Кэтрин Бейн

Девушка из дома напротив

1

Джеймс

Вытянув перед собой руку, кончики пальцев которой было почти не видно, я медленно и почти на ощупь пробирался сквозь серый плотный туман. Мне отчаянно хотелось выбраться из него, чтобы глотнуть свежего легкого воздуха, но он не хотел выпускать меня из своего плена. Казалось, что я бродил по кругу уже несколько часов, слыша лишь легкий хруст замерзшей травы под ногами. Надежда на освобождение уже почти умерла внутри меня, как вдруг что-то привлекло мое внимание в окружающем мраке. И в надежде на спасение мои ноги понесли меня навстречу свету. Шаг за шагом туман постепенно рассеивался, и дышать стало немного легче. Пройдя еще несколько десятков метров уже более быстрой и уверенной походкой, я смог рассмотреть очертания небольшого и светлого дома.

Подойдя к нему вплотную, я осмотрелся вокруг и глубоко вдохнул чистый и прозрачный воздух. Не заметив никого рядом, я поднялся по ступенькам, чтобы постучаться в дверь. Но после моего первого удара костяшками пальцев по деревянной поверхности, дверь поддалась мне и немного приоткрылась. Пальцы аккуратно толкнули ее чуть сильнее, чтобы дать возможность мне заглянуть внутрь.

– Кто-нибудь есть здесь? – громко спросил я, и через мгновение услышал гулкое эхо моего голоса, вернувшееся ко мне обратно.

Аккуратно переступив через порог, я зашел в дом.

– Эй! – еще раз крикнул я, но в ответ не услышал никаких признаков присутствия другого человека.

В комнате все было белого цвета: стены, легкие полупрозрачные занавески на окнах, одинокий диван, стоящий по центру помещения, и даже пол. Занавески нежно развевались от задувающего в открытые окна прохладного ветра. Сделав несколько шагов, я плюхнулся на мягкий диван. И стоило мне откинуть голову назад и расслабиться, как мой слух уловил слабый, писклявый звук. Он раздавался как будто издалека, но со временем становился все громче и отчетливее, острой дрелью въедаясь мне в голову. Пошарив глазами в пространстве, я заметил моргающий экран сотового телефона, лежащего на полу в углу комнаты. Звук тем временем становился все назойливее. Нехотя поднявшись с дивана, я подошел к нему, и, придержав руками бушующую от ветра тюль окна, присел на корточки. Увидев на экране заветную фотографию звонившего абонента, я распахнул от удивления глаза и резко схватил телефон руками. Замерзшие пальцы неистово пытались попасть по зеленой кнопке и взять трубку, но телефон не поддавался. А потом еще раз и еще. За своими тщетными попытками я даже не заметил, как в комнате стало резко темнеть. Из вида пропали стены, окна и диван. Через несколько секунд погас и экран телефона, и осталась только темнота, заполненная едким звуком, причиняющим нестерпимую головную боль.

В конце концов, мой крепкий и безмятежный сон начал неохотно рассеиваться от звуков разъяренного будильника, который резал тишину уже несколько минут, и мое тело сдалось, вернув меня в реальность. А я так и не узнал, зачем же она звонила мне и что хотела сказать.

Открыв один глаз и сделав им круговое движение, мой еще наполовину спящий мозг пытался сообразить, где мое тело очнулось на этот раз. Из меня вырвался облегченный вздох, когда моему взору открылись знакомые темно-синие обои спальни. Я просто ненавидел просыпаться с похмелья не дома. Будильник продолжал разрываться все громче, отдаваясь пульсацией в висках, и я, пошарив рукой в пространстве, хаотично хлопнул несколько раз ей по тумбе в надежде заткнуть его или сломать к чертовой матери. Что-то с грохотом упало на пол, но после третьего удара будильник, наконец, заткнулся. Стараясь не делать резких движений, я медленно перевернулся на спину и попытался сфокусировать свой взгляд на потолке. Мне пришлось потратить полминуты, чтобы изображение в моих глазах стало более ли менее четким, я сделал глубокий вдох и с опаской попытался почувствовать, насколько хреново мне было в тот день. Лишь на секунду мне показалось, что все было не так уж и плохо, но стоило мне подняться, как от смены положения моя голова начала раскалываться и кружиться, а к горлу подступил ком с привкусом выпитого вчера виски.

Жалобный стон сорвался с моих губ, когда у меня получилось принять вертикальное положение. Трясущиеся руки автоматически схватились за голову, пытаясь удержать ее на месте, ноги не слушались, но я, волоча их по полу, поплелся в душ, придерживаясь за стены. Резким движением я включил воду и, не удосужившись проверить ее температуру, заполз за перегородку прямо в трусах.

Ледяная вода начала скатываться по моему телу, немного покалывая кожу, и я, сделав глубокий медленный вдох, прикрыл глаза. Тяжелыми руками я нанес на голову шампунь, попутно размазывая его по всему телу. Намокнув, мои боксеры стали невыносимо тяжелыми и стали тянуть меня вниз, а я и так еле мог стоять на ногах. Если бы они не повисли на мне тяжелым грузом, то, клянусь, я бы так и надел сверху джинсы и ушел на работу. Чуть пошатнувшись, я стащил их с себя и бросил с глухим шлепком на пол ванной, продолжая стоять под потоком холодной воды и пытаясь вспомнить, чем же закончился прошлый вечер. Перед глазами начали хаотично всплывать картины событий прошедших выходных, и я старался расставить их, как унылый пазл, в последовательном порядке. Отчетливо помнилось, что в пятницу мы с коллегами после окончания рабочего дня пошли в бар. И все начиналось очень культурно. Вот только они начали сливаться уже через пару часов домой, слабаки. Моя же вечеринка продолжилась вплоть до воскресенья. Как и всегда, в принципе. Вставать в восемь утра каждый понедельник после таких мероприятий было адски тяжело, но годы моих тренировок не прошли даром.

Не завернувшись в полотенце после душа, я дополз до кухни, оставляя за собой огромные лужи на полу. Налил себе огромную кружку крепкого кофе, открыл полку сверху, где меня ждало мое спасение – аспирин. Достал две таблетки и бросил в кофе вместо сахара.

Взглянув на часы, я понял, что уже давно должен был быть на работе. Я надел первые попавшиеся джинсы и рубашку, на кармане которой красовался красно-коричневый след от соуса, капнувшего с пиццы вчера. Или позавчера. Проходя мимо зеркала в прихожей, я поднял свой взгляд и посмотрел на свое отражение. Мои еще невысохшие и от природы каштановые волосы выглядели почти черными. «Прямо как моя душа», – подумал я. С челки стремилась упасть капля воды, и я быстро смахнул ее тыльной частью ладони. Я сделал шаг по направлению к зеркалу и всмотрелся в свои глаза. Они были настолько красными, что с трудом можно было разглядеть голубой цвет радужки. Трехдневная щетина сделала меня похожим на бродягу, но делать с этим я ничего не собирался. От моего видочка к горлу подкатил первый позыв рвоты, но я, мужественно сдержав его, накинул куртку и вышел на улицу.

Холодный мерзкий ветер пробирал до костей, как будто специально направляя ледяные капли дождя мне в лицо. С максимальной скоростью, на которую я был способен, я добрался до машины и плюхнулся на водительское сидение. Слава мне, что я всегда запасался минеральной водой и сигаретами, оставляя все это на заднем сидении. Сделав несколько глотков прохладной воды, я достал сигарету, закурил, чуть приоткрыв окно, и выехал с парковки.

– Куда ты прешь? – злобно крикнул я, резко затормозив и почти уткнувшись своей любимой Ауди в выезжающее с обочины такси. – Придурок, мать твою! – продолжил я, высунувшись из окна.

Я ненавидел понедельники больше всего. Хотя, если быть честным, я ненавидел каждый божий день. Но каждый понедельник я был максимально раздражителен, ведь начало недели означало, что впереди меня ждало еще четыре долгих дня, когда я должен буду просыпаться в эту несусветную рань по будильнику, ехать на работу, заниматься нудными расследованиями, вместо того, чтобы лежать на своем диване, попивая виски и периодически уходя в небытие.

По пути на работу, через два квартала от моего дома, я, как и всегда, заехал в кофейный киоск, не теряя надежды, что еще одна порция кофе вылечит меня от трехдневного похмелья и спасет день.

Я подъехал к полицейскому участку, припарковался и бросил взгляд на часы на приборной панели.

09:43

Рабочий день начинался в девять, и я опоздал всего на сорок минут. Мои регулярные опоздания не удивляли уже никого, поэтому я достал еще одну сигарету и закурил в машине. Пара минут ничего не решало. И я знал, что мой начальник, многоуважаемый лейтенант Тейлор Брайс, тряпка и подкаблучник, не станет меня увольнять, ведь хоть у меня и были проблемы с самодисциплиной, зато были лучшие показатели по раскрываемости дел. Да и при необходимости его женушка Лили замолвила бы за меня словечко. По крайней мере, так она мне обещала, пока мы развлекались с ней у меня в кабинете.

Зайдя в участок, я встретил несколько приветственных и как всегда сочувственных кивков от сослуживцев. Не придав им никакого значения, я равнодушно прошел мимо. Как будто они хоть что-то смыслили в этой жизни.

– Леннокс, выглядишь, как всегда… – встал на моем пути Прэстон, – обворожительно. А ваш амбре идет впереди вас, – чуть ближе подался он, принюхиваясь, – что это? Бурбон?

– Отвали, Прэстон, – я оттолкнул его за плечо и быстрым шагом прошел в свой кабинет, стараясь не встречаться взглядом ни с кем из своих коллег.

Закрыв за собой дверь, я упал в свое кресло и закрыл глаза. Больше всего в тот момент мне хотелось лечь на подушку и отключиться часов на пять. А лучше было просто сдохнуть. С закрытыми глазами голова сразу начала кружиться, и меня сильно замутило, отчего мне пришлось резко распахнуть глаза и дышать глубже.

Пошарив рукой в верхнем ящике, я нашел таблетки от головной боли и выпил две.

За дверью раздалось цоканье каблуков, и моя дверь медленно открылась.

– Миссис Брайс, что тебе надо? – не поднимая глаз на Лили, грубо спросил я.

– Джеймс, я принесла тебе кофе, – ответила она и закрыла за собой дверь.

– Я уже выпил почти пол литра в сумме, не помогло, – уныло ответил я.

– Этот кофе с сюрпризом, – загадочно улыбнулась она. – Мой личный рецепт.

– С каким к черту сюрпризом? – резко отозвался я. У меня совершенно не было ни сил, ни желания флиртовать с ней и играть в ее игры.

– Я добавила немного коньяка из бара Тейлора, – заговорчески произнесла она, поставила чашку на стол и подошла ко мне слева. Меня мгновенно накрыло волной ее приторно-сладких духов, от чего весь утренний завтрак в виде нескольких порций кофе чуть не вырвался наружу прямо на ее дорогие и до блеска отполированные туфли.

– Что? Ты стащила алкоголь из кабинета моего босса? – удивленно усмехнулся я.

– Не переживай, если Тейлор заметит, что я таскаю алкоголь из его кабинета, и будет ругаться, я смогу успокоить мужа и сделать так, чтобы он забыл обо всем, – довольно улыбнулась она и села на стол, неслучайно касаясь ногой моего кресла.

– Не сомневаюсь, – я решил не упускать момент, коснулся пальцем внутренней стороны ее бедра и, не отрываясь, стал поднимать его выше.

– Я могу зайти к тебе после утреннего совещания, – чуть слышно произнесла она, провела кончиками пальцев по моей щетине и медленно сползла со стола так, что моя рука оказалась глубоко под ее юбкой.

– Ох, Лили, дорогуша, когда-нибудь твой муженек нас застукает. Он же в соседнем кабинете, – упрекнул ее я, убрал свою руку и откинулся на спинку кресла.

Лили наклонилась к моему уху, и ее темные волосы накрыли мое лицо.

– Это еще больше заводит, не правда ли, детектив Леннокс? – соблазняющим шепотом произнесла она, заглянув в мои глаза.

– Ходишь по лезвию, Лили.

Она ничего не ответила, лишь подмигнула мне своими карими глазами, загадочно улыбнулась и быстрым шагом вылетела из моего кабинета.

Сделав большой глоток принесенного Лили кофе, я чуть не подавился. Оказалось, в напитке коньяка было явно больше, чем самого кофе. Божественно. Теплота алкоголя начала расплываться по моему телу от горла к желудку, рукам и ногам, от чего я расслабился на кресле и с облегчением выдохнул.

Ох уж эта Лили. Неужели Тейлор был настолько плох в постели? Она кидалась на меня при любой возможности. Может быть, Лили спала с кем-то еще, но, скажем честно, мне было наплевать. Связь с Лили была всего лишь еще одним способом спрятаться на какое-то время от реальности. Какое-то время просто перестать быть собой. Возможно, что Тейлор все-таки когда-нибудь мог поймать нас на горячем, и тогда меня непременно могли вышвырнуть с работы, даже не посмотрев на мои заслуги, но желание оказаться с ней, да или кем-нибудь еще при любой возможности, в подсобке, туалете, в кабинете было намного сильнее страха потери работы.

Кофе, а вернее его лучший компонент действительно немного привел меня в чувства, и я встал с кресла, чуть пошатнувшись, и направился на утреннее совещание.

Когда я зашел в кабинет босса, все уже сидели на своих местах. Прэстон недовольно посмотрел на меня, отчего я закатил глаза, закрыл дверь и нарочито медленно поплелся к стулу, предназначенному для меня.

Я плюхнулся на стул, и начальник начал нудное совещание своим писклявым голоском. Положив голову на ладонь, я стоически старался не уснуть, пока мои коллеги героически отчитывались в проделанной работе за прошлую неделю.

В конце совещания мы с моим напарником Тони получили новое дело по расследованию убийства. И меня это обрадовало.

Не факт самого убийства, конечно же, а то, что нам наконец-то попалось что-то стоящее и интересное. За последние годы я и не помню, чтобы в нашем городке происходили хоть какие-то события, и я уже стал забывать, кем я работал, расследуя дела о ворованных сумочках из автомобилей…

– Джеймс, опять мне одному сегодня придется всем заниматься? – недовольно спросил Тони, когда мы вышли из кабинета.

– Тони, чувак, ну прости. Ты же знаешь, понедельник – тяжелый день для меня, – я наигранно поднял ладонь к голове и закатил глаза.

– Если бы ты не надирался в стельку каждый день, то дни, а в том числе и понедельник, были бы проще, – с укором сказал он.

– Ой, Тони, не начинай свою песню, меня и так тошнит, – устало сказал я, запустив руку в волосы.

– Тебя всегда тошнит.

– Тут ты прав, – усмехнулся я.

– Ладно, Джеймс, сейчас я съезжу к мужу погибшей, опрошу его, а ты достань детализацию звонков с ее телефона, и после обеда ты со мной поедешь на место, где нашли тело, – деловито сказал он.

– Зануда, – я закатил глаза, и свернул в свой кабинет.

Почти закрыв за собой дверь, я бросил ему:

– И закинь мне копию материалов по делу, – и не дождавшись его реакции захлопнул дверь прям перед его носом.

– Вот обнаглел, – я услышал сквозь закрытую дверь смешок Тони.

Спустя несколько минут он зашел и принес копию документов и два бутерброда с ветчиной.

– Джеймс, поешь немного, на тебя страшно смотреть, – спокойно сказал он.

– Тони, перестань обо мне заботиться, я сам разберусь, – безэмоционально бросил я и развернулся на кресле спиной к нему.

– Разберешься, конечно. Я то вижу, как ты разбираешься …

– Хватит! – рявкнул я.

Тони лишь грустно вздохнул, но замолк.

– Поешь, вонь стоит от тебя невыносимая, – бросил он вслед и вышел из кабинета, хлопнув дверью.

– Мудак, – тихо буркнул я себе под нос.

Временами Тони раздражал меня просто до трясучки. И ведь как я ни старался, как ни пытался от него отвязаться, он все равно продолжал крутиться рядом. А я просто хотел, чтобы меня все, наконец, оставили в покое. Тони всегда путался под ногами, пытался заботиться обо мне, хотя я этого не просил, и меня это дико бесило. Он любил читать свои занудные нравоучения: «Джеймс, хватит пить…», «Джеймс, пожалей себя …». Можно подумать, мне нужны были советчики. Можно подумать, я бы стал кого-то слушать.

2

– Джейми, сладкий мой, – в мой кабинет заглянула Лили.

Прежде чем закрыть дверь в мой кабинет, она осмотрелась по сторонам в коридоре. Убедившись, что никто не заметил ее проникновения в мой офис, она аккуратно повернула защелку на моей двери и плотно закрыла жалюзи. Повиливая бедрами в обтягивающей кожаной юбке, Лили приплыла к моему креслу.

– Ну привет, – прошептала она, склонившись над моим ухом. Ее волосы коснулись моей щеки, и я поднял на нее свой взгляд. Карие глаза вопросительно посмотрели на меня из-под ее ровной челки.

Меня никогда не надо было долго уговаривать. Я взял край ее юбки и медленно поднял до талии, открыв моему взору вызывающие чулки. Ее кривая улыбка начала расплываться на лице.

Лили была просто идеальной любовницей. Она никогда не говорила «нет». С ней не надо было притворяться кем-то другим, лебезить или покрывать комплиментами, заигрывать, флиртовать, как часто требовалось со многими другими девицами. На что они все надеялись, когда задирали юбку в вонючем туалете бара на окраине города? «Джеймс, ты мне позвонишь завтра?». Да, как же.

