо ощутила его теплое сильное тело, почувствовала запутавшееся в моих волосах дыхание и... упустила энергию.

Чистая сила, сорвавшись стрелой с тетивы, ударила в валун двумя беспорядочными направленными в разные стороны потоками. Камень размером с небольшую карету дернулся в одну сторону, в другую. Завалился на бок и вдруг раскололся на две половины.

Адепты инстинктивно подались назад, а некоторые даже прикрылись щитами, кто как умел, но обошлось без последствий.

— Кхм, для первого раза неплохо. — Дэрин неспешно отодвинулся в сторону, как будто ничего и не было. — Но надо будет еще потренироваться. Только не делайте этого в одиночку, во избежание, так сказать.

Я ошарашенно закивала и вернулась в строй. Как такое могло случиться? Чтобы разбить чистой силой камень, нужно что-то большее, чем глубина резерва чуть выше тройки. И даже выше четверки.

Дэрин продолжал, как ни в чем не бывало:

— Ну и на сладкое — щиты — кокон или полусфера. Вы их уже продемонстрировали, а теперь еще раз и по списку. Заодно подсчитаем, сколько залпов выдерживает ваша защита.

Дэрин заговорщически подмигнул и призвал учебных фантомов.

Все началось заново. Адепты выходили по одному, создавали щит. Фантомы швырялись в них разными видами магии, проверяя защиту на прочность, а Дэрин что-то отмечал у себя на планшете.

Об этом задании я не переживала и, пока остальные демонстрировали мастерство, мысленно повторяла параграф. Следующим уроком у нас шла «Классификация демонических существ».

Пролистав учебник еще с вечера, я обнаружила, что материал частично мне знаком. Я всегда интересовалась папиной работой, особенно в детстве, оказалось, любопытство не прошло даром, и я запомнила много полезного.

Когда до нас дошла очередь, Грета и Шань показали вполне сносные результаты. Полный кокон создавать они не умели, но их полусферы выдержали по четыре удара каждая.

— Отлично! У вас есть потенциал, скоро научитесь создавать кокон, — похвалил их Дэрин и скомандовал: — Адептка Данаостро, ваша очередь.

Заняв место на поле, я привычно представила, как передо мной раскрывается «зонт отрицания» — едва видимая полусфера, способная зеркалить отрицательную магию и поглощать положительную, тем самым подзаряжаясь.

Этому научил меня папа. Главный принцип, чередовать урон, тогда почти не придется тратить собственную магию на поддержание щита. Сильный маг сможет удерживать «зонт» едва ли не вечно при удачном стечении обстоятельств.

До сегодняшнего дня, мне не хватало потенциала и мастерства, чтобы сохранить качество защиты и одновременно замкнуть кокон. Сейчас помогла та самая единица, добавившаяся к моей глубине резерва.

Мой кокон выдержал целых десять залпов, прежде чем Дэрин прекратил испытание.

Я хлопала глазами не веря, что поставила абсолютный рекорд среди нас — неумех. Это с лихвой компенсировало мою неудачу с отталкиванием.

Не ожидая такого успеха, я радостно рассмеялась, а парни неожиданно захлопали. Послышались выкрики:

— Молодец, Мари!

— Так держать, Данаостро!

— Неплохо-неплохо, — сухо отметил Дэрин, но в его глазах мелькнуло что-то большее, чем одобрение.

Зуб даю, что увидела в них гордость? Но с чего бы?

Глава 42. В которой учение — свет

Видела ли я то, что видела, или все себе надумала?

Размышлять об этом было некогда. Уроки, библиотека, практические занятия в лабораториях — преподаватели с самого начала решили взяться за нас, как следует. Даже в столовую на обед мы с девочками заскочили всего-то на пятнадцать минут, едва успев подкрепиться перед следующим забегом. На этой неделе нам задали целых три доклада, один из который нужно сдать уже завтра.

— Я тут узнала, что справочников по демонологии вечно не хватает, их разбирают старшекурсники. Идемте скорее, — поторопила нас Грета.

Покидав пищу в рот, мы поспешили попасть в число счастливчиков, и нам достался один экземпляр на троих.

Местная библиотека впечатляла. Под нее было отведено специальное помещение в основном здании. Среди адептов ходило два предположения об этом месте. Первое: библиотека располагалась в старинной постройке, куда нужно было перемещаться порталом, и вторая: для библиотеки создали отдельный пространственный карман.

Не знаю, какая версия верная, но на входе у меня и правда слегка закружилась голова.

Высоченные потолки, многоярусные полки, уютные читальные залы и приглушенный свет зеленых светильников. Особенный запах и атмосфера и...

Хранитель знаний и блюстительница безмолвного величия — Ерисса Анг. Чопорная дама в модных очках и с вьющимся вокруг ног призрачным котом. Она и ее кот-призрак, которого звали странным именем Варфоломей, встречали каждого вошедшего пристальным взглядом: «Я вижу тебя насквозь, нерадивое и шумное ты существо».

И вот мы третий час подряд штудировали книги. Доклад о великом демоноборце я написала

— это по нам истории Лигирии задали. Подготовила материалы для второго доклада о разновидностях простейших тварей, и чтобы немного переключиться занялась магометрией.

— Мари, ты ужинать собираешься? — поинтересовалась Грета и воровато покосилась в сторону библиотекаря.

Ерисса Анг строго следила за порядком в библиотеке и, не иначе, использовала специальный артефакт, которым определяет допустимый уровень шума. Но, похоже, моей соседке по комнате удалось филигранно уложиться в нормативы, так что ерисса Анг не обратила на нас внимания. Только спящий на столе кот дернул призрачным ухом и приоткрыл один глаз.

— Нет, мне еще надо расчеты доделать. Хочу выполнить несколько заданий наперед, пока есть время. А потом у меня занятия с инструктором Штарном. Боюсь, на ужину уже не успею, — шепнула я, радуясь, что имя бывшего истинного далось мне почти без заминки.

— О! Какая ты везучая! Вот бы он и со мной тоже позанимался.

— Все может быть, — ободрила подругу, старательно подавив неуместную ревность.

Девочки принялись собирать учебники. Шань первой направилась сдавать книги, а Грета задержалась.

— Мари, — нагнулась она к самому моему уху. — А ты не могла бы. Ну. Попросить за меня?

— Я попробую, если будет возможность, — согласилась я с небольшой заминкой. Захватишь мне бутербродов перекусить перед сном?

— Конечно! Спасибо тебе большое! — Грета порывисто обняла меня и на цыпочках убежала вслед за синтаянкой.

Захлопнув учебник по магометрии, как только девочки ушли, положила его в общую стопку. Посидела с минуту, давая отдых глазам. Голова гудела от знаний, и никаких дополнительных расчетов я делать не собиралась, у меня были совсем иные планы.

Полупрозрачный кот поднял голову, когда я подошла к стойке, и я ему улыбнулась.

— Ерисса Анг, а можно мне сборник сказок и легенд?

Библиотекарь переглянулась с лежащим на стойке котом, и тот вдруг исчез. Появился он на том же самом месте с потрепанной книгой.

— Этот подойдет? — уточнила ерисса Анг, глянув на меня поверх очков.

— Думаю, да. Спасибо!

Бережно взяла увесистый, пахнущий книжной пылью, томик и отправилась на прежнее место. Оглавления в старой книге не было, пришлось листать ветхие страницы, пока не наткнулась на то, что было нужно.

«Сказание о дочерях Эфира» — гласило название, выполненное витиеватым шрифтом.

Ничего нового я не узнала, но освежила легенду в памяти. Ее мне часто рассказывал на ночь отец. Точнее истории на ее основе — каждый раз разные. У папы был большой опыт и хорошая фантазия, так что он редко повторялся к моему восторгу.

Признаться, я в тайне я надеялась, что у меня проявился похожий дар. Только вот демоница не скончалась в муках, когда схватила меня. Ее прикончил меч Дэрина. Эх...

Сдав книгу, поплелась к «Пятерке». До встречи с инструктором Штарном у меня оставалось еще пятнадцать минут. Я боялась опоздать, но в итоге пришла первой, потому имела удовольствие наблюдать, как уверенно Дэрин шагает к арене. Сосредоточенный, немного хмурый и какой-то совсем взрослый. Чужой.

Когда мой бывший истинный преодолел защитный барьер, и заметил меня, я вдруг оробела под его прямым взглядом. Захотелось куда-нибудь спрятаться и понаблюдать, что он будет делать дальше. Но это было бы ужасно глупо, да и уже поздно. Так что я осталась ждать на прежнем месте.

— Марэна, рад, что ты уже здесь, — кивнул Дэрин мне. — Сегодня у нас не слишком много времени.

Марэна? Не Мари.

С другой стороны, так даже лучше. Я ведь сама просила держать дистанцию.

Несмотря на заявленную нехватку времени, Дэрин стоял молча. Ну что ж, я тоже тогда помолчу. Наконец он вздохнул и попросил:

— Прежде чем начнем, расскажи, пожалуйста, что все-таки произошло с тобой на балу? В досье лишь сухие факты, а мне важно увидеть ситуацию твоими глазами.

Рассказать, что было на балу?! Я едва не захлебнулась горечью. Да как он может спрашивать такое?

Моим голосом можно было воду морозить, когда я приступила к рассказу.

— Значит, хочешь увидеть все моими глазами? Что ж, слушай. Я была счастлива, предвкушала встречу с истинным, по которому безумно соскучилась, но мой ай'рэ внезапно исчез. Я увидела уродливый шрам и упала в обморок, а когда очнулась, оказалось, что в меня вселялся демон, но каким-то чудом мне удалось с ним справиться. Ах да, еще мою репутацию едва не растоптала статья в газете, ведь все решили, что я еще одна испорченная девка, попавшая в сети «Стоп-ай'рэ!»

Раздался оглушительный грохот. Коротко взвизгнув, я резко повернулась на звук. Дэрин стоял ко мне спиной, сжимая и разжимая кулаки. Его плечи ходили ходуном, точно после быстрого бега. Чуть в стороне дымилась внушительного размера воронка. Я не сразу припомнила, что на том самом месте находился злосчастный валун, который я раскола этим же утром.

Неосознанно сделала несколько шагов к истинному, тронула его плечо чуть повыше локтя, желая, успокоить. Но прежде, чем опомнилась и убрала руку, ее накрыла теплая ладонь Дэрина.

Он вдруг обернулся, не отпуская моей руки. Взгляд, полный глубокой тоски, проник в самую душу и заставил мое сердце замереть где-то у горла.

— Мари... — позвал Дэрин надтреснутым голосом и вдруг шагнул ближе, порывисто заключив меня в объятия.

Я замерла, боясь пошевелиться. Наверное, надо было возмутиться, указать на недопустимость подобных действий. На то, что он не имеет морального права ко мне прикасаться. Напомнить, что потерял его, предав свою истинную.

.Но я не могла.

Мне было так хорошо, тепло и уютно в его объятиях.

Чувство глубочайшей нужды в Дэрине пересилило обиду и все остальное. Не знаю, сколько мы так простояли, для меня время утратило значение. Мгновения тянулись бесконечно и одновременно стремительно. Я страшилась одного — рано или поздно придется отстраниться без малейшей надежды на продолжение.

— Мари, я.

— Молчи! Пожалуйста, не произноси ничего, что причинит мне боль! Я не хочу это слышать!

Зажмурилась крепко-крепко, борясь с подкатившими к самому горлу слезами, и все-же отстранилась первой. Руки Дэрина выпустили меня будто нехотя. В какой-то момент мне почудилось, что он тоже борется с собой.

Отвернувшись, обхватила себя за плечи, пытаясь при помощи дыхания успокоить пульс.

— Не думаю, что нам стоит сегодня продолжать. Лучше я пойду. Ничего страшного, если меня переведут из-за непригодности. Я все равно никогда не планировала становиться демоноборцем. Отец бы не позволил мне, если был бы здесь, — выпалила скороговоркой, по-прежнему не глядя на истинного.

Это не так.

Я ожидала услышать, какой угодно ответ, но не этот.

— О чем ты?

— Марэна, послушай меня. Сейчас я буду говорить очень важные вещи, о которых не нужно знать никому для твой же безопасности.

Таким серьезным я принца Эгросского еще не видела.

— А мне все еще грозит опасность?

— А ты еще сомневаешься? Мари, с тех пор как ты покинула школу, ты едва не погибла дважды!

— Трижды, — усмехнулась я, и вдруг улыбка сошла с моего лица.

Что если тот раз тоже не был случайностью?

— Трижды? — Дэрин снова оказался возле меня, схватил за плечи, заглядывая в лицо. — Расскажи мне все!

Он не добавил чего-то вроде: «Это приказ!», но спорить мне не захотелось. Вот так же умеет и дядюшка Оллан. Сейчас со мной говорил правитель, а не мой истинный или инструктор Штарн.

— Мари, ну же! От этого зависит жизнь многих людей, — тон Дэрина стал мягче, проникая в самую душу, и я не выдержала.

— Хорошо-хорошо! Первый раз это случилось сразу, когда мы прибыли в Диль. Мы с тетей шли от Центрального портала к остановке городского транспорта, чтобы нанять экипаж. Тогда-то все и случилось.

— Вот так сразу? — помрачнел Дэрин.

— Я не знаю. Скорее всего это просто был несчастный случай. Там рядом восстанавливали здание, и что-то напугало мегалона. Он затрубил, а маг был, видимо, не слишком опытный. Потерял концентрацию и раздавил при левитации каменный блок. Пострадали бы все, кто находился поблизости. В том числе и мы с тетей, если бы осколки разлетелись.

— Звучит очень подозрительно. Продолжай.

— На наше счастье, маг смог остановить все осколки. Правда, сразу же после этого, меня едва не сбил извозчик — некромант. Если бы я попала под экипаж, меня даже мама не собрала бы воедино. Полагаю, он так гнал, потому что видел аварию и спешил убраться из зоны поражения, а я просто неудачно попалась на дороге. Просто совпадение, но я рада, что все обошлось.

— В последнее время участились происшествия, связанные с дудхестами, — заметил Дэрин. — Они реагируют на людей с инвазией.

Он напомнил мне нашу беседу во время прогулки с ребятами.

— Думаешь, мегалоны тоже это чувствуют?

— Не знаю, но мои люди проверят. Мари, а еще расскажи про инвазию. Что ты чувствовала или, может быть, видела? Не стесняйся, пожалуйста. Это самый важный момент, который мне необходимо знать, чтобы помочь тебе и всему человечеству.

— Всему человечеству? Дэрин, ты меня пугаешь!

— Ты бы только знала, как напуган я... — он невесело усмехнулся. — Просто до мокрых штанов и ночных кошмаров.

Я удивленно уставилась на этого сильного и красивого мужчину. Могущественного мага и искусного воина, способного побеждать демонов в астрале. И он определенно не шутил, от это мне стало совсем нехорошо.

— Мы. Мы ведь победили их, так?

Дэрин молчал, продолжая смотреть на меня.

— Да что же это такое! Скажи мне наконец! Что за идиотские тайны! — психанув, пихнула его в грудь и тут же устыдилась такого порыва. — Извини.

Но Дэрин, по-прежнему, не вымолвил ни слова. Ни да, ни нет. Я уже была готова снова вспылить, наговорить грубостей и уйти, но остановилась. Меня осенила догадка.

— Ты знаешь что-то такое, о чем не можешь или не должен говорить?

— Ты права, — Дэрин выдохнул с облегчением.

— Магическая клятва?

— Снова в точку.

— Эфир. — я выдохнула и задала главный вопрос: — Мы ведь еще не победили, да?

— Ты всегда была умницей, Мари.

— Мамочки! Нет! Нет! Пожалуйста, пусть это будет злой шуткой, пусть! — закрыв лицо руками, я замотала головой.

— К сожалению, это не шутка. Я такими вещами не шучу. И от того, что ты мне сейчас расскажешь, зависят судьбы людей. Всех.

Я убрала от лица руки и поглядела на Дэрина прямо.

— Судьбы людей зависят от того, как я победила того демона? Ты точно в своем уме?

— Не уверен, но в том, что касается сказанного — да.

— Я просто схватила его руками. Точнее ее... Это была женская особь — демон уныния. Она пыталась убедить меня в том, что я никому не нужна. Хотела, чтобы я спрыгнула с Орлиной башни. Видения были такими реалистичными.

— Вот! Ты понимаешь? На тебя трижды покушались в один день! Ты выходила хоть раз на улицу, не подвергаясь опасности, с тех пор как вышла за пределы школы?

— Да, я гуляла с тетей, правда только по Эстель-авеню и в парке — там безопасный район. А еще ездила в карете в академию и к Ами. Не похоже на закономерность.

— Демоны тоже не всеведущи. Большинство из них просто выполняют приказы. Так как ты уничтожила демона уныния? Расскажи поподробнее.

— Да голыми же руками, — усмехнулась я. — Сразу скажу, легенда про дочь Эфира ко мне не применима. Иначе та демоница не смогла бы ко мне безнаказанно прикоснуться.

— Именно об этой легенде я и хотел с тобой поговорить. Все, что ты мне сейчас рассказала, только подтверждает мою правоту. А дочери Эфира тоже не сразу овладевали своими способностями. Им, как и остальным, нужно много тренироваться. А в легенде содержится, прямо скажем, очень сжатая версия.

— Ты полагаешь, что. — я ошарашенно уставилась на Дэрина.

— Именно, Мари. Твоя способность уже активировалась, об этом свидетельствует повышение глубины резерва на единицу. Скажи мне, как чаще всего открываются уникальные способности демоноборцев? Ты должна это знать.

— В бою, — об этом не раз рассказывал отец.

— И ты уже выиграл свой первый.

— Эфир. — я пыталась осознать все сказанное и с мольбой посмотрела на Дэрина. — Но я понятия не имею, как ее применять!

— Я обязательно тебя научу. Полагаю обычные методы должны дать нужный результат. И, Мари, никому не рассказывай об этом для свой же безопасности.

— Хорошо, но как я буду заниматься, если вынуждена скрывать свое единственное умение?

— А мы потренируем еще что-нибудь, более очевидное, — ободряюще подмигнул Дэрин. Да хотя бы удары, базирующиеся на отталкивании. Вспомни, как сегодня ты расколола камень?

На этом мы решили завершить сегодняшнее занятие. Дэрин куда-то торопился, а я не хотела идти вместе с ним обратно. После такого неожиданного и теплого разговора, это было слишком тяжело. Потому я осталась, решив немного еще поупражняться в защитной магии.

Глава 43. В которой маленькие победы точно лестница к одной окончательной

В общежитие я вернулась почти перед самым отбоем, уставшая и какая-то отрешенная. Пожелав соседкам доброго вечера, просто упала лицом на кровать. Сил не осталось, даже чтобы умыться.

Вот-вот. Сейчас я встану... Надену пижаму...

Мгновения шли, а я так и не находила в себе достаточно воли для таких простых действий.

— Мари, с тобой все в порядке? — Грета осторожно тронула меня за плечо.

— Да.

— Но ты какая-то странная? Точно не заболела?

— Просто вымоталась.

— Инструктор Штарн тебя так загонял?

— Вроде того.

Мне ужасно хотелось поделиться хоть с кем-нибудь тем, что я узнала о демонах. Как только Дэрин несет груз этого знания? Но я прекрасно понимала, хоть он и не потребовал от меня молчания, я не имею права распространяться на эту тему.

Все, что я могу и должна сделать, это развить свой дар и помочь спасти наш мир.

От этой мысли я истерически захихикала.

Эфир, эй! Тук-тук! Ты в своем уме? Я всего лишь обычная девушка. Я не могу вот это вот все! Я, элементарно, боюсь!

Всхлип, другой. Слезы сами хлынули ручьем.

Я свернулась калачиком на постели, обняв подушку. Соседки подскочили ко мне, что-то спрашивали. Тормошили. Затем Шань помогла мне подняться и отвела в ванную. Пустила воду и просто молча гладила меня по спине, пока я умывалась.

При этом лицо синтаянки в зеркале было непроницаемым.

Когда мы вышли, я больше не плакала.

— Вот. Я приготовила тебе чай с травами, — смущенная и тихая Грета протянула мне чашку. — Поможет успокоиться.

— Спасибо.

Я приняла чашку и отхлебнула ароматный напиток.

Накатила апатия. Не хотелось говорить и шевелиться. Я не смогу. Я такая слабая. Я никому не нужна. Лучше бы мне и вовсе не рождаться.

Стоп! Вот они — последствия. Подкрались незаметно, когда я пребывала в смятении. Уничтоженный мной демон, все-таки успел отравить мою душу.

— Так девочки. Если еще раз повториться что-то подобное, просто дайте мне по морде, ладно?

— Э...

— А.

Шань и Грета переглянулись.

— Это последствия инвазии. Я еще не сталкивалась с ними, кажется, — я слабо улыбнулась.

— Не сразу смогла распознать.

— Ох, сочувствую, — погладила меня по руке Грета. — Какой был демон?

— Демон уныния. Хотел меня прикончить. А вы? Вы ведь тоже были на моем месте. У вас это как-то проявляется?

— Бывает, — коротко ответила Шань, не вдаваясь в подробности.

— У меня частенько случалось, но я ежегодно прохожу курс лечения.

— Ого! А у тебя какие последствия?

— Болтливость.

Я едва не подавилась чаем, а Грета пояснила:

— Вы не поверите, но до инвазии я была тихой и молчаливой девочкой.

Утром меня ждал сюрприз.

— Мари, я должна извиниться, — Грета была сама не своя. — Вчера собиралась, но ты пришла такая расстроенная. В общем, прости меня, пожалуйста.

Шань скрестив на груди руки молча наблюдала за разворачивающейся картиной.

— За что? — я моргала глазами спросонья, не понимая, что же успела натворить за ночь девушка с фермы.

— За то, что постоянно пристаю к тебе с разговорами о Прин... То есть об инструкторе Штарне. Я такая дура!

— Забудь!

Отмахнувшись, я направилась умывать, но Грета не отставала.

— Нет, Мари. Я причинила тебе боль по незнанию. Прости меня, я больше никогда даже не посмотрю лишний раз на инструктора Штарна.

— Откуда вы узнали?

— Девица у фонтана трепалась. Светленькая такая в синей форме. Старшекурсница.

— Ее случайно не Айра зовут?

— Не знаю, но она говорила такое, за что я пообещала ей патлы выдрать! Мы ни словечку не поверили, да Шань?

Синтаянка, как всегда, молча кивнула.

— Ничего мне не рассказывайте, даже не хочу знать, что там она наплела.

— Мари, она показывала всем газету с фотографией...

Все это время я металась по комнате, собираясь на занятия, но тут остановилась.

— Ту, где меня держит на руках Юргес Кинрой?

— Да.

— Ясно.

В то утро тетя пожаловалась дяде, и партию сразу изъяли по его приказу, но что-то уже осело на руках горожан. От слухов никуда не деться, особенно, если кто-нибудь их подогревает. Одно радует: я не настолько скандальна или известна, чтобы об этом говорить долго. Наговорились, еще когда мама отказалась от титула. Вот тогда да, был всплеск.

И все же, безнаказанно выпустить такой материал было невозможно. Кто-то явно за этим стоит. Кто-то достаточно влиятельный, чтобы уговорить владельца газеты. Я старалась не вспоминать и не задавать вопросов, но теперь меня все больше тянет это выяснить. Может, поинтересоваться у тети о подробностях? Она-то наверняка уже все выяснила у дяди Оллана.

Несмотря на неприятную новость о сплетнице, настроение было удивительно приподнятым, и на утренней тренировке я старалась изо всех сил. Теперь от этого многое зависело.

— Еще далеко до совершенства, Данаостро, но вы приятно меня удивили, — похвалил меня Йохан Рифт, когда я осилила восемь кругов. — Правда, вряд ли вам это поможет. Разве что будете быстрее бежать прочь от демонов.

Магистр Рифт явно не разделял мнения Дэрина на мой счет и не знал о моей уникальной способности. Так что я только загадочно улыбнулась ему и поплелась делать упражнения. Когда магистра Рифта сменил инструктор Штарн, он ничем не выдал особенного ко мне отношения.

— Сегодня снова будет полоса препятствий. Будем чередовать ее через день с упражнениями в магии весь этот месяц. Затем сдаем первый зачет, по итогам которого часть из вас пройдут Двери Судьбы снова.

Когда я уставшая и вымазанная грязью с ног до головы покидала «Пятерку», Дэрин меня позвал.

— Мы сможем тренироваться каждый день. Ты готова?

— Да.

Я была не готова совсем, но какой еще ответ я могла дать?

В условленное время я снова прибыла на арену, и на этот раз Дэрин меня опередил.

— Мари, с полосой тоже что-то надо делать.

— Сама знаю... — буркнула я.

У меня не получалось пройти и половины. Я то и дело срывалась, падала, и раз за разом окуналась в грязь.

— Зачем она нужна, вообще? — задала мучивший меня вопрос. — Неужели в астрале пригодится подобное?

Это был детский протест. Конечно, я понимала, что полоса препятствий тренирует нашу выносливость.

— Смотри, — Дэрин махнул рукой.

И выстроенные в особом порядке спортивные снаряды неожиданно вспыхнули разноцветными всполохами.

— Ох.

— Да. Сейчас она имитирует ситуацию в бою, но действия все те же. Тело уже помнит пройденное и само реагирует на ситуацию. Только подключается магия. Вон там должен сработать щит.

— А там можно применить левитацию? — я указала на залитый багряным огнем бассейн с грязью.

— Именно. Кстати, а чего же ты ее не применила сегодня?

— А почему было не подсказать? — возмутилась я, понимая, что Дэрин прав.

— Потому что иногда требуется набить шишек для того, чтобы голова начала варить. А знаешь что? Принеси-ка завтра мне схему с описанием прохождения каждого этапа, и обсудим.

— Хорошо, — я с подозрением покосилась на Дэрина, сетуя, что сама не догадалась продумать все заранее.

Ну что ж, у нас с девочками будет интересный вечер. Уверена, Грете тоже задание понравится.

— А теперь приступим к тренировке отталкивания. В твоем случае это компрессионный удар. Помнишь, как потоки силы разделились и ударили с разных направлений, расколов камень?

Удивительно, но дело двигалось быстро. Я сразу освоила несложную технику, осталось только научиться правильно распределять силу. Из-за глубины резерва, удары получались слишком сильными. Я крошила один валун за другим, радуясь, точно ребенок. Дэрин наблюдал за этим с улыбкой.

— Отлично. А теперь давай попробуем действовать тоньше, — он встал позади меня, направляя мою руку.

Я почувствовала тепло его тела, и едва не потеряла концентрацию, но Дэрин тут же отстранился, оставив чувство сожаления.

Почему? Почему он это сделал? Почему отказался от меня? Не верю я, что это банальная измена. Вопрос уже был готов сорваться с моих губ.

— Хорошо, Мари. На сегодня достаточно. Завтра ты уже сможешь быть наравне с большинством. Не забудь про полосу препятствий. Мне пора, — подмигнув мне Дэрин просто развернулся и пошел.

Подумав, не пошла за ним, а принялась тщательно перерисовывать полосу препятствий, на что потратила еще целых полчаса.

— Девочки, задание от Дэрина Штрана! — провозгласила громко, едва перешагнув порог комнаты, и рассмеялась: — Видели бы вы сейчас свои глаза.

После нашего совместного вечернего корпения, дело пошло куда бодрее. Действительно, куда эффективнее не бросаться в омут с головой, а как следует подумать. Наградой стало молчаливое одобрение в глазах Дэрина, отозвавшееся болезненным спазмом. Я все чаще ловила себя на мысли, что впадаю в зависимость от этих наших переглядываний, и это было ужасно.

Вот наступило очередное утро, пробежка и упражнения остались позади, и мы готовились к прохождению полосы препятствий. Теперь мы делали это по парам. Иногда помогая друг другу, а иногда играя на опережение, как скажет инструктор.

Мы с Гретой должны были бежать самыми последними, перед нами только что стартовали Шань и Ирэн Мьюр. Отдыхающие парни, грязные и уставшие, не спешили расходится, хоть им и было позволено. Так и толпились в ожидании развлечения. Это у них такая традиция родилась в последнее время — наблюдать за нами. Подозреваю, они даже делали ставки.

— Мизери, Данаостро, готовы?

Мы слаженно кивнули.

— Задание — пройти полосу, как можно быстрее. Помогайте друг другу. — Стоп!

Команда раздалась, когда мы уже были готовы сорваться с места. Мы с Гретой дернулись, ожидая другого, но застыли. Дэрин подошел ко мне и... неожиданно присел на одно колено.

Затаив дыхание я наблюдала, как он завязывает мне развязавшийся шнурок, и по спине бежали приятные мурашки.

Эфир...

Я посмотрела на Грету и залилась краской. Та хлопала глазами, прикладывала руки к сердцу, изображая какую-то странную пантомиму. Парни загудели чуть громче, кто-то даже присвистнул.

— Вот так, — Дэрин затянул покрепче узел.

— Так-так-так. — раздался голос со стороны.

Когда и как на арене появился декан Дорн, мы не заметили. С ним пришел еще один человек.

Советник Юстас Кинрой? А он-то здесь что делает?

Высокий лощеный мужчина средних лет со светлыми волосами, разделенными на пробор и тонкими франтоватыми усиками был отцом Юргеса. Мы были знакомы и, хотя никогда не общались, я посчитала вежливым кивнуть.

Советник приветливо улыбнулся, всем своим видом показывая, что он всего лишь тень, на которую не стоит обращать внимания.

— И что я вижу? Инструктор Штарн, а носы вы им тоже подтираете? — сердился декан. — Может, еще и задницы?

Дэрин молча выпрямился, и в его глазах сверкнуло что-то эдакое. Грешным делом мне показалось, сейчас он сейчас ударит декана. Но если такое желание у моего истинного и возникло, то он сдержался:

— Я обязан следить за безопасностью адептов. В уставе академии и в моем договоре не указано, что я не могу завязать адепту шнурки, — тон принца был ледяным.

Мужчины некоторое время мерились взглядами, словно бы вели молчаливый, одним им понятный диалог. Дорн нарушил молчание первым:

— Я вижу вы делаете адептам послабления, инструктор Штарн? Это непростительная халатность, о которой мы побеседуем позже. — Его взгляд пробежался по притихшим парням. — Вот ты! Как твое имя адепт?

— Милош Ярни, ерр Дорн! — отрапортовал командир «Великолепной Семерки».

Ну-ну, как будто декан не знает всю «Семерку» поголовно. Что за цирк он тут устроил?

— Ярни, встанешь в пару с адепткой Данаостро. Гонка на выбывание. Никакой жалости, это ясно?

— При всем уважении, ерр, но. — попытался воспротивиться парень с недоумением покосившись на меня.

Конечно же мне с Милошем было не тягаться. Это было ясно еще до начала соревнования. С тем же успехом можно было прилечь и вздремнуть на старте.

Эфир, и где же я так нагрешила-то?

Вспомнив, как жестко действуют парни, получая аналогичное задание, поморщилась. Вон сразу двое красуются фингалами, еще один хромает. Разве что у них действовало негласное правило — никакой магии на полосе, но будет ли оно работать сейчас? Мне ведь это не запрещается.

— Декан Дорн, это попросту не честно! Марэна и Милош в разных весовых категориях. Ставя девушек в пары, я действовал в соответствии с рекомендациями, которые вы сами мне дали! — попытался вступиться за меня Дэрин.

Не знаю, что с нами произошло, но отношение принца ко мне как будто и не изменилось. И я убеждалась в этом все больше. Послала принцу благодарный взгляд.

— Ярни ты устал?

— Никак нет, ерр Дорн!

— Видите, инструктор Штарн, адепт Ярни уже проходил полосу препятствий и ужасно утомился, зато адептка Данаостро еще бодра и свежа. Все по-честному, — нес полную околесицу декан. — Отставить эти сопли, ерр Штарн! Покажем советнику Кинрою, как растят настоящих демоноборцев, — он покосился на смущенного гост и скомандовал: — Ярни, Данаостро — на позицию! На старт. Внимание. Марш!

— Прости, Мари, — шепнул Милош, прежде чем уронить меня неожиданной подсечкой. Пока поднималась, он уже преодолел первые два снаряда.

— Мари! Мари! Мари! — скандировали девчонки.

Ну что ж. Я не могла так легко сдаться, и припустила следом.

Пробежав дистанцию с невысокими барьерами, помогая себе легкими импульсами толчков, взлетела на бревно. Преодолев его за несколько шагов, подпрыгнула, цепляясь за кольца. Быстро перебирая руками, прошла над ямой с грязью так быстро, как еще не делала этого никогда. Даже не потребовалось к концу помогать себе магией.

Мишень на половине дороги я тоже поразила с первого раза, разорвав надутый бурдюк с водой в клочья компрессионным ударом. Можно было и не слишком усердствовать, но во мне кипела злость на декана.

Вращающиеся ударные ловушки проскользнула ужом, проползла под колючей сетью и перебралась по тонкому канату через зыбучие пески, которые затягивали тебя и выбрасывали обратно к стартовой линии. Нырнула в темный туннель, намеренно ускоряя падение и стрелой выскочила с другой стороны.

Казалось, снаряды сами подыгрывали мне сегодня, но шла я так хорошо, как еще никогда. И все равно сильно отставала от Милоша Ярни, который уже подходил к последнему препятствию.

Завершала полосу семиметровая стена, с редкими хаотичными выступами, по которой нужно было взобраться на самый верх. Взять флаг на вершине, и спуститься с обратной стороны, водрузив его в специальную лунку на финише.

Силы и бодрость уже покинули меня, когда я оказалась у стены, потому, не стесняясь использовать левитацию. Схватив свой флаг, просто спрыгнула. Сиганула вниз по дуге, прямо как в школе, и, поймав себя у самой, поверхности что есть прыти рванула к финишу.

Хоть я и не выиграю, то хотя бы улучшу свое время. Это тоже засчитается. В том, что это лучшее мое прохождение полосы, я даже не сомневалась.

Установив флаг, вздрогнула, когда раздался традиционный звук фанфар, и над ареной высветилось мое изображение, которое тут же распалось фейерверком — эта милая шалость дико нравилась адептам, и позволяла зрителям не бегать вдоль всей полосы, выясняя, кто же победил в соревновании.

Я пришла первой? Но как?! Где же флаг Ярни? А он сам?

Я так сосредоточилась на собственном рекорде, что даже не обратила внимания на отсутствие победных фанфар, которых должен был удостоиться Милош, и пустующую соседнюю лунку.

Но ведь командир «Великолепной семерки» должен был появиться здесь намного раньше меня! Все время я видела впереди его широкие плечи и, обтянутую тренировочной майкой спину. Так куда он подевался?

