Старр Матильда

Прорицательница. Академия мертвых душ

Глава 1

– Полина, посмотри на расклад, – Жанна сидела за своим столом, мрачно уставившись в карты.

Я сразу же отложила в сторону телефон и внушительный перечень клиенток, записанных на завтра.

– Нужен свежий взгляд, – добавила она, словно извиняясь.

Я подлетела к ее столу, радуясь точно пятилетняя девочка, которую бабушка позвала пробовать начинку для пирога. Еще бы! Приятно, когда твоё мнение интересует такого серьезного человека.

– Запрос какой? – я скользнула глазами по картам.

– На отношения в семье.

– Понятно, – выдохнула я. Внимательно изучила карты, вспомнила всё, что читала по этому поводу, и уточнила: – Клиентка – женщина, да?

– Да.

– Ну, по-моему, тут всё ясно: муж ей изменяет! – отрапортовала я, старательно хмурясь. Но губы сами собой расплывались в довольной улыбке. – похоже, уже готов бросить…

Жанна кивнула. Видимо, она рассмотрела в раскладе то же самое. Да и как тут было не рассмотреть…

– А кто клиентка? – не удержалась я.

Конечно, это не моё дело, но ужасно хотелось продолжить разговор. Вдруг узнаю что-нибудь интересное? Да и вообще, любопытно же…

– Вы ей скажете? – я бросила взгляд на Жанну и осеклась.

Ее красивое, тщательно ухоженное лицо будто разом постарело лет на десять.

И тут до меня дошло.

Никакой клиентки нет. И не было. Жанна разложила карты для себя.

– Ой… – я поспешно отвела глаза, мечтая провалиться сквозь землю. При одном воспоминании о том, с какой радостью я только что вываливала на голову хозяйки свои выводы, щеки полыхнули огнем. – Простите… Может, тут всё не так однозначно? Давайте я ещё разок взгляну…

– Ни к чему. – Жанна быстро перемешала карты. Ее длинные тонкие пальцы мелко подрагивали. – Всё и так очевидно.

Настолько очевидно, что даже я справилась.

– Хотите, чай заварю? – тихо предложила я. – На травах…

– Не стоит, поздно уже. Ступай домой, Полина.

– Но я ещё не закончила…

– Ничего, с утра обзвонишь, перенесешь сеансы. Возьму выходной.

Её голос звучал непривычно глухо, будто слова давались с трудом.

Похоже, ей было просто необходимо побыть одной, и каждая секунда в моем обществе доставляла мучения.

– До свидания, – я выскользнула в коридор.

Быстро переобулась, схватила куртку и, выскочив из квартиры, аккуратно захлопнула дверь.

Я шагала по улице и никак не могла успокоиться. Злость на Жанниного мужа клокотала внутри.

Вот же козёл, бабник, урод!

Жанна – прекрасная женщина, умница, красавица и талантище. Один из самых крутых тарологов, да к ней на сеансы не попасть – записываются за два месяца!

А он не ценит. Все ценят, а он – нет!

К Жанне и Владимиру я попала случайно. И это, наверное, была самая счастливая случайность за последнее время. Вообще жизнь меня не то чтобы особенно баловала.

Родители погибли, когда я была маленькая, меня растила бабушка.

Бабушка… Теплые мягкие руки, запах пирогов и булочек с корицей, родной любимый голос: «Вот вырастешь и станешь знаменитым художником…»

Она умерла сразу после моего выпускного… И я осталась совсем одна. Совсем-совсем одна.

Почти месяц я бродила по опустевшей квартире, как потерянная. То плакала, то разговаривала с бабушкой, то лежала на ее кровати, обняв подушку и вдыхая родной исчезающий запах… Все валилось из рук, ничего не хотелось, даже рисовать.

Поняв, что еще немного, и я просто сойду с ума, я быстро собрала чемодан, сунула туда же кисти, краски, бумагу, подхватила папку с работами и поехала в столицу поступать на худграф.

Не поступила.

Возвращаться в свой городок не стала. От одной мысли, что я снова войду в нашу квартиру, где уже не бубнит телевизор, не пахнет пирогами, а бабушка не встречает меня на пороге, внутри больно сжималось.

Не могла я вернуться.

Поэтому сняла крошечную комнатку в коммуналке – район не особо благополучный, зато дешево – и начала искать работу в столице. Горничной, уборщицей – кем угодно. И вот тут мне повезло: первой же хозяйкой, к которой меня послало агентство, была Жанна.

Сначала она вызывала у меня благоговейный ужас. Нет, не потому что суровая или страшная. Наоборот. Темноволосая, белокожая, потрясающе красивая, она, казалось, только что сошла с мрачных готичных работ Тома Бэгшоу.

Но глаза…

Черные, как бездна, странные, пугающие. И взгляд такой пронзительный, словно она видит тебя насквозь.

Да и соседки подливали масла в огонь. При встрече с Жанной они отворачивались, крестились ей вслед, что-то бормоча. Однажды отчетливо донеслось: «Ведьма!»

Позже я узнала, что эти холеные дамочки, нестарые, в общем-то, да по идее и образованные – ведь не домик в деревне, а элитный жилой комплекс столицы! – периодически устраивали диверсии: обливали дверь Жанны святой водой, разбрасывали по коридору смесь из соли, гречи и мака. И вроде бы даже звали батюшку очистить дом от скверны.

Впрочем, со мной Жанна была всегда вежлива и доброжелательна, хоть ее вид иногда заставлял вздрагивать. С Владимиром, бледным невзрачным очкариком, я почти не сталкивалась: он исчезал до моего прихода и появлялся, когда меня уже не было.

Я убирала всю их двухуровневую квартиру, и лишь в одну комнату мне был вход заказан: в кабинет Жанны. Там она принимала посетителей, в основном, посетительниц. Я не раз видела, как они уходили от неё. Кто заплаканный, кто радостный и довольный.

Эта запретная комната ужасно меня интриговала. Так и тянуло подсмотреть хоть одним глазком, что там. Иногда я даже слонялась поблизости, подкарауливая момент, когда откроется дверь. Но увы…

Однажды Жанна остановила меня уже в прихожей.

– Сегодня убери в кабинете, – устало сказала она. Вид у нее был неважный. Наверное, плохо себя чувствовала. – Ничего не трогай и не переставляй, только смахни пыль и вымой полы. Поняла? Ничего не трогай.

– Да, конечно.

Я неторопливо повесила куртку обратно и зашагала по коридору, едва удерживаясь, чтоб не припустить со всех ног: любопытство просто распирало.

Приоткрыла заветную дверь, проскользнула внутрь и огляделась.

Люстра не горела. Мягкий желтый свет настольной лампы с пузатым абажуром ломался ослепительно яркими лучиками на гранях хрустального шара, растекался по гладкой столешнице, на углу которой стопкой лежали несколько колод карт. И постепенно рассеивался, выхватывая из полумрака глубокие кресла, плотно задернутые шторы и длинный приземистый стеллаж вдоль одной из стен.

А на нем – книги, книги, книги…

Самые разные: толстые, тонкие, с кожаными переплетами и с глянцевыми, высокие, низкие, современные и старинные. И все о картах Таро.

Одна из книг не стояла на полке, а лежала в кресле открытая, маня старыми потрепанными страницами. Словно хозяйка читала, а потом отвлеклась и ушла.

Славная картинка, теплая и уютная. Островок спокойствия, отрезанный от бушующей за окнами суеты…

Я щелкнула выключателем и принялась за уборку, с любопытством поглядывая на раскрытый пухлый томик. Наконец не выдержала, подошла поближе и остановилась в нерешительности.

С одной стороны, ужасно хотелось узнать, что там написано. С другой – велено ведь ничего не трогать.

Так я и не буду трогать, только посмотрю… Совсем чуть-чуть. Капельку. Никто же не узнает…

Здравый смысл упорно боролся с искушением. Но проиграл.

Я осторожно взяла книжку в руки, начала читать и… пропала. Хотя встречалось много незнакомых слов, захватывало куда сильнее, чем любой детектив. Карты, сочетания карт, значения… Примеры раскладов и того, что они обозначают.

Если порядок карт немного поменять, значение будет похожим, но уже другим, да ладно – совсем другим!

Разве можно такое изучить? Это же надо целым академиком быть, чтобы не только во всех сложностях разобраться, но и запомнить!

– Интересно? – внезапно раздалось за спиной.

Я испуганно ойкнула и обернулась. Жанна. Застукала меня прямо на месте преступления. Мало того, что не закончена уборка, так еще и нарушен строгий приказ ничего не трогать!

– Извините, пожалуйста… – залепетала я. Потерять работу совсем не хотелось. Но, кажется, было уже поздно. – Я сама не понимаю, как это произошло… Вы меня уволите?

– Ты не ответила, – спокойно сказала Жанна. – Интересно?

– Да, очень! – выдохнула я.

– Хорошо. Иди домой.

– Вы меня уволите?

– Что-то вроде того, – загадочно усмехнулась она.

На следующий же день в квартире появилась новая домработница, а мне Жанна предложила стать своей ассистенткой: вести запись клиентов, готовить всё к сеансам.

– По книжкам будешь долго учиться, – сказала она, пока грузчики вносили в кабинет еще один стол. Для меня… – А если и их читать, и смотреть, как я работаю, дело пойдёт быстрее. С некоторыми клиентками это не пройдет, но и оставшихся будет вполне достаточно для практики.

Жанна задумчиво помолчала и добавила:

– Единственное требование – никогда, никогда, ни в коем случае не прикасаться к моим картам. Купи свою колоду. Для начала достаточно и одной. Первую попавшуюся не хватай – выбери ту, что к сердцу ляжет.

Я так и сделала. А потом, когда заработала денег и купила подержанный графический планшет, нарисовала еще одну. Мне ужасно хотелось самой создать персонажей. Пусть даже и карточных.

Отнесла в типографию, отпечатала и с гордостью показала Жанне.

– Молодец! – похвалила она. – Колода вообще ведь интимная, а с этой у тебя будет крепкая связь. Станешь усердно учиться – через пару лет и меня переплюнешь.

Я порозовела от удовольствия. Хотя, конечно же, понимала, что до Жанниных знаний и умений мне как до луны.

За те полгода, что я проработала помощницей, Жанна стала мне почти родной. Единственный близкий человек в чужом городе, да что там – во всём этом чужом мире.

И вот теперь Владимир… Чтоб ему!

Придумывая страшные кары на голову неверного супруга, я не заметила, как свернула с ночной пустынной улицы в арку, что вела в небольшой двор перед общежитием, и даже почти проскочила ее.

Почти.

Потому что мгновенно очнулась, услышав тихое:

– Кончай его…

Машинально сделав еще пару шагов, я бросила взгляд вперед и похолодела. Прямо передо мной, на расстоянии четырех-пяти метров, двое избивали третьего. Еще один стоял рядом и лениво наблюдал за происходящим. Почти все окна общежития были темными. Люди то ли спали, то ли просто не вмешивались.

«Никто не поможет…» – вспыхнула паническая мысль. И погасла, оставив кислый привкус на языке.

Я сглотнула, чувствуя, как все внутри смерзается в липкий холодный комок, осторожно попятилась. Тихо, практически беззвучно, в спасительную тень, воняющую кошками, окурками и дешевым пивом.

Что делать?! В общагу не пройти, тут только один путь. Обратно к Жанне?

Тем временем нападавшие нагнулись над распростертым на земле телом. Один из них двинул рукой, и там, куда он ткнул, по светлой куртке начало расплываться темное пятно.

Ой, мамочки… Я выхватила из кармана телефон, дрожащими пальцами пробежалась по кнопкам и приложила к уху, напряженно вслушиваясь в длинные гудки.

Скорее, пожалуйста, скорее!

– П-полиция? Адрес… – быстро зашептала я.

И в ужасе вздрогнула, когда мой едва слышный шепот отразился от темных стен, заметался по арке, набирая силу, громом ударил по ушам.

Черт!

Наблюдатель насторожился, другие выпрямились, и все трое посмотрели в мою сторону.

В трубке что-то бубнили, но я застыла, стараясь не шевелиться. Может, в тени не заметят?

«За спиной освещенная улица. Да на ее фоне мой силуэт только слепой не увидит!» – пронеслось в голове.

И тут же стало страшно. Так страшно, как никогда в жизни.

– Что стоишь, Сипатый? Она наши рожи видела. Разберись.

Разберись? Что значит «разберись»?

Сипатый метнулся ко мне.

И время словно замедлилось. Очередная секунда мазнула синим тусклым светом по стене, упала на асфальт и раскололась со странным звуком. Или это упал мой телефон? Неважно…

Тело не слушалось.

Я хотела развернуться и рвануть прочь – ноги будто вросли в землю. Пыталась закричать что есть сил – из перехваченного спазмом горла вырвался слабый писк.

Еще секунда…

Черная туша Сипатого приблизилась вплотную, перебив арочную вонь кислым запахом немытого тела. Блеснуло лезвие ножа, испачканное чем-то темным.

Кровь?

Острая вспышка боли в груди – и наступила полная, непроглядная тьма.

Глава 2

– Давай, поднимайся, хватит разлёживаться, – кто-то меня будил, причём не слишком деликатно.

Я неохотно выплыла из забытья и озадаченно моргнула.

По-летнему высоко синело небо, прямо над лицом покачивалась залитая солнцем ромашка, и по ней, жужжа, полз шмель. Толстый мохнатый шмель в ярко-оранжевую полоску. Очень знакомая картина…

Моя картина! Я ее рисовала.

Этого шмеля я вообще увидела во сне. Давно, еще жива была бабушка.

Помню, проснулась тогда и сразу бросилась к мольберту.

Бирюзовая синь неба, залитая солнцем ромашка, а на ней – шмель. Толстый мохнатый шмель в ярко-оранжевую полоску. Акварель слегка растеклась, отчего казалось, что он шевелится и вот-вот взлетит.

– Как живой… – охнула сзади бабушка. – Даже лугом запахло…

«Шмеля» она вставила в рамочку и повесила у себя над кроватью.

Он был первым. Потом появились другие работы, и вскоре наша квартира напоминала картинную галерею. Я почти ничего не взяла с собой, когда уезжала. Только «Шмеля». Бабушка его так любила…

И теперь он нагло материализовался?

Я осторожно приоткрыла один глаз, потом другой. Шмель никуда не делся. Он по-прежнему сидел на ромашке. И жужжал, словно собирался вот-вот взлететь.

Нет, это просто бред какой-то.

Я что, попала в собственную акварель?!

Или все еще сплю? Вряд ли. Даже щипать себя за руку не надо для проверки: в спину ощутимо впивался какой-то камень, в груди жгло, будто под ребра воткнули раскаленный прут.

– Долго будешь еще валяться? – раздался недовольный голос.

Я села, поправляя съевший с плеча ворот. Кстати, что это за хламида на мне? Ночная рубашка?

Терпеть не могу ночные рубашки. Вечно запутываются и душат. Ничего подобного в моем гардеробе точно не было. Так откуда оно, черт побери, взялось?!

Я растерянно провела рукой по шероховатой ткани, похожей на отбеленный холст.

Поле вокруг казалось странно знакомым. Будто я когда-то его уже видела. А вот крупногабаритная девица, что сидела рядом на корточках, знакомой не казалась.

Широкое веснушчатое лицо, белая кожа, волосы светлые с рыжиной, будто выгоревшие на солнце…

Убедившись, что я её вижу и слышу, девица буркнула:

– Поднимайся, пойдём.

– Куда пойдём? Где я?

– Ты это… Умерла недавно, – сообщила мне девица.

Умерла? Перед глазами отчетливо нарисовался тёмный силуэт, пугающий блеск стали. Резануло острой болью в подреберье. Там, где и сейчас жгло. Меня убили. Зарезали. Это я хорошо помнила.

– …и теперь попала в другой мир, – устало и равнодушно, как о чём-то совершенно обыденном, договорила она.

Бабушка говорила, что после смерти ничего не заканчивается: ты просто переселяешься еще куда-то. Место, куда я попала, на ад не похоже. Никаких тебе чертей и котлов. Впрочем…

Так мы с ней теперь встретимся?

– И что, все умершие попадают сюда? Ну, в этот мир? – с надеждой спросила я.

Вдруг и бабушка здесь? Сердце заныло. Увидеть бы ее! И родителей… Хоть я их совсем не помню.

– Нет, – отрезала девица. – Только те, кому еще не исполнилось восемнадцати. Если, конечно, в академии есть места, а у тебя есть дар… В общем, очень мало кто попадает. Тебе повезло.

– Какой еще дар? И что за академия? – я пыталась сообразить, о чем идет речь. Но получалась плохо.

– Дар магический. А академия мёртвых душ. Ты тут будешь учиться. – Она почему-то хмыкнула.

Магия, академия… все это звучало странно и дико.

– Я твоя помощница. Бриззиной звать.

– Меня зовут Полина, – машинально представилась я. – Скажи, Бриззина, а…

– Хватит трепаться! – рявкнула она. – На все вопросы отвечу, только потом. А сейчас отведу тебя в твою комнату. Там будешь отсыпаться.

Идти никуда не хотелось. Вообще не хотелось шевелиться. Наоборот, тянуло упасть в траву и лежать, лежать…

Но не тут-то было. Обнаружив, что я не тороплюсь подскакивать и мчаться в какую-то там комнату, Бриззина ухватила меня под мышки и рывком поставила на ноги. Причем без особого труда: она оказалась на голову выше меня и изрядно шире в плечах. Такая и коня на скаку остановит, и по горящим избам прогуляется.

Мелькнувшую было мысль бежать в любую сторону, лишь бы не в ту, куда она меня тащит, я тут же отбросила. Во-первых, куда бежать? В чисто поле, питаться травкой и умываться росой?

Так себе вариант.

А во-вторых, крепкая девица всё равно с лёгкостью меня догонит и призовёт к порядку. У нас разные весовые категории, и сопротивление бесполезно.

Мы долго брели по полю, казавшемуся бескрайним. Никакой академией тут и не пахло. Вообще не похоже было, что в ближайших окрестностях есть человеческое жилье.

Я ужасно устала и уже открыла рот, чтобы взмолиться о привале, но тут…

Огромный замок появился, словно ниоткуда. Просто вырисовался в знойном, дрожащем над полем мареве, взмыл в небо острыми шпилями башен. Величественный, мощный… И одновременно странно воздушный.

Я застыла на месте, жадно рассматривая это чудо. Его трудно было отнести к какому-то определенному архитектурному стилю, скорее смешение нескольких… Но получилось нечто безусловно талантливое, завораживающе прекрасное. Романская основательность, массивные стены, тяжелые своды органично переплетались с готически устремленными ввысь узкими башнями и стрельчатыми окнами с ажурными решетками.

И все это создавало ощущение гармонии и удивительного покоя…

– Хватит зенки таращить, – ввинтился в уши противный голос, вырывая из оцепенения. – Быстро в комнату.

– Как я туда пойду? Я же не одета!

Я попятилась, но Бриззина быстро вцепилась в мое запястье и окинула меня насмешливым взглядом:

– А это на тебе что? Не одежда? Чай, не голышом ходишь.

– Больше похоже на ночную сорочку, – не сдавалась я, выдергивая руку.

– Один чёрт в замке почти никого нет. Занятия только послезавтра начнутся, тогда все и понаедут. А пока тут только заморыши да те, кто за ними присматривает.

– Заморыши? – переспросила я.

– Ну иномиряне, если тебе так больше нравится. Мы зовем вас заморышами…

Да уж, милое прозвище. Кажется, нас тут не очень любят.

– … Вы ж померли все. Как вас еще звать?

Я могла бы навскидку предложить несколько вариантов – куда менее оскорбительных, но озвучить их не успела.

– Пойдём! Уснешь же сейчас!

– Да я не…

– Пойдем! – прикрикнула Бриззина с таким свирепым видом, что стало ясно: не послушаюсь, поймает, перекинет через плечо и отволочет силой.

– Ладно, – поспешно согласилась я.

Мы прошли по совершенно пустому коридору, поднялись по такой же пустой лестнице, прошагали вдоль целого ряда одинаковых дверей. У одной из них Бриззина притормозила, решительно повернула ручку, и втолкнула меня в помещение, похоже на секцию в общежитии.

В небольшой коридорчик-прихожую выходили три двери.

За первой, справа, слегка приоткрытой, угадывалось что-то похожее на санузел. Прямо, в промежутке между двумя остальными стоял туалетный столик с зеркалом…

Зеркало! Я подлетела к нему и уставилась на своё отражение.

Там точно я? Может, кто-то другой? С этими переходами из одного мира в другой всякое может случиться.

Лицо было моё. Исхудавшее, осунувшееся, не слишком счастливое (да прямо скажем, перепуганное насмерть), но моё.

– Нашла время красотой своей любоваться, – хмыкнула Бриззина, распахивая одну из дверей, и кивнула: – Вот тут будешь жить.

Комната оказалась небольшой, но очень уютной. Слева кровать и шкаф, справа – столик и стулья, прямо – большое окно, задернутое кружевной шторой, сквозь которую весело лезли солнечные лучи. А посередине пола пушистый коврик.

Неплохо.

– Марш в постель, – скомандовала Бриззина. – И спи уже.

– Но я не хочу спать. И у меня столько вопросов!

– Проспишься – тогда и поговорим.

Она вышла и с громким хлопком закрыла дверь. Протопали шаги, за стеной что-то упало. Значит, мы живем рядом. Повезло мне с соседкой.

Я устало опустилась на кровать, возле которой аккуратно стояли белые тапочки. Зачем-то сунула в них ноги, вяло удивившись, что ступни чистые. Чистые! Несмотря на то, что я ходила босиком!

Куда, чёрт возьми, я попала? Что тут происходит?

Надо пойти к Бриззине и заставить ее всё рассказать об этом мире! А потом – в душ. Или в душ сначала, а потом заставить…

Додумать не успела: глаза сами собой закрылись, и я мгновенно провалилась в глубокий сон.

Глава 3

Не знаю, сколько я спала. Наверное, долго. Когда проснулась, за окном розовело раннее утро.

Меня слегка знобило и мутило, но разлёживаться в кровати я не собиралась. Грубиянка Бриззина обещала ответить на мои вопросы.

Я выскользнула в коридор и решительно зашагала к дорогой соседке. Проходя мимо зеркала, машинально глянула в него и отшатнулась. Белая хламида, растрёпанные волосы, круги под глазами… Ну чистое привидение!

Впрочем, вряд ли Бриззину это напугает. Она, похоже, вообще не из пугливых. Я постучалась к ней и приоткрыла дверь.

Бриззина сидела за столом и что-то старательно писала, от усердия прикусив губу.

– Доброе утро, – сказала я.

– С чего ты взяла, что тебе сюда можно заходить? – Во взгляде соседки особой радости не читалось.

– Ты сама обещала ответить на вопросы, когда проснусь, – я все-таки растерялась от такого приема. Хотя чего-то подобного следовало ожидать.

– Но не обещала, что буду делать это здесь.

– Можем поговорить у меня, – примирительно сказала я.

Друг за другом мы прошествовали по коридору в мою комнату. Я уселась на кровать, готовясь к долгому разговору, Бриззина же остановилась у порога.

– Значит, так. Ты умерла в своём мире и попала в этот. Домой ты не вернёшься, это невозможно. Категорически невозможно, даже не думай, что какой-то маленький шансик есть, – отчеканила она и развернулась, явно собираясь уходить.

– Эй, ты куда?

– Ну, сейчас начнёшь рыдать: «Ах, мои мамочка с папочкой, ах моя кошечка Мусечка, я вас никогда не увижу, что же мне делать, какая я бедная-несчастная», – пропищала она противным голосом. И своим собственным насмешливо добавила: – В общем, когда закончишь, позови меня, и мы продолжим. А смотреть на твою истерику я не нанималась.

Моя соседка и по совместительству помощница мне совершенно не нравилась. Больше всего хотелось послать её к чёрту, вытолкать из своей комнаты и поискать кого-нибудь другого, кто рассказал бы мне об этом мире. Да вот только где его взять, того другого?

– Не буду рыдать, – пообещала я.

– В самом деле? – Кажется, впервые она взглянула на меня с интересом. – А что так? Совсем бесчувственная, что ли?

Кто бы говорил!

– Нет. Просто у меня там никого не осталось. Ни родителей, ни бабушки, – я вздохнула. – И кошки тоже нет.

Есть Жанна. По ней я действительно буду скучать. Но Бриззине об этом знать необязательно.

– А, понятно…

Похоже, она снова потеряла ко мне интерес и теперь тоскливо поглядывала на дверь.

– Садись и отвечай на вопросы, – сказала я. – Или отведи меня к тому, для кого это не будет такой проблемой.

Бриззина поморщилась. Идея поискать мне другого объясняльщика ей явно не понравилась. Поэтому она прошагала в комнату, приземлилась на стул и кивнула:

– Ладно, спрашивай!

Разговор был непростым. Из чёртовой Бриззины всё приходилось тянуть клещами.

Но в результате кое-что я смогла выяснить.

В мире есть магия. Нас этой магии будут учить. Вариантов новой профессии не так уж и много: можно стать артефактором, боевым магом, лекарем или законником. Есть ещё и прорицательский факультет – Факультет Ясности. Но туда иномиряне не попадают.

Обычно судьбу студента объявляют уже в первый день, это здесь называется «разбор». Но в моём случае нужно немного подождать: ректор появится в академии только завтра.

К концу допроса в желудке ощутимо урчало.

– А здесь есть столовая или что-то вроде того? – поинтересовалась я.

– Есть, – ответила Бриззина. – Но откроется только тогда, когда начнутся занятия.

Ничего себе новости! А до того времени мне что, голодать?

– Сейчас поесть возможно?

– Да. Надо просто заказать, – равнодушно ответила Бриззина.

Просто?! Захотелось её хорошенько стукнуть.

– И как же это сделать? – теряя терпение, спросила я.

– Магически, – пожала плечами Бриззина.

И всё!

Желание стукнуть стало почти нестерпимым. Она наткнулась на мой красноречивый взгляд и нехотя заговорила:

– Представляешь блюдо, которое хотела бы съесть. Говоришь «заказ». Про себя, не вслух. И оно появляется. – Бриззина торопливо поднялась. – Все, на вопросы я ответила, пойду. У меня еще куча дел.

Она вышла из комнаты, видимо, к своей куче. Я запустила ей вслед подушкой.

Вот же злыдня!

* * *

Как ни странно, с заказом обеда я разобралась без труда. Правда, с визуализацией немного накосячила, а потому получила салат с запечённой рыбой вперемешку, хотя представляла себе это всё по отдельности.

Ну ничего, съедобно – и то хорошо.

Покончив с обедом, я решила, что нужно тренироваться обращаться с магией (ага, конечно, дело только в этом!), так что заказала ещё чай с яблочным пирогом.

На этот раз получилось отменно.

Чай благоухал травами, а пирог был пышным и вкусным.

Этот мир, о котором до сих пор у меня складывались не самые приятные впечатления, понемногу начинал мне нравиться.

Кормят до отвала, будут обучать магии, и в целом жизнь заморышей – во всяком случае, Бриззина была в этом совершенно уверена, – прекрасна и безоблачна. Нам положена большая стипендия, а после учёбы – отличная работа.

Знала бы я, что после смерти можно попасть прямо в сказку, уже давно бы только и делала, что шастала по подворотням в надежде напороться на маньяка с ножом.

Немного омрачала эту со всех сторон радужную картину ворчливая и вечно недовольная соседка. Но именно что «немного».

Я раздумывала, чего бы ещё заказать с волшебной кухни, когда в дверь постучали.

– Входите! – радостно отозвалась я.

Еще бы. Тут любому обрадуешься после общения с Бриззиной.

Дверь открылась, и на пороге появилась улыбчивая пышная женщина средних лет. Она выглядела очень милой и даже какой-то уютной.

– Новенькая! – объявила она.

– Да, меня зовут Полина, – я улыбнулась в ответ. Было приятно осознавать, что хоть кто-то здесь рад меня видеть.

– А я Гариетта, кастелянша. Что ж ты не приходишь за карточкой и вообще?

– Я… Я не знала. А что за карточка? И вообще…

– Вот, – она протянула мне пластиковый прямоугольник. – Теперь можешь идти по магазинам. Учебников и прочих принадлежностей пока не покупай: всё равно не угадаешь, куда распределят. А вот одежду, бельё и прочие мелочи уже можно. Да в тратах не стесняйся. Денег на карточке много.

– Спасибо!

Ух ты, «в тратах не стесняйся». Чертовски приятно это слышать. Ночная сорочка в качестве единственного наряда меня совсем не устраивала.

– А что же помощница твоя ничего не рассказала? Она должна была тебя ко мне привести.

– Может, забыла, – пробормотала я.

Жаловаться на Бриззину я не собиралась. Конечно, характер у нее – не сахар. И дружбы у нас не выйдет. Но в качестве злейшего врага она мне точно не нужна.

Гариетта нахмурилась и покачала головой. Похоже, сама всё поняла.

– Чтоб ты знала, деточка. Твоя помощница обязана выполнять все твои распоряжения, – она многозначительно на меня посмотрела и добавила: – Обязана. Любые распоряжения. А иначе её отчислят в три секунды.

Вот оно как! Это обстоятельство открывало совершенно новые перспективы развития наших отношений.

Я подавилась смешком, представив, как вредная Бриззина драит пол зубной щёткой или что там ещё положено при дедовщине. Но тут же устыдилась своих мыслей. Вряд ли я стану ей пакостить.

Скорее обойдусь как-нибудь без её помощи. Но, по крайней мере, если мне действительно что-то от нее понадобится – я знаю, как это получить.

– А где тут магазины? – спросила я.

Не терпелось поскорее обзавестись нормальной одеждой!

Гариетта покосилась в сторону комнаты, где сейчас должна была находиться Бриззина. Намек был более чем прозрачный.

– Я бы лучше одна сходила, – улыбнулась я. – Не люблю, когда рядом кто-то ворчит.

– И то верно, – кивнула она. – Пойдём, провожу.

Пока Гариетта вела меня по коридорам и лестнице, я старательно запоминала путь. Чтоб потом не заблудиться. Наконец, толкнула массивную дверь, и мы вышли на крыльцо.

– Вон там, – она махнула рукой вправо, – ряды магазинов и лавок, видишь?

Я изумленно уставилась на Гариетту.

А с ней точно все в порядке?

Может, зря я послушалась и пошла вместе с ней? Может, это вовсе не кастелянша, а какая-нибудь местная сумасшедшая?

Какая площадь? Какие, к чертям, магазины?! Кругом простиралось бескрайнее поле, лишь где-то вдалеке окаймленное темной щеточкой леса.

Гариетта перехватила мой взгляд, всплеснула руками и сказала:

– Ой, совсем зарапортовалась. Ты же еще без разбора! Постой минутку.

И она скрылась за дверью.

Хм… Мне точно надо ее ждать? Может, пока ее нет, лучше смыться в свою комнату? Бриззина, конечно, девица во всех отношениях неприятная, но, по крайней мере, не сумасшедшая.

И все-таки я осталась на крыльце. Гариетта мне нравилась, и я надеялась, что вся эта история с несуществующей площадью и магазинами получит какое-то разумное объяснение.

Она вернулась минут через пять.

– Вот, надень, – сказала Гариетта.

И протянула очки. Самые обычные очки, с дужками, стеклышками.

– Тут все заколдовано, посторонние не увидят. После разбора очки уже не понадобятся, а пока пригодятся.

Я нацепила их на нос и ахнула. Поле исчезло, а вместо него…

А вместо него и появилась площадь. Большая, круглая, она начиналась от самой нижней ступеньки крыльца. А еще появилась целая вереница магазинов, парк с ажурной оградой и скамейками, и ряды приземистых домиков, утопающих в кустах.

– А там что?

– Раньше студенты жили, – вздохнула Гариетта. – А теперь всех селят прямо в Академии, для безопасности. Ну что, пойдем?

Мы спустились с крыльца и пересекли площадь. К счастью, никто не встретился нам по пути. Видимо, Бриззина не обманула, и студенты в Академию начнут стягиваться уже позже. Тем лучше!

Гариетта указала мне на один магазинчик, где в витрине были выставлены манекены в самых разных платьях. В целом ничего особенного: длинные юбки, разноцветные ткани. Ни капли не похоже на те наряды, в каких щеголяют дамы на обложках фэнтэзи-романов.

– Дальше сама справишься? – улыбнулась Гариетта.

– Да-да, конечно. Спасибо…

Я быстро скользнула в дверь магазина, пока на улице никто не появился и не увидел меня в ночной сорочке.

Глава 4

В магазине было совершенно пусто. Даже продавца на месте не оказалось. Я с облегчением выдохнула и побрела между манекенов, неторопливо разглядывая платья. Хорошо, когда никто не болтается поблизости и не душит своим профессиональным «вам что-нибудь подсказать?»

– Интересный фасон! Где ты такое купила? – раздался звонкий девичий голос.

Вот только насмешек мне сейчас и не хватало.

Я развернулась, готовясь высказать острячке всё, что о ней думаю. Но наткнулась на ясный взгляд серых глаз и промолчала.

Худенькая девчонка с длинной рыжей косищей таращилась на меня с искренним восхищением. Или неискренним?

Может, она всё-таки издевается?

– Ты это о моём… одеянии? – недоверчиво уточнила я.

– Да! По-моему, оно просто прекрасно! И длина приличная, и цвет хороший. Все эти обтягивающие штуки, – она покосилась на манекены с подогнанными по фигуре нарядами, – мне не очень нравятся. А такое платье, как у тебя, я видела на некоторых в Академии. Но в магазинах найти не могу. Нет нигде. Оно ведь, наверное, и недорогое?

– Бесплатное… – ошалело пробормотала я, не веря своим ушам.

Добровольно искать себе такую жуткую хламиду?! Что же тогда она обычно носит?

Я окинула быстрым взглядом наряд девчонки.

То, что было надето на нее, смахивало на обычный мешок для картофеля, в котором прорезали дырки для горла и рук, приделали рукава да перетянули по поясу верёвкой.

Однако из-за вышивки, трогательно окаймлявшей вырез, смотрелось все это на ней довольно мило.

– Бесплатное? – светлые брови озадаченно сошлись на переносице.

– Да. И вряд ли что-то подобное продается в магазинах, – вздохнула я.

– Но как же? В Академии в таких ходят…

– В Академии, – перебила я, – в таких ходят те, кто попал сюда из другого мира. Оно уже было на мне, когда…

– Так ты из другого мира? – ахнула рыженькая. – Это же… это же просто… Ты расскажешь мне, как там у вас? Не могу поверить… Можно я до тебя дотронусь?

Не дожидаясь ответа, она робко коснулась моего плеча. И тут же испуганно отдернула руку.

Странная реакция. До сих пор все, кого я встречала, относились к моему перемещению сюда как к чему-то совершенно обычному.

– А сама-то ты откуда? – спросила я.

– Издалека, – мягко улыбнулась она. И задумчиво добавила: – Мне тут всё чудно. Я ведь в лесу жила, с бабушкой. Мы даже в деревню не ходили. Ведьма она у меня. А люди таких не любят…

Как, и здесь тоже? В мире, где есть магия? Да уж… Видимо, люди везде одинаковые. И судя по Жанниным соседкам, «не любят» – еще мягко сказано.

– Меня Лартисса зовут, – по-детски непосредственно представилась рыженькая. – А тебя как?

– Полина. Скажи…

– Добрый день, – раздалось откуда-то сбоку.

Мы обе вздрогнули и синхронно повернули головы. Из-за манекенов появилась высокая ухоженная дама средних лет. Высокая, подтянутая, в строгом темном платье.

– Присмотрели что-нибудь, леди?

– А что вы посоветуете? Что тут у вас носят? – спросила я.

И буквально через полчаса обзавелась парой платьев, бельём, чулками, хорошенькими туфельками и понемногу всем тем, что необходимо на первое время. Охотно накупила бы больше. Но мысль, что это всего лишь первый магазин и придется таскаться как навьюченный верблюд по другим лавкам, отрезвляла лучше холодного душа.

Лартисса после долгих раздумий тоже выбрала платье. Правда, одно: свободного покроя, длинное, в пол. Простенькое, но цвет… Теплый, жемчужно-серый с капелькой умбры, очень ей шел.

Услышав цену, Лартисса тихонько ойкнула, задумчиво погладила ткань. И, словно решившись, достала откуда-то из кармашка монетку.

Я же расплатилась карточкой и вышла на улицу уже в новом наряде и туфельках. Теперь, по крайней мере, не страшно было с кем-то столкнуться.

– И куда мы пойдем? – спросила Лартисса, бережно прижимая к груди сверток со старым платьем.

Мы? Я на мгновение растерялась.

Это что же получается, мы теперь вместе? Может, даже подружимся?

А что, рыжая ведьмочка мне нравилась. К тому же отпускать её одну, наверное, не следовало. Во всяком случае, пока не освоится. Она ж доверчивая и наивная, как ребенок. Выросла в лесу, с людьми, по сути, особо и не сталкивалась. А ну как встретит кого-нибудь вроде моей Бриззины? Это же психическая травма на всю жизнь.

Мы переходили от одного магазинчика к другому и болтали.

Лартисса действительно всю жизнь провела в избушке посреди леса, перенимая волшебную науку от бабушки. И никакая Академия ей не мерещилась даже в самых сладких снах: дорого это и далеко. А с точки зрения бабушки, ещё и бесполезно.

Всё изменилось, когда однажды нашла умирающего мага, молодого и красивого. Кое-как они вдвоем притащили его в избу и начали выхаживать. Поначалу бабушка рассчитывала, что маг ошалеет от неземной красоты юной ведьмы и тут же женится. Но когда тот очнулся, выяснилось, что он уже женат и счастлив.

Через какое-то время он вернулся, щедро отблагодарил бабушку и сумел убедить, что юному дарованию – то есть Лартиссе – просто необходимо учиться.

Оказалось, что он преподаватель в Пятой Королевской Академии Магии и приближённое лицо короля. В общем, не успела Лартисса и глазом моргнуть, как ее зачислили в эту самую Академию.

– У меня отдельная комната! Не вместе с бабушкой, а отдельная! С ума сойти! – счастливо рассмеялась Лартисса. – И воду из ручья не надо таскать, она течет сама из крана, и теплая, и холодная, представляешь?

– Представляю, – весело кивнула я.

Пожалуй, ее история поступления даже более фантастическая, чем моя.

– Лавка учебных и магических принадлежностей… – прочитала я очередную вывеску. – Зайдем?

Всегда была неравнодушна к магазинам, где продавались блокноты, ручки и прочие симпатичные штуки. А уж на сайтах с товарами для художников могла зависать часами. Но тут-то наверняка всё ещё круче! Оно ведь волшебное!

– Мы же не знаем, на какой факультет нас распределит шар… – слабо запротестовала Лартисса, шагая, однако, следом за мной.

– Шар? Какой шар? – с любопытством спросила я, потянув на себя дверь.

Гадкая Бриззина мне ничего про шар не говорила. Я думала, что на разборе будет что-то вроде собеседования.

– Хрустальный. Кладешь на него руки, он начинает сиять. Если красным, идешь на факультет Защиты. Зеленым – факультет Заботы, золотистым – факультет Ясности, серебристым – факультет Справедливости, синим – факультет Созидания. Я очень хочу, чтобы у меня загорелся зеленым, – вздохнула Лартисса.

– Загорится, куда он денется, – подбодрила я.

Мы переступили через порог.

Внутри было пусто и тихо. Тянулись вдоль стен стеллажи с непонятными предметами, вдалеке за прилавком одиноко торчал продавец, маясь от скуки. Увидев нас, он встрепенулся:

– Добрый день, леди!

– Здравствуйте! – громко сказала я, схватила за руку, мгновенно прилипшую к одной из полок Лартиссу и потащила за собой, шепча: –Учебники и магические штуки покупать сейчас не будем. Но всякие тетрадки-альбомы-ручки пригодятся на любом факультете.

Пока она с интересом изучала витрину, я приобрела несколько толстых тетрадок, пару блокнотов, целую кучу карандашей и зачарованное перо. Очень уж его хвалил продавец.

Но не за канцтоварами, пусть и волшебными, я сюда пришла. Вернее, не только за ними.

Чего мне действительно не хватало – так это привычной колоды. Я почти физически ощущала, как она приятной тяжестью чуть холодит руку, как тасуются карты и ложатся веером, открывая тайны. Свои, чужие – неважно.

– Мне бы карты Таро. Покажите, пожалуйста, все, что у вас есть, – попросила я.

– Таро? – удивленно посмотрел продавец.

– Ну карты, для гадания.

– А, для гадания. Это сколько угодно!

Он начал ловко выкладывать на стеклянный прилавок колоду за колодой. Я поначалу обрадовалась, но…

Это были какие-то другие карты. Совсем другие. С незнакомыми мне обозначениями, больше похожими на изображения звёздного неба или на электросхемы из инструкций к бытовой технике.

– Не подходят? – огорчился догадливый продавец.

Я разочарованно покачала головой. Кажется, этот мир не так уж совершенен, как хотелось бы.

Впрочем, что это я? Если здесь нет карт Таро – нарисую сама! Не впервой.

– А ватман у вас есть? И ножницы. И тушь…

– Ватман? – озадаченно моргнул продавец.

Какое-то время мы с ним объяснялись так, словно бы говорили не на одном языке. Но в результате я получила то, что хотела. Ну, или почти то, что хотела: кисти, линейку, ножницы, нечто вроде резинки. И несколько листов бумаги, плотной, тяжёлой, больше похожей на белый картон. Отлично! Такие карты не помнутся и служить будут не один год.

А вот с тушью разбирались долго. И в конце концов я остановилась на местных чернилах, очень на нее смахивающих. Взяла карминно-красныее и черные: в отличие от других цветов эти быстро сохли и потом не размазывались.

Тщательно отобрав несколько перьев, я наконец выдохнула:

– Упакуйте.

Лартисса так ничего и не купила. Зато помогла дотащить мои свертки до Академии. На моем этаже мы простились, и я помчалась в свою комнату, изнывая от нетерпения.

Теперь я не сомневалась: время до разбора пролетит незаметно. И болтать с Бриззиной мне не придется, буду слишком занята.

Быстро разобрав покупки, я пристроила их в шкаф, выложила на стол то, что могло понадобиться, и принялась за работу.

Перво-наперво расчертила листы на прямоугольники – точь-в-точь под размер карт, – разрезала их, села и начала рисовать. Сразу тушью, без карандашного наброска.

Странно, но рука словно сама знала, что и как надо делать. Порхала над белой шероховатостью картона, кистью придавая объем, а потом пером тщательно прорабатывала детали.

Одна карта, вторая, третья…

Ох, как же я соскучилась по едва уловимому, но такому родному запаху чуть влажной бумаги, по шелесту кисти, по ее гладкой прохладе в руке. По скрипу пера, по восторгу, буквально распирающему изнутри. По ощущению счастья, от которого захватывало дух…

Я наслаждалась каждым мазком, каждым штрихом, каждым волшебным мгновением. И не сразу обнаружила, что получается совсем не то, что я представляла.

Отложив перо, озадаченно посмотрела на готовые карты.

Например, Маг. По канону это должен быть юноша, а на меня рисунка сурово смотрел седой, но крепкий старик с длинной белой бородой.

Или вот Верховная жрица: вместо дородной, пышущей здоровьем дамы вышла сухощавая незаметная женщина, больше похожая на тень, чем на человека.

Дьявол… закончив рисовать этот аркан, я невольно отшатнулась. Порочное, недоброе лицо с пустыми, почти мёртвыми глазами. Оно пугало. Вызывало липкий первобытный ужас. И желание немедленно все это развидеть!

Я сглотнула, ухватила карту за уголок, быстро отнесла ее на подоконник. И лишь задернув штору, смогла выдохнуть и вновь сесть за стол.

Я решительно схватила кисть и начала работать над следующей картой, пытаясь воплотить тот образ, что был у меня в голове. А не тот, на котором нагло настаивала рука! Но быстро поняла: все бесполезно.

Казалось, не я создаю рисунок, а он сам проступает на белом прямоугольнике таким, каким должен быть.

И вот уже с аркана Королева жезлов мне улыбается… Лартисса. Улыбается той самой улыбкой, с которой рассказывала про свою жизнь в лесу, – по-детски беззащитной и одновременно мудрой, словно знала об этом мире то, что другим недоступно.

Такая королева жезлов мне нравилась. Поэтому я перестала сопротивляться. Сдалась, позволив руке творить, что пожелает.

Закончив аркан императора, я с любопытством взглянула на него. На троне сидел вовсе не бородатый старик, а молодой широкоплечий мужчина в белых одеждах.

Симпатичный…

Впрочем, симпатичный – это еще слабо сказано. Да он был хорош так, что дух захватывало!

В нем было красиво все: смуглое скуластое лицо с упрямым подбородком, густые темные волосы, высокий лоб, прямой, чуть с горбинкой нос, суровые брови. И пронзительный взгляд ясных глаз.

Само совершенство, мечта, герой девчачьих фантазий…

Вдоволь налюбовавшись, я приступила к другим арканам. Работала всю ночь, словно одержимая. И доделала последнюю карту уже под утро.

Сложила колоду ровной стопкой, сунула дьявола в середину, убрала в шкаф, под одежду. На всякий случай. Кое-как, зевая, отмыла от туши руки и совершенно без сил рухнула в кровать.

Глава 5

Казалось, я только что прикрыла глаза, и почти сразу голос Бриззины ввинтился в уши, противный и громкий, как звон бабушкиного будильника:

– До обеда, что ли, дрыхнуть собралась?

Почему она так орет? Первым желанием было забиться под подушку и еще немного поспать, совсем капельку. Вот только Бриззина ни разу не будильник, на кнопочку не нажмешь.

– … Поднимайся, а то на разбор опоздаем.

Разбор? Черт, точно, разбор.