Обычно я и не спал ни с кем больше одного, ну или от силы двух раз. Лишь Лили была исключением. Она знала толк в этом деле, и никакой адекватный мужчина не отказался бы от такой любовницы.

После того, как Лили поправила свою одежду и с невинным лицом покинула мой кабинет, аромат ее приторно сладких духов продолжал настойчиво резать мое обоняние. Скорее всего, эти мерзкие духи ей подарил Тейлор, только у него мог быть такой отвратный вкус на парфюмерию. Я сделал еще один глубокий вдох, перевел свой взгляд на бутерброды, оставленные надоедливым Тони, и понял, что больше не мог сдерживать тошноту. Я схватил мусорное ведро, и меня начало рвать.

Спустя несколько минут, освободив свой желудок, я, пошатываясь и придерживая живот, мышцы которого еще продолжали содрогаться, распахнул окно и глубоко вдохнул холодный свежий воздух. Дождь на улице не собирался утихать, но, находясь в кабинете, он не раздражал, а наоборот, освежал. Сделав пару глубоких вдохов, мне стало немного легче, и я сел на подоконник, закурив сигарету. Голова соображала туго, но, чтобы не уснуть, я взял папку с материалами по новому делу и попытался вникнуть во все имеющиеся данные.

Открыв папку, первым делом я обратил внимание на фото. С него на меня смотрела симпатичная молодая девушка. Даже очень симпатичная. Каштановые волосы, карие глаза. Я аккуратно провел пальцем по фото. Мне всегда было жаль, когда погибали молодые люди, у которых впереди была целая жизнь. Отогнув фотографию, я начал знакомиться с жертвой. Ее звали Линда Ройс, ей было всего двадцать девять лет. Супруг Дэвид, тридцать пять лет. Обычная молодая семья. Женаты четыре года, детей нет. Ниже я просмотрел информацию об их работе, образовании. Скукота. Я пересел за компьютер, и начал просматривать их соцсети. В наше время найти любого человека было не сложно. Главное – знать имена и фамилии и город проживания. Соцсети со временем стали более информативными и полезными для полиции. На странице Линды я нашел много фото. Фотографии с мужем из нескольких отпусков и куча селфи. Что ж, с такой внешностью она могла себе позволить фотографироваться. Чуть больше четырехсот друзей в ее аккаунте.

Через нее же нашел ее мужа. У Дэвида страница была определенно поскромнее: около ста друзей и пара десятков фотографий, и почти все фото были с Линдой. Поморщившись от слащавости, я вернулся на страницу к погибшей, зашел в список друзей и прокрутил их, надеясь там увидеть какого-нибудь типа криминального вида: лысого и в татухах.

Спустя час на почту мне прислали историю операций с телефона убитой Линды за последние месяцы. Звонки мужу, родителям, частые звонки на номера, зарегистрированные на женские имена, которые, скорее всего, были подругами. Стоило бы проверить все имена, но я оставил эту нудную работу Тони, он такое любил.

Я и сам не заметил, как вдруг в животе заурчало, и мои руки сами потянулись к бутербродам.

* * *

– Тебе полегче? – не поворачиваясь ко мне, спросил Тони, выезжая с обочины.

– Да, нормально, поехали, – быстро бросил я в ответ, открыл окно автомобиля и закурил. – Слушай, спасибо за бутерброды, – неуклюже добавил я.

Тони ничего не ответил и лишь самодовольно улыбнулся.

– Что узнал от мужа погибшей? – постарался я перевести тему.

– В общем, двадцать четвертого апреля, в пятницу, Линда Ройс собиралась отправиться к родителям. Последний раз он разговаривал с ней по телефону в обед. Ничего странного и подозрительного она не говорила. Дэвид Ройс вернулся домой после работы полседьмого, и Линды уже не должно было быть дома. Весь вечер он провел дома, никуда не выходил. С утра ему позвонили обеспокоенные родители Линды, так как не встретили дочь с поезда. Они выяснили, что Линда купила билет через интернет, но в поезд не села. После чего мистер Ройс написал заявление в ближайшем полицейском участке. Вечером поиски не увенчались успехом, и их приостановили на ночь. С утра в воскресенье тело было найдено в старом парке недалеко от вокзала. При нем не было ни сумки, ни документов, ни телефона. С прошлой недели льют дожди, поэтому я не уверен, что там можно обнаружить хоть какие-то следы. Самое интересное: я заехал на вокзал и выяснил, что она зачем-то сдала в камеру хранения багаж с вещами. В сумке лежали ее личные вещи: одежда, белье, принадлежности гигиены. Я просмотрел камеры вокзала. Она пришла одна, выглядела спокойно. Сняла ячейку в камере хранения, положила туда вещи и вышла в сторону парка, где, собственно, и нашли ее тело.

– Значит, у мужа нет алиби? – задумчиво спросил я, прищурив глаза.

– Да, но и нет мотива. Я опросил некоторых соседей, что были дома. Они сказали, что семья была благополучной, никаких скандалов они никогда не видели и не слышали.

– Хорошо, у мужа есть какие-либо подозреваемые?

– Нет, он в растерянности. Дал мне контакты родителей, я с ними уже связался. Последний раз Линда связывалась с ними за час до поезда, на который должна была сесть. Говорила, что собрала сумки и собирается на вокзал. Больше ничего.

– Друзья, работа? – продолжал я вникать в дело.

– Один из соседей сказал, что они тесно общалась с девушкой из дома напротив, некой Кэти Остин. Ее не было дома, когда я приходил, надо будет заглянуть к ней вечером. Линда нигде не работала, ее муж достаточно зарабатывает, поэтому его жена большую часть времени была домохозяйкой. Иногда от скуки подрабатывала где-то, только чтобы развлечь себя, но обычно ее хватало на месяц-другой. Последнее место работы – небольшой цветочный магазинчик, но она оттуда ушла еще четыре месяца назад. Насколько знает мистер Ройс, врагов и недоброжелателей у нее не было.

– У этих домохозяек вечно от скуки сносит крышу, и они ввязываются в какое-нибудь дерьмо, – недовольно произнес я.

– Давай не будем делать поспешных выводов, Леннокс, – попытался упрекнуть меня Тони.

– Хорошо-хорошо, – я поднял руки в знак согласия.

– Слушай, Джеймс, сегодня мне надо будет освободиться пораньше – у Люси день рождения, и мы хотели сходить куда-нибудь поужинать, – Тони выдержал недолгую паузу и чуть тише добавил: – И я хочу сделать ей предложение.

– Ого, так скоро. Вы же живете вместе всего… сколько? Лет десять? – с сарказмом сказал я.

– Заткнись, Леннокс, – Тони начал смеяться. – Мы вместе всего семь лет. Да, надо было сделать это давно, но я нерешительный. Немного.

– Немного-о-о, – протянул я. – Нюня ты, а не нерешительный.

Я поднял свой взгляд на него и широко улыбнулся своей шутке. Тони лишь усмехнулся в ответ.

– Сейчас мы съездим на место, где нашли тело, а после съездишь один к этой соседке? – не обращая внимания на мои слова, спросил Тони.

– Это без проблем, когда речь идет о женщине. А она симпатичная? – приподняв бровь, спросил я.

– Леннокс, – устало вздохнул Тони. – Откуда мне знать? Ее надо опросить, а не клеить.

– А если она начнет меня клеить? – издевательски продолжил я.

– Надеюсь, ей лет под шестьдесят, и надеюсь, она начнет тебя клеить, – засмеялся он.

– Фу, Тони, – я откинулся на спинку пассажирского сидения и отвернулся в окно. – Хотя, знаешь…, – задумчиво произнес я. – Была у меня одна дама как раз лет так шестидесяти, горячая штучка…

– О нет, прекрати, я не хочу ничего знать об этом! – пытаясь сдержать смех, крикнул Тони.

– Она сняла с меня штаны, сняла свою вставную челюсть …

– Да чтоб тебя, – смеясь, выругался Тони и резко добавил громкости на магнитоле так, чтобы не слышать меня.

3

Мы тщательно осмотрели место преступления, но ничего полезного не нашли. Учитывая, какие дожди беспрестанно лили последние дни, неудивительно, что были смыты все возможные следы и, соответственно, наши надежды на скорое раскрытие преступления. Разочарованные, мы сели обратно в машину Тони, и он отвез меня к дому подруги жертвы.

– Леннокс, может все-таки мне стоит пойти с тобой? – лишь спросил напоследок он.

– Успокойся, Тони. Если что узнаю, я тебе позвоню. Удачи с Люси, – бросил я и хлопнул дверью, не дождавшись его ответа.

Тони аккуратно тронулся с места и уехал прочь, оставив меня на обочине разглядывать округу. Райончик, сказал бы я, был не из бедных. Хоть рядом я и не видел шикарных особняков с золотыми воротами, но все дома здесь выглядели очень опрятно, дворы домов были аккуратно подстрижены, а клумбы вокруг ухожены. Дома располагались достаточно свободно, и я представил просторные задние дворы с небольшими бассейнами. Я повернул голову к дому мисс Остин. Отчего-то ее дом казался самым светлым среди других в округе. Возможно, потому что на многих домах по стенам ползли растения, названия которых я не знаю. А ее дом был чист.

Я медленно перешел дорогу, открыл калитку забора к дому, где проживала подруга погибшей, и она послушно поддалась мне с легким скрипом. Пройдя по тонкой тропе, выложенной мелким камнем, который игриво хрустел под моей подошвой, я подошел к белой двери и аккуратно постучал. Через несколько секунд за дверью послышались неторопливые мягкие шаги, и дверь медленно открылась. К моему счастью, пожелания Тони не сбылись, и передо мной предстала миниатюрная молодая девушка. Длинные светлые волосы, милое личико с большими глазами, которые, как я сразу отметил, чуть покраснели от слез или усталости.

– Мисс Кэти Остин? – учтиво спросил я.

– Да, – неуверенно ответила девушка, неуклюже поправив волосы, зачесав их одной рукой назад, отчего они лишь рассыпчато упали набок, и мне почему-то захотелось их потрогать. – А вы?

– Детектив Джеймс Леннокс, я по делу Линды Ройс, – я достал из кармана свой жетон и показал ей.

– Ах, да, заходите, – она небрежно заправила прядь своих волос, которые никак не хотели ее слушаться, за ухо и сделала шаг в сторону, придерживая дверь и пропуская меня.

Я уверенно шагнул внутрь, Кэти аккуратно прикрыла за мной дверь, подождала, пока я разденусь и оставлю куртку на вешалке в прихожей, и проводила внутрь просторной гостиной комнаты. Я последовал за ней, пытаясь разглядеть под мешковатыми спортивными штанами ее фигуру.

– Садитесь, – она указала рукой на диван. – Что-нибудь хотите? Чай, кофе, сок?

– Кофе, пожалуйста, – произнес я и присел на край дивана.

Пока мисс Остин скрылась на кухне, я начал изучать просторную и очень светлую комнату. В доме приятно пахло стиральным порошком и было очень уютно, в сравнении с моей конурой, где стол уже было невозможно найти под старыми коробками от пиццы, китайской лапши и множества бутылок. Мои ноги утонули в теплом и мягком ворсе большого светло-бежевого пушистого ковра, который занимал почти все пространство комнаты. И мне захотелось лечь на этот ковер, уткнувшись в него лицом. Когда-то у меня тоже был ковер в квартире, и он придавал хоть какой-то небольшой уют моей берлоге, но после того, как я несколько раз ронял на него пепельницу или проливал очередной бокал чего-либо, ковер стал липким и крайне вонючим, и мне пришлось его выкинуть. И надо признать, стало намного удобнее, ведь теперь любую лужу можно было вытереть носком, даже не наклоняясь. Или не вытирать вовсе.

В комнату зашла хозяйка и отвлекла меня от мыслей. Она протянула мне кружку с напитком и поставила на стол небольшую вазу с печеньем и конфетами.

– Спасибо, мисс Остин. Давайте приступим к делу, – я достал небольшой блокнот и ручку и поднял глаза на нее. Она, не глядя на меня, прошла дальше к креслу и уместилась в него целиком, подогнув ноги и обняв их тонкими руками. – Расскажите мне, как давно вы знакомы с Линдой Ройс? Где и как познакомились?

– Мы познакомились чуть больше двух лет назад, – начала она говорить глухим голосом. – Когда Линда с Дэвидом купили дом через дорогу. Мы общались по-соседски, иногда заходили в гости, могли прогуляться вечером.

– Соседи сказали, что вы общались достаточно тесно, – я недоверчиво посмотрел на нее.

– Одно время да, даже ходили с ней вместе в спортзал, но последнее время мы немного отдалились, – она грустно поджала губы.

– Поругались? – продолжал я.

– Нет, не поругались, – Кэти отвела свой взгляд и прерывисто вздохнула. – На меня навалились некоторые личные проблемы, плюс страшный завал на работе. В общем, у меня просто не было времени и настроения.

– Где вы работаете?

– Я работаю редактором в небольшом книжном издательстве, – спокойно ответила она и наконец-то подняла на меня свои глаза.

– Понятно. Давно ли вы живете в этом доме?

– Эм…, – чуть задумалась она. Ее брови сдвинулись, образовав две небольшие морщинки на лбу. Почему-то я счел это милым. – Около четырех лет.

– С кем проживаете?

– Одна, – утвердительно кивнула она.

Я удивленно приподнял брови.

– Купили этот дом сами? – удивился я. Нехило, похоже, дамочка зарабатывала. И от этого мой интерес к ней стал еще сильнее.

Вопрос немного смутил ее, и она подозрительно посмотрела на меня в ответ.

– Мне просто интересно, молодая девушка, одна, в таком большом доме, – невинно улыбнулся я, стараясь разрядить обстановку. Она немного поджала губы и нервно заерзала в кресле.

– Это как-то относится к делу? – в итоге недоверчиво спросила она.

– Иногда любая мелочь может относиться к делу, – парировал я, поставил кружку на стол и потянулся за конфетой, пытаясь сделать вид, что мне было не так уж и интересно.

– Я в разводе. Мой бывший муж благородно оставил этот дом мне, – она отвела свой взгляд от меня и посмотрела в окно.

– Понятно. Как давно вы развелись?

– Полгода назад.

– Молодой человек? – не унимался я.

– Нет, – она снова повернулась ко мне и чуть заметно улыбнулась, прищурившись. – По-моему эти вопросы уже точно не относятся к делу.

– Да, – усмехнулся я. – Это уже из личных интересов.

– Скромности вам не занимать, детектив.

Я попытался выдавить из себя соблазнительную улыбку, но она, чуть задержав на мне свой взгляд, снова отвела его и уставилась на свои руки. Ее тонкие пальчики медленно перебирали друг друга.

– Ладно, продолжим, – разочарованно перевернул я страницу блокнота. – Когда в последний раз вы видели Линду?

– Видела в четверг вечером, мы встретились в магазине. Немного поболтали ни о чем и разошлись. А разговаривала по телефону с ней в пятницу перед ее отъездом. Сейчас, подождите, посмотрю, во сколько это было, – Кэти встала с кресла, подошла к камину и взяла с полки телефон.

– Вот, – немного покопавшись в нем, она нашла нужную запись. – Четыре часа двенадцать минут.

– Хорошо. Как она себя вела? Спокойно? Не говорила ли чего-нибудь подозрительного или необычного?

– Нет, – Кэти пожала плечами и села обратно в кресло. – Она сказала, что уезжает на выходные, вернуться должна была в воскресенье вечером.

– Хорошо. Когда вы узнали, что Линда пропала?

– В субботу, когда Дэвид узнал сам, перед тем как идти в полицейский участок, он зашел ко мне узнать, как давно я разговаривала с ней и не знаю ли чего.

– Хорошо. Где вы находились в пятницу вечером?

– После работы пришла домой около шести. После была дома, одна.

Я поджал губы. В этом районе все по пятничным вечерам сидели дома в полном одиночестве? Безудержное веселье!

– Были ли у Линды какие-нибудь враги? Может с прошлой работы? Ее бывшие любовники или бывшие Дэвида?

– Нет, безумных бывших у них точно не было. Да и вообще не слышала про их бывшие отношения, если честно. По крайней мере, за то время, что они жили тут. Мне казалось, что они были вместе с рождения. Она сменила кучу работ за эти три года, нигде за это время не задерживалась, поэтому не успевала там нажить ни друзей, ни врагов.

– Понятно. Что ж, спасибо за информацию. Может у вас есть что-то, что вы хотели бы спросить или сказать? – я закрыл блокнот и убрал его в карман рубашки.

– Не уверена, все произошло слишком неожиданно, я пока… Не знаю, что еще может быть полезно, – растерянно сказала она.

– Ничего страшного, я все понимаю. Тогда я думаю, на этом все.

– Хорошо, – облегченно вздохнула она.

– Что ж, я оставлю вам свою визитку, если вы вдруг что-то вспомните про тот вечер. Что-то подозрительное в ее поведении, что-то, что может помочь нам, – я достал из кармана карточку и положил на стол перед ней. – Или вам просто станет одиноко этими холодными весенними ночами…

– Что? – чуть повышенным тоном спросила она.

Я поднял на нее свой взгляд, положив визитку на стол. Кэти посмотерла на меня, удивленно приподняв брови и еле сдерживая улыбку.

– Что? – улыбаясь, переспросил я.

Кэти попыталась быть серьезной, но в итоге просто начала посмеиваться, прикрывая улыбку ладонью.

– Детектив Леннокс, вы выбрали не лучший момент, чтобы флиртовать со мной, – упрекнула она меня. – Спасибо за визитку, я позвоню, если что-либо вспомню, – отчеканила она.