Оглядевшись по сторонам, заметила что-то под самой стеной. Человек!

Глава 44. В которой чужое несчастье на пользу делу

Милош Ярни обнаружился под самой стеной. Парень лежал в неестественной позе, не стонал и не звал на помощь. Когда я подбежала, поняла — он без сознания. Упавший сверху флаг, накрыл ноги Милоша грязной тряпкой. Приподняв полотно, которому было не суждено оказаться на финише, поняла — открытый перелом.

Упав рядом на колени, убедилась, что Ярни слабо, но дышит. Оттянула веко и отшатнулась, от неожиданности свалившись на задницу. На меня словно сама тьма взглянула вместо зрачка.

Оправившись после первого потрясения, снова склонилась над Милошем. Понюхала губы и сморщилась от неприятного характерного запаха. Хорошо бы еще взглянуть на язык, но не хотелось лезть парню в рот перепачканными руками...

Ну и ладно, не до того. Сжала ослабевшие пальцы Ярни. Ледяные! Задрав испачканную майку, сощурилась так, чтобы смотреть в расфокусе.

Есть! Вот оно — входное отверстие. Едва заметная красная точка на коже чуть пониже левого соска. Ее так просто и не увидеть, в отличие от уродливой чернильной кляксы на ауре.

От пятна во все стороны расходилась сетка черных линий словно трещины на пересохшей земле. Накладываясь на тело, они выглядели просто отвратительно.

Не может быть!

Сморгнула, возвращая себе обычное зрение и растерянно обернулась, собираясь позвать на помощь.

— Мари, что-то случилось? — в тот же миг из-за стены вывернул встревоженный Дэрин. Похоже, он бежал.

— Дэрин! Милош... Он не дошел до финиша. Я не сразу заметила.

— Что с ним? Он что, сорвался?

Кажется, Дэрин и сам не верил в собственные слова. Да и как мог банально разбиться такой как Милош Ярни?

— Если бы.

— Поясни? — Дэрин присел рядом со мной и тоже принялся осматривать пострадавшего.

— Кажется, — я сглотнула. — Кажется в него вселился сосальщик. Входная метка прямо напротив сердца.

— Похоже, ты права. Как догадалась? — мой истинный уже и сам все разглядел.

Грета сдавала доклад по этой теме, ходила и бубнила весь вечер. Да и отец про них рассказывал, а здесь все признаки заражения были налицо.

— Изо рта пахнет укропом, ледяные конечности, чернота глаз и — вот это, — я указала на входную метку.

— Верно. Сколько у нас времени?

Я задумалась. Сосальщики были одними из низших-слуг, предназначенных для единственной задачи. Их главной целью было высосать всю магию и жизненную энергию, а затем покинуть тело-носитель и передать добычу кому-то рангом повыше. Он не умел маскироваться и не берег свою жертву. Цель сосальщика — забрать все, как можно быстрей, и ретироваться, наплевав на последствия.

— Не знаю, когда все началось, но сетка еще не охватила его тело целиком. Минуты две, три от силы до необратимой фазы, но на это не стоит надеяться. Дэрин, нельзя медлить, Ярни нужна помощь!

— Поможем. А для тебя как раз получится отличная практика.

— Что?! Нет! Как ты можешь шутить в такой момент! Надо поскорее отнести его в лазарет. Надеюсь, ерисса Медея знает, что делать.

Про то, что пораженного сосальщиком переносить порталом нельзя, нас заставили повторить несколько раз отдельно. Порталы используют астральные пути, а в астрале тварь становится сильней. Там ей намного удобнее отвалиться от жертвы. Так что на выходе получится хладный труп вместо пострадавшего.

— Мари, соберись! — Дэрин тряхнул меня за плечи. — Мы уже его не донесем даже до кладбища!

Он имел ввиду не смерть Ярни, а именно старое кладбище, вокруг которого мы каждое утро бегали, но прозвучало зловеще.

— Не паникуй. Я знаю, что делать, — успокаивал меня истинный. — Сталкивался с подобным и не раз, но тогда у меня не было рядом тебя, — он улыбнулся так светло и чисто, что мое сердце растаяло, несмотря на весь ужас ситуации.

— Так, Мари. Я сейчас изгоню сосальщика и подпитаю парня, а ты не дай твари уйти. Уничтожь ее при помощи особого удара, — он выделил «особого» голосом.

— Да я даже не представляю, как его активировать! — я едва не впала в истерику, но Дэрин был непоколебим.

— Сконцентрируй всю злость и ненависть к демонам в центре ладоней. И ничего не бойся, тебе он не страшен.

Ободряя, рука истинного опустилась на мое плечо. Погладила, рассылая по телу теплые лучики счастья. Поддержка помогла мне собраться.

— Хорошо. Только скорее! Я не хочу, чтобы Милош погиб.

— Сосальщик входит в районе сердца, а выходит из глазниц. Положи руки Ярни на глаза и держи крепко, не то он сбежит и найдет другую жертву.

Я сделала, как велено, и приготовилась сама не знаю к чему, концентрируя магию в центральных частях ладоней. Главное не перепутать действия, и не жахнуть компрессионным ударом Милошу по голове, мелькнула запоздалая мысль...

— Индэро, атрэ, аукс! — отрывисто произнес заклинание Дэрин.

С каждым словом на его руке разрастался энергетический шар, вихрясь разноцветными всполохами. Этот шар он буквально вдавил в чернильное пятно на ауре Ярни. Я отчетливо видела, как свежая и чистая магия словно ластиком стирает уродливые черные изломы.

Когда исчезла последняя закорючка, мне в ладони ткнулось что-то склизкое. Вздрогнув от омерзения, едва сдержалась, чтобы не отдернуть руки. Отвращение было столь велико, что мои ладони сами вспыхнули знакомым уже золотым свечением.

За гранью сознания послышался отвратительный звук. Ассоциация была такой, словно трутся хитиновыми пластинками насекомые. Звук быстро затих, а вместе с ним пропали свет и мерзкое ощущение в ладонях.

— Похоже все, — подтвердил мою догадку Дэрин и оттянул веко Ярни. — Глаза нормальные, у нас получилось!

Я принялась судорожно тереть ладони об штаны и.

Не знаю, что произошло дальше, но раз! И вот уже, ахнув, я утонула в объятиях. Сильные руки Дэрина крепко прижали меня к себе. И ничего, что все это можно сказать над бездыханным телом Милоша!

Вот он удивился бы, увидев все с такого ракурса...

— Что здесь происходит? — голос декана Дорна заставил меня отшатнуться. — Что ты. вы себе позволяете инструктор Штарн?!

— Успокаиваю адептку Данаостро, она сильно разнервничалась, переживая за товарища.

Я чуть дар речи не потеряла от такого заявления, но решила не влезать в мужской разговор. Раз уж Дэрин это все устроил, пусть выкручивается. А я так — прикинусь в сторонке ветошью. Мне есть чем заняться. Понаблюдаю за состоянием Милоша, например. Мне еще до конца не верилось, что нам удалось его спасти.

Но декан был иного мнения.

— Данаостро, как вам удалось выиграть? Что вы для этого сделали с адептом Ярни?

—Я?! — Я даже опешила от такого предположения, но тут вдруг во мне неожиданно проснулась мстительность. — Никакой жалости, ерр Дорн! — сузив глаза, выпалила раньше, чем успела мысль додумать. — Все по вашим заветам!

Тут уже подавился воздухом Дэрин и поспешил объяснить:

— Адепт Ярни сорвался со стены, стараясь показать все, на что способен. Адептка Данаостро, воспользовалась этой возможностью, чтобы выиграть, но затем вернулась, чтобы оказать одногруппнику помощь, — почти не соврал мой истинный, ни словом не обмолвившись о сосальщике. — Кстати, адептка Данаостро, вы только что удвоили личный рекорд.

Удивленно вытянувшееся лицо Кснадра Дорна стало мне лучшей наградой. И Дэрин ему не сказал ни слова о твари. Интересно почему? Как бы там ни было, а истинному, пусть и бывшему, я доверяла больше, чем декану.

— Данаостро? — декан Дорн словно пытался прочесть мои мысли.

— У Милоша сломана нога, — с наивным видом я приподняла я флаг, демонстрируя открытый перелом. — Давайте побыстрее отправим беднягу в лазарет, а то я чувствую себя виноватой. Декан Дорн, ну пожалуйста!

Декан поразил меня снова.

Несколько пассов руками, и Ярни, заключенный в энергетический кокон, взмыл над землей в той же самой позе, в какой лежал. Левитируя его Ксандр Дорн зашагал в обратном направлении, а Дэрин, придержал меня за руку.

— Не говори никому про сосальщика, — едва слышно шепнул он.

— Почему?

Потом объясню.

Замолчав, он нагнал декана, а я поплелась следом.

— Советник, у нас тут происшествие, — пояснил Ксандр Дорн, указав на заключенного в кокон Ярни. — Иногда чрезмерное рвение выходит боком.

— Рад, что ерра Марэна, не пострадала, — поклонился мне советник Кинрой.

— Я тоже этому очень рада, — еле сдержала порцию яда в голосе.

Почему-то мне было немного обидно, что советник позволил декану поставить меня в заведомо проигрышную ситуацию. А ведь видел, что я не пара Ярни, но даже не попытался его остановить.

— Я заглянул в академию, чтобы поговорить с вами, ерра Марэна, но командующий Дорн так стремился продемонстрировать выучку своих подопечных, что я не смог отказать ему во внимании.

Получив разрешение декана, Юстас Кинрой отвел меня чуть в сторону.

— Ерра Марэна, в четверг будет награждение во дворце. Полуофициальное, широко это не освещается.

— А кого награждают, ерр Кинрой? — понизив голос поинтересовалась я. — Меня вроде бы пока не за что...

— У вас отличное чувство юмора, и вы похожи на вашего дядю, ерра Марэна, — улыбнулся советник, усиливая фамильное сходство с Юргесом.

Зря старается. Я не испытываю излишне теплых чувств и не верю всем этим его улыбкам. Я, вообще, заочно на него обиделась за попытку против воли поженить нас с со своим сыном, путь советник об этом и не подозревает.

— Король наградит моего сына и его друзей за спасение горожан от дудхестов и королевской племянницы от демонов. Конечно, не бог весть что, и хорошо бы закатить бал по этому поводу. Пригласить молодежь. Но Олланд отказался делать из этого событие.

Советник явно шутил, с мыслью, что я принимаю все за чистую монету. Не стала его разочаровывать:

— Ну без бала, так без бала, — я даже тяжко вздохнула, мысленно его поторапливая.

— Без внимания такой поступок нельзя оставить. Все же парни рисковали жизнью. Церемония должна получиться скромная, но символичная, — продолжал старший Кинрой.

— Согласна. Поощрение ребята заслужили, — я мысленно добавила несмотря ни на что. — Но не понимаю, я-то здесь при чем?

— Ну как же, ерра Марэна? Вы, можно сказать, виновница торжества. Из чьих рук лучше получать награду, если не у спасенной тобой прекрасной девы. Любой мужчина почувствует себя настоящим героем. Приказ вашего дядюшки, — подмигнул советник.

И я поняла, теперь мне точно не отмазаться.

— Спасибо. Но не забудьте тогда пригласить еще ерру Риано. Ее тоже спасали, а так же всех извозчиков-некромантов, ерр Кинрой.

— Отличная идея! Я подумаю, а вы пока подберите платье покрасивее, ерра Данаостро. Магоснимки с церемонии попадут на первую полосу «Столичного вестника», — подмигнув мне, советник покинул арену.

С Амалией мы встретились на общей лекции по истории магии. Сегодня ее мрачную форму оживляла нежно-бирюзовая блузка с пышным бантом на воротнике и такого-же цвета лодочки на неизменной шпильке. В последнее время мы с подругой толком и не успевали пообщаться, так нас закрутила учеба.

— Мари, мне нужно срочно кое-что с тобой обсудить! — судя по виду Ами, произошло что-то из ряда вон.

— Дай догадаюсь, с тобой говорил советник Кинрой?

— Ну вот! Так даже не интересно! — подруга едва заметно подпрыгивала от восторга. — Мари, нам срочно нужно выбрать платья, в которых поедем на награждение. Давай наденем одинаковые — белые, и украсим волосы живыми цветами? Предлагаю взять елии. У них крупные и стойкие бутоны даже без применения магии. Как тебе идея?

— Отличная! Мне нравится, — шепнула, сосредотачиваясь на лекции.

Вздохнув Ами нехотя принялась за конспект, а я обрадовалась, что не придется заниматься всей этой подготовительной ерундой в одиночку.

До конца занятия мы толком не разговаривали. Приходилось слушать внимательно пожилого преподавателя истории магии. А еще мне показалось, что подруга на меня слегка обиделась за отсутствие энтузиазма, так что после звонка решила тоже внести предложение:

— Слушай, Ами, у меня тут появилась мысль. Давай заглянем к ериссе Сантьяго, пусть она нас нарядит.

— О! Марэна! — Амалия бросилась ко мне на шею. — О большем я и не мечтала, но... У ериссы Сантьяго такие цены, боюсь моим родителям это будет не по карману, — подруга сникла.

— Нам тоже, но посмотрим, что можно сделать. Возможно, она даст платья напрокат? Я поговорю с тетей.

Сразу же после занятий, мы отправились к поляне магофонов в парке. Магические аппараты были подключены к одному большому кристаллу, установленному на постамент. Отсюда можно было связаться с родными, отстояв небольшую очередь.

Когда подошла наша, я отсканировав кредитник, я положила руки на устройство связи. Нас с Ами окутала зеленоватая звуконепроницаемая сфера, позволяющая спокойно разговаривать, не боясь, что услышат соседи.

Объяснив тете ситуацию, я попросила узнать насчет послабления для Амалии.

— Даже не беспокойся, платья от ериссы Сантьяго я вам точно обеспечу, заверила мне тетя. И даже свежие елии. Вы будете хороши, словно сестры Эфира. Обещаю!

Амалия, радостно взвизгнула. Попрощавшись с тетей, мы расстались. Я отправилась по традиции в библиотеку, а подруга в некромантские лаборатории, где проводила теперь большую часть времени, изучая анатомию.

Вечером мы снова встретились с Дэрином на «Пятерке».

— Мари, кажется, сегодня мы нащупали то, что нужно. Ты активировала свою способность.

— Но какой ценой? Как сосальщик попал на территорию академии и зачем кому-то понадобилось убивать Ярни?

— Уверен, целью была ты. Только вот недоброжелатель не учел, что низший не смог бы тебе навредить. Но он не мог остановиться самостоятельно. Стремясь выполнить приказ хозяина, сосальщик выбрал целью того, кто был к тебе ближе всех.

Мамочки! Если этот недоброжелатель, чтоб ему пусто был, продолжит охоту, то находится рядом со мной теперь может быть небезопасно. Мне стало не по себе от такого вывода.

— Жертва сосальщика не живет долго, значит его могли подселить Ярни только прямо здесь — на арене. Дэрин, но ведь демоны не могут попасть на территорию академии, правда?

— Сами по себе не могут. Только низшие внутри жертвы имеют небольшой шанс, но сейчас на входе всех тщательно проверяют, — Дэрин, щурясь, посмотрел на катящийся к горизонту шар солнца.

— Значит ли это, что его принес кто-то, кто смог обойти все проверки? — от такого предположения у меня самой волосы встали дыбом.

— Вот и я голову ломаю. Есть еще вариант, что сосальщика взяли в местной лаборатории. Там низшие содержатся под надзором в специальных консервирующих сферах. За лабораторию отвечает магистр Кендл — ваш куратор. Она ведет строгий учет, и у нее просто так лишнюю тварь не выпросишь.

— Да? Я не знала... Но для чего это нужно?

— Материалы для исследований и учебные пособия. Опять же адептам нужно на ком-то тренироваться. Постараюсь выяснить, не исчезали ли у магистра подопечные.

Я с подозрением уставилась на истинного, отчего-то вспомнив, что это именно он соврал декану об истинной причине состояния Ярни.

— Но почему ты не уведомил Дорна? Надо пойти и все ему рассказать!

— В академии предатель, Мари. Кто-то, кто подыгрывает демонам, но пока я точно не знаю кто именно. Если поднять переполох сейчас, он просто заляжет на дно, затаится. А так у меня есть шанс его вычислить.

— Чтобы отдать приказ сосальщику, предатель должен был находиться поблизости. Под подозрением все, кто был на арене.

Советник, декан, вся наша группа, я и ты — Дэрин, прибавила я мысленно.

— Насчитала слишком много подозреваемых, верно? — мой истинный усмехнулся. — Но ты права, исключать нельзя никого. Любой мог отдать сосальщику приказ. Не доверяй никому, Мари. Даже мне, — он горько усмехнулся.

А я уставилась на него не до конца понимая, шутит он или говорит всерьез.

Глава 45. В которой лучше дружить

Некоторое время мы с Дэрином смотрели друг на друга.

— Я поговорю с парнем, попрошу его не разглашать, что с ним случилось.

— Но как же инвазия?

— То, что делает с людьми сосальщик, инвазией сложно назвать — после нее не выживают. К счастью, мы успели вовремя. Я выжег сеть и залатал прорехи на ауре за счет собственной магии, а ты уничтожила низшего. Последствий не осталось. Никто не догадается, что на деле с ним произошло.

— Ясно. А как быть с предателем? Что если он захочет навредить Ярни снова? Он-то знает, что случилось.

— А что случилось? Адепт неудачно упал с высоты во время соревнований и сломал ногу. Все, — мой истинный хитро улыбнулся. — Не думаю, что сам Ярни хоть что-нибудь успел понять.

И что-то эдакое мне почудилось в его улыбке. Непривычное что ли? Даже коварное... Словно зловещая тень на лицо набежала.

Да нет, показалось. Просто так упали блики света.

— Мари, давай пока отложим поиски виноватых. Сейчас самое главное то, что у тебя получилось применить способность дочери Эфира.

— Только вот она не сработает на фантомах. Понадобится настоящий демон, чтобы я могла ее тренировать. И как же мне быть? — я уставилась на истинного в растерянности. — Писать запрос магистру Кендл, чтобы выделила кого-нибудь из своего бестиария?

— Ни в коем случае! К тому же не обязательно каждый раз уничтожать, демона. Нужно просто научиться ее активировать по собственному желанию.

— Я уже пыталась, — призналась честно. — Но до сегодняшнего дня не получилось ни разу.

— Сегодня у тебя появился новый опыт. Нужно его припомнить и закрепить. Ты же знаешь, как важна для любого мага память ауры?

Сочетание физических ощущений и магических действий имело большое значение для запоминания и воспроизведения заклинаний, это я поняла еще в школе. Все маги осваивали эту простую истину, часами повторять магические формы, чтобы в нужный момент использовать их мгновенно.

— У меня появилась идея, как нам это сделать. Закрой глаза и не открывай, что бы не случилось. Поняла?

— Да.

Некоторое время ничего не происходило. Дэрин молчал, а я слушала, как играет ветер в листве, как поют вечерние птахи на кладбище, и как стучит в ушах мое собственное сердце.

Шевеление воздуха на затылке почувствовала внезапно — Дэрин обошел меня и остановился прямо за спиной. От его близкого присутствия по телу побежало электричество.

— Мари, попытайся вызвать то самое чувство, что испытала сегодня, когда мы изгоняли сосальщика из адепта Ярни, — шепнул он над ухом, шевеля мелкие волоски на шее своим дыханием. — Сосредоточься.

Я попробовала сконцентрировать магию в центре ладоней, как делала это раньше. Получилось, но это было немного не то. Сейчас может и получился бы отличный компрессионный удар, но вряд ли мои руки светились золотом...

— Ах! — выдохнула, покрываясь мурашками, когда Дэрин внезапно подул мне сзади на шею.

— Не открывай глаза! — предупредил он. Представь, что ты в астрале, Мари, — зашептал он тихо-тихо и снова подул — на этот раз где-то слева. — Фиолетовое небо. Каменная равнина куда глаза глядят. И твари. Со всех сторон твари. Множество тварей. И все они хотят завладеть твоим телом.

Не знаю, что произошло, но я почувствовала кожей нездешний холод. И вдруг очутилась среди знакомой мне каменистой равнины. Точно такой же, как была в том зеркале — на вступительном испытании. Только теперь я почему-то была совершенно обнаженна. Стояла босиком на колючих каменных крошках, и они больно впивались мне в стопы, а со всех сторон подкрадывались, колыхаясь бесформенные тени. Тянули ко мне свои мерзкие щупальца.

Я хотела открыть глаза, чтобы выбраться из странной фантазии, в которую непонятно как окунулась с головой, и не смогла!

Что-то влажное вдруг полоснуло по шее сзади. Вскрикнув от отвращения, я дернулась, стремясь убраться подальше, и. впечаталась в грудь Дэрина. Когда только он успел меня обойти?

— Мари! Получилось! У тебя получилось! Это даже больше, чем мы ожидали! — Дэрин схватил меня за плечи и легонько потряс, его взгляд сиял торжеством и восхищением. — Посмотри сама!

Опустив взгляд, поняла, что он прав. Не только ладони — все мое тело светилось золотом там, где меня не прикрывала одежда. Не удержавшись от любопытства, я отвернулась и украдкой заглянула за ворот.

Так и есть! Свечение окутывает меня полностью.

— Уверен, теперь к тебе никакая демоница бы не смогла прикоснуться! — подтвердил мою догадку Дэрин.

Он обошел меня по кругу, рассматривая со всех сторон, а потом осторожно потыкал пальцем в плечо. Золотой свет померк и постепенно погас.

— Кажется, все. Наверное, если постоянно тренироваться, то удастся увеличить время действия... — отметила я немного разочарованно.

— Мари! — Дэрин вдруг подхватил и закружил меня. — Ты понимаешь, что это значит?

— Поставь меня! — неожиданно я разозлилась. — Дэрин! Кому говорю! Ты не можешь вести себя так, словно ничего не произошло!

— Да, ты права. Я забылся. Извини.

Я недовольно запыхтела, пытаясь восстановить дыхание. Но все же решила расставить все точки.

— Ты не должен больше так делать, понял? Ты! Именно ты отказался от нас, так зачем ты так себя ведешь, словно тебе не все равно? Нечего меня мучить, если на деле не хочешь быть вместе! — я уткнула палец ему в грудь и закусила губу, чтобы не всхлипнуть.

— Я хочу! — Дэрин вдруг подался ко мне. Обхватил мое лицо ладонями, заставляя посмотреть на него снизу вверх. — Я хочу, Марэна. — шепнул он мне в губы.

Вышло так проникновенно, что по телу побежали мурашки, а сердце словно сорвалось в пропасть.

В глазах моего истинного вдруг отразилось что-то пугающе порочное. Темное. Он погладил мои губы большим пальцем, заставив рот приоткрыться. А затем зарылся пятерней в волосы, сильнее запрокидывая мне голову. Не выдержав его откровенного, полного желания взгляда, я закрыла глаза.

Никогда раньше Дэрин не вел себя настолько фривольно, но и со мной творилось что-то странное. Вместо того, чтобы его окоротить, как подобает приличной ерре, я позволила ему все это проделывать.

Сознание словно раздвоилось, и мне — Мари — было страшно, и одновременно хотелось наплевать на все и поддаться. А той второй, что наблюдала со стороны, было жутко интересно, что же будет потом? И обе части жаждали этого поцелуя, предчувствуя, что он будет совсем не таким, как раньше.

Лишь цепляясь, за остатки самообладания я отвернула голову в сторону, и обжигающие, жадные губы Дэрина мазнули по моей щеке и уголку рта.

— Нет! Пусти меня! Сейчас же! — выдыхала я загнанно.

Мгновение. Другое. Хватка постепенно разжалась. А я не понимала, что мне делать.

— Кажется, мне лучше уйти. Хватит на сегодня...

— Ты права. Кое-что случилось, Мари. Я думал, обойдется, но нет. Значит, сегодня я преподал тебе последний урок, и нам, действительно, не стоит больше встречаться. Нигде и никогда, кроме занятий.

Истинный стоял ко мне спиной, и я бы все отдала, чтобы увидеть выражение его лица.

На следующий день после уроков я навестила в лазарете Ярни. Постучала и заглянула в палату. Милош лежал на той же самой койке, где совсем недавно Кинрой младший.

— Привет, как ты? Как нога? — поинтересовалась я, разглядывая энергетический кокон на лодыжке командира «Семерки».

— Привет! Спасибо, что пришла, Марэна, — неожиданно искренне обрадовался больной моему появлению и попытался сесть. — Так я смогу чуть раньше извиниться. Прости, что поступил некрасиво на старте. Похоже, меня Эфир наказал, чтобы не обижал девчонок. Я, вообще-то, за честные соревнования. — он смолк, видимо осознав, что честными они бы в любом случае не были.

Вид у бравого предводителя «Семерки» был какой-то сконфуженный и неожиданно милый.

— Ничего. Я не обиделась, — успокоила я его и указала на переливающийся всеми оттенками зеленого полупрозрачный кокон: — Что сказали лекари?

— Пообещали, что даже хромать не буду. Только некоторое время придется похалявить, валяясь в койке, — Милош недовольно скривился.

— Ну надо, так надо, — я протянула Ярни бумажный пакет с фруктами и разными булочками, которые набрала в столовой. — Вот. Не знала, что тебе понравится.

Вдруг смутилась, припомнив, как совсем недавно навещала здесь же Юргеса и Брана. Не слишком хорошая тенденция.

— Спасибо! Я всеядный, — успокоил меня Милош и, сунул нос в пакет, принялся активно там рыться. — О, персик!

Выхватив спелый фрукт, он впился в него зубами так рьяно, что брызнул и потек сок по подбородку.

— Ммм! — мычал парень от удовольствия.

— Салфетки там же, — подсказала я, когда он, выпучив свои выразительные глаза, заметался взглядом, а по подбородку потек сладкий сок.

— Шпасиво. Обожаю персики, ты угадала, — подтвердил он, когда прожевал. — Ой прости, — Ярни вдруг залился краской. — Я это. Из простых, не обучен манерам. Тебе, наверное, неприятно на такого свина смотреть?

— Ничего подобного. С кем не бывает, — я нагло заглянула прямо в пакет, и выудила оттуда еще один персик. — Я тоже люблю персики, когда они спелые.

Некоторое время мы молча жевали. Эта забавная ситуация помогла мне немного настроиться, чтобы задать вопрос.

— Милош, ты помнишь, как сорвался?

— Конечно... — он улыбнулся, но неожиданно нахмурился и, сникнув, закончил: — .. .Нет. Во дела! Мари, я ведь и правда не могу вспомнить, как это случилось. Хорошо вроде шел, и вдруг почувствовал слабость. Но я уже привык не обращать внимания на мелкие неудобства, и продолжил идти к финишу. Сама понимаешь, там был советник. Я не мог ударить в грязь лицом.

— И допустить, чтобы тебя обошла девчонка? — поддела я.

Ярни покраснел и натянул одеяло до самых глаз. Сейчас, когда ему не нужно было демонстрировать взрослого и ответственного, было ясно, что он всего лишь мой сверстник.

— Мне очень стыдно, не дави на меня! — буркнул он из-под одеяла, а потом прекратил дурачиться. — Лекари сказали, такое бывает от шока, но. — он только мог невнятно жестикулировать не в силах объяснить то, что с ним произошло на полосе.

Нормальная реакция. Хорошо, что никаких последствий похуже для его разума не осталось.

Я закусила губу, и уставилась на Ярни в раздумьях. Командиру «Семерки» я симпатизировала. Не мог плохой парень инициироваться прямо на улице и собрать вокруг себя таких же несчастных. Некоторые слухи уже дошли и до меня.

Сказать или нет? Будет нечестно скрыть от него правду.

— Марэна, ты чего так на меня смотришь? Нет, ты очень красивая, и при других обстоятельствах я бы был очень рад твоему вниманию, но. У меня уже есть девушка, хоть она и не истинная, но в будущем мы планируем пожениться.

— Милош, ты тоже считаешь, что я легкомысленная?

— Вообще-то нет, — ответил Ярни после недолгой паузы.

— Вот и хорошо. Рада, что не пришлось в тебе разочароваться. А теперь забудь все глупости, которые ты только что себе нафантазировал и послушай, что я тебе скажу. Но не вздумай болтать об этом для твоей же безопасности! — я наставила на него указательный палец.

Парень нахмурился.

— Я не совсем тебя понимаю, но выглядишь ты очень серьезно, Мари.

— А я и говорить собираюсь об очень серьезных вещах. Слабость, что ты почувствовал, не простое недомогание. К тебе прилепился сосальщик.

— Чегооо? Решила меня подколоть? — парень рассмеялся. — А я ведь почти поверил... — Увидев, что я и не думаю кричать: «Попался!» он быстро посерьезнел: — Это не шутка, да?

— Не шутка. Мы успели его из тебя изгнать. Точнее, инструктор Штарн, а я так, немножко помогала, — тут пришлось соврать, не зачем Ярни знать о моем особенном умении.

— Но почему мне не сказали, и лекари, они же.

— Они ничего не знают.

Я не имела права открыть Ярни всю картину целиком, но рассказала о недоброжелателе, который как-то проник на территорию академии и натравил сосальщика.

— Если будем распространяться, спугнем гада и нарушим ход расследования, но ты будь настороже. Если заметишь что-нибудь подозрительное — обязательно скажи мне. И, Милош, умоляю, никому не говори, даже «Семерке», ладно?

— Я — могила. Спасибо за доверие, Марэна. Я этого не забуду, — он первый протянул мне руку и крепко, но осторожно пожал.

Расстались мы с Милошем Ярни если не друзьями, то добрыми приятелями и союзниками.

Пытаясь покинуть палату, я стала свидетелем удивительного зрелища. В нешироком коридоре Юргес Кинрой откровенно клеился к Ирэн Мьюр, пришедшей навестить командира. Девушка отвечала ему в своей традиционной агрессивной манере и сближаться с сыном советника, похоже, не планировала. Тем более, что Кинрой, по традиции, вел вербовку в ряды «Стоп-ай'рэ!»

Они не сразу меня заметили, а Юргес мешал пройти одновременно нам обеим.

— Кхм-кхм! — многозначительно прокашлялась я. — Можно, я тихонечко уйду, а вы продолжайте-продолжайте.

— Мари! А. Что ты здесь делаешь? — похоже, Кинрой сильно удивился.

— Навещаю пострадавшего, ничего нового, — я даже немного развеселилась.

— Это из-за тебя он пострадал! — рыкнула Мьюр и, воспользовавшись тем, что Юргес отвлекся, отпихнула нас обоих.

Стоило ей прорваться в палату, как она снова принялась возмущаться, в ответ раздался успокаивающий голос Ярни, и я тихонько прикрыла дверь.

— Марэна, я. — растерянный и смущенный Юргес не знал куда деться.

— Ничего не объясняй, Юрг. Не трать зря время. Ответ нет, я за тебя точно не выйду ни при каких обстоятельствах, потому что ты — тот еще кобель. Мы с тобой только друзья, и точка! Если только ты действительно дорожишь нашей дружбой? — я хитро посмотрела на парня.

— Согласен. И я тебя прекрасно понимаю. Я бы и сам за себя не вышел. Вот бы еще мой отец это понял, — вздохнул Кинрой младший, чисто по-дружески приобнимая меня за плечи.

Глава 46. В которой предлагают руку и сердце

В день награждения нас с Амалией официально отпустили с занятий, так же, как и самих героев, полагаю. И утро мы провели не в традиционной манере — я, бегая вокруг кладбища, а Ами препарируя тела, или чем она там теперь по утрам занимается?

Словно бездельницы из высшего света новый день мы начали с чашечки ароматного баснословно дорогого кинамао, что подавали салоне красоты при ателье ериссы Сантьяго.

Сухая, резкая, как в движениях, так и в высказываниях, брюнетка отличалась скандальным нравом и отсутствием комплексов в суждениях. А еще тонко чувствовала красоту, благодаря чему даже самые вредные столичные фифы стойко терпели все ее придирки, стиснув зубы. Все, ради того, чтобы заполучить эксклюзивный наряд.

Не знаю как, но тете Бесси удалось найти с ериссой Сантьяго общий язык. По словам тети, они сразу сошлись характерами. Я себе представляла это так: при первой встрече еррисса Сантьяго и ерра Маурштейн виртуозно обругали друг друга, так как обе не лезли в карман за словом. А после, оценив по достоинству мастерство соперницы, заключили перемирие, которое переросло в дружеские отношения.

Так что мы с Ами получили куда больше того, на что рассчитывали. И через два с половиной часа появились из портала во дворце при полном параде. В белых платьях с похожими прическами, украшенными елиями, как Ами и хотела.

Мы отказывались верить, что в многочисленных зеркальных поверхностях, отражаемся именно мы, а не два неземных существа в белых платьях, которыми мы просто не могли быть. Я согласилась спрятать изрядно побледневшие остатки ай'рэ, и это словно окончательно разорвало связь со мной привычной.

А еще от нас исходило особое сияние, делая мир вокруг чуть светлей — особенная магия, которой обладала ерисса Сантьяго работала с виду незаметно, оттого и более эффектно.

Нас сопровождала Бессигера Маурштейн изрядно похудевшая, и помолодевшая, в красивом новом платье нежно-лилового цвета и маленькой вычурной шляпке. Такие скоро войдут в моду, клятвенно заверила нас еррисса Сантьяго.

Нас встретили, засыпали комплиментами и, проинструктировав, проводили в тронный зал, где должно было проходить награждение. Кроме придворных, слуг и гвардейцев, здесь были представители местных газет, которые не упускали ни единой мелочи.

На отведенных им местах выстроились точно на параде родители, среди которых выделялась строгая и чопорная чета Прим. Оба высокие и бледные. Они почти не разговаривали и не общались друг с другом. У меня сложилось впечатление, что они скучают. От некромантов все инстинктивно старались держаться подальше, и дело было не столько в давящей ауре, сколько в язвительном характере.

Советник Кинрой, как никогда благостный, поглаживал руку жены и иногда что-то говорил ей на ухо. Высокая, худая ерисса Кинрой была одного роста с мужем. Она степенно кивала на его слова, но с ее лица не сходило извечное презрительное выражение. Сколько себя помню она так всегда смотрела на мир так. Исключением были король, ее собственный муж и сын.

