Джоанна Блайтмэн

По косточкам. Разделываем пищевую индустрию на части

Памяти Дерека Купера,

рядового солдата пищевых войн

Swallow This: Serving Up the Food Industry’s Darkest Secrets by JOANNA BLYTHMAN

Copyright © Joanna Blythman 2015

This edition is published by arrangement with Curtis Brown UK and The Van Lear Agency

© Поникаров Е.В., перевод на русский язык, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Введение

Журналисты не любят, когда им впаривают лишь половину истории, но, несмотря на 25-летний опыт расследований в сфере производства пищевых продуктов, шесть написанных книг и коллекцию наград и призов на полке, у меня есть смутное подозрение, что именно это и происходит. Где-то на задворках моего сознания роятся вопросы о еде, которую мы употребляем, – вопросы без ответов или лишь с неполными ответами. Насколько «натурален» процесс создания «натурального» ароматизатора? Что собой представляет модифицированный крахмал и почему он так часто входит в состав продуктов? Что делают с питой, чтобы она оставалась «свежей» целых шесть месяцев? Почему, когда я ем салат из супермаркета, вкус во рту остается еще несколько часов? Медленно, но верно я осознавала, насколько мало в публичном пространстве информации о производстве пищевых продуктов, несмотря на все усилия тех из нас, кто говорит о внутренней работе этой отрасли.

Сейчас такое мнение может показаться нелогичным: в конце концов, вы правы, если считаете, что всяческие разоблачения в этой сфере – непременная часть новостных заголовков. Внимание СМИ всегда привлечено к мошенничеству в сфере питания. Благодаря таким разоблачениям мы знаем, что жулики добавляли конину в некоторые из самых популярных мясных продуктов. И у нас есть основания подозревать, что это лишь верхушка айсберга.

Но мое разочарование и ощущение, что я не совсем улавливаю суть дела, было фундаментальнее. Забудьте о незаконной деятельности в сфере производства пищевых продуктов. Что насчет совершенно законных действий, которые ежедневно совершаются за кулисами? Что мы знаем о них? Я не говорю о первичных производителях пищевых продуктов – фермерах и садоводах, о том, что происходит на фермах и на полях. Это звено в цепочке достаточно хорошо контролируется и представляется вполне прозрачным. Ровно так же не говорю о скотобойнях, где опять же организованы регулярные проверки, включая появление вооруженных видеокамерами тайных репортеров из организаций по защите животных. Нет, предмет моего растущего беспокойства состоял в том, как мало мы на самом деле знаем об обработанной пище, о еде, которая находится на полках супермаркетов в коробочках и бутылках, – обо всем, что поступает к нам в той или иной упаковке. В общем, о еде, с которой что-то сделали, чтобы она стала более удобной и готовой к употреблению.

Я заинтересовалась не только очевидно обработанными продуктами: готовыми обедами, куриными наггетсами, картошкой для микроволновки или консервированными супами, – мое внимание привлекла и та еда, что несет на себе не такие явные отпечатки работы пищекомбината: вымытый салат, смузи, йогурт, сыр, батончики мюсли, мясная нарезка, свежая рыба, хлеб, фруктовый сок, приготовленные овощи и т. д. Многие информированные потребители сегодня стараются избегать продуктов из первой группы, но вам придется стать отшельником на необитаемом острове, чтобы не столкнуться с едой из второй категории.

Медленно, но верно готовая еда занимает все более значительное место в нашем рационе. Возможно, вы с легкостью устоите против наггетсов из индейки, готового обеда, ядовито-яркого фруктового «напитка» или мягкого батона обычного белого хлеба. Вы можете даже бойкотировать самые сомнительные, явно ухудшенные виды продуктов питания, но вам будет трудновато избежать 6 000 пищевых добавок: ароматизаторов, глазирователей, улучшителей, агентов против слеживания, растворителей, консервантов, красителей, кислот, эмульгаторов, антиадгезивов, антиоксидантов, загустителей, отбеливателей, подсластителей, хелаторов, а еще неизвестных «технологических веществ», которые обычно используются за кулисами производства современных продуктов питания. Этот превосходный копченый окорок и салями, тот «ремесленный» хлеб на закваске, эта с виду натуральная левантийская халва, тот «традиционный» зрелый сыр чеддер, эти якобы полезные для здоровья «деревенские» злаки для завтрака, тот роскошный бельгийский шоколад, этот фирменный кофе и те чудесные пробиотические напитки, эти девственные йогурты, кажущиеся чистыми, как сугробы снега, те внешне безобидные бутылки растительного масла и многое, многое другое, вероятно, имели куда более тесные связи с современными технологиями производства продуктов, чем нам кажется.

Любопытно тут то, что, какими бы ни были обработанные продукты – простыми или более изощренными, способ их производства остается загадкой. Конечно, содержимое любой коробки, жестянки, пакета, банки или бутылки обязано иметь этикетку с составом, и многие из нас стали настоящими специалистами по чтению таких этикеток в надежде избежать ингредиентов, названия которых звучат «неестественно химически». Но знаете, в чем дело? Многие из добавок и ингредиентов, которые раньше бросались на нас с этих этикеток, извещая об имитации и о чем-то трудном для понимания, потихоньку исчезли из этих списков.

Означает ли это, что состав продуктов улучшился? Возможно. Но есть и альтернативное объяснение. За последние несколько лет многие пищевые компании приступили к операции под названием «„чистая“ этикетка» для удаления с этикеток наиболее вопиющих промышленных ингредиентов и добавок и замены их на другие, названия которых звучат мягче и пристойнее. Многие из фабричных обработанных продуктов на наших полках прошли через процедуру создания нового имиджа, а многие получили и новые маркировки – с использованием вызывающих доверие модных слов: «антиоксидант», «без содержания глютена», «цельное зерно», «больше», «меньше», «с высоким содержанием», «с низким содержанием», «с пониженным содержанием сахара» и т. д., – слов, которые призваны убедить нас в том, что все они способствуют здоровью и пользе на нашем столе. Все вместе они воспринимаются как довольно информативный хор.

Но если попробовать копнуть поглубже, как хотелось сделать мне, чтобы шагнуть за пределы надписей на этикетках, – можно наткнуться на стену секретности. Как на самом деле изготавливают готовый к употреблению пастуший пирог[1]? Почему в мясном пироге с элем есть кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы? Как создаются бескалорийные подсластители? Что заставляет вишни на фруктовом торте оставаться прочными? Почему эти перцы так сияют? Зачем в свиной колбасе нужен говяжий белок? Будьте готовы к тому, что ответов вы не получите.

В те времена, когда производители и продавцы продуктов питания стереотипно относились к людям, пишущим о еде, как к пустоголовым писакам, которых можно использовать для повышения показателей продаж своих товаров, несколько крупных пищевых компаний открыли им свои двери. Для них организовали тщательно цензурированный «дипломатический тур» по предприятиям, бо́льшая часть которого проходила вдали от шума и проблем цехов в относительном спокойствии отдела разработки. Предполагалось, что здесь они поахают и поохают о последнем созданном блюде, которое вскоре отправится в магазины всей страны, а потом восторженно напишут о нем в журналах и приложениях к ним. Знаменитым поварам-«консультантам» щедро платили за то, что они одобряли продукты, выпущенные промышленными пищевыми компаниями, рассыпая на них звездную пыль, которая окружает их восхитительную профессию.

Эта романтика кулинарных СМИ прекратилась, когда сомнения в отношении методов производства пищевой промышленности достигли критической массы и на новостных страницах начали появляться пищевые скандалы. Например, в 1990 году норфолкский король индеек Бернард Мэттьюз резко оборвал личную беседу со мной в своем кабинете, когда я стала задавать вопросы о механически восстановленном мясе и попросила, чтобы мне показали один из его цехов для птицы, не имеющих окон.

В течение как минимум последнего десятилетия крупные производственные компании, превращающие ингредиенты в продукты, держатся в тени. Они ищут убежище в правилах по охране здоровья и безопасности; в конце концов, фабрики – это опасные места. Они прячутся за принципами коммерческой тайны. Мы же не можем сообщать нашим конкурентам, что у нас в секретном рецепте, не так ли? Это вполне справедливо, но вместе с тем это и прекрасный способ чинить препятствия людям, которые хотят знать чуть больше о происхождении их пиццы со свининой или контейнера с овощами, который разогревается в микроволновке.

Сегодня производители предоставляют отвечать на запросы торговым организациям. В свою очередь, торговые организации прибегают к неэффективной и подтачивающей волю людей процедуре обслуживания с помощью звонков в кол-центры. Тактика здесь состоит в том, чтобы утопить дозвонившихся в избыточных и в основном не относящихся к делу материалах (длинные списки аллергенов, подсчет калорий и т. д.), не отвечая ни на какие каверзные вопросы. Самым настойчивым может достаться шаблонное ответное письмо из штаб-квартиры корпорации, в котором содержатся безликие, лишенные конкретики фразы вроде: «Каждый ингредиент в этом продукте соответствует стандартам качества, нормам ЕС, дополнительным протоколам, основанным на жестких международных требованиях и наших собственных строгих стандартах… бла-бла-бла». Иными словами, спасибо и до свидания.

Сегодня мало кто из журналистов озаботится обращением в пресс-службы крупных продуктовых ретейлеров или производителей, разве что у них будет какой-то весьма конкретный узкий вопрос типа: «Вы продаете полосатого тунца, пойманного кошельковым неводом?» Любой более широкий запрос, вероятно, встретят облаком слов, еще менее питательным, чем вафли на завтрак. И даже в этом случае не ожидайте быстрого или какого-то вразумительного ответа. Сотрудники пониже рангом просто зарегистрируют запрос, а если он покажется проблематичным – отправят его начальству повыше. В этом случае работой займутся специалисты по связям, которые составят тщательно сформулированный ответ, но если вы уберете из него все лишнее, то обнаружите разве что минимально допустимый существенный факт.

Если говорить начистоту, мало кто за пределами мира обработки пищевых продуктов (будь то журналисты или другие люди) имеет возможность задавать соответствующие вопросы. Вам нужно несколько разобраться в предмете, чтобы знать, какие вопросы задавать, а все усложняющиеся технологии, применяемые в современном производстве еды, покрыты тайной для всех, кроме посвященных.

Поэтому я решила сделать достоянием общественности информацию о механике создания фабричной еды. С чего начать? Во время своих посещений мне удавалось видеть изнутри некоторые производственные помещения, которые в какой-то степени обеспечивали понимание, хотя заводские системы настолько сложны, что мне было непросто интерпретировать то, что я видела, или выяснить, какие части производственного процесса мне не показывали.

Что касается общих исследований с помощью всех ресурсов, которые предлагает интернет, то и здесь так же сложно найти существенную, полезную информацию. У всех компаний, которые поставляют ингредиенты для производства еды и напитков, есть свой сайт, доступный для всех желающих. Как правило, он содержит смесь старых пресс-релизов, статистику бизнеса («сколько людей мы нанимаем в той или иной стране» и т. д.) и раздел часто задаваемых вопросов. Хорошо заметно, что на этих открытых сайтах нет существенных фактов. Их создатели явно овладели искусством говорить много, не сказав при этом ничего. Все эти сайты предназначены, чтобы выставлять деятельность компании в нужном свете.

Кроме того, имеются отдельные сайты или веб-страницы компаний с доступом только для подписчиков, которые делятся сведениями о продуктах и разработках с участниками рынка. Они способствуют диалогу в сфере производства еды на более глубоком уровне: торговля говорит с торговлей. В частности, химическая промышленность получает возможность рассказать производителям продуктов питания, как можно разрабатывать и создавать еду. Здесь встречаются практические исследования, как можно революционизировать производство с помощью инновационных современных ингредиентов: ферментов, наночастиц, белковых изолятов, подкислителей, пермеатов, циклодекстринов и сахарных спиртов, – и предлагаются технические «решения» для часто встречающихся проблем. Даже когда дело касается деталей того, как какой-либо ингредиент, добавка или процесс реально затрагивает какой-нибудь напиток или еду, производителям почти всегда рекомендуют связаться с компанией напрямую, чтобы узнать, какие технические аспекты рассматриваемого продукта могут иметь отношение к их бизнесу.

Такие сайты, разумеется, представляют собой места, недоступные для посторонних. Чтобы попасть в этот клуб, нужно преодолеть различные препятствия. Например, когда я пыталась подписаться на Innovadex (ранее известную под названием Chemidex) – крупнейшую систему онлайн-поиска ингредиентов для производителей еды и питья, я получила следующий ответ:

Благодарим вас за регистрацию в Innovadex. Доступ к системе предоставляется не сразу и требует предварительного одобрения. Уведомление о вашем доступе будет прислано в течение одного рабочего дня. Innovadex.com – это интернет-ресурс, предназначенный специально для использования химиками и разработчиками рецептур. Участниками могут быть только утвержденные организации, которые используют информацию о продуктах и занимаются покупкой и использованием сырья и компонентов.

Излишне говорить, что никакой подписки на Innovadex я не получила. Такая же история происходила с сайтами «только для зарегистрированных пользователей» тех компаний, которые занимаются поставками для наших пищевых производителей. Здесь вы должны ответить на множество вопросов, призванных установить вашу пригодность. Как называется ваша компания? Какой у нее сайт? В какой области работаете (мясная, молочная, хлебобулочная)? Производитель или ретейлер? Какая у вас должность и обязанности в компании (разработчик продуктов, покупатель, обработчик и т. д.)? Сколько у вас работников? Каков ваш годовой оборот? В какой школе вы учились? Последнее – моя шутка, но, если вы не будете соответствовать критериям поиска, ваш запрос на подписку дальше не пойдет.

А как насчет посещения каких-нибудь всемирных саммитов, где производители продуктов питания встречаются с «дальновидными исследователями», «авторитетными экспертами» и «прогнозистами» из компаний – поставщиков ингредиентов? Здесь те же самые ограничения. Вы должны быть одобренным и проверенным участником этой отрасли, но даже если вы им являетесь, то установленная плата за посещение (несколько сотен, иногда тысяч фунтов) доступна только богатым корпорациям. Похоже, что в сфере производства продуктов питания не моргнув глазом выкладывают 1 999 фунтов за билет на конференцию или 399 фунтов за семинар, не считая НДС.

Если предположить, что вы в достаточной степени занудный ботаник, который желает прочитать и переварить содержательные технические документы, которые могли бы пролить свет на то, что происходит за кулисами пищевого производства, за такую возможность вам придется немало заплатить. Например, публикация «Ароматизаторы для пищевых продуктов и усилители вкуса: рыночные, технические и регулирующие аспекты», созданная компанией Mintel and Leatherhead Food Research – ведущей научно-исследовательской организацией в сфере пищевой промышленности, может просветить нас в вопросах применения таких добавок и дать представление о том, в каком количестве все мы употребляем их в пищу. Однако при цене 2 600 фунтов (столько стоят часы Rolex) такая покупка мало кому по плечу. Самыми различными способами производители продуктов питания и компании, поставляющие ингредиенты, создают эффективную разделяющую систему, которая не дает попасть внутрь посторонним лицам. Гласность – это отнюдь не главный принцип работы в сфере фабричных продуктов.

К счастью для потребителей, индустрия еды и питья не монолитна и не все компании считают, что потребителей лучше всего оставлять в неведении. Некоторые из таких компаний весьма любезно предоставили мне «крышу», позволившую пройти через проверку безопасности и получить беспрецедентный доступ к материалам, которые ранее не оказывались достоянием общественности. Они помогли мне приблизиться к сердцу современного производства продуктов питания. Эта книга рассказывает обо всем, что я там обнаружила, и даже для меня – опытной журналистки, пишущей о еде, – это было откровением.

В первой части я попыталась показать сцену, на которой разворачивается работа по производству еды и питья, – от заводского цеха до торгового зала супермаркета, и рассказать о современных событиях в отрасли. Во второй части я изложила, каким образом после своих исследований рассматриваю базовые характеристики продуктов отрасли: сладкое, жирное, старое, ароматизированное, окрашенное, водянистое, крахмалистое, хитрое[2] и упакованное. Где возможно, я позволяла говорить за себя самой индустрии. Цитаты показательны. Когда какая-нибудь компания предлагает производителям «индивидуальные маскирующие технологии для вкусов, которые вы хотите скрыть», или обещает продукты с увеличенным сроком годности, которые придают еде «свежесть» на несколько недель, то вы получаете представление о некоторых важнейших проблемах в этой сфере.

Фактически нас заставляют думать и верить, что на пищевых комбинатах все в целом идет так же, как на домашней кухне, только в более крупных масштабах. Это продиктовано корыстными интересами, трусливо и, на мой взгляд, вводит в заблуждение. После прочтения этой книги вы сможете увидеть, насколько принципиально – по концепциям, целям, поведению и духу – производство фабричной пищи отличается от домашней готовки. В отличие от домашних поваров, производители продуктов питания руководствуются инновациями. Они работают не на основании рецептов, проверенных временем, а с чистого листа. Каждый новый продукт – это, говоря производственным языком, «матрица», бесконечный пазл из возможных элементов, которые состоят либо из натуральных компонентов, либо целиком рукотворные; их можно составлять и переставлять, при необходимости доходя до молекулярного уровня, затем склеивать различными способами и во всевозможных формах, чтобы добиться определенных первостепенных целей. Для разработчиков продуктов и технологов – профессионалов, которые проектируют и создают никогда не заканчивающийся поток продуктов, цельные, сырьевые, необработанные продукты – это магазинная тележка с компонентами, с которыми можно поиграть.

Когда домашний повар решает испечь, например, бэйкуэллский пирог[3], он выбирает рецепт, собирает набор хорошо известных ингредиентов: малиновый джем, муку, масло, яйца, миндаль и сахар, – а затем выпекает пирог проверенным способом. А технолог на пищекомбинате подходит к этому почтенному десерту совершенно с другой стороны. Какие альтернативные компоненты мы можем использовать для «бэйкуэллского пирожного продукта», заменяя или сокращая дорогостоящие ингредиенты – все эти орехи, масло и ягоды? Как можно снизить количество масла, но усилить масляный вкус, маскируя использование более дешевых жиров с худшим вкусом? Какие подсластители можно добавить вместо сахара и оправдать слова «пониженная калорийность» на этикетке? Сколько раз можно использовать повторно тесто, оставшееся от предыдущего производственного цикла? Какие антиоксиданты можно кинуть в смесь, чтобы продлить срок годности пирога? Какой фермент лучше всего сохранит влажность миндального бисквита? Можно ли вместо обычного джема использовать смесь желе и малинового пюре с длительным сроком хранения? Что насчет покрытия миндального слоя невидимой съедобной пленкой, которая сохранит миндаль хрустящим несколько недель? Можно ли заменить часть муки крахмалом, чтобы придать выпечке больший объем? Какой яичный меланж будет меньше прилипать к производственной линии: порошковый иди пастеризованный? Нельзя ли использовать модифицированный белок, чтобы полностью избавиться от яиц или имитировать жир? И так далее, и тому подобное.

Согласно Федерации производителей продуктов питания и напитков (организация, которая заботится об интересах компаний в этой отрасли), производство продуктов еды и питья – «великая британская история успеха». Благодаря постоянному потоку удобной еды из полуфабрикатов, попадающей на наши тарелки, средняя доля доходов семьи, идущая на питание, снизилась с 50 % в 1914 году до 10 % в 2014 году. Фактически сейчас Соединенное Королевство тратит на еду меньше всех в мире, за исключением Соединенных Штатов.

Мы целенаправленно десятилетиями шли по этому англо-американскому пути питания. Джордж Оруэлл обратил внимание на эту тенденцию еще в 1937 году в книге «Дорога на Уиган-Пирс». Он писал: «Английский вкус, особенно вкус рабочего класса, сейчас почти автоматически отвергает хорошую еду. Число людей, которые предпочитают горошек в банках и рыбу в банках настоящему горошку и настоящей рыбе, должно расти с каждым днем». Он отмечал, что в Англии того времени человек ростом свыше шести футов представлял обычно «кожу да кости, и ничего сверх того», и приписывал это в основном «современным промышленным методам, которые снабжают вас дешевыми заменами чего угодно». Он недвусмысленно предупреждал, к чему нас может привести уход от настоящей домашней пищи: «В долгосрочной перспективе мы можем обнаружить, что консервированная пища – более смертоносное оружие, чем пулемет».

Каким же дальновидным был Оруэлл. Сегодня распространение фабричной еды в мириадах видов выражается не в таких формах, как было в 1930-х, и он бы не упустил этого нашего пристрастия. Все больше людей одновременно и переедают, и не получают достаточного питания – безумное следствие нашей зависимости от еды, произведенной промышленностью. В то время как Оруэлл связывал потребление готовой еды с излишней худобой, сегодняшний шестифутовый человек (как и большинство других жителей), скорее всего, будет иметь несколько килограммов лишнего веса. В наше время 60 % населения Великобритании имеют лишний вес, а четверть страдает ожирением.

Насколько оправданно будет возложить на обработанную пищу значительную часть вины за ожирение, хронические заболевания и резкий рост числа зарегистрированных пищевых аллергий? Есть несколько априорных причин отнестись к такой возможности серьезно. Во-первых, производители еды объединяют компоненты, которые не встречаются в натуральных продуктах, в частности соль, сахар и жир в наиболее быстро усваиваемых, сильно очищенных, лишенных питательных веществ формах. Могут ли эти современные конструкции вызывать привыкание? Это предположение все больше привлекает внимание исследователей. Во-вторых, промышленная еда часто содержит химические вещества с известными токсичными свойствами, хотя нас и уверяют, что при низких концентрациях это не должно вызывать беспокойство. В-третьих, индустрия обработанных продуктов печально известна тем, что еще долго активно защищала спорные ингредиенты (например, частично гидрогенизированные масла) уже после того, как появились хорошо документированные подозрения, которые впоследствии были подтверждены.

Похоже, принцип предосторожности не занимает важного места в расчетах индустрии полуфабрикатов, а лоббистская сила этого влиятельного сектора такова, что он не выходит на первый план при обсуждениях в наших, с позволения сказать, регулирующих органах. Если бы это произошло, то было бы намного проще избавиться от промышленных продуктов, которые с большой вероятностью наносят вред вашему здоровью. В этой книге вы найдете примеры потенциально опасных ингредиентов и процессов, которые используются при производстве еды и питья, однако регулирующие органы не могут ограничить их применение в силу того, что пока еще нет полной неопровержимой уверенности в их вреде.

Мне бы хотелось иметь возможность сказать, что власти трудятся в интересах населения, чтобы обуздать самые неприятные перехлесты в индустрии обработанных продуктов. Я была бы рада, если бы все поднятые в книге проблемы были отметены стратегической деятельностью правительства: улучшением маркировок, налогами на негодные продукты, ужесточением контроля в промышленности. Однако полагаю, что ад замерзнет раньше, чем государство предпримет радикальные действия, чтобы защитить нас от вреда, вызванного обработанными продуктами. Зачем? Ведь эта отрасль чертовски прибыльна.

Суть в том, что уже есть разумные основания предполагать: рацион, богатый обработанной едой, вреден для нас. Мы можем либо ждать, пока это будет «доказано» и деятельность компаний, продающих нездоровую пищу, будет ограничена, либо начать действовать в соответствии с нашим собственным принципом предосторожности – потребляя меньше полуфабрикатной еды и больше готовя самостоятельно с нуля.

Это не означает, что не бывает здоровой, полезной фабричной еды. Я с удовольствием использую множество обработанных ингредиентов. Если подходить к вопросу реалистично, вряд ли стану держать корову, чтобы получать молоко и делать из него собственное масло или собственный сыр. Ровно так же не собираюсь выращивать свое зерно и перемалывать его в муку, хотя знаю нескольких потрясающих людей, которые именно так и делают, и весьма восхищаюсь их последовательным подходом. Я покупатель хлеба, а не пекарь. Я могу в порыве энтузиазма от нового рецепта сделать с нуля яичную лапшу, но обычно покупаю ее в готовом виде в пачке. Меня не тревожит по ночам мысль, как консервирование может воздействовать на мои сардины и анчоусы. Я часто мелю собственные специи для особого блюда, потому что так свежее и ароматнее, но у меня в запасах обычно лежат и готовые измельченные специи наряду со многими другими обработанными продуктами: томатной пастой, соевым соусом, кунжутным маслом, розовой водой, оливками, корнишонами, овсяными хлебцами и горчицей. Когда моя мама не может передать мне свой домашний мармелад или варенье, я с удовольствием покупаю их в магазине. В моих салатах есть семена, которые выращивала не я. Да, меня влечет мода на ферментацию, но я скорее куплю квашеную капусту, чем стану ее изготавливать. Хотя я полностью осознаю, что можно сделать бекон самой, мне просто лень этим заниматься.

Короче говоря, у меня совершенно нет намерения стать пищевым невротиком или жить в абсолютной изоляции, как монахи-трапписты[4]. Как и большинство из нас, я не всегда контролирую то, что ем, поэтому вынуждена соглашаться на лучший вариант в данных обстоятельствах. Иногда могу устроить так, чтобы взять собственную еду в длинную поездку, понимая, что с точки зрения качества это лучше, чем все, что смогу купить на улице (не говоря уже о том, что так дешевле). Но бывают случаи, когда мне приходится брать ланч навынос, доверять местной кулинарии, где готовят киш[5] или сэндвич, или вежливо есть еду, которую я сама бы никогда не выбрала. Кроме того, я работаю ресторанным критиком и еженедельно взаимодействую со всеми заведениями питания – от сетевых забегаловок до ресторанов высокой кухни. Я не смогла бы работать, если бы считала, что мое тело – храм, который нельзя загрязнять обработанной пищей в какой бы то ни было форме. Я не занимаюсь самобичеванием, если у меня не получается каждый день соблюсти свои самые высокие устремления к хорошей еде. Я прагматик. Пища – это моя любовь, а не враг. Я не позволю своим профессиональным знаниям о том, как производятся продукты, испортить себе аппетит.

Однако мой выбор еды и питья исходит из доминирующего принципа, что природным компонентам с минимальной обработкой присуща та внутренняя целостность, что делает их наилучшей основой для жизни, поддерживающей тело и душу. Натуральные продукты – это прекрасно продуманные, сложные мелкие упаковки, в которых все питательные вещества работают совместно по принципу «один за всех, и все за одного». Когда мы готовим и едим натуральные продукты, их мудрая полнота переходит в ощутимую пользу для здоровья. С точки зрения нутрициологии цельное яблоко делает для нас больше, чем яблочный сок, десерт из яблочной крошки, овсяная каша с яблоками на завтрак или жевательная резинка со вкусом яблока. К тому же цельными яблоками трудно объесться. Напротив, фабричные продукты объединяются в целое людьми, которые, безусловно, умны и одарены, однако не имеют всевидящего и всеохватывающего интеллекта Природы. Вот почему так много производителей создают возможности для сокращения продолжительности нашей жизни.

Я искренне не хотела отталкивать вас от чего-либо, находящегося в бутылке, банке, пакетике, жестянке, тюбике, картонке или контейнере из полистирола, но, когда читаете об определенных методах и процедурах, используемых при изготовлении некоторых самых популярных продуктов, это может несколько притупить ваше влечение к некоторым видам еды. Мой текст не так удобен, как желание Министерства здравоохранения Великобритании представить свою «правильную тарелку» сбалансированного рациона, которая ощутимо популяризирует многие распространенные обработанные продукты: сладости, печенье, торты, кукурузные хлопья, печеные бобы, ароматизированные йогурты, нарезанный белый хлеб, даже колу и чипсы. Идеи этой книги не согласуются с кампанией «Не готовь – просто ешь!», которая так масштабно разворачивается поставщиками фастфуда, с привлекательными плакатами у окон, где продается еда навынос. Этот самопровозглашенный «манифест против готовки» призывает нас «освободиться» от ее «тирании», оставляя всю работу профессионалам.

Оставить приготовление еды профессионалам? Как только вы усвоите информацию на последующих страницах, то сможете понять, почему я на это неспособна. Почему-то мне гораздо ближе послание таинственного мастера граффити в Кёльне, который на щитах с фастфудом рисует рецепты домашних блюд, так что вместо рекламы бигмака прохожие видят, к примеру, ингредиенты, необходимые для приготовления спагетти под мясным соусом или для рисовой запеканки с цукини. В наши дни кулинария – это мощное политическое заявление, маленький ежедневный акт сопротивления, который значительно улучшает наш контроль над собственной жизнью.

Часть I

Как работает система фабричной еды

Глава 1

Почему все имеет одинаковый вкус

Яне сторонница продуктов-полуфабрикатов; это отношение коренится в моем детском опыте. В 1960-х, будучи ребенком, я была очарована телевизионным роликом, где рекламировали одно из первых поколений готовой еды: куриный карри [6]«Веста». Припоминается, что там были красивые танцующие девушки в сари и вся экзотика «Тысячи и одной ночи», так прекрасно показанная в захватывающем фильме Александра Корды «Багдадский вор»[7]. Если смотреть на ту рекламу карри нынешним циничным взрослым взглядом, она, конечно же, выглядит до смешного неуклюжей, но в то время она меня завораживала.

У нас дома полуфабрикатов практически не ели. Мама или бабушка готовила сама практически с нуля – так делало большинство людей до 1970-х. Так что мне пришлось вести долгую кампанию за покупку этой «Весты» с помощью того, что сейчас рекламщики именуют способностью выпрашивать. Ни взрослые в семье, ни моя более мудрая старшая сестра не разделяли моего энтузиазма. Я настойчиво упрашивала маму, которая раз за разом сопротивлялась моим требованиям. Она тщетно пыталась убедить меня: «Когда ты это получишь, тебе не понравится». И вот однажды вечером – ура! – родителям надо было куда-то уйти, и в качестве компенсации за субботний ужин мне позволили выбрать еду самой. Замученная мама уступила. Наконец-то мне предстояло попробовать долгожданный карри «Веста»! Более того, я даже могла держать его на коленях, смотря телевизор! В семье, где все одновременно завтракали и ужинали за одним столом при отключенном телевизоре, такое отклонение от обычая было совершенно умопомрачительным.

Никогда не забуду ужасное разочарование, когда ощутила пропасть между телерекламой, картинкой на упаковке и реальностью. На коробке увешанная драгоценностями красотка с миндалевидными глазами несла большую тарелку чего-то коричневого, заманчиво сияющего на фоне жемчужно-белого риса. Однако порция у меня на коленях была вполовину меньше ожидаемой, карри больше походил на корм для собак или еще хуже – на то, что нас приучали обходить, завидев на улице.

Мне нужно было через это пройти. Возможно, на вкус это будет лучше, чем на вид. И я не хотела услышать: «Мы же тебе говорили». Но через пару ложек я потерпела поражение и вынуждена была признать, что просто не могу это есть. К счастью, рядом уже была бабушка с удачным планом Б в виде тоста с сыром.

Должна сказать, что была, вероятно, несколько необычным шестилетним ребенком: я ела карри и наслаждалась острой пищей. Один друг семьи побывал в Пакистане и научился готовить «индийскую» еду, которая на самом деле, по его словам, напоминала по вкусу еду на Индостане. Это было за десятилетия до того, как Мадхур Джеффри[8] и Рик Стейн[9] стали молоть свои специи; поэтому, оглядываясь назад, предполагаю, что он использовал распространенный тогда порошок карри Vencat, однако блюда, которые он готовил для нас, в любом случае давали представление о том, на что должна быть похожа домашняя индийская еда. Этого было достаточно, чтобы я немедленно заметила, что карри «Веста», по консистенции больше похожий на коричневый виндзорский суп[10], был чем-то совершенно другим.

«Веста» – пионерский бренд готовых блюд – уже продвигала маркетинговый ход, который должен был стать весьма знакомым британским потребителям. Ее «щедрый» куриный карри дополнился «настоящим соусом карри». Соус был «подготовлен „Вестой“ для вашего удобства», «опытными поварами, которые сделали за вас всю сложную работу». Да, это был продукт медленного приготовления по сравнению с нынешними продуктами для микроволновки: его требовалось разогревать 20 минут. Однако такое соблазнительное обещание экономии труда в сочетании с впечатляющими претензиями на подлинность и старания профессиональных поваров до сих пор остается главным принципом в маркетинговой политике обработанных продуктов. Сэр Гулам Нун – предприниматель, занимающийся готовой едой, – подытожил свое видение этой отрасли, сказав газете Financial Times, что он «изменил вкус нации и разбил кандалы, приковывающие хозяйку к кухне».

Безусловно, сегодня полуфабрикаты ушли от времен «Весты» как по технической изощренности, так и по претензиям на «реалистичность». Сейчас главные бестселлеры в категории готовых блюд – лазанья и курица тикка[11]. Но я еще не встречала готового блюда, которое по вкусу близко (или хотя бы отдаленно) походило бы на домашнюю еду. Они усовершенствовались со времен «Весты», однако после снятия упаковки и разогревания напоминают мне довольно удручающие горячие блюда, предлагаемые бюджетными авиакомпаниями. Эта липкая коричневатость, этот неправдоподобный аромат томатного супа из банки, однородная текстура и консистенция, эти крахмальные сероватые соусы, предсказуемо сильное переплетение сладкого и соленого с неизбежной последующей жаждой… Для меня готовые блюда – какая-то жалкая халтурная замена настоящей еды.

Однако я вынуждена регулярно возвращаться к этому предубеждению, когда газеты просят меня исследовать определенную категорию полуфабрикатов (низкокалорийные, детские, не включающие чего-либо) и заявления на их упаковке. И поверьте мне, сейчас имеются легионы видов еды для таких расследований. Посмотрите только на категорию охлажденных продуктов: к 2013 году пищевые компании, базирующиеся в Соединенном Королевстве, производили свыше 12 тысяч различных рецептур охлажденных продуктов. Это огромный бизнес (свыше 10 миллиардов фунтов в год), который составляет примерно 13 % всего британского розничного рынка продуктов питания. В этом колоссальном объеме самая значительная категория по продажам – готовые блюда. В Соединенном Королевстве в 2012 году их съели на 3 миллиарда.

Единственный способ надлежащим образом изучить готовые продукты – купить ряд сравнимых продуктов у различных розничных продавцов и взять их домой для тщательного исследования. Это отнюдь не просто сделать в отделе супермаркета. Первое препятствие тут – список ингредиентов: поскольку сейчас готовые блюда – это часто сложные продукты со множеством компонентов, то список может включать несколько абзацев мелкого текста, который практически невозможно прочитать без какого-то увеличения (разве что у вас идеальное зрение).

Редакторы часто хотят описания вида и вкуса блюд, поэтому вынимаю их из упаковки и разогреваю в духовке или кастрюле. Возможно, если питаться ими регулярно, то вид и запах теплых пузырящихся полуфабрикатов заставит желудочный сок выделяться, но для тех, кто их не ест (как я), они резко отличаются от своих эквивалентов, приготовленных в домашних условиях. Для начала отметим, что у них часто сильный запах, который обычно остается витать около мусорного ведра, раковины и посудомоечной машины еще долгое время после удаления содержимого.

Конечно, вся пища, включая домашнюю, в той или иной степени заявляет о себе с помощью запаха, но обычно каким-то приятным и привлекательным способом. Однако если взять подборку обработанных продуктов, то легко обнаружить, что они обладают особенно характерными запахами или, точнее, странно сходным набором запахов.

По утверждению Greencore, одного из крупнейших производителей охлажденных продуктов, британская индустрия охлажденных продуктов – «самая совершенная в мире благодаря своим высоким стандартам, строгим системам безопасности и управления и огромному количеству постоянно разрабатываемых новых восхитительных рецептур». Это заставляет думать, что на наших полках наблюдается большое разнообразие полуфабрикатов. Но когда открываю их на своей кухне, то обнаруживаю, что можно легко сгруппировать эти готовые продукты по категориям, как карты: тузы, пики и т. д. Вот «красное» семейство, куда входят овощные блюда: горячие томатные, пицца, лазанья, томатный суп с базиликом. Рядом «коричневое» семейство: здесь пастуший пирог, стейк и почки, запеканка, тушеное мясо, утка по-пекински, китайское рагу с лапшой и все, что продается с этикеткой «для барбекю». Большое сходство между собой имеют продукты «бежевого» семейства, часто имеющие маркировку «в панировке» или «в кляре»; особенно характерен навязчивый, почти едкий масляный запах, который быстро пропитывает духовку и остается в ней надолго, вне зависимости от того, какими были блюда – рыбными, мясными или овощными. Всеобщее внимание привлекают блюда индийской кухни: специи обеспечивают достаточную индивидуальность, чтобы их можно было отличить друг от друга, но в остальном и они обладают сходными чертами.

Когда дело доходит до пробы готовых блюд, вкус настолько же однороден, как и запах. Если завязать глаза и растереть еду в пюре, чтобы нам не давала подсказок текстура, то тушеные колбаски легко смешать с ребрышками для барбекю, а мексиканскую фахиту из курицы[12] – с курицей под кисло-сладким соусом. Почему так?

Все начало становиться на свои места, когда я побывала на тестовой кухне фабрики готовой еды, где технологи проверяли вкус и внешний вид дневной продукции на соответствие строгим требованиям спецификаций. Один из них объяснял: «Цель – добиться, чтобы потребитель каждый раз ощущал один и тот же вкус». Это многое объясняет. Если подумать, домашняя еда постоянно меняется. В первую очередь она отражает настроение повара. Любой, кто готовит, может засвидетельствовать, что часто создаваемое блюдо может оказаться совершенно разным в зависимости от вашего настроения: возможно, вас дергали и вы спешили, возможно, вы были безмятежными и спокойными, а может, отвлекались и не сосредоточились на процессе. Лук, терпеливо карамелизированный сегодня, может оказаться сожженным завтра. Есть грань между соусом, доведенным до нужной густоты, и миской со свернувшимся яйцом.

Ингредиенты для домашней кухни тоже меняются – пусть и слегка, но ощутимо. Одна марка консервированных помидоров не дает в точности такого же результата, как другая. Из лимонов выжимается разное количество сока. Один пучок трав может оказаться ароматнее другого, некоторые специи окажутся свежее. Скажется и время года. Свежий летний чеснок – сладкий и нежный; та же самая головка, перезимовавшая и несвежая, может полностью испортить блюдо в марте. Говядина, купленная в супермаркете и упакованная в пластик в газовой атмосфере, чтобы она выглядела ярко-красной, может готовиться совершенно не так, как такой же кусок вырезки, купленный у независимого торговца и просто завернутый в провощенную коричневую бумагу.

Вы можете быть большим фанатом домашнего мясного пирога мамы, но при этом признавать, что на этой неделе его вкус был не таким чудесным, как обычно. Или наоборот, в зависимости от обстоятельств. В один вечер без видимой причины стир-фрай[13], кажется, приобретает какой-то загадочный икс-фактор. Может быть, перцы были не такими водянистыми? Возможно, из-за того телефонного звонка масло разогрелось сильнее? Может быть, причиной была заметная свежесть и снижение количества клетчатки вон в том особенно красивом имбирном корне?

Такие неизбежные вариации делают домашнюю еду бесконечно интересной, однако при промышленном производстве изменчивость становится заклятым врагом. Действительно, все системы, создаваемые производителями готовых блюд, и другие линии по созданию полуфабрикатов направлены на устранение различий. Цель всего этого – сгладить все возможные подъемы и спуски и произвести совершенно стандартный продукт, который 365 дней в году выглядит одинаково и имеет одинаковый вкус. Как написано в одном государственном руководстве по безопасности пищевых продуктов: «Чтобы добиться однородного продукта с одинаковым внешним видом, вкусом, сроком годности и т. д., важно, чтобы количество и качество ингредиентов, а также технологические стадии всегда были одинаковыми».

Длительный процесс достижения такого результата начинается со списка покупок, которые делает производитель продуктов питания. Цель здесь – максимальный контроль над ингредиентами: они должны быть всегда одинаковыми. В промышленных масштабах это означает, что ингредиенты покупаются по очень строгим спецификациям у специализированных компаний. Каким бы удивительным это ни казалось домашнему повару, для которого подготовка ингредиентов – это, вероятно, самая значительная часть кулинарной работы, производители продуктов питания очень мало занимаются подготовкой исходных ингредиентов или не занимаются вообще. Они покупают их в основном заранее подготовленными. Таким образом, вопреки представлению, что вы получаете готовую еду и полуфабрикаты от компании, которая сделала за вас всю тяжелую работу, на самом деле было бы точнее сказать, что вы получаете их от компании, которая «готовит» продукты из списка (часто длинного) компонентов и различных добавок, уже прошедших определенную подготовку в нескольких других компаниях. Другими словами, компания, которая с виду экономит вам работу (обычно это супермаркет), на самом деле передает ее другой компании (производитель продуктов), которая в свою очередь заставляет готовить другие компании (обработчики продуктов). Эти обработчики в свою очередь могут быть довольно далеки от первичных производителей продуктов: фермеров и садоводов.

Сеть полуфабрикатов, которая доставляет продукты потребителю, состоит из многих звеньев, которые часто пересекают целые континенты. В логике производства продуктов эта раскинувшаяся цепь вовсе не безумие, а ровно наоборот. В конце концов, основа любого автоматизированного промышленного производства, будь то автомобили или курица тикка, – это разделение всех необходимых этапов производства на части, которые могут выполнять на производственной линии отдельные бригады.

Ассоциация производителей охлажденных пищевых продуктов называет товары своей отрасли «местными», потому что «практически все охлажденные готовые продукты производятся в Соединенном Королевстве», однако для ингредиентов, используемых для таких продуктов, это зачастую неверно. Ассоциация цитирует одного из специалистов: «Еда должна быть простой, хорошо приготовленной и вкусной, с минимальной обработкой. Важно также использовать наилучшие доступные ингредиенты и по возможности применять местные продукты». Это заявление несколько расходится с отраслевой документацией, которая ключевой частью работы называет «поиск свежих ингредиентов по всему миру от тщательно подобранных источников».

На самом деле список покупок у производителей продуктов питания интернационален. Когда телевизионное расследование «Факты и вымыслы о еде» передачи ITV Tonight поручило одному британскому технологу с большим производственным опытом создать готовое блюдо – традиционную британскую тушеную ягнятину с овощами, он придумал продукт из 16 ингредиентов, которые происходили из 10 разных стран, включая ягненка из Новой Зеландии, морковь из Израиля, говяжьи кости из Аргентины и картофель с Мальорки.

Такое придуманное готовое блюдо может казаться медийным трюком – оно не дает полного представления о глобальном поиске источников, которым занимаются компании, выпускающие продукты питания. Когда Управление по контролю продуктов питания Ирландии проанализировало компоненты одного бренда пиццы с маркировкой «Страна происхождения – Ирландия», обнаружилось, что в состав входят 35 различных ингредиентов, которые прошли через 60 стран с пяти континентов[14]. Вот раскладка:

Тесто: Франция, Соединенное Королевство, Польша, США.

Дрожжи: Соединенное Королевство, Ирландия, Германия.

Соль: Соединенное Королевство, Франция, Китай.

Сахар: Бразилия, Индонезия, Ямайка, Соединенное Королевство.

Травы: Греция, Италия, Испания, Кения, Уганда, Танзания, Марокко.

Томатная паста: Италия, Франция, Нидерланды.

Сыр: Швейцария, Ирландия, Франция, Италия, Испания, Соединенное Королевство, Нидерланды.

Курица: Бразилия, Ирландия, Соединенное Королевство, Нидерланды, Германия.

Анчоусы: Перу, Аргентина, Италия, Фолклендские острова, Испания, Исландия, Дания.

Пеперони: Польша, Италия, Ирландия, Соединенное Королевство, Дания, США.

Овощи: «Из множества средиземноморских стран».

Оливковое масло: Италия, Греция, Испания.

Перец чили: Африка, Азия, Южная Америка.

Вне зависимости от того, в какой стране совершается покупка, – если производитель продуктов питания может приобрести товары в замороженном виде, он будет это делать. Это может показаться удивительным, даже нелогичным, ведь их часто продают охлажденными как «свежие». Однако обработчики продуктов совершенно правильно считают заморозку самым безопасным способом хранения ингредиентов, призванным защитить потребителей от любого риска отравления. Кроме того, замороженные продукты удобно обрабатывать. Они не появляются в отделе доставки с тикающим секундомером, требующим немедленно заняться готовкой. Нет, их можно хранить месяцами и даже годами, а использовать по мере необходимости. Так что бо́льшая часть мяса, рыбы и овощей прибывает к воротам пищекомбината в замороженном состоянии – в течение месяцев, а то и лет.

Приобретая замороженные продукты, производители защищают себя от капризов времен года и колебаний цен и получают выгоду, делая покупки на мировом рынке. Таким образом, если на этикетке не указано иное, то весьма вероятно, что курица в вашем готовом блюде была куплена в мороженом виде в Таиланде или Бразилии. Примерно 40 % потребляемого в Великобритании куриного мяса импортируется; почти все оно предназначено для переработки или для общественного питания. При необходимости крупные экспортеры курицы в этих странах заранее любезно обработают мясо: добавят воду, кукурузную муку, соль и даже другие ароматизаторы. Мало кто из потребителей обращает внимание на описание на этикетке «приготовленная маринованная грудка курицы», вполне разумно полагая, что раз продукт содержит курицу, то это означает 100 %-ную курицу, вероятно, британскую, без каких-либо добавлений – такую, какую вы бы готовили дома.

Шокирующим открытием будет взгляд на зоны хранения на пищекомбинатах. При типичных операциях почти все ингредиенты будут морожеными: курятина, ягнятина, свинина или говядина. Поэтому перед использованием их нужно размораживать в течение пяти-шести минут. Не подумайте, что на крупных предприятиях пищевой промышленности сидят толпы людей, терпеливо чистящие курганы лука и картошки. На типичной фабрике 80–90 % всех свежих овощей приобретаются в мороженом виде.

Любой, кто готовит с нуля, знает, что многие рецепты начинаются с резки лука или измельчения чеснока, однако производители продуктов питания избавлены от этой суеты. Как правило, они используют заранее очищенный мороженый лук. Лук обычно покупается в Польше (которая, похоже, захватила рынок ЕС по чистке лука), затем направляется на другую фабрику, где его размораживают, режут на 10-миллиметровые кубики или на ломтики, снова замораживают, заворачивают в пластиковые пакеты, кладут в картонные коробки и отправляют по назначению в готовом виде. На пищекомбинате вы никогда не увидите головку или зубчик чеснока, потому что их обычно получают (иногда из Европы, но, как правило, из Китая) в нарезанном и замороженном виде или в форме пюре.

Картофель – еще один трудоемкий овощ – тоже появляется на фабрике уже замороженным и нарезанным на ломтики определенной толщины или на 20-миллиметровые кубики. В то время как шеф-повар или домохозяйка платит за свежую зелень, ценя аромат и энергию, которую они привносят в блюдо, производитель продуктов питания идет коротким путем. Если посмотрите на «холодильник» такого производителя, то увидите коробки с морожеными продуктами, уже нарезанными кем-то на далекой фабрике. Как вы догадываетесь, они не похожи на свой свежий эквивалент. Так почему их используют? Один из управленцев мне сказал: «Замороженные травы дают лучший вкусовой и ароматический букет», – но ни один уважающий себя шеф-повар или домашний повар не смирился бы с готовыми к употреблению травами (из Германии), которые я видела. Они имели серо-зеленый цвет, и даже у кориандра не было того аромата, который он всегда придает блюдам; по сути, запах просто отсутствовал. Но производителям продуктов питания готовые компоненты вроде этих нравятся, потому что, с их точки зрения, покупка готовых ингредиентов – очень ответственное дело, ведь они поступают с фабрик, специально созданных для их обработки, где навыки работы и риски весьма отличны от тех, что имеются на их собственных предприятиях.

Такую же логику производители продуктов питания применяют и к овощам, и к фруктам. Действительно, зачем им возиться с трудоемкой, отнимающей время подготовкой, когда можно просто купить всё в мороженом виде, готовом к применению? Достаточно оформить заказ – и привезут палеты с обжаренными на гриле баклажанами, перцами и кабачками, нарезанными до идеального размера для вашей пиццы со средиземноморскими овощами. Зачем связываться с созданием заводской линии, которая будет с нуля готовить свежие ароматные компоненты для вашего тайского карри[15], когда можно взять имбирь, уже порезанный тонкой лапшой, листья лайма, уже «размолотые» в клочки, и кусочки измельченного чили – и все это в замороженном виде? С точки зрения производителя, будет просто безумием платить кому-нибудь в Соединенном Королевстве за удаление цедры с настоящих фруктов для чизкейка, когда можно купить механически удаленную мороженую цедру лимона, апельсина и лайма в другой стране на специальной фабрике, работающей с цитрусовыми. Однако эта беспощадная логика тоже помогает объяснить, почему получающиеся пиццы, карри и чизкейки дают лишь слабое, размытое воспоминание о свежеприготовленном эквиваленте. Эти заранее приготовленные и экономящие время ингредиенты попросту несвежие, и хранение лишило их первоначального блеска.

На складе ингредиентов у производителя вы осознаете, почему обработанные полуфабрикаты не имеют такого убедительного вкуса, как их эквиваленты домашнего приготовления. Точно так же, как не увидите рядом с фабрикой готовой еды луковой шелухи, вам вряд ли удастся увидеть яичную скорлупу. Яйца поступают на пищекомбинаты в самых различных формах, но практически никогда – в исходном виде. Они могут представлять собой, например, порошки с добавлением сахара или специальные гелевые продукты для взбивания (включающие только белки). Яичную массу можно пастеризовать (отдельно белки, отдельно желтки), заморозить или охладить, указывая «увеличенный срок годности» (месяц). Яйца могут быть жидкими, концентрированными, высушенными, кристаллизованными, морожеными, быстрозамороженными или коагулированными. Производители могут покупать и яйца в уже готовом цельном виде для производства таких продуктов, как яйца по-шотландски[16] или майонез, а могут приобретать яйца в виде 300-граммовых цилиндров или трубок, чтобы все ломтики были одинаковыми и не имели закругленных концов. Такие сваренные вкрутую «трубчатые» яйца раскупают компании, изготавливающие сэндвичи. У производителей есть выбор и яичных смесей на заказ, которые можно использовать везде – от пирогов и круассанов до золотистой глазури на кондитерских изделиях и пышных безе. Кроме того, всегда есть дешевый вариант с «заменителями яиц», которые изготавливаются из разделенных на фракции белков сыворотки (из молока). С их использованием можно не спешить, ведь их срок годности – 18 месяцев.

Некоторые ингредиенты фабричных производителей могут узнать и домашние повара: например, стерильная томатная паста – жидкость из помидоров – ничем не отличается от той, что используется дома. Правда, она поступает на фабрику в упаковках из фольги размером с сушилку для белья в прачечной самообслуживания, но ее состав ничем не отличается. Но наряду с продуктами, у которых отличен только масштаб, существует ряд ингредиентов, которые вы не найдете ни в одной домашней кладовке: они предназначены исключительно для фабрики. Скажем, если делаете дома панировочное тесто, вероятнее всего, начнете с муки и яиц, однако производители обращаются к готовым к смешиванию системам, или системам надежного покрытия, как их именуют в торговле. Они специально разработаны, чтобы давать идентичные результаты при производстве фабричного масштаба – от «предварительной присыпки» и «адгезионных кляров» до «пригодных для печи» смесей для оладий, которые предназначены для разогревания в микроволновке.

Почему бы не смешивать свежее панировочное тесто с нуля? Один из поставщиков объясняет:

Мясо, птица, овощи и прочие органические субстраты могут значительно различаться по влажности, по содержанию жиров и белков. Свою роль могут играть также степень денатурации[17], неровности поверхности и различия в типах белка. Подходящее тесто может компенсировать влияние производственных переменных: скорости линии, возраста и марки производственного оборудования, качества воды, времени подготовки, используемого метода разведения и количества панировки.

Уберите отсюда характерный промышленный язык пищевой промышленности, и оставшееся будет означать: некая предварительная смесь гарантирует одинаковые результаты изо дня в день вне зависимости от того, говорите ли о панировочном тесте для кусочков филе из пикши, куриных палочек или луковых колечек.

Там, где дома использовали бы панировочные сухари, производители прибегают к множеству специально разработанных продуктов для панировки, которые нужны для различных готовых блюд и полуфабрикатов: от хрустящего топпинга[18] на вашем блюде из цветной капусты в сырном соусе до рыбных палочек и котлет по-киевски. Действительно, у них есть целая линейка покрытий, похожих на крошки, которые могут иметь различные оттенки (благодаря натуральным или искусственным красителям), с различной текстурой (от легких ломких до твердых хрустящих) и различными размерами крошек. Нет необходимости возиться с буханкой хлеба.

Вместо того чтобы делать картофельные ньокки[19] из свежесваренного картофеля, муки и яиц, как делала ваша итальянская няня (много возни!), производители продуктов питания могут просто положить яйца и водный раствор в ванну с предварительно приправленными высушенными картофельными хлопьями, разработанными специально для этой цели, и получить смесь, которая уже содержит добавленные эмульгаторы, стабилизаторы, лимонную кислоту, антиоксиданты (все это для смазывания колес производственного процесса), а еще экстракт моркови, чтобы придать серо-бежевому тесту более привлекательный вид.

Конечно, на любой хорошо укомплектованной домашней кухне есть запас ингредиентов, которые расширяют вкусовые и ароматические свойства пищи (естественно, соль и перец), а еще такие вещи, как соевый соус, специи, кунжутное масло, горчица и уксус. Однако производители продуктов питания в работе могут прибегать к ряду компонентов, которые доступны только для торговли. На фабрике готовой еды вы можете увидеть ванну с молотыми специями, однако мало какие ингредиенты настолько просты. Вместо этого используются глазури, смеси приправ, составы для покрытия, составы для натирания и маринады. Для оптимиста это может звучать вполне нормально, однако это далеко не так. На бизнес-языке это именуется «системы технологии вкуса и аромата», или «системы доставки вкуса и аромата»: это продукты, специально разработанные, чтобы содержать вкус и аромат натуральной еды в удобной и готовой к использованию форме, сухой или жидкой (часть «жидкой системы вкуса и аромата»).

С точки зрения производителя пищи, ни к чему смешивать несколько отдельных приправ, ароматических веществ и добавок, если можно купить один индивидуализированный продукт, который придаст вашим основным ингредиентам ровно тот вкус, который вам нужен. Глазурь для барбекю, например, может быть в каджунском стиле[20] (с медом, с дымком, со специями) или в стиле Глубокого Юга[21]. Подготовленную размороженную курицу с инъекциями воды можно «мариновать» или «натирать» с помощью целого списка субстанций: по-китайски, по-мароккански, по-тайски, по-мексикански, по-итальянски, по-креольски, для цыпленка тандури[22] и т. д., – чтобы пропитать одно и то же пресное мясо целым букетом таких «объединенных наций».

В то время как домашнему повару нужно мариновать мясо несколько часов или даже всю ночь, производители могут с помощью готового маринада добиться соответствующего вида за считаные минуты.

Забудьте о муторной работе по измельчению специй или ароматических веществ. Производители продуктов питания предпочитают покупать готовые «кухонные пасты» у компаний, которые понимают «общие требования производителей аппетитных продуктов, предоставляя комплексные индивидуальные решения для широкого диапазона применений». Как гласит рекламный текст одной такой компании, «ассортимент вкусных ингредиентов от нашего повара обеспечивает первоклассные букеты вкуса; мы предоставляем их в сухом виде, чтобы облегчить ваш производственный процесс».

Ванну с готовым перечным покрытием можно использовать для создания привлекательной корочки, например на приправленном стейке или вяленой курице, в качестве ароматизатора для салата с кускусом[23] и пастой или для придания приятного вида дряблому размороженному стейку из лосося. Пропустите перед приготовлением бледные куски курицы через машину, которая разбрызгивает карамель, – и они примут такой же вид бронзового спасателя на пляже в Майами, как мясо домашней жарки. Жидкий ароматизатор со вкусом ветчины и сыра, встроенный в другие жидкие ингредиенты, сделает особенно пикантным запах вашей пасты карбонара. Чуть-чуть рыбного ароматизатора – и к нейтральной креветке в середине вашего ролла вернется воспоминание о вкусе.

Состав продуктов, которые используют производители для придания вкуса и индивидуальности готовым блюдам и полуфабрикатам, меняется, но если коротко, то они имеют весьма отдаленное сходство с теми, что традиционно используются дома, не в последнюю очередь потому, что они сами по себе многокомпонентные вещества. Каково бы ни было их название и предполагаемая этническая принадлежность, суть этих готовых, упрощающих жизнь ароматизаторов меняется несильно. Сухие или влажные, в целом они представляют собой какой-то перечень крахмалов, камедей, подсластителей и соли с добавлением синтезированных вкусовых агентов и красителей. Когда в одном типичном супермаркете взяли готовое блюдо – свиные ребра в китайском стиле, то одна только глазурь на нем включала 17 компонентов: сахар, соль, кукурузную муку, глюкозный сироп, порошки из томатов, чеснока и свеклы, специи, гуаровую камедь, растительное масло и т. д.

Однако для производителей продуктов питания этот список имеет большое значение. Например, зачем вам раскошеливаться на масло, когда вместо него можете добавить в рецепт 0,02 % масляного экстракта, который, как обещает одна компания, придает вашим продуктам «характерный вкус масла… [который] прекрасно работает с хлебобулочными изделиями, кондитерскими изделиями, конфетами, мороженым, попкорном, злаками, заправками и хорошо сочетается с ароматизаторами ванили и какао»? Кроме того, всегда есть вариант с использованием сухого сливочного масла. Одна компания-изготовитель описывает его как «рассыпчатый однородный порошок с цветом от кремового до желтого». Изготавливают его путем распыления смеси масла, мальтодекстринов (крахмал) и молочных белков; это настоящая находка для производителей, которые желают поместить на этикетках своей продукции престижное заявление «сделано с использованием масла», однако не хотят раскошеливаться на настоящее. Для производителей продуктов питания масло – это дорогостоящий ингредиент. Когда выпускаете сотни тонн продукта в день, то даже маленькое снижение количества может значительно уменьшить расходы.

И зачем забивать холодильники резервуарами с настоящими сливками, когда можно использовать «рассыпчатый однородный порошок, цвет от кремового до желтого, с запахом и вкусом сливок», который не надо охлаждать и места на складах будет занимать намного меньше?

Для производителя, который постоянно заботится о сокращении или хотя бы сдерживании расходов в связи с постоянным ростом цен на сырье, кажется вполне логичным использовать, скажем, порошок из сублимированных[24] абрикосов. Если смешать его с определенным видом крахмала, то запах будет достаточно сходен с запахом свежих фруктов, чтобы получившуюся субстанцию можно было добавлять в датскую сдобу[25] или йогурт, а не брать куда более дорогие свежие абрикосы или замороженную мякоть абрикоса.

Сырье для промышленного производства продуктов питания редко бывает таким простым, как нам кажется: курица с инъекциями воды, порошковые коагулированные яйца, ультраклейкое панировочное тесто, предварительно смешанные маринады. На деле за их спиной стоит длинная история обработки, которую компании не раскрывают. Действительно, они основаны на ингредиентах, которые прошли обработку и включают версии реальных вещей, далекие от первоначальных форм.

Скрытая история их ингредиентов помогает объяснить, почему готовая еда, произведенная на фабрике, в подметки не годится эквивалентной, изготовленной дома или на кухне ресторана. Это проливает свет и на то, почему вроде бы различные готовые блюда от различных ретейлеров имеют такой сходный вкус. У крупных сетей супермаркетов, продающих нам эти товары, производители общие. В свою очередь эти производители используют одно и то же множество поставщиков ингредиентов. Спецификации, которые многочисленные ретейлеры указывают производителям, могут незначительно различаться: одни предпочитают, чтобы тушеное мясо было пожиже, а другие – чтобы оно было более вязким. Однако промышленные системы, к которым они привязаны, оставляют мало возможностей для настоящего разнообразия. Один конвейер в определенный день недели занимается едой для Asda или Tesco, а в другой делает почти те же вещи для M & S и Sainsbury’s[26]. Одна сеть может указать какой-то определенный компонент, например пастеризованное яйцо от куриц свободного выгула, а не от кур в клетках, однако ни один производитель не может позволить себе поменять по запросу свою производственную систему, особенно в ситуациях, когда они очень редко имеют гарантированный контракт с ретейлерами, как правило, обходясь краткосрочными соглашениями. Таким образом, как и в случае подписки на разрекламированный пакет каналов спутникового телевидения, выбор готовой еды на полках супермаркетов, несмотря на видимое разнообразие, оказывается на удивление однородным по содержанию.

Итак, кладовка у производителей, скажем так, одинаковая. А что насчет метода производства? В контексте обработки пищи слово «приготовление» заслуживает постоянных кавычек, потому что используемые методы радикально отличаются от проверенных временем способов, которые повара использовали веками. Например, любой хороший повар, готовящий мясное рагу для пасты, должен подрумянить лук и фарш, прежде чем добавлять жидкие ингредиенты, – чтобы добиться более глубокого вкуса. При массовом производстве можете забыть о предварительном подрумянивании. Все ингредиенты попадают в одну гигантскую промышленную ванну с контролируемой температурой и взбалтываются определенное время, пока не сформируется масса подходящей консистенции. Добавьте немножко экстракта этого, порошок того – и вуаля! – у вас рецепт мясного слоя. Порция карамели компенсирует недостаток у блюда того вкуса, цвета и запаха, которые обеспечивались натуральным подрумяниванием. Добавим немножко загустителя в той или иной форме (обычно из дешевых крахмалов и липких камедей) – и получим иллюзию той натуральной вязкости, которая свойственна терпеливо сделанному традиционному изделию. Все, что нам осталось, – разлить смесь по пластиковым коробкам вместе с прочими произведенными компонентами белого соуса и пасты, пропустить через мучительно горячие печи с впрыском пара, чтобы гарантировать, что ваша лазанья или запеканка останутся мягкими при разогревании. Теперь быстрое охлаждение в спиральной установке – механической конвейерной системе, которая перемещает продукты во время непрерывного процесса остывания, и работа сделана.

Такая отлаженная производственная система объединения, слияния, комбинаций и тепловых преобразований весьма эффективно сглаживает любую индивидуальность в уже анонимизированных и в значительной степени стандартных ингредиентах. Неудивительно, что вкус готовых блюд так сверхъестественно схож. Если индустрия красоты занимается продажей надежды в баночках, то индустрия пищевых продуктов – продажей надежды в пластиковых контейнерах под картонной обложкой. Она обещает нам нечто почти мгновенное, съедобное, со вкусом, более или менее напоминающим вкус настоящей домашней еды, – обещание, которое, по сути, невозможно выполнить.

Глава 2

В производственном цехе

Сейчас понимаю свою наивность, но было время, когда я ожидала, что компании пищевой промышленности с радостью объявят о своем существовании. Кажется, что я представляла фабрики с именем семьи над дверями и гордыми вывесками, объясняющими занятия владельцев, – что-то вроде «Смит и сыновья: вкусные блюда за считаные минуты». Не могу понять, почему я цеплялась за такую идею, ведь, если поразмыслить, я никогда не сталкивалась ни с чем подобным.

Только после того, как стала разыскивать компании, выпускающие еду, я поняла причину: они предпочитают не выделяться на фоне прочих анонимных крупных промышленных предприятий. Это дает им место и свободу для работы днем и ночью. Нет соседей, которые начнут жаловаться на шумы и запахи. Тяжелые грузовики могут приезжать и уезжать, не вызывая гнева местного сообщества.

Если учесть объем производимой продукции, то в Соединенном Королевстве на удивление немного таких предприятий: они исчисляются не тысячами, а десятками и сотнями. Например, в секторе охлажденных продуктов питания в 2013 году насчитывалось всего 25 крупных компаний, располагавших 100 серьезно организованными производственными объектами, где работало около 60 тысяч сотрудников.

Эти фабрики обеспечивают поставки в сети супермаркетов, которые не желают возиться с кучей мелких или средних компаний. За исключением Morrisons[27], которая выделяется тем, что владеет собственными мясоперерабатывающими предприятиями, сети в Соединенном Королевстве предпочитают не заниматься продукцией, которую продают. Хотя 95 % охлажденной готовой еды, употребляемой в Великобритании, продается под брендом того или иного ретейлера, сами эти сети супермаркетов не владеют фабриками, производящими еду и напитки, которые носят их названия. Вместо этого они передают расходы, ответственность и потенциальные риски сторонним поставщикам, работающим неподалеку в соответствии со спецификациями, установленными этой сетью магазинов.

Чтобы воспользоваться эффектом масштаба[28] в своих инвестициях, производители продуктов питания должны выдавать продукцию на достаточно постоянной основе, чтобы оправдать затраты. Время – деньги. Остановка и запуск обрабатывающих заводов не имеет коммерческого смысла, поэтому такие предприятия обычно поставляют продукцию не одной сети супермаркетов, а сразу нескольким, обеспечивая критически важный объем. В одну смену по конвейеру двигаются готовые к грилю кебабы Sainsbury’s, в следующую – фрикадельки для Tesco или куриные пироги для Asda. Даже те продукты, которые продаются не под маркой какого-то супермаркета, а под другими брендами, обычно производятся не той компанией, чье название указано на упаковке.

Вот почему эти сторонние фабрики имеют невинные нейтральные имена, которые дают очень слабое представление об их природе (или вообще никакого). Если вы проезжаете мимо них, они кажутся безликими и пустыми, как обширные складские помещения. В отличие от характерных кирпичных и каменных фабрик, оставшихся с викторианских времен[29], у них нет окон.

Их работа организована сменами, иногда долгими; не редки 12-часовые смены, а иногда и ночные. Работники здесь обычно молоды, настроены на серьезный труд, поскольку считают любую работу ступенькой на пути к постепенному финансовому росту. Как правило, около 90 % персонала приезжает из Восточной Европы и Прибалтики. В одной заводской столовой, где я побывала, повар был поляком и готовил бигос – популярное польское блюдо из капусты и мяса.

Если не считать странного манящего вида на внешний мир из окон столовой, эти люди работают при искусственном освещении фабричного мира. Нам говорят, что посторонние не могут туда заглядывать – необходимая мера для охраны секретных рецептур и коммерческой тайны.

Итак, хотя эти фабрики производят миллиарды порций обработанной пищи для семей по всей стране (для загруженного мясоперерабатывающего предприятия полмиллиона кебабов всего за день – совершенно обычный объем), большинство из нас не имеет ни малейшего представления, как выглядят изнутри такие колоссы, кормящие население. Они не проводят дни открытых дверей, и любого посетителя, даже если у него будет предварительная договоренность, встретит охранник в форме и ограждение. Их неписаный девиз: «Прозрачность не для нас!» Это не старые времена, когда учителя начальной школы водили классы на молочную ферму или завод по розливу молока, чтобы они могли написать об этом сочинение. Среди производителей продуктов питания преобладает мнение, что чем меньше мы знаем о том, как делается наша обработанная пища, тем лучше.