– Хорошо, спасибо за кофе, – сказал я, поднялся с дивана и направился к входной двери.

– Не за что, – Кэти опередила меня и открыла входную дверь передо мной.

– До свидания, – произнес я, положив руку на дверь.

– До свидания, детектив.

4

С утра, как всегда опоздав, я зашел в свой кабинет и плюхнулся в кресло. На столе я заметил новую папку. Никто иной, как Тони опять подкинул дел с утра, засранец. Открыв папку, я увидел уже знакомые мне зеленые глаза, смотрящие на меня с фото. Кэти Остин. Лишь на секунду задержав свой взгляд на ее изображении, я бегло начал изучать информацию о ней. Тридцать один год, разведена, детей нет. Она закончила филологический факультет в институте, который находился на другом конце страны. Вот так ее занесло. Интересно, что стало причиной такого далекого переезда. Здесь начала работать в книжном издательстве сразу после окончания института. Начинала с секретаря, а теперь стала одним из главных редакторов.

Пролистав ее досье и не найдя ничего криминального или хотя бы просто интересного, я открыл следующее – на ее бывшего мужа. Питер Остин, тридцать три года. Я взглянул на фото. Волосы были светлыми и, как по мне, слишком длинными. Имел два высших образования, а на данный момент владел небольшой сетью отелей. Поприветствуйте, мистер Идеал. И надо полагать, в деньгах он не нуждался, поэтому и оставил дом ей.

– Знакомишься с досье на мисс Остин? – в кабинет зашел Тони с пакетом, на котором была нарисована эмблема доставки пиццы из соседнего здания. – Я принес нам перекусить. И заключение патологоанатомов. С чего начать?

– Чувак, прекрасное сочетание, не находишь? Конечно с пиццы, – я закрыл папку и небрежно отодвинул все документы в сторону, чуть не скинув старый хлам со стола на пол.

Тони аккуратно достал коробку с горячей пиццей, которая окутала своим ароматом сыра и ветчины все помещение, и холодные напитки. Мы положили по куску ароматной пиццы на салфетки и, молча, за несколько мгновений съели по одному куску.

– Ну, теперь можешь начинать, что там с результатами, – спросил я и жадно выпил стакан холодного чая.

– Причина смерти – асфиксия. Была задушена чем-то типа веревки. Под ногтями обнаружена земля. Также на шее обнаружены синяки от пальцев. Как будто кто-то сначала попытался задушить ее руками, но не вышло, и пришлось доделывать дело веревкой или какой-то тряпкой. Смерть наступила в промежуток от семи до восьми часов вечера. И есть еще один неожиданный факт.

– И? – спросил я, отрывая себе еще один кусок.

– Она была беременна, – Тони сделал большой глоток чая. – Вот только мистер Ройс не упоминал об этом.

– Может, это и не его ребенок? – безэмоционально выдал я набитым ртом, отчего Тони осудительно зыркнул на меня.

– Что? – удивился я. – Дамочки, они все такие, поверь мне. Уж я то знаю.

– О, ну куда мне до тебя… Ты специалист по этому вопросу.

– Знаешь, сколько у меня таких было? Примерных леди, которые не «такие», не спят на первом свидании, или не изменяют мужу? – я отложил пиццу обратно в коробку и придвинулся к нему ближе. – А уже через час тащат тебя в кабинку туалета, сдирают с тебя штаны и жадно присасываются …

– Эй! – резко вскрикнул Тони, бросив обратно в коробку свой кусок пиццы.

– Что? – начал смеяться я.

– Я же ем, Леннокс! А после твоих рассказов образ тебя со спущенными штанами так и встает перед глазами.

Недолго думая, я подвинул всю коробку себе.

– О, я сейчас тебе такое расскажу, что вся пицца достанется мне, – нагло сказал я.

– Да пошел ты, – засмеялся он и оторвал новый кусок.

– Скучно ты живешь, Боулс.

– Не надоело еще?

– Что именно? – чавкая как можно громче, спросил я.

– Ведешь себя, как подросток, который готов трахать все, что движется.

– А я и есть подросток в душе, Тони. Да, с телом тридцатипятилетнего мужика, но это еще никого не остановило, если ты понимаешь, о чем я, – приподняв одну бровь, сказал я. Тони ничего не ответил, лишь закатил глаза и чуть заметно улыбнулся.

– Так, черт с тобой, Джеймс. Сейчас надо снова съездить к Дэвиду Ройсу, рассказать о результатах вскрытия. Но такие новости с твоей рожей нельзя говорить людям, – ткнул в меня пальцем мой напарник и захихикал.

– Вот же засранец!

– Поэтому, пока я нахожусь у него, зайдешь к мисс Остин. Сообщишь ей новости, может она в курсе беременности.

– Это я с удовольствием.

Я откинулся на спинку кресла, довольный трапезой, и начал поглаживать свой живот.

– О, нет. Ты уже положил на нее глаз?

Я открыл первую попавшуюся папку и закрыл ей свое лицо от него.

– Вернее, не совсем глаз, – недовольно добавил он.

– Какие грубости, Тони…, – выглянул я из-за папки.

– Не уходи от ответа, – настаивал Тони.

– Ну… Она симпатичная, – я отвел от него свой взгляд. – Мне просто приятно общаться с симпатичными молодыми девушками, ясно? Не буду я к ней приставать, обещаю, – я поднял свои руки. – Я помню, что со свидетелями, подозреваемыми и жертвами запрещено иметь какие-либо близкие отношения.

– Очень хотелось бы верить тебе, Джеймс, – тяжело вздохнул Тони и отвел свой взгляд.

– Да все будет хорошо, – я наклонился чуть ближе к нему и добавил: – А когда расследование закончится, можно мне будет … рассказать ей сказку на ночь?

– Джеймс, – начал смеяться Тони. – Бедная девушка, где же она так нагрешила?

– Ой, перестань!

****

– Добрый вечер, мисс Остин, – улыбнулся я открывшей дверь Кэти одним уголком губ.

Я окинул взглядом ее с ног до головы и заметил, что она стала выглядеть чуть иначе. Ее взгляд уже не был таким поникшим, зеленые глаза внимательно смотрели на меня, а улыбка чуть заметно расплылась. На ней были надеты облегающие синие джинсы и белая футболка, заправленная внутрь. Мне определенно понравился ее новый образ, ведь он давал мне возможность разглядеть ее тонкую талию и стройные ноги. Такие ножки бы неплохо смотрелись на моих плечах…

– Здравствуйте, детектив Леннокс, появились какие-то новости? – Кэти отвлекла меня от заманчивых мыслей.

– Да, можно я зайду? – сказал я и прикусил губу от картинок в моей голове.

– Да, конечно, проходите, – Кэти распахнула дверь, и я зашел внутрь. Проходя мимо нее, мне показалось, что я ощутил легкий аромат ее духов. Мягкий, легкий и немного с кислинкой.

Я прошел внутрь, сел на диван, Кэти присела рядом, повернувшись ко мне в пол оборота и подогнув одну ногу под себя.

– Сегодня мы получили результаты вскрытия, Линду задушили, – начал я.

– Какой кошмар, – Кэти медленно покачала головой и перевела свой взгляд на пол. – Кто мог так с ней поступить?

– В общем-то, это еще не все. Самое интересное, что выяснилось: Линда была беременна, – чуть тише произнес я.

– Что? – вскрикнула она, и ее лицо вытянулось в изумлении.

– Вы что-нибудь знали об этом?

– Э… нет, она мне не говорила. Может быть, она еще сама не знала об этом? А Дэвид? Он знал? – начала она засыпать меня вопросами.

– Нет, не думаю, что он знал.

– Ужас… Какой ужас… – Кэти прикрыла глаза и прислонила ладонь ко лбу. Ее рука поднялась выше и зарылась в волосах. Медленно проведя по ним, она смахнула их на одну сторону, и они рассыпчато упали на ее плечо, а до меня снова донесся запах ее шампуня.

– Сейчас плод взяли на экспертизу, чтобы проверить, был ли это ребенок Дэвида.

Кэти подняла глаза и вопросительно посмотрела на меня.

– Это стандартная процедура в таких случаях, – пояснил я, как бы оправдываясь.

– Да, я понимаю… – Кэти чуть заметно кивнула мне и прикрыла глаза.

– С вами все в порядке? – обеспокоенно спросил я и стал молиться про себя, чтобы она не начала реветь. Терпеть не мог бабские слезы. Любые слезы.

– Да, я… просто в шоке…

Я понимающе кивнул, подвинулся чуть ближе к ней и положил свою руку ей на плечо.

– Может, принести вам воды?

– Нет, спасибо, все в порядке, – она повернулась ко мне и положила свою прохладную крохотную ручку поверх моей, чуть похлопав ее.

– Хорошо, – непроизвольно улыбнулся я.

Раздался резкий громкий стук в дверь, отчего Кэти немного вздрогнула, скинула свою руку с моей и торопливо направилась к двери. Я же остался сидеть на месте, вытянув шею, чтобы увидеть, кто пришел. Она распахнула дверь, и я увидел Тони, стоящего на пороге.

– Добрый вечер, мисс Остин, – слащаво учтиво, как он это умел, поздоровался он.

– Здравствуйте… – вопросительно произнесла она ему.

– Детектив Боулс, – он протянул ей руку для рукопожатия.

– Детектив Боулс, очень приятно, – она протянула руку ему в ответ. – Проходите.

– Я так понимаю, мой коллега уже сообщил вам последние новости о Линде Ройс, – Тони зашел в ее прихожую и прикрыл за собой входную дверь.

– Да, я… – она неуверенно кивнула и перевела взгляд на меня. – В курсе.

Я встал с дивана и подошел к ним ближе.

– Что ж, если вдруг вспомните что-либо, вот вам моя визитка, – он протянул ей белую карточку.

– Хорошо, спасибо, – она взяла его визитку. – У меня уже есть номер детектива Леннокса, – обескуражила она его, и я довольно улыбнулся.

– Ох, Джеймс очень рад будет вашему звонку, – с ярко выраженным сарказмом сказал Тони и начал ехидно улыбаться, переведя взгляд на меня. Что он задумал?

– Тони! – возмущенно воскликнул я, попытавшись заткнуть ему рот.

– Что? Ты наверняка больше заинтересован самой мисс Остин, чем делом, – выпалил он, и я выпучил глаза.

– Вот ты придурок, Тони! – усмехнулся я.

Кэти прыснула от смеха, глядя на меня.

– Я буду иметь в виду, спасибо, – с улыбкой сказала она и убрала его визитку в карман штанов.

– Джеймс, пошли, нам пора ехать, – позвал меня Тони.

– Иди пока в машину, я сейчас приду.

Тони несколько секунд выдержал на мне взгляд с подозрительным прищуром, но все-таки сделал шаг назад к выходу, бросив напоследок:

– Окей. До свидания, мисс Остин. И остерегайтесь этого донжуана.

– Хорошо, детектив Боулс, – криво улыбнулась Кэти. – До свидания.

Тони довольно ухмыльнулся мне, развернулся на пятках и вышел. Кэти навалилась на стену рядом с дверью и перевела взгляд на меня.

– Веселые вы ребята, однако, – сказала она, и ее улыбка начала расплываться.

– Кэти, не обращайте внимания на Тони, он просто … зануда.

– Угу, – поджав губы, чтобы сдержать улыбку, сказала она и кивнула головой. – Я так и поняла.

Я чуть слышно хмыкнул и посмотрел на уходящего Тони.

– Что ж, до встречи, Кэти, – я повернулся к ней и исподлобья заглянул в ее зеленые глаза, улыбаясь лишь уголком губ.

– До свидания… Джеймс.

Я медленно вышел из ее дома и, глядя под ноги, пошел по тропе к калитке в заборе. Мне показалось, или она строила мне глазки? Обворожительно.

И как только я поднял свой взгляд на Тони, который садился за руль, моя улыбка тут же исчезла.

– Ну и какого черта, Тони? Нельзя было просто промолчать? – резко рявкнул я, сев в машину и затянувшись сигаретой.

– Да потому что ты мне надоел. Отстань от девушки, у нее и так сейчас не лучший период в жизни. У нее убили подругу, и сейчас ее достают с допросами. Еще проблем с тобой ей не хватало.

– А что со мной не так? Почему у нее обязательно возникнут проблемы со мной? – возмущенно спросил я.

– А разве нет? Ты умеешь не доставлять проблемы? – Тони резко вывернул руль и выехал на дорогу, не глядя на меня. – Конечно, давай подумаем, как же ты обычно поступаешь. Ты сейчас будешь строить из себя классного парня, весь такой опасный, детектив, который ловит преступников, но в то же время ласковый, понимающий, забавный. Она западет на тебя, проникнется к тебе, доверится, а что в итоге? Затащишь ее в постель и все. После этого вернешься в свое исходное состояние, – закончил разглагольствовать мой напарник.

– Какое еще исходное состояние? – недоуменно спросил я и стряхнул пепел в приоткрытое окно.

– Станешь снова козлиной. А так я ее попытался предупредить. Теперь моя совесть чиста.

– Вот же ты… – я сделал недовольную гримасу и отвернулся к окну. – Да и хрен с тобой. Завези меня в бар, там и подцеплю кого-нибудь.

– Джеймс… – осуждающе начал Тони.

– Что? – резко спросил я и повернулся к нему.

Тони поджал губы и тяжело вздохнул.

– Ничего, – лишь ответил он.

– Вот и славненько.

Всю дорогу обратно мы ехали молча. Когда мы остановились у бара, Тони бросил на меня осудительный взгляд, но я быстро выскочил из машины, не обращая на него внимания, и направился к месту своего вдохновения – в бар. В два шага я преодолел расстояние, распахнул дверь помещения и глубоко вдохнул спертый воздух внутри. Этот запах затхлых сигарет и пролитого на пол и столы алкоголя заставил меня прикрыть глаза от удовольствия. Я прошел вглубь бара, сел за барную стойку, заказал себе двойную порцию виски и начал пялиться в стену, погружаясь в свои мысли.

Каким же Тони был засранецем, и зачем ему это надо было? Сердобольный Тони, всех он всегда жалел, обо всех заботился. «У нее и так сейчас не лучший период»… Так я и не собирался как-то усугублять ее положение. И мне, и ей хорошо. Девушка в разводе, явно голодная на мужиков. Тем более я то заметил, как она сегодня мне улыбалась и с интересом заглядывала в глаза. Она точно была заинтересована мной, уж меня в этом не обманешь. И что плохого было в том, что бы она немного отвлеклась от нагрянувших к ней проблем? Переспали бы пару раз. Ну, или не пару…

Да, Кэти была хороша, отрицать было бесполезно. Хотел ли я ее? Блин, да! Стройная, красивая. Еще и с длинными светлыми волосами. Просто моя слабость. Ее кривая улыбка одним уголком губ просто свела меня с ума. А как она зарывалась своей изящной ручкой в свои волосы и перекидывала их в одну сторону … С такой я мог бы уединиться и трезвым.

Потирая пальцем очередной бокал виски, я предвкушал завтрашний день и очередную встречу с ней. Тони, конечно, устроил мне неприятную сцену. Не понятно, как могла отреагировать на это Кэти, но я все равно хотел попытаться. Такие девушки мне встречались редко.

Вдруг я почувствовал пристальный навязчивый взгляд на себе и повернулся. Рядом со мной у барной стойки сидела девушка, которую я даже не заметил, раздумывая о мисс Остин. Мой взгляд на ней задержался, что явно заинтересовало даму, и она криво улыбнулась мне в ответ, медленно закинув ногу на ногу. Что ж, сигнал был мгновенно принят мною, и я учтиво спросил ее, не желает ли она со мной выпить. Она утвердительно кивнула, приоткрыв свой оскал, и метко стрельнула в меня ярко подведенными глазками.

5

– Джеймс, привет. Ты сегодня странно выглядишь. Не так хреново, как обычно, – Тони быстро проскользнул по моему кабинету и плюхнулся на стул напротив моего стола.

– Сочту за комплимент, – угрюмо произнес я, не поднимая глаз на своего напарника. Я все еще был зол на него за его выходку с Кэти за день до этого, но не хотел подавать вида. Он бы понял, что я серьезно заинтересовался ей, и начал бы снова свои нудные нравоучения, без чего я бы спокойно мог обойтись.

– У меня есть две новости. Хорошая и касательно расследования. С какой начать? – Тони поднял папку в одной руке и небольшую открытку в другой.

– Что ж, давай с хорошей.

– Люси ответила «да»! – радостно произнес он и протянул мне открытку. – Это приглашение в ресторан сегодня вечером, мы хотим отметить нашу помолвку с близкими друзьями.

– Точно, ты же собирался сделать предложение еще позавчера, – совсем вылетело из головы.

– Именно. Ты же всегда интересуешься моей жизнью, – немного обидчиво произнес он.

– Я рад за вас, серьезно. Обязательно приду, – успокоил я его.

– Спасибо, – чуть смягчился он.

– Что насчет расследования? – перевел я тему.

– Как бы мне не хотелось этого признавать, но ты оказался прав, – Тони бросил папку прямо перед моим носом и сел в кресло.

– Я всегда прав, Тони, – хмыкнул я и начал разглядывать документы, что он принес. – А о чем конкретно речь?

– Открой последнюю страницу, – загадочно ответил Тони и оставил мой вопрос без ответа.