Чету Дуртауэр я раньше не видела. При дворе они если и появлялись, то редко, в отличие от сына. Ерр Дуртауэр — шкафоподобный громила с огненно-рыжей шевелюрой и белозубой улыбкой. Бран показался мне его уменьшенной копией, настолько велико было сходство отца и сына. А вот ерисса Дуртауэр меня удивила. Пухленькая коротышка, миловидная и светлая. Она держала кружевной платочек наготове и цеплялась за руку мужа, словно ей было чего опасаться. Тетя Бесси пристроилась рядом с ними.

Наших с Амалией родителей здесь не было. Моя мама, как всегда, слишком занята, спасая жизни. Папа... Он все еще на особом задании, успокоила я себя ставшей уже привычной мантрой. Отсутствие своих Амалия объяснила это тем, что им сейчас не по карману подобные мероприятия. Привыкшая блистать ерисса Риано не могла себе позволить ударить в грязь лицом перед другими. Так ли это, на деле, я не знала.

Сами герои, в парадных белых мундирах, выстроились перед троном, где восседал дядя Оллан.

— О! — выдохнула едва слышно Амалия. — Первый раз вижу Криса в белом. И, наверное, в последний...

— Удивительно, но ему идет, — отозвалась я.

Парни тоже нас заметили, и их взгляды восхищенно заблестели. У всех, включая Брана Дуртауэра. Мне показалось, что боевик в какой-то прострации, и толком не осознает, что происходит. Кристобаль как уставился на Ами, так и не сводил глаз, пока не грянул марш.

Разговоры стихли, и церемония началась.

Дядя Оллан величественно поднялся с трона, поправил церемониальный плащ и затеял длинную и проникновенную патриотическую речь, в конце которой поблагодарил ребят за храбрость и самоотверженность. Все было так торжественно и трогательно, что у меня защипало в носу.

Король лично надел на шею парням драгоценные ордена-артефакты на цепочках, вручил почетные свитки и наградные кинжалы, а после наступил наш черед.

Эта часть церемонии была призвана немного снизить градус серьезности. Нам с Ами предстояло вручить героям по букету и подарить невинные поцелуи в щеку. Мило, но ничего сверхъестественного.

Начали с Кинроя, который стоял первым. Я подала Юргесу букет, и мы разом чмокнули его в обе щеки под разноцветные вспышки фиксаторов. Гости зааплодировали, послышались шутки и одобрительный смех. Взрослые от души веселились, и даже король улыбался на троне.

Юргес благодарно поклонился нам обоим, и быстро шепнул:

Мари, подыграешь мне, ладно?

Я не поняла, что он имеет в виду, но для вопросов было неподходящее время, и мы перешли к Брану. От нашего синхронного поцелуя, парень покраснел до корней волос и едва не свалился в обморок, вызвав еще больший восторг и умиление зрителей. А мы перешли к Кристобалю Приму.

Под пристальным взглядом молодого некроманта, Ами все сильнее розовела, и сияние ее ай'рэ начало пробиваться даже через маскировочные чары. Другим это вряд ли было видно, но я-то стояла совсем рядом. Приняв букет из ее чуть подрагивающих рук, Прим нагнулся

— иначе до его щек мы бы не дотянулись, даже встав на цыпочки.

Чмок!

И вдру Крис подхватил Ами за талию и прижался губами к ее губам в дерзком поцелуе. Я стояла совсем рядом, можно сказать в шаге и прекрасно видела все эмоции. Удивление, непонимание, шок. При чем не только у Амалии. И все это под сверкание магических вспышек.

— Кхм! — нарушил повисшее молчание дядя Оллан.

Мне показалось, что даже он не знает толком, что сказать.

— Ваше величество, я прошу прощения, — заговорил некромант, обращаясь ко всем и не выпуская руки Амалии, которая смотрела себе под ноги. — Но я не смог сдержаться, ерра Риано сегодня невероятно хороша.

— Но... — протянул Оллан, и покосился на чету Примов.

Я тоже посмотрела в ту сторону. Лицо отца Криса было непроницаемым, а у матери шло красными пятнами. Как будто ей было безумно стыдно за сына.

— Меня можно осуждать и обвинять во многих вещах. Знаю, какие слухи ходят, —он криво усмехнулся, посмотрев прямо на какого-то репортера. — Но я честен в своих намереньях и хочу сделать предложение ерре Риано. Амалия, выходи за меня?

Все время, что он говорил Ами дышала часто-часто, что я опасалась за ее здоровье. Когда вопрос прозвучал, она вскинула глаза, посмотрела на Кристобаля прямо и сбежала от ответа самым классическим способом — в обморок.

Прим подхватил ее на руки, заметно повеяло холодом, и в зале словно стало темнее. У меня возникло чувство, что он готов на все. Даже поднять целую армию мертвецов, если кто-то вознамерится встать на его пути.

Кажется, я слегка завидую Амалии.

— Придется вам, молодой человек, задать этот вопрос еще раз, когда ерра Риано придет в себя, — перевел все в шутку король. — А теперь несите ее туда, сейчас придет лекарь.

Началась кутерьма. Репортеров потихоньку выставили, намекнув, что официальная часть закончилась. Крис отнес Ами в покои для гостей, а его самого куда-то утащили родители. Мы с тетей неотступно последовали за моей подругой.

— А ну кыш! — тетя Бесси захлопнув дверь перед носом любопытных придворных. — Мы пустим только лекаря! — гаркнула она в коридор, однако сдержавшись от крепкого словца.

— Ами! Ами, очнись! — я осторожно похлопала подругу по щекам.

— Сейчас налью воды, — хлопотала тетя.

Она заметалась в поисках графина, но его здесь не оказалось.

— Будь с ней и никому не открывай, — наказала тетя и выскочила за дверь.

— Не надо воды. Со мной все хорошо, — ровным голосом отозвалась Амалия.

— Ами? Как ты?

— Я притворилась, — поморщилась она и оправдалась: — Ну а как еще я должна была реагировать? Что мне ему ответить? Да? Но у меня ай'рэ на виске никуда не пропал. Нет? Я не могу. Кажется, я в него влюбилась.

— Не знаю... Может, правду? Я сейчас скажу, наверное, странную вещь, но если Кристобаль тебе нравится, и ты ему тоже настолько, что он сделал тебе прилюдно предложение, может ну его этот ай'рэ?

— И это говоришь мне ты?! — Ами неверяще уставилась на меня.

Я только развела руками.

В дверь постучали. Решив, что вернулась тетя, я, не спросив, открыла дверь.

— Советник Кинрой?

— Ерры, — он вежливо поклонился, но не спешил войти. — Ерра Риано, с вами все в порядке?

— Да, мне лучше, ерр Кинрой. Простой обморок. Очень переволновалась, — смущенно улыбнулась ему Амалия.

— Было с чего, — советник понимающе улыбнулся. — Тогда я смею надеяться, что вы отпустите ерру Данаостро ненадолго?

— Да, конечно, — настороженно ответила Ами, сверля меня вопросительным взглядом.

— Что-то случилось, ерр Кинрой?

— Нет-нет, просто пара вопросов. Личных, — нажал он, намекая, что говорить прямо здесь не намерен.

Я обернулась и посмотрела на подругу, та кивнула, и я вышла в коридор. Оттуда мы с советником вышли в маленький садик, что располагался под окнами гостевых покоев. Залитый солнцем и благоухающий ароматными цветами, он располагал к беседам, только вот я заранее подозревала, о чем пойдет этот разговор, и приготовилась к неприятностям.

— Мари, я же могу так тебя называть?

Кинрой старший подарил мне свою самую ослепительную улыбку, ужасно напомнив собственного сына. Возможно, на его ровесниц она даже действовала, но мне стало немного не по себе.

— Давайте лучше соблюдем условности, ерр Кинрой, — улыбнулась я в ответ. — О чем вы хотели поговорить? Мне нужно вернуться к Амалии, да и у вас вряд ли есть время на пустые реверансы.

— Значит, предлагаете сразу перейти к делу? Что ж, похвально, ерра Марэна. Я хотел поговорить о свадьбе.

— О какой свадьбе? — я сделала вид, что не понимаю, о чем он.

— Ерра Марэна, вы все прекрасно понимаете. Я говорю о вашей свадьбе с моим сыном. В вас течет королевская кровь, и этот брак будет выгоден как роду Кинрой, так и Данаостро. Вы не можете этого не понимать.

Я молчала, с интересом его слушая, и он продолжил.

— Так чего же вы медлите с ответом? Согласитесь, наконец. Или в вас взыграла простая женская потребность помучить мужчину неизвестностью?

— Вы что-то путаете, я уже отказала Юргесу как минимум дважды. И мне не очень понятно, в чем собственно выгода рода Данаостро?

— О, ерра Марэна, ну вы же это не серьезно, правда? — рассмеялся советник. — Вы потеряли ай'рэ и вам вряд ли светит что-то более достойное. Лучшей партии, чем мой сын, вам все равно не найти. Или вы решили предварительно перебрать всех парней с факультета демоноборцев?

От последнего заявления я даже подавилась.

— Что?! Вы намекаете на...

— На вашу ветреность, на что же еще, — советник криво ухмыльнулся. — Ну это простительно в вашем возрасте. Молодая кровь и все такое. Уверен, мой сын сможет вас укротить, у него большой опыт в амурных делах и горячий темперамент!

Советник подкрутил тонкий ус с таким видом, будто или о себе говорит, или как минимум сам сынка всему учил.

— Ах вы. Таракан! — я выпалила первое, что пришло мне в голову, глядя на скользкую рожу советника.

Развернувшись, попыталась уйти, но Кинрой старший ухватил меня за локоть.

— Подумай три раза, девочка, прежде чем отказывать Кинроям. Тебе предлагают такое будущее, о каком ты и мечтать не могла. Для девицы, вроде тебя, это честь.

— Вроде меня? Это для какой же?

— С подмоченной репутацией, — советник больше не улыбался.

Я вырвала руку и, смерив мужчину уничижительным взглядом, подхватила юбки. В комнату к Ами ворвалась через выходившую в сад террасу. Амалия была одна, а тетю позвал к себе Оллан.

— Ты как?

— Лекарь уже подтвердил, что я в полном порядке, — усмехнулась подруга.

— Тогда идем отсюда, а? — предложила я.

— Прочь из дворца? — спросила Амалия с надеждой.

Обрадовавшись, что наши мысли сошлись, мы решили сбежать незаметно и направились к двери. Ами едва приоткрыла ее, но тут же остановилась и приложила к губам палец. Из коридора донеслись голоса.

Глава 47. В которой воля короля не обсуждается

Ами шла первой. Начав открывать дверь, она замерла, тихонько притворив створку, но не полностью, а так, чтобы осталась небольшая щель. Повернувшись ко мне, подруга приложила палец к губам, и я сдержала, готовый сорваться с языка вопрос.

В зазор между створкой и косяком была видна часть коридора и две одетые в черное фигуры

— пониже и повыше.

— Не смей! — змеей шипела ерисса Прим, надвигаясь на сына. — Ты и так уже достаточно нас опозорил своими выходками!

— Вас, или тебя лично, мама? — яд так и сочился из уст Кристобаля, хотя он говорил нарочито спокойно. — Не думаю, что отец с тобой согласен в этом вопросе.

— Твой отец, как приличный ерр, прошел ритуал в храме Эфира и женился на истинной.

— Наверное, поэтому вы оба так несчастливы в браке?

Хлесь!

Голова Криса повернулась от увесистой пощечины — удар у ериссы Прим был хорошо поставлен. Прикоснувшись к щеке, некромант нехорошо улыбнулся.

— Вот, значит, как, мама? Репутация и приличия у тебя всегда на первом месте? А как же тот ерр, которого я застал в твоей спальне слегка неодетым? — он сделал шаг вперед, нависая над прямой, как палка, женщиной.

Хлесь!

Ерисса Прим ударила сына по второй щеке.

— Еще шаг, и я тебя прокляну!

— Зачем ты так со мной, мама? Ты так сильно ненавидишь отца, что вымещаешь обиду на мне?

— Чушь! Я люблю тебя, Кристобаль, поэтому против необдуманных решений. Отпрыск славного рода Прим достоин большего, чем какая-то там выскочка. Что, вообще, за род такой Риано? Когда они получили дворянство? На днях?

Ами дернулась было, желая выйти и высказать все, что она думает по этому поводу, но я ее удержала. Как бы эта милая и достойная женщина не прокляла и ее. Словно некроманта вещь жесткая, потом будет очень сложно убрать смертное пятно с ауры.

— Не надо!

— А если бы я, «как приличный ерр», тоже пошел в храм, и именно Амалия стала моей истинной, ты бы все равно настаивала на своем, мама?

Ерисса Прим не нашлась, что ответить. Крис только покачал головой.

— С дороги! — грозно рыкнул он и, обогнув мать, направился к покоям, где мы находились.

Ами быстро дернула дверь на себя и щелкнула замком. Ее взгляд загнанно заметался по комнате. Не задавая лишних вопросов, я потянула ее к большому в пол окну, выходящему на террасу, а оттуда в маленький садик. Без слов было ясно, что подруга не желает встречаться с Примом прямо сейчас.

И это правильно. Они оба на взводе после случившегося, и ничего хорошего из их разговора все равно не выйдет.

Углубившись в садик, мы натолкнулись на вычурную кованую ограду, отделяющую его от дворцового парка.

— Амалия! — раздался из-за деревьев голос Кристобаля.

Похоже, с замком он разобрался слишком быстро.

— Мари, не хочу его видеть! Спрячь меня, ты же все тут знаешь... — Ами смотрела умоляющим взглядом.

Позади затрещали кусты, и я поспешно огляделась, пытаясь сориентироваться.

— Идем!

Я первой не без труда проскользнула между прутьями решетки.

— Прим здесь, вообще, не пролезет, он слишком крупный.

Ами без разговоров последовала за мной. Сняв туфли и подобрав длинные подолы, мы побежали. Когда я привела Амалию в Орлиную Башню, она уже немного успокоилась и даже принялась заинтересованно осматриваться по сторонам.

На самом верху нам навстречу вспорхнула стайка мелких пташек, облюбовавших это место в качестве гнездовий. Ами взвизгнула и отшатнулась, едва не сбив меня с лестницы, когда они порхнули нам в лицо.

— Хорошо, что это не орлы, — пошутила подруга, когда первый испуг прошел, и мы, посмеиваясь над собственной трусостью, закончили подъем. — Ой... какая высота! — Амалия осторожно приблизилась к краю пролома и посмотрела вниз, придерживаясь рукой за стену. — Видно всех, кто внизу, а нас — совсем не видно. Мне здесь нравится.

— И мне. Бывало, я тоже спасалась здесь от обид или когда хотела побыть в одиночестве. А еще. здесь я встретила Дэрина.

— Это было в тот день, да?

Щемящая боль в сердце, заставила меня отвернуться и часто-часто заморгать.

Амалия подошла и просто обняла. Так мы и стояли молча, сжимая друг друга в объятиях и стараясь не всхлипнуть. Когда немного попустило, и эмоции улеглись, мы уселись на старую невесть откуда взявшуюся в этом месте балку, стараясь не испачкать платья.

— Что ты думаешь делать? — я задала вопрос.

Ами молча покачала головой, уставившись в одну точку.

— С Кристобалем? Я не знаю. Он мне очень нравится, но ни разу не говорил со мной о чувствах. И этот поцелуй, и внезапное предложение... Я не была к такому готова! — Ами приложила ладони к порозовевшим щекам. — Это не честно. Я не понимаю, зачем со мной так? Но мне почему-то теперь мне кажется, что он просто хотел насолить матери, зная, что я все равно не соглашусь.

— А ты. хотела бы согласиться?

— Я же сказала, Кристобаль мне небезразличен, но Мари, даже если предположить, что его мотивы кристально чисты, у меня же ай-рэ!

Подруга повернула голову, напрочь забыв о том, что скрыла завиток перед церемонией.

— Ами, а ты давно была в храме Эфира?

— Давно. Мне больше не хочется туда идти. Я не хочу, чтобы мой истинный нашелся. Я боюсь. Боюсь, что стану с ним такой же, как ерисса Прим.

— При чем тут ерисса Прим?

— Ты слышала, о чем они говорили? Она вышла замуж ради приличий, но так и не полюбила мужа. Между прочим «приличного ерра», который сделал все правильно. Вот и я так. Выйду за приличного ерра, а сама продолжу сохнуть по Кристобалю!

— Знаешь, после увиденного, я не удивлена, что Крис вступил в «Стоп-ай'рэ!» с таким-то примером перед глазами.

— Я тоже, — горько усмехнулась Ами.

Мы просидели в Орлиной Башне больше часа, после чего решили, что нас вряд ли будут искать так долго и отправились на выход. Но прежде все же стоило попрощаться с дядей. Нехорошо было просто взять и уйти. Стоило изъявить такое желание, и первый попавшийся слуга с радостью проводил нас в королевские покои. Оказалось, дядя желает со мной поговорить, и меня искали, но не нашли.

Оставив Ами в гостиной, я прошла в кабинет и присела в реверансе.

— Мари, детка, оставь эти формальности. Иди скорее сюда, у меня к тебе важный разговор. Я заранее почувствовала неладное, но не подала виду.

— Что случилось, дядя?

— Тот мальчик, Юргес Кинрой. В каких вы с ним отношениях?

— Исключительно в дружеских, — вопрос заставил меня насторожиться.

— Мне казалось между вами нечто большее, — король хитро повел бровью.

— Дядя, только не говори, что ты тоже поверил сплетням, что распустили газетчики. У тебя же наверняка есть люди, работа которых знать все и обо всех. Неужели они халтурят? Предлагаю лишить их жалования в этом месяце.

Оллан от души рассмеялся.

— Мари, подрастешь еще немного, и я возьму тебя на должность советника, — подмигнул он мне.

— Разве что как специалиста по демоническим сущностям, — я аккуратно разгладила подол платья, с неудовольствием отметив, что внизу на белой ткани появились какие-то пятна, в том числе и от травы.

М-да... Надеюсь, магическая ткань скоро самоочистится. Ерисса Сантьяго что-то такое обещала.

— Мари, сегодня ко мне приходил советник Кинрой, чтобы просить твоей руки.

— Какой ужас, дядя! Надеюсь, ты ему отказал? — я выпучила глаза и закрыла рот руками.

— Арестуй его. Немедленно!

— Почему «ужас» и за что я должен арестовать советника Кинроя? — не понял король.

— По подозрению в покушении на убийство, конечно.

— Марэна, ты меня пугаешь. Объясни толком!

— Ну как же, дядя! Ерисса Кинрой жива и здорова. Она присутствовала сегодня на церемонии, а советник Кинрой, просит моей руки, будучи женатым мужчиной. Видимо, он задумал неладное, и планирует овдоветь в ближайшее время. Но он старый и неприятный, так что я все равно не пойду за него. Особенно если он станет убийцей.

— Марэна, несносная девчонка! — Оллан Седьмой хлопнул ладонью по столу. — Я о серьезных вещах с ней говорю, а она все шутки шутит. Хулиганка! Естественно, Кинрой просил твоей руки для сына.

— Простите, ваше величество, — я смиренно потупилась, изображая пай-девочку.

Дядя Оллан всегда меня баловал, и даже сейчас я не могла к нему относиться так же, как остальные. Не испытывала того трепета или желания лебезить, что большинство придворных. Мне и моей семье не было нужды выпрашивать чины или богатства, мы были счастливы, имея то, что есть.

А дядя Оллан, в свою очередь, воспринимал меня как ребенка, которого у него никогда не было. Сейчас я ерничала и перегибала палку, надеясь пробудить в нем те самые отцовские чувства, но на деле я прекрасно понимала, о чем идет речь.

Интересно, таракан усатый Кинрой ходил к королю до нашего с ним разговора, или после. Вот же гад, везде подсуетиться успел.

— Прощаю, племянница. Так что, ты согласна выйти за Юргеса? Понимаю, молодой человек придерживается не совсем традиционных убеждений в вопросах брака, но он отличная партия для тебя.

— Я уже отказала ему, дядя. Мы с Юргесом сошлись на том, что этот брак больше интересует его отца, чем его самого. Так что между нами лишь дружба.

— Подумай, Марэна. Не руби с плеча. В конце концов помолвку можно и расторгнуть, если что-то пойдет не так. Зато это поможет окоротить злословов, и избежать лишних сплетен.

— А что, обо мне снова кто-то сплетничает? — я осеклась, осознав сказанное. — Стоп! Какую еще помолвку?!

— На которую я дал согласие.

— Никакой помолвки! Дядя, нет! — я вскочила с кресла.

— Сядь и дослушай меня, Мари! — король использовал «тот самый» голос, и я плюхнулась на сидение как подбитая охотником утка в камыши. — Помолвка убережет репутацию королевского рода. Ты не можешь не понимать, какое значение имеет каждый твой поступок.

— Какой поступок, дядя? Я просто потеряла сознание!

— Знаю, Мари. Но ты бы знала, чего мне стоило замять все в прошлый раз. Если придется снова делать что-то подобное, на всех углах будут кричать, что в Лигирии ущемляют свободу слова.

— Эфир... — выдохнула я, чувствуя обреченное бессилие.

— И еще, — тем временем продолжил дядя, перебирая канцелярские принадлежности на своем столе и выкладывая из них какую-то замысловатую мозаику. — Советник Кинрой категорически против того, чтобы его невестка становилась демоноборцем. Он видел тебя в деле и сказал, что это категорически не твое.

— Не мое?! Да я еще никогда настолько хорошо не проходила полосу препятствий и уложилась во все нормативы!

Король лишь на мгновение вскинул взгляд на меня и договорил, словно и не слышал моих возражений.

— Я с ним в этом согласен. Занятие это не для приличной девушки. Совсем скоро у тебя будет шанс пройти Двери Судьбы заново. Воспользуйся им, и, уверен, на этот раз они укажут подходящую направленность.

Я лишь скрипнула зубами, спорить было бесполезно, как и жаловаться на советника. Похоже, ему дядя поверит больше, чем мне. Оно и логично. Кинрой рядом уже много лет, а я для него все еще маленькая девочка. Веселая, милая, но и только.

— И когда помолвка? — не выдержала и поинтересовалась я, надеясь, что этот момент наступит еще не скоро.

А учитывая то, что мне известно о владыке демонов, возможно, никогда.

— Прямо сейчас. Мы с Кинроем решили не затягивать. Зал украшен. Цветы музыканты. На тебе красивое платье, что еще нужно девушке? — дядя Оллан благостно улыбнулся.

— Не знаю. Чувства, например?

— Ты сама сказала, что между вами с Юргесом дружба. Обычно самые крепкие браки получаются из добрых друзей, так что можешь не волноваться, — дядя хохотнул.

Кажется, он совершенно не видел никакой трагедии в сложившейся ситуации и искренне верил в том, что совершает для меня благо.

— Идем, — король подал мне руку.

Глава 48. В которой лицедейство на первом месте

Как сомнамбула я шла рядом с дядей и никак не могла принять решение: закатить грандиозный скандал и разгромить что-нибудь, или притаиться и выждать?

— Ваше величество, — Амалия вскочила с софы и присела в низком реверансе, стоило нам выйти в гостиную.

— Риано? Отлично, следуйте за нами, ерра.

Когда я обернулась, в глазах подруги можно было разглядеть огроменный вопросительный знак, но я только сморщилась, показывая, что сейчас не до объяснений, но дела совсем плохи.

Внутренними переходами дядя Оллан привел нас в дворцовую часовню. Молодой, незнакомый мне служитель эфира в нежно-сиреневой рясе и с праздничной гирляндой белых цветов на шее уже ждал у алтаря, подставляя молодое улыбчивое лицо вечному ветру, который непрерывно дул из чаши, заставляя трепетать множество белых и сиреневых лент.

Тут же были ерисса Кинрой и ерры Юргес и Юстас Кинрои. Первый незаметно подмигнул, а второй окинул меня победным взглядом, многозначительно шевельнув бровью. Так и хотелось показать ему неприличный жест.

Просто так без боя я сдаваться не собиралась. Пусть только подвернется удобный момент, я им сразу же и воспользуюсь.

— А где гости с моей стороны? — поинтересовалась я, прекрасно понимая, что именно происходит.

— Ниара занята, как обычно. Не стоит ее отвлекать от дел, — ответил король.

— Ну да, помолвка дочери — это же такая мелочь, — усмехнулась я. — А тетя Бесси?

— Бессигеру я отправил домой. Ты же понимаешь, иногда она ведет себя неподобающе благородной ерре. Я решил избавить и ее, и нас от лишних потрясений.

— Я правильно понимаю, что ни она, ни мама попросту не знают о твоем решении? — хватило одного лишь взгляда, чтобы убедиться — я права. — Отлично... Выходит, с моей стороны совсем нет гостей

Интересно, что сказал бы на это отец?

— Как это нет. Ровно столько же, сколько и у жениха. Или тебе мало меня и ерры Риано?

— хохотнул дядя.

— Вас, без сомнений, достаточно, ваше величество, — я чопорно поклонилась.

— Да как ты смеешь так разговаривать с королем! — зашипела ерисса Кинрой. — Дорогой, мне кажется. — похоже ерисса Кинрой хотела еще что-то сказать, но осеклась, поймав предупреждающий взгляд мужа.

— У ерры Данаостро было слишком свободное воспитание, дорогая. Ее родители, вечно занятые делами, не уделяли достаточно внимания ребенку. А ерра Маурштейн своих детей никогда не имела. Ты разбаловал племянницу, Оллан! — посмел укорить короля советник.

— Ничего, дорогой. На правах родственников мы займемся этим вплотную, — пообещала ерисса Кинрой глядя на меня, словно на кучу несвежего навоза. — Совсем скоро Марэна станет пай-девочкой. Конечно, пятно на ее репутации стереть будет сложнее, и кое-кто станет нам напоминать нам об этом до конца своих дней.

— Мама! — рыкнул Юргес. — Вы оба прекратите, пожалуйста! Не нужно обижать Мари и ее семью.

— Простите, ваше величество, — нестройным хором извинилась чета Кинроев.

Да только на их лицах я не заметила ни грамма раскаяния. И это вот им дядя хочет меня отдать?

Стало ужасно неприятно, и я совсем по-новому взглянула на отношения короля с советником. Похоже, Кинрой совсем зарвался, раз смеет делать замечания сюзерену и вести себя так запанибратски.

— Давайте поскорее приступим к церемонии, — перевел тему старший Кинрой.

Нам было приказано встать перед алтарем, держась за руки. Я хотела воспротивиться, но Юргес взглядом попросил этого не делать. Улучив момент, когда все были слишком заняты, я шепнула:

— Я этого не допущу, не надейся меня провести!

— Не переживай, у меня есть план, как все закончить в нашу пользу.

— Не верю!

— Клянусь, жизнью своей и родителей, — Кинрой сказал это, совершенно не стесняясь служителя Эфира.

Когда я опасливо покосилась на жреца, тот неожиданно подмигнул мне. Больше времени на болтовню у нас не было. Жрец затянул песню заклинание, от которой меня пробрали мурашки. И это не из-за моей впечатлительности — просто по телу словно заскользили потоки прохладного ветра.

Я принялась всматриваться в лица немногочисленных гостей.

Дядя показался мне напряженным, что совсем не вязалось с его полушутливым тоном. Кинрой старший — алчно таращился на меня, словно ребенок, заполучивший желанную конфету. Ерисса Кинрой выглядела так, словно ее вот-вот стошнит от собственной спеси и чувства превосходства над всем миром. А ведь убери это выражение с ее лица, и она стала бы очень красивой женщиной.

Бедная Амалия наблюдала за происходящим широко распахнутыми глазами, и стискивала подол юбки от бессилия. Я представляла, что происходит сейчас в душе подруги. Она искренне хотела мне помочь, но не представляла как. Род Риано действительно не настолько влиятелен, чтобы спорить с королем. Я все понимала и ужасно сочувствовала Ами. Нет ничего хуже чувства беспомощности...

Церемония началась.

— Свободны ли ваши руки, не обещаны ли? — торжественно вопрошал жрец.

Наши руки были совершенно не заняты, и мы с Юргесом ответили положительно.

— Свободны ли ваши сердца, или до краев наполнены чувствами?

На этот раз Юргес меня удивил, ответив, что его сердце бурлит от чувств.

— О, и мое сердце переполняют чувства, — зло буркнула я, оставив остальным догадываться, о каких именно чувствах я говорю.

Ну уж точно не о тех, которые должны наполнять сердца во время помолвки.

— Юргес Кинрой, готов ли ты взять ответственность и принять в свои руки судьбу Марэны. Обещаешь ли беречь до самой свадьбы, или до момента, когда ваши намерения изменятся?

Готов!

— Марэна Данаостро, готова ли ты вложить свою ладонь в надежную руку Юргеса и поручить ему свою судьбу до самой свадьбы, или до момента, когда ваши намерения изменятся?

Вопросительно уставилась на Юргеса, но тот кивнул. Тоже самое, но едва заметно сделал и служитель Эфира. К слову, он был не только молодой, но и какой-то хулиганистый на вид. В который уже раз я подумала, что его и Юрга легко представить в одной компании на какой-нибудь «огненной вечеринке», о который трепался младший Кинрой.

Ничего страшного в формулировке вопроса, впрочем, не было, и я, чуть помедлив, ответила:

— Не то, чтобы готова, но деваться-то некуда.

Я с некоторым удовлетворением отметила, как нахмурился король, и перекосило чету Кинроев.

Жрец снова затянул свое мурашечное заклинание. Ловко выхватив два веера, распахнул их и овеял сначала алтарь, заставляя цветные ленты волниться и танцевать в потоках ветра, а затем замахал в нашу сторону.

Из алтаря вырвались два видимых потока ветра — розовый и голубой, скрутились между собой, как цветная конфета, взметнувшись к потолку, а затем снова распались надвое, чтобы ринуться вниз и воздушными драконами обвиться вокруг меня и Юргеса.

Взметнулись мои волосы, затрепетали подолы платьев и хламида служителя Эфира. У меня тихонько зазвенело в ушах, от накатившего страха. На миг я решила, что все кончено, и меня обманом заставили заключить эту помолвку. Но вдруг младший Кинрой вскрикнул, схватился за виски и картинно осел на пол, разметав руки и ноги.

На миг все растерялись, даже цветные потоки воздуха. Зависнув на миг, они просто втянулись обратно в алтарь. Я первой оказалась рядом с Юргом. Не жалея платья, склонилась над другом.

— Эй ты чего?!

— Подыграй, мне нужно остаться наедине со жрецом! — прошептал парень и снова закрыл глаза, изображая обморочного.

— Эй! — я принялась похлопывать его по щекам. — Юргес, очнись!

— Что с моим сыном! Что вы натворили? — первой очухалась ерисса Кинрой.

Несмотря на презрение ко всему миру, сына она очень любила и сейчас была готова прийти ему на помощь.

— Назад! — неожиданно зычно гаркнул тощий жрец, останавливая всех.

Все снова застыли на полушаге.

— Я чувствую... Я не знаю, но мне кажется... — жрец покосился на меня, словно требуя, чтобы я вступила в эту игру.

— Эээ... Юргес слишком рано вышел из лазарета. У него, похоже, проявились последствия. — ляпнула я первое, что пришло в голову.

Все меня внимательно слушали, а я лихорадочно соображала, чего бы такого наплести, чтобы всех отсюда прогнать.

— Да-да! Это я и ощутил. Что-то связанное с астралом, — горячо поддержал меня жрец, одновременно Юрг стиснул мою руку, одобряя.

— К-кажется, у него остаточная гипоэктоплазмия после контакта с демонической сущностью, — выдумала я несуществующую болезнь. — Не слишком опасно для демоноборца, но очень заразно, — я повернулась к Юргесу и шлепнула его по щеке: — Тебе что ерисса Медея говорила, а? Еще неделю нужно было лежать, не вставая! — я шлепнула его по другой щеке и посетовала: — Вот так всегда. Парни думают, что они крепче, чем есть на самом деле. Совсем себя не берегут.

Я шлепнула его еще раз. Сильнее и с бооольшим удовольствием. Юргес зыркнул из-под ресниц, но сдержался, только картинно застонал, будто потихоньку приходил в себя.

— Не смей лупить моего сына! — на лице ериссы Кинрой отразились гнев, растерянность и волнение, которые сделали ее намного приятнее. — И что это означает? Почему нам нельзя подходить? — добавила она чуть спокойнее.

— Потому что вы можете подхватить гипоэктоплазмию и станете втрое уязвимее для инвазии, — самозабвенно врала я, надеясь, что никто здесь особенно в лекарском деле не разбирается. — Если рядом окажется какая-то тварь, она обязательно в вас вселится. Особенно, если есть какие-то предрасположенности, или иммунитет к демонической инвазии снижен. Так что всем лучше держаться подальше, чтобы не перекинулось.

— Откуда тебе это все знать, девчонка? — хмурился и недовольно пыхтел Кинрой старший, но тоже держался в стороне.

— Подтверждаю, — весомо отметила Амалия, пристально разглядывая Юргеса якобы с безопасного расстояния, и пояснила, когда все взгляды обратились к ней. — Я готовилась поступать на лекарский факультет до того, как меня распределили к некромантам, и кое в чем разбираюсь. — Мари, какие у него руки?

— Прохладные, — ответила я первое, что пришло в голову.

— Вот видите! — обрадовалась Ами. — А еще обморок и эти розовые пятна на лице. Это самая, что ни на есть гипоэктоплазмия в активной — то есть, наиболее заразной форме. Жрец это остро почувствовал.

Щеки Юргеса покрылись розовыми пятнами в основном из-за моих оплеух, но все как-то забыли об этом, перепуганные неизвестной заразой.

— Н-но. Ведь вы и до того стоял рядом с моим сыном, почему почувствовали это только сейчас? — спросил советник жреца.

— Сами понимаете, ритуал начался, сила Эфира вызвала обострение, вот и случился кризис,

— ответил тот.

— Ваше величество, — Амалия молитвенно сложила руки. — Вам в первую очередь нужно держаться от больного подальше. Поверьте, это такая напасть...

Весь вид моей подруги был настолько трагичным, что дядя Оллан благоразумно отступил к самой двери, заставив еще больше растеряться родных Кинроя.

— Но, сын, ты же говорил, что здоров. Как же так? — ерисса Кинрой едва не плакала. Юргес только невнятно простонал.

Морда советника шла красными пятнами, и было неясно, он уже уличил меня во вранье, или негодовал насчет прерванной церемонии. А, может, все и разом.

— Мари, Марэна, — хмурился дядя. — А тебе самой разве не опасно находится рядом? Отойди от него немедленно!

— Я демоноборец, у меня повышенный иммунитет. Да и поздно уже. Скорее всего я уже заразилась.

— Нужно срочно звать лучших лекарей!