Такую защитную позицию легко понять. Будут ли нас соблазнять эти привлекательно упакованные и складно расхваливаемые полуфабрикаты, которые мы выбираем за секунды, а вечером суем в микроволновку, если бы нам разрешили заглянуть в то место, где их производят? Готова поспорить, что не слишком. Что касается производства, то это определенно одно из последних мест на земле, где большинство людей хотело бы трудиться.

«Как видите, мы просто увеличенная версия домашней кухни», – убеждал меня один начальник-энтузиаст, когда показывал свою гордость и отраду – фабрику готовых блюд. Другой управленец смотрел мне в глаза и говорил с явным убеждением и, возможно, ноткой нервозности, что его мясоперерабатывающий комбинат – «это просто большая кухня». Я вежливо кивнула, но его аналогия не прошла: это сказочка обработчиков продуктов, из которой вычеркнуты страшные места.

Производители продуктов питания создали множество мифов и легенд о своей продукции, которые звучат весьма утешительно. «Рецепты для этих блюд собираются по всему миру; их разрабатывают повара, увлеченные своим делом, – говорит Ассоциация производителей охлажденных пищевых продуктов. – Они также предпочитают работать со свежими ингредиентами и участвовать в процессе с самого начала – от первоначальной концепции до конечной еды. Они вдохновляются различными источниками. Путешествия и кулинарные книги особенно важны, но кроме того, они любят экспериментировать и исследовать новые идеи. Многие охлажденные продукты изготавливаются вручную по сути так же, как это делается на кухне ресторана или дома, поэтому возможность создавать практически любой вид еды приносит большое удовлетворение».

Однако фабрики – вне зависимости от того, предназначены они для производства чипсов, палочек из мороженой рыбы, консервированной рыбы, сухих завтраков, Rice Krispies[30] или канапе для вечеринки, которые можно разогреть в микроволновке, – не выглядят и не ощущаются как кухни, даже если представлять себе кухни предприятий общественного питания. Они больше похожи на автомобильные и нефтеперерабатывающие заводы или даже на площадку для запуска ракет в конце фильма «Доктор Ноу», где Джеймс Бонд срывает планы небольшой армии рабочих, выглядящих почти как роботы в своей защитной одежде.

Без подробных технических объяснений или специализированного образования в области инженерии, химической технологии, микробиологии или технологии пищевого производства большинству из нас было бы крайне трудно уловить какие-либо параллели между этими колоссальными фабриками и домашними кухнями, поскольку визуальных или воспринимаемых другими чувствами подсказок будет очень мало. Это вовсе не то, что показывают в аппетитных телероликах, рекламирующих соусы к пасте, рыбные палочки и прочие обработанные продукты, где «наши повара» показываются на стильной домашней кухне в окружении свежих цельных ингредиентов. Без сомнения, это отнюдь не работа мечты – просматривать книги рецептов и играть с самыми свежими ингредиентами мира. Фактически, как мы знаем, на таких фабриках редко можно увидеть что-нибудь похожее на еду, а если и увидите, то это, скорее всего, будет завернуто в пластик, жесть и картон либо лежать в коробках и храниться в холодильнике.

Большинство поваров – даже опытные профессионалы и работники общественного питания с опытом работы в таких учреждениях, как тюрьмы и больницы, – сочтут эту среду незнакомой и откажутся там работать даже один день, не то что всю жизнь. Многие из отдельных промышленных узлов оборудования заполнили бы просторную гостиную. Вместе они легко могут занимать площадь с футбольное поле, а их высота достигнет крыши площадки перед бензоколонкой.

Все оборудование объединено в один высокоэффективный конвейерный процесс, созданный в соответствии с какой-то технологической схемой, обеспечивающей последовательность стадий и работ в производственном процессе. В зависимости от производственных линий компании оборудование может включать спиральные охлаждающие установки, осушители, инжекторы, экструдеры, котлы с паровой рубашкой, центробежные сита, поверхностные охладители, бункеры, грохоты, масляные кондиционеры, смесители Stephan, коллоидные мельницы, котлы с нагнетанием пара и пластинчатыми теплообменниками, резервуары для жарки, распылительные сушилки, конвейерные сушилки, насосы мгновенного охлаждения, конвейерные ленты для печей, конвейерные ленты для морозильников, горизонтальные мешалки, дозирующие и непрерывные конвейеры, подпитывающие линии, непрерывные смесители, смесители с большим усилием сдвига, испарители и множество других узлов, которые не имеют совершенно никакого сходства с бытовой техникой и утварью на домашней кухне.

Здесь эквивалентом домашнего сотейника будет запарный чан: чтобы заглянуть в него, понадобится лестница, а его размеров хватит для того, чтобы мафия утопила в нем сразу несколько информаторов. Оборудование грохочет, брызгает, скрежещет, выдавливает, делит, складирует, крошит, запекает, всасывает, проверяет, впрыскивает, обнаруживает, охлаждает, разрушает, формует, разрыхляет, размешивает, обрабатывает паром, сушит, ставит коды, морозит, размораживает, обрабатывает микроволнами, взбалтывает, отбивает, калибрует, сигналит, пикает, жужжит, крутит, вибрирует и остужает. Соусы готовятся тоннами, а затем выливаются на остальные компоненты, которые находятся на ленте конвейера. Одна компания, производящая готовые блюда, гордо говорит, что ее фабрика производит 10 тонн курицы тикка в день.

Шум от этих исполинских узлов оглушает. Вы уж точно не станете подпевать радио или болтать с коллегами по работе, чтобы смена прошла быстрее. Здесь нет возможности для возникновения товарищеских отношений. Наоборот, если у вас есть хоть какой-то здравый смысл, вы сделаете все возможное для защиты слуха: вставите предоставленные компанией беруши и проведете целые часы в собственном изолированном личном мире мыслей, возможно, мечтая о должности получше или о другой работе, занимаясь при этом чем-то совершенно иным.

А еще вам нужно привыкнуть к работе при экстремальных температурах. За исключением более теплых убойных цехов и цехов готовки, в большинстве помещений пищевых фабрик окружающая температура довольно низка, здесь до мозга костей пробирает озноб. Любой, кто тут работает, должен проявлять выносливость и стойкость, очень важно обладать устойчивостью иммунной системы. Если склонны простужаться при каждом охлаждении, долго вы здесь не продержитесь.

Вам потребуется привыкнуть и к запахам. Слабый запах крови, который можете уловить в мясной лавке на улице, – это одно, а плотный аромат, усиленный из-за огромного количества туш – совсем другое. Если работаете на фабрике, специализирующейся на чипсах, жареных продуктах в панировке и кляре или закусках, которые едят из пакетиков (жареном картофеле или кукурузных чипсах), то будете пахнуть как продукты, которые изготовляете; жирный запах застрянет в ваших волосах. Самый отталкивающий запах напал на меня на одной фабрике готовой еды, где атмосфера была пропитана сладким приторным ароматом липкого вязкого томатного соуса и крахмалистого липкого бешамеля[31], который напоминал запах отрыгнутого детского молока. Возможно, люди, которые там работают, через некоторое время перестают это замечать. Я надеюсь на это. Работать на предприятиях пищевой промышленности – это во всех отношениях каторжный труд, так что неудивительно, что большая текучесть кадров и высокий уровень нетрудоспособности по болезни для них норма. Многие крупные заводы недоукомплектованы и для заполнения вакансий прибегают к помощи агентств. В пищевой промышленности обычное дело использовать временную рабочую силу, особенно для пиков спроса, например в канун Рождества.

Менее квалифицированная работа в этой области настолько монотонна, однообразна и неблагодарна, что явно должна вгонять в депрессию и повышать уровень стресса. Кому хочется проводить 12 часов в день, расставляя фрикадельки, словно это коробки конфет, или проверяя, что в каждой порции куриной запеканки лежит ровно четыре кусочка мяса, как положено по спецификации продукта? Однако некоторые рабочие места в этой отрасли требуют высокой квалификации. Хотя большинство людей сочли бы такую работу адской и самой ужасной в мире, но непревзойденные специалисты – это мясники, которые берут цельную тушу и разбирают ее, т. е. делят ее на основные части, отделяют кожу, вынимают спинной мозг, разрезают головы вдоль пополам, отделяют сухожилия и копыта, мозги, поджелудочные железы, почки, нутряное сало, уши и вилочковую железу, опорожняют толстую кишку, проверяют лимфатические узлы, отделяют кишки, вырезают крупные кости, удаляют мембраны, хрящи и удаляют все, что не годится в пищу или для другого применения, получая четверти туши для дальнейшей разделки.

Те люди, которых я видела на линии разборки туши, работают в жестком темпе: современная скотобойня может разделать цельную корову на четверти и упаковать их за 40 минут. Персонал обычно работает без остановок по три с половиной часа в жаркой, парящей атмосфере, демонстрируя уверенность и ловкость, приходящие с опытом. По меркам отрасли им хорошо платят, потому что они постоянно, каждую секунду должны быть сконцентрированы на том, что делают.

Их работа требует тренировки, физической силы, выносливости, умения виртуозно работать ножом, отличной зрительно-моторной координации и хорошего знания анатомии. Их мозг в постоянном напряжении. Нож проскользнул, внимание на мгновение пропало – и каталог несчастных случаев пополнится. Да, работа мясников однообразна, однако она не тупее, чем работа ювелира-ремесленника или часового мастера, который целый день копается во внутренностях часов, ремонтируя их или регулируя настройки.

С другой стороны, начальство на фабрике, сидящее в красивых, светлых, чистых офисах с кучей окон на верхних этажах или в отдельном здании, говорит не о «еде», а о «продукте». Слово «приготовление» у них не в ходу; здесь используется более честный термин «производство». Руководители рассказывают не об ингредиентах, а о «технологии пищевых ингредиентов» и «системах пищевых ингредиентов». Их словарь немало говорит о том, как они смотрят на работу.

Ежедневно у руководителей возникает много проблем с гигиеной и пищевой безопасностью, поскольку в пищевой промышленности опасности присутствуют повсюду. Например, требуется настоящая стратегия, чтобы обнаруживать металл, и это только часть настоящей военной кампании по предотвращению попадания любых посторонних предметов в ваше блюдо для микроволновки, сэндвич или готовый салат. При таком огромном количестве сложного изощренного оборудования всегда есть реальная возможность, что в ваши макароны с сыром попадет винт, гайка или еще какая-нибудь деталька. Еще один жупел – это аллергены. Один след сои или арахиса там, где его не должно быть, – и вся дневная продукция загублена.

Если учитывать высокий риск, присущий производству еды в промышленных масштабах, крайне важную роль играет учет и контроль. Каждый элемент оборудования, каждый ингредиент должен снабжаться кучей бумаг, удостоверяющих их происхождение и безопасность. У менеджеров уже из ушей лезут внутренние проверки – в основном методом постановки галочек в контрольных списках. Они наблюдают за сложными схемами кодирования, чтобы гарантировать, что каждый продукт, участвующий в производственном процессе, можно было проследить до уровня конкретной партии, сорта, типа и определенного времени. Это требует серьезных усилий: фабрика готовой еды может ежедневно производить 250 тысяч отдельных порций, включающих 60 или 70 отдельных продуктов, на десятке различных производственных линий. Например, один ведущий производитель готовой еды хвалится, что делает 2,5 миллиона блюд в неделю.

Когда крупные промышленные предприятия выдают такой объем продукции, можно предположить, что органы здравоохранения регулярно заглядывают к ним для проверки, все ли соответствует нормам. Такое бывает, но не так часто, как вы могли бы подумать. Например, официальная статистика показывает, что за год с апреля 2012 года по март 2013 года более 55 % всех зарегистрированных пищевых предприятий Соединенного Королевства не проходили проверки от местных органов. Джулия Лонг, сотрудник профсоюза Unite по пищевому сектору, подытожила эту ситуацию так:

Пищевая промышленность – одна из самых быстро развивающихся отраслей, где работают сотни тысяч людей. В этой индустрии нужен режим проверок, который уважает ее и понимает, что безопасность и доверие общества имеют первостепенное значение. В настоящий момент из-за сокращения обслуживания конкретное предприятие может ожидать инспекции очень долго.

Пищевой промышленности в основном остается соблюдать собственные процедуры гигиены и безопасности, используя систему «ХАССП: анализ рисков и критические контрольные точки»[32]. Она включает постоянное отслеживание каждой «критической контрольной точки», где может возникнуть опасность: бактерии, отравляющие пищу, перекрестное загрязнение и т. д., – а еще сохранение многочисленных документов, подтверждающих тщательное выполнение всевозможных проверок. В наши дни упор в регулировании цепи производства еды делается не на внешнюю независимую инспекцию, а на внутренние процедуры.

Тем не менее, когда производите полуфабрикаты в промышленном масштабе с большой скоростью, многое может пойти неладно очень быстро, и в этом случае последствия окажутся крайне серьезными. Если взять пищевые отравления, то пострадавшая партия будет погружена в грузовики, развезена по распределительным центрам супермаркетов, а затем разложена на полках магазинов, в результате чего через несколько часов заболеют тысячи людей и придется чертовски много заплатить. Если проблема заключается в аллергенах, производителям придется оплатить значительную стоимость отзыва продукции. Ретейлеры могут наложить на них серьезные наказания – от штрафа до закрытия бизнеса.

В дело будут вовлечены регулирующие органы, что создаст определенные затруднения для ретейлера и, в свою очередь, последствия для производителя. Это может означать отзыв товаров: их изъятие из распределительных центров, у оптовых продавцов, из больниц, ресторанов, других крупных предприятий общественного питания и из прочих мест, где работают с пищевыми продуктами, – а может привести и к полному отзыву продуктов из мест продажи. В магазинах придется вывешивать объявления об отзыве, например: «Если вы купили один из вышеперечисленных продуктов, не ешьте его, а верните в магазин, где он был куплен, или обратитесь в службу поддержки клиентов». Придется возмещать стоимость товаров сотням тысяч покупателей.

И тем не менее, несмотря на тяжелые последствия для производителей при проблемах с их продукцией, такие отзывы товаров в Соединенном Королевстве происходят регулярно. Редкая неделя обойдется без такого случая. Иногда в один день происходят несколько отзывов. Например, 25 февраля 2014 года Агентство пищевых стандартов опубликовало следующее предупреждение:

Sainsbury’s отзывает замороженный бисквитный пудинг с помадкой «От Sainsbury’s», поскольку этот продукт может содержать мелкие кусочки металла.

За этим сообщением последовало другое:

Marks & Spencer отзывает британское куриное филе с солью и перцем, поскольку в небольшом количестве упаковок содержатся яйца, которые не упоминаются на этикетке. Это делает продукт потенциально опасным для людей с аллергией или непереносимостью яиц.

И еще одно:

Sainsbury’s отзывает все упаковки начинки из жареного каштана, фундука и тимьяна марки Taste the Difference, поскольку этот продукт может содержать следы арахиса из-за перекрестного загрязнения при производстве. Это не указано на этикетке, что делает продукт потенциально опасным для людей с аллергией на арахис.

Самая частая причина отзыва продуктов – наличие аллергенов. Но почему же так происходит? В навязчивом стремлении обеспечить максимальную эффективность производства компании используют одно и то же оборудование и одну производственную линию для нескольких разных продуктов, часто меняя их даже в течение одного дня. Таким образом одно предприятие можно настроить на целую линейку продуктов со сходным типом производства. Например, если фабрика предназначена для непрерывного производства однородных продуктов с мелкими частицами, то там можно изготавливать супы, соусы, десерты, детское пюре, различные субстанции из плодов или помидоров. Производственную линию для дегидратированных составов можно настраивать на выпуск супов в пакетиках, соус-гранул или порошковых бульонов.

Какова бы ни была специализация фабрики, между партиями различных продуктов все оборудование нужно тщательно чистить и дезинфицировать, чтобы каждая новая партия начиналась с чистого листа. Однако частота и регулярность отзывов продуктов из-за аллергенов показывает, что так получается не всегда. Предупреждение NTC («загрязнение следами орехов») на товарах, означающее «может содержать орехи (следы орехов)» или «произведено на фабрике, работающей с орехами», формально делается для людей, которые страдают от аллергии на орехи. В исключительных случаях у них может развиться анафилактическая реакция – серьезная угроза жизни. Тем не менее повсеместное распространение предупреждений NTC на произведенных товарах говорит о проблеме контроля на пищевых фабриках. Такие объявления – признание своего поражения, подтверждение того, что из-за сложности заводского оборудования и скорости производства производители не держат и не могут держать под контролем процесс создания еды. На деле предотвращение любого перекрестного загрязнения, будь то от арахиса или от других ингредиентов, находится за пределами их возможностей.

Возможно – если только не страдаете от аллергии на орехи, когда проблема становится вопросом жизни и смерти, – вы были озадачены появлением предупреждения NTC на продуктах, где в списке ингредиентов орехов нет. Откуда, в конце концов, могут взяться орехи в вашей пите, смеси приправ для чили кон карне[33] или в готовом тайском овощном супе? Когда Агентство по пищевым стандартам Великобритании изучало мнение потребителей о предупреждении NTC, люди недвусмысленно высказывались, что его значение им непонятно. Агентство сообщило: «Респонденты повсеместно возмущались неясным смыслом этих фраз». Более того, их воспринимали как «страховку производителей». Этот вывод близок к истине. Производители продуктов питания тратят много сил, чтобы прикрыть себе тыл и ограничить ответственность именно потому, что занимаются рискованным бизнесом.

О чем бы ни шла речь: аллергены, загрязнение ядовитыми жучками, загнившая пища, – любой такой «производственный брак» (именно так эти вещи именуют в индустрии) с большой вероятностью затронет сразу несколько вроде бы различных производственных линий. Когда одна фабрика, поставляющая товары для сети Tesco, сообщила, что рис в некоторых пачках оказался плесневелым, Агентство по пищевым стандартам вынуждено было выпустить сообщение об отзыве всех партий не менее чем восьми готовых блюд: курицы джалфрези[34], курицы по-сычуаньски, чили кон карне, курицы тикка масала, говядины в соусе из черной фасоли, курицы в кисло-сладком соусе, кормы из курицы[35] и балти с овощами[36]. Риск увеличивается из-за большого масштаба и производительности предприятий: типичная фабрика может «готовить» 2 000 порций риса за раз на одной машине. Поэтому, когда на производственной линии возникает какая-то проблема, она в кратчайший срок затрагивает миллионы порций еды.

Являются ли эти исполинские фабрики просто увеличенными копиями домашней кухни, как нас пытаются уверить производители? Если бы потребители этих продуктов обладали точной картиной их создания, они могли бы решить этот вопрос с помощью информированного голосования. Но в современной системе создания еды производство находится не на виду. Ретейлеры предпочитают, чтобы мы концентрировались на более привлекательных вещах: рекламе, обольстительных изображениях на упаковках, специальных предложениях и акциях, – фактически на чем угодно, кроме того, что происходит в фабричных цехах. После того как я получила доступ к этому странному и неуютному миру, могу сказать, что это чрезвычайно мудрая политика.

Глава 3

«Чистая» этикетка

Производители продуктов питания приступили к серьезным действиям, направленным на ослабление наших страхов по поводу состава их продуктов. Они вынуждены были это сделать. Расследования регулярно дают материалы для СМИ. Миллионы людей читают книги и статьи и видят, как производится еда, которую едим, и разоблачения вызывают у них беспокойство.

Ощущая страх и видя скандалы, многие из нас теперь подходят к обработанной пище со скептицизмом. Мы сканируем этикетки, чтобы узнать о Е-индексах – кодах Евросоюза для веществ, используемых как добавки, – поскольку считаем их красными сигналами, предупреждающими об ухудшенной с точки зрения питательности низкосортной промышленной пище[37]. Как выразился один комментатор, «Е-индексы очень сильно загрязняют этикетку». Мы сосредоточиваемся на ингредиентах и добавках с длинными химическими именами. Мы удивляемся: что такое, черт побери, карбоксиметилцеллюлоза[38] или эфиры глицерина, диацетилвинной и жирных кислот[39], – и все больше людей с подозрением относятся к продуктам, которые их содержат.

Все чаще люди желают питаться настоящей едой и стремятся к тому, что именуется «гарантией буфета»: если не пользуемся таинственными ингредиентами X, Y и Z на собственной кухне, с чего мы должны есть их в готовых блюдах? Один из руководителей пищевой промышленности объясняет: «Одна из проблем, с которыми мы сталкиваемся, – это недоверие людей к химическим веществам. Химикаты считаются неприличным словом».

Десятилетиями химическая промышленность пыталась прикрыть эти народные бунты, вооружая производителей и торговцев сценарием «не-теряйте-хладнокровия-и-продолжайте-действовать». По словам Международного совета по пищевым добавкам – ассоциации, представляющей интересы производителей пищевых добавок и ингредиентов, – дела обстоят так:

Сейчас одобрено свыше 2 300 пищевых добавок, и было бы затруднительно перечислить компоненты каждой из них. Однако каждая добавка – как и любая еда, которую мы потребляем, – вне зависимости от происхождения или предполагаемого использования состоит из химических веществ. Все, включая одежду, которую носим, автомобили, которые водим, пищу, которую едим, даже наши собственные тела – все состоит из химических веществ.

Подтекст здесь, если вы вдруг его пропустили, в том, что те, кто беспокоится о добавках и непонятных промышленных ингредиентах, не разбираются в науке, а если бы мы действительно что-то понимали в науке, то ни капли не тревожились бы. Этот аргумент был доработан в упорных попытках противостоять настойчивому бунтарскому направлению мыслей о том, что обработанная пища качественно отличается от натуральной:

Ведутся долгие дискуссии о «природных» и «синтетических» химических веществах. Многие их тех, что были синтезированы в лаборатории, также естественным образом обнаруживаются и в еде. Химические вещества – это химические вещества; различие между «натуральным» и «искусственным» химическим веществом само по себе искусственно. Молекулярная структура тех и других абсолютно одинакова, и наш организм не может различить их источник. Например, сахар, обнаруженный в сахарном тростнике (сахароза), не отличается по составу и функциям от рафинированного сахара. Аналогично лимонная кислота, производимая промышленно с помощью ферментации, – то же самое вещество, которое в природе делает лимоны кислыми. Говорить, что одно химическое вещество безопаснее другого из-за его происхождения, просто бессмысленно.

Обратите внимание на подразумеваемый смысл последней фразы: любой, кто с подозрением относится к обработанной пище, – иррациональный бестолковый истерик.

Каким разочарованием для компаний, вложивших так много времени и усилий в распространение этой идеи, должно быть, стало то, что в нее попросту не поверили. Несмотря на все согласованные силы по устранению тревожного отношения общества к добавкам в обработанной пище, это отношение никуда не пропало. Реалисты в пищевой отрасли теперь соглашаются с этим. Один из ее представителей объясняет:

Мы знаем, что потребители хотят вернуться к знакомым ингредиентам, и в последние годы на упаковках пищевых продуктов в Европе распространились такие термины, как «натуральный», «подлинный», «без консервантов» и «без добавок». Это четко отражает желание потребителя вернуться к простым, менее обработанным и всем знакомым ингредиентам и отказаться от добавок. В случае агропродовольственных компаний заявление о 100 %-ных натуральных продуктах и об отказе от добавок гарантирует успех в Европе.

То же самое верно во всем мире. Когда американская сеть магазинов Whole Foods Market выпустила список ингредиентов, которые она не разрешает использовать в своих продаваемых продуктах, этот список – «Недопустимые в еде ингредиенты» – вызвал шок в мировой пищевой индустрии. В настоящее время он включает свыше 70 добавок и неясных промышленных компонентов (от ацесульфама, хлорида аммония и азодикарбонамида до трет-бутилгидрохинона, тетранатриевой соли этилендиаминтетрауксусной кислоты и ванилина) и время от времени пополняется, когда какие-либо спорные компоненты выставляются на общественное обсуждение. Например, в случае кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы, который используется как подсластитель и все чаще называется ключевым фактором в росте ожирения в США, Whole Foods Market дала всем своим поставщикам время до конца 2010 года, чтобы исключить его из продуктов, предназначенных для магазинов компании.

Конечно, продукты Whole Foods Market часто именуются питанием для обеспокоенных богатых потребителей, но любой другой ретейлер сейчас знает, что восприятие «натуральности» – это весьма эффективный путь к тому, что именуется премиализацией, т. е. к тому, что ваши клиенты будут считать ваши товары высококачественными. Как объясняет один обозреватель мировых тенденций в пищевой промышленности, «многие разработчики обращаются к списку неприемлемых ингредиентов, опубликованному Whole Foods».

Теперь, когда перед добавками и ингредиентами зажегся красный свет, у производителей появилась серьезная головная боль. Они опирались на ароматизаторы и подсластители, заменяющие натуральные вкусы, которые уничтожаются при промышленной обработке. Они полагались на фальшивые красители, чтобы сверхобработанная, утратившая качество серо-коричневая еда выглядела аппетитнее. Они нуждались в консервантах и антиоксидантах, чтобы продлить срок хранения. Без этих веществ и другого оружия в их арсенале: эмульгаторов, стабилизаторов, секвестрантов, желирующих агентов, загустителей, антипенных агентов, наполнителей, носителей, носителей-растворителей, эмульгирующих солей, уплотнителей, улучшителей вкуса, агентов для обработки муки, пенообразующих агентов, глазирующих агентов, увлажнителей, пропеллентов, разрыхлителей, носителей аромата и связующих, – современная пищевая промышленность истекает кровью.

Таким образом, под давлением многие производители ухватились за возникшую концепцию «„чистая“ этикетка». В последнее десятилетие эта идея ушла от магазинов здорового питания в сторону мейнстрима. У этого термина нет строгого юридического определения, но в пищевой отрасли понятие «„чистая“ этикетка» широко используется для обозначения отказа от старого режима пищевых добавок со всеми его негативными коннотациями; теперь список ингредиентов должен быть прост, сами они – узнаваемы, их названия не должны звучать химически или искусственно, а продукт следует обрабатывать «традиционными методами, которые понятны потребителям и не воспринимаются искусственными». Как заметил директор одной компании, занимающейся исследованиями рынка, слово «натуральный» «работает как подсказка для покупателей, как короткий путь к здоровому питанию, как нечто, что они счастливы дать своим детям».

Некоторые компании взяли концепцию «„чистая“ этикетка», чтобы по-настоящему поменять состав своих товаров – заменив ингредиенты и добавки, вызывающие проблемы со здоровьем и влияющие на качество продукта, веществами, которые обычно выглядят менее проблемными. Однако другие компании, сомневающиеся, что смогут переложить стоимость радикального изменения состава на ретейлеров и потребителей, обратились к новой линейке веществ, которые позволяют им показать публике намного более чистое и свежее лицо без особых затрат. В их руках кампания за «чистую» этикетку стала упражнением, как обойтись без грязных слов пищевой промышленности и познакомить нас с более полезной и здоровой на вид группой новых друзей.

Когда от компании требуют изменить состав, перед ней встает задача найти альтернативные ингредиенты, которые могут выполнять те же функции, что и старые «грязные» вещества, т. е. они должны стоить меньше своего натурального эквивалента, обладать хорошим сроком годности и легко обрабатываться, но при этом нужно, чтобы их можно было описать гораздо более аппетитным способом. В этом стремлении производители обращаются к множеству компаний, поставляющих ингредиенты, которые понимают их технические потребности и предоставляют решения по «чистым» этикеткам для соответствующих проблем производителей. В собственной терминологии отрасли эти решения направлены на то, чтобы согласовать стремление пользователя к натуральности и потребность производителя в «функциональности». На практике это означает, что даже если вы вдумчивый потребитель, который старательно проверяет этикетки на продуктах, производители всегда оказываются на шаг впереди. Фактически, если по-прежнему беспокоитесь о Е-индексах, то вы уже отстали. Это была книга осведомленности о еде номер один; сейчас мы читаем книгу номер два.

Предположим, например, что вы стоите в супермаркете и смотрите на баночку с чем-то соблазнительным под названием «шоколадно-сливочный десерт». Вы читаете ингредиенты: цельное молоко, сахар (ну, немного-то его должно быть), сливки, какао-порошок и темный шоколад (все это звучит вполне солидно и качественно), но затем ваше желание купить поколеблено, потому что вы замечаете три плохих компонента.

Первый – это каррагинан (E407). Вы могли видеть или не видеть заголовки, утверждающие, что этот структурный агент, полученный из морских водорослей, может вызывать язву и рак желудочно-кишечного тракта, но даже если не слышали, то есть хорошие шансы, что E-индекс вас оттолкнет. Каррагинан принадлежит к группе веществ, включающих гуаровую камедь, агар, конжаковую, или коньяковую, камедь[40], инулин, камедь рожкового дерева, камедь акации, ксантановую камедь, целлюлозу и пектин – гидроколлоиды[41]. Сейчас каррагинан в пищевой индустрии считается добавкой, которую в идеале лучше не использовать[42].

Второй из ингредиентов, вызывающих беспокойство, – модифицированный крахмал (E1422), или, если пользоваться полным названием, ацетилированный дикрахмаладипат. Изначально это был простой крахмал, который найдете в картофеле или рисе, но его химически изменили, чтобы повысить влагоудерживающие способности и стойкость к высоким температурам и большим давлениям, встречающимся в промышленности. Есть шансы, что вас оттолкнет слово «модифицированный», а если не оно, то, вероятно, это сделает буква E[43].

Третий проблемный компонент – это желатин. Он не годится для верующих мусульман, иудеев и вегетарианцев, но даже светские люди, которые едят любые продукты, могут задаться вопросом, что в их пудинге делает этот продукт, получаемый из свиной кожи[44].

К счастью для производителей вашего шоколадно-сливочного десерта, существует план Б. Они могут убрать все три проблемных пункта и заменить их более хитрой «функциональной мукой», получаемой из злаков гидротермическим способом. Она станет выполнять те же функции, но при этом не будет надобности в E-индексах. Ловкий маркетинговый ход, использованный производителем одного из таких продуктов, объясняет: «Поскольку это мука, все наши ингредиенты обеспечивают текстуру домашних продуктов без добавок с ноткой аутентичности, выделяющей наши продукты из общей массы… Наша функциональная мука именуется пшеничной, кукурузной или рисовой мукой – простые ингредиенты, знакомые каждому».

Еще одна возможность добиться «чистой» этикетки для такого десерта – использовать «сотекстуризатор», который экономически эффективно обеспечит нужный показатель консистенции. По словам одного из поставщиков такого продукта, «они выявляют более тонкие различия в текстуре, которые мы ощущаем во рту во время еды, например покрытие во рту или таяние». Текстуризаторы, как и модифицированные крахмалы, базируются на значительно обработанных измененных крахмалах, которые выдерживают большие производственные температуры и давления, но поскольку регулирующие органы обязательно классифицируют их как «функциональный нативный крахмал», то их можно назвать на этикетке просто крахмалом, без проблемного E-индекса в конце.

Таким образом, две добавки и один ингредиент, которого многие люди избегают, заменяются одним новым ингредиентом нового поколения с непрозрачным составом (коммерческая тайна и все такое) – и он не вызывает тревоги у потребителей.

С шоколадным десертом в тележке вы оказываетесь в кулинарном отделе магазина. Хотите взять начос[45]? Возможно, нет, если вы заметили, что они содержат старомодный консервант с E-индексом после непонятного названия, например натрия бензоат, или сорбат, нитриты, нитраты и сульфиты. Мало того что они звучат, как химикаты из научной лаборатории[46], вы могли еще слышать, что некоторые из них связывают с синдромом дефицита внимания, аллергиями и раком. Однако производители могут обойти ваше сопротивление, используя консервант, более подходящий для этикетки: он изготавливается посредством ферментации кукурузы или тростникового сахара с помощью особых культур, которые создают органические кислоты и продукты ферментации; они дают сходный эффект подавления бактерий. Удобство для производителя тут в том, что такое вещество можно назвать «тростниковый (кукурузный) сироп с культурами» или «уксус с культурами», что звучит вполне положительно и элегантно.

Может быть, вы привыкли покупать холодное готовое мясо, индейку или ветчину? Это очень удобно для приготовления сэндвичей или легкой закуски. Внимательные к еде покупатели обычно вдвойне бдительны, выбирая такие товары. Надувательство в мясном отделе всегда может вызвать реакцию отторжения, а наличие фосфатов на упаковке повсеместно считается зловещим знаком. Это подтверждает, что мясо было раздуто с помощью инъекций или кувыркания в барабане с химикатами и водой. Поэтому производители обработанного мяса все чаще обращаются к «заменителям фосфатов», дающим «чистую» этикетку, – клейким связующим веществам, полученным из тапиоки и других крахмалистых продуктов, которые выполняют задачу по удержанию воды, но дают возможность не указывать химические вещества на маркировке. Внимательные покупатели могут заметить наличие крахмала из тапиоки в списке ингредиентов и удивиться, как этот тропический клубень попал в их нарезку ветчины, однако это звучит намного приятнее, чем натрия (калия, кальция, аммония) полифосфат E452.

Выбирая деревенскую салями, даже самые осторожные покупатели могут расслабиться, заметив в списке ингредиентов экстракт розмарина. Нам хочется верить, что это копченое мясо было с любовью ароматизировано душистыми травами. На самом деле экстракты розмарина – это взятые ради «чистой» этикетки заменители старых чересчур технически звучащих антиоксидантов (E300-21), например бутилгидроксианизола и бутилгидрокситолуола. Производители питания используют их, чтобы замедлить скорость порчи продуктов, продлевая срок хранения; фактически они действуют как консерванты.

Экстракты розмарина имеют собственный E-индекс (E392), однако производители предпочитают использовать более поэтичное название «экстракт розмарина» и опустить неприятную букву E, поскольку с таким названием продукты напоминают с любовью сделанные ингредиенты для слоуфуда[47], особенно если они тоже маркированы словами «натуральный» или «органический». Ни на миг не верьте, что этот антиоксидант в вашей салями предназначен для придания ароматной «травности»: его роль – остановить обесцвечивание мяса, чтобы оно сохраняло желательный свежий вид в течение нескольких недель.

На одном из этапов своего производства экстракты розмарина имеют что-то общее с растением, давшим им название, – хотя и в сухой, а не свежей форме. Однако антиоксидантные химические вещества розмарина (фенольные дитерпены, которые называются «карнозол» и «карнозная кислота») в процессе экстракции «дезодорируются», т. е. весь запах и вкус розмарина исчезает. Экстракция производится либо с использованием сверхкритического флюида[48], где применяют двуокись углерода, либо с помощью химических растворителей. Среди таких растворителей – гексан (получаемый при перегонке нефти), этанол (заменитель бензина, получаемый при ферментации сахара и крахмала) и ацетон (горючая едкая жидкость, которая растворяет лак для ногтей). Затем экстракт розмарина с нейтральным вкусом продается производителям – обычно в виде коричневатого порошка. Короче говоря, связь экстракта розмарина со свежесрезанной зеленой и пахучей травой, которую знаем и любим, значительно слабее, чем мы могли бы подумать.

Пока перемещаетесь по отделам магазина, обратите внимание, что все чаще в списках ингредиентов фигурирует слово «экстракт»; это не только розмарин, но и морковь, паприка, свекла и т. д. Что они делают в ваших хлопьях на завтрак, в сэндвиче на ланч, в готовой еде на ужин? В отличие от розмарина, они используются как красители, пригодные для «чистой» этикетки. Например, экстракт моркови популярен в производстве пищевых продуктов, потому что придает золотистый оттенок всему – от готового крема и пирожных до заправок для салата и йогуртов. Производители продуктов питания могут покупать разные его оттенки, скажем, «теплый оранжевый» или «сияющий желтый». Процесс получения начинается с настоящей моркови в какой-то форме, необязательно свежей или цельной. Натуральный оранжевый краситель каротин извлекается так же, как и в случае розмарина. Если производители хотят получить какой-нибудь оттенок красного цвета, чтобы их йогурт оказался более фруктовым или более ягодным, в их распоряжении есть экстракт свеклы (бетанин) или винограда (антоцианины). Коричнево-красный цвет придаст экстракт сафлора[49], а если вам нужен более холодный оттенок капучино, есть солодовый экстракт.

Слово «экстракт» звучит куда приятнее, чем царапающее «краситель», и оно хорошо подходит для покупателя, который заботится о здоровье и прочитал на страницах журнала несколько умных слов вроде «антоцианин». Экстракты немного похожи на составы повышенной стоимости для улучшения жизненного тонуса, которые можете купить как пищевую добавку в магазине здорового питания, и особенно привлекательны для матерей, которые беспокоятся о том, что́ содержит еда для их ребенка. Иногда экстракты моркови или паприки именуются смешанными каротинами, и этот термин несет сияющий ореол здоровья. В конце концов, это же вроде что-то связанное с морковью, не так ли? А мы все знаем, что овощи полезны. Может быть, экстракт свеклы – это действительно отличная идея производителей продуктов питания, чтобы помочь родителям заставить детей есть питательные овощи, не зная об этом? На деле же это предположение очень далеко от истины. Ни один из экстрактов даже близко не подходит по питательным свойствам к овощам или фруктам в их цельном сыром виде, поскольку процесс экстракции разрушает вещества. Кроме того, экстракты поставляются производителям в различных формах: порошка, жидкости, масла, эмульсии – с добавлением других компонентов, например мальтодекстрина и модифицированного крахмала в качестве носителей и эмульгаторов, сорбата калия в качестве консерванта, или в сахарном сиропе с пропиленгликолем – растворителем, чаще используемым как антифриз. Идея хороша, но экстракты не дают абсолютно никакого вклада в правило «пять в день»[50].

Если не сработают экстракты, на этикетку прокрадывается еще одна новая удобная форма красителей, название которой скрывает суть, – мелкодисперсные, или микронизированные, порошки. Это растительные продукты, высушенные и измельченные до частиц размером всего несколько микрон. Порошок брокколи дает зеленый цвет, порошок клюквы – красный; и, как и в случае экстрактов, упоминание о полезных плодах или овощах способствует тому, что даже пакетик конфет будет выглядеть так, словно он переполнен благом.

Поскольку на маркировках продуктов все чаще поселяются экстракты и порошки, годные для «чистой» этикетки, то все реже и реже можно увидеть одну добавку с плохой репутацией – сахарный, или карамельный, колер E150, который производители активно применяли для пропитывания продуктов и придания им сладкого вкуса и коричневого цвета. Эта добавка заменена более удобными для «чистой» этикетки субстанциями: «жженым карамелизированным сахаром», «карамелизированным сахарным сиропом», «сиропом со жженым сахаром» и «карамелизированным сахаром». Хотя эти вещества дают эффект, сходный с непопулярным старым веществом E150, они считаются не пищевыми добавками, а ингредиентами, поэтому для них не требуется указывать E-индекс. Даже если они используются исключительно для окрашивания, их достаточно обозначить как «обычная карамель», а эти слова вызывают образ чего-то, изготовляемого дома для соблазнительного карамельного пудинга. Один поставщик объясняет:

Наши карамелизированные сахарные сиропы предлагают целый спектр оттенков – от сладкого до обожженного, обеспечивают совместимость с карамельными красителями, высокую растворимость в крепких алкогольных напитках, стабильность, улучшение вкуса, возможности натуральных продуктов, преимущества «чистой» этикетки; их можно обозначать словом «сахар». Карамелизированные сахарные сиропы обеспечивают сразу и вкус, и цвет.

Когда выбираете себе покупки в хлебном отделе (вот эта буханка или вон те булочки?), отрицательную рекомендацию вам могут дать упоминания эмульгаторов, например соевого лецитина, или моно– и диглицеридов жирных кислот (E471). В конце концов, их нет ни в одном рецепте домашнего пекаря. Придумывая «чистую» этикетку, производители могут переключиться на рисовый экстракт, который изготавливают путем модификации рисовых отрубей ферментом протеазой: он выполняет ту же самую задачу по связыванию воды и масла в тесте. Слово «фермент» не обязано присутствовать в списке ингредиентов; достаточно более дружелюбного выражения «рисовый экстракт»[51]. Еще один бонус, как говорит изготовитель одного из таких рисовых продуктов, состоит в том, что подобные ингредиенты «могут улучшить итоговый результат производителя, устраняя или сокращая множество типичных производственных проблем». В частности, «получается экономия, поскольку составы могут содержать больше воды, уменьшая количество более дорогостоящих ингредиентов, улучшая выход и снижая порчу». Конечно, многие потребители стараются сократить расходы на еду, но будьте уверены, что производители продуктов питания тоже озабочены снижением своих затрат.

Все еще не знаете, чем поужинать? Почему бы не вернуться к отделу готовой еды и не купить что-нибудь вкусное и не требующее долгого приготовления, например куриный суп с лапшой или пиццу. Но если присмотреться внимательнее, окажется, что в нем содержится аминокислота L-цистеин (E920), и энтузиазм может ослабнуть, особенно если вы строгий вегетарианец и знаете, что эту добавку можно получить из волос животных и человека[52]. L-цистеин был чрезвычайно полезной добавкой для производителей продуктов питания. В пицце он действует как улучшитель теста. В куриной лапше он отвечает за плотный приятный вкус. Однако его наличие на этикетке несколько смущает перерабатывающие компании, поэтому это вещество все чаще заменяют какими-то дрожжевыми экстрактами. Один поставщик таких экстрактов рекламирует свою продукцию для производителей пищевых продуктов так:

Предлагается множество готовых к употреблению продуктов, которые обладают той же насыщенностью, что и классические вкусовые добавки… но… указываются на этикетке как полностью натуральные. Доступны ингредиенты со вкусами курицы и говядины, с жареными или вареными разновидностями, а также с белым мясом и темным жареным.

Эти высокотехнологические дрожжевые экстракты предоставляют производителям целый спектр мясных, карамелизированных, грилевых, бульонных, жареных «шаблонных вкусов», с которыми они привыкли работать. Выбирать есть из чего – в зависимости от самой пищи и требуемого воздействия. Производитель может добавить немного экстракта, который дает «усиление мясного вкуса умами[53]» или усиливает этот вкус другим экстрактом, который обещает «нотки природного аромата жареной курицы». И то и другое можно назвать дрожжевым экстрактом, не упоминая о его использовании в качестве вкусоароматической добавки. Для производителей это хорошо, потому что у дрожжевых экстрактов есть здоровый имидж богатого источника витаминов группы B, особенно в среде вегетарианцев. Менее известно, что дрожжевой экстракт имеет высокую концентрацию глутаминовой кислоты[54] – аминокислоты, из которой получается глутамат натрия – одна из наиболее отверженных добавок[55]. Другими словами, дрожжевой экстракт – это еще один член семейства глутаматов, придающих белковый, мясной вкус. Не тот ли это случай, когда «чем больше вещи меняются, тем больше они остаются теми же самыми»[56]?

Сегодня, путешествуя по отделам супермаркета, все труднее оставаться начеку. Производители продуктов питания, похоже, понимают нашу озабоченность и все чаще задабривают нас языком, который мы желаем услышать. Они предлагают продукты, которые кажутся реформированными, реконструированными, улучшенными версиями их предшественников. На их упаковке – жизнеутверждающие заявления, а когда мы перевернем упаковку, то увидим относительно короткие и приятные списки ингредиентов. Формулировки «натуральный» и «без добавок» заставляют нас отбросить недоверие и покупать; они вызывают у нас положительное ощущение «зачем заморачиваться готовкой». Как заметил управленец в одной ведущей компании по поставке ингредиентов, «для потребителей очень привлекательны ингредиенты, которые создают впечатление [выделено мной], что они приготовлены на кухне у бабушки и не были слишком сильно обработаны».

Можно спорить о том, действительно ли кампания за «чистую» этикетку – это искренняя попытка производителей удовлетворить нашу потребность в более цельной и менее испорченной пище или эта замена была сделана исключительно из корыстных соображений. Те добавки и ингредиенты, которые сегодня представляются безобидными, могут показаться менее невинными завтра, когда мы узнаем больше о методах их создания и об их влиянии на наше здоровье. В то же время стоит отметить, что «чистая» этикетка не вызывает остановку производственных конвейеров, не сокращает срок годности и не снижает скорости производства. Равным образом нет никаких подтверждений, что производители продуктов питания используют больше настоящих, натуральных ингредиентов, к которым стремятся потребители. Поэтому до сих пор «чистая» этикетка выглядела не столько тщательной чисткой фабричной еды, сколько поверхностной уборкой, когда самый большой беспорядок находится за закрытыми дверцами буфета в надежде, что никто его не заметит.

Глава 4

На рынке производителей продуктов

Где совершают покупки компании, которые производят обработанную пищу? Европейский рынок для этого бизнеса – ежегодная отраслевая выставка Food Ingredients («Ингредиенты для еды»). Эта выставка, проходящая три дня под одной крышей, – одна из важнейших в мире встреч поставщиков, дистрибьюторов и покупателей различных ингредиентов. Можете считать ее пищевым эквивалентом выставки вооружений.

На ярмарке Food Ingredients покупатели (представители компаний, которые изготавливают готовые блюда и полуфабрикаты) встречаются с продавцами со звучными должностями: директором по глобальным закупкам ингредиентов, ведущим европейским партнером по инновациям, специалистом по научно-исследовательским разработкам, технологом по спецификациям ингредиентов, менеджером по разработке продуктов и применений, руководителем проекта по составу веществ, – которые предлагают покупателям «индивидуализированные решения, которые нужны для роста и развития бизнеса».

Food Ingredients – это сердце современной пищевой промышленности, где демонстрируются самые современные новинки и тенденции, причем на международном уровне. В 2011 году, когда выставка проходила в Париже, ее посетило свыше 23 тысяч человек из 154 стран – активных деятелей отрасли, которые в совокупности представляли покупательную способность на 4 миллиарда евро.

В полном соответствии с точкой зрения этой индустрии о том, что общественности лучше всего иметь лишь самое общее представление о происходящем за кулисами пищевой промышленности, события ярмарки Food Ingredients не открываются широкой публике. Любой, кто попытается зарегистрироваться, должен доказать, что работает в производстве продуктов питания, но мне удалось зарегистрироваться на Food Ingredients с помощью фальшивого ID в 2013 году. Она проходила в колоссальных мрачных помещениях франкфуртского выставочного центра, словно взятых из фильма «Бегущий по лезвию», – подходящее место, чтобы отразить масштабы современного производства еды.

У тех, кто любит готовить и есть, такие выставки нередко вызывают отчуждение и разочарование, словно смотрите через замочную скважину на те аспекты производства еды, о которых предпочли бы не знать, однако выставка Food Ingredients сама по себе обладает сюрреалистическими свойствами. Меня не встречал аромат пищи, и запах представленных продуктов едва ли его напоминал. В то время как участники большинства пищевых выставок часто стремятся, чтобы вы попробовали их продукты, мало кто из владельцев стендов на Food Ingredients предлагал что-либо съедобное. Возможно, причина в том, что, хотя их потенциальные покупатели и готовы приобретать такую продукцию, они не слишком любят ее есть.

И даже продукты на тех стендах, которые предлагали посетителям что-то попробовать, были не тем, чем казались. Кубики белого сыра для канапе, посыпанные травами и приправами, лежали под черной доской, как в бистро, где было небрежно написано: «Сыр фета с глюконо-дельта-лактоном»; второй компонент здесь – это «циклический эфир глюконовой кислоты», который действует как подкислитель, что продлевает срок годности[57]. Кондитер в сияющей белой одежде завершал демонстрацию, предлагая собравшимся покупателям образцы птифуров. Его изысканные пирожные в форме сердечек и ромбиков были как две капли воды похожи на те аккуратные бисквиты, блестящее фруктовое желе, пенистый крем и шоколад, которые вы видели на витрине отличного кондитерского магазина, но они были сделаны полностью без яиц, масла или сливок благодаря ловкой замене белковым изолятом из картофеля. Этот революционный ингредиент «создан с учетом требуемой функциональности: вспенивания, эмульгирования, гелеобразования» и обеспечивает «объем, текстуру, стабильность и вкусовые качества», которые мы ищем в классических пирожных, изготавливающихся из традиционных ингредиентов.

Стенды многих участников выставки отличались потрясающими визуальными экспозициями, подобными инсталляциям в художественной галерее. Сияющие стеклянные полки подсвечивались, чтобы продемонстрировать радугу флаконов с жидкостями – настолько ярких по окраске, что они казались неоновыми. Тарелки различных порошков были художественно выложены в виде пирамид на элегантных полках из плексигласа и снабжены загадочными маркировками, например «текстурированный соевый белок: цвет рубленой ветчины», либо выставлены в витринах, словно экспонаты какого-то музея.

На стенах в геометрическом порядке располагались порошкообразные субстанции – от белого и бежевого до коричневого и оранжевого; каждая несла собственный буквенно-цифровой код и довольно загадочные сияющие белые надписи вроде «продукты из свиной кожи», «продукты из говядины» и т. д. Один стеклянный круглый сосуд размером с иллюминатор содержал жидкость цвета воды в порту в темную ночь, в другом был одинокий черничный маффин[58]. Мне приходилось постоянно напоминать себе, что это не семестровая выставка работ какого-нибудь художественного училища, поскольку эти загадочные объекты были, если верить пояснительным надписям, «технологиями для покрытия, глазирования, глянца, высвобождения, эмульгирования». Я не могла с уверенностью сказать, что именно вижу, и надписи: «транспортные средства для ароматизаторов», «масла с триглицеридами с цепочками средней длины», «масла для сковородок» – не слишком проясняли дело.

Когда я увидела в центре стеклянной витрины покрытый шоколадом коричневый батончик мюсли, моя первая реакция была такой: какой-то авангардист иронично прокомментировал современную жизнь аналогично спорной композиции Карла Андре из кирпичей в галерее Тейта[59]. Но потом я прочитала уведомление: «зерновой батончик с составным покрытием: технология диспергирования в масле, карамельный колер и свекольный красный» – и осознала, что все остальные воспринимают это совершенно серьезно.

Пожалуй, наиболее красиво подобранными экспонатами были вазы с сияющими оранжевыми жидкостями для окрашивания фруктовых соков: некоторые – мутные, некоторые – кристально прозрачные. Особенно эффектно выглядела одна, похожая на лавовую лампу, с равномерно взвешенными призрачными нитями похожего на паутину материала. Это были «клетки апельсина»: по-видимому, они используются, чтобы придать пачкам сока из пастеризованного апельсинового концентрата и воды видимость того, что в них есть немного свежевыжатого сока.

Без каких-либо видов или запахов, разжигающих аппетит, случайный посетитель Food Ingredients, не входящий в братство производителей продуктов питания, должно быть, захотел бы еще раз убедиться, что находится именно на пищевой выставке. Ведь ярмарка Food Ingredients – явная сфера технократии инженеров и ученых, природная среда которых – не домашняя кухня, не ферма и не поле, а лаборатории и фабрика; это сфера людей, которые полагают, что все, что может сделать природа, человек может сделать лучше и выгоднее.

Некоторое недоумение вызывала широта интересов компаний, выставлявшихся на Food Ingredients. Например, швейцарская компания DKSH, преподносившая свой товар как «материалы, концепции и ингредиенты для кондитерской и хлебобулочной промышленности», описывала себя как «ведущего поставщика специальных химических веществ и ингредиентов». Ее деловые интересы охватывали «специальные химические вещества, индустрию еды и напитков, фармацевтическую промышленность и индустрию средств личной гигиены».

Компания Omia, которая, похоже, гордится тем, что находится в Гамбурге, ибо это «крупнейшее место для химической торговли в мире», заявляет о себе как о «ведущем мировом дистрибьюторе химических веществ и производителе промышленных минералов». Компания включает в список своих рынков продукты, корм для животных, продукты переработки масел, косметику, средства личной гигиены, моющие средства, средства для чистки, бумагу, адгезивы, материалы для строительства, пластики и промышленные химикаты. Omia участвовала в Food Ingredients, продавая такие разнообразные товары, как порошок лука в гранулах, глутамат натрия и фосфорная кислота.

Компания Corbion, «мировой лидер на рынке молочной кислоты и ее производных, а также ведущая компания по производству функциональных смесей, содержащих ферменты, эмульгаторы, минеральные вещества и витамины», указывала, что ее продукцию можно применять не только в хлебобулочной и мясной промышленности, но и в «фармацевтических и медицинских приборах, бытовой химии, средствах личной гигиены, упаковке, автомобильной индустрии, для покрытий и лакокрасочных покрытий».

Компания Helm AG говорит о себе как об «одной из крупнейших в мире химических маркетинговых компаний». Ее офисы продаж расположены более чем в 30 странах мира, а ассортимент продукции включает химические вещества, «средства защиты растений» (пестициды), фармацевтические и медицинские продукты, питание для людей и животных, удобрения. Компания обладает значительным весом и в области искусственных подсластителей с такими продуктами, как ацесульфам К, цикламат и аспартам.

Wacker из Мюнхена провозглашает, что является «одной из ведущих и самых наукоемких химических компаний в мире»; если учесть, что в 2008 году ее объем продаж составлял 4,3 миллиарда евро, то преувеличений тут нет. Она располагает и широкой линейкой продукции, которую описывает как «силиконовые, связующие и полимерные добавки для различных отраслей промышленности вплоть до биоинженерной фармацевтики, а также сверхчистый кремний для полупроводников и использования в солнечных установках».

На выставке Food Ingredients я быстро осознала, что для крупных компаний, запускающих руки в множество бизнес-пирогов, обработка пищи – просто очередной источник дохода. У них нет когнитивного диссонанса, когда они предоставляют компоненты сразу и для готовой еды, и для спрея от мух, освежителя воздуха, герметика для душа, дезодоранта, корпуса компьютера, покрытия для автомобиля, стойкого к царапинам, а еще краски и клея. Однако для постороннего человека такое тошнотворное сочетание промышленных товаров и съедобных продуктов – отрезвляющий шок.

Вам незачем попадать на ярмарку Food Ingredients, чтобы понять центральную маркетинговую идею компаний, продающих товары производителям продуктов питания. Продукт под названием Butter Buds®, который его создатели описывают как «модифицированная ферментами инкапсулированная масляная вкусоароматическая добавка, которая в 400 раз сильнее выраженного вкуса и аромата масла», имеет слоган, заключенный в нескольких словах: «Когда технология встречается с природой, вы экономите». Для тех, кому это могло показаться чересчур затейливым и вычурным, мелким шрифтом было приписано: «Применение Butter Buds экономит ваши деньги, что увеличивает прибыль». Говоря еще проще, «Butter Buds помогает вам экономить».

Действительно, когда я бродила по выставке, было понятно, что основная цель Food Ingredients – продать производителям продуктов питания чудесные товары, которые позволят им сократить расходы на настоящие, более дорогие ингредиенты. Такая ярмарка – это базар, набитый товарами, которые «экономически эффективны при низких дозировках», «обеспечивают экономию», «улучшают рентабельность и доходность» и позволяют «оптимизировать расходы». Если выражаться словами All in All, ирландской компании, которая выпускает рассолы, связующие и стабилизаторы для измельченного (обработанного) мяса и курицы-гриль, – «зачем покупать ингредиенты, когда вы можете купить технологии».

«Технологии» и «решения» – это, конечно же, модные слова в производстве пищи; возникает мысль, что натуральная необработанная пища – это одна гигантская головная боль, множество хлопот и слишком большие расходы. Как только вы соглашаетесь с такой предпосылкой, становится очевидно, что любому финансово благоразумному производителю нужны индивидуализированные переделки натуральных продуктов, «функциональные» компоненты, предназначенные для производственных процессов.

Производители считают, что компании-поставщики сотрудничают с ними или, говоря производственным языком, «совместно создают» и разрабатывают обработанные продукты, заполняющие наши полки. Если принять во внимание постоянно растущий ассортимент таких ингредиентов с весьма специфическими физическими характеристиками, то современная пищевая промышленность – настоящая трясина технической сложности. В этой отрасли очень мало простых ингредиентов. Приправа очень редко оказывается какой-то одной специей, чаще это часть «системы приправ» или «системы покрытия». Мясо – это не то мясо, с которым работает мясник, а «белковый усилитель» или «бульон». Чечевица – уже не чечевица, а «мука из бобовых высокой вязкости». Сыр – не сыр, а «порошок козьего сыра ароматизированный». Лук – не лук, а «карамелизированный концентрат лукового сока».

Если ваша компания не поспевает за техническими разработками в этой области, можете быть уверены, что это сделают конкуренты, а нынешнее устремление к «чистой» этикетке заставляет производителей еще активнее искать новые ингредиенты, которые действуют так же, но выглядят приятнее на маркировке. Слишком уж много всего нужно знать. Как пишет датская компания R2 Group, «приобретения нужного ингредиента уже недостаточно, поэтому R2 Group предлагает вам строительные блоки [обратите на выделение жирным шрифтом], которые нужны вам для инноваций и производства пищевых продуктов».

Как только современный производитель приступает к созданию пищи, он сталкивается со всевозможными техническими проблемами, с которыми никогда не встречается домашний повар, а они требуют самых современных ноу-хау в индустрии ингредиентов. Например, на различных стадиях обработки продуктов в крупных масштабах производители могут столкнуться с проблемой избыточного пенообразования. Ответ на проблему – какой-нибудь продукт вроде Silfoam® (система на силиконовой основе, которая контролирует «интенсивное пенообразование» и «способствует плавной работе»). Этот силиконовый продукт одновременно используется в других отраслях промышленности, включая «текстиль, моющие средства, средства для чистки, пульпу, нефтехимические продукты, эмульсии, фармацевтические сельскохозяйственные химикаты, пищу, биотехнологии, ферментацию и очистку сточных вод».

Производители, которым нужно, чтобы их томатный соус был достаточно густым, чтобы не вытекать из упаковки, однородным и слегка блестящим, чтобы он не выглядел тусклым и старым после нескольких дней в холодильнике, могут воспользоваться преимуществами Microlys® – «экономного» специального крахмала, который обеспечивает соусу «сияющую гладкую поверхность и высокую вязкость», или Pulpiz™ – наполнителя от компании Tate & Lyle. Создатели этих продуктов на основе модифицированного крахмала говорят, что он обеспечивает такую же визуальную привлекательность, как и полностью томатный соус, но требует на 25 % томатной пасты меньше. Компании, добавляющие красители в товары, могут обнаружить, что они липнут к оборудованию, образуют комки в продукте или «мигрируют» из одной части в другую, скажем, из бисквита в глазурь. Эти проблемы можно решить с помощью особой технологии диспергирования, которая гарантирует каждый раз равномерный эффект.

Если ваша компания производит низкокачественные обработанные колбасы, сурими, креветки или «структурированную» (преобразованную) ветчину либо ветчину с инъекциями воды, то, вероятно, вы заинтересуетесь таким товаром, как Probind® компании BDF, сделанный из фермента трансглутаминазы, который упрочняет мясо и способствует удержанию жидкости. Поскольку этот фермент классифицирован Европейской комиссией как технологическая добавка, его не обязательно указывать на этикетке. Или, возможно, вы предпочтете использовать какой-нибудь продукт на основе фосфатов, полученный из фосфорной кислоты, например Carfosel®, потому что он «снижает количество выделенной воды при оттаивании» и обеспечивает «однородный продукт».

Еще одна постоянная беда для крупных обрабатывающих компаний – привкусы, которые могут возникать как из-за высоких температур при самом производственном процессе, так и вследствие добавок, упаковки, чистящих химикатов, бактерий и других источников. Но во многих продуктах их можно замаскировать, добавляя какой-нибудь состав вроде молочной эссенции» – концентрированной сливочной или молочной вкусоароматической добавки, которая «разблокируется» с помощью ферментной технологии или просто с помощью добавления ударной дозы ароматизатора, «натурального» или синтетического.

Еще один профессиональный риск у вас как производителя продуктов питания возникает из-за наличия ретейлеров, которые полагают, что вы снизите в продуктах уровень содержания тех ингредиентов, что попали в черный список в общественном сознании. Показательный пример – соль: индустрия обработанной пищи сильно от нее зависит, ведь она компенсирует истощение натурального аромата и вкуса, которое сопутствует обработке пищи в промышленных масштабах. Супермаркетам нравится продавать продукты, которые оклеены успокоительными заявлениями о низком содержании соли – зелеными сигналами светофора. К несчастью для производителей, очевидный заменитель для обычной соли (хлорид натрия) – хлорид калия, но у него есть горьковатый металлический привкус. Поэтому производители могут соблазниться и попробовать какое-нибудь «средство для снижения соли» от Scelta Mushrooms – один из последних способов, которые предлагает индустрия для решения этой животрепещущей проблемы.

Выставка Food Ingredients – 2013 была настоящей сокровищницей невероятно умных ингредиентов для производства пищи, подобных описанным, но для посторонних людей и, подозреваю, для многих производителей значительная их часть является загадкой. Мясо, рыба, молочные продукты, фрукты и овощи – процессы их производства хорошо документированы. Однако без глубокого понимания химии и биологии невозможно выяснить, что именно представляет собой большинство этих производственных ингредиентов и как именно они создаются.

Компании, производящие ингредиенты, любят делать громкие заявления о своих продуктах, но крайне сдержаны, когда их просят объяснить, как они произведены. Проходя по ярмарке Food Ingredients, я беседовала с представителями нескольких компаний, которые стремились убедить меня в фантастических характеристиках их товара. Но когда я начинала задавать вопросы о его составе, тут же появлялась недвусмысленная скрытность и мои собеседники отвечали, как пресс-атташе министерства обороны. Максимум, что они могли придумать, так это ссылаться на «термическую», «механическую» или «ферментную» обработку или «технологию съедобного покрытия». Скупая информация о предлагаемых составах и такие описания, как «молочные кислоты с другими компонентами», «содержит натуральные нуклеотиды» или «часть нового революционного поколения текстуризаторов», не особо меня просветили. В самом деле, было ясно, что поиск более информативного ответа выдает во мне постороннего, который отказывается некритически принимать заявления о революционных новых продуктах без подтверждающей документации.

Особенно меня привлек стенд компании Dohler – «мирового производителя, занимающегося маркетингом и технологическими решениями для индустрии еды и напитков», где предлагался «красный блестящий» краситель из «100 %-ного натурального источника». Я узнала, что основа для этого красителя – черная морковь[60], которая выращивается в основном в Турции, где компания производит ее обработку. Но как на самом деле изготовлен этот концентрат? Что включает процесс обработки? Что должно произойти, чтобы куча растений, собранных на полях Турции, превратилась в яркую субстанцию, которая может придать еде и питью «фантастический спектр цветов от теплых и ярких красных оттенков до сияющих рубиновых тонов и синеватых оттенков красного». Представители компании, очевидно, не собирались отвечать на эти вопросы. Единственное, чего я смогла добиться от них, – «это особый процесс».

Ярмарка Food Ingredients – 2013 была полна продуктов, созданных с помощью «специальных» и «уникальных» производственных процессов, «инновационных технологий» и «сложнейших производственных методов», однако о подробностях этих процессов никто не распространялся. Большинство предлагаемых товаров были защищены символом зарегистрированной торговой марки ® или TM, который обозначает эксклюзивное право компании на этот товар. Наличие товарного знака означает права интеллектуальной собственности на продукт и законно запрещает другим копировать его или использовать бесплатно. С точки зрения потребителя, символ товарного знака выполняет и еще одну важную функцию: он позволяет компаниям прикрываться идеями конфиденциальности и коммерческой тайны, чтобы уклоняться от ответа на любой не совсем поверхностный вопрос о том, как в действительности изготовлены их товары.

Торговые наименования многих продуктов, предлагаемых на Food Ingredients, мало что скажут об их назначении. Hydro-FiTM – это «высокоэффективная синергия[61] цитрусовых волокон и гидроколлоидов (в основном клеев), предназначенная для улучшения производства фрикаделек». Это один из новейших продуктов, использующих «технологию камедей». SuperStabTM (рекламный материал показывает стакан воды с кружащейся маслоподобной субстанцией) – это «совершенный натуральный эмульгатор», полученный с помощью «инновационного запатентованного процесса с фильтрацией и подготовкой особого сырьевого материала». Дрожжевой экстракт Bionis® усиливает «ноты мяса, заправки и умами в сосисках». «Специальный крахмал» под названием Culinar Keep обещает «увеличенный срок хранения чувствительных ингредиентов», что означает «увеличение производительности и снижение затрат». «Инкапсулированный подкислитель» Meatshure®, помимо прочих плюсов, «предотвращает извлечение белков» и «контролирует реакцию альгинатов до желаемого связывания». Суть Cavamax® – различных соединений циклодекстрина – в том, что они предлагают «целевую защиту и маскировку определенных ароматизаторов». Volactose – это «сывороточный пермеат», который «обеспечивает исключительную обработку в производственной среде», давая «превосходное окрашивание поверхности». Светло-коричневая жидкость под названием Ecoprol – смесь пропилгаллата, лимонной кислоты, сорбата калия, ортофосфорной кислоты, уксусной кислоты и пропиленгликоляя – выглядит как настоящий друг рыбака, поскольку «продлевает срок хранения рыбы, особенно на стадии обработки и маркетинга».

Терминология производства пищи лингвистически утомительна, как иностранный язык, а для непосвященных она, вероятно, еще сложнее, поскольку ее базовые понятия и семантика сильно отличаются от тех, что лежат в основе обсуждений свойств пищи.

Устав от многочасовых хождений по выставке Food Ingredients и вопреки обыкновению не ощущая голода, я нашла пристанище у стенда с нарезанными овощами и фруктами; было так приятно увидеть нечто натуральное – то, что смотрелось как еда в море продукции, которая выглядела ровно наоборот. Но меня заинтересовало, почему на них указывались даты давностью в несколько недель? Только из разговора с продавцом компании Agricoat я узнала, что фрукты были погружены в один из их растворов, NatureSeal, который добавляет к сроку хранения 21 день, поскольку включает лимонную кислоту и неназванные компоненты. Подвергнутая такой обработке морковь не приобретает красноречивый бледный цвет, заставляющий ее выглядеть старой, нарезанные яблоки не становятся бурыми, груши – прозрачными, дыня не течет, а киви не превращаются в кашицу. Что касается листовых салатов, погружение в NatureSeal оставляет их «свежими и натуральными».

Для продавцов такой препарат – технический триумф, для сферы общественного питания – благо, иначе пришлось бы выкидывать непроданную еду. Имеется и еще один плюс. Поскольку NatureSeal классифицируется как технологическая добавка, а не как ингредиент, то ее не обязательно декларировать на этикетке, не обязательно сообщать потребителям, что их «свежему» фруктовому салату уже несколько недель.

Почему-то я не разделяла энтузиазма по поводу возможностей NatureSeal снизить отходы, и мне в голову пришла беспокойная мысль. Ела ли я «свежие» фруктовые салаты, обработанные таким образом? Может, я покупала упаковку на платформе станции, считая, что это самый здоровый вариант среди всех этих жутких продуктов? Или, возможно, я выбирала его в гостиничном буфете, полагая, что это лучше тостов из дрянного промышленного хлеба?