Быстро откинув первые страницы, я взял в руки последний лист. По шапке документа стало понятно, что это были результаты из лаборатории. Быстро пробежав глазами по тексту и прочитав заключение, из меня вырвался победный возглас:

– Бинго! Я же говорил тебе!

Тони лишь закатил глаза.

– Она залетела не от мужа, – констатировал я.

– Не стоит говорить в таком тоне о погибшей, – неодобрительно посмотрел на меня Тони. – Но у тебя чуйка на такие вещи, здесь я не могу отрицать, – недовольно согласился он.

– Эх Тони, Тони, – я победно бросил папку обратно на стол и откинулся на спинку своего кресла. – Никогда не слушаешь мудрых людей.

– Так, чтобы мне не слушать твои самодовольные реплики, пошли, пообедаем и заглянем к Дэвиду и Кэти. Не хочу торчать весь день в участке.

Согласно кивнув, я поднялся с кресла, а Тони тем временем сгреб все бумаги с моего стола и направился к двери.

– Отлично. Ты пойдешь к Ройсу, а я загляну к Кэти, – как можно равнодушней попытался бросить я.

– Давай-ка сегодня наоборот, – с издевкой произнес Тони.

– Нет уж, я не умею говорить такие новости, – недовольно произнес я. Мне необходимо было заставить его согласиться. Неистовое желание снова увидеть ее бурлило во мне.

– Или ты просто хочешь увидеть Кэти…, – повернулся ко мне Тони и мерзко ухмыльнулся.

– Может быть, – я резко открыл свою дверь, повернулся к нему и сказал: – Только не капай мне на мозг, – бросил я, не глядя на него, и вышел из кабинета.

* * *

– Добрый день, Кэти, – довольно поприветствовал я ее, когда она приоткрыла мне свою входную дверь.

– Здравствуйте, детектив, – улыбка Кэти приветливо растянулась, и я непроизвольно улыбнулся в ответ. Когда наша пауза затянулась, я хотел снять свою улыбку с лица, но отчего-то у меня это не получилось.

– Как ваши дела? – учтиво спросил я, чтобы прервать эту глупую паузу. Так всегда спрашивал Тони, чтобы расположить к себе человека. Можно подумать, его интересовали проблемы другого человека. Хотя дела Кэти меня действительно интересовали.

Она, не ответив на мой вопрос, открыла дверь и пригласила жестом меня внутрь. Я зашел внутрь и снова уловил этот легкий аромат стирального порошка и ее духов.

– До вашего прихода было хорошо, ну насколько это может быть хорошо в моей ситуации, – грустно усмехнулась она и закрыла за мной дверь. Я удивленно повернулся к ней, и она, опустив взгляд вниз, снова поправила волосы рукой. Твою мать, как она сексуально это делала…

– Эм… Это из-за того, что сказал придурок Тони? Не воспринимайте всерьез…, – начал я.

– Ой, Джеймс, нет, – смущенно засмеялась Кэти и прошла мимо меня к гостиной. – Нет, я имела в виду, что вы, наверное, принесли не слишком хорошие новости, раз заглянули ко мне, а не позвонили.

– А, ну да. Точно, – усмехнулся я своей тупости. Надо же было такое сморозить. – Ну, вообще-то мы могли бы и позвонить, и вызвать вас в участок. Но также и сами можем ездить по свидетелям. Перспектива просиживать свои булки в офисе угнетает, поэтому мы с Тони предпочитаем кататься по свидетелям сами, – попытался оправдаться я. Не хотелось бы, чтобы она подумала, что я приехал к ней просто потому, что хотел побывать у нее дома еще раз. Хоть так оно и было. Невозможно было бы заигрывать с ней в комнате допросов, это было бы очень странно. Хотя, были у меня фантазии заняться с кем-то сексом в этой зеркальной комнате, это было бы шикарно. Но, увы, даже показав девушке, что за зеркальным отражением никого не было, они в это не верили. Мне то было наплевать, но они на такое не соглашались. Я проверял.

А находясь у нее дома, у меня был шанс…

Проследовав в гостиную за ней, я присел на диван, Кэти села в кресло рядом и пристально посмотрела на меня.

– Ну, говорите уже, что вы выяснили на этот раз? – нетерпеливо начала она.

– Мы получили результаты ДНК теста, – начал я. – Для нас это тоже было большой неожиданностью, но это был ребенок не от Дэвида.

Кэти округлила свои и без того большие глаза и начала нервно смеяться.

– Что? Как не от Дэвида? – глухо спросила она.

– Когда женщина спит с кем-то помимо мужа, такое бывает, – произнес я с сарказмом, приподняв брови. И, похоже, я зря сказал это с такой интонацией.

– Нет, я… Что за… – Кэти встала с кресла и начала ходить по ковру вдоль камина туда и обратно. – Бред какой-то, – она запустила свои пальцы в волосы и начала их теребить. Волосы непослушно рассыпались в разные стороны, и я прикусил губу.

– Я так понимаю, вы не в курсе, с кем у нее могла быть связь на стороне? – спросил я.

– Нет. Конечно, нет, – она отрицательно покачала головой в подтверждение своих слов.

– Понятно, – кивнул я. – Может, были какие-то друзья мужчины или знакомые, с кем она общалась?

– Вокруг живет и работает много мужчин, и она со многими была знакома. Но чтобы выделяла кого-то в плане… По крайне мере, я не замечала. Хотя, как я уже говорила вам, что последнее время мы не так тесно общались, – Кэти плюхнулась обратно в кресло, не глядя на меня.

– На данный момент, потенциальный любовник Линды, от которого она забеременела – подозреваемый. Вы, пожалуйста, подумайте. Может, вы вспомните кого-то. Или может она о ком-то упоминала. В общем, любую полезную информацию.

– Хорошо, я подумаю, – кивнула она, нервно моргнула, перевела взгляд на меня, и, приоткрыв рот, прерывисто выдохнула.

Я утвердительно кивнул в ответ и продолжал выдерживать ее взгляд. Мои губы приоткрылись, чтобы попрощаться и уйти, но я быстро передумал и начал улыбаться. Кэти вопросительно сузила глаза и наклонила голову набок.

– Не могли бы вы налить мне чаю, пожалуйста? – вдруг выпалил я. Мне так не хотелось уходить из ее уютного дома. И из ее уютной компании.

Брови Кэти вздрогнули.

– Да, конечно, – неуверенно ответила она, немного нахмурив брови, поднялась из кресла и направилась на кухню. Потом остановилась посреди комнаты, помолчала несколько секунд и развернулась ко мне. – Правда, я бы лучше выпила чего-нибудь покрепче, если вы не против. Ситуация совсем не для чая, – отчаянно произнесла она, взмахнув руками, и громко и грустно вздохнула, поджав губы.

– Эта идея мне нравится больше, мисс Остин, – обрадовался я, уселся комфортнее на ее диване и раскинул свои руки на спинке.

– У меня есть только вино, – смущенно улыбнулась она.

– Прекрасно, – одобрительно кивнул я.

Она ухмыльнулась, резко развернулась и за секунду скрылась на кухне. Я отвернулся к ее телевизору, который, как оказалось, был включен все это время. У нее транслировался спортивный канал, где шли соревнования по сноуборду. Плазма была слишком огромной по моим понятиям, а изображение было настолько четким, будто я сам находился в тех покрытых пушистым снегом горах и с огромной скоростью скользил вниз. Можно было рассмотреть каждую морщинку под глазами спортсменов, когда они щурились от ярко-белого снега.

Наслаждение ее телевизором прервал стук шкафчиками на кухне. Моя улыбка невольно растянулась, когда я представил, как она шуршит по полкам, ища бокалы и вино.

Через какое-то время она вернулась с бутылкой красного вина, двумя бокалами и штопором и протянула все мне. Профессионально открыв бутылку и разлив по бокалам напиток, я протянул ей один и навалился на спинку со своим в руках.

Кэти села обратно в кресло со своим бокалом, сделала большой глоток и прикрыла глаза, наклонив голову набок.

– Чувствую себя, как будто я в детективном романе. Как такое могло случиться в реальной жизни? – тихо прошептала она.

– Я работаю в полиции уже достаточно долго и могу вам сказать, что мне приходилось иметь дело с более ужасными случаями. Это жизнь, а вокруг, к сожалению, слишком много уродов, – жестко констатировал я.

– Вы действительно предполагаете, что убийцей может быть любовник Линды? – поинтересовалась она.

– К сожалению, на практике так бывает достаточно часто. Возможно, он не хотел ребенка, а она хотела его оставить. Или наоборот. Могла случиться ссора на этом фоне, и он случайно или намеренно убил ее.

– Надеюсь, мы скоро все узнаем, – тяжело вздохнула она.

В этом большом кресле, подогнув под себя ноги, Кэти казалась мне такой маленькой и беззащитной. Ее брови были напряжены, и на лбу играли морщинки волнения. Я молча наблюдал, как она на секунду прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, а потом повернулась ко мне.

– Кажется, я где-то свернула не в ту сторону и иду вдоль черной полосы, а не поперек, – грустно усмехнулась она.

– Эй, – попытался я подбодрить ее. – Все наладится.

Она грустно улыбнулась, сделала отчаянно большой глоток из своего бокала и подняла на меня глаза.

– Расскажите мне что-нибудь хорошее, детектив, – вдруг попросила она.

– Эм… Что? – растерянно уточнил я.

– Что угодно, лишь бы отвлечься. Веселый случай из жизни или работы, – она пожала плечами. И я уже открыл рот, чтобы заговорить, но она тут же остановила меня: – Нет, я передумала. В вашей работе вряд ли найдутся веселые случаи.

– Э… Могу рассказать, как мы познакомились с Тони, презабавнейшая история, – еще не начав рассказывать, из меня вырвался смешок.

– Отлично! Вы давно с ним познакомились? – поинтересовалась она.

– Да-а. Мы познакомились, когда еще были студентами, то есть больше пятнадцати лет назад, – я перевел взгляд себе на руки и чуть улыбнулся, вспоминая беззаботные времена.

Кэти поставила пустой бокал на стол, и я наполнил наши бокалы снова.

– Тогда мы только начали учиться в институте и чувствовать себя взрослыми, – продолжил я. – Спустя несколько дней ознакомительных занятий кто-то из одногруппников предложил посидеть где-нибудь всей группой, познакомиться. Ну а чтобы дело пошло быстрее и веселее, надо было выпить. Тогда мы всей группой умудрились надраться какого-то дешевого пойла прямо у ближайшего магазина. Сама понимаешь, студенты – люди бедные. Но мы, умники, догадались пировать между парами, и после мероприятия у нас была еще одна вечерняя лекция. Ты скажешь, что стоило бы пропустить ее. Но по рассказам бывалых студентов, препод был очень строгим. Мы ввалились в аудиторию, стараясь занять места подальше от кафедры преподавателя, чтобы не спалиться с запахом перегара и танцующей походкой. Тони сидел чуть выше меня, на самом последнем ряду. Он был слишком неопытным в плане алкоголя в те времена, но не хотел отставать от остальных, поэтому его хорошенько развезло, и он просто хотел поспать на этой лекции. В какой-то момент он понял, что ему стало плохо. Он поднял руку и попросился выйти. Когда он резко встал и начал спускаться по лесенкам аудитории, его желудок больше не выдержал и начал выплескивать свое содержимое прямо на пол. Он отчаянно попытался придержать рвоту рукой, но от этого стало лишь хуже, и на сидящих рядом студентов брызнул фонтан.

– О, нет, – Кэти прикрыла рот рукой.

– О, да, – продолжил я, широко улыбаясь. – Но это еще цветочки. Добило эту ситуацию то, что он продолжил бежать по этим теперь уже сырым и скользким лесенкам. И…

– Убей меня! – начала хихикать она.

– Он поскользнулся на своих рвотных массах, упал и покатился на заднице вниз, – я начал заливаться смехом. – Мне пришлось почти час отмывать его в туалете, чтобы его пустили в автобус доехать домой.

– Фу! – захохотала Кэти. – Какой кошмар!

Стоило только вспомнить Тони, как мой телефон начал верещать, высвечивая его имя на экране.

– Тони? – взял я трубку.

– Я закончил с мистером Ройсом, поехали домой, – быстро затараторил Боулс.

– Ты можешь ехать, а я останусь.

– Ты еще не закончил опрос или что? У нее есть какая-то информация? – слишком возбужденно начал спрашивать он.

– Нет, пока никакой полезной информации.

– Тогда… – Тони на секунду замолк. – О, нет, Джеймс… Серьезно?

– Тони, все отстань. Вали домой. Встретимся завтра.

– Как завтра? – возмущенно спросил он. – Мы ждем тебя сегодня к восьми вечера в ресторан, ты забыл?

– Какой еще ресторан? – раздраженно спросил я.

– В честь нашей с Люси помолвки, балда!

Динамик моего телефона работал достаточно громко, поэтому Кэти услышала последнюю реплику Тони и начала хихикать.

– А, блин, точно. Да, я буду. Могу немного опоздать, как всегда.

– Только приди трезвым, Леннокс, – тише добавляет Тони.

Ничего не ответив, я сбросил трубку.

– У твоего напарника помолвка? – спросила Кэти, приподняв брови.

– Ты все слышала?

– У тебя слишком громко работает динамик, – улыбнулась она.

– Да, он сделал ей предложение пару дней назад, и, как ты понимаешь, она согласилась, – я большим глотком допил остатки напитка в бокале. – Видимо, она немного не дружит с головой.

Кэти слегка усмехнулась.

– Расскажешь еще что-нибудь перед тем, как уйти? – с надеждой спросила она.

– Конечно, – улыбнулся я и наполнил наши бокалы.

Я продолжил вспоминать самые забавные истории из студенческой жизни и работы полиции, благо таких было много. На ум приходили все новые и новые смешные и не очень случаи, и я красочно рассказывал их, наслаждаясь заливистым смехом и удивленной улыбкой Кэти. Она выглядела совершенно по-ребячески. Ее волосы немного растрепались, щеки приобрели розоватый оттенок от вина. Она с удовольствием слушала мои глупые рассказы, иногда переспрашивая что-либо или подшучивая над глупостью Тони или самого меня. Я старался не рассказывать о плохих моментах в моей жизни. Честно говоря, я и сам забыл о них на секунду.

– Все, прекрати, я больше не могу смеяться, – держась за живот, попыталась выговорить Кэти.

– Да-а. Вот каких только придурков не повстречаешь на работе, – глубоко вздохнул я.

– Да уж, я вижу.

Кэти сделала небольшой глоток вина, откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза, все еще немного улыбаясь, и вдруг прыснула от смеха.

– Что? – удивленно, но с улыбкой спросил ее я.

– Детектив Боулс бы сказал, что я совсем дура, раз после его предупреждения касательно тебя я сижу и любезничаю с тобой в достаточно интимной обстановке, – она обвела рукой с бокалом комнату, чуть не расплескав его содержимое.

В ответ из меня вырвался смешок.

– Да он зануда. И вообще, какая разница, кто и что скажет.

Мы сидели за полупустыми бокалами, болтая обо всем, потеряв счет времени. На мой телефон продолжали поступать сообщения от Тони, более гневные каждый раз, ведь он уже давно ждал меня на вечеринке в каком-то пафосном ресторане. А мне так не хотелось уходить, так спокойно и уютно я чувствовал себя в компании Кэти. Может, стоило выключить телефон и забить на все? Да, Тони бы обиделся, но простил бы спустя пару дней.

– Ты бы взял трубку, я думаю, Тони очень ждет тебя, – сказала Кэти.

– Я… да, наверное, мне пора ехать, – неуверенно ответил я.

– Что ж, ничего страшного, было весело, – она встала и начала собирать посуду со стола. – Мы всегда можем повторить, если тебе понравилось. А сегодня тебе лучше поддержать друга, – она улыбнулась мне и направилась на кухню. – Передавай им мои поздравления, – крикнула она из-за угла.

– Обязательно, – радостно ответил я.

Накинув свою куртку, я направился к входной двери. Кэти подошла ко мне сзади, чтобы проводить. Я медленно открыл дверь и впустил весенний вечерний холод в теплую атмосферу дома Кэти.

– Спасибо, Джеймс, – сказала она. – Я на мгновенье отвлеклась и забыла обо всем.

– И тебе спасибо.

– За что? – удивилась она.

– За этот вечер. Я очень хорошо провел время. Давно так … ни с кем не болтал.

– Я рада, – улыбнулась она и положила руку мне на плечо. – Заходи еще, только с хорошими новостями. Ну, или с такими же смешными историями.

Ничего не ответив, я лишь улыбнулся в ответ и вышел на улицу. Холодный ветер сразу подхватил меня, растрепав волосы. Почти дойдя до середины дорожки ее двора, я резко развернулся и крикнул:

– Кэти!

– Да? – не успев закрыть дверь, ответила она удивленно.

– Может, переспим? – ухмыляясь своей наглости, спросил я.

– Что? – удивилась Кэти.

– Что? – посмеялся я.

– Не порти этот вечер, пожалуйста, – сказала она и чуть прикрыла дверь, защищаясь от холода.

– Портить? Я не так уж плох, – самодовольно подмигнул я ей. – Ты не знаешь, от чего отказываешься.

– Знаю. От походов к венерологу.

Я сделал резкий громкий вдох и засмеялся. Неожиданный комментарий от этой милой девушки.

– Пока, Джеймс. Я сделаю вид, что ты этого не говорил. Удачно тебе отдохнуть сегодня.

– Пока, мисс Остин, – ответил я, засунул руки в карманы и побежал к машине.

