Алинда Ивлева

Верь. Живи. Люби

Успеть любить

Родители на свадьбу подарили трехкомнатную просторную квартиру, в центре города. Это был ожидаемый подарок! Дядья скинулись на машину, правда, Опель, но приятно! Родственники из Екатеринбурга обстановку забабахали. Можно не забивать голову бытовыми мелочами по прилету со свадебного путешествия. Сначала думали отменить Багамы, перемена климата вредна для Леночки, которая на шестом месяце беременности передвигалась уже как утка– кряква. Вадик мечтал о ребенке, казалось, медицинским обследованиям в различных клиниках не будет конца. Слезы жены, обиды на несправедливость судьбы после бездушного приговора врачей– бесплодие жены. Но Леночка не сдавалась. Ездила на Байкал к какому– то чудотворцу, в церкви, где крестили Вадика, ни одну службу не пропускала. Работу бросила, всю себя посвятила отмене рокового диагноза. Институт им. Отто и все профессора акушерства и гинекологии не сомневались– детей у нее не будет из– за аномалии, к сожалению, врожденной. Леночка, девушка упертая– верила в чудо! После очередной поездки в Тихвинский монастырь к Чудотворной Иконе Тихвинской Божьей Матери, старец– монах посоветовал сходить к святому источнику, желание, мол, твое праведное, я молиться буду. Боженька услышит, иди дочь моя, и верь. В вере– твоя сила! И Бог услышал, через два месяца врачи, разводя руками в недоумении, подтвердили беременность. Счастью Вадика не было предела, у него было все, о чем можно только мечтать молодому человеку его возраста: дом, стабильный бизнес, красивая молодая жена.

Родители Вадика никогда ничего не жалели для единственного сына, благо, средства позволяли. Отец его имел частную нотариальную контору, практиковал одно время адвокатом, оказывал юридические услуги в частном порядке. В городе знали Юрия Петровича, влиятельные люди и нужные связи сами находили его. Вадик рос как у бога за пазухой. Домик в курортном районе города Сестрорецка на берегу залива в четыре этажа, с видеонаблюдением и кирпичным, высоченным забором. Мать Вадика картошку на участке в двадцать соток не сажала, она, заметьте, там вообще бывала редко. У нее туристическая фирма, весьма известная. Благодаря связям мужа, Юрия Петровича, всегда были постоянные клиенты. Она составляла все новые и новые индивидуальные туры, исколесив пол– Африки, Индонезию, Европу, гоняя на лыжах то на одном горном склоне, то на другом. Родители Вадика редко виделись, не надоедали друг другу, так как материальных проблем в их семье не было, то и претензий к образу жизни друг друга не имелось. Няньки своевременно кормили Вадика, гуляли с ним, ездили на моря, учили в школе жизни с их представлениями о ней. А Вадик, будучи воспитанным и усидчивым ребенком, с детства впитывал все, что видел и слышал, как губка. А слышал чаще он разговоры на дачной пристройке охранников и няни, и их рассказы о личной жизни его родителей.

Про любовницу Юрия Петровича, которой он подарил новый Лексус, про нового ухажера Галины Вениаминовны, матери Вадика, который был управляющим «Московского Проминтербанка», а связей, возможностей у управляющего было гораздо больше, чем у ее муженька. Да и внешность любовника была более привлекательна, подарки чаще, а романтики хоть отбавляй! Москва– Питер– Бали– Москва– Гоа– Питер– Мальдивы. Все на благо семьи– так оправдывала свой образ жизни Галина Вениаминовна, по словам домашних работников. Главное– вовремя сделанные прививки от тропических заболеваний!

Поэтому, когда Вадику было лет десять, он твердо решил, что жить так, как его родители, внешне прилично и достойно, но без любви и уважения друг к другу– он не будет. Счастливую семью мальчишка в своем воображении представлял как у одноклассницы Соньки. Ее отец работал как проклятый водителем на Камазе, почти без выходных. Мать ее– врач в детской поликлинике с зарплатой раз в пять меньше гувернантки Вадика. Но Сонькины родители были дружной счастливой семьей. В летние выходные они обязательно отправлялись с большими рюкзаками, железными котелками, палатками и самодельным мангалом на природу. То они сплавлялись по Вуоксе, то участвовали в ралли по Старой Ладоге на их старом Уазике, то на велопробег по золотому кольцу. Вадик завидовал Соньке. Ее родители паренька любили, и он частенько засиживался у них до вечера и грезил, будто живет в их веселой и маленькой однушке. Спит в обнимку с их черно– белым котом Сенькой, и от этих мечтаний паренек становился чуть счастливее. В результате первая любовь между Вадиком и Сонькой была неизбежна! О чем родителям Вадика незамедлительно доложила классная руководительница, вызвав отца в школу на приватную беседу. Разгневанный Юрий Петрович с пеной у рта грозился прекратить финансирование школьных проектов, Директриса с натянутой улыбкой и завязанными в пучок волосами так, что глаза в очках с роговой оправой, казались еще более выпученными, стояла, потупив взор в паркет, будто она нашкодила на перемене. Отец Вадика человек деловой, быстро взял себя в руки, поблагодарил директора за своевременный сигнал и тожественно вручил внеочередную премию на содержание и нужды школы. Негласное поручение– своевременно докладывать обо всех передвижениях сына, его интересах, друзьях, которых так и не было, директор и «классная» выполняли неукоснительно. Учебой Вадика занимались специально обученные люди. Школьный аттестат он получит в любом случае. В школу Вадик был направлен для общения со сверстниками, чтоб ребенок наблюдал за одноклассниками, словно за зверюшками в зоопарке, и знал на будущее– как жить не следует! Но такая неординарная политика отца по воспитанию единственного сына возымела обратное действие! Мальчик все больше хотел жить не так, как живет он сам…

Затаилась в Вадике обида на родителей, как пума перед прыжком на жертву, а дух бунтарский быстро успокоили дальновидные предки. Парня в воспитательных целях перевели в школу, откуда прямая дорога в ФИНЭК, с усиленным изучением иностранного языка и прочих, необходимых для будущего финансиста, наук. Вадик подчинился и, молча, грыз гранит околовсяческих наук до окончания ФИНЭКа, аспирантуры, защитив кандидатскую диссертацию, радуя своих предков предсказуемостью поступков и послушанием. Но никто не отменял его величество «случай».

Вадик встретил ее…. Елену. Работала она официанточкой в кафешке с загадочным, будоражащим сознание, манящим названием « Лунный свет». Маленькая, хрупкая блондиночка с горящими голубыми глазами одарила застенчивой улыбкой затюканного Вадика и он влюбился. С первого взгляда… Робости его не было предела. Прощай Калуга, я больше туда не вернусь– здравствуй Питер!– ликовала девушка из захолустной забегаловки. Ей 20, ему 32. Через год с лишним они заговорили о свадьбе. Хотя Вадик готов был жениться сразу же после первой ночи в объятиях богини красоты калужского задела, которую Леночка спланировала. Жених попался в ее умело расставленные сети. Единственное, что было камнем преткновения в идеальном плане побега из нищеты– его родители. По рассказам Вадима, завоевать их расположение будет непросто. Кто она? Дочь пресс– атташе или директора Никелевого завода? Конечно, Леночка умолчала о гражданском браке с калужским пареньком, которого посадили за то, что на трассе сбил человека, будучи мертвецки пьяным за рулем своей шестерки. Очнувшись после аварии в больнице, призрачный гонщик ничего не помнил. Леночка выкинула его из мыслей и из жизни с такой скоростью, что позавидовал бы инженер реактивного самолета. А будучи уже беременной, решила все забыть как страшную сказку. Ребенок ей не нужен, «передачки» носить не входило в ее планы на зону. Лет семь в одиночестве смотреть в окошко на улицы Калуги она не планировала. Лена сделала аборт на отложенные бабушкой «гробовые» деньги. Прерывание беременности прошло неудачно, по словам пробубнившего молодого врача– акушера после операции, и вряд ли она сможет иметь детей. Но тогда этот вопрос ее не волновал! Подруга давно звала в Питер. Работа есть всегда для тех, кто ее ищет, кавалеров– прходу не дают! Устроишься… и,– Леночка в Питере, в центре города. Пусть и проживает с давней подругой– землячкой в одной комнате на Петроградке, в коммуналке из одиннадцати комнат. Но пугает Леночку то, что зацепить кого– то стоящего это не на рыбалку сходить, красоты недостаточно! Мужики пошли– любители халявки, вином напоили, и в кроватку. На сапоги трех раскручивала! А тут такой подарок судьбы! Богатый и безвольный тюфяк, в одном флаконе. Возможность дается один раз, и девушка сделала все , даже невозможное, чтоб воспользоваться шансом.

На момент этого судьбоносного знакомства мать Вадима, Галина Вениаминовна, совсем уже не появлялась дома. Скорая помощь приезжала к одинокому стареющему отцу через день, тот стал выпивать, а сердце захотело напомнить ему о своем присутствии, стало жутко шалить. Влияния на сына он уже не имел, переживал молча. Мама взяла судьбу сына в свои надежные руки, предложила денег «деревенщине», приличную сумму, но Леночка гордо отказалась. И как профессиональная актриса сыграла главную роль: демонстративно собрала свои пожитки, не взяв ни одного из многочисленных подарков Вадика, отбыла первым же поездом в Калугу к бабушке. Она заранее рассчитала дальнейший ход событий. Умудренная опытом сиротского детства, девица сразу раскусила, что имеет большое влияние на Вадика. Леночка никогда не давила на него, как его мать, а подводила все к тому, чтобы Вадику казалось, будто он сам делает выбор и принимает решение.Через месяц он приехал за ней, нашел, сделал предложение, сообщил торжественно, что снял квартиру и замутил с приятелем по институту агентство по аренде недвижимости, купил в кредит машину импортного производства и полностью отделился от родителей морально и материально! Мама в срочном порядке попала в реанимацию. Она отправила сыну из кареты скорой помощи множество посланий на телефон с мольбой поберечь ее здоровье и бросить мерзавку. Как выяснил Вадик в последствие, родительница тогда благополучно отбыла на очередную пластическую операцию. Этих ее манипуляций он больше вынести не смог! И поставил точку. Леночка станет его женой, не смотря ни на что!

После всех этих, неожиданных для самого себя, геройских и самостоятельных поступков, Вадик почувствовал себя мужиком. И с серьезным настроением предстал пред Леночкиным взором с огромным букетом красных роз! Елена Прекрасная поломалась для органичности «образа», чуть– чуть построила из себя Елену– «Несмеяну», продолжая складывать обратно в чемодан свои пожитки. Вадик был счастлив! Он любил ее игривый бархатный голос с хрипотцой, взгляд, манящий в вечную негу, обожал ее тонкие запястья, и жизни не представлял без ее пшеничных волос, разбросанных по подушке утром! По приезду в Питер, разгрузив вещи, отдохнули с дороги. Вечером в той самой кафешке, где Леночка разносила разливное пиво и сухарики на подносе еще совсем недавно, он сделал своей любимой предложение выйти замуж. И прилюдно надел на пальчик любимой шикарное кольцо. Бриллиантик был скромный, в два карата. Но начало, по мнению новоиспеченной невесты, было положено. Она, конечно, согласилась! « Лунный свет» гулял и искренне радовался за калужскую простую девчонку. Судьба благоволила ей… Ночью в приватной обстановке в их съемной квартире на Гражданке она печальным голосом заверила его, что узнала, совсем недавно, обратившись к гинекологу по причине постоянных болей в низу живота, что детей у нее не будет никогда. Якобы, причиной тому врожденная аномалия расположения матки и невозможности вынашивания плода, скрыв истинные причины. Влюбленный жених заверил, что он будет любить ее любой, но первая ложка дегтя упала в медовую бочку любви. Калужским светилам мужчина не доверял, поднял все папины и мамины связи, отправил незамедлительно невесту в Институт Отто на обследование. Папа с мамой к этому времени уже смирились с присутствием в их жизни, как они думали временно, калужской невестки. Мама не сомневалась, что сын прозреет и поймет, что лимитчица– ему не пара! Но сын был «слеп»! В Отто Леночку приговорили к женскому бесплодию. Она не отчаливалась и верила. Чудеса все– таки бывают! Наука посторонилась, и Леночка провела на сохранении четыре месяца беременности. Врачи плясали возле нее польку и водевиль. Боялись дышать на пациентку и приписывали себе удачи правильно назначенного лечения, отрицая чудо нетрадиционной медицины и веру в божественное проведение.

Так или иначе, но свадьба Вадика и Леночки Прошкиных состоялась! Одни из многочисленных родственников Вадика подарили молодоженам тур на двоих на Багамские острова. Любящий и заботливый муж хотел отменить поездку, но Леночка сказала, что все что угодно, но только не это! Летим! Сентябрь, там не жарко, море теплое, ребенку ничего не угрожает, врачи снабдили нужными рекомендациями и лекарствами. Их ожидали шесть дней райского наслаждения, ласковый морской прибрежный ветерок с солоноватым привкусом на губах в комфортабельном бунгало люкс 5 звезд, все включено. Ресторанов с разнообразной кухней не так много, как туристов со всех концов мира. Радовала глаза природа буйная, экзотическая, пестрящая ярко– зеленой растительностью, в гуще которой порхали пичужки всех цветов радуги. У Леночки дух захватывало от ощущения, что она Золушка из сказки, попавшая из лачуги, где перебирала фасоль, на королевский бал. Муж носит на руках и исполняет ее желания, ей стало казаться, что она тоже любит этого человека, такого надежного и бескорыстного! Если долго мучиться, что– нибудь получится! И у нее получилось…

***

Утром Вадик с упоением играл в большой теннис с новым знакомым, врачом из Москвы. Он был заведующим какого– то отделения одной из ведущих клиник Москвы, стажировался в Израиле, поработал в Германии. Опыт у Славика был обширный в своей области и разносторонними интересами был он не обделен. Вадику и Славику было комфортно и интересно общаться, с первого дня знакомства они нашли общий язык. Жена Славика– Лиля, простая девушка, без налета гламурщины и светских замашек, родом из Тверской области, не так далеко от родных мест Лены Прошкиной. Женщинам тоже было о чем поговорить в отсутствие их благоверных. В одно такое безмятежное Багамское утро, как всегда теплое, когда Вадик и Славик разминали мышцы на корте, и поражали друг друга пасами и подачами, Лиля как обычно зашла к Леночке в номер. Постучала. Тишина. Дверь была приоткрыта. Лиля тихонечко окликнула ее, чтоб не испугать. Беременным нельзя пугаться. Но никто не отозвался. Лиля заволновалась, прошла в гостиную, в спальню– никого, вещи все на месте.

В ванной комнате, догадалась она.– Лена, Леночка, ты здесь?– тишина, дверь закрыта. Лиля схватила трубку стационарного телефона и позвонила на рецепшен. Прибежала дежурная по этажу и администратор. Посовещавшись с администрацией отеля и службой безопасности, решили использовать запасной электронный ключ. Пара ловких движений и через пять минут дверь в ванную вскрыта. Вошедшие люди были ошеломлены от увиденной картины. Леночка лежала на голубого цвета кафельном полу, цвета Багамского неба, почти полностью залитым алой кровью. Бледное как у покойника лицо, глаза ввалились, руки двигаются как в припадке, губы дрожат. Лена впала в полубессознательное состояние. Дежурная попыталась поднять ее, но, увидев большой живот девушки, не рискнула. Лиля опомнилась, принялась лихорадочно набирать номер мужа трясущимися пальцами. Славик прибежал быстрее вызванной ранее бригады врачей из ближайшей больницы, со статусом дорогой клиники и профессионализмом врачей на уровне ветеринарного дела. Он распорядился перенести больную на носилках в медицинский кабинет при отеле. Кабинет был оснащен по « высшему разряду»– кушеткой, столом, стулом и набором ватных тампонов, пластырей и нашатырного спирта с аспирином и градусником в аптечке. Надо спасать человека всеми возможными способами, думал Славик. При осмотре он сразу установил, что кровотечение внутриматочное, сердце ребенка уже не прослушивается, матка в тонусе и сильный жар. Измерив температуру и , взглянув на него, сначала подумал , что от жары у него помутнел рассудок. На дисплее заморгали электронные цифры– 41t. Дело плохо! Надо срочно сбить температуру и взять элементарные анализы, чтобы исключить какие– нибудь, возможно, тропические заболевания. Промедление смерти подобно! Вадик плачет, ревет как белуга… Он не помощник. Запросили медицинский транспорт, два часа ехать до более или менее оснащенной больницы. Славик всю организацию транспортировки взял на себя. Английским языком он владел свободно. Но для остановки кровотечения надо срочно вводить лекарства, останавливающие схватки и понижающие мышечный тонус. Славик понимал– ребенка женщина потеряет, надо спасать Леночку. В больнице под наркозом срочно сделали кесарево сечение, ребенок не дышал, сразу же ввели больной сильный антибиотик, предотвращающий эндометриоз и немного сбивающий лихорадку. Были взяты всевозможные для местной лаборатории анализы. Под большим вопросом поставили сенную лихорадку (малярию), потом в крови были обнаружены палочки Эпштейн Бара, в простречье– инфекционный мононуклеоз. Лечиться долго и сложно. Но у девушки молодой организм. Три дня ее продержали в состоянии искусственной комы, иначе в стрессовой ситуации от шока, узнав о потере ребенка, лечение и выздоровление будет осложнено.

Вадик дежурил у дверей реанимационной палаты. Леночка еще ничего не знала о случившемся. Через три дня ее вывели из коматозного состояния, и она узнала все! Горю ее не было предела! За что? Она не хотела жить. Но пока у Лены не было сил даже думать. Она уснула, провалилась в тяжелый, медикаментозный сон. Месяц длилось лечение, Славик оказал неоценимую помощь и поддержку, в том числе и материальную. Когда выписали Леночку из больницы, у всех уже были на руках билеты на самолет до Москвы, предыдущие пришлось сдать. Славик предложил Лену подлечить в его клинике– Вадик безвольно согласился. Лену посадили на антидеперессанты, психотерапевты не выходили из ее палаты. Вадик тоже нуждался в сочувствии. Он был не в состоянии заботиться о ком– то в режиме нон– стоп и поехал к маме, в Питер. Мама тут же усугубила ситуацию:

– Я же говорила, ничего хорошего из этого брака не выйдет! И тут же подсунула, а точнее подложила, Иришку, дочь своей подруги, умницу и Петербурженку коренную, под часто выпивающего последнее время сына…

У Ирины и Вадика закрутился ничего не значащий для него роман, как он думал. Да, не тут– то было! Мама думала по– другому, и оказалась права. В Москву Вадик ездить перестал, Лена говорить с ним не хочет, у нее вечные депрессии и истерики. Она только и твердила, что не хочет жить. А Ирина– сама любовь и беспрестанная забота. Квартира сияет до блеска, прибрана и уютна, в воскресенье стол ломится от пирожков со всевозможными начинками, в пятницу– а в пятницу Вадику можно было делать все, на что хватит фантазии. Если б он притащил шлюху и положил в кровать, третьей лишней девица бы не была. Ей бы предложили плюшек и чаю. Любовь здесь больше не жила! Вадик хотел бы вернуться в прошлое, вернуть жизнерадостную Леночку в белые ночи с разводными мостами.

***

Прошел год. Год он не видел ЕЕ. А тут еще Вера, подруга Лены, которая раз в месяц гоняла в Москву по делам, перестала общаться с Вадиком и отвечать на его звонки. В «Лунном Свете» она больше не работала и вся связь с его Леночкой оборвалась. Славик обвинил Вадика в бесхарактерности, безволии, отказался от возмещения потраченных им средств на лечение Лены и прекратил с ним всяческое общение. Но Лену вся эта мирская суета не касалась. Она больше не придет в себя никогда– так думали светила психиатрии.

Тем временем Вадик, к радости родителей, развелся. Выделил долю от совместно нажитого, положил деньги в ячейку банка, назначив себя опекуном Лены, так как психически она была признана недееспособной. Родных у нее к тому времени никого не осталось.К тому же, Иришка была беременна девочкой. Сыграли наскоро свадьбу, без огласки. Трехкомнатная квартира в центре, уже мерседес, домик в Лисьем Носу Курортного района– вот и все подарки. Вроде все ничего. И на фиг нужна эта любовь!? Ирочка хозяйственная, местная, домашняя, при профессии– преподает иностранные языки, дома тексты научные переводит. Не требует, не хочет, да и в постели удовлетворения не добивается. Моль, бледная, тихая моль!!!

Родилась Алена 9 августа. Странное совпадение… тогда же погибла дочь Вадика и, Лены, малышка появилась в этот мир в хорошей больнице, под наблюдением знакомого врача с хорошей репутацией и отзывами. 4,20кг, 50 см, здоровая, без явных отклонений, правда неврологи поставили защемление плечевых и лицевых нервов. Ведущие доктора уверяли, что спазм мышц со временем пройдет. Нужен массаж и три месяца под постоянным наблюдением. Назначили соответствующее лечение у мануальщиков, чтоб снять непроходящий тонус лицевых мышц. Доверяя прогнозам врачей, родители забрали дочку домой. Когда девочке должен был исполниться годик, не смотря на мыслимое и немыслимое дорогостоящее лечение, лицо ребенка было похоже, скорее, на гримасу Кваземоды или Гумплена. Мать отказывалась всю жизнь посвятить уродцу– дочери, за что ей, молодой и красивой, это? А отец вообще никакого интереса не проявлял к ребенку, как будто он был чужой. Он все время уделял бизнесу, дела пошли в гору, корпоративы, поездки, деловые встречи, теперь он занимался строительством многоквартирных домов под заказ Минобороны. Вадик только выделял деньги на семейные нужды, для звонков домой был нанят специально обученный человек. Мужчина отрастил увесистое брюшко, потерял неопределенное количество волос на голове, практически утратив густую шевелюру русых волос. А также вместе с волосами– весь запас сочувствия к людским бедам. Всю свою жизнь Вадим Юрьевич свел к справлению естественных надобностей, чревоугодию и времяпрепровождению на охоте, рыбалке, и саунах с девочками. Девочек он любил, особенно блондинок с голубыми глазами. Переодевал их в официанток и воплощал в жизнь все свои сексуальные фантазии с печальным лицом страждущего человека, перенесшего в жизни много трудностей. Статус семейной пары в глазах общественности Прошкины решили не менять. И все повторилось. Всех устраивала такая жизнь. Тайный любовник Иришку возил в Италию, у которого там была частная винодельня в окрестностях, а Иришка обожала Рим. Вадима Юрьевича возвращали к жизни его блондиночки, и он все реже вспоминал свою Елену. На семейном совете, который происходил крайне редко, при участии родителей Вадима, было решено– не мучить их несчастную дочь. Аленка с признаками отсталости в умственном развитии к двум годам и с явно выраженным неадекватным выражением лица девочки– дауна больше походила на клоуна из бродячего цирка, чем на продолжателя династии. Поэтому на семейном совете было решено определить ребенка в закрытый от ненужных глаз интернат. Это заведение, частное, с улучшенными условиями содержания, с разными процедурами, обучением, бассейном и своей конюшней. Взнос в помощь на содержание дома– интерната был внесен солидный семьей Прошкиных. Алену определили в комнату на 4 девочек, приблизительно одного возраста. Малышка не понимала происходящего вокруг, в свои два года она еще не говорила, и не ходила. Произносила только бессвязные звуки. Девочка еще не осознавала, каким лицом ее наградила природа. Но ощущала первые уколы ревности от того, что ее соседки по комнате чаще бывали на руках у нянечек и санитарок, с ними чаще разговаривали и дарили им сладости и игрушки. Через месяц «интернатовской» жизни Алена не узнала свою мать, которая забежала на пару часов отметиться в администрации детского дома. Горе– мамашка поинтересовалась у секретаря администрации, с нескрываемым равнодушием к судьбе дочери, кто из сотрудников отдаст «передачку» ее чаду. На бегу Ирина раздавала ценные указания персоналу, вышестоящему начальству– заранее оговоренную сумму. К дочери она заглянула через стеклянную дверь в комнату, помахала со страдальческим выражением лица рукой ребенку. А девочка только безудержно плакала. В результате таких и без того редких встреч, главный врач интерната предложил, руководствуясь здравым смыслом, чтоб не травмировать несчастного ребенка, матери больше не приезжать, пока…

Никто не думал тогда, что «пока» перерастет в постоянное состояние. Как говорили мудрые люди: «Нет ничего более постоянного– чем временное». Ежемесячно передавалась сумма на содержание, раз в год девятого августа привозились дорогие игрушки и одежда, которых Алена не видела. Все расходилось по многочисленным родственникам с детьми работников интерната «Возрождение». Состояние Алены было стабильно удовлетворительное. Дисплазия тазобедренных суставов не поддавалась лечению, ребенок периодически лежал на растяжках или в аппарате Елизарова. В три года девочка произносила несвязные гортанные звуки, как Маугли. Когда растяжки снимали, она неуклюже пыталась ползать. Эмоций она не испытывала никаких. Только надрывно мычала, будто выпь на болоте, когда ночью наделает в трусики, а нянечка спит беспробудным сном. В конце– концов, брошенный всеми ребенок привык и к этому состоянию. Но чтоб ее не били санитарки несчастная малышка, глядя, как просятся в туалет другие девочки, приспособилась кряхтеть и пыхтеть. Дети выбегали в коридор и просили свободную нянечку подать Алене утку. Единственное, что доставляло удовольствие ребенку– когда ей помогал кто– нибудь из сочувствующих соседок подставлять табурет и взбираться на него, чтоб посмотреть в окно. Тогда она испытывала блаженство, на лице, казалось, появлялась другая мимика и напряженная маска немного ослабевала Это ее маленькое счастье заключалось в наблюдении из окна палаты, которая находилась на 2 этаже, за лошадьми. Кони в сопровождении инструктора, девушки Люды, которая жила при интернате, ходили по кругу. По новой программе, внедренной экспериментально, благодаря спонсорам, лошадей используют в лечении ДЦП и другие отклонений в развитии опорно– двигательного аппарата у детей. Детишек катали верхом по часу утром и вечером. И действительно, у многих из них через некоторое время намечались явные улучшения. Любовь, забота и терпение творят чудеса. Этих детей любили их родители, проживающие вместе с ними в интернате по полгода, а то и больше, в отдельном, специально обустроенном корпусе интерната, пригодном для жизни родителя и ребенка. Каждый номер был оснащен телевизором, холодильником, санузлом, и выходом на великолепную террасу. И все эти условия за приличное вознаграждение в фонд интерната. В остальное время, свободное от процедур и занятий, детей купали летом в озере с радоновыми подземными источниками. Зимой катали на санках с небольших горок– возвышенностей или на пони с колокольчиками. Эти дети, несмотря на физические недостатки, познали, что такое детство.