— Так, — встрепенулся жрец. — Не надо лекарей. Ваше величество, я знаю, что нужно делать. Силы Эфира всегда побеждали демонические. Я просто проведу ритуал, и освобожу несчастного от этой хвори, но чтобы она не перекинулась на более слабого, вы все должны ненадолго покинуть часовню.

— Мне остаться? — трагично поинтересовалась я у жреца, всем видом изображая самопожертвование.

— Ни в коем случае! Оставьте нас вдвоем, — в глазах жреца мелькнули и пропали хулиганские огоньки.

— Хорошо.

Мы с Амалией вышли в коридор последними, обменявшись многозначительными взглядами. Все кроме нее слегка меня сторонились. Боялись, что через меня передастся неизвестная, но очень страшная зараза. Инвазия пугала всех обывателей без исключения, и никто не желал стать уязвимым.

Прошло не менее получаса, прежде чем дверь снова распахнулась, и жрец впустил нас обратно. За это время никто не разошелся, даже король остался стоять на прежнем месте, задумчиво разглядывая пейзаж на стене.

— Ну что, вам удалось спасти моего сына? — первой бросилась к жрецу ерисса Кинрой.

— Да. Он в порядке и больше не представляет угрозы, — жрец поправил слипшиеся от пота волосы. — Только.

Что только? — шагнул ближе советник.

Жрец лишь величественным жестом указал на Юргеса, который стоял к нам спиной и глядел в большое окно.

— Только я не смогу теперь жениться на Мари, — с улыбкой повернулся Кинрой и продемонстрировал всем серебряный завиток ай'рэ на левом виске.

Глава 49. В которой терпение и труд хорошие плоды дают

Месяц спустя

Сегодня на «Пятерке» царило напряжение. Адепты моей группы, все собранные и серьезные не болтали и не смеялись. А все потом, что нас ждало самое первое настоящее испытание и, пожалуй, не менее судьбоносное, чем выпускные экзамены.

Почему? Да потому что решалось окончательно, кому какая стезя предназначена. Кто продолжит путь демоноборца, а кого ждет иная судьба. Когда-то я была недовольна своей, но с тех пор многое изменилось. Я знала то, чего не знали остальные и старалась изо всех сил. Я должна быть готова действовать, когда придет время.

Весь месяц я честно трудились, не покладая рук и головы. Впихивала знания в библиотеке, тренировалась до изнеможения. Бегала, выполняла упражнения, укрепляя мышцы. Мое тело стало сухим и выносливым, теперь я вместе со всеми пробегала по десять кругов и проходила полосу препятствий, укладываясь в нормативы. Последнюю неделю инструктор Рифт добавил к ней магические эффекты, изрядно усложнив нам жизнь.

А еще я училась призывать свой особенный дар, который так и держала в тайне, но не забывала тренировать и компрессионный удар. Даже в свободное время изучала литературу, описывающую магические приемы. Теперь я точно знала, что именно использовал Юргес во время сражения с демонами, и восхищалась скоростью, с которой он их использовал в бою.

Повторить хоть что-то у меня пока не хватало умения, но я не унывала. И даже кое-что умудрилась приспособить для себя — огненный меч. Само по себе плетение оказалось несложным, вот только огонь не желал подчиняться, да и с фехтованием у меня было не очень. Зато я научилась концентрировать губительную для демонов энергию в виде клинка.

Это мы с девчонками из любопытства пролистали несколько справочников с картинками, и нас потом подташнивало весь вечер. Подумав, я решила, что некоторые твари слишком уж мерзкие, чтобы их трогать их руками. Так и родилась идея с мечом. У меня получилось.

Иногда во время таких одиночный тренировок мне казалось, что за мной кто-то наблюдает, но сколько ни озиралась по сторонам, так и не смогла обнаружить кого-бы то ни было.

Испытания начались. Нас уже традиционно разбили на пары, для чего мы тянули жребий, и мне достался Зэд Пинн. Не самый сильный соперник, хоть и парень. За месяц у нас появились отстающие, те — кому плохо поддавалась магия. Как ни странно ими оказались трое парней, которые уже открыто заявлили, что будут заново проходить Двери Судьбы.

— Марш! — дал отмашку инструктор Рифт и мы сорвались с места.

На стометровой дистанции до полосы я умудрилась обогнать парня и первой преодолела препятствие — участок земли с хаотично вырывающимися струями голубого пламени. Испытание несложное. Если чуть сильнее сконцентрироваться на стопах, то можно заранее почувствовать тепло и рев огня под поверхностью. И убраться на безопасное место. Чувствительная аура — один из приемов, которому нас научил Дэрин. Очень полезное как по мне и много где применимое даже в обычной жизни.

Позади вполголоса ругался Зэд. Подземные огни были самым нелюбимым его препятствием. У парня плохо получалось пользоваться чувствительностью и определять такие вещи.

Впереди был полутораметровый барьер. За миг до того, как из него вылетели магические стрелы я, не останавливаясь, выполнила кувырок одновременно прикрываясь полусферой щита. Стрелы — кислотные, определила походя и откалибровала защиту, приняв на нее второй залп. От третьего снова увернулась и, не дожидаясь четвертого, с разбегу перемахнула барьер.

Дальше шло как по нотам. Самое сложное для меня было пройти по канату, натянутому не горизонтально, а под углом. Начинался путь с нижнего конца, и мало того, что приходилось идти в гору над озерком кипящей лавы, так еще уворачиваться от фантомов, которые имитировали мелких тварей. Двигались они хаотично, нападая сразу по трое, да еще и больно «кусались», чередуя виды урона. Приходилось балансировать, помогая себе левитацией, держать щит, и по возможности отбиваться.

Я шла медленно, стараясь не подпускать к себе противных фантомов. Кое-как догнавший меня Зэд поспешил, потерял баланс и полетел вниз, сбитый иллюзорным противником. Над бурлящей поверхностью, он успел себя подхватить, но подняться на нужную высоту уже не смог и сошел с дистанции. А я, успешно закончив подъем на стену, схватила флаг и сиганула вниз, как и всегда поймав себя у поверхности. Вот так!

Когда я воткнула древко в специальную лунку, в небе вспыхнуло мой магический портрет. Как всегда, с ужасно нелепым выражением лица — инструктор Рифт любил поиздеваться, сняв слепок в наиболее сложный момент жизни. Полюбовавшись мгновение своей перекошенной от натуги рожей, не без гордости, побежала дальше. Испытание то еще не закончилось.

Простенький лабиринт впереди имитировал городскую улицу, где из окон, дверей, стен и земли то и дело появлялись демоны. Конечно же это были всего лишь фантомы, имитирующие разные виды тварей. Задача заключалась в том, чтобы за минимальное время пройти эту улицу, уничтожая тварей любыми доступными способами — хоть палкой. Главное не стукнуть мирное население, которое точно так же выскакивало невесть откуда и сбивало с толку.

Отрывалась я по полной. Била своими любимыми компрессионными ударами, только теперь не грубо давила цель, а хлестала, точно плетью, или делала тончайший прокол, направляя в это место энергию, и разрывая жертву изнутри. Я могла поражать одновременно несколько целей, благо глубины резерва хватало. Прием выглядел очень эффектно, а реакция одногруппников, когда продемонстрировала его впервые, была бесценна. До сих пор сердце замирало, стоило вспомнить, как искренне похвалил меня Дэрин и поставил в пример.

— Данаостро, все-все остановись, гроза демонов, — щелкнул таймером инструктор Рифт.

— Ты мне так всех фантомов изведешь.

Я сама не заметила, как походя прикончила всех псевдо-тварей, и в очередной раз улучшила результат.

— Молодец! Возможно, из тебя и будет толк. Только не используй эту страшную штуку против людей. Никогда.

— Не буду, ерр Рифт! — улыбнулась я, пытаясь отдышаться.

Мы с Зэдом были последними, поэтому, когда мы вернулись в строй, Йохан Рифт витиевато, но емко высказался в своем стиле. Так звучала его напутственная речь, общий смысл которой заключался в том, что некоторым стоит прямо сейчас сбегать в Двери еще раз и не позорить ряды демоноборцев своим присутствием.

— Свободны! — закончил он и по традиции первым направился прочь с «Пятерки».

Мы усталые, но очень довольные поплелись следом

По пути я встретила Амалию. Сегодня подруга не постеснялась разбавить мрачность черной формы алой блузкой и красными туфлями на шпильке. Я как-то сразу поняла по ее воинственному виду, что и у некромантов было испытание подобное нашему, только в их стиле.

— Ты кого-то препарировала сегодня? — пошутила я.

— Что, где-то осталось кровь? — подруга вполне искренне принялась себя осматривать, и даже ощупала лицо. — Ха! Я пошутила, повелась?

Она пихнула меня в бок, ведь я действительно ей поверила.

— Ну что, к Дверям? — спросила я, когда мы просмеялись.

— Пошли.

Когда мы добрались до этого знакового во всех смыслах сооружения, с удивлением обнаружили, что никакой очереди нет и в помине. А стоило подойти ближе, как откуда ни возьмись появился декан Дорн.

— Данаостро, — радостно протянул он. — Взялась за ум? Ну наконец-то! Прошу! — галантно поклонившись, декан сделал приглашающий жест.

— Э... Ерр Дорн, спасибо, конечно, но я, пожалуй, откажусь. Меня все устраивает, да и мои результаты уже не такие плачевные, как в самом начале, вы же знаете.

— Хм! — Дорн недовольно на меня посмотрел сверху вниз. — А чего тогда сюда притащились?

— Я с подругой за компанию, правда Амалия?

— Стоп-стоп-стоп! — Ами подняла руки в успокаивающем жесте. — Это я с тобой за компанию, разве нет?

— Но я думала, что ты не хочешь быть некромантом.

— Разве? Я тут подумала, некромантия довольно похожа на лекарское дело, только мои клиенты куда спокойнее тех, что у лекарей. Никто не капризничает, ничего не требует, и нет недовольных. Разве что иногда они пытаются меня сожрать, но это уже издержки.

— То есть, идем отсюда да?

— Ой, девушки, вы меня пугаете! Вернись, Данаостро, тебе в другую сторону! Двери там!

Декан Дорн искренне изображал возмущение, но меня не покидала мысль, что он на самом деле доволен.

— Он всегда такой... странный? — поинтересовалась Амалия, когда мы отошли от декана подальше.

— Иногда бывает даже хуже, — припомнила я случай, когда Дорн поставил меня в пару с Ярни. — Не обращай внимания.

— Как скажешь. А давненько мы не пили вместе чай! — Ами сменила тему.

Мы действительно так усердно учились, что почти перестали общаться, так как обеим было некогда.

— К тебе или ко мне? — спросила я без долгих раздумий.

— Наверное лучше ко мне. Боюсь, после сегодняшнего испытания у меня может случится выплеск некроэнергии, а моя комната лучше приспособлена для ее поглощения.

— И чем это нам, простым обывателям, грозит? — не удержалась я.

— По-разному бывает. Все зависит от многих факторов. Угнетенное состояние, может даже депрессия накатить, а может и болезнь какая-то спровоцироваться. А если кто-то проклят, придется совсем туго. Вплоть до летального исхода. Опять же, сильно влияет мощность выплеска и глубина резерва некроманта.

— Хорошо-хорошо, идем к тебе.

Когда мы сидели, болтали, делясь событиями последних недель, и пили чай в окно комнаты влетели сразу два простеньких магических вестника. Здесь на территории академии это были бумажные птички разных форм, цветов и размеров, которых делали артефакторы и продавали за скромную цену.

Ами застыла, уставившись на птичек как на высшего демона.

— Ты чего?

Я схватила обеих птичек и прочитала имена адресатов.

— Один тебе, один мне.

Развернула свой и быстро пробежала по срокам.

— Ами, это же приглашение! Сегодня вечером для тех, кто окончательно определился со стезей будет посвящение.

Глава 50. В которой открываются секреты

Позже мы сидели в гостиной у Ами и пили чай из старинного сервиза, который она принесла из дома. Белые фарфоровые чашечки, казалось, делали ароматный напиток еще более вкусным.

— У нас это называется «Прогулка по кладбищу», — Ами отпила глоток.

— Звучит жууутко интересно! — округлила глаза я.

— Как думаешь, для вас старшекурсники, что задумали? — в свою очередь поинтересовалась она.

Я пожала плечами.

— Нам не удалось выяснить. Похоже, действительно, все, как сказал тогда Прим. Разве что обойдемся без таверны. Будем напиваться прямо здесь, — пошутила я.

В этом году адептам-первокурсникам строго рекомендовалось провести праздник на территории академии.

— Но это же скучно! Никаких тебе испытаний...

— О! Поверь, испытаний нам хватает с лихвой на полосе препятствий. Не знаю, что еще можно придумать такого, чтобы нас удивить. Разве что устроить сражение с настоящим демоном, но это маловероятно.

— А мне кажется, важнее, чтобы было смешно. Это же праздник! — не унималась Амалия.

— Но Кристобаль сказал.

— Рисовался! Ляпнул нарочно, чтобы выставить некромантов в более выгодном свете, — перебила меня подруга.

— Хорошо, но ты уверена, что посвящение для некромантов веселое? Учитывая, что у вас оно проводится на кладбище ночью. Подозреваю, юмор будет соответствующим.

— Боюсь, ты права, — поставив чашку на стол неожиданно призналась Амалия. — Мне кажется, нас будут пугать. Очень сильно пугать, — она скрючила пальцы и скривила рожицу. — Вообще-то мне страшно.

— А давай у прима спросим? — предложила я раньше, чем успела сообразить, что Амалия старательно избегает некроманта с тех самых пор и даже в коридор не выходит, пока не убедиться, что его там нет.

Вот и сейчас Ами посмотрела на меня с укоризной.

— Хорошо. Хочешь, я сама к нему схожу и все выясню?

Я не думала, что Ами примет предложение, но подруга удивила.

— Очень! Я сама не могу сделать первый шаг, но мне ужасно его не хватает. Я согласна быть хотя бы его другом, но... Он такой гордый, и с тех пор, как я ему не открыла два раза, больше не пытается заглянуть в гости.

— Ты не открыла ему дважды?

— Ну, может, семь раз. Или восемь.

— Понятно. Жди меня здесь и готовь еще одну чашку, — крикнула я уже с порога.

Выходя в коридор, я улыбалась, радуясь, что помогу подруге помириться с Крисом. Я ведь видела, что размолвка ее сильно печалит, и много думала на тему ее ай'рэ. Давно вышли все сроки, а ее истинный так и не удосужился объявиться. И не ясно, чего он ждет. А тем временем Ами все сильнее влюбляется в Криса.

А еще Прим сделал предложение при короле, и почему-то я уверена, что он был честен, хоть мы больше не обсуждали это с Амалией. Не та, знаете ли, ситуация, чтобы шутить. Да и маман его вон как распереживалась, что все не по канонам.

Я как раз подошла к двери комнаты Кристобаля и уже подняла было руку, чтобы постучаться, как она распахнулась. Наверное, только тренировки Дэрина и Йохана Рифта позволили за миг почуять неладное и увернуться от столкновения.

Это была ерра Прим — мама Кристобаля, помянута не к ночи. Обдав меня запахом изысканных духов, женщина фурией вылетела в коридор и унеслась в сторону лестницы. Меня она, похоже, даже не заметила. Ну или просто проигнорировала.

Проводив взглядом ее стройную до худобы фигуру, я лишь неодобрительно качнула головой. Такое поведение ерры Прим однозначно говорило, что мать и сын снова поссорились, и первым порывом было тихонько уйти. Кристобаль гарантированно не в духе, а рассерженный некромант тот еще собеседник.

Но что я сказу Амалии, когда вернусь ни с чем? Я хорошо знала подругу и понимала, что сейчас она на меня надеется и расстроится. Мне не хотелось портить так хорошо начавшийся день и обещающий быть еще более интересный вечер.

Я посмотрела на приоткрытую дверь и вздохнула.

Ладно, после эпитетов, которыми награждал нас на занятиях инструктор Рифт, мне ничего уже не страшно. Даже если Прим пошлет меня в грубой форме, с меня не убудет. Хотя вряд ли он так поступит, слишком уж некромант благороден. Скорее, меня ждет порция охлажденного яда или что-то вроде того.

А! Я просто приглашу его на чай. Может, от этого у него поднимется настроение?

Я даже улыбнулась от такой простой и незамысловатой идеи, и решительно вошла в небольшую гостиную.

— Кристобаль, ты дома?

Мне никто не ответил, но дверь в спальню некроманта тоже была распахнута настежь. Я сделал несколько шагов в ее направлении. Некромант обнаружился там. Стоял ко мне спиной и смотрелся в зеркало, левой рукой придерживая волосы. Кажется, он не услышал, как я вошла.

— Привет, Крис! — поздоровалась я громко: — Мы с Ами хотели...

Я осеклась, потому что парень наконец меня заметил. Он обернулся вправо, и его левый висок, все еще неприкрытый волосами отразился в зеркальной поверхности.

Ай'рэ! Точно такие же немного хищные заостренные линии, как у Амалии! Тот же рисунок!

Некромант провел рукой рядом с виском, маскируя завиток магией, и повернулся ко мне. Это движение не было поспешным, он даже не пытался скрыть, что именно делает.

— Увидела, да? — он смотрел насмешливо, тем самым непонятным взглядом, от которого становилось некомфортно.

— Ты истинный Амалии Риано! — выпалила я, чувствуя, как закипаю от праведного гнева.

Разом позабыв обо всем, что хотела сказать, я развернулась и поспешила к двери. Нужно немедленно сообщить Ами о своем открытии.

— Марэна, стой! Да постой же! — жесткие пальцы ухватили меня за плечо.

Я тут же сбросила его руку.

— Прим, назови хоть одну причину, по которой я не должна тебе врезать?

Мой голос прозвучал так холодно, что я сама удивилась собственному состоянию. Когда это я превратилась из хулиганки, но все-таки воспитанной, в откровенную задиру. Но за подругу я готова была даже подраться с заведомо превосходящим противником.

— Я пойду и сейчас же все расскажу Ами! Пусть знает, какой ты на самом деле!

— Ты этого не сделаешь!

— Нет?! И почему же?

Я надвинулась на некроманта, вынудив того сделать шаг назад.

— Потому что я сам должен ей все рассказать. Дай мне еще немного времени.

— А тебе что, мало было?! — я аж задохнулась от негодования. — Ради своего «Стоп-ай’ре!» ты мучал Ами почти два месяца, а теперь просишь еще время? Какой же ты гад!

— Марэна, у всего есть причины! И «Стоп-ай’ре!» здесь совершенно ни при чем.

— Да мне плевать, какие у тебя причины. Ами влюбилась в тебя и страдает, как ты не понимаешь? Она же считала, что предают своего истинного, готовясь отказаться от него, ради такого подонка как ты! Какого... ты лыбишься?!

— Ты сказала, Ами в меня влюблена?

— О, Эфир! Вы там совсем со своим «Стоп-ай-ре!» рехнулся. Тебя только это волнует, сколько таких «Ами» на твоем счету?

Некромант ничего мне не ответил. Вместо этого совершенно бесцеремонно потащил меня обратно в гостиную и толкнул в кресло. Склонился надо мной, не давая подняться, и уставился в глаза. Взгляд у него был такой безумный, что я невольно стихла, не зная, как реагировать.

— Поклянись немедленно, что не расскажешь об увиденном подруге, — произнес парень вроде спокойно, но как-то так, что холодком повеяло.

Я не сразу осознала, что это и есть те самые некромантские эманации. Похоже, Прим тоже не мог совладать со своими эмоциями. Но мне было плевать.

— А больше тебе ни в чем не поклясться? — поинтересовалась я. — А ну пусти!

Но некромант даже не подумал отойти с дороги. Ну не устраивать же мне в самом деле драку. К тому же инстинкты мне подсказывали, что я Кристобалю не соперник, не нужно тешить себя надеждами, что месяц тренировок превратили меня в добротного бойца.

— Я понимаю, ты горой за подругу. Но представь на секунду, к каким последствием приведет твой поступок?

— Ами будет плевать тебе вслед!

Укоризненный взгляд некроманта сработал как ведро холодной воды. Да, именно так и будет. Возможно, она в гневе вообще отречется от истинного, только вот счастья им обоим это не принесет.

— По лицу вижу, осознала.

Некромант выпрямился и отошел, больше не опасаясь, что я выскочу за дверь.

— Ты должен рассказать ей все немедленно!

— Я расскажу, но позже.

— Когда?

— Когда Амалия будет готова узнать правду.

— Нет, Крис! Ты расскажешь ей все сегодня же! Или это сделаю я, — приняла я непростое решение. — У тебя срок до вечера.

— До утра. Я признаюсь ей этой ночью, — настаивал на своем некромант.

Я смерила его уничижительным взглядом.

— Хорошо, но после — пеняй на себя. Я не позволю тебе больше ее обманывать. Это слишком больно. Может, даже побольнее, чем когда тебя открыто бросили.

Не прощаясь, я покинула комнату Кристобаля Прима. Мне даже пришлось немного постоять в коридоре, чтобы успокоиться, иначе было бы невозможно скрыть волнение от Амалии. Она бы начала выпытывать, что произошло, а врать подруге мне совершенно не хотелось.

— Мари, что так долго? — Ами с надеждой вглядывалась куда-то мне за плечо, но я прикрыла за собой дверь. Поняв, что я пришла одна, она заметно расстроилась: — Не вышло да? Кристобаля не было дома, или?..

— Или. К нему приходила его мама.

Ами понимающе скривилась.

— Они опять ругались?

— Похоже на то. Я не слышала их разговора, но ерисса Прим была, мягко говоря, не в настроении.

К счастью, такое объяснение подругу полностью устроило, и она не стала выпытывать подробности. И даже думать забыла о моем длительном отсутствии. Оставаться рядом с Амалией было чревато. Меня так и подмывало поделиться столь важной новостью, но тогда бы я нарушила данное Крису обещание.

— Слушай, Ами, я, наверное, пойду. Мне кажется, что последнюю неделю я почти не спала толком. Вздремну немного перед посвящением.

Я ни соврала ни в одном слове. Нервное потрясение меня окончательно доконало, и из меня словно вынули пружину.

— Да, пожалуй, я последую твоему примеру. Мне уж точно силы ночью понадобятся.

Договорившись о месте и времени встречи, я распрощалась с подругой до вечера. Я как раз дошла до лазарета, когда услышала приглушенный всхлип со стороны крыльца. Мало ли что у кого случилось, я уже хотела тактично учти, но отчего-то мне вспомнилось, как я сама не так давно стояла на том же самом месте и глотала слезы от непонимания и ревности.

Ругая себя, я свернула с тропинки и, миновав, заросли кустов, завернула за высокое в полтора моих роста крыльцо. Прижавшись спиной к поросшему мхом камню, стояла Дилайла. Рыжая беззвучно плакала, запрокинув к небу голову, и слезы одна за другой стекали по ее щекам.

Но стоило мне появиться, как она тут же почувствовала мое присутствие и открыла глаза.

— Марэна Данаостро?

— Я... Тут... Это... Я пойду, — отчего-то мне вдруг стало ужасно неловко.

— Сбежишь, так и не задав ни одного вопроса? — несмотря на все еще струящиеся, словно сами по себе, слезы ее тон был насмешливым.

— У тебя что-то случилось? Может, позвать помощь? — спросила я, отчего-то смутившись.

— Не те вопросы, которых я ждала, но сойдут, — рассмеялась она горько. — А тебе и правда интересно, что со мной?

Я неопределенно пожала плечами. С одной стороны, я не питала к Рыжей теплых чувств, а с другой было как-то неправильно нагрубить и уйти, после того, как я стала свидетельницей ее слабости.

— Понятно. Все еще ревнуешь ко мне Дэрина.

— Я...

— Наверное, ты права. Мне все сложнее себя контролировать. Мне больше ничего не помогает, и я не знаю, почему.

— Что ты имеешь ввиду?

— Это.

Она вдруг оказалась передо мной. Одно текучее движение и вот она рядом! А в следующий миг, ее губы накрыли мои поцелуем.

Глава 51. В которой пугающий взгляд демона и откровение

В первый миг, почувствовав мягкие соленые от слез губы Дилайлы, я опешила, а затем попыталась оттолкнуть сумасшедшую, но она словно предугадала мои намерения и прекратила безобразие.

— Прости, не удержалась, — усмехнулась Дилайла, отступив на шаг. — Мне сегодня особенно трудно сдерживаться. Как назло, Ян до вечера уехал и не подозревает, что все идет кувырком, — она шумно шмыгнула носом.

Слушая этот бред, я все сильнее запутывалась. Мне хотелось по-детски топнуть ногой.

— Да, что с тобой не так?

Я сама не знала, почему все еще нахожусь здесь, а не выполняю свой план — лечь и поспать у себя в комнате. Мои соседки наверняка занимались тем же, ведь на эту ночь у них были грандиозные планы.

— Демон соблазна и похоти, — неожиданно ответила Дилайла. — Он пробыл во мне совсем недолго, но последствия просто ужасны. Я. — она просто развела руками и замолчала, точно ей было нечего сказать.

Поэтому ты вешаешься на чужих парней?

— Не знаю. Наверное... Иногда мне кажется, что у меня из-за этого провалы в памяти. Ян варит для меня одно снадобье, оно хорошо помогает. Помогало раньше. Но в последнее время почти перестало действовать. Срывы стали все чаще, и меня отстранили от рейдов. Дэрин первым заметил неладное и запретил выход в астрал, а теперь меня отстранили окончательно. Ерисса Медея вынесла официальное постановление. Я больше не могу считаться демоноборцем!

— Что?

— О! Ты же наверняка в курсе, что те демоноборцы, кто не может совладать с последствиями инвазии, представляют серьезную опасность для команды?

— Да, нам об этом рассказывали.

— Зуб задаю, что преподаватели забыли упомянуть, как заканчивают, такие как мы, если не имеют возможности делать свое дело?

Об этом и правда в материале уроков не было никаких сведений. Если честно, я как-то и не задумывалась, что есть какие-то отличия от других людей.

— Демоноборцы слетают с катушек. Ха! Я вот, рано или поздно, обнаружу себя в каком-нибудь третьесортном борделе. Но самое ужасное, что даже не смогу вспомнить, как именно там оказалась.

На миг я представила, что если бы меня или моих подруг коснулись подобные неприятности. Провал в памяти, а потом приходишь в себя и обнаруживаешь, что летишь с Орлиной башни, и поздно что-то предпринимать. Хорошо, если успеешь сориентироваться и применить магию.

Или взять Ирэн Мьюр. Она могла бы себя обнаружить среди разъяренной толпы, которая безжалостно пытается ее запинать. А она даже не может вспомнить, что сама же и затеяла эту драку.

От таких примеров меня передернуло.

Ну нет! Не может быть все так плохо, иначе мы бы то и дело натыкались на подобные случаи, особенно после войны. Шила в мешке не утаишь, и волей-неволей слухи бы распространились. Думаю, Дилайла в отчаяньи, вот и преувеличивает.

Я внезапно прониклась к Рыжей сочувствием. Его было недостаточно, чтобы ее простить и перестать ревновать, но довольно, чтобы предложить помощь.

— Давай я отведу тебя домой. Г де ты живешь?

— Правда? И ты готова на это пойти? — она криво усмехнулась.

— Ты говоришь так, словно я говорю о самосожжении, — проворчала я.

— Поверь, разница не так велика, как ты думаешь. Но я разрешаю себя ударить, если вдруг стану плохо себя вести. Правда, не уверена, что удержусь от сдачи. Так что лучше все-таки избежать крайних мер.

Я удивленно уставилась на неадекватную, словно пьяную, Рыжую, отмечая детали, на которые раньше и внимания не обратила бы. Привычный беспорядок на ее голове, сегодня был каким-то слишком уж натуральным. Круги вокруг глаз, бледность и нездоровый румянец на щеках...

А с ней и правда совсем нехорошо.

— Может, тебе лучше вернуться к ериссе Медее? — засомневалась я.

— Не сегодня. Сегодня наша с Яном ночь. Последняя, судя по всему. Я хочу провести ее с любимым мужчиной.

— Ян. Ты все время повторяешь это имя. Ян Хонор? Твой истинный — некромант?

— Мой истинный погиб несколько лет назад в рейде против демонов, — невесело усмехнулась Дилайла. — А Ян вернул меня к жизни, когда я думала, что все кончено. Все, как и положено некроманту. Поднял очередного мертвеца, — Рыжая хохотнула. — Ладно, идем. И смотри, чтобы я ни на кого по пути не набросилась. Не хочу, чтобы у Яна были из-за меня проблемы.

Идти было недалеко, и до корпуса, где обитали демоноборцы, мы добрались без приключений. Планировка и внутренне убранство здесь мало чем отличался от того, что были в нашем корпусе или в некромантском.

Комната Дилайлы находилась на втором этаже слева от лестницы.

— А там живет командир, — указала Дилайла на соседнюю дверь. — Мы каждое утро с ним здороваемся.

Не знаю, зачем она это сказала, но мне снова захотелось ее ударить.

— Мне не интересна личная жизнь моего бывшего истинного, — подчеркнула я нарочито холодным тоном. — Ладно. Мы на месте. Пожалуй, я пойду.

Я покосилась на дверь комнаты Дэрина, ужасно боясь, что он услышит голоса и выглянет, и одновременно иррационально желая этого.

— Нет, постой. Мне все еще нужна твоя помощь.

Наглость Рыжей, похоже, не знала пределов. Она поддевала меня нарочно, и если бы не капельки пота, стекающие по ее вискам, я бы, наверное, и слушать ее не стала. Но не смогла вот так бросить больного человека.

— Что тебе еще от меня нужно?

Рыжая жестом показала идти за ней следом.

Как и у некромантов, здесь были индивидуальные блоки из двух комнат. Я пересекла неприбранную гостиную вслед за Дилайлой, с удивлением разглядывая перевернутый письменный стол, опрокинутое набок кресло и разбросанные по всему полу вещи.

— Да что здесь произошло?!

Скрывшаяся в спальне Дилайла не подавала никаких признаков жизни, но стоило перешагнуть порог ее спальни, как девушка с необычайной прытью набросилась на меня. Миг, и я оказалась прижатой к кровати, совершенно не понимая, как так вышло. И как, вообще, можно двигаться с такой скоростью.

Дилайла уселась сверху, разглядывая меня таким похотливым взглядом, что я засомневалась в ее нормальности. Инвазия-инвазией, но это что-то другое подсказывали инстинкты.

Чувство было такое, словно бы на меня смотрел высший демон!

Я хорошо помнила ощущение, когда меня разглядывала демоница. На миг я испугалась, что Рыжая меня просто убьет.

— Слезь с меня сейчас же! — прошипела я, пытаясь ее скинуть.

Но Дилайла оказалась очень сильной. Стальной хваткой, она удерживала мои руки, прижатыми к постели. Ее голени умело стиснули мне бедра так, что даже брыкаться толком не получалось. Я не была совсем уж слабаком, но поняла — тут прямо без шансов.

— Всего один поцелуй и... — хриплым шепотом объяснила она свои действия.

Не договорив, Дилайла снова прижалась губами к моим губам. Попыталась просунуть сквозь зубы язык.

Я отвернула голову и, улучив момент, когда Рыжая немного отстранилась для новой попытки, что есть силы ударила лбом ей в лицо. Прямо как рассказывала инструктор Рифт.

Брызнула теплая кровь, и хватка Рыжей на моих запястьях ослабла. Она часто-часто заморгала, словно приходя в себя. Все еще сидя на мне верхом, потрогала разбитые губы. А потом медленно сползла, и уселась рядом ко мне спиной.

— Прости. Это случилось снова. Я потеряла контроль.

Она лишь покаянно качала головой. Я поднялась и тоже села, поджав под себя ноги. Сейчас я чувствовала, что снова общаюсь с Дилайлой, а не с тем, кто меня так напугал несколько мгновений назад. И еще, я точно знала — она не планирует меня убивать.

— Слушай, у тебя ведь не просто инвазия. Это определенно что-то большее. В тебе словно все еще сидит демон!

Однозначно я не могла этого определить. Или ошибалась, или мне просто не хватало опыта, но выглядело все очень и очень подозрительно.

— Не думаю, его бы заметили. Я сотню раз за последнее время побывала в лазарете, но инвазия, порой приобретает чудовищные формы, — вздохнула Рыжая.

— И все-таки рекомендую обратиться за помощью. Побудь здесь, пока я сбегаю к ериссе Медее.

— Нет. Мне просто нужно дождаться Яна, но. Я, и правда, опасна. Марэна, привяжи меня, пожалуйста.

Чего?

— Вот, — Дилайла вытащила на свет, пристегнутые к спинке кровати кандалы и ошейник.

— Это что, какое-то извращение? — скривилась я, подозревая, что она хочет втянуть меня в какую-то игру

— Вроде того, — усмехнулась она. — Только мои пристрастия тут ни при чем. — Это артефакт. Он поможет мне оставаться здесь и дождаться Яна. Он знает, что дальше делать.

— Может, лучше позвать Дэрина? — как мне не претило, но я задала этот вопрос. — Он твой командир. Наверняка, он тоже знает, что делать в таком случае.

— Нет! — в голосе Дилайлы послышались нотки истерики. — Нет, пожалуйста! Только не это! Дэрин Штарн отправит меня в королевский госпиталь, как обещал. И я уже вряд ли увижу Яна!

Слезы хлынули из глаз Рыжей, оросили щеки. Пухлые, разбитые мной губы, печально кривились, пока из ее груди рвались рыдания.

— Ладно, поступай как знаешь. Это не мое дело, — проворчала я.

В конце концов Дилайла уже взрослая, у нее есть начальство, ее обследовали, чего я-то волнуюсь?

— Не медли! Застегни это скорей. Сначала руки, потом ошейник. Я не могу больше себя контроли...

Я уже заметила неладное и раньше, чем Рыжая договорила, защелкнула один браслет на ее правой руке, второй — на левой.

И вовремя!

Взгляд Дилайлы снова изменился, прожег меня таким вожделением, словно я была лакомой косточкой для голодного пса. Мне пришлось непросто, пока надевала на нее ошейник.

Нет, Рыжая почти не сопротивлялась, но хватало одного ее немигающего взгляда в опасной близости от лица и тяжелого дыхания, обжигающего кожу. Лишь раз она подалась ко мне и попыталась лизнуть в щеку, но я увернулась.

Стоило магической застежке щелкнуть, как кандалы засветились мягким голубым светом, и Дилайла утихомирилась.

— Спасибо. Эти провалы в памяти ужасно раздражают. Чувствую себя больной идиоткой.