Отъехав от ее дома, я направился прямиком в ресторан. В моей голове возникла мысль, не стоило ли мне переодеться для похода на такое мероприятие? Возможно, любой бы адекватный человек так и поступил, но только не я. Мои джинсы и рубашка вполне могли сойти, я же не был женихом. Проехав по пустынной дороге полчаса, я понял, что до сих пор прокручивал в голове беседу с Кэти, непроизвольно улыбаясь. Эта невероятная девушка заставила меня сегодня улыбаться. Да не просто улыбаться, а смеяться. Не так, как я делал это последние десять лет – смеясь больше на показ, чем искренне. Сегодня я смеялся, потому что хотел.

6

Зайдя в ресторан, я оставил свою кожаную куртку гардеробщику. Для приличия руками разгладил свою рубашку, будто это могло мне помочь. Глазами осмотрел свое отражение в зеркале при входе. На рубашке даже не было пятен от кофе или кетчупа, поэтому я одобрительно кивнул самому себе и зашел внутрь зала.

Тони с Люси арендовали на вечер несколько больших столов, отделенных от остального зала перегородкой. Я быстро проскользнул через весь зал и зашел к ним. Мероприятие было в самом разгаре, потому что большая часть гостей уже не сидели за столами, а сновали мимо, а некоторые кучковались отдельными компаниями.

«Идеально», – подумал я, не придется сидеть за столом согласно правилам этикета и тем более, не дай бог, произносить тост. А если и пришлось бы, то все были уже достаточно выпившими, и вряд ли бы поняли суть.

– Джеймс! Сколько лет, сколько зим! – перекрыл мне путь мой старый друг. Хотя другом его назвать было сложно, ведь мы перестали общаться еще много лет назад, и виделись лишь на мероприятиях общих знакомых. – Как у тебя дела, чувак?

– Все хорошо, Чейз. Ты как? – учтиво спросил я.

– Все супер! Женился второй раз, два месяца назад у меня родился сын.

– Здорово, рад за тебя, – я хлопнул его по плечу и хотел быстро ретироваться.

– Леннокс! – к нам подбежал Тони. – Ты обещал опоздать, но не на три же часа!

– Тони, прости.

– Что ты делал все это время? Ты был с Кэти? – не к месту громко спросил меня напарник.

– Кэти? – удивленно вторил Чейз.

– Э … Нальешь мне выпить? – я взял Тони под локоть и отвел в сторону от всех.

– Только не говори мне, пожалуйста, что случилось то, что я просил тебя не делать? – Тони недовольно поджал губы.

– Нет, ничего не было, мы просто болтали.

Непроизвольная улыбка сдала меня.

– Погоди – погоди, что это? – начал наигранно вглядываться он в мое лицо.

– Ты о чем? – я начал трогать свое лицо, замарался что ли?

– Кажется, у тебя защемило лицевой нерв! – начал громко смеяться Тони. – Или ты все-таки улыбаешься?

– Да пошел ты, Боулс, – посмеялся я в ответ.

Чтобы скрыть улыбку и избежать дальнейших шуточек, я отвернулся к столу, где стоял целый ряд бокалов с шампанским. Взяв один бокал, я большим глотком отпил почти половину. Улыбка быстро исчезла, когда в нос резко ударили пузырьки шампанского.

– Я понял, она тебя отшила, – засмеялся Тони. Я отвел взгляд, надеясь, что кто-то его отвлечет, но он подошел ближе и заглянул мне в глаза.

– Да, – признал я свое поражение, посмеиваясь.

– Эй, вы чего от всех спрятались? – к нам подошла Люси. Она выглядела очень элегантно. Светло-бежевое шелковое платье ниже колена отлично контрастировало с ее смуглой кожей. – Привет, Джеймс, как у тебя дела? – она легко обняла меня одной рукой за талию и снова отстранилась.

– Все хорошо, Люси. От души вас поздравляю, наконец, твой нытик решился сделать тебе предложение.

Тони лишь закатил глаза.

– Да уж. Спасибо, Джеймс, – она чуть слышно посмеялась, подошла к Тони и, взяв его за руку, потянула в сторону. – Пойдемте за стол. Джеймс, ты должен обязательно попробовать индейку, она просто божественная.

Гости продолжали напиваться и говорить все более нелепые тосты. Я тоже от них не отставал. Шампанское меня мало интересовало, и я подошел к бармену и заказал сразу два стакана виски. Так-то лучше.

Люси была права, индейка была шикарна. Да и вообще на стол будущая чета Боулсов не поскупилась. После примерно полулитра выпитого алкоголя на меня нахлынула уже знакомая мне расслабленность, все мысли сбежали из моей мутной головы, и я просто, не думая ни о чем, лениво наблюдал за вечеринкой. Это именно то состояние, которое я всегда любил, ради которого всегда пил. Просто перестать думать.

Спустя какое-то время я направился в туалет, радуясь, что мои ноги еще меня слушались. Когда я включил кран и начал мыть руки, дверь в уборную открылась, и туда ввалилась Люси.

– Джеееееймс, привет, – захихикала она.

– О, Люси, кажется, ты уже наотмечалась, – я вытер руки одноразовыми полотенцами и выбросил их в урну под раковиной.

– Возможно, – криво улыбнулась она и, пошатываясь, подошла ко мне ближе.

– Спустя полвека дождалась предложения от Тони, – я сделал шаг назад, навалился на стенку и убрал руки в карманы штанов. – Понимаю, есть повод отметить.

Она резко выдохнула и опустила голову.

– Может тебе попить воды и немного передохнуть? – спросил я, пытаясь заглянуть ей в глаза. Еще не хватало, чтобы она отключилась и рухнула лицом на кафельный пол перед свадьбой. – Все нормально?

– Нет, – чуть слышно ответила она.

– Что? Тебе нехорошо? – переспросил я.

Она подняла голову и пристально посмотрела на меня.

– Я не уверена, что хочу выходить замуж, – грустно усмехнулась она. – Глупо, да?

– Ну, вообще-то очень глупо, учитывая, что вы вместе … сколько там лет?

– Даааа, – медленно протянула она. – Мне с ним спокойно, хорошо, вроде, я к нему привыкла, но… я не знаю… выйти замуж, это же значит… все… он будет моим последним мужчиной, а я до сих пор заглядываюсь на других…

– Слушай, ну не все так страшно, смотреть же никто не запрещает, – подмигнул я ей. – Смотри на других, можешь даже представлять других во время секса с Тони, – посмеялся я своей шутке.

– Например, тебя, – неуверенно шепнула она и подняла на меня свои карие глаза.

Громко набрав воздуха в легкие, я задержал дыхание и ошарашено посмотрел на нее, боясь пошевелиться. Люси сделала один шаг и преодолела небольшое расстояние между нами, оказавшись слишком близко.

– Джеймс, ты полный говнюк, но это меня и притягивает, – выдохнула она мне в губы.

– Эй, Люси, ты просто пьяна, – я выставил перед собой руку, преграждая ей оставшееся расстояние между нами.

– Если бы, Джеймс. Твои глаза, такие красивые, небесно-голубые, иногда я не могу перестать о них думать, – она подалась чуть ближе и коснулась меня губами.

На секунду от растерянности мои губы приоткрылись навстречу ей. Но я быстро пришел в себя, отстранился от нее, как ошпаренный, и попытался снова оттолкнуть.

– Люси, что ты делаешь?

– Хочу тебя, разве не этим ты обычно занимаешься в туалетах баров с женщинами? – она начала расстегивать мою рубашку.

– Да, но не с тобой же, – мои ладони попытались остановить ее руки, которые уже нагло скользили по моей груди.

– А чем я хуже? – обиженно спросила она.

– Нет, ты не хуже. Даже, честно говоря, лучше многих. Но ты невеста Тони, а он, вроде как, мой друг, – старался оправдаться я.

– Друг? – засмеялась она. – Ты же пытался от него отделаться все последние годы. Вот тебе и шанс.

– Нет, Люси, ты…

Мои мысли начали путаться в голове под ее напором. Люси была чертовски горячей штучкой, и, если честно, у меня уже встал. Обычно, я позволял своему напарнику за ширинкой решать, что делать. Но не в тот момент. Это же Тони, мой друг уже больше пятнадцати лет. Да, он был ужасно надоедливым, но…

Люси не позволила мне продолжить ход мыслей и впилась в мои губы.

– Какого хрена? – пространство уборной сотряс крик Тони, который в это время зашел в уборную.

– Тони… – Люси отпрыгнула от меня и подбежала к нему. – Это не то, о чем ты подумал, – залепетала она.

– Твою мать! – выругался я. – Мы что, в каком-то тупом сериале?

– Похоже на то, – безэмоционально произнес Тони, развернулся и ретировался со скоростью света.

– Люси! – крикнул я, застегивая рубашку. – Чтоб тебя!

Выскочив из уборной комнаты, я побежал за Тони, одновременно заправляя рубашку в штаны. Да уж, друзьям и знакомым будет, о чем поговорить.

– Тони! Подожди, Тони! – я пытался не потерять его из виду, расталкивая людей. Догнать его у меня получилось только на улице, когда он сам резко остановился. – Тони, я могу все объяснить, – пытаясь отдышаться, говорил я. – Наверно…

– Да? Ну, давай! Давай, я жду, – взмахнул руками Тони.

– Я…, – все еще тяжело дыша, начал я. – Слушай, я был в туалете, как туда зашла Люси, она была пьяна, очень пьяна. Она вдруг впилась в меня, я даже не успел среагировать.

– Да что ты? – резко оборвал меня Тони и подошел ближе. – Она в тебя впилась? Я слишком хорошо тебя знаю, Джеймс, чтобы поверить в этот бред. Я знаю, что тебе главное присунуть свой член, и не важно куда. Будь то героиновая проститутка или невеста твоего друга!

– Я это заслужил, я понимаю, – спокойно произнес я. – Но это правда. Правда всегда звучит глупо.

– Зачем ты к ней приставал?

– Не приставал я к ней! Она сама…

– Не ври мне! – закричал Тони.

– Хорошо, Тони, подумай сам. Это я был прижат к стене, а не она.

– Прекрати! Лучше замолчи! Как мне это надоело! Как ты надоел! – с каждым словом Тони кричал все громче и громче. Люди вокруг ресторана оглядывались на нас, а некоторые даже остановились, чтобы понаблюдать за происходящим. Но Тони даже не замечал этого. – Я все тебе прощал, все! Но сейчас ты перешел просто все возможные границы.

– Тони…, – я смущенно осмотрелся по сторонам.

– Одного понять не могу, о чем ты вообще думал, если думал вообще. Раз я твой друг, то иногда от скуки и мою жену будет можно? Или это уже не первый раз?

– Что? – мое лицо удивленно вытянулось. – Нет, конечно же, что ты несешь?

– Нет! – Тони поднял руку. – Дай мне закончить. Я десять лет вожусь с тобой, как с маленьким братом-имбицилом. Да какой там десять! Все время, что с тобой знаком. Ты ведешь себя как полный мудак, всегда. Да, у тебя произошло дерьмо в жизни. Такое дерьмо, которого врагу не пожелаешь, но уже десять лет прошло! Может, хватит уже?

– Даже не смей, – процедил я сквозь зубы.

Тони громко выдохнул и запустил свои пальцы в черные густые волосы.

– Знаешь, все. Это все, Леннокс. Я больше не хочу тебя видеть, уходи.

Я открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в миг передумал. Как посмел этот придурок упоминать про мое прошлое? Это было против правил, даже в такой ситуации. Резко развернувшись на пятках, я вернулся в ресторан, забрал свою куртку из гардероба, сел в свою машину и изо всей мочи надавил на педаль газа. Мне был необходим бар, любой, что попадется по пути. Много алкоголя и дама, если повезет. И тогда, как бы ни было мне хреново, я смог бы обо всем забыть. На сегодня, до утра.

7

Кэти.

В свой обеденный перерыв я вышла на улицу, чтобы зайти в кафе напротив и взять салат и кофе. Погода была прекрасная, что было очень странно для апреля, ветра почти не было и, солнце отчаянно пыталось пригреть меня. Глубоко вдохнув теплый весенний воздух, я подставила свое лицо апрельским лучам солнца. Раз погода решила разыграться в тот день, я решила немного прогуляться. Быстрым шагом перешла дорогу и зашла в парк. Деревья еще не успели обзавестись почками, но их голые ветки уже не казались такими серыми, как это бывает хмурой осенью, когда они больше были похожи на деревья из фильмов ужасов. В тот момент они находились в ожидании появления на них свежей кроны. Я медленно брела по парку, наблюдая за гуляющими молодыми парочками, слишком широко улыбающимися друг другу, и мамочками с колясками, которые то и дело наклонялись к своим деткам, чтобы прошептать что-то только им понятное. Глядя на них, моя улыбка умилительно растягивалась.

По пути я заглянула в кофейню и взяла латте. Времени у меня было еще навалом, поэтому я побрела дальше. Через пару кварталов находился полицейский участок, где работал Джеймс, и мои ноги сами понесли меня туда. В моей голове затеплилась надежда, что он мог бы выйти на улицу на обед или по делам, и мы могли как бы нечаянно столкнуться с ним.

Джеймс. Тот день, когда он постучал в мою дверь в первый раз, был особенным. Когда я распахнула дверь и увидела его голубые глаза, бабочки в моем животе вспорхнули. Эти глаза… Голубые, как океан, глаза Джеймса могли заставить растаять любую женщину. Собственно, что и случилось со мной. По внешности он был не совсем моим типом мужчин, ведь я обычно предпочитала высоких блондинов. Но Джеймс был явно не плох собой. Очень неплох. Он был не намного выше меня, но при этом был прекрасно сложен. Воспоминания о его растрепанных каштановых волосах заставили меня улыбнуться. А эта кривая улыбка…

В первый день, когда мы познакомились, я была не в лучшем своем виде. Встреча с Дэвидом в тот день далась мне нелегко. Смерть Линды подкосила его, и он предложил перестать нам общаться. Все произошло слишком внезапно. И тогда, вся заплаканная, в растянутой домашней футболке я открыла дверь своей судьбе. Если бы я только знала… К следующей нашей встрече с Джеймсом я уже подготовилась лучше, и, как я уловила по его исследующему меня взгляду, он оценил.

Из их с Тони разговоров стало понятно, что он был неисправимым бабником. С такой внешностью и харизмой, это было неудивительно. Но с этим можно было работать. Ведь я всегда любила трудности. Добиваться тех, кто сразу попадал под мои чары и сдавался, было жутко скучно. Никаких сопротивлений и квестов. А вот Джеймс – темная лошадка. Безумно сексуальная и опасная. И я видела, что его что-то гложет изнутри, и, чтобы достать это на поверхность, мне было необходимо расположить его к себе. И, когда он все мне расскажет, он обязательно полюбит меня. Я знала это наверняка.

Глубоко вдохнув освежающий воздух весны, я прикрыла глаза. Интересно, как выглядели бы его глаза при таком ярком солнечном свете? Наверняка, они стали бы еще светлее и ярче.

С мыслями о его глазах, я несколько раз медленно прошла мимо здания, где находился участок, но Джеймса так и не заметила. Я села на лавочку через дорогу от входа, чтобы допить кофе. Спустя пару минут у обочины припарковалась серебристая Тойота, и из нее вышел детектив Боулс.

– Детектив! – крикнула я.

Он резко обернулся, заметил меня и, чуть заметно улыбаясь, направился ко мне, не отрывая взгляда от земли.

– Мисс Остин, добрый день, – подошел он ближе.

– Добрый день, детектив, присядете? – я указала взглядом на место рядом.

– Почему бы и нет? – он присел рядом. – Что вы здесь делаете?

– Мой офис находится недалеко, а сегодня такая прекрасная весенняя погода, что я решила прогуляться. Присела передохнуть, а тут вы, – невинно улыбнулась я.

– Да, погода сегодня хорошая, – тяжело вздохнул он.

– У вас все хорошо? – озабоченно спросила я. – Выглядите… мягко сказать, не очень.

Тони помолчал какое-то время, как будто пытаясь собраться с мыслями.

– Мисс Остин… – он немного помялся. – Кэти, послушай, это все шуточки шуточками, но держись подальше от Леннокса.

– Что? – удивленно спросила я. – Почему?

– Я все понимаю, он произвел на тебя хорошее впечатление. Такой веселый, остроумный, обходительный. В конце концов, он красив. Но это все не про него. Он настоящий моральный урод, поверь, я давно его знаю.

– Что у вас произошло? – это мне совсем не нравилось. Кажется, Джеймс что-то натворил. – Вчера же была вечеринка в честь вашей помолвки.

– Да, была. Но Джеймс попытался переспать с моей Люси.

– Что? – мое лицо вытянулось в недоумении. Нет, этого не могло быть…

– Ему без разницы, с кем спать, Кэти. Он всегда такой весь из себя хороший, и все женщины просто ослеплены им. Пострелял глазками, пару шуточек, улыбок. Но он такой ровно до того момента, пока не получит своего. Поверь мне, я хочу просто тебя предостеречь. Я вижу, что ты уже очарована им, но лучше беги, пока не поздно.

– Он приставал к твоей невесте? – моя голова все еще пыталась переварить все, что он сказал. – Может, тебе так показалось? – неуверенно спросила я с надеждой.

– Когда я зашел в туалет, у него была расстегнута рубашка, и он страстно ее целовал.

– Вот черт! – выкрикнула я. – Да что с ним не так?

– Он всегда заботился только о себе. Ну и об Анне, – вдруг заикнулся Тони, но резко замолк.

– Анне? – переспросила я.