***

Алена проснулась. Солнышко пробилось сквозь занавеску, и пощекотало лучиком– лапкой девочке нос. 9 августа. Она ни о чем не думала. Ни о чем не мечтала. Сегодня ей 5 лет. Она уже умела считать до 10. Кроха могла определить время и найти в календаре на стенке у поста медсестры текущее число. Ее поздравили пробегающие медсестры. Но для ребенка это был обычный день девочки– сироты из детдома. Уже ничего не напоминало о присутствии в ее жизни родителей. Она от этого не страдала и не вспоминала их. Собственно, вспомнить ей было нечего. Отца она не видела три года, мать года два. Она привыкла к здешнему распорядку, редким процедурам и «помывочным» дням. Если это происходило– все дети знали: приедут гости, добрые тети и дяди, спонсоры и меценаты с проверкой, или комиссия из Минздрава. Или приедет очередная влиятельная потенциальная приемная семья, привезет подарки и гостинцы понравившимся детям. Аленка не нравилась никому. А так как по характеру она напоминала забитого волчонка, чужих боялась, говорила очень плохо, пряталась во всевозможные закутки при виде посторонних, на нее внимание никто не обращал. Она привыкла и к этому. Ходить постепенно она научилась. Матушка– природа слабого физически всегда наградит силой воли и выносливостью. Девочка без помощи посторонних, со временем, научилась передвигаться походкой беременной утки, но все– таки, передвигаться! Она как тот сорняк… Его рвешь, поливаешь всякой химией, топчешь, выкапываешь, а он все– равно рвется наружу, к свету. И по– прежнему, она очень любила залезть на подоконник в своей комнате, и смотреть на чужое счастье. Счастье для нее– это кататься верхом на коне, черном как смоль, по кличке Орлик, а рядом мама, любящая, заботливая, наблюдающая за каждым движением ребенка, заглядывающая в твои глаза и улыбающаяся только ТЕБЕ! Самый главный атрибут счастья для Алены– это, если будут улыбаться именно ЕЙ, для НЕЕ, за НЕЕ… Она не знала, что это такое– мамина улыбка и теплая, нежная рука на детской головке.

***

Подмосковье. Строжинская Психоневрологическая Больница. 9 августа. Леночка, молча, встала с кровати, надела свой бесцветный халат, слегка и местами напоминающий, что когда то он был синего цвета, выскочила из палаты, не умываясь и не расчесываясь, побрела по коридору. Все постояльцы знали– сегодня лучше женщину не беспокоить и догадывались, куда направляется она вот уже четвертый год в этот день. Она шла в маленькую часовенку при больнице к отцу Анатолию. Хотелось унять, хоть ненадолго, в разговоре с ним ее бесконечные , выжигающие нутро и часть сознания, страдания по умерешей при родах доченьке. Поставить свечку за упокой души ее. Лена так и не оправилась от горя. Никого не хотела видеть, ни с кем не общалась. Часами разговаривала с ангелами, которые рассказывали ей, как живется там ее доченьке. Она много раз пыталась уйти вслед за ней… Неисчислимое количество способов придумывала ее исковерканная горем психика, как свести счеты с жизнью и прилететь на крыльях любви, к ее ангелочку. Но рука Господня возвращала Леночку к жизни снова и снова. Каждый раз, посылая ей людей, которые вытаскивали ее из петли простыней в туалете. Однажды, уборщица нашла у нее под матрасом фенобарбитал, две пустые упаковки. Как Лена умудрилась их выкрасть в процедурном кабинете?! Наглоталась и заснула в больничном скверике на скамье во время прогулки. Опять спасли! Это продолжалось бы долго, пока не закончилось бы летальным исходом, но кто– то там, наверху, хотел, чтоб она жила. Леночка ненавидела себя и во всем винила за то, что с ней случилось. Раз в год, девятого августа, к ней обязательно приезжали Славик и Лиля. Единственные люди, которых она ждала. При виде этих людей лицо ее наполнялось каким– то необъяснимым, радужным свечением, а глаза напоминали взгляд преданной собаки, которую спасли, отогрели, накормили и оставили у себя дома. Разговаривать она не хотела. От гостинцев отказывалась, но с упоением слушала про жизнь дружной семьи, двух детишек. Как они учатся, чем увлекаются. Что любят. Что терпеть не могут. Она оживала ненадолго, благодаря этим рассказам ее верных друзей. Врачи после их отъезда находили ее состояние явно улучшающимся, и некоторые транквилизаторы, антидепрессанты отменяли по началу. Но потом поняли, что это временное состояние, длящееся только пару дней.

Отец Анатолий уже ждал ее. Сегодня хороший день, день Святого Пантелеймона Великомученика. Она любили отца Анатолия, он напоминал ей отца, который погиб, когда она была еще ребенком. Такой же высокий, большой, с седыми густыми волосами и небольшой удивительно черной, не сочетающейся с остальным образом батюшки, бородкой. Его монотонный бас успокаивал, она находилась рядом с ним будто под гипнозом. А он утверждал, что Бог один знает, куда кому идти и обязательно выведет человека, сбившегося с пути, на верную дорогу, к Богу. С Ним любой найдет успокоение. И Елена находила здесь успокоение своей души. Сегодня они помолятсяСв. Великомученику Пантелеймону за доченьку ее, имя которой она так и не успела дать, за что отец Анатолий ее очень корил. Надо наречь ребенка, за которого ты будешь просить у всевышнего, даже у ангелов есть имена…. А сегодня ночью она видела сон: и рассказывает отцу Анатолию:

– Батюшка, я не видела снов много лет, а тут такой странный сон, будто я веду по лесной тропинке большого гнедого коня под узду, а верхом на нем моя дочь, зову я ее Аленушка, доченька моя…. Она поворачивается, и вижу я лицо не моего ребенка, а уродливое, безобразное какое– то, перекошенное. Я проснулась и сразу сюда. Господи спаси и сохрани (она набожно перекрестилась). Вот и подумала, пусть моя дочь будет названа Алена.

– Пусть будет так, как ты решила, дочь моя. По богословским писаниям нет такого имени, зваться она будет Елена, ты не против?

– Нет, батюшка, я доверяю вам.

– Ты верь мне, но про бога не забывай и людям помогай. Не надоело тебе жить для себя? Уныние и отчаяние– большой грех. Есть люди, которым хуже, чем тебе. Дочь твою не вернешь, а ты осталась жива, может для чего– то?!

– Кому я нужна, отец Анатолий?

– А это одному Господу известно, ты за него не решай! Всему свое время. Твое еще время не пришло. Господь Всевидящий видно занят проблемами тех, кому труднее сейчас. Сколько мест в мире, где люди голодают, где идут войны и смертоубийства, сколько погибают без вины от рака и от других неизлечимых болезней, сколько аварий, катастроф и землетрясений. Задумайся, дочь моя, наверное, он сейчас где– то там, его помощь им нужнее. Иди с Богом…и молись о счастье других и их здоровье!!!

***

Вадим Юрьевич штамповал здания один за другим как домики из Лего, государственные заказы выполнялись по плану. Вес в обществе он имел значимый. Влиятельные люди сделали ему предложение, от которого он не смог отказаться. Предложили баллотироваться в депутаты. Но условие было безоговорочное– пиарщики и журналисты, работающие над его безупречной автобиографией, рекомендовали ее подчистить. Убрать из оной черные и белые пятна. Депутат от народа должен быть народным, и тот факт, что 10 лет его единственная дочь находится в детском специализированном доме, неблагоприятен для выборов. Эта информация обязательно просочится и ушатом грязи обольет обязательно, всплывет и будет использована в пользу конкурентов. Надо было в срочном порядке переписывать жизнь Вадима набело. Люди из Специальных Служб, от которых он рекомендовался, подчистили его пятна, пробелы, фрагменты истории настолько, что его единственная дочь прожила два года от роду и погибла от неизлечимой болезни скоропостижно. Будто сняли эти пятна с его жизни в виде шкуры коровьей и сделали удобный теплый коврик прикроватный. И именно поэтому он производит выплаты в память о дочери в определенный дом– интернат для лечения тяжелобольных детей. Директор интерната, женщина, понимающая только за определенную сумму в год. С выделяемой спонсорской помощи уже половина ее родни жила в собственных квартирах е Москвы. Готова она была и черта лысого мамой назвать, и подтвердить, что только спонсорская помощь Вадима Петровича, благодетеля, и связывает с ним ее интернат. « Похоронили» любимую дочь на отдаленном кладбище, в пос. Ковалево за городом, подальше от глаз людских, любопытных. Неожиданно ночью возникла свежая могилка, с плитой надгробной из черного мрамора и ангелочком над ней. На мраморе душещипательная надпись:

«Навеки в наших сердцах и помыслах наша любимая дочь Аленушка. Твои скорбящие родители».

Вот так умерла еще при жизни сиротинка Алена, чье существование и так мало походило на жизнь. Больше с семьей Прошкиных ее не связывали даже документально– фактические отношения. Девочку оформили как подкидыша, опять же задним числом, заменили имя Алена– на Любовь, так звали директора интерната, и дали ей фамилию по обычаю детских домов, также директорскую. Теперь она для всех стала Люба Селиванова, по отчеству Сергеевна– любимое имя единственного внука Любови Георгиевны. Никого эти перемены не смутили, дела директора, так было здесь заведено, не обсуждались. Алене же было все равно где и как записаны ее имя и фамилия. К ней за десять лет и так редко обращались по имени. Она теперь уже вполне сносно разговаривала, писала и читала, но больше молчала. Передвигалась как Чарли Чаплин и моментально уставала, поэтому больше отсиживалась у любимого окна. Подруг у нее не было. Лицо не изменилось, оно, казалось, имело выражение постоянной ухмылки, а один глаз, будто, постоянно подмигивает. Одна сторона лица в результате выглядела ужасающе, а также гораздо старше. В свободное время от учебы и уборки на территории, она упросила воспитательницу разрешить помогать на конюшне, убирать за лошадьми и мыть их. Директор сказала, что лишние бесплатные руки не помешают, пусть работает, иждивенка. Люда, инструктор верховой езды, посоветовала ей отрастить длинную челку и закрывать неприглядную часть лица. Люда была единственным сочувствующим человеком для этой бедолажки. Но Любочка в сочувствии не нуждалась. Она отвергала любые попытки людей пожалеть ее и никому не доверяла, только гнедой старик Орлик радовал девочку. Мягкими, теплыми губами он целовал лицо, и это было ее счастье…ее любовь…ее все!

***

Отец Анатолий тепло, в который раз уже, обнял свою прихожанку:

– Леночка, душа моя, теперь вижу я, ты готова к мирской жизни. Дай бог тебе сил и здоровья для осуществления задуманного и богоугодного дела.

– Я благодарна вам, отец Анатолий! Если бы не вы…

– Не благодари меня, благодари Бога и своего ангела– хранителя. Славику и Лиличке большой поклон.

За год до этого разговора. Прошло 9 лет после смерти дочери Елены. Как обычно девятого августа к Леночке в больницу приехали Славик и Лиля. Славик начал издалека:– Я не так давно общался с твоим врачом, он главврач здесь, между прочим. Мы когда– то учились вместе в Первом Меде в Питере. Не раз выручали друг друга, он в курсе всего, что было тогда, что предшествовало и как обстоят дела сейчас. Ты физически и психически здорова, дорогая. Он готов помочь и закрыть глаза на некоторые факты из твоей биографии, и может кое– что подправить в твоей истории болезни. Ты больше не опасна сама себе. Душа твоя подлатана. Тебе нужно жить дальше. Мы прикупили домик для тебя. На первое время. Поживешь, пообвыкнешься, и будем решать, как воплотить твои идеи в жизни. Хорошо?

– Я боюсь, не готова, здесь моя жизнь, здесь мое все…

– Леночка, мы будем рядом, и детишки тебя наши очень любят, не переживай,– защебетала Лиля.

– Отец Анатолий будет поддерживать с тобой связь, он очень переживает за тебя, но считает, что тебе нельзя здесь дольше оставаться,– добавил Славик.

– Дайте мне пару дней…,– обреченно вздохнула Леночка.

У нее ушел целый год на раздумья, тяжело было решиться начать новую жизнь. Славик приехал за Леночкой по первому ее зову. Она простилась со всеми, кто был рядом все это время, кто стал близок и дорог. Отец Анатолий напутственно перекрестил ее и пробасил:

– Дочь моя, как только найду способ связаться с отцом Владимиром, я дам тебе знать. Я все помню! Ты заслужила начать новую жизнь с чистого листа. Не плачь, у тебя все получится. И по– отечески обнял ее:– Ну, в путь…,– сказал Славик, и его огромный джип тронулся в неизведанное и загадочное путешествие, именуемое– жизнь!

Леночке дом сразу понравился, находился он по соседству с домом Славика тещи, в Тверской обл. Женщине было рукой подать до ее родной Калуги. Но туда ей совсем не хотелось. Там никого не осталось. Если только на могилку к бабушке. Но пока она еще была не готова посещать кладбище. Хотя после всего, что с ней произошло, пришло осознание, что потрачено драгоценное время впустую. Она так и не была на могилках двух самых родных людей. Годы жизни она подарила бесцветному и разрушительному призраку– страданиям.

В доме было все. Водопровод, электричество, душ и туалет в доме, интернет. Славик обо всем побеспокоился.«Добрейшей души человек»,– подумала Лена,– «мне никогда не расплатиться…»И она начала, шаг за шагом, осваивать жизнь на свободе. Еду приготовить, прибраться и т.д. Все то, к чему долгое время она была безразлична, и что делали за нее другие люди. Книги читались запоем, все подряд, как будто наверстывалось упущенное время. Затем Леночка дошла до интернета. Элементарные манипуляции с компьютером она не забыла. Набрала в поисковике: «помощь детям». Информации было предостаточно. Рассказы о детях, брошенных в детдомах, просьбы помочь собрать денег на операцию, срочную и дорогостоящую, отчаявшихся родителей для их малышей. Защемило тупой болью сердце и стало трудно дышать:– Что я могу сделать для них?! Что смогу, то и сделаю…,– твердо решила она для себя. Набрав московский рабочий номер телефона Славика, Лена уверенным голосом попросила соединить ее с ним:– Врач Лавренков слушает?

– Славик, я решила, когда надо ехать?

– Вот и отлично, я рад. Давай, берись за дело. Там не хватает такой боевой женщины как ты! У меня там есть знакомые, все уладим, ни за что не беспокойся.

– Я обожаю вас, родные мои, вы столько для меня сделали!!! Целую, пока.

***

Славик редко навещал свою мать. При всей широте его души, с матерью его отношения испортились тогда, когда он в 18 лет уехал от нее к отцу, в Питер. Поступил в Мединститут без всякой помощи, хотя мать ему пророчила большое будущее в педагогике. Ведь Любовь Георгиевна была заслуженным преподавателем, написала не одну научную работу, с рекомендациями, на тему воспитательной работы с трудными подростками. Так бывает. С собственным сыном общего языка она найти не смогла. Старые обиды на отца Славика, который бросил ее одну с годовалым сынишкой на руках, перенеслись на сына, который вырос и не оценил ее подвига материнского. Предал ее и уехал к отцу. Отец, однако, был рад сыну, но не настолько, чтоб что– то в своем привычном укладе жизни изменить. У него давно была другая семья, любимая работа, своя жизнь, где для Славика место не предусматривалось. Алименты он платил исправно. Бог не дал ему других детей. Но это не очень беспокоило его. По натуре отец Славика был человеком, свободным от привязанностей и семейных ценностей. Славика, однако, он пристроил в общежитие и поначалу помогал, правда, недолго. И в очередной беседе с сыном, как он считал, взрослым, дал понять, что в свое время он, когда учился, то по вечерам работал грузчиком на хлебозаводе, где и дослужился до заместителя директора, и ни от кого не зависел. Славик намек понял, перевелся на вечернее отделение, и стал работать, где получится. Пока случайно не устроился курьером в благотворительный фонд помощи детям, оставленных без попечения родителей. Работа целиком и полностью захватила его. Но при этом он не забывал об учебе. Славик приобрел бесценный опыт общения с различными Гос. Учреждениями и другими инстанциями. Где он только не был, какие только поручения не выполнял. Платили мало, но он чувствовал, что участвует в большом и очень важном деле, и скольким людям помог его фонд, совершенно бескорыстно. Окончив институт, Славика, как лучшего студента, отправили по рекомендации стажироваться в хирургическую клинику в Германии, где он пробыл год, затем поработал в Израиле по приглашению. Благодаря своим новым связям и возможностям, вернулся в Москву и открыл клинику, где выделил на собственное содержание несколько мест для тяжелобольных детей с проблемами опорно– двигательного аппарата, у чьих родителей нет средств на лечение или детишек– сирот. Подобрал себе коллектив таких же врачей– альтруистов и единомышленников, и с божьей помощью спас не одну душу, а то и жизнь.

Мать его, Любовь Георгиевна, не одобряла такого меценатства, но в дела сына не вмешивалась. Общение их заключалось во взаимных поздравлениях в праздники. А внуков своих она любила, особенно младшего Сереженьку. Он так напоминал ей Славика в детстве. И вот, Славик со всей семьей приехал к Любови Георгиевне. Начались каникулы у детей. А здесь природа, красота, лошади, озеро с радоновыми источниками. Да и надо было, наконец, поговорить о наболевшем. Мать была уже в возрасте, разменяла седьмой десяток лет, руководитель из нее уже никудышный. Да и здоровье оставляло желать лучшего. Но как человека старой закалки, ее трудно было уговорить уйти с должности директора интерната, и деньги она зарабатывала немалые. Хоть суть ее большого заработка была отступлением, иногда, от своих принципов, Любовь Георгиевна стала, с возрастом, все меньше задумываться об этом. В результате она не бедствовала и ни от кого не зависела. Но этой зимой она неудачно упала, перелом шейки бедра, 3 месяца была прикована к больничной койке, кости срастались медленно, походка так и не восстановилась полностью. От чего Любовь Георгиевна не долечила своих постояльцев– горемык, получила на старости лет сама. С трудом передвигалась с помощью палочки. Но в силу несгибаемого характера женщина хотела схватить «бога за бороду» и доказать всем, что есть еще порох в пороховницах. И не смогла. Летом, повидав сына и внуков, решила, что готова уступить место его протеже, и будет сидеть с внуками, заниматься их воспитанием. Славик пообещал матери, что человек этот будет свой, надежный, продолжит ее дело в нужном направлении, чтобы не всплыли некоторые ее делишки. Славик догадывался о некоторых делах маменьки, но ничего не мог поделать. Железная леди знала, что делает, и его это не должно касаться! Вдруг такой шанс! Все изменить! Помочь сразу многим людям, детей избавить от тирана– директора, заменить на заботливую, и мягкую женщину, которая научится благодаря этой работе жить, любить и держать интернат в порядке. Леночка умела это делать когда– то. А Славик обретет вновь мать, а его дети– бабушку.

Любовь Георгиевна стояла у центрального входа своего административного корпуса в доме– интернате. Дорогу, ведущую к шоссе, было видно издалека. Она стояла как постамент, гордо вскинув голову и слегка опираясь рукой о перила. Не каждый мог догадаться, глядя на эту фигуру, как больно ей дается каждый шаг. Подъехала машина с московскими номерами. Из нее нерешительно и одновременно легко выскочила худая девушка, блондинка с грустными голубыми глазами. Она, взяв только дамскую сумочку из машины, захлопнула дверь такси, издалека помахала ей рукой. И как– то сразу напряжение спало, камень упал с души старой женщины:– Сработаемся, значит!

С детской площадки выбежали внуки, затем, появился Славик с Лилией:– Ура, тетя Лена приехала! Ты останешься с нами!?

– Милые мои, если я понравлюсь вашей бабушке, то останусь здесь надолго!

– Нечего здесь у входа рассусоливать, пошли ко мне в кабинет,– провозгласила Любовь Георгиевна. Сын понял, у него все получилось…

***

Прошло уже два года после удачного завершения выборов Вадима Юрьевича. Квартира по лучше, дом побольше, охрана и высокопоставленные друзья, у Спецорганов за пазухой, Гос. Оклад и все остальные блага и привилегии государственного чиновника. Поступило очередное предложение, от которого теперь просто невозможно отказаться. Баллотироваться в депутаты ЗАКс, с переездом в Москву со всеми вытекающими обстоятельствами. В Москву так в Москву! Семья Прошкиных такой ход событий предвидела заранее и предусмотрительно приобрела недалеко от Воробьевых Гор небольшую квартирку в 210м.кв. Иришка уже, во всю, там обустраивалась и обзаводилась новыми нужными знакомствами. Предвыборная кампания кипела, дебаты за дебатами. Прошкин помог детскому дому в Тихвине, отправил помощь в дом престарелых, пообещал заняться преступностью, растущей среди молодежи и увеличить надбавки к пенсиям ветеранам войны и труда. Немыслимое количество пиарщиков работало над его имиджем и речами на радио и телевидении. Успех был предопределен, а точнее проплачен. Вадик не думал больше не о чем, кроме как о власти, деньгах и еще раз о власти. Ему казалось, что он всемогущ. В очередной раз вся свита из его коалиции решила собраться на родительской даче Прошкиных. Все приближенные уже не боялись сглазить удачу и заранее поздравляли Вадима Юрьевича с победой. Народу съехалось всех мастей и чинов. Соринке было негде упасть. Нанятые официанты носились как взмыленные лошади на арене цирка, готовясь к запланированному действу. Горевал лишь от одной мысли Вадим, что не дождались его успеха родители, умерли, сначала отец 8 лет назад, а через год и мать. Ничто человеческое не чуждо даже депутатам законодательного собрания! Заказан был праздничный фейерверк, к тому моменту, когда будут подсчитаны голоса, и объявлены фамилии избранников, все приготовления должны быть завершены. Музыканты модной московской группы репетировали в стороне. Стайка девушек, молоденьких блондиночек, сидела, переглядываясь и хихикая. Чему был верен Вадим Юрьевич, так это своему пристрастию к блондинкам, чему и соответствовал выбор. Любил он голубоглазых блондинок. Его благоверную это не волновало, ее воздыхатели тоже были на этом празднике жизни. Все ждали… Гости, друзья, коллеги. И вот долгожданное объявление…

– Ура! Мы победили! Полетели пробки из– под шампанского в разные стороны, запенились наполненные бокалы, которые еле успевали пополнять официанты. Радостные возгласы и тосты слышны были везде. Казалось, гулял весь Сестрорецк. На следующий день, к вечеру, их команду ждали в Москве.

Дом ходил ходуном, гости постепенно разъезжались. У кого здоровье позволяло, решили посмотреть фейерверк и убыть в сауну с девочками. В том числе и Вадик. Наутро писали во многих изданиях газетных: « Конкуренты устранили господина Прошкина В.Ю., разница с основным претендентом на пост главы ЗАКС от другой партии была в несколько голосов. Партия «Великая Россия» скорбит о невинно убиенном ее сыне и продвиженце ее идей». Прошкин и еще несколько его прихлебателей, в том числе две девушки, сгорели заживо в его доме. Останки его и других погибших опознали, отделили друг от друга, идентифицировали и констатировали время смерти и причину. Прибывшие судмедэксперты установили, что причиной возгорания стала неисправность проводки и электрики в электрической сауне, как говорят пожарники, то ли искра от фейерверка попала на крышу, то ли конкуренты избавились, то ли это кара божья! Этого мы никогда не узнаем… Дело, собственно, постарались замять….

***

Маму Лену приняли сразу и все, от воспитателей до детей. Перемены были слишком заметны и в лучшую сторону. Никто даже не вспомнил через месяц об уходе Любови Георгиевны. Елена Дмитриевна, новый директор интерната «Возрождение» быстро приняла все дела и вошла в курс дела. Всю поступающую помощь она делила между всеми детьми, находящимися на государственном обеспечении. Она выбила в каждую комнату по телевизору. По выходным к детишкам теперь приезжает Детский Драматический Театр из Питера и цирковые артисты с дрессированными животными. Леночка выделила в административном корпусе целый зал под занятия музыкой. Среди воспитанников было много одаренных детей с прекрасным слухом и голосом. Был взят на работу преподаватель. Иногда они устраивали вечера самодеятельности. Особенно любила музыку странная девочка, Любочка Селиванова. Разговаривать она не любила, ни о себе, ни о чем другом, да и нечего было рассказывать. Родителей нет, и не было, любит Орлика, и теперь музыку. А когда ее попросили спеть… эта некрасивая, ущербная, девочка превратилась из гадкого утенка в райскую птицу. Все присутствующие в зале ахнули. Такой великолепный голос и как? Откуда? Она пела «Аве Мария»… Как ангелочек! Все захлопали, мама Лена подбежала к девочке и обняла ее:

– Ты чудо господне, у тебя многое забрал боженька, но кое– что дал взамен. Ты будешь радовать людей своим голосом и кого– то сделаешь счастливее. Любочка вывернулась из объятий мамы Лены и убежала. Она не привыкла к проявлению чувств. Она всю свою, еще такую короткую жизнь, прожила, не нуждаясь в этом. Лена нашла ее в конюшне. Что– то безудержно тянуло ее к этой девочке, она не понимала что!? Может просто потому, что она почти ровесница ее погибшей дочери, погибшей двенадцать лет назад. Они посмотрели друг на друга и, молча, раскрыли объятия. Встретились два одиноких исстрадавшихся сердца. Так они долго сидели, обнявшись, и только слышны были дыхание лошадей и стук их сердец. Наутро жизнь Лены и Любы изменилась, все это поняли. И даже приобретшие друг друга женщина и девочка– сирота. Наступивший день был полон новых чудесных перемен в жизни обитателей. Приехал давний друг отца Анатолия– отец Владимир. С помощью влиятельных друзей Славика было решено построить возле дома– интерната небольшой храм в честь св. Пантелеймона. Где настоятелем будет о. Владимир. Очень набожный и глубоко верующий человек. Среди местных жителей в округе быстро разнеслась молва. Люди приходили семьями, все предлагали посильную помощь. Дело быстро наладилось. К зиме храм был выстроен, освещен и открыт. Детям нравилось ходить по воскресным дням на службу, кто мог, приходил сам, кого везли на коляске. Люба, гордо держась за руку мамы Лены, бывала там чаще других. Ей нравилось слушать цветастые и витиеватые речи настоятеля храма.