А затем до меня дошло. Хотя принадлежу к тем людям, кто никогда осознанно не ест еду с непонятными ингредиентами, я вполне могла употреблять множество чудесных продуктов с выставки Food Ingredients – 2013 просто по незнанию. Ведь многие из них потихоньку искусно добавляют в готовые и обработанные продукты, которые мы едим каждый день в столовых, кафе, пивных, гостиницах, ресторанах и кулинариях, где покупают и продают готовые фабричные продукты – от разогреваемой еды в бистро и готовых багетов до чизкейков и уже сделанной основы для пиццы. Дело в том, что все мы едим готовую еду, созданную с помощью современных технологий производства, и в основном делаем это невольно – либо потому, что эти компоненты и добавки не обязательно указывать на этикетке, либо потому, что успокоительные слова вроде «мука» и «белок», щедро приправленные словом «натуральный», не дают нам полного представления о способе производства. Более того, у нас нет ни малейшего понятия (а может, его нет и у многих производителей) о том, как этот новый рацион может в реальности на нас воздействовать.

В холле за пределами выставочных залов деятели пищевой промышленности заключали сделки, обменивались визитками и совместно позировали для следующих корпоративных буклетов. Если учесть скудное количество продуктов на ярмарке, реально напоминающих еду, то неудивительно было увидеть очередь к стенду с брецелями[62]. Я чуть было не присоединилась к ней, но задалась вопросом: возможно, эти теплые брецели обязаны своим блеском, вкусом, цветом и запахом каким-нибудь инновационным продуктам, выставленным в залах? Поэтому я направилась подышать свежим воздухом. Выставка Food Ingredients серьезно притупила мой аппетит, и только воссоединение с едой в натуральном виде должно было вернуть его к жизни.

Глава 5

Свежесть на витрине

Когда вы заходите в гастрономический отдел супермаркета M & S, нужна железная воля, чтобы пройти мимо пекарни магазина и ничего там не купить. Кто сможет перед этим устоять после толкания тележки по стерильным, лишенным запаха и холодным до стука в зубах отделам, мимо полок, забитых готовой едой в коробках? Приятные очертания и золотистые тона сдобного теста, выпечки, маффинов, булочек к чаю, кондитерских изделий и буханок создают визуальную архитектуру, которая заставляет нас ожидать настоящую еду «прямо из печи». Пленительный аромат лезет в нос, стимулируя слюнные железы и порождая приятные мысли о счастливом доме, детстве, когда о тебе заботятся, и об утешительных повседневных радостях. Если бы вы смогли выделить и разливать в бутылки этот берущий за сердце Аромат Домашней Выпечки, столь любимый народом, с базовыми нотами дрожжевого хлеба, маслянистых круассанов или хрустящего скона [63]и верхними нотами корицы, душистого яблока, ванили и шоколада, вы бы сделали на этом состояние.

В наши дни многие собственные пекарни в M & S осовременились. Это произошло относительно недавно. По собственному признанию этой сети, раньше они отставали от рынка по продажам и объему и считались «скучными, далекими от реальности, с доходностью ниже среднего по гастрономическому отделу». Они выглядели утилитарно, в точности как стандартные собственные пекарни супермаркетов, где манящие запахи вынуждены конкурировать с сильными запахами из отдела, где продаются стиральные порошки. Однако пекарни обновились. Теперь здесь сверкающие выложенные кафелем стены, стильные подвесные светильники и пол, выглядящий как нестареющий известняк. Все товары, выставленные на продажу, демонстрируются в деревенских плетеных корзинах, в коробах, стоящих на деревянных ящиках, или в джутовых мешках; это создает более неформальный внешний вид и побуждает вас чем-нибудь угоститься. Персонал носит белую одежду, как у поваров, поверх – льняные фартуки, а еще головные уборы в стиле Неру, создавая своеобразный дух доски настроения[64], где сочетается шик манхэттенских гастрономических магазинов в стиле Dean & DeLuca[65] и деревенского амбара.

Смысл всех этих усилий – «создать театр» в гастрономическом отделе, стимулировать покупки (т. е. заставить людей купить больше) и помочь создать образ M & S как особенного продовольственного магазина. Эта стратегия сторицей окупилась. Прибыльность увеличилась втрое, поскольку пекарни добились такого же рекордного роста.

Эти пекарни выглядят и пахнут так замечательно, что вы можете подумать: «Да зачем мне вообще заморачиваться выпечкой?» Даже для тех любителей домашней выпечки, которые следят за последними выпусками «Большого пекарского турнира»[66], весьма заманчиво повесить передник и просто закупиться в пекарне в супермаркете. В конце концов, широко распространено мнение, что M & S выше других сетей, и все эти буханки, кексы, булочки и маффины выглядят так, что их могла приготовить богиня плодородия, пекарь от природы – со всеми вытекающими простыми добродетелями. Стратегически расположенные рядом с полками с предварительно упакованной выпечкой, эти лакомства кажутся однозначно домашними и не использующими технологии. Но так ли это?

Хотя по закону вся выпечка, произведенная не в собственной пекарне магазина, должна снабжаться полным списком всех ингредиентов и добавок (чтобы вы могли видеть то, что едите, если вам это интересно), это требование не относится к тому, что продается в собственной пекарне. Тем не менее вы можете подумать, что прогрессивные ретейлеры могли бы и выдавать такую информацию добровольно.

Я попробовала найти списки ингредиентов для продуктов из собственной пекарни M & S онлайн. В разделе «О нашей еде» сайта M & S просто говорится: «Поскольку часть нашей продукции готовится в наших магазинах, эта страничка поможет вам узнать содержание питательных веществ». Здесь дается раскладка для всей продукции, от булки с грецкими орехами до сдобы с пеканом и миндалем, по количеству жиров, белков, соли, калорий и т. д. – на одной из тех якобы информативных диаграмм, которые претендуют на полную прозрачность, но на деле практически непонятны любому, кто не является профессиональным диетологом. Полная информация о питательности, но никаких признаков списка ингредиентов.

Тогда я попросила пресс-центр M & S предоставить мне информацию и получила вежливый, но бессодержательный ответ:

Боюсь, что, поскольку мы не продаем еду онлайн (кроме нашей еды на заказ), у нас нет базы данных, куда мы могли бы вас направить, так что это довольно сложно. Если вы можете указать конкретные продукты выпечки, ингредиенты которых вам нужны, мы непременно постараемся выяснить это для вас.

Возможно, мне показалось, или в последней строке действительно была защитная нотка:

Не могли бы вы дать несколько больше информации о книге – под каким углом вы рассматриваете вопрос?

Создавалось впечатление, что добывать списки ингредиентов через обычную пресс-службуу – это все равно что рвать зубы, поэтому однажды утром в понедельник я решила лично пойти в пекарню M & S как представитель общественности, полагая, что так можно получить более прямой ответ. Я спросила одну из женщин, работавших рядом с корзинами с хлебом и булочками, можно ли посмотреть список ингредиентов для продаваемых продуктов. Она выглядела несколько озадаченной: это был явно не тот вопрос, на который ее учили отвечать. Тем не менее, пытаясь быть полезной, она показала мне информацию об аллергенах (соя, яйца, арахис и т. д.) и снова предложила уже известные мне данные о питательной ценности. Однако, по ее словам, не существовало списка ингредиентов как такового, имелось только руководство по продукции для персонала пекарни. В нем перечислялись ингредиенты продуктов, но она не уверена, что может мне его показать. Зачем вообще это спрашиваю? Знание о содержании вашей еды должно быть общедоступным, соответствующая информация должна быть открытой, но появлялось ощущение, что это какой-то из ряда вон выходящий запрос в соответствии с Законом о свободе информации. В итоге мне удалось увидеть копию этого руководства.

Когда я пролистала его, стало очевидно, что в нем есть крупицы информации, которые могут вернуть в реальный мир всех, кто думает, что они покупают в пекарне продукты, не отличающиеся от их домашнего эквивалента. Для начала следует выбросить из головы желанную мысль, которая возникает при словах «собственная пекарня», – уютное представление, что продукты создаются с нуля в местных помещениях. Руководство разъясняет, что, напротив, продукты закупаются обычно в замороженном виде и готовыми к разогреванию в печах у различных хлебопекарных компаний по всей Великобритании, а затем продаются как свежие. Некоторые из этих поставщиков – хорошо известные марки в мире общественного питания, которые поставляют продукты в самые разные места – от гостиниц и буфетов на железнодорожных станциях до кафе и сетей супермаркетов. Вот почему продукты в этих корзинах кажутся очень знакомыми. Вы видели их (или продукты, очень похожие на них) в самых разных случаях и в самой разной обстановке.

Первым шел пончик с джемом M & S. Функциональное описание продукта в руководстве гласило: «Пончик, обжаренный в растительном масле, с начинкой из малинового джема. Поставляется с четырьмя пластиковыми пакетами. С помощью этих пакетов пончики нужно покрыть примерно тремя граммами сахара». Эта спецификация четко показывает, что пончики появляются в магазине готовыми и замороженными и могут храниться девять месяцев. Все, что нужно сделать «пекарям», – положить их в печь в соответствии с нужной программой (для пончиков это номер 7 – 120 °C на восемь минут, а потом 100 °C на три минуты), затем дать им остыть и покрыть сахаром в предусмотренных пакетах. И вуаля! – чудесные «свежие» пончики!

Таким же методом нажатия на кнопку выпекаются и остальные продаваемые продукты. После того как их доставляют в супермаркет либо невыпеченными, либо частично выпеченными, либо замороженными, персоналу просто остается обработать их по определенной программе: французские яблочные булочки – по программе 15, булочки с заварным кремом – по программе 17, круассаны с корицей – по программе 5, сайки – по программе 12 и т. д. Возможно, участники кампании «Настоящий хлеб» преувеличивали, описывая такие собственные пекарни как «студии загара» для продуктов, которые изготавливаются на промышленных хлебозаводах в других местах, и отпуская шутки о «Большом британском суррогате»[67], но вы можете видеть, что они имели в виду.

Помимо способа выпекания, в этой спецификации действительно содержался полный перечень ингредиентов; часть из них вы вполне ожидали увидеть (мука, дрожжи, масло, сахар), а других – нет (пшеничная клейковина [глютен], аскорбиновая кислота, декстроза, соевая мука). В то время как домашний малиновый джем содержит только два компонента – малину и сахар, указанная «начинка из малинового джема» была смесью сахарного сиропа, малинового пюре, пектина, лимонной кислоты и хлорида кальция E509 – химического вещества, действующего как консервант и отвердитель. Таким образом, красная начинка в ваших пончиках M & S – это «в некотором смысле» малиновый джем, а не то, что под этим названием подразумевал «Женский институт»[68].

Бэйкуэллский пирог, который поставляется замороженным и невыпеченным (срок годности при хранении в морозилке – шесть месяцев), предлагает еще одну вариацию малинового джема: здесь компоненты джема повторяют начинку в пончиках, но есть два разных сахарных сиропа – сахарный и глюкозно-фруктозный. Последний – это относительно новый состав, который, по мнению активистов здорового питания в США, способствует развитию эпидемии ожирения.

Та же история была со всей продаваемой выпечкой: она содержала ингредиенты, которых вы не найдете на домашней кухне или, если уж на то пошло, на кухне любого уважающего себя кондитера. Компоненты в классическом заварном креме домашнего приготовления: молоко, яичные желтки, сахар, кукурузная мука и стручки ванили (или экстракт ванили). Но крем во французской булочке-улитке, которая опять же поставляется в магазин в замороженном виде, сделан из воды, сахара, модифицированного картофельного крахмала, сухой сыворотки (молочный белок), мальтодекстрина (крахмал, который помогает увеличить объем и создать то, что производители продуктов питания называют «богатыми ощущениями»), ксантановой камеди (клейкий загуститель), продукта с очаровательным названием «использованные семена ванили», а еще ароматизатора и красителя.

Аналогично первым ингредиентом в маффинах с шоколадным наполнителем стоял сахар, а не мука; прочие компоненты включали глицерин, модифицированный кукурузный крахмал, три различных эмульгатора с E-индексами, сухую сыворотку, сухой белок, гуаровую камедь (как стабилизатор) и ароматизатор.

Соблазнительная датская сдоба содержала пектин (для обеспечения однородной эластичной структуры в креме), изомальтит (сахарный спирт), сывороточный белок, ароматизатор, желирующий агент, регулятор кислотности, консервант и смесь каротинов для окрашивания. Последнюю добавку получают ферментацией из растений или водорослей с помощью гриба Blakeslea trispora. Короче говоря, это не тот набор, который должен быть у среднестатистического домашнего пекаря.

Пока я фотографировала спецификации продуктов, соблазнительный запах теплой плетенки с корицей вызывал у меня чувство голода, но затем я увидела ее ингредиенты, включающие картофельный крахмал, альгинат натрия, ксантановую камедь и агар (загустители), некий фермент (точный вид и назначение не указаны), карбонат кальция (мел) и краситель, – и внезапно она потеряла для меня всю свою привлекательность.

Имейте в виду, что, «выпекая» полуфабрикатные замороженные хлебобулочные изделия, M & S делает ровно то же, что и все прочие сети супермаркетов, а из-за того, что наши крупные сети часто обращаются к одним и тем же сторонним компаниям, занимающимся промышленным производством хлеба, то разумно предположить, что такие ингредиенты хотя и могут незначительно различаться, но в целом будут очень похожи.

Я заинтересовалась, будет ли такой же еда навынос, и отправилась – куда же еще? – в Greggs, крупнейшую в Великобритании сеть пекарен. У нее больше магазинов, чем бургер-баров у «Макдональдса», и она постепенно становится таким же национальным учреждением, как M & S. «Мы гордимся тем, что сохраняем искусство свежей выпечки, – говорит Greggs. – Наши пекари ежедневно пекут по собственным уникальным рецептам». Кроме того, Greggs хвалится, что «во всей еде, которую мы готовим, нет искусственных красителей, гидрогенизированных жиров и трансжиров», что звучит весьма многообещающе. На этом хвастовство не заканчивается:

Мы гордимся тем, что наши пекарни поддерживают кондитерское искусство. Мы настаиваем на использовании качественных ингредиентов, таких как пикантный ароматизатор из сицилийских лимонов или роскошный бельгийский шоколад для наших великолепных маффинов. Наши преданные делу кондитеры всегда стремятся к совершенству, а многие из наших сластей делаются вручную. Наши пончики Yum Yums скручиваются руками, а крем на кремовые пирожные выжимается вручную, как при настоящем кустарном производстве.

М-м, вручную скрученные пончики Yum Yums, конечно же, заставляют выделяться наш желудочный сок.

Если Greggs так гордится своим традиционным искусством хлебопечения, то, разумеется, компания будет рада предоставить мне подробные подтверждения этого? И снова логичной стартовой точкой я сочла список ингредиентов. Зайдя в один из крупнейших городских магазинов сети, который, похоже, загружен все время от завтрака до пятичасового чая, я задала тот же вопрос, что и в M & S: где список ингредиентов? – и столкнулась с такой же реакцией. Приятная женщина за прилавком дала мне информационный буклет для клиентов под заглавием «От пшеницы до еды» с разделом «Что входит в ваши любимые деликатесы», но снова – день сурка! – единственными реальными фактами среди маркетинговых разглагольствований была раскладка по питательным веществам в продукции: калории, энергетическая ценность и т. д. Я повторила, что ищу список ингредиентов. Она бросила на меня взгляд из серии «спросите-что-нибудь-полегче» и указала на стену, где рядом с холодильными витринами, наполненными сэндвичами и прохладительными напитками, висело неприметное немногословное уведомление о консультациях для клиентов. Это все еще не давало мне всех сведений, которые я искала, но там действительно предлагалось несколько реальных фактов, требуемых по закону, например:

Продаваемые продукты содержат одно или несколько из следующих веществ: добавки, антиоксиданты, подсластители, красители, ароматизаторы, улучшители вкуса, консерванты.

В некотором смысле более информативными были сведения о «типичном содержании мяса» в несладких продуктах, из-за состава часто называемых «мужскими закусками». Они показывали, например, что в сосисках в тесте Greggs свинина составляет 19 % от всех ингредиентов (не так уж и много для основного компонента) и что свинина содержит натуральный краситель и консервант.

Аналогичная история и с курицей в тесте: доля курицы составляет только 18 % от компонентов, а сама курятина содержит натуральный ароматизатор и натуральный краситель. Шотландские пироги брайди, запеченные стейки, фахита с курицей и прочие продукты – все они содержат краситель, ароматизатор или консервант, а иногда все три вещества. Имелись и другие интригующие подробности. Так, указывалось, что «ветчина, используемая в некоторых наших продуктах, получена из отборных отрубов свиных ног», т. е. не была отрезана от окорока в традиционном смысле слова. Еще я узнала, что «сосиски для завтрака содержат говяжий белок», но это ничего не сказало мне о том, что такое «говяжий белок» и чем он отличается от обычной говядины. В конце концов, говядина богата белком, так к чему так играть словами? Добавляли ли к свиным сосискам говяжий белок в какой-то иной форме? Написанная формулировка не прояснила для меня этот вопрос.

Тем не менее это уведомление для клиентов завершалось щедрыми и пышными выражениями: «Если у вас есть вопросы, обращайтесь к персоналу магазина, который будет рад вам помочь». Что ж, я пробовала, но они, похоже, не представляли сути дела. Поэтому я связалась с фирмой, которая управляет связями с общественностью компании Greggs, и попросила у нее списки ингредиентов для продукции. «Мы рассмотрим этот вопрос», – пообещали они. За неделю я не услышала ничего в ответ, поэтому повторила запрос. Через три недели я получила следующий ответ от менеджера, занимающегося делами Greggs:

К сожалению, хотя сведения о пищевой ценности продукции имеются на сайте Greggs, списки ингредиентов недоступны, поскольку Greggs желает защитить рецепты своих знаковых продуктов.

Проще говоря, проваливайте отсюда. По закону мы не обязаны раскрывать состав продукции, а значит, и не станем этого делать. Greggs просто желает, чтобы я приняла на веру утверждение, что в свои «знаковые продукты» они кладут только свежайшие и наилучшие ингредиенты. Но не получив ясных ответов, я этого сделать не могла.

Часть 2

Особенности обработанной пищи

Глава 6

Сладкое

Вчерной комедии Джейсона Райтмана «Здесь курят» об искусстве лоббирования в главной роли высокооплачиваемого лоббиста снялся Аарон Экхарт. В каком-то эпизоде фильма его персонаж участвует в циничном разговоре с коллегами – профессиональными лоббистами (из алкогольной и оружейной промышленности), где они обсуждают, у кого из них работа сильнее всего отрицает и игнорирует доказательства. Если бы Райтман снимал фильм сейчас, он мог бы посадить за этот стол лоббиста из сахарной промышленности, поскольку сахар в большой беде и ему нужно максимально помогать. Несмотря на все усилия, сахарные компании и производители, зависящие от сахара, сидят в глубокой оборонительной яме, которая липка и темна, как патока, и из которой настолько же трудно выбраться. Как гласят заголовки, сахар – это новый табак.

Времена изменились. Когда насыщенные жиры были «плетеным человеком»[69] для организаций питания, вредное для здоровья воздействие сахара ускользнуло из поля внимания. Проклятие жиров стало дойной коровой для сахарных заводов, которые плодили легионы обработанных продуктов с повышенным уровнем сахара для компенсации неизбежной потери вкуса из-за удаления жиров, ориентированных на его создание.

Это избегание жиров в рационе было настолько упорным, что в некоторых случаях даже способствовало рекламе сахара, поскольку полезность пищи определялась отсутствием жиров. В 2014 году одна моя подруга была озадачена, получив от своего врача копию документа с диетой Good Hearted Glasgow Diet Sheet на том основании, что у нее был высокий уровень холестерина. Введение гласило: «Снижение количества потребляемых жиров поможет вам понизить уровень холестерина в крови». Это крайне спорное утверждение, поскольку убеждение о связи между потреблением жиров и повышенным уровнем холестерина – это очень упрощенный взгляд на вещи, так же как и представление о том, что снижение холестерина улучшает ситуацию со здоровьем. Даже если отбросить спорный вопрос с холестерином, тревожно было читать рекомендации по рациону: сахар, джем, мармелад, мед, карамель, пастила и жевательная резинка – все эти продукты числились в колонке «Рекомендуемые продукты».

Где-то на заднем плане, конечно же, продолжались постоянные обсуждения сахара и его способности вредить нашему здоровью. Еще в 1972 году физиолог Джон Юдкин опубликовал книгу, которая в Нью-Йорке вышла под названием «Сладкий и опасный», а в Лондоне – «Чистый, белый и смертельный: проблема сахара». В последующих изданиях название было расширено: «Чистый, белый и смертельный: как сахар убивает нас и что мы должны делать, чтобы прекратить это». Казалось бы, куда яснее? Однако в течение многих лет сахарное лобби прибегало к таким атакам, используя две стратегии.

Один метод заключался в том, чтобы нейтрализовать любые наши скрытые опасения насчет сахара, создавая ложную положительную связь со здоровьем. Цель тут – создать представление о хорошем самочувствии, которое сталкивается с любым негативным восприятием и в итоге его преодолевает. (Это классический маневр ограничения ущерба, который применяют потенциально непопулярные компании; например, это причина, по которой нефтяные компании, загрязняющие среду, часто спонсируют проекты в области дикой природы.)

Для компаний, которые перегружают товары сахаром, проще всего было связать продукцию со спортом и физической активностью. Так, Coca-Cola рада была стать официальным поставщиком газированных напитков на Олимпиаде 2012 года в Лондоне, поскольку это позволяло ей продемонстрировать строгую приверженность «олимпийским ценностям – участию, дружбе, мастерству и уважению» и «строить более глубокие отношения с людьми, которые наслаждаются нашими продуктами». Разве не мило? Сладкий газированный напиток янтарного цвета Irn-Bru, согласно рекламе сделанный Эндрю Барром из железных балок[70], был объявлен «официальным безалкогольным напитком Глазго» для Игр Содружества[71] 2014 года. Имейте в виду, что Глазго – город с самой низкой ожидаемой продолжительностью жизни в Соединенном Королевстве, находящийся в регионе (Шотландия), который имеет худшие показатели здоровья в Европе. Глава компании, отвечающей за маркетинг, вкрадчиво заверяет: «Ретейлеры смогут обеспечить отличную видимость и привлекательность в точках продаж предоставляемого нами продукта и использовать непревзойденную возможность стимулировать продажи безалкогольных напитков перед, во время и после Игр в Глазго 2014 года». Несмотря на то что многие поставщики сладких продуктов внешне заботятся о физической нагрузке, ясно, что их главная забота – увеличение продаж.

Вторая тактика сахарного лобби не реализовывалась на спортивных аренах, но была крайне эффективной за кулисами: это дискредитация критиков, выставление их одиночками и еретиками, действующими на задворках научных кругов. Мнение Джона Юдкина, забившего первым тревогу, обошлось ему очень дорого. Ему не доставались исследовательские гранты, отменялись конференции, где он мог выступить против сахара, а в последней главе своей книги он описывает несколько попыток помешать финансированию его работ и предотвратить публикацию. Сахарное лобби отклонило книгу «Чистый, белый и смертельный» как фикцию и десятилетиями преследовало любого, кто отваживался распространять любые «антисахарные» взгляды.

У меня есть собственный опыт. В 2009 году представитель британского сахарного лобби, тогда именовавшегося Sugar Bureau («Сахарное бюро»), а позже изменившего название на менее тенденциозное и более научно звучащее Sugar Nutrition UK («Сахарное питание в Соединенном Королевстве»), написал моему редактору в популярном журнале и потребовал, чтобы я привела в статье научные подтверждения всех сделанных мною упоминаний о негативном влиянии сахара на здоровье. Безо всякого намека на иронию требовалось, чтобы я подтвердила даже заявление, что сахар может вызывать разрушение зубов, – утверждение, которое десятилетиями не вызывало сомнений. Тем не менее я это сделала, пространно и детально.

Не удовлетворившись моим ответом, воинственный представитель снова обратился к редактору. Жалоба отправилась в отдел, который занимается юридическими вопросами. Отдел был уже хорошо знаком с жалобами сахарного лобби из-за их привычки давить на любого журналиста, который осмеливался сказать, что сахар не является для нас благом. В моем случае сахарное лобби уступило, но в течение многих лет эта тактика окупалась. Она фактически вынуждала критиков молчать, связав трудоемким обменом письмами, постоянно отказываясь принимать даже весьма надежные источники и требуя печати писем, которые бы «исправляли» «вводящее в заблуждение, бредовое» утверждение, что сахар вреден. Понимая, насколько драчливо и требовательно сахарное лобби, редакторы и журналисты были склонны к самоцензуре, избегая этой темы или касаясь ее безобидно, очень мягко. Поступить иначе, скорее всего, означало быть втянутым в длительный, кажущийся бесконечным диалог. Вскоре СМИ поняли посыл: «Не говорите о сахаре ничего негативного, если не желаете кучи хлопот».

Только с помощью максимальных усилий лоббисты смогли так долго подавлять плохие новости. Одна передовица в журнале British Medical Journal утверждала, что «теперь маятник пошел в сторону от точки зрения, что корень зла заключается в жире». По мере того как дело против насыщенных жиров начало сходить на нет, в качестве главного врага общественного здоровья их заменил сахар. Мировое сахарное лобби стало испытывать затруднения в 2012 году, когда вышла книга Роберта Ластига «Шанс жиров», где убедительно доказывается, что настоящий злодей в эпидемии ожирения – не жир, а сахар. Еще больше накалила обстановку статья Ластига и двух его коллег в научном журнале Nature под названием «Ядовитая правда о сахаре». Там обосновывалось, что избыток сахара способствует 35 миллионам смертей в год по всему миру, делая нас толстыми, нарушая обмен веществ и баланс гормонов, повышая кровяное давление и повреждая печень.

К 2014 году выступления против сахара неконтролируемо возникали уже повсюду, пузырясь, словно оставленная без присмотра кастрюлька с быстро темнеющей, ужасно горячей карамелью. И когда Всемирная организация здравоохранения, ссылаясь на растущую озабоченность вкладом сахара в ожирение и проблемы с зубами, объявила о проекте директивы, рекомендующей людям уменьшить вдвое (от 10 % всех получаемых калорий до 5 %) свою дневную дозу свободных сахаров, т. е. добавочных сахаров, включая долю из меда, сиропов и фруктовых соков, – сахар оказался прижатым к стенке.

Предприятия, завязанные на сахаре, продолжали прибегать к той же самой защите. Компания AB Sugar, крупный переработчик сахара, громко жаловалась, что сахар несправедливо считается главным виновником эпидемии ожирения. Выгадывая время, CAOBISCO – Ассоциация европейских производителей шоколада, бисквитных и кондитерских изделий – попыталась замутить воду, настаивая, что обвинения против сахара требуют «дополнительного научного обоснования». Британский фонд питания, который, несмотря на нейтральное солидное название, является фанатичным защитником промышленного производства пищи, охарактеризовал нападки «сахар – это новый табак» как «вводящие в заблуждение», цепляясь за потрепанное утверждение, что сахар вреден только в избытке, а с точки зрения питательной ценности он необходим. Фонд сообщает: «Сахар – это вид углеводов, который дает энергию для организма в форме глюкозы. В частности, глюкоза нужна для функционирования мозга и для мышц во время тренировок». Нас просят поверить, что сахар реально нужен для функционирования нашего организма, а вовсе не вреден для него. По такой логике сахарная вата оказывается желательной частью «сбалансированной» диеты.

Вызывает тревогу тот факт, что основатель одной компании детского питания страстно писал, что «вопиющие заголовки» «упрощают эту серьезную национальную проблему до отдельной, слишком простой охоты на ведьм в отношении одного продукта». Какому ребенку нужно добавление сахара к еде? И когда я написала колонку для журнала Grocer, где говорила о том, что нужно признать факты и сократить потребление сахара, Терри Джонс, директор Федерации производителей продуктов питания и напитков – организации, выступающей рупором индустрии обработанных продуктов и напитков, – ответил еще одним письмом редактору:

Хотя совокупность научных данных показывает, что сахар, как и любой другой нутриент, можно употреблять в качестве части разнообразного и сбалансированного рациона, крикливое меньшинство настаивает на демонизации этого вещества. Простой сбалансированный рацион при физической активности проиграл создающим панику россказням.

Последняя раздраженная строка выражает появляющееся в пищевой промышленности понимание того, что сахар выставлен врагом общественного здоровья номер один и обратного пути нет. Защита сахара обречена на неудачу. Как бы ни бушевало сахарное лобби, оно проиграло войну. Производители теперь уязвимы для критики за использование сахара в таких огромных количествах, и на них оказывается колоссальное давление с целью уменьшить содержание добавляемого сахара в еде и напитках. Сегодня упоминание о сахаре в продукте еще не настолько плохо, как изображение на этикетке черепа со скрещенными костями, но все движется в этом направлении.

С точки зрения связей с общественностью и продаж проблемное и токсичное слово «сахар» нужно как можно быстрее смахнуть с этикеток, и супермаркетам приходится реагировать на ситуацию. Например, сеть Waitrose в 2014 году объявила, что меняет состав в линейке охлажденных соков и смузи, убирая 7,1 тонны сахара в год, – свидетельство движения к новой эпохе снижения количества сахара. Это означало исчезновение нескольких продуктов в линейке продуктов Copella и Tropicana компании PepsiCo. Подобные исчезновения посылают ударные волны по всей индустрии обработанных продуктов. Ох, это больно! Кто следующий попадет под удар?

Тем не менее даже под серьезным давлением со стороны супермаркетов производители не могут отказаться от действительно большого количества сахара, поскольку при создании продуктов значительно опираются на сладкий вкус. В 100-граммовой банке колы – порции, рассчитанной на одного человека, – содержится до девяти чайных ложек сахара; и если подумать, то многие прибыльные безалкогольные напитки – это, по сути, вода с сахарами или подсластителями плюс красители и ароматизаторы. То же самое относится не только к безалкогольным напиткам, но и ко многим продуктам, продаваемым под видом соков.

Сахар – не только краеугольный камень в промышленных напитках, кондитерских изделиях, выпечке, злаковых хлопьях для завтрака и десертах, но и удивительно важная часть многих несладких продуктов: майонеза, супов, соусов для пасты, готовых блюд, подливки и хлеба. Когда организация Which?[72] исследовала готовые блюда, выяснилось, что курица с рисом под кисло-сладким соусом Sainsbury’s и курица с рисом под кисло-сладким соусом Tesco содержали примерно по 10 чайных ложек сахара в порции. Сладость – это отличительная черта львиной доли обработанной пищи.

Сахар обладает и многими другими технологическими особенностями, важными для производителей продуктов питания. Он делает напитки более вязкими, действует как консервант, удлиняющий срок хранения. Он способствует удержанию влаги, и вы ощущаете, что получаете больше за ваши деньги. Зная, что люди едят глазами, производители используют сахар для создания заманчивой золотистой корочки и внешнего вида хорошо прожаренного мяса. Добавление сахара делает тесто объемнее. Как формулировалось в одном из документов отрасли, «помимо своего сладкого вкуса, сахар обеспечивает объем, элементы текстуры, подрумянивание, карамелизацию и прочие необходимые функциональные элементы [в производстве пищи]». По сути, просить производителя не злоупотреблять сахаром все равно что просить строителя ставить дом без несущих балок.

Сахар – настолько важный скрепляющий элемент в производстве еды и питья, что изменение состава продуктов в сторону его уменьшения или полного устранения – весьма непростая задача; обычно его нельзя заменить каким-то одним ингредиентом. Исчезновение или замена сахара поменяет структуру, вкус и внешний вид продукта. Чтобы это компенсировать, придется изменить всю рецептуру. Поэтому идет охота за альтернативным сладким веществом, у которого были бы все функциональные свойства, нужные для производства еды и питья, и которое можно было бы правдоподобно представлять общественности как вещество, более благотворное, чем сахар.

В настоящее время пищевая промышленность потихоньку стирает упоминания токсичного слова «сахар» с упаковок, используя ряд уловок. Прежде всего тут применяется слово «фруктоза». Эта форма сахаров находится в естественном виде во фруктах, и ее выдвигают на роль более здорового типа сахара[73]. Некоторое время это работало. Как известно любому продавцу нездоровой пищи, простое упоминание фруктов – путь к созданию у продукта здорового имиджа. «Фруктовый сахар» звучит куда полезнее для здоровья, чем просто «сахар», не так ли? Но фруктоза в цельных плодах идет рука об руку с клетчаткой, которая замедляет и сокращает всасывание сахара в организме, и это определенно не та ситуация, когда фруктозу добавляют в совершенно очищенной форме, как делается с обработанными продуктами. Когда матушка-природа создавала фрукты, она все хорошо продумала. Потенциальный яд (фруктоза) в них появляется в той же оболочке, что и противоядие (клетчатка); это, по-видимому, предотвращает негативное воздействие первого компонента на наш обмен веществ[74]. Но когда в производстве используется чистая фруктоза, она так же пагубна для здоровья, как и сахароза – более знакомый нам столовый сахар (некоторые ученые утверждают, что ее воздействие даже хуже). Действительно, сейчас фруктоза выглядит как многообещающий новый ученик в классе, который на деле оказался кошмаром.

Особую озабоченность вызывает сильно очищенная форма фруктозы, которую получают из кукурузы с помощью ферментной технологии, – кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы (HFCS). На этикетках в Соединенном Королевстве он чаще появляется под названием «глюкозный (фруктозный) сироп» или наоборот[75]. Он широко используется в производстве пищевых продуктов, потому что дешевле сахара и имеет жидкую форму, его проще обрабатывать в промышленных масштабах. Потребление этого подсластителя связывали с развитием подагры, гипертензии, жировой болезни печени, диабета ІІ типа и ожирения. Перерабатывающие кукурузу компании в США продолжают утверждать, что этот сироп «безопасен, натурален и эквивалентен сахару с точки зрения питательности», но ситуация вокруг него накалилась и потребители по обе стороны Атлантики голосуют ногами, стараясь его избегать. Дэвид Розенталь, старший вице-президент Американской ассоциации кукурузоперерабатывающих предприятий, озвучил проблему имиджа в этой отрасли:

Такая [негативная] известность привела к последующему ложному представлению у некоторых маркетологов и производителей о том, что значительное количество потребителей избегает торговых марок с HFCS и что переключение на сахар в рецептурах (с указанием на этикетках «не содержит HFCS») может увеличить продажи.

Завязнув в продукте, заработавшем такую незавидную репутацию, кукурузоперерабатывающие предприятия пришли к идее переделки HFCS. Почему бы не назвать сироп кукурузным сахаром? Даже запятнанное слово «сахар» не несет таких отрицательных коннотаций, как HFCS. Хорошая попытка, но инициатива была признаком отчаяния, и даже лобби переработчиков кукурузы не помогло: Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США отказалось менять название, поэтому у HFCS по-прежнему есть обременительная проблема имиджа.

Аналогичную попытку предприняли компании, перерабатывающие сахарный тростник: они попробовали переименовать высушенный тростниковый сироп, который является лишь чуть менее очищенной формой «золотистого» тростникового сахара, в «выпаренный тростниковый сок». В 2009 году Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов тоже отказалось утвердить этот термин на основании, что он «ложно подразумевает, что подсластители являются соком». Благодаря ассоциации с плодами слово «сок» наводит «глянец здоровья» на любой продукт. С 2012 года суды США рассматривали несколько коллективных исков против известных компаний – исков, основанных на том, что выпаренный тростниковый сок – это лишь сахар, искусно замаскированный. Один из таких процессов (против ведущего производителя йогуртов Chobani) прекращен, но остальные иски еще рассматриваются. Хотя управление постоянно высказывало требование, чтобы производители питания не использовали этот термин, потому что он ложен и вводит в заблуждение, окончательное решение пока не принято, поэтому компании, решившие заменить слово «сахар» словом «сок», еще имеют шанс на победу.

Глядя на все ухищрения и махинации вокруг сахара и фруктозного сиропа, вы можете решить, что производителям нужно обратить внимание на вариант с искусственными подсластителями: в конце концов, их довольно много. К ним относятся аспартам, ацесульфам К, сахарин и сукралоза, которые слаще сахарозы (обычный рафинированный сахар) в 200, 200, 300 и 600 раз соответственно, но при этом обладают нулевой калорийностью. Эти химически синтезированные подсластители известны уже десятки лет и широко применяются для диетических напитков и продуктов, для жевательной резинки и как столовые подсластители. Какой-нибудь производитель мог бы поиграть с соблазнительными возможностями, предоставляемыми недавно разработанным неотамом, который слаще сахарозы в умопомрачительные 8–10 тысяч раз. Если это не сработает, то есть еще более мощный сахарозаменитель – адвантам. Изготавливаемый из аспартама и ванилина, он слаще сахара в невообразимые 37 тысяч раз. Комиссия по пищевым добавкам Европейского союза в 2014 году объявила, что при использовании в количествах, разрешенных для питья и еды, у адвантама «отсутствует генотоксичность (опасность для ДНК) и канцерогенность».

Уже мечтаете попробовать адвантам? Возможно, не стоит. Хотя искусственные подсластители, по-видимому, обладают более приличной репутацией, чем кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы, и имеют всевозможные официальные разрешения, они, похоже, не снимают всех вопросов о безопасности. Исследования связывают потребление искусственных подсластителей с различными неблагоприятными последствиями для здоровья: мигренью, эпилепсией, преждевременными родами и раком мозга. Тем не менее Европейское агентство по безопасности продуктов питания постановило, что все подсластители, разрешенные к продаже в Евросоюзе, хотя и потенциально токсичны в больших количествах, «безопасны для потребления человеком при установленных уровнях воздействия». Это может убедить тех, кто верит, что наши регулирующие органы ставят общественное здоровье выше корпоративных интересов, но вопросы вокруг связи искусственных подсластителей и здоровья все равно остаются; некоторые из них (наряду с HFCS) включены в черный список неприемлемых ингредиентов сети магазинов Whole Foods Market. Для производителей, пытающихся перейти от сахара и HFCS к чему-то более сносному в глазах общественности, обращение к подсластителям может оказаться прыжком из огня да в полымя.

Если смотреть с более практической точки зрения, кривая вкуса у обычного сахара (сахарозы) имеет идеальную форму, т. е. вкус раскрывается постепенно, достигает приятного пика, а потом исчезает. В то же время искусственные подсластители отдают вкус медленно и оставляют длительное горьковатое, слегка металлическое, напоминающее лакрицу послевкусие. Это не проблема, если речь о жевательной резинке, в которой все перекрывает резкий вкус мяты, но в других случаях этот привкус может очень резко выделяться.

Кроме проблем с безопасностью и вкусом, на горизонте искусственных подсластителей есть еще одно пятно: все чаще встречаются подтверждения, что, несмотря на отсутствие калорий, они, похоже, не делают то, для чего предназначены, – не контролируют вес. В самом деле, несколько крупномасштабных исследований обнаружили положительную корреляцию между использованием искусственных подсластителей и повышением веса. Одно исследование установило, что крысы, которых кормили искусственными подсластителями, набирали вес быстрее, чем употреблявшие сахар. В некоторых работах отмечается, что искусственные подсластители могут оказаться хуже сахара. В 2013 году крупное исследование с участием свыше 66 тысяч женщин, в котором в течение 14 лет изучалось потребление безалкогольных напитков, подслащенных сахаром и искусственными подсластителями (диетических), установило, что во втором случае диабет ІІ типа появлялся вдвое чаще, чем в первом. Годом позже масштабный обзор работ, посвященных влиянию искусственных подсластителей на вес и другие параметры здоровья, дал такое общее заключение:

Накопленные свидетельства подтверждают, что люди, часто потребляющие такие заменители сахара, могут также подвергаться повышенному риску избыточного веса, метаболического синдрома, диабета ІІ типа и сердечно-сосудистых заболеваний.

Удивлены? В конце концов, если подсластители не содержат калорий, как они заставляют вас толстеть? Один из возможных вариантов таков: сладкий вкус, к которому не прилагается калорий (которые есть у обычного сахара), заставляет организм искать эти калории в других местах, что способствует перееданию. В то время как классический сахар оставляет у нас ощущение довольства, предполагается, что «сладость, отделенная от энергетического содержания, дает не полную, а частичную активацию путей вознаграждения». Другими словами, искусственные подсластители пробуждают центр удовольствия в мозге, но не предоставляют ожидаемого удовлетворения. Например, когда мы берем диетический напиток, полагая, что делаем здоровый выбор, то продолжаем мечтать о пончике. Другая теория заключается в том, что искусственные подсластители негативно воздействуют на наши гормоны, регулирующие аппетит, – на лептин и грелин, что делает нас более склонными к перееданию.

Сейчас производителям нужен «несахарный сахар», идеальное вещество, которое обеспечивает необходимый сладкий вкус, но не имеет отрицательных сторон для здоровья и безопасности, которые есть у сахара, HFCS и искусственных подсластителей. Производители продуктов питания знают, что потребители воспринимают «натуральное» как «хорошее», а «обработанное» как «плохое», поэтому если им требуется позиционирование «здоровья» на рынке, то приходится двигаться в сторону натуральности. Традиционные подсластители: мед, кленовый сироп, кокосовый и пальмовый сахар – не годятся для производителей, потому что они намного дороже сахара, HFCS и искусственных подсластителей. У них тоже есть собственный вкус, поэтому они не обладают нейтральностью, нужной для работы с большим количеством продуктов. Натуральные подсластители (если их не очищать): патока, карамель, сливочные тянучки, дымные или смолистые привкусы и т. д. – демонстрируют целый спектр вкусов, и это свойство мешает производителям еды и напитков.

Несколько лет назад в магазинах здоровой еды как отличная замена сахара предлагался сироп агавы, иногда продававшийся под более экзотичным названием «нектар агавы». Его получали из колючего, похожего на кактус южноамериканского растения[76], и он примерно в полтора раза слаще сахара. Вот как рекламирует себя один из брендов:

Ацтеки ценили агаву как дар богов и использовали жидкость из ее сердцевины для придания вкуса и аромата еде и напиткам. Сегодня мы знаем больше о многих полезных свойствах этого нектара, и люди, заботящиеся о своем здоровье, врачи и сторонники натуральной пищи все чаще предпочитают использовать в качестве подсластителя именно его.

Нектар агавы часто именуется сырым, но в действительности его добывают либо при низкой температуре, либо с помощью ферментов. В менее обработанной форме темный сироп агавы имеет легкий карамельный вкус, но в более очищенных светлых формах он становится мягким и безликим – именно эти ключевые характеристики и нужны для пищевой промышленности. Однако образ агавы и коммерческие перспективы поблекли, когда первоначальный энтузиазм сменился пристальным рассмотрением ее химического состава. Содержание фруктозы в сиропе агавы оказалось выше, чем в HFCS, и, по словам одного активиста движения за здоровую пищу, «бо́льшая часть нектара агавы или сиропа агавы – всего лишь созданный в лаборатории сверхконцентрированный фруктозный сироп, лишенный практически всякой питательной ценности».

Когда звезда агавы закатилась, на небосводе заменителей сахара ярко замерцало новое светило – еще один натуральный подсластитель с хорошо звучащим названием. Следующей большой белой надеждой для освобождения от сахара стала стевия – листовое растение из Центральной и Южной Америки. Нам стали рассказывать, что местные жители жевали ее и использовали вместо чая. Как и у агавы, у стевии имелась подходящая предыстория, связанная с «мудростью древних», что для маркетинговых отделов – просто подарок, плюс, в отличие от агавы, имелся еще и козырь с нулевой калорийностью.

Стевия прокладывает себе путь в безалкогольные напитки и производимую пищу. В 2013 году Coca-Cola начала добавлять в свой «Спрайт» подсластитель Truvia®, созданный компанией Cargill на основе стевии, что позволило сократить содержание сахара в напитке на 30 %. Coca-Cola подчеркивает натуральность стевии и ее старинное применение: «Растение стевия родственно хризантеме и происходит из Парагвая, где оно использовалось для подслащивания напитков с тех времен, когда местные жители открыли его вкус и аромат. В Южной Америке его выращивают, собирают и используют около 200 лет».

Разве вам не нравятся такие рекламные речи? Но насколько натуральна стевия, производимая в коммерческих масштабах? Похоже, есть большая разница между сладкими зелеными листьями стевии, которые жевали и варили местные жители, и очищенными сильно концентрированными химическими веществами, которые извлекаются из этих листьев. Для начала заметим, что современные экстракты стевии намного слаще. В то время как сушеные зеленые листья растения слаще сахара в относительно несерьезные 40 раз, выделенные из листьев химические экстракты слаще в 200–300 раз. И в то время как листья стевии в цельном необработанном виде содержат множество соединений – дитерпеновых гликозидов, которые вносят вклад в их сладость, экстракты стевии, имеющиеся на рынке или в разработке, в целом обходятся одним или двумя гликозидами. Truvia®, продукт компании Cargill, «рожденный листьями стевии», использует один определенный гликозид – ребаудиозид А, сочетая его с другими ингредиентами. Основной компонент в Truvia® – не стевия, а эритритол, многоатомный спирт, подробнее о котором будет рассказано далее. Truvia® содержит и ароматизаторы. Компания объясняет: «Натуральные ароматизаторы используются, чтобы лучше всего подчеркнуть натуральный подсластитель Truvia®, подобно тому, как соль, перец и другие специи используются для улучшения вкуса пищи».

В США компания Cargill ведет защиту от коллективных исков, оспаривающих претензии Truvia® на натуральность. Один из таких исков утверждал, что «ребаудиозид А – это не натуральный сырой препарат стевии», поэтому его производство не «аналогично приготовлению чая», как говорится на упаковке компании. Скорее, это «значительно обработанная химически и очищенная форма экстракта листьев стевии». Еще в жалобе указывалось, что основной компонент Truvia®, эритритол, «получен синтетически». На сегодняшний день такие иски урегулированы во внесудебном порядке, причем Cargill заявляет, что хочет избежать траты времени и денег, связанной с дальнейшим разбирательством. Компания согласилась изменить и свой слоган в определенных областях. А тем временем любой производитель, первоначально склонный видеть в стевии надежного партнера, может пересмотреть свои представления.

Даже если разобраться со спорами по поводу применения слова «натуральный» для описания сильно обработанных продуктов из стевии, никуда не деться от ее вкусового профиля, который далек от идеального. Одна из причин того, что стевия заменяет всего 30 % сахара в еде и напитках, – ее длительное, слегка прохладное, почти ментольное послевкусие, напоминающее о лакрице или хинине. После добавления стевии в рецептуру «Спрайта» продажи напитка резко упали. Один влиятельный участник слепой дегустации предположил: причина в том, что «послевкусие [стевии] оказалось сильным и неприятным». Ученые сейчас выделяют из стевии больше мелких гликозидов, которые могут оказаться вкуснее. Теоретически фитогенетики могли бы создать «новую стевию» – сорт с более высоким уровнем желательных гликозидов. В настоящее время стевия, хотя и любимица мирового рынка подсластителей высокой интенсивности, не выглядит как готовое решение для замены сахара.

Если стевия по-прежнему остается неизвестной величиной для большинства людей, что мы можем сказать о полиолах, многоатомных спиртах, – еще одном недавно возникшем классе подсластителей? Их названия появляются на этикетках товаров: чаще всего это эритритол, маннит, сорбит, изомальтит, лактитол, ксилит; поскольку европейские регулирующие организации считают их добавками, они имеют E-индексы. Но что они собой представляют?[77] Полиолы, также называемые сахарными спиртами, используются как объемные подсластители. Большинство из них получаются промышленным способом при обработке сахаров – глюкозы, фруктозы, лактозы, ксилозы – водородом в присутствии никелевого катализатора. Полиолы можно получать и ферментацией. Например, эритритол производится из декстрозы[78], содержащейся в кукурузе, с помощью ферментации, использующей катализ с применением определенного штамма дрожжей.

Некоторые полиолы, особенно ксилит, поглощают тепло при растворении во рту, что вызывает эффект охлаждения; это свойство удобно для жевательной резинки, но малопригодно для каких-то других продуктов, что ограничивает их пользу для пищевой промышленности. Основной довод в пользу применения полиолов – низкая калорийность из-за того, что они только частично перевариваются в кишечнике, однако у этого предполагаемого преимущества есть оборотная сторона: вещества могут вызывать ферментацию в нижней части кишечника, приводящую к диарее и метеоризму. Вот почему в ЕС продукты, где количество полиолов в составе превышает 10 %, должны иметь предупреждающую надпись «избыточное потребление может вызывать слабительный эффект». В качестве массовой альтернативы для сахара многоатомные спирты имеют такую же ценность, как грязь.

Во всем мире крупные пищевые корпорации финансируют ученых, энергично ищущих беспроблемный, коммерчески рентабельный заменитель сахара, который можно было бы выдать за натуральный. Большое внимание уделяется архату – азиатской лиане, плоды которой содержат вещества могрозиды, которые в 300 раз слаще сахара. Как и стевия, архат обладает почтенной историей применения в сыром необработанном виде, на этот раз в восточной традиционной медицине. Полученные из плодов архата подсластители уже попали на полки американских магазинов в хлопьях, напитках и заменителях мяса, но пока не одобрены в ЕС. Есть ли у этого претендента безоблачное коммерческое будущее? История заменителей сахара – это печальный рассказ о чудесных продуктах нового поколения, которые пытаются справиться с проблемами прошлых заменителей, но не преуспевают в этом. После первоначального «медового месяца» прелесть подсластителей пропадает, когда информированные покупатели узнают, как их изготавливают. Один аналитик мировых тенденций изложил ситуацию так:

Натуральные подсластители, например основанные на стевии и архате, которые сейчас в моде, в дальнейшем могут столкнуться с проблемами. Уровень обработки этих ингредиентов довольно велик, и со временем пользователи могут отказаться от них в пользу более натуральных вариантов.

Но какие существуют более натуральные варианты? Если иметь в виду сложную историю сахарозаменителей, нельзя не задаться вопросом: не является ли поиск альтернативы золотому стандарту вкуса и характеристик сахара (сахароза) попросту невыполнимой миссией? Ведь ничто другое, похоже, не обеспечивает этого уникального вкуса и не дарит таких приятных ощущений. Технологи в пищевой промышленности могут использовать полиолы, чтобы воспроизводить его вкусовые ощущения и сглаживать недостатки искусственных подсластителей. Они могут смешивать их с синтетическими ароматизаторами и кислотами в тщетных попытках замаскировать медленное появление сладкого вкуса и скрыть навязчивые послевкусия. По словам одного специалиста по напиткам, «объединение полиолов, питательных (содержащих калории) подсластителей, подсластителей высокой интенсивности и ароматизаторов позволяет нашим специалистам по ингредиентам добиться восприятия сладкого вкуса, более напоминающего вкус сахарозы». Но этого недостаточно. Все, что они могут сделать, – это подражание сахару; они не могут добиться эквивалента.

В любом случае если окажется верным, что сладкий вкус сам по себе поощряет нас желать его еще больше, то охота за заменителями сахара – пустая затея. Научная литература отмечает у людей сильную корреляцию между привычным потреблением какого-либо вкуса и его предпочтительной интенсивностью. Например, мы знаем, что чем больше чили едим, тем больше нам нравится высокое содержание чили в нашей пище. Если повар положит в карри один стручок зеленого чили, то люди, которые регулярно его едят, сочтут карри слишком пресным, а люди, которые едят чили редко, сочтут еду слишком острой. Дети, привыкшие к современным сладким сортам яблок, таким как гала, могут решить, что традиционные сорта с высокой кислотностью имеют чересчур резкий вкус. Вкус – это не фиксированный опыт; он основан на культуре, ему учатся. По сравнению с японскими сластями, где уровень сахара понижен, кубик британской сливочной помадки покажется до невозможности сладким и приторным. В мире нет универсальной точки отсчета для сладости. Восприятие сладости относительно.

В случае с сахаром, как и со всем остальным в жизни, не получается угнаться за двумя зайцами. Как ни пытаться принарядить или переупаковать его, сахар – это плохо, но и кандидаты на его замену не лучше. Гораздо более продуктивной линией поведения может оказаться такая: нам следует обуздать наше стремление к сладкому вкусу. Если хочется быть здоровее, то путь к этому почти наверняка лежит в «разслащивании» нашего рациона: нужно употреблять меньше любых ингредиентов и добавок, которые имеют сладкий вкус, безотносительно к их источнику, способу производства, составу или количеству содержащихся калорий. Начинать нужно с напитков, потому что гораздо проще выпить избыточное количество сахара, чем съесть. Пейте воду, а не безалкогольные напитки и сок, постепенно сократите, а потом и вовсе уберите сахар из чая и кофе – и вы быстро избавитесь от безудержного пристрастия к сладкому. К счастью, сократить потребление сладкого проще, чем может показаться, потому что рецепторы во рту и на языке удивительно быстро приспосабливаются. Вам понадобятся недели, а не месяцы и не годы. Все, что вам нужно сделать, – попробовать.

Глава 7

Жирное

Во второй половине XX века для людей насыщенный жир [79]был дьяволом в сфере питания. В течение 50 лет диетические организации – сначала в США, потом в Соединенном Королевстве и во всем мире – делали его козлом отпущения, ответственным за ожирение, сердечные заболевания и инсульты. Рекомендации здравоохранения поддерживали панику, требуя избегать насыщенных жиров при «здоровом питании». Поскольку этот догмат питания был выдвинут со всей характерной самоуверенностью «доказательной» науки, он превратился в неоспоримую господствующую точку зрения, которая не только проникла во все соответствующие государственные организации и систему здравоохранения, но и была принята пищевой промышленностью, которая с энтузиазмом стала осваивать свою новую роль поставщика якобы более здоровых альтернатив.

Назначение насыщенных жиров воплощением зла в питании многим казалось нелогичным. Каким образом натуральные жиры, которые веками кормили людей: масло, гхи[80], нутряное сало, смалец, лярд, куриный или гусиный жир, кокосовое или пальмовое масло – внезапно стали вредными? Зачем матушке-природе создавать такие аномальные жиры, чтобы сократить продолжительность человеческой жизни?

В некоторых кругах наблюдался ропот. Журналы устали повторять старые страшилки о том, как людей просто толпами убивают насыщенные жиры, и обратились к причудливым исключениям, в частности к «французскому парадоксу». Этот термин предложил Серж Рено, директор базировавшейся в Лионе исследовательской организации по питанию и кардиологии, входившей в состав французского Национального института медицинских исследований. Название подчеркивает видимое противоречие между тем, что в рационе французов много пищи, насыщенной жирами, и тем, что при этом уровень сердечно-сосудистых заболеваний среди них относительно невысок[81]. Его наблюдение тепло встретили в стране, которая любит еду и разбирается в ней: через несколько лет он получил орден Почетного легиона. Но в целом с ним произошло то же, что и с другими людьми, отважившимися бросить вызов догмату о насыщенных жирах, – в других странах, особенно пресвитерианских, его работы сочли опасной ересью и мнение о зловредности насыщенных жиров продолжало рьяно распространяться. Эту догму повторяли так часто, что она укоренилась в мозгах даже самых малоинформированных о питании членов общества. Твердые жиры = плохие жиры. Жидкие масла = хорошие жиры. Это все, что вам нужно было знать.

Видя, как разворачивается ситуация, производители продуктов питания избавлялись от твердых жиров быстрее, чем они плавятся во фритюрнице, и переходили в производстве на масла, богатые полиненасыщенными жирами: кукурузное, соевое, сафлоровое, подсолнечное и рапсовое. Для их доходов такой запрет насыщенных жиров был благом: полиненасыщенные жиры были и остаются намного более дешевыми продуктами, чем насыщенные. Однако у них имелся недостаток. В отличие от насыщенных жиров, которые стабильны при комнатной температуре, достаточно хорошо хранятся и весьма терпимы к нагреванию, полиненасыщенные жиры очень легко портятся. Свет и тепло разрушительно воздействуют на их более чувствительную химическую структуру.

Таким образом, хотя использование растительного масла с высоким содержанием полиненасыщенных жиров повсеместно считалось здоровым выбором, это была только половина истории. Один из управленцев компании, занимающейся маслами, объясняет: «Если вы их нагреваете, то вы их разлагаете – и получающиеся вещества гораздо активнее вступают в химические реакции, чем те, что создаются при разложении мононенасыщенных жиров [основной вид жиров в оливковом масле и многих видах мяса] или насыщенных жиров».

В попытках сделать более стабильными масла, богатые полиненасыщенными жирами, поставщики масел применяли метод, известный как гидрогенизация, который был разработан для отверждения мыла. При нагревании к жидким маслам добавлялись атомы водорода в присутствии никелевого катализатора. Эти масла, называемые частично гидрогенизированными, делали ту работу, что требовалась производителям. Гидрогенизация работает как консервант. Отвержденные масла дольше остаются свежими, что обеспечивает больший срок хранения. Частично гидрогенизированные растительные масла и жиры стали опорой для индустрии обработанной пищи и применялись везде – от маргарина, заправок для салатов и соусов до готовых чипсов, куриных наггетсов и рыбных палочек.

Под давлением противников насыщенных жиров компании быстрого питания тоже начали хвалиться тем, что перешли на масла, полезные для сердца. Отказ от насыщенных жиров дошел даже до уличных кафешек. Там, где раньше при жарке стекал говяжий жир, в окнах появились плакаты: «Мы жарим на растительном масле». Это казалось дальновидным решением. Один шотландский владелец закусочной, где подают рыбу с жареным картофелем, вспоминал:

Я знал, что рыба с картофелем фри считается нездоровой едой, и подумал: «Попробую-ка я что-то другое». Я решил рекламировать эти изменения как полезные и написал в местной газете, что использую чисто растительный продукт, который лучше для здоровья. Я потерял двух клиентов, которые были несгибаемыми сторонниками сала, но приобрел столько людей, желавших приобщиться к растительному продукту, что мой бизнес вырос на 25 %.

Однако к 1990-м годам стали распространяться плохие новости о частично гидрогенизированных жирах – они напоминали жирное пятно на свежей одежде. Оказалось, что гидрогенизация создала «трансжиры»[82], и эти рукотворные жиры довольно опасны. После публикации нескольких научных исследований, продемонстрировавших, что употребление в пищу трансжиров увеличивает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний, инсультов и диабета ІІ типа, американские активисты начали кампанию за то, чтобы пищевая промышленность убрала эти вещества из своих продуктов.

Сначала пищевые компании отрицали эти данные, надеясь, что неприятности исчезнут сами собой. Однако этого не произошло. В 2002 году американское правительство впервые заявило, что безопасного уровня трансжиров не существует и что их нужно употреблять как можно меньше. К 2006 году в США стало обязательным перечисление списка трансжиров на маркировках продуктов. К 2010 году снижение потребления трансжиров стало ключевой рекомендацией в правилах здорового питания для американцев. В Соединенном Королевстве Агентство пищевых стандартов таких действий не предприняло, оправдывая бездействие тем, что производители добровольно убирают эти соединения из своей продукции. В коммерческом плане, хотя трансжиры по-прежнему имеются в таких продуктах, как крекеры, бисквиты, пирожные, замороженные пироги и пицца, попкорн для микроволновки, сливки для кофе и готовые к использованию глазури, они находятся в затруднительном положении по обе стороны Атлантики.

Производители, ценящие свою репутацию, избавились или избавляются от трансжиров, как ранее они убегали от насыщенных жиров. Приверженные догмату о вреде насыщенных жиров, они продолжают использовать масла, богатые полиненасыщенными жирами, но сейчас выбирают только не отвержденные, негидрогенизированные виды. Однако при этом сталкиваются с рядом технических проблем. По сути, чем менее насыщен жир, тем менее он устойчив, так что работа с негидрогенизированными маслами – просто кошмар. «Для меня самая большая проблема при жарке сегодня – это неправильное использование полиненасыщенных жиров для жарки во фритюре, – говорит руководитель одной компании, работающей с маслами. – Это весьма дешево. Оборотная сторона, которую люди не осознают: они быстрее теряют качество [чем насыщенные жиры]».

Что, собственно, означает «теряют качество»? Первое очевидное следствие – вкус. Когда масла с полиненасыщенными жирами портятся, у них довольно быстро появляется вкус и аромат, которые специалисты по маслам называют «рыбным». Если вы когда-нибудь разогревали фабричные продукты, жаренные во фритюре, например хашбраун[83] или бхаджи[84] из лука, то такое описание, возможно, вызывает у вас какие-то воспоминания.

Следующая проблема состоит в том, что масла с полиненасыщенными жирами создают отложения. В службе по работе с клиентами химической компании объясняют:

В течение последнего десятилетия, когда операторы общественного питания и производители пищевых продуктов убрали трансжиры из своего меню и из пищевых продуктов, они столкнулись с неожиданными последствиями использования масел с нулевым содержанием таких жиров. Одно из них – полимеризация, которая приводит к образованию отложений на производственном оборудовании. Полимеризация может оставить и пленку на кухонных поверхностях, которую и трудно, и дорого удалять.

Полимеры из окислившегося жира из фритюрницы образуют липкий, похожий на лак осадок на всех окружающих предметах: стенах, рабочих поверхностях, утвари, волосах и одежде работников. Большинство из нас вдыхают их в кафе и ресторанах быстрого питания и ощущают в тяжелом пахучем воздухе, окружающем их.

Следующая проблема состоит в том, что альдегиды, возникающие при распаде полиненасыщенных жиров, намного активнее вступают в реакции, чем альдегиды, появляющиеся из насыщенных или мононенасыщенных жиров, а поэтому доставляют больше неприятностей. По сути, токсичность этих альдегидов хорошо известна в научной литературе. Одно недавнее исследование пришло к выводу: «Гено– и цитотоксичность этих соединений [альдегидов] хорошо известна, и в последнее время считается, что они отвечают за такие серьезные болезни, как рак, болезни Паркинсона и Альцгеймера». Альдегиды могут попадать в наш организм либо непосредственно при дыхании (особые производственные риски для фабричных рабочих), либо при употреблении продуктов, обжаренных при высоких температурах.

Короче говоря, хотя производители продуктов питания постепенно убирают убийственные трансжиры из продуктов и опираются на растительные масла, богатые полиненасыщенными жирами, последние тоже представляют собой ящик Пандоры. Видя надвигающиеся проблемы, поставщики масел сейчас выводят на рынок новую линию растительных масел на основе полиненасыщенных соединений, которая – приготовились? – обладает более здоровыми свойствами, чем ее предшественники. Звучит знакомо?

На этот раз маркетинговый ход состоит в том, чтобы использовать масла с жирными кислотами, которые известны как омега-9[85] (олеиновая кислота из этой группы – основная в оливковом масле) и содержат меньше линоленовой кислоты. Последняя отличается дурной привычкой разлагаться при жарке с образованием акролеина – резко пахнущего альдегида, раздражающего глаза и дыхательные пути, возможно канцерогенного. «Масла омега-9 – это следующее поколение здоровых масел, обладающих уникальными свойствами, – уверяет нас компания Dow AgroSciences. – Наши масла позволяют предприятиям общественного питания и пищевой промышленности уменьшить в продуктах количество „плохих“ (транс– и насыщенных) жиров и увеличить количество „хороших“ (мононенасыщенных и полиненасыщенных), что делает доступным более здоровое питание». Дежавю. Снова возвращаемся к сценарию, который мы уже зазубрили, со знакомым противостоянием жиров-убийц и жиров-спасителей – просто снова поменялись актеры, исполняющие роли.

Но действительно ли будет прогресс, если станем приближать масло для жарки к оливковому? К сожалению, нет. Олеиновая кислота в оливковом масле может идеально помогать здоровью, когда вы заправляете маслом салат из моцареллы, помидоров и базилика, но совершенно иначе ведет себя во время жарки во фритюре. Точнее, она дает продукты разложения – окисленные моноглицериды, которые всасываются в желудке и кишечном тракте. Их связывают с сердечно-сосудистыми заболеваниями и диабетом ІІ типа.

Конечно же, любое масло, каким бы чистым и полезным оно ни было первоначально, испортится во время перегрева – жарите вы на домашней кухне, в кафе, торгующем едой навынос, или на фабрике. Чем дольше используется масло, тем больше в нем нежелательных продуктов распада. Но при домашней готовке масло обычно используется один или два раза, а потом выбрасывается. На фабрике масло интенсивно используется снова и снова, как правило, в течение 7–12 дней, причем не забывайте, что многие пищевые предприятия работают круглосуточно. Один из отраслевых наблюдателей отмечает:

В коммерческой [фабричной] среде вообще удивительно, что масла выживают, учитывая, как ими злоупотребляют. Огромная площадь поверхности промышленных фритюрниц подвергает масло воздействию воздуха и окисления. Портит масло и накопление крошек от готовящейся еды. Высокие температуры, используемые при жарке, ускоряют его разрушение.

Чтобы определить, когда пора менять масло, производители продуктов питания часто полагаются на такие примитивные способы, как изменение цвета или еженедельный график. Новые масла с высоким содержанием олеиновой кислоты обеспечивают им бо́льшую свободу действий, поскольку лучше выносят высокие температуры. Один сторонник их применения для жарки указывает:

Эти масла [с высоким содержанием олеиновой кислоты] с увеличенной температурой образования копоти расширяют возможности жарки, не жертвуя при этом вкусом или качеством. Это не только помогает поддерживать однородность продукта; снижение числа перемен масла означает еще экономию труда и самого масла. Некоторые соевые масла с высоким содержанием олеиновой кислоты могут послужить для жарки в 2–3 раза дольше, чем обычные варианты.

Понятно, что субстанции, которые выдерживают суровость жарки в промышленных масштабах, должны быть крепкими орешками. И здесь можете забыть о маслах, которые производятся старомодными методами экстракции, например холодным отжимом: они просто кисейные барышни. Производителям нужны закаленные в сражениях морские пехотинцы, которые выжили на полосе препятствий еще до попадания на фабрику.

Вот почему масла, предназначенные для фабричной жарки и фастфуда, известны под аббревиатурой RBD (рафинированное, отбеленное, дезодорированное). Нейтральным вкусом и изумительным качеством хранения они целиком и полностью обязаны процессу промышленной очистки. Семена масличных культур измельчаются, затем масло экстрагируют с помощью растворителей, обычно гексана. Чтобы удалить растворители (хотя и не все), используются другие химикаты; от них остаются следы. К этому моменту производственного процесса в масле появляются какие-то вязкие вещества, и их нужно удалить с помощью каких-нибудь кислот или ферментов. Сейчас масло уже не имеет приятного запаха и оно потемнело, поэтому его отбеливают с помощью глины. Далее его нужно дезодорировать, для чего масло нагревают до высокой температуры – минимум дважды. Подводя итог, скажем так: процесс RBD дает горячие масла, над которыми сильно потрудились, – прямую противоположность холодным необработанным кустарным маслам.