– Да, я… – начал мяться Тони. – Не стоит об этом… Трагичная история, поэтому он сейчас… такой. В общем, то, каким он хочет тебе показаться, это лишь мишура. Будь с ним осторожна.

Тони встал, давая мне понять, что больше не хочет говорить о Джеймсе.

– Хорошо, – промямлила я подавленно.

– Мне пора идти, мисс Остин. До встречи, – он отвернулся и, не дожидаясь моего ответа, быстро ретировался.

– До свидания, – пробурчала я сама себе.

Растерянная после полученной информации я осталась сидеть на лавке с остывшим стаканом кофе. Почему мне всегда так везло? Я уже поняла, что Джеймс большой любитель ухлестнуть за всеми юбками, но чтобы попытаться переспать с невестой друга… Это странно. Не верилось, что он на такое был способен. Неужели, все действительно было так плохо? Что еще за Анна? Его бывшая девушка или даже невеста, которая бросила его, изменив с кем-нибудь?

Я был обескуражена, разочарована и заинтригована. Столько вопросов и ни одного ответа. Джеймс показался мне хорошим. Действительно добрым и отзывчивым в глубине души. Но, может быть, я могла ошибиться? И, если это было так, и он действительно был готов опуститься до того, чтобы переспать с невестой лучшего друга, то это был уже совсем другой уровень. И я не была уверена, что могла справиться.

И мистическая Анна… Тони проболтался мне, но не стал ничего объяснять. Кажется, у меня появились проблемы, которые я даже не могла понять. Но это только разожгло во мне интерес разобраться во всем.

Вечером я приехала домой и открыла бутылку вина. Я, честно, старалась не думать о нем, но спустя два бокала, Джеймс уже не покидал мои мысли. Воспоминания о его улыбке переплетались со словами, сказанными Тони. У меня был его номер телефона, но стоило ли ему звонить? Может, стоило позвонить и сказать ему, какой он козел? Хотя, кому я врала. Мне хотелось просто услышать его голос, хотелось спросить, неужели он на самом деле мог так поступить? Толика надежды сидела в моих мыслях, что это все было лишь огромной ошибкой. Невеста Тони подавилась, и Джеймс делал ей искусственное дыхание? Я прикрыла глаза и усмехнулась собственной глупости.

Слова Тони никак не выходили из моей головы. «Держись от него подальше и беги, пока не поздно». А мне совсем не хотелось бежать. Но а что, если он был прав? А что, если все его улыбки, разговоры – лишь глупая прелюдия для него, и он просто хотел со мной переспать и свалить?

В пятый раз я схватила в руки телефон, но потом снова убрала и оттолкнула его подальше. Если бы я ему позвонила, то он навешал бы мне лапши на уши, и я, как наивная дурочка, могла поверить всему, что он бы произнес своим хриплым голосом.

8

Джеймс.

На следующий день я позволил себе не выходить на работу, потому что ушел в страну чудес – запой. Более того, я не хотел сталкиваться со своим напарником, ведь я не знал, как себя вести с ним. Я встал в обед и вместо завтрака налил себе полный стакан оставшейся водки. Вся моя жизнь шла кувырком. Сначала Анна, а теперь еще и Тони. Единственный, кто всегда был рядом, тоже бросил меня.

Весь день я втыкал в стену, выпивая остатки из бутылок, которые находил по углам в своей квартире. Ближе к вечеру я заставил себя сходить до ресторана с китайской едой, не упустив из виду, что алкоголь дома уже кончился. Стоило признаться себе, что я пошел в первую очередь за добавкой, и уж заодно за едой. Если бы дома еще был алкоголь, я бы никуда не сунулся. К ночи, когда я допил купленную бутылку, желание позвонить Тони начало просто накрывать меня волной. Я уже привык, что Тони всегда звонил мне просто проверить, жив ли я. Но в тот день мой телефон был нем весь день. Ни звонка, ни сообщения. Я не вышел на работу, а всем как будто было наплевать. Хотя почему как будто? Если бы я решил повеситься, мое тело бы нашли только спустя несколько недель, когда уже вонь дошла бы до соседей.

И тут я вдруг вспомнил про Кэти. Прекрасная и такая светлая Кэти. Перед глазами всплыли воспоминания нашего с ней вечера за бокалом вина, когда она заставила меня смеяться. Она не знала ничего о моем прошлом, она могла бы просто поговорить со мной, выслушать. Она бы точно не стала меня жалеть. Она бы подшучивала над моим заплетающимся языком, но она точно могла посоветовать, что мне стоило делать в такой ситуации. Ведь я, в кой-то веки, был не виноват.

Достав свой телефон из кармана, я пролистал список контактов и понял, что у меня не было ее номера.

– Вот черт! – крикнул я, сделал большой глоток виски и бросил телефон на стол, уронив при этом пару коробок от лапши.

Может, это было к лучшему? Зачем было тревожить ее в таком состоянии? Если бы она меня увидела такого, то точно не захотела бы продолжать общение. Зачем такой милой леди пьяница? И тем более, зачем было посвящать ее в мои проблемы? Пройдут выходные, я протрезвею, и снова появлюсь у нее на пороге по делу, которое веду.

Дело! У меня же в машине лежала папка с материалами на нее, а соответственно там должен был быть номер ее телефона!

Отбросив все адекватные мысли, которые и так редко посещали мою голову, я накинул куртку и выбежал на парковку, чтобы достать папку из машины. Вернувшись, я бросил папку на диван, раскидав при этом все документы вокруг. Быстро найдя лист с ее контактными данными, я набрал ее номер телефона и нажал кнопку вызова. После второго гудка я повернул голову к настенным часам и увидел, что было уже почти час ночи. Вот черт! Я был настолько пьян, что даже не удосужился посмотреть на часы перед тем, как звонить ей.

Гудок. Еще один. Я, несмотря на опьянение, вдруг начал нервничать и стучать пальцами по коленке. Еще гудок.

– Алло, – сонным хриплым голосом ответили на том конце трубки.

– Э… Кэти? – неуверенно спросил я.

– Да, – она попыталась прокашляться и заговорить нормальным голосом.

– Кэти, это Джеймс…Леннокс.

– Джеймс? – удивленно уточнила она.

– Да, – улыбнулся я. Мне так нравилось слышать свое имя из ее уст. – Привет.

– Джеймс, время час ночи, что-то случилось? – обеспокоенно спросила она.

– Нет-нет, все хорошо… Относительно.

– Ты пьян? – вдруг она поняла по моему голосу.

– Да, – грустно усмехнулся я. – Немного.

– Или не «немного», – ответила она.

– Да, прости. Мне просто захотелось с кем-то поговорить, и я подумал о тебе.

– Очень мило.

– Мы можем просто поболтать немного? – с надеждой спросил я.

– О Тони? – вдруг уточнила она.

– Эм… Да, – растерянно ответил я. – Откуда ты…

– Я сегодня видела Тони, – вдруг сказала она.

– Черт! – вырвалось у меня. – Что он тебе наговорил?

– Ну, он рассказал о том, что произошло с Люси.

– Вот засранец!

– Эй! – перебила она меня. – Он? А ты молодец в этой ситуации?

– Нет, Кэти, все было не так, – простонал я.

– Ну конечно-о, – протянула она с недоверием.

Резко выдохнув весь воздух из своих легких, я неожиданно для самого себя спросил:

– Можно я к тебе приеду?

На другом конце трубки в ответ повисла тишина.

– Кэти? Прости, я… Нет, глупая затея, забудь, – начал бормотать я. – Мне надо с кем-то поговорить, в моей голове крутится столько непонятных мыслей, и я не знаю что делать, как поступить, – я тяжело вздохнул и замолчал.

– Приезжай, – чуть слышно ответила она.

– Серьезно? – удивленно спросил я.

– Да, приезжай быстрее, пока я не передумала, – протараторила она и положила трубку.

Со скоростью света я соскочил с дивана и побежал в душ. Пробухав больше суток с прошлого вечера и засыпая лишь пару раз на несколько часов, я даже не чистил зубы, не говоря уже о душе. Ехать в таком виде к ней я не решился, это могло привести ее в ужас. Мне необходимо было в кратчайшие сроки привести себя в самый лучший вид, по крайней мере, насколько это было возможно.

Быстро приняв холодный душ, я два раза почистил зубы, надеясь, что это перебьет мой перегар, надел более ли менее чистую одежду, ругаясь при этом на себя, что совсем перестал пользоваться стиральной машинкой. Зачесав сырые волосы назад, я даже брызнул на себя туалетной водой, которую подарил когда-то Тони, и она валялась у меня нетронутая уже несколько лет.

По пути к дому Кэти я заскочил в магазин, купил бутылку вина подороже и самое большое ведро с мороженым.

Доехав до ее дома за пятнадцать минут, я подбежал к входной двери и тихонько постучал. В окне прихожей виднелся тусклый свет ночной лампы, но никто не спешил открывать мне дверь. Я постучался еще раз уже более настойчиво, но в ответ услышал лишь тишину. Мои руки уже потянулись в карман, чтобы достать телефон и попробовать позвонить Кэти, как послышались торопливые шаги к двери. На моем лице непроизвольно растянулась улыбка от представления, как она семенит по лесенкам ко мне навстречу.

Дверь аккуратно приоткрылась, и Кэти неуверенно подняла взгляд на меня. Ее брови были чуть нахмурены, но я не мог понять, что значило ее выражение лица. Смятение, недоверие или заинтересованность.

– Серьезно? – вдруг улыбнулась она и указала пальцем на мои руки. – Мороженое?

– Э… Да, – замялся я, разглядывая Кэти в непривычном для меня домашнем образе. На лице Кэти не было косметики, волосы были собраны в небрежный пучок, несколько прядей выбивалось и свисало у лица, от чего она выглядела еще миниатюрнее и совсем как подросток. На ней была надета не по размеру большая бежевая футболка, черные лосины. И она выбежала встречать меня босиком, отчего на моем лице заиграла улыбка. – Я видел в мелодрамах, что, когда людям грустно, они едят мороженое.

– Ты смотришь мелодрамы? – удивленно спросила она и, не дождавшись моего ответа, продолжила: – Что ж, давай попробуем.

Жестом руки она пригласила меня внутрь. Зайдя в дом и закрыв за собой дверь, я бросил куртку на пуфик в прихожей и прошел в гостиную. Вино и ведро с мороженым я поставил на столик и хотел сесть на диван, как заметил там подушку и скомканное одеяло.

– Ты спала здесь? – крикнул я Кэти, пока она рылась по шкафчикам на кухне.

– А, да, – ответила она, вернувшись в комнату с бокалами и большими ложками. – Завтра у меня выходной, я выпила немного вина и уснула, пока читала книгу. – Она плюхнулась на диван и завернулась в одеяло.

– Да ты оторва по выходным, а я то не знал, – засмеялся я.

Кэти состроила мне смешную гримасу в ответ, достала одну руку из-под одеяла и похлопала по месту рядом с ней, приглашая меня. Я последовал ее приглашению, затем открыл вино, пока Кэти занималась мороженым.

– Давай рассказывай, герой-любовник, что натворил? – начала она допрос, облизнув ложку с мороженым.

– Кэти, все не то, чем кажется, серьезно, – начал я, наливая вино по бокалам. – Я, конечно, полный придурок, и творю полную дичь большую часть времени, но не настолько.

Кэти вопросительно приподняла брови.

– Ты мне веришь? – с надеждой спросил я.

– Пока не знаю, хочу услышать твою версию, – сказала она и сделала небольшой глоток из бокала.

– Хорошо, – удовлетворенно вздохнул я и немного расслабился. Она хотя бы давала мне шанс оправдаться. – Ты же помнишь, что это была вечеринка в честь помолвки Тони и Люси. И все было нормально, пока я не решил уединиться в туалете. Вдруг туда ввалилась пьяная Люси и начала приставать ко мне.

– Прямо вот так сходу зашла и повисла на тебе? – недоверчиво переспросила Кэти.

– Ну не совсем. Сначала она завела песню о том, что вдруг не хочет выходить замуж, – я закатил глаза и, чуть жестикулируя свободной рукой, продолжил: – Она боится того, что теперь Тони станет ее единственным и последним мужчиной, а она бы не прочь потрахаться с другими мужиками, и вообще она давно хочет меня.

Кэти перевела взгляд на меня, ее лицо удивленно вытянулось, и рот немного приоткрылся в изумлении.

– Она так и сказала?

– Я не помню, как она сказала именно, но смысл был такой.

– Так, допустим, – ответила Кэти, поставила бокал на стол и повернулась ко мне всем телом. Она недоверчиво прищурила глаза и продолжила:

– По словам Тони твоя рубашка была расстегнута, и ты страстно целовал ее.

– Она начала расстегивать мою рубашку, а я пытался ее остановить, – продолжал оправдываться я.

– Хорошо, а что с поцелуем? – не унимался мой маленький следователь.

Виновато прикрыв глаза, я издал стыдливый стон.

– Да, тут я немного замешкался и ответил ей. Всего на секунду.

– Но в эту секунду зашел Тони?

– Да! – слишком громко подтвердил я.

– Как в бразильском сериале, – задумчиво сказала она.

Я прыснул от смеха.

– Именно так я и сказал.

– Что ж, ты в дерьме, – спокойно констатировала она, отвернулась и потянулась за бокалом.

Я лишь утвердительно кивнул и положил огромную ложку мороженого себе в рот. Идея оказалась так себе. От холода мои зубы резко свело, боль дошла до висков, покрывая мурашками мой затылок, и я, выпучив глаза, попытался быстро проглотить мороженое, чтобы она этого не заметила. Но она лишь смотрела куда-то в стену, обдумывая все сказанное.

– Ты мне веришь? – спросил я заплетающимся языком. Я не мог понять, то ли его свело от холода, то ли я действительно был настолько пьян.

– Я не знаю, Джеймс. Мне очень хочется верить тебе, но Тони серьезно утверждал мне, что ты на такое способен, – она приподняла брови. – Он сказал, что ты способен на что угодно. А он знает тебя слишком давно, чтобы мне спорить с этим.

– Я сам не знаю, на что я способен, – грустно признался я и откинул голову на спинку дивана, уставившись в потолок.

– Ох, Джеймс, – посочувствовала она, пододвинулась ближе и положила свой подбородок мне на плечо.

– Что мне теперь делать? – тихо спросил я, не шевелясь. – Он единственный человек, что был со мной рядом столько лет. Я не хочу его терять, каким бы занудой он ни был. Мне страшно, что я останусь совсем один.

– Эй, ты не один, – она приподняла голову и попыталась заглянуть мне в глаза.

Я лишь грустно усмехнулся.

– Я один, Кэти. Только Тони заботился обо мне, как мог. Нудно, вечно лез, куда его не просят, но так я чувствовал, что хоть кому-то нужен.

Повернувшись к ней, я заглянул в ее зеленые и грустные глаза.

– Правда, теперь у меня появилась ты…, – с надеждой и скрытым вопросом в глазах сказал я.

– Мы с тобой знакомы всего ничего, но, как оказалось, я готова принять тебя посреди ночи, чтобы выслушать и поддержать, – она чуть отстранилась от меня и положила свою ладонь на мою руку, лежащую на моем колене. – Я сама от себя такого не ожидала, но…видимо, да, теперь у тебя еще появилась я, – Кэти одобряюще улыбнулась и чуть сжала мои пальцы.

– Спасибо, Кэти.

– Да не за что. Но я не знаю, что тебе посоветовать насчет Тони, Джеймс. Время лечит, и пока тебе не стоит лезть к нему. Все образуется, дай ему перебеситься. Надо только переждать эту черную полосу в жизни, – она откинула с себя край одеяла и накрыла им меня.

– Вся моя жизнь – одна черная полоса.

– Не говори так. Все будет хорошо, я обещаю.

– Спасибо, Кэти, – я поднял голову со спинки дивана, повернулся к ней и попытался натянуть улыбку. – Спасибо за то, что выслушала меня. За то, что хотя бы попыталась поверить.

Она заглянула в мои глаза и начала улыбаться. Выпутавшись из одеяла, Кэти достала руку и провела пальцами по моей щетине.

– Я не знаю тебя, не знаю, какие плохие поступки ты совершал и скольких девушек бесцеремонно бросил, но почему-то я вижу, что в глубине души ты очень хороший и добрый человек.

– Видимо, очень глубоко, – попытался пошутить я.

– Определенно, – усмехнулась Кэти. – Так почему ты ведешь себя, как говнюк?

– Я не знаю, мне так проще жить, – пожал плечами я.

– Это все из-за Анны? – с опаской произнесла она.

Мое лицо в мгновение изменилось, и я резко отстранился от нее.

– Что ты знаешь про … Анну? – злобно спросил я.

– Ннничего, – нервно ответила она. – Я… Прости, Джеймс, я… не хотела… Прости…

– Это не тема для болтовни, Кэти, – слишком строго сказал я ей.

– Хорошо, – прошептала она и отодвинулась на другой конец дивана.

– Тони… Я убью его! – громко сказал я и опустил голову на руки, запустив пальцы в волосы и сильно сжав кулаки, почти вырывая луковицы волос с корнем.

Медленно втянув в себя воздух через рот и чуть задержав его в легких, я громко выдохнул. Я давно не слышал этого имени. Анна. Моя Анна. И услышав его, произнеся его, мне стало трудно дышать. Внутри меня все сжалось, и я начал хватать воздух ртом. Мой желудок как будто прилип к позвоночнику. Звук ее имени сорвал старую коросту на моей душе, из-под которой начал сочиться гной и разливаться по всему телу, принося нестерпимую боль. Мне хотелось закричать, так громко, чтобы потрескались эти чертовы бокалы с вином, чтобы разлетелся на щепки этот дом, унося меня с собой. Так громко, чтобы выплюнуть свои легкие, лишь бы снова забыть это имя.