Я не стала никак комментировать ее поведение, о котором она, похоже, даже не подозревала. На этом моя помощь закончилась и настала пора уходить, но я не решалась оставить девушку одну в таком состоянии. Она сейчас напоминала мою тетю с ее обжорством.

— Знаешь, я знаю одного человека, в которого тоже вселялся демон. Последствия были ужасными, но ей удалось с ними справиться, хоть и не сразу. Ты сильная, ты тоже сможешь.

— Спасибо, что веришь в меня. А этот человек демоноборец.

— Нет, но... — скептичный взгляд отбил у меня желание продолжать, и я сменила тему: — Давай, подлечу тебе губы, — мне было немного неловко, что я нанесла Дилайле травму, хоть это вышло, когда я оборонялась.

— Не надо. Пусть все останется, как есть. Боль помогает мне сосредоточиться и оставаться собой.

— Ну если настаиваешь...

— Можешь, напоить меня? Ян вернется только через несколько часов, а меня ужасно мучает жажда. Вода — там, — она мотнула головой в сторону гостиной.

Я принесла стакан и помогла закованной Рыжей напиться.

— Спасибо. Теперь иди. Я и так отняла слишком много твоего времени.

Она окликнула меня снова, когда я почти покинула спальню:

— Марэна, я клянусь, что никогда не трогала Дэрина Штарнк. И ваш ай'рэ пропал не по моей вине. Ты ведь все именно так себе надумала?

— Мне нет дела до того, почему это произошло, — я направилась к выходу, не собираясь ничего слушать.

— Постой! Я должна сказать кое-что важное, пока снова не. В тот день командир ушел на задание без нас!

Ее голос настиг меня уже в гостиной, и я остановилась.

— Марэна, Дэрин не взял нас — свою команду! А когда вернулся, его ай'рэ уже не было! Это случилось в тот самый день, когда он должен был тебя встретить. И почему-то в астрале, но я не знаю, по какой причине.

Глава 52. В которой посвящение адептов всегда немного больше, чем просто посвящение

Дослушав Дилайлу, я вышла в коридор и остановилась.

Я подозревала Дэрина в отношениях с Рыжей, но та только и талдычит о Яне Хоноре, а Дэрина словно бы даже побаивается. Если Рыжая не врет, многое предстает в ином свете.

Я вспомнила, что рассказал мне Дэрин о демонах. И даже его странное поведение находило объяснение. Ведь он явно пытался сдерживаться, оказывая мне знаки внимания во время вечерних тренировок, несмотря на пропавший ай'рэ.

И у него тоже не всегда получалось.

Перед глазами как наяву встало пугающее выражение лица, отдаленно похожее на то, что было сегодня у Дилайлы. И это чувство, словно на тебя глазами человека смотрит кто-то другой.

Ужасная догадка наконец оформилась: а что если.. .Что, если и у Дэрина тоже инвазия, или ее последствия, которые он скрывает?

Поймав решительный настрой, я, не раздумывая, принялась колотить кулаком в дверь его комнаты. Хочу немедленно получить все ответы, а заодно рассказать ему о состоянии Рыжей. Так будет намного правильнее, чем ждать неизвестно чего.

Возможно, я предавала тем самым Дилайлу, но что-то мне подсказывало: то, чем занимаются магистр некромант и Рыжая, пытаясь самостоятельно побороть последствия или скрыть их, незаконно. А, значит, попросту опасно. Доверяла в этом вопросе я только Дэрину, потому и решила рассказать все ему.

Но мне так никто и не открыл. Дэрина Штарна попросту не было в комнате.

Постояв еще немного, я вернулась в гостиную Дилайлы и, подобрав лист бумаги с карандашом, быстро написала записку, которую подсунула под дверь бывшему истинному, после чего вернулась к себе.

Девочки мирно спали, как я и предполагала. И в этом не было ничего удивительного. Мы все так вымотались за последние дни, что поспать днем хотя бы часок, казалось мечтой, к исполнению которой я и приступила. И даже роящиеся в голове мысли, на время притихли, чтобы дать мне передохнуть.

— Мари, вставай! Проспали! — яростно трясла меня за плечо Грета.

Сонно моргая, я подскочила, и направилась к шкафу, на ходу пытаясь сообразить, куда именно я проспала, и какой у нас будет урок. Посмотрев в распахнутое нутро шкафа, перевела взгляд на окно, за которым догорал красными всполохами закат, и медленно закрыла створки.

Под моим укоризненным взглядом Грета хихикнула, а затем и вовсе рассмеялась в голос. Шань осталась невозмутимой, но в ее раскосых глазах тоже играли демонята.

— Шутницы нашлись! — проворчала я, возвращаясь к кровати.

— Я знала, что ты попадешься, — продолжала веселиться болтушка. — Но еще чуть-чуть и мы бы действительно проспали бы собственное посвящение.

— Хватит болтать! У нас все еще отличные шансы опоздать и пропустить все самое интересное. Мари, я не слышала, когда ты пришла. — Шань вдруг осеклась и испуганно покосилась на Грету, которая тоже перестала веселиться.

— Мари, ты же не. Двери Судьбы, ты случаем не. — столь интимный вопрос никак не хотел формулироваться в устах Греты Мизери.

— Да, я была там, — скорбно провозгласила я, стараясь держать серьезное лицо.

Девчонки хмуро переглянулись.

— И? Что тебе сказали Двери?

— Мне — ничего. Я, конечно, немного того, но двери со мной пока не разговаривают. Даже волшебные, — насвистывая, я отправилась в ванную.

— Так значит ты еще с нами? — нагнал меня вопрос.

— В точку! — приподняла я указательный палец.

На праздник было решено принарядиться. Мы с Гретой выбрали легкие платья из мягкой тонкой ткани, я — сливовое, она — бежевое, а Шань надела национальный костюм, состоящий из красиво расшитой безрукавки до середины бедра и свободных штанишек из невесомого материала с разрезами по бокам. В таких нарядах удобно и не будет жарко.

Я сначала сомневалась, что платья будут уместны, но Грета убедила меня, что все оденутся так же. И что мы не полосу препятствий проходить идем, а праздновать, значит, важнее выглядеть красивыми.

Шань не сказала ничего, зато подвела глаза особым образом, чем изменила себя до неузнаваемости, превратившись в загадочную и роковую ерру.

Пока шли, я все порывалась сбегать проверить, как там Дилайла и поговорить с Дэрином, но останавливала себя, понимая, что скорее всего вечер будет испорчен. В итоге решила, что если Дэрин нашел мою записку, то уже предпринял, какие-то шаги. А мне остается только дождаться

Ночной парк встретил нас разноцветными волшебными огнями, гомоном и смехом. На большой поляне у пруда накрыли столы. Каждый факультет разместился на некотором отдалении от другого, чтобы не мешать соседскому веселью. Мы сразу же определили наш и направились к нему.

— Девушки, почему опаздываете? — потребовал от нас ответа широкоплечий красноволосый демоноборец со старшего курса.

Это был Диан — патриарх факультета. Высокий, плечистый, со своими татуировками и жестким ежиком ярких волос, он выглядел он не менее внушительно, чем декан Дорн, к примеру.

— Да ладно тебе, Диан! Ерры наводили красоту, как и положено, — вступился за нас Милош, жестом указывая нам свободное местечко на лавке недалеко от себя. — Все равно вы там будете еще долго копаться.

Остальные парни одобрительно загудели и стали толкаться и двигаться, зазывая нас в свои ряды. Сидевшая тут же Ирэн была одета почти как обычно, потягивала что-то из высокого стакана. Она ничего не сказала, но отсалютовала им, при нашем появлении. Парни всучили такие же, не интересуясь вкусами и пристрастиями.

Такой радушный прием поселил в сердце предвкушение. Мне казалось, вот-вот что-то случится. Что-то прекрасное, несмотря на то что меня все еще мучали мысли о Дилайле, Дэрине и демонах. Понюхав питье, обнаружила, что это всего лишь фруктовый сок и со спокойной душой отпила глоточек.

Полчаса примерно мы болтали и смеялись, немного маясь в ожидании, а потом началось. На поляну вышли ряженные демонами старшекурсника. Их наряды были такими очевидными, что по каждому легко было догадаться кто и кого изображал.

Каждый «демон» по очереди тщательно выбирал жертву, подаваясь то к одному, то передумывал и бросался на другого. Остальные «доброжелатели» не позволяли увернуться и подталкивали навстречу. Пойманного выводил в круг, и тот под веселые крики должна была выпить стакан чего-то непонятного. Морщилась и кривилась напоказ и, якобы под влиянием, должна была поддаться и выполнить волю демона.

Ребята кривлялись, раздавали парням пинки и тумаки, понуждая их вроде как покориться своей воле. С девушками обращались куда как нежней и обходительней. Среди прочих старшекурсников я без труда узнала Юргеса Кинроя, который был наряжен в демона алчности. Я даже обрадовалась, когда он направился именно ко мне. Не знала, что стану изображать, но другие пороки были куда как стыднее.

— Пей! — кривляясь, прошипел Юргес всучив мне бокал с неизвестной жидкостью.

Он приобнимал меня за плечи когтистой перчаткой, и его безглазая маска напоминала о реальных демонах. На миг я застыла в нерешительности. Что, если здесь яд? Вот и все.

— Не бойся Мари, это просто вино, — шепнул мне Юргес уже нормальным голосом. — Преподаватели в курсе.

— Хорошо, — я сделала глоток.

Вино оказалось очень легким и приятным, и под крики ребят я его допила, ощутив легкий шум в голове. Мы исполнили неплохую сценку, где я вместо того, чтобы поддаться Юргесу-демону просто его уничтожила. Никто не расстроился, ведь мы делали все весело и с юмором. Юргес скакал и корчился, не забывая отыгрывать свою роль. Он оказался хорошим актером, в чем я уже успела убедиться раньше, во время нашей несостоявшейся помолвки.

А чуть позже, когда шуточные испытания закончились, и начался самый разгар веселья, меня нашла расстроенная Амалия.

— Мари, мне нужна твоя помощь!

— Что случилось, Ами?

Я с тревогой разглядывала подругу, наряженную в непрактичное белое платьице, которое удивительно ей шло, но мало годилось для ночных прогулок по кладбищу на мой взгляд.

— Да в общем-то ничего эдакого, но мне кажется, меня хотят подставить.

Я потащила подругу в сторону, потому что на нас стали оборачиваться.

— Рассказывай, почему ты так решила?

— Ну я узнала, что посвящение у некромантов заключается в том, что нужно пройти несложный маршрут по старому кладбищу. Где-то на маршруте может встретиться мертвяк.

Старшекурсники уже умеют делать зомби и поднимать усопших. Это может быть даже кошка или птица. Цель — просто немного припугнуть новичка. Кто-то может убежать, а кто-то не растеряется и использует дар, чтобы его упокоить или подчинить. Я пока этого не умею.

— Ты боишься идти туда одна?

— Вроде того. Я случайно подслушала разговор в туалете.

— Прямо по классике, тебе в этом прямо везет, — усмехнулась я, вспомнив, как часто за последнее время это случалось у Амалии.

— Я же не виновата, что у меня биоритмы с недоброжелателями совпадают. В общем это Карисса Пэн. Помнишь, я тебе о ней рассказывала?

Ами и правда не раз жаловалась на противную одногруппницу, которая невзлюбила ее с первых дней и все время старалась подгадить. И если с остальными моей подруге удалось как-то поладить, то Карисса ненавидела ее все больше и больше.

— Что опять задумала эта стерва?

— Она была со своей сестрой, которая учится на третьем курсе, и та ее уверяла, что я никогда не забуду посвящение. Мол, она об этом позаботится.

— Полагаешь, они подвергнут тебя настоящей опасности?

— Не знаю, но хочу хоть как-то подстраховаться. По правилам, каждый должен проходить испытание в одиночку. Для этого нас даже разводят по разным уголкам кладбища. Оно огромное, и места каждому хватит...

— Хочешь, я пойду с тобой? Я использую маскировку, нас Дэрин учил. Не думаю, что меня заметят. И, если случится что-то из ряда вон, я приду на помощь и врежу хорошенькое этой твоей Кариссе, если понадобится.

— Мари, ты самая лучшая! Я тебя люблю! — Амалия бросилась мне на шею. Отстранившись, после коротких объятий, она добавила: — Не думаю, что она отважится на что-то действительно плохое, но подозреваю, что они собираются меня поколотить.

— Что?!

— Ага. Так банально. Вырядятся так, чтобы не было видно лиц и поколотят. Не сильно. Больше для острастки, но все равно будет неприятно, если расквасят нос. Я ведь совсем не умею драться.

Похоже именно физическая расправа волновала Амалию больше всего, а не гипотетические злобные мертвецы.

— Договорились. Думаю, пара компрессионных ударов неизвестно откуда по надгробьям охладят пыл заговорщиц. А я еще и повою.

— Ха! Посмотрим, кто еще кого напугает, — к Ами снова вернулся боевой настрой.

Так мы и сделали. Предупредив соседок, я улизнула с праздника и на расстоянии последовала за Ами к условленному месту. Там ее встретил мрачный парень в ритуальных черных одеждах. Не знаю, отыгрывал ли некромант свою роль, как и наши старшекурсники, или всегда был таким скорбным занудой, но, слушая его напутственную речь, я едва не задремала в кустах, где пряталась до поры.

Ами только чинно кивала в ответ на эту глубокомысленную ересь. Наконец, получив, разрешение стартовать, она сошла с тропинки и стала пробираться между могил и склепов. Вот теперь я оценила ее выбор платья, белая ткань почти светилась, не давая Амалии затеряться в тенях.

Некромант ушел не сразу. Сначала он отправил кому-то магический вестник. Проследив траекторию полета бумажного самолетика, я убедилась, что он тоже полетел вглубь кладбища. Очевидно, это был сигнал к действию для его напарников или подельников.

После некромант развернулся и потопал прочь в сторону парка, откровенно позевывая. Наверное, утомился от собственной же речи.

Я дождалась, пока он отойдет подальше и, накинув маскировочные чары, перебралась на сторону кладбища. Ами я настигла почти сразу, тем более что мы заранее договорились, что она скроется с глаз наблюдателя и подождет меня.

Обменявшись жестами, мы двинулись дальше. Ами не скрываясь и чуть впереди, а я сбоку и поодаль, стараясь как можно меньше шуметь и хорониться в тенях, не забывая посматривать по сторонам. Страшно мне не было, и никакого суеверного трепета я не испытывала. Кладбище давно уже примелькалось, а пару раз мы даже здесь гуляли вместе с ребятами.

Когда мы достаточно углубились, обстановка вокруг вдруг разом стала зловещей. Ледяной ветер подул неизвестно откуда, набежали облака, скрыв молодой месяц. Стало намного темней, и лишь платье Амалии выделялось белым пятном.

— Что происходит? — подруга зажгла магический огонек и, поискав меня глазами, нашли и немного успокоилась.

Ответить я не успела, впереди из-за большого склепа появилось три фигуры.

— Это кто там среди могил? Бесплотный призрак? — раздался насмешливый девичий голос.

— Если бы! Это — выскочка Риано, которая снова вырядилась.

После этого высказывания я окончательно уверилась в правоте подозрений Амалии. Не похоже на испытание, скорее на ту самую подставу.

— Карисса? — наигранно удивилась Амалия. — А я думала, что это так воняет.

— Ах ты дрянь! — одна из трех закутанных в плащи фигур шагнула вперед, но вторая положила ей на плечо руку.

— Не спеши, Карри. Вспомни наш план.

— Да, сестра, — мгновенно угомонилась злюка.

— Идите уже своей дорогой и не мешайте мне проходить испытание, — предложила Ами, все еще надеясь разойтись миром.

А я поняла, что это невозможно при одном взгляде на третью фигуру. Слишком крупную, чтобы быть человеком. И слишком неподвижную.

— Тебе никогда не стать некроманткой, Риано, — выговаривала Карисса. — Ты никогда не хотела ей быть, но отчего же такая несправедливость?

— Да о чем ты? — Амалия искренне не понимала суть ее претензий.

— Она о том, что твой дар тебе достался незаслуженно. Ты должна была пройти Двери Судьбы и отказаться от некромантии, — пояснила за нее сестра.

— И от Кристобаля Прима! Он только на тебя и смотрит! — взвизгнула Карисса, и сестре снова пришлось ее успокаивать.

— К счастью, есть один ритуал, который поможет нам все исправить.

— Это какой же? Наверняка, запрещенный? — я вышла из тени и встала рядом с подругой.

— Это еще кто такая? — растерялась старшая сестра Кариссы.

— Ты должна была прийти сюда одна! — возмутилась Карисса.

— А тебя здесь, вообще, не должно быть! — парировала Амалия.

— Не важно, Карри. Это просто ее подружка-первокурсница. Нашему Ясику, она на один зуб.

— Но как же мы это объясним?

— Выплеском. Риано заблудилась, перепугалась, не совладала с эмоциями, и ее некроэнергия пробудила Ясика. Исход очевиден — два трупа.

— Похоже, твоя сестра плохо учится, — невозмутимо отметила Ами. — Ясика и наши гипотетические трупы уже утром допросят и все выяснят, а вас после этого лишат дара и отправят в тюрьму за покушение на родственницу короля. А что будет после с вашими родственниками... — Амалия только покачала головой, позволяя им самим додумать всю тяжесть последствий.

Девушки нерешительно переглянулись. Похоже, об этом они ничего подобного не учли в своем плане.

— Не бойся, Карри. Так даже лучше. Мы обе сможем поднять потенциал, поглотив их энергию, и никто ничего не докажет, ведь Ясик не оставит от них ни косточки. Допрашивать будет нечего, — закончила она зловещим шепотом.

Глава 53. В которой приключения на кладбище и за его пределами

После слов двинутой некромантки, задумавшей недоброе, мы тоже переглянулись, не до конца понимая, она это всерьез или просто пытается нас напугать. Можно было ьы списать все на дурацкое чувство юмора некромантов, или даже с ними подраться, но гигантская фигура Ясика, из-под надвинутого капюшона которого зловеще светились тусклым огнем два красных глаза, заставляли меня сомневаться в победе.

— Бежим! — тихо шепнула я Амалии, предлагая наиболее логичный для нас выход.

Подруга и не подумала спорить. Мы тут же сорвались с места. Позади раздался леденящий кровь рев, переходящий в вой. Я даже немного позавидовала, понимая, что не смогла бы и в половину так же, если бы взялась пугать девчонок.

Где-то справа завизжала Амалия. Задумавшись, я бежала в полную силу и умудрилась обогнать подругу, которая отклонилась в сторону. Грубо выругавшись, я повернула обратно. Судя, по треску и топоту гигантский мертвяк Ясик выбрал наиболее легкую цель.

Кладбище имело интересное свойство, на нем можно было заблудиться тогда, когда совершенно этого не ожидаешь. Вот и я постоянно слышала девичьи крики, и не только Ами. Где-то поблизости раздавался грохот камней под ногами гиганта, но я никак не могла найти верное направление.

Внезапно все вдруг затихло, и даже тучи на небе разошлись, и серебряный свет молодого месяца снова придал четкие очертания надгробиям и склепам. Ами сидела, прижавшись спиной к старому надгробью, выставив вперед правую руку. В считанных сантиметрах над ней навис Ясик, где-то потерявший свою накидку. В бледном лунном свете его внешность казалась особенно отвратительной. Я поймала себя на мысли, что совершенно не желаю его разглядывать.

Поспешила на помощь подруге, но Ясик тут же зашевелился.

— Стойте! Не двигайтесь. Я его еле держу! — предупредила Амалия, неизвестно кого, но явно не меня.

Но я тоже замерла, поняв, что происходит что-то странное. И точно! Чуть в стороне кто-то лежал на земле. Сестрица Кариссы. С ней явно было что-то не так. Стараясь не привлечь внимание Ясика, я подобралась ближе и выглянула из-за полуразрушенного склепа.

Так и есть одна из девушке валялась без сознания, а перепуганная Карисса сжимала ее руку и шепотом уговаривала очнуться. Ее трясло мелкой дрожью, по ее щекам бежали слезы.

— Я не могу больше! — привлекла внимание Амалия. — Она поднялась на дрожащих ногах, очутившись лицом к лицу с монстром, зловоние от которого доносил до меня легкий ночной ветерок.

— Ами, давай я его жахну?

— Не выйдет, на нем хорошая защита, — вместо нее отозвалась Карисса. — Разновидность зеркала. Триш попыталась его остановить, когда он набросился на нас...

Так вот что случилось с ее сестрицей, она стала жертвой собственного заклятия. И, похоже, передумала нас убивать, раз не промолчала, а предупредила.

— Но почему она его не подчинила? Или ты? Вы же обе некромантки!

— У нас не хватило силы!

Карисса разрыдалась, а я уставилась по-новому на подругу.

Значит у них не хватило, а у Ами, неопытной первокурсницы хватило?

— Мари, — негромко позвала меня подруга, — накинь маскировку и беги за помощью. Зови всех, кого найдешь, а я постараюсь удержать его, сколько получится.

Я растерянно обернулась, пытаясь сообразить, в какую сторону бежать за помощью. Сейчас все вокруг казалось абсолютно одинаковым. Вместо того, чтобы идти в сторону тропы, я с тем же успехом могла углубиться на территорию и блуждать тут до утра.

— Демоны! — прорычала я в отчаянии.

А так хорошо все начиналось. Рыкнул Ясик, заставив меня вздрогнуть. Вскрикнула Амалия, снова опрокинувшись навзничь. На белый подол платья ее платья упали темные капали. Похоже, монстр на миг вернул себе контроль и дотянулся до ее лица когтями.

Три глубокие царапины пересекли щеку, и ноздри Ясика все сильнее раздувались, чуя свежую кровь. И даже я знаю, что кровь некроманта на старом кладбище способна очень на многое.

— Нет... — я застыла в ужасе, а потом заметавшись попробовала привлечь внимание Ясика к себе. — Эй! Эй, морда! Я здесь!

Встав в полный рост, я замахала руками. Я быстро бегаю и умею маскироваться, возможно получится его отвлечь и увести за собой.

— Мари, не надо!

Закричала Ами, и я поняла, что идея была так себе. Не знаю, виноваты ли мои действия, или Ясик окончательно скинул узы неумелого контроля. Издав победный рык в ночное небо, монстр собрался откусить Амалии голову, но в тот же миг ярко вспыхнул ее ай'рэ. Во все стороны разошлась замогильная волна холода, заставляя застыть и покрыться неприятными мурашками. Ужасно захотелось свернуться в комочек и заплакать.

Кажется, и Ясику тоже. Вместо того, чтобы напасть на мою подругу, он вдруг отскочил в сторону, отполз и прижался к склепу, из-за которого выглядывала я, и стал в прямом смысле врастать в землю, тлея на глазах и уменьшаясь.

Ничего не понимая, Амалия хлопала глазами, продолжая удерживать выставленную перед собой руку. Именно она стала проводником той чудовищной прорвы энергии, которая упокоила голодного Ясика. И вдруг взгляд подруги сместился в сторону и наполнился негодованием. Я тоже посмотрела налево — туда, откуда из-за старых могил приближалась высокая фигура в черном.

Я бы не узнала, кто это, если бы не ай'рэ, особенно ярко сияющий в ночном мраке.

О! Кажется, это Кристобаль Прим, наконец, выбрал время, чтобы все рассказать своей истинной. Какой подходящий во всех смыслах момент!

Я тихонько спряталась, чтобы не мешать разговору, и в этот миг под ногами задрожала земля, вынудив меня снова выглянуть. Ами рвала и метала. Молча. Лишь ее сияющий яростью взгляд выдавал эмоции, да кладбище вокруг ходило ходуном, грозя исторгнуть армию мертвых из могил.

— Тише-тише. Не надо их поднимать, любимая, — хрипло качнул головой некромант и прикрыл сияющие потусторонней зеленью глаза. — Наша сила дана нам не для этого.

И вдруг разом все вокруг успокоилось. Исчезла даже давящая сила вселенской тоски.

— Как ты мог со мной так поступить! — почти прошептала Амалия.

Но я все равно ее услышала, такая повисла вокруг тишина.

— Я тебе все объясню. Клянусь. Уверен, ты меня поймешь, — ответил ей Прим.

— С чего ты так решил?

— Потому что ты — моя истинная. Идеальная. Только моя.

Кристобаль притянул Ами к себе и нежно-нежно поцеловал. Как ни странно, Ами и не думала сопротивляться, хоть и не похоже было, что она ему ответила.

Решив, что услышала и увидела достаточно, я шмыгнула к Кариссе, которая до сих пор тщетно пыталась привести в чувства сестру.

— Транспортировку пострадавших изучали? — Некромантка отрицательно помотала головой. — Тогда я буду ее левитировать, а ты выводи нас отсюда. Хоть это-то ты можешь?

— Я знаю дорогу! — нисколько не обиделась Карисса и встала.

Через полчаса, усталая и сонная я отошла от лазарета, оставив глупую некромантку Кариссу Пэн объясняться с дежурившей ериссой Медеей. Хотелось спать, но идти в общежитие не хотелось, и я решила вернуться в парк.

За столами почти никого уже не было, все разбрелись кто куда. Я не знала, где найти подруг, и куда подевались все наши. Мне хотелось очутиться в компании наверняка уже подвыпивших демоноборцев, которые несут всякую чушь, подкалывают друг друга и хорошо проводят время.

Смех, голоса, веселье — все словно было не здесь. Не для меня, а где-то в параллельном мире. В груди стало вдруг тесно, и захотелось плакать. И я не могла понять — это действительно то, что я чувствую, или последствия вселения демона?

Наверное, до конца своих дней теперь я не смогу научиться спокойно грустить...

И вдруг я услышала пение. Кто-то пел на чужом, но отдаленно знакомом мне, языке удивительную песню. Я не понимала слов, но перебор струн айтары брал за живое. Сердце забилось чаще, пока я пробиралась сквозь неожиданно густые заросли, уже догадавшись, чей именно я слышу голос.

Сидя у костра на берегу озера, Дэрин пел на Эгросском. Я вдруг ощутила, как по щекам стекают горячие слезы, такой пронзительной была его песня. Ни капли сомнений, что она о любви.

— А я и не знала, что он так умеет... — прошептала вслух, и остановилась у самой границы круга света, тактично дожидаясь, пока он закончит.

Дэрин меня не видел, глядя то на огонь, то на струны. Его красивый, с легкой хрипотцей голос разносился далеко над водой. Краем глаза я отметила, что я не единственная слушательница. Вокруг собралось много парней и девчонок. И желание подойти, заявить о своих правах, вступило в смертельную битву с желанием дослушать песню.

Едва его голос стих, как кто-то закрыл ему глаза ладонями, вынуждая меня остановиться. Это был ни кто иной, как Дилайла.

— Мари? — замер Дэрин, откладывая айтару.

— Не угадал, — прошептала я, прячась в тени.

— Дилайла. Спасибо тебе огромное за этот вечер! Я никогда не забуду!

Наряженная в коричневое с золотом платье, Рыжая, впервые на моей памяти изменившая своему кожаному костюму, наклонилась и крепко обняла Дэрина сзади. При этом он похлопал ее по руке, как бы отвечая тем же.

Не в силах больше на это смотреть я развернулась и побежала обратно. Выходит, Дилайла просто водила меня за нос? Издевалась? А я ей поверила, да еще опозорилась с этой своей запиской, в которой умудрилась написать: «Я тебя прощаю, нам нужно поговорить».

Выставила себя полной дурой! Какой ужас!

Дэрин Штарнэ

Марэна куда-то исчезла, и никто на празднике ее не видел. Лишь один из парней, не слишком уверенно заявил, что она ушла куда-то с блондинкой в белом. Скорее всего это была ее подруга Амалия Риано.

Посвящение у некромантов шло полным ходом, и я не стал им мешать, решив дождаться, когда Мари вернется. Наверняка, она решила поддержать подругу, не стану лишать ее радости просто побыть адепткой, несмотря ни на что. А поговорить можем и завтра.

Душа пела и плясала с того самого момента, как я получил записку. Мари все правильно сделала, сообщив мне о проблемах Дилайлы. Как только вернулся и обнаружил лист бумаги под дверью, исписанный рукой моей истинной, я тут же направился к подчиненной.

Дилайлу я отчитывал со вкусом и особым садизмом, пугая до обморока обещаниями всяческих кар, но, когда она расплакалась, смилостивился и разрешил ей провести эту ночь с Яном Хонором. Эти двое, конечно, натворили дел, но как я мог препятствовать тем, кто так любит друг друга. Дождавшись Яна, который умудрился освободиться пораньше, я и тому устроил взбучку и взял обещания с утра лично отвести Ди в Королевский госпиталь на обследование.

Сам я так и не обнаружил никаких признаков инвазии, сколько не изучал ее ауру. По всему остались только последствия. Но зато какие! Ди, то и дело проваливалась в эротический бред и несла такое, что становилось стыдно. А когда приходила в себя, не помнила ни слова.

С появлением Яна, Дилайле будто стало легче. Она принарядилась, скрыв артефакт и браслеты при помощи платья и украшений. Снимать сдерживающие кандалы совсем, она не отважилась.

— Ян, не оставляй ее не на миг, а если что-то пойдет не так, отправляйтесь в госпиталь немедленно экстренным переходом, через портал. Ты знаешь код. Я отчитаюсь. Формально я все еще отвечаю за свою подчиненную, даже если она отстранена от службы.

Пока наблюдал за веселящимися адептами, сердце, переполняли счастье, щемящая тоска и что-то еще. И тут в руки мне попала, айтара, и песня, что пришла в голову, как нельзя кстати подходила к тому, что я чувствую. Это была древняя баллада Эгроса. О рыцаре и заточенной демонами в камень деве, которую он пытался вызволить разными способами, но тепел неудачу раз за разом. Там было много куплетов, и я не помнил толком их все, но пел, то, что шло в голову, заменяя слова и сюжеты.

Когда я допел, Дилайла поблагодарила меня за то, что разрешил ей побыть немного с любимым человеком. Неизвестно, что ей скажут в госпитале. Может, им с Яном придется расстаться навсегда.

— Спасибо, что вела себя благоразумно, Ди, — ответил я ей и в этот миг увидел Марэну. Гневно сверкнув глазами, моя истинная развернулась и исчезла в кустах.

— О, нет, Дэрин! Я так виновата... — Дилайла едва не расплакалась. — Ян, мы должны найти ее и все объяснить, прежде чем уйдем спать, — она решительно накинулась на Хонора, который приобнял ее за талию.

— Не стоит, — остановил я друзей. — Я сделаю это сам. Уверен, она поймет, что это простое недоразумение.

Глава 54. В которой тайное становится явным

Ненавидя себя за доверчивость, я бежала, оставляя на кустах обрывки платья. Подол разорвался в двух местах, ветки исцарапали ноги, но я не обращала внимания на такие мелочи.

Выскочив из кустов, я в кого-то врезалась. Подхватив меня за талию, незнакомый мне адепт с тонкими усиками уставился мне в лицо мутноватым взглядом.

— Прекрасная ерра, мы знакомы?

Он осмотрел меня оценивающе, задержав взгляд на декольте и, похоже, не впечатлился.

— Вряд ли.

Морщась, от острого алкогольного запаха, я высвободилась. Парень не препятствовал. Но продолжал меня рассматривать, беспрестанно пошатываясь.

— Кажется, у тебя плохое настроение, крошка. Вот, держи! — он протянул мне початую бутылку с вином. — Это поможет.

Столь широкий жест едва не стоил незнакомцу потери равновесия.

— Спасибо, мне не требуется, — поморщилась я, отступив с дороги.

Но парень удержался на ногах, и даже перестал пошатываться, оперевшись на фонарный столб.

— Еще как требуется! Ты бы себя видела, краля. Красивая, но грууустная... А вот мне, похоже, достаточно, ик! — последний звук лишь подтвердил его правоту.

Решив, что лучше я и правда унесу эту бутылку подальше, чем парень окончательно напьется и попадет в беду, я кивнула и приняла сомнительный подарок. Адепт мне отсалютовал, пожелав хорошего вечера, на том мы и разошлись в разные стороны.

Несколько раз свернув по извилистой тропинке я вышла не то к пруду, не то снова к озеру, сама не поняла как. Видимо этой ночью судьба мне такая блудить там, где и заблудиться невозможно. Усталость навалилась внезапно, как и всякие разные мысли. Я опустилась на выступающий из земли корень и прижалась лопатками к шершавой коре дерева.

Прикрыв глаза, вдохнула влажный воздух, отмахнулась от назойливого комара, и. только сейчас вспомнила о бутылке, которую так и держала в руках. Поболтав ею, определила, что она полная. Похоже, прежний владелец едва успел распечатать новую порцию.

Немного подумав, обтерла рукой горлышко и поднесла к губам.

Вино оказалось терпким, но приятным. Оно мгновенно ударило в голову, сделав ватными ноги. Ничего. Сегодня, и правда, можно. Я ведь немножко. Напиваться, как прежний хозяин бутылки, я точно не собиралась.

Как раз вознамерилась сделать очередной глоток, когда слева раздалось:

— Так-так-так, адептка Данаостро. Нарушаем правила академии?

Я настолько привыкла, что этот тон Дэрин использует только на занятиях, что сработал условный рефлекс. Я поспешно вскочила на ноги и спрятала запрещенку за спину, собираясь оправдываться, но заметив насмешливое выражение лица бывшего истинного, тихонько выдохнула.

Стоять так дальше и молчать, было как-то глупо, но никто из нас не спешил продолжать разговор. Убегать снова мне не хотелось, как и раньше во мне боролись противоречивые чувства. И я решила, что пришла пора для разговора, да только он никак не клеился. Я не знала с чего мне начать.

— Будешь? — я протянула бутылку с вином Дэрину.

— Буду, — согласно кивнул мой истинный. — Но у меня есть и другой способ, чтобы опьянеть.

Приняв бутылку из моих рук, он не сделал глоток, вместо этого наклонился и поцеловал меня прямо в губы. Нежно, но настойчиво. Завоевывая меня все больше, его губы дарили такую необходимую ласку. Я позволила языку истинного проникнуть в мой рот и углубить поцелуй. Так страстно мы целовались впервые.

Кажется, это то, что было мне сейчас нужнее всего. Состояние души, настроение, выпитое вино и бархатная ночь, наполненная ароматами уходящего лета...

Я просто не смогла оттолкнуть истинного и отказаться от краткого мгновения счастья. Не было для этого сейчас достаточно веских причин.

Целуя Дэрина в ответ, я изо всех сил гнала прочь мысль о том, что еще пожалею об этом. Завтра. Пожалею, но завтра. А сейчас я хочу отменить все обиды и препятствия и просто побыть с ним, сколько отведет нам Эфир...