Конечно, когда мы покупаем дешевое рафинированное растительное масло для домашней жарки, то оно тоже оказывается маслом RBD, но по крайней мере домашние повара ничего в него не добавляют, в отличие от производителей пищи. Чтобы добиться максимальной долговечности масел во фритюрнице, производители и предприятия быстрого питания могут добавлять некоторые «улучшающие агенты», которые увеличивают срок службы при жарке, т. е. замедляют химическое разложение масла. Первое место тут занимают антиоксиданты (в основном консерванты, просто под другим названием): лимонная кислота, галлаты, трет-бутилгидрохинон, который используется в лаках и смолах, и бутилгидроксианизол. В отношении последнего есть «разумные предположения, что он является канцерогеном для человека». Обычно он поставляется в растворе пропиленгликоля (использующегося как антифриз) и удивительно удобен для пользователей, поскольку «остается бесцветным даже при нагревании до 194 °C в течение часа». Далее можно добавлять антипенные агенты, например полидиметилсилоксан, и агенты против разбрызгивания, например лецитин. В состав могут входить эмульгаторы, например моно– и диглицериды жирных кислот. В большинстве коммерческих фритюрниц используются и минеральные фильтры, такие как кремнезем, бентонит и перлит, чтобы замедлить образование липких клейких отложений. Как видите, в промышленном кулинарном масле содержится куда больше веществ, чем в обычном, но ни одно из них не будет указано на этикетке готового жареного продукта (на пакетике кукурузных чипсов, пончике или котлете по-киевски), поскольку считаются не пищевыми добавками, а технологическими средствами.

Еще один материал в распоряжении производителей продуктов питания – это экструдированное масло (EE), обычно из сои. Это более дорогой и пока менее популярный вариант, который на первый взгляд выглядит как «менее химическая» альтернатива маслу RBD. Семена масличных культур пропускают через мелкие отверстия в металле под высоким давлением и при высокой температуре. Главная привлекательность этого метода для производителей продуктов питания и предприятия быстрого питания: он обеспечивает очень долгий срок службы масла при жарке. Один американский шеф-повар отметил: «Мы меняли масло для жарки раз в 5–7 дней. Внезапно у нас появилась возможность делать это раз в 12–14 дней, используя новое [EE] масло».

Вы, разумеется, понимаете, почему производители продуктов питания могут стремиться избавиться от масел, очищенных промышленным способом. В ходе этого процесса создается загрязняющее вещество 3-МХПД (3-монохлорпропан-1,2-диол); установлена его связь с бесплодием у крыс, подавлением иммунной функции и возможной канцерогенностью. Международное агентство по изучению рака классифицирует его как «возможный канцероген для человека». Тем не менее Научный комитет ЕС по продуктам питания установил допустимое дневное потребление для 3-МХПД. Ну и что, что в нашей пище окажется еще одна небольшая доза канцерогена? Похоже, власти это не заботит. А если употребляете жареную пищу чаще, чем средний человек, так это вам просто не повезло.

Какое бы масло ни было выбрано, высокая температура и длительное время, нужное для обжаривания некоторых популярных видов еды, создают еще одну хорошо известную опасность для здоровья – акриламид. Это вещество, токсичное для нервной системы, вызывает рак у животных и классифицируется Агентством по охране окружающей среды США как «вероятный канцероген» для людей. В 2014 году Европейское агентство по безопасности продуктов питания пришло к выводу, что акриламид представляет собой больший риск для людей (в частности, детей), чем считалось ранее. До этого агентство утверждало, что для определения фактического риска не хватало достаточных подтверждений.

Самым серьезным источником акриламида в британском рационе были названы хрустящий картофель и чипсы. Исследователи из Брэдфорда, входившие в международную группу, изучавшую рацион беременных женщин и новорожденных детей, заключили, что женщины, которые во время беременности едят пищу с высоким содержанием акриламида, с большей вероятностью родят ребенка с пониженным весом и с уменьшенной окружностью головы. Такие результаты родов могут приводить к последующим проблемам со здоровьем, например задержке развития мозга и нервной системы. Британские дети отличались наибольшим уровнем акриламида во всех пяти изученных европейских центрах – почти вдвое выше, чем у датских детей, в основном из-за того, что их матери разделяют национальное пристрастие к жареному картофелю и чипсам.

Очевидно, что производители продуктов питания и сети фастфуда не должны брать на себя всю вину за высокое потребление акриламида в Соединенном Королевстве. Многие домашние повара тоже пользуются собственной фритюрницей, хотя широкая доступность готового жареного картофеля делает этот предмет в хозяйстве излишним. Но, хотя акриламид и обнаружен в домашней еде, специалисты, которые изучают это вещество в рамках проекта ЕС Heatox («Токсичные вещества в пище, порождаемые высокой температурой»), пришли к выводу, что «значительная доля акриламида поступает из продуктов, приготовленных промышленным способом». Они указали, что количество акриламида, которое попадает в организм с домашней едой, «относительно невелико по сравнению с едой, приготовленной на фабрике или в ресторане».

Изобилие продаваемых фабричных жареных продуктов, которые мало кто из поваров пробовал делать дома, безусловно, подстрекает нас есть больше жареного, ведь нет никакой мороки с их приготовлением. Жарить картофель во фритюре дома – это не самое обычное занятие домашнего повара, да и зачем вам вообще об этом беспокоиться, когда хрустящий картофель купить в Британии, пожалуй, проще всего? Где его не продают? Именно промышленное производство и отвечает за высокое потребление продуктов, обжаренных во фритюре.

Только самые преданные своему делу домашние хозяйки станут тратить силы на то, чтобы панировать куриную грудку или кусок рыбы, обваливая их в муке, окуная в яйца и сухари, а затем обжаривая. Очень немногие люди займутся дома приготовлением панировочного жидкого теста с нуля. Сегодня гораздо проще положить в микроволновку уже готовую еду в кляре или в панировке.

По сути, панировка и кляр – существенная особенность многих видов обработанной пищи. Неудивительно. Они разбавляют более дорогие ингредиенты. Вы можете назвать нечто куриным наггетсом, даже если маслянистая крахмалистая корочка сильно превышает по массе скудный кусочек мяса внутри. А если говорить о креветках в кляре или панировке, так это всегда было фактически лицензией на печатание денег – возможностью продавать смехотворное количество разделанных креветок в жирной оболочке.

Производители продуктов питания видят в кляре и панировке пользу еще и потому, что они снижают остроту одной вечной технической проблемы – избыточного захвата масла. Проблема вот в чем: когда еда готовится в действительно свежем горячем масле, оно действует как среда теплопередачи, поэтому нет излишнего поглощения (захвата) масла продуктом. Но по мере того, как производители снова и снова используют масло, его физические и химические свойства меняются, что усиливает поглощение. Производителей это никогда не смущало: они справлялись с напастью, создавая съедобную пленку вокруг продукта (филе индейки, рыбного филе, веджибургера и т. д.) для связывания влаги. Для этой цели они могут обращаться к специально разработанным рыбным, мясным и молочным белкам, загустителям на основе сахара или гидроколлоидам, например ксантановой камеди, конжаковой камеди или гидроксиметилпропилцеллюлозе. Эти клейкие добавки образуют липкий барьер вокруг пищи, который значительно способствует ее устойчивости к заморозке-оттаиванию. Другими словами, панировочное тесто не будет выглядеть намокшим и не начнет отставать от еды после разморозки. «Предварительное припудривание» химически модифицированным крахмалом тоже будет работать, говоря языком производителей продуктов питания, как «текстуризатор», который изолирует от влаги и уменьшает «утечки» (когда продукт вылезает из своего покрытия).

Таким образом, чем больше узнаешь о жарке в промышленных масштабах, тем меньше хочется питаться создаваемыми продуктами, и тут надо отдать должное учреждениям здравоохранения: вас предупреждали. Большинство из нас слышали, что вредно есть слишком много продуктов, которые жарили во фритюре, даже если мы склонны считать, что причина тут – насыщенные жиры. Однако когда речь идет о продуктах без жарки (например, о промышленной выпечке), то масла, богатые полиненасыщенными жирами, изображаются как настоящие пищевые спасители. Самый благополучный их представитель – маргарин, или, если пользоваться более привлекательным современным названием, спред пониженной жирности. Спред пониженной жирности – просто домашний любимчик учреждений питания Соединенного Королевства, староста курса, ведущий продукт и настоящий Ахилл в авангарде борьбы за здоровое питание. Его польза закреплена в государственных рекомендациях по питанию. Национальная служба здравоохранения даже помогает продавать товар. Она авторитетно нам сообщает: «Сливочное масло содержит много жиров, поэтому старайтесь использовать его экономно. Вместо него можно использовать спреды с пониженной жирностью».

На самом деле эта организация могла бы раздавать советы осмотрительнее, если учесть, что она полвека рекламирует маргарин, который набит трансжирами, а они, как мы сейчас знаем, укорачивают жизнь. В 1993 году, например, самый «полезный для сердца» маргарин содержал 21 % трансжиров, а «обычные» состояли из них на треть. Только в последнее десятилетие производители начали менять состав спредов, используя предположительно менее вредные альтернативы. Но не ждите покаяний или фраз «извините, мы были неправы» от государственных экспертов по питанию или от организаций, которые обленились и просто распространяют таблетки мудрости, которые им спускают сверху. Вместо этого они постарались прикрыть только этот конкретный конфуз.

Хотя директивы Национальной службы здравоохранения с неохотой подтверждают, что «рацион с высоким содержанием трансжиров может привести к высоким уровням холестерина в крови, что может вызывать такие проблемы со здоровьем, как сердечные приступы, инсульты и сердечные заболевания», тут же следует заявление о минимизации тревоги. «Однако большинство людей в Соединенном Королевстве едят мало трансжиров. В среднем мы потребляем около половины рекомендованного максимума, поэтому большей угрозой для здоровья считается более распространенное употребление в пищу насыщенных жиров». Другими словами, трансжиры не были и не являются проблемой, а вот эти нехорошие насыщенные жиры, созданные психопатичной матушкой-природой, – по-прежнему корень зла. Таково официальное закоснелое евангелие сферы питания, хотя еще в 2010 году в обзоре 21 научного исследования по жирам указывалось, что «нет никаких существенных признаков того, что насыщенные жиры вызывают сердечные заболевания». К 2014 году Британский фонд по борьбе с сердечными заболеваниями все еще придерживался доктрины «против насыщенных жиров», хотя систематическое широкомасштабное исследование, финансируемое самим фондом, изучило 72 работы, затрагивавшие более 600 тысяч участников, и установило, что потребление насыщенных жиров не связано с риском сердечно-сосудистых заболеваний.

Производители спредов со своей стороны намереваются снова нам сказать, что сейчас используют намного более полезные масла, где нет трансжиров. День сурка. На этот раз героями выставлены переэтерифицированные жиры. Но так ли это?

Чтобы создать эти переэтерифицированные жиры, обрабатывающие предприятия перераспределяют жирные кислоты в жидком масле при высокой температуре и давлении с помощью ферментов или химических катализаторов. Это меняет температуру плавления и делает получающиеся масла тверже и «пластичнее». Остается открытым вопрос, безопаснее ли для здоровья эти переэтерифицированные жиры, чем гидрогенизированные вещества, которые они заменяют, но в научных исследованиях уже отмечается их негативное влияние на глюкозу в крови, инсулин, иммунную функцию и ферменты печени у людей. Как предупреждает одна группа исследователей, «нужны дополнительные исследования, чтобы определить целесообразность употребления переэтерифицированных жиров, в частности, до того, как они войдут в состав пищи, подобно трансжирам, и будет достигнут тот уровень потребления, который угрожает здоровью в долгосрочной перспективе». Это звучит так, словно ученые говорят: «Мы уже совершили большую ошибку с трансжирами. Давайте не совершать еще одну».

Тем не менее пылкий энтузиазм организаций, занимающихся питанием, в отношении спредов, которые теперь производятся с переэтерифицированными маслами RBD, ничем не сдерживается. Например, в 2014 году государственная кампания Change4Life, призванная побудить людей к выбору здоровых продуктов, спрашивала: «Почему бы не заменить масло в пюре продуктами со сниженным содержанием жиров?» Предвосхищая вздохи и реакцию «А это обязательно?», реклама бодро добавляла: «Они будут такими же сливочными и вкусными».

Да неужели? Даже производители маргарина никогда не пытаются утверждать, что спреды по вкусу эквивалентны маслу. Они поступают мудро: утверждать такое просто абсурдно. У масла есть неповторимый вкус, и оно оставляет нёбо чистым. Спреды же оставляют на нёбе жирную пленку и не дают никакого приятного ощущения. Тем не менее переход от масла к маргарину – это одобренная правительством страны «Умная Замена». То, что наши консультанты по здравоохранению никогда не упускают возможности отстаивать такой искусственный заменитель, красноречиво говорит об их неспособности уловить суть хорошей еды. Но это подчеркивает их тошнотворную близость к промышленному производству и всей его сомнительной продукции.

Если подумать, маргарин – это съедобная конструкция, которая самим своим существованием обязана технологии. Это принудительный брак двух дешевых веществ, которые в натуральном виде не сочетаются: рафинированного и обработанного до полной неузнаваемости масла и воды. Эту несклонную к альянсу пару сочетают с помощью эмульгирующих добавок. Получающуюся скользкую кашу нужно окрасить, чтобы избавить от мутного серого цвета, ароматизировать, чтобы помочь проскользнуть через наше горло, подкрепить отсутствующими витаминами и добавить к ней вещества, которые предотвращают прогорклость. Это действительно то, что мы должны есть?

Глава 8

Ароматизированное

Мы так привыкли видеть слово «ароматизатор» в списке ингредиентов фабричной пищи, что почти прекратили обращать на него внимание. С одной стороны, тут все понятно: это какое-то вещество, которое придает еде вкус и аромат. С другой – термин совершенно непрозрачен. Что это за вещество? Какого происхождения: животного, растительного, минерального? Как его изготовили? Какой состав? На что оно похоже? Мы регулярно глотаем эти таинственные добавки во всех продуктах – от чипсов и напитков до йогурта и готовых блюд, но большинство из нас не знает, что они собой представляют.

Поскольку эти добавки находятся в списках ингредиентов далеко внизу, то простительно, что мы считаем их какими-то мелочами. Нам хочется думать, что это просто завершающий штрих для хорошо приготовленной еды – словно несколько добавленных в последний момент капелек трюфельного масла на кропотливо сделанное ризотто. Однако это восприятие крайне далеко от истины. Хотя производители еды добавляют ароматизаторы и вкусовые вещества в крошечных количествах, эти добавки воздействуют непропорционально сильно. Фактически именно они – тот чудесный икс-фактор, который делает возможным бесчисленное разнообразие промышленной еды. Как заметила компания Carotex, производящая такие добавки, «трудно представить, какой вкус имели бы некоторые продукты без ароматизаторов, добавленных в ходе производства». И почему же? «Технологические процессы при массовом производстве продуктов питания часто приводят к потере аромата и вкусовых ощущений. Чтобы компенсировать это, продукты дополнительно обогащают вкусом и ароматом».

Эти осмотрительные выражения не полностью отражают зависимость производителей продуктов питания от ароматизаторов. Забудьте об обогащении: этот термин означает, что вы берете нечто, само по себе имеющее хороший вкус, и добавляете что-то, еще более его украшающее. В сфере обработанных продуктов дело обстоит как раз наоборот. Суть состоит в том, что экстремальные температуры и напряжения, присущие промышленному производству еды, наносят тяжелые повреждения натуральным ингредиентам, непоправимо нарушая их естественную текстуру, вкус и аромат. Те жертвы, которые не умерли сразу после такого нападения, цепляются за жизнь в хлипком изуродованном состоянии. Им нужна помощь, поэтому в них добавляются какие-то вещества – добавки, которые позволяют продавать то, что иначе было бы не продать, поскольку обманом заставляют нас думать, что еда и напитки имеют вкус, которого на самом деле нет.

Хотя одурачивание наших вкусовых рецепторов – это главная задача таких добавок, их важность для пищевой промышленности этим не ограничивается. Они не только компенсируют нехватку настоящего вкуса, но еще активно подавляют нежелательные привкусы и запахи, которые возникают в процессе производства. Компания Carotex информирует клиентов-производителей, что ее добавки можно использовать «как маскирующие агенты, скрывающие любые нежелательные запахи». Flaverco – компания, продающая молочные вкусоароматические добавки, «вкус которых до 70 раз сильнее, чем у сливок и молока», – объясняет потенциальным заказчикам, что добавки «превосходно маскируют вкусы и запахи». Эти «посторонние» вкусы и запахи – неотъемлемая часть промышленного производства пищи, следствие жесткой обработки, которая меняет свойства продуктов (например, сильное нагревание, центрифугирование, испарение, дезодорирование, распылительная сушка, стерилизация, пастеризация, экструзия), а еще результат наличия следов химических растворителей и остаточных загрязнителей, таких как тяжелые металлы.

Вкусоароматические добавки скрывают и раздражающие вкусы распространенных ингредиентов в обработанной пище. Например, модный подсластитель стевия, искусственные подсластители, сывороточный белок и заменитель соли хлорид калия оставляют горький металлический привкус. Соевый белок и добавленные витамины оставляют вяжущий след. Компания Butter Buds®, затейливый девиз которой: «Взять все возможное от матери-природы», продает молочные ароматизаторы, чтобы «сгладить резкие ноты», т. е. остаточные следы от производственного процесса, которые раздражали бы обонятельную систему. Symrise – еще одна компания, активно работающая в области маскировки вкусов и запахов, – предлагает производителям «индивидуальные решения для маскировки вкусов, которые вы желаете скрыть». Она заявляет, что ее «опыт разработки вкусов и ароматов, умение творчески решать проблемы и технологический инструментарий маскирующих агентов» могут помочь производителям справиться с «нежелательными чувственными восприятиями, избежать неприятных посторонних запахов» и «подавить посторонние ноты, одновременно увеличивая вкусовое воздействие». Как можете видеть, в пищевой промышленности избавление от неприглядных вкусов и запахов – это практически такая же необходимость, как и добавление желательных.

Вкусоароматические добавки обманывают наши вкусовые рецепторы и маскируют запахи промышленного производства еды, однако у них есть и чисто финансовая функция: они дешевы, а потому производители могут класть меньше каких-то дорогих компонентов. Поскольку стоимость реальных ингредиентов постоянно растет, у производителей появляется серьезный финансовый стимул повышать применение таких добавок. Меньше сыра – больше добавки со вкусом сыра. Меньше лимона – больше добавки со вкусом лимона. Меньше говядины – больше добавки со вкусом говядины. Это просто бизнес.

Компания Kalsec®, активная участница рынка таких ароматизаторов, дает пример того, насколько выгодным может быть диалог между химиками из пищевой промышленности (они предпочитают именоваться флейвористами) и производителями:

Один ведущий производитель еды под фирменной маркой встретился с нашей командой на промышленно-торговой выставке. Его интересовало, как можно сэкономить на одной из приправ. Сразу после выставки команда Kalsec® приступила к работе. Хотя целью была экономия средств, так же важно было сохранить существующий вкусовой профиль продукта. Группа разработчиков Kalsec® провела анализ продукта и через две недели вернулась с профилем, который можно было тестировать в лабораторных условиях. В сотрудничестве с Kalsec® заказчик внес незначительные изменения в рецептуру заправки, и была разработана успешная жидкая альтернатива. Заказ был выполнен своевременно, получилась значительная экономия, а новая заправка была готова к появлению на полках магазинов.

«Значительная экономия» – это слова, от которых ушки производителей гарантированно навострятся. Вкусоароматические добавки позволяют указывать на этикетке привлекательный для покупателей ингредиент, но использовать его в очень небольшом количестве. Один флейворист предлагает пример с недавно вошедшими в моду, но очень дорогими плодами асаи[86]:

Вместо того чтобы добавлять в молочный напиток сок асаи, можно добавить [ароматизатор] натуральной асаи, который включает экстракт асаи и натуральные ароматические вещества, имитирующие вкус асаи. Ароматизатор предпочтительнее, поскольку позволяет менять оттенки вкуса: свежий, с фруктовой нотой или ближе к джему. Ароматизатор позволяет и увеличить срок годности, обеспечивает легкость использования и снижает стоимость.

Скажем так: вкусоароматические добавки могут быть маленькими по объему, но они эффективны и решают несколько задач. Суть их действия – имитация, модификация, маскировка. Один флейворист суммировал все так:

Ароматизаторы используются, чтобы придать или имитировать желаемые характеристики вкуса и аромата, изменить уже имеющийся вкус и аромат, сохранить характеристики после обработки или замаскировать нежелательные вкус и аромат, чтобы улучшить восприятие продукта потребителем.

По этим добавкам ведется так много научно-исследовательской работы, что производителям продуктов питания трудно идти в ногу с технологиями. Списки, каталоги и библиотеки вкусоароматических добавок длинны, а их терминология скользка, как угорь. Они включают вкусовые и ароматические компоненты, эмульсии, усилители, восстановители, концентрированные и неконцентрированные вещества, заменители, добавки для регулировки тепла, блокираторы горечи, фантазийные добавки, прекурсоры ароматизаторов[87], подавители сои, верхние ноты, ароматизаторы длительного действия, вещества для реакций и для ощущений. Последние, очевидно, предназначены, чтобы взбодрить рецепторы. Некоторые компании заботливо объясняют клиентам функции различных вариантов. Например, категория «Вкусовые решения», используемая компанией Comax, включает «добавки для маскировки кислоты, добавки насыщенности, добавки для снижения горечи, добавки для улучшения сладости, добавки для замены жиров, добавки жареных нот, охлаждающие добавки, добавки для усиления соли» и последнее по порядку, но не по важности – «усилители слюноотделения». Одно чтение этой классификации заставляет облизывать губы.

Если производителям нужна помощь, чтобы идти в ногу с последними достижениями в сфере вкусоароматических добавок и выбирать буквально из тысяч ароматизаторов, которые обеспечивают головокружительное количество сочетаний вкусов и ароматов, то что с ними делать постороннему человеку?

Когда вы открываете дверь в мир ароматизаторов пищевой промышленности, то попадаете на самый оригинальный и весьма замысловатый колоссальный базар рукотворных запахов и вкусов. Чтобы сориентироваться здесь, большинство из нас станут искать что-то знакомое, например перечную мяту. Но затем выбор вертится во всех направлениях, как огненное колесо, и чем дальше мы забираемся на этот пахучий рынок, тем более фантастическими, галлюциногенными и совершенно сюрреалистическими становятся эти вкусы и ароматы.

Выбор начинается с исчерпывающего списка плодовых ароматизаторов – от маракуйи и питайи до персика и граната, со множеством сортов, так что вы можете получить не просто ароматизатор малины, но и ароматизатор малины ежевикообразной[88]. Есть целое семейство добавок со вкусом винограда: Аркадия, Конкорд, Изабелла, Мускат и т. д. Раздел собирательства представлен облепихой, трюфелями и шиповником. Для ресторанчиков тоже найдутся ароматизаторы: «приправа для гамбургеров», жареная курица, копченый лосось, хамон серрано[89], польская ветчина, бекон, жареная свинина, вареная свинина, говядина, барбекю, куриный бульон и «ветчина с корочкой из трав». Имеются различные ароматизаторы с ощущением дымка (мескитовое дерево, гикори, бук, дуб, яблоня), рядом борются за внимание субстанции, дающие вкус и аромат жареной курицы, зажаренной в яме свинины, арабского бургера и «восхитительно медленно поджаренный говяжий стейк рибай[90]», который создан, чтобы «придать вашим продуктам особую нотку подлинности». Не просто ароматизатор, а особый ароматизатор медленной обжарки из указанной части туши. Имейте в виду, что многие вкусоароматические добавки, например со вкусом пармской ветчины, хлеба на закваске или айвы, явно рассчитаны на использование в продуктах верхнего сегмента рынка, за которые будете платить лишние деньги в гастрономе.

В большом количестве представлены рыбные ароматизаторы: анчоусы, концентрированные моллюски, общее понятие «морепродукты», морской гребешок и всякая мелочь. Под крышу забит отдел овощей и трав: чеснок, спаржа, картофель, зеленый лук, майоран, томаты, сельдерей, репчатый лук, шалот, огурцы – и любые другие овощи, который могут прийти вам в голову, во всех сырых и приготовленных (поджарено на углях, на гриле или высушено на солнце) состояниях.

Если говорить о приправах и заправках, то кетчуп, каджунская приправа, пименто, гвоздичный перец, анис, черный перец, ямайский джерк[91], дижонская горчица, вустерский соус, кимчхи и имбирные коврижки – это лишь капля в океане возможностей. Тут есть субстанции со вкусом фисташек, грецких орехов, каштана, арахиса, макадамии, кунжута, кокоса и кокосовой воды, ароматизаторы соуса песто и пиццы. Целое семейство дает ваниль: таитянская, мексиканская, ванильный крем. Семейное дерево есть и у меда: здесь растут «ветви» меда из клевера, акации, лаванды, сосны, каштана, тимьяна. Полки в молочном отделе ломятся под тяжестью добавок, дающих вкус сладких сырков, сливок, маскарпоне, тирамису, горгонзолы, феты, рикотты, эмментальского сыра, моцареллы, козьего сыра, пахты и йогурта.

Ароматизаторы тоже могут быть индивидуально подобранными смесями для конкретного продукта. Производитель печенья, может, например, искать состав «заварной крем», «улучшитель для овсяного печенья» или «специя для булочек». Предприятие общественного питания или компания, занимающаяся готовыми блюдами, может превратить предварительно нарезанный мороженый картофель в подлинный вдохновляющий тартифлет[92] – классическое савойское блюдо, просто добавив немного порошкового ароматизатора для тартифлета, «приготовленного с нотками бекона, реблошона[93] и лука с крем-фрешем[94]». Ленивый шеф-повар может использовать порошкообразный ароматизатор «карбонара»: «Этот на 100 % натуральный ароматизатор придаст продуктам желаемый вкус пармезана, бекона и крем-фреша». Для романтиков есть лиричные составные вкусоароматические добавки с длинными названиями: «шоколад с кокосом, миндалем и ванилью», «белый шоколад с орехами макадамии» или «средиземноморская смесь для crazy caprese»[95].

Кажется, что от внимания флейвористов не ускользает ни один аромат, даже самый причудливый, – от полинезийской сливы, пина колады, опунции и тыквенного пирога до банана, пива, сливочной тянучки и брокколи. Размах и устремления настолько оторваны от реальности, что захватывает дух. Флейвористы явно полагают, что в природе нет вкуса и аромата, которые они не могли бы зафиксировать. Их уверенность абсолютна. Орган этой индустрии FlavorFacts пишет:

Флейвористы работают на стыке науки и искусства, используя палитру вкусов так, как художник использует цвет, а скульптор – текстуру. Существует ряд ингредиентов, которые придают вкус (сладкий, кислый, соленый, горький, пикантный), запах и физические признаки («теплый» и «прохладный»), и мы ощущаем эти вкусы и признаки в разные моменты еды. Флейвористы именуют их «нотами», причем «верхняя нота» – первое, что вы ощущаете, а «нижняя нота» – последнее. Специалисты могут смешивать и подбирать тона из своей палитры, добиваясь, похоже, бесконечного количества вкусовых комбинаций.

Но этим химикам, которые играют с нашими вкусовыми рецепторами, нужно возвращаться в реальный мир. Ароматизаторы – «натуральные» или искусственные – никогда не смогут воспроизвести настоящую вещь. У круассана, сделанного с использованием ароматизатора масла и маргарина, вкус будет не таким, как у круассана с настоящим маслом. Фисташковое мороженое с фисташковым ароматизатором никогда не перепутаешь с мороженым, которое щедро сдобрено свежими измельченными орехами. Вкус напитка с лаймовым ароматизатором совсем не похож на изумительный вкус свежего сока лайма. Это очевидно каждому, кто ест настоящую еду и поэтому имеет представление об эталонных натуральных вкусах, с которыми может сравнивать рукотворных притворщиков.

Конечно, флейвористы смотрят на вкус по-другому. Для них любой натуральный аромат – это лишь набор летучих веществ, таких как фенолы, терпены и эфиры, которые воздействуют на нос и активируют вкусовые рецепторы. Как только выделен доминирующий компонент и установлена его химическая структура, его можно синтезировать и получать ароматизаторы, где содержится сущность вещества. Найти, назвать, скопировать – что может быть проще?

В настоящее время в Европе можно легально использовать для придания вкуса и аромата продуктам около 2 500 «утвержденных веществ для придания вкуса», или ароматических химических веществ. Четыре сотни из них проходят процедуру оценивания безопасности и поэтому могут в итоге исчезнуть. Этот процесс занимает годы, а то и десятилетия. Список включает такие вещества, как 1-изопропил-4-метилбензол, 2,6-диметилокта-2,4,6-триен, 2-метил-1-фенилпропан-2-ол, циклогексанол, 3-(1-ментокси)пропан-1,2-диол, 9-октадеценал, 1-изопен-тилокси-1-пропоксиэтан, 3,4-дигидроксибензойная кислота, циннамилбутират, 3-[(4-амино-2,2-диоксидо-1Н-2, 1,3-бензотиадиазин-5-ил)окси]-2,2-диметил-N-пропилпропанамид, лентионин, и еще 2 490 таких же.

Утвержденный список, возможно, не вызывает аппетита, но в нем содержатся некоторые химические компоненты аппетитных ароматов. Например, аллил гексаноат пахнет, как ананас, этил декадиеноат – как груши, а бензальдегид и лимонен вызывают в памяти горький миндаль и апельсин соответственно. Эти химикаты стимулируют сенсорные клетки в наших рецепторах и являются для флейвористов строительными блоками, из которых они могут конструировать добавки, попадающие в итоге в нашу еду и питье. Скажем, типичный клубничный ароматизатор для молочного коктейля состоит из полусотни таких химикатов. «Мы можем использовать сероводород или диметилсульфид, чтобы получить сернистый привкус выдержанного сыра чеддер, а смесь эфиров – этилбензоат, этилбутират и т. д. – дадут нам фруктовый аромат, как у пармезана», – объясняет один специалист. Диметилсульфид, 2-ацетил-1-пирролин и 2-ацетил-2-тиазолин, например, дают запахи обработанной пищи, а сильный ореховый вкус появится от 2– и 3-метилбутаналя. Амилацетат дает банан, а бензальдегид – вишню[96].

Если бы для создания ароматизатора требовалось просто подбирать и смешивать или вырезать и вставлять, то флейвористы оказались бы не нужны, однако подражать ароматам природы трудно. Запахи природы сложны и включают не один, а множество химикатов. Например, в кофе, выращенном высоко в горах, есть сотни нот, включая ягоды, цитрусовые и жасмин. В какао выявлено более 600 ароматов. На настоящий момент в природе определено около 10 тысяч ароматов, и можно быть уверенными, что многие другие еще только ждут своего открытия.

Любой природный аромат – сложная вещь, и множество пахучих химических веществ трудятся совместно, чтобы создать этот уникальный отпечаток вкуса и запаха. Одно дело – уметь идентифицировать основные химикаты, которые лежат в основе определенного вкуса и аромата, и совершенно другое – придумать состав субстанции, которая будет соответствовать сложности и разумной организации реальной вещи. Флейвористы могут возиться с пропорциями и сочетаниями химикатов, чтобы создать наиболее убедительную имитацию настоящих запахов, но это максимум, на что они способны.

Еще один камень преткновения в конструировании вкусов и запахов, или, как любят выражаться в торговле, модуляции вкуса, – тот факт, что ароматы в природной еде завернуты в натуральные макро– и микронутриенты[97]: белки, жиры, углеводы, витамины, минеральные вещества, – у которых хороший вкус. Природные продукты – это целостные системы, где каждый элемент поддерживает другие, и все они работают на общее благо. Однако в промышленном производстве пищи многие из ингредиентов в рецептуре уже так испорчены или дискредитированы чрезмерной обработкой – например, растительное масло промышленной очистки, безжизненные, лишенные питательной ценности крахмалы и наполнители, – что они в смысле вкуса дают очень мало или, что еще хуже, портят вкус еды.

Особенно трудную задачу для флейвористов представляют продукты с пониженным содержанием жиров. Многие ароматизаторы – липофильные вещества, т. е. сильнее концентрируются в жире[98]. Жир – друг вкусоароматических добавок, так что если производители уменьшают содержание жира в продукте, то вкусы быстрее выделяются и быстрее рассеиваются во рту. Меньшее количество жиров портит кремообразную консистенцию, ухудшает однородность и вязкость. Вот почему молоко с низким содержанием жира не так вкусно, как необезжиренное. Производители любят зарабатывать баллы и за пониженный уровень сахара и соли в продуктах, но это приводит к проблемам со вкусом, и ароматизаторы призваны заполнить этот провал. Хотя настоящие запахи со временем угасают или усиливаются, рукотворные ароматизаторы сохраняют одинаковые характеристики до даты истечения срока действия. По словам одного химика-флейвориста, ароматизатор должен «выдерживать любой производственный процесс, с которым столкнется, и [может] придавать желаемые характеристики в течение срока годности продукта».

Задача флейвористов состоит не столько в том, чтобы выдумать химическую смесь, которая будет обладать утонченностью натурального вещества, сколько в создании ароматизатора, который превзойдет жизнь, расширенную версию реальности, – вещества, которое будет годно для того, чтобы замаскировать пресность других промышленных ингредиентов.

Таким образом, пока химическая промышленность сосредоточена на выделении и воспроизведении природных ароматизаторов, она берется за невыполнимую задачу. В лучшем случае ее усилия похожи на неуклюжую копию фальсификатора-любителя. Другие же фальшивы до смехотворности: они подлинны примерно в той же степени, как кусок ароматизированной свечи или запах освежителя воздуха. В самом деле, свечки, освежители воздуха и ароматизаторы для обработанной пищи имеют в составе общие химикаты, отвечающие за запах.

Люди, которые сильнее всего озабочены отказом от продуктов пищевой промышленности, могут прийти к заключению, что лучше избегать всего, что имеет слово «ароматизатор» на этикетке, даже если это означает, что придется есть только подсоленный хрустящий картофель, и избегать любого питья, в названии которого есть слово «напиток» (кодовое обозначение для слов «с ароматизатором»); однако многие из нас ищут выход в соблазнительном прилагательном «натуральный». «Натуральный ароматизатор» звучит как разумный компромисс, подразумевающий какую-то принципиальную разницу. Если бы. Даже FlavorFacts, орган индустрии вкусоароматических добавок, развеивает эту иллюзию: «Между химическим составом натуральных и искусственных ароматизаторов нет особой разницы». Как это возможно?

Натуральные и искусственные ароматизаторы имеют различное происхождение. Натуральные должны изготавливаться из веществ, извлеченных химическим способом из природных источников: растений, минералов и животных, – т. е. именно так, как вы и могли ожидать. С другой стороны, искусственные ароматизаторы рождаются в лаборатории.

Есть два вида искусственных ароматизаторов. Ароматизаторы, идентичные натуральным, имеют ту же самую формулу, что и их природные эквиваленты, просто синтезированы из химических веществ. Например, цитраль, или, если пользоваться научным химическим наименованием, 3,7-диметил-2,6-октадиеналь, обладает сильным ароматом цедры лимона, и вне зависимости от того, извлечен ли он из лемонграссового масла[99] или химически синтезирован в лаборатории, его молекулярная формула одна и та же. Напротив, полностью искусственный ароматизатор не содержит природных пахнущих материалов – вещества с такой химической структурой в природе нет.

Классический пример тут – искусственный ванильный ароматизатор, этилванилин. Вероятно, это самый широко используемый ароматизатор в пищевой промышленности: присутствие этой приторной искусственной ванили заметно в пирожных, печенье, сластях и мороженом. Этот искусственный ванилин обычно синтезируется химическим способом: из опилок, нефтехимических продуктов или древесного волокна – без единого стручка ванили. Но за свои деньги производители получают большую отдачу, поскольку он «примерно втрое интенсивнее по вкусу» и намного дешевле настоящей ванили.

Если различие между натуральными и искусственными ароматизаторами кажется достаточным, если не совершенно ясным, то будете смущены или даже озадачены, когда станете смотреть на дальнейшее деление в категории «Натуральные ароматизаторы». Производители продуктов питания могут выбирать из трех видов натуральных ароматизаторов: FTNS, FNTF и WONF. Сами они свободно перебрасываются этими аббревиатурами, но даже в полной форме эти термины обычным людям не сообщают. А зачем? Вы не увидите их в списках ингредиентов.

FTNS означает from the named source («из указанного источника»), так что базилик FTNS начинал путь с настоящего базилика в какой-то форме, вероятно – обезвоженного и замороженного, в то время как искусственный ароматизатор базилика никогда не видел ни единого листика этой травы. FTNF расшифровывается как from the named fruit («из указанного плода»); такие ароматизаторы выставляются на рынке как полезные добавки для фруктовых соков с целью заменить аромат плодов, который был уничтожен в процессе производства.

WONF, что означает with other natural flavourings («с другими натуральными ароматизаторами»), – понятие более хитрое. Хотя такие ароматизаторы продаются под единым названием: «черная смородина», «ваниль», «фундук», «клюква» и т. д., – они были смешаны или «улучшены», как дипломатично выражается эта индустрия, с помощью других натуральных вкусоароматических добавок. Для человека, просматривающего список ингредиентов, скажем, «мороженого из американской вишни[100]», разница далеко не очевидна. Если на этикетке не написано «натуральный ароматизатор американской вишни», то в ванночке с мороженым наверняка найдутся и другие ароматизаторы. Даже если ароматизатор помечен как FTNF и описан как «натуральный ароматизатор американской вишни», 5 % его могут быть химикатами, которых нет в вишне, – для «стандартизации» вкуса.

На одной выставке я участвовала в практическом уроке по натуральным ароматизаторам меда у стенда одной компании, известной своими современными продуктами. Из запертого ящика появлялись крошечные склянки с прозрачными жидкостями. Инструктор окунал маленькие гибкие картонные полоски, используемые в парфюмерии, в эти жидкости, а затем совал их мне под нос. Если бы меня попросили идентифицировать ароматы вслепую, вероятно, я смогла бы правильно определить мед, но не могла бы различить натуральный ароматизатор меда и вариант WONF. В этом опыте странным и поучительным было то, что, хотя эти пьянящие чистые субстанции и заставляли меня вспоминать о меде, они не походили на мед, который мне доводилось пробовать или обонять в жизни. Скорее, они напоминали игру «потри и понюхай», где детям предлагается опознать запах. Они резко выделялись; находиться рядом с ними было все равно что сидеть в первом ряду оперы, где нельзя не заметить толщину грима певцов.

Натуральность «натуральных» ароматизаторов становится еще более спорной, если вы учтете, как они делаются. Когда компаниям, занимающимся выпуском ароматизаторов, приходится указывать примеры используемых методов, они называют традиционные способы вроде дистилляции и настаивания, которые вызывают ассоциации с «пахучим» романом Патрика Зюскинда «Парфюмер». Однако при изготовлении натуральных ароматизаторов разрешено применять гораздо больше процессов, и они сильнее связаны с высокими технологиями, чем вы могли бы предположить.

Согласно европейскому законодательству, «натуральное ароматизирующее вещество» можно получить:

с помощью соответствующих физических, химических или микробиологических процессов из материала растительного, животного или микробиологического происхождения, как в сыром виде, так и после обработки для потребления человеком одним или несколькими из перечисленных традиционных процессов обработки пищи.

Таким образом, изготовление натуральных ароматизаторов может включать использование микроорганизмов, например бактерий, усовершенствованные методы ферментации, предполагающие генетическую модификацию, и ферменты для ускорения химического процесса. Например, современная биотехнология может создать натуральный ароматизатор зрелого сыра, смешивая молодой незрелый сыр с ферментами (липазами или протеазами), которые усиливают вкус сыра, пока он не достигнет «зрелости» – за 24–72 часа. Затем этот ароматизатор зрелого сыра нагревают, чтобы остановить активность ферментов. Вуаля! – и у вас зрелый по вкусу сыр за несколько дней, а не за несколько месяцев. Для сравнения: традиционный чеддер считается не созревшим по-настоящему, пока не проведет в камере для созревания от 9 до 24 месяцев.

Способ производства натуральных ароматизаторов может включать и экстрагирование с помощью растворителей. Для этой цели пригодными считаются пропан, бутан, метилацетат, этанол, ацетон, оксид азота, гексан, этилметилкетон, дихлорметан, пропан-2-ол, диэтиловый эфир, бутан-1-ол, пропан-1-ол и 1,1,1,2-тетрафторэтан. Такие растворители, заверяют нас, должны использоваться «в соответствии с надлежащей производственной практикой», а все остатки и производные, оставшиеся в ароматизаторе, должны быть «технически неизбежными» и в тех количествах, которые «не представляют опасности для здоровья человека». Однако совершенно очевидно, что в некоторых случаях химические вещества в ароматизаторах могут представлять угрозу. Американская государственная организация «Центры по контролю и профилактике заболеваний» (CDC) указывает:

Химические вещества в ароматизаторах крайне летучи, поэтому они попадают в воздух из жидкой или твердой формы и их легко вдохнуть. Их можно вдохнуть и в форме порошка, если такая порошкообразная пыль создается в процессе производства. Многие из этих химических веществ сильно раздражают глаза, дыхательные пути и кожу.

Здесь говорим не о каком-то необычном чихании. Как замечает CDC, известно, что воздействие ароматизаторов вызывало серьезные заболевания легких у некоторых работников, которые постоянно подвергались их воздействию. На самом деле проблемы с дыхательными путями – известное профессиональное заболевание людей, работающих с ароматизаторами на фабриках, которые выпускают хрустящий картофель, попкорн и брецели. И если воздействие ароматизаторов может оказать такой вредный эффект на людей, которые с ними работают, то как они подействуют в долгосрочной перспективе на людей, которые едят и пьют продукты, их содержащие? Официальная линия (что ароматизаторы не представляют риска для здоровья человека при употреблении в малых количествах) едва ли обнадеживает. Допустимые нормы для потребления ароматизаторов основаны на статистических предположениях, которые часто предоставляют компании, производящие добавки. И хотя они могут ссылаться на длинный список официальных оценок риска для конкретных добавок, похоже, ни одна независимая организация не исследовала эффект потенциального смешивания таких добавок на людях, которые потребляют обработанную пищу в больших количествах. Как признает CDC, «в отношении токсичности химикатов, связанных с ароматизаторами, остается много неизвестного».

Потребители в Европе постепенно становятся такими же подозрительными к слову «ароматизатор», как и к слову «краситель». В 2013 году в Германии уважаемая организация по защите прав потребителей Stiftung Warentest (немецкий эквивалент Which?) была привлечена к суду ведущим немецким шоколадным брендом Ritter Sport за предположение, что ванильный ароматизатор в плитках шоколада с орехами был не подлинно натуральным, а изготовленным с помощью химических веществ. Ritter Sport выиграл процесс, но этот громкий спор вынес в центр внимания «реальность» натуральных ароматизаторов и заставил многих немецких потребителей задуматься, в чем существенная разница между искусственными и натуральными ароматизаторами.

Предвидя момент, когда термин «ароматизатор» может оказаться безнадежно дискредитированным (вне зависимости от того, стоит перед ним слово «натуральный» или нет), пищевая промышленность весьма заинтересована в том, чтобы избавиться от этого слова на этикетках. Суть в том, чтобы заменить ароматизаторы продуктами, которые тоже улучшают вкус, но обладают менее тревожными названиями. Сейчас для них определены два законных термина: «ароматизирующие составы» и «пищевые продукты с ароматизирующими свойствами». Эти новые манящие категории перспективных усилителей вкуса включают вещества, которые в списках ингредиентов именуются натуральными экстрактами и натуральными концентратами, которые звучат, словно вы питаетесь на курсах йоги. Там, где некогда на этикетке вашего салата из кускуса, сэндвича с креветками и майонезом или диетического лимонада было написано «ароматизатор», теперь все чаще фигурируют экстракты и концентраты. Вместо лимонного ароматизатора можно писать об экстракте или концентрате лимонного сока. Однако, как разъясняет Европейская ассоциация производителей ароматизаторов, эти составы можно производить с помощью тех же самых методов, что и натуральные ароматизаторы, «из материалов растительного, животного или микробиологического происхождения посредством физических или биотехнологических производственных процессов». Таким образом, этот шаг в натуральность не настолько убедителен, как нам хотелось бы думать.

Справедливости ради, большинство из нас, вероятно, предпочли бы, например, чтобы интенсивный белковый мясной вкус умами появлялся от экстракта дрожжей – продукта с ароматизирующими свойствами, а не от глутамата натрия MSG – вызывающего споры искусственного ароматизатора[101], связанного с аллергическими реакциями. Но подоплека добавления ароматизаторов (будь они натуральными или искусственными, называйся они ароматизаторами, ароматизирующими составами или пищевыми продуктами с ароматизирующими свойствами) одна и та же: они создают фальшивый вкус.

По иронии судьбы европейское законодательство довольно придирчиво к фальсификации. Оно замечает:

Ароматизаторы, в частности, не должны использоваться таким образом, чтобы вводить потребителя в заблуждение в отношении, помимо прочего, природы, свежести, качества используемых ингредиентов, натуральности продукта или производственного процесса, а также питательного качества продукта.

Прошу прощения, но разве добавление ароматизатора не вводит потребителя в заблуждение именно таким образом?

Глава 9

Окрашенное

Внатуральной пище проблем с цветом нет. Кремово-белая цветная капуста, зеленый горошек, малиновая малина, пурпурные сливы, розовая мякоть краба, темно-красное мясо, фенхель цвета нильской воды, рубиновая красная смородина, оранжевые мидии, бежевый овес, желто-коричневая куркума, голубой сыр с прожилками цвета мха, бордовый гранат, черный рис, красно-коричневый тунец, солнечно-желтый лимон и множество других продуктов – палитра пищевых цветов у природы безгранична, полна оттенков и совершенно прекрасна.

Эти цвета делают натуральную пищу аппетитной. Вот почему, когда производители желают нам что-то продать, они считают своим долгом поместить на упаковку привлекательное изображение свежих продуктов – в цельном, необработанном состоянии. Вот почему безалкогольные напитки, имеющие, по словам производителей, какое-то отношение к апельсинам, обклеены изображениями этого свежего плода, даже если в напитке его крайне мало.

Во время готовки натуральная пища имеет не менее соблазнительный цвет. Есть притягательность в кирпично-красном масле, пузырящемся через кремовую запекшуюся корочку лазаньи, красота – в бланшированной весенней зелени, смазанной растаявшим сливочным маслом, перламутровое очарование – в пюре из сельдерея, янтарное сияние – в карамелизированных яблоках на тарте Татен[102], жизнерадостность – в горячей чернике, раскрашивающей золотистую корочку. Цветовая шкала природы продает миллионы кулинарных книг, иллюстрированных фотографиями еды, поскольку яркое визуальное разнообразие разжигает наш аппетит безо всякой ретуши или улучшения цвета.

Однако у производителей продуктов питания есть большие проблемы с цветом. Агентство пищевых стандартов Великобритании четко формулирует это в директивах, касающихся окрашивания:

Многие сырые продукты, например фрукты и овощи, имеют яркий привлекательный цвет. Однако во время приготовления пищи цвет некоторых продуктов портится. Такие продукты, как кондитерские изделия или ароматизированные безалкогольные напитки, были бы серыми или бесцветными, если бы к ним во время производственного процесса не добавляли цвет.

Это резюме – стратегическое преуменьшение. Процесс промышленного производства лишает пищу ее пигментов, оставляя безжизненные пепельные и размытые тона. Если бы мы увидели такое, то не захотели бы это есть. Мозг не стал бы подавать нам сигнал, что мы видим еду. Возможно, мы бы ее и не видели.

Добавленный цвет крайне важен в производстве еды не только потому, что улучшает ее внешний вид, но и потому, что обманывает нас в отношении вкуса. Агентство пищевых стандартов Великобритании объясняет, как срабатывает эта уловка:

Цвет пищи важен для потребителей, поскольку это первая характеристика, которую они замечают, и один из важных способов визуальной оценки еды перед употреблением. Воспринимаемый цвет дает информацию об ожидаемом вкусе пищи. Если вкус продукта не соответствует цвету, вкус часто можно воспринять неправильно: например, напиток со вкусом апельсина, окрашенный в зеленый цвет, может восприниматься как напиток со вкусом лайма.

Другими словами, добавленный цвет обманом заставляет нас думать, что обработанная пища обладает вкусом, которого на самом деле нет, и визуально готовит нас к ожидаемому вкусу – трюк, который помогает скрыть недостаток вкусовых ощущений. Существует еще правдоподобная теория, что добавление цвета – это контекстуальный стимул, чтобы есть больше. Профессор Брайан Вансинк, специалист по пищевым привычкам, говорит: «Люди едят глазами, а глаза обманывают желудок. Если будем считать, что блюдо с конфетами или фуршетный стол разнообразнее, то мы съедим больше. Чем больше цветов мы видим, тем больше едим».

Хотя большинство из нас может понять, что яркие сласти и напитки кричащих цветов обязаны своими оттенками каким-то красящим веществам, в основном мы имеем слабое общее представление о красителях в тысячах видов повседневных продуктов. Однако эти краски есть в наполнителях наших сандвичей, в супах, салатах и соусах, в хлебе, печенье и бриошах, в рыбе, сыре, мясе и маргарине. Немножко красного красителя – и соус для пасты выглядит, как будто в нем помидоров больше, чем на самом деле. Всего лишь чуть-чуть желтого цвета, смешанного с оранжевым, – и анемичные вафли становятся восхитительно бронзовыми. Щепотка коричневого красителя – и водянистая крахмальная подливка в готовом блюде приобретает вводящий в заблуждение внешний вид, словно ее долго готовили. Добавление зеленого красителя маскирует серость консервированного горошка.

Можно уверенно сказать, что без добавления красителей некоторые виды продуктов продать бы не удалось. В качестве примера можно взять сурими – сильно обработанный измельченный рыбный белок, который используется для имитации свежих креветок или крабового мяса. Этот состав часто появляется в блюдах с морепродуктами, которые подают в азиатских ресторанчиках. Он регулярно оказывается и в середине ваших суши и роллов, которые можете, не приглядываясь к этикетке, купить в супермаркетах и магазинах, торгующих навынос. Несколько красных красителей придают этому серому рыбному измельченному белку симпатичный оттенок креветочного цвета. Белые красители, скажем карбонат кальция или диоксид титана, обеспечивают ему жемчужную белизну свежего крабового мяса.

С конца 1980-х вопросы о красителях вышли на первый план в растущей критике промышленного производства еды. После публикации в 1989 году книги Мориса Ханссена «Е – значит добавки» подозрительное отношение к такой пище сосредоточилось именно на красителях. Участники кампании хватались за результаты исследований, где предполагалось, что самые обычные пищевые красители могли вызывать неблагоприятные для здоровья воздействия, в частности у детей – главных потребителей ярко окрашенных продуктов. Появлялись рассказы о малышах, которые едва ли не забирались на стены, пососав апельсиновые леденцы, или закатывали самые ужасные истерики после клубничного желе на вечеринке по случаю дня рождения.

Производители продуктов питания терпеть не могут, когда их продукция оказывается в центре внимания: всегда хлопотно, когда люди начинают изучать ингредиенты и задавать неприятные вопросы. Но вместо того, чтобы действовать самим, потребители ожидают, что их интересы будут отстаивать регулирующие органы. К 2000 году, когда в ответ на призывы к созданию независимого надзора над продуктами появилось Агентство пищевых стандартов Великобритании, у него не было особого стремления решать проблемы, возникающие вокруг пищевых красителей, однако в 2004 году был поворотный момент: группа исследователей из Саутгемптонского университета пришла к заключению, что шесть красителей, широко используемых в популярных детских продуктах, в сочетании с консервантом бензоатом натрия вызывали у детей гиперактивность и аллергии.

Эти проблемные цвета: «желтый солнечный закат» (E110), хинолиновый желтый (Е104), красный «очаровательный» АС (Е129), кармазин (Е122), тартразин (Е102), пунцовый 4R (Е124) – впоследствии получили название «саутгемптонская шестерка». Эти полностью искусственные химически синтезированные красители могут содержать такие токсины, как ртуть и свинец. Как и многие другие пищевые красители, они применяются для окраски тканей, в красках, чернилах для печати, лаках, пластиках и цветных мелках.

Познакомившись с саутгемптонскими результатами, Агентство пищевых стандартов выступило с обычными обнадеживающими словами: «Все добавки должны проходить строгие проверки безопасности, прежде чем будут применяться в продуктах питания, и если появятся новые доказательства из этой или другой работы, то вопросы безопасности будут пересмотрены». Однако агентство действительно финансировало дальнейшие исследования группы из Саутгемптона. Через три года ученые представили второе, более масштабное исследование, опубликованное в журнале Lancet, и его трудно игнорировать. Они изучили 900 детей от 3 до 9 лет и продемонстрировали убедительную связь между потреблением этих искусственных красителей и гиперактивностью (синдром дефицита внимания и гиперактивности)[103].

Столкнувшись с научным исследованием, высочайшее качество которого не вызывало сомнений, Агентство пищевых стандартов Великобритании порекомендовало родителям детей с признаками гиперактивности не давать детям еду и напитки с красителями из «саутгемптонской шестерки» и побудило производителей продуктов питания добровольно прекратить применение этих веществ. К 2010 году под давлением участников кампании Великобритания вынуждена была соблюдать обязательное для Евросоюза предупреждение, на котором настаивало Европейское агентство по безопасности продуктов питания: все продукты и напитки с содержанием любого из шести этих красителей должны нести предупреждающую надпись «может оказывать неблагоприятное воздействие на активность и внимание детей». Убийственная фраза, способная остановить даже самых беззаботных родителей. Один из руководителей компании, выпускающей красители, сказал: «Потребители все больше осознают потенциальные риски, связанные с использованием искусственных красителей. Эти риски были подтверждены решением Европейского агентства по безопасности продуктов питания, заставившего указывать на этикетках красители из „саутгемптонской шестерки“».

После «саутгемптонской шестерки» производители продуктов питания в Соединенном Королевстве начали менять рецептуру, заменяя искусственные химические красители теми, которые можно на законных основаниях утешительно описывать словом «натуральный». Безалкогольные напитки были первыми в очереди. Например, Asda заменила кармазин в вишневом лимонаде, в то время как Tizer убрал пунцовый 4R и «желтый солнечный закат», что свидетельствует о серьезных переменах в отрасли. Супермаркеты потребовали, чтобы их производители убрали красители из «саутгемптонской шестерки» из всех продуктов, таких как готовый карри и соусы для карри. Например, паста для цыплят тандури обязана ярко-красным цветом наличию красного «очаровательного» АС, кармазина или пунцового 4R, иногда в сочетании с «желтым солнечным закатом».

Производители продуктов питания жаловались на технические проблемы, связанные с переходом к натуральным красителям. Они склонны смешиваться друг с другом или выглядеть блекло. Они не такие интенсивные, как искусственные, поэтому производителям приходится использовать их в большем количестве; они быстрее выцветают, поэтому обладают меньшим сроком годности. Они вероятнее образуют и маслянистое колечко в горлышках бутылок с подкрашенными напитками. Но вал был неудержим: к 2011 году мировые продажи натуральных красителей превысили продажи искусственных. Сейчас продукты, содержащие субстанции из «саутгемптонской шестерки», отправлены на «скамейку штрафников» и являются символом именно того рода продуктов, который захочет избежать любой мало-мальски информированный человек, – худших сортов газированных напитков и самых отвратительных липких конфет. Под давлением клиентов супермаркеты достаточно быстро освобождают полки от искусственных красителей. Например, M & S хвалится, что 99 % его пищевых продуктов не имеют искусственных красителей.

Но вся эта деятельность оставляет без ответа один очевидный вопрос: если «саутгемптонская шестерка» вызывает неблагоприятные реакции, то что насчет остальных красителей с номерами Е? Может, они так же плохи?

Сейчас этот вопрос важен, поскольку эти вещества – это не единственные красители, с которыми связаны проблемы безопасности. Хорошая иллюстрация – искусственный сахарный колер (жженый сахар, карамель), который используется в коле или для того, чтобы придать более шоколадный вид маффинам или более привлекательный жареный вид мясу. Его изготавливают посредством нагрева сахаров, например фруктозы, инвертного сахара[104] или сахарозы, и их химического изменения с помощью кислот, щелочей или солей, запускающих химическую реакцию для получения желательного коричневого эффекта.

Этот класс коричневых красителей, обозначаемый в Европе «Е150», получил от регулирующих организаций статус «в целом считается безопасным веществом» при условии, что не превышается уровень допустимого суточного потребления, однако этот уровень был вычислен еще в 1985 году, когда мы потребляли намного меньше еды и питья с жженым сахаром, чем сейчас. Кроме того, он был установлен по данным проверки безопасности, представленным самой индустрией карамельных красителей – Европейской организацией производителей технического сахарного колера (EUTECA), которая описывает свои цели так:

Цель EUTECA – улучшать знания о сахарном колере и его преимуществах и предоставлять реальную информацию о сахарном колере европейским организациям, другим организациям, таким как Codex Alimentarius [межправительственный орган, который устанавливает мировые стандарты], и общественности, например потребителям и журналистам.

Говоря откровенно, EUTECA – это лоббист мировых компаний по производству добавок, которые заинтересованы в коммерческом успехе своей продукции, это организация, которая стучится в двери регулирующих органов и вооружает их готовыми досье, демонстрирующими, что продукты ее участников безопасны. Но видные независимые группы не соглашаются с этим и тревожатся, что при работе с сульфитом аммония, который используется для придания окраски некоторым колам, могут образовываться канцерогены. В США бренды колы поменяли рецептуры напитков, чтобы избавиться от самых спорных из этих красителей. Однако в Соединенном Королевстве эти рецепты остаются неизменными, поскольку Европейское агентство по безопасности продуктов питания установило, что исходный состав не представляет риска для здоровья человека.

Диоксид титана E171 – еще одна добавка, по поводу которой, как и в случае с карамельным сахаром, постоянно возникают опасения. Это вещество добывают из минеральной руды, оно делает снежно-белой твердую поверхность жевательной резинки и создает грунтовую основу для конфет с покрытием, на которой держится верхний слой красителя. Аналогия с грунтовой основой весьма уместна: диоксид титана используется и для создания краски. Описанный одним представителем компании, выпускающей красители, как «очень дешевый и очень белый», диоксид титана совершенно безопасен согласно Европейскому агентству по безопасности продуктов питания, которое должно быть в курсе таких вещей. Оно заявляет: «Мы не располагаем какими-либо научными данными, подтверждающими возможные канцерогенные эффекты орального употребления диоксида титана». Однако Международное агентство по изучению рака классифицирует его как «возможно, канцерогенное вещество для людей»[105], а одно исследование предполагает, что оно может вызывать болезнь Крона. В 2013 году представитель Beneo, крупной компании, занимающейся ингредиентами, активно рекламировал в отраслевых изданиях собственную альтернативу диоксиду титана на том основании, что последний «указывался как возможный источник рака».

Возникает инстинктивное желание аплодировать более предусмотрительным производителям продуктов, которые избавляются от красителей, находящихся под вопросом, задолго до того, как требуют регулирующие органы, особенно если производители заменяют их веществами, считающимися более натуральными. Но последнее слово для разных людей означает разное. К несчастью для потребителей, которым нужна четкая и однозначная информация о еде, но к счастью для производителей, которые предпочитают иметь место для маневра, в ЕС нет юридического различия между синтетическими и натуральными красителями. Поразительное упущение, ведь все признают огромное значение регулирования для наших цепей поставок продуктов.

Для собственных целей пищевая промышленность делит красители на две большие категории. Первая – «Химически синтезированные красители». В этой категории есть два подкласса: искусственные красители и синтезированные красители, иногда именуемые «идентичные натуральным», которые с химической точки зрения идентичны природным пигментам, но получены не из природных источников. Вторая категория – «Натуральные красители, полученные из природных источников».

Еще не запутались? Для тех, кто не знаком с языком производителей продуктов питания, разделение между полностью искусственными красителями и красителями, которые имеют некоторое, хотя бы и слабое, отношение к натуральному веществу, представляется столь же четким, как размытая радуга, видимая сквозь дождь. «Нет четкого определения того, что представляет собой натуральный краситель для пищевых продуктов», – объясняет одна компания, выпускающая красители, поскольку это остается «на усмотрение технолога и компании, разрабатывающей продукт».

В поисках ясности любой производитель продуктов питания может обратиться к руководству, составленному Ассоциацией производителей натуральных красителей для пищевых продуктов. Там устанавливается естественный принцип, что краситель, который можно описывать термином «натуральный», должен происходить из пигмента, который имеется в природе, – из растений, овощей, цветов, водорослей и т. д. Справедливо. Но далее говорится, что исходный красящий материал можно обрабатывать тремя различными способами: традиционной (надлежащей) физической обработкой, традиционной (надлежащей) физической и химической обработкой, химическим синтезом.

Безобидное слово «традиционная» отличается приятным звучанием без намека на технологии, однако имейте в виду, что в мире производства пищевых продуктов оно обычно означает любую практику, которая продолжается уже 30 лет. Поэтому любой, кто не является технологом или инженером-химиком пищевой промышленности, может удивиться тому, что́ индустрия пищевых красителей подразумевает под этим термином:

[Термин] «традиционный процесс»… включает (но не ограничивается этим) помол, резку, настаивание, извлечение с помощью растворителя, процессы биологической ферментации, нагревание, охлаждение и замораживание, сушку, фильтрацию, перегонку[106], ректификацию[107] и др. Традиционный процесс – это часто, но необязательно, физический процесс и может включать (или не включать) химические реакции, которые обычно, но не всегда, являются неизбежными и непреднамеренными.

Если это звучит как растяжение значения термина, попробуйте слово «физический»:

[Термин] «надлежащий физический процесс»… включает (но не ограничивается этим) абсорбцию (адсорбцию)[108], хроматографию, ионный обмен, электрофорез, обработку ультразвуком, центрифугирование, (обратный) осмос[109], кристаллизацию, осаждение, лиофилизацию, ферментные процессы и др.

А когда мы приступаем к «химическому синтезу», то погружаемся в темный лабиринт сложностей, из которого выберется только профессиональный биохимик или инженер-химик:

Термин «надлежащий химический процесс» включает намеренно инициируемые простые химические реакции, такие как подкисление (подщелачивание), гидролиз, образование солей, расщепление эфиров, образование хелатов, цис-/транс- и другие виды изомеризации.

Если у вас кружится голова и вы думаете: «Стоп, хватит!» – сделайте еще одну попытку, чтобы уяснить следующее виртуозно непонятное разъяснение:

В зависимости от конкретного процесса надлежащий химический процесс может считаться традиционным процессом, как определено выше.

Итак, многие ли из нас на самом деле могут понять, как с практической точки зрения изготавливаются «натуральные» красители? Давайте рассмотрим пример с темно-красной вязкой жидкостью, именуемой экстрактом паприки (E160c). Этот пигмент действительно извлекается из природного источника – измельченного красного перца, однако – с помощью чисто химического процесса, где используются следующие растворители: метанол, этанол, ацетон, гексан, дихлорметан, этилацетат и пропан-2-ол[110]. Конечный краситель по законодательству может содержать следы этих растворителей. Он может содержать и тяжелые металлы: мышьяк, свинец, ртуть и кадмий, – оставшиеся от этого производственного процесса. Конечно, количество этих загрязняющих веществ может быть ниже «безопасного уровня», но эти уровни устанавливаются регулирующими органами, которые никогда серьезно не исследовали потенциальное воздействие смеси таких веществ на регулярных потребителей обработанной пищи.

Столь широкое толкование слова «натуральный» позволяет компаниям создавать ошеломительный калейдоскоп оттенков – и мы сейчас говорим не о подобранных со вкусом тонах красок фирмы Farrow & Ball[111]. Сайты и рекламные буклеты компаний, выпускающих красители, – это буйство пульсирующих сияющих колеров: маджента из сладкого картофеля, синий индиго из гардении, изумрудно-зеленый из хлорофиллина, алый из бузины, лимонно-желтый из сафлора, оранжевый из лютеина[112], малиновый из свеклы, королевский синий из антоцианинов, сланцево-серый из кунжута, белый из оксида титана и сотни других. Их цвета, аккуратно сгруппированные по оттенкам, настолько же исчерпывающие, как и цветовая палитра Dulux[113], и даже еще ярче. Не стоит предполагать, что тут нет никаких тонкостей. Компания Roha предупреждает:

Избыток цвета может привести к тому, что продукт в глазах потребителей будет выглядеть слишком ярким и простецким. Цвета нужно добавлять с учетом культурных ценностей аудитории продаж и психологии покупателей.

Другими словами, кричащие цвета детского именинного торта в виде Паровозика Томаса[114] не подойдут в элегантной кондитерской, где продают макаруны[115] скромных оттенков миндаля.

Предположим, вы ищете желтый цвет. Sensient – еще одна компания, занимающаяся красителями, – может предложить несколько сложных вариантов: «У нас вы найдете нужный оттенок желтого, который даст желаемый вид вашей продукции, – от зеленовато-желтого шартреза вашего йогурта с лаймом до тонов ванильной помадки на вашем мороженом».

Выбор натуральных красителей настолько велик, что это может ошеломить. Sensient приглашает производителей, желающих придать яркость тусклым продуктам, окунуться в ее «книгу цветов» и выбрать оттенки, которые «придадут продуктам жизнь». Пример – спред типа маргарина, куда добавляют желтые и оранжевые цвета, чтобы изменить его отвратительный серый цвет на бледно-желтый оттенок первоцвета. «Цвет – это сила, – отмечает Sensient. – Он может обмануть наше восприятие вкуса, создавая вкусовые различия и разграничения, которых не существует». И давайте смотреть правде в глаза: маргарину действительно нужна такая помощь.

Еще одна компания, выпускающая ароматизаторы, Hawkins Watts, предоставляет производителям продуктов питания полную таблицу цветов Pantone[116], чтобы «помочь в выборе цвета и его характеристик». Производители продуктов питания могут использовать и «селектор цвета» – инструмент, помогающий найти правильный тон для продуктов. Сначала они выбирают из списка палитру, например пурпурный или оранжевый цвет, затем указывают, ищут ли они искусственный краситель. Им нужно сообщить, при какой температуре будет обрабатываться пища: высокой (более 100 °C), средней или низкой, – и определить продолжительность времени, в течение которого краситель должен оставаться стабильным на свету, выбирая, например, из таких вариантов, как «более шести месяцев». Наконец, они должны выбрать уровень кислотности обсуждаемого продукта и наличие в нем серы, поскольку эти факторы химически воздействуют на некоторые красители. Например, в продуктах с низкой кислотностью желтый куркумин может приобрести зеленый оттенок. Когда внесете нужную информацию, компания порекомендует вам подходящий цвет. Diana – еще один поставщик пищевых красителей – имеет «конфигуратор цветов», который позволяет производителям указать, какие именно цвет, тон и интенсивность им требуются.