Тем временем, Леночка все чаще возвращалась к мысли, что хочет удочерить Любочку, и стала интересоваться ее прошлым. Но в деле не было ничего, кроме даты рождения, год и число– 9 августа. Сердце Лены екнуло и заныло. Странное совпадение или знак? Стала подготавливать Елена Дмитриевна документы в отдел опеки и попечительства, да все не дает покоя судьба родителей Любы, да и свидетельство о рождении повторное. Решила она, посоветовавшись со Славиком, навестить его мать. Уж она точно должна быть в курсе… Недолго собираясь, рванула она в Москву. Славик встретил ее натянуто, как будто что– то произошло, а ей не хочет говорить.

– Славик, милый, позволь поговорить с твоей мамой,– взмолилась Леночка.

– Она в больнице, у нее был сердечный приступ, что– то мучает ее, не хочу лишний раз волновать ее. Неужели подождать нельзя?

– Это очень важно, я чувствую, она должна знать про прошлое Любы,

вдруг ее родители живы и ищут ее, не по– божески это …

– Обещаешь, что только это и все!? Марш домой, к детям,– шутливым уже тоном сказал друг.

– Обещаю, спасибо!

***

Мама Славика лежала в его клинике. За ней был здесь лучший уход. Сиделка не отходила ни днем, ни ночью. Увидев вошедшую в палату Леночку, Любовь Георгиевна напряглась сначала, а потом тихо, казалось с облегчением, выдохнула и проговорила:

– Я ждала тебя. Как долго ждала. Совесть моя меня замучила. При жизни еще Любочку похоронили ее родители. Я тому виной. Пошла на сговор…Деньги все проклятые! Больше ничего не скажу. Сама все узнаешь– время придет. Езжай в Питер, на Ковалевское кладбище, найдешь– Алена Прошкина. Иди с миром и не держи на меня зла…

– Господи, не может быть! – прошептала Леночка. Она выбежала из палаты, ноги несли ее сами к выходу, прочь отсюда, почва вылетала из– под ног. Лена твердо решила ехать в Питер. Люба поедет с ней! Как вышли на Московском вокзале из поезда, Люба занервничала, вцепилась в маму Лену, но та успокоила ее, хотя у самой кошки скребли на душе. Такси от вокзала по прямой быстро домчало их в сторону Дороги ЖИЗНИ на Ковалевское кладбище. Смотритель долго припоминал, но вспомнив, подсказал приблизительное направление, где искать могилу Алены. Ангелочка белого над черным гранитом Лена увидела издалека. Ирина тоже оглянулась на странную парочку, приближающуюся к ней. Пригляделась, и потеряла сознание, рухнув на могилу ребенка, похороненного родной матерью при жизни его, а до этого брошенного ею же в детдоме. И тут в голове Елены сложились все пазлы. Она стала вспоминать случайно прочитанные в газетах статьи о депутатстве ее бывшего мужа, о его карьерном росте, удивилась еще тогда, что нигде не упоминалось о дочери, вспомнила о его неожиданной гибели на пожаре.Ирина, очнувшись так же неожиданно, как потеряла сознание, театрально самостоятельно встала в позу раскаявшейся блудницы, вскрикнула:

– Доченька моя, ты жива! Я твоя мама! Ты помнишь меня?

– Я Люба Селиванова, а это моя мама,– и девочка сильно прижалась к Леночке, так что у той комок к горлу подступил и ручьем потекли слезы.

Разрыдалась Лена от того, что представить не могла, как вынесла все это маленькая сильная девочка и не понимала, почему носит земля таких матерей, как Ирина Прошкина!

Эпилог.

9 августа. Любочке 16 лет! Пришли все, кого она любила и кому она была дорога. Мама Лена была такая счастливая, муж Саша нежно обнимал ее. Они были хорошей, дружной, любящей парой. Любочка к тому времени перенесла несколько сложных операций в Германии, был долгий восстановительный период, затем пластические операции. Теперь она выглядит симпатичной молодой девушкой, блондинка с голубыми глазами, как мама. Надо же– такое сходство!

Дорога длиною в жизнь

Приговор врачей прозвучал как– то обыденно, монотонно, без тени сочувствия. «Рак… предпоследней стадии, лечению не поддается. Слишком поздно!»

– Почему это коснулось меня? За что? Ведь все у нас только начиналось, казалось впереди целая жизнь,– он сжал челюсти так, что прикусил язык, лишь бы не показать всей боли и растерянности доктору. Галочка казалось ему, Игорю, святой, самой прелестной и надежной женщиной, женщиной с которой он хотел бы прожить всю жизнь.

– Как я мог жить и ничего не замечать,– корил он себя,– ведь, по словам врачей, болезнь прогрессировала уже около года. Как раз тогда, когда они приняли решение жить вместе, и Игорь переехал к Галине.

***

Ему было тридцать шесть лет, когда он повстречал Галину. Молодой мужчина стоял на остановке. Был морозный день, уши уже заледенели на ветру, маршрутки проскакивали мимо одна за другой. Час пик. Игорь безжалостно критиковал себя за то, что снял квартиру спальном районе новостроек. Сэкономил… Пронизывающий декабрьский ветер, казалось, сковал все внутренности. Молодой человек замерзшими руками, поочередно меняя их, щелкал зажигалку, тщетно пытаясь прикурить. Медленно из– за поворота, показался автобус, набитый людьми, словно банка с солеными огурцами.

– Все, на этот раз я влезу, во что бы то ни стало,– решил он,– в конце концов, полезу по головам…

Автобус остановился. Игорь встал наизготовку, словно легкоатлет, на низком старте. Двери автобуса распахнулись, с задней площадки посыпались люди, спотыкаясь и матерясь друг на друга. Наш герой только уже было приготовился согреться и как следует поработать локтями, чтоб влезть в толчею, как на него вывалилась, в буквальном смысле, женщина. Она зацепилась полой своей красивой норковой шубы за поручень на выходе, дернулась как птица в силке, не рассчитала силы и упала прямо в объятия молодому человеку– спасителю. Реакция его не подвела, он подхватил ее как пушинку. И этот автобус явно уже Игоря не подождет! Водитель быстро захлопнул двери транспорта, и автобус медленно тронулся по мокрому снегу. Дамочка растерянно поблагодарила симпатичного молодого парня и попыталась встать на ноги, но поняла– это невозможно. Каблук вдобавок ко всему приказал долго жить. Видимо, падая со ступенек, Галочка, а так звали женщину, зацепилась им. Она заплакала, как девчонка. Разве мог Игорь оставить женщину в таком состоянии, ему уже было совсем не холодно. Плевать на дела, он слишком хорошо был воспитан, чтоб бросить даму, пусть и незнакомую, в беде.

– Да, не расстраиваетесь так, это всего лишь каблук. Давайте я вас провожу, вам куда?– спросил Игорь.

Галина засмущалась и оценивающим, недоверчивым взглядом окинула вскользь, предлагающего помощь, молодого человека, интуиция подсказала– ему можно доверять.

– Я вам буду очень признательна, в наше время такой любезный мужчина как вы– редкость!– а про себя подумала, лишь бы отвязаться от него недалеко от парадной своего дома, чтоб не дай бог, он не предложил довести ее до дверей квартиры. Галина на тот момент разменяла уже пятый десяток, и казалась сама себе уже видавшей жизнь. Воспитала одна сына, с того момента как бывший муж оставил ее и маленького Петю без средств к существованию. Ушел, не оглядываясь, к молодой девице. Сын был от рождения инвалид по слуху со значительным отставанием в развитии. Она билась за его полноценную жизнь как могла, но против врожденного диагноза она была бессильна. Ее муж отказался понимать Галину, он настаивал оставить ребенка в соответствующем его диагнозу, учреждении, ведь на тот момент они были молодой, здоровой семейной парой и вся жизнь, ему казалось, впереди, с большими возможностями и другими здоровыми детьми. А хоронить себя собственными руками, как он выражался, не входило в его планы. Галочка была непреклонна, материнское сердце любило малыша и надеялось на чудо. Когда ребенку минул годик, бывший муж Галины объявил, что уходит. На квартиру не претендует, по работе его переводят в Москву и там же предоставляют жилплощадь. Впоследствии Галина от общих знакомых узнала, что у Макса (бывшего мужа Галины) давно была другая женщина, моложе и без материальных и жилищных проблем, а главное– без больных детей. Жила она в Москве, к ней же он успешно переехал. В результате все свои молодые годы Галочка посвятила своему ребенку, пытаясь оградить его от всех невзгод и неприятностей. Учила его на дому. Врачи разных направлений были частыми гостями в их доме. Алименты, надо отдать должное чудо– отцу, Макс платил исправно, но на содержание больного ребенка их, конечно, не хватало. Спасал только ее положение стабильный доход от ведения бухучета на нескольких ИП, что позволяло работать удаленно. По профессии она была финансовый аналитик, которая давала надежду, со временем найти работу более высокооплачиваемую, но только тогда, когда ребенку станет значительно лучше и он перестанет бояться чужих людей.

На момент знакомства с Игорем Галине было 42 года, Петру уже 20. К его многочисленным диагнозам добавилась уже и шизофрения, не буду мучить читателей подробностями этой тяжело протекающего психиатрического заболевания, скажу только, что 2 раза в год Петя в обязательном порядке проходил курс специальной терапии в психиатрической лечебнице. Он жил своим звуконепроницаемым мирком, со своими странными фантазиями и желаниями, он был тих, молчалив, отстранен от внешнего мира, а сам он не испытывал ни малейшего желания с ним налаживать, с этим внешним миром, хоть какой– нибудь контакт. Галина давно уже смирилась с таким положением вещей и событий в своей жизни и в глубине души уже даже была спокойна за сына, так как могла предсказать теперь уже каждый шаг его жизни– каждый его шажок зависел от нее. Пожизненно ее малыш, ведь без матери Петя действительно не мог существовать, только в больнице под сильнодействующими психотропными медикаментами. Поэтому о личной жизни Галина даже и не думала. Хотя поклонников со временем стало крутиться немало возле нее, ведь она еще достаточно молода, красива и ухожена. Все серьезные предложения она отклоняла, не надеясь на их серьезность и не веря в то, что посторонний мужчина продержится рядом с ее сыном больше одного дня, помня, как родной отец сбежал от него сразу после рождения. А разрываться она не хотела и не могла, ведь свой выбор она сделала уже давно!

***

Игорек с детства мечтал стать военным моряком. Он любил море. Запоем читал книги о путешественниках и мореплавателях еще со школы. Жил он с бабушкой, родители жили в частном доме под г. Лугой, когда Игорю настало время идти в школу, на семейном совете было принято решение отправить сына в Питер, чтоб у него было достойное образование, а бабушка бывший педагог, всячески бы этому способствовала. У родителей мальчика было довольно большое хозяйство, которое не было возможности оставлять без присмотра, а во времена перестройки– это было большое подспорье в жизни, чтоб не голодать. Бомжи в то время совсем оголодали, и ушли из города в область, в частные сектора, тащили и воровали все подряд, особенно по зиме. Порой, по воспоминаниям Игоря, вернешься домой из города с родителями, все разломано, разбито и еще наделано по углам. Ущербные люди, винят во всех своих бедах всех вокруг, но только не себя. Бабушка, понимающая женщина, еще в расцвете сил, хоть и на пенсии, безоговорочно забрала внука к себе. Тем более что мальчик был домашним и послушным ребенком, очень серьезным, не по– детски, и понимающим. Он знал, что так надо и это временно, всего лишь на время школы. Деньгами родители помочь не могли, много трат на хозяйство, а вот яйца, картошка, кабачки, капуста– этого в городской квартире не переводилось! Так и остался Игорь в городе. Как– то в старших классах, его 9 "В" с классным руководителем отправились на экскурсию обзорную, так называемый день открытых дверей, в военно– морское училище им. Фрунзе. От всей души тогда паренек проникся рассказами преподавателей об истории училища, о его известных выпускниках, о тяготах и прелестях военно– морской службы, понравилась форма курсантов– матросиков, пробегавших мимо по скрипящему паркету огромных коридоров училища. С того момента он видел после школы себя там и больше ни в каком другом месте. Без чьего– либо содействия, он успешно после школы выдержал все вступительные испытания и стал курсантом ВМУ им. Фрунзе, которое на 6 лет стало его домом. Вышедши молодым симпатичным лейтенантиком, он по распределению попал на службу в Северодвинск, на подлодку. Служба была в удовольствие и по призванию, поэтому быстро дослужился до капитана 2 ранга. И однажды он повстречал ее…

Лодка находилась на плановом ремонте под Северодвинском. Командный состав экипажа, к которому Игорь теперь относился, чаще бывал на суше, в городе. Любил он с сослуживцами зайти в ночной клуб, самый популярный в то время, девчонок всегда там было много, так как местные моряки были там завсегдатаями при первой возможности. Денег хватало, тратить было негде и не на кого. Гуляли ребята на широкую ногу. Жанна сразу выделила его среди шумной веселой толпы морячков, веселого, подтянутого, по аристократически красивого, зеленоглазого балагура, Игорька. На белый танец дамы приглашали кавалеров, она безо всякого стеснения подошла к столику мужчин, разгоряченных и готовых на подвиги от выпитого. Девушка оглядела всех зазывно взглядом, и пригласила его. Он напрягся слегка, уж больно яркая она была и слегка даже вульгарная, но друзья с дружным хохотом и шуточками вытолкали его к девушке. Белый танец закончился, Стас Михайлов пропел в очередной раз свой хит "Ради тебя", а молодого капитана и Жанны след простыл, в клубе в тот вечер их никто не видел.

Между молодыми закрутился сумасшедший роман, с цветами, конфетами и прочей сопутствующей ерундой, касающейся мимолетных увлечений прикомандированного моряка и местной девушки с приморского городка. Ему даже показалось, что это любовь, в какой– то момент они даже стали строить планы, Игорь стал всерьез задумываться об отпуске, чтобы отвезти Жанну познакомиться с родителями, мечтающими о внуках. Однако Жанна на это его предложение отшучивалась и переводила тему разговора в другое русло, мол, еще не время…

***

Однажды в офицерский кубрик по громкой связи передали, когда Игорь отсыпался после дежурства, что на берегу его ждет девушка. Игорь подскочил:– Эх, любовь, только вчера виделись, а она уже с утра прибежала, скучает,– Игорю льстило нескрываемое проявление ее чувств. Он быстро оделся и выскочил по трапу на берег. Но там его ждала вовсе не Жанна, а совсем незнакомая девушка. Игорь вспомнил, что несколько раз видел ее краем глаза в клубе, это была одна из многочисленных подружек Жанны.

– Таня,– как– то быстро и по– деловому, представилась незнакомка,– У вас найдется время выслушать меня? Это срочно и желательно не здесь!?– скороговоркой проговорила она.

– Да, конечно, но…, – Игорь был растерян

– Нет времени, это в ваших интересах!– девушка была настойчива

– Хорошо, отойдем!– Игорь пытался скрыть недоверие и любопытство, одновременно

– Я знаю одно местечко, там будет удобно,– прощебетала Таня.

Она быстро повела его уверенным шагом чрез улицы и переулки, пока не вышли к небольшому городскому парку. Зашли чуть вглубь, и Татьяна предложила молодому человеку присесть на скамейку возле раскидистой ивы. И как– то сразу, без обиняков и предисловий, начала демонстрировать пьесу в 3 актах, в нескольких лицах, где главную действующую роль исполняла «злодейка» Жанна. За победу добра над злом боролась Таня, во всей этой пьесе Игорь казался лохом, а концовка оставляла желать лучшего, а Танюшка предоставила единственному зрителю этой постановки додумать ее, концовку, ему самому… Смысл рассказанной истории, думаю, стоит обрисовать, но вкратце.

У Жанны, незадолго до знакомства с Игорем, был богатенький ухажер, который пообещал провинциальной девчонке: «Куплю, люблю, улетим!». Но Жанна уши не развесила, так как была далеко не дура, и, применив всю свою смекалку, умудрилась от «папика» забеременеть. О чем Жаннетт, как называл ее воздыхатель, при первой возможности и в располагающей обстановке, сообщила будущему отцу. А будущий отец, тем временем, предпочел новоиспеченную и "хитро сделанную", как он выразился, невесту оставить наедине со своими мечтами после этой сногсшибательной новости и быстро уехал по делам, весьма срочным, обещал обязательно, скоро– скоро, вернуться в объятия любимой и… поминай, как звали! Планы Жанны рухнули тогда, когда она поняла, жених сбежал, не видать ей мегаполиса и новой красивой жизни! Денег на аборт не было, работать она не привыкла, жила за счет часто меняющихся любовников, состоятельных и не очень. Спонсор очередной, как назло, не клевал на крючок, мучил токсикоз, и играли гормоны, в результате срок был 14 недель, и врач – гинеколог отказалась выдать направление на прерывание беременности, поздно деточка, рожай!

И тут такая удача, дурачок Игорек, холостой, симпатичный, да еще и при деньгах.– Спою «песню про любовь» большую и неземную, продемонстрирую беззаботность и хозяйственность, поглажу, где надо– и птичка в клетке– решила Жанна. А Игорек и клюнул на наживку, с будущей женой к родителям засобирался, пуза– то еще не было видно, подарочек от транзитного ухажера. Финал истории таков: Татьяна спасла жизнь капитану Давыдову, вскрыла все карты подлой Жанны, и сама того не ведая, устроила судьбу будущего ребенка. Но, об этом позже....

Прошло лето, осенью по плану окончание ремонта и лодка должна идти дальше по курсу. Помощник командира подлодки Игорь Давыдов переживал разочарование от поступка Жанны и продолжал избегать ее. Но за день до отплытия с базы, все же решил неожиданно навестить ее!

***

– Я долго думал! С тобой у меня все кончено! Но ребенок, хоть и не мой, не заслужил такой жизни, а жизнь нас свела же, для чего– то. Когда родишь, я найду возможность, вернусь сюда, запишу ребенка на свое имя и организую, как снять с тебя все обязательства по поводу твоего материнства. Я заберу его с собой, об остальном можешь не беспокоиться!!

Жанне казалось все происходящее не реальным. Но ее чувства теперь мало беспокоили Игоря, он был слишком хорошо воспитан и не мог поступить иначе, он, почему почувствовал личную ответственность за этого, еще не рожденного ребенка. Жанна валялась у него в ногах, умоляла не бросать ее, забрать с собой, но Игорь был непоколебим, как скала, он все решил.

Так они расстались. У Жанны через четыре месяца родился чудный здоровенький мальчик, назвали его Алексей, за которым вскоре приехал Игорь и его мать, оформили все необходимые документы, в том числе и отказ Жанны на родительские права. Своей маме Игорь сказал, что это его ребенок, материнское сердце примет все, что дорого ее единственному сыну. Тем более родители так давно хотели внуков. Малыша она увезла к себе домой, под Лугу. С каждым днем старики все больше находили сходства своего обожаемого внука с Игорем, как ни странно, и все были счастливы! На момент знакомства с Галиной Игорю уже было 36 лет, а малышу Алеше шесть годиков. На удивление самого Игоря, с возрастом приемный сын все больше стал походить на него самого в детстве, такой же светловолосый, сухопарый и зеленоглазый.

***

Так судьба нежданно– негаданно свела двух очень одиноких людей, о которых повествовалось в самом начале, Игоря и Галину, людей цельных, с сильным характером и верой в себя и в правильность своих поступков. Жизнь иногда преподносит нам приятные сюрпризы, главное– верить в хорошее, быть самодостаточным, способным любить и не разочаровываться в людях, несмотря ни на что!

И так, перенесемся во время настоящее. Проводив ковыляющую Галину до дома на Греческом переулке, недалеко от метро площадь Восстания, странное совпадение, это было совсем недалеко от дома, где жили теперь родители Игоря с внуком Алешей, после смерти бабушки вот уже как два года. Игорь снимал квартиру на окраине, поближе к работе да подешевле, с военной карьерой и флотом пришлось расстаться с появлением сына, да и флот к тому времени уже стал разваливаться, но он не жалел. Работая в частной компании по морским грузоперевозкам, он нашел себя и достойно применял свой опыт. Ведь после окончания военной службы пришлось по началу и помыкаться, и грузчиком поработал и охранником. Потом друзья помогли устроиться снабженцем на завод шампанских вин, когда финансовое положение его более или менее стало налаживаться, Игорю подвернулось по случайности работа, близкая к «его»морю, он не раздумывал ни минуты. Галина не хотела приглашать молодого человека к себе, но выяснилось, что лифта в доме нет, нога предательски хромала, и она уже чувствовала, как сдавливало лодыжку, видимо подвернула, и без помощи ее попутчика ей не забраться на 4 этаж. Игорь, как только зашел в квартиру женщины, сразу понял, интуитивно, скорей по запаху– это свой человек, и все здесь приятно глазу, уютно и хочется не уходить… Их глаза встретились и по молчаливому согласию проведения, так случилось, они не захотели расставаться. Но у каждого была маленькая тайна! Сын Галины в тот момент находился на очередном излечении в психоневрологической лечебнице, а сынишка Игоря проживал буквально в соседнем дворе с бабушкой и дедушкой. Влюбленные начали встречаться, то у него, то у нее. Их не смущала ни разница в возрасте, ни мнения окружающих, им казалось– они созданы друг для друга! Правда недосказанность мучила обоих… Незаметно, «конфетно– букетно», пролетел год. Жили наши герои порознь, работы и забот хватало, планы на будущее были грандиозные, тайны свои им удавалось скрывать, но было обоим понятно, что долго так продолжаться не может, но побоявшись потерять друг друга– они молчали!

Игорь решился рассказать первый, выбрал вечер, накануне выходных, много раз прокручивал перед выходом из дома, свою речь. И вдруг этот звонок! Галя позвонила ему, высветился номер,скинула…, что было не в ее правилах. Когда Игорь, встревоженный, тут же перезвонил, она плакала в трубку. Он попытался успокоить свою Галочку, но безуспешно, он ничего не мог разобрать в ее бессвязных репликах. Молодой человек спросил, где она, Галина продиктовала адрес. Только когда таксист, подъезжая к зданию, сочувственно поинтересовался, кто у него здесь лежит, Игорь понял, где находится, Песочная наб. Онкологическая больница.

«Гала никогда не говорила, что здесь у нее кто– то из близких… да, странно. В последнее время с ней что– то не так, все чаще стала избегать встреч, объясняла ,мол, загруженность на работе, отчетность, баланс, квартал»– перебирал и сопоставлял все факты и ее отговорки в голове, подбегая к дверям больницы Игорь. Галочка была молчалива и бледна, он застал ее сидящей у окна напротив ординаторской, взгляд ее был, будто стеклянный, смотрел сквозь стену, вникуда. Игорь сразу почувствовал– что– то случилось. Такой потерянной он не видел любимую женщину никогда. Вышел врач и пригласил его к себе, так как Галочка представила его как мужа. Доктор не скрывал ничего, по настоятельной просьбе пациентки, сообщив, что больной придется удалить матку, часть прямой кишки. Метастазы распространились слишком обширно. Рак. Слишком поздно! Несчастной осталось, дай бог, 3– 4 месяца! Дальше ни одного слова он не слышал и не понимал, будто в немом кино, человек в белом халате что– то говорил, говорил… В висках будто что– то щелкнуло,в ушах зазвенело, руки похолодели, Игорь не ощущал больше ничего! Жизнь будто в одну секунду остановилась, вместе со временем.– Как? Они же только на днях подали заявление в ЗАГС! Хотели пожениться. Через месяц планировали свадьбу!– Он был в панике, не в силах даже повернуться к любимой и взглянуть ей в глаза. Горю его не было предела, и с каждой минутой оно все больше поражало его, пожирало, как спрут, охватывало своими щупальцами. Игорь собрал остатки воли в кулак, подошел к любимой, обнял ее нежно и прошептал:

– Мы все преодолеем, вместе, ты только борись, я буду рядом, через месяц станешь моей женой, ты поправишься, милая моя,– сказал он, поправив заботливо выбившуюся прядь кудрявых, пышных еще ее волос.