Не без труда я выползла из постели и почти на ощупь добралась до ванной. Глаза открываться отказывались. Наотрез. Сама виновата: ночью нужно спать. Пришлось долго плескать в лицо холодной водой под непрекращающееся ворчание:

– Наберут же таких нерадивых.

От удивления я окончательно проснулась. Это кто из нас тут нерадивый?

На разбор мы не опоздали. Не смогли бы, даже если б очень старались. К тому времени, как мы подошли к ректорскому кабинету, возле него клубилась разношерстная толпа будущих первокурсников, два десятка, не меньше.

Эх, а могла бы спокойно выпить чаю с пирогом. Разбор – это ведь не кровь сдавать в поликлинике, не обязательно натощак!

Я с любопытством разглядывала окружающих, стараясь отыскать в них что-то волшебное. Но оно никак не отыскивалось. Обыкновенные ребята и девчонки, точно такие же, каких я видела, когда поступала на худграф. И не скажешь, что начинающие маги.

Все по очереди исчезали ненадолго в кабинете, а потом возвращались: кто радостный, кто озадаченный.

Мелькнуло в толпе встревоженное личико Лартиссы, и только я хотела подойти, как она скрылась за дверью, а через несколько минут вылетела с победной улыбкой.

– Факультет заботы! – прошептала она мне на ухо и захлопала в ладоши.

Ну, честное слово, как маленькая.

– Ты довольна?

Могла и не спрашивать. Лартисса просто сияла.

– Ещё как! Я же с малых лет целительством занимаюсь. А теперь научусь делать это правильно. Ну, я пойду? Надо учебники купить, тетради… – она счастливо рассмеялась.

И махнув мне рукой, быстро исчезла за поворотом.

Я была за неё рада. А вот за себя – куда меньше. Потому что я ничем магическим, ясное дело, с малых лет не занималась. И не очень представляла, куда хочу попасть.

Точно не на факультет Защиты. Сама мысль о том, чтобы сражаться, вызывала у меня ужас. Но, кажется, всё-таки меньший, чем перспектива углубляться в законы и прочую юридическую дребедень.

Стать целителем? Мы с Лартиссой учились бы вместе. Но… Мало того, что особой тяги к медицине я не чувствовала, так еще и крови всегда боялась. Могла запросто хлопнуться в обморок, лишь порезав палец. А уж после того, что случилось в той темной подворотне, мысль о кровавых ранах и вовсе вызывала дурноту.

Факультет Созидания? Пожалуй, подойдёт. Там, насколько я понимаю, надо делать магические украшения. Не знаю, будут ли они у меня работать, но, по крайней мере, получатся красивыми.

– Уснула? – прошипела Бриззина. – Твоя очередь!

Ой, мамочки, уже?

Обмирая от волнения, я вошла в кабинет ректора, сделала машинально несколько шагов…

И застыла, не веря своим глазам.

Передо мной стоял маг!

Ну, то есть понятное дело, что в любой магической академии должны работать исключительно маги. А ректора уж точно не с улицы взяли.

Только вот это был тот самый крепкий старик с седой бородой, которого я нарисовала на первом аркане нынешней ночью. Маг из моей колоды… Как такое может быть?

– Здравствуйте, магистр Теркирет, – певуче и почти нежно протянула Бриззина.

Я оторвалась от ректора и ошарашенно уставилась на нее, открыв рот. Она что, умеет нормально разговаривать? Надо же…

Не переставая улыбаться, Бриззина незаметно, но больно ткнула меня локтем в бок.

– Здравствуйте, магистр Теркирет, – спохватилась я.

– Здравствуйте, леди Полина, – густым басом отозвался тот. – Проходите и возложите руки, – он кивнул на хрустальный шар, что стоял перед ним на столе.

Точь-в-точь такой же шар, как в кабинете Жанны…

Я приблизилась и, почти не дыша, прикоснулась кончиками пальцев к прохладной поверхности. Несколько долгих мгновений ничего не происходило, а потом внутри шара вспыхнул золотистый свет. Настолько яркий, словно под моими ладонями зажглось настоящее солнце.

– Достаточно, – донесся голос ректора.

Я убрала руки и подняла глаза. Магистр Теркирет все еще смотрел на потухший шар. И выглядел он при этом крайне озадаченным.

Что-то не так?

Что значит золотистый цвет? Я никак не могла вспомнить. Как там вчера говорила Лартисса? Серебристый и алый – это законники и боевики. Синий и зелёный – артефакторы и целители. А золотистый…

– Леди Полина, – наконец заговорил ректор. – Вы распределяетесь на факультет Ясности.

Ясности? Это же провидческий…

– Но… Мне сказали, на провидческий иномиряне не попадают.

– Так и есть, – кивнул ректор. – Вернее, до сегодняшнего дня так и было. Мы думали, что это невозможно. А оказывается… Что ж, леди Полина, поздравляю! Думаю, вы украсите факультет Ясности своими талантами.

– Спасибо, – прошептала я еле слышно.

Бриззина своим фирменным тычком подтолкнула меня к двери, и мы вышли в коридор.

Я была настолько ошарашена, что спросила вслух:

– И что бы это значило?

– А мне почём знать? – хмыкнула Бриззина. – Ты ж у нас провидица, ты и скажи.

Вот паршивка! Может, мысль о дедовщине не так уж плоха?

Остаток дня прошел в хлопотах. Сначала Бриззина отвела меня к кастелянше. Та окинула мою помощницу недовольным взглядом, и выдала нам обеим форму. Мне – золотистые платье и мантию, а Бриззине все то же самое, но синее.

Понятно. Значит эта вредина учится на артефакторском. И видимо, не первый год, потому что сегодняшний разбор ее не коснулся.

– Мне нужно купить учебные принадлежности. Ты пойдешь по магазинам? – осторожно спросила я у Бриззины, на самом деле изо всех сил надеясь, что она откажется.

– Вот еще! – буркнула та, открывая входную дверь. – У меня уже все куплено. Да и дела есть.

С этими словами она скрылась в своей комнате. Я с облегчением выдохнула: так даже к лучшему.

Ту самую лавку учебных и магических принадлежностей я нашла быстро. Зато народу внутри сегодня было, как в метро в час пик. Видимо, первокурсники затаривались. И те, кто приехал впритык к началу учебы. Толпа гудела, смеялась, бродила вдоль стеллажей, стояла широкой лентой к прилавку, за которым метался взмыленный продавец.

Дождавшись своей очереди, я протянула ему карточку, а он стал выкладывать на прилавок тяжеленные тома книг, стопки тетрадей, ручки. Но это было только начало, потому что потом туда же стали ложиться и совсем не понятные предметы: мешочки, скляночки, колоды карт. Гора все росла и росла…

– Как же я все это донесу? – в ужасе прошептала я.

– Куда и что вы собрались нести? – не понял продавец.

– Ну, вот это все. Мне же надо забрать покупки в комнату…

– Забрать, оно, конечно, надо, – согласился он. – Но нести-то зачем? Отправьте, да и все.

– Как отправить?

– Вы иномирянка? – догадался продавец. – Так почему же без помощницы? Она должна была все объяснить.

Я вздохнула. Сама виновата. Надо было настоять, чтобы Бриззина пошла со мной. Да, не лучшее общество, которое можно представить, но, по крайней мере, я бы не выглядела идиоткой.

– Не расстраивайтесь, леди, – улыбнулся продавец. – Нужно просто сказать заклинание.

Ну да, проще не придумаешь.

– Не знаю никаких заклинаний, – пробормотала я.

– Ничего сложного тут нет. Вполне подойдет, к примеру, «отправляйся». Представьте место в своей комнате, куда надо доставить покупки, и произнесите.

У меня были кое-какие сомнения, что это сработает… С другой стороны, еду с кухни ведь получалось заказывать.

Я посмотрела на внушительную кучу на прилавке и представила участок пола в своей комнате. На стол отправлять не рискнула: вдруг промахнусь, а кое-что из моих учебных принадлежностей явно хрупкое. Во всяком случае, выглядит так, словно вот-вот рассыплется.

– Отправляйся! – прошептала я.

И куча исчезла, как будто ее и не было.

– Ух ты! – восторженно воскликнула я.

– Элементарная бытовая магия, – поднял вверх палец продавец, – ничего особенного.

Ну да, для местных может тут и ничего особенного, а для меня особенное все. Я почти пожалела, что не посылала по одной книге или тетрадке. Впрочем, кто мне мешает. Здесь еще полно магазинов. Так что фокус с исчезанием можно повторить, и не раз.

– Спасибо! – улыбнулась я и отправилась на шопинг.

* * *

В первый учебный день занятий не было. Только торжественный сбор, куда сходятся все студенты Академии, чтобы получить наставления от ректора и деканов.

Я надела золотистое платье, накинула сверху золотистую же мантию, покрутилась перед зеркалом. А что, очень даже неплохо. Только короны не хватает. А так – чистая принцесса. Никогда не думала, что этот цвет мне идет. Даже белая кожа – бабушка называла ее сметанной – словно засветилась изнутри, обычные серые глаза приобрели теплый жемчужный оттенок, а русые волосы внезапно оказались темно-медовыми.

Вполне довольная собой, я выскочила из комнаты и побежала в зал, что находился на первом этаже.

А там уже все собрались. Слышался неровный гул: студенты переговаривались в ожидании начала. И вдруг всё стихло.

Я посмотрела на сцену: может быть, туда уже вышел ректор? Но нет, она пустовала. Недоуменно покосившись по сторонам, я обнаружила, что все уставились на дверь. Обернулась и…

Сердце оборвалось.

От входа в зал стремительно шёл молодой человек в серебристой мантии. Высокий, широкоплечий, безупречно сложенный и потрясающе красивый. Густые темные волосы, высокий лоб, упрямый подбородок с глубокой ямочкой, прямой, чуть с горбинкой нос, суровые брови. Смуглое скуластое лицо и глаза…

Ярко-синие глаза, полыхавшие колдовским пламенем…

Я его уже видела.

Этой ночью.

Да-да. Аркан «Император». Нарисованный мной лично. Ну или тем, что водило моей рукой. Вот только изображение не передавало и сотой доли того убийственного сочетания мужской, немного дикой красоты и ауры спокойной уверенности, власти и силы, которое я видела сейчас воочию, ощущала всей кожей.

И не только я. Толчея тут же прекратилась, и все почтительно расступались, расходились словно волны перед летящим вперед кораблем.

– Кто это? – спросила я у Бриззины.

Хотя уже знала ответ.

– Его королевское величество, – сказала та.

И впервые я слышала в её голосе безусловное обожание и почтительность.

– Король Алард Первый, – добавила она и восхищенно вздохнула.

– А почему он в студенческой мантии?

Я уже ожидала, что Бриззина, по своему обыкновению, отмахнётся от вопроса. Но она ответила с неожиданным энтузиазмом:

– О, это долгая история. Его похитили и усыпили на десять лет, но потом наш магистр Рониур его спас. Оказалось, что всё затеял младший брат короля Голайн, чтобы самому на трон усесться. В общем, Голайна отправили в королевские казематы, а его величество король Алард Первый взошёл на престол. Только вот образования у него нет – все проспал. Он посчитал, что это неправильно. И теперь вроде как зачислен в нашу Академию.

– Погоди, а кто же правит страной?

– Он и правит. Он вообще редко здесь бывает, только экзамены сдаёт вместе со всеми.

Я пожала плечами:

– Ну, король-то мог и во дворец преподавателей вызывать, чтобы там сдавать экзамены.

– Мог, – согласилась Бриззина. – Но не захотел. Он очень серьёзный и принципиальный. И вообще, лучший король в мире.

С этим я спорить не стала.

Хотя подумала, что восторги Бриззины обусловлены не столько принципиальностью и политическими талантами короля, сколько тем, что он удивительно красив. Так красив, что дух захватывает.

Я снова бросила взгляд в сторону его величества. Почему именно он оказался в моей колоде? С чем это связано? Творится что-то странное, и я пока не понимаю, что именно.

– А ещё он не женат, – зачем-то добавила Бриззина и томно закатила глаза. Вид у нее при этом сделался замечательно глупым. – Поэтому конкурс в Академию в нынешнем году был невероятный. Все знатные семейства пытались сюда дочек пристроить. Только ректор сказал, что тут учебное заведение, а не брачная контора, а потому поступили только те, у кого выдающиеся способности.

Как она, конечно, ага.

Я едва сдержала смешок. Впервые за все это время Бриззина продемонстрировала хоть что-то кроме презрительного равнодушия.

Я собиралась задать ей ещё несколько вопросов, раз уж она разговорилась, но на сцене появился ректор.

– Дорогие студенты! – раскатился его бас по залу.

Все тут же перестали пялиться на короля и начали внимательно слушать.

Общее собрание оказалось коротким. Несколько торжественных речей, знакомство с деканами факультетов. Нашим деканом была магистр Иамада, и когда она вышла на сцену, моё сердце пропустило удар.

Верховная жрица из нарисованной мною колоды! Та самая неприметная женщина, похожая на тень.

Ещё одно совпадение!

Не слишком ли их много?

И спросить об этом было некого. Бриззина вряд ли что-то сможет подсказать… Хотя наличие молодого короля в моей колоде ее наверняка заинтересовало бы.

Магистр Иамада говорила тихо и кратко. Она мне понравилась. И я тут же решила: как только начнутся занятия – напрошусь к ней на аудиенцию, покажу свои карты и спрошу, что бы это значило.

– Будущее – это ведь наша профессия, – с улыбкой закончила она свою речь.

Наш декан выступала последней, и, отсыпав ей положенную порцию аплодисментов, студенты отправились в столовую. Сегодня там устраивали праздничный обед в честь начала учебного года.

Глава 6

– Король тоже пойдёт на студенческий праздник? – спросила я, торопливо шагая рядом с Бриззиной.

– Размечталась! Он участвует только в официальных мероприятиях. Студенческие развлечения – это уже без него.

В огромной светлой столовой стоял гул, как в улье. Серебристыми, алыми, синими, зелёными, золотистыми стайками (а где-то и вперемешку) студенты рассаживались за накрытые столики, смеясь и переговариваясь.

– И куда мы? – я закрутила головой, выискивая свободные места.

– Мы? – фыркнула Бриззина. – Ты иди куда хочешь, а я – к своим.

И она мгновенно исчезла, затерявшись в шумной толпе.

К своим? «Свои» имелись и у меня. Как раз поблизости несколько девчонок в таких же золотистых мантиях окружили столик. И было их явно меньше, чем стульев. Возможно, и для меня местечко найдется?

Я осторожно приблизилась и улыбнулась:

– Привет.

– Ты, что ли, заморыш? – прилетело в ответ.

Высокая яркая брюнетка смотрела на меня с такой злостью, будто я на ее любимую мозоль наступила.

Почему?! Мы же даже не знакомы! От обиды потемнело в глазах.

И прозвище, которое придумали иномирянам, мне не нравилось.

– Нет, не заморыш, – тихо отчеканила я. – Просто попала сюда из другого мира.

– Дай пройти, заморыш! – процедила она, ядовито выделив последнее слово.

Не дожидаясь, пока я отступлю в сторону, двинулась прямо на меня и больно толкнула плечом.

– Что это с ней? – растерянно спросила я.

Наверное, зря. Кажется, «свои» меня недолюбливают, и ответом будет презрительное молчание…

– Не обращай внимания, – сказала одна из девчонок, опускаясь на стул, и приглашающе похлопала по сиденью соседнего. Я машинально села. – Это Миррима. Она третьекурсница, отличница и всё такое. Понятно, что она злится.

– Правда? Мне вот совсем непонятно.

– Кого-то из выпускниц время от времени сразу после учёбы приглашают работать к королевскому двору. За такой шанс все одарённые прорицательницы готовы друг другу глотки рвать. А она – лучшая. Ну то есть была лучшей, пока не появилась ты.

– Я?.. Да с чего вы взяли? Я вообще ничего не знаю и не умею…

– Брось, – рассмеялась девчонка. – Всему можно научиться. А магический дар у заморышей… ну, то есть у ваших… всегда больше, чем у любого из нас. Потому у вас и стипендия огромная, и самые престижные места в королевстве. Так что теперь у неё никаких шансов.

Ваших, наших… Да уж. Выводы из услышанного напрашивались неутешительные.

– Отлично… Теперь меня все будут ненавидеть.

И не просто ненавидеть. На других факультетах вполне объяснимая зависть и ненависть равномерно распределяется по всем иномирянам, а на факультете Ясности я такая одна.

– Не все. Только Миррима. Никому другому королевский двор и так не светил. А желающих погадать на судьбу, на любовь да на соперниц на наш век хватит. Мы друг дружке не конкуренты. Кстати, меня зовут Олиора.

– Полина, – несмело улыбнулась я.

Что ж, не так всё и плохо. У меня всего лишь появился один злейший враг. Переживу.

Разговор за нашим столом быстро перешел с обсуждения каких-то учебных вопросов на короля. Похоже, именно его величество волновал девчонок Академии больше всего: за другими столами обсуждали его же.

Только на остальных факультетах девчонкам приходилось шептаться: все-таки там учились еще и парни.

Среди ясновидящих же парней не наблюдалось.

Видимо, прорицательский – это что-то вроде нашего филфака.

Девчонки болтали, а я молча слушала. Обрывочные кусочки информации как пазлы соединялись с рассказом Бриззины, и вырисовывалась весьма занимательная история, практически детективная.

У короля есть младший брат, Голайн. Судя по тому, что я о нем слышала, – редкостный засранец. Он быстро сообразил, что после отца на трон взойдет старший, а самому ему править не светит. Но не растерялся: устроил Аларду несчастный случай. Тот вроде как утонул, родители от горя умерли, а Голайн получил желанную корону.

Но что-то у него с правлением не задалось. Пообещал жениться на заморской принцессе, три года морочил ей голову, а потом расторг помолвку. Папаша принцессы обиделся (тут его можно понять), и королевство оказалось втянутым в войну, что, конечно, популярности Голайну не добавило.

С наемником, которому незадачливый интриган поручил устранить старшего брата, тоже ерунда вышла. Вместо того чтобы убить Аларда, наемник его усыпил и спрятал где-то в укромном уголке.

А потом, когда началась война, решил выпустить. Не сам решил, конечно. По легенде, совершить мудрый поступок ему помог преподаватель Академии магистр Рониур.

Кстати, не его ли имя я слышала от Лартиссы? Точно… Именно так звали ее благодетеля.

В общем, король вернулся. Посадил самозванца Голайна в тюрьму, быстро навел порядок и, чтобы прекратить войну, пообещал сам жениться на принцессе.

Дальше мнения расходятся.

Кто-то говорил, что король Алард руководствовался исключительно политическими интересами.

Кто-то, томно закатывая глаза, уверял, что с ним приключилась большая и чистая любовь с первого взгляда, никак не меньше.

Но, как бы там ни было, свадьбу назначили. Только за три дня до нее принцесса заявила, что выходить замуж за короля Аларда отказывается. Причин она не объяснила.

По этому вопросу у будущих прорицательниц опять не было согласия.

Кто-то клялся, что принцесса попросту изощренно отомстила: все-таки королевский братец динамил ее три года, такое не забывается.

Кто-то утверждал, что принцесса встретила свою судьбу и оба брата ей стали нужны, как собаке пятая нога.

Кто-то считал, что принцесса – дура и ей нравятся исключительно негодяи вроде Голайна.

Вот Алард вовсе не негодяй. Он…

Тут начались ахи и вздохи. Похоже, не только Бриззина считала короля совершенством. За столиком прорицательниц градус обожания был, пожалуй, еще выше.

– Я слышала, – вздохнула одна из девчонок, хрупкая блондинка, – Есть предсказание, что король найдет свою судьбу в Академии.

Все сразу замолчали и уставились на нее.

– И где ты могла такое услышать? – недоверчиво протянула вторая.

– Ясное дело где, у нее тетка при дворе! – шикнула третья. – Ну, говори же, Ярна, что за предсказание?

Блондинка пожала плечами:

– Я мало что знаю, но вроде как сама Ванда сказала.

– Ванда?!

Все сразу притихли. И посерьезнели.

– А кто такая эта Ванда? – шепотом спросила я у Олиоры.

– Лучшая прорицательница королевства, – так же шепотом ответила она. – Сколько раз ее к королевскому двору звали, но она ни в какую. Старая уже, но ее предсказания сбываются всегда.

Бриззина говорила, что в этом году конкурс в Академию был просто сумасшедшим. Теперь понятно почему. Любая из ринувшихся сюда девиц имеет шанс стать королевой! Впрочем, как и те, что уже учатся.

– Мы можем попробовать узнать, кто это будет, – задумчиво пробормотала Олиора.

– Круг предсказания? – встрепенулась Ярна.

– А почему бы и нет? Сможем узнать имя или хотя бы факультет.

– Что за круг предсказания? – шепотом спросила я у Олиоры.

Но она лишь отмахнулась:

– Потом расскажу.

И уже громко спросила:

– Когда?

Девчонки переглянулись.

– А что тянуть? Сегодня в полночь в нашей комнате отдыха! – предложила Ярна.

Все загудели, соглашаясь.

– Ты, новенькая, тоже приходи, – Ярна повернулась ко мне. – Говорят, у вас, заморышей, особые таланты. Не помешают.

Что такое круг предсказания, Олиора объяснила мне, когда мы по дороге из столовой поднимались по лестнице. Несколько прорицательниц собираются вместе. Каждая выбирает тот метод гадания, который ей больше подходит и легче дается, а их немало: на воске, камнях, осенних травах, на картах и еще бог знает на чем.

– Но я ничего такого не умею!

– Вообще не гадала раньше? – удивилась Олиора.

Конечно, гадала. На таро, о которых тут никто и не слышал. Да и показывать свою странную колоду девчонкам я не хотела. Слишком уж много вопросов может возникнуть, когда они увидят там знакомые лица.

– Разве что в школе, – уклончиво ответила я, – но так, в шутку…

– Ты к учебе-то все купила?

– Вроде да… – протянула я не слишком уверенно.

Наверное, все. Что продавец выдал, то и купила.

– Пересмотри принадлежности для гадания. К чему рука потянется, то и неси в комнату отдыха.

Вот так просто?

– Встретимся в полночь! – загадочно проговорила Олиора.

Глава 7

«Ой-ля-ля, ой-ля-ля, погадать на короля!» – напевала я себе под нос, собираясь в комнату отдыха. Понимала, что звучит глупо, но никак не могла отделаться от этой песенки.

А ведь мы и правда собираемся гадать на короля. Непонятно только зачем. Ну вот какая польза от того, что мы узнаем, кто станет королевской невестой?

Абсолютно никакой! Меня даже любопытство не мучило. Потому что вряд ли это будет кто-то из моих знакомых: Бриззина и Лартисса для брака с королем явно не вышли родовитостью, а больше я здесь никого не знаю.

Достав гадальные принадлежности, я начала внимательно их изучать. «Возьмешь, к чему рука потянется…» Легко сказать. А что если она ни к чему не потянется?

Все выглядело странным и жутко непонятным, даже карты. Незнакомые рисунки пугали, и разбираться с этой абракадаброй не было ни желания, ни времени.

В арсенале гадалки имелись также какие-то узкие дощечки, кубики, похожие на игральные кости, нелепые зеркальные конструкции и многое такое, чему я и названия подобрать не смогла бы.

Взгляд упал на бархатный мешочек. Я осторожно подняла его двумя пальцами и потрясла. Внутри что-то приятно постукивало. Развязав тесемку, с любопытством заглянула и увидела камешки. Разноцветные, гладкие, округлые, они напоминали наши малахит, янтарь всевозможных оттенков, жемчуг, тигровый глаз, гранат…

Я еще раз встряхнула мешочек. Звук мне нравился, и то, как загадочно мерцали камешки, тоже. Правда, я понятия не имела, что с ними делать, чтобы получить предсказания.

Но ведь именно к этому мешочку потянулась рука!

Я решительно его подхватила, выскочила за дверь и зашагала по коридору.

В конце концов, я честно предупредила, что в провидческой премудрости совершенно не шарю. Так что с меня и взятки гладки.

Да и вообще… Не экзамен же, как-нибудь справлюсь., я проскользнула в комнату отдыха и зачарованно застыла у входа.

Пахло воском.

Огромный зал тонул в густой чернильной темноте. А в нескольких метрах от входа горели свечи. Много свечей, сотни две-три, толстых, высоких, полупрозрачных… Они плотно облепили ажурное кованое колесо, что покачивалось на четырех массивных цепях над большим круглым столом. Потрескивая, плясали огненные язычки, слизывали тьму, откусывали от нее по кусочку, рассыпали по высоченному потолку тусклые отблески. Заливали теплым дрожащим светом деревянную гладь столешницы.

Пальцы невольно шевельнулись, словно раскладывая по ней карты Таро. Изнутри поднималось знакомое ощущение волшебства, предвкушение тайны, что вот-вот раскроется…

Я сглотнула, с трудом отводя взгляд от столешницы.

Стульев не было, и девчонки стояли чуть поодаль от стола, окружив его неровной прерывистой линией.

У многих на лбу и щеках были нарисованы странные узоры, линии, знаки. И все это слегка светилось в полумраке. Некоторые не ограничились макияжем: такая же роспись покрывала кисти их рук.

Они подготовились. Серьезно подготовились, а я…

Захотелось быстро выскользнуть за дверь. Вместе с легкомысленными камушками. Пока не увидели.

– Готова? – донеслось сбоку.

Поздно… Или это не мне?

Я осторожно повернула голову. Прямо на меня смотрела Олиора.

– Кажется, да… – неуверенно ответила я.

Она покосилась на мешочек у меня в руках и удивленно приподняла бровь:

– Камешки?

– Ну да. Это плохо?

– Нет, почему же. Но много по ним не узнаешь. Точность прогнозов низкая, да и толкования довольно туманные. Если есть конкретный вопрос, то лучше карты.

– Ты же сама сказала: к чему рука потянется, – смущенно пробормотала я. – Вот она и…

– Точно, – кивнула Олиора. – Ты новичок. Пожалуй, так и к лучшему.

– Все в сборе? – спросила разрисованная больше всех блондинка, в которой я с трудом узнала Ярну. – До полуночи осталось четверть часа.

– Вроде все, – раздался нестройный гул голосов.

– А где Миррима?

– Не придет. Сказала, делать ей больше нечего, только глупостями заниматься.

– Эх… – разочарованно выдохнула Ярна. – Тогда без шансов…

Видимо, та вредная девица действительно считается хорошей гадалкой.

– Подумаешь, – отмахнулась Олиора. – Мы тоже кое-чего стоим, и к тому же нас много.

– Ну что, тогда начнем, – кивнула Ярна. – Кто с картами?

Несколько девушек подошли к столу и начали сосредоточенно раскладывать карты, каждая свои, друг к дружке никто не заглядывал.

Я шепотом спросила у Олиоры:

– И что же, на картах прямо имя написано будет?

Кто его знает, как тут все происходит. Возможно, именно так и случится.

– Нет, конечно, только общие черты.

– Новенькая! – объявила вдруг одна из девушек. И я вздрогнула. Это она ко мне обращается? Но девушка продолжила: – Кто бы ни была невеста короля, в Академии она только недавно появилась.

– Ну я бы так не сказала! – возразила другая. – У меня, конечно, картина туманная, но никаких указаний…

– Нет, похоже на то… – со вздохом сказала третья. – У меня тоже вышел свежий ветер и благое начинание.

На лицах гадальщиц отчетливо проступило разочарование. Ага, значит, они не первокурсницы. Ну да, следовало бы и раньше догадаться. Слишком хорошо они друг друга знают, да и в гаданиях неплохо разбираются.

– У меня выпал черный стражник, – задумчиво протянула одна из девчонок. – Сначала с цветком, потом с разбитым сердцем. И змея…

– Ну? – обернулись к ней все. – И что ты в этом видишь?

– Да понятия не имею. Если учитывать, каков был вопрос, похоже, королевская избранница – та еще змеюка подколодная!

– Отлично! – хихикнул кто-то. – Осталось найти самую вредную из первокурсниц, придушить где-нибудь в уголочке… И – опа! – место королевской невесты свободно.

Другие невесело рассмеялись.

– Это еще не точно! – покачала головой Ярна. – Будем считать, что карты дали неопределенный ответ. Кто с рунами, ваша очередь!

Предсказательницы сменились, но дело с места не сдвинулось. И руны, и остальные гадальные принадлежности на сотрудничество идти не хотели. Девчонки хмурились и ворчали, что такие сочетания в страшном сне не приснятся.

В общем, ни одного намека на личность королевской избранницы. Когда все уже побывали за столом, а некоторые и не по одному разу, кто-то вдруг обратил внимание на меня:

– А что это наш заморыш молчит?

– Кстати, да… – повернулась ко мне Ярна и с интересом спросила: – Что у тебя?

– Камешки, – несмело проговорила я, уже предчувствуя реакцию.

– Камешки! – хмыкнула она. И безнадежно махнула рукой: – Ладно, попробуй.

Что пробовать, я понятия не имела. И как с ними обращаться – тоже. Но все-таки подошла к столу, запустила руку в мешочек, ухватила горсть приятно гладких кругляшей – те, что попались под руку, – и бросила на теплую гладь столешницы. Девчонки выжидательно смотрели на меня, как будто я и правда должна была сейчас выдать какое-то невероятное предсказание.

Вот черт!

Я пристально вгляделась в камни на столе, но никаких знаков судьбы там, разумеется, не увидела. Черненький, красненький, белый, почти прозрачный, чуть поодаль еще один черный. Да я даже названия их не знала…

Я вздохнула и открыла рот, чтобы сказать, что ничего не получится, но не успела.

Голова закружилась, стол стремительно поехал вправо, потек, распадаясь на пиксели, как текстура в глючной игре.

Напряженные лица девчонок, стены, огоньки сотни свечей поплыли, размываясь пятнами акварели на мокрой бумаге, превращаясь в странный разноцветный туман.

По ногам потянуло промозглым холодом, туман рассеялся, и я оказалась в темном подземелье. Ни окон, ни дверей, лишь влажные каменные стены, низкий закопченный потолок, под которым прямо в воздухе висело облако тусклого света. Стоял затхлый запах сырости.

Судорожно вздохнув, я опустила глаза и увидела… короля. Сейчас он не выглядел таким блистательным и безупречным, как на торжественном собрании. Но даже в лохмотьях, осунувшийся, исхудавший, опутанный странными мерцающими сгустками, этот мужчина был убийственно красив. И не утратил ни грана величественности и силы.

Я несмело шагнула к нему, и все вокруг покачнулось.

– Ваше величество, – попыталась сказать я, но не услышала своего голоса.

Зато услышала сзади другой, резкий, от первых же звуков которого я похолодела. Он говорил с явной издевкой:

– Ну, как тут у нас дела?

– Что тебе нужно? – спокойно спросил король, но синие глаза блеснули стылым льдом.

– Мне? Я думал, это тебе что-то нужно.

– Ты думал? – король насмешливо приподнял бровь. – Ты уже получил все, что хотел, так почему не убиваешь меня?

Что он делает, боже! Тот, кто стоит за моей спиной опасен! Я чувствовала это всей кожей. Хотела обернуться, но ничего не получалось.

– Не все, далеко не все!

Я откуда-то твердо знала: жизнь короля висит на волоске, его похитили, а тот, кто это сделал, находится сзади. И мне необходимо было увидеть его лицо!

Перед глазами рябило, картинка плыла. Подземелье качалось и таяло, подергиваясь дымкой. Что бы это ни было, оно заканчивалось. Я изо всех сил старалась удержаться, поворачивала голову… И в последний момент все-таки выхватила взглядом того, кто угрожал королю.

Дыхание перехватило, волосы на затылке встали дыбом, по спине потек холодный пот.

Темные, страшные, мертвые глаза смотрели прямо на меня с порочного лица…

И оно было мне знакомо.

Дьявол!

Из моей колоды…

Даже нарисованный, он вызывал ужас. А живьем…

Внутренности мгновенно смерзлись в липкий ледяной ком, из груди вырвался истошный крик.

Глава 8

Я пришла в себя на полу.

Вокруг меня хлопотали девчонки.

– Эй, ты как? – обеспокоенно спросила Олиора.

– Тебе было видение? – раздался чей-то любопытный голос, но Олиора сердито шикнула и вновь склонилась надо мной: – Как себя чувствуешь?

– Нормально… кажется, – выдавила я.

Нет, не нормально. Совсем не нормально.

От ужаса буквально трясло. Хотелось немедленно спрятаться, и все равно куда. Спрятаться и отключиться, чтобы забыть то жуткое лицо…

Черт!

Я села, схватила протянутый Олиорой стакан воды двумя руками и жадно выпила. И только после этого выдохнула, осознав наконец, что все уже прошло. Я не в подвале. Я в Академии, в комнате отдыха, где мы с девчонками совсем недавно – вечность назад – гадали.

– Что со мной было? – озадаченно нахмурилась я.

– Похоже, видение, – отозвалась Олиора, забирая пустой стакан. – Встать сможешь?

Я молча поднялась на ноги. Кто-то завистливо протянул:

– Ну надо же, видение. И это на обычных простецких камушках! Вот повезло… А что конкретно ты видела? Короля?

Я не была уверена в том, что мне стоит рассказывать о похищении его величества дьяволом из моей колоды. Черт, да это даже звучит ненормально! Но все так напряженно ждали моего ответа, что я кивнула:

– Да, там был король.

– А невеста, невеста была? Кто она? Ты ее узнала? – посыпались вопросы.

– Нет, – невольно поморщилась я. После того ужаса в подвале, что до сих пор стоял перед глазами, гадание на королевскую невесту казалось мне несусветной глупостью и мелочью. – Не было. Вообще никого не было, король был один.

Девушки синхронно выдохнули, и в этом выдохе слышалось разочарование.

– Что-то мне нехорошо, – пробормотала я. – Пойду, пожалуй, в свою комнату.

Никто не стал возражать, а Олиора даже вызвалась меня проводить. То ли и правда беспокоилась обо мне, то ли просто надеялась наедине выведать подробности.

– Спасибо! Но доберусь сама, – отказалась я, стараясь улыбаться как можно безмятежнее. – Мне уже лучше. Только спать хочется. Да что вы переполошились? Ничего ведь не случилось.

– Ты так кричала… – с сомнением протянула Олиора. – Было жутко, честно.

– Это я от неожиданности. У меня такое первый раз.

– Первый раз! – усмехнулась Ярна. – Да у большинства предсказательниц за всю жизнь может быть одно видение!

– А может и ни одного, – мрачно добавил кто-то.

– Ясно, – кивнула я и с улыбкой добавила: – Ну вот, я свое видение истратила без всякой пользы.

– Вряд ли оно у тебя будет единственное, – Олиора покачала головой. – Ты ведь заморыш. Ну, то есть…

– Да поняла, – снова улыбнулась я.

И машинально потерла щеку. Вот ведь… Так много улыбалась за последние пять минут, что скулы свело. Но мне совершенно не хотелось, чтобы кто-то заподозрил, что я совсем не в порядке.

Весело попрощавшись, я выскользнула за дверь. Коленки тряслись, сердце колотилось как сумасшедшее. Ужасно хотелось остановиться, привалиться к стене и перевести дыхание. Но девчонки сейчас явно начнут расходиться. Не хватало, чтобы они меня застали. Так что я собралась с силами и на негнущихся ногах потопала домой.

Стоило мне войти в прихожую, как Бриззина высунула нос из своей комнаты:

– А ты не промах! В первый день – и сразу на вечеринку.

Она смотрела на меня с любопытством. Неужели наконец-то захотела общаться? Только сейчас это было совсем некстати.

– Никакая не вечеринка. Девчонки устроили предсказательский круг, – быстро ответила я.

Не думала, что Бриззину это заинтересует. Предсказания же здесь – обычный учебный предмет. Что-то совершенно заурядное. Но она оживилась:

– Ого! И на что гадали?

И сразу стало ясно: если я расскажу, что объектом был король и его невеста, спать мне сегодня не придется. Бриззина не оставит меня в покое, пока не узнает, что там у него на сердце, на душе и в ближайшем будущем.

Нет уж!

– Да ни на что особенное, просто решили потренироваться перед началом учебного года, – выпалила я и поскорее скрылась в своей комнате.

А там упала на кровать и какое-то время так и лежала, без движения и даже без особых мыслей.

В памяти всплывали то удивительно синие, непокорные глаза короля, то жуткое лицо его похитителя…

Король и дьявол, точь-в-точь из моей колоды. И обоих я нарисовала раньше, чем увидела. Впрочем, не только их. Как выяснилось, уже у нескольких арканов нашлись реальные прототипы.

Стоп! Возможно, я смогу ответить на главный вопрос сегодняшнего вечера: кто станет королевской избранницей…

Если король – это аркан Император, мне просто нужно посмотреть, кто изображен на аркане Императрица!

Это же так просто.

Вставать не хотелось. Даже пальцем пошевелить было лень.

Я попыталась припомнить, что же там рисовала, но, хоть убей, не могла.

В конце концов любопытство все-таки победило.

Я поднялась с кровати, добрела до шкафа, вытащила из-под стопки одежды колоду, отыскала Императрицу, взглянула и разочарованно выдохнула: на троне восседала стройная девица в роскошном платье, и лицо ее было прикрыто плотной черной вуалью.

Да уж… И снова проклятая неизвестность.

Я сунула колоду обратно и, зевая, вернулась в постель. Но сразу уснуть не удалось. В голове теснились вопросы, на которые у меня не было ответов.

Что не так с моими картами Таро? Почему они похожи на реальных людей? Что мне делать со всеми этими странностями? С кем можно поделиться?

И стоит ли вообще делиться хоть с кем-то?

Незнакомый мир, в котором я никого не знаю, а стало быть, не могу никому доверять. Промелькнула даже шальная мысль: не рассказать ли обо всем самому королю? Уж он-то точно не хочет быть похищенным. Но я тут же ее отбросила: глупости, где я, а где король.

Он появляется в Академии только на экзаменах и торжественных мероприятиях, а учитывая то, что завтра будет первый учебный день, это произойдет не скоро.

Я так и уснула, не придя ни к какому выводу.

* * *

Утром я снова едва не проспала и собиралась на занятия под непрекращающееся ворчание Бриззины. Странно, но я к нему, кажется, уже привыкла. Относилась как фоновой музыке, не очень приятной, но и не слишком раздражающей.

Может быть, потому что с замиранием сердца предвкушала новую и несомненно прекрасную жизнь? В конце концов, это магический мир, и учить нас будут самой настоящей магии!

Я ждала чудес, и они должны были начаться с минуты на минуту.

Но мои ожидания не оправдались. Одна за другой потянулись лекции, и нельзя сказать, что они были очень увлекательные.

На первой паре мы записывали, как важны правильные и своевременные предсказания в экономике государства, а на второй еще хуже: чертили карты звездного неба.

Оказывается, это очень важно, чтобы предсказания давались в правильное время. Только вот созвездия тут были совсем другие. Может, и те же, но назывались совсем иначе.

Я и в созвездиях своего родного мира не слишком хорошо разбиралась, а эти и вовсе были китайской грамотой.

Так что к обеду голова у меня буквально распухла от кучи новых ценных знаний. И эта куча никак не хотела усваиваться.

В столовой гудела толпа. Вчерашняя гадальная компания в полном составе поджидала меня за столиком. И едва я приземлилась на стул, как со всех сторон посыпались вопросы:

– Ну как, вспомнила еще что-нибудь?

– Хотя бы какие-то подробности!

– Что ты вчера видела?

– Король действительно был один? Или с кем-то?

– Ничего не вспомнила… Там было очень туманно, – отбивалась я, с тоской поглядывая на дверь. Может, сбежать? Все равно аппетит пропал. – Короля видела точно, а остальное…

Щеки предательски горели. Не хотелось врать, но говорить правду не хотелось еще больше.

– А почему ты кричала?

– Испугалась, – твердо ответила я. – Не ожидала такого. Вот ты сидишь в комнате среди девчонок, а тут раз – и оказываешься в другом месте.

– Ну да, конечно, – соглашались они, но в их голосах явно слышалось разочарование.

– Отстаньте уже от нее! – вмешалась Олиора. – Дайте человеку поесть спокойно.

Я бросила на нее благодарный взгляд.

Через пару минут все и правда будто забыли про меня, опять стали обсуждать, кто же из первокурсниц окажется той самой счастливицей, на которую падет выбор короля.

Почти не чувствуя вкуса, я быстро смела все с тарелок, с облегчением выскочила из столовой и отправилась искать аудиторию триста пятнадцать, где должна была состояться очередная лекция. Или триста шестнадцать? На ходу достала тетрадку с расписанием и заглянула в нее. Да, все правильно, триста пятнадцать…

Внезапно голова врезалась во что-то мягкое и теплое, послышался глухой стук. Я ойкнула и отскочила в сторону.

– Смотри, куда идешь, – недовольно буркнул высокий худосочный блондин.

И присел, одной рукой собирая рассыпавшиеся по полу книги. В другой же он бережно держал медведя. Да-да, игрушечного медведя, потрепанного, с надорванным ухом!

Странный какой-то тип. И не похож на студента. Ни формы на нем, ни мантии…

– Извини, – спохватилась я и опустилась на корточки, чтобы ему помочь.

– Не тронь! – рявкнул блондин. – Не хватало еще, чтобы каждая неуклюжая девица хваталась за ценные материалы!

– Неуклюжая девица? – возмутилась я. – А сам-то ты какой ловкий! Умник! До сих пор в игрушки играешь, и даже в Академию притащил.

– Потрудитесь извиниться, леди! – раздался вдруг чей-то голос.

Я подняла голову, но рядом никого не было.

– Я вам не игрушка, а магистр артефакторики!

Я так и не смогла сообразить, откуда идет голос.

А когда поняла, едва не грохнулась на пол. Это говорил тот самый медведь, игрушечный медведь!

– Простите… – забормотала я.

Быстро подскочила на ноги и побежала по коридору, не особенно даже разбирая, в нужную ли сторону бегу.

Игрушечный медведь – преподаватель?

Боже, куда я попала?

Глава 9

Теория предсказания…

Еще один предмет, который поначалу показался скучным. Я прилежно записывала за преподавательницей основные виды и подвиды предсказаний, пока ее слова не заставили меня встрепенуться.

– Спонтанные видения, – сказала она. – Это особый вид предсказаний. Как правило, они сбываются. И чем более ярким и детальным выглядит видение, тем выше вероятность того, что оно сбудется.

Вот значит, как…

Мое видение уж точно было ярким и детальным. Кожу пощипывало от холода мрачного подземелья, каждый звук воспринимался остро и четко. И ощущение ужаса, которое до сих пор накатывало….

Получается, что королю и правда угрожает опасность.

Все это никак не выходило у меня из головы. Занятия уже закончились, а я все бродила мимо аудиторий, обдумывая, что теперь делать. И наконец меня осенило: нужно поговорить с магистром Иамадой!

Вряд ли в Академии кто-то разбирается во всех этих штуках лучше, чем декан факультета Ясности. К тому же она мне с первого взгляда понравилась.

Я уже приближалась к ее кабинету, когда вдруг увидела короля. Сначала не поверила сама себе. Даже потерла глаза, чтобы убедиться, что мне не почудилось. Но нет, его величество шел мне навстречу так же стремительно, как и в прошлый раз: серебристая мантия буквально летела за его спиной. Только сейчас не было толпы, в которой можно спрятаться…

Лишь он и я. В пустом коридоре.

Он все-таки невероятно красив… И с каждым разом каким-то непостижимым образом становится все притягательнее. Само совершенство, от кончиков начищенных сапог до тяжелой гривы волос, густой и теплой даже на вид.

Так, стоп. Не об этом надо думать!

На теории предсказаний говорилось что-то о знаках. Мол, они встречаются чуть ли не на каждом шагу, и настоящая предсказательница просто-таки обязана их замечать.

Я ведь вчера думала, кому рассказать о видении? А сегодня тот, кого оно непосредственно касается, попадается мне на пути. Хотя сейчас ни разу не экзамены и даже не торжественное мероприятие.

Это ведь знак! Самый что ни на есть настоящий.

Тем временем король прошел мимо. Так близко, что край мантии скользнул по руке. Опахнуло теплом. Странный запах. Немного горьковатый, но приятный…

Спохватившись, я негромко окликнула:

– Ваше величество! Ваше величество!..

Король резко остановился и развернулся, вопросительно приподняв бровь. Он казался спокойным. Только чуть натянулась кожа на скулах, да яростно билась на шее жилка.

Злится? Но… почему? Все слова разом вылетели из головы.

– Ваше величество, я не знаю, как сказать…

– Что вам нужно? – ледяным тоном спросил король.

А он не очень-то вежлив. Даром, что возмутительно красив. Впрочем, ничего нового. То, что внешность бывает обманчива, я усвоила еще в той, прежней жизни.

– Дело в том, что я с предсказательского факультета…

– Сам вижу.

Конечно, видит. На мне же золотистая мантия! Очень глупо получилось. А еще глупее то, что я никак не могла сосредоточиться, стояла и что-то мямлила. Вряд ли он станет выслушивать долгие объяснения.

Я глубоко вдохнула и словно в омут бросилась, перешла сразу к сути:

– Вчера мне было видение…

– Да неужели! – насмешливо протянул он.

О боже, ну почему ему надо вести себя как чертовому гаду? Мне и так трудно!

– … Вы, наверное, первокурсница.

– Да, – недоуменно кивнула я.

Причем здесь то, на каком курсе я учусь? Я ведь собираюсь сказать кое-что важное.

– Я так и думал.

– Почему? – машинально спросила я.

– Потому что все остальные знают, что эти штучки не работают.

– Какие такие штучки? – растерянно пробормотала я, окончательно перестав понимать, о чем идет речь.

– Вы ведь собираетесь мне поведать, – подчеркнуто любезно заговорил король, – что вам было видение…

Последнее слово он произнес с такой издевкой, что захотелось протянуть руки и оставить замечательные царапины на безупречно красивом лице. По четыре на каждой смуглой скуле! Никогда ни с кем не хотелось, а тут аж пальцы сводило. Пришлось сцепить их в замок за спиной, чтобы не лезли куда попало.