Вдох… Выдох…Вдох… Выдох…

Я медленно поднял свой взгляд на Кэти и увидел, что она маленьким комочком сжалась в противоположном углу дивана, с опаской глядя на меня. Она выглядела очень напуганной, и источником ее страха был я.

– Кэти, – я оторвал свои ладони от лица и чуть подвинулся к ней. – Прости, я… не хотел тебя напугать, – уже более мягко произнес я.

– Но у тебя определенно получилось, – сказала она и поджала к себе колени.

– Это действительно не тема для разговоров, прости.

– Я поняла, хорошо. Это ты прости, не стоило мне совать свой нос, куда не следует, – мягко произнесла она и неуверенно улыбнулась.

Залпом допив остатки напитка в бокале, я поставил его на стол.

– Что ж, – после долгой и неловкой паузы начал я. – Этот вечер уже ничем не спасти, поэтому мне лучше уехать домой.

Кэти поджала губы и с тоской посмотрела на меня.

– Прости, что ляпнула, не подумав.

– Ты не виновата. Все хорошо, – я попытался одобряюще улыбнуться.

Она лишь кивнула, грустно улыбнулась и скинула с себя одеяло, чтобы встать и проводить меня.

– Прости еще раз, что напугал, – вторил я, накидывая на себя куртку. – Мне все равно было приятно тебя видеть.

– Да, мне тоже. Не смотря на то, что ты завалился ко мне посреди ночи и пьяный. Но главное, ты сегодня даже не предлагал переспать с тобой, а это прогресс, – засмеялась она.

– А может все-таки…

– Иди уже, – мягко подтолкнула она меня к двери.

Чуть слышный смешок вырвался из меня, и я вышел на улицу.

9

Оставшуюся ночь я почти не спал. Меня мучили воспоминания прошлого. Мне снилось испуганное лицо Кэти в ярком свете автомобильных фар. Проснулся я в поту и, возможно, в слезах.

С утра я решил вернуться на работу. Нельзя же было прятаться дома вечно. Плюсом ко всему, я все-таки был не виноват. Правда была на моей стороне, поэтому не стоило вести себя так, будто я накосячил. Встретить Тони мне не очень улыбалось, но и сидеть дома, заливая свои мысли алкоголем, хотелось еще меньше.

В кофейне я заказал большую порцию своего любимого кофе и сэндвич, чем явно удивил баристу.

Прошмыгнув в офисе через своих коллег, я зашел в свой кабинет и закрыл жалюзи на дверях. Бросив завтрак на стол, я сел в кресло. В моей голове крутился целый рой мыслей и вопросов. Что мне было делать? Как себя вести с Тони? Может, стоило подойти и поздороваться? Или не обращать на него внимания? Мы вели общее дело, но как мне с ним было разговаривать после того, что произошло? Вернее не произошло, но все вокруг винили меня. Возможно, Тони уже успел что-то кому-то рассказать. Меня в отделе и так недолюбливали, а после этого отношение ко мне станет еще хуже. Конечно, меня это особо не волновало, меньше будут соваться ко мне. Но вот с Тони я бы хотел объясниться.

Я откусил сэндвич с ветчиной и салатом и запил уже остывшим кофе. Давненько я не завтракал так. Едой. Чаще всего меня тошнило от ночной пьянки, поэтому я просто пил кофе и аспирин, и лишь к обеду мне становилось легче, и у меня получалось закинуть в себя что-то съедобное. В тот день я впервые не чувствовал себя так хреново, как обычно, хотя должен был.

– Джеееееймс! Как у тебя сегодня настроение? – Лили подмигнула мне в приоткрытую дверь и зашла внутрь.

Ее юбка, как и всегда, была слишком короткая, блузка слишком прозрачная, а ее глаза горели так, будто она уже поимела меня.

– Лили, ты что-то хотела? – безэмоционально бросил я.

– Я соскучилась, – на ее лице растянулась кривая улыбка.

– Прости, дорогуша, не сегодня, – сказал я и сам удивился.

– Что, прости? – Лили вскинула от неожиданности свои брови.

– Не сегодня, – более четко повторил я.

– Джеймс, – повиливая бедрами, направилась она к моему креслу. – Ты, видимо, чем-то очень расстроен. Я быстро подниму тебе настроение, – приближаясь ко мне, она начала расстегивать свою блузку. – И не только настроение.

– Лили… – недовольно протянул я, но на нее это не подействовало. Она положила коленку на мое бедро, наклонилась к моему лицу, запуская руку ко мне в штаны. Я не шевелился. – Ох, Джеймс, а вот он рад меня видеть, – она откатила немного мой стул, встала на колени и резким движением расстегнула мою ширинку. – Я знаю, что тебе надо. Отключись со мной от всех своих проблем.

И я отключился. Хотя я и прекрасно понимал, что был это не выход. Но, хоть и ненадолго, это помогало. Перестать быть самим собой. Мое молчание она приняла за зеленый свет, ехидно улыбнулась и наклонилась ниже, и, когда я почувствовал мягкое прикосновение ее горячих губ, я откинул голову назад и старался забыть обо всем.

Спустя пятнадцать минут, Лили спешно застегнула свою блузку и направилась к выходу.

– Лили, – бросил я ей вслед, когда она уже взялась за ручку двери. – Я думаю, нам пора прекратить все это.

– Джейми, ты о чем? – непонимающе и удивленно посмотрела она на меня.

– Обо всем этом. Нам пора перестать спать друг с другом, – отчетливо выдал я, застегивая ширинку.

– А что случилось?

– Ничего. Просто это неправильно.

– Неправильно? – слишком громко спросила она. – С каких пор тебя это стало заботить?

– Не знаю… Сейчас…

– Пока ты трахал меня на твоем столе? – она вскрикнула так громко, что у меня зазвенело в ушах.

– Тише, Лили, – попытался я утихомирить ее.

– Ты сейчас серьезно? Или у тебя очередной бзик? – ее голос стал чуть тише.

– Я серьезно, – произнес я, уверенно глядя ей в глаза.

– Отлично. Знаешь что, Леннокс? Да пошел ты, – спокойно ответила Лили и вышла из моего кабинета.

Подпрыгнув от громкого звука хлопнувшей двери, я с облегчением выдохнул и прикрыл глаза, прислушиваясь к удаляющемуся цоканью ее каблуков. С чего бы вдруг я решил прекратить спать с ней? Может из-за ситуации с Тони, и мне хотелось хоть немного подлатать свою репутацию? Хотя бы перед самим собой. Плюсом перед моими глазами почему-то всплыли испуганные глаза Кэти, и мне стало стыдно. Может, я выбрал самый неудачный момент порвать отношения с Лили, но у меня не было выбора. Если бы я подождал следующего раза, она бы опять запрыгнула на меня, не дав сказать ни слова. А мне сложно было ей противостоять. Особенно, когда она вставала передо мной на колени.

Спустя полчаса ко мне в кабинет зашел Тони. Я приоткрыл рот, чтобы поздороваться, или сказать хоть что-то, но Тони меня перебил.

– У нас появились новости в деле об убийстве Линды Ройс.

Он подошел к моему столу и бросил мне бумаги. Я начал судорожно пробегать глазами по отчету.

– Была найдена сумка Линды, где были ее документы, бумажник и сотовый. А вернее два. Один – тот, что был зарегистрирован на нее, и данные по которому мы уже изучили. А вот второй зарегистрирован на мелкую юридическую фирму, которая занимается перепродажей старых сотовых телефонов. Я, конечно, проверю эту фирму, но сомневаюсь, что есть в этом смысл. Вот распечатанные данные с этого телефона, – он положил на стол передо мной папку с торчащими в разные стороны листами. – Тут список контактов, последних звонков и ее переписки в соцсетях.

– Становится интереснее. Кто такой Скотт? – спросил я, увидев новое имя, которое мелькало слишком часто.

– Скотт Фриман. Работает тренером в фитнесс клубе, куда до самой смерти ходила Линда. Тридцать три года, женат, двое детей. И, как можешь заметить сам, она созванивалась с ним перед тем, как ее убили.

– Угу, – пробурчал я себе под нос. – Хорошо, какой план действий?

– Я свяжусь с мистером Ройсом и мисс Остин, чтобы узнать, знают ли они об этом Фримане что-то. Ты поедешь в фитнесс клуб и опросишь самого тренера. Так же надо вручить ему повестку об обязательном анализе ДНК, вдруг это был его ребенок. Сейчас мы должны проверить всех фигурирующих в этом деле мужчин.

Я снова уткнулся в отчет.

– Слушай, может, все-таки ты съездишь в спортзал, а я …, – начал было я, но, подняв глаза, заметил, что Тони уже вышел из кабинета.

Тяжело вздохнув, я приступил к изучению материалов. Прочитав всю переписку, из которой стало понятно, что Фриман был не просто тренером для Линды, и у них сложилось достаточно интимное общение в течение почти полугода, я тут же набрал Кэти.

– Алло, – громко ответила она.

В трубке послышались звуки ветра и проезжающих машин.

– Привет. Как у тебя дела? – спросил я слишком высоким голосом.

Внезапно я начал нервничать и постукивать пальцем по столу.

– Хорошо, вышла прогуляться по магазинам. Как у тебя? – учтиво спросила она.

– Да все… Нормально, – я сжал пальцы в кулак, чтобы больше не искать, что бы потеребить. – Слушай, мы нашли сумку Линды и два сотовых телефона, и я только что пробежался по ее переписке со второго телефона.

– Второй телефон? Зачем ей второй телефон?

– Угадай.

– Блин, продолжай.

– Ты знаешь, кто такой Скотт Фриман?

– Э… Да, это тренер в фитнесс клубе, куда мы ходили с ней. Правда, меня хватило ненадолго, а она продолжала туда ходить, – ответила она.

– Ты хорошо его знала?

– Не особо.

– Как они общались с Линдой?

– Да обычно. Как тренер с клиентом. По крайней мере, при мне.

– Хорошо.

– А вы что-то нашли в переписке?

– Они много переписывались и перезванивались. И переписка, скажу я, достаточно интимная, так что я думаю, что он и был ее любовником.

– Ого, – удивленно воскликнула она.

– Да. Сегодня поеду к нему. А к тебе приедет Тони.

– Тони? – удивилась она. – Обычно приезжал ты.

– Да, но сегодня я с ним спорить не стал.

– Вы разговаривали? – взволнованно спросила она.

– Нет, он передал мне папку и ушел.

– Понятно. Пока рано лезть к нему с разговорами.

– Да, я понимаю, – обреченно сказал я.

– Хорошо. Звони мне, если что узнаешь.

– Конечно, – с улыбкой на лице ответил я. – А можно я позвоню, если ничего не узнаю?

– Можно, – усмехнулась Кэти. – Буду ждать. Пока.

– Пока, – ответил я и положил трубку.

* * *

Уже через полчаса я зашел в спортклуб, название которого значилось в моих бумагах. Спросив девушку на ресепшен, я заглянул в один из залов и увидел его. Тренер занимался с какой-то девушкой в обтягивающих лосинах. Она стояла со штангой, низко нагнувшись вниз, а тренер в тот момент поглаживал пальцем ее задницу и бедра и приговаривал: «Чувствуешь, как напряглось?». Девушка томно постанывала от тяжести упражнения.

Это была просто работа мечты. Трогай, где хочешь, а они еще и постанывали. Интересно, а мужиков он также трогал? Я улыбнулся своим догадкам и зашел вглубь зала.

Фриман был высоким, у него были золотистые волосы, а фигура соответствовала его работе: шея шириной с голову, огромные мускулистые плечи, которые смотрелись еще массивней из-за слишком плотно облегающей майки. И короткие шорты, в которых я бы не позволил себе присесть. Но, возможно, этому качку ничего не мешало. Я ехидно усмехнулся своим мыслям и подошел к нему ближе.

– Мистер Скотт Фриман? – попытался я перекричать музыку.

Тренер повернулся ко мне и недоверчиво приподнял бровь.

– Детектив Леннокс, – быстро сверкнув своим значком, я подошел к нему вплотную.

Фриман удивленно посмотрел на меня, чуть отошел, чтобы убавить звук на колонке с музыкой, и вернулся ко мне.

– Чем могу помочь? – учтиво спросил он.

– Не могли бы мы поговорить наедине?

– Ээ… Да, конечно, – начал неуверенно мямлить он и повел меня в соседний зал. – Джесс, заканчивай упражнение и переходи на пресс, я скоро вернусь.

Мы прошли в соседний зал, где никого не было.

– Я вас слушаю, – тренер повернулся ко мне и сложил руки на груди.

– Вы знакомы с Линдой Ройс?

Скотт сдвинул брови и выдержал небольшую паузу.

– Да, она ходит ко мне на тренировки. А что-то случилось?

– В прошлую пятницу Линда была убита, – констатировал я.

– Что? – его лицо вытянулось в изумлении.

– Ее тело было найдено в лесу, недалеко от железнодорожного вокзала.

Скотт перевел взгляд от меня на стену, схватился за голову и начал ходить по залу.

– Когда вы видели ее в последний раз?

Он немного притормозил и посмотрел на меня.

– Я…, – он пытался контролировать свое дыхание. – Она приходила на тренировку в среду на прошлой неделе.

– Разговаривали или переписывались после этого?

– Да, мы с ней разговаривали в пятницу, она собиралась куда-то поехать на выходные и предупредила меня, что пропустит некоторые тренировки.

– Было ли что-то странное в ее поведении, что могло бы помочь в этом деле?

– Она была лишь моей клиенткой, она не рассказывала ничего личного, – без зазрения совести врал он.

– Мы нашли ее телефон. Оба. Мы прочти вашу переписку. Более того, ее последний звонок был именно вам.

– Да, мы… часто созванивались для уточнения диеты и тренировок. А в тот день она лишь предупредила, что уедет, – продолжал он.

– У меня есть доступ к вашей с ней переписке, о диетах вы не говорили.

– Мне стоит связаться с адвокатом? – нервно спросил Скотт.

– Думаю, будет не лишним.

– Хорошо, – спокойно кивнул он.

– Также вам будет необходимо сдать кровь на этой неделе.

– Кровь? – испуганно спросил тренер.

– Да, нам нужна экспертиза ДНК.

– ДНК?

– Линда была беременна на момент смерти, и ее муж не был отцом ребенка. Мы должны проверить все варианты. Вот вам направление на анализ, – я протянул ему бумагу. – Сдадите в нашей лаборатории. Мы сразу получим результат.

Он неуверенно взял направление и кивнул, не глядя на меня. Резко развернувшись на пятках, я вышел. Неприятный тип. Подозрительный. Казалось, что он чего-то не договаривал. И сразу вспомнил про адвоката.

10

Тони

После произошедшего с Джеймсом и Люси я не находил себе места. Я прокручивал картину событий в тот вечер в ресторане снова и снова в своей голове, стараясь найти ему оправдание. В тот день Люси очень нервничала из-за празднования нашей помолвки, гостей, ресторана, поданных блюд. Она всегда хотела, чтобы все проходило на десять баллов из пяти. Поэтому за весь день она почти ничего не поела, и пара бокалов шампанского ее просто подкосила. Перед моими глазами уже сложилась картина, как у нее начала кружиться голова, и она вошла в уборную, где стоял Джеймс. А Леннокс, плюс уборная, плюс пьяная девушка равно секс. У него сработал его кобелиный рефлекс. Я всегда закрывал глаза на его похождения, ведь они меня особо не касались. Но попытка соблазнить мою невесту уже выходила за все рамки дозволенного. Здесь оправдания просто быть не могло.

В первый день Леннокс просто не вышел на работу, что было не удивительно. Я вообще думал, что он не явится больше недели. Но, к моему удивлению, он вернулся к своим делам через день. Я понимал, что больше работать с ним я не смог бы. Сначала я хотел попросить нашего босса, чтобы он дал мне другого напарника, но потом понял, что мы все равно бы пересекались с Ленноксом в офисе. Я даже начал просматривать варианты перевода в другое отделение, которое находилось намного дальше от моего дома. Но это все были пустяки, главное для меня было – не видеть его лицо больше никогда.

Люси была расстроена все эти дни. Она вела себя слишком тихо и настороженно, делала все бытовые вещи просто на автомате. Я не хотел с ней разговаривать на эту тему, потому что понимал, что она была напугана поведением Джеймса, который попытался воспользоваться ее состоянием. Ей было страшно от того, что случилось и, возможно, немного стыдно передо мной, что такое с ней могло произойти, хотя я ни в коем случае ее не винил.

– Как прошел твой день, – аккуратно спросил ее я после рабочего дня, пока разбирал пакеты с продуктами, которые она принесла из магазина. Последние дни наше общение с ней ограничивалось парой ничего не значащих фраз в день, и я начал скучать по нашим разговорам.

– Все в порядке, как у тебя? – ответила она тихим голосом, наливая себе стакан воды. – Как идет расследование?

– Все нормально. Мы нашли сумку убитой миссис Ройс, а там находился ее второй сотовый телефон, с которого она переписывалась со своим любовником, – констатировал я.

– Ого! И кто оказался любовником? – спросила она и оперлась локтями на нашу барную стойку.

– Ее тренер из тренажерного зала.

– Интересно. И что он говорит?

– Я не знаю, опрашивать его должен был съездить Леннокс, и я еще не видел отчет, – я произнес его имя и с опаской посмотрел на Люси.