Галина не сомневалась в нем ни на секунду, но не хотела видеть его отчаяния, беспомощности от горя, она молчала, хотя знала, что была обречена уже больше месяца. В начале доктора обнадеживали, но сегодня показатели анализов ухудшились, и она не могла уже больше скрывать, точнее не имела такого права! Она любила своего Игорька и как могла, старалась сберечь его чувства. Кроме него у нее никого не было! Сестра давно прервала с ней всяческие отношения. Валентина, так звали старшую сестру Гали, не одобряла её поступки никогда: « Как можно потратить всю жизнь на сына– инвалида, похоронить себя заживо!? Не лучше было бы для всех оставить его в интернате для слепоглухонемых, да навещать изредка». Валентина так же не простила своей сестре, что Галина не помогла ей, когда сын Вали попал в автокатастрофу в 23 летнем возрасте и потерял обе ноги. Надо было спасать парня, лечить, вытаскивать– у Гали были деньги, а она их вкладывала в своего выродка. Поэтому Галина по сути была одна, квартира ей досталась по завещанию от отца. Он не был отцом Валентины. Делить им было нечего, а общего не было ничего, кроме кровного родства по матери, которой уже не было в живых. Быстро полетели деньки. Больницы, лекарства, операции, химиотерапия, ремиссии, капельницы, памперсы, таблетки и бесконечная тошнота и рвота бедной женщины. Игорь мучился, что ни чем не может облегчить её страдания. Один доктор по рекомендации, за долю малую, пообещал достать экспериментальное лекарство, ещё не вышедшее в продажу в России, но в индивидуальном порядке распространяющееся, с согласия родственников больного. Игорь готов был на всё! Но подпись в соответствующих документах он поставить не имел права, юридически молодой человек был умирающей– никто! Он поговорил с Галиной в момент её очередного улучшения, длящегося недолго, что ради её спасения им надо срочно расписаться. Игорь не хотел её расстраивать и не сказал, что квартира его на Ковенском переулке уже продана. Эти деньги предназначались для её спасения. Она, находясь, правда очень редко, дома, даже не замечала, что вещей Игоря в её квартире заметно прибавилось. Так ей было плохо, боли были постоянные, выворачивающие внутренности наружу, есть она могла только легкие бульоны. Игорь старательно его варил каждый день. Волос на ее голове практически не осталось, весила она как девочка– подросток и уже почти не вставала с кровати. С больницы её выписали. Доктор ждал решения от Игоря Давыдова. Тем временем почва уходила из– под его ног, будто он находился в тупике, и выхода из него нет, а вокруг надвигающаяся беспросветная тьма. За себя он не переживал, но как спасти любимого человека? Судьбу ведь не обманешь! Но Игорь не сдавался– он писал в газеты и на форумы, рассматривал все предложенные варианты помощи, а, поверьте, их было не мало, но в случае Галины мало бы помогли. Слишком запущенная форма заболевания. Советовался с разными докторами и все рекомендовали то самое лекарство, главное успеть, чтоб его выслали, успеть перевести часть денег и при получении оного, переслать оставшуюся сумму. Риск огромный, но что делать? Промедление– смерти подобно! Галину положили опять в больницу и стали подготавливать к последнему этапу лечения, с помощью чудодейственного лекарства. И, о, чудо, когда волшебное средство поступило, уже через неделю его применения, наметились первые признаки улучшения. Физиологическое состояние улучшалось, аппетит к больной возвращался, апатия уходила, она стала подниматься с постели. Игорь не отходил, дневал и ночевал в больнице. Им восхищались все, от санитарок до врачей больницы. Рост метастаз, уничтожающих, нещадно, организм Галины, клеточку за клеточкой, приостановился. Молодой человек жил на деньги, оставшиеся от продажи квартиры, часть отослал родителям и сыну в деревню, остальное тратил на любимую женщину.

Тем временем органы опеки оборвали все провода, названивая в квартиру, где был прописан Митя, сын Гали, его надо было забирать из лечебницы. Курс терапии был пройден. Лечащий персонал обратился к участковому, т.к. к телефону на протяжении месяца никто не подходил. Однажды, когда Игорь забежал домой, взять сменные вещи для Галины, в дверь раздался звонок… Игорь взъерошенный, в мятой одежде, с тёмными кругами под глазами, открыл дверь:

– Чем обязан? У меня совсем нет времени,– рыкнул он.

Мужчина представился, предъявив документы, что он участковый в этом районе.

– А это, – повернулся к женщине, стоявшей за ним, – Валентина Семёновна, сестра проживающей здесь Галины Сергеевны.

– Можно поинтересоваться, где Валентина Сергеевна находится в данный момент, её органы опеки разыскивают по поводу сына, и кто, собственно, вы? Ваши документы?– полицейский насторожился.

– Я? Я её друг, мы живём вместе, сейчас она в больнице, она очень больна, мне нужно к ней, я зашёл за необходимыми ей вещами.

– Вот, я же говорила, и Марина Аркадьевна подтвердит, иждивенец, проходимец! Пригрела Галька змею на шее. Стравил её до смерти. Квартира ему нужна и деньги её!– заверещала Валентина, пытаясь схватить за грудки ничего не понимающего Игоря.

– А кто может подтвердить, что вы жили вместе? Галина Сергеевна вменяема? Надо куда– то определить её сына. За ним нужен присмотр. Вы знали о его существовании?– напирал участковый.

Игорь в растерянности пожимал плечами.

– Молодой человек, прихватите с собой документы, и проследуем в отделение для прояснения всех обстоятельств по делу.

Соседка и старшая сестра Галины дружно закивали головами, соглашаясь с правильностью принятого решения представителем закона. А законы, по мнению родственницы, тут явно нарушались, она это давно предчувствовала, благо есть бдительные соседи…

***

В отделении полиции быстро уточнили личность Игоря Давыдова, уголовного прошлого не имелось, приводов и административных правонарушений тоже. Женат не был. Есть малолетний сын. Зарегистрирован под Лугой. Смутило полицейских одно: полгода назад гр– н Давыдов выписался из собственной квартиры, после чего продал её.

– Так– с– бомж, значится, вы у нас, – пожурили люди в погонах,– непорядок!

– Я же говорила, он метит на её квартиру, сына её в психушку упёк, сама она в больнице, значит, при смерти. Я звонила, узнавала! Свою квартиру, продал, промотал, прогулял, теперь здесь лапу наложил,– верещала как свинья недорезанная, «заботливая» родственница.– Не позволю! Я устрою тебе Кузькину мать! Мою Галочку в могилу решил свести, люди добрые… Аферюга, альфонс!

– Значит так, граждане– товарищи,– участковой решил прекратить выступление одного актёра, сейчас мы проедем на дежурной машине отделения до больницы, если Галина Сергеевна находится в здравом уме и в состоянии подтвердить, что данный гражданин является её гражданским мужем, все разбирательства и притязания я вынужден буду закончить.

– Да, совершенно верно, поехали,– затараторили наперебой родня и соседи, собравшиеся на шоу, которое должно продолжиться!

На посту приемного покоя в больнице медсестра преградила им дорогу:

– Не положено! Если врач разрешит, пропущу родственницу и товарища майора, если это так важно. Толпа загудела. Вызвав врача, медсестра пропустила Игоря, здесь он был как у себя дома, его здесь любили. Игорь влетел в палату, Галя его ждала. Она из последних сил собралась, оделась в халат, сверху натянула кофту, на голову надела косыночку, быстро махнув помадой по губам, произнесла ворвавшемуся Игорю:

– Я ждала тебя. Я всё знаю. Завтра же идём расписываться, уже всё оговорено. Документы выдадут сразу. И надо немедленно тебя прописать. Игорёк, милый, почему ничего не сказал? Как я тебя люблю…– и она заплакала. Только она успела договорить, влетела как остервенелая голодная гиена, сестра больной женщины.

– Я буду подавать в суд, кому квартира достанется? А машина в гараже, кому? Ему? Полюбовнику твоему? Одной ногой уже в могиле, хотя б о родственниках вспомнила!– брызжа слюной, кричала на всю палату, Валентина.

– Подавай куда хочешь! Где ты была, когда судно подо мной менять надо было, любимая сестрёнка?– на удивление спокойно отпарировала Галина.

– Значится, на лицо, семейная разборка,– вмешался участковый,– Галина Сергеевна, вы подтверждаете наличие того факта, что данный молодой человек является вашим гражданским мужем?

– Да, мы год живём вместе. Он полностью содержит меня, и взял на себя все расходы по лечению– ответила Галина.

– А как же быть с вашим недееспособным сыном? Он и эту ответственность возьмёт на себя? Или Игорь Викторович, простите, не в курсе?– импровизированный допрос продолжался.

– Я в курсе, всё в порядке,– сблефовал Игорь,– как только Гале станет лучше, я собирался забрать его домой.

– Даже так! Какое благородство!– не без ехидства произнёс участковый.

– Галина Сергеевна, на данный момент не в состоянии нести ответственность за сына, придётся обращаться в органы опеки, чтоб решали этот вопрос,– добавил блюститель закона.

– В суд обращусь я, кому, как ни мне взять под опеку несчастного племянника!– запричитала Валентина,– это и моя кровиночка! Поправляйся Галочка– и с чувством выполненного долга покинула это неприглядное место новоявленная родственница.

Вслед за ней заспешил участковый.– Господи, какая грязь, родной, как я всё это вынесу?!– Галина откинулась головой на подушки от бессилия. Слёзы лились градом. Игорь, молча, держал её за руки, сказать ему было нечего. В голове его всё это пока уложиться не могло, сформировавшись в представление, как ко всему этому относиться, пока он не знал. Игорю было безумно жалко Галочку.

***

На следующий день, Галочка и Игорь, не без помощи медсестры из больницы приехали в ЗАГС. Их уже ждали. Они быстро расписались и обменялись кольцами. Он не хотел, чтоб всё было именно так, но Галина настояла. В паспортном столе начальник отдела ускорила рассмотрение документов на прописку Давыдова на жилплощадь жены, фамилию она оставила прежнюю, чтоб не было проволочек с документами.

Теперь Игорь Давыдов был самым близким родственником и законным мужем Галины Подольской. Все документы были исправлены в должном порядке о назначении экспериментального лечения больной, с ведома близкого родственника, теперь им являлся муж женщины, и никто другой.

– Ну вот, родной мой, всё, что могла я для тебя сделала. Ни о чём не жалей, я счастлива…– при входе в больницу Галочка сообщила Игорю,– живи и помни меня, больше не прошу ни о чём! Сегодня ночью не надо оставаться со мной, отдохни, мне уже намного лучше, иди домой…

– Люблю тебя, ты права, пойду, отдохну немного, утром у тебя…,– поцеловав любимую, Игорь побрёл домой, спешить ему было некуда. Поднявшись на четвертый этаж пешком, он каким– то внутренним чутьём почувствовал неладное. Достав ключи от квартиры и, вставив в замочную скважину, молодой человек понял, что кто– то заменил замок на входной двери. Его ждал ещё больший шок, когда дверь квартиры неожиданно распахнулась, а там оказалась Валентина, которая с криками и угрозами стала вышвыривать большие мусорные пакеты с вещами Игоря. Он уже ни чему не удивлялся, а слов возразить этому всему он не нашёл. Игорь, молча, сгрёб вещи и спустился на первый этаж, попросить оставить их на время у соседки, с которой, кстати, единственной на лестнице, он периодически общался.

***

Выйдя от соседки, Любови Алексеевны, на улицу, он вздохнул полной грудью весенний, дающий надежду на лучшее, воздух…

– Всё будет хорошо, я обещал ей, надо бороться,– подумал Игорь,– но одно дело бороться за её жизнь и сделать всё возможное для этого и совсем другое– сражаться с ветряными мельницами.

В таких раздумьях Игорь сам не заметил, как дошёл до кафешки на углу ул. Восстания. Будто лунатик, он подошёл к барной стойке, заказал себе 100 граммводки и апельсиновый сок. Употребив заказ не отходя от стойки, он услышал разговор двух молодых людей о том, как один из них нашёл своего давнего друга по старому адресу прописки… И, тут нашего героя осенила мысль– надо искать отца Пети. Как бы то ни было между ним и Галиной, но он должен знать всё! На втором этаже кафешки был интернет– клуб, Игорь заплатил сразу за три часа. Ночь впереди длинная, но сутки не резиновые, он должен за ночь наметить план действий, сужающий круг поисков. У администратора клуба он поинтересовался, где можно сейчас достать базу людей, прописанных в Москве.

Администратор– долговязый, прыщавый парень с огромными тоннелями в ушах, почесал флэшкой за ухом, отдёрнул свои, сильно мятые штаны, сзади и задумался. На его лице обозначился какой– то сложный процесс обработки полученной информации.

Игорь, прочитав на его табличке имя, обратился к нему ещё раз:

– Эй, приятель, Паша, слышишь меня? Я здесь… Если это сложно, то может, направишь куда?

Паша с видом человека, которого отвлекли от очень важного занятия, произнёс:

– Есть у меня тут одна программка, улёт! Но, не бесплатно, ок?

– Заканчивай мысль, я заплачу,– обрадовался Игорь.

Паша быстрыми едва уловимыми движениями пальцев забарабанил по клавиатуре, с умным видом, констатируя:

– Если ты не лох, в инете можно найти всё! Фамилия, Имя, Отчество человека и приблизительно дата рождения?

– Всё что я знаю: Максим Фёдорович Устюгов, дату рождения не знаю,– огорчился начинающий сыщик.

– Так! Есть! 27 человек, москвичей, 3 несовершеннолетних, 5 проживают менее 5– ти лет, методом исключения– 19– ть Устюговых М.Ф.! А это зеро…– Паша крутанул всё ту же флэшку в руке.

– Вспомнил, ему должно быть 42– 43 года, значит, мы вычислим год и сократим ещё немного, а?– воодушевился Игорь.

Пальцы компьютерщика застучали с удвоенной скоростью по клавиатуре и программа выдала список оставшихся Устюговых– 2 человека.

– Вот это да! Держи приятель,– и Игорь протянул Павлу, администратору, купюру в 5000 рублей.

– Фортануло сегодня! Но это много, для меня это ничего не стоило!– потом Паша замешкался и добавил,– есть одно правило у меня, то, что от сердца предлагают, не отказывайся, а то удачу спугнёшь!

Паренёк загадочно улыбнулся и молниеносным движением руки забрал деньги,и они исчезли, словно в руке фокусника.

– Удачи, короче!– пожелал он, протянув худую, татуированную руку.

Затем Игорь распечатал адреса и телефоны искомых однофамильцев, попрощался с Павлом и побежал на Московский вокзал. Он успевал ещё на поезд до Москвы. В семь утра он будет там.

Гулким эхом отдавало в виски перестукивание колёс. Он ехал неизвестно куда, и не знал, что его ждёт. Проза жизни такова– когда ты ищешь правду, то можешь свернуть горы, а все двери, в которые ты стучишь, открываются, словно знаешь к ним секретные шифры. Иди к своей цели и на пути к ней ты обязательно встретишь тех, кто захотят тебе помочь или подскажут, куда идти дальше, если эта цель праведная!

***

Москва встретила его гостеприимно. Игорь вышел из вагона прибывшего поезда налегке и остановился прикурить на перроне, когда позади него раздался грубый голос, а рука, принадлежащая, видимо, хозяину голоса, фамильярно постучала его по плечу за спиной. Игорь вздрогнул от неожиданности.

– Надолго к нам, гражданин Давыдов?– голос пробасил, мурашки пробежали по спине Игоря.

– Откуда он меня знает? У меня паранойя, мне всё это кажется!?– судорожно сглотнув подступивший комок к горлу, Игорь ущипнул незаметно себя за мочку уха.

– Ваши документы, пожалуйста,– повторил навязчивый голос позади него.

– Пожалуйста, пожалуйста,– гость столицы занервничал и повернулся к нежданному встречающему.

– Сколько лет, сколько зим! Не узнаёшь? Гарик– это я, Димон! Какими судьбами?– раскрыл объятия капитан милиции Скоморохов.

– Димон, «здарово»! Сколько мы не виделись? Ну, и напугал меня! Уж кого– кого, а тебя я не ожидал здесь увидеть!

– Как с флота ушёл, забрал семью, переехал из Северодвинска к родителям жены в Москву, предложили в ментовку, поработать на первое время, но что– то подзадержался я здесь, видишь, Гарик, не зря, а то бы и не встретились!

– Я здесь по делу, человека надо найти одного.

– Не вопрос, решим!

– Я сейчас устроюсь где– нибудь, позвоню домой, а вечером может встретимся, поговорить есть о чём!– предложил Игорь.

– Дружище, ты думаешь, я позволю тебе гостиничных вшей и клопов кормить? Ты меня плохо знаешь! Квартира у меня пустует родителей жены, мне от службы другую дали, так туда тебя и определю. В 9 вечера я дома. Будь на связи. Сигнал– три зелёных свистка!– Димон громко раскатисто засмеялся.

– Дим, вот данные человека, а я пока поеду к тебе, надо срочно позвонить в Питер. Жду звонка! Спасибо тебе, братан!– и Игорь порывисто обнял бывшего сослуживца.

Такси быстро домчало его по нужному адресу. Повезло, что водитель оказался неназойливым, и позволил Игорю окунуться в свои размышления. Этот отчаянный человек даже в тот момент, когда другие бы выбились из сил и ныли бы с жалобами на судьбу, не сдаётся и думает не о себе, а о Галине. "Как она там, без него? Не стало ли хуже?" С этими мыслями он вышел из машины, нужный подъезд нашёл сразу– дом не был огромных размеров. Это была постройка, отдалённо напоминающая жилой дом, наверное, дореволюционного времени постройка, предположил молодой человек. Подъезд был обшарпанный, пахло затхлостью подвала и справлением человеческих надобностей. Лестница узкая, местами на ней зияли дыры, которые даже при мрачном освещении были очевидны. На втором этаже располагались две квартиры. Игорь быстро сориентировался и ключами открыл нужную дверь.

Зайдя, он моментально обнаружил на тумбочке у входа в квартиру домашний телефон. Трубка приятно отозвалась длинным гудком– работает! По памяти Игорь набрал номер ординатуры в больнице, где лежала Галина, ещё рабочий день не кончился, и все врачи должны быть на месте. К телефону подошёл заведующий врач отделения и сразу же узнал звонившего:

– Да, да, дорогой вы мой человек! Нашей больной, на удивление, лучше, но мы понимаем, что сейчас в семейных делах у неё не всё хорошо. Мы назначили ей некоторые сильнодействующие успокоительные препараты, поэтому большую часть времени она спит. Но на общем фоне многие показатели выровнялись. Теперь только время… оно работает на нас!– Доктор многозначительно выдохнул на том конце провода, и раздались короткие гудки.

Игорь успокоился и прилёг на диван, не раздеваясь, собрать мысли, кишащие в голове как змеи в террариуме, в одно целое. Только голова его коснулась подушки– сон окутал мозг плотной пеленой.

Где– то вдали, как будто в потустороннем мире, раздался резкий звонок, Игорь моментально подскочил на кровати и понял, что звонит не что иное, как телефон, сон испарился мгновенно.

– Да, слушаю!

– ТАСС… уполномочен заявить,– в ухе прогремел раскатистый смех.

– Какой таз? Димон, ты о чём? Я пришёл и вырубился. Ничего не соображаю. Какой сейчас час?

– У тебя, Игорёк, есть полчаса на сборы. Жду тебя в восемь о клок вечера в кафе " От винта" у трёх вокзалов. Хочу познакомить тебя с одним человеком.

– Я собираюсь и выхожу!– что– что, а собраться и мобилизоваться мгновенно Игорь мог, не прошли даром годы службы на флоте.

На сизом потолке кафешки, куда пригласил друг,зависли пластиковые самолётики разных моделей с подсветкой. Складывалось впечатление, будто эти самолётики врезаются на полной скорости в грозовые тучи. По стенам выложены витражи с изображением голубого неба с перистыми облачками, где и располагались уединённые кабинки со столиками и сиденьями как в кабине самолёта. В одной из таких кабинок Игорь углядел Димку в компании бомжеватого вида, заросшего щетиной, мужика. Но со стороны казалось, что этих двоих многое связывает, и они делились друг с другом воспоминаниями из общего прошлого. Игорь подсел к ним.

– Игорёк, знакомься, персона нон– гранта, так сказать, Макс! Очень душевный человек, столько анекдотов знает. Наш человек, одним словом!– зарокотал Димка, подмигивая другу.

Игорь в вполголоса спросил, что неужели он шпарил через всю Москву, чтоб послушать байки местного бомжа. Димка обиделся.

– Ты за кого меня принимаешь? Мужик сказал, мужик сделал. Это Максим Валерьевич… собственной персоной. А теперь выкладывай, что у тебя стряслось? Да, Гарик, мы все– внимание!– откинулся капитан полиции на спинку стула и вальяжно вытянул обе ноги в берцах под столом. Игорь выложил вкратце всю историю.

– Вот Валька– сучка! Она всегда была стервой,– выругался сквозь зубы Максим, и представился, что он бывший муж Галины,– жалко Гальку, баба то она нормальная, но я то чем помогу? Денег у меня нет. Работаю тут на вокзале грузчиком и тут обитаю, последняя жена выгнала, когда без работы остался и запил. А жить то негде! Вот, собственно и всё!

– Мне нужно твоё присутствие сейчас в Питере и как можно быстрее. У этой самой Валентины связи в Отделе опеки, ты много лет назад исчез бесследно по её версии, Галя недееспособна, она хочет оформить опеку надПетькой и захапать Галину квартиру. А Галя– то жива!

– Да? Ну, ты, мужик, уважаю! Тебе– то это всё зачем?– подозрительно прищурился Макс.

– А я по– другому не умею,– констатирую факт,– ты или со мной, или я один, и не отступлю.

– Я же без документов, что я могу? В сорок пять паспорт не менял, прописки нет, а потом так и выбросил за ненадобностью, сечёшь?– Макс уже просчитывал в уме, сколько запросить в рублях за содействие.

– Насчёт документиков– не парься, ты меня не раз выручал в делах наших праведных, если поможешь другу моему, доки тебе справлю за несколько дней! Говори– да или нет!?– напирал капитан Скоморохов.

– Идёт, я поеду, ради Петра! Виноват я перед ним,– мужичок даже прослезился, уныло опустив голову к груди, не забыв выпить залпом вовремя наполненный стакан водки. Димка тем временем уже связывался с кем– то на счёт документов и договаривался о цене.

– Диктуй данные, Макс, прописку тебе в пригороде Москвы организуем. Москвич без пяти минут, должен будешь!– хлопнув добродушно страдальца по спине, опустошающего уже третий раз по 100 грамм, рассмеялся Дмитрий. Игорь находился в прострации, события последних дней ввели его в шоковое состояние, единственное, что он добавил к сказанному:

– Мир тесен! В одной кровати встретимся!– подумав про себя, что неудачно пошутил.

– Это ты к чему, брат?– ошарашено спросил Димон,– знавал я одну барышню, тоже так любила выражаться.

Игорь удивился, вспомнив Жаннку, которая, частенько, как правило, невпопад, употребляла эту фразу. Вспомнил, как она мечтала жить в Москве, выйти замуж за богача и жить на полную катушку. Попросили официанта пополнить содержимое графина, молоденький мальчик в форме пилота ВВС Америки (непонятно почему) услужливо исполнил заказ и трое, громко чокнувшись, выпили за тост Игоря и за успех предприятия! Посидев ещё немного, компания решила собраться на следующий день на перекличку, как сказал Димка. К вечеру уже будет, о чём поговорить. Он обнял Игоря, и все быстро разошлись.

***

Вбежал Игорь в квартиру на Большой Ордынке с мыслями быстрее позвонить дежурному врачу, чтоб снова узнать как его Галинка. Стоя с трубкой телефонной напротив зеркала, он испугался своего отражения. На него смотрел осунувшийся тип, глаза ввалились и были непонятного блёклого цвета, одежда висела как на вешалке, щетина на лице ни чем не отличалась от щетины привокзального бомжа. Тут в трубке послышался голос:

– Второе Онкологическое,слушаю! Измученный передрягами человек отвлёкся от своих мыслей:

– Риточка, вы? Извините, что поздно! Как там моя Галя?

– А вы где? Её родственники вас ищут, на вас, говорят, в суд подали! Мы Гале ничего не говорим. Участковый всё ходит, расспрашивает. Мы уже догадались, что всё не чисто, их к больной не пускаем. А так– всё по– прежнему. Стабильно тяжёлое.

Игорь тяжело вздохнул, он понимал, самое большее, что он может сделать для любимой женщины– быть рядом и не оставить в беде её единственного сына.

– Спасибо, Риточка! Приглядите за ней. Я скоро всё улажу,и сразу обратно, в Питер, я сейчас в другом городе.

– А где вы всё– таки?

– Никому не распространяйтесь, я прошу, вы знаете и так достаточно!– Игорь занервничал.

– Я на вашей стороне, мы все восхищаемся вами. А Галя такая мужественная, никогда не жалуется, не просит ничего, как другие, хотя, знаете, как ей больно! Уж я– то знаю! Здесь уже не первый год!

Игорь тяжело вздохнул, набрал воздуха полную грудь и быстро попрощался с медсестрой Ритой, чтоб она не услышала, как дрожит его голос от отчаяния.

Закончив разговор, он быстро скинул одежду, набрал в обшарпанную и наполовину ржавую, но достаточно вместительную чугунную ванну, горячей воды. Кран выключать не стал и с блаженством погрузился. По стене в ванной комнате было прибито немыслимое количество ненужных полочек, крючков, гвоздей. Рассматривая стенку, Игорь заснул, вода продолжала набираться. Снилось ему, он купается в горячем источнике горном, рядом шумит водопад, солнце неестественно яркое и светит дневным, почему то синим светом, идут испарения от воды, а ему хорошо и он никуда не спешит! Вдруг из тумана показалась его Галина, она стоит вдалеке, не приближается и молчит. Вся бледная и в белом длинном платье, похожем на свадебное, потом резко помахала рукой, развернулась и исчезла в тумане. Игорь хотел закричать, но голос застыл где– то внутри, будто он немой, а мышцы оцепенели, как закованные во льду. Вдруг сквозь сон он услышал, что кто– то безостановочно звонил в дверь. Измотанный бессонными ночами и душевным истощением человек попытался быстро вскочить, ухватившись за крюк на стене, где висело огромное оцинкованное корыто. И только тогда Игорь понял, квартира затоплена. Вода из ванной лилась ручьём по коридору. Быстро замотавшись полотенцем, он побежал босиком по воде открывать дверь.