А король между тем продолжал:

– Вы, естественно, видели себя в королевском дворце. И обязательно на троне. Или в королевском саду. Рядом со мной…

Так вот что он подумал! Теперь не только щеки полыхали, но и уши горели огнем. Но у меня и в мыслях не было ничего подобного! Смятение мгновенно смыло накатившей злостью.

– Вовсе нет! – сказала я с вызовом. – Наоборот, я видела, что вам грозит опасность.

– О, опасность. Как интересно!

Интересно? Что ж, хоть так меня выслушает. А дальше пусть делает, что хочет. Главное, моя совесть будет чиста.

– Только тоже не оригинально, – жестко добавил он. В синих глазах плескался гнев. – За прошлый год мне обещали штук двадцать покушений и не менее десятка раз сообщали, что кто-то навел на меня страшное проклятие. В следующий раз постарайтесь придумать что-то другое, а еще лучше – оставьте эту дурацкую идею. И всем своим подружкам передайте: в ближайшее время я не собираюсь жениться. А если и соберусь, то не буду искать невесту в этой академии, а выберу заморскую принцессу.

Индюк! Напыщенный индюк.

– В самом деле? – прищурилась я. – А мне казалось, что заморские принцессы бегут от вас, как черти от ладана!

На лице короля отразилась крайняя степень изумления.

Мне бы промолчать, но увы, меня несло, и остановиться было невозможно:

– Так что вы подумайте хорошенько, присмотритесь к девушкам академии. Ко мне можете не присматриваться, я себе в мужья хочу кого-нибудь… Кого-нибудь…

Я запнулась.

– Кого-нибудь что? – с усмешкой спросил король.

– Кого-нибудь посимпатичнее и не такого самовлюбленного, – припечатала я.

Развернулась и быстро пошла прочь. Внутри все кипело от злости. Вот же гад, хоть и король!

Король!

Я остановилась как вкопанная, медленно осознавая, что наделала: нагрубила самому королю, возможно, даже оскорбила.

И что теперь будет? Что вообще в этом мире положено за оскорбление короля? Меня бросят в какую-нибудь темницу, отправят на рудники или казнят?

Вот же черт! Устроила себе неприятности на ровном месте. Молодец, леди Полина.

Может, еще не поздно все исправить? Например, принести свои извинения? Я оглянулась. Коридор был пуст, король уже ушел.

А вдруг обойдется?

Вряд ли его величеству есть дело до какой-то там девчонки. Кто он и кто я?

И потом, хотел бы наказать – тут же кликнул бы стражу, и меня бы проводили туда, куда у них положено девать преступников. Но он просто ушел.

Что там говорили о знаках?

Если это был не знак, то что еще?

Зато теперь сомнений не осталось: рассказывать о своем видении я не буду. Никому.

Глава 10

Его величество король Алард Первый был в гневе.

Он вышел из сияющего портала и стремительной походкой направился к своему кабинету. От с трудом сдерживаемой магии в воздухе заметно искрило.

Гулко звучали его шаги в пустых коридорах. Где-то далеко впереди мелькнул край платья, и снова все стихло. Ни просителей, ни придворных, ни слуг. Верноподданные каким-то образом заранее чувствовали, когда монарх столь явно не в духе, и мгновенно растворялись в недрах королевского дворца, как кусочки сахара в горячем чае. И лишь охранники безмолвными изваяниями стояли у кабинета.

Его величество захлопнул за собой дверь, рванул мантию на шее. Раздался треск – и сияющая серебристая ткань скользнула на пол.

Молодой король обессиленно упал в кресло за столом.

Все складывалось совсем не так, как хотелось. Стараниями Голайна, которому захотелось самому усесться на трон и править, последние десять лет Алард провел в спячке.

Десять лет… За это время мир изменился, все изменилось. Родители умерли, лучший друг повзрослел, а он так и остался пацаном, который только-только собирался поступать в Академию.

В Академию…

Алард скрипнул зубами. Дело было именно в Академии. Точнее, в одном из ее преподавателей. Чертов магистр Дракарт! Невыносимый, упрямый старик, убежденный, что именно его предмет – главный.

В дверь осторожно постучали. Видеть никого не хотелось. Но, увы… Некоторые вопросы не терпят отлагательств. И в настроении ты или нет, а страной управлять надо.

– Входите! – откликнулся Алард.

В кабинет проскользнул секретарь и потряс пухлой папкой с бумагами:

– Ваше величество, министр финансов прислал на подпись. – Секретарь потряс пухлой папкой с бумагами.

– Опять? Вчера же подписывали целый ворох!

– Это уже новое, – сказал секретарь.

– Клади на стол, – велел король, мысленно попрощавшись со свободным вечером.

Впрочем, и до этого вечер был не таким уж свободным. Он собирался почитать учебники, а теперь еще придется внимательно изучать столбцы цифр, написанных мелким убористым почерком министра финансов.

Секретарь аккуратно пристроил папку на угол широкой столешницы, но уходить явно не собирался.

– Что-нибудь еще? – глухо спросил Алард.

– Леди Лервенна просит аудиенции. Говорит, у нее что-то важное.

Важное? Что может быть важного у главной королевской предсказательницы?! Очередные бредни о туманных видениях и неясных тревогах, слушать которые не было ни желания, ни сил.

Покойная матушка так верила во всю эту ерунду. Сколько Алард себя помнил, по дворцу постоянно слонялся целый выводок гадалок разных калибров, мастей, возрастов, но с одинаково загадочным выражением на постных лицах, словно им и правда открыты тайны мира.

Да только ни одна из них не сообщила матушке, что их старший сын вовсе не утонул, купаясь в реке. И что младший имеет ко всему этому самое непосредственное отношение.

Вернув трон, Алард мгновенно разогнал всю свору, раздутую трусливым Голайном до невероятных размеров. Главную оставил лишь потому, что так требовал протокол. Но, демоны побери, там не написано, что он обязан вникать в то, что она несет!

– Не сегодня, – отрезал Алард.

И тут же вспомнилась девчонка в золотистой мантии, которая не далее как полчаса назад пыталась одарить его еще одним мрачным предсказанием.

Она так забавно злилась. Не особо подбирала слова, и явно хотела пустить в ход коготки. Он отчетливо видел это желание в ее глазах. Как она его назвала? Самовлюбленным? Никакого пиетета перед королем. И это ему понравилось. Приятное разнообразие после льстивых улыбок и жеманства кислых дур, стаями осаждавших дворец.

Не стоило на нее набрасываться. В конце концов, девчонка не виновата, что попала под горячую руку. Виноват кое-кто другой…

При воспоминании о магистре Дракарте король снова нахмурился.

– На этом все? – мрачно спросил он у секретаря.

– Магистр Рониур ждет вашей аудиенции, – доложил тот.

– Так что же ты молчишь? С этого и надо было начинать, – Алард поднялся из-за стола. – Пусть немедленно накроют обед на двоих в малом столовом зале. По упрощенному протоколу, – приказал он и стремительно вышел из кабинета.

Возле дверей стоял Рониур и устало улыбался.

Столько времени прошло с тех пор, как Алард вернулся на трон, но он так и не смог привыкнуть, что его друг детства теперь выглядит старше, чем он. Ровно на десять лет, украденных Голайном. Рониур возмужал, на лице прорезались морщинки, глубокая складка залегла между бровей.

Они же с Алардом ровесники, демон побери! И должны были вместе учиться, бегать за девчонками и… взрослеть. Тоже вместе. Но получилось, как получилось.

– Рад тебя видеть, дружище! – сказал король.

И они с Рониуром обнялись, крепко, похлопывая друг друга по спинам. И наплевав на дворцовый этикет, как всегда это делали. Когда Рониур впервые обратился к нему «ваше величество», Алард спросил:

– Хочешь, чтоб я тебе врезал?

– А ты попробуй, – хмыкнул тот, и глаза его весело блеснули.

Они оба рассмеялись, и больше этот вопрос никогда не поднимался. Рониур был его другом, лучшим другом. И чтобы ни случилось, это не изменится…

– Пошли пообедаем, – предложил Алард.

– Скорее поужинаем, – усмехнулся Рониур.

Они развернулись и зашагали по коридору.

– Ну, рассказывай, – сказал Алард, едва они уселись за стол, и нетерпеливым жестом отослал прочь прислугу. – Как там?

Уточнять, где «там», не было необходимости.

Пути в другие миры…

Они появились задолго до рождения Аларда. И если один мир дарил королевству лучших магов, то другой посылал омерзительных враждебных созданий. Во время прорыва они буквально падали с неба. Как только такое случалось, Рониуру приходилось оставлять академию и отправляться воевать…

– Паршиво, – покачал головой Рониур. – Эти твари лезут так, будто наш мир какой-то проходной двор.

– Давно вернулся?

– Вчера вечером. Отсыпался… На этот раз отбились, но они становятся сильнее и хитрее.

– Ты думаешь, это связано с тем темным?

– Да, – коротко кивнул Рониур. – Но вряд ли я смогу это доказать. Просто чутье.

Чутью Рониура Алард верил больше, чем любым доказательствам. Тот был одним из сильнейших боевых магов королевства, опытным и хладнокровным. Он интуитивно просчитывал все на сто ходов вперед, мгновенно оценивал обстановку и всем своим нутром ощущал малейшую опасность.

– От дознавателя есть новости? – спросил Рониур.

– Был вчера с докладом. Сказал, что дал распоряжение своим людям отслеживать необычные, странные, непонятные случаи. И сообщать. Но пока никаких подвижек. Всё, что мы на сегодня имеем, – это описание темного…

– Которое, увы, подходит половине взрослых мужчин королевства, – хмыкнул Рониур. – То есть на самом деле ничего.

– Похоже, что так.

Некоторое время они молча ели.

Был, конечно, еще один вопрос, который Алард хотел обсудить… Вернее, просьба. Но после событий, о которых они только что говорили, она казалась глупой и почти детской. И все же важной.

– Послушай, – наконец произнес он. – Я сейчас чертовски занят. Нужно отстраивать замок, разбираться с финансами, пересматривать законы, которые напринимал мой братец. Твари эти…

Рониур кивнул. Он понимал. Аларду досталось непростое хозяйство – хлопотное и беспокойное.

– А тут еще магистр Дракарт!

Рониур заинтересованно вскинул брови:

– Теория магического права?

– Она самая. Он требует, чтобы я был на всех его лекциях. Ни с одним другим преподавателем проблем не возникало, а этот…

– Что «этот»? – невозмутимо спросил Рониур, но глаза его подозрительно блестели.

Веселится, гад!

– Уперся рогом! Я, видите ли, должен через день являться в академию и по два часа слушать то, что спокойно прочитал бы в учебнике. Сегодня из-за его дурацкой лекции пришлось перенести встречу с послом Этерии. Это же глупо! И нецелесообразно. Ты мог бы на него как-нибудь повлиять?

– Повлиять на магистра Дракарта? – ухмыльнулся Рониур. – Боюсь, это не по силам даже королю.

Алард выругался.

– Идиотизм же!

– Есть такое. У старика отвратительный характер, но лучшего специалиста во всем королевстве нет. А будущим законникам необходимо знать основы.

Они еще немного посидели, обсуждая последние новости, и Рониур заторопился. У него было мало времени. Совмещать преподавание в университете с постоянными поездками в горячие точки и ролью советника короля было непросто.

Попрощавшись, они разошлись в разные стороны.

Алард возвращался в свой кабинет по пустынному коридору. Почему-то вновь вспомнилась девчонка с предсказательского.

Симпатичная. А еще ершистая и непосредственная. Зря он ее высмеял.

Но Алард быстро выбросил все лишнее из головы. Его ждали документы, учебники и длинная, бессонная ночь.

Глава 11

– Не-ет! – отчаянно закричала я и… проснулась.

Над головой светлел знакомый потолок, но обрывки сновидения все еще мелькали перед глазами. И они казались настолько реальными, что я никак не могла прийти в себя. Осознать, что все закончилось. Внутри по-прежнему сжималось от дикого страха, сердце колотилось как сумасшедшее.

Я судорожно выдохнула, пытаясь успокоиться.

Мне приснился его величество король.

И это был вовсе не романтический сон, где мы гуляли под ручку по королевскому саду или стояли в тронном зале, приветствуя радостных подданных.

Нет!

То, что я видела, скорее напоминало кадры из фильма ужасов.

Треснувшее пополам небо, страшная черная дыра в нем. Отвратительные чудовища, мохнатые, членистоногие, похожие на огромных пауков в два человеческих роста, которые наступали со всех сторон, и темноволосый мужчина в серебристой мантии прямо передо мной, что с ними сражался.

Король…

В этом моем сне он вовсе не выглядел заносчивым и надменным. Наоборот, он выглядел… Да потрясающе он выглядел!

А я…

Почему-то я чувствовала себя совершенно спокойно за его спиной. Почему-то была совершенно уверена, что мне ничего не грозит, пока он рядом. Странное ощущение, и приятное. Я зачарованно смотрела, как стремительно он двигается, как срываются с его рук ослепительные магические сгустки.

Воздух дрожал и искрил, что-то гудело и вибрировало, монстры лопались как мыльные пузыри.

Хотелось, чтоб бой побыстрее закончился и… не хотелось. Слишком мне нравилось чувствовать себя защищенной.

И вдруг громадная черная туша упала сверху совсем рядом, закрыв свет, поднялась на мохнатые лапы и ринулась сзади на короля. Я в ужасе дернулась, но ноги вязли в земле, пыталась предупредить, но голос пропал.

Наконец из горла вырвался вопль… И я проснулась.

Бр-р!..

Вскочив с постели, я набросила на себя халат, посмотрела в окно и тихо прошептала: «Куда ночь, туда и сон». Не то чтобы я верила, что это как-то поможет, просто бабушка так учила. В детстве ночные кошмары часто преследовали меня.

На улице уже начинало светать. Я с сомнением покосилась на кровать. Конечно, можно было бы поспать часик, но смотреть продолжение ужастика не хотелось. Даже с королем в главной роли.

За стенкой было тихо. Никто не скребся, не брюзжал, что опаздываем, не поторапливал. Я с удовольствием поплескалась в душе, заказала завтрак, не спеша съела его и достала с полки учебник. Так и читала все утро, пока не послышались тяжелые шаги и… мурлыканье Бриззины.

Честное слово, она что-то напевала себе под нос! Мне что, соседку случайно подменили?! Кого мне там подсунули?

Схватив сумку, я выскочила в прихожую, нос к носу столкнулась с Бриззиной и ошеломленно моргнула. Мало того что она пела, улыбалась и вообще, похоже, пребывала в отличном настроении, так еще и преобразилась до неузнаваемости! Рыжие волосы были уложены в аккуратную прическу, глаза – подкрашены, и даже на губах сочно поблескивала помада.

Это какая-то новая Бриззина. Незнакомая.

Впрочем, выглядела она сейчас почти хорошенькой. Может же, когда захочет. Но меня это преображение скорее пугало. От прежней я хотя бы знала, чего ждать.

– Сегодня в Академии какой-то праздник? – с подозрением спросила я.

Не рассказать мне о чем-то важном – это вполне в характере моей «помощницы».

– Нет никакого праздника, – буркнула Бриззина, явно смутившись. – Обычный учебный день…

– Точно? – прищурилась я.

– Просто… – она немного поколебалась, а потом наклонилась ко мне и прямо в ухо, будто кто-то и правда мог подслушать, заговорщически прошептала: – Девочки с Факультета Справедливости рассказали, что их преподаватель велел королю присутствовать на всех занятиях! Ни за что не разрешил пропускать!

Она явно была в восторге, а я пока не понимала почему.

– …Теперь его величество будет почти каждый день приходить в академию, а не только на практические и экзамены! И сегодня придет – в расписании есть теория магического права!

– И ты надеешься с ним встретиться? – наконец сообразила я.

– Ну… Все возможно…

Я едва сдержала вздох. Она даже не представляет, о чем мечтает. Я вот встретилась. Ничего хорошего!

Кажется, по моему лицу Бриззина поняла, что ее воодушевления я не разделяю. Похоже, когда речь заходит о короле, она становится куда внимательнее.

– Он, конечно, будет занят… Но по этажу законников я все-таки прогуляюсь. На всякий случай.

– Обязательно прогуляйся! – кивнула я и выскользнула за дверь.

Что-то от его величества у меня одни неприятности: то в обморок падаю, то гадости от него выслушиваю. Теперь вот и спать не могу. Не хватало еще и на занятия опоздать, выслушивая восторги его преданной поклонницы.

У двери аудитории меня поджидала Олиора. Едва я приблизилась, она огляделась по сторонам и тихо сказала:

– Сегодня в полночь снова собираемся в комнате отдыха. Миррима согласилась к нам присоединиться!

Я вспомнила надменную девицу, которая меня толкнула, и помотала головой:

– Нет уж, давайте в этот раз без меня.

И вовсе даже не потому, что меня не тянуло встречаться с Мирримой. На самом деле мне просто совершенно не хотелось ничего знать про короля.

А той несчастной, которой придется стать его женой, я уже сочувствовала.

– Ты что, без тебя у нас нет шансов! – взмолилась Олиора.

Ну что за глупости!

– У меня занятие сейчас начнется… – я с тоской покосилась на дверь. – Да и у тебя тоже!

Она бросила взгляд в расписание на моей страничке и ахнула:

– Магистр Тагилида! Тогда и правда поспеши! Она ужасно строгая!

Олиора развернулась и проворно припустила прочь, а я быстро юркнула в аудиторию. И успела вовремя: магистр Тагилида вошла в дверь уже через минуту.

Выглядела она угрожающе. Высокая, крепкая, широкая… Как статуя «Девушка с веслом». И то, что вместо весла в руках у нее была всего лишь указка, совершенно не исправляло ситуацию. Все в аудитории притихли на своих местах и уткнулись носами в тетрадки. Сталкиваться даже взглядом с суровой преподавательницей никто не хотел.

– Сны и сновидения! – победно объявила магистр Тагилида и сделала небольшую паузу, словно все присутствующие обязаны были зааплодировать. – Это один из важнейших видов спонтанных предсказаний. Настоящий предсказатель не может относиться к своим снам пренебрежительно, ведь любой из них может быть четким указанием на грядущие события.

Я не выдержала и хихикнула. Вот уж точно то, что мне сегодня снилось, вряд ли может хоть как-то воплотиться в реальность.

– Я сказала что-то смешное? – рявкнула магистр Тагилида, мгновенно отыскав меня взглядом.

Вот же черт! Уж свои-то смешки я точно могла оставить при себе. Я опустила глаза и уткнулась в тетрадь, чтобы она как можно скорее забыла обо мне и вернулась к лекции.

Но она не собиралась ни забывать, ни возвращаться.

– Итак, леди… как вас там?

– Полина, – обреченно пробормотала я.

Теперь она меня точно запомнит. И это очень поможет на экзамене, да…

– Итак, леди Полина, извольте подняться и пояснить всем, что же такого смешного я сказала.

– Извините… – Я медленно встала, не рискуя даже смотреть по сторонам. Казалось, сейчас на меня не таращится только слепой. А их в аудитории точно не было. – Я ничего такого не хотела, просто…

– Просто что?! – безжалостно осведомилась магистр Тагилида.

– Ну… Мне кажется, что не все сны вещие даже у предсказательниц… Я вспомнила то, что снилось мне сегодня ночью. Гигантские пауки падали с неба, а его величество с ними сражался, защищая меня. Это ведь никак не может сбыться…

Кто-то хихикнул и испуганно смолк, а магистр Тагилида внезапно пришла в ярость.

– Вы смеете насмехаться над высоким искусством предсказания? Подвергать сомнениям слова преподавателя? Вон! Вон из аудитории сейчас же!

– Извините, я вовсе не… – попыталась я оправдаться.

Но меня уже не слушали.

– Вон, вон отсюда! – срывающимся голосом прокричала магистр Тагилида.

Глаза ее буквально метали молнии, и это было настолько страшно, что я схватила учебники, наскоро запихала их в сумку и выскочила за дверь.

Промчалась по коридору до самого конца, сбежала по какой-то лестнице, вылетела на крыльцо, что выходило в огромный двор, и огляделась. Мощеные дорожки, заросли кустов и деревьев…

Долго рассматривать было некогда. Не хватало еще, чтобы меня увидели из окон, а потом задавали вопросы: почему эта студентка не на занятиях? Вот же позорище. А самое главное, выгнали ни за что, я ведь сказала чистую правду.

Но, похоже, как только речь заходит о его величестве, у меня сразу включается режим неприятностей. И тут уж вовсе необязательно что-то говорить или делать, проблемы придут сами.

Я чуть не кубарем скатилась по высоким ступенькам, нырнула в кусты и забралась в самую глубь зарослей, подальше от посторонних глаз. Уже там спокойно уселась на траву, достала из сумки книгу «Сны и сновидения», – ну надо же хоть как-то восполнить свое отсутствие на лекции! – открыла первую страничку и стала читать.

«Обычные и ничего не значащие сны бывают и у прорицателей. Тем, кто имеет Великий дар ясности, следует с особым трепетом относиться к своим сновидениям. В них могут быть тайные символы, и задача провидца – правильно эти символы истолковать».

Я вздохнула. Символы, говорите? Дайте-ка я попробую. Тот громадный мерзкий паук, должно быть, символ чудесного, доброжелательного характера нашего короля. Правда, с чего это вдруг его величество решил вступить в неравный бой со своей собственной вредностью, я никак не смогла придумать. И потому пролистала книгу до конца. Последние страницы занимал длинный список, озаглавленный: «Сны и их толкование». Я отыскала в нем паука.

Выяснилось, что паук снится к сложной и запутанной ситуации, а также может обозначать дурного человека или скорое банкротство. Или – в особых случаях! – стихийное бедствие, засуху, неурожай.

Похоже, никогда в своей жизни я не занималась большей ерундой, а ясновидение с предсказаниями даже в магическом мире штука весьма сомнительная. Кажется, моя будущая профессия – дурить людям головы, выбирая между засухой и банкротством.

Я захлопнула книгу и в этот момент услышала слабый гул откуда-то сверху. Он становился все громче, воздух вокруг задрожал. Что происходит?

Я с любопытством высунулась из кустов, запрокинула голову и остолбенела.

Небо странно прогнулось, а потом с грохотом лопнуло пополам, как слишком перетянутый холст под лезвием. Края трещины разошлись, и в образовавшейся черной дыре, словно живая, зашевелилась тьма…

А потом из нее посыпались огромные мерзкие твари. Они плюхались на мостовую, в кусты, с громким треском ломая ветви, и медленно поднимались…

Тут были и мохнатые пауки с сетчатыми глазами навыкате, и гигантские богомолы, и бесформенные уродцы с десятками щупалец, и вовсе ни на что не похожие жуткие монстры, словно вырвавшиеся из преисподней.

Я уже все это видела. Сегодня ночью. Во сне.

Так может, я снова сплю? Мало ли, читала дурацкую книжку, и сморило?

Нет… Происходящее было слишком реальным.

От ужаса прошиб холодный пот, живот скрутило.

Внезапно рядом раздался душераздирающий крик, такой громкий, пронзительный, что зазвенело в ушах. И только потом я поняла, что это мой голос…

Глава 12

Кричать было плохой затеей – это стало ясно сразу же.

Монстры насторожились, прислушиваясь. Закрутили головами в поисках источника шума.

От страха горло сдавило, перекрыв вопль. Наступила тишина. И эту тишину разрывали гулкие удары: падали новые твари вдобавок к тем, что уже заполнили почти весь двор Академии…

Некоторые разворачивались ко мне, их жуткие челюсти ходили ходуном.

«Сожрут, – вспыхнула паническая мысль, – точно сожрут!»

Черт! Все нормальные студенты сидят на занятиях, преподаватели, как им и положено, преподают. И лишь меня понесло навстречу приключениям!

Все это в долю секунды промелькнуло в голове, тело же соображало куда быстрее. Руки-ноги заработали словно сами собой, я молниеносно проползла между кустами, метнулась в укромный угол между крыльцом и стеной, развернулась и присела, вжавшись спиной в холодные камни.

Может, не заметят? Не увидят? Мне же их не видно. Почти не видно. Особенно, если не смотреть…

И тут сверху, точь-в-точь туда, где я мгновение назад сидела, плюхнулась огромная туша, с треском раздавив кусты.

О боже… Если б я вовремя не убралась, от меня бы сейчас и мокрого места не осталось!

Я сглотнула, от души надеясь, что эта туша поранилась. Или вообще убилась и ни за что не встанет. Иначе…

Послышался топот множества ног, и во двор сначала выскочили преподаватели, а затем студенты в алых мантиях. Факультет Защиты? На вид – старшекурсники. Воздух задрожал, заискрил, полетели сияющие сгустки магии, впечатываясь в уродливых монстров.

Тем временем недавно приземлившаяся туша зашевелилась и начала подниматься, превращаясь в гигантского черного паука с рубиново-красным крестом на пузе.

Только бы он меня не заметил, не нашел… Ну мало ли что там золотистое в углу трясется?

Паук тряхнул громадной башкой и… двинулся в мою сторону, тяжело переставляя мохнатые лапы. Заметил…

– Мамочки! – пискнула я и еще сильнее вжалась в угол.

Гигантский паук приближался, а я лихорадочно пыталась придумать, что делать. Убежать не удастся, вмиг своей длинной клешней достанет. Надо хоть как-то защититься. Но как? Все, что я умею магического, – это заказать в свою комнату еду из кухни да отправить в нее покупки. А немагическое тут бессильно.

Неужели конец? Что-то в последнее время я слишком часто умираю. Только вот на этот раз, кажется, будет по-настоящему.

Я зажмурилась, не в силах смотреть на тварь, что несла мне смерть, и молилась лишь об одном: чтобы все произошло как можно быстрее.

Сбоку раздался изумленный свист.

Я резко повернулась и увидела, как из сияющего сгустка шагнул его величество король Алард Первый. Сгусток тут же растаял. Что это? Похоже на магический портал.

Король прочесал двор цепким взглядом, мгновенно оценил обстановку, скользнул между мною и надвигающейся тварью, вскинул руки и…

Воздух раскололся, полыхнул так, что я на миг ослепла. Две молнии жахнули в мохнатое паучье брюхо, но оно лишь дернулось, всосав магию. Паук же распух, становясь еще больше, пополз вперед. И напоролся на целый залп магических сгустков.

Король стремительно двигался, бил раз за разом, целясь в раздувающееся брюхо. Паук глотал магию и рос… Воздух вокруг потрескивал, пахло грозой, даже мои волосы наэлектризовались, встали дыбом.

И тварь дрогнула, попятилась, заметалась, пытаясь увернуться. Не тут-то было! Короткое бормотание, несколько магических вспышек – и разбухшее паучье пузо словно взорвалось. Тяжелая туша с грохотом рухнула на землю, разметав все еще подергивающиеся лапы.

Король обернулся.

Идеальная прическа растрепались, тяжелая темная прядь прилипла ко лбу. А в синих глазах плясало и бесновалось отчаянное пламя.

Его величество шагнул ко мне и опустился на корточки.

– Жива?

Над верхней губой влажно поблескивали капельки пота. Ужасно захотелось протянуть руку и вытереть их пальцами…

Черт, о чем я думаю?

– … Цела? – коротко спросил он.

Ответить не успела. Ничего не успела, даже возмущенно пискнуть, когда король быстро ощупал меня и кивнул:

– Цела. Сидите тихо и не высовывайтесь!

Он за дурочку меня принимает?! Уж что-что, а высовываться при таких обстоятельствах я бы и сама не стала. Только открыла рот, чтобы сказать это, как король поднялся и стремительно зашагал к другим сражающимся.

Конечно, что ему какая-то девчонка, которая чуть не погибла, если вокруг столько недобитых монстров?

Стоп. Да что со мной происходит? Откуда взялась эта странная злость? Наверное, я просто перенервничала. Не каждый день с неба сыплются пауки и пытаются тебя сожрать.

Я осторожно выпрямилась и повернула голову, буквально одним глазком поглядывая, что там происходит.

Весь двор Академии был забит жуткими монстрами. Одни уже поверженными тушами валялись на земле, другие наступали. Некоторые лопались, как мыльные пузыри, некоторые просто падали, а некоторые, как убитый королем паук, глотали магию и становились крупнее, больше, страшнее.

Разом сгустившийся воздух дрожал и искрил, его расчерчивали ослепительные молнии. Летели огненные шары, свистели, вспыхивая, ледяные стрелы. Что-то гудело и вибрировало, иногда монстры ранили бойцов, и их сразу же оттаскивали прочь старшекурсники в зеленом – черт знает, когда они тут появились – и начинали лечить.

В самой гуще схватки среди алых мантий мелькала одна серебристая.

Вот зачем? Он же король! Неужели боевые маги сами не справятся?!

Смотреть больше не было сил. Страх вернулся, накрыл с головой. Я съехала еще ниже по стене, сжалась в комок, уткнув лицо в коленки. И зажмурилась, надеясь, что до меня больше ни одна тварь не доберется. Так и сидела, пытаясь унять дрожь в руках и не слишком громко стучать зубами.

Не знаю, сколько прошло времени. До меня долетали лишь крики, хлопки, в нос лез запах гари. Даже когда все стихло, куча ног протопала наверх по ступенькам, и смолкли возбужденные голоса, я продолжала сидеть, забившись в угол и не осмеливаясь выглянуть.

– Можете выбираться, – раздалось над головой.

Я встрепенулась и наконец открыла глаза. То там, то тут валялись туши монстров, топорщились сломанными ветками кусты. Его величество стоял надо мной, протягивая руку. Я ухватилась за нее и медленно поднялась. Ладонь была большая и теплая. И было так хорошо за нее держаться, чувствуя, как отпускает страх, что отцепляться совсем не хотелось. Но пришлось. Хотя коленки подрагивали, по ногам бегали противные ежики.

– Занятия на сегодня отменили, – хрипло сказал король. Откашлялся и продолжил: – Так что ступайте в свою комнату. О том, что вы здесь делали во время лекции, даже спрашивать не буду, – насмешливо закончил он.

Развернулся, взлетел по лестнице и исчез за дверью.

Что я здесь делала? На что это он намекает?

И тут до меня дошло: его величество решил, что я его караулила. Разузнала, когда у него единственная лекция. Выяснила, где обычно открывается портал из королевского дворца, и устроилась в засаде.

Так вот что он обо мне думает. Но это же нелепо! Впрочем… Если бы что-то подобное пришло в голову Бриззине, она бы с радостью прогуляла лекцию и торчала бы тут в надежде увидеть предмет своих воздыханий.

Да уж. Похоже, король считает меня полной идиоткой. Теперь уже окончательно и бесповоротно. Впрочем, какое мне дело до того, кем он меня считает.

Вот возьму и подкину Бриззине эту идею. И еще нескольким поклонницам. Пусть королевское величество в следующий раз шагнет из портала прямо в толпу влюбленных дурочек!

В отвратительном настроении я вернулась домой. Едва открыла входную дверь, как Бриззина выскочила из своей комнаты и радостно выпалила:

– Ты же знаешь, что на нас напали? Жуткие твари из другого мира. Они и раньше прорывались, но такого, чтобы прямо на академию посыпались, еще не было!

Она буквально сияла. Я подумала, а не рехнулась ли случаем моя соседка от испуга? Чему же тут радоваться, если напали? Я посмотрела на нее с опаской и на всякий случай сделала шаг в сторону. Кто ее знает, мало ли.

– А его величество… – она закатила глаза и ее лицо приняло восторженно-идиотское выражение. – Его величество всех спас! Явился из портала и вступил в неравный бой с монстрами. И всех победил!

– Так уж и всех! – не удержалась я. – Вообще-то там и преподаватели сражались, а еще студенты с факультета защиты…

Нет, я вовсе не хотела умалять заслуги короля. В конце концов, меня-то он точно спас. И дрался так… что дух захватывало. Но и говорить, что он справился с монстрами в одиночку, было явным преувеличением.

Но Бриззина только отмахнулась:

– Ты ничего не понимаешь! Без него они бы не справились. И вместо того чтобы сказать спасибо, они… Неблагодарные! Представляешь, я своими глазами видела, как магистр Рониур отчитывал его величество. Честное слово! Мол, безответственно бросаться в драку. Он король и нужен государству…

Ух ты. Оказывается, не одна я так посчитала.

– … Как вообще он мог разговаривать с его величеством в таком тоне?

Бриззина, наверное, долго бы еще распылялась о том, какой король великолепный и как его мало ценят, но тут во входную дверь постучали.

На пороге стояла незнакомая девушка в золотистой мантии.

– Леди Полина? Вас вызывает к себе декан Иамада… Она сказала, что это срочно…

– А зачем? – испуганно спросила я.

И тут же поняла, насколько глупо это прозвучало.

Ей-то откуда знать. Ее задача просто передать сообщение. Впрочем, меня ведь сегодня выгнали с лекции. Ничего удивительно, что за этим последовал вызов на ковер к декану. Наверное, и в наших учебных заведениях все устроено точно так же.

А значит, следует ждать наказания или чего-то в этом роде.

– Спасибо, сейчас приду, – кивнула я, старалась говорить как можно спокойнее, хотя живот скрутило от страха.

– Уже успела накосячить? – равнодушно поинтересовалась Бриззина.

От ее пыла не осталось и следа. Ну да, конечно. Я ведь не его величество, обо мне беспокоиться нет резона.

– С лекции выгнали, – неохотно ответила я.

– О, поздравляю! – кажется, в ее голосе промелькнула радость. – Будешь убирать подвал. Тут обычно так наказывают. И знаешь… там довольно жутко.

Да уж, приятно знать, что тебя поддерживают.

У кабинета я немного постояла, собираясь с силами. Потом постучалась, потянула дверь и шагнула внутрь.

– Здравствуйте, вызывали?

– Да, – коротко кивнула декан Иамада.

Справа от ее большого стола расположилась магистр Тагилида, а слева…

Я даже моргнула несколько раз, чтобы убедиться, что мне не кажется.

Слева, в кресле у стены сидел его величество король Алард Первый.

Странно, что после боя он не отправился во дворец к важным королевским делам, раз уж занятия отменили, а явился сюда.

И все трое присутствующих смотрели на меня выжидательно и напряженно.

– Расскажите о своем сне, леди Полина. О том самом, где фигурировал его величество и пауки, – велела декан Иамада.

Глава 13

Сон?

Ну конечно!

Я же проболталась про свой ночной кошмар магистру Тагилиде (за что меня, кстати, и выгнали!), а он исполнился. Практически в точности. Ну, может быть, с некоторыми расхождениями. Незначительными.

Например, когда на меня ползла смертоносная мохнатая туша, последнее, что пришло бы мне в голову, это восхищаться тем, как великолепно выглядит король в пылу сражения.

Кстати, я не поблагодарила за спасение. Уместно ли сделать это сейчас? Пожалуй, нет…

Не без труда, но мне удалось более-менее связно пересказать все, что приснилось ночью. Разумеется, то, как хорош был король в бою и что за ерунда при этом мне лезла в голову, в мой рассказ не вошло.

Когда я закончила, несколько минут стояла полная тишина.

– Поразительно, – наконец выдохнула декан Иамада. – Таких точных предсказаний я не помню уже давно. Обычно они куда более символичны. И сбываются не сразу. Вы определенно очень талантливы и…

Что она еще хотела сказать, я не знаю, потому что король поднялся с места. Магистр Иамада тут же замолчала, и они с магистром Тагилидой почтительно уставились на него.

– Простите, – холодно объявил его величество. – Но у меня не так много времени. Мне с леди…

Он остановился, и магистр Тагилида торопливо подсказала:

– …Полиной.

– …С леди Полиной, – кивнул король, – нужно поговорить. Конфиденциально. Пусть явится во дворец, – он взглянул на часы, – к пяти пополудни для аудиенции.

– Но это невозможно! – потрясенно пробормотала декан Иамада.

– Невозможно? – король удивленно приподнял бровь, словно пытался припомнить, что это за слово такое странное – «невозможно», и когда он мог его слышать.

– Ну разумеется! Для аудиенции в королевском дворце требуются некоторые приготовления, а они займут гораздо больше времени. Нужно подобрать соответствующий случаю наряд, дать леди Полине несколько уроков этикета… Если бы встреча была, к примеру, завтра…

– Встреча будет сегодня! – перебил король. – И мне совершенно безразличен наряд леди Полины. Даже если она явится голая, я это как-нибудь переживу.

Щеки декана Иамады вспыхнули, магистр Тагилида задохнулась от возмущения, а я и вовсе была готова провалиться сквозь землю. Но никто не рискнул сделать замечание королю.

– Конечно, ваше величество, – дрожащим голосом проговорила Иамада.

И король вышел.

* * *

– О чем же его величество хочет с вами поговорить? – осторожно спросила декан Иамада.

Я вздохнула:

– Боюсь, я не настолько хороша в прорицательстве. Наверное, узнаю только тогда, когда он сам мне скажет.

Магистр Иамада рассеянно кивнула.

На самом деле я, конечно, догадывалась, о чем может пойти речь. Учитывая, что одно из моих предсказаний уже сбылось, король вполне мог предположить, что и остальное тоже не пустая болтовня. Перед тем как он меня высмеял, я говорила о своем видении. Так что наверняка его величество сменил гнев на милость и решил поподробнее узнать то, от чего тогда самоуверенно отмахнулся.

Вчера я поклялась никому и никогда больше не рассказывать, что увидела. Но сегодня король спас мне жизнь, и я была не против вернуть ему должок.

– Я могу идти в свою комнату? – спросила я.

– О чем вы говорите? – возмутилась декан Иамада. – Вам предстоит визит в королевский дворец, а времени остается всего ничего. Сейчас же отправляйтесь к Гариетте.

– А Гариетта тут при чем? – удивилась я.

– Теряете драгоценные минуты, – отрезала магистр Тагилида. – Вы же не собираетесь и в самом деле отправиться во дворец голышом?

– Конечно, не собираюсь… – пробормотала я и поспешила выскочить за дверь.

К кастелянше так к кастелянше! Разберусь уже на месте…

* * *

– Подготовиться к аудиенции у короля за три часа? – Гариетта всплеснула руками. – Да это же невозможно! Они там с ума посходили?

– Не волнуйтесь, – пробормотала я, – король сказал, что ему совершенно безразлично, как я буду выглядеть.

Уточнять, в каких именно выражениях он это объявил, я не стала. Не хотелось, чтобы милая Гариетта грохнулась в обморок.

Сейчас это было бы совсем некстати.

Предстояло выяснить, как вести себя в королевском дворце и чем вообще мне может грозить это приглашение. Спрашивать у девчонок с прорицательского или – не дай бог! – у Бриззины не хотелось. Все вокруг обожают короля и так ревниво относятся к потенциальным соперницам, что, боюсь, подобное любопытство обернется для меня порцией яда или каким-нибудь страшным смертельным заклинанием. Наподобие тех огненных шаров, молний и ледяных игл, что летели сегодня в чудовищ.

Бр-р-р.

Нет уж, ради моей собственной безопасности нужно постараться, чтобы о визите в королевский дворец никто не узнал.

– Ему-то может и безразлично, – покачала головой Гариетта, – а честь юной девушки – это у нас уже что, пустой звук? Тебе не должно быть безразлично, балда ты эдакая.

Я возмущенно фыркнула. При чем тут вообще моя честь?! То есть король поставил какие-то невыполнимые условия, а виновата в этом буду я? Просто прекрасно. Что-то этот мир мне уже не так нравится, как прежде.

– К счастью, подходящее платье у нас в хозяйстве имеется. Конечно, по случаю аудиенции у короля леди по этикету положено надеть новое платье, в котором она ни разу не появлялась во дворце. Точнее, в своде правил указано, что не должно быть ни малейшей возможности, что его величество это платье уже видел…

– Но я ведь вообще не появлялась во дворце.

– Ты? Нет. А вот платье появлялось. Просто было надето на другую студентку. Впрочем, тогда нынешний король спал магическим сном. И потому нет ни малейшей вероятности, что он это платье видел. Так что воспользуемся лазейкой. Сейчас принесу платье. Жди! Никуда не уходи! – объявила она.

Я не сдержала смешок. Куда бы я могла уйти, если от визита во дворец отказаться все равно не получится?

Гариетта вернулась через несколько минут. Она тащила платье, такое пышное, что самой Гариетты за ним толком не было видно, только голова и окружающее ее облако цвета ультрамарин.

– Что стоишь? Примеряй, – проворчала она.

– Но вы сказали, что его уже кто-то надевал? – осторожно спросила я.

– Да, студентка одна. Леди Юлия, – это имя Гариетта произнесла почти с нежностью. – Кстати, тоже на аудиенцию к королю!

Я опять покосилась на прекрасное платье. Цвет был просто изумительный, глубокий, насыщенный, чистый.

– Его хотя бы постирали? – с надеждой спросила я.

– Постирали?! – В голосе Гариетты звенело искренне возмущение. – Да оно было очищено и обновлено моим собственным уникальным заклинанием. Тем самым заклинанием, которое, между прочим, включили во все учебники по бытовой магии. Так что платье теперь не просто чистое, оно, считай, новое.

– Отлично, – с облегчением выдохнула я. – Давайте начнем!

Если даже в виде бесформенного облака платье казалось прекрасным, то когда мы с Гариеттой наконец надели его на меня, я вообще потеряла дар речи.

Это было не платье, а настоящее произведение искусства. Открытые плечи, узкая талия и невероятно пышная юбка, где каждый волан, каждая складочка находились на своем месте. А лиф… По глубокому вырезу изящным кружевом шла вышивка, едва заметная, тон-в-тон, но такая искусная, что дух захватывало. Довольно плотная вверху, она спускалась до талии, становясь все призрачнее. Нити слегка мерцали, отчего казалось, что на лиф опустилась звездная пыль.

– Тяжеловато, поди, – вздохнула Гариетта. – Да и шнуровку корсета я затянула довольно туго.

– Тоже мне тяжесть!

– И двигаться, должно быть, несподручно… – виновато продолжила она.

Скажет тоже! Вот на пленэрах да, было немного «несподручно» – когда у тебя в руках тренога, этюдник, складной стул, за плечами – огромный рюкзак с красками и растворителями, а идти надо в горку, пробираясь между кустами…

Я покрутилась перед зеркалом. Нижние юбки путались, оплетали ноги. Конечно, двигаться было не так уж и просто. Но боже, какой мелочью казались все эти неудобства, стоило только бросить взгляд на свое отражение.

– В жизни не думала, что когда-нибудь примерю такую красоту, – прошептала я.

– А оно еще и удачливое, – усмехнулась Гариетта. – Та, что носила его до тебя, вскоре вышла замуж.

– За короля? – машинально переспросила я.

Гариетта замахала руками:

– Нет, нет, конечно же, нет. Тогда и король у нас был другой, тот еще паршивец. Нынешний-то хороший… Так что кто знает…

Она подмигнула, и от этого мои щеки почему-то вспыхнули.

– Я вовсе не собираюсь замуж за короля, на эту должность тут и без меня полно претенденток.

– Ну, не зарекайся. В жизни всякое бывает. – Гариетте, похоже, эта мысль понравилась. – Садись-ка на стул.

Я послушно плюхнулась, куда сказано, и она занялась моими волосами, ловко орудуя расческами и шпильками и время от времени что-то нашептывая. А когда закончила, я взглянула в зеркало и пожалела, что попала в этот мир без телефона.

Селфи бы сейчас совсем не помешало. Впрочем, кому бы я могла его показать? Разве что с Жанной бы поделилась.

Как ни странно, воспоминание о прошлой жизни вызвало лишь легкую светлую грусть. Видимо, начинаю привыкать.

– А теперь поднимайся. Я научу тебя, как правильно приветствовать короля, – с сомнением произнесла Гариетта. – Ну, то есть, попытаюсь научить. Фигуры несложные, но за пять минут не освоишь.

Несложные?!

Гариетта показывала мне комбинацию шагов, поклонов и приседаний, а я понимала: не выучу. Не справлюсь…

– Вообще-то с королем мы сегодня уже здоровались, – пропыхтела я, поднимаясь из очередного реверанса. – Так что приветствие – это лишнее. И что-то я не заметила, чтобы здесь перед ним кто-нибудь так выплясывал.

– Одно дело встретиться в академии, тут все студенты равны. И совсем другое, – Гариетта поучительно подняла вверх палец, – в королевском дворце! Давай еще раз.

Еще раз мы не успели: дверь распахнулась, и внутрь скользнула декан Иамада.

– Пора! – объявила она. – Готовы?

– Конечно нет, – в сердцах отрезала Гариетта. – Приветствие так и…

– Времени нет, – поспешно перебила декан Иамада. – Портал в королевский дворец открыт.

– Удачи тебе, девонька, – прошептала Гариетта.

Я благодарно кивнула и, стараясь не запутаться в складках платья, зашагала в сторону портала.

Путешествие было коротким, но впечатляющим. Делаешь шаг в сияющее нечто, и тут же оказываешься в совершенно другом месте. Невероятно!

Я затормозила в коридоре и развернулась лицом к порталу. Ужасно тянуло сделать это еще раз: раз – и я в академии, еще один шаг – и я снова в коридоре дворца. Но совершить эту шалость я не успела.

– Его величество ждет вас, – раздался за спиной сочный бас.

Резвиться сразу же расхотелось. Я оглянулась и увидела высокого громилу в форменной одежде, наверное, охранника. Он бросил на меня строгий взгляд, развернулся и пошел вперед по коридору, я поспешила следом, с любопытством крутя головой.

Дворец был… совсем не похож на дворец. Вернее, на обычный дворец, какие я видела на фото. Здесь не было вычурной лепнины, кичливой мебели, душераздирающего количества позолоты, бьющей в глаза роскоши. Нет…

Жемчужно-серые стены, высокий белый потолок, чудесные скульптуры, картины в тяжелых рамах, много света и воздуха. Сдержанное благородство…

– Как тут красиво… – восторженно выдохнула я, особо не ожидая ответа.