Во мне говорило, ни что иное, как надежда. После того, что рассказала Дилайла, я очень хотела надеяться, что сделала верные выводы. А раз так, уже не важно есть у нас ай'рэ или нет.

Стоп. Дилайла.

Недавняя сцена — единственное, что смогло меня отрезвит, и заставило прервать поцелуй первой. Увернувшись от новой попытки завладеть моими губами, спросила:

— А что с Дилайлой?

Дэрин поднял голову к ночному небу, проглядывающему сквозь резную крону дерева. Выдохнул.

— Утром она отправится в Королевский госпиталь.

— Тебе не кажется, что опасно оставлять ее вот так? Особенно в таком состоянии.

— Она не одна. С ней Ян Хонор.

— Вот как? Мне кажется, что он плохо следит за своей подопечной.

— Почему ты так решила?

— Ну она же продолжает вешаться на всех подряд. Я тебе об этом писала в записке. Ты читал? Хотя, это не важно. Я уже не уверена, что в ее словах правда, а что нет.

— Ты видела, как она меня обнимала, но все не так поняла, Мари. Ди, просто поблагодарила меня за то, что не отправил ее в госпиталь немедленно. Ян был рядом, ты бы увидела и его, если бы осталась.

Я обиженно молчала. Уж очень хотелось поверить, но.

— И... Я никогда не был с ней близок. Клянусь. Ни с кем не был, с тех пор как у меня появился ай'рэ.

Дэрин взглянул на меня так, что я передумала задавать вопрос, а был ли после того, как ай'рэ пропал?

— Дилайла сказала, что наш ай'рэ исчез после того, как ты отправился в астрал на очередное задание.

Я смотрела на гладь озера, в котором серебрился свет полумесяца.

— Все верно. Мне пришлось отказаться от тебя, Мари, — Дэрин не продолжил, но в его взгляде читалась такая тоска, что у меня сжалось сердце.

Вцепилась в его руки, чувствуя, какие каменные его мышцы под моими пальцами. Он был ужасно напряжен.

— Дэрин, это. Это последствия инвазии, да? — выпалила я с надеждой и заглянула истинному в глаза, в поисках нужного мне ответа.

— Вроде того, — он невесело усмехнулся.

Я помнила о клятве, а значит следовало задавать вопросы, но так, чтобы не перешагнуть определенную грань, за которой наш разговор станет опасным для Дэрина.

— И что это был за демон? — осторожно поинтересовалась.

— Не демон. Владыка демонов, Мари.

Я сама не поняла, в какой миг все изменилось. Одно знала точно, это уже не Дэрин. Кто-то другой смотрит на меня с торжеством и вожделением его глазами. Мне показалось, будто меня обливают черной смолой. Вязкой и вонючей.

От страха стало трудно дышать, я не могла ни пошевелиться, ни издать звук. Тело словно сковали льдом или погрузили в стазис. Ладони истинного сомкнулись на моей талии так крепко, что я невнятно пискнула. Но едва обрела дар речи, как рот Дэрина накрыл мой в жестоком поцелуе. Ничего общего с тем, что происходило чуть раньше. Только боль и отвращение.

Я вдруг оказалась на земле. В спину давили твердые корни дерева, а жадные руки зашарили по телу, задирая потрепанный подол.

— Дэрин, нет! Прекрати, слышишь!

Я принялась отбиваться, используя все знания и умения, полученные на занятиях. И поняла, насколько я слабая. Мои удары Дэрин или предугадывал, или вовсе не замечал, лишь хищно улыбался, а в его залитых тьмой зрачках сверкали фиолетовые отблески. Мне даже не удалось выползти из-под него.

Опасаясь, что ему надоест, и он меня тоже ударит, я затихла, позволяя ему трогать мою грудь и целовать шею, оставляя на коже отметины.

Это не Дэрин, и не последствия инвазии, это... Я даже подумать боялась о том, кто сейчас пытается лишить меня чести.

— Дэрин.

Истинный отстранился и заглянул мне в лицо. Его глаза по-прежнему были затянуты мраком без намека на радужки.

— Будь со мной нежным. Молю. — прошептала я.

Он не ответил, лишь больнее сжал обнаженную грудь — лиф платья к этому моменту оказался разорван. Раздвинув коленом мне ноги, отвлекся, чтобы приспустить штаны. В этот миг я и ударила воздушным тараном. Дэрина снесло точно пушинку и отбросило в воду. Он тут же скрылся с головой под поверхностью.

Стуча зубами после пережитого, я поднялась и на неверных ногах подошла к берегу, прикрываясь лохмотьями, в которые превратилось платье.

— Что же я натворила. Дэрин? Дэрин! — голос сорвался, когда попыталась крикнуть чуть громче.

Лишь через долгое мгновение раздался всплеск, и над водой появилась голова. Отфыркиваясь и кашляя, Дэрин Штарн пытался удержаться на поверхности.

— Мари, беги! Я не должен тебя видеть, я же говорил! — выкрикнул он, морщась, и перемежая слова кашлем.

Я замялась в нерешительности.

— Дэрин, ты жив? Прости меня, я слишком сильно ударила.

— Жив. Уходи отсюда, Мари!

— Что произошло, объясни мне? Это был. он?

— Да! Владыке демонов зачем-то нужна именно ты. Он хочет заполучить тебя моими руками, и теперь я окончательно понял, что не смогу ему противостоять. Я опасен для тебя, поэтому убирайся из академии, Марэна! Сейчас же!

— Он хочет заставить тебя сделать со мной что-то плохое? — я покраснела, ярко представив, что именно.

— Очень плохое. Так что поторопись. Уходи порталом в безопасное место. И спрячься! Дэрин назвал мне свой магический код для активации портала без пропуска.

— Ты. — я мялась, не в состоянии его оставить здесь одного, несмотря на все случившееся и сказанное. — Ты не утонешь? Я тебе ничего не повредила?

— Со мной все в порядке, — Дэрин криво улыбнулся.

И я ему не поверила. Слишком уж сложно истинному было держаться на воде. Боюсь, у него серьезная травма, которую он от меня скрывает.

— Мари! Я не знал, что так выйдет. Даже не подозревал, что все настолько плохо. Прости меня, любимая. Беги! Пожалуйста...

Поняла, Дэрин скорее утонет, чем выберется на берег, пока я здесь.

— Хорошо. Мы что-нибудь придумаем, слышишь? Я тебя не оставлю!

Кивнув на прощание, я припустила прочь, придерживая руками платье и надеясь, что мне никто по пути не встретится.

Праздничная ночь была в самом разгаре, и в парке народу больше, чем где-либо. Я незамеченной пробралась к порталу и беспрепятственно активировала переход, указав конечной точкой свой дом.

Очутившись на заднем дворе, решила, что не стоит пугать тетю и показываться ей в таком виде. Тихонько пробралась на кухню через окно на террасе. Постояла за занавеской, убеждаясь, что тети нет внизу, и только после этого рискнула выбраться из укрытия.

Вот удивлю ее завтра своим появлением. Силы вдруг покинули меня разом. И не удивительно, столько эмоций и все в один вечер. Разговор с Дилайлой, посвящение, приключения на кладбище и Дэрин.

Да у меня за всю жизнь столько приключений не наберется, сколько в последнее время. Я упала на стул, и несколько минут смотрела невидящим взглядом перед собой, ни о чем не думая.

Когда полегчало, поднялась, чтобы налить себе воды, и прошла мимо стола. В тот же миг на нем замерцал золотыми магическими эффектами красивый букет из белых и голубых цветов.

Похоже, в личной жизни тети наметился сдвиг. Поклонник оказался настойчивым, и продолжает покорять крепость под названием Бессигера Маруштейн.

Я улыбнулась, вспоминая крепкого светловолосого мужчину, который сумел разглядеть истинную красоту моей тети. Не удержавшись, склонилась к букету, чтобы его понюхать и ощутила под рукой какие-то листы, которые я раньше не заметила.

Щелчком пальцев я зажгла маленького светляка, который осветил целую стопку листов. Рядом лежал целый блокнот с вынимающимися листами, а еще несколько валялись смятые рядом на столе и даже на полу.

— Что это такое?..

Похоже, все это написала тетя — везде был ее размашистый почерк.

Я взяла верхний лист и стала читать, и по мере чтения мои брови поднимались все выше и выше, а щеки заливал румянец. Жаркая эротическая сцена обрывалась на самом интересном месте, а дальше ничего не было написано, словно автора строк прервали.

Не может быть!

Я подняла один из смятых листов и развернула. Внутри обнаружилось что-то похожее, но по-другому. Конец был яростно перечеркнут. Видимо, тете что-то в написанном не понравилось.

Тогда я взяла блокнот и открыла самую первую страницу.

И упала обратно на стул, тихо хихикая. Эта ночь преподносила все больше и больше сюрпризов. Украшенная завитушками надпись первой странице гласила: «Истинная во спасение» Фелисия Лавкроун.

Глава 55. В которой расследование начинается

Тетя Бесси пишет любовные романы. Популярные любовные романы!

Имя Фелисии Лавкроун уже гремело на всю Лигирию, и у меня закрались подозрения, а не с этим ли на самом деле связано наше неожиданное финансовое благополучие и переезд в столицу?

Мое неожиданное открытие определенно было досадной случайностью. Тетя Бесси не рассказала раньше о своем увлечении, значит не хотела, чтобы кто-нибудь знал? Не желая ее смущать, я постаралась вернуть прежний порядок на столе и поспешила наверх, стараясь не шуметь. Надо будет завтра встать как можно позже и дать возможность скрытной родственнице уничтожить все улики.

С такими мыслями я прокралась мимо тетиной комнаты и юркнула в свою. Быстро скинув разодранное платье, бросила его в ванную и подожгла, призвав огонек. Пепел смыла и заодно приняла душ сама. Усталая до невозможности, упала на постель и уснула, стоило смежить веки.

Как и собиралась, спала долго. Проснулась, наверное, ближе к обеду. Мне снился какой-то сон, в котором мы с Дэрином снова были вместе. Я не помнила подробностей, но зато в душе царила уверенность, что все теперь будет хорошо.

Так тому и быть, решила я. Вот только, найдем способ уничтожить владыку демонов и...

Я остановилась, выронив из рук домашнее вещи, которые несла с собой в ванную. Эфир! Как же все просто и сложно одновременно.

— Я — дочь Эфира. Именно я должна это сделать.

Увидев собственно отражение в зеркале, всхлипнула. А потом и вовсе расплакалась.

За что? Вот за что мне все это? Я ведь даже еще не полноценный демоноборец. А так — неумеха. Да, я могу крошить камни компрессионными ударами, но это далеко не все, что нужно. И в настоящем бою ничего не стою. Вчерашняя ночь это показала. Я тупила на кладбище, и даже когда решилась сразиться с Ясиком, только еще хуже сделала. И Дэрину не смогла дать отпор, когда им завладел Владыка.

— Я ничего не могу. Ни на что не способна. Я. У меня последствия инвазии, — шлепнула себя легонько по щеке. — А еще мне страшно до мокрых штанов.

Благостное настроение слегка подтаяло, но решила, что обязательно что-нибудь придумаю. А для начала все расскажу тете. Уверена, она даст мне дельный совет.

Умывшись и переодевшись в домашнее, я еще немного побродила по комнате, давая тете время гарантированно убрать рукописи с кухни. Когда я решилась спуститься, есть хотелось просто ужасно, ведь близился обед. Я пересекла гостиную и хотела было уже войти на кухню, и тут увидела за столом тетю.

Она не убрала улики. Совсем напротив.

В пеньюаре, укрывавшем ее все еще весьма аппетитное, но изрядно истаявшее тело, она что-то увлеченно писала в том самом своем тайном блокноте.

Вот же!

Не зная, как поступить, я по инерции сделала еще несколько шагов. Точно! Вот сейчас громко поздороваюсь и полезу в стазисный шкаф, якобы в поисках завтрака. Тем самым дам родственнице время, чтобы сохранить свою тайну.

Но, как и все мои планы в последнее время, этот тоже полетел к демонам.

Только я открыла было рот, как потеряла дар речи от удивления. А все потому, что к тете подошел тот самый северянин — Эрик Сноусторм.

Я так и застыла в дверном проеме с открытым ртом и пылающими щеками, разглядывая обнаженное до пояса мускулистое мужское тело, покрытое шрамами и характерными татуировками. Светлые волосы северянина не были прибраны и свободно рассыпались по плечам. А он тем временем поставил перед тетей парующую чашку с кофе.

— По моему особенному рецепту, — прозвучал его немного хриплый голос. — Попробуй, надеюсь, тебе понравится.

Я ожидала чего угодно. Например, что тетя вскрикнет, увидев пробравшегося к ней наглеца, и двинет ему в морду. Или схватит чашку и выплеснет кофе самоубийце прямо на голову, но...

Она лишь влюбленно улыбнулась мужчине, потянувшись за. поцелуем?!

Поцелуй тотчас последовал.

— А я закончила ту самую сцену. Ты меня вдохновляешь, Эрик,— проворковала тетя.

— Я очень старался, родная.

Северянин снова нагнулся, чтобы ее поцеловать, и в этот миг, они оба увидели меня.

— А. Э. Простите. — от стыда, я спрятала лицо в ладонях.

О, Эфир! Надо было сразу предупредить тетю о своем возвращении. Пошуметь вчера в коридоре. Даже постучаться к ней в комнату.

Мне было ужасно неловко, что я стала свидетельницей столь интимной сцены. Развернувшись, я решила спрятаться у себя и не выходить из комнаты примерно никогда.

— Эрик, немедленно оденься! Ты смущаешь мою племяннцу. Мари, прости нас. Мы думали, что одни дома. Да постой же! Иди сюда, не майся дурью. Как будто ты не видела полуголых парней там у вас на факультете.

— Тетя! — от возмущения, я даже убрала от лица руки и покачала головой.

— Простите, ерра! — поклонился мне, проходивший мимо северянин, снова загнав в легкий ступор своим внешними данными.

— Что тетя? То ли я не знаю. Не забывай, где учился твой отец. Ладно, иди уже сюда, я тебя обниму.

Что характерно, прятать свой блокнот она будто и не собиралась.

Я подошла и с удовольствием отдалась в родные объятия, забывая о горестях и неловкости.

— Мы хотели тебе все рассказать, но ждали только ближе к вечеру. Посвящение, бессонная ночь. Думали, тоже будешь отсыпаться, а ты, оказывается, уже здесь. Что-то стряслось? — тетя внимательно всматривалась мне в лицо, в поисках подсказки.

Порадовавшись, что вспомнила утром про оставленные губами Дэрина отметины на шее и залечила их, опустилась со вздохом за стол, невольно покосившись на блокнот.

— Ох, тетя, мне столько всего нужно тебе рассказать... Но, — я украдкой обернулась, посмотрев туда, куда ушел северянин. — Вы что, действительно вместе?

— Да, — тетя улыбнулась. — Я решила, что слишком долго была лишена простых женских радостей. И даже если Эрик во мне разочаруется, то мгновения, когда я была счастлива с ним, буду вспоминать с теплотой.

— Мне кажется, или он настроен серьезно?

— Посмотрим, — тетя пожала плечами. — В конце концов, если бы он хотел простую интрижку, нашел бы кого-нибудь помоложе. Ну а я уже не в том возрасте, чтобы стыдиться заводить романы. Однажды я даже была замужем, но ты в курсе, — она рассмеялась.

— Но что он здесь делает? Ведь вы не виделись со школы.

— Эрик приехал в Лигирию по работе. Официально, он посол ярла Нордвелла. А на самом деле ведет частное расследование — его сестра пропала перед самым закрытием порталов.

— О, Эфир!

— Самая младшая. Она твоя одногодка и только-только обрела ай'рэ, о чем написала домой. Каким-то образом она умудрилась покинуть школу за день до начала войны, с тех пор ее никто не видел.

— Поэтому Эрик Сноусторм встретился нам в школе в день открытых порталов.

Я силилась вспомнить северянку-выпускницу, но не могла. Видимо, не была с ней лично знакома.

— Да. Он прибыл, чтобы поговорить с руководством школы о ее пропаже. Ну да ладно, сейчас важнее, что у тебя случилось. Расскажешь?

И я рассказала. Все-все, кроме вчерашнего поведения Дэрина. Было неловко и стыдно. И еще не хотелось выставлять его в таком свете, поэтому я обошлась без особенно ярких подробностей.

Тетя охала, цокала языком, стучала по столу руками, но не перебивала.

— С Дэрином даже не представляю, что делать. Но он прав. Вам не стоит пока видеться. Но проблему решать надо, он представляет опасность. Может обратиться к Оллану...

— Нет! — я была непреклонна. — После того, как дядя едва не устроил мне помолвку с Юргесом Кинроем, я ему тоже не доверяю.

Услышав об этом от меня впервые, тетя аж покраснела от гнева, и в адрес дядюшки было сказано несколько неприглядных эпитетов, от которых, он должно быть сильно икал.

— И правильно, — в кухню вошел Эрик Сноусторм, на этот раз одетый. — Я бы тоже не стал связываться с Кинроями.

Я резко обернулась.

— Прошу прощения за то, что подслушал часть вашего разговора.

Ужас! И какую же часть разговора он подслушал? Я с негодованием уставилась на северянина.

— И многое вам удалось услышать, ерр Сноусторм?

— Только то, что вы не доверяете своему королю и не желаете обращаться к нему за помощью, после некоего неприятного инцидента с Кинроями.

Я тихонько выдохнула. Это было не самое страшное, из того, что я рассказала.

— Так что ты там сказал о Кинроях? — прищурилась тетя Бесси. — Когда это советник успел тебе насолить?

— Я заметил, что Юстас Кинрой имеет над королем власть и не стесняется на него давить. Дважды я оказался невольным свидетелем, и сделал кое-какие выводы. Такое чувство, что у него есть какой-то метод давления на короля. Оллану это не по душе, но он не может ничего поделать.

— Ты хочешь сказать, что советник чем-то шантажирует короля? — нахмурилась Бессигера Маурштейн.

Но чем?

— Возможно, мы это поймем, если вычислим цели советника? — предположил северянин, присаживаясь на соседний с тетей стул.

Тетя Бесси бросила на него исполненный теплоты и надежды взгляд.

— Милая, говоришь, он подбил Оллана устроить тебе помолвку, на которую не пригласил ни меня, ни твою маму. Ниара ведь до сих пор не в курсе. Ты же ей не рассказывала?

— Не хотела вас расстраивать, тем более что все удачно разрешилось.

— Похоже, отец не ожидал о сына бунта.

— Юргес засветился в газете со мной на руках, после сделал мне предложение и говорил о том, что отец полностью поддерживает его выбор и участие в движении «Стоп-ай'рэ»... — принялась я размышлять.

— Точнее, это сын до поры поддерживал выбор отца. Знаешь, я вот тут много думала, — тетя постучала пальцем по столу. — И теперь окончательно поняла, ту статью в газете могли опубликовать только с подачи кого-то могущественного. Того, кто пообещал, что проблем с правящим родом не будет.

— Советник? — без труда догадалась я. — А ведь он и на меня давил и разговаривал по-хамски как раз перед этой помолвкой. Напирал на то, что я теперь опорочена и никому не нужна.

— Вел себя так, словно все у него уже в кармане, — сделала вывод тетя.

— Но зачем ему была эта помолвка? Случись что с дядей Олланом, и на трон посадят мою маму, как его родную сестру. Своих наследников-то у дяди пока нет. Но мама просидит на троне недолго, ведь ее не поддерживает папа. А папа. От папы уже можно сказать избавились, послав на невыполнимое задание. Он чудом жив, но я не знаю толком что с ним.

— Полагаешь, что советник Кинрой задумал переворот, и хотел посадить на трон сына с твоей помощью? — куда более лаконично сформулировал мысли Эрик Сноусторм.

По спине побежал неприятный холодок.

— Мари! — выдохнула тетя, с ужасом уставившись на меня.

— Эфир! В какие дебри забрались мои фантазии. Нельзя никого обвинять без доказательств. Советник Кинрой служит дяде уже много лет, они едва ли не с самого детства вместе. Не думаю, что он замыслил что-то столь грандиозное.

— А вот мне кажется, что теперь все стало на свои места. Правда, собственный сын в последний момент его подвел, но это значит лишь одно.

— Что именно?

— Что он придумает новый план.

— Эрик, не нагнетай!

— Я не нагнетаю. Я уверен, что ваш король ходит по лезвию ножа.

Я по очереди посмотрела на своих собеседников.

— Нужно что-то делать, и срочно!

— Для начала я наведаюсь в редакцию и все выясню. Если ту статью приказал выпустить советник, тогда и остальные подозрения не беспочвенны.

— Эрик, ты гений! Отправляйся немедленно! — тетя едва не вытолкала северянина за порог.

Как только он ушел, она повернулась ко мне.

— Мари, оставайся здесь, а я во дворец. Нужно серьезно поговорить с Олланом.

— Тетя, ты уверена, что несостоявшаяся помолвка повод для скандала?

— Я не о помолвке собираюсь говорить, а о том, чем его шантажирует советник. Хотя, и помолвке тоже.

Тетя собралась за пятнадцать минут и, чмокнув меня на прощание в щеку, отбыла во дворец порталом. Потянулись долгие мгновения ожидания. Я не находила себе места, думая обо всем и сразу. Но мысли постепенно вернулись к Дэрину.

Владыка явно хочет дотянуться до меня его руками. Но почему? Или все от того, что он не может ничего сделать сам. Обученную Дочь Эфира не может убить демон. Он просто не сможет к ней прикоснуться.

Я — живая легенда! Ну надо же!

Скептик во мне скривился. Демонам не обязательно ко мне прикасаться. Можно просто уронить на голову каменный блок, которому абсолютно пофиг на мой особенный дар. Или затоптать дудхестами. Я могла придумать еще тысячу версий собственной смерти, но остановилась.

Владыке не нужна моя смерть, ему нужна я. И что бы под этим не подразумевалось, ему требуется Дэрин, чтобы меня заполучить. Это самое поганое.

Я еще немного побродила по дому. И даже попробовала почитать тетин блокнот, который так и остался забытым на столе, но осилила план и поняла, что теперь, когда знаю, о чем будет сюжет, мне уже так уж интересно.

Идея пришла в голову неожиданно. Я пока не знаю, как помочь Дэрину, зато могу попробовать выяснить, что за задание было у отца. Я просто спрошу у декана Дорна, и пусть только попробует мне не ответить.

Глава 56. В которой очень жарко

Все не задалось с самого начала.

Портал отказывался отправлять меня в академию, ссылаясь на отсутствие пропуска. После нескольких тщетных попыток, я плюнула и решила добираться своим ходом.

Если Дэрин прав, и меня хотят убить, то это большой риск, но я успокаивала себя тем, что даже демоны не всеведущи, и вряд ли кто-то еще знает, где я нахожусь и куда намереваюсь отправиться.

На всякий случай, непримечательно оделась и водрузила на голову одну из шляпок тети Бесси. Получился тот еще видок, но на улице меня бы и мама не узнала. Поймав экипаж, с удивлением обнаружила, что меня везет тот же самый некромант-извозчик, перед которым нам с Амалией пришлось извиняться.

Я немного переживала, но он тоже меня не узнал, и даже назвал ериссой, что я посчитала хорошим знаком.

До академии добрались без приключений, а вот дальше случилась неожиданность.

— Ерисса, приехали! — оповестил меня извозчик и для верности стукнул кулаком в стенку экипажа.

Выбравшись, расплатилась при помощи кредитника, и направилась было к воротам, но вдруг оттуда мне навстречу появился ни кто иной, как советник Кинрой.

Но что он здесь делает? Ведь сейчас каникулы?

Советник шагал быстро, словно торопился куда-то, но больше всего меня поразило неприятное выражение его лица. Словно хлебнул уксуса и закусил недельными носками. Попадаться ему на глаза мне не хотелось, вдруг он снова по мою душу?

— Ой, кажется, я браслет обронила, — вернулась я к извозчику.

— Поищите в экипаже, — флегматично махнул некромант.

Холеные лошади и дорогая карета, рядом с которой мы имели неосторожность остановиться, как оказалось, принадлежал советнику. Ему потребовалось пройти мимо нас, чтобы уехать, и в момент, когда он оказался недалеко от дудхестов, те неожиданно заволновались.

— Чего встал? На штраф нарываешься? — ругнулся советник. — Развели дохлых тварей. По улице спокойно не пройти. Где положено стоять таким отбросам, как ты?

— Извините, советник Кинрой, уже уезжаю. Ерисса, вы нашли свой браслет? — забеспокоился извозчик, который тоже узнал высшее государственное лицо.

— Да-да. Спасибо, — я поспешила на территорию академии, сдерживаясь что бы не обернуться.

Позади ругался извозчик, пытаясь утихомирить дудхестов и отъехать подальше. Поднятые магией смерти кони храпели и волновались, издавая характерные жуткие звуки вместо ржания.

Что с ними?

Я остановилась как вкопанная. Что если они почуяли демонов? Советник Кинрой заражен? Мгновенно вспомнилась наша с парнями теория по поводу выявления зараженных демонами людей.

В животе образовался ледяной ком страха. Могло ли быть такое, что я сейчас избежала нового покушения, или дело в чем-то другом?

Неожиданная встреча с советником, повергла меня в раздумья. Может ли он быть замешан в пропаже моего отца? Если все, как я нафантазировала, то он еще больший предатель.

Вспомнив, как привечал советника Ксандр Дорн, я засомневалась в правильности собственного решения. Неужели декан Дорн с ним заодно? Но если так, может быть слишком опасно обращаться к нему.

И все же я не могла поверить до конца, что друг моего отца. Величайший демоноборец современности способен на такое. Как же сложно принять решение. Мне бы с кем-то посоветоваться. Но тетя сейчас была у короля, да и за мою самодеятельность не похвалит. Остается только Дэрин, но мне опасно с ним встречаться.

Мучаясь в раздумьях, отправилась к себе в общежитие и переоделась в форму, чтобы избежать насмешек со стороны декана. В том, что он пройдется по моему внешнему виду, я даже не сомневалась. Пока переодевалась, приняла решение. Я все же расспрошу декана, но только об отце и очень осторожно. Ведь нет ничего странного в том, если я обращусь прямо к нему.

— Декана Дорна нет на месте, — развел руками заменяющий секретаря дежурный у его кабинета.

— Давно он уехал?

— Еще утром. А вы почему не на каникулах, ерра?

— У меня важное дело к декану. Личное, — пресекла я попытки передать все декану, когда тот вернется. Не знаете, куда он ушел?

По снисходительной улыбке демоноборца было ясно, что даже если он знает, то не скажет какой-то там адептке.

— Хорошо, а... — тут меня осенило, и я поинтересовалась будто невзначай. — А советник Кинрой был здесь?

— Он тоже его не дождался. Думаю, декана Дорна не будет до самого вечера. У него сегодня выходной.

— Понятно. Спасибо.

Я медленно зашагала прочь по коридору. Советник Кинрой был у декана Дорна и ушел разъяренным. Что это может означать? Да то, что он ждал его не в коридоре! Это очевидно!

Я должна попасть в его кабинет. Немедленно! Новая идея меня даже испугала. За такой поступок я вылечу из академии, это как минимум. Но. Но там может что-то остаться.

Какие-то улики. Документы. Возможно, советник что-то принес. Что-то, что поможет мне найти зацепку. О, Эфир...

У меня на миг даже ослабли ноги, и я облокотилась на стену. Прижалась к ней лбом и зажмурилась.

— Ерра? Ерра вам нехорошо?

— Нет. Да-да! — поспешила я исправиться, решив использовать это как шанс. — Принесите мне воды, пожалуйста, — попросила я, когда дежурный подошел ко мне.

— Не могу оставить пост, — он принялся водить надо мной руками.

Ну конечно, он же тоже демоноборец, к тому же опытный. Основы первой помощи ему известны.

— Похоже, вам уже легче, и вы не беременны, — он хитро на меня взглянул.

— Беременна?! — удивилась я столь неожиданному предположению. — С чего вы взяли?

— Кхм. Ну декан Дорн мужчина видный. Адептки регулярно пытаются сделать его отцом своих детей, — парень осмотрелся по сторонам, словно испугался, что сболтнул лишнее.

— Как это? — я заинтересованно сощурилась.

— Всякими ухищрениями. Приходят сюда и. Да что я с вами разговариваю! Идите отсюда, и приходите после каникул. Командующий Дорн тоже человек, ему нужно отдыхать. А тут ходят и ходят! — дежурный неожиданно рассердился.

Похоже, мне не светило заглянуть в кабинет, но сделать это было необходимо именно сейчас. Интуиция прямо кричала, что внутри меня ждет какой-то сюрприз.

Но чтобы войти, нужно было избавиться от дежурного. Интересно, у меня получится его вырубить? Я оценивающе осмотрела мощную фигуру демоноборца и вздохнула. Вряд ли. У меня слишком мало опыта. Тогда попробую быть понаглей. Всегда претило подобное, но может это тот самый момент, когда связи решают.

— Ерр... — Дежурный, вежливо улыбаясь, молчал, не спеша называть свое имя. Это усложняло задачу. — Ерр, вы знаете, кто я такая?

— Началось, — демонстративно тяжело выдохнул парень. — А вы знаете, сколько раз в день я слышу подобную фразу.

— И все же? — я холодно улыбнулся, приняв тот самый надменный вид, который использовала во дворце, чтобы избавляться от нежеланного внимания.

— Я не могу знать всех хорошеньких адепток поименно, ерра. Как бы мне не хотелось.

Он не флиртовал, просто пытался сгладить момент, и я это поняла.

— Я Марэна Данаостро и я вам приказываю отойти с дороги и впустить меня в кабинет декана Дорна. Я там его подожду.

Дежурный даже закашлялся от такой наглости.

— Вы мне что, ерра Данаостро? Данаостро...

— Да-да, я дочь командующего Андреса Данаостро, все верно, — я посмотрела на дежурного с торжеством.

— Вот именно, дочь. Но НЕ командующий Данаостро. Идите подобру-поздорову, ерра Данаостро. Не мешайте мне работать, — дежурный подавил зевок.

— Вы хотите сказать, дремать на посту?

— Я сказал, то что хотел, ерра.

— А советника Кинроя вы впустили, так?

— Конечно. Он же советник, — не договорив нелестное для меня сравнение, дежурный невозмутимо уставился в противоположную стену, словно меня тут и не было.

Демоны! Похоже, я совершенно не умею пользоваться связями, только позорюсь. Падать ниже было некуда, так что я попыталась еще раз:

— Приказываю вам именем короля!

Дежурный вылупил глаза, форменным образом издеваясь.

— То, что вы племянница его величества Оллана Седьмого, не дает вам права врываться в кабинеты руководства академии. Я в вам окончательно разочаровался. Другие девушки действовали куда тоньше.

Он что, все-таки считает, что я одна из охотниц за телом или фамилией декана, и только?! Или это из-за моего шрама от ай'рэ?

Я не на шутку разозлилась. И еще больше, когда дежурный снова решил меня игнорировать. Воздушный таран снес его с ног и отправил в нокаут. Все-таки он не ожидал от меня чего-то подобного и не успел отреагировать.

Убедившись, что я его не прибила, выдохнула с облегчением. Поступок меня не красил, и мне еще предстоит за него ответить. Пусть так, но сейчас нельзя упустить возможность.

Дверь кабинета оказалась заперта, но ключ нашелся в кармане у дежурного, и через пару мгновений я оказалась внутри. Стоило перешагнуть порог, как я ощутила что-то странное. Волоски встали дыбом на шее, и по кабинету словно прокатилась волна магии.

Что это? Охранная система? Магическая ловушка из тех, что не дает нарушителю покинуть территорию до прихода охраны. Эфир! Что же я натворила. Грандиозную взбучку, которую я получу за взлом с проникновением и нападение на дежурного, даже представлять не хотелось.

А что в газетах напишут. Племянница его величества пошла вразнос.

Тряхнув головой, подбежала к девственно чистому столу, на котором не было ни одного документа или артефакта. Пробежалась по ящикам стола, чувствуя жар за спиной. В верхнем хранилась всякая мелочевка вроде пишущих принадлежностей, скрепок и использованных носовых платков. В нижнем — поношенные носки, целых три пары.

— Фу!

Это явно не то, что я искала, но где же могут быть улики? Хоть что-нибудь, намекающее на причастность декана к пропаже отца или к заговору. Самое ужасное, что я даже не знала, что искать. Наверное, было глупо надеяться, что существует какой-то документ, где прямым текстом прописано это.

Думать о том, что я все это натворила зря совершенно не хотелось. В любой момент мог очнуться и поднять тревогу дежурный. Вот тогда я точно увижу декана. В последний раз. Меня одолела паника, голова кружилась, и становилось все жарче и жарче. Я в бессилии и отчаянии опустилась на стул и обвела кабинет взглядом.

Только сейчас я заметила какое-то странное марево у двери. Шторы в кабинете были задернуты наполовину, и царил полумрак. Я не решилась зажигать свет, но теперь вскочила и отдернула занавески. Точнее попыталась, отскочив с криком. Ощущение было такое, будто я сунула руку в огонь.

Так и было! Кожа на пальцах тут же пошла волдырями, и я инстинктивно провела над ней рукой, применяя лечение. Присмотрелась, перестроив зрение, как нас учили и ахнула. Все стены были объяты магическим пламенем, все шкафы с книгами, шторы и дверь. Куда бы я ни повернулась, горело все. К счастью, быстрая реакция помогла, и я не успела влезть в невидимое пламя целиком, иначе меня бы ничего не спасло.

Это действительно была ловушка. Огненная ловушка, из которой не было спасения.

Магический огонь пожирал плоть, но не трогал предметы. Только вот мне от этого было не легче.

— Ерра Данаостро! — раздался снаружи голос дежурного. — Вы там? Отоприте немедленно!

Дверь задергалась под мощными рывками, но не сдалась.

— Да! Помогите! — последнее солово я прошептала, наблюдая, как стремительно приближаются со всех сторон щупальца невидимого простым глазом пламени.

Становилось все жарче, воздух стремительно заканчивался, а я совершенно не знала, что делать.

— Помогите! Горю! — заорала я во все легкие и тут же закашлялась от иллюзорного дыма.

— Здесь магический огонь!

Пол уже горел весь, и мне пришлось взобраться на стол, наблюдая, как марево поднимается вверх по ножкам.

— Держитесь!

Дверь сотрясалась от мощных ударов. Дежурный, изо всех сил пытался мне помочь, что-то кричал, но я уже толком ничего не слышала, теряя сознание.