За дверью же его ждали ещё большие неприятности в лице 3 соседей из квартиры снизу. Женщина очень походила на управдома из «Бриллиантовой руки», она и по тону разговора и в манерах, во всём напоминала персонажа Ноны Мордюковой. Рядом, видимо для количества, стоял её муж, полная противоположность своей второй половины– худой, невзрачный, маленький и затюканный«домоправительницей» предмет мебели в квартире. Третий посетитель был представителем ЖЭКХ, готовый немедленно составить акт о нанесённом материальном и моральном ущербе.

Женщина усиленно жестикулировала и выставляла такие претензии, будто она не сдастся в плен монголо– татарам, и лучше умрёт, поднимала руки к небу и периодически посматривала на реакцию врага народа. Муж и свидетель пока молчали– им слова не давали.

Игорь попытался было заговорить и извиниться, его подвинули в сторону как чемодан, и дама с хозяйским видом прошла в ванную:

– Да у меня ремонт– евро, вам не расплатиться! То одни топят, другие дебоши устраивают, третьи женщин водят непонятного внутреннего содержания. Я буду жаловаться!

Игорь прекратил стенания и угрозы истеричной дамочки одной фразой:

– Сколько?

– Да, что вы себе позволяете? В голове дамы с начёсом резко включился калькулятор, а в глазах, как в игровом автомате, замелькали цифры,– ожидаемо быстро эта голова выдала результат– двести евро! И не меньше!

Игорь порылся в рюкзаке, нашёл тайный кармашек, отсчитал с большой неохотой, триста евро.

– Это всё! Извинений достаточно? Я вас не видел, а вы меня. Спокойной ночи!

На удивление быстро и, молча, троица удалилась. Ночка удалась,– подумал Игорь. И взялся за тряпки, старые простыни и ветошь, которыми был завален шкаф в коридоре. Потом оделся в спортивный домашний костюм, засучил рукава и приступил к генеральной уборке. Совком черпал воду в ведро и выливал в ванну. Хорошо, что в ванной кафель, а в коридоре линолеум. Испарения от воды в открытую дверь быстро улетучились, ощущения от пребывания в сауне «совдеповской» бани закончились. Только теперь Игорь заметил зияющую дыру на стене в том месте, где висел таз. Молодой человек схватился за голову, попарился, твою мать…! С руками у него всё было в порядке, а точнее росли они у Игоря, откуда нужно. Он быстро стал разбирать набухшую кладку, отламывать старые куски асбеста, шпаклёвки и ещё непонятно чего, нанесённого за годы использования предыдущими жильцами квартиры со дня основания дома. Найдя молоток в кладовке, он попытался отстучать неровности на поверхности стены, неподдающиеся вручную. Молоток неожиданно ударился во что– то железное, непробиваемое. Порывшись в кладовке ещё раз, наш отделочник по принуждению, обнаружил там стамеску и попытался выковырять содержимое из стены. Когда же ему это удалось– удивлению не было предела. Это были замазанные клеем и ещё каким– то мазутом, неровные и потерявшие форму четыре металлических слитка, тёмно– жёлтого метала. Поскоблив стамеской по одному из них, увидел явно просматривающуюся надпись «1906 год» и ещё какие– то буквы на немецком языке. Слитки имели форму кирпичей. Находочка серьёзная! Что теперь с ней делать? Правду говорят люди: «никогда не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь».Игорь– хозяин старинного клада, ведь кто– то его искал, может быть. А может, и нет? Надо спросить у Димки! Нет, до утра доживём, там видно будет. Утро вечера мудренее. Выдержка у парня, что надо, признаюсь я вам!

Игорь вынес грязь, мусор, тряпки из ванной, навёл, насколько было возможно, порядок и пошёл спать, предусмотрительно спрятав слитки в кладовке на верхней полке. Завершив уборку, он растянулся на диванчике, хрустящем и колыхающемся под его весом перед включённым телевизором. Шли новости. Показали, как где– то разбился самолёт, где– то пираты напали на российское судно и захватили его. Игорь посочувствовал морякам. Затем рассказали о том, как таможенники перехватили и конфисковали несколько икон, пропавшие из какого– то монастыря в России много лет назад. Иконы вывозили в коробках с яйцами куриными. Если бы не запах протухших яиц, фура бы благополучно пересекла границу. Вышли на эту кражу благодаря известному антиквару, он занимался сохранением российских ценностей и коллекционировал их,– большая шишка,– подумал Игорь, когда показали холёную фигуру, дающего интервью антиквара. Официально он работал в историческом музее, прослушал Игорь название.– Да, мне бы сейчас сюда этого антиквара

***

"Кого ещё опять нелёгкая принесла?"– подходя к двери, думал Игорь. Он нисколько не сомневался, что трезвонят в дверь домоправительница и её муж– невидимка. Денег не поделили! Но на пороге стоял взъерошенный Димка, мчавшийся через весь город с опухшим лицом после определенного количества выпитых горячительных напитков, на служебном уазике с мигалкой:

– Инесса, соседка позвонила мне посреди ночи, беги, орёт в трубку, Димочка, у тебя потоп. Мы с Андрюшенькой звонили, нам никто не открывает. Думали в милицию звонить, а потом Андрюшенька мой– гений, говорит Дима– сам милиция! – выпалил,пройдя в квартиру друг.

– Ну и стерва, твоя Инесса! Я им за этот потоп по сто евро на рыло отвалил, за нанесённый ущерб, чтоб у тебя, брат из– за меня неприятностей, не было.

– Это у них щас неприятности будут! Всё! Таджикам квартиру сдали, будут у меня ремонт делать. Заколебали соседи эти, названивают по любому пустяку,– разразился бранью Димон.

– Да, насчёт, ремонта– это ты как в воду глядел, в ванную зайди…

– Е… понский городовой…!

– А теперь загляни в кладовку на верхнюю полку в чемоданчик, только не свались с ним– он о– о– очень тяжёлый!

Димка в буквальном смысле метнулся за стремянкой и как заправский паркурщик достал и слез с чемоданом, с его– то весом, он весь побагровел и не мог отдышаться. Раскрыв заветный чемоданчик, у Димы пропал дар речи! Ну, бабка, даёт! Есть всё– таки они родные, я– то думал, у неё крыша съехала под старость, всё про золотые кирпичи рассказывала, стырила у немца одного богатого, когда у него кухаркой или прачкой работала. Потом они с дедом неожиданно квартиру эту купили, а немец этот, фабрикант, нашёл её, но пожалел её 6 детишек и жизнь её каторжную. Взял слово, что всем будет рассказывать бабка моя, какой он человек душевный и будет бесплатно прислуживать ему, пока ему это надо будет, а деньги должна она потратить, если сможет продать эти слитки, на своих детей. Получается, сдержала бабка обещание. Всё детям и внукам досталось. Она до первой Мировой войны на него работала, а продать, видимо, не смогла, но менять на что– то ценное ума хватило. Поди уж, кто купит? Кирпичики то, известно чьи. Немец думал, бабка вернёт их, а она! Царствие ей небесное, да упокоится её душа с миром! Димка перекрестился, руки тряслись. Спасибо тебе, братишка, мы теперь с Манюней моей в Сочи уедем, ей нельзя здесь, сказали врачи– к морю надо! Задыхается, приступ за приступом. Купим дом, лодочку, так сказать, эх, заживём! Сейчас поспать надо, я остаюсь, завтра с таджиками договорюсь, знаю тут одних гастарбайтеров, за день управятся в ванной, как новая будет! Не ссы, лягуха– болото наше будет!– Димка возвращался в прежнее состояние.

Заснули вдвоём на всё том же диванчике и даже не заметили тесноты и неудобства. От храпа капитана милиции готовы были рухнуть, оставшиеся ещё в целости, стены. Засыпая, он дал понять, что перед ремонтом проверит всё более тщательно и с особым пристрастием! Когда Игорь продрал утром глаза, Димки он дома не обнаружил. Сотовый был включен, не работе, наверное, подумал он. Походил, побродил, не найдя себе места, набрал номер отделения, где служил капитан Якимов. Дежурный сообщил, что тот взял отпуск с сегодняшнего дня и оставил для… Игоря здесь посылку, на случай если в ближайшие дни с ним не свяжется. Говоривший милиционер предположил, что у Димы что– то с женой произошло. Игорь поблагодарил, но от этого известия ещё меньше стал что– либо понимать. Без Димки вся цепочказадуманных действий рассыпалась, как карточный домик. Паника в такие моменты– не лучший помощник!И тут он вспомнил, что в кладовке он видел мешок цементно– песочной смеси. Подойдет хотя бы дыру в ванной подлатать, а там посмотрим! ЦПС лежала на верхней полке, а чемоданчика– то не было! Понятно, хозяин– барин! Но мог хотя бы предупредить, чтоб знать о планах.

– Да, пошёл он в баню,– выругался раздосадованный Игорёк и приступил к размешиванию цемента, все в том же оцинкованном тазу, благодаря которому Димка стал миллионером.

За работой Игорь не заметил, как наступил вечер. Трубка друга была по– прежнему вне зоны действия сети. Нервы начали сдавать. Вдруг что– то произошло? Неизвестность пугала. Поздно ночью зазвонил сотовый, оппонентом оказался приятный женский голос, чуть бархатистый и почему– то очень знакомый, как голос т. Вали из передачи «В гостях у сказки»:

– Игорь, мне нужно с вами встретиться! Это в ваших интересах,– по– деловому, без предисловий, начала она.

– А вы где взяли мой номер?– растерялся Игорь.

– Мой муж дал, просил связаться сегодня вечером и при встрече всё объяснить.

– А кто ваш муж?

– Это не важно. Есть такой ресторан… на… недалеко от… жду вас там через два часа!– интонации всё больше в её голосе кого– то ему напоминали, он силился вспомнить и не мог.

Через пару часов он залетел в ресторан, сообщил администратору, что его ожидает женщина. Администратор провёл его к нужному столику и моментально исчез. Они остались вдвоём. И неотрывно смотрели друг другу в глаза. Дар речи пропал у обоих.

– Да, это точно, мир тесен– в одной кровати встретимся!– произнесла женщина, ухоженная, в дорогущем платье с меховой оторочкой, на шее поблёскивали камушки Сваровски, пальцы рук переливали всеми цветами радуги от изобилия колечек и перстней, ярко красные нарощенные ногти барабанили нервно по бокалу с шампанским. Пузырьки, также нервно, прыгали в нём!

– Кого я меньше всего ожидал здесь увидеть, так это тебя!– выдохнул Игорь.

– Димка… в общем, я знаю его давно, когда– то он помог мне в одном деле. Сейчас у меня всё хорошо. Как Лёшенька? Я искала ведь тебя. Ты не оставил ни адресочка. Понимаю, обещала не искать. Но мне так плохо без сына. У меня с Ромой нет детей, и не будет. Он хочет усыновить ребенка, но я не могу. Понимаешь?– Жанна заплакала, эта красивая, лощеная светская львица плакала как девчонка.

Игорю стало безумно её жалко, он подсел к ней, обнял Жанну, ведь когда– то очень любил эту женщину, тогда ещё юную, взбалмошную и ветреную. Они сидели, молча, погрузившись каждый в свои воспоминания.

Неожиданно Жанна отстранилась, утерла влажной, приятно благоухающей, салфеткой слёзы и произнесла:

– Давай о деле. Мой муж Роман, довольно– таки известный антиквар, он оценил твою находку. Видел фотки, знает, о чём речь. Деньги переведены Димке в Сочинский банк, он сейчас там, решает дела с покупкой квартиры и всё прочее. Они с Романом дружны и доверяют друг другу полностью. Есть ещё твоя доля– мы не знали, куда её перевести и как лучше сделать. Сумма большая!

– У меня на сына, на нашего сына, заведена до 18 лет книжка, можно на его счет, но если честно мне ничего не надо, ты ничего ему не должна, а никто другой тем более.

– Игорёчек, милый, ему ещё должен который, к сожалению, даже не знает о его существовании.

– Помнишь Романа, я тебе рассказывала, он у нас в Мурманске по делам был и бросил, когда я сообщила о беременности. Он мне денег оставил, а я передумала. У меня ты же появился, кто думал, что так выйдет! Так вот– (Жанна сделала паузу) Лёшенька– сын моего мужа. Мне кажется, он должен знать! Или хотя бы увидеть его, встречаться с ним, на каникулы его забирать, Роман сделает для него всё! Умоляю! Хочешь, на колени встану!

Для Игоря эта новость была на сегодня добивочной, он схватил куртку и выбежал из ресторана. Жанна знала, что он вернётся, и не шелохнулась, он слишком хорошо воспитан и по– юношески, до сих пор раним. Действительно, Игорь нервно выкурил сигарету, развернулся и медленно вернулся за столик.

Над ними навислая невыносимая, блеклая тишина…

– Я подумаю…, – пробубнил Игорёк.

– Вот и отлично! Теперь о главном!– Игоря слегка смутила такая расстановка приоритетов Жанны, но он промолчал,– посылочку надо забрать в дежурке у Димы в отделении. Нам никому светиться нельзя. Ты заберёшь её с собой в Питер. О деталях позже. Понятно?

– Без проблем!

– Вот твои билеты и Макса, это его документы, вы выезжаете сегодня вечером, у вас будет две сумки, он ничего не должен знать. Вас там встретит человек, он в курсе, с ним будешь договариваться о своей доле. Кстати, он же поможет во всех твоих делах. Обращайся в любое время дня и ночи. Этот человек в курсе твоих проблем. Она не торопясь перегнулась через столик и поцеловала его за ухо, прошептав томно:

– Подумай, милый. Не забывай, мы теперь знаем, где тебя искать. Мир тесен… как говорится.

Неожиданно подбежал гардеробщик как по мановению волшебной палочки, поднес её плащ и вышел с зонтом, раскрытым над Жанной, посадить её в такси. Шёл сильный дождь.....

***

Игорь с Максом ехали в купе вдвоём. Им было о чём поговорить. Бывший муж Гали расспрашивал о Пете, нынешний муж Гали рассказывал о своём прошлом и сыне Жанны. Макс выслушал историю:

– Да, это сейчас Жаннетта– королева, а я застал её на Ярославке и возле трёх вокзалов. Популярная была. На наркоте её Димон повязал, лейтенантом был, пожалел дурёху, отмазал, на работу устроил в музей. Там она своего Романа Львовича и встретила.

– Да не там, Макс! В Северодвинске еще, много лет назад. Просто она всегда добивается всего, чего хочет, и сейчас, через столько лет, я сделал всё так, как задумала она. Макс мечтательно вздохнул:

– Шикарная женщина!

Спать Игорь боялся ложиться, а его попутчику тоже было не до сна. Проговорили всю ночь, выстраивали линию поведения. Поезд только прибыл в Питер, Игорю на сотовый позвонили:

– Ваш номер купе, вагон?

– 2 вагон, места 29,28

Влетели два здоровяка в униформе грузчиков с вокзала, один из них засунул Игорю в руку визитку и с матерком вытащил багаж, весьма ценный, небрежно погрузили на тачку и увезли в неизвестном направлении. На визитке было написано " Агентство недвижимости "Вектор +" ген. директор Николаев Дмитрий Валерьянович и несколько номеров телефонов.

– Дмитрий Валерьянович, извините, что рано, но…– не успел договорить Игорь.

– Я в курсе, езжайте по адресу прописки и ожидайте там…

Игорь с Максимом дошли пешком с Московского вокзала до Греческого проспекта. Возвратившийся в родной город отец Пети шёл по давно нехоженым улицам с замиранием сердца. У парадной их поджидал знакомый участковый с двумя сержантами милиции и слесарями из Жилкомсервиса. Участковый лебезил и суетился. Дверь взломали без помех, дома никого не оказалось. Петр, скорее всего, помещён в психушку. Все собравшиеся, включая милиционеров, разместились на кухне. Участковый немедленно доложил кому– то по телефону о результатах проведённой операции. По ту сторону говоривший, явно, дал понять, что недоволен и велел довести дело до конца. Игорь тем временем спустился вниз к бабуле, у которой хранились его вещи. Она обрадовалась. Здесь мол, думала, гадала, куда родненький мой запропастился, не случилось бы чего?! И пристально сквозь толстые стёкла очков вгляделась в его глаза.

– Ой, намучился, вижу! А Валька то по гадалкам, да бабкам разным ходит, Любовь Тимофеевна говаривала, хочет порчу на сестру свою навести, да на тебя. Всё ей деньги подавай. Ничего святого! Всё ж плохое то на детях потом. Страшно то как, хороший мой. Береги себя, и Галочку не бросай, видно крест это твой.

И пошла за вещами в комнату.

– Берегись ты Валентину, злобливая она, чего от неё ждать, не знаешь!– и перекрестила вслед молодого человека.

Игорь вышел на площадку и задумался: кого же на свете больше– хороших или плохих людей и как сделать, чтоб возле тебя и твоих близких было больше хороших? Вопрос! Живёшь по уму, зла никому не желаешь, а возле тебя постоянно вылезает какая– нибудь тварь с гнилой душонкой. Это для чего? Для равновесия или сравнения… С этими мыслями он вернулся назад, в Галину квартиру. Представителей власти не было уже, новые замки слесаря доделывали, пять новых ключей в наличии.

– Вот это сервис, что надо! Макс, собирайся, поедем встречаться, знакомиться!– настроение Игоря улучшилось.

Рита, маленькая, худенькая с большими открытыми глазами, и широкой дружелюбной улыбкой, медсестра уже ждала его. В её представлениях о мужчинах не было чего– то, что могло это представление скорректировать или с чем– то сравнивать, жизненный опыт в общении с мужским полом был равен нулю. Отец Риточки погиб, когда малышке было чуть больше года. Мать замуж так и не вышла, а когда девушке было пора поступать в институт, мать отвезла Риту в Питер к своей родной сестре, у которой девушка сейчас и живёт. Маргарита– девочка безотказная и миролюбивая, поэтому со всеми находит общий язык без усилий, в том числе и с престарелой тёткой. В будущем она видела себя только врачом, причём детским, но в процессе обучения в Медицинском Институте, решила перейти на хирургию. Так она попала в реалии жизни на онкологическое хирургическое отделение, пока учится, на работу медсестрой. Рита настолько прикипела душой к этой профессии и готова была полностью посвятить себя этим несчастным, страдающим людям, забыв про личную жизнь. Игорь ей напоминал себя, он тоже боролся за жизнь человека и делал всё возможное для этого. Она восхищалась этим мужчиной, его терпением и редким сейчас качеством души– способностью сочувствовать. В душе Рита мечтала и представляла именно такого спутника жизни.

Игорь влетел в больницу с двумя букетами роз, один– ярко– пунцовых, другой– чайных, нежных, в приподнятом настроении в сопровождении неизвестного человека. Рита как раз бежала по коридору в 17-ю палату с капельницей к тяжелобольной женщине.

– Игорь Сергеевич, как я рада, что вы вернулись! Нашей Галочке лучше уже! Спрашивала про вас, ей доктор некоторые обезболивающие отменил, только поддерживающая терапия,– взахлёб, на ходу тараторила Рита.

– Это вам!– Игорь, немного неловко, вручил девушке букет чайных роз.

Девушка свободной рукой схватила букет, по– детски прижала к груди, раскраснелась и со словами «мне так приятно»убежала. Образ тургеневской женщины в реале– подумал воодушевлённый хорошим началом дня Игорь.

Галина ждала его, стоя у окна. Она ждала его всегда, но не имела привычки звонить и напоминать о себе, т.к. была мудрой женщиной. Ей было достаточно, что Игорь любит её, даже когда известно о бренности и скоротечности жизни не понаслышке, он не сбежал и не струсил. Игорёк делал для неё всё.

– Галочка, любимая, как ты?

– Теперь уже лучше, ты со мной,– они обнялись, через его плечо женщина увидела растерянно входящего в палату человека, постороннего и совсем незнакомого.

– Гала, милая, этот человек поможет нам, ты его не узнаёшь? Это Макс!

– Какой Макс?– женщина испуганно попятилась к окну.

– Да, что ты, Галь, мужа своего бывшего не узнаёшь? Знаю, козёл, прости, если сможешь! Да это мне не так важно. Я из– за Пети…, – решился заговорить Максим.

– Не поздно ты Петю вспомнил?– навернулись на её глаза слёзы, она даже не пыталась их остановить, ей было почему– то теперь всё равно, что о ней подумают люди, что скажут.

Неужели, чтобы стать самодостаточным человеком, и не оглядываться на окружающих– надо, извините, съесть немеренно дерьма, которого нам заготовила жизнь впрок?!

– Поздно, каюсь, но, как говорится– лучше поздно, чем никогда!

– Знаешь, я с жизненным опытом поняла другую истину, что лучше– никогда, чем поздно!

Игорь не выдержал и вмешался:

– Ребята, всё, брейк! Всё в прошлом. Галя, не хотел говорить, но придётся. Валя чудит, Петю упекла в психушку, якобы он буйный и представляет угрозу обществу, подала на его опеку и на моё выселение в суд. И если Макс и дальше будет в небытие, твой сын останется в небытие, а квартиру сестрица твоя поимеет.

– Да, Господи, о чём я! Какая я ужасная мать, со своими проблемами забыла обо всём!– зарыдала несчастная женщина.

Игорь попросил Риту, подойдя в процедурный, сделать успокоительный укол.

За последние несколько дней Игорь и Макс очень сблизились, Макс, наконец, обрёл цель в жизни и перестал чувствовать себя ненужным. Жизнь показывает, что это самое ужасное состояние, когда в тебе никто не нуждается. А Игорь понял, что он в своей борьбе теперь не одинок.

Мужчины подъехали в психоневрологическую больницу во второй половине дня. Главного врача, как выяснилось, на месте не было, на совещании– сообщил охранник. Разрешение на посещение больного можно получить только у него. Внутрь на территорию не пропускали категорически. Игорь поинтересовался у старшей смены охраны больницы, есть ли другие варианты этой проблемы. Ст. смены переписал данные Пети и направился в основной корпус больницы. Приблизительно через час он вернулся в сопровождении медбрата в грязном зелёном халате, от которого за версту несло перегаром. Работник психушки принёс ещё 2 халата и пробурчал, что на все вопросы любого, кто встретится по пути, отвечать будет он. И представился:

– Гоша, я здесь санитаром,– и протянул руку с грязными ногтями. Выглядела она так, будто он ещё подрабатывает садовником на территории и пропалывает грядки с утра до вечера. Игорь не заметил протянутой руки, Макс же по свойски пожал руку санитара, чем сразу расположил к себе его. В дальнейшем он вёл все переговоры только с ним. По договорённости было условлено, охране на входе тысячу рублей, плюс санитару Гоше и врачу отделения шизофреников по тысяче, и можете час находиться в палате. Макс посмотрел на Игоря, тот, не задумываясь, ответил согласием. Гоша остался довольным, видимо зарабатывают здесь только тем, что нарушают режим заведения всевозможными способами.

Войдя на территорию больницы, вновь прибывшие обнаружили небольшой парк со скамейками, кособокими и доживающими свой срок, местами валялись шины– импровизированные клумбы, где цветы отсутствовали лет так … цать.

Посетители во главе с Гошей прошествовали через «парк», обогнули главный корпус, зашли явно с чёрного входа внутрь и долго петляли по каким– то коридорам, поднимались выше этажом и снова спускались. Переходили из корпуса в корпус, пока не попали в корпус «для буйных», как пояснил санитар, он показался совсем мрачным, тёмным с решётками на окнах. Дверь в него открывал охранник, он слегка удивился, Михалыч с 1 поста ничего не передал. Забыл, наверное, спокойно ответил Гоша, представив посетителей– это наши новенькие волонтёрами хотят:

– Прикинь!Милости просим!– поддержал охранник, и оба заржали, друг друга похлопав по плечу.

Макс с Игорем тревожно переглянулись, подумав одновременно: «здесь идиоты даже работники!» Но стало жутковато, мурашки поползли по спине.

Гоша взял на стене ключ под определённым номером, висящий в каморке охранников, и делегация двинулась по коридору. По обе стороны располагались массивные железные двери с крохотными окошками посередине. В таких местах Игорь раньше не бывал, в кинофильмах о криминальных авторитетах так изображали следственные изоляторы. То тут, то там раздавались неповторимые звуки, как в диких джунглях.

– Неужели это голоса пациентов,– думали, перешёптываясь, посетители.

Санитар чувствовал себя здесь как дома. Нужная дверь располагалась в самом конце коридора. Когда Гоша открыл её, он попросил родственников подождать пару минут, зашёл первым, было слышно, как отщёлкнулись какие– то щеколды и санитар начал орать на больного. Игорь не выдержал и влетел в палату. Картина, которая предстала перед ним, была не для слабонервных. Санитар пояснил, что парень этот здесь по просьбе крутых людей, главврачу нормально заплатили, чтоб он отсюда уже не вышел– теперь Петя, в ходе лечения, действительно стал буйно помешанным.

В палате стояла жуткая вонь от испражнений, сырости, затхлости и ещё бог знает от чего. Макс оттолкнул санитара, попытался посадить парня на кровати, железной с одним только провонявшим матрасом на ней, Пётр явно был в коматозе от лекарств, выглядел как тряпичная кукла, худой, бледный и мычащий как дикое животное. Макс обнял его и разрыдался. Больной Петя вяло поднял одну руку и обхватил спину гостя, сжав костяшками пальцев куртку Макса, вцепившись в неё с такой силой, что рука Пети побелела. И тут, Игорь заметил, что вторая рука несчастного защёлкнута железным наручником, от которого толстый жгут тянется к ножкам кровати. На другой руке– синие кровоподтёки от этого зверского лечения.

Игоря Давыдова, бывшего морского офицера– подводника, охватила безудержная ярость. Он с размаху, левым кулаком заехал в нос санитару:

– Твари, что вы делаете?!