Но охранник довольно прогудел:

– Да. Дворец стал краше после ремонта, – он немного помолчал и добавил: – Его величество почти заново тут все отстраивал.

И словно пожалев о своей болтливости, прибавил шаг.

Вопросы: что там такое приключилось и почему понадобилось отстраивать дворец, щекотно крутились на языке. Но задать их я не рискнула.

Одно могу сказать: у короля прекрасный вкус. И мне тут очень нравилось. Я пыталась всмотреться в пролетающие мимо картины, в мелькающие статуи. Так увлеклась, что со всего маху врезалась в широкую спину охранника, который резко остановился. Он покачнулся, но устоял. Хорошо хоть, сама не свалилась. То еще удовольствие барахтаться в бесчисленных юбках, пытаясь подняться.

Я выглянула из-за громилы и увидела даму в платье лимонно-желтого цвета, не менее пышном, чем мое. На вид ей было около сорока, а может, и меньше, например, двадцать пять. Слишком яркий макияж не позволял определить возраст.

– Это ты заморыш из академии? – прищурилась она.

Я решила не отвечать. Невежливо, ну и пусть. Но соглашаться с тем, что я заморыш, или спорить я не собиралась. Вместо этого спокойно сказала:

– С удовольствием бы поболтала с вами, но меня ждет король! – может быть, это убедит даму оставить нас в покое и дать идти куда шли.

– Простите, леди, – поклонился ей охранник, – но мне действительно нужно доставить гостью к его величеству как можно скорее.

– Ты забыл, кто я такая? – почти взвизгнула вредная дама.

– Не забыл, – запинаясь пробормотал охранник, – вы леди Лервенна. Главная королевская предсказательница.

– Вот-вот! – многозначительно проговорила та. – И тебе точно не стоит со мной ссориться. Скажу начальнику стражи, что у меня было видение, будто ты ходишь к его жене. Дай-ка попробую предсказать, сколько после этого ты прослужишь во дворце?

Стражник побледнел, затем покрылся алыми пятнами и снова побледнел, но не произнес больше ни слова. А леди Лервенна повернулась ко мне.

– Итак, говори, мерзавка, почему король согласился с тобой встретиться? Я несколько дней не могу добиться аудиенции.

Надо же, несколько дней. Интересно почему? Королю не нравится конкретно эта дама или он не любит предсказателей в принципе?

– Метишь на мое место? – прошипела она.

Ну нет, такая врагиня мне ни к чему…

– А с чего вы взяли, что у нас деловая встреча? Может быть, у нас просто свидание, – выкрутилась я.

– Свидание? – изумленно переспросила леди Лервенна.

– Ну да, знаете, как это бывает: он привлекателен, я чертовски привлекательна. К тому же сама Ванда говорила, что жену король найдет в нашей академии. Вот и… – я развела руками, – сложите два плюс два сами.

– В самом деле?.. – все еще недоверчиво протянула она.

Я загадочно улыбнулась. Надеюсь, что загадочно, а не испуганно.

– И вы идете к королю не для того, чтобы обсудить предсказания? – уточнила леди Лервенна.

Я снова развела руками:

– Ну какие у меня могут быть предсказания? Я всего несколько дней, как попала в ваш мир, и в них совершенно не разбираюсь.

Вообще-то я не умею угадывать мысли, но они были так отчетливо написаны на лице главной королевской предсказательницы, что прочитать их не составляло никакого труда.

Кажется, та быстро прикинула, что ссориться с королевской пассией ей совершенно ни к чему, особенно если та вовсе не планирует отбирать ее хлеб.

– Простите, леди, – важно кивнула она. – Не смею вас задерживать. Удачного свидания.

По ее лицу расползлась улыбка, только вот доброжелательной она точно не была. Скорее, эта улыбка сочилась ядом.

Я обернулась к охраннику:

– Ну что, теперь мы можем идти, или заставим его величество ждать еще дольше?

Леди Лервенна тут же исчезла, а охранник виновато на меня покосился и рванул вперед.

Через какое-то время мы наконец остановились у двери.

– Кабинет его величества, – отрапортовал охранник.

Кабинет? Ну что ж, полагаю, королевской предсказательнице больше бы понравилось, если бы мы встретились в спальне, но кабинет тоже неплохо.

Охранник открыл передо мной дверь, и я вошла.

Глава 14

Король сидел за столом и сосредоточенно переворачивал бумаги, которых перед ним была изрядная стопка. Едва дверь закрылась за моей спиной, он поднял на меня взгляд:

– Леди Полина? Проходите.

Я шагнула вперед и замерла. Накатила странная робость. Теперь я уже почти пожалела о том, что Гариетта не успела обучить меня всем этим придворным танцам и поклонам. Кажется, они были бы вполне уместны.

Здесь, во дворце, король выглядел совсем иначе. Возможно, все дело в студенческих мантиях. Когда я встречала его в стенах академии, он был как все вокруг. Я, конечно, знала, что это король, но продолжала относиться к нему как к обычному студенту.

А сейчас, в расшитом камзоле, погруженный в государственные бумаги, он… нет, не выглядел, он был королем.

И дело тут не в камзоле, не во дворце и не в бумагах. Просто отчетливо и особенно ясно проступило то, что я интуитивно почувствовала еще при первой встрече. Внутренняя сила, уверенность, властность… И истинное величие. Как я вообще могла ему дерзить? Сейчас бы просто не посмела.

– Да не стойте вы как истукан! – синие глаза насмешливо блеснули.

Я с облегчением выдохнула. Надо же… Суровый и властный король опять заговорил как самый обычный человек.

– Проходите, устраивайтесь в кресле и угощайтесь пока напитками. Я сейчас закончу.

Напитки? Что-то не видела я никаких напитков, зато кресло точно было. Я прошла и плюхнулась в него. Даже если это чертовски невежливо (крутилось в голове что-то из книжек, вроде как нельзя сидеть в присутствии короля), но он ведь сам мне велел. А значит, я выполняла приказ венценосной особы, так что с меня и взятки гладки. Во всяком случае, так я себя успокаивала.

Передо мной, откуда ни возьмись, появился столик, а на нем стояли обещанные напитки в симпатичных стаканчиках с украшениями. И ваза с фруктами. Странно. К тому, что еда появляется, если её закажешь, я уже привыкла. Но вот столы и прочая мебель раньше из ниоткуда не возникали.

Впрочем, это же королевский дворец. Тут все только лучшее. И магия тоже.

Я украдкой огляделась.

Кабинет был просторным, светлым и … мужским. Именно мужским, где все функционально и строго по делу. Никакой мишуры, безделушек, королевской помпезности. Белые стены, белый потолок и минимум мебели: кроме внезапно возникшего столика лишь мягкое кресло подо мной, еще одно за массивным письменным столом и шкаф во всю стену, битком забитый книгами.

Вечернее солнце лезло в высокое, распахнутое настежь окно, растекалось теплыми лужицами по паркету, поблескивало в стеклах книжного шкафа, взбиралось по стопке пухлых растрепанных фолиантов, что громоздилась на углу стола. Путалось в темных волосах короля, склонившегося над бумагами, очерчивало смуглую скулу, скользило по упрямо изогнутым губам, упругим и теплым…

Наверное…

В животе странно сжалось.

Я сглотнула, с трудом перевела взгляд на вазу с фруктами. И как их есть по этикету? Гариетта ничего не говорила по этому поводу. Значит, не стоит и рисковать. А вот напиток… Вряд ли его пьют как-то по-особенному. Поколебавшись, я схватила стакан и залпом осушила.

Вкусно. Похоже на компот.

В дверь бесшумно проскользнул секретарь, взял протянутые бумаги и так же бесшумно исчез. Король откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.

– У меня не так много времени, поэтому давайте сразу приступим к делу. Итак, ваше видение. Я слушаю.

Я стала описывать темное подземелье без окон и дверей, где под низким закопченным потолком тускло светилось странное облако.

Самого короля, в лохмотьях, опутанного странными мерцающими сгустками.

Свою убежденность в том, что его жизнь висит на волоске, а человек с жуткими мертвыми глазами, что его похитил и держит взаперти, крайне опасен. И… страшен.

А вот с разговором вышла какая-то ерунда. Я никогда не жаловалась на память, стихотворения запоминала влет, а тут… Фразы ускользали, терялись, рассыпались на отдельные слова и утекали словно вода сквозь пальцы. Никак не удавалось их сформулировать четко. Все, что смогла – это передать лишь общий смысл.

– И вы сказали: «Почему ты меня не убиваешь? Ведь ты получил все, что хотел», – закончила я.

Его величество некоторое время молчал, задумавшись.

– И где все это происходило?

– Что? – не поняла я.

Он вздохнул с видом человека, которому вот-вот изменит терпение:

– Это подземелье, в котором меня якобы держали, где находится?

– Понятия не имею, – проговорила я. – Я видела только то, что внутри.

– Ясно. А этот человек, кто он? Как его зовут? Где его можно найти? Он – маг? А если маг, то какой? – король засыпал меня вопросами.

И я почувствовала, что буквально тону в них.

– Да мне откуда знать! – воскликнула я. – Я знаю только то, что видела, и все уже рассказала.

– Ты же прорицательница, – прищурился его величество. – Должна знать. Подумай хорошенько, напрягись.

Я вытаращила на него глаза. Он серьезно? И вот даже ни капельки не шутит?

Но на его лице не было даже тени улыбки. Но почему-то создавалось ощущение, что он издевается.

– Вообще я не прорицательница, я студентка. Если вам нужна прорицательница, позовите свою леди Лервенну. Она, бедняжка, уже извелась, так хочет с вами встретиться.

– Вот еще, только время зря тратить. Предсказатели – самые бесполезные люди в королевстве. В большинстве случаев несут полную чушь.

Я задохнулась от возмущения. Это я, значит, бесполезная и только трачу королевское время?

Да он же…

Да он же сам меня позвал!

– В таком случае… – Я резко поднялась, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. – Не смею больше отнимать ваше драгоценное время.

И, не дожидаясь ответа, пулей вылетела из кабинета. Даже дверью хлопнула. Но это не нарочно. Она сама так бабахнула. Видимо, от сквозняка. Или я ее слишком сильно толкнула, такое тоже могло быть.

Глаза у охранника, который по-прежнему стоял возле кабинета, стали совершенно круглыми.

– Проводите меня к порталу, – сказала я.

Тот покосился на дверь, словно ожидая, что сейчас она приоткроется, появится король и велит мне тотчас же вернуться.

Честно говоря, я и сама думала что-то похожее. Но дверь оставалась закрытой.

Охранник, помедлив еще немного, развернулся и зашагал по коридору.

Обратный путь занял куда меньше времени. Ну или мне так показалось.

Я сделала шаг в сияющую пустоту портала, тотчас же очутилась на территории академии и с облегчением выдохнула. Надо же… Я ведь здесь всего несколько дней, а вот сейчас такое ощущение, будто вернулась домой. Нет, все-таки королевские дворцы не для меня, и от мира это никак не зависит.

Я зажмурилась, подставив лицо легкому ветру, и несколько минут постояла, пока не остыли пылающие щеки. Потом поднялась на крыльцо и отправилась к Гариетте.

– Ну как все прошло? – с хитрой улыбочкой спросила она. – Каков его величество, так сказать, в естественной среде обитания? Ну и вообще…

Она подмигнула.

На что это она намекает?

Боже, она это серьезно? Она действительно предполагает, что я и король… Что такое вообще возможно?

– Все прекрасно, – пробормотала я, чувствуя, как щеки вновь наливаются жаром. Вот стоило их остужать? – Король великолепен, ну, как ему и полагается.

– А сам-то он что?

– То есть – что?

– Расспрашивал о жизни? Комплименты говорил?

Комплименты? Пожалуй, да… Бесполезная – это же комплимент?

– Как тебе показалось, он заинтересован? – не унималась Гариетта.

Нет, это совершенно невыносимо. Она правда считает, что между нами возможно что-то… эдакое?

Настроение, которое его величество мне опять испортил, теперь стремительно становилось все хуже и хуже.

– Еще как заинтересован, – мрачно проговорила я. – думаю, дело идет к свадьбе.

Гариетта уставилась на меня круглыми глазами. Точь-в-точь, как недавно у охранника. Кажется, она не поняла, что это был сарказм, а у меня совершенно не осталось сил что-то объяснять.

– Давайте снимем с меня платье, и я пойду отдыхать. Пожалуйста… День был чертовски трудным.

– Конечно, деточка.

И Гариетта принялась возиться со шнуровкой.

Глава 15

Снять платье оказалось куда проще и быстрее, чем надеть. Гариетта унесла ультрамариновый ворох, и я на мгновение почувствовала что-то вроде разочарования. Словно закончилось что-то сказочное…

Разумеется, дело было в платье, и только в нем!

Я оделась и взглянула в зеркало: золотистая мантия и форменное платье магической академии. Нет, сказка продолжается! Волшебное, невероятное приключение в мире, полном чудес.

Можно было отправляться в комнату, но ноги почему-то сами собой понесли по коридору к выходу.

Уже почти стемнело. По-вечернему свежий, прохладный воздух пряно пах травами, цветами, нагретой за день землей и еще чем-то терпким, едва уловимым. После духоты во владениях Гариетты дышалось легко и вкусно. Кусты, деревья еле слышно шуршали листвой, ни одной сломанной ветки.

Следов побоища вообще не осталось. Огромные туши монстров то ли исчезли сами по себе, то ли были убраны, разумеется, под чутким руководством Гариетты. И сейчас двор академии выглядел как всегда.

Я медленно прогуливалась по дорожкам, и только сейчас до меня начало доходить, что же я наделала. Мало того, что в очередной раз непочтительно разговаривала с королем, так еще вылетела из его кабинета без разрешения, дверью хлопнула (хотя как раз это я не нарочно).

И что же меня теперь ждет, я понятия не имела. Все-таки об этом мире я знала еще слишком мало. Они одинаково суровы со всеми, кто позволят себе непочтительно относиться к монарху, или пришельцам все-таки положены хоть какие-то поблажки? Очень хотелось надеяться на второе.

Из куста, мимо которого я проходила, донеслось тихое поскуливание, словно там плакал совсем маленький щенок. Да ну, ерунда. Откуда тут ему взяться? Я остановилась и прислушалась. Непонятный звук повторился.

Я шагнула к кусту и раздвинула ветки.

В густой траве сидело что-то черное, мохнатое, с плоской мордочкой и большими круглыми глазами, в которых дрожали слезы. Точно щенок. Правда, без ушей. И порода странная. Местная, наверное.

– Маленький, – ласково протянула я. – Ты что, заблудился?

Две слезинки сорвались с глаз и исчезли в короткой шерстке.

– Ну не плачь, иди ко мне….

Я осторожно протянула руку.

Из травы показалась круглая голова, высунулись две пушистые лапки.

А потом еще две.

И еще…

Мамочки! Паук?!

Я отдернула руку, быстро отпустила ветки и отпрыгнула подальше, едва удержавшись, чтоб не закричать во весь голос.

В кустах еле слышно всхлипнуло. И было это всхлипывание таким жалобным и почти человеческим, что я так и застыла на месте.

По уму, мне следовало бы бежать куда подальше, или сообщить кому-нибудь в академии, что один из монстров выжил. Конечно, бравые ребята с Факультета Защиты с легкостью с ним разделаются.

Только вот мне эта идея совсем не понравилась. Потому что я вспомнила размеры паука, который тянул ко мне свои мохнатые лапищи, и поняла: тот, кто сейчас хныкает в кустах, явно не взрослая особь, а детеныш. Напуганный и несчастный детеныш.

Я снова раздвинула ветки и пытаясь в сумерках получше рассмотреть малыша. Он по-прежнему прятался в траве. Правда, забился еще глубже.

– Эй, ты, – зачем-то позвала я.

Паучок испуганно глянул на меня и замер.

– Я не причиню тебе вреда, – неуверенно сказала я. – Можешь меня не бояться.

Он приблизился, осторожно перебирая короткими мохнатыми лапками. Я присела на корточки, протянула руку и через мгновение детеныш уже сидел у меня в ладони. Легкий, как перышко, странно теплый, мягкий, словно меховая игрушка. И совершенно не страшный. Скорее даже милый…

Два помпочика, один из которых с глазами, и восемь хорошеньких лапок.

– Ты кто? Мальчик или девочка? – я осторожно погладила пальцем круглую голову.

Ага. Так он мне и сказал. Впрочем, почему-то я была уверена, что это девочка.

– Ладно. Назову тебя… Масей. Мася, Масяня… Как тебе?

Свежеиспеченная Мася тихонько боднула головой палец. Мол, гладь.

Ух ты, а ей нравится.

– Хорошая моя… Пойдем, я тебя покормлю.

Вряд ли она меня понимала, но все-таки доверчиво прижалась к ладони. Я спрятала руку с Масей под мантию и быстро зашагала домой. Нам с ней обеим не мешает подкрепиться. Оставалось только пронести контрабандного зверя мимо Бриззины так, чтобы она не заметила. Вряд ли это будет очень сложно. Скажусь уставшей, да и прошмыгну к себе.

Я приоткрыла входную дверь, готовясь ступать тихо, как мышка. Но все это было напрасно. Не успела переступить порог, как Бриззина вылетела из своей комнаты.

– Ты была в королевском дворце! – прокурорским тоном заявила она.

Все мои надежды сохранить визит к королю в тайне рухнули в одночасье. Впрочем, разве стоило на это даже надеяться?

– Что у тебя с его величеством? – прищурилась она и сделала шаг в мою сторону.

Я попятилась. Все-таки Бриззина – девушка крупная, и я понятия не имела, как далеко она готова зайти в своем восхищении королем.

Может ли дело закончиться рукоприкладством на почве ревности?

Ответа на этот вопрос я не знала, и не очень-то хотела узнать.

Да еще и Мася заворочалась под мантией. Нужно было скорее заканчивать разговор, пока мы с ней не спалились.

Что же ответить Бриззине? Для леди Лервенны подошла версия о свидании, но в данном случае она совершенно не годилась.

– Я случайно предсказала сегодняшнее нападение, – как можно безразличнее заговорила я. – Его величество заинтересовали подробности. Он потребовал отчета. Пришлось идти во дворец. А теперь пропусти меня. С утра маковой росинки во рту не было, и спать хочу.

– То есть ты по делу там была?.. – недоверчиво протянула Бриззина, но вид у нее уже не был таким воинственным.

– По делу, – подтвердила я.

– Ну так расскажи же! – она ухватила меня за плечо и тихонько тряхнула.

По Бриззининым меркам тихонько, а у меня зубы клацнули. Мася под мантией жалобно пискнула, зашевелила лапками. Не хватало еще, чтоб вывалилась ненароком. Вот визгу-то будет…

– Какой он был, в чем одет? – не унималась дорогая соседка. – Как там вообще, во дворце, красиво? Он тебя чем-то угощал?

Вопросы сыпались, как горох из дырявого пакета. Что-то я не видела в Бриззине такого энтузиазма, когда ее ответы требовались мне!

– Не расскажу, – отрезала я.

Бриззина застыла, захлопав глазами. Такого она точно не ожидала.

– Я вообще не люблю сплетничать. А сейчас устала и хочу спать!

И пока она соображала, как бы стребовать с меня ответы, я прошмыгнула в свою комнату и закрыла дверь. Нашла коробку из-под обуви, постелила туда тряпицу, выпустила Масю. Та поерзала, перебирая лапками, но в конце концов устроилась. Похоже, ей понравилось.

Теперь осталось придумать, чем её накормить. В моем мире пауки питаются мушками и всякими насекомыми, но те монстры, которых я видела сегодня утром, явно не на мухах такие объемы наели. Или все-таки на мухах? Просто мухи в их мире тоже гигантские?

В конце концов я заказала полный набор: суп, горячее и чай с плюшками. Может, человеческая еда Масе придется по вкусу? О том, что будет, когда моя паучишка вырастет до своих истинных размеров и не стану ли её едой я сама, даже думать не хотелось.

Суп Масю совсем не впечатлил. Мне кажется, она даже не поняла, что это еда. Я уже начинала побаиваться, что затея накормить её совершенно дурацкая и ничего у меня не выйдет. Но горячее Масе понравилось, а от плюшки она и вовсе пришла в восторг.

– А ты, значит, у нас сладкоежка, – проговорила я ласково.

Довольная Мася, покончив с едой, сама забралась в коробку и улеглась. Ну надо же, просто идеальный питомец.

Я взяла учебник, чтобы почитать перед сном, но, кажется, уснула прежде, чем успела перевернуть хоть одну страницу.

* * *

Проснувшись утром, я первым делом бросилась к коробке. Мася сидела на прежнем месте и сонно разминала лапы.

– Доброе утро, – тихо поздоровалась я.

Она, разумеется, не ответила. Я быстро умылась, заказала завтрак. Мася по-прежнему отдавала предпочтение сладостям: слопала целый кусок пирога и даже старательно подобрала все крошки. А сразу после завтрака ретировалась в коробку.

Ну что ж, по крайней мере, с жилищем я точно угадала.

Я быстро побросала учебники в сумку и была уже готова отправиться на занятия, когда в дверь постучали. На пороге стояла насмерть перепуганная Гариетта.

– Что-то случилось? – встревожилась я.

– Вас вызывают в королевский дворец, – дрожащим голосом проговорила она.

Нет, только не это! Полдня потратить на сборы, чтобы потом выслушивать гадости от короля?

– У вас ведь больше нет запасного платья? – с надеждой спросила я.

– Платья? – не поняла Гариетта.

– Ну да, по этикету же положено. Новое, которого король еще не видел…

– Нет, милая. Ты не так поняла. Тебя вызывают во дворец, но не к королю.

Вот тут я опешила. Кажется, кроме короля, у меня там нет знакомых, да я вообще ни души там не видела. Разве что охранника и прорицательницу. Но вряд ли кто-то из них может просто взять и вызвать меня во дворец.

– И к кому же тогда? – спросила я, предчувствуя недоброе.

– К старшему королевскому дознавателю Салахандеру! – Гариетта произнесла имя как ругательство.

– А это… плохо? – нервно сглотнула я.

– Да уж ничего хорошего. Соберись поскорее, портал откроют через четверть часа.

Гариетта вышла, а я испуганно заметалась по комнате.

Я не знала точно, что такое в этом мире дознаватель, но, кажется, догадывалась. Что-то связанное с полицией, расследованиями, в общем, чем-то таким, чего нормальные люди стараются избегать.

Значит, вчерашняя выходка мне еще аукнется? А король оказался настолько мстительным, что решил упечь меня в тюрьму?

Считать это правдой мне не хотелось, но я бы не сказала: ах, не могу в это поверить. Потому что могла, и запросто. С короля станется вот так разобраться с нахальной девицей, которая уже дважды не выказала нужного почтения к монаршей персоне.

Он, конечно, симпатичный и вообще жизнь мне спас, но все-таки он король.

Ругать себя я не стала. Во-первых, уже поздно. И как бы я себя ни изводила, сказанное уже сказано, а сделанное – сделано, и изменить это невозможно. А во-вторых, впереди допрос и бог знает что еще. Так что лучше сосредоточиться не на том, какая я идиотка и в какую ситуацию попала, а на том, как из этой ситуации выйти.

Я надела одно из своих недавно приобретенных платьев – симпатичное, темно-серого цвета, длиной по щиколотку. Отправляться в тюрьму в узком форменном платье и золотистой студенческой мантии – как минимум непрактично. Шепнула Масе: «Веди себя хорошо», – и выскочила за дверь.

Как добралась до двора, не помню.

Портал был на месте. Я сделала шаг навстречу неизвестности и, возможно, неприятностям.

Тот же охранник (а может, и не тот же) встретил меня у портала. Только шли мы на этот раз гораздо дольше, и смотреть по сторонам, восторгаясь дворцом, меня почему-то не тянуло.

– Сэр Салахандер примет вас прямо сейчас, леди, – наконец остановился охранник.

И открыл дверь.

Мне пришлось сделать надо собой усилие, чтобы не зажмуриться, входя в нее.

– Что бы это ни было, – прошептала я себе под нос, – пусть оно закончится хорошо.

Глава 16

Кабинет дознавателя был похож на королевский, разве что в шкафу вместо книг громоздились лохматые пачки каких-то бумаг, вместо кресел стояли стулья, да столом сидел не его величество, а…

Я замерла.

Наверное, уже давно пора привыкнуть, не первое совпадение, но разве возможно к такому привыкнуть?

Передо мной сидел король мечей из моей колоды.

Вылитый, один в один.

Вытянутое лицо, словно сдавленное с боков, тонкие брови, сжатые в ниточку губы, длинный узкий и какой-то нервный нос, будто его хозяин постоянно к чему-то принюхивается. И въедливый взгляд прищуренных глаз.

Правда, нарисованный мною король мечей был в рыцарских доспехах и на коне, а дознаватель – в темной одежде и на самом обычном стуле.

– Леди Полина, здравствуйте, – дознаватель устало потер виски. Его голос был тихим и словно надтреснутым.

– Здравствуйте… – эхом отозвалась я, вспоминая все, что знаю о личности короля мечей.

Человек властный, решительный, готовый идти по головам и действовать жестко, если того требует его цель. Но при этом не лишен сентиментальности.

Вообще, портретное сходство некоторых обитателей этого мира с арканами изрядно облегчает жизнь. Смотришь на человека – и уже предполагаешь, чего от него можно ждать.

– Проходите, садитесь, – он помолчал, пока я отлипала от дверей и устраивалась на стуле, что стоял прямо напротив его стола. А потом продолжил: – Благодарю вас, что явились сразу же…

Благодарит? То есть я могла и не являться?

– …Терять время сейчас никак нельзя. Вы же понимаете, дело государственной важности.

– Не понимаю. Вообще ничего не понимаю. Меня вызвали, потому что я нагрубила королю? Если так, то я искренне раскаиваюсь, честное слово.

– А вы нагрубили королю? – дознаватель приподнял бровь.

Я обреченно кивнула. Вообще-то даже не один раз.

– Больше так не делайте.

И все? «Больше так не делайте» – и никакой тюрьмы? Тогда зачем я здесь?

– У иномирцев нет ни малейшего представления о воспитании, – раздался ворчливый голос откуда-то сбоку.

Я вздрогнула от неожиданности и огляделась. На подоконнике сидел… плюшевый медведь! Тот самый, которого я уже видела в коридоре академии и который обиделся на меня за то, что я назвала его игрушкой, а он преподаватель.

Черт, черт, черт! Теперь дознаватель решит, что я грублю всем подряд, кого бы ни встретила. А ведь я совсем не такая.

– Давно говорю ректору, что в академии просто необходимы уроки этикета! – припечатал медведь.

Ему в первую очередь. Чтобы не влезал в чужой разговор!

– Извините, а почему же тогда меня вызвали? – спросила я. – Ну если не из-за короля.

– Из-за короля, – хмуро сказал дознаватель. – Вам ведь было видение, что его похитят.

– Ну, что-то вроде того.

– Но главное, вы рассмотрели похитителя. Его величество предположил, что это преступник, за которым мы уже давно гоняемся. А вы знаете его в лицо! Повторите нам все, что говорили королю. Подробно!

Я еще раз рассказала про подземелье, короля и жуткого типа с мертвыми страшными глазами, стараясь ничего не упустить. Дознаватель слушал меня очень внимательно. И, когда я закончила, попросил:

– Опишите его. Нам неплохо бы знать, как он выглядит. Это бы очень помогло следствию.

Ага. Кажется, это называется «составить словесный портрет». Кошмарное лицо как живое стояло у меня перед глазами. Но я не настолько хорошо владела словом, чтобы «составить» что-то толковое.

Кстати…

– А у вас есть бумага и карандаш? – спросила я.

– Конечно, есть, – сказал дознаватель. – Но вам не нужно ничего записывать. У графа Вирастольфа неплохая память…

У… кого? Здесь еще кто-то есть?

– Феноменальная! – оскорбился медведь.

Э-э-э…Так он не только преподаватель, но еще и граф?

– Он не забудет ни слова из того, что вы скажете, – невозмутимо продолжил дознаватель.

– О нет, я не собираюсь записывать. Я хочу нарисовать его портрет.

– А вы можете? – встрепенулся дознаватель.

– Да.

Поскольку тюрьма за оскорбление короля уже не маячила впереди, я была рада оказать любую помощь.

Дознаватель протянул мне лист бумаги и карандаш.

Я пристроилась на уголке стола и начала набрасывать портрет. Работала усердно и сосредоточенно. Когда закончила, взглянула и ахнула. Я не могла в это поверить. Нет, нарисовано было неплохо. И это точно рисовала я: моя манера, знакомые штрихи. Лицо получилось ярким и выразительным. Только вот оно было совсем не похоже на то, из видения. Абсолютно! Ни капли.

Дознаватель жадно выхватил рисунок и, всматриваясь в него, спросил:

– Это он?

– Нет, – растерянно ответила я. – Что-то не получилось. Дайте еще один листок.

И снова я принялась рисовать. И снова усердно трудилась, вспоминая каждую черточку ужасного лица. И результат снова меня обескуражил: это был не он, хоть убей, не он. Совершенно незнакомый мужчина.

– Ерунда какая-то, – пробормотала я.

– Что-то не так? – нахмурился дознаватель.

– Все не так. Кажется, я не могу его нарисовать…

Это было невероятно, невозможно. Впервые столкнулась с чем-то подобным. Обычно я с легкостью переносила на бумагу все, что хотела. А тут…

Я беспомощно посмотрела на дознавателя:

– Но я умею рисовать, правда, умею!

– Не расстраивайтесь, – вздохнул он. – Этот человек – очень сильный маг. Темный маг. И вполне способен на подобный фокус.

– Значит, я совсем не была вам полезной…

– Ну почему же? – пожал плечами дознаватель, смахивая в ящик стола мои неудачные рисунки. – По крайней мере, теперь мы знаем, что он угрожает королю.

– Усилишь охрану? – заинтересовался медведь.

– Уже, – коротко кивнул дознаватель. – Но его величеству пока не стоит посещать академию.

– Вздор! Ученье, между прочим, свет, а неученье – тьма. Зачем нам глупый и необразованный король?

– Это все-таки лучше, чем похищенный король, – парировал дознаватель.

– Конечно-конечно! Пусть будет на троне неотесанный невежда, – ехидно сказал медведь. Кажется, граф Вирастольф не отличался милым и покладистым характером. – Я считаю, что нужно незамедлительно принять меры!

– Они приняты. Охрана дворца…

– Да я не о том, – перебил медведь. – Необходимо уже сейчас назначить наместника. Человека опытного, разумного, который сможет, так сказать, подхватить бразды правления, когда… то есть, я хотел сказать: если его величество похитят.

Дознаватель одарил медведя недобрым взглядом.

– Мы еще об этом поговорим, – сказал он и повернулся ко мне. – Леди Полина, можете идти. Большое спасибо за помощь.

Я вскочила и направилась к двери.

– Никаких «потом поговорим», – раздался у меня за спиной голос медведя. – Такие вопросы надо решать заблаговременно! Особенно о назначении наместника. Все мы знаем, что я прекрасно подхожу.

Он еще что-то болтал, но я остановилась как вкопанная. Как же я могла забыть!

Развернулась и выпалила, торопясь и сбиваясь:

– У меня есть портрет этого человека. Я нарисовала его еще раньше, чем увидела… Карта Дьявол из моей колоды…

Оба, медведь и дознаватель, замолчали.

– Дьявол? – переспросил дознаватель.

– Да! Это аркан так называется. Долго объяснять. Главное, что у нас есть портрет похитителя!

– Так что ж ты нам голову морочишь? – недовольно проворчал медведь. – Где портрет, с собой? Покажи!

– Откуда у меня он может быть с собой? – взвилась я. – Я вообще думала, что иду в тюрьму!

– В тюрьму? Почему в тюрьму? Зачем тебе в тюрьму?

Похоже, медведю я кажусь полной тупицей.

– У тебя есть портрет того, кого мы уже год поймать не можем. Так беги уже за ним, что ты стоишь!

* * *

Охранник проводил меня, шагнул следом за мной через портал и остался ждать возле него. А я помчалась в свою комнату.

Пронеслась по коридору, взлетела по лестнице, и только вырулила на свой этаж, как услышала:

– Посмотрите-ка, кто идет!

В этом голосе явно не хватало дружелюбия. Вернее, его там вообще не было.

Неудивительно: от стенки отклеилась Миррима. Та самая третьекурсница, которой я, по ее убеждению, испортила будущую карьеру. Одним своим появлением в этом мире.

Она перегородила дорогу и, сложив руки на груди, с ненавистью уставилась на меня. Выяснять, что она хочет, не было времени. Когда я выходила из кабинета дознавателя, медведь вновь завелся насчет «немедленного назначения наместника, чтобы когда короля наконец-таки похитят, королевство не оказалось без управления». А дознаватель метал в него такие взгляды, что становилось ясно: плюшевый интриган вот-вот отправится на помойку. Или в какое-нибудь специальное заведение, где держат непослушных детей – на перевоспитание.

– Извини, я тороплюсь. Что бы ты ни хотела обсудить, давай обсудим это позже, – я старалась говорить дружелюбно.

Но это не сработало.

– Я слышала, ты уже до королевского дворца добралась?..

Значит, тоже знает, как и Бриззина. Впрочем, стоило ли надеяться, что будет иначе.

– … Метишь в королевские предсказательницы?!

– Вовсе нет! Слушай, я действительно тороплюсь…

Но она не стала слушать. Сделала короткий взмах рукой, обогнула меня и поплыла прочь.

Я недоуменно глядела ей вслед, потирая щеки. Странное ощущение. Словно лицо покалывало.

Потом спохватилась, развернулась и быстро зашагала по коридору. Но почти сразу споткнулась (на ровном месте!), упала и больно ударилась коленкой.

Вот же невезение! И как некстати.

Прихрамывая, я добрела до своей комнаты, распахнула дверь и… застыла на пороге.

Комната изменилась. Я не сразу сообразила, как именно, а когда сообразила, схватилась за голову.

Когда я несла Масю к себе домой, совершенно не подумала об одной очень важной паучьей особенности: они плетут паутину. Впрочем, даже если бы и подумала, разве могла я предположить… такое?

Сколько паутины может наплести небольшой, в общем-то, паучок? Теперь я знала ответ: много, очень много. Да и назвать это паутиной язык не поворачивался.

Вместо того, чтобы создавать полупрозрачные сетки, в которых может запутаться какая-нибудь глупая бабочка, моя Мася выткала настоящий ковер… Во всю стену, от пола до потолка, от угла до угла. Он выглядел как огромный детский рисунок. Примитивный, но очень симпатичный иномирный пейзаж: желтое небо, багровое солнце и парочка угольно-черных пауков.

– Да ты художница, – ошарашенно протянула я.

Художница настороженно выглядывала из-под кровати, поблескивая круглыми глазищами. Ждет, что буду ругать? Напрасно.

Сколько себя помню, я всегда рисовала. На чем угодно и чем угодно: в альбоме, на последних страничках тетрадок, на асфальте, на песке, прутиком, карандашами, мелками.

И однажды раскрасила обои в комнате. Точно так же, целую стену. Разве что не до потолка, а докуда смогла достать. Закончила и ужаснулась: наверное, бабушка рассердится. Но она лишь задумчиво посмотрела на это безобразие, сказала: «Красиво…», – достала заветную шкатулочку из допотопного серванта, долго пересчитывала скромные сбережения, что-то прикидывала.

А потом отвела меня в художественную школу, подарив целый мир. Чудесный мир, яркий, красочный, пахнущий акварелью и влажной плотной бумагой, чуть шершавой с одной стороны. Мир, где сбывались мои фантазии…

И что мне теперь делать? Вряд ли тут существуют художественные школы для свалившихся с неба паучков.

Я еще раз посмотрела на ковер. Солнце, небо, и два паука с большими глазами и лапами-палками. Один побольше, второй поменьше. И оба похожи на мою Масю.

Точно! Дети обычно всегда рисуют маму с папой. Может, и Мася… Она же совсем маленькая… Скучает, наверное. В носу защипало, ковер расплылся разноцветным пятном.

– Масенька, это очень красиво, – дрогнувшим голосом сказала я. – Но, пожалуйста, больше так не делай… Пока что. Нам же нельзя, чтобы тебя здесь заметили. А я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы ты могла творить.

Мася тихонько пискнула и скрылась под кроватью. А я схватила колоду карт и побежала обратно к порталу. Не хватало еще, чтобы охранник решил, что я слишком долго копаюсь и отправил кого-нибудь меня поторопить.

Когда я вернулась в кабинет дознавателя, тот был явно не в духе. Он злился на медведя, который, кажется, вместо того чтобы думать о том, как спасти короля, был озадачен лишь тем, как бы половчее занять его место.

Вот же плюшевый прохвост!

Несмотря на непрекращающееся ворчание, он мне почему-то нравился. Впрочем, как можно всерьез сердиться на плюшевую игрушку.

Я достала колоду и тут же выронила ее из рук. Карты как осенние листья разлетелись по полу. Я быстро опустилась на корточки и стала их собирать.

– Я помогу, – сказал дознаватель и присел рядом.

– Нет! – крикнула я так громко, что он вздрогнул. А потом добавила уже тише: – Трогать нельзя, ни в коем случае.

– Они завороженные? – в голосе дознавателя прорезался лед. И с каждым словом его становилось все больше. – Могут обжечь? Или вообще заряжены каким-нибудь проклятием? Надеюсь, вы в курсе, что темная магия у нас запрещена?!

– Нет… ничего такого… – растерянно пробормотала я. – Просто это карты для предсказаний. Если кто-то посторонний дотронется, потом будут врать. А они очень ценные.

Единственное, что я сейчас знала точно: эту колоду надо беречь! Каким-то удивительным образом она связана со всем, что происходит со мной в этом мире, с людьми, которых я встречаю, с событиями. Вообще со всем.

– И прикасаться к ним я никому не позволю! – решительно сказала я.

Глава 17

– Ух ты, какая суровая, – проворчал медведь. – Больно надо нам трогать твои карты. Я вот не смог бы, даже если бы захотел.

Ну да, конечно, у него же лапки. И не просто лапки, а совершенно бесполезные плюшевые лапы. Я только сейчас подумала, что в облике игрушечного медведя графу наверняка приходится несладко. Это ведь должно быть чертовски неудобно.

– А дознаватель, так и быть, потерпит… Показывай уже нашего супостата.

Я осторожно перебрала колоду и вытащила нужную карту. Недоверчиво покосилась на дознавателя, но все-таки положила ее на стол рядом с медведем, чтобы он тоже мог увидеть. Хотя я понятия не имела, как он смотрит. Черные глазки-бусины для этого уж точно не приспособлены.

– Вот… – тихо сказала я.

– Ну и рожа! – воскликнул медведь. – Такого в темноте встретишь – заикой останешься.

Дознаватель же был не столь эмоционален. Он внимательно вглядывался в карту, словно рассчитывал увидеть на этом рисунке что-то еще, чего не было заметно на первый взгляд.

– И ты, значит, уверена, что он в ближайшее время похитит нашего дорогого монарха? – спросил медведь.

Э нет, так дело не пойдет!

– Ничего подобного, – возразила я.

– Что значит ничего подобного? Ты нам что, голову морочить решила? – возмутился медведь.

Дознаватель был куда более сдержан, но и он бросил на меня недовольный взгляд.

– Извольте объясниться.

– Я уверена только в том, что именно он появлялся в моем видении. А уж что это значит и будет ли он в самом деле кого-то похищать, я понятия не имею. Может, это просто галлюцинации?

– Понятно, – сказал дознаватель, отодвинулся от карты и уселся за стол.

А вот мне было совсем не понятно.

– И что теперь? – спросила я. – Что вы с этим всем будете делать?

– Сначала кое-кого дождемся. Может быть, чаю?

– Я бы не отказалась, – с улыбкой ответила я.

На самом деле я бы от и бутерброда не отказалась, и от кусочка пирога. Да вообще ни от какой еды бы не отказалась! В конце концов, с утра прошло уже много времени.

Но просто чай тоже неплохо.

Дымящаяся чашка появилась передо мной буквально в считанные минуты, и я даже успела сделать пару глотков, прежде чем чашка выскользнула из моих рук и разбилась, залив пол и подол моего платья.

– Что же ты неуклюжая такая, все роняешь! – проворчал медведь.

– Я же не нарочно!

– А я и не говорю, что нарочно. Говорю, что неловкая ты как медведица в бакалее!

– Тише вы! – недобро рыкнул дознаватель, сделал едва уловимый пасс рукой, и осколки чашки вместе с лужей просто исчезли.

Впрочем, нового чая он мне не предложил. Мы так и сидели в неловком молчании, когда дверь отворилась и на пороге появилась девушка. Она явно училась в нашей академии. Синее платье и мантия выдавали в ней студентку Факультета Созидания.

– Леди Юлия, – встрепенулся дознаватель, приподнялся из-за стола и душевно поприветствовал вошедшую.

Юлия. Похоже, она тоже из нашего мира, здесь у них имена совсем другие. Я украдкой разглядывала свою соотечественницу. Симпатичная, ладно скроенная, темные волосы и темные глаза. Глаза… Смотреть в них почему-то совершенно не хотелось. Под их взглядом становилось неуютно, и я почему-то вспомнила ректора, магистра Теркирета. Что-то у них было общее во взгляде, что-то такое, от чего хотелось спрятаться. Хотя я не сомневалась: и наш ректор, и эта незнакомая девчонка – неплохие люди. Просто смотрят на тебя, и как будто бы знают все твои мысли, а это, согласитесь, немного жутковато.

Между тем леди Юлия подошла к медведю, подхватила его на руки и закружила.

– Давно не виделись, граф. Как же я соскучилась! – засмеялась она.

– Что за фамильярность! Ты жутко невоспитанная девчонка. Сейчас же поставь меня на место.

И странно, впервые за все время я услышала в голосе плюшевого графа искреннюю теплоту. Похоже, эти двое давно и хорошо друг друга знают.

– Бросьте, граф. Не будьте таким ворчуном, – рассмеялась Юлия, но все-таки усадила его на стол. А затем обратилась к дознавателю: – Это правда? У вас действительно есть его портрет?

– Да, нарисовала ваша соученица. Леди Полина, леди Юлия, – представил он нас.

Мы протянули друг другу руки, и мне пришлось сделать над собою усилие, чтобы не отвести взгляд.

– Ну покажите же мне его.

Юлия храбрилась, но я почему-то понимала: того, кто изображен на моих картах в виде дьявола, она боится. И даже от мысли, что придется взглянуть на его изображение, ей немного не по себе.

– Только пожалуйста, не трогайте карту руками, – прошептала я.

– Хорошо.

Она посмотрела на карту и тут же отшатнулась, побледнев.

– Да, это он, – сказала она внезапно охрипшим голосом.

– Ну что ж, неплохой результат, – подытожил дознаватель, – по крайней мере, мы точно знаем, как он выглядит.

– И чем это поможет? – спросила я. – Я ведь даже не могу перерисовать эту картинку. А карту я вам не отдам, хоть казните.

– Зачем же казнить? – удивленно вскинул брови дознаватель. – Мы ее переснимем, имеется артефакт соответствующий.

Он достал из стола какой-то странный предмет, больше похожий на резную шкатулку с огромным синим камнем на крышке. Провел ею над моей картой. Раздался щелчок, голубоватый свет вспыхнул, ослепив нас на мгновение.

– Все, готово! – объявил дознаватель, а затем открыл шкатулку. На обратной стороне крышки сияло изображение.

Ничего себе! Это же магический аналог фотоаппарата. Впрочем, чему я удивляюсь, у них тут прогресс зашел довольно далеко, правда не технический прогресс, а волшебный, но так даже интереснее.

– Я вам больше не нужна? – спросила Юлия и смущенно улыбнулась. – Рониур ждет…

– Конечно, вы можете идти.

Дознаватель проводил ее до двери, а я схватила карту и спрятала ее в колоду. Пожалела, что не прихватила сумочку – очень уж хотелось спрятать карты от посторонних глаз.

– А я? Я могу идти?

– А вы задержитесь, пожалуйста, – строго сказал дознаватель. – Я бы хотел взглянуть на остальные ваши карты. Они меня очень заинтересовали.

Вот же невезение какое! Как раз я, наоборот, не хотела бы, чтобы он смотрел на мои карты. Слишком уж много знакомых лиц он может там увидеть. В том числе и свое собственное.

А ещё там изображен король. И тут уж совершенно неясно, чем для меня это закончится. Пришьют ещё какой-нибудь шпионаж, или того хуже – покушение на королевскую персону…

– Боюсь, это невозможно… – почтительно, но уверенно, сказала я. – Гадальные карты – вещь интимная. И посторонним их видеть совершенно ни к чему. А эти карты к тому же ещё и уникальны. Так что если они испортятся…

– Они действительно такие ценные? – спросил дознаватель.

– Чрезвычайно, – уверила его я.

– Тогда вот. – Он достал из стола небольшой пакетик, на вид бумажный, вроде тех, в которые в магазине насыпают конфеты или орешки. – Положите сюда.

– Да нет, не обязательно, – начала отказываться я. – Вряд ли бумажный пакетик чем-то поможет моим картам.

– Это специальная упаковка для хранения улик. В огне не горит и в воде не тонет. А если вещь ценная, то надо спрятать ее получше. Вас еще не учили обращаться с артефактами?

– Спасибо, – проговорила я озадаченно.

Вот уж не ожидала от дознавателя такого жеста доброй воли.

Я сложила карты в пакетик и сунула их в карман между складками платья. Предосторожность, конечно, излишняя. Но дознаватель прав: если вещь ценная и хрупкая, надо о ней позаботиться.

– Что же, тогда ступайте… Если будут какие-то видения, связанные с нашим фигурантом, сразу же дайте знать.