Как только производители определили нужный цвет для продукта, они могут выбрать форму красителя. Он может быть жидким или пастообразным в смеси с глицерином, сахарным сиропом, касторовым маслом, растительным маслом, гуммиарабиком или даже пропиленгликолем (больше известным антифризными свойствами). Он может поставляться водорастворимым в виде алюминиевого лака, который получается путем реакции сульфата или хлорида алюминия с карбонатом (бикарбонатом) натрия или аммиаком. Хотя эти лаки далее фильтруются, промываются водой и сушатся, в итоговом продукте допустимы небольшие следы непрореагировавшего оксида алюминия, а еще сульфатов, мышьяка и свинца – при условии, что они не превышают определенных пределов. Для каждого применения есть специальные формы. Кондитерская промышленность стремится использовать «быстрые» лаки или лаки, которые уже диспергированы в сахарном сиропе. Производители шоколада добиваются перламутрового эффекта, используя красители из минералов (кремнезем, слюда), смешанные с лаками и жирами. Компании, перерабатывающие мясо, предпочитают пленочные покрытия, которые прилипают к мясу и придают ему готовый вид. Например, один тип карамели обеспечит «черный с крапинкой цвет поверхности жареной говядины или шварцвальдской ветчины», в то время как другой – «однородное золотисто-коричневое покрытие на поверхности продуктов из птицы, придающее им вид жареной индейки из духовки». Некоторые производители используют краски, смешанные с сахарами и дешевыми крахмалами, например лактозой, кукурузным крахмалом или мальтодекстрином. Иногда красители инкапсулируются, т. е. заключаются внутрь мелких гранул из растительного жира, углеводов, камеди или белка, что контролирует выделение и гарантирует, что оттенок равномерно распространится по еде или напитку, а не оставит заметных пятен. Красители тоже входят в состав изготавливаемых на заказ смесей, включающих «замутняющие агенты». Такие вещества, обычно масла с камедями, делают состав менее прозрачным. В частности, эти красители используются в напитках, поскольку помогают производителям создать впечатление, что в их продуктах содержится больше плодовой мякоти, чем на самом деле. Один отраслевой документ объясняет:

В безалкогольных напитках с низким содержанием натурального сока замутняющий агент может использоваться для увеличения мутности (непрозрачности) – чтобы напиток напоминал непрозрачный натуральный сок того плода, название которого носит.

Технология натуральных красителей изощрена и сложна, что дает производителям продуктов питания множество возможностей проявить креативность в формировании нашего восприятия того, что мы едим и пьем. Их интерпретация натурального не отражает понимания этого термина потребителями, однако это не помешало производителям воспользоваться отказом от искусственных красителей в маркетинговых целях. Наши супермаркеты полнятся продуктами, обклеенными бросающимися в глаза фразами «без искусственных красителей», особенно на еде для младенцев и детей. Такие этикетки мгновенно создают вокруг продукта ореол доброкачественности и заставляют нас думать, что внимательнее всматриваться в список ингредиентов ни к чему.

Однако польза от перехода к «натуральности» имеет определенные границы. Несмотря на политику невмешательства государства в регулирование пищевых красителей в целом, трудность для производителей состоит в том, что европейское законодательство все же настаивает, что любой добавленный пищевой краситель – искусственный или натуральный – должен быть указан на этикетке. Кроме наименования «краситель», производители могут выбрать, что́ написать – название или Е-индекс. В этом отношении у них есть определенная свобода. Они могут использовать название, скажем «лютеин», с пояснительными словами «натуральный пищевой краситель» или указать этот желтый краситель с помощью его номера как добавки с индексом Е (E161b). Однако никуда не уйти от требования, что в списке ингредиентов нужно заявлять о любом добавленном красителе – пусть даже мелким шрифтом, трудным для чтения, на обратной стороне. Когда внимательные покупатели замечают такой текст, это заставляет их задуматься о радостных заявлениях «без того-то и того-то» на лицевой стороне упаковки.

Предвидя, что подозрительное отношение к пищевым красителям будет только усиливаться, индустрия обработанной пищи, идущая всегда на шаг впереди, в последние годы пришла к новой блестящей концепции: «окрашивающие пищевые продукты». Маркетинговый трюк здесь в том, что вместо добавления красителей в том виде, как мы их понимаем, искусственных или естественных, используются яркие пигменты, извлеченные из таких продуктов, как свекла, шпинат и паприка.

На первый взгляд окрашивающие пищевые продукты – привлекательное предложение, не в последнюю очередь потому, что названия овощей и растений всегда придают продукту крайне желательную ботаническую добропорядочность. Но действительно ли окраска продуктов так безобидна, как может показаться? Было бы неверно говорить, что производители просто занимаются циничной перемаркировкой, но истина в том, что между натуральными красителями и окрашивающими пищевыми продуктами нет четкой разграничительной линии. Как дипломатично формулирует Агентство пищевых стандартов Великобритании, «и сама отрасль, и регулирующие органы понимают, что трудно провести законодательную границу между добавкой-красителем и окрашивающими продуктами».

За последние годы компании занимались делами, с энтузиазмом разрабатывая окрашивающие продукты и используя для их описания такие термины, как «экстракт свеклы», «экстракт обжаренного ячменного солода» и «морковный концентрат». Для большинства пользователей это звучит положительно и даже полезно с медицинской точки зрения, что, естественно, дает производителям больше возможностей писать на этикетках заявления типа «без таких-то гадостей». С коммерческой точки зрения окрашивающие экстракты гораздо проще выводить на рынок. В соответствии с европейским законодательством пищевые красители, искусственные и натуральные, перед выводом на рынок требуют одобрения и оценивания безопасности. Однако окрашивающие пищевые продукты этого не требуют, поскольку классифицируются как ингредиенты, а не как добавки. Таким образом добывается еще один бонус: их не надо маркировать этими противными номерами Е.

В 2014 году Европейская комиссия с опозданием выпустила директиву, предназначенную для прояснения: до тех пор пока вещество не было селективно извлечено из натурального пищевого продукта, его можно маркировать как «окрашивающий пищевой продукт». Однако здесь в расплывчатом акварельном языке пищевых красителей «селективное извлечение» – угодливо размытый термин. Он «оставляет определенное место для составов, полученных из пищевых продуктов с помощью процесса физической и (или) химической экстракции, которые можно интерпретировать как неселективное извлечение», а «экстракция может варьироваться от простого извлечения до степеней селективного извлечения». Практический тест, было ли что-то извлечено селективно или нет, сводится к двум коэффициентам – обогащения и чистоты; для обоих нужно вычисление отношений. Так же как у бухгалтеров при подготовке сложных налоговых деклараций, здесь встает вопрос интерпретации. Экстракт моркови у одной компании может квалифицироваться как «окрашивающий пищевой продукт», а у другой компании – нет.

Некоторые ингредиенты, используемые как окрашивающие пищевые продукты, могут не всем прийтись по вкусу. Например, бельгийская компания Veos продает эритроциты (красные кровяные клетки) для окрашивания мяса.

Стабилизированные красные клетки используются в качестве натурального окрашивающего агента без указания E-индекса в качестве красителя! Этот белок идеально подходит для улучшения цвета мясных продуктов и улучшения восприятия мяса. Например, при приготовлении ветчины будет достигнут прекрасный однородный цвет мяса, даже при работе с мясом PSE.

Между прочим, аббревиатура PSE означает бледное, мягкое, экссудативное мясо (pale, soft, exudative). Оно имеет аномальный цвет и выглядит сухим. Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН объясняет, почему так получается:

PSE у свиней вызывается серьезным кратковременным стрессом перед забоем, например во время разгрузки, удерживания в загонах и оглушения. Животное испытывает серьезную тревогу и испуг, вызванные плохим обращением, стычками в загонах и неправильными методами оглушения. Все это может привести к биохимическим процессам в мышцах, в частности к быстрому распаду мышечного гликогена, отчего мясо становится очень бледным, с выраженной кислотностью и слабым вкусом

Так что мясо низкого качества от животных в стрессе приобретает красивый здоровый розовый цвет, когда его окрашивают клетками крови. М-м, прелесть.

Суть здесь в том, что граница между натуральными красителями и окрашивающими пищевыми продуктами совершенно расплывчатая и существует только в виде скромной отраслевой директивы, а не тщательно сформулированного закона.

На самом деле такие директивы появляются со следующим загадочным дисклеймером: «Эти директивы не отражают официальную позицию Комиссии и не предполагают каких-либо юридически обязательных действий». Это заставляет задуматься о смысле всей деятельности. Цинизм только усиливается, когда узнаете, что эти директивы были «разработаны службами Комиссии после консультации со специалистами государств-участников по пищевым добавкам и соответствующими заинтересованными сторонами». Если учесть, что «специалисты государств-участников» – это зачастую специалисты-химики, занимающие влиятельное положение в государственных комитетах, а «заинтересованные стороны» – это обозначение компаний, занятых в бизнесе пищевых добавок, трудно не прийти к заключению, что индустрия красителей пишет собственные шокирующие правила.

Глава 10

Водянистое

Перед тем как я начала исследования для этой книги, готовое к употреблению мясо казалось мне своего рода загадкой, поскольку сильно отличалось по форме, текстуре и вкусу от того мяса, что я готовила дома. Первое, что показалось мне странным, – у всех видов мяса был какой-то блеск; он напоминает мне тот эффект, который получается при случайном смешивании бензина и воды на асфальте перед заправочной станцией. Каждый раз, когда готовлю мясо, в какой-то момент изначальный глянец исчезает, оно выглядит матовым, а не сияющим, с переменным цветом: одни части розовые, другие потемнее. Еще одной загадкой была текстура. Ни одно мясо, которое я или кто-то из моих знакомых готовили дома, не отличается скользкой влажностью или «отскоком», что является признаком обработанного, приготовленного мяса. На твердой стороне этого спектра находятся продукты с твердостью, как у консервированного мяса Spam: консервированная ветчина, хот-доги, мясной рулет и чесночная колбаса. В середине располагаются продукты, которые дают эластичное сопротивление во рту. Вспомните о круглых хлебцах с курицей (родителей призывают класть их в коробку с ланчем для детей). На более мягкой стороне находятся мягкие, но все же сцепленные кусочки ветчины с вязкостью липкого рукопожатия; такое мясо можно найти в сэндвиче в кафе у вас на работе или в верхнем слое пиццы. Таила в себе загадку и форма. Ни одну домашнюю ветчину или индейку, с которыми я сталкивалась, не нарезали на ломтики одинакового размера.

Как я вскоре обнаружила, отличительные характеристики этих готовых видов мяса – свидетельство бесконечной креативности, инженерных навыков и колоссальной экономности мясообрабатывающих предприятий. Их искусство состоит в том, чтобы взять свиное ухо (часто буквально) и превратить в шелковый кошелек[117]. Они добиваются этого, изменяя рыбу и мясо с помощью бесконечно выгодного способа: добавляя воду. В большом количестве. Зачем? Вода дешева, мясо и морепродукты дороги. Экономическая логика такого «стоимостного инжиниринга», как это называют в пищевой промышленности, очевидна. Зачем продавать мясо, когда можно продавать добавленную воду?

Однако заставить мясо впитывать жидкость – задача не такая простая; это, по сути, противоречит законам природы. Когда животное или рыба умирает, мышцы сокращаются (трупное окоченение) и изгоняют влагу. В мире природы мясо и рыба со временем становятся суше, а не влажнее, а во время готовки высыхают еще сильнее. И тем не менее производители мяса справляются с этой технической проблемой, смешивая водопроводную воду с определенными субстанциями (часть из которых классифицируется как ингредиенты, некоторые – как технологические вещества, некоторые – как пищевые добавки) и получая жидкость, которую в торговле называют «рассолом». Субстанции, которые добавляют к воде, могут быть разными по природе и составу, но у всех них есть нечто общее: они действуют как связующие, вынуждая мясо или рыбу делать то, что они в противном случае не делали бы – впитывать и удерживать воду.

Какими же инструментами для этого располагают производители мяса? Прежде всего, ферментом трансглутаминазой, который сейчас широко используется при обработке мяса. Одна компания, продающая его производителям мяса, объясняет потенциальным пользователям, что фермент работает посредством «катализа реакций при формировании ковалентных связей между карбоксиламидной группой боковой цепи глутаминового остатка и аминогруппой боковой цепи лизина». Что-что, простите? Попробуйте это понять, не будучи биохимиком. Но производители продуктов питания могут игнорировать это и переходить к делу.

Компания говорит, что трансглутаминаза создает прочные связи между белками и тем самым «превращает никчемные куски мяса и рыбы без коммерческой ценности в стандартизованные порции с высокой добавленной стоимостью». Теперь мы говорим на языке, который понятен каждому.

Неудивительно, что трансглутаминаза известна в торговле как «мясной клей». Она заставляет кусочки рыбы и мяса слипаться вместе, чего без нее бы не происходило. Это обеспечивает производителям свойства, которые они считают важными: сочную твердость, эластичность, вязкость и «термоустойчивость» (мясо сохраняет все прочие свойства при нагревании), а также «облегчает добавление воды».

Трансглутаминаза имеет еще одно преимущество для перерабатывающих компаний: она может на 40 % сократить обычное время сушки и созревания, которое требуется для копченого мяса, например салями. Получается удобный короткий путь для всех производителей мясных закусок, продающихся в гастрономах. Например, румынская компания Supremia производит трансглутаминазу, смешанную с животным белком и витамином B9:

Добавление Salami Dry Express B9 дает сокращение времени созревания до 20 %, обеспечивает более однородный и привлекательный цвет за меньшее время, улучшает снятие оболочки и аромат колбасы. Улучшение качества нарезания сокращает потери на 5 %; финансовую выгоду дает и более короткое время обработки и время хранения. Не нужно специальное помещение для созревания [салями].

Для удобства производителей Европейская комиссия – несомненно, под давлением тех же производителей – классифицировала трансглутаминазу как технологическую добавку, а не как ингредиент, поскольку «процесс производства конечного продукта – как правило, тепловая обработка – дезактивирует ферменты и истощает субстраты, что означает отсутствие трансглутаминазы в конечном продукте». Таким образом с помощью небольшой семантической манипуляции трансглутаминаза становится средством «чистой» этикетки – ее не надо указывать на упаковке. Это означает, что независимо от того, покупаете вы копченое мясо и колбасные изделия в дешевом или дорогом магазине, вы никак не узнаете, применялась ли при производстве трансглутаминаза. Точно так же при чтении этикетки не сможете понять, готовилась ли ваша ветчина или салями традиционным «терпеливым» способом или процесс был ускорен с помощью этого фермента. Какими бы роскошными и домашними ни казались некоторые виды мяса, их родословная в этом отношении несколько туманна.

Еще один полезный класс химических веществ в арсенале мясообрабатывающей индустрии – это фосфаты. Их получают из фосфорной кислоты, и они «повышают показатель pH[118] (мяса) и работают с солью, повышая ионную силу, которая способствует солюбилизации белка и поглощению воды». Другими словами, фосфаты делают белок растворимым, и он приобретает естественную липкость, которая будет связывать кусочки мяса и рыбы с водой. Возможно, вы когда-нибудь пробовали обжаривать бекон, но обнаружили, что он источает мутную белую жидкость, которая не дает ему хрустеть? Это выделяются вода и нерастворившийся фосфат. Производителям нужно осторожно подбирать дозировку фосфата, потому что жир и фосфат в сочетании образуют мыла и некоторые люди с чуткими вкусовыми рецепторами почувствуют мыльный привкус в раздувшемся от фосфата мясе. Заметьте, это вполне можно скрыть с помощью добавления лишней соли, сахара и ароматизатора.

Фосфаты очень важны для производства бескостной ветчины, рулетов из курицы и индейки, бекона и мясных закусок, но они активно используются и при работе с морепродуктами. Из-за нежной природы белков в морепродуктах они денатурируют быстрее, чем белки мяса и птицы; омега-3-жиры в рыбе и моллюсках тоже сильно склонны к окислению, которое меняет их цвет: по мере старения они желтеют, затем становятся коричневыми, а потом синими. А кто захочет есть старые вонючие матовые на вид морепродукты, когда, как скажет вам любой хороший торговец рыбой, свежая рыба должна иметь естественный блеск? Фосфаты позволяют производителям продлевать срок хранения морепродуктов, предотвращая порчу белка и, соответственно, появление характерного прогорклого вкуса и изменение цвета.

Окуная рыбное филе в раствор фосфатов и воды, компании, работающие с морепродуктами, создают на поверхности рыбы покрытие из растворенных белков, которое при замораживании образует белковый клей. Результат? Как скромно излагает одна компания, выпускающая фосфаты, филе «сохраняют натуральные соки в течение большего времени» – и, естественно, со всей этой пропитывающей водой рыба будет весить намного больше.

Обработка фосфатом заметно меняет структуру мяса, но для моллюсков этот эффект особенно заметен. Натуральный морской гребешок – если продавать его «сухим», без обработки фосфатами – будет относительно небольшим, со свежей морской сладостью и приятной упругой текстурой. Но если довести его до «влажного» вида с помощью фосфатов, он вдвое увеличится в размере, приобретет консистенцию желе и практически потеряет вкус. Когда Агентство пищевых стандартов Великобритании проверяло свежие сырые морские гребешки, оно обнаружило, что почти половина тестируемых образцов содержала больше 10 % добавленной воды, а некоторые образцы – до 54 %.

Тем не менее гребешки, накачанные фосфатами и водой, крайне привлекательны для рестораторов и поваров, которые хотят сократить расходы на ингредиенты. Отдельные покупатели могут обратить внимание, что эти моллюски толком несъедобны, и задаться вопросом, почему, однако многие другие будут уплетать их за обе щеки, ощущая, что за такую цену получили большую порцию.

Фосфаты используются и как «технологическая добавка» при чистке креветок. Они солюбилизируют белок коллаген, который крепит креветку к ее панцирю, так что эти ракообразные при размораживании выделяют меньше жидкости. При этом на этикетке не обязательно писать слово «фосфат». Фосфаты играют крайне важную роль и в массовом производстве скампи – обрезков креветок, преобразованных так, чтобы они выглядели как цельный креветочный хвост, и сурими – имитации крабового мяса. Сурими изготавливают, многократно промывая измельченную массу белой рыбы, а затем добавляя смесь фосфатов, подсластителей (например, сахарозу или сорбит), розовых красителей и искусственного ароматизатора крабового мяса. Без последнего ингредиента сурими к концу процесса производства не имело бы вообще никакого вкуса. Вы можете не знать, что когда-либо употребляли сурими, но оно часто появляется в середине суши-роллов. Оно обеспечивает текстуру и цвет, а отсутствие вкусовых качеств, замаскированное вкусом васаби (острый хрен) и соленого соевого соуса, остается незамеченным.

Еще одна группа веществ, которые могут соединять мясо с водой, – это гидроколлоиды, липкие сладкие крахмалы. К этой категории принадлежат каррагинан и агар (получаемые из морских водорослей), камедь акации и рожкового дерева (из деревьев), гуаровая камедь, инулин, целлюлоза и конжаковая камедь (из растений), ксантановая камедь (изготавливаемая ферментацией кукурузного сахара с помощью бактерий) и пектин (из плодов). Гидроколлоиды широко используются в пищевой промышленности для изготовления множества вещей – от мороженого и молочных коктейлей до соусов и подливок. Лишь небольшое количество, добавленное в рецептуру (1 % или даже 0,5 %), сделает жидкость более густой и вязкой и свяжет то, что в противном случае бы расщеплялось и разделялось. Например, толика ксантановой камеди стабилизирует эмульсию масла, воды и уксуса в готовой заправке для салата.

При производстве мяса гидроколлоиды помогают выполнять важнейшую работу по объединению бескостного мяса и воды в прибыльную липкую комбинацию. По данным одной компании, поставляющей каррагинан, мясоперерабатывающие предприятия, которые используют это гелеобразующее вещество, улучшают выход, или массу, продуктов на целые 100 %. Каррагинан продается в трех различных формах: каппа, йота и лямбда – в зависимости от того, насколько желеобразные ощущения во рту требуются. Гидроколлоиды по душе и ретейлерам. Благодаря связующим свойствам мясные продукты, их содержащие, очень аккуратно режутся. Красивые аккуратные ломтики; никаких отходов; чистая прибыль.

Гидроколлоиды и фосфаты – методы не самые современные; в настоящее время многие производители мясных продуктов предпочитают вместо них включать в рецептуру рассола волокна или муку сильно очищенного крахмала, которые обладают высокой влагоудерживающей способностью. Их извлекают из самых разнообразных источников: пшеницы, сои, гороха, бамбука, риса, картофеля и цитрусовых. Эти волокна и мука обычно используются в таких продуктах, как колбасы, паштеты, фрикадельки и начинки для мясных пирогов. Реклама утверждает, что они «надежно связывают воду в продуктах из обработанного мяса, улучшая выход и прибыли». Этот эффект губки значительно влияет на массу сырого бескостного мяса птицы. Одна компания, ведущая бизнес в этой области, заявляет, что добавление всего полкило на 100 литров рассола «значительно сокращает выделение воды при хранении». Попросту говоря, если к рассолу, где находился ваш сюпрем из курицы[119], добавляется некоторое количество крахмальных волокон, то они удерживают лишнюю воду и при размораживании лужица будет меньше.

Крахмальные волокна такого рода используются для уплотнения или, как предпочитают выражаться в этой индустрии, для ретекстуризации продуктов из курицы, например котлет по-киевски или наггетсов. В эмульсионных продуктах, где мясо обрабатывают до образования кашицы, слегка увеличенная порция волокнистого крахмала обеспечит более плотную консистенцию и звук упругого разделения сосиски или сардельки надвое.

Изготовители одного такого продукта из крахмальных волокон, Swelite®, получаемого из желтого горошка, объясняют его работу так. Swelite® «улучшает пригодность к обработке, стабильность, текстуру и выход итогового продукта». Более того, «он может заменить 50–100 % белкового источника при улучшении сочности». Другими словами, Swelite® позволяет производителям радикально сократить количество мяса в их рецептуре. Не зря маркетинговый слоган Swelite® – «Извлекать из мяса максимум!».

Создатели еще одного текстуризатора на основе крахмала, Ultra Create, расписывают его полезность производителям и предприятиям общественного питания: «Текстуризатор Ultra Create может помочь обрабатывающим предприятиям и предприятиям общественного питания быстро создавать вкусные супы, соусы, подливки и сухие смеси с минимальными усилиями и затратами энергии». Продукты, изготовленные с помощью этого текстуризатора, как объясняется, «устойчивы к замерзанию (оттаиванию), что позволяет предприятиям общественного питания готовить состав заранее, не беспокоясь о разрушении или желеобразовании во время обработки или нагревания». Обратите внимание на слова «с минимальными усилиями и затратами энергии» – в этом суть обработки пищи.

Соевый белок – еще один полезный для производителей разбавитель мяса. Он выпускается в готовых к использованию формах: муки, концентрата или белкового изолята. Такой соевый белок обычно получают, промывая соевую муку в кислоте в алюминиевых резервуарах, поэтому есть возможность, что этот тяжелый металл[120], который, как известно, опасен для мозга и нервной системы, может попасть в продукт[121]. Для извлечения соевого белка используется и химический растворитель гексан – компонент клея и цемента. Известно, что гексан – яд для нервной системы, хотя индустрия производства сои настаивает, что никакие остатки гексана не могут попасть в конечный продукт.

Но зачем производителям использовать такой спорный ингредиент? Соя – это растительный пищевой продукт, который по текстуре ближе всего к мясу и обладает удивительной способностью поглощать воду и жир. Согласно Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, ее можно использовать для замены до 30 % мяса в колбасах, начинках для пирогов, мясных соусах, готовых блюдах и фрикадельках. И, поскольку соевые белки значительно дешевле мяса, у производителей есть еще и мощная финансовая причина для такой замены.

Некоторые производители по-прежнему используют желатин – сильно очищенный вид коллагена, белка из сухожилий, связок и кожи животных. Коллаген – липкое вещество, его название происходит от греческого слова «колла» – клей. Он образует «жесткие волокна с огромной прочностью на разрыв» и «слабо переплетенные волокна, допускающие расширение во всех направлениях». Желатин получают из туш животных после того, как на бойне было удалено все мясо, с помощью химических процессов, в ходе которых для разделения сырья применяются кислотные или щелочные растворы, ферменты и вода. Если в продукте из мяса есть желатин, его нужно указывать на этикетке в списке ингредиентов, но в наши дни это выглядит уже как какой-то прошлый век. В последнее время производители мяса для «чистой» этикетки начали пользоваться новой, более функциональной формой коллагенового порошка с несколько иной химической структурой: он получается с помощью химического процесса, в ходе которого белки извлекаются из субпродуктов с помощью механической и тепловой обработки. Функциональные белки такого типа – восходящие звезды на современном небосклоне обработки мясных продуктов. Говоря языком пищевой промышленности, они гарантируют улучшенную «нарезаемость», прочность и слипаемость, создавая то сочное, слегка упругое ощущение во рту, которое мы связываем с обработанным мясом, и снижают утечку водянистой жидкости в упаковку продукта, действуя как барьеры для воды. Один поставщик химикатов для пищевой промышленности излагает это так: «Белки благодаря многочисленным функциональным свойствам: растворимости, вязкости, связыванию воды, эмульгированию, желеобразованию, сцеплению, пенообразованию и упругости – оказывают особое влияние на пищевые системы».

Производители добавляют белки в продукты различными способами. В случае рыбного филе можно впрыскивать раствор гидролизата рыбного белка (FPH) или гомогенизированных рыбных белков (HFP). Альтернативный способ – включить эти вещества в рассол. Если говорить о колбасах или фрикадельках, то белковый порошок можно добавлять прямо в мясную смесь вместе с водой, чтобы добиться упругой консистенции. Альтернативный способ – взбивать порошок с водой до образования непрозрачного геля, который затем образует очень плотное желе, упругое, как мячик для снятия стресса. Это вещество, которое имеет белый, бежевый или коричневый цвет в зависимости от того, какой коллаген использовался (свиной, говяжий или из птицы), далее его можно консервировать, пастеризовать и хранить при комнатной температуре, пока он не понадобится. Вещество готово к смешиванию с «мясными продуктами» – от бургеров и сюпрема из курицы до мясной начинки и салями. Производители еще посыпают коллагеновым порошком подливки и готовые блюда (например, пастуший пирог или жареную говядину), чтобы добавить им массу и глянец.

Белковые порошки чрезвычайно привлекательны для мясоперерабатывающих предприятий по двум причинам. Во-первых, они обеспечивают более «натуральную» этикетку. На ней нужно указать только «говяжий белок», «белок из домашней птицы» или «свиной белок», а эти надписи вряд ли вызовут тревогу. Все мы знаем, что белки нужны для наших мышц, не так ли? Во-вторых, при восстановлении с помощью воды белковые порошки можно использовать как непосредственный заменитель значительной доли мяса и жира в составе, что, по словам одной компании, «наращивает продажи».

Смотрите на цифры. Производитель платит 1,85 фунта стерлингов за килограмм говяжьей обрези (обрезки бескостной мороженой говядины, поставляемые готовыми к обработке), но только 0,85 фунта за килограмм говяжьего белкового порошка. Заменив 10 % говядины белковым порошком и водой, мясоперерабатывающая компания, использующая 200 тонн мяса в неделю, каждую неделю будет экономить 20 тысяч фунтов. Поскольку супермаркеты постоянно давят на поставщиков, чтобы те держали цены на практически невозможно низком уровне, с помощью такой экономии производители могут подзаработать. Как говорит одна компания, выпускающая белки, «функциональные белки позволяют вам заменять более дорогие ингредиенты, тем самым снижая расходы при увеличении производительности».

Производители пищевых продуктов могут применять и функциональные белки, полученные из крови, например белки плазмы. Бельгийская компания Veos объясняет:

Белки плазмы обладают колоссальной способностью связывать воду. При температурах свыше 65 °C альбуминовые белки образуют трехмерную сеть, которая становится прочным и термоустойчивым гелем. Это свойство гелеобразования и высокая растворимость в рассолах делают такой богатый белками продукт весьма подходящим для инъекций в приготовленную ветчину [sic]. Плазма используется и в продуктах из нарезанного и измельченного мяса, где требуется ощущение «мясного укуса», особенно когда продукт едят теплым – как сосиски.

Более подходящей альтернативой для паштета из гастрономического отдела может быть глобин:

Этот белок без содержания аллергенов – отличный эмульгатор, поскольку он стабилизирует матрицу [смесь] воды, жира, белка в продуктах из нарезанного и измельченного мяса. Как следствие, он препятствует разделению воды и жира перед, во время и после готовки. При приготовлении теплых эмульсий (например, паштета, ливерной колбасы) одна часть глобина стабилизирует 20 частей горячей воды и 20 частей горячего жира. Для эмульгированных продуктов, где используются холодные сырьевые материалы, одна часть глобина легко связывает семь частей жира и льда.

Как и коллаген, небольшое количество добавленных кровяных продуктов творит чудеса с прибылью производителей. Их несложно и приобрести, ведь они «продаются через мировую торговую сеть в 70 странах на шести континентах».

Трансглутаминаза, фосфаты, гидроколлоиды, крахмальные волокна, соя, желатин, белковые порошки – вот колоссальный выбор ингредиентов и технологических добавок, которые есть в распоряжении производителей, желающих добавить воды в мясо. Многие для подстраховки используют сразу несколько одновременно, вместе с другими добавками.

Вот два типичных состава.

Рецептура для сосисок из хот-догов

Ингредиенты:

• жирное мясо (58 %);

• мясо с сухожилиями (7,2 %);

• окровавленная обрезь (реальная формулировка. – Прим. авт.) (7,2 %);

• вода (21,4 %);

• функциональная готовая смесь (фосфат, глутамат натрия, антиоксидант, цитрат натрия, краситель) (1 %);

• пшеничная клетчатка (1 %);

• крахмал (2 %);

• смесь специй (0,6 %);

• нитритная соль – консервант (1,6 %).

Рецептура рассола для бекона

Ингредиенты:

• вода (83,38 %);

• каррагинан (1,25 %);

• нитрит натрия – консервант (0,10 %);

• эриторбат натрия – консервант (0,50 %);

• декстроза – сахар (1,50 %);

• цитрат натрия – антиоксидант и регулятор кислотности (0,75 %);

• соль (9 %);

• фосфаты (1,50 %);

• коллаген (2,00 %);

• ксантановая камедь (0,02 %).

Добавить воду в мясо относительно просто, когда речь об эмульгированных продуктах (например, сосиски для хот-догов или итальянская вареная колбаса мортаделла) или о мелко измельченных продуктах (например, бургеры, колбасы и фрикадельки), поскольку мясо уже накрошено, клетки разрушены и способны больше поглощать. Однако для того, чтобы заставить впитывать воду более цельные куски мяса (ветчину или куриную грудку), нужно специальное оборудование: «статичное поглощение», как это называют в мясном бизнесе, тут не поможет.

Поэтому производители могут крутить мясо в рассоле в вакуумной машине, которая выглядит как герметичный вариант бетономешалки. Когда барабан вращается, стальные лопатки внутри медленно перемещают куски мяса, создавая эффект механического массажа; это помогает впитывать водный раствор и освобождать белок из мясной ткани. После тепловой обработки, обычно в пластиковых мешках на паровой или водяной бане, этот полужидкий белок вместе с добавленными химическими веществами прочно соединяет кусочки мяса, делая его похожим на единое целое.

Еще одна полезная вещь – машина с инжекторами для рассола. Мясо подается в нее по конвейеру, а несколько рядов иголок протыкают ткани, создавая крошечные полости и подавая рассол глубоко в клетки, эффективно превращая продукты в губку. Такие игольчатые инжекторы широко используются для обработки бескостного бекона, ветчины и куриной грудки, но не для цельных птиц, поскольку иглы могут проколоть кожу и оставить черные следы. Однако предприятия, обрабатывающие птицу, могут вместо этого использовать инжекторы с соплами высокого давления для впрыска рассола, так что мясо может забрать больше воды. Конструкторы одной такой машины заявляют, что она может за час впрыснуть жидкость в 12 тысяч кур «без хлопот с пузырями».

Вне зависимости от того, погружали продукты в жидкость, крутили в барабане или использовали впрыск, добавлялась ли непосредственно в смесь целая куча связующих, многие из видов готового к употреблению мяса, которые едим, какими бы питательными мы их ни ощущали, переполнены водой, и при покупке мы просто переплачиваем втридорога за воду с химикатами. В 2013 году Guardian обнаружила, что крупные супермаркеты совершенно легально продают мороженые куриные грудки с 18 % добавленной воды, и вычислила, что покупатели платят примерно 65 пенсов за килограмм воды. Когда позже собственное расследование провела Daily Mail, она пришла к выводу, что цифры в реальности намного выше – если точнее, то 1,54 фунта стерлингов за килограмм.

Когда говорят о торговле мясом, то выражение «жидкий ланч» обретает совершенно новое значение[122].

Глава 11

Крахмалистое

Если вы много готовите дома, у вас, должно быть, найдется в углу буфета пакет кукурузного крахмала или арроурута[123], чтобы делать заварной крем или загущать фруктовый соус. Однако для большинства людей крахмал – это неосновной продукт. А с какой стати? Крахмал – это невыразительный ингредиент. Это обычный углевод, получаемый из растительных продуктов (например, кукурузы, пшеницы, картофеля, кассавы [124]и риса), – белый порошок без вкуса и запаха. Сам по себе он непримечателен, кучка пустоты; есть его приятно примерно так же, как клейстер для обоев. Собственно говоря, его как раз и используют в этом качестве.

Однако в производстве пищевых продуктов крахмал – важная вещь, и в комплекте уловок производителей он применяется чаще всего. Одна из организаций объясняет: «С момента разработки в 1940-х модифицированные пищевые крахмалы стали важнейшей частью пищевой промышленности. Практически все категории продуктов питания используют функциональные свойства крахмала для улучшения каких-то важных аспектов конечного продукта».

Не будет преувеличением сказать, что современная индустрия обработанных продуктов основана на наполнителе. Вот почему, когда обращаетесь к спискам ингредиентов в массе произведенных продуктов, там регулярно появляется слово «крахмал», иногда с указанием источника, например «картофельный крахмал», а еще чаще – с загадочным словом «модифицированный».

Хотя крахмал присутствует во множестве продуктов, которые мы едим, мало кто из нас понимает ту роль, которую он играет в конкретных продуктах. Поскольку он настолько вездесущ, то только самые подозрительные из нас подвергают его применение сомнению – не в последнюю очередь потому, что со всеми этими ингредиентами и добавками с длинными научными названиями крахмал выглядит наименьшей из проблем.

С другой стороны, производители продуктов питания прекрасно осведомлены о бесчисленных применениях этого анонимного продукта. Крахмал – это муза современной пищевой промышленности; послушное, универсальное, услужливое вещество, которое вдохновляет нескончаемый поток творческой мысли. Хотя крахмалу не хватает собственной пищевой индивидуальности, сама нейтральность безликого крахмала делает возможным все. Думайте о нем как о координаторе, о компоненте, который создает безграничные технические возможности.

Добавленный крахмал делает хрусткими и объемными картофельные снеки и хлопья для завтрака, а кукурузные чипсы и хрустящий картофель хрустят еще лучше. Он придает однородность и консистенцию обработанному сыру. Он продлевает срок хранения йогурта, фруктов в желе и кремовой начинки, добавляет волокна в хлеб, заменяет яйца, делает панировочное тесто более клейким, добавляет пористости крекерам и воздушности пирожным. В тех видах мяса, что были обработаны в барабанах, подвергались впрыску жидкости или эмульгированию (например, колбасы и ветчина), он может имитировать жир, действуя тем самым как разбавитель мяса. Крахмал используется во влажных глазурях и маринадах, его применяют в качестве носителя для вкусоароматических добавок и красителей. Благодаря крахмалу вы можете перевезти муссовый десерт вверх ногами и он останется целым. Крахмал предотвращает разделение апельсинового сока и делает его непрозрачным. Крахмал связывает воду в майонезе, кетчупе и заправках для салата, упрочняет тесто для жестких условий фабричной выпечки и добавляет вязкости бульонам и подливкам. Его используют для загущения консервированных пищевых продуктов: супов, бобовых, овощей. Он улучшает стойкость готовых блюд к изменениям температуры, вызванным охлаждением, заморозкой, транспортировкой, разогреванием, а еще общим напряжением и повышенными температурами промышленного производства. Крахмал обеспечивает устойчивость к замораживанию (размораживанию), препятствует морозному ожогу (повреждению пищи при заморозке) и придает пище дополнительную стабильность к микроволнам. И последнее, но не менее важное: он может создавать текстуру. Какая бы консистенция ни требовалась: хрусткая, ломкая, тающая, сливочная, мясистая, вязкая, насыщенная, упругая, однородная, измельченная, желеобразная, тягучая, сцепленная или жевательная, – многоцелевой крахмал может справиться с любой задачей.

Производители продуктов питания любят крахмал за его функциональность. Крахмал не просто дает возможность создать длинный список фабричных пищевых продуктов, которые без него были бы попросту невозможны. Его не приводят в замешательство строгие требования промышленного производства. Его многочисленные достоинства для производителей, согласно одному источнику, включают «сцепление, борьбу с зачерствением, связующие свойства, замутнение, присыпание, стабилизацию эмульсии, инкапсуляцию, улучшение текучести, упрочение пены, желеобразование, глазировку, удержание влаги, помощь в формовке, стабилизацию и загущение». Крахмал – поистине чудесный ингредиент, который справляется с целым каталогом производственных потребностей.

Но как один скучный безликий ингредиент может делать так много? В конце концов, крахмал в знакомой людям форме, например арроурута или кукурузного крахмала, может выполнить только часть указанных задач. Как вы, возможно, догадались, те крахмалы, которые в распоряжении производителей продуктов питания, – довольно отдаленные родственники тех, что мы можем использовать дома. Их изменяли различными способами, чтобы наделить свойствами, которых нет у домашних крахмалов. Как выразилась одна группа исследователей, «производители продуктов питания в целом предпочитают крахмалы с улучшенными поведенческими характеристиками по сравнению с теми, которыми обладают нативные [натуральные] крахмалы». Натуральные крахмалы, видите ли, плохо себя ведут и могут раскрыть свой потенциал только с помощью технологических улучшений.

Модифицированный крахмал, самый известный из «улучшенных», более «функциональных» крахмалов, десятилетиями неизменно служил промышленному производству пищи. Этот тип крахмала можно получить, меняя его характеристики различными методами. Они включают расщепление кислотами, отбеливание, преобразование с помощью ферментов, предварительное желатинирование с помощью нагрева и сушки, чтобы он образовывал гель в холодной воде, окисление, перекрестное сшивание с жирами, преобразование в эфиры и сложные эфиры, связывание с фосфатами. Крахмал можно еще и подрумянить с помощью сухого тепла (декстринизация), чтобы превратить его в крахмальные сахара, например мальтодекстрин. Скажем так, модифицированный крахмал – это не то, что можно приготовить на любой домашней кухне.

Существует много видов модифицированного крахмала, каждый из которых обладает определенными свойствами и используется для конкретной цели. Например, крахмал в консервированных супах часто связывается с фосфатами, что позволяет ему впитывать больше воды и при этом предотвращать разделение жидкости. Чтобы томатный соус не впитался в фабричную пиццу во время выпечки, в топпинг часто добавляют модифицированный крахмал, обработанный хлорной водой.

В Европе модифицированные крахмалы считаются пищевыми добавками и должны нести индекс Е. Сегодня, когда слово «модифицированный» звучит для потребителей как тревожный звонок, компании, занимающиеся крахмалом, разрабатывают новые его виды для «чистой» упаковки, чтобы можно было отказаться от нехорошего слова «модифицированный» и индекса Е и заменить их более приятными для людей терминами «растворимое волокно», «крахмал» или «декстрин».

Эти крахмалы новой волны представляются более натуральными, потому что не были изменены химически. Для изменения размера и структуры частиц применяются только физические и механические методы: нагрев, экструзия, барабанная сушка, сжатие и распыление. Поскольку эти новые крахмалы созданы под брендами и торговыми марками, компании предоставляют о них только минимальную информацию – поскольку метод производства становится их интеллектуальной собственностью (коммерческой тайной). Выведенные на рынок в качестве специальных крахмалов для конкретных целей, они действительно завоевали популярность у производителей. Как объясняет один ученый, «специальные крахмалы по-прежнему превосходят немодифицированные крахмалы в пищевой промышленности вследствие своей стойкости и способности выдерживать суровые технологические условия».

Легко понять, почему производители продуктов питания, старожилы или новички, проявляют такой острый интерес к этому веществу. Сделанный из кукурузы, пшеницы, кассавы, гороха или картофеля, крахмал удивительно дешев и доступен в большом количестве, ведь он готовится из распространенных злаков и культур, которые намного дешевле, чем другие виды пищи. В этом и заключена привлекательность крахмала. Он представляет собой надежный недорогой разбавитель для более ценных ингредиентов, что позволяет весьма экономично заменять компоненты в продуктах. Одна компания, занимающаяся крахмалами, объясняет:

Как и вы, мы стремимся к сокращению затрат. Наш бизнес основан на успешной замене дорогих компонентов более экономичными альтернативами, что помогает вам выдерживать колебания цен. Идет ли речь о воспроизведении сложных текстуризаторов или замене дорогостоящих белков, наши крахмалы оправдают все ваши ожидания и снизят ваши расходы на ингредиенты. Так в чем же секрет создания продуктов, которые привлекательны для потребителей с точки зрения цены и качества? Взгляните по-новому на свои рецепты и замените дорогие ингредиенты альтернативными, которые не хуже по качеству, – чтобы снизить стоимость, но не привлекательность для потребителей. Мы можем предоставить вам инструменты, которые дадут то удовольствие от еды и ту текстуру, которую ищут потребители, но за небольшую долю стоимости.

Самая филантропическая интерпретация для использования производителями экономичного крахмала – то, что они используют его в интересах потребителей, чтобы дать нам то, что мы хотим, по цене, которую можем себе позволить. С помощью крахмала производители могут проводить «оптимизацию затрат», чтобы корректировать продукцию ради тех покупателей, для которых важна цена. Дело хорошее, не так ли?

Тем не менее, когда читаете литературу о продажах крахмалистых продуктов, возникает сильное ощущение заинтересованности самих производителей. Вот так, например, одна компания продает заменитель жира на основе крахмала:

[Он] разумно помогает производителям уменьшить содержание масла в продуктах, но при этом позволяет по-прежнему использовать надпись «содержит только масло» на этикетке, давая понять покупателям, что эта еда – высококачественный продукт. Итоговый продукт сохраняет ту же самую «скоротечность», насыщенность и богатый вкус во рту, что и его эквивалент с полным содержанием жиров.

Вуаля! – добавление крахмала позволяет писать «содержит только масло» на печенье и круассанах, в которых масла меньше, чем было раньше. Это не совсем тот вывод, который сделает из такой надписи средний человек. Этот рекомендуемый для замены жира крахмал называется Delyte, и предположительно здесь используется игра слов со словами «восторг», «вкусный» и «легкий»[125]. Возможно также, что создавший этот бренд человек думал об удалении; в данном случае – масла[126].

В пищевой промышленности крахмал часто составляет основу какого-либо продукта. «Базовый крахмал служит загустителем, который определяет структуру вашего продукта», – объясняет одна компания. Примером могут служить каталонский флан[127] или французский карамельный пудинг, где крахмал заменяет более дорогие яйца, молоко и крем. «Как только вы создали структуру с помощью базового крахмала, для более тонкой настройки используются дополнительные текстуризаторы [набор других крахмалов]. Они обеспечивают более тонкие различия в текстуре, которые мы ощущаем во рту во время еды, например обволакивание ротовой полости [кремовое] и приятное таяние».

Помимо того что крахмал дает дешевый наполнитель и возможности текстуризации, в наше время он широко используется как замена других компонентов. Поскольку регулирующие органы наседают на индустрию обработанных продуктов, чтобы сделать продукты более здоровыми, и снижение количества жиров, сахара и соли стало настоящей религией надзорных организаций, то для крахмала открываются новые двери. Можно изменить рецептуру: увеличить количество крахмала, срезав объем нежелательных компонентов, после чего заявить на упаковке о сниженном количестве жиров и сахара. С помощью крахмала производители могут регулировать состав, или матрицу, целого ряда обработанных товаров, чтобы преобразовать их и выставить в более приятном свете. Производители сразу обеспечивают соответствие требованиям учреждений здравоохранения, но и сами они получают весьма неплохую выгоду. Одна компания объясняет:

Наши специальные технологии имитируют органолептические качества жира, обеспечивая роскошную кремовую структуру и гладкий глянцевый внешний вид в удобных для вас применениях. Мы также умеем заменять дорогостоящие твердые части помидоров. Если хотите заменить масло, сливки, сухое молоко, овощи или яйцо, мы можем обеспечить высочайшее качество по конкурентоспособной цене.

Когда речь идет о крахмале, экономия ингредиентов – это отнюдь не праздное обещание. Высококачественный крахмал может заменить жир в соусах, заправках, супах и майонезе в соотношении 10 : 1, обеспечивая и приятную этикетку (меньше жиров, меньше калорий), и пониженную стоимость. Крахмал может заменить 30 % сливок для пасты карбонара, а еще минимум 25 % томатной пасты, нужной для изготовления соуса для пасты. Он позволяет на 20 % уменьшить количество маргарина в слоеном тесте. Крахмал, созданный с помощью «системы текстуры с оптимизированным сцеплением», будет обладать подходящей вязкостью и консистенцией, чтобы заменить «до 40 % твердых частей помидоров (овощей) в супах и соусах».

Использование крахмала в промышленных масштабах дает огромную экономию. Один комментатор из индустрии отмечает: «Технологи-пищевики – люди творческие, но скаредные. Они стремятся создавать продукты, приятные потребителям, но при этом экономить на рецептуре». В отличие от домашних поваров, технологи пищевой промышленности думают не в терминах ингредиентов, а в терминах «систем ингредиентов». Например, вместо использования яйца они могут придумать сочетание компонентов и добавок, которые в совокупности дадут эффект, как у яиц. И в этом деле крахмал – просто незаменимый инструмент.

Конечно, в основе современного производства продуктов лежит имитация, постоянное стремление создавать не точное воспроизведение настоящей вещи, а нечто похожее. Для технологов и разработчиков новых продуктов главное удовольствие от еды – разобрать ее на части, а затем снова собрать в более прибыльной и удобной для производства форме.

Наглядный пример – греческий йогурт[128]. Сейчас это самая копируемая еда, не в последнюю очередь потому, что его удобно есть, и это вызвало феноменальный рост рынка: между 2008 и 2012 годами продажи выросли на впечатляющие 67 %. Эта захватывающая кривая продаж густого греческого йогурта – признак растущего разочарования в безрадостных обезжиренных йогуртах, реакция на ту нехватку сенсорных ощущений, что возникла вследствие удаления жира, той доли молока, которая естественным образом заключала в себе бо́льшую часть их вкуса и давала ощущение сливочности во рту.

Обратив внимание на новые возможности, многие компании захотели попасть на динамичный рынок греческих йогуртов. Как заметил представитель одной молочной компании, «греческие йогурты и йогурты в греческом стиле часто в магазинах продаются по повышенной цене, что дает производителям продуктов питания отличную возможность повысить прибыль». Однако есть камень преткновения. Если производить греческий йогурт традиционным способом, то потребуется намного больше молока, чем для обычного йогурта, а это увеличивает затраты. С помощью аутентичных методов производства вам понадобится 100 килограммов молока, чтобы получить всего 40 килограммов готового йогурта. Вам будет нужно и специальное оборудование для сепарации, и все эти героические усилия потребуют времени. Утомительно. Поэтому пищевая промышленность разработала «быстрый процесс» получения йогурта в греческом стиле, который выдает 100 килограммов йогурта на 100 килограммов молока, не требует специального оборудования и не заставляет радикально менять фабричные настройки. Всего лишь нужно добавить концентрат молочного белка и крахмал. Итоговый продукт – не греческий йогурт в том смысле, в каком его понимают греки, но он подойдет многим потребителям, а красноречивый оборот «в стиле» в целом останется незамеченным.

Ingredion, одна из ведущих компаний по производству крахмала, объясняет, как она привела крахмал на рынок греческих йогуртов:

Компания использовала группу своих экспертов по сенсорным ощущениям, чтобы оценить девять образцов йогуртов в греческом стиле, имеющихся на рынке (все со вкусом ванили), сильнее всего отфильтрованных, и охарактеризовала каждый по одному из 14 различных текстурных признаков.

Компания впервые определила сенсорные признаки греческих йогуртов на рынке – такие качества, как покачивание (насколько плотно йогурт двигается на ложке), скользкость (насколько легко он двигается по языку) и поверхностный блеск. Затем она разработала инновационный крахмал, который, по ее словам, может придать «текстурные и вкусовые характеристики, аналогичные лидирующему продукту на рынке», но при этом дешевле в производстве, поскольку он использует меньше молока и может изготавливаться с помощью стандартного способа с высокой температурой и коротким временем, не требуя инвестиций в новое оборудование. Ingredion обещает, что с помощью такого невероятно функционального крахмала производители йогурта «могут быстрее выйти на рынок и производить товар со сниженными затратами».

Чем такой псевдогреческий йогурт быстрого приготовления отличается по вкусу от настоящего? Поскольку большинство таких продуктов продается не в виде простого натурального йогурта, а включает подсластители и ароматизаторы, то у нас редко появляется возможность провести сравнение. Однако пищевой промышленности известно, что крахмал может придавать продукту неприятный привкус. Как отмечает один специалист, «считается, что крахмалы на зерновой основе, например кукурузный и пшеничный, иногда имеют неприятные ноты, описываемые как „картонные“ или „зерновые“». К счастью для производителей, большинство обработанных пищевых продуктов включает много ингредиентов, поэтому всегда можно позаботиться о том, чтобы неприятный привкус заглушался другими привлекающими внимание ароматизаторами.

Одно можно сказать наверняка: добавление крахмала ухудшает вкусовые качества пищи. Причина не только в том, что он заменяет более вкусные ингредиенты – яйца, мясо, сыр, масло и т. д. Дело в том, что крахмал не привносит абсолютно ничего, кроме текстуры, поэтому питаться едой, наполненной крахмалом, все равно что слушать симфонический оркестр через тяжелую противопожарную дверь. Вкусы становятся неразличимыми, призрачными, оставляя смутную память о себе, ведь они влачат жалкое существование в среде всеобъемлющего небытия. Крахмалы создают архитектуру для обработанной пищи ровно так же, как они помогают конструировать бумагу, клей и промышленные смазки, но эти вещи мы есть не собираемся. Одна компания описывает общее назначение модифицированных крахмалов так:

Они используются в пищевой промышленности в качестве функциональных ингредиентов, не имеющих вкуса, – как наполнители, стабилизаторы, загустители, пасты и клеи в сухих смесях для супов, товарах для детей, соусах, смесях для подливок и т. д.

Чувствуется отсутствие вдохновения у человека, написавшего этот текст в попытках найти что-то позитивное в таком скучном ингредиенте.

Даже компании, изготавливающие крахмалы, не пытаются продать их органолептические качества. Это было бы пустой тратой времени, поскольку все производители продуктов питания понимают, что вкус крахмалов в лучшем случае никакой. Вместо этого пытаются приписать этой пустоте что-то хорошее. «Нейтральный вкус картофельного крахмала позволяет продуктам из мяса сохранить натуральные вкусовые качества», – заявляет одна крахмальная компания. Более откровенная формулировка того же утверждения могла бы гласить: «Скучность крахмала не мешает другим ингредиентам», – но еще можно добавить постскриптум: «Но крахмал определенно их разбавляет».

Добавление крахмала означает не просто снижение вкусовых свойств, но и потерю питательных веществ, ведь сильно очищенные крахмалы, используемые в пищевой промышленности, заменяют белки, жиры, фрукты и овощи, а поэтому при их добавлении ухудшается пищевая ценность получающихся продуктов. Чем больше крахмала в рецептуре, тем меньше там какого-то другого ингредиента, и в большинстве случаев этот другой ингредиент был куда более полезным.

Сейчас это может звучать парадоксально, если вы обратите внимание на стандартные государственные рекомендации по питанию: «Вместо того чтобы избегать крахмалистых продуктов, следует строить на них свое питание, чтобы они составляли примерно треть вашего рациона». В последнее время крахмалистые продукты, даже самые очищенные их виды, были разрекламированы организациями здравоохранения. Нам рассказывают, что крахмалосодержащие продукты (паста, злаки и хлеб) – «это хороший источник энергии и главный источник ряда питательных веществ в нашем рационе. Помимо крахмала, они содержат клетчатку, кальций, железо и витамины группы B». Такое представление углеводов крахмала как основного питательного вещества весьма спорно. Если начнем сравнивать разные виды пищи на основе микронутриентов, таких как железо и витамины группы B, то мясо будет лучше, поскольку в нем их содержится больше. Что до клетчатки, то нужное ее количество мы можем получить из овощей и фруктов.

Конечно, крахмалы в цельной, необработанной форме содержат какие-то полезные микронутриенты, но этого нельзя сказать о рафинированной форме, которую точнее было бы описать словами «кормовая масса». Рафинированные крахмалы быстро распадаются на простые сахара и легко всасываются в кровь. Вот почему, если жевать белый хлеб чуть дольше обычного, он станет сладким. Рафинированные углеводы вызывают скачки уровня сахара в крови и уровня инсулина, что побуждает наш организм производить и запасать жир. В долгосрочной перспективе это предрасполагает к хроническим заболеваниям. Из-за меньшего размера частиц сильно переработанные, химически или физически измененные крахмалы – как раз тот тип, что используется в пищевой промышленности, – вызывают еще более быстрое повышение уровня сахара в крови. Поэтому, когда производители продуктов питания хвалятся снижением количества сахара в них (что с виду вроде бы благородное дело), следует отметить, что при замене сахара крахмалом будет фактически то же самое. Так что думайте об этом как о каком-то жесте, о тактическом частичном изменении состава, а не о радикальном шаге.

Крахмал – во многих отношениях неисчерпаемый источник вдохновения для производителей продуктов питания. Нейтральный крахмал находит применение во всех звеньях пищевой промышленности: его применяют и для того, чтобы загустить крем-фреш с пониженным содержанием жиров из верхнего ценового сегмента, и для того, чтобы придать блеск дешевой подливке. Его безликость позволяет ему появляться везде и всегда. С помощью крахмала производители могут стряпать продукты, которые отрицают фундаментальные принципы готовки. На ум приходит пример майонеза. В традиционном воплощении его рецептура требует всего двух ингредиентов: масла и яичного желтка. Можно добавить чуть соли, уксуса или лимонного сока, но это необязательно; масло и яичный желток, взбитые в натуральную эмульсию, сами по себе – приятная еда. А вот для сравнения компоненты «Сверхлегкого майонеза Asda»:

Вода, спиртовой уксус, модифицированный кукурузный крахмал, растительное масло (5,5 %), пастеризованный соленый яичный желток от кур свободного выгула (4,5 %) [состав: пастеризованный яичный желток от кур свободного выгула, соль], дижонская горчица [состав: вода, семена горчицы, спиртовой уксус, соль, консервант (метабисульфит натрия), регулятор кислотности (лимонная кислота)], соль, мальтодекстрин, регулятор кислотности (молочная кислота), краситель (диоксид титана), стабилизатор (гуаровая камедь), консервант (сорбат натрия), антиоксидант (кальция динатриевая соль этилендиаминтетрауксусной кислоты).

Вместо двух компонентов у нас двадцать. Сахар, соль и уксус компенсируют во вкусе нехватку яиц и большой объем воды. Указание на «легкость», т. е. низкое содержание жиров, обещает пользу для здоровья, а упоминание яиц от кур свободного выгула оттягивает внимание от грубого и приземленного спиртового уксуса и целого спектра добавок. Такая смесь (как и многие другие умные сочетания) стала возможна только благодаря объединяющему присутствию крахмала. Неудивительно, что производители продуктов питания так привержены использованию этого вещества.

Глава 12

Хитрое

Людям не нравится использование химических веществ при обработке пищевых продуктов. Производители это знают, поэтому пищевая промышленность в целом переходит к продуктам с «чистой» этикеткой, выглядящей так, словно в еде содержатся только узнаваемые натуральные ингредиенты, которые можно найти в домашней кладовой.

Зачастую беспокойство вызывают отрывочные сведения о не особо заметных химических методах, используемых за кулисами пищевой промышленности, – и это действительно обрывки, поскольку такую информацию не требуется указывать на упаковке. Кто хочет задумываться о том, что масло, которым они пользуются, было извлечено из семян с помощью токсичного растворителя гексана или дегуммировано[129] с помощью каустической соды? Кто облизнется, когда узнает, что середина шоколадной конфеты с вишней остается жидкой, поскольку сахар был обработан коррозийной соляной кислотой[130]? И что мы должны делать с этим знанием? Тут же прекратить есть обработанную пищу?

Большинству из нас хочется менее радикального решения. Не могут ли ученые придумать не такой вредный способ дать нам те продукты, к которым мы привыкли? Какое-то высокотехнологичное чудодейственное средство, которое перенесет фабричную еду в новую, улучшенную, более цивилизованную эру, откинув все вечные проблемы с влиянием на здоровье и окружающую среду, которые связаны со старыми непопулярными методами химической обработки?

Если верить некоторым небескорыстным голосам в пищевой индустрии, такие решения уже существуют. Нам говорят, что ферменты – одна из ведущих технологий «зеленой» химии и что они сокращают или вообще устраняют целые поколения опасных веществ, которые сейчас впали в немилость. Европейский совет по информации о продуктах питания – орган, который «поддерживают европейские компании, производящие еду и напитки, чтобы предоставлять общественности научную информацию» (иными словами, лоббистская группа), – говорит, что «ферменты производят чистую, зеленую пищу».

Если вы не очень хорошо разбираетесь в химии, то можете споткнуться о слово «фермент». Попросту говоря, ферменты (они же энзимы) – это белки, которые естественным образом присутствуют в клетках растений, животных и микроорганизмов. Они нужны для обмена веществ у всех живых существ. Например, тело человека использует ферменты для проведения множества биохимических процессов, в частности пищеварения. Названия ферментов обычно (но не всегда) оканчиваются на – аза: амилаза, протеаза.

С коммерческой точки зрения ферменты лучше всего известны своим промышленным применением. Например, их используют в производстве моющих средств для стирки и мытья посуды, в окраске джинсов из грубой ткани, в производстве пульпы и бумаги, для удаления волос с кожи и ее дубления, для удаления клея с текстиля и чернил с бумаги, в изготовлении чистящего средства для контактных линз и в обезжиривании шкур крупного рогатого скота. Но пусть это не отталкивает вас от ферментов в пище и питье. Техническая ассоциация производителей ферментов (организация компаний, которые создают и выводят на рынок продукты с энзимами) объясняет «выгоду от ферментов»:

Применение ферментов часто дает выгоды, которые нельзя получить с помощью традиционной химической обработки. К таким преимуществам относятся повышение качества продуктов, снижение стоимости производства, уменьшение отходов и снижение потребления энергии. Более традиционные химические методы производства часто неконкретны, не всегда легко контролируются и могут создавать сложные условия. Часто они дают нежелательные побочные эффекты и (или) проблемы с утилизацией отходов.

Что здесь может не нравиться? Производители продуктов питания, конечно же, уверены, что энзимы – это шаг вперед. Они настолько освоили ферментные технологии, что в настоящее время практически все промышленные продукты питания включают хотя бы один ингредиент, изготовленный с их помощью. Ферменты уже широко используются при производстве сахарных сиропов, крахмалов, искусственных подсластителей, хлебобулочных изделий, алкогольных и безалкогольных напитков, сухих готовых завтраков, детского питания на основе злаков, сыра, молочных и яичных продуктов (например, сухого яичного порошка), фруктового сока, лапши быстрого приготовления, растительного масла, кондитерских изделий, рассолов для обработки мяса, ароматизаторов и растворимого кофе. На рынке постоянно появляются все новые ферментные продукты под товарными знаками.

Производители продуктов питания используют ферменты как катализаторы – вещества, ускоряющие химические реакции, которые в противном случае проходили бы очень медленно, а в некоторых случаях не шли бы вовсе. В природе существуют миллионы ферментов, которые действуют очень быстро: некоторые из них выполняют свою задачу до пяти миллионов раз в минуту. Поэтому ферменты творят чудеса и обеспечивают нас продуктами, которые без них не смогли бы существовать. По словам компаний, работающих в этой сфере, ферменты выполняют «работу маленькой фабрики».

Например, с помощью определенных амилаз пивовары могут изготавливать низкокалорийное пиво. Значительная часть сомнительного подсластителя – кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы (HFCS), который кладется в безалкогольные напитки, сласти, выпечку, джемы, желе и многие другие товары, – сейчас производится за счет таких энзимов, как альфа-амилаза. Чтобы такие изделия, как спрессованный батончик из хлопьев для завтрака или сласти, сохраняли в середине мягкость неделями, производители используют инвертазу, в противном случае произойдет затвердевание. Амилоглюкозидаза придаст фабричному хлебу равномерную коричневую корочку, а мальтогенная амилаза замедлит скорость зачерствения. Хлебопекарные заводы для большинства продуктов постоянно используют смесь энзимов – как правило, от трех до пяти одновременно. Небольшое количество пектин-метилэстеразы сделает прочнее вашу мороженую малину и стручковую фасоль.

Многие из вкусовых ощущений в знакомых сырах – чеддере, моцарелле, пармезане, эмментале, сливочном сыре – возникают вовсе не из-за собственного вкуса местного молока или терпеливого созревания и развития вкусовых качеств, а благодаря действию рукотворных ферментов, называемых липазами, которые добавляются на стадии созревания. Чтобы сок был кристально прозрачным, а не мутным, производители обрабатывают его пектиназой. Этот фермент применяют и для обработки цитрусовых перед тем, как превратить их в мармелад или засахарить, а еще для извлечения последних остатков сока из винограда путем разрушения стенок клеток перед переработкой в вино. Пектиназа упрочняет фрукты и овощи, чтобы они могли выдержать свою форму во время обработки. Например, если вы когда-нибудь ели один из тех йогуртов, на дне которых есть слой ягод с цельными клубничинами, а не пюре, то эти ягоды могли быть обработаны пектиназой. Чтобы придать прочность перед обработкой, клубнику, свежую или мороженую, можно, помимо добавления пектиназы, поместить в раствор хлорида кальция – соли, которая чаще используется для борьбы со льдом и пылью на дорогах. Одна компания, которая производит такой ферментный продукт, утверждает, что при этом увеличивается прочность фруктов и овощей, улучшается то, что производители именуют «целостностью плодов при обработке», и продлевается срок хранения для мягких фруктов. Пектиназой часто обрабатывают и свежие очищенные дольки цитрусов, предназначенные для готовых фруктовых салатов, – чтобы улучшить текстуру и внешний вид.

Если некоторые из таких применений ферментов кажутся вам благом скорее для производителей, чем для пользователей, будьте уверены: то же самое можно сказать о многих ферментных продуктах. Например, один тип мальтогенной амилазы для хлебопечения выведен на рынок как VERON® xTender – «экстрамягкий увеличитель срока годности», и это название резюмирует все, что вам нужно знать о его назначении. Фермент протеазы Maxipro HSP выиграл приз «Инновация года для несладких (мясных) продуктов» на европейской церемонии вручения наград для пищевых продуктов за способность извлекать белок из животных субпродуктов, таких как кровь. Изготавливающая его компания DSM объясняет:

Благодаря Maxipro HSP, нашему принципиально новому ферменту, промышленность может извлекать питательную и коммерческую ценность из побочных фракций крови посредством восстановления доступного белка. Это позволяет обеспечить более стабильное производство продуктов из обработанного мяса. Подтверждено, что Maxipro HSP оказывается особенно эффективным для удаления гема[131] из белка гемоглобина, содержащегося в крови. Гемовая часть ответственна за цвет (от красного до темно-коричневого) и вкус железа, что затрудняет применение гемоглобина в производстве мясных изделий высшего качества… Результатом является более эффективный процесс обесцвечивания, при котором сохраняются ценные функциональные возможности глобина и селективно удаляется сильный вкус и темный цвет гема.

Мы можем понять, почему этот ферментный продукт так любят производители мясных продуктов невысокого качества. Мировая мясоперерабатывающая промышленность всегда нацелена на максимальное использование потенциала субпродуктов, и DSM говорит, что Maxipro HSP обладает «превосходными желирующими и влагоудерживающими свойствами». Однако мало кому из потребителей по-настоящему нравится мысль об обработанной ферментами крови в колбасе.

Субтилизин – еще один энзим, который применяют, чтобы сделать полезным ингредиентом красные кровяные клетки. Он дает очищенный продукт, который «можно сушить распылением и использовать в консервированном мясе, колбасах и готовых мясных обедах».

В цепи производства пищевых продуктов ферменты добираются до ферм и боен. Многие корма для животных обрабатывают фитазами, карбогидразами и протеазами. Один комментатор из компании по производству кормовых ферментов объясняет их назначение:

Корма для животных – самая большая статья расходов в производстве мяса и птицы; на нее приходится 60–70 % всех затрат. Чтобы сэкономить, многие производители используют ферментные добавки для кормов, что позволяет им получить больше мяса с одного животного или то же самое количество мяса, но дешевле и быстрее.

Фраза «дешевле и быстрее» всегда звучит музыкой в ушах создателей интенсивно получаемого мяса. Ферменты сокращают расходы фермеров, поскольку можно использовать в корме меньше белков, а белки стоят дорого. Одна компания по производству ферментов хвалится, что куры, в рацион которых входила протеаза, но при этом белка в нем было на 2 % меньше, вырастали такими же по величине, что и птицы на стандартном рационе. Ферменты улучшают и характеристики более дешевых кормов, например перьевой муки. Этот побочный продукт производства птицы получается при обработке перьев: их нагревают, сжимают, измельчают и сушат. Такой вид кормов используется как дешевая непритязательная альтернатива рыбной муке. Но у него есть имиджевая проблема, как объясняет компания BioResource International, занимающаяся энзимами:

Широко известно, что перьевая мука – как альтернатива рыбной муке – один из способов разнообразить источники белка для животноводов. Однако применение перьевой муки ограничено представлениями, что она плохо усваивается, не так сбалансирована, а еще низкокачественна. Верно. Верно. И верно. Но так было раньше. Сегодня продукт Valkerase® нашей компании может превратить вашу недостаточно качественную, плохо перевариваемую перьевую муку в более оптимизированный источник перевариваемых белков и пептидов, который может соперничать с другими источниками белка.

М-м, кому нравится филе из выращенного в садке лосося или радужной форели?

На бойне протеазы выполняют работу по извлечению белка из скелетов зверей и рыб после разделки мяса. Одна компания объясняет: «С помощью протеаз можно получать материал из грубых и мелких остатков костей после механического удаления мяса с говяжьих, свиных, куриных или индюшачих костей». С помощью таких ферментов можно добыть еще 5 % приставшего к костям мяса – высосать, соскрести или иным способом механически отделить от костей и хрящей. Процесс извлечения белка до последней капли – не для слабонервных. Туши протирают и погружают в горячую воду с ферментами на несколько часов. «Полученная мясная взвесь, – говорит один специалист, – используется в производстве консервированных видов мяса и супов». В хозяйстве все пригодится.