По зелёному халату его потекла ручьём бурая кровь. Гоша заныл, как десятилетний пацан, у которого украли старшие пацаны велосипед. Сидя на полу и вытирая рукавом лицо, Гоша пообещал, что теперь отсюда они так запросто не выйдут. В каждой палате есть кнопка, сейчас здесь вся охрана больницы соберётся, а ещё ментов вызовут.

– Щас, здесь, на соседних койках отдыхать будете иаминазином ссать,– злорадствовал «медбрат».

Игорь моментально смекнул, насколько ситуация вышла из– под контроля. Он рванул к двери и закрыл массивную железную задвижку изнутри. По коридору уже слышен топот мчавшихся на вой сработавшей сигнализации по коридору. В экстремальной ситуации, как правило, решение возникает мгновенно. Игорь пнул ногой санитара, быстро достал визитку встречавшего агента недвижимости и по мобильному попытался соединиться с ним. Связь обрывалась. Больные, казалось, со всего учреждения, орали и надрывались на разные голоса. Охранники ломились безуспешно в дверь, угрожая и матюкаясь. Сотовая связь в застенках старого здания обрывалась. Макс попробовал дёрнуть решётку на окне, но она не поддавалась. Неожиданно в трубке послышались гудки, связь пробилась сквозь толстенные кирпичные кладки:

– Алло, алло, вы слышите меня, Дмитрий Валерьянович, мы в психушке на Троицком проспекте, мы в палате закрылись, нам угрожают, здесь как в Гестапо, нам нужно выбраться! Срочно!– орал в трубку Игорь. На том конце линии ничего не успели произнести, связь снова оборвалась. Макс обречённо:

– Похоже, вляпались!

***

– Отстёгивай пацану руку, урод!– проревел взбешённый Макс.

От его тщедушного вида не осталось и намёка. Ведь когда– то он служил в ВДВ, был сильным и уверенным в себе. Сейчас он снова почувствовал себя мужиком.

– Игорь, давай звони, я потяну время,– и Макс подлетел к окну и начал орать, привлекая внимание неизвестно кого: " Пожар, помогите!"

Внезапно в коридоре послышались другие звуки и голоса: " Лежать лицом вниз! Ноги расставить, к стене! Я сказал!"– раздавалось из коридора.

Игорь всё понял– минимальное, что им светило это обезьянник в отделении, отберут телефон и деньги, потом ещё доказывай, что ты не верблюд. Но в окошке дверном показалась чёрная, безликая маска и глухим голосом проговорила:

– Отворяй, пацаны, Дмитрий Валерьянович прислал!

– Не боись, солдат ребёнка не обидит,– и по ту сторону раздался многоголосый мужской хохот.

Дверь неохотно открылась изнутри, в коридоре лицом вниз лежали трое охранников и два здоровенных санитара. Омоновцы, а это были именно они, заявили освобождённым, что санитары были неплохо экипированы, у одного был электрошокер, у второго– командир отряда прикладом автомата зажал к стене трепыхающегося второго санитара– травматический пистолет.

– Спасибо ребята, выручили!– поблагодарили освобождённые.

– Нет проблем, друзья у тебя хорошие!– ответил здоровяк в маске, командир отряда.

Прибежал с растерянным видом главврач, нервно теребя полы халата, вызвали в спешном порядке с совещания. Игорь приказным тоном распорядился немедленно подготовить все вещи и медкарту больного:

– Мы его забираем, в лечении он больше не нуждается.

– Это самоуправство, я пожалуюсь в соответству…– на полуслове его прервал подошедший человек в штатском, длинном плаще мышиного цвета и кепке, надвинутой на глаза. Он тихо сообщил, отведя доктора в сторону, показав какой– то документ:

– В этом нет никакой необходимости, покорнейше прошу не утруждать себя такими пустяками!

– Да, конечно, всё в порядке, теперь мне предельно ясно, до свидания, всего хорошего,– залепетал дрожащим голосом врач.

За воротами больницы их ждала уже комфортабельная грузопассажирская машина, Петю положили на несколько сидений и повезли, туда, куда распорядился ехать таинственный защитник Дмитрий Валерьянович. Этим местом оказалась частная клиника где– то по Приозерскому шоссе. Игорь даже не успел поблагодарить спасителя. Он исчез также неожиданно, как появился. Петра определили в светлую, одноместную палату с телевизором, душем, туалетом и лесным красивым пейзажем за окном. Засуетились вокруг вновь прибывших медперсонал и администрация. Больному вкололи снотворное, Макс изъявил желание остаться с сыном, ему принесли в палату ещё одну кровать. Главный врач заверил Игоря, что очень скоро здоровье больного заметно улучшится, здесь лучшие специалисты в этом направлении. Через неделю, если захотите, можете перевести его в город, мы организуем всё, что потребуется.

Игорь, попрощавшись с Максом и приветливыми работниками клиники, всё на той же машине, что привезла их, рванул к Галине в больницу. Ему надо было срочно рассказать ей, что с сыном всё в порядке. Материнское сердце должно быть спокойно. Встретив снова, спешащую медсестру Риточку, в коридоре, Игорь подумал, эта девушка вообще когда– нибудь отдыхает или развлекается?! Как можно находиться среди смерти, боли, отчаяния почти каждый день и не сойти с ума. Она, улыбчивая, в коротеньком халатике пробежала мимо, а Игорь не выдержал и обернулся ей в след. Оказывается, и у медсестёр присутствуют длинные, стройные ножки и прелестная точёная фигурка, Игорь поймал себя на мысли, что впервые за столь долгое время он обратил внимание на другую женщину. Молодой человек задумался о том, как не хватает ему женской ласки и теплоты, но дойдя почти до палаты Галины, мысленно попросил у бога прощения за эти похотливые мысли.

Галя спала, ему на секунду показалось, что её уже нет на этом свете, такая она была худая, прозрачная и восковая, Игорь схватил женщину за руку. Тёплая… Галя медленно открыла глаза:– Как Петенька?

– Милая всё в порядке, я перевёз его в другую клинику, Макс остался с ним,– и поцеловал её в тонкие, невесомые пальцы руки, пропахшей больницей.

Она чуть улыбнулась и попросила не бросать Петеньку никогда, взяла с него обещание.

– Не обсуждается! Всё твоё– моё. Твои беды, радости, дети, проблемы!Моя жизнь– это ты!– Игорь подумал, что говорит слишком уж пафосно.

Галочка опять заплакала, она не хотела показаться ему слабой и раскисшей и попросила его уходить, потому что очень хочет спать. Хотя спать ей совсем не хотелось. Галю мучил случайно услышанный разговор двух медсестёр, что лучше ей станет только на время, лекарство оттягивает конец максимум на пару лет. С такой стадией заболевания человеку долго не протянуть, половина органов удалено или подвержено резекции. Галя хотела умереть, быть растением, чьё существование зависит от окружающих, она не представляла возможным для себя. Приняв решение, женщина стала пытаться сблизиться с кем– нибудь из младшего медперсонала. Но никто особо не располагал к общению. Вызывала доверие только одна пичужка, сестричка из процедурного кабинета, Риточка. Галина стала всё чаще с девушкой заговаривать о том, о сём, об Игоре в том числе. Женскую прозорливость не отменит даже тяжёлая болезнь– женщина сразу подметила, когда речь заходила о её муже, Риточкины голубые глазки искрились счастьем.Но она тут же отводила их в сторону.

Однажды Галина напрямую спросила у Риты, когда та зашла узнать о самочувствии больной:

– Тебе нравится мой муж?

– Вы о чём Галина Сергеевна, не понимаю?

– Я же вижу, что нравится, будь с ним поласковее, ему плохо одному, мне осталось мало времени.... Рита раскраснелась и выбежала из палаты. Ей было очень обидно за себя и безумно жалко умирающую женщину.

***

Игорь ввалился в их с Галей квартиру и не раздеваясь, плюхнулся на кровать от изнеможения. Слишком много событий и впечатлений было за последнее время. Он лежал и думал о Галине, о Димке, о Жанне и сыне Алёшке, о Максе с Петей. Ему стало очень зябко и одиноко. Игорь поднялся и пошёл в кухню, вспомнив, что в холодильнике оставалась водка с какого– то праздника. Он достал рюмку из серванта, из холодильника остатки сыра и копчёной колбасы в нарезке, налил грамм пятьдесят , выпил и закусил. Приятное тепло разлилось по всему телу, странный, чуть сладковатый привкус водки, удивил, и он поднял бутылку прочитать название: «На бруньках». Чего только не выдумают,– проговорил вслух молодой человек и снова улёгся в кровать, уже раздевшись.

Телефон разрывался на части, но Игорь его не слышал. Он спал бредовым и беспробудным сном, некоторым очень хотелось, чтоб этот человек заснул навеки.

Когда Игорёк проснулся, он ничего не понял, только ощутил жуткую головную боль и рези в желудке. Вокруг голубые больничные стены, в свисающую руку вставлен катетер с капельницей. Голова кружится так, будто кто– то его очень долго катал на карусели, от этих невыносимых ощущений его вырвало.

Услышав, что пациент очнулся, вбежала испуганная женщина, в видимо постовая медсестра, за ней следом врач.

– Еле откачали вас, организм здоровый– сопротивлялся! Вас отравили, влили в водку яд, которую употребляли накануне, лошадиную дозу цианистого калия, разведённого с перекисью водорода,– сказал врач, высокий бородатый мужчина в очках, который показался ему гигантской лупоглазой мухой. Врач продолжил:

– У вас будут какое– то время галлюцинации и слабость, но это скоро пройдёт, ваши друзья вовремя открыли квартиру и обнаружили вас. Повезло…– и доктор– муха вылетел из палаты.

Игоря снова вырвало и затрясло, всё происходящее казалось нереальным.

С разницей в несколько минут, в палату зашёл ангел– хранитель, Дмитрий Валерьянович, справиться о его здоровье. Вошедший не стал долго распинаться в предисловиях, а коротко и просто сообщил:

– Виновные предстанут в суде. Старый иск отозван. Все ваши проблемы решены. На счёт вашей жены мы договорились в Израильской клинике, её туда отправят через неделю. Выздоравливайте,– и удалился так, словно был в шапке– невидимке, не слышно и без лишних движений.

– Очень странный, но очень крутой…, – подумал выживший и вернувшийся с того света Игорь.

На следующее утро в Институт Скорой Помощи в палату Игоря влетела Рита, как она узнала, что он здесь– одному богу известно, но было очень приятно увидеть её именно сейчас. Риточка профессиональными, ловкими движениями приподняла его.Сняла старую футболку, переодела в чистую и новую, поменяла постельное бельё. Такая хрупкая и такая сильная одновременно. Игорь попытался сам приподняться, чтоб облегчить её старания, но ему мгновенно стало плохо.

– Лежите, я всё сама. Бедненький, сколько на вас навалилось. Там наверху всё видно,– и девушка погладила по его светловолосой голове, а он схватил и поцеловал её руку. Она руку не отдёрнула, только добавила, что надо бежать и обязательно заскочит к нему завтра, перед институтом.

У Игоря предательски застучало сердце, эта девочка очень нравилась ему.

Когда Рита заступила на дежурство в онкологическом отделении, Галина как обычно пригласила её к себе поговорить. И в очередной раз попросила снотворного на ночь сильного, а то ей не уснуть. Здесь это было разрешено. Галя радовалась, что ей удалось правдами и неправдами уже 21 таблетку. Осталось совсем чуть– чуть, из услышанных разговоров, она узнала– надо минимум две упаковки. Когда женщина задалась целью, у неё даже сил прибавилось.И выглядеть она стала с каждым днём лучше. Даже стала иногда в коридор выходить, а Игорь всё не шёл, звонил раз в день, объясняя делами срочными. Какие дела? На работе у него отпуск. С Петей– Макс. С квартирой всё разрешилось. Может он устал от неё и её болезни, нашёл другую. Конечно, он здоровый мужик… ему нужна женщина.

– Боже, я не могу об этом думать и не хочу жить…, – простонала Галина,– Если завтра он не придёт– меня он больше не увидит!– сказала она вслух сама себе. Завтра ещё день, а ночью я засну и никогда не проснусь. С этими мыслями она заснула впервые как младенец, проснувшись от того, что врач теребил её за плечо и просил найти, собрать все документы и вещи. Она ничего не понимала, словно находилась ещё во сне. Сестрички суетились, помогали, одна из них вкатила коляску для не ходячих больных, другая машинально проверила под матрасом и под подушкой, нет ли там вещей Галины. И вдруг на пол из завёрнутой салфетки посыпались таблетки.

– Что это? Откуда здесь эти таблетки, Галина Сергеевна, это фенобарбитал, вам его не назначали!– закричала старшая медсестра.

– Это моё, я купила,– разрыдалась Галя.

– У кого? Вы знаете, что от этой дозы вы бы умерли?

Тут все присутствующие ужаснулись… было предотвращено самоубийство! Влетевший дежурный врач велела старшей сестре провести внутреннее расследование. Выяснилось, что у каждого, кто имел доступ к процедурному кабинету, и кто заходил в палату к больной, снабжал её снотворным, сочувствуя и не предвидя такого поворота. Врач кричала, что это должностное преступление, уволить виноватых!!! В их число попадала Рита. Опять получается, что сильные ангелы– хранители у наших героев, значит, нужны они ещё на этой земле кому– то и для чего– то.

Галину в этот же день доставили самолётом в сопровождении нанятого врача и сиделки в Израиль, город Афула!

Игорь лежал и слушал рассказ Риты о том, как нашли таблетки у Галины, как её собирали к перелёту в клинику Израиля, как хотят уволить девушку со статьёй. Она просто рассказывала и во всём винила себя, что по неосторожности чуть не убила человека. Просила прощения у него и всё. Эта её наивность и простота волновала Игоря всё больше, Маргарита не беспокоилась о себе и своей карьере, а переживала за чувства посторонних ей людей.

Игорь прижал девушку к себе и смотрел в окно. За окном стучал летний тёплый дождь, сквозь потемневшее небо замелькали раскаты грома, заискрились отблески молнии. Он мечтал, чтоб этот дождь смыл все его беды и напасти, а с новым днём как забрезжит утро вместе с восходящим солнцем, появится надежда на новую счастливую жизнь. Как жаль, что так поздно он повстречал эту чудесную девушку. И как он запутался…

Неожиданно тихий, нежный девичий голосок прошептал:– Я очень вас люблю!

Игорь крепче сжал её в своих объятиях и ничего не ответил. А ей было всё равно, лишь бы хоть иногда быть с ним, влюбилась наша Рита первый раз в жизни. Сердечко её трепыхалось, чтоб не выдать своей дрожи, девушка отстранилась от него и ушла не оглядываясь.

Игорь совсем потерялся. Зачем он даёт ей повод надеяться на что– то, ведь женат, Галя любит его, а он её?

В начале следующей недели Игоря выписали из больницы, встречать приехала Риточка. В белом сарафане с распущенными русыми волосами, в туфельках лодочках, она напомнила ему Алёнушку из русских народных сказок, Рита стояла у входа "НИИ Скорой Помощи" и выглядывала его. Игорь улыбнулся и забыл обо всём на свете. Они поймали машину и быстро домчались к нему домой. Дома был идеальный порядок, Риточка выложила и положила на столик у входа ключ от Игоря квартиры, со словами:

– Мне позвонил ваш друг, когда всё это случилось, попросил навести в квартире порядок, перерыть всё, но найти все бутылки с алкоголем и все остатки еды, дождаться следователя и медэкспертов, больше ему некого было просить. Дмитрий Валерьянович оставил мне эти ключи.

Игорь был в шоке. Складывалось такое впечатление, что за ним неусыпно кто– то наблюдает и оказывается рядом в нужный момент. Что за честь такая? И что это за мистер Икс, на которого работает загадочный Дмитрий Валерьянович, совсем не похожий на директора агентства недвижимости.

Рита уже торопливо раскладывала его вещи в шкафу.

– Игорь, сейчас я сбегаю в магазин, в доме совсем нет еды, что– нибудь приготовлю– голодать запрещено!

– Ничего не надо, я сам себе что– нибудь придумаю позже. Тебе на работу разве не надо?

– Меня уволили. С институтом проблемы. Могут отчислить. Возможно, придётся возвращаться домой, в Воронежскую область, обидно– последний курс, но сама виновата.

– Да, нехорошо как– то вышло. Откуда же ты могла знать, что Галя задумала такое? Не переживай, я что– нибудь придумаю, Риточка!

Девушка ничего не слышала, она уже бежала в соседний магазин, составляя в уме меню Игорю на ужин. Игорь же набрал телефон Дмитрия Валерьяновича:

– Я ждал вашего звонка. Я что– то ещё могу для вас сделать? Если да, то говорите, мне в ближайшее время надо доложить боссу о проделанной работе.

– А кто ваш босс, который так печётся обо мне?

– Это вы узнаете в ближайшее время, зависит от скорости устранения ваших текущих дел, чтоб обсудить дела, интересующие моего шефа.

– Ладно, из вас, я понял, всё равно ничего не вытащить добровольно. Меня интересует девушка, медсестра Рита Лисицына, вы с ней знакомы.

– Да, я давно заметил ваш интерес к ней,– саркастически пошутил Дмитрий Валерьянович.

– Вы перегибаете! Это не ваше дело, её уволили из больницы по статье. Уладьте и можете делать доклад, я догадываюсь, что по сравнению со штурмом ОМОНом психушки– это для вас плёвое дело,– отпарировал Игорь.

Когда девушка влетела с пакетами, полными продуктов, разговор уже был закончен. На кухне приятно запахло готовящимися на плите яствами. Игорь мечтательно вдохнул пряный воздух с кухни.

– Рита, а если тебе некуда пока спешить, может, рванём за город?

– За город? Я не могу. Как я поеду с вами? Что люди скажут?– девушка засмущалась.

– А мы скажем, что ты моя сестра, хочу тебя кое с кем познакомить!

Игорю очень захотелось повидать Макса и Петю, узнать как у них дела, да и не мешало бы поделиться тем, что происходит с ним. Макс поймёт– он повидал многое, Игорь был уверен.

Вечером он посадил Риту в такси, хотя та долго сопротивлялась, но поддалась уговорам, собираться домой.

Рано утром Игорь должен забрать её из дома и отвезти под Зеленогорск в клинику к Максу с Петей.

Макс обалдел, увидев Игоря с молодой красоткой, но ничего не сказал. Представив их друг другу, Игорь поспешил к Петру. Тот сидел на крыльце белокаменного здания главного корпуса с книгой и совсем не был похож на буйного душевнобольного. Петя обрадовался появлению человека, спасшего его. Замычал и стал усиленно жестикулировать на языке глухонемых, Игорь многое понимал. Всё хорошо, я рад видеть тебя, обнял спаситель Галиного сына. Отпросившись, все вчетвером, пошли к заливу, Риточка ворковала около Петра, он что– то ей показывал и пытался на жестах объяснить, они нашли общий язык, хотя говорила только Рита. Игорь рассказал всё, что произошло. Макс расстроился, что его не было рядом.

В песке копались детишки, постарше плескались рядом в воде– наступило небывалое давненько умиротворение. Никто не хотел возвращаться в городскую суету. Природа способна творить чудеса.

Но у Петеньки в клинике режим и процедуры, и Макс повёл его назад, а парочка, которая выглядела влюблёнными и счастливыми, осталась на берегу слушать приятный слуху шум волн и шорох сосен на побережье. Игоря и Риту ничего сейчас не волновало, кроме общества друг друга.

– Знаешь, девочка моя, сейчас это прозвучит подло по отношению к другому человеку, но я не хочу расставаться с тобой,– Игорь повернул её лицо к себе и поцеловал в губы.

Девушка поддалась вперёд, они слились воедино в том поцелуе, который будто вечность длился. И не могли надышаться друг другом, насладиться, заполнить собой весь мир внутри любимого человека.

***

Ночь они провели вместе в одном номере, хотя предоставили комнату каждому. У их тайного благодетеля были серьёзные связи. Проснувшись, рано утром, Игорь не обнаружил рядом Риточку, охранник на выезде с территории клиники сообщил, что девушка расспрашивала у него как добраться на станцию, и уже давно ушла в том направлении. Он махнул рукой в сторону шоссе. Досаде и отчаянию молодого человека не было предела! Как же быть? Он не может бросить Галю, но любит другую женщину, а Рита не будет с ним. Игорь метался по комнате, как загнанный зверь, пока не нашёл в подтверждение своим мыслям, на столике возле кровати, записку:

"Милый, я люблю тебя. Но мы не можем быть вместе. Я никогда не буду встречаться с женатым мужчиной. Прости. Прощай. Рита".

Он, прочитав, скомкал записку и бросил на пол. Открыл окно, нервно прикурил сигарету и, нагнувшись за смятой запиской, заметил под кроватью её резинку для волос.

Игорь поднял заколку и вдохнул ещё пахнущей Ритой предмет, на душе стало мерзко и тоскливо. Записку он бережно поднял, разгладил и положил во внутренний карман своей куртки.

Вечером он стоически собрался, попрощавшись со всеми, поехал домой. Что ему там делать?

Приехав домой, он побросал самые необходимые вещи в дорожную сумку и рванул на Балтийский вокзал. Кто, как не мама выслушает его, не осудит, поймёт, и по сыну очень соскучился. Мама будто чувствовала. Она стояла возле забора их дома и вглядывалась в темноту. Невысокого роста, чуть полноватая женщина, с мягкими чертами лица, наполненными грустью глазами. Мама, как все мамы всего мира, всегда думает и болеет душой о своих детях, и она тосковала по единственному сыну. Они так редко теперь видятся. Знакомая и родная походка…– сынок, Игорёчек!– Мать Игоря выскочила на дорогу из калитки.

– Ты приехал, роднуля моя! Лёшенька спит, вот он обрадуется. Папа приболел, спину прихватило. Второй день не встаёт. Какой ты молодец, что выбрался,– и она расцеловала нагнувшегося к ней сына.

Обнявшись, они вошли в дом. Отец на радостях хотел было вскочить с кровати, но ахнул от боли, не подав виду, улёгся обратно, притворно строго пробасив:

– Не поздновато припёрся– то, люди добрые спят уже давно! Ну, иди, иди, скорей, дай обниму тебя, сынок! Не сердчай на батьку– то!

Мать Игоря скоро собрала на стол, помогла отцу подняться, соорудила ему кресло с подушками, и они проговорили до утра. Игорёк всё рассказал родителям, они всегда любили и понимали его.

Мать расплакалась. Галочку было жалко, Игорь ничего им не рассказывал до этой встречи. А сейчас вот наболело, аж душу выжигает. И про Риточку рассказал. У отца разболелась спина, он ушёл в спальню, понимал мудрый человек, пусть мать– она же женщина, успокоит сына, может что подскажет.

– Сынок, если она тебя любит по– настоящему, время всё расставит по местам. Нужно время. Ты Галочку не бросай, не по– божески это. Любовь всё перетерпит и преодолеет. Женщины во время войны всю жизнь своих мужей ждали и верили. Любовь спасла многих! Галочка, крест твой видно! Неси его достойно, не загадывай. А там видно будет. Дай оправиться человеку, не греши, не пори горячки. Пропала твоя Рита, молодец, с головой девка, и сердцем горячим. Езжай ты, мой хороший, в тот Израиль и будь там.

Я тебе как мать говорю, мать дурного не посоветует,– женщина с нежностью погладила сына по волосам и поцеловала макушку, он для неё всегда будет маленьким, беспомощным и беззащитным ребёнком.

***

Нервы Игоря были на пределе. Они с Галей не виделись больше двух недель. Он ехал в такси в клинику, где она находилась.Молодой человек не знал, как та его встретит. Игорь не замечал ни красоты этой страны, ни жару, которая его негостеприимно встречала. По приезду, первым делом отправился к главному врачу. Доктора успокоили его, заверив– улучшения на лицо. Если соблюдать определённый образ жизни и постоянное диетическое, строгое питание, жизнь можно продлить лет на 5– 6,но психическое её состояние эти сроки заметно сокращают. Галина Сергеевна не хочет жить. Она понимает, что детей у неё не будет, полноценной жизни тоже, а вы моложе её, как понимаем, и мучить вас она не хочет. И вряд ли Галина обрадуется вашему приезду.

Наш администратор посоветует, где лучше остановиться, обустраивайтесь, потом подъедете, и мы решим, как лучше поступить, в первую очередь для неё– посоветовали доктора.

– А можно хотя бы взглянуть на неё?

– Да, дверь стеклянная, думаю, это можно устроить, – успокоил главврач, сестра проводит.

Сестра заглянула в палату к Галине, она беседовала с психотерапевтом, увидев её, непринуждённо улыбнулась и продолжила разговор. Сестра дала понять Игорю, что можно быстро заглянуть. Игорь посмотрел сквозь стекло на женщину, она выглядела вполне здоровой и жизнерадостной, а главное совсем чужой. Он развернулся и стремительно зашагал прочь. Выйдя из здания, Игорь посмотрел на окна её палаты, рядом располагался открытый балкон– на балконе стояли двое, он и она. Мужчина держал её за руку, женщина не противилась. В мужчине он узнал психотерапевта, женщина, а это была его Галя, придвинулась к мужчине ближе и обвила его за шею руками. Продолжение этой картины ему стало неинтересно, он не почувствовал даже укола ревности. Врачи ошибаются– её жизнь бьёт ключом, а как же его жизнь?!

Он не торопясь брёл по улицам города Афула. Забрёл в бар и попросил по– английски виски со льдом. Вдруг зазвонил сотовый, говорил вездесущий Дмитрий Валерьянович:

– Вашу просьбу выполнил. У Маргариты Лисицыной отличный послужной список и характеристики. Она, по её просьбе, переведена в Воронежский Медицинский Институт, там же трудоустроена в детскую поликлинику, пока. Теперь мы можем обсудить наше, хм, дело?