– Каким образом я могу с вами связаться? – спросила я. После того, как я отказалась показывать карты, нужно было продемонстрировать дознавателю, что я готова сотрудничать со следствием.

– А вот этим. – Дознаватель кивнул на медведя. – Передадите сообщение через графа Вирастольфа. Он у вас в академии преподает, так что найти его будет несложно.

– У меня, между прочим, полно дел и без того, чтобы передавать какие-то там сообщения. – В голосе медведя явно слышалось недовольство.

– Граф, вы забываетесь! – строго сказал ему дознаватель. – У нас тут дело государственной важности. Опасность грозит самому королю. Уж не знаю, какие у вас могут быть более важные дела, но…

Я быстро попрощалась и поспешила выскользнуть за дверь, пока эти двое не начали всерьез ссориться.

Глава 18

В коридоре никого не было. Вообще никого. Видимо, охранник пошел провожать леди Юлию к порталу и пока не вернулся.

Я вздохнула и совсем уже приготовилась ждать, как из-за двери донеслось:

– А я все-таки считаю, что о наместнике подумать самое время…

О не-е-ет… Больше не могу это слышать! Дознавателю за терпение медаль нужно дать!

Я припустила по коридору. Ничего, сама доберусь: путь от кабинета дознавателя до портала за сегодняшний день проделала трижды, так что дорогу помню. Наверное… Ну… скорее всего.

Отбежав на приличное расстояние и свернув несколько раз, я сбавила скорость и наконец неторопливо пошла. Как же хорошо, когда никто не несется впереди и можно спокойно рассматривать картины и статуи!

У одной я невольно притормозила и подошла поближе, с восторгом рассматривая потрясающую работу мастера. Невысокая, где-то чуть выше метра, мраморная скульптура была совсем маленькой по сравнению с остальными. Девушка, казалось, только что вышла из воды. Мокрые волосы струились по спине, тонкая ткань облепила изящную фигуру и казалась прозрачной! Честное слово! Вот как такое можно вырезать из камня? Я протянула руку и благоговейно потрогала мрамор, гладкий, приятный, прохладный, провела по искусно выполненным складочкам. Полная иллюзия мокрой ткани. Потрясающе! Вот где настоящая магия…

Как же я трижды сегодня проскочила мимо такого чуда и не заметила?

И действительно, как?!

Да никак! Я точно не проходила мимо нее.

Внутри тоскливо сжалось в предчувствии недоброго. Я огляделась по сторонам и едва не застонала. Так и есть. Зашла не туда, заблудилась. Ну что за невезение!

С минуту я постояла, вздыхая, а потом снова двинулась по коридору. На этот раз я искала уже не портал. Я искала хоть какого-нибудь человека: охранника, придворного, горничную, уборщицу. Кого угодно, лишь бы помогли выйти.

Сворачивала, снова брела и снова сворачивала, но не встретила ни единой души. Как вообще такое может быть, это же дворец! Судя по тому, что я знала о жизни аристократии из уроков истории, королевские дворцы всегда были прибежищем для сотен благородных бездельников, которые проводили время в праздности и неплохо жили на монаршие подачки.

Так куда они все подевались именно тогда, когда нужны?!

Есть хотелось почти нестерпимо, желудок урчал, переваривая остатки надежды выбраться отсюда живой. Я в очередной раз завернула за угол и застыла, не смея поверить в удачу. Передо мной сиял и переливался портал. Ну вот, а я боялась, нашла же.

Осталось войти туда и через пару минут я буду уже в родной академии, быстро добегу до своей комнаты и закажу… Ох, сколько же я всего закажу!

Я буквально влетела в портал и…

И покатилась кубарем с крутого пригорка. Огляделась вокруг и похолодела. Это место вообще не было похоже на академию.

Буйная зелень, яркие брызги цветов, щебет птиц, медовые пряные запахи… Я словно попала в тропический сад. Точно сад? А вдруг не сад, а самые что ни на есть дикие тропики? Джунгли, в которых водятся какие-нибудь жуткие звери?

Выяснять это на своей шкуре я не собиралась. Поднялась с земли и развернулась к порталу.

Мамочки, да что же это делается!

Никакого портала не было. Похоже, он исчез, как только я из него вывалилась.

Отлично!

Итак, что мы имеем: я в незнакомом месте, где вполне вероятно водятся дикие звери, я не представляю, где это место находится и как отсюда выбраться.

Черт! Лучше бы во дворце осталась.

Я покосилась на невысокое деревце, на котором наливались румяные плоды, чем-то отдаленно напоминающие яблоки, или персики, или нектарины. В общем, что-то фруктовое. Если оно не ядовитое, то вопрос с пропитанием будет решен, а если ядовитое… По крайней мере, не буду долго мучиться. И вообще, умереть от отравленного яблока все-таки лучше, чем от клыков какого-нибудь саблезубого кабана.

Я немного потопталась, но сорвать не рискнула: жить хотелось больше, чем есть. Вздохнула и двинулась вперед. Прошла несколько шагов, обогнула кусты и радостно подпрыгнула. Узкая дорожка, выложенная камнем, выныривала из зарослей и бодро петляла вдаль.

Похоже, это все-таки парк. Или то, что когда-то было парком, пока не заросло и не одичало. Идею покричать, чтобы меня нашли, я отмела сразу, как непродуктивную. Кричали уже, знаем. Не факт, что откликнется что-нибудь двуногое, от остальных замучишься улепетывать.

Я зашагала по дорожке в надежде, что она меня куда-то выведет. Она и вывела. К пруду. Большому и круглому, как тарелочка. В водной глади отражалась небесная синь с бегущими облаками, плавали желтоглазые кувшинки. А по крутым берегам буйно цвели кусты. Красиво и сказочно, совсем не похоже на обычный пруд в нашем мире. Вернее, похоже, но только если бы художник добавил к этой картине ярких сочных красок.

Боковым зрением я увидела, как серая тень мелькнула за ближайшим кустом, и сердце ушло в пятки. Судя по размерам, то, что там пряталось, было большим. Черт, ну почему меня распределили на факультет провидиц? Училась бы на бойцовом, уже знала бы парочку толковых заклинаний, которыми можно оглушить зверюгу до того, как она сумеет тобой со вкусом пообедать. Но увы…

Я застыла, стараясь не издавать никаких звуков, не шевелиться и, по возможности, даже не дышать. Только напряженно прислушивалась к шороху веток буквально в паре шагов от меня. Внезапно за спиной что-то треснуло, я дернулась, потеряла равновесие и кубарем полетела вниз. На ходу врезалась в то самое неведомое существо, а в следующее мгновение с головой ушла под холодную воду. В пруд, будь он неладен!

Вообще-то пловец из меня так себе, а уж в туфлях, в длинном платье…

Какое-то время я беспорядочно молотила руками и ногами, потом нащупала дно и встала, откашливаясь и жадно глотая воздух. Оказалось не так уж и глубоко. Значит, риска утонуть не было. Зато было кое-что другое, зверюга, что пряталась в кустах!

Я протерла глаза, огляделась и чуть опять не ушла под воду. Это была не зверюга. Рядом со мной, отфыркиваясь, вынырнул король Алард Первый.

Брызги летели во все стороны, вода текла ручьями по лицу, по шее, по смуглому крепкому телу, облепленному белой рубашкой. Он вскинул руку, сгреб с лица мокрые волосы, открыл синие-синие глаза и замер, уставившись на меня:

– А вы тут что делаете?

Король в мокрой рубашке с закатанными рукавами и расстегнутым воротом, совершенно меня… деморализовал.

Стоп. Кажется, он меня о чем-то спросил? Ах, да.

– Не знаю, – пробормотала я, пытаясь собрать в кучу расползающиеся мысли. Удалось. – Я заблудилась во дворце, вошла в портал и попала сюда. А портал исчез.

– Конечно, исчез, – сердито сказал король. – Я использовал простенький артефакт, который открывает порталы на небольшое расстояние и ровно на два перехода. Планировалось, что я смогу прийти сюда, а потом вернуться во дворец. А вы этот портал схлопнули.

– И что, мы теперь не попадем назад? – испугалась я.

– С чего бы вдруг? Во-первых, у меня есть запасной артефакт, а во-вторых, как вы думаете, где мы находимся?

Я огляделась по сторонам.

– Понятия не имею, но здесь красиво.

– Это дворцовый парк. Тут и пешком можно дойти, но мы не пойдем.

Не пойдем? Тут останемся? Прямо в пруду? Спросить не рискнула. Достаточно уже глупостей натворила. Пора сделать небольшой перерыв. Король окинул взглядом сначала себя, потом меня.

– Давайте выбираться из воды, – хрипло скомандовал он. – Если, конечно, купаться в одежде не входит в вашу привычку. Почем я знаю, может, вы нарочно.

– Я упала, – попыталась объяснить я.

– Вы подкрались и сбили меня с ног. Я даже не слышал, как вы подошли.

– Я двигалась тихо, потому что думала, что вы какой-то зверь.

– Прекрасно. Подданные считают меня зверем. О чем еще может мечтать монарх! – сказал король каким-то придушенным голосом.

Кажется, он был зол. Может, мне сразу утопиться?

Его величество быстро взлетел на крутой склон, развернулся и протянул руку. В синих глазах плясали черти. Да ему весело!

Я молча уцепилась за горячую ладонь, он мгновенно выдернул меня из пруда на берег и зашагал прочь, так и не выпустив мою руку. Возражать почему-то не хотелось. Наверное, потому что… замерзла. Да, точно, замерзла. А от его пальцев словно струилось тепло, от запястья к плечу, а потом по спине. До мурашек!

– Не могу понять, – насмешливо протянул король, – вы хотели предупредить меня о грядущем покушении или сами пытаетесь меня убить?

– Я не пытаюсь, – вяло отозвалась я.

– Ладно, разберемся.

Он остановился, чем-то щелкнул, и прямо перед нами появился портал.

– Пойдемте.

В сияющее нечто мы шагнули вместе. И оказались в том самом кабинете короля, просторном и светлом, где он меня вчера принимал. Только на сей раз тишину разбавляли странные звуки, будто кто-то неплотно закрутил кран…

Одежда! Я опустила глаза и с ужасом увидела, как с платья на шикарный паркетный пол каплет вода. Настолько активно каплет, что натекла уже хорошая лужа. Конечно, с короля тоже текло, но это был его паркет!

Захотелось исчезнуть отсюда как можно скорее.

– Простите, ваше величество, – пробормотала я, осторожно высвобождая ладонь. – Если можно, попросите кого-нибудь проводить меня к нужному порталу, я хочу вернуться в академию.

– В таком виде? – король изумленно приподнял бровь. – Ну уж нет, извините. Мне совершенно не нужно, чтобы пошли слухи, что подданные после визита в мой дворец заболевают и умирают. Вам как минимум надо обсохнуть.

– Наверное, можно высушить магически? – я неуверенно потерла складки платья.

– Разумеется. Но прежде надо это снять.

Снять?!

Он выхватил из воздуха два огромных махровых полотенца, передал мне и показал на портьеру:

– Переодеться можете там.

Надо же. А вчера я ее не заметила. Впрочем, неудивительно, я просто сидела к ней спиной. За портьерой обнаружилась дверь в небольшую полупустую комнату: стул, кровать и маленький столик, на котором лежала открытая книга и надкушенное яблоко.

Я скинула сырые туфли, но едва начала стягивать платье, как пальцы наткнулись на что-то твердое, прямоугольное.

И тут я похолодела: карты! Я же нырнула в пруд вместе с ними. Бог с ней, с одеждой, но если промокли карты… Я быстро сунула руку между мокрых складок платья, достала пакетик, открыла его – и выдохнула с облегчением. Дознаватель не обманул. Не знаю, насколько эти защитные штучки для улик не горят в огне, но в воде они точно не тонут.

Я снова закрыла пакет, пристроила его на стул, с трудом стащила платье и принялась разбираться с полотенцами. Одно из них оказалось халатом, длинным, будто бы махровым, только в тысячу раз мягче. Я завернулась в него и поняла, что предпочла бы отказаться и от приличий, и другой одежды, и носить этот халат всю оставшуюся жизнь.

Вторым полотенцем я подсушила волосы, кое-как расчесала их пальцами, сунула карты в пушистый карман, свернула в ком мокрую одежду, холодную и противную, как лягушка. Подцепила обувь и, отчаянно краснея, вышла обратно в кабинет.

Король был в точно таком же халате. Стоял, привалившись спиной к столу и скрестив на груди руки. В развале ворота виднелась полоска смуглой кожи. Я поспешно отвела взгляд.

– Бросайте все на пол и садитесь, – раздался хрипловатый голос.

Едва я стряхнула вещи, как в кабинет скользнула немолодая служанка, окинула меня и короля удивленным взглядом, а затем уставилась на две мокрые кучи из одежды.

– Заберите это. И приведите в порядок, – приказал король.

Она хотела что-то спросить, но он не дал вставить и слова.

– Высушите, выгладите и что там еще полагается. Часа два хватит?

– Два часа?.. – брови служанки полезли на лоб.

– Хорошо, три, – разрешил король, – Вы меня поняли?

Она испуганно кивнула.

– Вот и сделайте так, как я велел.

– Да, ваше величество! Конечно, ваше величество! – забормотала она.

Подхватила обе кучи и, пятясь, исчезла из кабинета.

Глава 19

– Вы, должно быть, голодны, – предположил король.

А я не сразу нашлась, что на это ответить. Голодна ли я? Чертовски! Я умирала от голода еще до бесславной прогулки по коридорам дворца, по дорожкам парка и до купания в королевском пруду. А сейчас и вовсе съела бы слона.

Да только я понятия не имела, как есть этого слона по этикету! И, разумеется, не имела представления о том, как следует принимать пищу в присутствии коронованной особы… Может, при королях вообще нельзя есть?

В животе громко заурчало, и стало ясно, что мой ответ уже не требуется.

– Я вас понял, – синие глаза весело блеснули.

Король что-то тихо пробормотал, и прямо передо мной возник невысокий круглый столик. Сверкали хрустальные бокалы, поблескивали золотой росписью изящные тоненькие тарелки, тарелочки, салатники, вазочки и совсем непонятные штучки. Не знаю, чем они были наполнены, но выглядело ужасно вкусно. А запах… Он просто сводил с ума!

– Прошу! – его величество обвел рукой все это великолепие.

И уселся в мягкое кресло прямо напротив меня.

Я сглотнула и незаметно покосилась на столовые приборы. На мое счастье, из всего их пугающего многообразия возле тарелки лежали лишь два: вилка и ножик. Ну уж с ними-то я как-нибудь справлюсь.

– Приятного аппетита, – сказал король и приступил к обеду.

Вот же…

Он даже ел красиво!

Я зачарованно смотрела, как двигаются его руки, губы…

– Ешьте…

Я вздрогнула и подняла взгляд. Король пристально смотрел на меня. Синие глаза потемнели, казались почти черными.

Черт! И давно он наблюдает за мной? Щеки вспыхнули, я быстро опустила голову, протянула руку, чтобы положить чего-нибудь себе.

И тут…

Честное слово, я даже не поняла, как это произошло. То ли случайно задела длинным рукавом, то ли еще что-то, но моя тарелка с жалобным звоном упала на пол и разбилась. Вдребезги. На крохотные кусочки, поблескивающие золотом. Благо, еще пустая, а иначе… Я с ужасом представила, как ошметки еды разлетаются в стороны, попадают на халат его величества. Хотя и того, что тарелка была явно дорогая, наверняка из какого-нибудь эксклюзивного королевского сервиза, вполне хватило, чтобы покраснеть еще больше.

– Ничего страшного, – сказал король.

Он точно так же, как накануне дознаватель, что-то прошептал, – и осколки растворились. Вот чего мне не хватало в моей прошлой жизни, это такого продвинутого варианта уборки!

Передо мной появилась новая тарелка, вроде как намек: можешь переколотить тут все что угодно, во дворце посуды хватает.

Не особенно выбирая, я наложила себе понемногу всяких малознакомых яств и начала их пробовать. Только вот, боюсь, по-настоящему их вкуса я не ощутила. Вилка то и дело выскакивала у меня из рук, я несколько раз роняла подцепленные кусочки то на тарелку, а то и вовсе на стол. Его величество каждый раз при этом подозрительно кашлял.

Боже, какой кошмар! Прав был плюшевый граф: я действительно неуклюжа, словно медведица в бакалее.

Вот посмотрит король на меня и подумает, что в нашем мире люди не умеют пользоваться столовыми приборами, и до попадания сюда я ела руками с пола. Или как коты, лицом из миски.

Чтобы хоть чем-то отвлечь его от подобных мыслей, я сама завела разговор:

– Что вы теперь думаете о моем видении? Не боитесь, что сбудется?

– А я должен о нем думать и бояться? – король насмешливо приподнял бровь.

– Ну нет, наверное, – пробормотала я. – Просто я вас там видела, и вы не выглядели слишком счастливым.

– Неужели? – И снова в низком хрипловатом голосе послышалась насмешка.

– В общем, паршиво вы выглядели, вот что я скажу! Так может вам имеет смысл спрятаться, ну или хотя бы не ходить в академию?

– А вот это странно, – покачал головой король. – Обычно девушки хотят меня видеть в академии.

О боже, он опять все о том же!

– Меня это совершенно не интересует, – уверенно сказала я.

– То есть я не кажусь вам даже немного симпатичным? – заинтересовался король.

Вот что на такое можно ответить? Разумеется, он казался мне симпатичным, да и любому, у кого есть глаза, он казался бы симпатичным! И не немного, а очень даже.

Но признавать это открыто я точно не собиралась.

– Какая разница! Вовсе не о том я сейчас говорила. Да будь вы даже совершенно уродливы, мне будет жаль, если вас похитят.

– И все-таки уродливым вы меня не считаете? – продолжал допытываться король.

Я вздохнула и снова выронила вилку.

Сказала бы я ему, кем его считаю! Но, боюсь, это будет оскорблением короны.

– То есть, – я покосилась на бокал с чем-то рубиново-красным. Пить хотелось ужасно, но взять его не рискнула. Хватит с меня и одной разбитой тарелки. Та хоть была пустая. – Прятаться в какой-нибудь специально построенный бункер вы не намерены?

– Спрятаться в бункере, чтобы меня не посадили в подземелье? – усмехнулся король. – Честно говоря, не вижу большой разницы между тем и другим. Так что, пожалуй, я продолжу жить, как и жил раньше.

Я открыла рот, чтобы возразить. Но тут распахнулась дверь, и в кабинет проскользнула все та же немолодая служанка с двумя стопками аккуратно сложенной одежды. Она застыла у дверей, как-то странно поглядывая то на меня, то на короля.

Ну и в чем же дело?

Тут не принято сидеть при короле в махровом халате, или вообще не принято сидеть при короле? Нет, теряться в догадках можно сколько угодно, и дело это совсем непродуктивное.

Вскочив с кресла, я подбежала к служанке, пробормотав: «Спасибо», – схватила свою одежду и скрылась за портьерой. В маленькой комнате я сожалением сняла халат, натянула на себя идеально чистое, пахнущее свежестью платье, едва не забыв переложить карты из одного кармана в другой. Обулась и немного помедлила: король ведь тоже, наверное, переодевается, и я не хотела застать его в пикантном виде.

Уже взялась за ручку двери, но снова застыла: а вдруг он одевается слишком медленно?

Я простояла хороших минут пятнадцать, пока из под двери не потянуло умопомрачительным горьковатым запахом кофе. Лишь тогда решилась выйти.

Король, в черных брюках и в белоснежной рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами, сидел в своем кресле. Он небрежно откинулся на его спинку, вытянув вперед ноги, и отхлебывал по глоточку из тонкой фарфоровой чашки, которая казалась совсем крошечной в загорелой сильной руке.

– Желаете?

Его величество щелкнул пальцами, и на совершенно пустом столе материализовалась еще одна дымящаяся чашка и вазочка с румяной выпечкой.

Желаю, еще как желаю. И кофе, и плюшку, и… И еще посидеть с ним рядом. Поговорить…

– Нет, мне пора.

Кажется, я и так уже злоупотребила королевским гостеприимством и нарушила с десяток местных представлений об этикете и приличиях. Хватит, нагостилась, пора домой.

Глава 20

На этот раз до портала я дошла без приключений, разве что нечаянно врезалась в охранника и ушибла локоть об еще одну статую, которую не заметила.

Маленькую такую статую, в два человеческих роста.

Зато в академии, едва поднявшись по лестнице к входной двери, я споткнулась на ровном месте, кубарем скатилась вниз и ударилась плечом о мостовую.

– Ой!

Это было больно.

Нет, «больно» – слишком слабо сказано. Весь бок словно раскаленным прутом проткнули, аж в глазах потемнело. И воздух кончился.

Я кое-как села и некоторое время покачивалась, пытаясь вдохнуть и баюкая повисшую плетью руку.

Отлично, еще и покалечилась. Растяжение или вывих? А может, перелом? Да почем же мне знать! Впрочем, есть кое-кто, кто знать должен: Лартисса. Она ведь не простая студентка-первокурсница, а вполне себе действующая ведьма, которая с малых лет занималась целительством вместе со своей бабушкой. Уж она-то мне поможет наверняка.

Наконец отдышавшись, я осторожно встала, придерживая здоровой рукой пострадавшую. Где-то снова капало.

Черт!

Ну конечно, кто бы сомневался: я упала прицельно в лужу. И теперь подол был мокрым и грязным. Откуда взялась грязь в луже и откуда взялась сама лужа, единственная, кстати, во всем чистеньком дворе Академии, я даже интересоваться не стала. После пережитых за день приключений меня вряд ли хоть что-то было способно удивить.

Выходит, зря королевская прачечная – или что там у них – два часа возилась с моим платьем, оно снова выглядело ужасно. Впрочем, это сейчас меня волновало куда меньше, чем плечо: от него по всей руке и боку при любом неловком движении по-прежнему стреляли болезненные импульсы. Так что я пренебрегла своим неидеальным внешним видом и побрела решать другие, куда более важные вопросы.

Комнату Лартиссы я нашла быстро. Постучала, и через несколько секунд она открыла дверь. Окинула меня взглядом с ног до головы и безапелляционно заявила:

– Что-то случилось.

Она не спрашивала, она утверждала. Я с трудом удержала вздох. «Что-то случилось» – это просто девиз моей жизни в последнее время. С того самого момента, как негодяй ударил меня ножом, со мной постоянно что-то случается.

– Упала во дворе, ерунда. Только вот рука болит очень, – пожаловалась я и шагнула вперед, намереваясь войти.

Но Лартисса решительно перегородила мне дорогу:

– Ты куда в таком виде? Мы сегодня уборку делали, а ты грязь на подоле притащишь.

Я удивленно уставилась на нее. И что, теперь будущий лекарь не впустит больного человека в комнату только потому, что тот может запачкать полы? Надо же… А мне она казалась такой милой.

– Но… – начала я.

Договорить не успела. Лартисса весело подмигнула мне, щелкнула пальцами и едва слышно пробормотала заклинание. И в ту же секунду платье сделалось сухим и чистым. Мгновенно! Все произошло так неожиданно, что я так и осталась стоять с открытым ртом.

– Ничего себе… – прошептала я. – Это что, настолько просто? И… и быстро? Не верю собственным глазам!

– Ну конечно! Элементарное заклинание. Тут всего лишь грязь и вода, его вполне достаточно. Вот если бы ты испачкала подол вином, или чернилами, или, к примеру, кровью, пришлось бы повозиться. Минут пять. А то и все десять.

– Понятно, – протянула я.

А про себя добавила: с одной королевской особой все понятно.

Вот же гад! Будь он где-нибудь поблизости, с удовольствием бы его стукнула. И даже не особенно задумывалась бы о том, положено ли по этикету бить коронованных особ, потому что эта конкретная особа уж точно заслужила.

Нет, я могу допустить, что сам король не слишком хорошо разбирался в стирке и уборке. Король же! Но уж обслуга дворца наверняка не уступала Лартиссе в расторопности.

Теперь мне стало ясно, почему служанка смотрела круглыми глазами, обнаружив меня и его королевское величество в… халатах! А нашу одежду, которую можно было высушить даже не снимая одним щелчком пальцев, двумя мокрыми кучками на полу! То-то она чуть в обморок не хлопнулась, когда он сказал ей справиться за два часа. А потом разрешил за три. Я едва не застонала сквозь зубы. Нет-нет, даже представлять не буду, что она подумала. А потом рассказала своим подружкам.

– Вот, теперь проходи, – с улыбкой объявила Лартисса.

Друг за другом мы пересекли прихожую и вошли в ее комнату. Аккуратно обставленная, она выглядела несколько уютнее моей. Ладно, чего уж лукавить: намного уютнее. При помощи всяких мелочей Лартиссе удалось сделать из казенного жилища что-то очень домашнее, уютное, теплое, с пучками травы на стенах, салфеточками, милыми безделушками и каким-то ведьмовским запахом.

– Садись, посмотрим, что у тебя там, – Лартисса кивнула на стул.

Я ожидала, что она начнет плести какие-то заговоры, произносить заклинания, но она очень осторожно ощупала холодными пальчиками мое многострадальное плечо, потом обхватила руку и… резко дернула.

– Ай!

Полагаю, своим криком я переполошила всю Академию.

– Ну вот, теперь все будет хорошо, – радостно объявила Лартисса.

Я покрутила рукой, пошевелила плечом, прислушиваясь к своим ощущениям. Боль еще чувствовалась, но уже не такая острая. Ну надо же, последнее, что ожидаешь от магических лекарей – это то, что они могут самым прозаичным образом вправить вывих.

– А кто тебя уже успел приложить проклятием?

– Чем-чем? – удивилась я.

Пальцы Лартиссы протанцевали над моей головой, и она с уверенностью сказала:

– Ну да, проклятье на невезение. Не заметила сегодня никаких странностей? Впрочем, думаю, заметила. – Она снова пощупала мое плечо. – Такое трудно не заметить.

А я вспомнила, как весь день спотыкалась, рассыпала карты, разбивала посуду, врезалась во все подряд. Как умудрилась заблудиться, вошла не в тот портал и чуть не утопила короля в пруду. А напоследок едва не убилась сама, свалившись с лестницы. Действительно, слишком много для череды совпадений.

– И кто же это мог сделать? – растерянно спросила я.

Лартисса пристально вгляделась куда-то поверх моей головы, словно там, в воздухе, был написан ответ.

– Точно не из наших. Ну, не с лекарского. У нас даже самая бестолковая первокурсница такое проклятие забабахает, любо-дорого посмотреть. А это… Сделано криво, сплетено абы как, – поморщилась она. – Халтура. Ты с кем-то сегодня с утра сталкивалась?

– Сегодня? – хмыкнула я. – Да с кем я только сегодня не сталкивалась. Даже со статуями…

Не успела договорить, как в памяти будто щелкнуло что-то. Словно кусочек пазла встал на свое место.

Миррима! Она перегородила мне дорогу. Потом странно махнула рукой и ушла, а мое лицо сразу стало слегка покалывать.

– Ты права, – сказала я, – кажется, она с нашего факультета. С прорицательского.

– Ну вот, я же говорила, – кивнула Лартисса. – Там одни неумехи собрались, ни на что не способны. Только вещать зловещим голосом… – она вдруг спохватилась и ойкнула. А потом виновато забормотала: – Ну, то есть… я не имела в виду тебя.

– Ерунда, – отмахнулась я. Отстаивать честь факультета точно было не время. – А ты можешь это как-то снять? Что-то мне не нравится спотыкаться на каждом шагу.

– Сейчас попробую.

С проклятием она провозилась куда больше, чем с моей рукой. Расставила вокруг дымящиеся свечки, обмахивала меня перьями, шептала заклинания и делала странные жесты, будто я была курицей на гриле, а она пыталась меня посолить. Но когда закончила, я почувствовала, как мне полегчало, даже дышать стало свободнее.

Впрочем, может быть, все дело в том, что она потушила свои душные ароматические свечи.

– Спасибо, – сказала я.

Обняла Лартиссу и направилась к выходу. Но она меня окликнула:

– Эй, а заплатить?

Я затормозила и удивленно оглянулась.

А потом отругала себя. Бабушка всегда учила, что любая работа должна быть оплачена, чем угодно и как угодно. Мол, нельзя только брать, ничего не давая взамен. К тому же у Лартиссы с финансами явно не густо, а просто так всякие проклятия снимать – это на одних только свечках разориться можно, вон их сколько пожгла. До сих пор воняет.

– Конечно, – улыбнулась я. – Но у меня ведь только карточка. Я даже не знаю, как местные деньги выглядят. Может, мы пойдем по магазинам, и я куплю тебе то, что надо? Вообще все, что ты захочешь.

– Нет, – засмеялась Лартисса. – Ты не поняла. Надо хоть что-то дать ведьме. Пусть даже символически. Иначе на всю жизнь в долгу останешься, а это нехорошо.

– Прямо сейчас? – растерялась я. – У меня с собой ничего нет…

– Необязательно.

– Тогда давай я сбегаю за карточкой, и мы сходим в тот самый магазинчик, где познакомились, и что-нибудь тебе выберем.

– Нет, – твердо сказала Лартисса. – Но кое от чего я бы не отказалась. – Она смущенно отвела глаза. – Может быть, ты мне погадаешь… – щеки Лартиссы вспыхнули алым, – на одного парня?

Ага, бартер значит.

– На парня? – поддразнила я. – Так тебя можно поздравить?

– Не знаю, принято ли с таким поздравлять, – еще больше покраснела она, – но он симпатичный. И пригласил меня в кафе.

Я полезла в карман и достала оттуда пакетик с картами.

– Ну что ж, сейчас мы все узнаем про твоего симпатичного.

– Нет, не сейчас, – замахала руками Лартисса. – Тебе в течение нескольких часов нужно экономить силы и восстанавливаться после проклятия. Ничего магического по возможности не делать, поняла?

– Поняла.

– Погадаем в другой раз. Я обязательно зайду.

Попрощавшись с Лартиссой, я отправилась к себе.

По дороге ни разу не упала, не расшибла себе нос и не снесла какую-нибудь стену. Похоже, Лартисса и правда разобралась с проклятием. Да и с вывихом тоже. Плечо немного тянуло, но, в принципе, было терпимо. Если, конечно, активно не махать руками.

Вот ведь паршивка Миррима! Просветить ее, что ли, насчет недобросовестной конкуренции, а то, похоже, она не знает, что это плохо.

Прошмыгнув через прихожую, я открыла дверь в свою комнату и быстро закрыла ее у себя за спиной. Не хватало еще, чтобы Бриззина сунула сюда свой длинный нос.

В гостях у Лартиссы я сокрушалась, что моя комната выглядит казенной и безликой. Вот уж зря я на нее наговаривала, теперь ее можно было назвать какой угодно, только не безликой.

Все четыре стены были затканы великолепными коврами в стиле примитивизма.

Сама ткачиха сидела в коробке, удовлетворенно сложив на пузике мохнатые лапки.

– Эх ты, творческая личность, – вздохнула я и заказала целое блюдо сладких румяных плюшек. – Это же надо столько трудиться!

Сама есть не стала: плотно пообедала с королем. Пока Мася с наслаждением их уминала, я снимала ковры со стен, аккуратно складывала и убирала в шкаф. Не хотелось, чтобы их кто-то видел.

Закончили мы с Масей одновременно. Я взяла коробку в руки, усадила ее туда и, прикрыв на всякий случай крышкой, решительно вышла из комнаты.

Я придумала, куда смогу поселить эту деятельную паучишку. В заброшенный студенческий городок!

Я долго бродила между пустыми домами. Они чем-то неуловимо притягивали, таинственные, загадочные, заросшие до половины окон (а где и выше) буйно цветущими кустами, так похожими на наш шиповник. Ох, как много интересного эти дома рассказали, если бы могли… Например, как жили студенты двадцать или сорок, или вообще сто лет назад. О чем грустили, чему радовались. Но дома молчат, хитро подмигивая темными провалами окон. Тишина, покой и шелест травы под ногами.

Кстати, судя по этой самой вымахавшей непримятой траве, сюда никто не ходит, а значит, и Масиных художеств не найдут.

Я добрела почти до конца, свернула к предпоследнему дому, осторожно пробралась сквозь колючую поросль – вот точно шиповник, ползет во все стороны! – поднялась на крыльцо. И довольно огляделась.

Отличный выбор. Если даже кого-нибудь случайно и занесет в студенческий городок, сюда он точно не дойдет, слишком уж далеко от Академии. Да и через кусты не полезет.

Я потянула дверь и шагнула внутрь.

Домик был довольно вместительный. Он практически полностью повторял нашу с Бриззиной секцию: прихожая, ванная и две большие комнаты.

Я поставила коробку на пол, сняла крышку и почесала Масю за уш… да черт знает, где у нее ушки. По пушистой голове почесала.

– Ну что ж, Масенька, тут все стены твои. Живи где хочешь, обустраивайся как хочешь. А я буду приносить тебе еду, договорились?

Она, разумеется, ничего не ответила. Выскочила из коробки и, шустро перебирая мохнатыми лапками, побежала обследовать территорию. Значит, договорились.

Обратный путь занял куда меньше времени. Я вышла из студенческого городка и огляделась. Вроде со всеми делами покончено и можно бы уже идти домой, но я туда не спешила.

Прогулялась по улочкам, позаглядывала в магазины. Не просто так, лишь бы прогуляться. Я искала одну конкретную вещь: халат. Кажется, они в этом мире просто великолепные, и мне обязательно такой нужен.

В бесплодных поисках я провела не меньше двух часов, перещупала все, что могла, но ни один халат не был таким потрясающе мягким и уютным.

Видно, его величеству досталась эксклюзивная партия, специально для королевского дворца. Явно еще и с каким-нибудь магическим смягчителем.

– Брать будете? – недовольно спросил продавец.

Ну да, конец рабочего дня, пора лавку закрывать. А тут стоит странная девица, кучу товара перещупала, а покупать не собирается.

– Нет, – со вздохом сказала я.

На подделку я была не согласна.

Глава 21

Пусть Лартисса и сняла с меня порчу, но от обычного, не магического невезения это никак не спасло. Вернувшись домой, я все-таки столкнулась в прихожей с Бриззиной.

– Тебя разве не упекли в королевские казематы? – спросила она, и в ее голосе явно слышалось разочарование.

Надо же, какая добрая и отзывчивая у меня помощница!

– Нет, конечно, – язвительно сказала я. – Они меня вообще не для этого вызывали.

– А для чего? – тут же заинтересовалась Бриззина.

– Да вот, спрашивали, которая из девиц академии самая вредная и с самым ужасным характером.

– Это еще зачем?

– Да мне откуда знать? Может быть, хотят упечь ее в казематы. Чтоб, не дай бог, не добралась до короля.

Бриззина переменилась в лице. Видимо, понятие «сарказм» ей было неизвестно.

– И кого ты назвала? – сглотнула она.

Ага, проняло заразу!

– Сама ты как думаешь? – насмешливо протянула я.

На лице дорогой соседки отразился такой искренний испуг, что я почувствовала укол совести. Все-таки заставлять страдать людей – не мое призвание.

– Никого я не назвала, – вздохнула я. – И ничего такого у меня не спрашивали. Просто перестань доставать меня глупыми вопросами.

Я вошла в свою комнату, закрыла дверь и посмотрела на часы. Был уже поздний вечер. Браться за учебники не имело смысла.

Во-первых, я все равно не знала, что задали, так что с этим предстояло разбираться завтра. А во-вторых, было еще то, с чем следовало разобраться сегодня.

Олиора говорила, что в полночь девчонки снова устраивают предсказательский круг и Миррима решила почтить его своим присутствием.

Именно с этой красоткой мне необходимо было поговорить! В конце концов, проклятье – это уже чересчур. Я ведь несколько раз могла погибнуть. Нет, от разбитых чашек и тарелок ничего ужасного не случилось бы, а вот окажись королевский пруд чуть глубже… Все, сама бы погибла и его величество утопила бы. В общем, с Мирримой нужно было немедленно провести воспитательную беседу и на крайний случай пригрозить, что пожалуюсь нашему ректору.

Я причесала растрепавшиеся волосы и отправилась к Олиоре.

– Привет, – улыбнулась я как только дверь открылась. – Я передумала. Во сколько собираемся?

– Не будет круга предсказания, – сухо сказала Олиора.

– Это еще почему?

Она пожала плечами:

– Ты уже дважды была во дворце, всем и так ясно, кого выделил король.

– Что? Нет, мы вовсе не… – начала объяснять я.

– Извини, – перебила она, – нам сегодня много задали на дом. Я пойду учиться.

И, едва договорив, захлопнула дверь перед моим носом.

А я растерянно побрела по коридору к своей комнате. Вот значит, как.

Что-то пока от внимания короля у меня одни неприятности.

Король… При воспоминании о нем внутри снова вскипел праведный гнев. Ну ничего, я ему еще устрою. Хотя что я могу устроить королю? Глупости какие. Лучше всего было бы вообще с ним больше никогда не сталкиваться.

Именно так я думала, засыпая.

А утром, после первой же лекции, я увидела короля в коридоре.

Он вместе с толпой однокурсников стоял перед аудиторией и ждал начала занятия. Впрочем, вместе – неточно сказано. Студенты стояли группами, а король один, поодаль, возле окна. Вокруг него словно бы прочертили невидимую линию, к которой никто не решался подойти. Его величество невозмутимо листал учебник, прислонясь к подоконнику, а у меня вдруг остро защемило в груди.

Он в этот момент выглядел таким одиноким. Неуютное, тоскливое чувство, которое было мне хорошо знакомо. Как будто бы ты вместе со всеми, и все же чужой для всех. На тебя смотрят с опаской и не доверяют.

Так… Что это я распереживалась? Сравнила тоже. Это же король! Ему принадлежит вся страна и академия в том числе. У него полно придворных льстецов и народу, и каждый из них просто из кожи вон лезет, чтобы пообщаться с монархом. А девицы, которые жаждут составить королевское счастье, вообще надоели до чертиков. Он, между прочим, сам в этом признался. Так что нашла кого жалеть.

Я собиралась гордо прошествовать мимо, но тут король меня заметил.

– Леди Полина? – он захлопнул учебник и подошел ко мне. – Отлично, что мы увиделись. Я хотел предложить…

– Не надо мне ничего предлагать!

– Почему? – не понял он.

– Вы еще спрашиваете почему?! – возмутилась я.

Мгновенно наступила такая тишина, что стало слышно, как за закрытой дверью аудитории о чем-то бубнят два голоса.

Вот черт!

Я покосилась по сторонам. Так и есть. Все позабыли про свои дела, повернули головы и превратились в слух. Некоторые от любопытства даже шеи вытянули, чтобы не пропустить ни слова.

Кажется, свежая сплетня вот-вот отправится в путь по всем ушам академии.

Нет уж, перебьются.

– Платье! – сердито зашептала я. – Его можно было высушить магией за пару секунд, и даже не снимая, а вы…

– А я, – подхватил король, – не хотел обедать в одиночестве.

В синих глазах плясало шальное пламя, по лицу расползалась широкая ухмылка. Похоже, никаких угрызений совести он не испытывал.

У-у, королевская морда! Наглая! Хоть и красивая.

– Но согласен, это была непозволительная вольность. Извините, – ухмылка стала еще шире. Для раскаявшегося у его величества был слишком довольный вид. – Я готов компенсировать.

– Что означит компенсировать? – озадаченно нахмурилась я.

– Просите все что угодно.

«Ничего мне от вас не надо!» – уже было готово сорваться с языка, но тут я поняла, что кое-что все-таки надо.

– Халат.

– Что? – недоуменно моргнул король.

– Банный халат. Ну, одежда, которую вы выдали мне вместо платья. Он такой мягкий и удобный, я себе хочу такой же.

– Вы сейчас это серьезно? – брови его величества полезли на лоб.

– А что-то не так? – испуганно спросила я.

Может быть, халаты тут – очень интимная или символическая вещь? Может быть, тут примета такая есть, дарить жене халаты, а больше никому их дарить не положено?

Все-таки трудно общаться, не зная толком местного культурного кода!

– Да нет, просто вы могли попросить титул, замок, земли. Да я же сказал: что угодно. А вы попросили… халат?

Я пожала плечами.

– Понятия не имею, какая мне польза от титула, а с замком и землями, подозреваю, одни сплошные хлопоты. Ничего из этого мне не надо, а халат мягкий.

Он покачал головой. А потом улыбнулся. Такой неожиданно мягкой и теплой улыбкой, что у меня перехватило дыхание.

– Входите, – внезапно прогремело по коридору.

Я вздрогнула и оглянулась.

Дверь в аудиторию была уже открыта, и возле нее стоял высокий худой старик с пышной седой гривой и круглыми очками, чудом зацепившимися за кончик орлиного носа. Видимо, тот самый преподаватель, который заставил его величество посещать свои лекции, как самого обычного студента.

Я невольно хихикнула. И тут же спохватилась: раз уж у законников началась пара, значит у и нас тоже! Не взглянув больше на короля, я развернулась и шустро припустила прочь. На лекцию, конечно.

Вечером мне в комнату принесли подарок: красиво упакованный халат в сияющей обертке, цветок орхидеи и… записку.

Я выхватила ее и прочитала: «Леди Полина, надеюсь, вы простите мне эту мою выходку…»

О, да. Конечно-конечно. Так и представляю, с какой довольной ухмылкой он это писал!

«…Приглашаю послезавтра на обед. Официально…»

Ух, ты. Значит, на этот раз при полном параде.

«…Будьте во дворце в восемнадцать. Алард».

Алард? Я долго вглядывалась в подпись. А как же все полагающееся по статусу: Его Величество Король Алард Первый… и целый список дополнительных титулов?

Что значит это просто «Алард»?

Я распахнула окно, немного подышала, остужая горящие щеки. А потом дочитала:

«…Орхидея – не только цветок, но и артефакт портала. Чтобы активировать, оторвите лепесток и назовите место, куда хотите попасть».

Я попыталась рассердиться на короля, но ничего не получалось. Наоборот, я была чертовски рада тому, что мы пообедаем вместе.

И пусть на меня обозлится хоть вся академия во главе с Бриззиной, все равно я хочу встретиться с королем.

Глава 22

– Обед, ваше высочество!

Железная дверь лязгнула, и охранник вкатил тележку, на которой стояло несколько тарелок и кубок с водой.

Принц Голайн поморщился. Это унижение повторялось трижды в день: «ваше высочество»! «Ваше высочество»!..

Может ли что-то на этом свете звучать хуже?

Приставленный к нему охранник обращался к узнику в соответствии с этикетом. Но знал ли он, какую обиду причиняет этим бывшему королю, который десять лет был главным человеком государства? Тому, кто когда-то то вершил судьбы, и мановением руки решал казнить или миловать, а теперь заперт в каменном мешке.

Впрочем, тут принц Голайн немного лукавил.

Называть помещение, где его заперли, каменным мешком было бы явным преувеличением.

Оно вообще не слишком походило на стандартную тюремную камеру. О том, что нынешнее жилище опального принца располагалось в королевских казематах, напоминала лишь тяжелая железная дверь, ну и тот факт, что здесь не работала магия.

На самом деле условия для бывшего короля были созданы вполне сносные. Вместо нар – удобная кровать, вместо арестантской одежки – вполне приличный дворцовый наряд, который меняли каждый день. За ширмой находилась оборудованная ванная комната, можно сказать, со всеми удобствами.

Голайн нахмурился: с удобствами, которые вполне устроили бы бродягу с улицы, но уж точно не подходили тому, кто совсем недавно повелевал всем!

Охранник оставил тележку с едой и торопливо удалился.

Обед.

И снова это была не обычная тюремная баланда, которой потчевали других арестантов.

Еду принцу Голайну готовили на королевской кухне. Но это была совсем не та еда, к которой он привык. Когда-то ему доставляли свежайшие заморские деликатесы. А отдать за одно блюдо деньги, на которые какой-нибудь мелкий аристократ мог прожить всю свою долгую и безрадостную жизнь – это не составляло для короля Голайна проблемы.

А теперь еда просто вкусная и сытная. Разве может это его устроить?

Но более всего принца оскорбляло другое: упекший его в тюрьму братец позволил навещать узника любому обитателю королевского дворца. Да только никто из этой толпы придворных льстецов, что окружала короля все эти годы, не изволил явиться и повидать его теперь, когда он был в опале.

Единственный, кто навещал короля в тюрьме – его брат, Алард.

Приходил, садился напротив, спрашивал, не нуждается ли в чем узник. Разговаривал с ним, вроде бы как пытаясь понять, почему Голайн совершил то, что совершил, как мог обречь на смерть собственного брата.

Впрочем, принц в это не верил. Он не сомневался: брат только прикидывается добреньким, а на самом деле приходит лишь для того, чтобы потешить свое самолюбие, глядя на поверженного врага. Потому и не казнил его до сих пор.

Глупость и слабость. Сам Голайн ни на минутку не задумался бы, прежде чем казнить того, кто пытался его убить. Но старший всегда был слабаком и чистоплюем.

Такие не должны становиться королями. Он знал это тогда – в свои шестнадцать, уверен в этом и теперь. Он, Голайн, должен править! А не этот сопляк. Какая ирония – его старший брат теперь младше. И все-таки именно он – законный правитель.

Голайн покончил с обедом и стукнул в железную дверь, чтобы тележку с тарелками скорее убрали. Теперь, когда он был сыт, запахи еды раздражали. Охранник приоткрыл дверь и забрал тележку.

Принц бросил на него презрительный взгляд. Разве можно быть таким растяпой? Оставлять дверь нараспашку, поворачиваться к арестованному спиной? А что если тот набросится, выскочит из камеры?

Впрочем, этот узник прекрасно знал, что ни за что этого не сделает. В коридоре еще десяток охранников, а выход из королевских казематов защищен магией. Одному тут не справиться, а сообщников у него не было. У него никого не было, даже какого-нибудь идиота, который пришел бы поиграть с ним в карты, чтобы скрасить одиночество.