Есть и другие, более прямые методы использования ферментов для мяса. Возрастным животным меньшей ценности (например, непродуктивным молочным коровам), далеко не первоклассное мясо которых в противном случае было бы жестким, непосредственно перед убоем можно ввести в яремную вену фермент папаин – в результате мясо становится нежнее.

Сейчас в производстве еды и напитков применяют более 150 ферментов. Для вас это новость? Для большинства людей – тоже. Как отмечает Техническая ассоциация производителей ферментов, «важность энзимов для повседневной жизни – один из самых охраняемых в наше время секретов». Но почему мы не знаем больше об их активном применении? В конце концов, некоторые ферменты, особенно те, что используются при обработке крахмала и производстве кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы, сейчас продаются как обычные товары, так что мировые финансовые рынки полностью осведомлены о них, даже если большинство граждан понятия не имеют об их существовании.

Простой ответ на этот вопрос заключается в том, что из-за мощности и эффективности ферментов их необходимое количество в составе мало, обычно 0,1 % и меньше. Предполагается, что ферменты, которые используются в производстве еды и питья, в целом деактивируются или расходуются во время производственного процесса, поэтому в конечном продукте отсутствуют. Компании по производству энзимов успешно пролоббировали законодательное различение между тем, из чего продукты производятся, и тем, с помощью чего продукты производятся, и регулирующие органы согласились считать энзимы вспомогательными технологическими средствами: «…если они присутствуют в пище, то только в форме остатков, и не должны оказывать технологического воздействия на итоговый продукт». В соответствии с европейским законодательством такие вспомогательные средства не обязательно указывать на маркировке. В настоящее время Европейская комиссия прилагает усилия к пересмотру классификации ферментов, однако, как отмечает один консультант, «индустрия будет кричать и брыкаться, если такое подавляющее большинство ферментов не будет классифицироваться как вспомогательные производственные средства». В настоящее время, если только ферменты не используются в качестве добавок (а это вряд ли), вы не увидите их на этикетках продуктов.

Вас может удивить следующее: вполне может оказаться, что есть важное качественное различие между ферментами, которые встречаются в природе, например в человеческой слюне или кишечнике, и ферментами, которые используются на фабрике. Эти рукотворные составы используются для ускорения химических реакций вне первоначального контекста. В самом деле, процессы, которые используются для экстрагирования и выделения ферментов для коммерческого использования, повышают их эффективность. Европейский совет по информации о продуктах питания объясняет: «Очищенные энзимы не теряют своих свойств; напротив, эти „бесклеточные“ препараты действуют еще более эффективно».

Ферменты, используемые в обработке пищи, получаются особым образом. Многие из них сейчас разрабатываются с помощью методов генетической модификации. Генная инженерия постоянно выводит на рынок новые ферменты. Европейская комиссия объясняет:

Благодаря новым технологиям можно скопировать и получить от хорошо известного организма-хозяина новые энзимы, недоступные ранее. Таким образом, доступными становятся энзимы практически из любого природного источника, включая энзимы с необычными свойствами, например термоустойчивостью [устойчивостью к нагреву].

В итоге, указывает Европейская комиссия, новые технологии, такие как генетическая инженерия, «могут привести к появлению ферментов, которых нет в природе». В зависимости от вашего философского подхода к технологиям питания это может звучать или не звучать как сюжетная линия научно-фантастического рассказа ужасов. Уже сейчас некоторые из самых распространенных ферментов в нашей пище относятся к генной инженерии. Среди них каталаза (для майонеза), химозин (для изготовления сыра), бета-глюканаза (пивоварение), ксиланаза (хлебопечение) и липаза (в маслах). В наше время все больше и больше коммерческих ферментов производится с помощью методов генной инженерии, поскольку она облегчает производство в промышленном масштабе.

Тем не менее очень многие не знают о том, что такие ферменты вообще используются. Если производитель включает ГМ-ингредиент в пищу или питье, европейское законодательство требует указать его на упаковке. В Великобритании лишь небольшая горстка продуктов содержит ГМ-ингредиенты, и причина этого в том, что, когда люди видят подобные обозначения в списке, они не хотят покупать такой товар. Однако из-за того, что ГМ-ферменты декларировать не требуется, люди не получают аналогичной возможности отказаться от них.

Все ферменты (генно-модифицированные или иные), применяемые для изготовления пищи и питья, получаются от микроорганизмов, из органов животных или из таких материалов, как грибы. Например, липазу, которую используют для изготовления сыра, сушеного яичного белка или белкового порошка, можно получить из тканей поджелудочной железы животных, от некоторых видов плесневых грибков Aspergillus или из ткани желудка телят, козлят или ягнят. Аспарагиназа, применяемая при производстве картофельных чипсов, хрустящего картофеля, печенья, крекеров и сухих завтраков, изготавливается с помощью бактерии Escherichia coli, известной тем, что находится в нижнем отделе кишечника теплокровных организмов[132]. Эндрю Уитли, крупный британский специалист по традиционным методам выпечки, указывает:

Для индустрии пищевых ферментов вся природа – это химический набор. Нет организмов, настолько экзотических или отталкивающих, чтобы их нельзя было изучить ради обнаружения возможных полезных агентов.

Огромное множество субстанций, из которых можно получать коммерческие ферменты, приводит и к этическим проблемам. Соблюдающие предписания своей религии мусульмане, иудеи или веганы были бы в ужасе, узнав, например, что фосфолипаза, использованная для приготовления их хлеба, была когда-то получена из поджелудочной железы свиньи. Но этого они никогда не узнают, поскольку ни наличие энзимов, ни материал их источника не раскрываются.

Как же производятся коммерческие ферменты из сырьевых материалов? Ферментация происходит в больших резервуарах емкостью до 150 тысяч литров. Их содержимое именуется в отрасли термином «бульон». Но какова его рецептура? Европейская комиссия отмечает: «Подробную информацию о компонентах, используемых в ферментных бульонах промышленного масштаба, получить сложно. Неудивительно, что производители не желают раскрывать сведения, которые могут представлять техническую или коммерческую ценность для их конкурентов». Если уж регулирующие органы имеют затруднения, то у обычных людей нет никакой надежды выяснить, что же входит в энзимный суп. Однако вероятные ингредиенты – отходы и побочные продукты от пищевой и сельскохозяйственной отрасли, такие разнообразные материалы, как сахара, сульфитная жидкость от заводов по производству целлюлозы, гидролизованные [разрушенные химически[133]] древесина и крахмал, фруктовые соки, картофель, фосфаты, соевая мука, молочные, мясные и растительные белки, производные аммиака, хлопковые семена, жидкость для пропитывания кукурузы и рыбная мука. Обычно сырьевые материалы растворяют или взвешивают в воде, а затем нагревают. Ферменты выделяются в ферментный бульон.

Разрушенные клетки проходят дальнейший процесс очистки. Европейская комиссия описывает их привычным исчерпывающим образом: «Различные химические, механические и термические [тепловые] методы (концентрирование, осаждение, экстракция, центрифугирование, фильтрация, хроматография)». Полученный ферментный концентрат далее продают пищевым компаниям в различных формах (жидкости, суспензии, гранулы и порошки); в зависимости от требований составы могут содержать добавки для стабилизации активности ферментов и действовать как консерванты.

Должна ли эта мутная родословная полученных ферментов вызывать у нас беспокойство? Индустрия ферментов утверждает, что нам следовало бы наслаждаться результатами этих технологий без каких-либо забот. Но насколько можем этому верить? Вспомните поучительную историю азодикарбамида и бромата калия. Десятилетиями пекари добавляли эти химические вещества в продукты, поскольку регулирующие органы присвоили им статус «в целом считающееся безопасным»[134]. Европейские регулирующие органы с запозданием решили запретить их, когда научные данные об их вреде стало трудно игнорировать. Для первого установлена связь с проблемами дыхательных органов, аллергиями и астмой; предполагается, что второй – канцероген. Оба были заменены – догадываетесь? – предположительно более безопасными ферментами. Как долго они будут безопасными? Как насмешливо говорит специалист по традиционному хлебопечению Эндрю Уитли, «у гарантии безопасности короткий срок годности».

Можем ли мы верить, что фабричные ферменты безопасны? Скрытность и недостаток прозрачности в индустрии ферментов не дают нам уверенности в этом. Когда Европейская комиссия попросила Австрийское федеральное агентство по охране окружающей среды собрать информацию о ферментах, группа исследователей тактично отметила в отчете недостаток сотрудничества со стороны компаний, занимающихся ферментами:

Группа проекта в явном виде подтверждает усилия, продемонстрированные некоторыми отдельными представителями индустрии в отношении предоставления информации, однако сожалеет, что не получила всех данных, запрошенных от отрасли.

Группа отмечает, что изначально «сотрудничество с индустрией было многообещающим», но в итоге даже после того, как индустрии было дано дополнительное время для предоставления данных, которые могли бы ответить на вопросы, «индустрия эти данные не предоставила». Таким образом, группе проекта пришлось основывать выводы главным образом на относительно ограниченном объеме данных из других источников. В ключевых вопросах (например, оказывает ли генная инженерия различные воздействия на свойства ферментов) исследователи указали, что доступные источники данных были «очень узкими».

Хорошо известно, что энзимы могут вызывать проблемы со здоровьем. Например, «биологические» стиральные порошки могут вызывать раздражение кожи. Кожный зуд – относительная мелочь, но как потенциальные аллергены энзимы могут вызывать более серьезные эффекты – если их вдыхать в виде пыли. Воздействие ферментов – хорошо документированный профессиональный риск для тех, кто работает в промышленных хлебопекарнях: людей, которые трудятся в таких условиях, проверяют на аллергии и проблемы с органами дыхания; после проверок требуется носить защитную одежду и непроницаемые перчатки[135]. Как только у человека развивается иммунная реакция на фермент, повторное воздействие приводит ко все более серьезным реакциям, которые могут быть опасными и даже фатальными. То, что начинается с насморка или болезненных ощущений на кончиках пальцев, может перерасти в трудности с дыханием, а в редких случаях и к серьезному анафилактическому шоку, который может закончиться смертью. Вот почему сухие ферментные препараты, которые могут пылить, заменяются жидкими или гранулированными, в которых энзимы, как говорят, «обездвижены». Но даже при этом компании, работающие с энзимами, рекомендуют производителям еды и напитков, чтобы их сотрудники использовали защиту для глаз при брызгах.

Какое могут воздействовать энзимы на людей, которые едят продукты, сделанные с их использованием? Нельзя исключать потенциальное воздействие таких продуктов на здоровье потребителей и тех, кто их изготавливает. Исследователи Европейской комиссии отмечают, что, хотя в настоящее время нет никаких подтверждений реакциям на наличие ферментов в пище, теоретически такая чувствительность возможна. Кроме того, многие ферменты были специально разработаны, чтобы оставаться стабильными при нагревании и напряжении, характерных для процесса производства пищи; это означает, что они «легче проходят через кишечник без полного разложения и денатурации». Примером может быть альфа-амилаза из гриба: одно исследование показало, что 20 % ее аллергенных свойств может сохраняться в корках хлеба. Другой пример – трансглутаминаза, которая используется в хлебе и хлебобулочных изделиях, например круассанах, чтобы тесто было более упругим, а еще для того, чтобы скреплять продукты из низкокачественного мяса. Одна группа исследователей обнаружила, что может производить эпитоп (часть молекулы), ответственный за глютеновую болезнь[136]. Протеазы – класс ферментов, которые делают моющие средства особенно эффективными, – обычно используются в промышленном хлебопечении и для смягчения мяса. Они вызывают аллергии и чувствительность, поскольку легко могут попадать в кровоток через мягкие ткани.

Теоретически также возможно, что аллергенные ферменты, даже если они не попадают в конечный продукт, могут загрязнять фабрики, которые их используют. Производители продуктов питания вынуждены разбираться с традиционными аллергенами (например, орехами и соей), которые задерживаются не в том месте и не в то время. Даже при самых тщательных мерах предосторожности аллергены имеют обыкновение возвращаться, как фальшивая монета из пословицы[137], поскольку их трудно контролировать в промышленных масштабах.

Если не считать аллергии, то нет никаких подтверждений того, что ферменты обладают токсичностью, мутагенностью или канцерогенностью, однако считается, что опасность для здоровья могут представлять остаточные загрязнители, полученные из самого источника ферментов или получившиеся при обработке, например, микотоксины или афлатоксины. В США ферменты должны иметь статус GRAS (вещество, «в целом считающееся безопасным»). В Великобритании ферменты, используемые в пищевых продуктах, классифицируются как «вещества, которые по имеющимся свидетельствам пригодны для использования в пищевых продуктах». Обратите внимание на осмотрительное расплывчатое выражение «по имеющимся свидетельствам». Как знаем из опыта группы, которой Европейская комиссия поручила собрать данные по ферментам, для качественных выводов имеется недостаточно информации. Похоже на то, что регулирующие органы не поспевают за скоростью развития энзимов и не могут сформировать целостную картину долговременных последствий.

Для законодательных целей коммерческие ферменты рассматриваются как натуральные. Любое проводившееся исследование носит узкий и ограничительный характер, рассматривая каждый фермент по отдельности с шорами на глазах. Не обращалось серьезного внимания на тот факт, что ферменты, особенно в хлебопечении, часто используются в смесях до пяти компонентов, вместе с другими химическими добавками, и кокетливо именуются улучшителями. Каким может быть совокупный эффект таких смесей ферментов и химических веществ? Насколько может увеличиться риск аллергенов и токсинов? Кажется, ни один регулирующий орган не уделял этому серьезного внимания.

Но почему это должно вызывать у нас минутное беспокойство? Выступая от имени ферментных компаний, Европейский совет по информации о продуктах питания утверждает, что «понятие приемлемого риска – неотъемлемая часть при расширении границ [науки]». Конечно, для большинства людей вопрос таков: «Хотим ли я и моя семья быть частью человеческого эксперимента с передовыми энзимными технологиями?» Не тратьте много времени на размышление над этим вопросом. Вашего мнения все равно никто не спрашивает, и оно не имеет никакого значения для любых целей.

Глава 13

Старое

Можно с уверенностью сказать, что слово «свежий» вызывает у нас положительные образы. Если использовать этот эпитет честно и аккуратно, то он подходит к веселой зелени недавно собранных овощей, горстке трав из огорода или фруктам, только что собранным в саду. Он передает ощущение еды, приготовленной и употребленной в тот же самый день, без охлаждения: только что испеченная пицца, воскресный ужин, приготовленный во второй половине дня и съеденный ранним вечером, традиционный скон только из духовки, горячий стир-фрай из вока[138]. С натяжкой слово «свежий» может описывать ингредиенты, которые были слегка обработаны: еще теплая рыба прямо из коптильни или комочек только что взбитого масла. Однако ретейлеры и производители используют это слово совершенно в другом смысле: чтобы именовать продукты, прошедшие определенную обработку для увеличения срока их годности.

Если подумать, такое словоупотребление несет противоречие. «Свежий» – значит чувствительный ко времени (по крайней мере, так должно быть). По самой своей природе свежесть – это мимолетное и ограниченное состояние, за которым следует распад и разложение. Однако у ретейлеров и производителей понятие «свежий» считается растяжимым. Они продают нам охлажденную еду и напитки под флагом свежести: готовые блюда, дипы[139], салаты, сэндвичи, жареную рыбу, супы, смузи, колбасные изделия, спреды, соусы для готовки, пиццу, десерты, куриные наггетсы, – и указывают срок годности, который заставляет нас думать, что продукты останутся свежими в течение нескольких дней.

По правде говоря, представление о том, что свежесть продуктов сохраняется в течение существенного промежутка времени, должно быть оксюмороном, но в пищевой промышленности свежесть стала синонимом более верного и точного термина – «продление срока годности». Чтобы продлить срок хранения пищи, был разработан целый ряд более или менее изощренных технологий. Вследствие этого существенной частью нашего рациона стала старая вялая еда, маскирующаяся под свежую.

В Европе одобрены к применению свыше 80 добавок, которые обладают консервирующим эффектом. У каждой есть индекс Е – указатель, сообщающий потребителям, что добавки созданы руками человека[140]. Химическая промышленность упорно старается нас убедить, что инстинктивная враждебность к таким консервантам просто отражает научную безграмотность широкой публики. Ассоциация производителей пищевых добавок и ингредиентов (FAIA, www.faia.org.uk) – организация, представляющая химические компании, изготавливающие такие добавки, – пытается нас успокоить, сообщая, что многие из них – лишь «синтетические копии натуральных [консервирующих] продуктов, которые присутствуют в природе». Нам говорят: если бы вы только больше понимали в этих веществах, то бы не противились их употреблению. Так что же они из себя представляют?

Начнем с того, что́ считается консервантами: бензоаты (например, бензоат натрия, этилпарагидроксибензоат натрия), нитриты и нитраты (например, нитрит калия, нитрат натрия), сорбаты (например, сорбат натрия, сорбат калия), сульфиты (например, метабисульфит натрия) и пропионаты (например, пропионат кальция, пропионовая кислота). Консерванты встречаются во многих продуктах – от маффинов и обработанного мяса до мангового сока и молочных коктейлей.

Ясно, что эта пестрая компания не особо ладит с «бригадой „нет химикатам“», как в пищевой промышленности насмешливо называют людей, которые постоянно избегают добавок и непонятных ингредиентов с незнакомыми названиями. Такие консерванты, как тактично выразился один технолог, «весьма химические по природе», и тот факт, что они могут нанести вред здоровью, не подлежит сомнению. Сама индустрия добавок признает, что сульфиты, бензойная кислота и ее производные могут привести к трудностям с дыханием, одышке, хрипам и кашлям у чувствительных людей. Имеются убедительные доказательства, что потребление консерванта бензоата натрия в сочетании с определенными искусственными красителями может усиливать гиперактивность у детей[141]. Эти относительно мелкие реакции выглядят бледно перед хорошо зарегистрированным воздействием нитритов, которые активно применяются для обработки мяса. Бактерии в слюне преобразуют их в нитраты, а затем в желудке они вступают в реакцию с различными аминами, образуя нитрозамины, которые являются мощными канцерогенами[142].

Далее в сомкнутом строю веществ, продлевающих срок хранения, стоят антиоксиданты. Они могут казаться не такими вредными, как упомянутые консерванты, и даже полезными, потому что немногие понимают, что это вовсе не те природные антиоксиданты в сырой пище, которые обезвреживают свободные радикалы, вредящие клеткам. Достойный представитель этой категории – аскорбиновая кислота, которую часто преподносят как второе название витамина С. Но это заблуждение. Аскорбиновую кислоту производят в промышленных масштабах на фабриках, часто ферментацией генно-модифицированной кукурузы с помощью ряда химических реакций. Таким образом, аскорбиновая кислота, отвлекающая внимание от плачевных питательных характеристик плодовых напитков или лишенных питательных веществ хлопьев или хлеба для завтрака, представляет собой одномерную рукотворную копию натурального витамина С, находящегося в цельных продуктах, например апельсинах и капусте кале[143]. В то время как витамин С всегда сопровождают другие микронутриенты, которые совместно усиливают его действие, аскорбиновая кислота – это изолированное рукотворное химическое вещество, и в этом качестве оно не способно оказать такой же полезный эффект, как натуральный витамин С[144]. То же самое касается другой группы антиоксидантов – токоферолов: альфа-токоферола, гамма-токоферола, дельта-токоферола, смеси токоферолов. Эти химически синтезированные версии натурального витамина Е обычно получают из нефтепродуктов. Синтетические витамины поглощаются организмом не так хорошо, как натуральные[145].

Линейка антиоксидантов выглядит еще хуже, когда смотрите на неприятные личности, скрывающиеся в их рядах, – добавки, которые регулярно появляются в хрустящем картофеле, крекерах, чипсах, маргарине, обработанном мясе и продуктах, обжаренных в масле, например котлетах по-киевски, фалафеле[146] и рыбных палочках. Встречайте: бутилгидрокситолуол (BHT), который тоже является компонентом бальзамирующих составов и реактивного топлива; бутилгидроксианизол (BHA), который обычно присутствует в каучуках и нефтепродуктах; пропилгаллат, часто используемый для приготовления клеев; и трет-бутилгидрохинон (TBHQ), который находит применение и в производстве лаков. Вокруг этих антиоксидантов идет оживленная научная дискуссия, потому что некоторые исследования показывают, что они неблагоприятно воздействуют на лабораторных животных, приводя к раку, нарушениям гормональной и нервной систем и т. д. Однако в своей бесконечной мудрости наши регулирующие органы пришли к заключению, что наличие этих добавок при разрешенном уровне не представляет риска для человеческого здоровья. Потребность промышленности оттянуть неприятный момент, когда продукты начинают демонстрировать возрастные изменения, каждый раз побеждает вопросы охраны здоровья.

Понятно, почему нужны сокращения: язык запинается при попытке произнести названия этих добавок. Они не вызывают доверия и у потребителей. А с какой стати? Знание о том, что многие пищевые добавки обладают способностью укорачивать жизнь, но продлевать срок годности продуктов, встроено в европейское законодательство. Вот почему регулирующие органы установили максимальное «допустимое суточное потребление» для каждого из них на основании «уровня без проявления вредного воздействия», который, как нам говорят, является «безопасным» уровнем, определенным по экспериментам на животных. Исследователи наблюдают, какую дозу вещества могут получить лабораторные животные, прежде чем у них проявятся очевидные признаки заболевания или они умрут, а затем экстраполируют эти данные на людей. Но это только оценка; никто в реальности не знает, сколько канцерогена нужно, чтобы развился рак, или сколько токсинов нужно, чтобы отравить вашу нервную систему.

Согласно Европейскому совету по информации о продуктах питания (EUFIC) – организации, которая позиционирует себя как орган, обладающий научно обоснованными данными, но действует как лоббистская группа для пищевой промышленности, – допустимое суточное потребление включает «большой запас прочности и относится к количеству пищевой добавки, которое можно употреблять в рационе ежедневно в течение всей жизни без каких-либо негативных последствий для здоровья». Здорово, если вы верите словам представителей пищевой промышленности в белых халатах, но многие из нас так не делают. Аппетит к алфавитному супу из добавок уменьшился.

Гораздо эффективнее для смягчения отношения сомневающихся потребителей следующая придумка индустрии обработанных товаров: основная цель использования консервантов – повысить безопасность продуктов. Здесь консерванты предстают бойцами на передовой, защищающими нас от отравления и смерти. Вот как EUFIC излагает такую аргументацию:

Самая большая угроза для потребителей – возможность того, что пища портится или становится токсичной вследствие действия микроорганизмов (например, бактерий, дрожжей, плесени), имеющихся в ней. Некоторые из этих микроорганизмов могут выделять ядовитые вещества (токсины), которые опасны для здоровья людей и могут быть даже фатальными.

Пропаганду «используйте токсины, чтобы убить токсины» молчаливо поддержало руководство организаций здравоохранения и безопасности. Такие действия готовят нас к тому, чтобы видеть в натуральной необработанной пище массу зловещих бактерий, которые можно обезопасить только с помощью строгой технологической руки. Показательный пример: под заголовком в стиле желтой прессы «Грязь кухонной раковины» интернет-проект британской службы здравоохранения NHS Choices предупреждает нас, что «большинство людей думают, что самая загрязненная часть дома – туалет, но на самом деле кухонная раковина содержит, как правило, в 100 тысяч раз больше микроорганизмов, чем ванна или санузел». Правда, страшно? Для тона государственных рекомендаций по гигиене типично изображать домашних поваров опасно невежественными людьми, подвергающими близких рискам, угрожающим жизни. В государственных кампаниях по гигиене питания ничего не говорится о намного более серьезных рисках отравления или о том, как современная система распределения продуктов питания может способствовать распространению беды за несколько часов по тысячам домов за тысячи километров.

Эффект такого однобокого подчеркивания рисков отравиться домашней едой подрывает уверенность домашних поваров в их способности приготовить безопасную пищу. Это заставляет нас стремиться к видимой безопасности обработанной, готовой еды. По мнению одного пользователя «Твиттера», «фабрика – то, что мы называем гигиеничным эффективным местом для приготовления пищи. Она безопаснее, чем кухня на ферме». Такое мнение широко распространилось среди поколений, которые никогда не учились готовить и потому крайне зависят от готовой еды и еды навынос. Пожалуйста, давайте нам эти защитные добавки! Но истина состоит в том, что, за исключением нитратных и нитритных консервантов, используемых для таких видов мяса, как бекон, нет никаких всеобъемлющих оснований использовать консерванты или антиоксиданты по соображениям безопасности, если только не собираетесь продлить срок хранения продукта. Откровенно говоря, это и есть основная функция консервантов в обработанной пище – подпитывать иллюзию, что пища свежее и новее, чем на самом деле. Зачем об этом беспокоиться? Дело в деньгах, как заметил один поставщик «технологий для увеличения срока годности»: «Возможность продлить срок годности пищи и напитков крайне важна для производителей и ретейлеров. Продление срока годности напрямую влияет на прибыльность». Если это звучит неясно, то следующее более открытое рассуждение другой такой компании проясняет финансовую мотивацию гораздо лучше: «Не существует улучшений, которые можете внести в свои продукты и напитки и которые поспособствуют удовлетворению потребителей [ретейлеров] и увеличат вашу прибыль так, как это сделает продление срока годности».

Супермаркеты постоянно призывают производителей указывать более длительный срок годности на охлажденных продуктах. Это помогает поддержать миф, что нет необходимости часто покупать продукты, если хотите, чтобы они были свежими. В 2013 году Кэтрин Кэллаган из подразделения Агентства пищевых стандартов Великобритании, занимающегося гигиеной и микробиологией, предупредила Королевское общество общественного здоровья Великобритании[147], что «за последние 20 лет наблюдается тенденция» к увеличению срока годности. Говоря о готовом к употреблению мясе, одной из категорий продуктов с максимальным риском отравления, она отмечала: «Я посетила пару мелких производителей, и они рассказали мне, что на них оказывается большое давление… с требованием указывать на продуктах большой срок хранения».

Индустрия обработанных пищевых продуктов – понимая, что она проигрывает спор с потребителями по поводу добавок Е, и пытаясь отреагировать на давление со стороны супермаркетов, требующих «чистую» этикетку, но при этом движимая желанием продлить срок годности, – предложила новые методы, чтобы удерживать «свежесть» продуктов подольше менее очевидными средствами. Суть игры – отказаться от искусственных добавок и заменить их теми, название которых звучит натуральнее. Но сделать это технически сложно. При отсутствии прямых равноценных замен производители приняли перестраховочный подход, используя современные смеси веществ для продления срока годности, часто в сочетании с упаковкой в модифицированной газовой среде (МГС).

Немногие из нас замечают, насколько широко сейчас этот метод хранения используется в отделах охлажденной пищи в гастрономах. Изменяя состав воздуха в пластиковых упаковках так, чтобы он содержал меньше кислорода (или вообще его не содержал), МГС заставляет выглядеть «моложе» все виды «свежих» продуктов, как Спящая Красавица, которая проспала годы, а проснулась в том же возрасте. В сочетании с охлаждением МГС представляет собой технологическое решение, которое позволяет поверхности мяса оставаться рубиново-красным, хотя в противном случае оно бы потемнело. Она предотвращает появление плесени на сыре и не дает высохнуть готовым для использования на кухне овощам. В упаковках, заполненных МГС, нарезанное мясо и «свежая» паста не закручиваются по краям. Дуновение воздуха, которое ощущаете, открывая кусок пармезана, пакет с натертым сыром или контейнер с салатом на завтрак, – это модифицированная атмосфера[148].

Раньше МГС была совершенно невидимой технологией. Сейчас пищу, упакованную с ее помощью, нужно маркировать. Пользователи с орлиным взглядом разберут заботливую надпись мельчайшим шрифтом: «Упаковано в защитной атмосфере». Такой набор слов – классический пример, когда индустрия обработанных продуктов выставляет свое вмешательство в благоприятном свете. Есть и другие термины для МГС в торговле – «с наполнением газом», «в газовой упаковке», «в сжатом газе» или даже просто «с газом», но они звучат не так убедительно.

По сравнению с химикатами-консервантами МГС в списке проблем потребителей стоит далеко внизу. Многие из нас считают удобным иметь перекус в виде пакета с питой; немногие понимают, что пита упакована в модифицированный воздух[149]. При помощи МГС готовая пита, а еще бейглы[150], роллы или тортильи, будут храниться при комнатной температуре не пять дней, а двадцать. Срок хранения некоторых хлебобулочных изделий при такой упаковке продлевается до шести месяцев. МГС может прибавить к сроку годности сэндвича 5–6 дней (самое то, что нужно для продажи на автостанциях или в мелких лавочках на углу с вялой торговлей).

При упаковке в модифицированную атмосферу срок годности готового продукта можно увеличить с 2–5 до 5–10 дней. Мало кто из нас поставит домашнюю еду в холодильник и съест ее через 10 дней: мы бы стали тревожиться, что она испортилась. Однако фабричная готовая еда с МГС может достичь этого возраста и по-прежнему выглядеть свежей. И имейте в виду, что мясо и рыба во многих обработанных продуктах – например, куриных салатах, сэндвичах с креветками, курице тикка или рыбном филе в кляре – скорее всего, были куплены производителями в замороженном виде, разморожены в процессе производства, а затем отправлены по магазинам в охлажденном виде в газовой атмосфере как «свежие». Чтобы определить возраст многих ингредиентов в обработанной пище, потребуются услуги весьма проницательного детектива, если не Интерпола, однако справедливо предположить, что ключевые ингредиенты далеко не так «молоды», как мы привыкли думать.

МГС оказывает производителям готовой еды еще одну услугу: она задерживает наступление того, что в торговле пищевыми продуктами называют «перегретый вкус» (WOF), – неприятного привкуса, напоминающего влажную собачью шерсть и характерного для уже готовых рыбы, мяса и птицы. Подумайте о разогреваемых контейнерах или «гробах», наполненных тепловатыми блюдами, которые рассылаются по больницам и школам с далеких кухонь, наложите сюда запах влажного картона, который витает вокруг коробки с рыбой в панировке, слишком долго пролежавшей в холодильнике, добавьте щепотку микропримесей металлов от фабричного кухонного и производственного оборудования – и ощутите нужный запашок.

В типичном мясном отделе супермаркета реальной разделки мяса не происходит. То, что продается, скорее всего, прибыло с разделочной линии скотобойни в виде расфасованного и готового к продаже мяса – в больших контейнерах, заполненных модифицированным воздухом. Мясо, импортированное в Соединенное Королевство (например, новозеландскую баранину), можно разморозить на перерабатывающей фабрике, а затем добавить МГС. Почему? Работники мясного отдела не обязаны быть опытными мясниками, и это экономит время ретейлеров. Как объясняет одна компания, занимающаяся технологиями МГС, «с помощью правильной упаковки в модифицированной атмосфере срок годности красного мяса можно, как правило, увеличить при охлаждении с 2–4 дней до 5–8 дней, а для птицы – с 4–7 до 16–21 дней».

Нарезанная курица возрастом в три недели? Это не кульминация свежести или пищевой безопасности, но, с другой стороны, никто в пищевом бизнесе так и не считает. Компания Dansensor, специализирующаяся на МГС, выражается откровенно:

Движущая сила этой заметной тенденции использовать газовую упаковку – сочетание привлекательности для пользователя (свежие продукты) и ряда преимуществ для ретейлеров, которые связаны с логистикой, представлением продуктов, продуктами с добавленной стоимостью, увеличенным сроком годности и т. д. Цель упаковки с газовым наполнением – дать продукту долгий срок годности.

Сплошь и рядом МГС используется, чтобы замаскировать признаки того, что пищевая индустрия называет легкой обработкой: очистки, мытья, удаления кожуры и сердцевины, нарезания. Идет ли речь о кусочках ананасов или соцветиях брокколи, готовых к микроволновке, такое закулисное вмешательство делает фрукты и овощи более скоропортящимися, потому что оно разрушает клеточные ткани и мембраны клеток. Фактически эти «свеженарезанные продукты», как их называют в бизнесе, представляют собой то, что ученые называют поврежденными тканями, поэтому они портятся быстрее целых фруктов и овощей. МГС используется, чтобы отсрочить появление явных признаков порчи – потемнения и привкуса, но не всегда эффективно. Снижается и их пищевая ценность, однако эта потеря незаметна для глаз.

Конечно, не следует смешивать срок годности и свежесть, как делают многие из нас, открыв пухлую «упаковку-подушку» листьев салата с модифицированной атмосферой и обнаружив, что они вскоре увядают. С помощью МГС поставщики готовых овощей могут добавить к сроку годности листьев салата до восьми суток. Учтя, что между сбором листьев и отправкой на мойку и обработку тоже прошло какое-то время (давайте добавим еще 1–2 дня), неудивительно, что наши запакованные салаты при выходе на свежий воздух падают в обморок, как героиня книжки викторианской эпохи. Этим беднягам, возможно, целых 10 дней, и, соответственно, их жизнеспособность и питательные характеристики слабее и хуже, чем мы могли бы подумать.

Листья салата могут быть менее стойкими и по другим причинам. Перед упаковкой их пропускали через мощную моечную машину или через мойку типа джакузи, где обеспечивается значительная тряска. Иногда для этого используется родниковая вода, но это происходит для небольшой части продуктов, которые продают ретейлеры из верхнего ценового сектора. Однако это наилучший сценарий, а в большинстве случаев для промывания используют водопроводную воду, в которой есть хлор. В смесь часто входят и фруктовые кислоты: лимонная, винная и другие, в виде порошка или жидкости. Хлор применяется для очистки, а кислоты действуют как консерванты, замедляющие рост бактерий. Некоторые компании, которые считают себя прогрессивными и передовыми, отказываются от хлора в пользу фруктовых кислот. Это не только позволяет указать на этикетке «без хлора», чтобы впечатлить потребителей, но и дает практическую пользу, как объясняет изготовитель одного такого продукта:

NatureSeal FS не подвергается неблагоприятному воздействию органических веществ (почва, листья и прочие растительные фрагменты). Это означает, что нет необходимости часто менять воду в промывочном баке; некоторые предприятия используют свои баки минимум восемь часов перед спуском жидкости. Хлор, который взаимодействует с органикой, требует более частого добавления, что может привести к ухудшению вкуса. Это требует опорожнения резервуаров и более частой смены воды.

Другими словами, в мутном мире подготовки фруктов и овощей есть выбор между свежей водой с частым добавлением хлора и реже сменяемой водой с добавлением кислот. В любом случае это совсем не те фрукты и овощи, которые моют в кухонной раковине в воде из-под крана. Но, с другой стороны, организации общественного здравоохранения учат нас с подозрением смотреть на наши кухонные раковины и рассматривать вялые, старые, пропитанные газом, окунавшиеся в химикаты купленные фрукты и овощи как более безопасный вариант.

Буклеты компаний, рекламирующих продукты для продления срока годности с картинками «до и после», напоминают рекламные объявления, где говорится, как можно поменять жизнь, попробовав эффект трансплантации волос или невероятные возможности крема для лица, уменьшающего морщины. Американская компания Grow Green Industries предлагает eatFresh-FC – вещество, которое несколько загадочно называет «антимикробным составом синергической смеси органических компонентов, цитратов и антиоксидантов [sic]», который, по ее словам, «сохраняет цвет, текстуру и свежесть; также доказано, что он продлевает срок годности резаных и цельных плодов, таких как клубника, яблоки, груши, манго, авокадо и различные овощи». Далее эта мысль наглядно иллюстрируется. Показываются две ягоды клубники через семь дней: левую, контрольную, не опускали в eatFresh-FC, а правую опускали. Контрольная выглядит гнилой, окунавшаяся – безупречно сочной. Есть и аналогичные изображения нарезанных бананов, яблок, груш и авокадо, и везде необработанные плоды выглядят коричневыми и старыми, а обработанные – просто идеальными. Grow Green Industries рекомендует этот чудесный, бросающий вызов старению препарат для применения в пищевой промышленности, т. е. для готовой пищи для баров, ресторанов, магазинов навынос, школ, больниц и сетей продуктовых супермаркетов. Те странно безвкусные нарезанные ломтики яблок, которые появляются в обедах, предоставляемых авиакомпаниями, или в салатах из «свежих» фруктов в бутербродных, почти наверняка обязаны сохранившимися свойствами таким пропитывающим составам.

На этом «технологии съедобных покрытий» не останавливаются. Цельные «свежие» фрукты и овощи можно погружать, вымачивать или обрызгивать такими составами, как Semperfresh, который его изготовители описывают как «комбинацию сложных эфиров сахаров и других съедобных ингредиентов: растительных масел и растительной целлюлозы». Он покрывает каждый плод очень тонкой, невидимой пленкой без вкуса и запаха, которая «замедляет процессы созревания», эффективно «усыпляя» продукты. Semperfresh рекомендуется использовать как до, так и после сбора урожая, и он может помочь плодам оставаться свежими «до двух раз дольше». Именно благодаря таким покрытиям наши вишни, яблоки и груши сияют, а перец, огурцы и баклажаны обретают блеск.

От покрытий переходим к ряду съедобных пленок, известных в бизнесе консервантов как «умные» пленки. Сейчас обработчики и производители используют их в таких разных продуктах, как чизкейки, мясные деликатесы и пицца. Они незаметны для потребителей и состоят из липких клейких веществ, которые замедляют рост бактерий, например крахмала, производных целлюлозы, хитозана (неперевариваемый сахар, получаемый из панциря моллюсков), альгинатов (гелеобразные вещества из морских водорослей), фруктового пюре, молочных и соевых белков, яичного белка и пшеничной клейковины. По словам одного из сторонников этой технологии, при использовании на разрезанных фруктах съедобные пленки «могут обеспечить им безопасный срок хранения до двух недель». Сейчас тестируется новое съедобное и пригодное для готовки покрытие для мяса, которое обещает продлить срок годности свежего мяса до трех дней. Это покрытие сделано из «надежного источника натуральных пептидных компонентов» и будет прозрачным, без запаха и вкуса. Один литр такого раствора MeatCoat стоит 1,53 евро, и его достаточно, чтобы покрыть 13 квадратных метров мяса.

Пищевые пленки часто используются как носители ряда искусственных добавок: красителей, ароматизаторов, синтетических консервантов, таких как бензойная, сорбиновая, пропионовая, молочная кислоты и низин[151]. Их присутствие замедляет и появление «перегретого вкуса» (WOF). Если использовать эту пленку, то WOF в обработанной свиной котлете девятидневной давности снижается «до уровней, которые обнаруживаются в типичной необработанной котлете трехдневной давности».

Ферменты, часто производимые с помощью методов генной инженерии, проникают и в нашу продуктовую цепь, чтобы раздвинуть то, что индустрия именует «воспринимаемая свежесть» хлебобулочных изделий. Когда смотрим на маффины, капкейки[152] или мягкий фунтовый кекс[153] в кафе или пекарне в супермаркете, насколько они свежие? Предполагаю, что большинство из нас предположат срок в пару дней, не больше. На деле же они были сделаны с использованием какого-нибудь ферментного продукта, например XFresh, который его изготовители описывают следующим образом:

XFresh использует ферментную технологию, чтобы продлить сенсорный срок годности и воспринимаемую свежесть и фунтовых кексов, и меньших по размеру кексов, например маффинов и капкейков. Такая технология доказала высокую эффективность, увеличивая сенсорный срок годности до 50 %. Тесты потребителей и экспертные комиссии показывают, что использование технологии XFresh улучшает воспринимаемую свежесть кексов до 50 %. В одном случае кекс четырехнедельной давности, сделанный с применением технологии XFresh, был воспринят как обычный кекс недельной давности.

Ну и что, если маффин или капкейк не только что из печи? Многие потребители будут только рады, что пища продержится дольше, даже если они не знают почему. Мало кто из нас понимает, что внешним совершенством охлажденной пищи, которое мы привыкли ожидать, можно управлять. Под укромным флагом «защиты пищи» производители сейчас имеют доступ к различным средствам продления срока годности, которые убивают бактерии или замедляют их развитие и позиционируются как натуральные, а не синтетические консерванты. Например, Verdad F41, белый дистиллированный уксус, получаемый из сахара, кукурузы или тапиоки, был разработан специально для свинины и птицы в вакуумных упаковках; он помогает «сохранить цвет, однородность и уменьшить обесцвечивание во время срока хранения». Куриные бедра, «улучшенные» с помощью этого препарата, с возрастом не приобретут отталкивающий желтовато-серый цвет. Verdad F41 удобен для этикетки: его можно описать как культивированный кукурузный сахар и (или) уксус, а это не вызовет раздражения у потребителей. Но какой домашний повар помоет курицу в уксусе, а потом посчитает ее свежей?

Среди передовых средств для продления срока годности находится новое поколение систем, или технологий, консервантов, которые сочетают ряд очищенных химических веществ, выделенных из пищевых источников. Пищевики-технологи активно изучают консервирующий потенциал орегано (душицы), розмарина, тимьяна, гвоздики, корицы, зеленого чая, горчицы, чеснока, молочнокислых бактерий, лизоцима[154] из яичного белка, плевроцидина[155] из кожи рыб, виноградных косточек, голубики и клюквы. Среди натуральных консервантов, уже имеющихся на рынке, есть NaturFORT, который рекламируют как «многоцелевую комбинацию экстракта розмарина и зеленого чая, которые дополняют друг друга и обеспечивают превосходную защиту вкусовых, цветовых и запаховых характеристик» в таких продуктах, как майонез или заправки для салата. Fortium, рекомендованный для продления срока годности хрустящего картофеля, описывается как «линейка продуктов растительного происхождения, основанная на смешанных токоферолах и [неуказанных] специальных составах»; он обеспечивает «дополнительную защиту для условий производственной обработки при высоких нагрузках» (на такой фабрике картофель подвергается определенным физическим воздействиям). Состав BioVia™ YM10, производимый из культурной декстрозы и растительных экстрактов, представлен на рынке как натуральная противогрибковая смесь, «специально разработанная для улучшения качества широкого спектра охлажденных кулинарных продуктов и продуктов длительного хранения», таких как «свежие» сальсы[156] и дипы. Хотя эти консерванты можно представлять натуральными, что натурального в том, чтобы класть их в продукты, которые иначе бы их не содержали?

Пожалуй, эти новые «натуральные» консерванты предпочтительнее старых синтетических. Знаете ли вы кого-нибудь, кто задумывался о том, что его «свежая» рыба была обработана веществом Ecoprol-2002 – прозрачной светло-коричневой, слегка жгучей жидкой смесью пропилгаллата, лимонной кислоты, сорбата калия, ортофосфорной кислоты, уксусной кислоты и пропиленгликоля? Назначение этого коктейля из шести искусственных добавок с индексом Е таково: смесь добавок для пищевых продуктов, предназначенная для уменьшения скорости изменений в натуральных морских видах животных и обеспечивающая больший срок годности. Антимикробные антиоксидантные компоненты действуют как высокоэффективный консервант, который продлевает срок хранения морепродуктов, особенно на коммерческой стадии [стадии продаж], не затрагивая при этом вкус, цвет, запах или текстуру. Есть компоненты, которые обеспечивают покрытие, защищающее от действия микробов, окисления жиров и масел и обезвоживания.

По сравнению со старыми синтетическими химическими составами вроде описанного, любое вещество со слабыми претензиями на натуральность представляет собой прогресс. Или нет? Старый арсенал консервантов, вне зависимости от коллективного воздействия на здоровье людей, хотя бы выполнял работу по защите пищи, путь даже и бандитским способом. Более мягкие «натуральные» альтернативы менее эффективны, а возможно, даже «приведут к катастрофе», как предупреждает один химик-технолог:

Поскольку у нас есть надежные [синтетические] консерванты, мы можем обеспечивать безопасность продуктов в течение всего срока годности. Однако из-за спроса на полностью натуральные, минимально обработанные продукты с увеличенным сроком годности увеличивается опасность при загрязнениях низкого уровня.

Другими словами, если сократите применение искусственных консервантов, не уменьшив при этом срока годности, то придете к возможности серьезного пищевого отравления, вызванного охлажденными, якобы свежими продуктами.

В прошлом было совершенно понятно, когда еда оказывалась несвежей. Она издавала неприятный запах, выделяла какие-то зловещие жидкости, теряла цвет, на ней появлялась предупреждающая плесень. До наступления эры домашних холодильников мы использовали холодные кладовые, чтобы отложить эту неизбежную порчу на несколько дней. У нас было твердое практическое понимание свойств пищевых продуктов. Чтобы продлить их съедобность, мы использовали традиционные методы сохранения: сушку, копчение, маринование, ферментацию, засол, заморозку, консервирование в соли, сахаре, спирте, розлив в бутылки. Со временем появившаяся пищевая промышленность создала новые методы, например консервирование в металлических банках и термообработку при сверхвысоких температурах, и теперь мы могли есть пищу спустя годы после ее возникновения. Тем не менее мы понимали, что банка горошка или сухое молоко, пусть даже готовые к употреблению, не являются свежими в полном смысле этого слова. Этот горох был не из свежесобранных стручков, а это молоко недавно прибыло с фабрики, а не от коровы. Мы знали, что с этими продуктами было что-то сделано, чтобы они существовали дольше, чем могли прожить без такой обработки. Однако в настоящее время многие из нас лишь смутно представляют, сколько времени будут храниться продукты при естественном ходе событий. Охлаждение стало суррогатом подлинной свежести. Все холодное на ощупь дает нам необоснованное ощущение безопасности.

Чья это вина? Плохая осведомленность пользователей о возможностях продуктов – это та ситуация, которую поощряют предприятия по переработке пищевых продуктов и ретейлеры. Еще в 1987 году диетолог доктор Роберт Шьюфелт придумал термин «свежеподобный» для описания растущей категории продуктов, которые выглядят свежими, но ими не являются, и это прилагательное легко вошло в лексикон современной индустрии обработки пищи. Сейчас в этой сфере «свежий» означает «свежеподобный» – и эта игра слов устраивает и производителей, и ретейлеров. Свежеподобные товары прибыльны: мы платим за них лишние деньги, полагая, что они действительно свежие.

О чем на самом деле говорит сегодня слово «свежий»? Честно говоря, это прилагательное практически бессмысленно.

Глава 14

Упакованное

Каждый кусочек фабричной еды должен быть упакован. Упаковка защищает товары на их долгом пути от завода до магазинчиков, супермаркетов и наших домов. Ради продаж на ней размещают маркетинговые картинки, и часто эти изображения имеют мало общего с продуктами внутри. Один комментатор в «Твиттере» опубликовал картинку грустной кучки не поддающихся идентификации красных и бежевых предметов в черном пластиковом контейнере рядом с куда более заманчивым изображением низкокалорийной энчилады [157]с курицей на картонной упаковке, сопроводив это вопросом: «Дорогая @asda, взгляни на это. Ты думаешь, что еда выглядит так же аппетитно, как картинка?» Потребителям полуфабрикатов есть о чем задуматься, столкнувшись с реальностью, которая выглядит куда менее привлекательно, чем заманчивая профессиональная фотография еды в стиле «пальчики оближешь» на обертке.

Будучи средством и транспортировки, и маркетинга, упаковка добавляет определенную тяжесть современной тележке для покупок. В группе пищевых товаров низшего уровня она часто по объему превосходит сам продукт. Те, кто беспокоится об утилизации упаковки пищевых продуктов, вскоре заметят, как постепенно накапливаются эти коробки, контейнеры, обертки, пленки, вкладыши, жестянки, пакеты, бутылки, крышки и картонные рукава. Для тех, кто утилизацией не занимается, проблема лишней упаковки отправляется на свалку по принципу «с глаз долой – из сердца вон».

Например, готовая пицца часто кладется на диск из полистирола, закутывается в облегающую пластиковую пленку и помещается в картонную коробку. Когда снимаем эту пленку, на ней обычно остается часть начинки – подтверждение контакта. В упаковке фабричной еды используется ряд полимерных пластиков, которые удерживают в клейких, липких объятиях предварительно приготовленные ингредиенты, и при этом происходит обмен жидкостями. Пленка на готовых блюдах, которая в соответствии с указаниями производителя в процессе нагревания становится хрупкой, усеяна каплями коричневой жидкости, которая капает на съедобное содержимое мелкого пластикового поддона во влажном тумане разогретых промышленных ингредиентов и горячего пластика. Завернутые сэндвичи с креветками и майонезом и утка по-пекински лежат в супермаркете или холодильнике магазина, торгующего навынос, в течение 48 часов, выпуская сладкие маслянистые соки на пластиковую или картонную коробку – коробку, которая впитала полиграфические краски и, скорее всего, ламинирована сверхтонкой пластиковой пленкой.

Чтобы предотвратить реакцию металла с содержимым, консервированные продукты годами томятся внутри металлических банок, покрытых эпоксидными смолами (более известными по их использованию в составе клеев) или различными пластиковыми покрытиями. Сырые и минимально обработанные продукты тоже становятся ближе к потребителям с помощью целого спектра усовершенствованных упаковочных материалов. Мясо в супермаркете выставляется на пластиковом поддоне на поглощающей подкладке, предусмотрительно впитывающей кровь, – чтобы не напомнить каким-нибудь слабонервным людям, что это лишь кусок какого-то животного. На сыры – даже на те, у которых есть внешняя обертка из вощеной бумаги, создающая ассоциацию с лавкой, торгующей сырами домашнего приготовления, – часто надевают облегающее пластиковое «нижнее белье». Большинство людей не станут выбирать более дорогую стеклянную бутылку масла, а предпочтут обычную жесткую пластиковую. Дети берут в школу пластиковый тюбик питьевого йогурта или жесткую пластиковую баночку мягкого сыра. Они пьют сок через пластиковую соломинку из картонного стакана, покрытого пластиковым полимером и выложенного металлической фольгой. Малина по завышенной цене лежит в кристально прозрачном пластиковом контейнере под слоем «дышащей» пленки на поглощающей жидкость пунцовой «пузырьковой подушке» – подобно членам королевской семьи на красной ковровой дорожке; при желании производители упаковки могут заказывать такие подушки с обработкой фунгицидами, продлевающими срок хранения. Внутренняя часть коричневых картонных коробок, в которых продается еда навынос во временных киосках, устанавливаемых на время каких-то событий, покрыта воском, обычно на основе нефтепродуктов.

Ассортимент упаковочных материалов, имеющихся сегодня в распоряжении производителей продуктов питания, затейлив и футуристичен, а на рынке постоянно появляются все новые концепции. Многие формы пластиковой упаковки для таких продуктов, как тертый сыр, часто обрабатывают микроскопическим слоем химических веществ, например алкиловых моно– и дисульфокислот, бората алюминия и N,N-бис(2-гидроксиэтил) – додеканамида. Они обеспечивают антизапотевающий эффект, останавливая накопление влаги в контейнере, или выполняют антиприлипающую функцию, которая позволяет легче доставать из упаковки такие продукты, как мед, шоколадный соус или тертый сыр. Например, если вы чувствовали себя обманутым, когда остатки кетчупа упорно оставались на дне контейнера, то вам, возможно, понравится ультрасовременный состав LiquiGlide; впрочем, вы вряд ли узнаете о его наличии, поскольку такие упаковочные вещества не указываются на этикетках товаров. Изготовители LiquiGlide описывают его следующим образом:

Это запатентованная технология сверхскользких поверхностей, использующая состав из твердых и жидких материалов, причем твердые части надежно удерживают жидкость на поверхности, а жидкая часть обеспечивает смазку.

Сообщается, что LiquiGlide изначально был изобретен для покрытия лобовых стекол автомобилей и крыльев самолетов, но позднее был переделан для использования в пищевой промышленности – для стеклянной, пластиковой и металлической упаковки пищевых продуктов. При нанесении его на внутреннюю сторону бутылки стенки становятся такими скользкими, что соусы или другие составы, которые обычно прилипают, теперь почти выпадают. «Скользкий» – вот слово, которое характеризует LiquiGlide. Дозаторы для майонеза, обработанные этим составом, должны появиться на полках в 2015 году.

Как видите, технология упаковки продуктов трудится без устали, и производители постоянно получают наисовременнейшие кардинально новые возможности. Одна из последних пленок, предназначенная для упаковки мяса, сыра, молока, соусов и заправок для салата, состоит не менее чем из семи пластиковых слоев микроскопической толщины и описывается следующим образом:

Многослойная пластиковая пленка, включающая наружные слои полиэтилена и внутренние слои дополнительного полиэтилена, примыкающие к связующим слоям адгезива, соединенного со срединным слоем из смеси полиамида и поливинилового спирта. Такая структура обеспечивает превосходную преграду для кислорода и воды. Такая пленка может быть соэкструдированной и создаваться в процессе раздувания, что дает надежную преграду без ущерба для оптических свойств.

Повторить еще раз? Если вы не специалист в химии полимеров, это описание мало о чем вам скажет. Достаточно знать, что эта пленка не пропускает воздух и влагу, но при этом выглядит привлекательно на полке. Большинство из нас слабо представляют состав материалов, применяющихся для упаковки, которые если и вызывают какие-то ассоциации, то скорее с непищевыми сферами. Такие вещества, как нитроцеллюлоза, полипропилен, нейлон, полиэстер, алюминий, полиэтилен, поликарбонат и винилхлорид, заставляют нас думать скорее о покрытии полов, цветочных горшках, одежде, компьютерах и т. д.

Если вы в основном готовите дома с нуля, то ваше взаимодействие с такими пищевыми материалами ограничено. В домашних условиях мы режем на дереве, готовим в стальной утвари и подаем приготовленную еду в керамике или в стекле – все эти материалы имеют долгую историю применения на кухне. Исключения – кастрюли и сковороды с антипригарной поверхностью и пластиковые разделочные доски, причем и те и другие вызывают споры. В случае с антипригарным покрытием проблема заключается в том, что когда такая посуда перегревается, царапается и даже разрушается на молекулярном уровне, незаметно для невооруженного глаза, то в нашу пищу выделяется целый набор химических веществ, в частности фторполимеров, как правило, не рекомендованных для употребления людьми. И хотя когда-то организации, занимающиеся пищевой безопасностью, рекомендовали пластиковые доски как более гигиеничные по сравнению с деревянными, этот пылкий энтузиазм угас, когда независимое исследование, проведенное Лабораторией пищевой безопасности в Калифорнийском университете в Дейвисе, пришло к выводу, что «деревянные разделочные доски не представляют риска для человеческого здоровья, в то время как пластиковые могут представлять» [158].

Помимо этих исключений, если ваш рацион основан на настоящей домашней пище, то материалы, контактирующие с едой, не будут часто встречаться в вашей жизни, хотя едва ли кто-то обойдется без использования алюминиевой фольги или пищевой пленки, консервированных продуктов, молока в пластиковых бутылках или пластиковых покрытий внутри картонных коробок с сухой едой, например рисом или сухими завтраками. Упаковка – это неизбежная часть современной жизни. Но активные потребители готовых блюд подвергаются воздействию упаковочных материалов постоянно. Чтобы произвести упаковку, используется свыше 6 000 химических веществ: пластик, картон, бумага, стекло и металл, – так что фабричная готовая еда (будь то суши из супермаркета, сэндвич, салат, смузи, бисквит, салями или суп), проходящая через наши рты к желудкам, соседствует бо́льшую часть своей жизни с химическими веществами из упаковки.

Важно ли это? Согласно Агентству пищевых стандартов Великобритании, – нет. С обычной беззаботностью, проявляемой этой организацией, отвечающей за надзор за общественным здоровьем, она нас убеждает, что упаковка пищевых продуктов безопасна и соответствует европейским стандартам. Агентство говорит: «Потребителям незачем беспокоиться о наличии химических веществ в материалах, контактирующих с пищей, если они используются в соответствии с ограничениями и нормами, установленными для них».

Так что все в порядке… или нет? Форум пищевой упаковки (Food Packaging Forum) – некоммерческая независимая организация, которая занимается исследованиями упаковки, – думает по-другому. Она постоянно изучает научные данные о том, как химические вещества переходят из материалов, контактирующих с пищей, в еду и напитки, при каких условиях и в каком количестве, отслеживая исследования по последствиям для нашего здоровья от такого слабого, но постоянного загрязнения. Недавно организация предупредила, что в упаковке пищевых продуктов обнаружено 175 опасных химических веществ – тех веществ, что международные классификационные органы определяют как «проблемные химические вещества», поскольку они связаны с раком, снижением фертильности, пороками развития половых органов и гормональными расстройствами и поэтому могут представлять неоправданный риск ущерба окружающей среде и здоровью.

Список токсичных химикатов, которые постоянно и на законных основаниях используются для упаковки того, что мы едим и пьем, открывает нам глаза. Чтобы дать вам представление о нем, упомянем такие вещества, как формальдегид, бензол, пропилпарабен, аммиак, толуол, перхлорэтилен, окись углерода, асбест и хлорированный парафин. Эти названия – одни из самых понятных, а так список включает 2-октил-(4-диметиламино)бензойную кислоту, трет-бутилгидроксианизол (ВНА), 1,2,3-трихлорпропан, диизодецилфталат (1,1,3,3-тетраметилбутил)фенол, (2,3-эпоксипропил) триметиламмонийхлорид и 4-(1,1,3,3-тетраметилбутил)фенил-полиэтиленгликоль нонилфенол эток-силированный. В этом длинном списке токсичных веществ есть химикаты, которые уже давно связывают с хроническими проблемами со здоровьем: фталаты в пластификаторах; бензофеноны в чернилах и пластиковых покрытияхх; бисфенол А в пластиках и облицовке банок; оловоорганические соединения в консервных банках.

Как это можно разрешать? Материалы, контактирующие с пищевыми продуктами, долго рассматривались как главный источник хронического воздействия химикатов, а при синергии (совместное воздействие с другими химическими веществами аналогичного характера) их токсичность может увеличиваться. Производители упаковки по закону обязаны гарантировать, что их продукты «не передают свои компоненты в пищу в количествах, которые могут представлять угрозу человеческому здоровью». Так что кто мог ожидать, что химикаты, токсичность которых известна, будут намеренно использоваться в материалах, контактирующих с пищей? В конце концов, многие из них соответствуют критериям для особо опасных веществ, установленным в REACH – протоколе Европейского союза, регулирующем регистрацию, оценку, разрешение и ограничение для химических препаратов. По европейским правилам, химические вещества с сильными токсичными свойствами должны быть зарегистрированы и утверждены к применению, однако эти правила не относятся к пищевой упаковке. Как ни противоестественно, но хотя требования REACH касаются химикатов, использующихся при изготовлении игрушек, красок, текстиля, медицинского оборудования и прочих разнообразных товаров, они не покрывают материалы, контактирующие с пищей, хотя множество людей постоянно подвергаются их воздействию – каждый день, иногда с каждым приемом пищи.

Почему не усилить контроль над химическими веществами в упаковке? Игры с потенциально опасными химикатами тесно вплетены в систему производства пищи. Предполагается, что известные токсины не оказывают опасного воздействия при достаточно низкой концентрации или дозе. Этот удобный вывод делается из слов швейцарского врача XVI века Парацельса: «Все есть яд, и ничто не лишено ядовитости; одна лишь доза делает яд незаметным». С тех пор эта мудрость сократилась до более популярной формы, которая стала основополагающей догмой проверки химической безопасности: «Доза определяет яд». Если перефразировать – небольшое количество яда не нанесет вреда.

Но когда Парацельс садился за стол, он не разогревал курицу тикка в микроволновке и не утолял жажду безалкогольными напитками из банки. В его рацион не входили еда навынос в контейнерах из полистирола и продукты, завернутые в пластик. Он не подвергался воздействию синтетических химических веществ в окружающей среде, как мы: в выхлопах автомобилей, в пестицидах, в мебели – да практически во всем. Если бы мы совершили путешествие во времени и перевезли Парацельса в наши дни, чтобы показать повсеместное распространение упаковок с химикатами, обладающими токсичными свойствами, возможно, он бы почувствовал необходимость изменить свои мудрые слова[159]. Уровень воздействия токсичных химикатов в сегодняшнем мире не таков, как во времена Возрождения[160].

Многие исследователи сейчас считают, что некоторые химикаты вызывают неожиданно мощное воздействие даже в низких дозах, чего Парацельс не ожидал. Типичный пример – бисфенол А (BPA). Он используется в металлических банках и пластиковых контейнерах, но в наше время – один из самых оспариваемых химикатов, применяемых в упаковке. В завершение одного из крупнейших обзоров независимой литературы по бисфенолу А, не связанной с индустрией, одна группа экспертов предупреждала:

Широкий спектр неблагоприятных эффектов низких доз бисфенола А у лабораторных животных, подвергавшихся воздействию во время развития и во взрослом возрасте, – это серьезная причина беспокойства в отношении потенциально возможных аналогичных неблагоприятных эффектов у людей. Недавние тенденции в человеческих заболеваниях связаны с неблагоприятными эффектами, наблюдаемыми у подопытных животных, которые подвергались воздействию низких доз BPA. Конкретные примеры включают: рост распространения рака простаты и молочной железы, урогенитальные аномалии у младенцев мужского пола, снижение качества семени у мужчин, раннее начало полового созревания у девочек, нарушения обмена веществ, включая инсулинорезистентный диабет (ІІ типа) и ожирение, и нейроповеденческие проблемы, например синдром дефицита внимания и гиперактивности.

Отрезвляющая оценка. Однако, несмотря на такие предупреждения, научный «консенсус» по рискам бисфенола А для здоровья человека считается недостигнутым, а без него регулирующие органы не предпринимают каких-либо действий. И эту ситуацию нельзя не связывать с решимостью индустрии упаковок бороться с любыми предположениями, что ее продукция может наносить вред. Здесь можно проводить параллели с длительной войной за доказательство того, что табак наносит вред. Независимые ученые били тревогу, а регулирующие органы и потребители действовали по их советам задолго до того, как вред, наносимый табаком, был «доказан» окончательно. То же самое происходит и с бисфенолом А. Как бы эта отрасль ни отвергала замечания критиков и ни пыталась повлиять на органы, регулирующие химические вещества, этого недостаточно, чтобы убедить людей. Беспокойство общественности привело к запрету бисфенола А в упаковке и многоразовых пищевых контейнерах, таких как кружки-поильники для детей до трех лет, в Канаде, Евросоюзе и США, а после переоценки, проведенной Французским национальным агентством по продуктам питания и охране здоровья и окружающей среды, Национальное собрание и Сенат Франции проголосовали за запрет BPA во всех продуктах, контактирующих с пищей, до января 2015 года. Несколько благотворительных организаций, занимающихся борьбой с раком, сейчас советуют людям избегать бисфенола А. Благотворительная организация Breast Cancer UK, специализирующаяся на раке молочной железы, призвала запретить бисфенол А во всех упаковках еды и питья. Несмотря на решимость упаковочной промышленности, неприятные сведения об этом химическом веществе никуда не денутся.

В центре внимания оказывается и еще одна группа химических веществ, применяющихся в упаковке, – фталаты. Было продемонстрировано, что эти пластификаторы, которые добавляются к пленкам и другим упаковочным материалам для поддержания мягкости, проникают в продукты, особенно жирные; эти вещества липофильны, т. е. любят сцепляться с жиром. Однако они загрязняют не только жирные продукты. Самый высокий уровень определенных фталатов был обнаружен в хлебе, а не в жирной пище.

Присутствие фталатов в нашем хлебе или в любой другой пище вызывает беспокойство, поскольку эксперименты на животных показывают связь употребления этих химикатов со сниженной фертильностью и с репродуктивной и тестикулярной токсичностью. У людей повышенные уровни этих соединений связываются с ожирением и пониженной маскулинизацией новорожденных мальчиков. Но фталаты есть повсюду. В 2012 году Агентство пищевых стандартов Великобритании сообщило, что 31 % проверенных продуктов содержал фталаты в большем количестве, чем разрешено европейским законодательством. Рассмотренные загрязненные упаковочные материалы содержали металлические крышки с ПВХ для стеклянных банок, пластиковый контейнер с крышкой из фольги, картонную коробку для напитков из бумаги, ламинированную фольгой и пластиком, пакет с фольгой и несколько пластиковых пакетов в картонных коробках. Такие вещи есть на каждой кухне.

А что насчет более коммерциализированного общественного питания? Когда ученые из Неаполитанского университета исследовали пищу, которую с центральной кухни отправляют по детским садам и начальным школам в закрытых одноразовых тарелках, сделанных из упаковочных материалов с алюминиевой фольгой, имеющей покрытие из полиэтилена и полиэтилентерефталата, оказалось, что почти все они (92 %) содержали фталаты. Самая высокая концентрация была у рыбы и хлеба. Это вносит свой вклад в значительный объем доказательств, подтверждающих отнюдь не новое предположение, что химические вещества из упаковки могут попадать в нашу пищу. Ясно, что такого воздействия не избежать. Почему бы не организовать кухню в каждой школе, где люди за деньги будут готовить свежую еду на дереве, стали, стекле и керамике? В этом смысле контейнеры из одноразовых материалов, в которые теперь замотана и забальзамирована наша еда и напитки, – это упаковочный эквивалент договора с нулевым рабочим временем[161]. Это снижение инвестиций в постоянство и долговечность (будь то многоразовая посуда или люди), ведь пищевая промышленность поощряет одноразовость, систему, которая основана на экономии в краткосрочной перспективе и не учитывает расходы на человеческое здоровье.

Споры по поводу таких химических веществ, как бисфенол А и фталаты, ведутся десятилетиями, а вот о новой технологии наночастиц этого сказать нельзя. Наночастицы, которые слишком малы, чтобы их можно было увидеть в микроскоп, получают из таких материалов, как глина, серебро, титан, кремний и оксид цинка; их все чаще используют в упаковках пищи и продуктов. Они могут выполнять некоторые умные функции: продлевать срок хранения пищи за счет снижения проницаемости пластиков, действовать в качестве антибактериальных покрытий или делать упаковку легче и прочнее. Например, для покрытия пластиковых пищевых контейнеров используется наносеребро, чтобы их содержимое можно было продавать дольше. В ткань или пластиковые бутылки можно вводить наноглины, чтобы кислород не проникал через стенки и не уменьшал срок хранения содержимого.

Не правда ли, это – благо для потребителей и пищевой промышленности? К сожалению, как и с бисфенолом и фталатами, наночастицы, похоже, тоже передаются из упаковки в пищу и питье. Например, недавно исследователи обнаружили, что наночастицы алюминия и кремния попадали из пластиковых бутылок в кислую среду, характерную, например, для газированных напитков и соков, и их концентрация увеличивалась с течением времени и при повышенной температуре.