– Я сейчас за границей.

– Я в курсе. Но ваше присутствие не обязательно. Важно ваше согласие!

Игорь удивился, но спокойно поинтересовался:

– Согласие на что? Передачу моих органов в случае моей смерти вашему шефу, он, наверняка, нуждается в срочной пересадке внутренних органов, а я подходящий донор,– съязвил Игорь, которого уже достали все эти тайны бермудского треугольника.

– Нет, вы всё не так поняли. Мой шеф– Роман… хочет познакомиться с вашим сыном и готов на любые ваши условия!

Наступила длительная пауза. Игорь, наконец, понял– кто его благодетель. А ведь Дмитрий Валерьянович прав, рано или поздно придётся всё рассказать мальчику. Разве он господь бог, чтоб за ребёнка решать судьбу.

– Можете перезвонить мне вечером, сегодня, я дам ответ.

– Ок, позвоню позже!– связь разъединилась.

Игорь набрал телефон матери:

– Мама, мне нужно тебе что– то сказать. Это важно! Ты только не нервничай.

– Да, сынок, что случилось?

– Мам, Лёша– не мой сын, у него есть мать и отец. Отец не знал до недавнего времени о его существовании, а с матерью Лёши– Жанной, ты помнишь, мы договорились, если она захочет, то всегда сможет его увидеть, если Игорь не встретит другую женщину, которая заменит Лёше мать.

– Сынок, да я догадывалась, но Лёшенька всё равно, мой внучок. Решать тебе!

– Если они захотят приехать, мам, не противься, пусть познакомятся…, держитесь там, Лёшку обними за меня, целую, папе привет!

***

Выйдя из кафе на улицу, Игорь не понимал, куда двигаться дальше, в буквальном и переносном смысле. Пройдя все испытания, он оказался на перепутье. Дорог много, но где его путь.

Трезвонивший сотовый оторвал от философских размышлений.

– Димон! Где ты, как устроились? Рад, рад, что у вас всё хорошо!– кричал Игорь в трубку.

– У меня? С переменным успехом…,– грустно закончил фразу Игорь.– Куда повернуться? Тебя плохо слышно, я в Афуле, Израиль, да зачем повернуться… перезвони, ничего не слышу.

За спиной неожиданно раздался знакомый голос:

– Ваши документы! Вас разыскивает Интерпол по подозрению в краже четырех золотых слитков из ванной комнаты в квартире бывшего капитана милиции Селиванова.

Друзья обнялись. Игорь уже ни чему не удивлялся. Они засмеялись. Димка познакомил бывшего сослуживца со своей женой Томой. Вечером они договорились пересечься, посидеть где– нибудь втроём. Им было о чём поговорить.

Абстрагироваться и убегать от проблем, которые мучили Игоря, не было больше сил. Решено, чего бы то ни стоило, немедленно увидеться с Галей и честно с ней всё обсудить. Галина ждала его, она знала, что он приехал и видела с балкона своей палаты.

– Между нами всё кончено. Я так хочу,– без предисловий заявила она. Тем более, что я встретила другого человека, он хочет, чтобы я осталась здесь с ним. Я никогда тебе не смогу дать то, что тебе нужно, семью, детей, обычные радости. Отпускаю тебя.

– Может, ты не будешь, Галя, решать за нас двоих,– возмутился Игорь

– А я решаю за себя! Уезжай и живи полноценной жизнью, у меня всё будет хорошо.

И тут из кармана Игоря выпала зелёная, блестящая заколка для волос, и Галина, без укоризны, добавила:

– У тебя, я не сомневаюсь, тоже! Это Рита, ведь так?

Игорь молчал. Вышло всё как– то скомкано и погано. Но жизненные кульбиты не похожи между собой. А красиво говорить– это конёк, как правило человека, не умеющего совершать благородные, серьёзные поступки.

– Я буду помнить до конца дней то, что ты сделал для меня и моей семьи!– Галя поцеловала Игоря в щёку и вышла на балкон.

Она прожила ещё четыре года, счастливых, по– своему. С человеком, которого она понимала и уважала. Доктор принимал её такой, какая она есть. Они не любили друг друга, но вместе им было комфортно. Петя с отцом несколько раз приезжал в Афулу. Сын привёз ей несколько, написанных собственноручно, картин с красивыми пейзажами. Галя видела, что её единственному парню хорошо с отцом, он счастлив.

***

Жанна и Роман Петрович периодически забирали теперь Алёшу на каникулы. Последний раз они вернулись из Лондона. Лёшенька пытался разговаривать по– английски. Роман восторженно глядел на сына.

На семейном совете собрались две семьи, Игорь дал согласие, что Алексей будет обучаться и жить с матерью и отцом.

Жанна оказалась потрясающей матерью, любящей и заботливой. Она не могла оторваться от сына, окружив его любовью, пытаясь восполнить всё, что не додала малышу когда– то.

Устраивая жизнь близких, Игорь позабыл про свою....

«Следующая станция Ольховка»– объявил радиоголос в электричке. Игорь нервничал, ждёт ли она его ещё? Столько времени прошло, за год много воды утекло.

Было жаркое июльское лето. Рита копалась у себя в огороде, помогая матери по хозяйству. Лето проводить в городе– преступление. Джинсовые шортики и коротенькаяголубая маечка облегали её фигурку. Она не заметила, когда Игорь подошёл к калитке и окрикнул:

– Не найдётся водички у вас, девушка, очень пить хочется!

Рита обернулась и чуть не упала в обморок. Тяпка выпала из рук, ноги подкашивались. Она двинулась навстречу любимому, а он продолжал стоять, не решаясь войти. Девушка шла, ускоряя шаг, а затем не выдержала и помчалась к нему навстречу по тропинке.

Любознательные соседи уже выглядывали из своих домов по обе стороны улицы. Они стояли на дороге, обнявшись, словно боялись оторваться друг от друга и опять расстаться. Их любовь выдержала все испытания.

На свадьбе в Питере гуляло много народу, даже Галина прислала поздравительную открытку. Чета Селивановых подарила молодожёнам "неплохую" двухуровневую квартиру в престижном районе, Димка пригнал машину, друзья по мелочам, но тоже приятно, Дмитрий Валерьянович был оригинален, преподнёс в подарок кота Гошу, четырёхцветного на счастье с приятными воспоминаниями. Никто и не догадывался о сентиментальности суперагента. Макс приехал на свадьбу в сопровождении грудастой дамы, похожей на кубанскую казачку и Пети, они подарили Давыдовым новую картину Петра, написанную акварелью специально к этому дню. На картине была изображена красивая белокаменная церковь с золочёными куполами, а из её раскрытых ворот выходят под руку Игорь и Рита.

Гости бросают в них цветы. Много цветов, нежных чайных роз. Светит солнце, зелёные деревья, много счастливых радостных лиц.

Жизнь продолжается, не смотря ни на что!

P.S. Желаю вам счастья, любви и веры в себя, дорогие мои читатели.

Я иду тебя искать!

В клубе грохотала новомодная музыка , а в темноте не видно было лиц. Ритмично в такт двигались фигуры, световые эффекты меняли цвета. Глаза Лоры искали подругу среди незнакомых людей на танцполе. Опять Натала куда– то запропастилась, на звонки не отвечала. Все время так, не сидится ей на месте. Договорились ведь– вместе пришли, вместе и уйдем! Лора собралась было к гардеробу на выход, проталкиваясь через выплясывающую молодежь, как ритмы хип– хопа сменились мелодичной медленной музыкой из хитов 90– х. Дорогу ей внезапно преградил высоченный парень, смуглый, с зачесанными назад волосами. Даже в сумраке дискотеки было видно как блестели его волосы.

– Можно пригласить вас на танец?– томно спросил красавчик

– Я не танцую и, вообще, я подругу должна найти,– буркнула себе под нос Кларисса.

– Один танец с прекрасной незнакомкой и я исполню любое ее желание,– настаивал новый знакомый, взяв Лору под локоть.

Лора засмущалась и неохотно поддалась уговорам.

– Артур! А ваше имя можно узнать?– представился жгучий брюнет, явно не посторонний в этом гламурном местечке.

– Кларисса, – потупила взор девушка и кавалер опытно и непринужденно закружил ее в медленном танце, будто всю жизнь только и занимался, что танцевал.

Артур оказался очень пластичным и атлетически сложенным человеком. Кларисса чувствовала себя неловко, словно корова на льду. Ноги ее почти не слушали.На ватных палочках двигалась она невпопад, не в такт, руки стали влажными.

– Вы здесь в первый раз? Я здесь всех знаю. Контингент один и тот же. Тусовщики!– деланно презрительно скривил чувственные губы Артур.

– Да. Подруга вытащила. Говорит, этот клуб самый популярный в городе, и музыка хорошая, – попыталась поддержать разговор Лора.

Но медленный танец закончился и они застыли посреди зала. Танцующие бешено задергались под новые ритмы. Артур потянул девушку за руку ближе к сцене, объяснив, что там у него столик. А столики там предназначались, со слов Наталы, для друзей владельца клуба и его самого.

– Присаживайтесь, Кларисса, сейчас я что– нибудь соображу нам выпить. Вы что предпочитаете?– заискивающе поинтересовался завсегдатай клуба. Может «Алую Розу»– очень вкусный коктейль, он ассоциируется у меня с вкусом алых ваших губок…,– он улыбнулся так, что сердце ее ушло в пятки и там осело.

– Меня подруга искать будет, я переживаю за нее,– сопротивлялась натиску Артура девушка.

– Меня достаточно один раз попросить, я же джентльмен. Любой каприз прекрасной дамы будет исполнен! А вы, Ларочка, очень красивая и имя у вас необыкновенное,– при этом он набирал на своем сотовом чей– то номер и быстро отдал указания, слов она не разобрала. Было очень шумно.

– Расслабляйтесь, и ни о чем не думайте. Пусть этот вечер вам запомнится надолго!– Артур прошептал ей на ухо.

Лора не успела присесть за столик и пригубить перламутровый бурлящий коктейль, как к ней подсадили неизвестно откуда взявшуюся подругу Наталу.

– Где ты была, подружка? Я тебя везде искала,– затараторила Лорка

– Ну ты даешь, подруга, прибедняется все! Ко мне никто не подходит, не знакомится. Знаешь, кого подцепила? ХОЗЯИНА КЛУБА– по слогам громко прокричала Натала и испуганно огляделась по сторонам.

– А я никого и не цепляла, он сам подошел, говорит, сразу заметил, – надула обиженно губки Лорка.

В это время у сцены Артур о чем– то договаривался с ди– джеем. Завершив переговоры, он подошел к разгоряченным девушкам.

Представился Натале, сообщил, что рад ее снова видеть в стенах его заведения, что было ей особенно приятно, ведь была она здесь лишь раз.

– Вам, наверное, подруга уже дала понять, что это приятное место, я надеюсь, принадлежит мне?– обратился он к Лоре.

– Да, сказала, а это что– то меняет?– неожиданно для самой себя «ощетинилась» девушка. Ей не нравилось, когда подчеркивали разницу в классовой принадлежности.

– Нет, вы не так поняли! Девушки, цену хотел себе набить, чтоб посерьезнее в ваших глазах выглядеть– нашелся Артур. И тут же ретировался, объяснив:

–Дела. Но вы можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете– все включено, – Артур исчез в гуще людей на танцполе.

– Вот везуха– то!– восторгалась Натала,– давай оторвемся, что зажалась? Пошли танцевать– разошлась бойкая подруга, неунывающая и без комплексов. Лорка продолжала сомневаться, ей казалось все происходящее странным. Наталка тем временем вскочила, и стала крутить своими полными бедрами возле их столика, гордо озираясь вокруг. В этот момент кЛоре подсели двое мужчин с презентабельным видом. Один очень полный, с лысой яйцеподобной головой,в костюме, сидящем на нем как презерватив. Другой, наоборот очень худой, выглядевший как подросток от обилия прыщей на лице и с очками на носу. Не спрашивая разрешения присоединиться, тут же заказали водку и закуску. Официант мгновенно расставил четыре рюмки, графин с водкой, тарелки с салатами и горячим, налил в бокалы сок. Толстяк, похожий на шрека, попросил Наталу присесть таким тоном, что возражения не принимались. Девушкам пришлось поднять стопки за тост, произнесенный немощным очкариком « За прекрасных дам!До дна!– Все выпили. Разлили еще. Лора попыталась возразить, но «ШРЕК» заявил, что ломаться нынче не актуально, все выпили еще и закусили. Лорка подумала, что эта компания совсем не поднимает ей настроения и толкнула Наталку локтем в бок:

– Нам нужно в туалет, – констатировали девушки.

– Нет, красавицы, еще выпьем, потом белый танец, – схватил «Шрек» за руку Клариссу своими бревноподобными пальцами. По его губам стекал жир, лоснился пот на лбу и висках, его вид вызывал нескрываемое отвращение у обеих девушек.

Девчонки оцепенели, будто прилипли к стульям. Отдых из приятного неожиданно превращался в вынужденный корпоратив с непредвиденными последствиями, как в плохом фильме ужасов. На сцену в это время выскочили несколько полуголых девиц, облепленных страусиными перьями, они прыгали, безумно размахивали ногами в разные стороны, совершая непонятные па. Кавалеры отвлеклись от своих избранниц на этот вечер, уставившись на действо сценическое. Бойкая Натала тут же схватила свою сумочку, пнула туфелькой по ноге под столом подругу, та тоже подцепила сумку.

– Мальчики. Выпьем за вас!– мальчики машинально наполнили стопки, не отрываясь от зрелища, залпом выпили. Девчонки, воспользовавшись паузой, рванули к выходу.

– Ищи номерки, они у тебя, бери одежду в гардеробе и беги на улицу! А я в туалет, отвлеку внимание на себя,– кричала на бегу Натала.

Охранник преградил ей дорогу к туалету.

– Вы хотите уйти? Тогда расплатитесь по счету!

– Какому счету? Я с Артуром. Мне надо в туалет, носик припудрить. Выйду и разберемся,– оттолкнула перепуганная, но не растерявшаяся девушка охранника. Забежала в дамскую комнату и закрылась изнутри. Лишь бы Лорка успела выбраться, за ней вроде никто не увязался. Она подскочила с этими мыслями к огромному стеклопакету в туалете. В этот момент одна из кабинок открылась и оттуда вывалилась полупьяная девица. И направилась неуверенной походкой к двери навысоченных прозрачных каблуках .

– Эй, помоги подруга, вляпалась, свалить надо!– зашептала уверенным голосом Натала.

– Ты че! Кинула что ли кого? Э…так не пойдет! Делись, тогда я тебя не видела,– заявила виновница ее срывающегося побега.

– Ладно, сегодня твой день! Отвлеки охранника, на выходе меня пасет…,– Наталка ожесточенно рылась в своей сумочке, пытаясь найти кошелек, там еще оставалась какая– то заначка. Вытащив пятьсот рублей одной купюрой, она вручила пьяной соучастнице, посильней рванула на себя оконную ручку и выпрыгнула с бельэтажа на улицу, вон из этого зловещего места с хозяином– сутенером и богатыми маньяками.

Хорошо, что осень теплая, без одежды верхней можно было продержаться достаточно долго. Лорка стояла на остановке, напротив клуба с их куртками, ее била нервная дрожь.

– Я же была права, Наталочка, что здесь мы не встретим никого приличного. Неизвестно, где бы мы сейчас были! Хороший клуб, мужики крутые,– передразнила Лора подругу, – больше не буду тебя слушать!

– Лорик! Выбрались же! Теперь будем деньги копить. Поедем в Египет, курорты покорять, Нинка рассказывала– там такие мужики!– Наталка мечтательно закрыла глаза.

Девушки поймали машину и,возбужденно обсуждая свое приключение, поехали на попутке домой.

Натала и Кларисса были полной противоположностью друг друга, с разными интересами и взглядами на жизнь, наверное, именно поэтому с детства дружили. Дополняя друг друга своими качествами, бескорыстно доверяли свои и иногда чужие секреты, делились последними впечатлениями и получали новые. Вместе им было не скучно, но не той, ни другой не доставало рядом крепкого мужского плеча. Ларочка высокая,с природными шикарными внешними данными, кареглазая стильная шатенка с горделивой осанкой и неприступным видом. Она знала себе цену и держала марку, умела себя преподнести, но при этом оставалась с близкими людьми простодушной и внимательной. Мужчины роняли слюни, глядя ей вслед, и не более. Даже при такой внешности, знании двух языков, престижной работе, изобилии мужчин вокруг, Лара оставалась одинокой.

Наталка, полноватая, невысокая, сероглазая, всегда в хорошем настроении, оптимистка и хохотушка. Она вечно меняла стили одежды и прически, а также цвета волос. Постоянно искала себя в жизни и обучалась всевозможным профессиям. По жизни она была большим экспериментатором и выдумщицей. В любой компании Наталка была желанным гостем, где сразу оказывалась в центре внимания, при всей своей не очень привлекательной, по стандартным меркам, внешности. От Наталки веяло надежностью и уверенностью за будущее, как от ГАЗПРОМа….

На день рождения Наталке подарили модную книгу про визуализацию желаний, и как с помощью этой визуализации устроить личную жизнь. Писатель– психолог– астролог Глафира Прудникова советовала в своем шедевре вырезать из гламурных журналов и проспектов, понравившиеся картинки, воплощающие желаемое и развешивать в своем доме на видных местах. И ждать! Подруги, сидя дома, визуализировали, глядя на глянцевых фотомужчин, фотодома и умопомрачительные пляжные пейзажи на плакатах, иномарки размером один к сорока пяти, и ждали! А те в свою очередь подмигивали им со стен, но ничего не менялось. Они по– прежнему оставались одинокими. Нинка– их общая подруга, посоветовала отличного психолога. Принимает на дому, берет недорого, но в жизни после нескольких сеансов, все по полочкам расставляется и новая, незаметная нам доселе дверь, открывается в светлое, другое,будущее. Без этого чудо– психолога мы, якобы эту дверь не видим!

Натала и Лора посетили волшебницу, опустошив личный бюджет на десять тысячрублей каждая, а дверь в новую жизнь так и не обнаружили.

– Наверное, мы уже совсем запущенные, для нужны какие– то радикальные меры,– предположила Натала.

– Нинка рассказывала, что есть курсы, где учат как подмигивать понравившемуся мужчине, как первой к нему подойти и завести разговор так, чтоб он захотел продолжить знакомство. Что– то вроде курса начинающих гейш. Даже чай научат по особому заваривать и разливать, мужики ведутся на это!– не успокаивалась Лора, – пойдем, может, это наш шанс!

– Тебе не кажется, что прежде чем чай заварить и принести на подносе, надо еще найти– кому?– скептически спросила Натала.

В результате, в течение месяца, по три раза в неделю вечерами, подруги заваривали зеленый чай, разливали его, согнувшись в три погибели, в маленькие чашечки. Ходили с книгами на голове, тренировали мышцы вагины, наполняя ее мега– энергией, привлекающей мужчин. Учили каждый свободный вечер заданное на дом задание в виде каких– то, не очень понятных по смыслу, заклинаний– молитв, которые должны ту самую энергию сохранять внутри женщины и удерживать. При посещении данных занятий, подруги заметили, что мышцы их пресса поднакачались, а процедуры чаепития стали раздражать даже дома. Мужчины же по– прежнему не обращали внимания на наших гейш. Если раньше девушек хотя бы приглашали на «чай– кофе– потанцуем, водка– пиво– полежим», то сейчас, видимо от избытка мега– энергии, мужчин раскидала взрывная волна.

Однажды на работе, проходя мимо курилки с грудой чашек на подносе, после очередного совещания шефа, Лора услышала разговор женщин. Одна из них восторженно декламировала, как подцепила крутого мужика в магазине по продаже автозапчастей. Кларисса как метеор перемыла все чашки, и бегом к телефону, с видом героини из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», которая звонила Галочке с последними новостями о Якине:

– Алло! Наталочка, ты знаешь куда мы пойдем с тобой на выходные?

– Куда?– раздраженно спросила Натала, нервно забивая в компьютер очередной заказ клиента, она работала официанткой в ресторане.

– В магазин автозапчастей… придется, конечно, проштудировать статьи в инете, что там чаще всего ломается в этих машинах!– тихо, как заговорщик, шептала Лорка.

– А мест поприличней ты не можешь предложить? Хотя…,– Натала помолчала, – в крутой клуб мы уже сходили!

– Ладно, работай, до вечера! Сейчас нарою местечко, где– нибудь в центре, где покупатели посостоятельней, целую, пока!– и Лорка бросила трубку.

Вечером того же дня подруги вовсю прорабатывали план по штурму магазина запчастей для Мерседесов, Фольксвагенов, Опелей. Решено было представляться владелицами Опель– астра, у которого полетел топливный насос. Сказано– сделано!

План действий в их понимании выглядел таким стройным и ладным, что без состоятельного мужчины, разбирающегося в автослесарном деле, да еще и отзывчивым, было нереально уйти. А у этого мужчины обязательно найдется не менее состоятельный ,отзывчивый и приятный во всех отношениях друг.

В субботу, с утра пораньше, девушки надели свои лучшие парадно– выходные наряды, подходящие для промозглой затянувшейся осени и соответствующие, по их особому мнению, для похода в магазинза запчастями. Приехали по заданному адресу, и долго переминаясь с ноги на ногу, не решались зайти. Наталка, как всегда, решилась первая:

– Короче, я захожу первая, с умным видом сразу к продавцу, буду отвлекать на себя! А ты приглядишься, походишь, приценишься.

– Я не смогу! К чему я прицениваться то буду?– включила заднюю скорость Лора.

– К свечкам каким– нибудь, ну, я не знаю…о! К тормозным колодкам! Тебе они не помешают!– нашлась Натала, и схватив за рукав подругу, потащила ее к входу.

Придав, насколько возможно это было сделать, непринужденный и раскованный вид, походкой знающего , что хочет, человека– направилась Натала к продавцу:

– Вам что– то подсказать?

– Да, топливный насос!

– Для какой машины? Какого года? Какой сборки?

– О, боже! Опель Астра, новенькая совсем, серебристая такая!

– Ясно ,– невозмутимым тоном произнес продавец, – а документы есть какие– нибудь с собой?

– Только паспорт!– Натала быстро достала его из сумочки.

– Меня не интересует, девушка, ваше семейное положение и регистрация, дайте мне техпаспорт на машину,– продавец слегка побагровел и напрягся.

– А! Одну секундочку….,– стала судорожно искать в сумке то, чего там никогда не было Натала, с мыслями, как выкрутиться из этого дурацкого положения.

Продавец, молодой симпатичный парень, раздраженно барабанил пальцами по прилавку со всякими гайками, болтами, свечками, ключами под стеклом.

– Понятно,– решил прервать комедию продавец на самом интересном месте,– вам нужно узнать дома год выпуска машины. И если она действительно новая, то действует гарантия, позвоните в обслуживающий автосервис и ваши проблемы будут решены! До свидания!– молодой человек даже не счел нужным выслушать ответ. Он демонстративно повернулся с приветливой улыбкой к входящему в магазин мужчине.

Ларе повезло больше. Учехлов для сидений и детских кресел для машины Натала застала подругу, слушающую, увлеченно, рассказ неизвестного молодого человека про какую– то сумасшедшую поездку за город, как в пути отвалилось колесо с его машины, а запаски не было. Натала не понимала о чем могла спросить у него Лара, что он начал такой подробный рассказ о своей личной жизни.

– Ларочка, нам нужно идти. Извините!– отвела подругув сторону.

– Может вас подвезти? Я на коне,– предложил приятный незнакомец. Натала сразу подметила отсутствие на правой руке ненужного предмета в виде обручального кольца. Это колечко всегда нежеланно на руке мужчины для одинокой женщины. Исключение– если этот мужчина твой отец или брат!

Девушки уселись на заднее кожаное сидение шикарного вороного мерседеса,гордясь собой и своим неожиданным успехом. Парень за рулем травил анекдоты, байки из жизни. «Он так много всего видел и знает!»

– Кстати, Володя,– обернулся через плечо этот улыбчивый и располагающий к себе молодой человек,– вас куда, девчонки?

– Нам? Э…если можно, фитнесс– клуб « Геркулес» на Лиственной улице.

– Куда прикажете, милые дамы! Почему такие красивые и одни? Неужели некому помочь, машину ремонтировать не женское занятие!– возмутился мужчина– герой их дня.

Ларочка только собралась с мыслями ответить, как у Володи зазвонил телефон.

– Да! Да, Георгий Викторович! Понял! Да! Сделаю! Через 10 минут буду…,– чеканил по– армейски водитель Володя. – Барышни. Сейчас тормозну, и быстро выскочили, на мосту останавливаться нельзя! Андерстенд? Шеф звонил.

Машина резко затормозила, и Володя небрежно:

– Вылезаем, матрешки, че уставились, давайте быренько!

Девушки повыпадали из мерседеса, как надоевшие шлюхи, а шикарная тачка рванула с места, визжа резиной.Только облив их напоследок шквалом грязи из– под колес. Лора тихо всхлипывала, Натала же пыталась затащить ее на бордюр, вдоль пешеходной части на мосту. Она гораздо быстрей возвращалась к реальности.

Вечером девчонки сидели на кухне в хрущевке Клариссы, которую подарили той родители на окончание института. Однокомнатная, крохотная, но уютная квартира была важным приоритетом в судьбе одинокой женщины. Хотя бы есть, где вечерами посудачить с подругами, выпить любимый мартини с грейпфрутовым соком и пожаловаться друг другу, какие все мужики сволочи! Обсуждение было в разгаре, бутылка мартини стояла початая под столом, планов на воскресение не было. В дверь позвонили. На пороге стояла зареванная соседка Нинка, поругалась с бойфрендом, не поздравил с годовщиной дня знакомства, вот взяла и выгнала.

– А он– сволочь, ушел, да еще дверью хлопнул!– навзрыд плакала Нинка.