Принц Голайн тщательно вымыл руки и улегся на кровать. Подремать после обеда – одна из новых привычек, которыми он обзавелся в тюрьме. Сны были единственной возможностью хоть ненадолго выбраться из заточения. И снилось ему обычно что-то хорошее: то бескрайнее поле с цветами, то какой-нибудь особо пышный прием, где все его радостно и почтительно приветствуют, то объятия томной красотки.

Такие сны принцу нравились более всего. А просыпался после них он с тоской, иногда на глазах даже выступали слезы. Слишком уж явным был контраст между той, прошлой жизнью, насыщенной и яркой, и нынешним никчемным существованием.

Но в этот раз король оказался в своем собственном кабинете. Да-да, роскошно отделанном кабинете с внушительным столом и королевским креслом, а также весьма объемным диванчиком, где он не раз уединялся с красотками.

Только вот сидел принц Голайн не в своем кресле и даже не на диванчике, а на неудобной колченогой табуретке, которая стояла перед его столом. Специальная мебель для не слишком угодных посетителей, тех, кого неплохо бы поставить на место. И контраст между высоким, похожим на трон креслом короля, и этой табуреточкой, на которой и сидеть было неловко, как не пристрой седалище, должен был показать даже самым гордым и строптивым гостям кто тут главный.

Впрочем, кресло тоже не пустовало. На нем развалился человек в темной одежде, худощавый брюнет с заостренными чертами лица и жуткими глазами. Такими жуткими, что принц Голайн тут же отвел взгляд.

– Приветствую вас, ваше высочество, – процедил незнакомец и в его голосе Голайну послышалась явная издевка.

Ваше высочество! Опять!

– С кем имею честь? – внезапно осипшим голосом проговорил он.

Незнакомец громко расхохотался. Его смех прокатился под потолком и эхом отбился от стен.

– Хочешь знать мое имя? Ушлый. Перебьешься.

Голайн думал возмутиться. Он, конечно, уже не король, но все-таки принц, и в таком тоне разговаривать с ним? Он уже вдохнул воздух, чтобы поставить наглеца на место, но лишь выдохнул и промолчал. Спорить с этим человеком было невозможно, физически невозможно. Одна мысль о том, чтобы ему возразить, вызывала глухой, невыносимый ужас.

– Хороший мальчик, – одобрил незнакомец. – Правильно, мне лучше не возражать.

– Что вы хотите от меня? – хрипло выдохнул король. – Вы собираетесь меня убить?

– О нет, – губы незнакомца скривились в ухмылке, – я собираюсь тебя осчастливить. Ты бы хотел вернуть себе королевство?

– Что?

Принц не верил своим ушам. Он вскинул на незнакомца удивленный взгляд. И это удивление, смешанное с жадным и невыносимым желанием вернуть себе былое величие, на несколько мгновений победили даже страх. Незнакомец был ужасен. От него веяло силой и мощью, свойственным только тем, кто обладает реальной властью, огромной властью. И все же король почти прошептал:

– Это невозможно.

– Для меня возможно, – отмахнулся незнакомец. – И я готов сделать это. Но взамен и ты кое-что для меня сделаешь. Одну очень важную, хоть и несложную вещь. Ах нет, забыл: две вещи.

Принц Голайн едва удержался чтобы не воскликнуть: «Да, да, я согласен!» Потому что, черт побери, он и был согласен, и не важно, что этот страшный человек потребует взамен. Он был готов буквально на все.

Но все же сумел сдержать этот порыв.

– Что именно я должен буду сделать? – осторожно спросил он.

Глава 23

Весь день я сидела на занятиях как на иголках. Казалось, время растянулось и стало просто бесконечным. Каждая пара длилась неделю, не меньше. Я записывала сложные формулировки на лекциях, пыталась создать хоть какой-то рисунок на практической по гаданию на спичках, но мыслями была далеко. И как только последнее занятие закончилось, даже не обедая, я рванула к Гариетте. Та встретила меня с улыбкой:

– Здравствуй, девонька. – Она окинула меня придирчивым взглядом. – Неужто форму испортила? Да что-то не видно.

– Нет, у меня тут такое дело… – я достала из кармашка записку от короля. – Завтра в восемнадцать часов обед с его величеством.

Я потупила взгляд и почувствовала, что щеки загорелись. Вообще-то я думала, что кастелянша начнет сейчас подмигивать, мол, я же говорила, зря ты так скоропостижно от короля-то отказывалась, но к счастью, она ничего такого не сказала.

Наоборот, ее лицо сделалось серьезным и задумчивым.

– Так, завтра к восемнадцати… Ну, с платьем-то точно успеем, а вот на то, чтобы с придворными премудростями разобраться времени явно мало.

Я только махнула рукой. Вряд ли следовало рассказывать Гариетте, что король и сам по части придворных премудростей не шибко озабочен. Вспомнить только наше чаепитие в банных халатах!

– Главное – платье, а там уж разберусь! – улыбнулась я.

– Тогда беспокоиться не о чем, – заверила меня Гариетта.

– У вас еще одно запасное есть?

– Зачем же запасное, – Гариетта удивленно изогнула бровь, – сошьем тебе свое собственное.

Оказывается, платье для визита в королевский дворец может изготовить далеко не каждая портниха. Есть несколько сертифицированных мастериц, которым это позволено. И получить такой сертификат очень и очень трудно: нужно и в тканях разбираться, и вкус иметь, и очень высокий уровень магии, потому как во дворце все должно быть прекрасно, и наряды дам в том числе.

И с одной из таких мастериц Гариетта водила дружбу еще с тех пор, как сама служила при королевском дворе. Так что и сейчас, по старой памяти, та откладывает все заказы и берется выполнять Гариеттину просьбу.

– А есть какой-нибудь каталог? – спросила я. – Или можно только понадеяться на вкус мастерицы?

Не то чтобы ее вкусу я не доверяла, предыдущее платье было выше всяких похвал, но все-таки хотелось хоть приблизительно знать, в чем же я отправлюсь на свое первое свидание. Ведь это же будет свидание?

Гариетта принесли каталоги, и мы стали выбирать.

Выбрать сразу готовое платье тут было невозможно, но отдельно можно было присмотреть форму юбки, варианты воланов, лифа, рукавов, если они планировались. Потом сообщить о выбранном мастерице, но, если ей покажется, что одно с другим не сочетается, она переделает все по своему усмотрению.

Желание заказчика, конечно, штука хорошая, но первостепенная задача платья – услаждать взор короля и его приближенных, так что если какая-то леди захочет напялить на себя форменную безвкусицу, ей это просто не позволят.

Я тут же вспомнила леди Лервенну, королевскую предсказательницу. Похоже, та дала немалую взятку своей мастерице. Потому что ее канареечного цвета платье назвать образцом стиля и вкуса язык бы не повернулся.

– А леди Юлия тоже сама выбирала себе платье? – спросила я у Гариетты. После знакомства в кабинете дознавателя мне было интересно узнать о ней побольше.

– Нет, что ты, ей не до того было. Она-то с королем видеться не хотела, и правильно делала. Тот, прежний король, редкостный мерзавец был. Мало того, что брата своего уморить хотел, так еще и к нашей девочке лапы свои загребущие тянул!

Вот как! Тогда понятно, почему ей во дворец совсем не хотелось…

– Но магистр Рониур быстро со всем разобрался, быстренько женился на ней, никто и глазом моргнуть не успел!

Так за разговорами выбрали мне платье на завтра. Пышная юбка, узкий лиф, накидка на плечи и все это нежно-сиреневого цвета.

– Кажется, должно получиться неплохо, – улыбнулась я.

– Великолепно получится! – потрепала меня по плечу Гариетта. – Завтра после занятий сразу же приходи, наряжаться будем.

Я вылетела от Гариетты окрыленная. Возвращаться в комнату не хотелось. Впрочем, и необходимости не было, ведь у меня оставалось еще одно очень важное дело.

Я направилась в сторону бывших студенческих домиков, где позавчера оставила Масю. Нужно было покормить своего питомца, а заодно посмотреть, что за художества она изобразила. Но, заглянув в дом, я застыла на пороге.

Маси не было. Три стены были увешаны уже готовыми коврами, а вот на четвертой рисунок доходил только до середины. Мася бросила свою работу на полпути? Очень странно.

– Мася! – крикнула я. – Эй, ты где?

Она не появлялась и не отзывалась. Я обежала все комнаты, но нигде ее не нашла. Может, ей показалось, что в этом домике свет как-то не так падает, и она решила поискать место получше?

До самого заката я бегала от домика к домику, звала, но все тщетно, Мася так и не появилась. Ну и куда же она делась? Просто решила, что в лесу ей будет лучше и убежала на дикую природу, или с ней что-то случилось? Вдруг мою Масю похитили, или и того хуже, сожрали какие-то дикие звери. С одной стороны лес довольно близко подступал к домикам, кто знает, не водятся ли так хищники.

Наконец я устала и совершенно выбилась из сил, к тому же искать черного паука в кромешной темноте – плохая идея, особенно если его там нет.

Расстроенная, я побрела в свою комнату. В прихожей столкнулась с Бриззиной. Ну вот, отличное завершение «прекрасного вечера». Бриззина явно была не в духе. Да нет, не просто не в духе, такой сердитой я ее уже давно не видела. Я уже хотела быстро прошмыгнуть мимо, чтобы не выяснять, что там у нее случилось, или того хуже, не попасться ей под горячую руку. Но она меня поймала.

– Ты же уже знаешь про его величество? – зло спросила она.

Черт! Черт, черт, черт! Видимо, Бриззина узнала, что у нас свидание, и теперь от ее гнева мне не скрыться. Но как она могла? Знала только Гариетта, а она не то, чтобы слишком болтлива.

– Что я должна о нем знать? – с самым независимым видом спросила я. Буду отрицать все до последнего, а о своем свидании признаюсь Бриззине не иначе как в людном месте и при десятке свидетелей.

– Его величество больше не будет учиться в академии, – с надрывом в голосе произнесла она.

Эта новость ошеломила и меня. Король ведь и сам хотел учиться вместе со всеми, не требуя для себя никаких поблажек.

Хотя, может, он все же решил внять голосу разума и на время спрятаться во дворце? Все-таки, угроза похищения – штука серьезная. Хотя нет, вряд ли.

Я вспомнила, как снисходительно и насмешливо король Алард смотрел на меня, когда я предлагала ему спрятаться. Такой вариант решения проблемы был бы ему не по нутру. Впрочем, кто знает, а вдруг суровый магистр Рониур, который однажды при мне отчитывал короля, все-таки отыскал нужные аргументы и убедил короля.

Но вряд ли обо всем об этом следовало знать Бриззине, поэтому я сказала:

– Ну… его величество – человек занятой. Может быть, ему просто некогда, а потом вернется, когда закончит со срочными делами.

– Если бы! – почти всхлипнула Бриззина. – Нет. Он сегодня явился к ректору и заявил, что всему, что ему было надо, он уже научился и готов заняться всерьез законотворчеством. Мол, у него есть несколько идей о новом устройстве королевства, и ему их надо обдумать в тишине и спокойствии.

Вот уж действительно странно. Последнее, в чем я могла бы заподозрить его величество, так это в любви к тишине и спокойствию, хотя застала же я его в одиночестве в королевском парке. В общем, как бы то ни было, завтра мы с ним встречаемся, вот я сама его и спрошу.

– Вернется еще твой король в академию, – обнадежила я Бриззину и быстро юркнула в свою комнату, пока на меня не начал выливаться новый поток ее стенаний.

Закрыла дверь, включила свет, огляделась по сторонам и шепотом воскликнула:

– Ну как же тебе не стыдно!

Моя Мася, которую я три часа кряду искала по студенческим домикам, с самым невинным видом сидела у меня в комнате, соорудив себе гнездо в новой коробке! Она выткала небольшой коврик и уютно на нем устроилась. Стены на этот раз не тронула.

– Ну и что ты тут делаешь?

Она, разумеется, не ответила, только подбежала и потерлась об меня мохнатыми лапами. Что же, понятно. Творчество творчеством – а жить одному не каждому захочется.

– Ох, горюшко ты мое, давай ужинать. Нашлась и ладно. А как с этим быть, подумаю завтра.

Глава 24

Утром решать ничего не понадобилась. Моя Мася, разделив со мной завтрак и доев последние крошки, тут же рванула к открытому окну. Минута – и только ее и видели.

Ага, понятно, вот как она решила. Жить она будет со мной, там, где есть ее собственная личная коробка и человек, который выдает вкусняшки. А заниматься творчеством (или что там для пауков плетение паутины: тяжкая работа, жизненная необходимость, любимое дело) в общем, на работу она будет ходит в студенческие домики.

Что ж, вполне логично и меня тоже устраивает. Вроде бы и питомец есть, и караулить его не надо.

* * *

Академия гудела, как разбуженный улей. Студенты шушукались между собой, передавая друг другу сплетни. Обсуждали что-то, делали круглые глаза, всплескивали руками. И даже я, хотя так и не обзавелась друзьями и подругами, с которыми можно посплетничать, все-таки краем уха услышала, в чем дело.

– Молодой король Алард и правда решил на какое-то время отойти от дел. Это казалось странно, но в целом, хоть как-то можно было понять: ему и без того выдалось непростое время, неудивительно, что он решил немного отдохнуть, – долетал до меня понимающий шепот.

А мне хотелось кричать в голос: «Эй, вы что, издеваетесь?»

Вот уж точно король не выглядел уставшим. Нахальный мальчишка, и черти в глазах пляшут. Такие даже не думают о том, чтобы уйти на покой. Наоборот, так и прикидывают, что бы героического совершить, и как бы пригласить на свидание симпатичную студентку.

Но тут же от другой плотно сбитой кучки студентов до меня долетало:

– Но выпустить из тюрьмы Голайна и поставить его наместником на время своего отсутствия – это же вообще ни в какие ворота!

Что? Я не поверила своим ушам. Должно быть, подслушивание просто не входит в число моих талантов, вот и слышатся всякие глупости. Я получила возможность сделать несколько шагов в сторону сплетничающей компании и выяснила, что не ошиблась: да-да, с сегодняшнего дня всеми государственными делами занимается принц Голайн. А король просто с головой ушел в законотворчество, такое у него нынче хобби появилось.

Ерунда какая-то. Я вспомнила все, что слышала о королевском брате. Кто бы о нем ни заговаривал, ни слово хорошего не сказали.

И этому человеку Алард уступил трон, пусть даже временно?

– Может, это заговор? – донеслось от еще одной компашки, и я аккуратненько, шажок за шажком, переместилась туда. – Вдруг Голайн посадил короля в темницу и теперь сам говорит от его имени?

– Нет-нет. Принц Алард все решал сам, и к ректору сам пришел, и перед министрами сам выступил. Они его своими глазами видели. И даже в королевские казематы за братом сам спустился и сам же его вывел. Ни малейших сомнений, все это безобразие устроил король лично.

Занятия прошли как в тумане.

Я и присутствовала на лекциях и в то же время отсутствовала. Мыслями я была далеко.

Впрочем, никто этого не заметил. Похоже, преподаватели пребывали в не меньшем шоке. Мне кажется, и они тоже иногда оглядывались по сторонам и не понимали, что это за место и что они тут делают.

В общем, я еле-еле дождалась конца последней лекции и даже не обедая, забежала с свою комнату, схватила орхидею в коробочке и рванула к Гариетте. Радостного предвкушения свидания уже не было, было желание взять короля за грудки и хорошенько встряхнуть. И спросить у него, не с ума ли он часом сошел, что такое творит.

– Ты только взгляни на это платье, – пропела Гариетта, показывая мне на новое облако, теперь уже сиреневое. И хоть мысли у меня сейчас были совсем не о платье, не оценить такую красоту я никак не могла.

– Прелесть, – ахнула я, разглядывая замысловатую вязь вышивки.

– Налюбуешься еще. Давай собираться, времени-то в обрез, – проворчала Гариетта. – во сколько тебе портал откроют?

– Не откроют, – ответила я растерянно. – Его величество написал, что вот это – артефакт. – Я показала ей цветок орхидеи. – Надо только оторвать лепесток.

– Ничего себе! – В глазах Гариетты мелькнуло искреннее удивление. – Да у тебя доступ во дворец повыше, чем у любого министра. Похоже, наш король совсем потерял голову, – покачала она головой.

Я вздохнула.

Очень похоже, и дело тут вовсе не в артефакте, который он мне презентовал, хотя вполне возможно, что все это звенья одной цепи. Видимо, такой уж человек наш король, если и сходит с ума, то сразу по-крупному и по всем направлениям.

Платье село на меня идеально, и прическа, которую соорудила Гариетта, тоже была хороша. И все же, глядя на себя в зеркало, я не испытывала того восторга, что и в прошлый раз. Предчувствие был очень и очень нехорошее.

– Пора? – спросила я у Гариетты.

– Да, пожалуй, опаздывать не стоит. Ну-ка дай свое украшение.

– Какое? – не поняла я.

Она бросила на меня укоризненный взгляд.

– Так вот же, королевский подарок. – Гариетта аккуратно открыла коробочку.

– Это цветок, а не украшение!

Она со вздохом, мол, «ничего ты не понимаешь», достала из коробки орхидею и ловко закрепила ее мне на запястье. Белая с розоватыми прожилками орхидея отлично смотрелась с моим платьем. Повезло, а ведь выбери я для наряда другой цвет, могло бы и не подойти.

– Только вот одного король не предусмотрел: если ты оторвешь лепесток, его же не будет. И украшение станет не слишком-то того…

А ведь и правда, отправлюсь на свидание с ободранным цветком на руке.

Впрочем, сейчас это уже не имело никакого значения. Я взялась за лепесток, он оказался нежным и шелковистым, легонько потянула и лепесток оторвался.

– Королевский дворец, – прошептала я.

Портал открылся прямо в каморке Гариетты.

– Ну ты даешь! Ты своим порталом могла бы мне тут мебель переломать. Хоть бы в сторонку отошла, – ворчала Гариетта, а я изумленно смотрела на свое украшение.

На том месте, где я только что самым варварским образом оторвала лепесток, уже красовался новый. Ух ты, получается, у меня безлимитный открыватель порталов? Куда угодно, в любую точку королевства. Нет, его величество однозначно сошел с ума, и мне следует сообщить ему об этом как можно скорее.

– Постой, – окликнула меня Гариетта. Она окинула меня критическим взглядом и заявила:

– Чего-то не хватает.

Я тоже взглянула в зеркало. Пожалуй, что и так. Великолепное платье, а прическа и даже орхидея на запястье – все смотрелось отлично. И все же была в том какая-о незавершенность.

– Ничего страшного, – сказала я. Беспокойство о короле было слишком сильным, чтобы заморачиваться по поводу неидеальности моего внешнего вида.

– Сейчас.

Гариетта открыла шкатулку и достала из нее изящную брошку розового кварца. Приколола в центре лифа.

– Ну вот, совершенно другое дело!

Я снова поглядела в зеркало. И правда, так выглядело гораздо лучше. Эта маленькая деталь сделала образ безупречным.

Я решительно сделала шаг в портал.

Глава 25

Я вышла из портала в середине коридора, огляделась по сторонам и сразу же отметила разницу со своими предыдущими перемещениями в королевский дворец.

Никакие охранники меня не встречали. Я оказалась предоставлена сама себе и, в общем-то, нельзя сказать, что кто-то спешил мне на помощь или вообще обращал на меня внимание.

Мимо время от времени пробегали богато одетые, но какие-то взъерошенные обитатели дворца. Вид у них был преимущественно озадаченный.

Впрочем, думаю, сейчас в королевстве это норма. На меня никто даже не обращал внимания. Я огляделась по сторонам, обнаружила знакомые статуи. Ага, кажется, кабинет короля вот за тем углом. Что ж, сейчас я все узнаю.

Я решительно двинулась по коридору.

Стоять в растерянности и пялиться по сторонам – это как раз то, чего делать совсем не стоит. Так на меня обязательно кто-нибудь обратит внимание.

Нужная дверь нашлась быстро. Я приоткрыла ее, заглянула внутрь, но кабинет оказался совершенно пуст. На королевском столе – беспорядок. И вообще, помещение отчего-то выглядело пустым и безжизненным, словно хозяин покинул его навсегда.

И снова сердце пронзило нехорошее предчувствие.

Навсегда?.. Я застыла, с трудом глотая вдруг ставший тяжелым и колючим воздух.

– Что вам угодно, леди? – раздался голос у меня за спиной.

Я обернулась. Тщедушный человечек в расшитом камзоле и с увесистой папкой в руках.

– Я ищу его величество короля Аларда Первого, – с достоинством проговорила я. – У нас назначена встреча. А вы его секретарь?

Не нужно быть провидицей, чтобы это понять. Тот торопливо кивнул, и в глазах его появилось какое-то затравленное выражение.

– Его величество король Алард Первый, – проговорил секретарь без всякой, впрочем, уверенности в голосе, – сегодня занят. И всех посетителей просил перенаправлять к своему наместнику, его высочеству принцу Голайну.

У меня едва челюсть не упала.

Нет, я, конечно, понимаю… Если вдруг король решил временно отойти от дел, он может передать своему наместнику встречу с каким-нибудь послом или совещание с министрами. Но свидание? Это уже чересчур!

К тому же отправить меня именно к Голайну, который, как известно, не пропускает ни одной юбки… Нет, что-то тут не так! И одним только помешательством это не объяснишь.

– Нет, благодарю. Спасибо. Я по личному вопросу, и тут его высочество мне ничем не поможет.

– Погодите, – он стал оглядываться по сторонам, – кто-нибудь проводит вас к порталу.

Но никого из охранников поблизости не было. К счастью.

Потому что провожать меня не требовалось, и возвращаться в академию прямо сейчас я не собиралась.

– Не беспокойтесь, я знаю дорогу, – стараясь улыбаться как можно увереннее, сказала я.

– Да? – нахмурился он.

– Конечно. Я пойду.

Видно было, что секретарь совсем не хочет отпускать меня одну, но на фоне того безумия, что сейчас творилось во дворце, какая-то праздно шатающаяся девчонка, видно, не показалась ему большой проблемой.

И хорошо. Потому что тут точно творилась какая-то ерунда, и я уже знала, с кем я должна это обсудить.

Сейчас, когда на меня уже не действовало проклятье невезения, кабинет дознавателя я нашла с легкостью, ну, может быть, пару раз свернула не туда. Но вообще это хорошая идея – ориентироваться в королевском дворце по статуям. Я постучала в дверь, приоткрыла кабинет и разочарованно выдохнула. Дознавателя не было. Тут вообще никого не было. Но идеальный порядок, царивший в мои прошлые визиты, был нарушен. Ворох перевернутых документов, сдвинутые столы, опрокинутые стулья. Тут явно шла борьба или даже обыск.

– Эй, – тихо позвала я, не знаю даже, зачем. – Есть тут кто-нибудь?

Вот же глупая, у кого я спрашиваю. Ясно же, что кабинет пуст. Вряд ли дознаватель сидит в узком шкафу.

– Это ты что ли, прорицательница? – раздался скрипучий голос откуда-то из-под стола.

Медведь! – обрадовалась я. Ну, то есть, не медведь, а его сиятельство граф Вирастольф.

Я быстро обежала стол. Под ним в углу валялась игрушка – мордой вниз. Я бережно подняла графа с пола.

– А где дознаватель?

– Его арестовали.

Что значит – арестовали? Это же дознаватель, он сам кого хочешь арестует! Нет, в королевском дворце определенно творилась какая-то чертовщина.

– Как?! Боже, что тут случилось? – тихо спросила я.

– Сейчас расскажу. Давай усядемся поудобнее, нальем себе чаю и будем долго-долго беседовать.

– Что? – я изумленно уставилась на медведя.

Вот уж неподходящее время и место для чаепития и неторопливых разговоров. Он что же, тоже с ума сошел? Вслед за королем?

– Что-что! – проворчал медведь. – Вопросы потом. Надо убираться отсюда, пока никто не пришел.

Убираться отсюда. Тут, пожалуй, медведь прав. Я покрутила в руках игрушку. Медведь был довольно крупный, и тащить его в руках, в надежде, что никто не заметит, было бы глупо. Расфуфыренная леди со старой потрепанной детской игрушкой в любом случае привлечет к себе взгляды и лишнее внимание. Так, что же делать?

– Ну же, глупая гусыня, поторопись! – ворчал медведь.

– Заткнись! – в сердцах сказала я, но тут же поправилась: – То есть, извините, заткнитесь…

Кажется, так стало только хуже.

– То есть… простите, граф…

Да ну к черту, извиняться буду потом. Я, кажется, придумала, как незаметно вытащить медведя из дворца.

Я расстегнула брошь. Спасибо Гариетте, что в последний момент снабдила меня такой ценной вещью. А еще спасибо придворной моде. Будь на мне узкое платьице, наподобие форменного из академии, мне бы ни за что не удалось спрятать графа, а теперь это не составило труда. Я укрыла его между пышных воланов юбки.

– Сейчас, наверное, будет больно, – не слишком уверенно сказала я. Понятия не имею, какие отношения у души графа с плюшевой оболочкой. И все же я с большой осторожностью прокалывала брошью его ухо. Тот даже не пискнул. Видимо все, что происходит с медведем, для графа безболезненно.

Убедившись, что медведь совершенно скрылся в складках платья, я снова вышла в коридор, прошла несколько шагов. остановилась и отругала себя. Ну и куда я иду? Артефакт, открывающий порталы, вот он, у меня на запястье. Могла им воспользоваться в кабинете дознавателя. Ну что ж, лучше поздно, чем никогда. Я оторвала лепесток и произнесла:

– Академия мертвых душ.

И только потом сообразила, что настоящее, официальное название академии совсем другое. Какое же? Я не помнила. Да и поздно было вспоминать. Сияющая синева уже вспыхнула передо мной.

Я немного помедлила – а ну как выбросит меня совсем в другом месте, мрачном и жутком – но все-таки сделала шаг.

Глава 26

Я вышла из портала во дворе академии – той самой, родной, своей.

Кажется…

На всякий случай внимательно осмотрелась по сторонам: вдруг у них тут принята какая-нибудь типовая застройка и все королевские академии выглядят одинаково. Но кусты, клумбы, дорожки – все было точно таким же. Так что я поспешила в свою комнату.

По уму, нужно было не подметать роскошным бальным платьем полы академии, а прямой наводкой бежать к Гариетте переодеваться. Да только вот боюсь, она чересчур удивится, если обнаружит, что в складках платья я притащила из дворца, ни много ни мало, целого графа, пусть и в игрушечном обличье.

Что-то мне подсказывало, что Гариетте знать об этом не стоило.

Вместо короля теперь его жуткий братец, главного королевского дознавателя отправили в казематы. Вряд ли это может значить, что все в порядке. Очень похоже на какой-нибудь переворот.

В этой ситуации лучше лишнего не болтать, во всяком случае, пока я сама не разберусь, что к чему.

Я поднялась по ступенькам на свой этаж и влетела в комнату, к счастью, не столкнувшись с Бриззиной. Заперлась изнутри, извлекла медведя из воланов, пробежалась глазами по комнате и решила, что лучшего места, чем шкаф, для графа, увы, не найдется.

– Пожалуйста, сидите тихо. Не подавайте голоса ни в коем случае, пока я не приду. А я скоро. Слышите – молчок!

– Да знаю-знаю, – проворчал граф. – Вечно одно и то же…

О чем это он?

Впрочем, не до того сейчас.

Я приладила брошку на место, поправила складки платья и бегом полетела к Гариетте, уже не обращая внимания на то, какими взглядами меня окидывают случайно встреченные студенты. Да уж, такая форма одежды в нашей академии любому покажется необычной. Но какая теперь разница!

Меньше всего меня сейчас волновали сплетни, а больше всего – что случилось с королем. Ведь с ним, несомненно, что-то случилось!

– Ну как прошло? – встретила меня обеспокоенная Гариетта. – Что сказал? Тут говорят, что он от дел отдалился и братца своего непутевого вместо себя посадил. Может, врут?

Она смотрела на меня с надеждой.

– Вы-то хоть поговорили?

Я покачала головой.

– Нет, его величества на было на месте.

– Ой, не к добру это! – Гариетта выглядела перепуганной.

– Может, просто забыл, – попыталась подбодрить ее я.

Она развернула меня к зеркалу.

– Ты посмотри, какая красавица. Разве можно такую забыть?

Я улыбнулась. Несмотря на то, что на душе скребли кошки, от комплимента Гариетты стало как-то теплее.

– Думаю, все наладится.

Я попыталась добавить в голос уверенности, которой на самом деле не было.

– Давайте снимать платье. Мне пора, нельзя же учебу совсем запускать.

Я торопилась в свою комнату, бежала, чуть ли не спотыкаясь. А когда влетела в нее, поняла, что опоздала.

Кое-кто нашел моего медведя раньше.

– Мася, ну как ты смогла открыть шкаф! – всплеснула руками я.

– Наконец-то! Где ты ходишь? – взвизгнул граф. – Что ты за монстра притащила? Оно меня трогает. А-а-а, убери!

Мася действительно трогала паука, обнимала всеми лапами и радостно мурчала. Глаза ее сияли. Похоже, новый жилец ей очень нравился, – мягкий и плюшевый, как и она сама. Решила, что это какой-нибудь ее родственник?

А вот она у него взаимной симпатии, мягко говоря, не вызывала.

Я осторожно взяла Масю и перенесла ее в коробку. Та бросила на меня обиженный взгляд.

– Его сиятельство граф Вирастольф – наш гость, – поучительно сказала я. – Пожалуйста, будь с ним повежливее.

На самом деле говорила я это не для Маси, а для графа, который тихо икал в углу от страха. В чем-то я даже его понимала. Все-таки видок у Маси был, прямо скажем, экзотический. Я и сама, впервые ее увидев, шарахнулась.

– Успокойтесь, пожалуйста, – обратилась я к медведю, достала его из шкафа и усадила на лавку, подальше от Маси.

– Что за привычка у девчонок из вашего мира селить у себя дома чудовищ! – возмущался он.

Но я даже не стала спрашивать, кого он имеет в виду. Не до того было!

– Рассказывайте, что произошло. Что с его величеством, что с дознавателем?

– А что с величеством? – не понял медведь.

– Думаю, его все-таки похитили, – сейчас у меня не было ни малейших сомнений. – Не мог он сам добровольно такое накуролесить: и Голайна из тюрьмы выпустить, и академию бросить, и королевство отдать бог знает кому.

– Подпись его на всех указах. Дознаватель лично проверил – и графологически, и магически… – с уверенностью сказал медведь. – Да и видели его, точно он – никаких иллюзий и наведенных образов!

– Не знаю, что они там видели, а я уверена, что король бы этого не сделал! – отрезала я. – Так что было у вас?

И медведь рассказал.

– Королевский дознаватель готовил сложный ритуал, чтобы разослать изображение темного мага разом во все углы королевства, чтобы каждый служивый знал его в лицо и на улице ни за что бы не пропустил. Даже сторонних магов привлечь пришлось, уж больно сложная процедура. И вот уже когда все было готово, дверь открывается – и входит он, тот самый, что на твоей карте. Только глазищи не такие страшные, а все потому, что в очках.

– Солнцезащитных? – спросила я.

– Чего? – не понял медведь.

– Ну, в темных таких.

– Да нет же, в обыкновенных, для чтения. Входит, значит, и прямиком к артефакту. Открывает, смотрит, усмехается, а потом пальцем по ней тихонечко так стукну – и шкатулка вспыхнула прямо у него в руках, а он, главное, держит ее и не выпускает, и ничего ему от огня не делается. Так и сгорела, и пепла не осталось…

Я так живо это представила, что внутри все похолодело.

– А потом что?

– А потом и говорит дознавателю: «Умный ты и хитрый, и упертый, за год не отступился. Уж не знаю, как ты мою физиономию нашел, но это дорогого стоит. Хотел бы я, чтобы ты со мной работал. Но ведь ты не станешь, верно?»

Дознаватель ему ничего на это не сказал, только посмотрел, зло так.

«Верно, – сам с собой согласился темный маг. – Убивать тебя не стану. Посидишь в камере, может, одумаешься. Мало толковых людей, одни идиоты кругом. Так что я готов ждать».

Я все это время сидел тихо, даже слова сказать не мог. Наверное, все-таки дело в какой-то его темной магии.

«Ага, – подумала я, – как бы не так. Струсил и боялся даже голос подать. И правильно сделал, а иначе сейчас тоже сидел в казематах. А или еще хуже, темный сжег бы его как ту шкатулку. И скорее всего бы сжег, это дознавателя он посчитал толковым, а граф с его отвратительным характером не показался бы даже достаточно умным. Да и кто может относиться всерьез к плюшевой игрушке?»

– В общем, темный вышел в коридор лишь на мгновение, кликнуть стражу. А дознаватель, тем временем, хвать меня за ухо – и под стол. И цыкнул на меня, мол, сиди и не подавай голоса. А мог бы и не цыкать, и так понятно. В общем, дальше я уже ничего не видел, только слышал топот ног, звуки борьбы, лязганье кандалов. А потом все стихло. Так и было тихо, пока ты не пришла.

Я замолчала, переваривая все услышанное.

– Так говоришь, все-таки похитили короля? – вдруг спросил граф.

Я молча кивнула. В этом не оставалось никаких сомнений.

– А вот говорил же я, заранее надо было наместника назначить! А теперь, посмотрите, на троне кто попало.

Боже, он все о своем! Но злиться на медведя у мне не было никаких сил, так что я отмахнулась и сказала серьезно:

– Мы должны найти короля и спасти его, ясно?

Глава 27

Я все-таки сделала чай, но выпить его не успела.

– Тебе нужно отыскать леди Юлию, – сказал вдруг медведь серьезно.

– Это еще зачем?

Не то чтобы я была против, но все же эту девушку немного побаивалась.

– Глупая твоя башка. Ее муж, между прочим, – лучший друг короля. Надо ему рассказать, что с королем что-то не так, а то сидит тут, штаны протирает в аудиториях, а того не знает, что королевство в опасности.

– Думаете, он поможет? – неуверенно спросила я.

– Он лучший воин королевства. Между прочим, в прошлый раз именно он спас его величество.

– Так, может, я сразу к нему и пойду?

– Не советую, – буркнул медведь.

– Это еще почему?

– Леди Юлия – ментальный маг. Крутиться возле ее мужа – плохая идея.

– Да я не!.. Да как вы!.. – начала возмущаться я.

– В общем, не спорь, – перебил он, – а приведи мне Юлию. Давно мы с нею не виделись, а когда виделись, так и поговорить толком не успели.

Я вздохнула.

– Так бы сразу и сказали. А то придумываете всякое.

– Давай-давай, ступай. И это, чудовище свое забери.

– Вот уж нет, Мася останется здесь, – мстительно сказала я. Но все-таки посадила медведя в шкаф, закрыла дверь плотнее, а Масе со всей строгостью наказала:

– Не смей к нему лезть, иначе останешься без ужина.

Мася сделала независимый вид, мол, больно надо, и в мыслях такого не было, но по тому, как она поглядывала на закрытую дверь, становилось понятно, что она точно предпримет столько попыток, сколько успеет, пока я не вернусь.

– Вот же собрала себе компанию, – вздохнула я и выскользнула за дверь.

И только тогда задумалась, а как же мне найти эту леди Юлию. Вряд ли она живет вместе с другими студентами, все-таки замужняя дама. Может быть, у них с супругом отдельный особняк где-нибудь… Ох, понятия не имею где. Зато знаю кое-кого, кто может быть в курсе. Я посмотрела на часы: не слишком ли поздно, и припустила к Гариетте.

Та все еще была на месте. Живет она тут, что ли?

– Добрый вечер, – улыбнулась я.

– Заходи, милая, – Гариетта, похоже, была рада меня видеть. – Может, чайку попьем?

У нее на столике уже стоял заварочный чайник и вазочка с печеньем. Я бы предпочла покончить с делами побыстрее, но подумала, что просто набрасываться с расспросами – это как-то неприлично, да и вообще, Гариетта мне нравилась. Почему бы просто не составить ей компанию за чаепитием?

Когда мы уселись, и ароматный напиток был разлит по чашкам, я сказала:

– Я вообще-то к вам по делу. Вы не знаете, как найти леди Юлию?

– А тебе зачем? – с подозрением посмотрела на меня Гариетта. Было видно, что к леди Юлии она испытывает самые теплые чувства, даже не хочет, чтобы ту беспокоили. Правду я говорить не стала, и не потому, что не доверяю нашей кастелянше. По-моему, это самый приятный человек из всех, кого мне довелось встретить в академии. Просто она так близко к сердцу все воспринимала и так переживала за каждую мелось, а тут дело серьезное. Да и беспокоить ее не хотелось, уж как-нибудь разберемся.

Я потупила взгляд.

– Она же во дворце часто бывает, с его величеством знакома. А магистр Рониур – его друг. Вот и хотелось поболтать, может, что-то интересное узнаю.

Я улыбнулась.

– Посплетничать, значит, – кивнула Гариетта. Похоже, эта причина показалась ей достаточно веской. – Только вот пока не получится. Они с супругом на неделю отбыли в его родовой замок.

– Как? – воскликнула я изумленно. Вот уж что совсем не входило в мои планы.

– Наш магистр Рониур в последнее время был очень занят, то на войне, то в королевском замке, то здесь оболтусов гоняет. Совсем не отдыхал. А на днях леди Юлию по какой-то надобности вызвали в королевский дворец.

Я навострила уши. Я даже знала по какой надобности: взглянуть на мою карту и опознать страшного темного мага.

– И она, пользуясь случаем, заглянула к королю, да и уговорила его отправить Рониура в отпуск, мол, совсем серый стал, не спит толком, осунулся и вообще нуждается в отдыхе.

– И? – поторопила я.

– И король в тот же день особым приказом отправил его в отпуск в родовое имение, и велел никаких новостей до него не доносить, а магистру Рониуру запретил появляться во дворце, или в академии, или в любом другом месте, где не стоит его родовой замок.

Я вздохнула. Тогда еще король был прежним, и этот приказ – грубоватая забота о лучшем друге, тщательно замаскированная под деспотизм и тиранию. Это было так на него похоже, что защемило сердце.

– И что же магистр Рониур?

– Ясное дело, возмущался, пыхтел и ругался. Но он же вояка, вынужден был подчиниться приказу старшего по званию, тем более что требования были вполне законные. Но сначала потребовал, чтобы в академии постоянно дежурила королевская охрана.

А ведь и правда, я кажется, видела сегодня на этажах плечистых парней в форме охранников. Не слишком обратила на них внимание, потому что мысли были совсем о другом, и все же…

– Значит, они уехали, и обо всем, что здесь происходит, Рониур не знает? – задумчиво проговорила я и сама себе ответила: ну конечно, не знает. Уж ему-то точно показалось бы подозрительным, что принц Голайн назначен советником.

Похоже, темному магу несказанно повезло. Единственный, кто мог его уличить, оказался в отпуске, где-то вдали от дворца. Что же делать? Какое-то время я сидела, глядя в пустую чашку, пытаясь сообразить, как добраться до тех, кто спрятался в глуши и вовсе не хочет, чтобы до них кто-то добирался.

– Постойте, у меня же есть портал. Орхидея, подаренная королем. Я могу оторвать лепесток и оказаться в замке магистра Рониура! – радостно объявила я.

Брови Гариетты поползли вверх.

– Вламываться в замок для того, чтобы просто посплетничать? – она посмотрела на меня с испугом и заботой, мол, не заболела ли, все ли со мной в порядке.

– Ну, не обязательно прямо сейчас, – пробормотала я. Действительно, выглядит не очень: семейная пара уединилась, спряталась подальше от посторонних глаз, а я собираюсь к ним нагрянуть и все испортить. – Можно, к примеру, завтра…

Кажется, теперь Гариетта окончательно убедилась в том, что я сошла с ума.

– Ну, допустим, в сам замок ты не попадешь. Это во дворец король выдал тебе магическое разрешение, так что можешь являться туда, когда вздумаешь. А вот в замок портал не откроется, разве что где-то рядом. А значит, выйдешь и попадешь аккурат в ров с крокодилами или еще в какую-нибудь ловушку.

Ого! Ров с крокодилами? Это в мои планы точно не входило.

– А что если… – начала я, но Гариетта меня перебила:

– Ничего если! – сказала она со строгостью, которой я от нее не ожидала. – Магистр Рониур с супругой будут отсутствовать неделю, и до этого времени их найти никак не возможно.

– Понятно, – пробормотала я, сердечно попрощалась с Гариеттой и побрела в свою комнату.

Похоже, у меня для медведя были плохие новости. Нам требовался новый план, и я совершенно не представляла, что бы это могло быть.

Я побрела в сторону своей комнаты, погруженная в невеселые размышления. Перед глазами стояла картина из моего видения.

Король, скованный магическими цепями, худой, с осунувшимся лицом.

От этого сердце сжималось и к горлу подкатывал ком. Приходилось сдерживать слезы. Странно, когда я успела так привязаться к этой нахальной личности?

Не знаю…

Я сейчас я понимала, что во что бы то ни стало должна спасти его. И понимала, что вряд ли справлюсь с этой задачей. Ни особых магических способностей, ни знаний о этом мире ничего у меня нет.

Впрочем, у меня ведь есть медведь, ну то есть граф Вирастольф… Не знаю, как там у него с магией, но об этом мире и об устройстве королевства он знает достаточно.

Стоп. Да он же вообще преподаватель! Надо отнести его к ректору, пусть расскажет все как есть. Когда ректор узнает, что тот самый темный маг, которого дознаватели искали все это время, объявился и что он заодно с Голайном, обязательно что-то придумает.

Я так воодушевилась этой идеей, что собиралась со всех ног броситься в свою комнату. Но тут же остановилась. Главный королевский дознаватель – тоже фигура крупная, однако, где он сейчас? В тюремной камере. Кто сказал, что с ректором не случится ничего подобного.

Я остановилась и огляделась по сторонам. Задумавшись, я забрела в учебное крыло академии, пустое и тускло освещенное. Занятия давно закончились и теперь здесь никого не было.

Или кто-то был?

Чуть дальше по коридору я услышала голоса.

– Ты его ассистент, ты должен знать, где он, – тихо, но угрожающе звучал один голос.

– Я… Но я правда понятия не имею, – дрожа и срываясь, оправдывался второй. И этот, второй голос я узнала: ассистент графа, тот самый белобрысый мальчишка, с которым я столкнулась в коридоре в свой первый день в академии.

– Я никогда не сопровождал его во дворец. Приходили люди дознавателя и забирали, а у меня допуска не было, как ни просил.

В его голосе на мгновение зазвучала досада, но она тут же сменилась страхом.

– Честное слово, клянусь, я не знаю… В этот раз из дворца его не вернули…

– Неужели? – в хриплом голосе звучала неприкрытая насмешка.

– Клянусь вам!

– Что ж, вижу, ты говоришь правду.

– Значит, вы меня отпустите? – с надеждой спросил ассистент.

– Это вряд ли. Ты ведь видел мое лицо.

Я похолодела. Почему-то вспомнилось: «Что стоишь, Сипатый? Она наши рожи видела».

Я уже понимала, что произойдет дальше. Внутри все сжалось, мне хотелось закричать, остановить это, но я ничего не могла, только вжаться в угол и изо всех сил стараться сдержать дрожь, чтобы хотя бы не было слышно клацанья зубов.

Слезы беззвучно катились по щекам, когда в коридоре полыхнуло голубоватым светом магической вспышки. Раздались тяжелые шаги, крупная фигура в темном плаще прошла почти рядом. Темный маг на ходу открыл портал и скрылся в нем. Портал захлопнулся, и все было кончено.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я снова обрела способность двигаться.

На негнущихся ногах прошла по коридору. Я уже знала, что там увижу. Тело, лежащее на полу без движения. Неестественная, неправильная поза, стеклянный взгляд в потолок…

Ассистент его сиятельства шел мне навстречу и глуповато улыбался. Я подбежала к нему и схватила за плечи.

– Ты жив? Ты в порядке?

Я не могла поверить своим глазам.

– Эй, ты что на людей кидаешься! Напугала меня!

Он оторвал от себя мои руки и оттолкнул – весьма неделикатно.

– Совсем дурная? Второй раз на меня бросаешься. Влюбилась, так и скажи, а подкарауливать в темном коридоре – это уже чересчур!

– Я? Нет, я не думала подкарауливать, просто беспокоилась. Человек, с которым вы разговаривали, мне показался…

– Ни с кем я не разговаривал! Отойди, сумасшедшая.

Я изумленно смотрела на ассистента. А ведь, похоже, он и правда уверен, что ни с кем не разговаривал. Тогда было отлично слышно: он чертовски напуган, буквально умирает от страха. А сейчас единственное, что его пугало – это какая-то ненормальная, что налетела на него из-за угла и говорит странные вещи. То есть я.

Темный маг не убил его, а прост отшиб ему память. Ну что же, так оно точно лучше.

– Извините, у нас, прорицателей, такое бывает. Кажется всякое. Идешь, идешь, а тут раз! – и видением накрыло. Предсказания всевозможные… Работа у нас такая. В общем, бывайте…

Я похлопала его по плечу, развернулась и со всех ног побежала по коридору.

Ну и дурой же я выглядела! Впрочем, это уже было неважно.

Важно было вот что: рассказывать хоть кому-то, что его сиятельство граф Вирастольф сидит у меня в шкафу, категорически нельзя.

Глава 28

Мася так и не добралась до медведя. Но судя по тому, что обнаружила я ее возле шкафа, очень, очень старалась.

– Уйди, негодница, – строго зыркнула я на нее, извлекла графа на волю и рассказала обо всем, что узнала за последний час, все неутешительные новости.

Леди Юлия и магистр Рониур отсутствуют, добраться до них никак не возможно, а самого графа разыскивает темный маг. И уж явно не для того, чтобы сыграть в шахматы или развлечься интеллектуальной беседой. Видимо, кто-то уже успел сообщить ему, что дознаватель работал над поимкой главного преступника с ним в паре.