Стоит ли об этом беспокоиться? Потенциальные проблемы для здоровья представляет малая величина наночастиц. Они примерно в 10 тысяч раз меньше ширины человеческого волоса, что делает их более способными к реакциям и более биологически активными, чем крупные частицы того же самого вещества. Это означает, что они могут оказаться в местах, куда более крупные частицы не попали бы: клетках, тканях и органах, – где они могут накапливаться с вредными последствиями. Например, было установлено, что наночастицы оксида цинка могут вызывать у лабораторных животных поражение печени, поджелудочной железы, сердца и желудка. Научный комитет Европейской комиссии по защите потребителей предупредил, что «явно позитивные токсические реакции [в некоторых из этих тестов] четко показывают потенциальный риск [наночастиц оксида цинка] для людей». Еще одно исследование показывает, что наночастицы диоксида титана могут повредить ДНК, нарушить функции клеток и помешать защитной деятельности иммунной системы. Появилась научная теория, что наночастицы, всасываемые в кишечнике, могут быть фактором в растущем распространении воспалительных состояний, например синдрома раздраженного кишечника и болезни Крона.

Европейская комиссия признает, что наночастицы могут нанести вред здоровью. Она указывает на данные лабораторных исследований о том, что наночастицы могут способствовать слипанию белковых молекул, что является фактором в ряде заболеваний. Она также признает, что частицы могут попадать из слизистой оболочки носа [при вдыхании] в легкие и мозг, что представляет особую опасность для рабочих, которые имеют дело с наноматериалами. «Полная оценка потенциальных опасностей еще впереди», – сообщает Европейская комиссия, и это звучит многообещающе. Национальная академия наук США более нетерпелива и предупреждает, что в понимании [наночастиц] определены «критические пробелы», которые «не изучены настоящими исследованиями». По сути, нанотехнологии вошли в соприкосновение с нашей едой и питьем. Регулирующие органы захвачены врасплох. Институт науки и технологии продуктов питания – профессиональная организация технологов пищевой промышленности – выразил обеспокоенность тем, что в упаковке продуктов используются наночастицы, несмотря на неизвестные скорости миграции и риски воздействия. Он отметил:

Как представляется, не существует требований, чтобы поставщик указывал включение наночастиц в упаковочные материалы, и вследствие отсутствия требований к маркировке конечного продукта потребитель не будет осведомлен о составе упаковочного материала.

По оценкам, сейчас используется 400–500 товаров для упаковки, где применяются наночастицы, но, согласно прогнозам, к 2020 году нанотехнологии будут использоваться для 25 % всей упаковки. По сути, упаковка – это просто передовой отряд этой технологии; нанодобавки уже оказались на американских полках. Например, наноразмерный диоксид титана сейчас используется в таких продуктах, как сливки для кофе, печенье, сливочный сыр, подливка для индейки, лимонад и шоколад. Свежие фрукты и овощи для продления срока годности можно покрыть и тонким воскоподобным составом с наночастицами.

Могут ли нанотехнологические добавки входить в сети сбыта продуктов питания в Соединенном Королевстве или Европе? Истина в том, что ответа толком никто не знает и производители по закону не обязаны информировать нас об их наличии. В Европе маркировка продуктов, содержащих наночастицы, стала полем битвы. Как обычно, крупные производители продуктов питания и нанотехнологическое лобби борются за очень мягкое регулирование, которое оставляло бы им много места для маневра. В декабре 2014 года вступило в силу постановление Евросоюза, которое требует, чтобы пищевые продукты (не упаковка), содержащие наночастицы, маркировались словом «нано-» в квадратных скобках рядом с соответствующим ингредиентом или добавкой. Теоретически это должно показывать, имеется ли «наноистория» у серебра в украшении для кексов или в шоколаде высшего качества или у диоксида титана в вашем маршмэллоу[162] или глазури. Однако не ждите, что полки наполнятся такими наномаркировками. Производители еды и питья продолжают спорить с регулирующими органами по поводу точного определения наночастиц, утверждая, что это ровно те же материалы, которые они использовали годами. Например, диоксид титана в традиционной форме уже имеет Е-индекс: Е171. Также крайне трудно обнаружить и проверить «намеренно введенные» в еду и напитки наночастицы, так что в итоге производители мало рискуют навлечь на себя юридические грозы, если продолжат использовать в продуктах ингредиенты в наноформах, не указывая при этом слово «нано-» на упаковке.

Таким образом, наночастицы могут продолжать оставаться загадочными компонентами не только в упаковке, но и в еде и напитках. В самом деле, сейчас прилагаются значительные усилия, чтобы внедрить нанотехнологии в систему производства и сбыта пищевых продуктов. Многие транснациональные пищевые компании вкладывают значительные средства в исследования и разработки в области нанотехнологий и, судя по их биографиям, ожидают возврата своих инвестиций.

Дело в том, что всегда – говорим ли мы о неуловимых наночастицах или хорошо оборудованном фармацевтическом шкафе с химическими веществами, которые обеспечивают первоклассный сервис при производстве упаковки для еды и питья, – встает очевидный вопрос: сколько крохотных доз токсинов можно получить, прежде чем наш организм перестанет сопротивляться и заболеет? Токсины, как несчастья или шпана на дворе, собираются вместе, и результат оказывается весьма неприятным.

Кто не знает людей с пищевой аллергией, астмой, синдромом раздраженного кишечника или раком, если уж на то пошло? Токсикологи с ограниченным воображением обращаются к философским размышлениям Парацельса, чтобы оправдать терпимое отношение к токсичным соединениям в системах поставки продуктов, исследуя каждое из них по отдельности в безопасных границах лабораторий. Однако остальные из нас правы, сомневаясь в утешительном заявлении невозмутимого Парацельса, застывшего в XVI веке, о том, что маленькие дозы яда не нанесут нам вреда. Мы можем быть достаточно непредубежденными, чтобы рассмотреть вполне реальную возможность: искусственные химикаты, активирующие, блокирующие, захватывающие и иным образом вмешивающиеся в нормальное функционирование наших организмов, вносят вклад в широкий ряд проблем со здоровьем, включая ожирение, диабет, рак, сердечно-сосудистые заболевания, бесплодие и другие нарушения полового созревания. И если мы серьезно отнесемся к этому предложению, то снижение воздействия с помощью минимизации потребления упакованной еды и напитков – одна из отправных точек, с которых можно начать.

Послесловие

Утром 1 января 2014 года я стояла в тихом до блаженности Рейксмюсеуме [163]в Амстердаме и смотрела на неповторимую картину Флориса Клеса ван Дейка «Натюрморт с сырами». Стол задрапирован камчатной скатертью[164], на которой разложена удивительно реалистичная еда. Грубый сыр, сложенный половинками, образует центр композиции. Его окружают миска с яблоками и тарелки с виноградом. На переднем плане – хрустящий хлеб, половинка груши на оловянной тарелке, несколько треснувших орехов и извивающаяся ленточка фруктовой кожуры. Рядом наполовину выпитый стакан воды или вина, за которым на тарелку опирается нож для чистки фруктов, – словно человек, который ел эту простую, но обильную еду, только что встал из-за стола на насколько минут, чтобы сделать что-то еще.

Ван Дейк был знаменитым «старым мастером» голландской школы натюрморта, которая процветала в Нидерландах в 1600-х и была известна, среди прочего, тщательным изображением еды. В самых знаменитых музеях Нидерландов, Бельгии и всего мира вы можете видеть картины ван Дейка и других «старых мастеров», где изображены гранаты, лобстеры, ветчина, айва, мясо, копченая и сырая рыба, вишня, хлеб, пернатая дичь, пироги, крабы, лимоны и многие другие предметы из буфетов того времени.

Самое сверхъестественное в этих произведениях искусства – то, насколько реальной и настоящей кажется еда. Глядя на «Натюрморт с сырами», я ощутила голод. Хотелось взять гроздь винограда, отрезать ломтик сыра и, возможно, отломить кусочек хлеба, прежде чем вернется невидимый едок.

Хотя картина датируется 1615 годом, она произвела на меня сильнейшее впечатление. Еда выглядела настолько правдоподобно качественной, настолько здоровой и настоящей, что мне пришло в голову пойти в один из сырных магазинов Амстердама, а затем в один из магазинчиков, торгующих овощами и фруктами, которые все еще можно найти в густонаселенных жилых районах города, чтобы соорудить собственное небольшое застолье.

В тот дождливый день меня посетила мысль, к которой я до сих пор постоянно возвращаюсь. Еда, так тщательно изображенная ван Дейком еще четыре столетия назад, – это та еда, с которой я ощущаю связь. Я мгновенно понимаю, что это такое. Я могу представить, откуда она появилась, как она была изготовлена, выращена или поймана. Это знакомство обостряет мой аппетит.

Того же нельзя сказать об активно растущем множестве современных фабричных продуктов, которые все больше выходят на передний план в нашем рационе. Если бы ван Дейку, его современникам и последователям показали современные тележки для покупок, наполненные изощренными съедобными конструкциями, они бы испытали значительные трудности с поиском того, что смогли бы считать пищей. «Что это?» – могли бы они спросить, озадаченно роясь в спредах пониженной жирности и сухих завтраках Coco Pops®. Я просто вижу, как они, скрупулезно воспроизводившие мельчайшие детали, смеются над прекрасно заметным взгляду художника вопиющим несоответствием между красивыми картинками на упаковке и тусклым размытым содержимым. Сомневаюсь, что внешность многих современных видов фабричной пищи побудила бы этих художников нанести их на холст. В ингредиентах, разработанных пищевиками-технологами и произведенных на фабрике, слишком мало красоты.

Однако темпы инноваций в этой области таковы, что ежедневно на рынке появляются новые, еще более сложные творения с еще более непрозрачными способами производства. Когда я заканчивала эту книгу, в моем почтовом ящике оказались документы о новой линейке молочных белков. К фотографии золотого каравая, выглядящего по-деревенски, было приложено объяснение:

Многие пекари сейчас обращаются к пермеату – достаточно новому компоненту на рынке пищевых ингредиентов. Пермеат – это побочный продукт производства концентрата сывороточного белка, сывороточного белкового изолята, ультрафильтрованного молока, концентрата молочного белка или молочного белкового изолята.

Пермеат, по-видимому, «способствует подрумяниванию хлебобулочных изделий» и обеспечивает, чтобы хлеб «сохранял мягкость дольше и обладал большим сроком годности». Умно придумано. Но я бы предпочла, чтобы мой хлеб подрумянивался исключительно под воздействием тепла. Я готова смириться с тем, что он зачерствеет вместе с естественным ходом времени, но не питаться тем, что своим существованием обязано ингредиентам и технологиям, к которым я не допущена, о которых не могу узнать и которые поэтому не могу по-настоящему понять. И согласна ли я передать контроль над хлебом или любой иной пищей, которую ем, в руки технологов пищевой промышленности? Нет, без борьбы я не сдамся.

На протяжении большей части мировой истории население земного шара одинаково смотрело на пищу и понимало ее, несмотря на культурные и географические различия. Все цивилизации – от древних греков до викторианцев – способны были определить каждый компонент на картине ван Дейка «Натюрморт с сырами», и эта прекрасно изображенная еда по-прежнему понятна. Но если бы мы выставили более современное произведение искусства (давайте назовем его «Натюрморт с обработанной едой»), то никто из нас, в прошлом или будущем, ничего бы не понял. Фабричная еда нуждается в словах, чтобы сказать о себе. Настоящая еда не нуждается в объяснениях. Она мгновенно понятна всем, везде и всегда.

Примечания

Введение

«Вам будет трудновато избежать 6 000 пищевых добавок»: W. Kamuf et al., ‘Overview of caramel colours’, http://www.ddwcolor.com/Caramel-Overview.pdf.

«Норфолкский король индеек Бернард Мэттьюз резко оборвал личную беседу со мной»: Bernard Matthews obituary, Guardian, 26 November 2010: http://www.theguardian.com/business/2010/nov/26/bernard-matthews-obituary.

«Похоже, что в сфере производства продуктов питания не моргнув глазом выкладывают 1 999 фунтов за билет на конференцию или 399 фунтов за семинар»: Fi Global Summit 2014, https://registration.n200.com/survey/0agc7rw9lg3q9.

Публикация «Ароматизаторы для пищевых продуктов и усилители вкуса: рыночные, технические и регулирующие аспекты» компании Mintel and Leatherhead Food Research: http://www.leatherheadfood.com/food-flavours.

Джордж Оруэлл: George Orwell, The Road to Wigan Pier, Penguin Modern Classics, p. 91–92.

«Ведь эта отрасль чертовски прибыльна». Производство продуктов еды и питья – великая британская история успеха: FDF: Ingredients For Success, https://www.fdf.org.uk/publicgeneral/Ingredients-for-success.pdf.

«Тарелка» сбалансированного рациона Министерства здравоохранения Великобритании: http://tna.europarchive.org/20100929190231/http://www.food.gov.uk/images/pagefurniture/ewplatelargefeb10.jpg.

Кампания «Не готовь – просто ешь!»: http://www.just-eat.co.uk/dontcook.

«Почему-то мне гораздо ближе послание таинственного мастера граффити в Кёльне»: Graffiti Artist Defaces Fast-Food Billboards with Healthy Recipes: Delish.com, 14 November 2013: http://www.delish.com/food/recalls-reviews/graffiti-artist-defaces-fast-food-billboards-with-recipes.

Глава 1

Куриный карри «Веста»: www.cookdandbombd.co.uk: http://img831.imageshack.us/img831/5894/vestac.jpg.

Сэр Гулам Нун: Sir Gulam Noon, ‘High Noon for the ready meals industry’, Financial Times, 8 February 2013.

«Сейчас главными бестселлерами в категории готовых блюд являются лазанья и курица тикка»: посещение фабрики автором.

«К 2013 году пищевые компании, базирующиеся в Соединенном Королевстве, производили свыше 12 тысяч различных рецептур охлажденных продуктов»: буклет Greencore, http://www.greencore.com/assets/docs/CFA_Careers_Leaflet.pdf.

«Это огромный бизнес – свыше 10 миллиардов фунтов в год»: Defra tweet c. 1 August 2013.

«Который составляет примерно 13 % всего британского розничного рынка продуктов питания»: CFA Media+Chilled bites, http://www.chilledfood.org/MEDIA/CHILLED+BITES.

«В этом колоссальном объеме самой значительной категорией по продажам являются готовые блюда»: UK Chilled Food Market Report 1999–2005 (CFA).

«В Соединенном Королевстве в 2012 году их съели на 3 миллиарда»: ITV Tonight Food Facts and Fiction, 16 August 2013.

«По утверждению Greencore»: буклет Greencore, http://www.greencore.com/assets/docs/CFA_Careers_Leaflet.pdf.

«Как написано в одном государственном руководстве по безопасности пищевых продуктов»: A Guide to Calculating the Shelf Life of Foods, New Zealand Food Safety Authority, http://www.foodsafety.govt.nz/elibrary/industry/guide_calculating-contains_background.pdf.

«Ассоциация производителей охлажденных пищевых продуктов называет товары своей отрасли „местными“»: CFA Media+Chilled bites, http://www.chilledfood.org/MEDIA/CHILLED+BITES.

«Еда должна быть простой, хорошо приготовленной и вкусной»: сайт CFA: A chef’s life, http://www.chilledfood.org/MEDIA/A+chefs+life.

«Когда телевизионное расследование „Факты и вымыслы о еде“ передачи ITV Tonight поручило»: ‘Food Facts and Fiction’, ITV Tonight, 12 August 2013.

«Когда Управление по контролю продуктов питания Ирландии проанализировало компоненты одного бренда пиццы»: National Audit Office Food Safety and Authenticity report 2013, http://www.dailymail.co.uk/news/article-2451619/Food-safety-inspectors-pizza-ingredients-60-countries.html.

«Примерно 40 % потребляемого в Великобритании куриного мяса импортируется»: там же.

«С обжаренными на гриле баклажанами, перцами и кабачками»: список продуктов Dujardin.

«Яйца поступают на пищекомбинаты в самых различных формах… они могут представлять собой, например, порошки с добавлением сахара»: Sanovo Egg Group: порошки из цельных яиц, http://www.sanovo.com/Whole-Egg-Powders.3266.aspx.

«Для производства таких продуктов, как яйца по-шотландски или майонез»: информационный сайт о продуктах из яиц, http://www.egginfo.co.uk/egg-products.

«„Увеличенный срок годности“ (один месяц)»: там же.

«Яйца могут быть жидкими, концентрированными, высушенными, кристаллизованными, морожеными, быстрозамороженными или коагулированными»: CFA, Инструкции по надлежащей производственной практике для производства охлажденных продуктов.

«Такие сваренные вкрутую „трубчатые” яйца»: буклет с линейкой продуктов компании Eurovo.

«Вариант с „заменителями яиц“»: Миллионные выгоды от заменителей яиц: http://www.foodmanufacture.co.uk/NPD/Egg-replacers-million-pound-benefits, Food Manufacture, 31 October 2012.

«От „предварительной присыпки“ и „адгезионных кляров“»: Newlywed Foods, http://www.nwfap.com/products.

«Один из поставщиков объясняет»: http://www.newlywedsfoods.co.uk/index.php/products/batters.

«Вместо того чтобы делать картофельные ньокки из свежесваренного картофеля, муки и яиц»: Emflake 3890; Emsland-Stärke GmbH.

«Глазурь для барбекю»: MRC The Flava People website, http://www.mrcflava.co.uk/our-products.

«Производители могут с помощью готового маринада добиться соответствующего вида за считаные минуты»: ITV Tonight; ‘Food Facts and Fiction’, 16 August 2013.

«Предоставляя комплексные индивидуальные решения для широкого диапазона применений»: Synergy seasonings, http://uk.synergytaste.com/index.asp?PageID=153.

«Как гласит рекламный текст одной такой компании»: там же.

«Через машину, которая разбрызгивает карамель»: Unique food processing solutions; spray preparations, http://www.uniqueingredients.com/spraying.html.

«Жидкий ароматизатор со вкусом ветчины и сыра»: Unique food processing solutions, http://www.uniqueingredients.com/liquid_flavour_systems.html.

«Одна только глазурь на нем»: http://www.tesco.com/groceries/Product/Details/?id=271799371.

«Масляного экстракта»: FLAVEX Naturextrakte GmbH.

«Сухого сливочного масла»: порошок масла EPI.

«Порошок… с запахом и вкусом сливок»: порошок сливок EPI.

«Порошок из сублимированных абрикосов»: A & S Biotec.

«Как правило, обходясь краткосрочными соглашениями»: CFA Climate Change Agreement; Chilled Food Sector Progress and Barriers.

Глава 2

«Насчитывалось всего 25 крупных компаний»: http://www.chillededucation.org/industry-info.

Defra tweet 30 July 2013: The UK’s chilled prepared food industry employs 60 000 inc 1 000 scientists at 100+ UK sites @bisgovuk @DefraGovUK.

«Хотя 95 % охлажденной готовой еды, употребляемой в Великобритании, продается под брендом того или иного ретейлера»: Chilled Food Association website, Chilled Bites, http://www.chilledfood.org/MEDIA/POSITION+STATEMENTS/Chilled+Prepared+Meals.

«Соусы готовятся тоннами, а затем выливаются на остальные компоненты, которые находятся на ленте конвейера»: ITV Tonight, ‘Food Facts and Fiction’, 16 August 2013.

«Фабрика производит 10 тонн курицы тикка в день»: Noon Foods; ITV Tonight, ‘Food Facts and Fiction’, 16 August 2013.

«Большая текучесть кадров и высокий уровень нетрудоспособности по болезни для них норма»: письмо в Guardian от Дэйва Прентиса, Unison, 24 July 2014, http://www.theguardian.com/world/2014/jul/24/scandal-profits-come-before-food-safety.

«Многие крупные заводы недоукомплектованы и для заполнения вакансий прибегают к помощи агентств»: там же.

«В пищевой промышленности обычное дело – использование временной рабочей силы»: Hovis workers begin strike at Premier Foods factory in Wigan, The Grocer, 28 August 2013, http://www.thegrocer.co.uk/companies/suppliers/premier-foods/hovis-workers-begin-strike-at-premier-foods-factory-in-wigan/348863.article.

«Производить 250 тысяч отдельных порций, включающих 60 или 70 отдельных продуктов»: посещение автором фабрики.

«Например, один ведущий производитель готовой еды хвалится»: Noon Foods; ITV Tonight, ‘Food Facts and Fiction’, 16 August 2013.

«Более 55 % всех зарегистрированных пищевых предприятий Соединенного Королевства не проходили проверки от местных органов»: Restore inspection across the food industry, Unite press release, 25 July 2014, http://www.politicshome.com/uk/article/102288/unite_restore_inspection_across_the_food_industry.html, http://multimedia.food.gov.uk/multimedia/pdfs/board/board-papers-2013/lafoodlaw-annual-report-1213.pdf.

«Джулия Лонг, сотрудник профсоюза Unite»: там же.

«Используя систему ХАССП»: http://en.wikipedia.org/wiki/Hazard_analysis_and_critical_control_points.

Об отзыве продуктов 25 февраля 2014 года: отзыв компанией Sainsbury’s замороженного бисквитного пудинга; отзыв компанией Marks & Spencer британского куриного филе с солью и перцем; отзыв компанией Sainsbury’s начинки из жареного каштана, фундука и тимьяна марки Taste the Difference.

Исследование Агентства по пищевым стандартам Великобритании в отношении маркировки ореховых аллергенов: http://multimedia.food.gov.uk/multimedia/pdfs/nutallergyresearch.pdf.

«Когда одна фабрика, поставляющая товары для сети Tesco, сообщила, что рис в некоторых пачках оказался плесневелым»: отзыв Агентства: http://www.food.gov.uk/news-updates/recalls-news/2013/aug/ambient#.Uw4tXP2MNSU.

«2000 порций риса враз»: ITV Tonight, ‘Food Facts and Fiction’, 16 August 2013.

Глава 3

«Е-индексы очень сильно загрязняют этикетку»: Dr Jan van Loo of Beneo Group in ‘Ingredients Insight, Natural selection: clean label and natural ingredients’, 1 November 2013.

«Одна из проблем, с которыми мы сталкиваемся, – это недоверие людей к химическим веществам»: Phil Hood, Consumer Engagement Centre Lead – Europe, Unilever, http://www.foodanddrinkeurope.com/Products-Marketing/Celebrity-chefs-needed-to-sell-food-science-to-consumers/?utm_source=newsletter_weekly&utm_medium=email&utm_campaign=Newsletter%2BWeekly&c=lQa1YdAlY054tSsMPhMPBM2ahiIIgSyR, http://www.ingredients-insight.com/features/featurehealthy-trends-clean-label-and-natural-ingredients.

«Сейчас одобрено свыше 2 300 пищевых добавок»: http://www.foodadditives.org/pdf/Food_Additives_Booklet.pdf.

«Один из представителей объясняет»: Dr Walter Lopez, Limagrain Céréales Ingrédients, http://www.lci.limagrain.com/lci/rm_10_08_11.html.

Список «Недопустимые в еде ингредиенты» сети Whole Foods Market: http://www.wholefoodsmarket.com/about-our-products/quality-standards/unacceptable-ingredients-food.

«Многие разработчики обращаются к списку неприемлемых ингредиентов»: Clarifying clean label, Food Product Design, Vol. 21 No. 5, May 2011, http://www.foodproductdesign.com/lib/download/asset-clarifying-clean-labels.ashx?item_id=4af15034-17b8-4bd4-8ea6-64a1d4dd974f.

«Как заметил директор одной компании, занимающейся исследованиями рынка»: Luisa Robertson, MMR, процитировано в Food Manufacture, ‘Clean Dream’, 30 September 2013.

Концепция «чистой» этикетки: IFi industry definition by National Starch Food Innovation 2012, http://www.cleanlabelinsights.com/Documents/IFI%20Article%2 °CLEAN%20LABEL%20DEFINITION%202010.pdf.

Каррагинан и рак: Daily Mail, 5 November 2013, Additive in everyday products ‘could cause cancer’, http://www.dailymail.co.uk/news/article-80857/Additive-everyday-products-cause-cancer.html.

«Сейчас каррагинан в пищевой индустрии считается добавкой, которую в идеале лучше не использовать»: Food Manufacture, ‘Clean Dream’, 30 September 2013.

«Ловкий маркетинговый ход, использованный производителем одного из таких продуктов, объясняет»: Westhove flours/Farigel; Limagrain.

Сотекстуризаторы: Ingredion Indulge 2740, http://www.foodinnovation.com/foodinnovation/en-gb/Ingredients/CleanLabel/Pages/novation.aspx.

«Они выявляют более тонкие различия в текстуре, которые мы ощущаем»: N-Dulge, http://www.foodinnovation.com/Downloads/Company/NDULGE_brochure.pdf.

О ферментных консервантах: National Marketing Institute, USA, цитируется в рекламе: Purac Verdad, журнал Food Product Design.

Фосфатные заменители: Ezimoist, Ulrick & Short, http://www.ulrickandshort.com/ezimoist.html.

Экстракт розмарина: EFSA; Use of rosemary extracts as a food additive, http://www.efsa.europa.eu/en/efsajournal/doc/721.pdf.

Кинетическое исследование полупромышленной экстракции из листьев розмарина (Rosmarinus officinalis) с помощью двуокиси углерода: Mónica R. García-Risco, Elvis J. Hernández, Gonzalo Vicente, Tiziana Fornari, Francisco J. Señoráns and Guillermo Reglero, Universidad Autónoma de Madrid, 28049 Cantoblanco, Madrid, Spain.

Экстракт моркови: FLAVEX Naturextrakte GmbH.

«Оттенки экстракта моркови, например „теплый оранжевый“ или „сияющий желтый“»: Doehler, Crystal Clear colours.

Экстракты с добавками в смеси: Univar, Colours for food brochure, http://www.univarcolour.com/downloads/Univar%2 °Colours%20for%20Food%20Brochure.pdf.

Микронизированные порошки в качестве красителей: A + S Biotec Nature in new dimensions, http://www.as-biotec.com/uploads/media/Lebensmittel_brosch_0413_en3_net.pdf.

Жженые сахара: Aromsa, жженые карамелизированные сахара.

«Один поставщик [карамелизированного сахарного сиропа] объясняет»: Sethness CS5 Caramelised Sugar Syrup.

Рисовый экстракт и концентрат: Ribus, http://ribus.com/company-history-our-story.

«Получается экономия»: брошюра о натуральных функциональных ингредиентах Ribus.

Экстракты дрожжей: DSM Maxavor All Natural, http://www.dsm.com/markets/foodandbeverages/en_US/markets-home/market-savory-lp/market-savory-simplified-labels.html http://www.dsm-apps.com/savorytool_eu/index.html.

Технологии для «удобной» этикетки: Corbion, Purac, http://www.purac.com/EN/Food/Brands/Verdad.aspx.

«Ингредиенты, которые создают впечатление»: Dr Jan van Loo of Beneo Group in Ingredients Insight, ‘Natural selection: clean label and natural ingredients’, 1 November 2013, http://www.ingredients-insight.com/features/featurehealthy-trends-clean-label-and-natural-ingredients.

Глава 4

Food Ingredients Europe: Who visits? http://www.foodingredientsglobal.com/europe/exhibit/who-visits.

Глюконо-дельта-лактон: Roquette, буклет Effective Acidification in White Cheese.

Белковый изолят из картофеля: брошюра Solanic Free from Solutions.

DKSH: брошюра DKSH Performance Materials.

Omya: брошюра Omya Product Portfolio.

Helm AG: Helm AG Competence in human nutrition.

Butter Buds®: брошюра «Взять все возможное от матери-природы».

All in All: буклет компании.

Порошок козьего сыра ароматизированный: Dairygold, буклет о сырных и молочных ароматизаторах.

Экстракт карамелизированного лука: DDW, карамелизированные фрукты и овощи.

R2 Group: брошюра о продукции.

Антипенные агенты: Wacker; брошюра Silfoam/Silfar.

Microlys: брошюра Culinar.

Pulpiz™: http://www.tateandlyle.presscentre.com/Press-releases/Pulp-Performance-Tate-Lyle-Launches-PULPIZ-Pulp-Extender-Delivers-Key-Replacement-Advantages-in-43f.aspx.

Технология диспергирования: брошюра DDW, https://youtube.googleapis.com/v/5rxTYO_78vc%26hl=en_US%26start= 36%26end=55.

Carfosel®: Prayon, брошюра Phosphates on a Plate.

Молочная эссенция: Flaverco, брошюра Cream and Milk Essence.

Scelta Mushrooms®: http://www.sceltamushrooms.com/salt-reduction#sthash.b2jDFt9b.dpuf.

Красный блестящий краситель Dohler: брошюра Dohler, The shining spectrum of new red tones from a 100 % natural source, http://www.doehler.com/en/landingpages/colours.html.

Hydro-Fi™: Fiberstar, информационный буклет по Hydro-Fi™.

SuperStab™: информационный буклет для продукта Nexira.

Bionis®: брошюра Biorigin: Art in Natural Ingredients.

Culinar Keep: брошюра Culinar.

Meatshure®: брошюра Balchem Encapsulates.

Cavamax®: брошюра Wacker Life Science – Food.

Volactose: брошюра Volac, Volactose Whey Permeate.

NatureSeal: Agricoat, брошюра NatureSeal.

Глава 5

«По собственному признанию этой сети»: Jason Danciger, Head of Hospitality & Counters, M & S Bakery, Deli, Cafe & Eateries – Jason Danciger, www.fdin.org.uk/…/Global%20Food%20…/M&S%20Bakery,%20Deli,%…

«Смысл всех этих усилий – „создать театр“ в гастрономическом отделе»: там же.

«Прибыльность увеличилась втрое»: там же.

«Тогда я попросила пресс-центр M & S»: электронное письмо автору от Лоры Уатт от 9 октября 2013 года.

«Кампания „Настоящий хлеб“… описывала такие собственные пекарни как „студии загара“ для продуктов»: http://www.dailymail.co.uk/news/article-1261107/Supermarket-bakeries-just-loaf-tanning-salons.html.

Кампания «Настоящий хлеб»: ‘Great British Fake-Off’: http://www.youtube.com/watch?v=-5xsR0mUdM8.

«Последнюю добавку получают ферментацией»: мнение EFSA по переоценке смешанных каротинов (E160a[i]) и бета-каротина (E160a[ii]) в качестве пищевой добавки, http://www.efsa.europa.eu/en/efsajournal/pub/2593.htm.

«От пшеницы до еды»: буклет Greggs для потребителей, хранящийся в магазине, 8 октября 2013 года.

«Мужскими закусками»: Emine Saner, Guardian, 11 August 2010.

Я получила этот ответ от старшего менеджера, занимающегося делами Greggs: электронное письмо от Пола Хадфилда, Havas PR UK, 31 October 2013.

Глава 6

«Как гласят заголовки, сахар – это новый табак»: Daily Mail, 9 January 2014, http://www.dailymail.co.uk/health/article-2536180/Sugar-new-tobacco-Health-chiefs-tell-food-giants-slash-levels-third.html.

«Копию документа с диетой»: The Good Hearted Glasgow Diet Sheet: копия автора, приобретена 4 апреля 2014 года.

Pure, White, and Deadly: How Sugar Is Killing Us and What We Can Do to Stop It, John Yudkin, 1972.

Спонсорство компании Coca-Cola для Олимпийских игр – 2012: http://www.coca-cola.co.uk/faq/olympic-games/why-does-coca-cola-sponsor-the-olympic-games.html.

Спонсорство компании A. G. Barr для Игр Содружества – 2014: ‘AG Barr launches £12m marketing campaign in run-up to Glasgow 2014 Commonwealth Games’, Talking Retail, 16 January 2014, http://www.talkingretail.com/products-news/soft-drinks/ag-barr-launches-12m-marketing-campaign-in-run-up-to-glasgow-2014-commonwealth-games.

«Глазго – город с самой низкой ожидаемой продолжительностью жизни в Соединенном Королевстве»: Games host Glasgow shown to have worst life expectancy in UK, Guardian, 16 April 2014 http://www.theguardian.com/uk-news/2014/apr/16/games-host-glasgow-worst-life-expectancy-uk.

«(Шотландия)… имеет худшие показатели здоровья в Европе»: Scottish mortality rate ‘among highest in Western Europe’, BBC News, 20 November 2012, http://www.bbc.co.uk/news/uk-scotland-20402129.

«Она [тактика сахарного лобби] фактически вынуждала критиков молчать»: How Big Sugar muzzles journalists [блог автора], http://www.joannablythmanwriting.com/Joanna_Blythman_Writing/Blog/Entries/2012/3/5_How_Big_Sugar_muzzles_journalists.html, http://www.theguardian.com/society/2013/mar/20/sugar-deadly-obesity-epidemic.

«Одна передовица в журнале British Medical Journal утверждала»: How science is going sour on sugar, BMJ 2013; 346: f307, http://dx.doi.org/10.1136/bmj.f307 http://www.bmj.com/content/346/bmj.f307?etoc.

Fat Chance, Dr Robert Lustig, London: Fourth Estate, 2014.

Статья в Nature: ‘Public health: The toxic truth about sugar’, Robert H. Lustig, Laura A. Schmidt, Claire D. Brindis, Nature 482, 27–29 (02 February 2012) doi:10.1038/482027a.

Проект директивы Всемирной организации здравоохранения: WHO: Daily sugar intake ‘should be halved’, BBC News, 5 March 2014, http://www.bbc.co.uk/news/health-26449497.

«Компания AB Sugar, крупный переработчик сахара, громко жаловалась»: Misleading to single out sugar as lead cause of obesity, says AB sugar, Food Navigator, 10 February 2014, http://www.foodnavigator.com/Market-Trends/Misleading-to-single-out-sugar-as-a-lead-cause-of-obesity-says-AB-Sugar.

Реакция CAOBISCO на проект директивы Всемирной организации здравоохранения: CAOBISCO pleads for further scientific substantiation, 7 April 2014, http://caobisco.eu/public/images/actualite/caobisco-07042014150238-CAOBISCO-response-WHO-consultation.pdf.

«Британский фонд питания»: Paul Lindley of Ella’s Kitchen: Sugar witch hunt is simplistic and infantile, The Grocer, 14 March 2014, http://m.thegrocer.co.uk/opinion/letters/sugar-witchhunt-is-simplistic-and-infantile/355424.article.

«Терри Джонс, директор Федерации производителей продуктов питания и напитков»: There’s too much alarm over sugar and sweeteners, The Grocer, 12 April 2014.

Сокращение количества сахара компанией Waitrose: Fruit juice the target in Waitrose war on sugar, The Grocer, 5 April 2014.

«В 100-граммовой банке колы – порции, рассчитанной на одного человека, – содержится до девяти чайных ложек сахара»: White Paper Proposed Sugar Tax, Leatherhead Food Research, January 2014, http://www.leatherheadfood.com/whitepapers.

«Содержали примерно по 10 чайных ложек сахара в одной порции»: Shocking levels of sugar in UK ready meals, says Which?, Food and Drink Europe, 26 May 2014, http://www.foodanddrinkeurope.com/Products-Marketing/Shocking-levels-of-sugar-in-UK-ready-meals-says-Which/?utm_source=newsletter_weekly&utm_medium=email&utm_campaign=Newsletter%2BWeekly&c=lQa1YdAlY07B9CCCAN2OIAz5y8LM7FUh.

«Сахар обеспечивает объем, элементы текстуры, подрумянивание, карамелизацию и прочие необходимые функциональные элементы»: Navigating the Landscape of Sweetener Formulations, Food Tech Toolbox, February 2014, http://toolbox.foodproductdesign.com/reports/2014/02/sweetener-formulations.aspx.

«Некоторые ученые утверждают, что ее воздействие даже хуже»: ‘Controversy: Is high fructose corn syrup worse than sugar?’, Family Doctor Magazine, January 2009, http://www.familydoctormag.com/nutrition/1283-hfcs-the-controversy.html.

HFCS дешевле сахара: Sugar vs corn syrup: Sweeteners at center of bitter food fight, Fox News, 6 September 2012, http://www.foxnews.com/health/2012/09/06/sugar-vs-corn-syrup-sweeteners-at-center-bitter-food-fight.

«Потребление этого подсластителя [HFCS] связывали с развитием подагры, гипертензии, жировой болезни печени, диабета ІІ типа и ожирения»: ‘Fructose-containing sugars, blood pressure, and cardiometabolic risk: a critical review’, NCBI Curr Hypertens Rep. 2013 Aug;15(4):281–97, doi: 10.1007/s11906-013-0364-1, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/23793849.

«Такая [негативная] известность привела к последующему ложному представлению»: ‘Worried about HFCS? The “problems” have more bark than bite’, Corn Refiners Report, 20 June 2011, https://vts.inxpo.com/scripts/Server.nxp?LASCmd=L:0&AI=1&ShowKey=5199&LoginType=0&InitialDisplay=1&ClientBrowser=0&DisplayItem=NULL&LangLocaleID=0.

«Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США отказалось изменять название»: Response to Petition from Corn Refiners Association to Authorize ‘Corn Sugar’ as an Alternate Common or Usual Name for High Fructose Corn Syrup, http://www.fda.gov/aboutFDA/CentersOffices/OfficeofFoods/CFSAN/CFSANFOIAElectronicReadingRoom/ucm305226.htm.

«Высушенный тростниковый сироп»: Draft Guidance for Industry on Ingredients Declared as Evaporated Cane Juice; Reopening of Comment Period; Request for Comments, Data, and Information; Federal Register Notice, 5 March 2014, https://www.federalregister.gov/articles/2014/03/05/2014-04802/draft-guidance-for-industry-on-ingredients-declared-as-evaporated-cane-juice-reopening-of-comment.

«Один из таких процессов (против ведущего производителя йогуртов Chobani) прекращен»: ‘Chobani (finally) prevails in evaporated cane juice lawsuit, but other firms still being targeted’, Food Navigator, 27 February 2014, http://www.foodnavigator-usa.com/Regulation/Chobani-finally-prevails-in-evaporated-cane-juice-lawsuit-but-other-firms-still-being-targeted.

Уровни сладости для искусственных подсластителей: ‘Navigating the Landscape of Sweetener Formulations’, Food Tech Toolbox, February 2014, http://toolbox.foodproductdesign.com/reports/2014/02/sweetener-formulations.aspx.

Адвантам: New sweetener Advantame approved for use in EU, Food Manufacture, 4 June 2014, http://www.foodmanufacture.co.uk/Ingredients/New-sweetener-approved-for-use-Europe.

«Безопасны для потребления человеком при установленных уровнях воздействия»: European Food Safety Authority (EFSA), Aspartame is safe for general population, European Health Alliance, 12 January 2014, http://www.epha.org/a/5904.

«Включены в черный список неприемлемых ингредиентов сети магазинов Whole Foods Market»: http://www.wholefoodsmarket.com/about-our-products/quality-standards/unacceptable-ingredients-food.

«Кривая вкуса у обычного сахара (сахарозы) имеет идеальную форму»: ‘How should the industry tackle sugar reduction?’ Bakery and Snacks.com, 28 March 2014, http://www.bakeryandsnacks.com/Markets/How-should-the-industry-tackle-sugar-reduction/?utm_source=newsletter_daily&utm_medium=email&utm_campaign=Newsletter%2BDaily&c=lQa1YdAlY05%2Bzo8JkJrvY743ET4voNj3.

«Несколько крупномасштабных исследований обнаружили положительную корреляцию между использованием искусственных подсластителей и повышением веса»: ‘Gain weight by “going on a diet?” Artificial sweeteners and the neurobiology of sugar cravings’, Qing Yang; Neuroscience: Yale J Biol Med, Jun 2010; 83(2): 101–108, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2892765.

«Крысы, которых кормили искусственными подсластителями, набирали вес быстрее, чем употреблявшие сахар»: ‘A Role for Sweet Taste: Calorie Predictive Relations in Energy Regulation by Rats’, Susan E. Swithers and Terry L. Davidson; Behavioral Neuroscience 2008, Vol. 122, No. 1, 161–173, http://www.starling-fitness.com/wp-content/uploads/bne-feb08-swithers.pdf.

«Потребление безалкогольных напитков, подслащенных сахаром и искусственными подсластителями, и диабет ІІ типа»: Guy Fagherazzi et al.; doi: 10.3945/ajcn.112.050997 Am J Clin Nutr, March 2013 ajcn.050997, http://ajcn.nutrition.org/content/early/2013/01/30/ajcn.112.050997.abstract.

«Годом позже масштабный обзор работ, посвященных влиянию искусственных подсластителей»: ‘Artificial sweeteners produce the counterintuitive effect of inducing metabolic derangements’, Swithers SE; Trends Endocrinol Metab 2013 Sep;24(9):431–41, doi: 10.1016/j.tem.2013.05.005. Epub 2013 Jul 10, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/23850261.

«Сладость, отделенная от энергетического содержания, дает не полную, а частичную активацию путей вознаграждения»: ‘Gain weight by “going on a diet?” Artificial sweeteners and the neurobiology of sugar cravings’, Qing Yang; Neuroscience: Yale J Biol Med, Jun 2010; 83(2): 101–108, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2892765.

«Другая теория заключается в том, что искусственные подсластители негативно воздействуют на наши гормоны, регулирующие аппетит»: Artificial Sweeteners; Also Known as Industrial Chemicals, http://www.health-choices-for-life.com/artificial_sweeteners.html.

«Сироп агавы… примерно в полтора раза слаще сахара»: Natural sweeteners for label appeal: Sweeteners For the Future Food Product Design, March 2012, http://www.foodproductdesign.com/lib/download.ashx?d=1645.

«Ацтеки ценили агаву»: All about agave; What is agave nectar? http://www.allaboutagave.com.

«Нектар агавы часто именуется сырым, но в действительности…»: там же.

«Содержание фруктозы в сиропе агавы оказалось выше, чем в HFCS»: ‘Sugar substitutes: What’s safe, and what’s not’, Mercola.com, 7 October 2013, http://articles.mercola.com/sites/articles/archive/2013/10/07/sugar-substitutes.aspx.

«Большая часть нектара агавы или сиропа агавы…»: там же.

Coca-Cola и стевия: What is Stevia/Truvia®? http://www.coca-cola.co.uk/faq/ingredients/what-is-stevia.html.

«В то время как сушеные зеленые листья растения слаще сахара в… 40 раз»: Stevia; Sweet but innocent, http://www.exoptron.com/stevia-sweet-but-innocent.

Truvia®: Факты о натуральном подсластителе Truvia®, http://truvia.com/FAQ.

Эритрол и ароматизаторы в Truvia®: From nature, for sweetness, http://truvia.com/about.

Один из таких исков утверждал, что «ребаудиозид А – это не натуральный сырой препарат стевии»: Denise Howerton, US District Court/Hawaii, 8 July 2013, https://www.truthinadvertising.org/wp-content/uploads/2013/07/Howerton-v.-Cargill-Inc. Pdf.

«После добавления стевии в рецептуру „Спрайта“ продажи напитка резко упали»: Sprite sales suffer slump following reduction in sugar, The Grocer, 26 April 2014.

«Послевкусие [стевии] оказалось сильным и неприятным»: Адам Лейланд, редактор The Grocer, там же.

«Ученые сейчас занимаются выделением из стевии большего числа мелких гликозидов»: ‘The quest for a natural sugar substitute’, New York Times, 1 January 2014, http://www.nytimes.com/2014/01/05/magazine/the-quest-for-a-natural-sugar-substitute.html?_r=0.

«Вещества могут вызывать ферментацию в нижней части кишечника»: Technology and ingredients to assist with the reduction of sugar; FHIS Campden BRI, January 2013, http://www.foodhealthinnovation.com/media/6741/industry_position_papers_-_technologies_to_reduce_sugar.pdf.

«Натуральные подсластители, например основанные на стевии и архате, которые сейчас в моде, в дальнейшем могут столкнуться с проблемами»: Simone Baroke, ‘Navigating Consumer Activism’, Boardroom Journal, March 2014, http://www.foodproductdesign.com/journals/2014/02/navigating-consumer-activism.aspx.

«Объединение полиолов, питательных (содержащих калории) подсластителей, подсластителей высокой интенсивности и ароматизаторов»: Kathryn Deibler in ‘Natural sweeteners for label appeal: Sweeteners For the Future Food Product Design’, March 2012, http://www.foodproductdesign.com/lib/download.ashx?d=1645.

«Сильную корреляцию между привычным потреблением какого-либо вкуса и его предпочтительной интенсивностью». ‘Gain weight by “going on a diet?” Artificial sweeteners and the neurobiology of sugar cravings’, Qing Yang; Neuroscience: Yale J Biol Med, Jun 2010; 83(2): 101–108, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2892765.

Глава 7

Состав жиров для различных масел: http://chartsbin.com/view/1961.

О Серже Рено: Dr Serge Renaud: Telegraph obituary, October 2012, http://www.telegraph.co.uk/news/obituaries/9766180/Serge-Renaud.html.

«Как объясняет один из управленцев компании, занимающейся маслами»: Gerald McNeil, vice president R&D, Loders Croklaan USA, Food Product Design, Vol. 22, № 7, July 2012.

История трансжиров: American Heart Association, a history of trans fats, http://www.heart.org/HEARTORG/GettingHealthy/FatsAndOils/Fats101/A-History-of-Trans-Fat_UCM_301463_Article.jsp, http://childhood-nutrition.com/solutions/reduce-fat.

«Один шотландский владелец закусочной, где подают рыбу с жареным картофелем, вспоминал»: Stefano Vella of Pizza Amore, Fry Magazine, 22 October 2012, http://www.frymagazine.com/news/post.php?s=2012-10-22-regional-differences&cf=oils-features.

«Продукты, по-прежнему содержащие трансжиры»: Bunge, Product Solutions Information, http://www.bungebiic.com/bakery-applications-lab/downloads/BUNGE-NH-Product-Solutions.pdf.

«Когда масла с полиненасыщенными жирами портятся, у них довольно быстро появляется вкус и аромат»: John Radcliffe, ‘Checking the oil for snacks’, Food Product Design, Vol 13, No. 10, October 2009.

«В службе по работе с клиентами химической компании объясняют»: Cindy Hazen, ‘New Generation of Fried Foods’, Food Product Design, Vol. 22, No. 7, July 2012.

Полимеры и жарка: омега-9-масла: Dow AgroSciences, http://www.omega-9oils.com/omega-9-advantage/proven-performance/get-rid-of-gunk.htm.

Токсичность альдегидов при жарке в масле: Aldehydes contained in edible oils, Food Chemistry 2012, 131(3): 915–926, http://www.deepdyve.com/lp/elsevier/aldehydes-contained-in-edible-oils-of-a-very-different-nature-after-dgdqUmr004.

Омега-9-масла: http://www.omega-9oils.com/omega-9-advantage/healthier-profile.

Акролеин: рекомендации DGF для использования жарочных масел и жиров, http://www.dgfett.de/material/recomm.php, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/21994168.

Окисленные мономерные триглицериды: http://www.dgfett.de/material/recomm.php.

«Масло интенсивно используется снова и снова, как правило, в течение 7–12 дней»: Bill McCulloch, ‘Bunge oils in Food Product Design’, Healthier Fried Foods, Vol. 20, No. 12, December 2010.

«Вообще удивительно, что масла выживают»: Cindy Hazen, ‘New Generation of Fried Foods’, Food Product Design, Vol. 22, No. 7, July 2012.

«Эти масла [с высоким содержанием олеиновой кислоты] с увеличенной температурой образования копоти»: Linda Funk, executive director of the Soyfoods Council, http://www.preparedfoods.com/articles/111863-the-crunch-on-batters-and-breadings.

Масла RBD: Edible oil processing, AOCS Lipid Library, http://lipidlibrary.aocs.org/processing/process.html.

Добавки для улучшения масла: Optimising baking and frying process using oil improving agents, Dr Christian Gertz CUH, http://www.dgfett.de/meetings/archiv/hagen2004/vortraege/gertz.pdf.

«В отношении последнего [бутилгидроксианизола] есть „разумные предположения, что он является канцерогеном для человека“»: Report on carcinogens, 12th edition 2011, http://ntp.niehs.nih.gov/ntp/roc/twelfth/profiles/ButylatedHydroxyanisole.pdf.

«Поскольку остается бесцветным даже при нагревании до 194 °C в течение часа»: Camlin Fine Sciences, http://www.camlinfs.com/products.html#antoxbha.

«Еще один материал в распоряжении производителей продуктов питания – это экструдированное масло»: ‘Mechanical oil expression from extruded soy bean samples’: P. C. Bargalea, R. J. Ford et al.; Paper no. J8846 in JAOCS 76, 223–229 (February 1999).

«Мы меняли масло для жарки»: ‘The mystery of longer life frying oil’; inform, February 2005, Volume 16 (2), http://aocs.files.cms-plus.com/inform/2005/2/p69-72.pdf.

«В ходе этого процесса создается загрязняющее вещество 3-МХПД»: EFSA Journal 2013 11(9):3381 [45 pp.], doi:10.2903/j.efsa.2013.3381, http://www.efsa.europa.eu/en/efsajournal/pub/3381.html.

«В 2014 году Европейское агентство по безопасности продуктов питания пришло к выводу, что акриламид представляет больший риск для людей»: ‘Acrylamide is a bigger cancer risk’, says EFSA, Food Manufacture, 1 July 2014, http://mobile.foodmanufacture.co.uk/Food-Safety/Acrylamide-in-food-could-be-bigger-cancer-risk#.U8aCjlYsrwI.

«Исследователи из Брэдфорда»: The Heatox Project, press release, 26 November 2007, http://www.slv.se/upload/heatox/documents/Pressrelease_HEATOX_project_completed_ – _brings_new_pieces_to_the_Acrylamide_Puzzle.pdf, http://www.highbeam.com/doc/1G1-332379721.html, http://www.dailymail.co.uk/health/article-2221601/Could-eating-burnt-toast-stunt-unborn-babys-growth.html#ixzz2sqKbApHB.

«Для этой цели они могут обращаться к… загустителям на основе сахара»: ‘Semi-solidifying vegetable oils’, Prepared Foods, 28 January 2014, http://www.preparedfoods.com/articles/113668-semisolidifying-vegetable-oils.

Рекомендации Национальной службы здравоохранения по маслам (спредам): NHS Live Well, dairy foods, http://www.nhs.uk/Livewell/Goodfood/Pages/milk-dairy-foods.aspx.

Рекомендации Национальной службы здравоохранения по трансжирам: NHS Live Well, What are trans fats? http://www.nhs.uk/chq/pages/2145.aspx.

«Самый „полезный для сердца“ маргарин содержал 21 % трансжиров»: ‘Bad advice at fault for heart disease deaths’, Guardian, 15 April 2014, http://www.theguardian.com/society/2014/apr/15/bad-advice-heart-disease-deaths.

«В обзоре 21 научного исследования по жирам указывалось»: Am J Clin Nutr, 2010 Mar;91(3):535-46, doi: 10.3945/ajcn.2009.27725 Meta-analysis of prospective cohort studies evaluating the association of saturated fat with cardiovascular disease Siri-Tarino PW, Sun Q, Hu FB, Krauss RM: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20071648.

Исследование, спонсированное Британским фондом по борьбе с сердечными заболеваниями: ‘Association of Dietary, Circulating, and Supplement Fatty Acids With Coronary Risk: A Systematic Review and Meta-analysis’, Rajiv Chowdhury et al., Ann Intern Med, 2014; 160(6):398-406-406, doi: 10.7326/M13-1788.

«Остается открытым вопрос, безопаснее ли для здоровья эти переэтерифицированные жиры»: ‘Replacing trans fat: the argument for palm oil with a cautionary note on interesterification’, J Am Coll Nutr, 2010 Jun; 29(3 Suppl):253S-284S, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20823487.

Глава 8

Carotex: брошюра Carotex о вкусоароматических добавках.

Flaverco: брошюра Flaverco о сливочной и молочной эссенции.

«Стевия, искусственные подсластители, сывороточный белок и заменитель соли хлорид калия»: Food Business News, 24 January 2011, http://www.foodbusinessnews.net/News/News%20Home/Features/2011/1/Masking%20off%20flavors.aspx?AdKeyword=2014RA_0121&cck=1.

Butter Buds®: брошюра «Взять все возможное от матери-природы».

Маскировка вкусов: http://www.symriseflavors.com/Symrise_Consumer_Health.pdf.

Symrise: Customised masking solutions for tastes you want to hide, http://info.symriseflavors.com/MaskingBannerA.html.

Kalsec: http://www.kalsec.com/files/misc/Kalsec-Flavor-Brochure.pdf.

«Один флейворист суммировал это так»: Chris Williams, chief flavorist, WILD Flavors; Food Product Design, Vol. 20, No. 3, March 2010.

Вкусоароматические технологии Comax: http://www.comaxflavors.com/flavorlab.

Примеры доступных вкусоароматических добавок: брошюра R2 Ingredients Food Ingredients, брошюра Carotex о вкусоароматических добавках, Comex Flavour Lab – http://www.comaxflavors.com/flavorlab, Flavex – http://www.flavex.co.uk/bakery, список ароматизаторов Gold Coast – http://www.goldcoastinc.com/flavors/, Kalsec.

Ароматизаторы Grill: Red Arrow grill flavours, http://www.uniqueingredients.com/ra_grills.html.

Ароматизаторы для тартифлетов: Innovadex 410084 Saveur: http://www.innovadex.fr/Food/Detail/5513/201985/TARTIFLETTE-REF-410084.

Факты об ароматизаторах: http://www.flavorfacts.org/glossary-of-terms.

«2 500 утвержденных веществ для придания вкуса»: http://europa.eu/rapid/press-release_IP-12-1045_en.htm.

Список утвержденных в ЕС ароматизаторов: http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=OJ: L:2012:267:0001:0161:EN: PDF.

Пятьдесят химических веществ в молочном коктейле: Daily Mirror, 25 April 2006; 59 ingredients in strawberry milk shake, http://www.mirror.co.uk/news/uk-news/59-ingredients-in-strawberry-milkshake-622350#ixzz2roBF3rS4.

О терминологии флейвористов: Medilexicon, http://www.medilexicon.com/medicaldictionary.php?t=89750.

«Мы можем использовать»: Luis Jimenez-Maroto, Sensory Coordinator, Wisconsin Center for Dairy Research, Food Product Design, Vol. 21, No. 11, November 2011.

Диметилсульфид и т. д.: там же.

«Сотни нот, включая ягоды, цитрусовые и жасмин»: Food Product Design, Vol. 21, No. 5, March 2011.

Десять тысяч ароматов в природе: European Flavour Association, ‘Discover the world of flavours’, http://www.effa.eu/en/flavours/discover-the-world-of-flavours.

Химические вещества в шоколаде: Counet C.; Callemien, D.; Ouwerx C.; Collin S. (2002), ‘Use of Gas Chromatography−Olfactometry To Identify Key Odorant Compounds in Dark Chocolate’, Journal of Agricultural and Food Chemistry, Vol. 50.

«Выдерживать любой производственный процесс, с которым столкнется»: Steve Wolf, director of flavor applications, Robertet Flavors, Food Product Design, Vol. 21, No. 5, March 2011.

Различие между натуральным и искусственным: http://www.flavorfacts.org/faqs.

Этилванилин: там же; Technology Review 17th June 2013 Green Chemists synthesise vanillin from sawdust, http://www.technologyreview.com/view/516116/green-chemists-synthesise-vanillin-from-sawdust.

FTNF, FTNS, WONF: http://www.flavorfacts.org/faqs.

Ароматизаторы и ферменты для созревания сыра: Food Product Design, 1 February 2004, http://www.foodproductdesign.com/articles/2004/02/food-product-design-ingredient-insight-february.aspx.

Технологии: разрешенные процессы: Regulation (EC) № 1334/2008, http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=OJ: L:2008:354:0034:0050:en: PDF; Council Directive (88/344/EEC), http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=CONSLEG:1988L0344:19971223:EN: PDF.

CDC и заболевания дыхательных путей, связанные с ароматизаторами: http://www.cdc.gov/niosh/topics/flavorings/exposure.html.

Предупреждение CDC NIOSH, предотвращение заболеваний дыхательных путей у работников, http://www.cdc.gov/niosh/docs/2004-110/pdfs/2004-110.pdf.

Процесс Ritter против Stiftung Warentest: http://www.reuters.com/article/2014/01/13/odd-germany-chocolate-idUSL6N0KN30920140113; http://www.confectionerynews.com/Regulation-Safety/Ritter-Sport-wins-natural-flavor-German-court-battle.

EFFA и вкусоароматические добавки: http://www.effa.eu/en/flavours/discover-the-world-of-flavours.

Ароматизаторы, вводящие в заблуждение: REGULATION (EC) № 1334/2008, section 7, http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=OJ: L:2008:354:0034:0050:en: PDF.

Глава 9

«Агентство пищевых стандартов Великобритании объясняет, как срабатывает эта уловка»: Guidelines on approaches to the replacement of Tartrazine, Allura Red, Ponceau 4R, Quinoline Yellow, Sunset Yellow and Carmoisine in food and beverages, http://www.food.gov.uk/sites/default/files/multimedia/pdfs/publication/guidelinessotonsixcolours.pdf.

Профессор Брайан Вансинк: ‘The Influence of Assortment Structure on Perceived Variety and Consumption Quantities’, Science Daily, 1 May 2004, http://www.sciencedaily.com/releases/2004/05/040511040654.html.

Красители для сурими: карбонат кальция, многофункциональный ингредиент для морепродуктов: брошюра продукции Omya.

«Саутгемптонская шестерка»: Lancet, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/17825405.

Европейское агентство по безопасности продуктов питания оценивает саутгемптонское решение: http://www.efsa.europa.eu/en/press/news/ans080314.htm; BBC News, 25 May 2004, http://news.bbc.co.uk/1/hi/health/3742423.stm.

Реакция Агентства пищевых стандартов Великобритании на саутгемптонское исследование: University of Southampton news release, 14 March 2008, http://www.southampton.ac.uk/mediacentre/news/2008/apr/08_65.shtml.

«Один из руководителей компании, выпускающей красители, сказал»: Roee Nir, Global Commercial Manager of Lycored, цитируется в Food Processing, May 2013.

Лимонад Asda и Tizer: Guidelines on approaches to the replacement of Tartrazine, Allura Red, Ponceau 4R, Quinoline Yellow, Sunset Yellow and Carmoisine in food and beverages, http://www.food.gov.uk/sites/default/files/multimedia/pdfs/publication/guidelinessotonsixcolours.pdf.

Паста для цыплят тандури: там же.

«К 2011 году мировые продажи натуральных красителей превысили продажи искусственных»: Food Processing, May 2013.

«M & S хвалится, что 99 % его пищевых продуктов не имеют искусственных красителей»: https://plana.marksandspencer.com/media/pdf/we_are_doing/health/health_progress.pdf.

EUTECA: http://www.euteca.org/html/caramel.html.

Состав карамельных красителей: JEKFA: Caramel colourings, http://www.fao.org/ag/agn/jecfa-additives/specs/monograph11/additive-102-m11.pdf.

Безопасность карамельных красителей: Overview of caramel colours; Kamuf, Nixon, Parker, Barnum, Williamson, http://www.ddwcolor.com/Caramel-Overview.pdf.

«В США бренды колы поменяли рецептуры своих напитков»: Coke, Pepsi to change caramel coloring recipes, Fox News, 9 March 2012, http://www.foxnews.com/health/2012/03/09/coke-pepsi-to-change-caramel-coloring-recipes.

«Описанный одним представителем компании, выпускающей красители, как „очень дешевый и очень белый“»: Lionel Schmitt, Vice President of Commercial Development, Chr Hansen Food Navigator, 19 September 2009, http://www.foodnavigator.com/Financial-Industry/Chr-Hansen-makes-natural-white-for-confectionery.

«В 2013 году представитель Beneo, крупной компании, занимающейся ингредиентами, активно рекламировал»: ‘Ditch possibly carcinogenic white color’, Confectionery News, 21 January 2013, http://www.confectionerynews.com/Ingredients/Ditch-possibly-carcinogenic-white-color-for-clean-label-rice-starch-says-Beneo.

«В ЕС нет юридического различия между синтетическими и натуральными красителями»: Guidelines on approaches to the replacement of Tartrazine, Allura Red, Ponceau 4R, Quinoline Yellow, Sunset Yellow and Carmoisine in food and beverages, http://www.food.gov.uk/sites/default/files/multimedia/pdfs/publication/guidelinessotonsixcolours.pdf.

«Не существует четкого определения того, что представляет собой натуральный краситель для пищевых продуктов»: Hawkins Watts; Natural colour, http://www.hawkinswatts.com/prod_cols_nat.htm.

Определение натурального согласно NatCol: NATCOL Position on the Term ‘Natural Colour’ and the Categorisation of Food Colours, http://www.natcol.org/sites/default/files/Updated%20NATCOL%20Position%20Paper%20on%20Natural%2 °Colours%20Final.pdf.

Изготовление экстракта паприки: Директива ЕС № 231/2012 от 9 марта 2012 года, излагающая спецификации для пищевых добавок, http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=OJ: L:2012:083:FULL: EN:PDF.

«Сайты и рекламные буклеты компаний, выпускающих красители, – это буйство пульсирующих сияющих колеров»: EP Colour Dr Anthocyanins.

«Компания Roha предупреждает»: Roha; Color Q&As, http://www.roha.com/faqs.html.

Sensient: «Книга цветов», http://www.sensient-fce.com/fileadmin/pdf/SFC-01013_Colour_Book_PDF_RL02.pdf.

Hawkins Watts: диаграмма цветов Pantone, http://www.hawkinswatts.com/toolbox-pantonechart.htm; Colour selector; http://www.hawkinswatts.com/prod_cols.htm.

Diana, конфигуратор цветов: http://www.diana-food.com/colourimpact/colourimpact_colour.html.

Доступные формы красителей: Univar colours, http://www.univarcolour.com/colours_food.php.

Алюминиевые лаки: FAO aluminium lakes of colouring matters, http://www.fao.org/ag/agn/jecfa-additives/specs/monograph3/additive-013.pdf.

Цветовые покрытия: Viskase, https://www.yumpu.com/en/document/view/4369432/viscoat-color-master-tds-website-public-viskase.

Перламутровый эффект: Candurin, http://www.innovadex.com/documents/1128282.pdf?bs=4370&b=196682&st=1&sl=27207194&crit=a2V5d29yZDpbY29sb3Vyc10%3d&k=colours|color|colors|colour.

Замутняющие агенты: The Soft Drinks Companion, Maurice Shachman.

«Трудно провести законодательную границу между добавкой-красителем и окрашивающими продуктами»: Guidelines on approaches to the replacement of Tartrazine, Allura Red, Ponceau 4R, Quinoline Yellow, Sunset Yellow and Carmoisine in food and beverages, http://www.food.gov.uk/sites/default/files/multimedia/pdfs/publication/guidelinessotonsixcolours.pdf.

Определение окрашивающего продукта: EU guidance on the notes on the classification of food extracts with colouring properties, http://ec.europa.eu/food/food/fAEF/additives/docs/guidance_en.pdf.

Кровь как окрашивающий продукт: http://www.vepro.biz/en/colourant-54.htm.

Мясо PSE: FAO Guidelines for Humane Handling, Transport and Slaughter, Chapter 2, http://www.fao.org/docrep/003/x6909e/x6909e04.htm.

Глава 10

«Фермент трансглутаминаза, который сейчас широко используется при обработке мяса»: BDF, брошюра Leading food solutions, Probind TX.

«Трансглутаминаза… превращает никчемные куски мяса и рыбы»: там же.

Мясной клей: Ajinomoto Activa, http://www.amazon.com/Ajinomoto-Activa-Transglutaminase-Meat-2-2-Pound/dp/B003EX2ECM; http://www.amazon.com/Ajinomoto-Activa-Transglutaminase-Meat-2-2-Pound/dp/B003EX2ECM.

Salami Dry Express B9: FI Daily 2013, p. 46.

Позиция ЕС в отношении трансглутаминазы: там же.

Мыльный вкус фосфатов: Nassau Foods, Technical information sheet: Phosphates in meat products, http://www.nassaufoods.com/index.php?content=linksresources.

Фосфаты: Prayon, брошюра Phosphates for Meat and Poultry Products.

Погружение рыбного филе в фосфаты: там же.

Тестирование морского гребешка Агентством пищевых стандартов Великобритании: ноябрь 2002 года, http://food.gov.uk/multimedia/pdfs/30scampi.pdf.

Каррагинан: брошюра PT Algalindo Perdana.

«Надежно связывают воду в продуктах из обработанного мяса»: Fiber-Star, The Citri-Fi Users Guide.

«Одна компания, ведущая бизнес в этой области»: InterFiber, Unicell fibers improve your meat products.

Swelite®: Cosucra, Texture improvement of restructured frozen poultry products: Swelite® Technical Paper.

Ultra Create: брошюра National Starch Food Innovation Product.

«Соевый белок – еще один полезный для производителей разбавитель мяса»: FAO technology of production of edible flours and protein products from soya beans, 7-5-1 Meat extenders, http://www.fao.org/docrep/t0532e/t0532e08.htm.

Коллаген: ‘BHJ How do functional proteins work?’ http://www.bhj.com/News/Newsarchive/2013/News/How%20proteins%20work.aspx.

«Один поставщик химикатов для пищевой промышленности излагает это так»: Brenntag, брошюра Shared Values – Shared Success: Proteins.

«В случае рыбного филе можно впрыскивать раствор гидролизата рыбного белка (FPH) или гомогенизированных рыбных белков (HFP)»: Application of additives in chilled and frozen white fish fillets, Magnea Gudrun Karlsdottir, September 2009, http://skemman.is/stream/get/1946/4131/11834/1/Master_thesis_final2_Magnea.pdf.

«Можно консервировать, пастеризовать и хранить при комнатной температуре»: http://www.bhj.co.uk/Functional-Proteins/Functional-Protiens-Stock/Info-Material.aspx.

«Что, по словам одной компании, „наращивает продажи“»: BHJ Scanpro flyer, http://issuu.com/bhjdk/docs/beef_protein_flyer?e=2315981/3478979.

«Производитель платит 1,85 фунта стерлингов за килограмм»: там же.

«Как говорит одна компания, выпускающая белки»: Proliant Meat Ingredients, Functional proteins, http://www.proliantmeatingredients.com/products.aspx?catid=117&rootid=117&countryid=125.

Белки из плазмы Veos: http://www.vepro.biz/en/plasma-12.htm.

Глобин Veos: http://www.vepro.biz/en/globin-52.htm.

«Продаются через мировую торговую сеть»: Food Ingredients Daily Europe, 2013, p. 17.

Рецепт для хот-догов: Interfiber®, брошюра Fibers of Nature.

Рецепт рассола для бекона: Dr Harnisch, Better bacon on the table, http://www.harnisch.com/uploads/tx_harnisch/fmt_4_12_14-16.pdf.

Оборудование для прокрутки мяса и инъекций в него: FAO meat processing technology for small-to medium-scale producers…, http://www.fao.org/docrep/010/ai407e/ai407e14.htm; http://www.fao.org/docrep/010/ai407e/ai407e04.htm.

«Без хлопот с пузырями»: Sabofa, Flavour jet, http://www.youtube.com/watch?v=eC6qJWe5Ul4.

«Может за час впрыснуть жидкость в 12 тысяч кур»: там же.