Глава 57. В которой если вас съели, у вас есть два выхода

Запахло палеными волосами. Моими. Видимо занялся свисший со стола хвост, но я едва ли могла заставить себя изменить положение. Сил и воздуха хватало только чтобы хрипеть и нечасто моргать. В этот момент прямо перед моим носом материализовались тяжелые ботинки. Запыленные, и чем-то неуловимо знакомые.

— Мари!

Меня тут же меня подхватили на руки, и я увидела встревоженное лицо Дэрина. Он потряс меня, пытаясь растормошить, но тут же отвернулся. Выругался приглушенно. Волосы больно дернуло, и я ощутила, что голове стало немного легче, а в легкие стремительно вернулся кислород.

— Дэрин! — выдохнула я и закашлялась. — Дэрин...

Я попыталась выпрямиться у него на руках, и осмотреться.

— Держись за меня.

Истинный поставил меня на стол и, убедившись, что я способна стоять на ногах, проверил

ауру.

— Мари, ты как? Не обожглась? — от исполненного заботы и нежности взгляда, к горлу подступил ком.

Он пришел, мой Дэрин. Мой истинный. Он меня спасет обязательно.

— Нет, кажется. Совсем немного. — Я постаралась собраться и говорить твердо. Успею еще нареветься. Потом. — Но я едва не задохнулась и почти потеряла сознание. Я не могла даже создать элементарную защитную сферу. Дэрин! Я ничего. Совсем ничего не успела сделать! Что это? — я с тревогой осмотрелась, но за щитом, который нас прикрывал, почти не было видно пугающего марева.

— Это покушение, Марэна.

— Но откуда советник Кинрой мог знать, что я окажусь в кабинете декана?

Я вспомнила скольких трудов мне стоило сюда пробраться. Да меня вовсе могло здесь не быть!

— Кинрой? Он планировал убить командующего Дорна, но откуда ты знаешь, что именно советник приложил к этому руку?

— Не знаю. Это простое предположение.

Рассказывай.

— Прямо сейчас?! Дэрин, ты с ума сошел? Сколько еще продержится твоя защита?

— Не слишком долго...

Снаружи началась какая-то возня.

— Может, лучше попробуем выбраться отсюда?

— Я думаю над этим, но...

— Что но?

— Понимаешь, Мари. Это ловушка смертельная. При любом раскладе те, кто внутри, должны погибнуть.

— Что ты сказал? Дэрин, у нас что, нет выхода? Дэрин. Мы умрем?

Мне снова стало дурно, пришлось даже повиснуть на руках у истинного.

— Рано или поздно все умирают, Мари, — он улыбнулся.

— Не шути так!

Я словно заново его увидела. Сильного, красивого, мужественного. Дэрин был обнажен до пояса, форменные штаны и ботинки испачканы. На плече песок. Всего несколько минут назад он тренировался, догадалась я!

Ладонь истинного легла мне на щеку, погладила. Не выдержав, я крепко обняла его за талию, прижалась всем телом, вдыхая теплый запах тела. Слушая, как тяжело бухает сердце в грудной клетке. Его удары резонансом отдавались внутри, заставляя мое биться в унисон.

— Мари, я что-нибудь придумаю, чтобы выбраться. Обещаю! А пока расскажи мне все, что тебе известно о советнике Кинрое? Почему ты его обвиняешь?

Дэрин гладил меня по волосам, и я верила каждому его слову.

— Советник заходил к Дорну до меня. Я узнала это от дежурного.

— Бедный Вик, он знал о ловушке и всеми силамы пытался тебя удержать, а ты его едва не прикончила. Мари, я тебе говорил, не использовать компрессионные удары на людях?

— Эфир. Мне так стыдно, — я спрятала пылающее от стыда лицо на груди Дэрина. — Если бы я только послушалась его и ушла, ничего этого бы не случилось. Мы бы не оказались здесь в смертельной опасности.

Чувство вины осело горечью на языке. Я не только рисковала собственной жизнью, но едва не убила при этом демоноборца.

Вик. Его зовут Вик, и его кто-то ждет дома.

Но и это не все, я попалась сама и заманила в ловушку Дэрина. Между прочим, это именно его щит сейчас прикрывает нас от магического пламени, но долго ли он продержится?

— Если выберемся, извинишься перед ним.

— Ты же сказал, что ловушка смертельная?

— У меня появилась идея, но она мне ужасно не нравится. Поэтому я предпочитаю еще немного выждать. Так что там с Кинроем? Почему ты его подозреваешь?

— Кинрой встретился мне на улице у ворот. Он очень спешил, поругался с извозчиком, который меня привез.

— Зачем ему это понадобилось?

— Экипаж остановился рядом с каретой советника, и Кинрою это не понравилось. Но главное другое. Когда он проходил мимо, дудхесты заволновались. Точь-в-точь, как тогда на улице, когда на нас с ребятами напали демоны.

— Вот как?

— Да, мы еще предположили, что поднятые кони отчего-то реагируют на людей с инвазией. Это можно было бы использовать как индикатор для выявления зараженных.

— Все верно. И ты права, советник под подозрением в связи с демонами. Зря ты пришла сюда, Мари. Нужно было послушать меня и держаться подальше и от меня, и от академии. И тем более не лезть в кабинет командующего.

— Так вы знаете о советнике? — моему удивлению не было предела. — Почему же он до сих пор разгуливает на свободе? О Эфир... Что если он угрожает дяде? Что, если у Оллана Седьмого тоже инвазия?

Я вспомнила странное поведение короля и попытку выдать меня за Юргеса и похолодела. Интересно, а сын знает, что вытворяет его отец. Наверное нет, раз сумел расстроить помолвку.

— Мари, ты побледнела еще сильнее.

— Дорн! Я уверена, что декан с Кинроем заодно!

— Это серьезное обвинение, но с чего ты так решила?

— Ну. Он вел тогда себя странно. В тот день, когда вмешался в испытания. Когда сосальщик напал на Милоша Ярни. Дэрин! Тогда на «Пятерке» были оба сразу: и Дорн, и советник. Декан лебезил перед ним. Я думаю, это кто-то из них напустил на Ярни сосальщика.

— Нет, Мари. Я тебя сейчас разочарую, но сосальщик моих рук дело.

Я отшатнулась и едва не свалилась со стола, но Дэрин меня удержал.

— Не бойся, я не причиню тебе вред, любимая. Никогда. Даже ценой своей жизни.

Улыбка Дэрина напомнила оскал, и я отвела глаза.

— Это... Это все из-за владыки да? Ты научился управлять тварями?

— Только самыми слабыми, но так и есть. У меня появились некоторые особые способности. Я рискнул воспользоваться ими, чтобы раскрыть твой дар.

— Но. Милош мог погибнуть!

Мне было обидно за хорошего парня, который даже не подозревал, что послужил несчастной жертвой.

— Мы демоноборцы, и мы постоянно рискуем жизнью, Марэна. Уверен, Ярни бы с радостью пошел на это добровольно, если бы знал, что помогает дочери Эфира раскрыть дар.

— Я. Наверное, я не вправе винить тебя за это, после того что сама натворила, пытаясь достичь своей цели.

Ударить компрессионным ударом хорошего парня Вика, чтобы пробраться в кабинет и удовлетворить свое любопытство, тоже такой себе поступок.

— Каждый из нас сам ответит перед Эфиром за грехи, но я тебя понял. И все-таки, почему ты подозреваешь советника? — вернул разговор в прежнее русло Дэрин. — Того, что ты рассказала, явно недостаточно для подобных выводов.

— Он хотел выдать меня за своего сына.

Я рассказала о неудавшейся помолвке и изложила свою теорию о захвате трона. Слушая меня, Дэрин играл желваками злился и хмурился, но не перебивал.

— Да как он только посмел! — прорычал истинный после того, как я закончила.

Вдруг вокруг нас замелькали красноватые всполохи, Объятия истинного стали крепче, он быстро осмотрелся. Я почувствовала характерный кисловатый запах, который подсказал, что защитная сфера на последнем дыхании.

— Дэрин, что происходит?

— Дела плохи. Похоже, Кинрой всех перехитрил.

— О чем ты?

Истинный не ответил, а все пространство вокруг щита прошили тонкие красные молнии.

— Дэрин! — заорала я, за мгновение до того, как все вдруг изменилось.

Мы не погибли! И это было самое главное. Но только до тех пор, пока я не осознала, где мы оказались.

— Дэрин, это. Это астрал?

— Прости, Марэна. Другого варианта спастись, у нас не было. Я и так ждал до последнего.

Дурнота тут же подкатила к горлу. Сдавленно пискнув, я заметалась в руках у истинного.

— Меня сейчас вырвет!

— Ничего-ничего. Стандартная реакция на первый переход, — погладил он меня по спине.

— Дыши глубже, Мари, и постарайся успокоиться.

Дэрин говорил со мной ласково, но я отчетливо чувствовала напряжение в его голосе, и вскоре убедилась, что права. Вдалеке на фоне абсолютно черного неба с яркими фиолетовыми полосами показались три фигуры. Я как-то сразу отвлеклась и забыла про дурноту и все остальное.

— Кто это?

— Коренные обитатели этого места, скорее всего.

— Демоны?

— Да, Мари. И, похоже, они по твою душу, — Дэрин встревоженно осмотрелся и стал куда более хмурым. — Возвращаемся. Иди сюда и обними меня покрепче. С большой вероятностью, тебе станет плохо, но не пугайся. Все из-за адаптации. Нужно хотя бы пятнадцать минут...

— Чтобы аура перестроилась. Я знаю. Мы это уже проходили, — закончила за него, но шагнула ближе и обвила руками талию истинного.

— Закрой глаза.

И снова я послушалась. Зажмурилась покрепче и приготовилась страдать. Мгновения потянулись невыносимо медленно. Я стояла и вдыхала теплый запах тела Дэрина, украдкой водила кончиком носа по его груди, испытывая непривычное ощущение от прикосновения к обнаженной коже. Словно совершаю что-то запретное. Какое-то хулиганство. Позволяю себе небывалую вольность...

Ужасно захотелось сделать что-то еще более непозволительное и дерзкое.

Интересно, если я сейчас лизну его, что он подумает?

От этой дурацкой и совершенно неуместной мысли стало смешно, я едва не хихикнула. Наверное, я схожу с ума. Похоже, что последние события на меня неблаготворно повлияли. Если выживем, наведаюсь к ериссе Медее.

— Что бы ни случилось сейчас, помни, я тебя люблю, Марэна.

Признание прозвучало совершенно неожиданно. Забыв про все рекомендации и потайные желания, я подняла голову. Нужно было что-то ответить, но я осеклась, мне совершенно не понравилось выражение лица истинного.

В следующий миг Дэрин отцепил мои руки и отступил назад. По его решительному и даже слегка обреченному выражению лица, я поняла, что возвращение отменяется. Оно попросту не удалось. Мы не смогли вернуться из астрала. А, во-вторых. Во-вторых, наши дела хуже некуда.

Дэрин...

Я инстинктивно потянулась за ним, но натолкнулась на преграду — я оказалась внутри защитной сферы. Только вот ничего общего с привычной магической защитой у нее не было.

— Эй! — я ударила руками по гладкой, точно хрустальной, поверхности. — Выпусти меня! Дэрин!

Прозрачная оболочка мгновенно потемнела, когда в нее с разных сторону разом ударили десятки боевых заклинаний. Наверное, я бы ослепла и оглохла, будь это не так. Но защита выдержала. Я находилась в абсолютной темноте и тишине, а перед глазами стояла картина

— то, что я увидела в последний миг: Дэрин сменил облик и попытался взлететь.

Я отчетливо рассмотрела его потемневшее лицо, словно кто-то замедленно прокручивал в моей голове воспоминания. Заостренные черты придали хищности облику. Глаза полыхнули алым, а за спиной из черных размытых теней стремительно формировались крылья. То есть, одно крыло.

Ангелос. Мой Дэрин — ангелос. Как и мой отец...

С детства каждый из нас знает, кто это такие. Нам читают о них сказки, мы растем и играем, представляли ангелосами себя. Кто хотя бы однажды не грезил достичь этой абсолютной ступени в искусстве демоноборца?

Но мало кто задумывается, что это не только вершина мастерства, но и вершина риска. Пик, через который необходимо пройти, чтобы получить крылья в дар от Эфира. Только преодолевший себя получал свою пару. А у моего истинного было только одно крыло.

Сфера снова обрела прозрачность, и я поняла — мне не показалось.

Дэрин сражался на земле и в воздухе. Даже с одним крылом, он умудрялся совершать невероятный прыжки и кульбиты. Бил тварей огромным двуручным мечом. Черный клинок, казалось, поглощал свет, и ни один удар не попадал мимо, но демонов было чересчур много. И все они пытались прорваться ко мне, и без подсказок было ясно, кто тут главная мишень.

— Да чего они меня не любят-то? За ту унылую бестию мстят что ли?

Никакие звуки защитная сфера не пропускала, и эпическое сражение я смотрела без звука. Земля вокруг уже сплошь была усеяна отделенными от организма частями тел, и я всерьез опасалась, что скоро снова станет темно попросту от того, что меня завалит по самую макушку.

Но еще больше я переживала за истинного. Как долго он еще сможет сражаться? На нем ведь даже доспеха нет, и он вынужден держать сразу две защитные сферы. Я попыталась подпитать свою сферу собственной магией, чтобы хоть немного облегчить жизнь истинному, но не тут-то было. Сфера словно была чем-то чуждым, и я никак не могла найти с ней контакт.

Дэрин начал уставать. Теперь он уже не пытался взлетать, а сражался только стоя на земле. Моя сфера дважды затемнилась вглухую, как это было в первый раз, и я даже не сомневалась, что снова избежала смерти. Теперь я поняла, зачем это нужно. Она защищает не только от прямого воздействия, но и от внешних проявлений вроде слепящего света или оглушительный звуков, рвущих перепонки или кипятящих мозги.

Или даже тех, что способны повлиять на рассудок...

Когда я снова смогла наблюдать сражение, Дэрина не было видно. Я завертелась в своем укрытии, надеясь, что просто он слишком быстро перемещается, но и за спиной его не оказалось. Только какая-то куча-мала из копошащихся мерзопакостных тварей.

В груди нехорошо екнуло. Они что, съели моего истинного?!

Не запаниковать окончательно помогла магическая сфера. Она оставалась на своем месте, а значит Дэрин Штарн жив.

— Дэрин! Выпусти меня! Я могу тебе помочь! — принялась орать, надеясь, что обратного эффекта нет, и звуки наружу проникают свободно. — Дэрин!

Куча словно взорвалась изнутри. Монстров разметало по всей округе, и сфера затемнилась в очередной раз. Я почувствовала себя ребенком, которому в театре прикрывают глаза, если вдруг представление становится неприемлемым.

— Позволь мне помочь! Пожалуйста!

Но Дэрин и слушать не хотел, самоубийственно продолжая неравный бой с прибывающими и прибывающими тварями. Они прибегали-прилетали-приползали по трое-четверо, но в толпу больше не собирались. Я понадеялась, что скоро с ними будет покончено.

Устав стоять на ногах, я уже давно уселась прямо на колючую траву, радуясь, что на мне форма с брючным костюмом. В летнем легком платье было бы совсем некомфортно. Странное марево вблизи от сферы я не сразу заметила всецело поглощенная боем. Но теперь пригляделась и действительно!

Это было кое-что странное.

Глава 58. В которой полный конец

Больше всего увиденное мной походило на мушиную кладку яиц — такие же ровные ряды овальных штуковин. Картинка расплывалась и мерцала, то и дело пытаясь исчезнуть, стоило потерять концентрацию. Я плохо знала астрал, чтобы понять мне это только кажется, или я вижу что-то реальное.

— Что еще за фокусы?!

Сосредоточившись как следует, я не только сумела рассмотреть странную кладку, но и тех, кто развивается внутри нее. В каждом долбаном яйце!

— Дэрин, иди сюда! Срочно! — заорала я, не слишком надеясь, что истинный меня слышит сквозь полусферу.

Он слышал и очень хорошо. Прикончив последнего живого демона, истинный смог уделить мне внимание. При помощи лишь одного крыла он тут же оказался рядом, и его перелет больше напомнил длиннющий прыжок.

— Мари, что случилось? — Глаза Дэрина сверкали зловещими всполохами, когда он осматривался по сторонам, в поисках угрозы. — Ты кричала...

Пока он вертелся, пытаясь понять, что мне грозит, я смогла хорошо рассмотреть кровоточащий рубец на месте, где должно было быть правое крыло. Что удивительно выглядела эта рана довольно свежей. Разговоры о крыльях, точнее об их отсутствии, я решила отложить на более подходящий момент, а сейчас мне нужно было убедиться, что я не сошла с ума окончательно.

— Дэрин, ты тоже их видишь?

— Кого именно?

У меня сложилось впечатление, что он смотрит куда угодно, но совершенно не видит кладку прямо под ногами. А ведь яйца были совсем не маленькими и доставали ему едва ли не до колена.

— Да не там, а прямо здесь рядом. Ой, наступишь! — предупредила я, но нога Дэрина уже прошла насквозь через скопление мерзких яиц, никак им не повредив.

— Они как будто призрачные! — выдохнула я удивленно.

— Мари, сейчас не время для баловства, — мягко пожурил меня истинный.

— А я не ребенок, чтобы баловаться! — разозлилась я и, глубоко вдохнув, продолжила как можно спокойней: — Прямо под твоей левой ногой какая-то кладка из призрачных яиц, — я описала, как все выглядит и как нужно смотреть, чтобы ее увидеть.

Но как Дэрин не старался, так ничего и не смог разглядеть.

— Может, мне эти яйца только кажутся? — сдалась наконец я. — Может, это последствия магического пожара? Надышалась я чего-нибудь. — я насупилась, старательно сдерживаясь, чтобы не заорать от бессилия.

Вдобавок меня раздражало вынужденное заточение. Да я сама тут точно какая-то личинка в яйце!

— Стой! Ты сказала, это похоже на яйца?! — неожиданно лицо Дэрина просветлело. Он посмотрел на меня совсем другими глазами. — Мари, это же сиды! Как я сразу-то не сообразил.

— Сиды?

— Ну да. То, что остается от убитых демонов.

Как это?

— Тварей здесь не убить окончательно. После гибели, они превращаются в сиды, и владыка может возродить погибших особей заново.

— Какой ужас... — я вспомнила, мой истинный уже упоминал что-то такое, но и я не сразу сопоставила одно с другим. — Дэрин, а мы можем уйти отсюда прямо сейчас, пока тебя никто не отвлекает? — я тоже огляделась, убеждаясь, что демонов нигде не видно.

— Ты права. Нужно попытаться еще раз. Мне удалось отбиться от первой волны, но будут новые и новые.

Он махнул рукой, и сфера вокруг меня растаяла, выпуская на волю. Не сдерживаясь, я бросилась к истинному и заключила его в объятия.

— Марэна, я грязный. — он попытался отстраниться и весь как-то напрягся.

— Мне все равно.

Только сейчас я поняла, как сильно переволновалась во время этого боя. Мои пальцы дрожали, когда я трогала свежие шрамы на груди истинного. Они уже слегка зарубцевались и не кровоточили.

— Не переживай, скоро они пропадут — такова особенность ангелосов.

— Угу, — я только кивнула, чтобы не разреветься.

Может и пропадут, но сейчас я видела каждый след, где демоны сумели дотянутся до моего истинного. Моего любимого мужчины, который рисковал собой, чтобы спасти меня. Я не была наивной глупышкой и знала, что как бы ни был крут ангелос, в одиночку ему в астрале долго не выстоять. Мой отец частенько повторял, что только командная работа дает нам преимущество во время боя.

— Дэрин, а что ты умеешь лучше всего?

— Мой конек — защита, Мари. А вот убивать их так же ловко, как, к примеру, магистр Кендл я не умею. Я тот самый крепкий парень, кто отвлекает этих тварей, давая остальным возможность лупить изо всех сил. Только вот сегодня на мне нет доспеха, а так бы меня никто не смог даже поцарапать, — он ободряюще улыбнулся, и обнял меня в ответ. — А теперь закрой глаза, мы возвращаемся.

И снова ничегошеньки не вышло. Шло мгновение, другое, но мы оставались в астрале.

— Дэрин?

— Мари, я ничего не понимаю. Но. Кажется, я не могу перенести нас обратно. Коридор перехода не открывается.

— И что же нам делать?

— Мне в голову пришла одна идея, но.

— Она тебе тоже не нравится?

— Еще больше, чем предыдущая, — тяжко вздохнул Дэрин. — Но это хоть какой-то шанс. Иначе демоны возьмут нас числом.

— Тогда я за то, чтобы не стоять на месте. Не хочу снова сидеть в коконе.

— Ладно. Пока будем двигаться, может, и удастся сбить тварей с толку... Потом попробуем вернуться еще раз, в другой точке.

Так мы и сделали. Дэрин направился на восток, по тропе, что взбиралась на холм — прямо туда, где из-за вершины наполовину была видна гигантская луна. Одна из трех, что сегодня украсили этот незнакомый мне небосклон.

Дэрин развеял крылья и шел пешком. Я следовала строго за ним и, пользуясь передышкой, рассматривала местность. По пути нам то и дело встречались кладки призрачных яиц. Повсюду, куда только обращался мой взор, они были, устилая едва ли не всю местность, и их вид заставлял вставать дыбом волосы. Я даже позавидовала Дэрину, который не имел такого сомнительного счастья рассматривать демонические сиды.

В какой-то момент я не выдержала. Окутав правую ладонь золотым сиянием своей особенной силы, прикоснулась к одному из яиц. Мне представлялось, что если у меня и получится, то это будет мерзко и грязно. Но результат превзошел ожидания. Стоило мне дотронуться, и не только яйцо, но и вся кладка в тот же миг расползлась дымкой и бесследно исчезла. Вся целиком!

Отлично! У меня получилось! Получилось!

Еще больше меня порадовало то, что не придется уничтожать яйца по одному. Окрыленная открытием, я быстро догнала Дэрина, но пока не стала ему ничего говорить. Все равно он не увидит результат. Решив принести хоть какую-то пользу, я уничтожала все кладки по пути, которые находились рядом с тропой.

— Устала? — повернулся ко мне истинный. — Нормально себя чувствуешь?

— Я в норме, — спрятала я руку за спину и погасила сияние.

— Тогда поторопимся.

Я посмотрела туда же, куда и он. В нашу сторону направлялось что-то черное и огромное.

— Это.

— Да, Мари. Это огромная толпа тварей. Они обнаружили нас быстрее, чем я надеялся.

— А вон там еще! — потянула я его за рукав, заметив такую-же тучу позади.

— Я тебя понесу, — Дэрин с хлопком расправил одно крыло, и от меня не ускользнула гримаса досады, промелькнувшая на его лице.

Подхватив меня на руки, он понесся огромными скачками к вершине холма. Я уцепилась за его шею, стараясь не смотреть на стремительно приближающихся тварей.

— Дэрин, а почему твари хотят меня убить? — спросила, чтобы немного отвлечься, а заодно понять, как спасти истинного.

Я не хотела, чтобы он рисковал своей жизнью. Не хотела быть беспомощной обузой. Я ведь тоже демоноборец, хоть пока и совершенно неопытный. В том, что при первой же опасности, Дэрин снова заключит меня в защитную сферу, я не сомневалась.

— Это очевидно, Мари. Ты — дочь Эфира. Их изначальный враг.

— Угу. Но тогда здесь какая-то несостыковочка, — заметила я немного подумав.

— Какая же?

— Ну вот владыка, например. Он не планирует меня уничтожать. Я для чего-то ему нужна. Выходит, что его же подданные не разделяют это мнение?

— Полагаю, здесь дело в инстинктах. Владыка сейчас заперт в коконе, и его приказы никуда толком не доходят. Твари же просто чуют твою магию и пытаются избавиться от угрозы.

— Понятно, — объяснение меня вполне устроило.

— Мы на месте, — объявил Дэрин, остановившись возле очень странного места.

Перед нами пространство плыло, закручивалось словно вода в сливе раковины. От одного взгляда меня начинало мутить, и я зажмурилась.

— Что это за...

— Улитка. Мы зовем это так. Демоны за нами не сразу сунуться, и не все смогут пройти. Но, Мари, то, что ты там можешь увидеть, скорее всего тебя шокирует. Я тебя очень прошу, слушайся меня. Договорились?

— Да. Если ты не будешь снова меня сажать в сферу.

— Не могу пообещать. Если потребуется, я буду защищать тебя даже против твоей воли, — он смотрел мне прямо в глаза, и от решимости в его взгляде, по спине побежали мурашки.

— Держи меня за руку.

— Только не говори, что мы идем ПРЯМО ТУДА!

— Именно!

Пальцы Дэрина тисками сомкнулись на моем запястье, и он потянул меня за собой!

Я не хочу! Мне страшно. Недоброе предчувствие стиснуло желудок когтистой ледяной лапой, когда я делала первые шаги.

Чтобы не поддаться панике, закрыла глаза и постаралась дышать глубже. Я демоноборец. Я Дочь Эфира. Я сильная. Я все преодолею. Мы придумаем, как нам выбраться. Дэрин знает, что делает. Я ему верю.

Что-то вокруг изменилось. Запах, тяжелый и сырой, сладковато-приторный. Даже с закрытыми глазами я поняла, что вокруг стало темней. В какой-то момент споткнулась и полетела бы плашмя, если бы меня не поддержал истинный.

— Осторожней, Мари.

Я открыла глаза и принялась с облегчением осматриваться по сторонам. Пространство вокруг больше не выделывалось, выписывая невозможные вензеля, но мне здесь не нравилось. Вот совсем.

Искореженные уродливые деревья росли повсюду, промеж стволов проникал свет, но над головой было темно от сплетения ветвей. А еще мне показалось, что там наверху за ними нет невероятного астрального неба. Свободного неба. На удивление прекрасного...

— Мы что, в пещере?

— Вроде того, — кивнул Дэрин так и не выпустив моей руки. — Это что-то вроде пространственного кармана. Ограниченный отдельный мир, из которого только один единственный выход.

— Дэрин, мне больно!

— Прости! — он ослабил хватку. — Я волнуюсь. Я был не прав, нам стоило остаться снаружи..

Он задышал чаще. Затем и вовсе отступил в сторону, ухватившись за ствол ближайшего дерева. Согнулся пополам.

— Дэрин, что с тобой? Тебе плохо?

Я ужасно испугалась. Что, если его раны были серьезнее, чем он сам полагал. Сказал же, что в доспехах его бы никто не тронул, но. Я шагнула к нему и коснулась локтя.

Мой истинный вздрогнул.

— Мари. Ты должна мне пообещать кое-что. Обещаешь?

— Да! Все, что угодно, родной! Только не пугай меня так, пожалуйста!

— Ты должна сохранить свою жизнь любой ценой. Обещай, что сделаешь для этого все возможное.

— Конечно, а как же иначе? — я постаралась улыбнутсья.

— Ты не поняла, — он снова схватил меня за руку и крепко, до боли стиснул. — ВСЕ! Мари. Даже если тебе придется прикончить меня. А теперь слушай, — быстро и запинаясь, он принялся объяснять, как именно создать защитную сферу, похожую на ту, какой защищал меня. — Ты умница, у тебя обязательно все получится. За тобой скоро придут.

Командующий Дорн догадается, что произошло, и где нас искать. Ты должна продержаться и выжить. Ясно?

Я слушала его в растерянности, совершенно не уверенная в собственных способностях. Умение было не из начального курса, но в целом вроде звучало несложно, все упиралось в глубину потенциала. Ладно сфера, но как воспринимать остальное?!

— Дэрин?

Вместо ответа он вскрикнул и скрючился, а затем резко выпрямился и посмотрел наверх. Повел могучими плечами, размял шею и меееедленно повернул голову в мою сторону.

— Дэ...

Какую там защитную сферу!

Я даже договорить его имя не успела, как оказалась лежащей на земле, прижатая сильным мужским телом. Знакомые уже залитые тьмой зрачки с фиолетовыми отблесками. Хищное выражение на красивом лице моего истинного. Сейчас бал правил владыка.

— Наконец-то! — голос Дэрина тоже изменился. Звучал вроде знакомо, но с такими шипящими интонациями, что дрожь брала.

— Ты всех обманул да? — спросила так холодно, как только могла при этом не стуча зубами от ужаса.

На этот раз я не стала зря тратить силы на то, чтобы сопротивляться. Просто лежала и смотрела владыке прямо в глаза, надеясь что-нибудь придумать.

— Ты умная и сильная девочка. У нас получится выносливое потомство.

— Чегооо?! — я едва не поперхнулась. Наверное, от удивления мне сразу представились кладки призрачных яиц-сидов. — Я тебе не муха какая-то, даже не смей думать!

— Что? — на лице Дэрина-владыки проступило самое натуральное удивление. — При чем тут насекомые? Ах, вот ты о чем, дочь Эфира! —догадался наконец он. — Нет. Твой истинный сильный маг и воин. С его и моей помощью ты зачнешь и родишь того, кто будет равноценно существовать в обоих мирах, и ему не будет равных. Используя его тело, я буду неуязвим, ведь все будут уверены, что я по-прежнему в заточении! — он коварно улыбнулся, — определенно гордый собой.

Или это знакомые черты моего истинного именно так передавали его отголоски эмоций?

— Спасибо, конечно, что раскрыл свой коварный план. Мне сразу стало легче. Правда. — Сейчас я сама себе напоминала декана Дорна и одновременно инструктора Рифта, но не могла остановиться. Меня несло. — Злодеи в книгах говорят так же, как ты, — фыркнула я.

За последние время я так устала быть в опасности, что уже не получалось реагировать серьезно. И кажется, владыку это обескураживало.

— Ты странная дочь Эфира, — он почему-то принюхался.

Учитывая, что при этом он прикрыл глаза, у меня было полное чувство, что меня нюхает Дэрин, и от этого я истерически хихикнула:

— По-твоему, странные пахнут как-то иначе? — не удержалась я от вопроса.

— Нет. Ты воняешь страхом, как и полагается, но я не могу понять, в чем же дело?

— Ну и отлично. Должна же в женщине быть хоть какая-то загадка... — процитировала я одну из героинь моей тети и окуталась золотым сиянием с ног до головы.

Глава 59. В которой владыка получил по... заслугам.

Дэрин-владыка даже не вздрогнул, лишь довольно улыбнулся, заставив меня нахмуриться. Видит Эфир, я до последнего надеялась, что моя особая способность подействует, но нет.

— Ты слишком много болтаешь. К делу!

Владыка чуть отстранился и криво ухмыльнулся. Неожиданно вся одежда на мне рассыпалась прахом. Я оказалась совершенно обнаженной и даже не могла прикрыться ладошками, ведь мои руки были прижаты к земле над головой. Единственное, что осталось на мне неизменным, это повторяющее контуры тела золотое сияние.

— В прошлый раз ты попросила меня быть нежным, — он склонился к самому моему уху и шепнул: — Так вот, я не буду!

Грубо ухватив мой подбородок, мне приподняли голову и одновременно надавили на челюсть, вынуждая разомкнуть зубы. Попытка отвернуться, ни к чему не привела, и тогда я решила сделать по-другому.

Где-то там не на жизнь, а насмерть, с чужой волей сражался Дэрин. Догадалась об этом по заминкам в речи главдемона. Заметила на секунду прояснившийся взор. Доля мгновения, но достаточно, чтобы понять Дэрин еще здесь, и ему требуется помощь.

Я не стала противиться. Напротив, подалась к нему, принимая поцелуй. Ответила, со всем жаром, чувствуя такие знакомые и желанные губы. Выгнулась, инстинктивно прильнув всем телом к горячему твердому мужскому телу, определенно желающему меня.

Это он. Мой истинный. Он все еще там. Я обещала ему сохранить себе жизнь. Я это сделаю, но без него у меня ничего не получится. Я не смогу жить, если потеряю его насовсем. Не могу позволить владыке спалить ему мозги, сжечь душу осознанием того, что наделал.

Поцелуй вдруг прекратился. Дэрин чуть отстранился и замер с закрытыми глазами, а я почувствовала, как напряглись все его мышцы, стали стальными под моими ладонями — он уже не держал мои руки, а я принялась гладить его плечи.

— Я люблю тебя Дэрин. Всегда любила, еще до церемонии. Мне не важно, истинный ты или нет. Я не хочу жить без тебя. Спаси меня, пожалуйста. Вернись. — мой голос сорвался до едва слышного шепота.

Я поняла, еще слово, и я просто разрыдаюсь.

Дэрин медленно открыл глаза, и наши взгляды встретились. Затем он посмотрел ниже и рвано втянул воздух.

— Мари... — На его лбу выступили бисеринки пота. — Я не...

— Все хорошо. Поцелуй меня. Пожалуйста.

Заминка, и Дэрин все же потянулся ко мне. Его губы осторожно коснулись моих. Не знаю, сколько времени мы целовались, но теперь это был он и только он. Мы точно пили друг друга, как перед разлукой. Нежность давно уступила место страсти. Руки Дэрина ласкали мое тело, которое охотно отзывалось на каждое уверенное прикосновение. Я задыхалась от нежности и любви к нему, позабыв о том, почему здесь оказались и зачем.

— Я твой и всегда был только твоим, Мари, — шептал истинный, гладя мое лицо, плечи, руки. Опаляя чувствительную кожу россыпью обжигающих поцелуев. — Закрой глаза, любимая. И не открывай, ладно?

Я повиновалась, ожидая чего угодно. Готовая ко всему, но Дэрин вдруг откатился в сторону. Исчезла приятная тяжесть, родной запах теплого тела. Разом стало как-то холодно, и неловко от ощущения собственной наготы.

— Дэрин, что ты задумал? Где ты?

Не выдержав, распахнула веки. Истинного нигде не было, но дурное предчувствие сдавило горло, мешая дышать. Позабыв о стеснении, бросилась в сторону, где среди деревьев виднелся мужской силуэт, стоявший ко мне спиной. Я вдруг поняла его задумку.

— Дэрин, нет! — заорала во всю мощь легких и бросилась к нему. Прошептала срывающимся от черного горя голосом: — Зачем?!

Он обернулся, и последний его взгляд, обратился на меня. Исполненный боли и стекленеющий на моих глазах. И улыбка, которая так не вязалась с этим взглядом.

— Я не должен был ему позволить. Прос. ти. — Дэрин осел на колени, а затем завалился вперед.