– В академии вам появляться нельзя, – сказала я ему твердо и уже приготовилась долго его уговаривать, но не пришлось.

– Тоже мне, ума палата. Конечно, нельзя. Я, между прочим, еще жить хочу. Жить – это моя давняя привычка, и я пока не готов от нее отказаться.

Ну хоть по одному пункту мы сошлись, не пришлось спорить.

– Отлично, значит, вы остаетесь здесь. И теперь мы должны спасти короля, потому что больше уж точно некому. Постойте…

Я достала лист бумаги и тушь. В моем видении король был в огромной зале. Я стала быстро набрасывать рисунок.

– Вот с такими колоннами, и потолок еще так оригинально сделан, сводчатый. Вот, взгляните. Вы же много где в королевстве побывали. Может, выясним, где он его держит?

Я подвинула медведю свой набросок. Какое-то время он просто молчал, и я уже подумала, не уснул ли он там. А что, поется же в детской песенке: «Спят усталые игрушки». Может, и эта игрушка спать умеет.

– Нет, ничего похожего.

– Посмотрите внимательно, – я снова подвинула к нему рисунок. – Вдруг припомните?

– У меня феноменальная память, – обиженно заявил граф. – Если бы я такое видел, припомнил бы сразу. Может, это подземелье вообще не в нашем королевстве.

«Или в каком-то месте, где наш граф никогда не бывал», – добавила я про себя.

И тут мне в голову кое-то пришло. Надо будет завтра наведаться в библиотеку, поискать там книжки с картинками. Что-нибудь про старинные замки и подземелья. Вдруг там встречу что-то похожее.

* * *

Утром я шла по коридорам академии и удивленно оглядывалась. Совсем пусто, никого. Обычно в это время коридоры полны студентами, спешащими на занятия, или небольшими кучками, ожидающими занятий возле пока еще закрытых аудиторий.

Но сейчас я встретила буквально двух-трех студентов, которые так же, как и я растерянно оглядывались по сторонам. Впереди мелькнула золотистая мантия, и по походке я узнала Олиору.

– Олиора, постой. Ты не знаешь, что здесь происходит? Никого нет… – крикнула я ей, и только потом вспомнила, что во время нашей последней встречи она не слишком-то хотела меня видеть.

Она обернулась. Никакой враждебности в ее глазах я не увидела.

– Сегодня занятия отменили, – сказала она извиняющимся тоном. – Ты прости, что я тогда так… – начала она, но я только отмахнулась:

– Ерунда, даже не думала обижаться. А почему отменили занятия?

– Так преподаватели же… – она внимательно посмотрел на меня. – Ты вообще ничего не знаешь?

– Понятия не имею, – ответила я, а внутри все разом похолодело. Неужели неприятности на этом не закончились и случилось еще что-то ужасное?

Олиора отвела меня в сторонку и начала свой рассказ. И чем дольше она рассказывала, тем сильнее становилось предчувствие беды.

– Из дворца пришел приказ: в связи с участившимися нападениями неведомых тварей необходимо наполнить магической энергией кристалл, который будет использоваться в борьбе с ними. В первую очередь энергию должны сдать преподаватели, как самые сильные маги. Ну они и сдали, – Олиора вздохнула.

– То есть? – спросила я с тревогой.

– Этот чертов кристалл вытягивает магические силы почти что до истощения. В общем, все наши преподаватели, включая ректора, лежат пластом и пьют отвары, восстанавливающие силы.

– А это опасно для жизни? – перепугалась я.

– Вряд ли. В конце концов, они и правда сильные маги, но на пару дней выведены из строя. Так что занятий не будет.

– Но ведь они могли отказаться!

– Не могли, это же приказ короля. Точнее, его наместника. Но ситуацию это не меняет.

Да уж, лучше бы наместником назначили плюшевого графа. И он был бы счастлив, и преподаватели целы.

– Стоп. Ты же иномирянка! – спохватилась вдруг Олиора.

– Ну, вроде бы да, – согласилась я с ней. Спасибо, заморышем не назвала.

– Всех ваших собирают в актовом зале. Еще вчера предупредили. Видимо, на наш факультет не сообщили, потому что забыли. Ты ведь у нас одна.

– А кто собирает?

– Кто-то из дворца…

И зачем им понадобились наши? Что-то мне казалось, что ничего хорошего от этого ждать не стоит.

Но я все же подошла к актовому залу и заглянула в щелочку. Он был почти полон. Ничего себе, сколько здесь наших! На столе стоял кристалл, ярко-алый, казалось, в нем виднеются кровавые отблески. А студенты по очереди подходили, прикладывали к нему руки тихонько вскрикивали, а через пару минут отходили, разом побледневшие и осунувшиеся.

Понятно.

Самыми сильными магами были преподаватели – их заставили отдать силу первыми. Следующими по силе идут наши, иномирцы…

А потом очередь дойдет и до обычных студентов?

Хитро придумано!

Только вот я ну никак не могла себе позволить два дня валяться обессиленной и пить восстанавливающие отвары.

И вообще, про меня забыли, никто меня сюда не приглашал, а Олиора – лицо неофициальное. Да и она меня сюда не звала, просто сказала, что в зале кто-то там собирается. Почем мне было знать, что это имеет ко мне какое-то отношение?

Так что я осторожно прикрыла дверь и поспешила в сторону библиотеки.

В королевстве явно творилось что-то жуткое, а кристалл, тут уж у меня сомнений не было, принадлежал темному магу.

И чем быстрее я спасу короля, тем лучше.

Глава 29

Принц Голайн восседал на троне при полном параде. Сейчас в этом не было необходимости: ни послов сопредельных государств, ни каких-то важных делегаций не предвиделось, всего-то доклад секретаря.

Просто ему нравилось сидеть на троне, нравилась роскошь королевского одеяния. А вот то, что он по-прежнему не король, совершенно не нравилось.

– Наполнение кристалла идет по плану, – дрожащим голосом объявил секретарь. – Ну, только немного отстает…

– Что значит немного отстает? – нахмурился Голайн. Это ему совсем не понравилось. Наполненный кристалл был условием темного мага, ценой, которой принц платит за трон.

Одним из условий. Второе маг обещал назвать ему позже. И Голайна это тревожило.

– У нас не так много сильных магов, – испуганно блеял секретарь. – К тому же некоторые, несмотря на королевский приказ, пытаются уклониться. Процедура неприятная, да и еще и не проходит без последствий.

– Делайте что хотите, – нахмурился Голайн, – но кристалл должен быть заполнен. Ясно?!

– Ясно, конечно, ясно, ваше вы… – секретарь замялся.

Называть принца «величеством» было не по протоколу, но именно этого требовал Голайн.

– Ваше величество, – наконец сдался он. В конце концов, протокол – это всего лишь протокол. Он не сможет вышвырнуть тебя из дворца с занимаемой должности или вовсе отправить в темницу.

А вот Голайн может.

– Разузнай-ка ты мне, – принц Голайн вдруг улыбнулся, – где сейчас леди Юлия, супруга сэра Рониура. Очень бы хотелось с ней повидаться.

Секретарь собрался что-то ответить, но вдруг мелко задрожал, выпучил глаза и заявил:

– Простите, ваше высочество… мне пора бежать… очень важные дела…

– Что? – вырвалось у Голайна. Он не мог поверить своим глазам и ушам. Неслыханная наглость.

Но секретарь уже совершенно невежливо развернулся к королю задом и несся на выход из тронного зала. Это еще что за…

Темный маг появился в тронном зале внезапно, отделился от стены, словно и стоял там все это время. Подошел к принцу Голайну и отвесил поклон, небрежный, скорее шутовской. Это уж точно не было выражением почтения, скорее, насмешкой.

– Я взял на себя смелость отослать вашего холопа, – сказал он. – Мне кое-что не понравилось в его докладе. Есть какие-то сложности с наполнением кристалла?

Голайн испуганно захлопал глазами.

– Нет, никаких сложностей, они справятся, – залепетал он.

Царственное величие куда-то делось. Перед этим человеком он испытывал невозможный, невыносимый страх, граничащий с ужасом.

– Нужно поторопиться. Принимать образ твоего братца мне не так уж и просто, да и надоело. Уж больно раздражающе он мыслит. Полное перевоплощение – это ведь не какая-нибудь там иллюзия.

– Да-да, – пролепетал Голайн. – Вы без сомнения выдающийся маг…

Но его собеседник лишь отмахнулся. Похоже, лесть его не слишком интересовала.

– Я на короткое время практически становлюсь королем Алардом, и ни один, даже сильный маг, не определит, что перед ним подделка. Это требует слишком много жизненных сил. Разумеется, не от меня, от короля. Так что, боюсь, он протянет не больше недели.

– Почему бы не убить его прямо сейчас, – глаза Голайна жадно блеснули, – и не объявить меня королем?

– А знаете ли вы, ваше высочество, – произнес темный маг, – что вас в королевстве несколько недолюбливают. Хотите снова убить брата? Сейчас это может привести к бунту. А мне оно совершенно не нужно. Убивайте кого хотите, творите что хотите, но! Только после того, как я получу свой кристалл заполненным. Так что пока король будет показываться вашим министрам хоть бы на полчаса в день, чтобы в королевстве не сомневались, все идет, как и раньше. Это понятно?

– Да, вполне, – обреченно кивнул Голайн.

– Но у меня для вас есть еще один сюрприз, – ухмыльнулся маг. – У вас сегодня особая гостья.

Голайн встрепенулся. Неужели в награду за сговорчивость темный маг решил отдать ему леди Юлию? Забрать ее у Рониура! А что, ему ведь такое под силу… Это было бы очень кстати.

Дверь тронного зала распахнулась и в него быстрой походкой вошла… О нет, то была не леди Юлия. Перед принцем стояла его бывшая невеста, которую он вероломно бросил.

– Здравствуйте, ваше высочество, – с издевкой проговорила она.

– Доброго дня, – едва выдавил из себя Голайн и посмотрел на темного мага: что бы это могло значить?

– Пришло время объявить о втором условии вашего вызволения из тюрьмы, – сообщил маг. – Вы, кажется, обещали жениться на этой милой девушке. Так вот, вам придется исполнить это обещание.

– Но я… но… разве… – забормотал король, но темный маг его уже не слушал. Он покинул тронную залу, оставив их наедине.

Принцесса решительной походкой приблизилась к трону.

– Послушайте, может быть, мы можем это обсудить? Откровенно говоря, женитьба не входит в мои… – начал Голайн, но принцесса его перебила:

– Заткнись.

Это было так грубо и настолько не соответствовало этикету, что Голайн действительно замолчал, не в силах произнести ни слова.

– Или ты думаешь, что заслужил внимание темного мага какими-то своими достоинствами? Так вот, нет. Это была его плата. Плата за то, что лучшие маги моего королевства заряжали этот кристалл. Он и без тебя мог бы провернуть это все, но таков был наш уговор. Этот маг сам не нарушает свои уговоры и другим не позволяет.

Принцесса достала куда-то перстень и быстрым, почти молниеносным движением надела его на палец принца Голайна. Кольцо плотно обхватило палец.

– Это вроде как мой свадебный подарок, – в ее холодных глазах сияла насмешка. – Милая безделушка и для семейного счастья полезная. Как только ты, кобель драный, посмотришь в сторону какой-нибудь девицы, сразу почувствуешь, что этого делать не стоило. Понял?

– П-понял, – запинаясь, проговорил принц Голайн.

Он в ужасе уставился на свою руку. Магическое кольцо, которое может наказывать того, кто его носит. А может и убить… Древний, запрещенный артефакт.

Голайн попытался снять его, но тут же почувствовал резкий укол в сердце.

– Не советую, – хищно улыбнулась принцесса. А потом продолжила учтиво, как и полагается приличной леди: – За сим оставлю вас, мне нужно готовиться к нашей свадьбе. Она состоится через три дня во дворце моего отца. Забрала бы вас собой, но пока вы нужны здесь нашему благодетелю.

Она, не прощаясь, вышла из зала. А принц Голайн обессиленно съехал вниз по трону.

Все шло не так, как ему бы хотелось.

Глава 30

Я перевернула страницу и потерла глаза. Казалось, они были просто забиты пылью.

Нет, конечно, я подозревала, что в библиотеке хранится много книг с картинками, где описываются замки, достоявшие до современности. Но чтобы столько… Когда старушка-библиотекарь указала мне на два длиннющих стеллажа, плотно забитых разнокалиберными томами, я невольно попятилась.

Да чтобы пересмотреть тут все, понадобится неделя, может быть, даже не одна. И не факт еще, что отыщу то самое подземелье!

Впрочем… Как там говорила бабушка? Глаза боятся, а руки делают? Я решительно вытащила первый том, пахнущий старой бумагой и пылью…

И вот теперь перелистала уже пару десятков этих толстенных фолиантов со множеством интерьеров и картинок, разумеется, не цветных. Но ничего похожего на помещение, в котором видела короля Аларда, не обнаружила. Я сунула на полку очередной том и взяла следующий.

– Целый день тут топчешься, – из-за стеллажа выглянула сердитая библиотекарша. – Может, пора и честь знать?

– Еще одну, последнюю, пожалуйста! – взмолилась я.

– Ладно, – нахмурилась она. И недовольно добавила: – Но только действительно последнюю!

И снова замелькали картинки с колоннами, статуями, потолочными сводами, лестницами, но ни одна из них не была той самой. Через полчаса я захлопнула книгу, чихнула и обреченно поставила ее на место.

– Ну давай уже, заканчивай, – поторопила библиотекарша. – Да ступай, куда тебе надо!

А я так и застыла между стеллажей. «Ступай куда тебе надо». Ну конечно, как же я сразу не сообразила!

– Спасибо большое, вы мне очень помогли, – выдохнула я.

Пролетела мимо опешившей старушки, выскочила из библиотеки и помчалась к себе.

Маси в комнате не было. Все-таки даже ради медведя она решила не прерывать творческий процесс.

– Ты уже вернулась? – донеслось из шкафа.

– Вернулась, вернулась. Поговорим чуть позже.

Я схватила орхидею, королевский подарок, прикрепила на запястье, быстро оторвала лепесток и четко проговорила:

– Я хочу оказаться там, где сейчас находится его величество король Алард Первый.

И замерла. Вдруг ничего не произойдет. Вдруг артефакт не настроен на то, чтобы разгадывать загадки и искать место, где находится его величество? Вроде как называй точный адрес или проваливай.

Но в следующее мгновение портал открылся.

Он не сиял ровным ярким светом, как раньше. Скорее клубился темной грозовой тучей, в недрах которой проскакивали колючие всполохи, похожие на маленькие молнии. Это что же, портал так предупреждает, что входить в него не стоит?

Впрочем, какая разница! Пусть даже это смертельно опасно, все равно пойду. Только бы попасть, куда надо.

Только бы попасть, куда надо…

Повторяя это как мантру, я зажмурилась и сделала шаг.

По ногам потянуло сквозняком, опахнуло затхлой сыростью. Не смея поверить в удачу, я открыла глаза и с облегчением выдохнула. Подземелье! То самое подземелье из моего видения: ни окон, ни дверей, влажные каменные стены, низкий закопченный потолок, под ним прямо в воздухе – облако тусклого света.

И холод. Такой холод, что вся кожа мгновенно покрылась мурашками.

От души надеясь, что это видение сбудется не полностью, и мне не придется сейчас нос к носу столкнуться с Дьяволом из собственной колоды, я опустила взгляд и едва сдержала крик.

Нет, Дьявола не было. Но чуть поодаль от портала… Прямо на полу, привалившись к стенке, с закрытыми глазами сидел король. Он был ужасно бледен, так бледен, словно разом растерял все краски, превратился в рисунок углем на бумаге. Черные волосы, белое лицо, черная одежда… Лишь разноцветными искрами вспыхивали ленты магии, опутавшие странно неподвижное тело.

От мысли, что я опоздала и сволочной Дьявол успел его убить, стало невыносимо страшно.

– Алард! – прошептала я одними губами.

Он не ответил.

– Алард…Ты жив?

Он не мог умереть, правда? Он же король! Он сильный, опасный, и дерется так, что дух захватывает.

Тогда почему молчит? Почему, черт побери, даже не шевелится?

Всхлипнув от ужаса, я подбежала к нему и опустилась на колени.

Грудь едва заметно вздымалась и опускалась, ресницы чуть подрагивали, такие черные на белом как мел лице.

– Живой…

От облегчения я едва не разревелась. Осторожно приложила руку к его щеке, другой убрала упавшую на лоб прядь. Синие глаза распахнулись, полыхнули колдовским пламенем.

Ох…

– Полина… – он лениво улыбнулся.

Как раньше. Как прежний…

А потом вдруг – раз! – и я очутилась у него на коленях, его руки неожиданно крепко прижали меня к теплой груди, лицо склонилось надо мной и…

Поцелуй был нежный и ласковый. Настолько нежный, что щемило в груди и хотелось плакать. И хотелось задержаться в нем еще на секундочку. На минуточку… Навсегда.

Все вокруг куда-то исчезло. Остались только томительно неспешные, дразнящие прикосновения горячих губ и странное ощущение, что я вернулась домой. Где уютно и хорошо, где ничто не угрожает, потому что он рядом.

– Мне нравится этот сон… – хрипло прошептал король мне в губы.

А мне нравится, как он целуется. Очень нравится. Охотно бы продолжила. Но потом.

– … Не исчезай, ладно?

– Это не сон, – пробормотала я, стараясь побыстрее прийти в себя. – Я на самом деле здесь.

– Да, да, конечно, – согласился король, но таким тоном, что стало ясно: он соглашается с той Полиной, из своего сна.

Я уперлась руками в его грудь, пытаясь отстраниться.

– Да нет же, посмотрите, вот орхидея, что вы мне подарили. Я сказала, что хочу оказаться рядом с вами, и оказалась…

– Что значит «не сон»? – перебил он.

Быстро отодвинул меня в сторону, бросил взгляд за мою спину и мгновенно стал мрачнее грозового портала, из которого я недавно появилась. Казалось, в меня вот-вот молнии полетят.

– Ты с ума сошла?! – прорычал король. Честное слово, он рычал! – А если тот темный сейчас сюда явится? Уходи сейчас же!

– Я без вас не уйду!

– Это со мной ты не уйдешь, я прикован, – он потряс запястьями перед моим носом.

Рукава сползли, и стали видны какие-то странные не то браслеты, не то наручники, от которых и тянулись мерцающие нити магии, что опутывали его.

Я осторожно коснулась одного из них и упрямо сказала:

– Раз его как-то надели, значит, должен быть способ снять! Например, распилить, или…

– Нет! – отрезал король. Вскочил на ноги, покачнулся, еще больше побледнев, хотя куда еще больше. Но тут же подхватил меня под мышки, поднял, поставил на пол так, что зубы клацнули, и принялся подталкивать к порталу. – Его не распилишь. Это редкий артефакт. Он позволяет темному магу не просто принимать мой облик, а действительно будто становиться мной. И он не дает мне покинуть подземелье.

– Тогда и я тут останусь.

– Не останешься, – почти весело перебил король. – Если понадобится, зашвырну тебя в портал силой.

И зашвырнет ведь. Я упиралась, как могла, но чертов портал неумолимо приближался.

– Значит, так. Сюда больше ни ногой, – тихо, но твердо приказал король. – Покажи это место Рониуру или дознавателю Салахандеру. Они знают что делать.

– Дознаватель в тюрьме. А Рониура вы сами в отпуск отправили. В его замок я попасть не могу.

– Тогда ректору. Магистр Теркирет и его боевые маги тоже справятся…

Я чуть не взвыла от отчаяния. Справятся… дня через два, когда перестанут валяться в отключке после общения с кристаллом.

– … А я здесь кое-что попробую. Есть у меня пара идей.

Внезапно напор сзади ослаб, я оглянулась и перехватила взгляд синих глаз. Странный, пристальный. Словно король хотел хорошенько рассмотреть меня, и запомнить все до малейшей черточки.

Не успела задуматься, что бы это значило, как шагнула к нему, положила ладони на плечи и, поднявшись на цыпочки, поцеловала. Сама.

Он на мгновение застыл, а потом большие ладони легли на талию, притянули поближе, и горячие губы накрыли мой рот.

Он целовал меня жадно, отчаянно, словно хотел выпить до дна, всю, без остатка, заклеймить, присвоить себе. И воздух вдруг кончился, и нечем стало дышать. Кружилась голова, и пол подземелья раскачивался. Мир вокруг словно расплавился, превратился в жаркий туман, и тот закрутился, помчался безумной каруселью. Только и оставалось, что прижиматься еще теснее, цепляться в надежде на спасение. Объятия становились все крепче, все громче стучало в висках, а поцелуй длился и длился, упоительно сладкий, неистовый, ненасытный, почти болезненный…

– Иди… – то ли почудилось, то ли и впрямь прозвучало.

– Иду… – выдохнула я.

И не видя ничего от застилавших глаза слез, шагнула назад в портал.

Глава 31

Очухалась я уже в своей собственной комнате. В окно лезло нахальное солнце, горели припухшие губы, за спиной с тихим шелестом схлопнулся портал.

Что сейчас было, а?

Этот последний поцелуй…

Так целуются, когда не надеются на встречу. Король что, прощался со мной? Вот уж дудки!

Я решительно вытерла рукавом навернувшиеся слезы.

Конечно, он запретил вмешиваться, но раз до магистра Рониура не добраться, а остальные маги не в состоянии двигаться, я обязательно вернусь и спасу его. Больше некому. Благо про орхидею его величество не вспомнил, слишком занят был, со мной целовался. А то бы точно отобрал, чтобы – как он там сказал? – «сюда больше ни ногой».

Я бросилась к шкафу, достала медведя разве что не закричала:

– Я нашла его, нашла! Мы срочно должные его вытащить! Он там!

– Перестань меня трясти, – капризно сказал медведь.

Я удивленно на него посмотрела. А ведь и правда, трясу. Но это не со зла, а от избытка чувств.

Я усадила графа на стул и повторила:

– Мы должны его вытащить оттуда, прямо сейчас.

– Чудовище здесь? – медведь как будто бы и не слышал, о чем я говорю.

Ох, как же он злит иногда!

– Если вы о Масе, то нет. Она сейчас занимается творчеством. В общем, неважно. Вы собираетесь спасать короля?

– Конечно, собираюсь. Рассказывай.

Я коротко пересказала нашу недолгую встречу, разумеется, исключив из нее поцелуи. Это уж графа никак не касается.

– Погоди, погоди, – перебил меня он. – Что, ты говоришь, делает этот артефакт?

– Алард… ну то есть его величество, сказал, что он позволяет темному магу не скопировать его, а практически стать им.

– Ого!

Впервые за все время нашего знакомства медведь говорил настолько серьезным тоном.

– Что это значит? – испугалась я.

– Это значит, что короля, скорее всего, скоро не станет.

Я так и села, как стояла.

– Что значит «не станет»?

– Трудно объяснить человеку, который ни черта не смыслит в артефакторике, в энергетических полях, в магических вибрациях…

– Объясните уж как-нибудь! – потребовала я.

– Прикинуться другим человеком очень трудно, даже при наличии нужного артефакта. Для этого используются не обычные магические силы, а сама жизнь. Жизнь того, кем прикидываешься. Когда, говоришь, пропал король? Настоящий король.

– Думаю, еще позавчера, – прикинула я.

– И за это время он успел показаться в академии, к тому же являлся совету министров и наверняка не пропадает из дворца окончательно. Думаю, жить королю осталось дня два-три.

Сколько?!

– Я предлагала спилить эти браслеты, – растерянно пробормотала я.

– Ни в коем случае! – завопил медведь. – Любое вмешательство дилетанта лишь ускорит конец!

В голове отчетливо прозвучало: «А я здесь кое-что попробую. Есть у меня пара идей…» Надеюсь, эта пара идей не про избавление от браслетов? Иначе времени осталось еще меньше.

О господи…

Я подскочила с кровати и снова схватила медведя.

– Мы должны его вытащить. Немедленно! Вы же преподаете артефакторику, вы должны знать, как снять эти браслеты. Вы можете их снять?

– Посади меня на место! – недовольно велел медведь.

Я послушалась. Похоже, ему не очень нравится, когда его трясут.

– Все женщины в вашем мире такие дуры, или одна ты отличилась? – буркнул он. – Разобраться-то я, может, и разберусь. А как ты представляешь, чтобы я их снял?

Ну да, у него же лапки…

– Мне для этого нужны руки, прямые и из плеч.

– Я согласна…

– Твои не подойдут, – оборвал он.

Это что еще значит? У меня руки кривые и из… Откуда, по мнению графа, они растут? Я уже собиралась возмутиться, но медведь меня перебил:

– Мне нужен хороший, толковый артефактор. Вот леди Юлия…

Опять он за свое!

Да будь у нас возможность позвать Юлию, мы могли бы и ее мужа привлечь к спасению. А тот бы собрал всю королевскую конницу, всю королевскую рать и уж как-нибудь отбили бы пленника. А потом пусть бы хоть целый консилиум лучших магов королевства решал, как снять эти браслеты.

Но только у нас нет Юлии, а есть то, что есть: я и медведь.

– И лекарь нужен, – добавил он.

– Может быть, сначала вытащим его, а потом лечить будем?

Медведь хмыкнул:

– Дура, она дура и есть. Когда артефакт поймет, что его снимают, он будет цепляться за жертву и тянуть из нее жизнь с утроенной силой. Боюсь, когда мы закончим, лечить будет уже некого.

«Некого» – это слово отозвалось в душе болью и пустотой.

– Понятно. Ну что ж, по крайней мере, эту проблему я могу решить. А вот как снимать артефакт с короля вам придется объяснять мне, потому что никаких других рук у вас нету.

Я подхватила медведя с лавки и, несмотря на его протесты, сунула в шкаф. А сама отправилась к Лартиссе. Потому что ей я доверяла. Во-первых, его величество – лучший друг магистра Рониура, которому она, в общем-то, обязана своим появлением здесь. А во-вторых, она была хоть и первокурсницей, но уже толковым лекарем. Конечно, вправить вывих и вытащить короля с того света – это несколько не одно и то же, но я почему-то не сомневалась, что она справится.

– Ты пришла мне погадать? – улыбнулась Лартисса.

– Боюсь, это придется перенести. Тут кое-что случилось. Мы можем поговорить у меня?

Она кивнула.

Когда мы зашли в мою комнату, я плотно закрыла дверь, достала медведя из шкафа.

– Немедленно посади меня на стул, – буркнул тот.

Лартисса ахнула. Видимо, пока еще не имела счастья столкнуться с графом, а говорящие игрушки в этом мире – не такое уж и частое явление.

– Знакомься, Лартисса, это магистр Вирастольф, – представила я.

– Здравствуйте, магистр Вирастольф, – кивнула Лартисса.

– В общем, тут такое дело… – заговорила я. – Надо спасти короля.

И вкратце рассказала ей о случившемся. Она слушала с совершенно круглыми глазами. Еще бы. Все то, что я узнавала постепенно в последние дни, вывалилось на нее за каких-то несколько минут. Такое трудно уложить в голове. Я думала, что эта пауза будет бесконечной, но нет.

Лартисса деловито спросила:

– Он в сознании?

– Вроде бы да, – растерянно сказала я. – А что?

Она посмотрела на меня как взрослый на неразумное дитя.

– Мне надо знать, сможет ли он пить. Зелье, разумеется. Дайте мне полчаса, я соберу все необходимое, и можем отправляться.

Она была серьезна и сосредоточенна. Я видела, что в эту минуту она забыла и про меня, и про медведя. И про то, что в темном подземелье, куда мы идем, можно столкнуться с самым страшным чудовищем этого мира – с темным магом. Нет, сейчас передо мной был профессионал, который решает сложную задачку, прикидывает ингредиенты, думает что-то на своем медицинском языке и готов спасать жизнь.

Лартисса выскочила из комнаты, а я устало опустилась на кровать.

– Вам придется объяснить мне, как снять артефакт. Иначе король погибнет, вы же понимаете?

– А ты понимаешь, – повысил голос медведь, – что, если ты своими кривыми ручонками туда полезешь, он точно погибнет, и не от страшного артефакта, а от твоей безрукости?

Я тоже умею повышать голос.

– Но без помощи король точно умрет! А так есть шанс, что все получится, мы должны хотя бы попытаться!

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату влетела Бриззина.

– Что значит – король умрет? Вы о чем тут вообще?

Здрасьте-приехали. Теперь сохранить все в тайне никак не удастся.

– Добрый вечер, магистр Вирастольф. А вы что тут делаете? – неслась дальше дорогая соседка.

Вежливость никогда не была ее сильной стороной.

– Бриззина, тише! – шикнула я и на всякий случай подошла к ней поближе. – О том, что ты слышала, ты не должна никому говорить. От этого зависит жизнь короля, понимаешь?

Я принялась увещевать ее, бросая предостерегающие взгляды на графа, чтобы не вздумал при ней болтать лишнего. Но разве можно о чем-то договориться с дурацким плюшевым медведем? Он сделал ровно противоположное тому, что от него требовалось.

– От твоего молчания, деточка, вообще ничего не зависит. А жизнь короля зависит от того, найдем ли мы за полчаса более или менее приличного артефактора.

– Ну, допустим, я учусь на артефакторском, – гордо произнесла Бриззина.

Точно! Я тут же вспомнила: моя соседка щеголяла в синей мантии.

– О боже, я сказал, что нам нужен артефактор, а не недоученный студиозус. Ты что-нибудь знаешь о многовекторных полях вариабельной реальности?

– Курсовую писала по многовекторным полям, – хмуро буркнула Бриззина. – И про вариабельную реальность пришлось почитать, раз уж такое дело.

– И чьи же труды ты читала? – чуть менее насмешливо спросил медведь.

И Бриззина начала перечислять фамилии. На пятой или шестой он ее остановил:

– А почему я тебя не знаю, раз ты такая умная?

– Потому что я на втором курсе, а вы только с третьего преподаете!

– Ладно, может, что-то и получится. Садись, я объясню, что тебе надо будет делать.

– Делать где?

Бриззину не так-то просто было провести.

– Расскажи ей, – милостиво разрешил медведь.

Сам сообщить ей о том, что придется отправиться в жуткое подземелье, он почему-то не захотел, оставил эту честь мне.

Я рассказывала со страхом. Вполне ожидала услышать: «Что-о-о?! В подземелье к темному магу? Сами идите, я не сумасшедшая». Но мои опасения оказались напрасными. Выслушав меня, Бриззина лишь коротко кивнула и повернулась к медведю:

– Так что там за чудо-артефакт и что с ним нужно будет сделать?

И они оживленно заговорили на своем, на артефакторском. Я не понимала ни слова.

Лартисса появилась, как и обещала, через полчаса. В ее руке был увесистый чемоданчик, полагаю, с зельями и снадобьями. Бриззина тоже успела метнуться в свою комнату и принести сумку. На вид тяжеленную.

– Ну, удачи вам там, девочки, – дрогнувшим голосом произнес медведь.

Бризина развернулась и уставилась на него, скрестив руки на груди.

– Что значит удачи нам там? Вы идете с нами.

– Куда это я с вами? – возмутился медведь. – Я никуда не иду, я остаюсь здесь!

– Да неужели! – хмыкнула Бриззина. – А кто вас будет спрашивать?

Она бесцеремонно схватила медведя за лапу.

– Негодяйка, поставь меня на место! Ты у меня зачет в жизни не получишь.

– На третьем-то курсе? Когда это еще будет.

Я смотрела на Бриззину с ужасом и восхищением. Сама бы я ни за что не осмелилась поступить так со строптивым графом.

– Поставь меня на место, мерзавка! – верещал он.

– Можно потише, пока сюда пол-академии не сбежалось! – рыкнула на него Бриззина.

Медведь замолчал, и столько трагизма было в этом молчании, что даже Бриззину проняло. Она заговорила с ним куда ласковее:

– Вы же сами понимаете, одна я с артефактом не разберусь. Нужен настоящий профессионал рядом. И к тому же… Это ведь редчайшая вещь, неужели самому не интересно взглянуть?

Медведь промолчал. Похоже, такая мысль не приходила ему в голову.

– Пожалуй… – наконец протянул он.

– Вот то-то же! – Бриззина подхватила в одну руку свою сумку, в другую – преподавателя и сурово посмотрела на меня: – Все готовы. Открывай портал!

Я оторвала лепесток и тихо проговорила:

– К королю… – голос дрогнул. – К его величеству Аларду Первому, где бы он ни находился.

Глава 32

Мы шагнули в полутьму подземелья.

Король уже не сидел у стены. Он лежал чуть поодаль от нее на полу.

Почему?! Почему так быстро? Меня не было максимум час-два.

Неужели попробовал снять браслет и теперь…

Нет! Договорить это даже мысленно было страшно.

Я метнулась к распростертому телу, рухнула на колени. При взгляде на белое неподвижное лицо с бескровными губами захотелось разрыдаться от ужаса и отчаяния. Живые так не выглядят!

Гася подкатывающую истерику, я коснулась его щеки. Она казалась странно холодной.

– Не трогай! – раздался резкий окрик.

Я мгновенно отдернула руку. Возле другого плеча короля плюхнулся на пол чемоданчик, звякнув стеклом, следом опустилась Лартисса.

– Пока не осмотрю, – спокойно добавила она.

«Только живи!» – стучало в висках. И тут же растворялось в липкой тревоге, мучительной, выворачивающей наизнанку.

Нет, он не может умереть, просто не имеет права! Потому что нужен мне. Каким-то образом за эти несколько дней стал настолько нужен, что жизнь без него потеряет всякий смысл.

Лартисса потерла ладонь о ладонь и медленно провела ими над королем, едва шевеля тонкими пальчиками.

– Что с ним, – севшим голосом спросила я, – он…

– Жив, – коротко ответила Лартисса.

Жив… Я жадно глотнула стылый подвальный воздух и поняла, что все это время почти не дышала.

– Но силы практически на нуле. Первый раз такое вижу, – задумчиво продолжала она. – Сейчас мы это поправим. Надо только переложить его поудобнее.

Легко сказать. Король оказался страшно, просто неподъемно тяжелым. Вдвоем мы кое-как приподняли его за плечи и пристроили его голову на мои колени.

– Скажете, когда можно будет начинать, – раздался голос Бриззины.

Она по-прежнему стояла у портала, рядом на полу валялась пухлая сумка, на которой сидел медведь.

– Хорошо, – кивнула Лартисса.

Распахнула чемоданчик, выхватила оттуда пузатую склянку и, откупорив, ловко влила в рот короля несколько капель какого-то зелья. Тот вздрогнул, закашлялся и открыл глаза.

– Полина? – хрипло прошептал он.

А в следующий миг его брови сошлись на переносице.

– Какого демона?! Я же запретил! – бушевал король.

А я улыбалась, стараясь не разреветься. От облегчения, от только что пережитого страха. От того, что мы так вовремя успели, и теперь все будет хорошо. Вот только снимем дурацкие браслеты и…

– Да еще и не одна! – сердитый взгляд синих глаз переместился с Лартиссы на Бриззину и обратно. – Вы соображаете, чем рискуете?!

– Помолчите, пожалуйста, ваше величество, – сурово отрезала Лартисса.

Его величество изумленно моргнул. Я тоже. Не ожидала от нее такого тона. От Бриззины сколько угодно, но от тихони Лартиссы… Вот что значит врачебный долг.

– Вам надо поберечь силы. Я постараюсь поддерживать их на протяжении ритуала. И лучше, если мы с вами будем на одной стороне. Выпейте, – она поднесла к его губам еще одну склянку.

Король сделал несколько глотков и поморщился: зелье явно было горьким, да и пахло противно. Зато выглядел он уже не таким мертвенно-бледным, как еще несколько минут назад.

– Уберите. Уберите от меня это! – раздался страдальческий возглас медведя.

Ну что ему опять не так? Я посмотрела в его сторону и ахнула.

Мася!

Она взгромоздилась на сумку и теперь радостно обнимала медведя всеми лапами, а Бриззина вовсе не спешила его спасать. Наоборот, отошла подальше и с опаской поглядывала на паучишку.

– Мася, иди сюда сейчас же, – строго сказала я.

И как ни странно, та послушалась. Неохотно выпустила медведя из цепких лапок, спрыгнула на пол и побежала ко мне.

– Бессовестная, как же ты успела просочиться, что мы не заметили?

– Это еще что? – спросил король. Он даже приподнялся на локте, чтобы получше рассмотреть.

– Это… Мася, – запинаясь, пробормотала я, а Мася быстро шмыгнула за мою спину и притихла. Все-таки она очень сообразительная. – Моя питомица.

– Это чудовище, – подал голос граф.

Вот уж кого не спрашивали!

– Детеныш чудовища, – поправила я.

– Ваше величество, вернитесь, пожалуйста, на место! – невозмутимо велела Лартисса.

Король снова улегся, устроив голову у меня на коленях. И лишь сердито прошептал:

– Поговорим об этом после.

После… Я почувствовала, как по моему лицу снова расползается улыбка. Какое хорошее слово «после». Пусть он злится, ругается, даже рычит, как совсем недавно. Но оно обязательно будет, то самое «после».

– Так, неплохо, – сказала Лартисса. – Бриззина, можете начинать.

– Мне и отсюда прекрасно видно! – медведь явно не желал уходить от портала. После недолгих переговоров его все-таки поднесли к браслетам поближе, но потом вернули на место.

Бриззина под его чутким руководством колупала браслеты всевозможными инструментами, поливала жидкостями из флаконов, шептала заклинания, составляла рядом рисунки из драгоценных камней. В общем, с точки зрения нормального человека из нашего мира, делала какую-то бесполезную фигню. Но полагаю, граф и Бриззина лучше знали, что требуется. Во всяком случае, магические путы, что оплетали короля, немного тускнели. Или просто глаза привыкли к полумраку и теперь они не казались такими яркими.

– Ну что, получается? – с надеждой спросила я.

– Не болтай под руку, – буркнула Бриззина.

– Вот-вот, – поддержал ее медведь. – Почти закончили. Не такой уж он и хитроумный, этот артефакт. Нет, конечно, простым его тоже не назовешь, но для одного из величайших умов современности это…

Ясно, его сиятельство граф Вирастольф опять изволит хвастаться.

– Я смотрю, у вас гости, ваше величество, – внезапно прогремело под сводами и эхом отразилось от стен.

Знакомый голос.

Очень знакомый.

От него похолодела спина, и волосы на затылке встали дыбом.

Дьявол. Темный маг. Как ни назови, суть не изменится.

Миг – и все мы: я, Лартисса и Бриззина словно веревками оказались опутаны мерцающими сгустками магии. Мы отчаянно дергались, пытаясь выбраться, но это было бесполезно.

– Моя ошибка. Кажется, я забыл предупредить вас, ваше величество: любых ваших гостей я буду убивать. Такой уж я негостеприимный человек: привык жить затворником, не люблю шума. И что же теперь делать?

– Отпустить их, – насмешливо отозвался король. – И шума не будет. Только слабак воюет с девчонками.

– Хорошая попытка, – негромко рассмеялся маг. – Но нет. Они умрут.

На глазах от отчаяния выступили слезы. Мы ведь почти успели, оставалось чуть-чуть. И что же теперь получается? Я звала девчонок спасти короля, а привела на верную погибель?

– Откровенно говоря, ваше величество, – темный маг явно наслаждался ситуацией, – я бы и вас убил. Не люблю, знаете, такого рода сюрпризы и считаю, что вы должны быть наказаны. Но вы пока нужны мне живым.

Я подняла взгляд и тут же отвела. Темный маг действительно был ужасен, и долго смотреть на него было физически больно.

– Но полагаю, наказание в любом случае будет жестоким. Есть вещи похуже смерти. Я не ошибусь, если предположу, что одна из этих милых леди – ваша пассия. Интересно которая?

Он переводил взгляд с меня на Лартиссу, потом на Бриззину и обратно.

– Думаю, та, на чьих коленях вы лежите.

Король скрипнул зубами. Если б взглядом можно было испепелить, от темного мага уже осталась бы кучка пепла.

– Как трогательно. Впрочем, я ведь все равно убью всех троих. И это им больше не понадобится, – маг махнул рукой.

И портал, ярко полыхнув, схлопнулся.

– А тут еще что? – он прошагал к тому месту, где был портал, наклонился и поднял с пола медведя. – Приятная встреча! А я как раз искал вас, граф.

– З-зачем это еще вам меня искать, – запинаясь, пробормотал медведь.

– Ну, насколько мне известно, вы лучший специалист по артефакторике из всех ныне живущих. Есть у меня несколько темных вещиц. В общем, мне понадобится ваша помощь.

– Работать с темными артефактами? – искренне возмутился медведь. – Да за кого вы меня принимаете?

– Я принимаю вас за ученого. Поверьте, граф, когда вы увидите то, что я желаю вам показать, вы будете очень, очень удивлены и воодушевлены. Соглашайтесь, это будет интересно.

Некоторое время медведь упрямо молчал. А когда заговорил, я не поверила своим ушам.

– Хорошо, так и быть, я буду на вас работать. Но с одним условием: вы отпустите всех присутствующих, – произнес он трагическим голосом.

Такого я от медведя точно не ожидала. Да думаю, никто не ожидал. Разве можно было предположить, что он вообще способен на самопожертвование? А он, оказывается, замечательный…

– Вы ставите мне условия? – вкрадчиво протянул темный маг. – Забавно, какая трогательная забота о друзьях. А давайте я предложу вам условие, – вкрадчивость и учтивость разом исчезли из его голоса, и он процедил с тихим бешенством: – Ты, чертов кусок тряпки, будешь на меня работать, а я за это не сожгу тебя сию же минуту. Как тебе такое?

– Д-да, – испуганно пробормотал медведь, – кажется, это меня тоже устроит.

– Отлично, – маг снова улыбался. – А чтобы вам, граф, снова не пришло в голову со мной торговаться, пожалуй, сделаю я вот что.

Он схватил его за лапу и резко рванул. Хруст рвущихся ниток – и лапа осталась у темного в руке.

Я опустила голову, вглядываясь в лицо короля, стараясь запомнить каждую черточку. И прилипшую к лбу темную прядь, и запекшиеся, упрямо сжатые губы, и хмурые брови, и холодную ярость в прищуренных глазах. Жаль, что он смотрит на мага, не на меня. Хотелось бы еще раз увидеть их колдовскую синеву. Прежде чем умереть. Странно, но страшно не было. Может, потому что я недавно уже умирала?..

– Повторить? – подчеркнуто любезно поинтересовался маг.

– Больше не надо, не надо, я все понял! – запричитал медведь.

– Это хорошо. А сейчас пора разобраться с прекрасными леди.

А дальше время словно замедлилось.

Король напрягся и резко вскочил на ноги, заслонив меня от мага.

В это же мгновение я повернула голову и увидела, какой ужас отразился на лицах Бриззины и Лартиссы. Ну конечно, нас же сейчас убьют. Я чуть отклонилась, выглянула из-за короля и застыла, не в силах поверить своим глазам.

За спиной темного мага…

О господи…

Мася.

Моя маленькая пушистая Мася стремительно увеличивалась в размерах. Пара секунд – и она стала такой же огромной, как пауки, напавшие на академию. Да нет, куда там, гораздо больше, поднялась почти под потолок.

Она приподняла мохнатую лапищу и стукнула темного мага. Тот упал лицом вниз. Мася мгновенно уменьшилась, став размером с крупную овчарку (ну, восьмилапую такую овчарку), подбежала к поверженному противнику, потянулась к шее… Кусь! – тот вздрогнул и вытянулся в струнку.

– Паучий яд, – дрожащим голосом прошептала Лартисса. – Даже в нашем мире есть пауки, чей яд обладает сильным паралитическим действием, и если твоя Мася хоть немного похожа на них, двигаться он сможет… – она что-то посчитала в уме, – пожалуй, через неделю.

Мася тем временем уперлась несколькими лапами в пол, другими в темного мага и перевернула его с живота на спину. И сразу же стало ясно, почему: падая, этот негодяй подмял под себя ее драгоценного медведя. С радостным писком Мася кинулась к графу и обняла его всеми лапами, постепенно уменьшаясь в размерах до обычного состояния.

– Уберите, уберите ее от меня, – причитал граф.

– Ну уж нет, – сказала я. – Масенька спасла вам жизнь. Да и нам тоже. Так что заслужила порцию обнимашек.

– Сейчас помогу вам освободиться, – развернулся король, стряхивая с себя остатки тускло мерцающих пут.

– А как же браслеты, артефакт и вот это все? – не поняла я. – Куда делось?

– Все же очевидно, – насмешливо отозвалась Бриззина. – Артефакт был привязан вот к этому кренделю, – она кивнула на безжизненно распластавшееся тело темного мага. – А теперь маг вроде как в отключке. И контролировать артефакт не может. К тому же мы эту штуку предварительно неплохо так расшатали.

– Верно, – поддакнул граф. – А ты не такая уж глупая гусыня. Еще не решила, у кого будешь писать курсовую?

– А что, у вас есть предложение? – ухмыльнулась Бриззина.

– Ну, я был бы не против, – важно протянул плюшевый граф.

– Вообще-то, декан Хорвирет предлагал быть моим научным руководителем. Так что я подумаю.

Я подавилась смешком: мало кому удавалось щелкнуть по носу зазнайку графа.

Тем временем король освободил всех нас из пут.

– Открывай портал, Полина, – велел он мне. – Пора разбираться со всем тем, что тут без меня накуролесили.

Глава 33

Я подхватила Масю, пока она окончательно не замучила его сиятельство. Бриззина же подняла с пола графа, отыскала его оторванную лапу, и мы нестройной процессией последовали в портал. Моя комната показалась совсем маленькой и тесной, когда мы туда вошли. Первой засобиралась Бриззина. Медведя она так и не отпустила. До меня долетел обрывок их разговора.