«В 2013 году Guardian… вычислила»: Guardian, 7 December 2013, Supermarket customers buying frozen chicken pay 20 per cent for water and additives.

«Когда позже собственное расследование провела Daily Mail»: Daily Mail, 9 December 2013, How supermarkets charge you £1.54 a kilo for water added to bulk up chicken.

Глава 11

«С момента разработки в 1940-х модифицированные пищевые крахмалы стали важнейшей частью пищевой промышленности»: ‘Modified Food Starches, Why, What, Where and How’, Joseph M. Light, National Starch and Chemical Co., adapted from a presentation at the symposium on Modified Food Starches at AACC’s 74th Annual Meeting in Washington, DC, 29 October to 2 November 1989, http://sa.foodinnovation.com/pdfs/modified.pdf.

«Сцепление, борьбу с зачерствением, связующие свойства»: там же, http://www.intechopen.com/download/get/type/pdfs/id/34060.

«Производители продуктов питания в целом предпочитают крахмалы»: ‘Modified Starches and Their Usages’, Abbas, Khalil, Hussin, Journal of Agricultural Science, Vol. 2, No. 2, June 2010, http://www.ccsenet.org/journal/index.php/jas/article/viewFile/4069/4919.

Различные методы модификации крахмалов: Neelan/Veejay/Lalit in International Research Journal of Pharmacy, 2230–8407, 9 March 2012, http://www.irjponline.com/admin/php/uploads/1061_pdf.pdf.

«Крахмал в консервированных супах»: What is modified starch? Roy Ballam, British Nutrition Foundation, Independent, 11 October 1998, http://www.independent.co.uk/arts-entertainment/food-drink-food-for-thought-what-is-modified-starch-1177698.html.

Методы модификации крахмалов: Physical and/or chemical modifications of starch by thermoplastic extrusion, Clerici, March 2012, http://www.intechopen.com/download/get/type/pdfs/id/34060.

«Специальные крахмалы по-прежнему превосходят немодифицированные крахмалы»: Speciality starches for snack foods, M.G. Sajilata, Rekha S. Singhal, Department of Food and Fermentation Technology, Institute of Chemical Technology, University of Mumbai, http://www.aseanfood.info/articles/11020956.pdf.

«Как и вы, мы стремимся к сокращению затрат»: National Starch, ‘Consider the secrets of cost-effective innovation’, http://www.foodinnovation.com/valuematters/index.html.

«Добавление крахмала позволяет писать „содержит только масло“ на печенье и круассанах, в которых масла меньше, чем было раньше»: Ulrick & Short Ingredients, ‘Making the biscuit’, http://www.ulrickandshort.com/news%20pdfs/PR57a%20Biscuit%20World.pdf.

Delyte: Что такое Delyte? http://www.ulrickandshort.com/delyte.html.

«Как только вы создали структуру с помощью базового крахмала»: брошюра National Starch N-dulge Co-texturiser.

«Наши специальные технологии имитируют органолептические качества жира»: National Starch, Starch-based solutions for cost effective convenience, http://www.foodinnovation.com/Downloads/Company/100034VMSavoryR0.pdf.

«Крахмал может заменить 30 % сливок для пасты карбонара»: брошюра Precisa cream substitutes product.

«Минимум 25 % томатной пасты»: Tate & Lyle press release, 28 October 2013, http://www.tateandlyle.presscentre.com/Press-releases/Pulp-Performance-Tate-Lyle-Launches-PULPIZ-Pulp-Extender-Delivers-Key-Replacement-Advantages-in-43f.aspx.

«Он позволяет на 20 % уменьшить количество маргарина в слоеном тесте»: Culinar Volume; брошюра Speciality starch for puff pastry margarine; Cindy Haze, Food Product Design, 19 October 2009, http://www.foodproductdesign.com/articles/2009/10/ingredient-economics.aspx?pg=5http://www.dairyreporter.com/Ingredients/Emerging-market-processed-cheese-starch-demand-up-Ingredion.

«Заменить „до 40 % твердых частей помидоров (овощей) в супах и соусах“»: Introducing Precisa, http://www.foodinnovation.com/Downloads/Company/090061_PRECISA_Cling_flyer.pdf.

«Технологи-пищевики – люди творческие, но скаредные»: A ratio of up to 10 : 1, National Starch, Lower cost liquid foods, http://www.foodinnovation.com/valuematters/sauces-soups-dressings-dips.html.

«Как заметил представитель одной молочной компании»: Torben Jensen, Application Manager at Arla Foods Ingredients, http://www.naturalproductsinsider.com/news/2013/01/arla-nutrilac-protein-solution.aspx.

Компания Arla Foods Ingredients: Less milk more cheese, http://www.arlafoodsingredients.com/applications/application-overview/cheese/cream-cheese.

Компания Arla Foods Ingredients: Tap into the trend for Greek yogurt http://www.arlafoodsingredients.com/upload/arla%20ingredients/applications/fmp/greek%20yoghurt/arla_greekyog_infographic_v2.pdf.

Компания Ingredion: Achieve rich, creamy texture in Greek-style yogurt with a cost effective approach: http://www.foodinnovation.com/foodinnovation/en-us/RegForms/Documents/Ingredion%20Greek%20Yogurt%20White%20Paper-Final.pdf.

«Считается, что крахмалы на зерновой основе, например кукурузный и пшеничный»: AACC International Starch Handbook, chapter 5, Matching starches to applications http://www.aaccnet.org/publications/plexus/cfwplexus/pub/2012/StarchHandbkCh5.pdf.

«Они используются в пищевой промышленности в качестве функциональных ингредиентов, не имеющих вкуса»: брошюра Novozymes; Enzymes at work http://www.novozymes.com/en/about-us/brochures/Documents/Enzymes_at_work.pdf.

«Нейтральный вкус картофельного крахмала»: Application improvements, брошюра Emsland о картофельном крахмале.

«Вместо того чтобы избегать крахмалистых продуктов, следует основывать на них свое питание»: FSA Scotland, Starchy foods, http://www.eatwellscotland.org/healthydiet/nutritionessentials/starchfoods/index.html.

«Крахмалистые продукты… были разрекламированы организациями здравоохранения»: NHS Choice, Starchy foods, http://www.nhs.uk/Livewell/Goodfood/Pages/starchy-foods.aspx.

Сверхлегкий майонез Asda: список ингредиентов взят с сайта Asda, 7 октября 2013 года.

Глава 12

«Ферменты – одна из ведущих технологий „зеленой“ химии»: Enzyme Technical Association, Environmental/Sustainability, http://www.enzymeassociation.org/?page_id=91.

«Ферменты лучше всего известны своим промышленным применением»: Enzyme Technical Association, Enzymes: A Primer on Use and Benefits, Today and Tomorrow, http://www.enzymeassociation.org/wp-content/uploads/2013/09/benefits_paper.pdf.

«Техническая ассоциация производителей ферментов… объясняет „выгоду от ферментов“»: Enzyme Technical Association, Enzymes: A Primer on Uses and Benefits, Today and Tomorrow, http://www.enzymeassociation.org/wp-content/uploads/2013/09/benefits_paper.pdf.

«Практически все промышленные продукты питания включают хотя бы один ингредиент, изготовленный с их помощью»: Enzyme Technical Association, Food, http://www.enzymeassociation.org/?page_id=44.

Ферменты как катализаторы: Enzyme Technical Association, About enzymes file:///Users/joanna/Desktop/About%20Enzymes%20Enzyme%20Tech%20Assoc.webarchive.

«Некоторые из них выполняют свою задачу до пяти миллионов раз в минуту»: EUFIC, ‘Food without enzymes?’, http://www.eufic.org/article/en/page/RARCHIVE/expid/review-food-without-enzymes.

«Ферменты выполняют „работу маленькой фабрики“»: брошюра о биокатализаторах Our Vision.

«Например, с помощью определенных амилаз»: Enzymes in the fruit juice, wine, brewing and distilling industries, Enzyme Technology, http://www1.lsbu.ac.uk/water/enztech/fruitjuice.html.

«Кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы (HFCS), который… сейчас производится за счет таких энзимов»: Enzyme Technical Association, Enzymes: A Primer on Use and Benefits, Today and Tomorrow, http://www.enzymeassociation.org/wp-content/uploads/2013/09/benefits_paper.pdf.

«Чтобы такие изделия»: там же.

«Фруктовые салаты, которые часто обрабатывают пектиназой»: Health Canada, List of Permitted Food Enzymes, http://www.hc-sc.gc.ca/fn-an/securit/addit/list/5-enzymes-eng.php.

«Амилоглюкозидаза придаст фабричному хлебу равномерную коричневую корочку»: Enzyme Technical Association, Enzymes: A Primer on Use and Benefits, Today and Tomorrow, http://www.enzymeassociation.org/wp-content/uploads/2013/09/benefits_paper.pdf.

«Мальтогенная амилаза замедлит скорость зачерствения»: Andrew Whitley, Bread Matters, Fourth Estate, 2009, p. 12.

«Небольшое количество пектин-метилэстеразы сделает более прочными ваши мороженую малину и стручковую фасоль»: The Use of Enzymes in Improving Fruit Firmness, брошюра о продукции Novozymes.

Липазы и ароматизатор для сыра: там же.

Сок и пектиназа: там же.

Пектиназа. Биокатализаторы: Использование ферментов для улучшения прочности фруктов; информационный бюллетень компании.

«Пектиназой часто обрабатывают и свежие очищенные дольки цитрусов, предназначенные для готовых фруктовых салатов, – чтобы улучшить текстуру и внешний вид»: Novozymes, Enzymes at work 6.7.3, http://www.novozymes.com/en/about-us/brochures/Documents/Enzymes_at_work.pdf.

VERON® xTender: AB Enzymes, http://www.abenzymes.com/products/baking/veron-xtender.

Maxipro HSP: Fi Europe Excellence Awards 2013, http://www.healthgauge.com/read/fi-europe-excellence-awards-2013.

«DSM говорит, что Maxipro HSP обладает „превосходными желирующими и влагоудерживающими свойствами“»: DSM press release, 9 October 2013, http://www.dsm.com/content/dam/dsm/cworld/en_US/documents/2013-10-09-maxipro-at-fie-innovation-in-protein-isolation.pdf.

«Субтилизин – еще один энзим, который применяют, чтобы сделать полезным ингредиентом красные кровяные клетки»: Applications of proteases in the food industry, Enzyme Technology, http://www1.lsbu.ac.uk/water/enztech/proteases.html.

«Один комментатор из компании по производству кормовых ферментов объясняет»: Alex Ford, Enzymes and their use in animal feed, BioResource International, Inc., http://briworldwide.com/enzymes-and-their-use-in-animal-feed/#sthash.AYD8sGM5.ZLpFOT4G.dpbs.

«Куры, в рацион которых входила протеаза, но при этом белка в нем было на 2 % меньше»: там же.

«Ферменты улучшают характеристики и более дешевых кормов, например перьевой муки»: BioResource International, Inc., брошюра Valkerase®, http://www.briworldwide.com/wp-content/uploads/2011/10/Valkerase-Brochure.pdf.

«Получать материал из грубых и мелких остатков костей после механического удаления мяса с говяжьих, свиных, куриных или индюшачих костей»: Novozymes, Enzymes at work 6.6.2, http://www.novozymes.com/en/about-us/brochures/Documents/Enzymes_at_work.pdf.

«Полученная мясная взвесь, – говорит один специалист, – используется в производстве консервированных видов мяса и супов»: Applications of proteases in the food industry; Enzymes in the fruit juice, wine, brewing and distilling industries, Enzyme Technology, доступно по адресу: http://www1.lsbu.ac.uk/water/enztech/proteases.html.

Энзим папаин для яремной вены: там же.

«Сейчас в производстве еды и напитков применяют более 150 ферментов»: European Commission, Collection of information on enzymes 4, http://ec.europa.eu/environment/archives/dansub/pdfs/enzymerepcomplete.pdf.

«Важность энзимов для повседневной жизни – один из самых охраняемых в наше время секретов»: Enzyme Technical Association, Enzymes: A Primer on Use and Benefits, Today and Tomorrow, http://www.enzymeassociation.org/wp-content/uploads/2013/09/benefits_paper.pdf.

«Если они присутствуют в пище, то только в форме остатков»: Europa summaries, Food enzymes, http://europa.eu/legislation_summaries/consumers/product_labelling_and_packaging/sa0004_en.html.

«Индустрия будет кричать и брыкаться»: Food Manufacture, 9 August 2012, http://www.foodmanufacture.co.uk/Regulation/EU-enzyme-scrutiny-could-open-up-GM-can-of-worms.

«Очищенные энзимы не теряют своих свойств»: EUFIC, Enzymes make clean green food, http://www.eufic.org/article/en/artid/enymes-clean-green-food.

ГМ-энзимы: Европейская комиссия, Информация об энзимах 3.3.1.2, http://ec.europa.eu/environment/archives/dansub/pdfs/enzymerepcomplete.pdf.

Создание ферментирующими микроорганизмами или извлечение из растительных и животных источников: Enzyme Technical Association, About enzymes.

Источник для липазы: Health Canada, List of permitted food enzymes, http://www.hc-sc.gc.ca/fn-an/securit/addit/list/5-enzymes-eng.php.

«Некоторые из самых распространенных ферментов в нашей пище относятся к генной инженерии»: EUFIC, Modern Biotechnology in Food, Applications of food biotechnology: enzymes, http://www.eufic.org/article/en/rid/modern-biotechnology-food-enzymes.

Аспарагиназа и Escherichia coli: Sources of enzymes; Enzymes in the fruit juice, wine, brewing and distilling industries, Enzyme Technology, Available at http://www1.lsbu.ac.uk/water/enztech/sources.html.

«Для индустрии пищевых ферментов вся природа – это химический набор»: Andrew Whitley, Bread Matters, Fourth Estate, 2009, p. 17.

«Емкостью до 150 тысяч литров»: EUFIC, Modern Biotechnology in Food, Applications of food biotechnology: enzymes, http://www.eufic.org/article/en/rid/modern-biotechnology-food-enzymes.

«Подробную информацию о компонентах, используемых в ферментных бульонах промышленного масштаба, получить сложно»: там же.

«Вероятные ингредиенты – отходы и побочные продукты от пищевой и сельскохозяйственной отрасли»: там же.

«У гарантии безопасности короткий срок годности»: Andrew Whitley, Bread Matters, Fourth Estate, 2009, p. 14.

«Группа исследователей тактично отметила в отчете»: European Commission, Collection of information on enzymes, 2.2 Terms of reference, http://ec.europa.eu/environment/archives/dansub/pdfs/enzymerepcomplete.pdf.

Безопасность ферментов: Safety and regulatory aspects of enzyme use, Enzyme Technology: Enzymes in the fruit juice, wine, brewing and distilling industries, Enzyme Technology, доступно по адресу: http://www1.lsbu.ac.uk/water/enztech/index.html.

Европейская комиссия, Информация об энзимах 11.2.5/6.7.3, http://ec.europa.eu/environment/archives/dansub/pdfs/enzymerepcomplete.pdf.

«20 % ее аллергенных свойств может сохраняться в корках хлеба»: Sander, I., Raulf-Heimsoth, M., Van Kampen, V., Baur, X (2000) ‘Is fungal amylase in bread and allergen?’ Clin Exp Allergy, 200 April:30(4):560–5 http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/10718854.

«Может производить эпитоп (часть молекулы), ответственный за глютеновую болезнь»: Gerrard J., & Sutton K. (2005) ‘Addition of transglutaminase to cereal products may generate the epitope responsible for coeliac disease’, Trends Food Sci Technol 16, 510–512, http://www.researchgate.net/publication/240425204_Addition_of_transglutaminase_to_cereal_products_may_generate_the_epitope_responsible_for_coeliac_disease.

«Понятие приемлемого риска»: Европейский совет по информации о продуктах питания (EUFIC), Enzymes make clean green food, http://www.eufic.org/article/en/artid/enymes-clean-green-food.

Глава 13

«В Европе одобрены к применению свыше 80 добавок»: Using preservatives, FAIA, http://www.understandingfoodadditives.org/pages/ch2p5-3.htm.

«Многие из них – лишь „синтетические копии натуральных [консервирующих] продуктов, которые присутствуют в природе“»: там же.

«Такие консерванты… „весьма химические по природе“»: Wayne Morley of Leatherhead Food Research, ‘Preservative perceptions; Consumer demand for natural is serious, but challenges remain’, Food Navigator, 3 December 2013, http://www.foodnavigator.com/Science-Nutrition/Preservative-perceptions-Consumer-demand-for-natural-is-serious-but-challenges-remain.

«Сама индустрия добавок признает, что сульфиты»: Preservatives to keep food longer – and safer, http://www.eufic.org/article/en/food-safety-quality/food-additives/artid/preservatives-food-longer-safer.

«Потребление консерванта бензоата натрия… может усиливать гиперактивность у детей»: Food colours and hyperactivity, https://www.food.gov.uk/science/additives/foodcolours.

«Нитрозамины, которые являются мощными канцерогенами»: R. A. Winter, Consumer’s Dictionary of Food Additives (7th ed.), Random House, 2009, p. 382–385.

Различие между витамином С и аскорбиновой кислотой: Natural Whole Food Vitamins: Ascorbic Acid Is Not Vitamin C, The Doctor Within, http://www.thedoctorwithin.com/vitaminc/ascorbic-acid-is-not-vitamin-c.

«Аскорбиновую кислоту производят в промышленных масштабах на фабриках»: Going non-GMO in dietary supplements, ‘The supply community is not there with us yet’, say manufacturers, Nutra ingredients-USA.com, 5 June 2013, http://www.nutraingredients-usa.com/Markets/Going-non-GMO-in-dietary-supplements-The-supply-community-is-not-there-with-us-yet-say-manufacturers.

«Синтетические витамины поглощаются организмом не так хорошо, как натуральные»: ‘The Truth About Vitamins in Nutritional Supplements’, Doctor’s Research, http://www.doctorsresearch.com/articles4.html.

«Является компонентом бальзамирующих составов и реактивного топлива»: Википедия, Бутилгидрокситолуол, http://en.wikipedia.org/wiki/Butylated_hydroxytoluene.

«Обычный компонент каучуков и нефтепродуктов»: Википедия, Бутилгидроксианизол, http://en.wikipedia.org/wiki/Butylated_hydroxyanisole.

«Находит применение и в производстве лаков»: Википедия, Трет-бутилгидрохинон, http://en.wikipedia.org/wiki/Tert-Butylhydroquinone.

«Действующей как лоббистская группа для пищевой промышленности»: http://www.powerbase.info/index.php/European_Food_Information_Council.

«Под заголовком в стиле желтой прессы „Грязь кухонной раковины“»: NHS Choices, Food and hygiene facts, http://www.nhs.uk/Livewell/homehygiene/Pages/food-and-home-hygiene-facts.aspx.

«Называем гигиеничным эффективным местом для приготовления пищи»: @123db_GEEK retweeted by @retailmentoring, 31 May 2014.

«Продление срока годности напрямую влияет на прибыльность»: PLT Health Solutions, Shelf Life Extension, http://www.plthealth.com/food-beverage/shelf-life-extension.

«Не существует улучшений, которые… увеличат вашу прибыль так, как это сделает продление срока годности»: Gillco Ingredients, Extend Shelf Life, http://www.gillco.com/idea_shelf-life.php.

«Давление на мелкие фирмы с целью увеличить срок годности»: Food Manufacture, 24 July 2013, http://www.foodmanufacture.co.uk/Food-Safety/Small-meat-firms-pressured-to-use-longer-shelf-life-dates.

«Часто в сочетании с упаковкой в модифицированной газовой среде (МГС)»: http://www.modifiedatmospherepackaging.com.

«Сейчас пищу, упакованную с ее [МГС] помощью, нужно маркировать»: Chilled Food Association, Modified Atmosphere Packaging and vitamin levels in salads, http://www.chilledfood.org/MEDIA/POSITION+STATEMENTS/modified-atmosphere-packaging-map-and-vitamin-levels-in-salads-.

МГС и готовая пита: Modified Atmosphere Packaging of Bread Products, http://modifiedatmospherepackaging.com/Applications/Modified-atmosphere-packaging-bread-products.

«Срок хранения некоторых хлебобулочных изделий при такой упаковке продлевается до шести месяцев»: там же.

«МГС может прибавить к сроку годности сэндвича 5–6 дней»: Modified Atmosphere Packaging of Prepared Foods and Ready Meals, http://modifiedatmospherepackaging.com/Applications/Modified-atmosphere-packaging-ready-meals.

Продление срока годности готовой еды с помощью МГС: там же.

«Перегретый вкус»: там же.

WOF: Warmed-over flavor a processing challenge, http://www.highbeam.com/doc/1G1-100074391.html.

МГС и «готовое» мясо: Modified Atmosphere Packaging of Fresh Meat; http://www.modifiedatmospherepackaging.com/Applications/Modified-atmosphere-packaging-fresh-meat. aspx.

Мороженая баранина из Новой Зеландии: ITN Tonight, July 2014.

Dansensor: Quality Control and Quality Assurance of Modified Atmosphere Packaging – gain extended food shelf life, http://modifiedatmospherepackaging.com/QC-QA-of-Modified-Atmosphere-Packaging-for-extended-food-shelf-life.

Что ученые называют «поврежденными» тканями: Porta, R. et al., Edible Coating as Packaging Strategy to Extend the Shelf-life of Fresh-Cut Fruits and Vegetables, J Biotechnol Biomater (2013); 3:e124. doi: 10.4172/2155-952X.1000e124, http://omicsonline.org/open-access/edible-coating-as-packaging-strategy-to-extend-the-shelflife-of-freshcut-fruits-and-vegetables-2155-952X-3-e124.php?aid=22423#5.

«С помощью МГС поставщики готовых овощей могут добавить к сроку годности листьев салата до восьми суток»: Modified Atmosphere Packaging for Fresh Fruits and Vegetables, http://modifiedatmospherepackaging.com/Applications/Modified-atmosphere-packaging-fruit-vegetables.

«Через мойку типа джакузи»: Agricoat, брошюра о продукте NatureSeal FS.

«В смесь часто входят и фруктовые кислоты»: Chilled Food Association, Produce washing, http://www.chilledfood.org/MEDIA/POSITION+STATEMENTS/produce-washing-.

NatureSeal FS: Agricoat, брошюра о продукте NatureSeal FS.

Съедобные пленки и покрытия: Valencia-Chamorro, S. A., et al., ‘Antimicrobial edible films and coatings for fresh and minimally processed fruits and vegetables’: a review, Crit Rev Food Sci Nutr (2011); 51: 872–900, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/21888536.

eatFresh-FC и Grow Green Industries: ‘The Safe, Healthy Solution For Kitchens, Schools And More’, http://eatcleaner.com/commercial.

Технологии съедобных пленок для защиты урожая: Agricoat, брошюра о продукте NatureSeal FS.

Semperfresh: там же.

«Известных в бизнесе консервантов как „умные“ пленки»: FDA, Food, Chapter VI. Microbiological Safety of Controlled and Modified Atmosphere Packaging of Fresh and Fresh-Cut Produce, Section 1.3 Films used in MAP, http://www.fda.gov/Food/FoodScienceResearch/SafePracticesforFoodProcesses/ucm091368.htm.

«Могут обеспечить им безопасный срок хранения до двух недель»: No need to get browned off – edible films keep fruit fresh, David Tribe; The Conversation, 2 September 2013, http://theconversation.com/no-need-to-get-browned-off-edible-films-keep-fruit-fresh-18150.

«Новое съедобное и пригодное для готовки покрытие для мяса»: MeatCoat, http://www.uecbv.eu/doc/MEATCOAT%20article%20–04.06.2013.pdf.

Стоимость MeatCoat: Edible ‘meat coat’ promises to extend shelf life by three days, The Grocer, 8 June 2014, http://www.thegrocer.co.uk/fmcg/fresh/edible-meat-coat-promises-to-extend-shelf-life/358202.article.

«Пищевые пленки часто используются как носители ряда искусственных добавок»: Maftoonazad N. I. and Badii F., ‘Use of edible films and coatings to extend the shelf life of food products’, Recent Pat Food Nutr Agric (2009); 1: 162–170, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20653537.

«WOF в обработанной свиной котлете девятидневной давности»: ‘Fighting Warmed-Over Flavor’; Food Product Design: Foodservice Focus – November 2000, http://www.foodproductdesign.com/articles/2000/11/food-product-design-foodservice-focus-november.aspx.

XFresh: Zeelandia: Prolong shelf life and improve freshness with these enzyme-based fresheners for cakes, http://www.zeelandia.com/innovation/end-product-performance/freshness-and-shelf-life/xfresh.

Verdad F41: брошюра о продукте Corbion Purac, http://www.purac.com/EN/Food/Markets/Meat_poultry_and_fish/Clean-label-solutions/Verdad-F.aspx.

NaturFORT and Fortium: брошюра о продукте Kemin.

BioVia™ YM10: Danisco, The power of ‘natural’, http://cdn.danisco.com/fileadmin/user_upload/danisco/documents/biovia-brochure.pdf.

Ecoprol-2002: брошюра о продукте Somerex.

«Возможно, даже „приведут к катастрофе“»: Marty Mitchell of the Refrigerated Foods Association, ‘Chilled foods minus synthetic preservatives: A “natural” disaster waiting to happen?’ Food Navigator, 28 April 2011, http://www.foodnavigator-usa.com/R-D/Chilled-foods-minus-synthetic-preservatives-A-natural-disaster-waiting-to-happen.

«Диетолог доктор Роберт Шьюфелт придумал термин „свежеподобный“»: Shewfelt R. L., ‘Quality of minimally processed fruits and vegetables’, J Food Qual (1987); 10: 143–156.

Глава 14

Tweet to Asda: @Dastardly_Pants, 26 April 2014, pic.twitter.com/Bh1zcZk6Tc.

«Пузырьковые подушки»: Sirane, Dri-Fresh® Soft-Hold™ absorbent cushion pads for fruit, http://www.sirane.com/food-packaging-products/dri-fresh/dri-fresh®-soft-hold™-absorbent-cushion-pads-for-soft-fruit.html.

«Они обеспечивают антизапотевающий эффект»: 21 CFR 178.3130 – ‘Antistatic and/or anti-fogging agents in food-packaging materials’, Legal Information Unit, Cornell University Law School, http://www.law.cornell.edu/cfr/text/21/178.3130.

LiquiGlide: ‘LiquiGlide gives foods the slip to reduce waste’, Packaging Digest, 25 February 2013, http://www.packagingdigest.com/food-packaging/liquiglide-gives-foods-slip-reduce-waste.

«Дозаторы для майонеза, обработанные этим составом [Liqu/Glide]»: ‘LiquiGlide’s coatings to hit shelves in 2015’, Food Production Daily, 27 February 2014, http://www.foodproductiondaily.com/Packaging/LiquiGlide-s-coatings-to-hit-shelves-in-2015.

«Состоит не менее чем из семи пластиковых слоев микроскопической толщины»: ‘New high oxygen and water barrier multilayer film patented’, Food Packaging, 29 May 2014, http://www.packagingdigest.com/food-packaging/new-high-oxygen-and-water-barrier-multilayer-film-patented140529; http://www.freshpatents.com/-dt20140515ptan20140134446.php.

Проблемы отсутствия прилипания: ‘Nervous about non-stick?’ Good Housekeeping, http://www.goodhousekeeping.com/product-reviews/cooking-tools/cookware-reviews/nonstick-cookware-safety-facts.

Споры о разделочных досках: Plastic and wooden cutting boards, Dean O. Cliver, http://faculty.vetmed.ucdavis.edu/faculty/docliver/Research/cuttingboard.htm.

«Чтобы произвести упаковку, используется свыше 6 000 химических веществ»: ‘Over 6,000 chemicals are used to make food packaging’: Introduction, Chemical Risk Assessment, Food Packaging Forum, 26 February 2014, http://www.foodpackagingforum.org/food-packaging-health/chemical-risk-assessment.

Организация Food Packaging Forum: FPF About Us, http://www.foodpackagingforum.org/about-us.

«В упаковке пищевых продуктов обнаружено 175 опасных химических веществ»: ‘Warning over 175 dangerous chemicals found in food packaging: Substances are linked to cancer, fertility and birth defects’, Daily Mail, 8 July 2014, http://www.dailymail.co.uk/health/article-2684256/Dangerous-chemicals-food-packaging-linked-cancer-fertility-birth-defects-study-finds.html#ixzz37AaS0VpP.

Вещества, контактирующие с пищей, и проблемные химические вещества: сравнение списков: Food Additives & Contaminants: Part A, Volume 31, Issue 8, 2014, http://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/19440049.2014.931600.

«Проблемные химические вещества»: там же.

«Что на самом деле означают планы „Проблемные химические вещества“ EPA»: Scientific American, 11 January 2010, http://www.scientificamerican.com/article/epa-chemicals-of-concern-plans.

«Материалы, контактирующие с пищевыми продуктами, долгое время рассматривались как главный источник хронического воздействия химикатов»: Borcher A. et al., Food Safety, Clin Rev Allergy Immunol (2010); 39: 95–141, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/19911313.

«Их токсичность может увеличиваться»: Kortenkamp A. et al., ‘Low-Level Exposure to Multiple Chemicals: Reason for Human Health Concerns?’ Envir Health Perspect (2007); 115: 106–114, http://discovery.ucl.ac.uk/1363921/1/KORTENKAMP.LOW.pdf.

REACH: Процесс регистрации, http://www.hse.gov.uk/reach/regprocess.htm.

«Доза определяет яд»: ‘Toxicology: The learning curve’, Dan Fagin, Nature, 24 October 2012, http://www.nature.com/news/toxicology-the-learning-curve-1.11644.

Возможное воздействие бисфенола: vom Saal F. S. et al., Chapel Hill bisphenol A expert panel consensus statement, Reprod Toxicol (2007); 24: 131–138, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2967230.

Ограничения на бисфенол А в различных странах: Food Packaging Forum, Bisphenol A, http://www.foodpackagingforum.org/food-packaging-health/bisphenol-a.

Рекомендации благотворительных организаций, занимающихся раком, в отношении бисфенола А: Tips for Avoiding BPA in Canned Food, Breast Cancer Fund, http://www.breastcancerfund.org/reduce-your-risk/tips/avoid-bpa.html.

«Благотворительная организация Breast Cancer UK, специализирующаяся на раке молочной железы, призвала запретить бисфенол А»: ‘BPA should be banned immediately’, says Breast Cancer UK, Food and Drink Europe, 24 October 2013, http://www.foodanddrinkeurope.com/Products-Marketing/BPA-should-be-banned-immediately-says-Breast-Cancer-UK/?utm_source=newsletter_weekly&utm_medium=email&utm_campaign=Newsletter%2BWeekly&c=lQa1YdAlY04Fq84iU4nhQ1z1lFk5tlR2.

«Самый высокий уровень определенных фталатов был обнаружен в хлебе»: Food Packaging Forum, Phthalates, 4 October 2012, http://www.foodpackagingforum.org/food-packaging-health/phthalates.

«Эксперименты на животных показывают связь употребления этих химикатов со сниженной фертильностью и с репродуктивной и тестикулярной токсичностью»: там же.

«31 % проверенных продуктов содержал фталаты в большем количестве, чем разрешено европейским законодательством»: Determination of phthalates in foods and establishing methodology to distinguish their source, FSA, http://www.food.gov.uk/science/research/chemical-safety-research/env-cont/c01048#toc-3.

«Когда ученые из Неаполитанского университета исследовали пищу»: Cirillo T, et al., ‘Children’s Exposure to Di(2-ethylhexyl)phthalate and Dibutylphthalate Plasticizers from School Meals’, J Agric Food Chem (2011); 59: 10532–10538, http://pubs.acs.org/doi/abs/10.1021/jf2020446.

«[Наночастицы] все чаще используют в упаковках пищи и продуктов»: Alfadul S. M. and Elneshwy A. A., ‘Use of nanotechnology in food processing, packaging and safety review’, Afr J Food Agric, Nutr Dev (2010); 10: 6, 2719–2739.

Наносеребро и наноглины: Nanotechnology for the Food Industry, Nano Magazine, http://www.nanomagazine.co.uk/index.php?option=com_content&view=article&id=56%3Ananotechnology-for-the-food-industry&Itemid=151.

«Наночастицы алюминия и кремния попадали из пластиковых бутылок в кислую среду»: Farhoodi M et al., ‘Migration of Aluminum and Silicon from PET/Clay Nanocomposite Bottles into Acidic Food Simulant’, Packaging Technology and Science (2014); 27: 161–168, http://www.safenano.org/KnowledgeBase/CurrentAwareness/ArticleView/tabid/168/ArticleId/433/Researchers-study-potential-migration-of-nanoparticles-from-food-packaging.aspx.

«Они примерно в 10 тысяч раз меньше ширины человеческого волоса»: Institute of Food Science and Technology, Information Statement on Nanotechnology, http://www.ifst.org/nanotechnology.

«Наночастицы оксида цинка могут вызывать у лабораторных животных поражения»: Scientific Committee on Consumer Safety, Opinion on Zinc oxide (nano form), 2012, http://ec.europa.eu/health/scientific_committees/consumer_safety/docs/sccs_o_103.pdf.

«Наночастицы диоксида титана могут повредить ДНК, нарушить функции клеток и помешать защитной деятельности иммунной системы»: Tiny Ingredients, Big Risks: FOE report on nanotechnology, May 2014, http://libcloud.s3.amazonaws.com/93/25/c/4723/2014_Tiny_Ingredients_Big_Risks_Web.pdf.

«Наночастицы, всасываемые в кишечнике, могут быть фактором в растущем распространении воспалительных состояний»: http://www.nutrition411.com/professional-learning/professional-refreshers/item/29665-microparticles-and-crohns-disease/; http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/17202580.

«Европейская комиссия признает, что наночастицы могут нанести вред здоровью»: 4. What are the potential health effects of nanomaterials? Nanomaterials, Level 2, http://ec.europa.eu/health/scientific_committees/opinions_layman/nanomaterials/en/l-2/4.htm.

«Полная оценка потенциальных опасностей еще впереди»: 6. How well can we assess the risks from nanomaterials? Nanomaterials, Level 2, http://ec.europa.eu/health/scientific_committees/opinions_layman/nanomaterials/en/index.htm#6.

«Национальная академия наук… предупреждает, что в понимании [наночастиц] определены „критические пробелы“, которые „не изучены настоящими исследованиями“». ‘With Prevalence of Nanomaterials Rising, Panel Urges Review of Risks’, New York Times, 25 January 2012, http://www.nytimes.com/2012/01/26/science/nanomaterials-effects-on-health-and-environment-unclear-panel-says.html.

«По оценкам, сейчас используется 400–500 товаров для упаковки, где применяются наночастицы»: ‘Future nanopackaging market worth billions, says study’, Food Packaging, 15 May 2007, http://www.foodproductiondaily.com/Packaging/Future-nanopackaging-market-worth-billions-says-study.

«Наноразмерный диоксид титана сейчас используется в таких продуктах, как сливки для кофе, печенье, сливочный сыр»: Tiny Ingredients, Big Risks: FOE report on nanotechnology, May 2014, http://libcloud.s3.amazonaws.com/93/25/c/4723/2014_Tiny_Ingredients_Big_Risks_Web.pdf.

«Постановление Евросоюза, которое требует, чтобы пищевые продукты (не упаковка), содержащие наночастицы, маркировались словом „нано-“»: Towards reference materials for nanoparticles in food, EU Joint Research Centre, 25 June 2014, https://ec.europa.eu/jrc/en/news/towards-reference-materials-nanoparticles-food.

Благодарности

Я очень признательна людям, которые помогали мне при создании этой книги. Я глубоко благодарна всем, кто предоставлял мне информацию, подавал идеи, читал главы книги, делился опытом и знаниями или просто морально поддерживал.

У меня есть возможность упомянуть некоторых из этих людей: Дэвид Азулэй, Линда Браун, Фалко Бёркерт, Джерри Дэнби, Сью Лоуренс, Роберт Линтон, Марк Никсон, Дональд Рейд, Гарри Скотт, Джим Томас, Дениз Уолтон, Эндрю Уитли. Других назвать не могу, поскольку это может иметь последствия для их профессиональной карьеры.

Как всегда, считаю себя одним из самых везучих писателей в мире, потому что мой редактор – Луиза Хейнс. Очень ценю ее спокойное упорство, здравый смысл и открытость новым идеям. И не могу и мечтать о лучшем агенте, нежели Каролина Саттон, чьим инстинктам и реакциям полностью доверяю.

Примечания

1

Пастуший пирог (деревенский пирог) – запеканка из мясного фарша с картофельным пюре, традиционное блюдо британской кухни. – Здесь и далее – примечания переводчика, если не указано иное.

2

В главе с таким названием рассказывается об использовании ферментов для производства пищевых продуктов.

3

Бэйкуэллский пирог, бэйкуэллский тарт (Bakewell tart) – сладкий пирог с обсыпкой из миндаля. Назван по городу Бэйкуэллу в графстве Дербишир.

4

Трапписты (официальное название – Орден цистерцианцев строгого соблюдения) – католический монашеский орден. Постоянно соблюдают строгий пост.

5

Киш – блюдо французской кухни: открытый пирог (тарт) с мясной начинкой.

6

Карри – индийское по происхождению блюдо из тушеных овощей с мясом; при его приготовлении используется приправа карри.

7

Фильм режиссеров Людвига Бергера, Майкла Пауэлла и Тима Уэлана. Александр Корда был только продюсером фильма.

8

Мадхур Джеффри – индийская актриса и писательница, способствовавшая популяризации индийской кухни на Западе.

9

Рик Стейн – британский кулинар, ресторатор и телеведущий.

10

Виндзорский суп – британский мясной суп, популярный во времена правления Виктории и Эдуарда VII.

11

Тикка масала – индийское блюдо из кусочков мяса (обычно с курицей, но возможны и другие варианты) в маринаде с пряностями.

12

Фахита (исп. fajita, от faja – полоса, лента) – жареное нарезанное мясо (говядина, свинина, курица) с овощами, завернутое в пшеничную лепешку-тортилью. Блюдо мексиканской кухни.

13

Стир-фрай (от stir – помешивать и fry – жарить) – техника быстрого обжаривания нарезанной пищи в раскаленном масле в глубоком сосуде; также – блюдо, приготовленное с помощью такой техники.

14

В англоговорящих странах Европу и Азию называют разными континентами.

15

Для тайского карри характерно использование именно свежих трав.

16

Яйцо по-шотландски – вареное яйцо, покрытое мясным фаршем и обжаренное в панировке.

17

Денатурация белков – потеря естественных свойств белков, например растворимости, под воздействием каких-то неблагоприятных факторов, например нагревания.

18

Топпинг (англ. top – верх) – дополнительное навершие блюда из другого продукта. Для несладких блюд топпингом могут быть измельченный сыр, густой соус, чесночная паста, оливки и т. д. Для сладких топпингов используются ягоды, фрукты, варенье, шоколад, взбитые сливки и т. д.

19

Ньокки – итальянские клецки из пшеничной муки или картофеля.

20

Каджунская кухня – кухня каджунов – франкоязычных канадцев, когда-то депортированных в Луизиану.

21

Глубокий Юг – регион на юге США, включающий Алабаму, Джорджию, Луизиану, Миссисипи, Южную Каролину. Иногда к нему причисляют и другие штаты.

22

Цыпленок тандури – блюдо пенджабского происхождения: запеченный цыпленок в маринаде с пряностями. Мясо приобретает характерный ярко-красный цвет.

23

Кускус – североафриканская крупа (ранее из проса, сейчас обычно из пшеницы, точнее, из манной крупы) и одноименное блюдо из нее.

24

Сублимационная сушка (лиофилизация) – способ сушки, когда продукты замораживаются, а затем помещаются в вакуумную камеру, где происходит возгонка всех растворителей в продуктах.

25

Датская сдоба – вид изделий из слоеного теста.

26

Asda, Tesco, M & S (Marks and Spencer), Sainsbury’s – британские сети супермаркетов.

27

Morrisons – одна из крупнейших сетей супермаркетов в Великобритании.

28

Эффект масштаба – изменение стоимости единицы продукции в зависимости от объема производства.

29

Викторианская эпоха – период правления королевы Виктории (1837–1901).

30

Rice Krispies – марка завтраков из хрустящих рисовых хлопьев.

31

Бешамель – один из распространенных базовых соусов.

32

HACCP: Hazard Analysis and Critical Control Point.

33

Чили кон карне (исп. chili con carne – чили с мясом) – блюдо мексиканской кухни. Основные компоненты – перец чили и мясо; часто в него добавляют фасоль, сладкий перец, помидоры, лук.

34

Джалфрези – бенгальское блюдо из мяса, рыбы или овощей с карри.

35

Корма – индийское блюдо из тушеного мяса и овощей с йогуртом или бульоном.

36

Балти – индийское и пакистанское блюдо: карри из ягнятины или козлятины.

37

Не стоит считать все добавки с индексом Е исчадиями ада. Наряду с консервантами свой номер получили полезные и жизненно необходимые для нас вещества, например витамин В2 (Е101), хлорофилл (Е140), бета-каротин (E160a), пектин (Е440), главный антиоксидант нашего организма альфа-токоферол, больше известный как витамин Е (Е307), и т. д.

38

Пищевая добавка E466 (натрий-карбоксиметилцеллюлоза) или E469 (гидролизованная карбоксиметилцеллюлоза). Используется как модификатор вязкости или загуститель.

39

Пищевая добавка E472e. Используется как эмульгатор в хлебопечении.

40

Названа по азиатскому растению Аморфофаллус коньяк и никакого отношения к алкогольному напитку не имеет.

41

Гидроколлоиды – полимеры, которые могут собирать гидрогели. Это полисахариды из природного сырья или произведенные искусственно. Используются как загустители и желатинизаторы.

42

Каррагинан получают из съедобных водорослей и используют в пищевой промышленности сотни лет. Это вегетарианский эквивалент желатина. Разрешен в ЕС и США, запрещен в ЕС в смесях для детского питания. Однако исследование Всемирной организации здравоохранения 2014 года пришло к заключению о возможном использовании каррагинана даже в смесях для детского питания.

43

Для получения модифицированного крахмала обычный крахмал обрабатывают ангидридами уксусной и адипиновой кислот. Добавка используется как загуститель, наполнитель и стабилизатор.

44

Желатин не только используется как желирующее вещество, но и сам по себе содержит многие незаменимые аминокислоты. Кроме того, уточним, что из свиной кожи получают менее половины мирового производства желатина: также используются шкуры крупного рогатого скота, а еще кости, жилы, хрящи.

45

Начос (nachos, от прозвища Начо изобретателя блюда мексиканского ресторатора Игнасио Гарсии) – блюдо мексиканской кухни: чипсы из кукурузы с различными добавками.

46

Нужно отметить, что любое самое привычное вещество можно назвать отражающим его состав и структуру строгим термином, который будет звучать как «химикат из научной лаборатории». Обычная питьевая сода – это гидрокарбонат натрия. Обычная лимонная кислота – это 2-гидроксипропан-1,2,3-трикарбоновая кислота. Обычный сахар (сахароза) – это α-D-глюкопиранозил-(1,2)-β-D-фруктофуранозид. Витамин А – это (2E,4E,6E,8E)-3,7-диметил-9-(2,6,6-триметилциклогекс-1-ен-1-ил) – нона-2,4,6,8-тетраен-1-ол. Существует классический пример мистификации, когда люди подавали голоса за запрет смертельно опасного вещества – дигидрогена монооксида, не понимая, что это обычная вода H_2O, названная в шутку сложным способом.

47

Слоуфуд, Слоу Фуд (Slow Food) – движение, противостоящее фастфуду, системе быстрого питания. Ратует за более здоровое питание, качественные продукты и жизнь без спешки в целом.

48

Сверхкритический флюид – состояние вещества, в котором нет разницы между жидкой и газообразной фазой. Используется в качестве растворителя.

49

Сафлор красильный – растение семейства астровых.

50

Популярная система здорового питания, требующая съедать пять порций овощей и фруктов в день.

51

Само по себе слово «фермент» не несет «недружелюбных» коннотаций: ферменты (они же энзимы) – это просто белки, которые меняют скорости реакций в живых системах. Например, фермент пепсин в нашем желудке помогает расщеплять белки в еде, фермент амилаза, помогающий расщеплять крахмал, содержится в слюне, а дрожжи вырабатывают фермент, превращающий сахар в спирт.

52

Цистеин вырабатывается в организме всех людей (включая вегетарианцев); эта аминокислота способствует пищеварению и полезна при различных заболеваниях. Она также входит в состав кератина – основного белка, из которого состоят наши кожа, ногти и волосы. Никакого вреда от нее нет (исключение составляют люди, больные цистинурией и сахарным диабетом).

53

Умами – вкус белковых веществ (пятый наряду со сладким, соленым, кислым и горьким). На нашем языке есть рецепторы, которые отвечают за этот вкус.

54

Глутаминовая кислота (используется также сокращение «глутамат») входит в состав белков всех живых организмов и является условно незаменимой аминокислотой.

55

Глутамат натрия – пищевая добавка E621, которая используется для «мясного» вкуса умами.

56

Plus ça change, plus c’est la même chose – фраза французского писателя и журналиста Жана-Батиста Альфонса Карра (1808–1890). Используется в значении «ничто не вечно под луной», «ничего не меняется».

57

Пищевая добавка E575. В природе содержится в изюме, меде и прочих продуктах, содержащих глюконовую кислоту. В промышленности получают химическим путем.

58

Маффин (muffin) – вид выпечки (сладкой или несладкой). Английские маффины делаются из дрожжевого теста, а для американских маффинов используется разрыхлитель.

59

Лондонская галерея Тейт приобрела у американского художника Карла Андре композицию Equivalent VIII из 120 одинаковых огнеупорных кирпичей, расположенных в виде штабеля 10 × 6 × 2.

60

Видимо, подразумевается растение скорцонера (скорцонер, козелец, черный корень, черная морковь). Козелец испанский выращивается как овощ; в пищу употребляются его черные корни.

61

Синергия (греч. συνεργία – сотрудничество, содействие) – усилительный эффект, когда совместное воздействие двух факторов превосходит простую сумму воздействий каждого из них.

62

Брецель – соленый или сладкий кренделек, популярный в Германии.

63

Скон – небольшая британская булочка из пшеницы, овсянки или ячменя.

64

Доска настроения – коллаж из изображений или текстов, выражающих ваше настроение и мироощущение.

65

Dean & DeLuca – сеть американских продуктовых магазинов.

66

The Great British Bake Off – британский телевизионный конкурс по выпечке среди любителей.

67

В оригинале Great British Fake-Off – каламбурное сближение с названием вышеуказанного турнира.

68

«Женский институт» – организация для женщин в Соединенном Королевстве, Канаде, Новой Зеландии.

69

«Плетеный человек» – согласно «Запискам о Галльской войне» Юлия Цезаря, это клетка из прутьев, в которой кельтские жрецы-друиды приносили в жертву людей. Автор подразумевает, что жиры в тот момент стали жертвой, на которую все набросились.

70

Название напитка – искаженное Iron Brew, «железное варево».

71

Игры Содружества – спортивные соревнования стран, входящих в Содружество наций (Великобритания и почти все ее бывшие колонии и протектораты).

72

Британская организация, помогающая сделать обоснованный выбор при покупке товаров и услуг.

73

Сахара́ – это вид углеводов. Организмы используют их в качестве источника энергии. Глюкоза (виноградный сахар) – органическое вещество с формулой C_6H_12O_6, которое содержится в соках плодов, в частности винограда. Фруктоза (фруктовый сахар), содержащаяся в меде и плодах, имеет ту же самую формулу C_6H_12O_6, но с другой схемой соединения атомов, поэтому обладает уже несколько другими свойствами (например, она намного слаще глюкозы). Оба эти вещества являются простейшими формами сахаров – моносахаридами. При взаимодействии двух моносахаридов получаются дисахариды с формулой, как правило, C_12H_22O_11. В частности, соединение двух молекул глюкозы дает мальтозу (солодовый сахар), а соединение молекул глюкозы и фруктозы – сахарозу (тростниковый сахар), которую мы держим на столах и называем просто сахаром.

74

На самом деле фруктоза имеет самый низкий гликемический индекс из натуральных сахаров, т. е. ее влияние на уровень глюкозы в крови очень невелико. Однако в то время как поступающая глюкоза обрабатывается всеми клетками организма, поступающая фруктоза усваивается в основном печенью, что создает большую нагрузку на этот орган и в перспективе может привести к нарушению обмена веществ.

75

В таком сиропе на фруктозу приходится больше половины состава, а на глюкозу – меньшая часть.

76

Те виды агавы, из которых делают сироп, произрастают в Мексике, а не в Южной Америке.

77

Спирты – органические вещества, содержащие гидроксильную группу – OH, например метиловый спирт CH_3OH, этиловый спирт CH_3CH_2OH. Если в веществе таких групп больше одной, спирт называется многоатомным. Например, глицерин C_3H_5(OH)3 с тремя группами – трехатомный спирт, ксилит – пятиатомный, сорбит – шестиатомный.

78

Декстроза – это еще одно название обычной глюкозы (виноградного сахара).

79

Насыщенные жиры – жиры, состоящие из насыщенных жирных кислот. Жирные кислоты – это карбоновые кислоты, молекула которых, как правило, представляет собой неразветвленную цепочку из атомов углерода (от 4 до 24 атомов), на одном конце которой находится карбоксигруппа – COOH, а второй конец именуется метиловым (конечная группа – CH_3). У насыщенных кислот все связи между атомами углерода в этой цепочке одинарные (например, пальмитиновая кислота, входящая в состав большинства животных жиров и растительных масел). У ненасыщенных кислот есть двойные (а иногда тройные) связи между атомами. Если такая связь одна, то это мононенасыщенная кислота (например, олеиновая, содержащаяся в животных и растительных жирах), а если их несколько – полиненасыщенная кислота (например, сорбиновая, найденная в рябиновом соке). Если присоединить к ненасыщенной кислоте атомы водорода, то двойные и тройные связи превратятся в одинарные и вещество станет насыщенным (такой процесс называется гидрогенизацией жиров).

80

Гхи – топленое масло в Южной Азии.

81

Например, по данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, в 2002 году средний француз по сравнению со средним американцем потреблял в полтора раза больше животных жиров, вчетверо больше масла, в полтора раза больше сыра и т. д. Но при этом во Франции уровень смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у мужчин в возрасте 35–74 лет составлял в 1999 году 83 на 100 тысяч, а в США – 115 на 100 тысяч.

82

Многие вещества могут при одном и том же химическом составе иметь различную пространственную структуру (такие варианты называются изомерами). Трансжиры – это транс-изомеры жирных кислот. В небольшом количестве они есть и в натуральных продуктах, но в больших количествах появляются при гидрогенизации (как побочный продукт реакции).

83

Хашбраун – американское блюдо из измельченного или тертого картофеля, обжаренного в виде оладий или котлет.

84

Бхаджи – индийское блюдо из жареного теста с начинкой (перец, лук, пряности).

85

Полное название – омега-9-ненасыщенные жирные кислоты (или ω-9-ненасыщенные жирные кислоты). К этой группе относятся олеиновая, мидовая, элаидиновая и другие кислоты. В их молекуле обязательно имеется двойная связь после девятого атома углерода, если считать от метилового конца (отсюда «омега», поскольку омега (ω) – последняя буква греческого алфавита). Можно сказать, что двойная связь находится в позиции «омега минус девять». Аналогично, омега-3-полиненасыщенные жирные кислоты имеют двойную связь после третьего атома углерода, а пресловутые омега-6-полиненасыщенные жирные кислоты имеют двойную связь после шестого атома углерода.

86

Асаи – бразильское растение семейства пальмовых. В начале XXI века плоды асаи стали рекламироваться как крайне полезная пища, хотя никаких подтверждений этому нет.

87

Прекурсор (лат. praecursor – предшественник) – вещество, которое участвует в реакции, приводящей к появлению итогового вещества.

88

Она же малина черная, или малина западная (Rubus occidentalis).

89

Хамон серрано (исп. jamón serrano – горный хамон) – одна из основных разновидностей хамона. Получают из белых свиней.

90

Стейк рибай получается из отруба говядины с 6-го по 12-е ребро говяжьей туши.

91

Ямайский джерк – ямайская приправа со жгучим красным перцем, ямайским перцем и тимьяном.

92

Тартифлет (фр. tartiflette) – картофельная запеканка с беконом и луком.

93

Реблошон (фр. reblochon) – французский мягкий сыр из Савойи.

94

Крем-фреш (фр. crème fraîche – свежие сливки) – французский молочный продукт.

95

Crazy caprese – салат из помидоров, моцареллы, базилика и оливкового масла.

96

Ранее автор говорит о том, что бензальдегид дает запах миндаля. Миндаль, косточки вишни, абрикосов или яблок содержат гликозид амигдалин. При разложении этого гликозида и появляется бензальдегид.

97

Макронутриенты (от греч. μάκρος – большой и лат. nutritio – питание) – это белки, жиры, углеводы. Суточная потребность в макронутриентах – десятки граммов. При окислении макронутриенты дают энергию, а белки и жиры также предоставляют строительные материалы для организма (аминокислоты и жирные кислоты). Микронутриенты (от греч. μικρός – малый и лат. nutritio – питание) – это витамины, минеральные вещества, а также микроэлементы (химические элементы, которые нужны организму в малых количествах, например магний, медь, кобальт, марганец). Суточная потребность в микронутриентах – доли грамма (миллиграммы и микрограммы). Эти вещества не являются источниками энергии, а регулируют функции организма.

98

От греч. λίπος – жир и φιλία – любовь.

99

Лемонграссовое масло – эфирное масло, получаемое из лимонного сорго – злакового растения с цитрусовым ароматом. Цитраль составляет более 70 % этого масла.

100

Черемуха поздняя, или американская вишня (Prúnus serótina) – североамериканское дерево рода слива.

101

Почти весь глутамат натрия производится ферментацией белка с помощью бактерий (подобно йогурту или уксусу), так что является натуральным веществом.

102

Тарт Татен (фр. Tarte Tatin) – французский фруктовый пирог, для которого плоды (обычно яблоки) предварительно карамелизируются в сахаре и масле.

103

В работе саутгемптонских ученых было сказано лишь: «Возможна связь между употреблением этих искусственных красителей и консервантом бензоатом натрия и повышенной гиперактивностью» у детей. При этом заключения о гиперактивности делались на основании опросов родителей и учителей и мнения психологов. В 2009 году Европейское агентство по безопасности продуктов питания пересмотрело сведения и указало, что «имеющиеся научные данные не подтверждают какой-либо связи между красителями и влиянием на поведение». В настоящее время считается, что никакой связи между красителями и гиперактивностью детей не установлено. Есть предположение, что какие-то пищевые красители могут подействовать как спусковой крючок для генетически предрасположенных к этому заболеванию людей, но доказательная база для этого утверждения на данный момент слабая.

104

Инвертный сахар – смесь фруктозы и глюкозы.

105

Международное агентство по изучению рака относит это вещество к группе 2B («возможно, канцерогенное для человека») в случае вдыхания наночастиц. Однако добавка E171 не имеет никакого отношения к наночастицам (она измельчается не так сильно), и ее не вдыхают, а едят. При этом диоксид титана не задерживается в нашем кишечнике (всасывается менее 0,1 % вещества). Эта информация отражена в документе 2016 года Европейского агентства по безопасности продуктов питания, в котором пересматривался вопрос безопасности этого соединения (https://efsa.onlinelibrary.wiley.com/doi/pdf/10.2903/j.efsa.2016.4545). В США диоксид титана разрешается использовать даже в медицинских препаратах (https://www.fda.gov/industry/color-additive-inventories/summary-color-additives-use-united-states-foods-drugs-cosmetics-and-medical-devices).

106

Перегонка (дистилляция) – испарение жидкости с последующей конденсацией паров после охлаждения.

107

Ректификация – разделение жидкости на компоненты путем испарения и конденсации паров.

108

Абсорбция – поглощение вещества из газа всем объемом поглощающего вещества (абсорбента). Адсорбция – поглощение вещества только поверхностным слоем поглощающего вещества (адсорбента).

109

Осмос – проникновение вещества через мембрану, разделяющую два раствора различной концентрации. Играет важную роль в биологических процессах.

110

Необходимость использования сложных химических соединений для извлечения тех или иных веществ из растений определяется свойствами этих веществ. Если нужное вещество нерастворимо в воде, а растворимо, скажем, в спиртах или эфирах, то применение спиртов (метанола, этанола или пропан-2-ола из вышеприведенного списка) или эфиров (этилацетата) неизбежно. Также следует отметить, что растворение – это не химический процесс, даже если речь идет о растворении в спирте.

111

Farrow & Ball – британская компания, выпускающая бытовые краски.

112

Лютеин – желтый пигмент, содержащийся в растениях и яичном желтке.

113

Dulux – британский бренд, под которым выпускаются строительные краски.

114

«Томас и его друзья» – британский мультипликационный сериал о паровозиках.

115

Макарун – бисквитное печенье, чаще всего из миндаля.

116

Pantone – компания, разработавшая стандартную схему цифровой идентификации цветов.

117

Отсылка к английской пословице «Нельзя сделать шелковый кошелек из свиного уха».

118

Показатель pH – мера кислотности раствора. У чистой воды показатель pH равен 7. Если pH < 7, то раствор кислотный, если pH > 7 – основной.

119

Сюпрем (фр. supremes) – классический французский соус из мясного бульона, шампиньонов и сливок, а также блюдо, подаваемое с таким соусом.

120

Хотя определение тяжелых металлов можно давать разными способами, один из самых легких в природе металлов – алюминий – к ним не относится.

121

Абсолютно любое вещество является ядом, вопрос только в дозе. Например, в нашем организме есть и указанный алюминий, и печально известный мышьяк, который участвует в некоторых биохимических процессах.

122

В английском языке ироничное выражение «жидкий ланч» (liquid lunch) означает употребление на ланч алкоголя без еды или с минимумом еды.

123

Арроурут – крахмал из корневищ некоторых тропических растений, в частности арроурута настоящего (маранта тростниковидная).

124

Кассава (маниок съедобный) – клубнеплодное тропическое растение.

125

В оригинале использованы созвучные слова delight (восторг), delicious (вкусный), light (легкий) и lite (легкий в смысле «с уменьшенным содержанием чего-либо»).

126

От англ. delete – удалять.

127

Флан – испанский десерт: пудинг из яично-молочной смеси с карамелью.

128

Греческий йогурт (фильтрованный йогурт, йогуртовый сыр) – йогурт, профильтрованный для удаления сыворотки; получается нечто среднее по консистенции между йогуртом и сыром.

129

Дегуммирование (от лат. de– – отмена и gummi – камедь, клей) – удаление из вещества клейких веществ.

130

Здесь снова нужно напомнить о дозах. Та же самая соляная кислота (одна из самых сильных кислот в природе) – важнейший компонент желудочного сока у всех людей: помогает разлагать белки, борется с микробами, создает кислую среду, нужную для работы ферментов желудочного сока. При недостаточной кислотности желудочного сока соляную кислоту прописывают в качестве препарата (разумеется, при этом она сильно разведена).

131

Гем – небелковая часть гемоглобина и прочих сложных белков крови.

132

Escherichia coli – это кишечная палочка. Ее штаммы – часть нормальной кишечной флоры у человека и животных. Но существуют и вредные штаммы.

133

Гидролиз (от др. – греч. ὕδωρ – вода и λύσις – разложение) – разложение вещества с помощью воды с образованием новых соединений.

134

Generally Regarded as Safe (GRAS) – статус, который присваивает продуктам Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США.

135

Аллергия на ферменты – это отнюдь не самая большая проблема пекарей. Куда большее влияние на органы дыхания и глаза оказывает постоянная работа с мукой и специями. Пыль пшеничной муки – аллерген (k301), а с нею пекари сталкиваются в неизмеримо больших количествах.

136

Эпитоп – часть молекулы антигена, которую распознает иммунная система.

137

Отсылка к английской пословице «Фальшивая монета всегда возвращается», которая примерно соответствует нашей «Не рой другому яму, сам в нее попадешь» или «Не плюй в колодец – пригодится воды напиться».

138

Вок – азиатская глубокая сковорода для жарки с дном малого диаметра.

139

Дип (англ. dip – окунать, погружаться) – соус для обмакивания продуктов (кусочков овощей, фруктов, мяса и т. д.).

140

Буква в Е-индексе означает слово «Европа», точнее, то, что указанная добавка была одобрена регулирующими органами для использования в Европе. Такие добавки могут быть и натуральными.

141

Вопреки утверждениям автора, указанные результаты в отношении бензоата натрия были сочтены несостоятельными, и Агентство пищевых стандартов Великобритании рекомендовало продолжить исследования. Оно пришло к заключению, что даже если такая связь с повышением гиперактивности и существует, то ответственность скорее должна лежать на красителях, а не на бензоате натрия.

142

В дополнение нужно отметить, что содержание нитратов в овощах и обработанном мясе намного выше, чем содержание нитритов (в десятки и сотни раз). См., например, данные журнала American Journal Clinical Nutrition (Volume 90, Issue 1, июль 2009 г.; https://academic.oup.com/ajcn/article/90/1/1/4596750).

143

Кале – разновидность листовой капусты.

144

На этот вопрос можно посмотреть с другой стороны: когда едите синтетический витамин С, вы гарантированно получаете только молекулы витамина. Когда едите натуральные овощи или фрукты, у вас нет никаких гарантий, что вместе с витаминами в организм не попадут пестициды, нитраты, тяжелые металлы и т. д.

145

Например, из-за того, что при синтезе получаются различные стереоизомеры альфа-токоферола (и не все из них распознаются транспортирующим белком), его биологическая активность примерно в полтора раза ниже, чем у натурального альфа-токоферола (соответственно 1 и 1,49 международной единицы для 1 мг).

146

Фалафель – обжаренные во фритюре шарики из измельченных бобов или нута.

147

Независимая британская благотворительная организация, занимающаяся общественным здоровьем.

148

Автор не упоминает о том, что в состав этой модифицированной атмосферы входят в основном как раз газы из воздуха: кислород, азот и углекислый газ в различных пропорциях. Например, для сохранения красного цвета мяса используется смесь с повышенным содержанием кислорода (до 80 %). А вот для сыров кислород исключен, там применяются смеси азота и углекислого газа.

149

Типичный состав атмосферы для хлеба – примерно четверть азота и три четверти углекислого газа.

150

Бейгл – выпечка в виде бублика из теста с начинкой.

151

В отношении двух последних веществ автор ошибается. Низин получают с помощью бактерии Lactococcus lactis на таких субстратах, как молоко и декстроза, а химически он не синтезируется. Молочную кислоту в настоящее время тоже получают в основном ферментацией (около 80 %), а не синтетически.

152

Американское название маленьких кексов, запеченных в бумаге или фольге.

153

Фунтовый кекс – традиционный кекс, где все компоненты (мука, масло, яйца и сахар) берутся в количестве 1 фунта (около 450 граммов).

154

Лизоцим – антибактериальный агент, разрушающий клеточные стенки бактерий.

155

Плевроцидин – антимикробный пептид.

156

Сальса – традиционный мексиканский соус из помидоров с пряностями.

157

Энчилада (исп. enchilada – приправленное соусом чили) – блюдо мексиканской кухни: блинчик из кукурузной муки с завернутой в него начинкой.

158

Сходные результаты показали исследования Датского технологического института: на деревянных досках бактерии выживали значительно хуже, чем на пластиковых.

159

Вероятно, обладая нынешними знаниями, Парацельс только уверился бы в справедливости своей фразы. Да, Парацельс не разогревал еду в микроволновке, но он постоянно дышал, а в атмосферном воздухе примерно 0,04 % углекислого газа CO_2. Этот газ в больших количествах приводит к смерти от удушья, но мы (как и Парацельс) из-за небольшого процентного содержания выживаем и даже не замечаем его присутствия (более того, углекислый газ играет колоссальную роль в нашем организме). Угарный газ CO чрезвычайно токсичен, но его молекулы вырабатываются даже клетками нашего тела и у него в организме есть своя роль. Точно так же в нашем теле есть важный мышьяк, который столетиями считался королем ядов. Йод нужен для работы щитовидной железы, но может привести к анафилактическому шоку при внутривенном введении. То же самое можно сказать о меди, фторе, железе и множестве других веществ: они нам нужны, но их избыток вреден. Примеры можно продолжать до бесконечности. Ядовитейший стрихнин применяют как лекарство. С помощью ботулотоксина улучшают внешность. Можно умереть от избытка витамина А, съев 300 граммов свежей печени белого медведя, где этот витамин накапливается в неимоверных количествах. Отравиться можно даже чистой водой, выпив ее слишком много.

160

Не отрицая современного уровня загрязнения, нужно отметить, что представление о низком количестве вредных веществ в те времена – миф. Да, люди не могли дышать выхлопами машин, но должны были отапливать дома дровами, а в состав обычного дыма входят оксиды серы, оксиды азота, метан, альдегиды, фенолы и огромное количество других соединений (позднее вместе с газовым освещением в городах появились новые продукты сгорания). Свинцовые водопроводы травили людей. По уровню загрязненности воздуха испарениями нечистот средневековые города без канализации неизмеримо превосходят наше время (даже просто пройти по улицам было почти невозможно из-за сплошных помоев и содержимого ночных горшков, которое выбрасывали просто на мостовые). Крупные города нестерпимо воняли. Известен факт, что в XVII веке при строительстве Версаля не было спроектировано ни одного туалета и придворные справляли нужду в углах и за шторами.

161

Трудовой договор с нулевым рабочим временем (нулевой договор) – это трудовой договор, по которому работодатель не гарантирует работнику занятость, а оплачивает только фактически отработанное время. Достаточно распространен в Великобритании.

162

Маршмэллоу – кондитерское изделие из сахара, воды и желатина, похожее на пастилу. От зефира отличается отсутствием фруктово-ягодного пюре в составе и формой.

163

Рейксмюсеум, Рейксмузеум (Rijksmuseum) – крупный художественный музей в Амстердаме.

164

Камка (дамаст, дама, камчатка) – вид шелковой ткани с рисунком, образованным переплетением нитей. Камчатный (камчатый) – сделанный из такой ткани или имеющий сходный рисунок.

Content

Джоанна Блайтмэн
По косточкам. Разделываем пищевую индустрию на части

Введение

Часть I Как работает система фабричной еды

Глава 1 Почему все имеет одинаковый вкус

Глава 2 В производственном цехе

Глава 3 «Чистая» этикетка

Глава 4 На рынке производителей продуктов

Глава 5 Свежесть на витрине

Часть 2 Особенности обработанной пищи

Глава 6 Сладкое

Глава 7 Жирное

Глава 8 Ароматизированное

Глава 9 Окрашенное

Глава 10 Водянистое

Глава 11 Крахмалистое

Глава 12 Хитрое

Глава 13 Старое

Глава 14 Упакованное

Послесловие

Примечания

Благодарности

Примечания