Обеими руками он сжимал рукоять черного кинжала — магического и ужасно похожий на его черный меч. Он точно так же растворился клочьями магического тумана в тот же миг, когда я оказалась рядом, а пальцы истинного разжались. Из раны на груди толчками выплеснулась алая кровь.

— Что ты наделал! Как ты мог меня бросить! — орала я ему в лицо, сжав голову ладонями и прижавшись лбом ко лбу.

Серебряный свет, полился сквозь пальцы неожиданно. Медленно выпрямившись, отняла руки и увидела, как на виске Дэрина завиток за завитком прорисовывается ай'рэ. Не нужно было зеркала, чтобы понять, тоже самое происходит и со мной. Я чувствовала ласковое покалывание электричества на коже.

О, Эфир.

Я должна спасти истинного. Дэрин убил себя, чтобы защитить меня от владыки. Чтобы не позволить ему совершить ужасные вещи. Я не питала иллюзий, какие именно. Но я не могу позволить моему истинному покинуть меня дважды.

Вскочив, заозиралась. Нужно было срочно оказать первую помощь, пока еще в теле теплится жизнь, но у меня совершенно ничего не было. Разве что порвать на бинты штаны Дэирина, но вряд ли это поможет. Спохватившись, руками зажала рану и крепко зажмурилась, не давая себе сорваться в панику. Нужно было думать и думать быстро. Счет шел на мгновения.

Внезапно в голове голосом мамы зазвучали напутствия. Мне всегда казалось, что я никогда не запомню все эти лекарские тонкости, но нет. Что-то да осталось. Собирая по крупицам все знания, я принялась за дело. Пусть с двадцатого раза, но сумела наложить магическую повязку, остановив кровь. Погрузила Дэрина в стазис, замедлив все его жизненные процессы и даже залатала брешь на ауре. Магическое оружие вредит и ей тоже, а уж свое собственное приносит вдвое больше вреда. Так запросто можно лишиться магии.

Сделав все возможное и невозможное, упала на Дэрина сверху и разревелась. Принялась орать обвинения, использовала все дурные слова, которые подхватила у тети Бесси, а к ним добавила те, что узнала от инструктора Рифта.

Стало легче. Пришло опустошение и одновременно холод, которого я не замечала раньше. Истощение, отметила походя. Астрал ведь тоже забирает силы, а я понятия не имею, как отсюда выбраться. Остается надеяться, что за мной придут, как и обещал Дэрин. Я свернулась калачиком возле истинного и громко стуча зубами, проклинала владыку, безвозвратно лишившего меня в том числе и одежды.

Владыка!

Вот кто виноват во всех моих горестях с самого начала. И Дэрин ему понадобился лишь потому, что только через него он мог добраться до дочери Эфира. Но он заперт и не может прикоснуться ко мне сам, и навредить как-то еще — тоже.

Я — Данаостро. Я сильная. Я демоноборец.

— Я — дочь Эфира! — решительно встала на ноги и осмотрелась.

Нужно было действовать быстро, пока астрал не высосал меня до капли. Искать долго не пришлось. Все пространство странной пещеры было не больше нашей «Пятерки», даже меньше. Стоило вернуться на тропу, и я увидела возвышение, на которое вела неширокая лестница, опоясывающая странное строение, расположенное у корней толстого и самого уродливого во всем этом уродливом лесу дерева.

Вокруг там и сям торчали каменные стелы, на которых мерцали магические символы, а на самом верху я увидела что-то округлое, на котором выделялись два темных силуэта. Опять яйцо?!

— Хана твоим яйцам, владыка! — угрожающе прошипела я и направилась прямиком к возвышению.

Стоило подняться по лестнице, как мне на голову обрушилось еще одно откровение. Вот что имел ввиду Дэрин, когда сказал, что увиденное здесь может меня шокировать. Так и вышло.

— Папа?

Вот почему Андрес Данаостро так долго не возвращался. Он просто не мог!

С ужасом уставилась на половину тела, погруженную внутрь кокна и руки, которыми отец держал владыку. Дрожащими пальцами я прикоснулась к поросшему щетиной подбородку, провела по губам, отмечая, что отец жив и дышит. Но глаза его остались закрытыми, и на меня он никак не отреагировал. Резко втянула сквозь зубы воздух, и медленно повернула голову, посмотрев на второго мужчину.

Владыка оказался невероятно красивым. Нижнюю часть лица и все остальное можно было бы назвать совершенным, и даже золотая маска, закрывающая его глаза поражала красотой. А еще у него были крылья, как у ангелоса. И если бы не маска, его можно было бы принять за такого же, как мы.

Губы владыки искривились, стоило ему заметить мое внимание.

— Дочь Эфира? — в вопросе мне послышалось опасение.

— Ты ждал меня, владыка? Вот она я. Целуй! — я снова окутала тело золотым сиянием, только на этот раз все было совсем по-другому.

В гладкой поверхности кокона, я видела свое отражение, размноженное в похожих на пчелиные соты сегментах. Золотой доспех скрыл мою наготу, в глазах полыхнуло расплавленное золото, а за спиной разворачивались сотканные из света огромные крылья.

Мельком отметив все изменения, я потянулась к владыке, и под моими ладонями кокон вспыхивал золотом, проминаясь, точно воск. Владыка задергался, но не мог покинуть ловушку. А я склонялась ниже и ниже к идеальным губам.

Можно было его уничтожить и менее изощренным способом, но мне хотелось именно так. Отплатить той же монетой. За отца, за Дэрина, за тетю, за себя и всех, кому твари принесли горе в этой войне

Мои губы коснулись идеальных губ владыки демонов. Холод. Жар. Крик на грани сознания. Тишина и пустота. Я открыла глаза...

Передо мной больше никого не было. Оболочка кокона развалилась на тусклые, словно закопченные дымом куски, среди них мерцала золотая маска, а рядом бесформенной грудой свалился отец. Мне не нужно было никаких доказательств, что владыки больше нет. Это знание точно пришло свыше. Как и то, что я все правильно сделала.

Осмотрев командующего Данаостро, я сделала вывод, что он цел, но сильно истощен. Критически. Положила его голову себе на колени и, гладя его по спине и спутанным, отросшим волосам, не сдерживаясь плакала.

— Марэна? — неожиданно Андрес Данаостро вперил в меня осмысленный взгляд. — Дочка, ты. здесь?!

— Да папа, — часто-часто закивала головой, орошая постаревшее лицо. — Я.

— Что ты здесь делаешь?!

— Я — ангелос, — невпопад похвасталась я и улыбнулась.

Кажется, отец упал в обморок от этого известия. Ну или просто у него закончились силы, я так и не поняла. Этот факт мне напомнил о лежащем в лесу Дэрине. Мне не хотелось отставлять его там, но и бросить отца без присмотра я не могла.

— Я сейчас, папочка, — осторожно уложила его голову на землю и встала.

Помня, как ловко Дэрин управлялся в бою всего одним крылом, от души взмахнула собственными, пытаясь освоить новый способ передвижения, но вместо полета у меня получился гигантский прыжок, который закончился в миллиметре от корявого ствола. Еще немного, и я бы стукнулась лбом и наверняка сломала бы себе шею.

Ужас! Уничтожить владыку демонов и самоубиться об дерево. Бррр!

Охая, поднялась с колен и вскрикнула от боли, пронзившей все тело. Приложилась я об землю знатно. Что-то подсказывало, не обошлось без повреждений. Сил и терпения хватило только на то, чтобы перетащить тяжеленного Дэрина к постаменту. И все же я еще раз рискнула использовать крылья, на этот раз совсем осторожно, и затащить истинного наверх. Отец так и не пришел в себя, а мне окончательно подурнело.

Уложив двух любимых мужчин поближе, расположилась между и взяла обоих за руки. Не знаю, сколько времени я провела в таком положении, но мне удалось уснуть. Разбудил какой-то шорох. Вокруг было намного темнее, чем раньше. Теперь весь свет исходил от каменных стел, но его едва хватало, чтобы видеть очертания предметов.

Что-то снова зашуршало в листве у самого подножья возвышения, именно этот звук меня и разбудил. Привыкнув к тому, что здесь никого кроме нас больше нет, я как-то думать позабыла о тварях, но они не сдохли со смертью владыки, вопреки моим надеждам.

Именно тварь я увидела, осторожно выглянув вниз. Я старалась двигаться бесшумно, то демон меня заметил. Зашипел, обнажая острые белесые зубы на безглазой, точно смазанной морде.

Это был кто-то из падальщиков. Тех, кто лучше прочих чует чужую боль, слабость или болезнь. Мне запомнилось из учебников, что такие виды не ходят по одиночке. Значило ли это, что целая стая нашла вход в улитку? От такой мысли стало не по себе.

Лучше бы вход в улитку нашла помощь. Где обещанная подмога? Может, Дорн предатель, и заодно с Кинроем? Тогда нас и вовсе не ищут. Скорее всего уже обвинили во всех грехах и оставили на произвол судьбы.

Что ж, на месте злодеев, я бы поступила так же.

А значит надеяться надо только на себя. Форма ангелоса далась мне без особенных усилий, в руке сформировался тонкий золотой клинок — этих тварей я целовать не собиралась.

Внезапное нападение со спины могло закончиться фатально, даже если бы падальщики не смогли ко мне прикоснуться, то я банально свернула бы шею. Спасли меня крылья. Инстинктивно расправив их, я затормозила падение, а вот напавший не выдержал прикосновения к дочери Эфира и растворился с визгом в воздухе.

Стоило коснуться ногами земли, как на меня набросились со всех сторон. Твари дохли пачками. Некоторые от моего клинка, но намного больше было тех, что просто ударялись об меня в попытках укусить и умирали. И все бы ничего, но они сбивали с ног, впивались клыками, таскали меня как тряпичную куклу, благо мой новый золотой доспех берег не хуже настоящего, но все эти смертельные игры мне изрядно надоели, даже при условии, что больше одного раза меня не могли задеть.

Да они меня просто задавят массой! Достаточно кому-то тяжелому сдохнуть прямо на мне, и я просто не вылезу, а остальные потрываяют мне все выступающие части, даже если сами при этом не выживут. А потом доберутся до папы и Дэрина.

Нафантазировав столь безрадостную кончину, зарычала почище всех вместе взятых тварей. Разбросав нападавших компрессионными ударами, взлетела над землей и зависла в воздухе в нескольких метрах. В этот момент я и увидела, что парочка падальщиков действительно подбираются к моим мужчинам. Прикончив их на расстоянии, я почувствовала, что силы меня покидают. Скольких бы я ни уничтожила, прибывали все новые. Что же делать?

Я поступила единственным разумным способом — воспользовалась советом Дэрина. Вернувшись на постамент, подтащила мужчин ближе друг к другу, чтобы уменьшить размеры защитной сферы, которую собиралась создать. Так будет проще ее поддерживать.

Пока возилась, наткнулась на золотую маску владыки, которая так и лежала на прошлом месте. Что-то заставило взять ее в руки, и я мгновенно ощутила прилив сил. Это же артефакт усиления. Древний! Вот зачем демонам эти маски. Я сомневалась только мгновение, а затем приложила ее к лицу.

Прилив магических сил, пришелся как нельзя кстати, да и в астрале я ощутила себя немного комфортнее. К моему удивлению, маска не закрывала обзор, напротив, позволяла намного лучше видеть в темноте. Окружить нас троих защитной сферой получилось с первого раза, и вовремя. В пещере появился кто-то пострашнее падальщиков. Оболочка сферы затемнилась, спасая нас от чего-то ужасного. Я вздрогнула, почувствовав, как при этом меня стремительно покинула внушительная порция магии — приходилось постоянно подпитывать сферу.

Новый удар. Какое же отвратительное чувство! И это каждый раз испытывал Дэрин, сражаясь за меня там, в самом начале нашего пути?

Я повторила пальцем завиток на виске истинного. А затем прикоснулась губами к холодным губам.

— Не волнуйтесь, я справлюсь. Обещаю! Я все выдержу. Я ведь — Данаостро...

Приняв позу для медитации, полностью сконцентрировалась на нашей защите, готовая держать ее до последней капли магии.

Эпилог

Вспышка.

— Они здесь! — чей-то голос донесся точно из трубы.

Крики, звуки схватки, рычание демонов, ругательства. Я все слышала, но игнорировала, на остатках воли поддерживая защитную сферу.

Вспышка.

Звуки боя раздавались совсем рядом.

— Это Марэна, ерр Данаостро и ерр Штарн! — зычно выкрикнул мужской голос.

— Сюда! Срочно лекаря, — вторил ему женский, смутно знакомый. И ближе: — Мари ты меня слышишь?

Новая вспышка никак не хотела исчезать, а слепила глаза, тем самым лишая остатков сил.

— Мари, сними защиту! Все, родная. Все кончилось.

Я не верила демону с голосом Дилайлы. Это уже было не первый раз, когда меня хотели обмануть, притворившись кем-то знакомым. Но Дилайла... Она же в госпитале.

Вот только сил поддерживать сферу совсем не осталось. И я со стоном открыла глаза. Вокруг все пространство было залито светом, от мельтешения крыльев и сияния магического оружия закружилась голова. И на меня действительно смотрела Рыжая, только одетая в доспех демоноборца.

— Марэна, все. Все, детка. Мы здесь, мы пришли. Не трать силы понапрасну.

Даже если бы я и хотела потратить еще немного сил, то обморок мне не позволил. Я попросту лишилась чувств. В следующий раз, я пришла себя, ощущая легкий аромат духов и что-то мягкое щекотало мне щеку. Дилайла сидела, положив мою голову себе на груди и пыталась что-то влить в рот.

— Давай, детка. Ты молодец. Все сделала, как надо. Справилась. Теперь можно расслабиться, — ласково уговаривала она, гладя меня по волосам. Глотни, это поможет восстановить силы. Ты почти иссушена. Ну же!

Кажется, я и правда вижу демоноборцев. Настоящих. Сфера развеялась, но Дилайла меня не пыталась убить. И сама никуда не исчезала. Все же настоящая. Сознание шевелилось вяло.

— Дэрин? — пересохший язык едва шевелился во рту.

— Жив твой истинный. Пока. Но нужно убираться и срочно.

— Эй Дилайла, ты что на девушек переключилась? — протрубил поблизости голос Дорна.

— Не пойти бы вам на х.р, командующий! Выводите лучше нас отсюда! — огрызнулась Рыжая, легко подхватывая меня на руки.

— Схема выхода: три-пять-два! — гаркнул декан Дорн где-то впереди.

Рывок. Меня замутило, и я провалилась в черноту, а следующее мое пробуждение было не в пример приятнее.

— Ты самая красивая, смелая и самоотверженная девушка в мире, — Дэрин пальцем повторял завитки ай'рэ на моем виске.

Его улыбка заставила улыбнуться и меня тоже.

— Привет! Какой чудесный сон или бред. Не знаю, что, но мне нравится, — я прикрыла глаза и потянулась за поцелуем, который не преминул последовать.

Дэрин нежно касался губами, словно впервые исследуя мои губы, и от этих легких, почти целомудренных прикосновений замирало сердце.

— Кхм-кхм! — раздалось сухое покашливание.

— Прошу прощения, ерисса Данаостро.

Моя кровать скрипнула, когда истинный поднялся.

— Я и так на это согласилась только ради ее спокойствия, но не забывайте, ерр Штарн, здесь королевский госпиталь, а не...

— Мама! — я вскочила с радостным визгом и бросилась Ниаре на шею. — Это же не сон, да? Ты правда здесь?

— Не сон, родная, — мама погладила меня по спине. — Но тебе все же лучше прилечь.

Крепко поцеловав меня, она помогла мне вернуться в постель, хотя я себя чувствовала абсолютно нормально.

— У меня что-то серьезное?

— Уже нет, но я еще понаблюдаю за тобой день или два.

Я обернулась, обнаружив одетого, как и прежде только в штаны истинного, на груди которого была широченная повязка.

— О! Как ты? — оторвавшись от матери, потянула к истинному руки, и он тут же шагнул ближе, стиснул мои ладони.

С удовольствием я отметила, как засеребрился ай'рэ на его виске.

— Прекрасно. Заново родился, благодаря ериссе Данаостро. И тебе, любимая.

— То есть вы оба утверждаете, что это Марэна тебя залатала? Не Андрес? — удивленно подняла брови принцесса.

Плохо сделал да? — поникла я.

— Напротив! Я. Я не знаю, что и сказать, дочь. Из тебя получился бы отличный лекарь. Может, все-таки пройдешь Двери Судьбы снова. Я так мечтала учить тебя лекарскому мастерству. Уверена, папа сможет уговорить Ксандра дать тебе такую возможность вне очереди.

— Нет, мама. Я уже решила. Я демоноборец, и тут ничего не попишешь.

Мы еще поболтали, пока маму не позвали к другим пациентам. Поцеловав меня на прощание, она обещала забегать в любую свободную минуту, и ушла, оставив нас с Дэрином одних.

Зря она это. Наш разговор наедине не продлился слишком долго, и мы все-таки превратили королевский госпиталь в колыбель порока и разврата. Ну а что? Кровати здесь поистине королевские, и ванная комната тоже. Ждать другого особенного случая ни у меня, ни у Дэрина больше не было терпения. Слишком уж многое мы пережили, чтобы разбрасываться отведенным нам временем. Слишком хотели этой близости. Слишком рады были возвращению ай'рэ.

Сумасшедшие, страстные поцелуи, покрывали каждый сантиметр моей кожи. Разжигая пожар в сердце. Я тонула в лавине нахлынувших чувств. Дэрин пил мои стоны, шептал что-то нежное. Я задыхалась от нежных прикосновений, которые с каждым мигом становились все более страстными и уверенными. Мы выплескивали всю боль, что пережили. Залечивали друг другу душевные раны. Любили так, что разрывалось сердце.

Я вцеплялась пальцами в его плечи, когда мы становились одним целым. Кусала губы, сдерживая крики. Умирала и возрождалась заново.

— Моя. Моя истинная, — шептал любимый, стискивая меня в объятиях.

— Мой истинный.

Мы лежали в обнимку не в силах оторваться друг от друга, и отсчитывали секунды, когда наше уединение нарушат.

— Уникальный случай, о котором я раньше слышал только в легендах. Что-то снова изменилось в этом мире, — констатировал мой истинный. Мой мужчина.

— Наверное, Эфир наградил нас так за победу над владыкой?

— Наверное, — Дэрин снова потянулся к моим губам.

Удивительно, но до самого вечера нас никто так и не побеспокоил.

Потом Дэрин лично принес мне ужин и покормил с рук кусочками спелых фруктов, когда явились визитеры. Это была тетя Бесси в компании Эрика Сноустрома. Шумные, с букетами и сладостями из нашего любимого «Бисквита». Тетя невероятно красивая, и в новом платье, которая подчеркивало ее все еще пышную, но гораздо постройневшую фигуру. От них я узнала, что мы в госпитале уже пятый день. А еще о советнике Кинрое.

— Мы не ошиблись, Марэна. Вонючий косорог Кинрой сначала заразил тебя демоном, использовав в качестве переносчика собственного сына, а затем заставил выпустить тот порочащий тебя выпуск, надавив на владельца типографии.

— Так это случилось, когда Юрг держал меня на руках? Именно тогда демон уныния проник в меня? Но как Кинрою это удалось и для чего понадобилось? Неужели все ради помолвки с Юргесом?

— Да, Мари. Но не только.

— Кинрой был заражен. Принял демона-симбионта. Добровольно, — пояснил Дэрин, который частично был в курсе всей этой дурно пахнущей истории.

— Проблемы с дудхестами в городе?

— Его рук дело. Но он не сразу сообразил, что выдает себя. Только после нескольких громких случаев связал это с собой, — подтвердил Дэрин.

Оказывается, я была права, вот почему на него реагировали дудхесты.

— Эфир... Какой ужас! И все ради власти?

— Симбиоз с тварью давал ему расширенные полномочия, вдобавок он использовал свое положение, чтобы все вызнать о владыке. Но мы провели расследование и узнали, что именно он убил демоноборцев на посту и пытался разрушить кокон с помощью особого ритуала, что почти удалось. Дорн старался усыпить его бдительность, и даже выдавал частично информацию, чтобы заставить его проявиться. Сначала Кинрой поверил, но потом что-то заподозрил.

— Поэтому он решил избавиться от декана?

— Именно. Он методично избавлялся от верных Оллану людей, но к счастью, у него не слишком хорошо получалось. Его сын Юргес предупреждал нас заранее о его планах. Парень верный подданый своей страны и хороший демоноборец. Ему ужасно не нравилось то, что задумал отец, — нахмурился Дэрин.

— Бедный Юргес! Он не заслужил подобного, — я искренне посочувствовала другу.

— За сотрудничество он попросил, чтобы его отца оставили в живых. Ерисса Кинрой не перенесла бы смерти мужа. Потерять одновременно отца и мать. Он бы винил себя до конца жизни, а страна лишилась бы перспективного демоноборца. Мы пообещали оставить советника в живых, но ему грозит пожизненное заточение в поместье после того, как его здоровье пойдет на поправку.

— Так он что, тоже здесь в госпитале?

— Именно! Оллана едва удержали, чтобы он не прикончил несчастного.

— Дядя? — мне было сложно представить короля в подобной роли.

Мне казалось, он ни за что не станет пачкать руки сам.

— Кинрой шантажировал его самым святым! — тетю прямо распирало от негодования. — Как только осмелился! — она прошипела что-то невнятное, но бросив косой взгляд на Эрика сдержалась.

— Так что же он еще натворил? — мне было ужасно любопытно.

— Когда план освободить владыку сорвался, он не стал спешить с новой попыткой. Напротив, увидел в ситуации иные перспективы и решил играть по своим правилам, тем более что симбионт подчинялся ему и давал возможности управлять тварями, — пояснил мой истинный.

— Откуда ты знаешь?

— Командующий Дорн заподозрил его в этом и попытался втереться в доверие, якобы чтобы поддержать смену власти. На деле, он все докладывал дяде Оллану.

— Но почему Кинроя не арестовали сразу, ведь у вас были все доказательства.

— По личной просьбе короля. Советник действительно шантажировал его.

— Чем?! — я не могла представить, что такого придумал советник, чтобы вынудить дядюшку плясать под его дудку.

— У него в руках был весомый козырь — истинная короля Лигирии, моя пропавшая племянница, — ответил Эрик.

— О... — я потеряла дар речи.

Не может быть! Значит дядя прошел ритуал, только тщательно это скрывал ото всех. Ото всех, кроме советника, которому доверял.

— Нам вместе удалось узнать, где он ее держит и освободить.

— Какой ужас! — я представила, чего натерпелась бедная девушка. — Он не.

— Нет. Он не обижал ее, но все равно хорошего в этом мало.

— Значит, дядя скоро женится, а у нас появится королева?

Тетя погрустнела

— Раньше все было бы именно так, но теперь. Она столько пережила, что никому не доверяет.

— Луара отправится домой к родителям. Она совсем юное создание, сейчас ей будет лучше с родителями. Ну а его величество сможет навещать ее, когда захочет.

— Что ж. В любом случае, я рада, что вам удалось раскрыть это дело и вернуть племянницу, Эрик, — мягко кивнула я. — Эфир. Сколько же всего произошло. Наверное, вы тоже вернетесь на север?

— Я бы уехал, но Бесси не хочет переезжать в «эту заледеневшую задницу мира», — он бросил коварный взгляд на тетю.

— А с каких это пышных булочек я должна последовать за тобой на север, хвостатый ты волчище?! — возмутилась Бессигера Маурштейн, уперев руки в бока.

— Потому что так положено хорошей жене.

— Же... Что? — тетин голос сорвался на писк.

— Собирался сделать это более торжественно, но. — вздохнул Эрик и, воззвав к Эфиру, произнес традиционную формулировку предложения:

— Бессигера Маурштейн, согласна ли ты разделить долю истинной со мной? — он протянул ей футлярчик с колечком.

Истинной? Такое предложение позволительно делать только той, кто носит на виске ай'рэ! Я с подозрением уставилась на Сноусторма, пытаясь понять, он всерьез или это такая изощренная издевка. Хотя, с чего бы ему вдруг так издеваться. Неужели решил отомстить за школьные годы и поведение первой красавицы? Но это же низко!

— Я. Но. — тетя совсем растерялась и коснулась виска, где были замаскированные магией шрамы от ай'рэ.

В ее глазах блестели слезы. Одна за другой слезинки скатились по щекам.

— Да что же такое! — Сноусторм бросился к ней и крепко обнял, заглушая рыдания объятиями. — Я ведь люблю тебя всем сердцем. И ни на миг не забывал все эти годы. Я даже в храм Эфира не ходил, потому что Бесси, ты моя истинная, и точка! Это понятно?

Могучий северянин отстранил ее от себя и встряхнул, а затем сграбастал за руку и напялил колечко.

— Вот так!

После он притянул ее к себе и поцеловал.

— Смотрите! Это же ай'рэ!

Не выдержав, я завизжала и подпрыгнула. Меня поймал на руки Дэрин и крепко стиснул в объятиях. Зажав рот ладошкой, я тоже разрыдалась от всеобъемлющего счастья, которое переполняло меня.

— Нет, в этом мире точно что-то изменилось. — покачал головой мой истинный.

Тетя и дядя оторвались друг от друга. Бессигера потянулась и коснулась виска Эрика.

— Я. Ты. О, Эфир! — воскликнула она и упала вы обморок весьма вовремя.

В этот момент зашла мама и, всплеснув руками, бросилась оказывать ей первую помощь.

Три недели спустя

— Дэрин Штарн, готов ли ты взять ответственность и принять в свои руки судьбу своей истинной Марэны Данаостро. Обещаешь ли беречь до конца жизни?

Готов! — не сомневаясь ответил мой истинный.

— Марэна Данаостро, готова ли ты поручить свою жизнь и судьбу своему истинному, Дэрину Штарну?

— Готова! — выдохнула я.

Удовлетворенно кивнув, знакомый уже мне жрец обратился к следующей паре.

Мы с тетей решили сыграть двойную свадьбу. Ерисса Сантьяго совершила чудо, успев пошить нам самые шикарные платья к сроку. Эрик и Бессигера не соригинальничали, и ответили жрецу столь же лаконично.

Красивым баритоном жрец затянул брачное заклинание, связывая нас вечными нерушимыми узами. Нас овеяли его веера, из колодца взметнулись цветные ленты, сплетаясь в причудливые узоры. На миг я испугалась, чтобы Эфир ничего не перепутал, но божество и без нас знало, кому кто предназначен.

Порыв ветра взметнул подолы, обдавая лица свежестью, проясняя мысли.

— Я люблю тебя, Дэрин.

— Я люблю тебя, Мари.

Ленты рухнули вниз, оплетая наши запястья и лодыжки, ярче вспыхнули ай'рэ, чтобы проявиться и на правых висках тоже, подтверждая истинность нашего брака. Мы вольны будем носить это украшение или скрывать. Улыбнувшись, мой муж меня поцеловал так, что подкосились коленки, и жар хлынул к лицу и низу живота.

Рядом целовалась тетя Бесси, и ее северный волк хвостатый совершенно не стеснялся.

Затем настало время поздравлений и подарков. Первыми подошли дядя Оллан с невестой. Эфемерной и прекрасной Лаурой, поражающей особенной северной утонченной красотой. Девушку привезли на праздник родственники. Будущая королевская чета выглядела удивительно гармонично невзирая на разницу в возрасте. Оба не скрывали ай'рэ на висках. И мне было приятно, как девушка украдкой посматривает с восхищением на истинного.

И не удивительно, ведь именно дядя первым ворвался в место, куда ее заточил советник, да еще и схлестнулся с ним в поединке, когда тот попытался убить Лауру.

Они с дядей внезапно приняли решение заключил помолвку сегодня же, а кто отказывает королям? Так что праздник обещал быть не двойной, а тройным.

Я прыснула в кулак, услышав тихое ворчание жреца о сверхурочных. Но на самом деле паренек был доволен.

— Дядя, — я поцеловала короля в щеку. — Я так за тебя рада.

— Прости меня, племяшка. Я ничего не мог поделать...

— Давно простила, — я еще раз стиснула его в объятиях.

Затем к нам подошли мои папа и мама. Папа выглядел намного лучше, чем раньше, хоть пока и опирался на трость. От его взгляда я едва не расплакалась, воспоминания о том страшном дне еще не стерлись, оставив вечные шрамы на моем сердце.

— Моя девочка, мой храбрый демоноборец! Совсем большая стала... — шептал отец, и часто-часто моргал.

Гости потянулись чередой, мы не уставали принимать поздравления. Улыбки, объятия, приятные слова. Это было чудесно, но я считала мгновения, когда все закончится, и мы останемся с Дэрином вдвоем. С того самого раза в госпитале нам этого не удавалось. Родственники будто сговорились продлить нашу разлуку.

За родственниками нас поздравили друзья. Слегка грустная Амалия, мрачный и язвительный Кристобаль Прим, который сделал исключение и улыбнулся только на время пока поздравлял нас. Они с Ами скрыли свои ай'рэ и будто бы сторонились друг друга. Меня это немного встревожило. Дуртауэр как обычно улыбался во все тридцать два зуба и заинтересованно посматривал на северянок. Юргес выглядел слегка отрешенным и задумчивым, что со стороны выглядело как аристократическая холодность. Я могла его понять. Его отец вернулся домой, но длительная инвазия не прошла бесследно. Без симбионта, он сильно сдал.

Но вот остался лишь один человек в черном, который скромно дожидался в стороне почти не замеченным и подошел к нам, самым последним. Я отметила, как помрачнел мой истинный, как дернулись его желваки, и нехорошее предчувствие стиснуло сердце.

— Генрих?

— Ваше высочество, — посол Эгроса уважительно поклонился.

Поздравив нас и пожелав счастья и долгих лет жизни, он передал подарок от родителей Дэрина и конверт с письмом, после чего удалился, сославшись на занятость.

— Не откроешь? — поинтересовалась я сидя за столом.

Дэирин уже почти измочалил лаконичный прямоугольник с магической печатью.

— Думаешь, стоит?

— Это же твои родители.

У меня снова екнуло сердце. Почему-то правящая чета Штарнов отказалась приехать на нашу свадьбу, сославшись на затруднения в государстве. Я внезапно осознала, что я их никогда не интересовала.

— Дэрин, а почему мы справляем свадьбу не у тебя дома? Нет я рада, но ты даже не предлагал.

Я вспомнила споры тети с Эриком на эту тему. Главным аргументом тетя праздновать в Лигирии стала наша свадьба. Не ехать же нам всем королевским двором на Север. Так что северяне прибыли сами, я покосилась на разгулявшуюся длинноволосую толпу крепких мужчин и холодных женщин. Правда, весь их холод куда-то исчезал, стоило им улыбнуться.

— Если бы я задумал испоганить нам свадьбу, я обязательно бы так и поступил.

— Я не нравлюсь твоим родителям?

— Им не нравятся все, кроме той, что они выбрали. Но с этим еще можно как-то смириться, а вот с моим старшим братом — нет.

— А что с ним не так?

— Все. Начиная с того, что он некромант и заканчивая тем, что он ненавидит меня с самого моего рождения, — Дэрин смял конверт.

— Брр... Да открой же его! Лучше сразу узнай, что там написано, а то будешь маяться до конца вечера. Держу пари, там просто приглашение.

— Наверное, ты права, — со вздохом муж вскрыл черный конверт с серебряной надписью.

— Хм. Ты почти угадала. Это, действительно поздравление, подарок и. приглашение одновременно. Штарны приглашают нас в Эгрос.

— И чем это может грозить.

— Не знаю. Скорее всего, новыми приключениями.

Конец

Content

Черникова Любовь Мой истинный

Черникова Любовь Мой истинный Глава 1. В которой нехорошо подглядывать за ритуалами, или хорошо?..

Глава 2. В которой светятся ай’рэ

Глава 3. В которой воспоминания преследуют

Глава 4. В которой все платья — хороши

Глава 5. В которой последствия некультурного поведения

Глава 6. В которой танцуют даже те, кто не особенно хотел

Глава 7. В которой рождается еще один демоноборец

Глава 8. В которой найдутся поводы для радости и расстройства

Глава 9. В которой все немного волнительно

Глава 10. В которой магия растет, а репутация снижается

Глава 11. В которой все маги нужны одинаково

Глава 12. В которой академия встречает новичков

Глава 13. В которой открываются Двери Судьбы

Глава 14. В которой много неожиданностей

Глава 15. В которой то в жар, то в холод, то в ступор...

Глава 16. В которой поступает неожиданное предложение

Глава 17. В которой не все пути правильные

Глава 18. В которой весь ужас и очарование некромантской обители

Глава 19. В которой одно только очарование некромантской обители

Глава 20. В которой новая жизнь и новые знакомства

Глава 21. В которой новый инструктор по магическому бою и выживанию

Глава 22. В которой последствия инвазии бывают неожиданными

Глава 23. В которой все становится немножко прозрачнее

Глава 24. В которой весь кошмар ситуации

Глава 25. В которой новое задание

Глава 26. В которой место преступления

Глава 27. В которой поцелуй владыки демонов

Глава 28. В которой победа, поражение и новая должность

Глава 29. В которой маленькие девичьи радости и неловкости

Глава 30. В которой волнуются дудхесты

Глава 31. В которой охотничий сезон объявляется открытым

Глава 32. В которой оживают легенды

Глава 34. В которой сказание о дочерях Эфира

Глава 33. В которой здоровый образ жизни и нездоровые серенады

Глава 35. В которой тяжело в учении

Глава 36. В которой особый дар

Глава 37. В которой опасность искусства подсматривания

Глава 38. В которой польза искусства подслушивания

Глава 39. В которой почти непристойное предложение

Глава 40. В которой снимаются маски

Глава 41. В которой появляется надежда

Глава 42. В которой учение — свет

Глава 43. В которой маленькие победы точно лестница к одной окончательной

Глава 44. В которой чужое несчастье на пользу делу

Глава 45. В которой лучше дружить

Глава 46. В которой предлагают руку и сердце

Глава 47. В которой воля короля не обсуждается

Глава 48. В которой лицедейство на первом месте

Глава 49. В которой терпение и труд хорошие плоды дают

Глава 50. В которой открываются секреты

Глава 51. В которой пугающий взгляд демона и откровение

Глава 52. В которой посвящение адептов всегда немного больше, чем просто посвящение

Глава 53. В которой приключения на кладбище и за его пределами

Глава 54. В которой тайное становится явным

Глава 55. В которой расследование начинается

Глава 56. В которой очень жарко

Глава 57. В которой если вас съели, у вас есть два выхода

Глава 58. В которой полный конец

Глава 59. В которой владыка получил по... заслугам.

Эпилог

Конец