– Разумеется, я в состоянии пришить лапу. Будь я криворукая, разве могла бы учиться на артефактора? Ваше сиятельство, вам точно не о чем беспокоиться.

На меня она даже не взглянула. Понятно почему. Бриззине нравится король. А я позвала ее спасать его и ни словом не обмолвилась о том, что у нас с его величеством вроде как… Вроде как что? Можно ли считать тот поцелуй чем-то особенным? Король вообще думал, что я ему снюсь. А второй поцелуй я же сама первая и начала. Так что, может, тут и говорить то не о чем.

– А есть ли у тебя в чемоданчике что-нибудь такое, что поможет мне продержаться на ногах до конца дня? – спросил его величество у Лартиссы.

– Есть-то оно есть, – проговорила она задумчиво, – и все же вам следует как можно скорее обратиться к лекарю. Такое магическое воздействие вряд ли пройдет без последствий, а уж без должного лечения они могут быть очень серьезными.

– Будет должное лечение, вечером, когда со всем этим покончу, – пообещал король, и Лартисса, покачав головой, передала ему очередную склянку.

Он выпил ее залпом, поморщился и глубоко вздохнул.

– Хорошая штука, забористая! – похвалил король.

– По бабулиному рецепту, – щеки Лартиссы залил румянец.

– Передавай бабуле мою личную благодарность.

Он повернулся ко мне.

– Ну что, леди Полина. Боюсь, мне надо воспользоваться вашим украшением.

Он оторвал лепесток от орхидеи и произнес:

– Родовой замок Рониура.

Посреди комнаты вспыхнул портал.

– Придется сообщить ему, что его отпуск закончился раньше времени.

– А вы не боитесь попасть в ров с крокодилами? – торопливо спросила я.

– Нет, – усмехнулся король. – У меня есть гостевой доступ в этот замок, а еще там нет никакого рва и никаких крокодилов.

Он замолчал, не сводя с меня странного пристального взгляда.

– Мне пора, – пискнула Лартисса и быстро вылетела за дверь.

– Я задолжал тебе свидание, – хрипло сказал король. Синие глаза потемнели, стали почти черными. – И рискну повторить свое приглашение. Завтра в восемнадцать.

– Годится, – кивнула я. Голос отчего-то резко сел. И звучал так же хрипло. Простыли мы в том подземелье, что ли? – Вы ведь к этому времени успеете победить всех негодяев?

– О, им не позавидуешь, – его взгляд остановился на моих губах.

Я непроизвольно облизала их. Зрачки короля расширились, затопив радужку. Горячая ладонь легла на талию, притянула ближе. Вторая обхватила затылок, чтобы я не вырвалась. Будто я собиралась вырываться. Да ни за что! Сердце колотилось как ненормальное, я сглотнула, наблюдая, как его лицо склоняется надо мной, все ниже, ниже…

Пряный привкус зелья… И горячие губы, чуть шершавые. Одновременно настойчивые, жадные и невыносимо нежные. Он целуется как бог, подумала я. С ума сойти, подумала я. А потом все мысли вылетели из головы. И снова вокруг колыхался жаркий хмельной туман, бежал пузырьками по венам, шумел в ушах, колотился в горле.

Он оторвался от моих губ и какое-то время стоял, коротко и тяжело дыша и прижимая меня к себе. И хорошо, что прижимал. Иначе я бы точно свалилась, ноги подгибались, как ватные.

Вот это был поцелуй. Шальной поцелуй. Настоящий. Не в бреду, и не потому, что я начала первая. Значит, между мной и его величеством все-таки что-то есть.

– До завтра, – наконец сказал король.

С сожалением отпустил меня и шагнул в сияющую бездну портала.

* * *

Через пару часов на пороге моей комнаты появилась Бриззина.

– Я пришила нашему графу лапу, нашла его ассистента и перепоручила его заботам, – отрапортовала она.

– Спасибо, – я с облегчением выдохнула.

Честно говоря, соседство с магистром Вирастольфом меня несколько напрягало. Не представляю, как можно выдержать его в своей комнате больше двух дней. Это нужно иметь железный характер и непрошибаемую волю.

– Послушай, Бриззина, – заговорила я, – я должна извиниться, то есть должна тебе сказать… Мы с его величеством, ну с королем Алардом… У нас вроде бы как…

Я попыталась подобрать подходящее слово, но не смогла. А потому сказала прямо:

– В общем, он меня поцеловал. А я знаю, что он тебе нравился, и должна была тебе это сказать.

– Нравился, – хмыкнула Бриззина. – Так это ж когда было!

– Вообще-то, совсем недавно было, буквально на днях.

– Еще до того, как он позволил себя похитить и спеленать, как младенца, – парировала она.

– Позволил… похитить? – поперхнулась я.

– Именно! – припечатала Бриззина. – Мне нравятся сильные мужчины. А чуть живые доходяги, которые без женской помощи даже из оков выбраться не могут, это уж точно не мой тип. Встречу еще кого-нибудь достойного.

Я рассмеялась и еще раз повторила:

– Спасибо. Ты лучшая помощница, которая только могла мне достаться.

Думала ли я, что когда-нибудь такое скажу? И тем не менее, сейчас говорила совершенно искренне.

Глава 34

На следующий день, вопреки всем надеждам и чаяниям студентов, занятия не отменили. Все-таки преподаватели оказались крепкими орешками и даже вражеский кристалл не смог вывести их из строя надолго. И все же с самого утра я побежала не на лекции, а к Гариетте.

Боюсь, она не обрадуется, если о встрече с королем я сообщу ей в последний момент.

– У меня сегодня в восемнадцать снова встреча с королем, – обреченно сказала я. – Что будем делать с платьем? Ведь получается, что в том я уже была во дворце.

– Насколько мне известно, настоящего короля похитили за день до этого, – сердито заявила Гариетта, – так что платье вполне подойдет.

Странно, она смотрела на меня без обычного радушия.

– Что-то случилось? – спросила я.

– А еще мне известно, – продолжила Гариетта, – что вы, несносные девчонки, самостоятельно пошли спасать короля! И насколько я помню, накануне ты даже заходила ко мне в гости и ничего, ничегошеньки не сказала!

Вот оно что…

– Я… я и сама не была уверена, не хотела напрасно беспокоить…

Гариетта внезапно приблизилась и крепко меня обняла.

– Вот же дурынды, ведь погибнуть могли бы. И едва не погибли!

– А об этом уже знают? – испуганно спросила я.

– Еще бы, вся академия гудит.

Я шла на занятия с опаской, и не напрасно. Весть о том, что мы втроем спасли короля, да и вообще все королевство, уже разнеслась по академии.

Первыми мне об этом сообщили Олиора и Ярна, с которыми мы столкнулись в коридоре.

Впрочем, по той версии, что дошла до них, экспедицию по спасению короля организовал самолично магистр Вирастольф, и практически все ему приходилось делать в одиночку, потому что глупые девчонки… – тут он делал паузу и с неохотой признавал, что что глупые девчонки, в принципе, справились. Могло быть и получше, но чего можно было ждать от девчонок.

Однако на ухо они мне тихонечко сказали, что слышали и другую версию.

День прошел непросто. Ко мне подходили студенты, здоровались, словно мы уже знакомы сто лет, кто-то благодарил, кто-то выспрашивал подробности.

Для меня это было ново и странно, и к концу занятий я чувствовала почти усталость, так что с радостью сбежала к Гариетте.

Первое свидание, дубль два.

То же платье, та же прическа, та же брошь на лифе и украшение орхидея на запястье. Да только вот сердце стучит совсем по-другому. Радость, страх и предвкушение скорой встречи.

– Ну… пора! – я бросила последний взгляд в зеркало, вышла от Гариетты и оторвала лепесток, а через мгновение оказалась в красивой, увитой плющом беседке.

Удобные диванчики, столик, накрытый на двоих и его величество в сияющем белоснежном камзоле.

– Где это мы? – огляделась я по сторонам. Пышная зелень, яркие цветы каменные дорожки.

– В королевском саду, – король учтиво помог мне усесться.

И снова передо мной был король, серьезный, властный. Как все-таки много значит одежда. Я даже немного оробела.

Неужели действительно я вчера целовалась с этим мужчиной? И значило ли это что-нибудь для него?

Я вдруг впервые за последние дни почувствовала, какая пропасть между нами. Да, иномиряне здесь считаются ценными специалистами и уж точно не находятся где-то на дне социальной иерархии. Но передо мной не какой-то обычный парень из этого мира, и даже не обычный аристократ.

Это был сам король.

– В ближайшее время все, кто участвовал в моем спасении, получат награды, – торжественно сообщил король.

– Благодарю, – сдержанно улыбнулась я.

Вот уж не думала, что мы будем обсуждать именно это.

Почему-то изнутри поднимался ком обиды и возмущения. Неужели, потому что король первым делом при встрече не поцеловал меня?

– Все получат титулы и земли… – продолжал он важно. И с каждым его словом ком поднимался выше и становился болезненнее.

Еще не хватало глупо разреветься, прямо сейчас, за этим роскошно накрытым столом и при этим великолепно блестящим юношей. Чтобы этого не произошло, я постаралась перевести разговор в какое-нибудь другое, более безопасное русло.

– А что с темным магом? Его схватили?

– Да уж трудно было не схватить, – усмехнулся король. – Твое ручное чудовище уложило его качественно и надолго. Лучший лекарь королевства сказал, что такое еще ни разу не видел. Говорит, тот проваляется еще неделю, не меньше.

Надо же, Лартисса, даже не приближаясь к темному, поставила диагноз не хуже, чем лучший лекарь королевства. Вот так-то. А всего лишь девушка из глубинки…

– Кстати, о твоем чудовище. Я не ошибся, оно живет у тебя в комнате?

– Не оно, а она, – обиженно сказала я. – Ее зовут Мася, и она совершенно не опасна.

Король едва заметно поежился, видимо, вспомнил то же самое, что и я: как медленно и неумолимо моя маленькая Мася превращается в огромного монстра вдвое выше человеческого роста.

– Если вы хотите у меня ее отобрать…

– Хочу, – сказал король, и я уже набрала в легкие воздуха, чтобы возразить. Только не успела, потому что он добавил: – но не буду. Есть у меня по этому поводу одна идея.

– Хотите забрать Масю для опытов?! – воскликнула я.

– Да нет же, нет, – успокоил меня он. – Ты, наверное, перепутала меня с темным магом. Это он не гнушается в средствах для достижения цели.

– И какой же такой цели? Что он вообще хотел, зачем устроил все это, и ведь не в первый же раз.

Я тут же поняла, насколько неразумен мой вопрос.

– Хотя откуда вам знать. У него не спросишь, он парализован, а даже когда действие яда закончится, вряд ли станет откровенничать…

– Ну почему же, знаю. Мы много времени провели вместе, а он довольно тщеславен и болтлив.

– И чего же хотел? – я наклонилась к королю, почти забыв об обиде. Было интересно узнать – чего ради человек готов наделать столько гадостей!

– Бессмертия. Он действительно очень могущественный маг, думаю, один из самых сильных в этом мире, а может быть, и самый сильный. Тут, знаешь ли, состязания не проводят. В общем, он многого достиг, но по-настоящему его интересовало только одно: бессмертие.

Я почему-то легко согласилась. Тому, кто достиг огромного могущества, умирать должно быть особенно обидно.

– И что же? – с любопытством спросила я.

– Нужный ритуал он искал много лет и наконец-таки нашел, да только одних знаний для этого было мало. Требовалось огромное количество энергии, просто огромное.

– Кристалл, – поняла я.

– И это тоже. Но сначала от попытался добыть ее другим способом, при помощи темной магии. Особый ритуал, провести который может только женщина, только старая, и только с определенным типом магического дара.

Я вспомнила историю, которую рассказала мне Гариетта во время одного из наших чаепитий. Старуха заманила нескольких студентов-магов и готовилась принести их в жертву ради какого-то ритуала. Если бы не леди Юлия, все могло бы закончиться очень плохо.

Король сказал хмуро:

– Маг очень веселился, когда вспоминал, как обманул старуху. Та ведь надеялась, что вызывает высшие темные силы, собиралась поменять миропорядок и что-то в этом духе, и даже не догадывалась, что цель этого ритуала совсем иная – зарядить кристалл. Тогда это не удалось, и темный маг придумал другой способ…

– Только и в этот раз ничего не вышло, – подытожила я. – А этот темный маг, он выживет? – спросила я. – Что говорит лекарь?

Может быть, нехорошо так думать, но я была уверена: лучше бы не выжил.

– В любом случае, он никогда не выйдет за пределы тюремной камеры, – с уверенностью сказал король.

А вот я этой его уверенности не разделяла. Брат короля, принц Голайн, тоже должен был находиться в тюрьме. Только вот нет.

Я уже хотела спросить его о Голайне, какова будет судьба принца после уже второго покушения на жизнь брата, но тут ветви, закрывающие нас от всего остального мира, раздвинулись, и в проеме появилась перепуганная физиономия королевского секретаря.

– Ваше величество, прошу прощения, что прерываю, но там явилась принцесса Амалия и просит о немедленной встрече.

Король тотчас же переменился в лице, нахмурился и посерьезнел. А у меня словно сердце оборвалось. Принцесса Амалия… не невеста ли это короля?

– Так просит или немедленно? – хмыкнул король. – Передайте ее высочеству, пусть подождет.

Мне показалось, или лицо короля исказила болезненная гримаса? Нет, не показалось…

– Не надо ждать! – Я услышала свой голос словно со стороны. – Я правда очень устала после вчерашнего, так что хотела бы вернуться в академию как можно скорее, – пробормотала я, отводя взгляд.

– Но почему?

Король накрыл мою руку своей, но я осторожно высвободила пальцы.

Почему-почему… потому что это худшее свидание в моей жизни. И я не хочу, чтобы оно продлилось еще хотя бы мгновение.

Потому что каждая минута в обществе короля, красивого, галантного, величественного и… такого недоступного и до этого причиняла боль, а уж теперь, когда я знаю, что где-то там его ждет настоящая принцесса, тем более.

Я торопливо попрощалась с королем, открыла портал и ускользнула. Незачем зря занимать монаршее время.

А еще почему-то сразу вспомнились его слова при нашей первой встрече: «Если я и соберусь жениться, то не буду искать невесту в этой академии, а выберу заморскую принцессу».

Он ведь сразу это сказал, четко, понятно и недвусмысленно, как я могла забыть!

– Как все прошло? – с улыбкой встретил меня Гариетта.

– Прекрасно, – улыбнулась я. – Но что-то чувствую себя уставшей.

Я действительно чувствовала себя так, словно в одиночку разгрузила целую машину дров. Единственным моим желанием было закрыть за собой дверь комнаты, чтобы никого не видеть, и чтобы никто не видел меня, уткнуться носом в подушку и разреветься.

Я шла по коридору, едва переставляя ноги, будто бы тяжесть всего мира навалилась мне на плечи. Миррима появилась передо мной будто бы ниоткуда.

– Что, опять? Швырнешь в меня проклятием? – устало и равнодушно спросила я.

Кажется, мне действительно было все равно, сделать мне хуже чем сейчас есть она уже не сможет.

– Да нет, в этом теперь нет никакой необходимости. Вся академия судачит о том, что у тебя роман с королем, а значит, дело не в должности предсказательницы. А место королевской пассии меня совершенно не интересует.

– Вот и славно. Значит, у тебя больше никаких претензий ко мне нет?

– Абсолютно. Даже хочу тебе помочь.

– Спасибо, обойдусь.

– Зря.

Она достала откуда-то небольшой бумажный прямоугольник, похожий на открытку.

– Взгляни, это приглашение на королевскую свадьбу. Ты ведь в курсе, что нашего монарха бросила невеста?

– Мне это совершенно безразлично, – сказала я, но бумажка все равно как-то оказалась у меня в руках. Витиеватые буквы и два неплохо нарисованных портрета. На одном король Алард, а на другом…

– Принцесса Амалия, – с улыбкой объявила Миррима.

Я не хотела смотреть на этот портрет, но все же смотрела. И невозможно было не заметить: мы с принцессой Амалией были похожи, как сестры. Нет, не близнецы, все-таки не одно лицо. Но сходство слишком явно бросалось в глаза.

– Все гадают, что мог принц найти в такой простушке, как ты. Я тоже сначала удивилась, а теперь поняла. Он не смог заполучить оригинал, вот и нашел себе копию.

Надо же, а еще пару минут назад я думала, что Миррима никак не сможет сделать мне больнее, чем было. Я ее недооценивала, смогла.

Сердце буквально разрывалось на части от боли, и у меня даже не было сил, чтобы держать лицо, чтобы показать ей, что новость меня нисколько не огорчила. Все чувства отразились на моем лице. И торжествующая улыбочка Мирримы была лучшим тому подтверждением.

Я сунула приглашение обратно ей в руки и пошла по коридору дальше.

Подумаю об этом после.

Или не стану думать никогда…

Разве важно, что я об этом думаю, если тот самый пресловутый оригинал как раз сейчас общается с его величеством, королем Алардом Первым.

Я вернулась в свою комнату, упала на кровать и разрыдалась.

Рядом пристроилась Мася. Она молча гладила меня своими пушистыми лапами по волосам.

Глава 35

Его величество король Алард Первый раздраженно вышагивал по коридору.

Все снова шло совершенно не так, как он планировал.

Свидание явно получилось неудачным, и он никак не мог понять, почему.

Он с ужасом и содроганием вспоминал, каким слабым и беспомощным выглядел перед леди Полиной вчера. Черт побери, она его спасла, между прочим, рискуя жизнью. Это что вообще такое? Это он должен спасать прекрасную даму от невзгод и опасностей, а не наоборот.

Так нет же, валялся там как немощный! Да и сгинул бы, если бы не она.

Он скрипнул зубами.

Надеялся, что хотя бы сегодня произведет на нее впечатление, даже влез в парадный мундир, который терпеть не мог. Жутко неудобная одежка, да еще и белая. Чтобы в нем не испачкаться, нужно проявлять чудеса ловкости, или еще лучше вообще не двигаться.

И ведь все сделал так. На столе самые редкие яства и деликатесы, пообещал, что всех ее друзей щедро наградит и отблагодарит. Да даже для жуткой паучихи, которую, по-хорошему, надо было бы прихлопнуть из соображений безопасности, придумал вполне гуманное решение, которое всех устроит.

И по его прикидкам любая девушка должна была таким впечатлиться.

Но Полина, он видел это отчетливо, становилась все грустнее и грустнее с каждой минутой. Ненадолго оживилась, лишь когда они заговорили о темном маге.

Король остановился посреди коридора. Нет, не может такого быть. Или может? До встречи с магом Полина была к нему куда более благосклонна. Неужели этот жуткий тип ее впечатлил? Нет, ну не может такого быть.

Король продолжил свой путь, и через минуту распахнул дверь в свой кабинет. Леди Амалия, утопающая в пышных воланах, ожидала короля.

– Здравствуйте, ваше величество.

При виде короля она поднялась в кресле и склонилась в глубоком реверансе. Король молча рассматривал ее. Красивое лицо с правильными чертами, ладная фигура, искусно подчеркнутая модными мастерицами. Приходилось признать: принцесса была очень хороша собой, не просто же так он влюбился в нее с первого взгляда. Впрочем тогда, ослепленный ее красотой, он не заметил тогда, что видел сейчас: ледяные, почти безжизненные глаза, хищно изогнутая линия рта. Черт возьми, как же ему, идиоту, тогда повезло. А ведь он мог заполучить ее в жены. Нет, принцесса Амалия определенно задалась целью испортить ему жизнь, и бог с ней, с сорванной свадьбой. Но из-за нее Полина сбежала со свидания.

– Что вам угодно? – не слишком-то любезно спросил король.

– Прежде всего, – она улыбнулась, – я хотела бы извиниться за то недоразумение с нашей свадьбой.

Недоразумение? Она так это называет? Король нахмурился.

– Вы считаете, что ее не следовало бы отменять?

– О нет, конечно! Я считаю, что ее не следовало назначать, но поверьте, я не со зла и вовсе не хотела вас оскорбить. Я была слишком расстроена вероломством вашего брата, и в тот момент мне казалось выйти замуж за другого хорошей идеей. Но к счастью, я вовремя поняла, что эта идея и близко не была хорошей.

– Очень интересно. – Король сложил руки на груди.

– Ваш брат, принц Голайн, негодяй и бабник.

– И тем не менее, насколько мне известно, у вас во дворце ведется подготовка к вашей свадьбе…

– Что поделать, сердцу не прикажешь, – улыбнулась принцесса. – И я за то, чтобы эта свадьба состоялась. Но есть одно маленькое обстоятельство. – Она улыбнулась с самым невинным видом. – Мой жених сейчас немножечко в тюрьме.

– И вы хотите, чтобы я его выпустил? Ни за что.

– Не торопитесь с решением, ваше величество.

Принцесса подошла к нему ближе.

– Обдумайте и вы поймете, что это лучший вариант. Объявите его изгнанником, запретите пересекать границу вашего королевства до конца жизни, и вы избавитесь от этой проблемы. А уж я за ним присмотрю, не сомневайтесь.

– Помнится, на пальце моего брата оказался удивительный магический артефакт. В тюремной камере он не работает, как и любая магия, но снять его не смогли. Насколько я понимаю, это ваш подарок?

– Мой, – улыбка принцессы снова стала хищной. – Поверьте, я нашла на него управу. Больше никаких девиц, заговоров и прочих глупостей, он будет тише воды ниже травы.

– А потом, через пару, лет оклемается, и ваше королевство пойдет на наше войной?

– Не пойдет, – заверила принцесса. – Он у меня и думать забудет о том, чтобы развязывать войны.

Король Алард заглянул в ее глаза, и даже ему стало не по себе. Что ж, а ведь это лучшее наказание для братца. И кое в чем принцесса права: по крайней мере ему не придется ни подписывать собственному брату смертный приговор, ни держать его в тюремных стенах до конца жизни.

Нет, это и правда было отличное решение! Только показывать ей, что доволен, он не собирался. Напротив, с сомнением покачал головой.

– Более того, взамен на моего жениха наше королевство готово предоставить вам некоторые торговые преференции, – вкрадчиво произнесла принцесса.

Король Алард обошел принцессу по широкой дуге и уселся за свой стол.

– Что ж, я думаю, мы можем это обсудить, – сказал он.

Глава 36

Я открыла глаза, протянула руку и погладила Масю.

Видимо, уж очень она переживала за меня, раз не ушла спать в свою коробку, а осталась рядом на подушке. Я поднялась, сходила умыться, заказала завтрак и стала собираться на занятия.

Учебники, конспекты, расписания – все это теперь казалось таким далеким. В последние дни события развивались стремительно, и на учебу в этой череде приключений вообще не оставалось места.

Я посмотрела в расписание: две пары лекций и две практических. Ого, какой загруженный день. Может быть, так и лучше: не будет времени на то, чтобы думать о всяком несбыточном.

Я снова заглянула в расписание.

Гадание на картах. Разумеется, не на картах таро, а на тех самых, с загогулинами, в которых я ни черта не разбираюсь.

Я покосилась на полочку, где в пакетике, подаренном дознавателем, лежали мои карты. А потом решительно взяла их в руки. В конце концов, предсказательница я или нет? Вовсе ни к чему мучиться и страдать, сейчас сделаю расклад и все узнаю: что ко мне его величество чувствует, есть ли соперница и вообще все что захочу. Почему-то я не сомневалась: эти карты дадут ответ на все вопросы. И там не будет никаких недомолвок и разночтений.

Я задумчиво перетасовывала колоду в руках, когда в дверь постучали. Вот не буду отвечать. До занятий еще хороших полчаса и нечего меня беспокоить попусту. Но в дверь постучали еще раз, на этот раз настойчивее.

Я сложила карты в пакет и отправила их на полку. Если что-то настойчиво мешает разложить карты, значит, время узнать ответ не пришло, это вам скажет любая предсказательница, даже без высшего магического образования.

На пороге стояла Гариетта, и вид у нее был взъерошенный и перепуганный.

– Что, неужели опять что-то случилось? – устало спросила я. Сил на то, чтобы бежать и кого-то спасать не было, пускай все спасаются как-нибудь сами, без моего участия.

– Вас приглашают в королевский дворец, лично его величество. И велит взять вашего питомца. У вас есть питомец? – удивилась Гариетта.

Усталость и апатия сразу прошли. Все-таки король решил отобрать Масю? Что там он говорил, придумал какое-то «особое решение»?

Пусть только попробует, уж я ему устрою!

А Гариетта продолжала говорить будто извиняясь:

– Его величество велел прибыть немедленно, так что времени на сборы мало. У меня есть одно запасное платье, но оно немного… неудачное, поэтому ко двору его не надевали. Но другого выхода нет, поэтому придется…

– Не придется, – перебила ее я. – Пойду прямо так.

На мне было форменное платье и мантия.

– Но это не по протоколу, не по этикету… не положено… – забормотала Гариетта.

– Сомневаюсь, что его величество велит бросить меня в тюрьму за такое неуважение. В конце концов, он сам сказал явиться немедленно, а значит на сборы времени нет.

– Я провожу тебя к порталу? – спросила Гариетта.

– Нет, зачем, у меня есть цветок.

Я вздохнула. Вот уж неосмотрительно со стороны его величества оставить мне этот подарок после того, как он вновь начал общаться со своей бывшей невестой. А вдруг я появлюсь в самый неподходящий момент, испорчу всю романтику.

Я быстро закрыла дверь, хотя Гариетта и пыталась заглянуть мне через плечо. Видимо, хотела рассмотреть того самого таинственного питомца. Но когда я повернулась, Мася уже дисциплинированно сидела в коробке. Неужели что-то понимает? И судя по всему, она вовсе не против отправиться во дворец.

– Не волнуйся, дорогая, – сказала я ей, – я тебя в обиду не дам, никому. Даже всяким злым и вредным королям, ясно?

Мася потерлась о мою руку и поудобнее уселась в коробке.

А я оторвала лепесток и через мгновение оказалась возле двери в огромный зал.

Как я поняла, что он огромный? Дверь была открыта, а голоса, которые доносились оттуда, подхватывало эхо.

– Я категорически против, – сухо и твердо говорил один голос, низкий, мужской, суровый. – Я видел этих тварей и на что они способны. И последнее, чего бы мне хотелось, чтобы с кем-то из них столкнулась моя жена.

– Дружище, – этот голос я знала хорошо. Как только он зазвучал, мое сердце на мгновение перестало биться, а потом заколотилось с удвоенной скоростью. Его величество король Алард Первый. – Безопасность леди Юлии и для меня очень важна. Неужели ты всерьез думаешь, что я мог бы подвергнуть ее риску?

Я на мгновение перестала дышать. Теперь понятно, кто там. Тот самый магистр Рониур, супруг леди Юлии. И кажется, гениальный план короля ему совсем не нравится.

– Эта тварь, – начал он, но король закончил за него:

– … спасла мне жизнь. А еще всеми лапами обнимала почтенного графа, и последние несколько дней живет в комнате у студентки, и умудрилась даже ни разу не показаться никому на глаза. Умная.

– Да будь она хоть академиком, – взорвался магистр Рониур, – я не позволю…

Тут в спор вмешался третий голос, женский.

– Уважаемые господа, – сказала Юлия. – А моего мнения спросить вы не хотите?

– Милая, ну какое здесь может быть мнение, – начал магистр Рониур уже куда сдержаннее, чем говорил с королем.

– Я хочу попытаться.

– Ты не понимаешь, – возмутился Рониур, но она не дала ему договорить:

– Я все прекрасно понимаю, и совершенно уверена, что эта ваша Мася ничуть не опаснее моего Рыжика.

– Это был бы отличный аргумент, дорогая, – сказал магистр, – если бы твой, хм, Рыжик не был бы самым опасным чудищем королевства.

Но по голосу было слышно: он сдался.

– Имей в виду, – сказал он наконец, видимо, обращаясь к королю, – если она хоть лапу протянет в сторону Юлии, я ее уничтожу тут же.

– И я тебе помогу, – заверил Алард, – но она не протянет. У меня была возможность пообщаться с темным магом. Все эти прорывы, когда чудовища сыпались на нас с неба, – побочный эффект от одного из ритуалов. Он и из того мира пытался выкачать энергию для своего эликсира бессмертия, но что-то пошло не так. Эти твари совершенно не хотели на нас нападать, просто их затягивало в эти жуткие дыры в пространстве. Они падали сюда, видели, что на них нападают, и начинали обороняться. Они не злые и не добрые. Просто такие же, как и мы. Ну, внешне чуть-чуть различаются.

На душе как-то сразу потеплело. Вот значит, как король на самом деле относится к моей Масе. Не боится, не презирает, а считает, что она такая же, как и мы. Сердце сжалось. Теперь Алард казался мне еще ближе, дороже и роднее, и тем больнее было его терять.

Стоять под дверью больше было незачем, и я сделала шаг внутрь. Мы действительно оказались в огромной зале. Это они так подготовились к тому, что моя Мася может увеличиваться в размерах?

– Здравствуйте, ваше величество, здравствуйте, леди Юлия. Здравствуйте, магистр Рониур.

– Привет! – Юлия помахала мне рукой, давая понять, что нормы дворцового этикета временно отменены. – Покажешь свое чудовище?

Сейчас Мася совершенно не выглядела пугающей, скорее дружелюбной.

– Но зачем? – задала я свой главный вопрос. Похоже, его величество посвятил всех в свои планы, кроме меня.

– Я ментальный маг, ну, то есть, пока еще учусь. Но Алард считает, что мы с твоей Масей можем установить ментальную связь, и вроде как поговорить.

– Вот это да, было бы здорово! – ответила я.

Но внутри как-то кольнуло: она назвала короля Алард. Впрочем, разве стоит этому удивляться, она жена его лучшего друга.

– Это Юлия, – сказала я Масе, – и она хочет с тобой поговорить.

Я осторожно передала коробку с паучком и заметила, как напрягся магистр Рониур. И тоже напряглась. И тут Юлия меня удивила: она уселись на пол, прямо в пышном платье, и поставила коробку рядом с собой. Какое-то время они просто смотрели друг другу в глаза, а потом Юлия сказала:

– Имя Мася ей очень нравится. Оно ей подходит. Дома ее звали похожим образом, но вряд ли я смогу это воспроизвести.

– Вы понимаете друг друга?

– Да, и те из присутствующих, которые опасаются за мою жизнь, могут расслабиться. Мася совершенно не агрессивна, по крайней мере, до тех пор, пока никто не отрывает лапки ее друзьям. Так что пока я не начну выламывать руки леди Полине, я в полной безопасности.

После этих слов магистр Рониур немного успокоился, но все же был начеку.

– Может быть, ты хочешь что-нибудь у нее спросить? – обратилась Юлия ко мне.

– Я? Конечно, хочу.

В следующие полчаса выяснилось, что моя Мася не совсем детеныш, по их паучьим меркам она, скорее, подросток. Что ковры, которые она создает, – это произведения искусства. В своем мире она думала, что так будет зарабатывать себе на жизнь. И в принципе, в этом мире будет не против, если ей устроят какую-нибудь выставку.

Весть о том, что вернуться домой уже не получится, она восприняла спокойно. Она здесь уже привыкла, и еда тут вкусная, особенно пироги и плюшки. Гораздо вкуснее, чем какие-то мухи. К тому же у нее тут появились друзья, и это не только я.

Она требует, просто категорически, чтобы ей разрешили общаться с ее другом. Они ведь почти как родственники, он тоже пушистый.

Вскоре к этому интервью присоединился король, а под конец даже магистр Рониур увлекся и задал пару вопросов.

– Мне кажется, все уже немного устали, – подала голос я, когда заметила, что Мася нетерпеливо сучит лапками, да и Юлия выглядит бледной. Все-таки ментально общаться с иномирным существом наверняка занятие не из легких.

– Что скажете, леди Юлия? Это существо не опасно и может быть рядом с леди Полиной? – спросил король.

– Может, – улыбнулась Юлия и протянула мне коробку.

Магистр Рониур попрощался, обхватил супругу за талию и поскорее увел, видимо, опасался, что король придумает еще какие-нибудь тесты.

Пора было уходить и мне.

– До свидания, ваше величество, – сказала я и шагнула к выходу.

Вроде бы, пока я была увлечена происходящим, чувствовала себя вполне неплохо. Но сейчас прежняя боль вернулась в сердце, и я боялась, что не выдержу и секунды и бессильно разрыдаюсь.

А вот этого нельзя было допустить никак, ни в коем случае.

Глава 37

– Стоять!

Король сказал это так резко и сурово, что я застыла на месте и испуганно обернулась. Никогда не слышала, чтобы он так разговаривал.

– Куда это ты пошла? Я тебя не отпускал. Никакого уважения к короне!

Его глаза и правда метали молнии, и мне стало не по себе. Куда вообще делся тот приятный парень, с которым я общалась в последнее время, и кто этот суровый незнакомец?

Впрочем, понимание пришло тут же: возможно, тогда король действительно был немного мною увлечен, особенно если учитывать то, что внешне я похожа на его истинную любовь. А она, между прочим, принцесса.

Может, у него в голове все перепуталось, и он нормально относился к моим выходкам, потому что вроде как ассоциировал меня с ней. Но теперь оригинал снова вернулся в его жизнь, а значит я стала тем, кем и была все это время на самом деле – одной из его подданных.

Тех самых подданных, которых он имеет права казнить или миловать.

– Простите, ваше величество, – пролепетала я.

Но он в несколько шагов сократил между нами расстояние и повернул меня лицом к себе:

– Ты никуда не уйдешь, пока не объяснишь мне, что я сделал не так. Все же было хорошо.

Я удивленно моргнула. Он это о чем?

– И вообще, я король, и я приказываю сейчас же мне сказать, чем ты недовольна.

Он уставился на меня в упор, упрямо закусив губу. Ах вот, значит, как?! Приказывает он. Никакие доводы разума, вроде того, что передо мной и правда король, который и правда может мне приказывать, да и не только мне, а и вообще кому угодно, не сработали. Вся боль и обида, которая копилась во мне со вчерашнего дня, темной сажей оседая в душе, вдруг всколыхнулась и поперла наружу, и удержать ее было никак не возможно.

– Невесте своей приказывайте, ваше величество.

– Какой еще невесте? – он сделал вид, что не понимает.

– Принцессе, как бишь ее…

Имя крутилось на языке, но никак не вспоминалось. Видимо, мой мозг решил, что мы с ним проживем и без этой информации, и вышвырнул ненавистное имя куда подальше.

– Так вот в чем дело, – на губах короля появилась такая самодовольная ухмылочка, что мне ужасно, ужасно захотелось его стукнуть. – Ну… Я бы, конечно, приказал что-нибудь принцессе Амалии, но, боюсь, это невозможно.

– Естественно, невозможно. Станет она вас слушать! – буркнула я. – Она же принцесса.

– И это тоже, – ухмылка короля стала еще шире. – А еще сегодня утром она отбыла к себе на родину. Вместе со своим женихом, принцем Голайном. И, откровенно говоря, я от души надеюсь, что никогда больше эту парочку не увижу.

– Потому что вы влюблены в принцессу и вам это доставит страдания? – вырвалось у меня.

Такого искреннего, чистого изумления на лице короля я не видела ни разу.

– Ты с ума сошла?

И я вдруг поняла, что все правда, и принцесса ему совершенно не нравится, скорее, даже наоборот. Предательское сердце забилось быстро и радостно, но я постаралась его осадить.

То, что он не любит принцессу, вовсе не означает, что он питает какие-то чувства ко мне.

– Что ж, – холодно отчеканила я, – рада, что мы это выяснили. И вот еще хочу что сказать: если вы попытаетесь вручить мне какой-нибудь замок или титул, вроде как за ваше спасение, я это не приму. А теперь я пойду.

Я высвободилась из стальной королевской хватки, но он снова меня поймал. Осторожно взял коробку с Масей из моих рук, поставил ее в сторону на какой-то эксклюзивный столик, заглянул в глаза тем самым странным пристальным взглядом, от которого у меня побежали мурашки по коже, и произнес:

– Демоны меня побери, если я понимаю, что сейчас тут происходит. Но кажется, я знаю, как это можно исправить.

Он притянул меня к себе. И поцеловал.

Да как он смеет?! Вот деспот, сатрап, тиран!

Я стиснула кулаки, собираясь отбиваться до последнего.

Что за вероломное нападение? Не буду я с ним целоваться. Я вовсе не хочу с ним целоваться. Разве что немножко. Чуть-чуть… Совсем капельку…

Кулаки сами собой разжались, ладони с наслаждением скользнули по сильным плечам и зарылись в густые теплые волосы. Как я давно мечтала…

Я прижалась еще крепче и приоткрыла губы.

Все вопросы подождут.

Что-что, а целовался его величество умопомрачительно.

Эпилог

Мася вползла в окно, подбежала ко мне и потерлась о ногу.

– Что-то ты сегодня рано, – улыбнулась я, – неужели так быстро закончила?

И уставилась на нее в ожидании ответа. А потом спохватилась: нужно же активировать артефакт, который для меня изготовила леди Юлия. Теперь мы можем общаться с Масей.

Она оказалась не просто милым питомцем, но и очень интересным собеседником. А с кем еще так поговоришь об искусстве?

Сейчас Мася готовилась к выставке. Вообще-то ее самотканых картин уже давно хватило бы на то, чтобы устроить экспозицию прямо в студенческих домиках. Это была моя идея, чтобы зрители переходили от одного домика к другому, а я растолковывала бы всем желающим, что хотел сказать автор, благо, прямая связь с автором налажена.

Только вот вдруг выяснилось, что работы Маси пользуются огромным спросом, их все время покупают. Еще бы, ведь несколько ее тканых картин висят в королевском дворце. А это лучшая реклама. Но мы верили, еще чуть-чуть – и картин насобирается как раз на выставку.

Я заказала Масе яблочный пирог и стала зажигать свечи. Мася недовольно забубнила, свечи ей не нравились. Она вообще плохо относилась к открытому огню.

– Ну извини, дорогая, – сказала я. – Скоро ко мне в гости придут подружки. У нас вроде бы как девишник, будем гадать и все такое. Так что свечи нужны для антуража.

Мася еще немного поворчала, а потом спряталась в коробке, но артефакт попросила не выключать. Все ясно, собирается подслушивать.

Вскоре начали собираться девчонки. Лартисса принесла с собой всякие травки и сразу же начала заваривать чай.

Бриззина притащила собственноручно сделанный артефакт тишины, установила его на входе и заявила, что теперь ни одна зараза нас не подслушает. Я хотела сказать, что не особенно мы кому-то нужны, нас подслушивать, но Бриззина была так серьезна, что я не стала.

Ярна с Олиорой принесли руны и камушки. Да-да, те самые камушки, которые совсем недавно считались ерундой для начинашек. Когда по факультету ясности разнеслась весть, что при помощи камушков я предсказала покушение на короля, и потом это предсказание спасло ему жизнь, они стали пользоваться большой популярностью.

А я достала, разумеется, те самые карты таро. Они уже немного потрепались, краски стали не такими яркими. Бриззина посмотрела на них долгим профессиональным взглядом.

– Мы с магистром Вирастольфом вот-вот закончим, станут как новенькие, – пообещала она.

Я покосилась на нее с опаской. Они с медведем уже месяц как загорелись этой идеей. Создать волшебную пыльцу, которая сделает мои карты вечными и не позволит им линять или выцветать. И теперь увлеченно над этим работали, и вроде бы даже Бриззина собирается писать по этом вопросу целую научную работу.

Услышав знакомое имя, Мася любопытно высунулась из коробки. Я не удержалась и хихикнула.

Граф Вирастольф после тех событий, разумеется, ни разу не появлялся в моей комнате, но разве это могло остановить Масю?

Где бы ни был ее драгоценный граф, она всегда безошибочно его находила, просачивалась в любую щель и в самый неожиданный момент набрасывалась на него всеми своими пушистыми лапами, приводя графа в ужас. Впрочем, в последнее время ужас графа казался не таким уж и искренним. По-моему, он смирился.

В результате путем долгих переговоров нам удалось убедить Масю, чтобы она не проявляла свою нежность, когда магистр читает лекции или ведет практические. Взамен граф пообещал ей ежедневные обнимашки. И все вроде как наладилось.

– Ну что, кому первому гадаем? – спросила я, отпив из чашки ароматнейший напиток Лартиссы.

– Мне, – вызвалась Бриззина, – надо выяснить, что у этого негодя на уме.

Да-да, у Бриззины появился свой собственный «негодяй». На самом деле, конечно, никакой не негодяй, а отличный парень с бойцовского факультета. Он был такой высокий и настолько широк в плечах, что даже наша Бриззина смотрелась рядом с них хрупкой и миниатюрной.

Я, а следом за мной Ярна и Олиора, дружно заверили Бриззину, что «этот негодяй» – вовсе никакой не негодяй, а очень даже порядочный парень и на каникулах планирует познакомить ее с родителями.

– Ну, кто следующий? – спросила я.

Все посмотрели на Лартиссу, но она скромно потупила глазки и, отчаянно засмущавшись, сказала:

– Мне на любовь гадать не нужно.

И показала руку. На ее тонком пальчике красовалось колечко с небольшим, но очень красивым камнем.

– Да ну? Он сделал тебе предложение?

– Ух ты, покажи!

– Какое красивое!

Девчонки окружили Лартиссу, едва не расплескав чай.

– С любовью все ясно, – повторила Лартисса, – но вот хотелось бы узнать, возьмет ли меня главный лекарь к себе помощницей на практику. Он первокурсниц не берет, а мне уж очень хочется.

Олиора и Ярна сосредоточенно раскладывали руны и бросали камушки, а я искала ответ в картах.

– Вообще-то он очень пока еще в раздумьях, – сказал Олиора. – Он человек правил…

– Но не сомневайся. Очень тебя ценит, – добавила Ярна. – Это любому видно. Считает лучшей студенткой.

Все взгляды обратились на меня. Я вздохнула. В последнее время о каком бы предсказании речь ни шла, все ждали моего мнения. Хотя зачем, спрашивается? Вон Олиора и Ярна прекрасно справились.

– Он еще сам не знает, что решит. Но по тому, что я вижу, решение должно быть положительным.

Лартисса радостно захлопала в ладоши.

Затем мы гадали еще Олиоре и Ярне. Ни одна из них пока еще не нашла избранника, но судя по тому, что сказали карты, Ярна встретит своего в ближайшее время, а вот Олиора уже встретила, просто еще не знает, что это он.

И мы еще долго хихикали, предполагая, кто это мог быть.

– Ну вроде бы все, всем погадали. – подвела итог я. – Лартисса, нальешь еще своего волшебного чая? Он просто невозможно вкусный.

– Что значит всем погадали? – воскликнула Ярна, а Олиора подхватила:

– Тебе не кажется, что ты кого-то забыла?

– Да-да, что это за дела? Сапожник без сапог!

Я растерялась.

Гадать мне?

А зачем? Незачем же ведь.

У нас с Алардом, ну, то есть с его величеством, все хорошо. Он, конечно, в последнее время очень занят. Трудно совмещать учебу с управлением государством, особенно когда на каждом шагу всякие заговоры и темные маги пытаются творить всякие темные дела. Но все-таки, когда находится свободная минута, он старается провести ее со мной. Мы ведем долгие разговоры и целуемся так жарко, что ноги подкашиваются.

И говорить об этом мне ни с кем не хочется, вот совсем. И не потому, что боюсь сглазить. Не боюсь. Просто это личное, такое, что делиться не станешь, даже с подружками.

В общем, все у нас хорошо, и не о чем тут гадать. Но Ярна с Олиорой уже начали бросать камешки и выкладывать руны.

– Ого! – глаза Олиоры сделались круглыми. – Да у нас тут, кажется, скоро свадьба!

Ярна взглянула на руны, выложенные перед подругой, и продолжила рассыпать камни.

– Очень похоже на то.

Теперь все четверо смотрели на меня выжидательно.

– Ты от нас что-то скрываешь?

– Нет же, – честно воскликнула я. – На знаю ничего ни о какой свадьбе.

– Так! – хлопнула по столу Бриззина. – Сейчас же доставай свои карты, только они правду скажут, – велела она.

– Да что вы, девчонки, все это…

– Немедленно, – тихо прошептала Лартисса.

Все смотрели на меня так серьезно и выжидательно, что я сдалась.

– Ладно так и быть, сделаю самый простенький расклад.

Я выложила несколько карт, и сердце пропустило удар. Значение этого сочетания было более чем очевидным: скорая свадьба, и никаких разночтений тут быть не могло. Кажется, девчонки все поняли по моему лицу.

– Ну что ты скажешь, ваше будущее королевское величество? – хихикнула Лартисса.

– Тише, – зашипела на нее я. – Не вздумайте кому-нибудь рассказать!

– Почему нет? – не поняла Бриззина. – Твои предсказания всегда сбываются, так что ошибки быть не может.

– Ошибки быть не может, – раздраженно проговорила я, – но будет странно, если эту новость король узнает от кого-нибудь другого. Дайте уж ему возможность самому созреть и сделать предложение, раз уж… – я бросила взгляд на карты… – раз уж все так.

– А ведь и верно, – Бриззина обвела присутствующих суровым взглядом. – Если кто-нибудь ляпнет, сама лично космы повыдергиваю.

Все сразу притихли. Наша компания в последнее время сдружилась, но Бриззину мы все равно побаивались.

– И в мыслях не было болтать, – быстро сказала Ярна.

Мы разошлись еще не скоро, долго сидели, пили чай и обсуждали последние новости.

А когда наконец разошлись, я обнаружила на тумбочке записку. Его величество нашел возможность обмениваться со мной магической почтой. С замиранием сердца я развернула листок и прочитала: «Завтра в шесть жду в королевском парке. Мне надо тебе кое-что сказать».

Я улыбнулась, прижала записку к груди, а затем сунула ее под подушку. Теперь, главное – завтра суметь сделать вид, что я очень, очень удивлена.

Content

Старр Матильда Прорицательница. Академия мертвых душ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Эпилог