– Везет же некоторым!– в один голос произнесли Кларисса и Натала.

– В чем везение? Мы уже сколько вместе?! А он не помнит даже когда у меня день рождения! Дальше то что?– не унималась Нинка.

– Сейчас ведь подберет особа, которой будет все равно , помнит он годовщины. Юбилеи, дни рождения, был бы рядом!– предостерегли подружки.

– Ну и пусть! Найду другого!– разошлась обиженная девушка.

– Мы уже лет пять все ищем. Нормальные мужики давно все наперечет и в красную книгу занесены,– Натала давила на слабую психику всех присутствующих.

Присутствующие через некоторое время дружно рыдали втроем.

Стенания прервала Лора:

– Девочки, а завтра ведь еще один выходной?

– Есть предложения?

– Есть!– загадочно улыбнулась Лора. У меня знакомая одна постоянно в «Геркулес» ходит, здесь недалеко. Там есть бассейн, сауна, тренажерных залов два, и несколько для аэробики. Степа и всякого разного. Говорит мужиков– тьма и все приличные, серьезные, не алкаши подзаборные! Может, рванем завтра? Там пробный день бесплатно.

– А это вариант! Не подцепим никого, так для здоровья польза.

В воскресение с утра пораньше наложили на себя боевой раскрас, оделись в спортивный прикид, будто их стиль жизни: « О, спорт– ты мир, дружба, любовь!» С этим девизом девчонки предстали перед администратором фитнесс– клуба. Молоденькая девушка, загорелая и накачанная, улыбнулась посетительницам и повела их в обзорную экскурсию. Показав все достопримечательности, объявила, что только две из предложенных услуг– бесплатно, массаж– тоже отдельная услуга.

Девушки поразились красотой и обилием здесь мужских тел. Только запах пота немного подпортил впечатление. Пустяки! Девчонки быстро переоделись в трико и облегающие майки. Подошедший привлекательной наружности инструктор первым делом замерил новичкам пульс и назначил соответствующий комплекс упражнений, зависящий от желаемого результата. Кто– то спину прокачивает, кто– то ягодицы подтягивает, кто– то трицепсы– бицепсы увеличивает. У тренажеров для этих групп мышц привлекательных бодибилдеров было наибольшее количество.

Но все усилия обратить на себя внимание были тщетны, реакции мужчин не последовало даже, когда Нинка сбросила майку и осталась в полупрозрачном бюстгальтере.

– Они тут все импотенты, и если любят кого– то. То собственное тело! Посмотрите, как в зеркало любуются собой!– Нинку задело такое положение вещейдо глубины души.

– Так, в душ, а потом в бассейн!– скомандовала Наталка,– вода– это так возбуждающе!– девчонки засмеялись и выскочили из зала, полного качками– импотентами.

В бассейне их ждало еще большее разочарование. Все дорожки были заняты цветастыми купальниками, а разноцветные шапочки, как в синхронном плавании, повернулись дружно на звук хлопнувшей двери, из которой появился инструктор по плаванию, в синих шортах и со свистком на шее. Вся орава русалок одновременно загалдела и наперебой стала что– то расспрашивать у вошедшего. Девчонки переглянулись и поняли, плававшие в бассейне тоже побывали в качалке. Куда мир катится? Скоро на мужиков, как на дичь охотиться будут, с арканами, капканами, лассо и прочей атрибутикой ! Натала предложила последний вариант. Так, для самоуспокоения– массаж! Прямо в купальниках и тапочках подруги прошли в кассу, оплатили каждая по часу массажа и воодушевленные предстоящей процедурой, проследовали по указателям в полуподвальное помещение с узкой и невзрачной дверью. Внутри была располагающая интимная обстановка с барчиком, телевизором, мягкими удобными креслами и кушеткой за ширмой. Из потайной двери неожиданно, словно джин из бутылки, возник Аполлон Бельведерский– собственной персоной. Девушки сидели в креслах с раскрытым ртом. Ну, просто, мачо, а не массажист! Парень загорелый в соляриях, с мощной грудной клеткой и выделенными квадратиками брюшного пресса, грациозной походкой подошел к клиенткам и раздал им по одеялу и белоснежной, пахнущей лавандой, простыне. Предложил пройти за занавеску Ларочке.

Покинутые подругой девушки. Зашептались, как всегда их Лорке повезло! Профессиональными движениями массажист разогрел все тело Клариссы, от кончиков пальцев ног до затылка. Она стонала от блаженства. Девчонки завидовали, уткнувшись в журналы, нервно перелистывая их. Массажист же продолжал приятные манипуляции с телом подопытной, находящейся на седьмом небе от кайфа.

– Какая у вас татушка чудная,– внезапно вернул с небес на землю Лору молодой бог. И кожа такая бархатная, мягкая, как у Клеопатры,– продолжал подкатывать Аполлон. Лора молчала, не зная, что ответить и лишь бы не спугнуть наживку.– А вы замужем?

– Нет,– сердце девушки учащенно забилось.

– А дети есть?

– А думаете нам уже пора поговорить о детях?

– Нет, вы не подумайте– мне просто интересно, такая красивая, неужели свободна?! Может друг есть?– не унимался Бельведерский.

– Вам не кажется, что вы слишком любопытны для массажиста!– от этих вопросов, походящих на допрос у следователя, Лоре разонравился и массажист и массаж, тем более, что по времени он подходил к концу.

– А что, если вас и ваших подруг вечером я приглашу где– нибудь поужинать, отдохнуть? Вы не против?– аккуратно поинтересовался массажист.– Я могу захватить друга.

– Мне надо подумать, спасибо,– дала шанс Лора.

– Надеюсь, довстречи. Возьмите визиточку и дайте знать, если надумаете. Я освобождаюсь сегодня в восемь вечера,– и он улыбнулся обезоруживающей улыбкой голливудского актера.

Лорка быстро спровадила Нинку на массажный столик, а сама вывела из комнаты Наталу:

– Клиент созрел, вечером зовет нас посидеть где– нибудь. Ты как? Телефон оставил, зовут Никита. Друга возьмет,– смотрела вопрошающе Лорка на подругу.

– Даже не знаю, что и сказать! Он какой– то нереально красивый, тебе не кажется?– уже опасалась неудач и разочарований Натала.– С другой стороны , попытка– не пытка.

Посоветовавшись, девушки решили не дожидаться Нинку, а бежать домой, наводить марафет и готовиться к предстоящей встрече. «Да и не маленькая, сама дойдет, а в кавалерах она не нуждается, пусть со своим разберется!»

Позвонив сразу же Никите, договорилисьо встрече. Он обрадовался и предложил заехать за ними куда угодно. Девушкам было угодно, чтоб их забрали из дома. В такую слякоть своим ходом, кошмар! Никита оказался на редкость пунктуальным, ровно 21.00 он отзвонился, что ждет внизу в машине, намекнул, что ждет с нетерпением. Девушки не то, что выбежали из подъезда– они вылетели, окрыленные удачей в предвкушении приятного продолжения знакомства. Когда уселись в БМВ,на переднем сидении уже восседал друг Никиты, не мене интересный, вдобавок ко всему, еще и мулат.

– Обалдеть! Твой– то каков, Наталка!– защебетала на ухо подруге Лорка,– ой, держись!

Никита представил приятеля: Алекс,– познакомьтесь! Мы поедем в клуб на наш выбор, ок?

– Полностью доверяем вашему вкусу,– обрадовались подруги, что не надо думать и принимать решение.

Клуб находился в спальном районе, в котором Лора была пару раз по работе, а Натала не имела представления даже, где вообще она сейчас находится. Но ухажеры были такие галантные и явно не бедные, соответственно место, куда они сейчас войдут, окажется более романтичным. Пока же романтичным было только название заведения: « Голубой Дельфин». На входе девушек пристально изучили взглядом и не только охранники, облапали одежду без стеснения и пошарили в сумочках. Не найдя ничего подозрительного, не хотя пропустили оригинальную четверку, при чем мужчин, к удивлению и молчаливому возмущению барышень, даже не досмотрели. Девушки предположили, что эти ребята на входе– знакомые Никиты и Алекса.

– Боже мой! Какая красота!,– подруги были потрясены увиденным. По стенкам плескалось бирюзовое море, из волн которого выбрасывались и резвились силиконовые голубые дельфинчики на ниточках, как живые. Потолок был словно куполом цирка, с подсветкой , мишурой и такой же формы. Пол был выложен плиткой, на которой были изображены странные знаки, вроде наскальных доисторических надписей. Народу было много , в основном мужчины, все обнимали и целовали друг друга при встрече. Подругам пришлась по душе эта теплая и непринужденная атмосфера в клубе. Управляющий клуба, а именно так он себя представил, предложил вновь пришедшим столик у сцены и попросил поторопиться, так как через несколько минут начнется шоу, которое, как он пообещал не оставит равнодушным никого из присутствующих. Молодые люди усадили своих гостий за столик и попросили извинения за то, что вынуждены ненадолго удалиться, хотят, мол, сюрприз подготовить. И исчезли….

Не прошло и двадцати минут, как занавес на сцене распахнулся, кто– то выпустил несколько хлопушек с серпантином, зрители захлопали. Свет в зале медленно погас, как в кинотеатре. Резко возникшее световое желтое пятно на сцене осветило все того же управляющего, умело и привычно исполнявшего роль конферансье. Он театрально развел руки и поставленным голосом провозгласил, натянув на лицо голливудскую улыбку от уха до уха:

– Несравненные Никита и Алекса! Встречаем наших звездочек! Милашки мои!– и шоумен послал пока еще невидимым девушкам воздушные поцелуи и исчез. В это мгновение зазвучала песня в исполнении « Куин»: «Шоу должно продолжаться» .На сцену выпорхнулидве, невероятной красоты, девушки. Они были одеты в вечерние наряды, серебристый, переливающийся– на блондинке и золотистый– на чернокожей брюнетке. Длинные перчатки в тон платьев подчеркивали прелесть их тонких изящных запястий, шеи их закрывали перья боа. Туфли имели высоту каблука сантиметров 15, но выступающие прелестницы стали лихо на них выплясывать поставленный танец. Периодически девушки проделывали акробатические элементы, выписывали странные балетные па с претензией на эротику. Неожиданно в центре сцены появился непонятно откуда шест, разрисованный под палочку гаишника, и девушки под рев публики ловко взобрались на него, зацепившись ногами, повисли головой вниз. Оголив при этом все, что было под великолепными платьями. Зрители ликовали, Натала и Лора были в шоке. Во время перерыва между выступлениями за столиком девушек появились их запыхавшиеся ухажеры:

– Как вам наше шоу?

– Великолепно! Классно!– аплодировали подруги .– Неужели, эти страстные красотки– вы?– недоумевали от преображения их новых знакомых,девушки.

– Нам самим нравится! Спасибо,– несколько жеманно ответили ребята. Поднесли напитки, чокнулись « за любовь» и выпили. После произнесенного тоста мужчины поцеловали друг друга в губы. Девушкам стало не по себе. Никита очень просто и естественно обнял друга и пояснил:

– Мы Геи. Я очень люблю его, а он– меня. Если б мы могли– то давно бы поженились!– и Никита снова поцеловал любимого.

Подружек откровенно передернуло. Но Алекс продолжил:

– Мы ищем девушку, которая родит нам ребенка. Ларочка очень подходит нам по всем данным. Мы пробили. Мы люди состоятельные и готовы щедро платить…за наше будущее. Соглашайтесь, Ларочка, вы очень долго не будете ни в чем нуждаться!

– Куда же вы ?– кричал вслед убегающим Лоре и Натале Аполлон Бельведерский.– Вот видишь, Алекса, какие женщины пошли! Одни клуши и колхозницы. Ни грамма женственности и благоразумия– закудахтала высоким контральто Никита. Тем временем Кларисса и Натала ехали в такси домой, находясь в шоковом состоянии, и радовались тому, что на этот раз их выходу на свободу никто не препятствовал и даже не мечтал изнасиловать.

– А шоу ведь было красивое?! Правда?– прошептала неуверенно Лара

– Да! Умеют же …, а шоу то действительно продолжается!– и девчонки весело засмеялись.

Не успели путешественницы зайти к Лоре домой, как примчалась соседка Нинка.

– Рассказывайте,– с порога бросила она.

– Отстань, Нинок! Лучше фильм поставь, про большую и чистую любовь, на сеновале , девчонки смеялись уже втроем. Потом, сидя на тахте и завернувшись в огромный клетчатый плед, они раз в сто пятидесятый дружно просмотрели « Легенды Осени» с молоденьким Брэдом Питом, так же дружно потом всхлипывали и рыдали в сто пятидесятый раз. Ночью им приснился, конечно же,он. Кто же еще?

Незаметно в город пришла зима. Жизнь шла своим чередом. Работа– дом– дом– работа. Изредка наши героини совершали вылазку в кино или в ресторан « Две палки» по соседству с заманчивым названием, и совсем редко, для придания разнообразия– дискотека для тех, кому за тридцать. Однажды в декабре месяце позвонила Натале ее одноклассница, разумеется бывшая. Ольга. Они давно не общались, поэтому звонку ее Натала была удивлена.

– Привет! Дорогая моя, ты там замуж еще не выскочила?

– Нет, за кого?– пролепетала Натала сонным голосом.

– Ну и отлично! Помнишь моего брата Лёньку?

– Помню, конечно, по нему тогда все девчонки в нашей школе сохли, и я в том числе…,– перенеслась на миг в прошлое Натала.

– Натал, короче, брат женится во второй раз, просил меня мальчишник организовать, понимаешь? А когда на мальчишнике одни мальчишки, извини за каламбур, это не очень интересно,– вещала Ольга в трубку.

– А я тут причем?

– Притом! Едем за город! Коттеджи на два дня, лыжи, санки, посиделки, все такое. А из барышень нужны свои, проверенные, без бл..ства, понимаешь? Жены у некоторых дома ревнивые! Будет парочка холостых,– многозначительно закончила доклад Ольга.

– Так у меня еще Ларка и Нинка, обидятся…

– А! Поняла, у тебя семеро по лавкам!– расстроилась одноклассница

– Да, они так же мне близки и дороги, как если б были моими детьми,– пошутила Натала.

– Ладно, бери с собой великовозрастных детишек и поехали! В выходные будем уже на Пуховой Горе. Позвоню, целую,– обрадовалась Ольга. Лорку и Нину не пришлось долго уговаривать. Все соскучились по активному образу жизни. На шести машинах добрались до места назначения. Природа обалденная, вид захватывал дух. Равнины перемежались с возвышениями. Ели вокруг замерзшего озера склонились под тяжестью снега, словно услужливые швейцары. Снег за городом бывает до того белый, что режет глаза. От морозной свежести кружилась голова. Один склон предприимчивые бизнесмены обустроили как горнолыжный спуск, протянули подъемник, поодаль расположились, на менее крутой горке, саночники и ватрушечники со сноубордистами. Отдыхающих было немеренно. Розовощекие дети валялись и кувыркались на специально обустроенной площадке. Подругам понравилось место и компания тоже пока не портила настроения. Компания состояла из двенадцати мужчин, как двенадцать апостолов, возглавлял мужскую братию Ленька и пять барышень. Неравноправие, конечно, но нам больше достанется внимания, думали девушки.

В коттедж заселились один, спиртное и еда с собой, остальное было все, кроме достаточного количества койко– мест, которых было всего пять на первом этаже, а если постараться, еще шесть на втором. Одну ночь можно и не ложиться! Натала выделила друга Леньки, Ольга доложила, что разведен, детей нет, работает прорабом на стройке. Лицо доброе, взгляд робкий, сам пухлый и плотный, дородный такой мужичок. Началось застолье. Шурик, так его звали, один ухаживал за девушками, даже расположился за столом с краю, чтоб по первому требованию прекрасных дам метнуться на кухню и принести желаемое. Лоре не нравился никто.

– Мужланы, без признаков интеллекта,– сообщила она Нинке. Нина согласилась. Немного посидели, выпили, съели по шашлыку, пошли кататься на лыжах. Натала билась изо всех сил, то падала, то охала, то просила поддержать, то подтолкнуть, чтоб сконцентрировать все внимание Шурика на себе. Он был неприступен, уделял внимание всем девушкам в равной степени.

– На очередном застольном перерыве с раскрасневшимися лицами, отдыхающие уже были более раскрепощенные. Наметились пары на сегодняшний вечер. Ольге подмигивал женатый Вадик, хотя она сама была замужем и вырвалась сюда, потому что муж был командировке. Нинку обхаживал малолетний брат Вадика, относительно, конечно, ведь Нинке 34, а ему 24. Но провести вечер в руках горячего молодого любовника Нинка была не прочь. В этой тусовке Лорка тоже ни на что серьезное не рассчитывала. Она приехала отдыхать от города, дышать свежим воздухом и приблизительно контингент Ленькиной компании она знала:«рабоче– строительный», с фирмы, где Ленька была начальником участка. Инженеры, прорабы, монтажники, отделочники Лорку не интересовали, особенно не местные, которые здесь тоже присутствовали. Она их сразу выделила по говору и откровенно игнорировала. Наталка продолжала усердно биться за единоличное внимание Шурика, периодически подливая водочки, стараясь не делать перерыва. Прораб Шурик оказался стойким оловянным солдатиком, спиртное не влияло на его состояние. Он стал чуть веселее и чуть разговорчивее. Натала попросила составить ей компанию подышать воздухом. Накинув куртки и шапки,они вышли на веранду. Синяя ночь. Небо усыпано,словно узорами изкалейдоскопа, звездами. Месяц взирал на них снисходительно. Мороз пощипывал кожу. Неожиданно Шурик произнес:

– У меня на сердце мороз и холод, такой же,как и сейчас…

– А если я способна отогреть твое сердце,– предположила Натала,прильнула к Шурику.

– Это вряд ли!– грустно заметил пухляк Саша.

– Может попробуем…,– Натала улыбнулась и,дотянувшись до лица Шурика, встала на цыпочки и поцеловала его. Он не ответил взаимностью, губы его были мягкие, влажные, нохолодные, будто восковые. Наталка даже отпрянула.

– Я же говорил!– обреченно проговорил мужчина.

– Давай пари! Если за ночь я не найду к тебе ключик и не отогрею, то завтра выхожу за тебя замуж, буду стирать, убирать, обеды готовить. Плохо что– ли? Детей у меня нет, материальных трудностей тоже! Просто так. То есть даром!– что несла Натала тогда, спустя время,уже с трудом вспоминала. Но что у пьяного на уме, у трезвого на языке.

Шурик неожиданно быстро согласился и посмотрел на Наталу как на сумасшедшую, но поцеловал ее в щеку, взял под руку и провел ко всем остальным. После этого нелепого пари, Саша не отходил от девушкини насекунду. Она была довольна, не мытьем, так катаньем добилась своего. Мальчишник был в самом разгаре. Кто– то голосил в караоке песни Высоцкого. Кто– то отплясывал в соседней комнате «танго втроем». Кто– то уже расположился у унитаза в обнимку со стульчиком. Кто– то, в том числе и Лора, спорили на тему: « Быть ли на Украине в НАТО».Шурик и Натала выпили еще водочки, закусили и взявшись за руки быстро поднялись по крутой лестнице на второй этаж, нашли самое укромное местечко. Натала, недолго думая,начала срывать одежду со своего героя, расцеловывая его везде где только можно и нельзя.Он неловко пытался ответить. Шурик помогей распеленаться.Стояли голые, напротив друг друга, Натала разгоряченная применила все известные ей ласки и теории, то была тигрицей, то нежной кошечкой, пока силы не оставили ее. Она заплакала, первый раз в ее жизни, чтоб мужчина совсем не хотел ее. Шурик накинул на ее плечи свою рубашку, быстро натянул на себя штаны и гордо заявил: «Завтра едем заявление подавать!Пари я выиграл!». Натала поняла, что он не шутит. Перестала плакать,заулыбалась.Упали,обнявшись на кровать. До самого утра он гладил ее по истосковавшемуся по ласкам телу. С утра они рванули в ЗАГС, причем,спешил и торопил Шурик, но в воскресение ЗАГС не работал! Они этого еще не знали. По дороге он решился ей все рассказать:

– Я не могу так с тобой поступить! Я импотент, провалился в прорубь зимой на рыбалке, долго лечился, жена бросила. Три года один. Кому я такой нужен? Натала мне на спор наплевать! А если всерьез, без пари, вышла бы за меня замуж?

– То есть, ты все таки меня хочешь, но не можешь? Правильно я поняла?

– Как– то так!

– Тогда держись! От Розарио Агро еще никто не уходил!– засмеялась Натала.– И тебя вылечат, и меня вылечат.

Шурик очень понравился девушке, а она сразу запала ему в душу. Они были похожи на парочку телепузиков. Вечно улыбающиеся, шустрые, неунывающие пухлые оптимисты. Лора была рада за подругу. Шурик и Натала действительно подали заявление надругой день, через три месяца все те же действующие лица гуляли на свадьбе новой ячейки общества.

Наталка еще больше откормила жениха, затаскала по психологам, которые утверждали, что причина его заболевания не физическая, а психологическая. Неизвестно, кто был прав, но любовь может все, еслидаже способна отменить мужское бессилие. Натала все– таки отогрела Шурика, правда в сроки не уложилась, но они были счастливы. Я не знаю, что нужно делать, чтоб встретить свою любовь? Разрабатывать стратегии, пользоваться запахами– феромонами, менять наряды, один сексуальнее другого, чтоб привлечь мужчину? А может надо быть готовым поделиться своей любовью, открыть для этого сердце и душу, а не ждать, что придет кто– то и одарит тебя всем тем, чего ты ждешь. Любите сами, спешите делиться своей добротой, нежностью, ведь мужчины ищут того же, сказать не могут. Поэтому женщина– голова, все же!

Лоре грустно теперь было возвращаться в свое пустынное и одинокое логово. Нинка помирилась со своим женихом. Наталка звонила каждый день со своими рассказами о том, что сделал Шурик, что сказал и какой он чудесный муж. Основноеразвлечение: просмотр в полном одиночестве фильмов по ДиВиДи. В один из вечеров, укутавшись в плед, поставив в плеер диск с новой мелодрамой, Лара приготовилась перенестись в мир грез и иллюзий. Только нажала на play. Как свет погас, причем в во всей квартире.Запах паленой пластмассы выдернулиз полудремы. «Видимо проводка»,– предположила девушка, пробираясь впотьмах на кухню,за свечками.

– Вечер удался!– вслух сетовала она.– Алло! Аварийку вызвать можно? Свет погас, ой, наверное,проводка горит! Приезжайте, пожалуйста, поскорее! Я одна, совсем, страшно!– рыдала в трубку на ухо диспетчеру аварийной службы электромонтеров. Девушке пришлось час коротать на кухне сосвечами и припасенной бутылкой коньяка. Когда приехали дежурные электрики, Лора уже была навеселе, один из них посветил на нее фонариком, сразузаметив,как хорошачертовка иудивился, что совсем одна в столь поздний вечер.

– Не ваше дело!– встала в позу красотка Лара, подбоченясь.

– Здесь работы на пару часов,– заявил старший из электриков,– замкнуло проводку под обоями, надо новый провод кинуть. Серж, развлеки даму, а я в машину за инструментом. Сережа по– хозяйски расселся на кухне, включил фонарик, направив на потолок, положил его посреди стола.

– Чем угощать будешь, хозяйка? Ночь все– таки, сейчас с напарником седьмые сны бы видели,– укорил заплаканную Лору наглый самодовольный электрик.

– Работа у вас такая! Могу предложить коньяка, но…вам нельзя…!– съязвила девушка,демонстративно убирая бутылку со стола.

– Вы мне не начальник, да я и не за рулем, мнечуток можно,– упрашивал ее Сережа.

– По технике безопасности не положено!– прекратила она все посягательства но ее коньяк.– А ты наглец!– все больше злилась Лорка, ретируясь в комнату.

Я никогда особого приглашения не жду, привык все брать в свои руки и судьбу свою делать сам,– с этими словами он выключил фонарик и ушел, хлопнув дверью.

Кларисса напялила парадно– выходное платье вместо халата, первое, что нащупала в темноте на вешалке. Застыв у окна, вытирала соленые слезы грусти.

Неожиданно чьи– то сильные руки обняли за плечи. Сердце девушки забилось трепетно и стыдливо, но она молчала. Боясь спугнуть. Кто бы это ни был. Темнота, ночь. Двое. Но она знала, кто это… Он сгреб непокорную и строптивую барышню в маленьком черном платье своими огромными мозолистыми ручищами, легко подхватив на руки, отнес обратно на кухню, где уже наспех накрыл стол из принесенных угощений, усадил Лору в кресло. Включил фонарик. Чмокнул в благоухающую апельсиновой цедрой с ванилью макушку непринужденно. На столе, к удивлению Лоры, были не сардельки с квашенной капустой, а суши и роллы , черная икра в банке, рыба разного посола и копчения и хорошее вино. Угадал ее пристрастия этот странный электрик. Она посмотрела на Сергея заинтересованно. Подозрительно долго не возвращался напарник. Но отсутствие света в этот момент девушку совсем не беспокоило.

– Давай , ты будешь моей !– их губы притянулись , как два магнита. Что это был за поцелуй?! Ах…проникновенный, страстный и сногсшибательный, в буквальном смысле!

Идиллию прервала Нинка с Пашей, которые приперлись с тортом и водкой под утро, отметить очередной, один из многих, их совместный праздник, заодно скрасить одиночество их любимой соседки. Каково же было удивление этой сладкой парочки, когда на кухне ими был обнаружен и застигнут врасплох мужской субъект, который чувствовал здесь себя весьма вольготно. Сережа пожал руку Павлику.

– Сергей, будущий муж Клариссы! – представился он и подмигнул своей будущей жене. Глаза Лоры светились от счастья…

Content

Алинда Ивлева
Верь. Живи. Люби

Успеть любить

Дорога длиною в жизнь

Я иду тебя искать!