– Леннокс? Ты разговаривал с ним? – настороженно спросила она.

– Только по работе. Не хочу с ним видеться и разговаривать в принципе. Мне придется довести это дело до конца, а после я хочу перевестись в другой офис, – вздохнул я, подошел к ней ближе и положил свою руку на ее.

– Тони… – начала она и сжала мою ладонь. – Может не стоит?

– Как это не стоит? – удивился я. – Как я могу видеть его после того, что он сделал с тобой? – я заглянул в ее грустные глаза. – Вернее, попытался сделать.

– Тони… Я… – замялась она и вытащила свою руку из моей.

– Что? – неуверенно переспросил я.

– Мне надо тебе кое-что сказать, – закончила она.

– Так, кажется, я чего-то не знаю, – я нахмурил брови и сел напротив нее. Хорошие разговоры с таких слов никогда не начинались.

– В тот вечер все было не совсем так, как тебе показалось, – осторожно начала она.

– Продолжай, – подтолкнул ее я, но не был уверен в том, что хотел услышать продолжение.

– Он не хотел соблазнить меня. Это я хотела соблазнить его, – сказала она и закрыла глаза руками.

– Какого черта, Люси? – вскрикнул я. – Как это понимать? Зачем?

– Я…не знаю, – она оторвала руки от лица и заглянула мне в глаза. – Слушай…Мы с тобой слишком долго вместе. И я люблю тебя, Тони, очень люблю. И я хотела свадьбы, детей, но…

– Но? – уточнил я.

– Я не уверена, что я готова к браку, – выпалила она.

Я вздрогнул от ее слов, как будто меня окатили ледяной водой.

– Что это значит? Мы с тобой столько лет вместе, а как дело дошло до женитьбы, ты вдруг передумала?

– Я просто боюсь.

– Чего? – спросил я и снова нашел ее руки своими.

– Вдруг лет еще через пять или десять я захочу кого-нибудь другого? – почти шепотом произнесла она.

– Например, Джеймса? – холодно спросил я.

– Необязательно. Я… просто была пьяна, и он попался мне под руку. И мне захотелось проверить…

– Отлично! – воскликнул я и встал из-за стола. – В день нашей помолвки!

– Прости меня, Тони! – я услышал, как ее голос начал срываться.

Повернувшись к ней, я заметил стоявшие слезы в ее глазах, но она больше не прятала лицо от меня и не переводила взгляд. Она говорила серьезно.

– И что ты предлагаешь мне сейчас делать? «Прости меня, Тони», и я должен все забыть?

– Нет.

– А что? – я вскинул руки и подошел ближе.

– Я хочу предложить сделать нам перерыв.

– Пока ты не нагуляешься? – крикнул я.

– Тони…

– Что? Не этого ли ты хочешь? Попробовать других мужчин, прежде чем выйти замуж за меня?

– Да! – вдруг вскрикнула она слишком громко. – Я встретила тебя слишком рано. У меня до тебя практически не было отношений ни с кем. Я не хочу, чтобы все было так же, как у моих подруг. Они все изменяют своим мужьям, мужья изменят им, а дома все делают вид, что у них идеальная семья, – она встала из-за барной стойки и подошла ко мне. – Поэтому я тебе открыто говорю о своих сомнениях и желаниях. Я понимаю, что сейчас для тебя это шок. Но ответь мне честно, неужели за эти семь лет со мной ты ни разу не задумывался о другой женщине?

– Нет, – уверенно ответил я.

– Хорошо, пусть так. Сколько у тебя было женщин до меня? – она приподняла брови. – Ах, да, ты не считал. Сколько было у меня? Ты знаешь, что ни одного. Мы встретились, когда мне было семнадцать лет, я была ребенком. И я сразу нырнула в омут серьезных отношений с тобой. А если бы я у тебя была первой, не думал ли бы ты о других?

– И что ты хочешь? Чтобы я ждал тебя, пока ты не проверишь, что для тебя я останусь лучшим?

– Это твой выбор. Я хочу сделать перерыв и подумать. Если ты не готов к такому, я ни на чем не настаиваю, – уверенно сказала она.

– Ты хочешь расстаться? – испуганно спросил я.

– На время.

– Я просто в шоке от того, что происходит, – я подошел к ней вплотную и нежно провел кончиками пальцев по щеке. – Я ведь люблю тебя, Люси. Как ты…Ты просто проверяешь меня, и это все шутка? – умоляюще спросил я.

– Тони, я тоже тебя люблю, но дай мне немного свободы… – она прикрыла глаза и положила свои руки на мои.

Я издал шумный вздох и опустил голову. Мои чувства к ней были очень сильными. И что я мог сделать в тот момент? Выгнать ее из дома и разорвать наши отношения навсегда? Так я поступить не мог. Даже если и задумался об этом лишь на секунду, но все равно я понимал, что просто не хотел ее терять.

– Хорошо… – неуверенно прошептал я.

– Ты уверен? – переспросила она и приподняла ладонью мое лицо себе навстречу.

– Нет, но разве у меня есть варианты? – грустно ответил я.

– Спасибо, – ответила она и нежно коснулась губами моей щеки.

11

Джеймс

Следующие дни пролетали незаметно. Мы по несколько раз на дню созванивались с Кэти и переписывались без остановки. Обо всем и ни о чем. Ее смех в трубке заставлял меня улыбаться, а нескончаемые шуточки разбавляли мои скучные будни. С удивлением для себя я заметил, что и пить стал намного меньше. В один день я купил себе лишь бутылку вина. А ведь раньше никогда не покупал себе ничего, легче виски. По утрам стало легче вставать, легче запихивать в себя завтрак, легче идти на работу. Кэти определенно хорошо на меня влияла.

Тони продолжал держать оборону. Он не здоровался, не разговаривал со мной ни о чем, кроме работы. Правда, когда он проходил однажды мимо моей прозрачной двери в начале рабочего дня и заметил меня, уже сидящего там с кофе и сэндвичем, он замер в удивлении. Тони даже приоткрыл рот от шока, но потом опомнился и пошел дальше.

В один из дней Тони зашел ко мне в кабинет и протянул новую папку.

– Мы получили результаты ДНК этого Фримана. Это был его ребенок, – сказал он, не поднимая на меня свой взгляд.

– Почему-то я так и думал, – ответил я.

– Вызывай его на допрос.

– Как скажешь, босс.

Тони чуть заметно ухмыльнулся, но потом резко выпрямился и вышел из кабинета.

Мои руки сами потянулись к телефону, и я набрал Кэти.

– Привет, – со смешком произнесла она. – Уже соскучился?

– Привет. Просто у меня появились новости по делу о Линде.

– Обидно, но продолжай.

– Ой, нет, Кэти, прости, я не это имел в виду, – начал оправдываться я.

– Да я же шучу, Джеймс. Говори, уже, что узнал, – посмеялась она надо мной.

– Оказалось, этот тренер был отцом ребенка, мы сегодня получили результаты теста.

– Охренеть, – тихо ответила она уже не так радостно.

– Да, сейчас я вызову его на допрос.

– Ты думаешь, что он убил Линду?

– Возможно.

– Понятно, – промямлила она.

Я уже хотел попрощаться трубку, но добавил:

– Кэти?

– Да?

– Может, встретимся сегодня вечером? – неуверенно спросил я.

– Ну наконец-то! – в ее голосе послышалась улыбка.

– Хорошо, – посмеялся я в ответ. – Тогда до вечера.

– До вечера.

Положив трубку, я попытался расслабить щеки, чтобы не улыбаться, но у меня ничего не вышло. Последние дни я часто думал о ней. Слишком часто. Улыбался, как кретин, от каждого ее сообщения. А ее зеленые глаза… меня просто завораживали. Ее улыбка. Я успел поймать не так много ее улыбок, но каждая из них была особенной. Когда она улыбалась, даже если чуть заметно, лишь уголками губ, как будто становилось светлее вокруг.

К вечеру Скотт Фриман явился в участок для дачи показаний. Мы пригласили его в маленькую комнату, предназначенную для этих целей. За стеклом, которое изнутри выглядит, как зеркало, обычно стояла группа сотрудников из нескольких человек во главе с нашим боссом. Но Скотт отказался отвечать на вопросы, пока не приедет его адвокат. И мы не имели права его допрашивать. Но когда меня это останавливало? Тем более, пока рядом никого не было, я мог попробовать поговорить с ним наедине.

– Мистер Фриман, добрый день, – учтиво поздоровался я, поставил стакан воды на стол перед тренером и сел напротив.

– Здравствуйте, – еле слышно ответил Скотт.

– Как вы уже, наверно, знаете, сегодня мы получили результаты теста ДНК. Вы являетесь отцом нерожденного ребенка погибшей Линды Ройс, – спокойно начал я.

– Я не буду разговаривать без своего адвоката, – твердо ответил тренер.

– Что ж, мы позвонили вашему адвокату, он уже едет. А пока мы его ждем, я лишь задам обычные вопросы, чтобы потом не терять времени. За стеклом никого нет, смотрите, – я нажал кнопку на пульте, и зеркало стало прозрачным, и за ним была видна только пустота.

– Я имею право на них не отвечать, – стоял он на своем.

– Да, имеете. Можете не отвечать. Тогда я просто поговорю сам с собой. Вы же не против? Я хочу вам помочь, – попытался я втереться ему в доверие.

Он ничего не ответил, сдвинув с недоверием свои брови, но чуть незаметно кивнул.

– Хорошо. Когда я приходил к вам в прошлый раз, вы сказали, что Линда просто ваша клиентка, и вы лишь занимаетесь ее диетой и тренировками, – я нагло подвинул себе стакан воды, предназначенный для допрашиваемого и отпил из него, причмокнув. – Неужели тренировки подразумевают такие упражнения, после которых клиенты могут забеременеть?

Скотт продолжал упорно молчать, но стыдливо отвел свой взгляд от меня.

– Что ж, наверно, хорошо качаются ноги и ягодицы, – продолжал давить я.

Он недовольно поджал губы, на его скулах начали играть желваки, и его взгляд опустился на руки.

– Почему вы соврали о ваших с ней отношениях?

– Хорошо, я согласен, – вдруг ответил он и стукнул руками по столу. – Мы были с ней в интимных отношениях, но они закончились месяц назад. Я сам женат и дорожу своей семьей, разве могу я направо и налево говорить о том, что спал с другой женщиной?

– Хорошо, я понимаю, – спокойно ответил я. – Все ваши показания останутся в деле. Ваша жена ни о чем не узнает, если вы пойдете навстречу следствию и расскажете все, что может нам помочь.

Скотт опять замолк.

– Никто не знал о ваших отношениях. Понятно, почему о беременности не знал муж Линды. Подруга Линды – Кэти…, – я немного замялся и поправился. – Мисс Остин тоже не знала. Последний звонок Линды был вам. Вы понимаете, что вы сейчас основной подозреваемый?

– Подозреваемый? Я… – его глаза начали бегать, а значит, у меня получилось его напугать и выбить из колеи. При панике люди не могут соображать и часто выкладывают правду-матку, на что я и рассчитывал.

– В ваших интересах сейчас помочь нам, иначе есть все шансы загреметь за решетку, и тогда ваша семья точно узнает, чем вы занимались на работе.

– Нет-нет-нет, – начал слишком громко говорить он. – Я? У меня просто была интрижка с Линдой, да, возможно, это может стать мотивом для убийства, но у Кэти явно был мотив посерьезней.

– Что? Кэти? Она-то здесь причем? – слишком громко произнес я. Что за бред? Она не могла быть причастна к смерти Линды. Но, как бы я ни был уверен в ее непричастности и в том, что он несет какой-то бред, мои пальцы начали нервно постукивать по столу.

– Мисс Остин? Ох, милая разведенка мисс Остин. А она вам рассказала, почему она развелась с мужем? – нагло поднял одну бровь Скотт.

– А причем здесь это? – недоверчиво спросил я.

– Ах, ну конечно, она об этом умолчала. Что ж, это очень увлекательная история. Позвольте вам ее поведать, – уверенно начал он. – Ее бывший муж ей изменил. Она застала его у них дома в постели с Линдой. Подругами ли они были, как вы думаете, детектив? – с издевкой спросил он.

Его слова выбили весь воздух из моих легких одним ударом. Линда спала с мужем Кэти? Почему она не сказала мне? Как так вообще могло быть?

– Ох, я вижу, вы потрясены. Милая Кэти уже очаровала вас? – наглая улыбка начала расплываться по лицу Скотта. – Она и ко мне пыталась клеиться, детектив, но у нее не было шансов по сравнению с Линдой.

– Ты мне врешь! – сквозь зубы произнес я и сжал кулаки до хруста в пальцах. Как же мне хотелось в тот момент врезать по его самодовольной роже. Каким же надо быть самоуверенным, чтобы думать, что такой тупой и наглый качок, как он, мог понравиться Кэти?

– Так и кто теперь основной подозреваемый? – Скотт поставил локти на стол и наклонился ко мне. – Мои показания подтвердит муж Линды.

И пока я собирал мысли в кучу, Скотт взял нашу беседу в свои руки.

– Значит, делаем так, – он взял у меня стакан с водой и сделал большой глоток. – Пока я молчу об этом. Но ты, детектив Леннокс, вытащишь меня отсюда. Не знаю, как ты это сделаешь, это твои проблемы. Иначе о маленьком секрете Кэти узнают все. Я не собираюсь сидеть за то, чего не совершал. Если все пройдет гладко, то твоя Кэти останется на свободе.

«Вот же ублюдок!», – чуть не выкрикнул я. Еще посмел мне угрожать! Мои кулаки непроизвольно сжались, и он это заметил. Но вместо испуга или настороженности, на его лице появилась довольная ухмылка, и он откинулся на спинку стула.

– Хорошо, – резко бросил я. – Я подумаю.

Резко вскочив и громко шаркнув стулом по полу, я выбежал из кабинета. Быстро добрался до компьютера, на котором записывались все разговоры в комнате, нашел записи последних двадцати минут и удалил. Я включил камеру до разговора с Фриманом, чтобы записать его признание, но совершенно не ожидал услышать того, что услышал. Я поспешно направился в свой кабинет, схватил куртку и выбежал на парковку. Перед глазами начали всплывать картинки со смехом Кэти, ее улыбкой. Как она всегда поджимала к себе коленки и небрежно поправляла свои волосы. Что мне было делать, если это было правдой?

Могла ли она быть убийцей?

Нет, я в это не верил. Мое чутье не могло меня подвести. Она не могла убить человека из-за ревности. Бред какой-то. Тем более прошло уже достаточно времени, она уже наверняка забыла и простила Линду. Это же Кэти. Кэти, которая всегда смешила меня по телефону и присылала милые сообщения перед тем, как лечь спать.

Нога сильнее давила на педаль газа, и я вилял между машинами. Мне необходимо было быстрее увидеть ее и узнать правду. Лишь когда я постучался в ее дверь, я впервые за долгое время смог вздохнуть.

12

Кэти резко распахнула дверь в испуге, но, увидев меня, начала улыбаться.

– Джеймс? Ты чего так долбишься ко мне в дверь? – спросила она, но, увидев мое растерянное и даже злое лицо, ее улыбка сошла с лица.

Я медленно зашел в ее прихожую и закрыл за собой входную дверь.

– Джеймс…Что-то случилось? – осторожно спросила она.

– Случилось…

– Ну! Говори же, ты начинаешь меня пугать! – она подошла ближе.

– Почему ты мне не сказала? – чуть слышно спросил я и поднял на нее свой взгляд.

– Не рассказала что?

– Что Линда спала с твоим мужем! – чуть громче добавил я.

Лицо Кэти удивленно вытянулось, она сделала несколько шагов назад и уперлась в стену. Она опустила глаза и начала учащенно дышать.

– Кэти! – уже закричал я. – Почему?

– Это не твое дело, – тихо, но твердо сказала она.

– Мы… Если бы я знал… Я ведь на твоей стороне!

Подойдя чуть ближе, я положил руку на плечо и начал ее трясти. Неужели она не понимала, что это все очень серьезно?

– Кэти, если бы ты мне рассказала, мы бы смогли что-то придумать! Ты понимаешь, что ты теперь тоже подозреваемая? – своими руками я приподнял ее лицо мне навстречу. – Ты понимаешь, что ты можешь угодить за решетку? Я не знаю, что сейчас могу сделать. И я могу угодить за решетку вместе с тобой, если промолчу об этом!

Она сбросила мои руки.

– Делай, что должен, детектив Леннокс, – уверенно и отстраненно произнесла она, сделала шаг в сторону и открыла входную дверь.

– Кэти, я…

– Ты не должен рисковать своей жизнью и карьерой ради меня, – ответила она, не глядя мне в глаза. – Пожалуйста, уходи.

Она подтолкнула меня к выходу, и я, как будто оглушенный дубинкой по голове, сделал шаг назад, оказавшись за порогом. Дверь хлопнула перед моим носом, и я остался наедине со своими мыслями.

Как в тумане, я вернулся в машину и поехал домой. Должно быть, это все был просто сон. Страшный сон. Почему она ничего не отрицала и не пошла мне навстречу? Ведь вместе мы смогли бы что-нибудь придумать, чтобы выпутать ее из этой истории.

Я не понимал, куда мчусь, пока не остановился у магазина с алкоголем. Как в тумане я забежал в магазин, схватил, не глядя, пару бутылок водки, пачку сигарет и побежал домой. Мне было необходимо лекарство, которое помогло бы мне выйти из своих депрессивных и беспокойных размышлений.

Перейдя ко второй бутылке, мысли в голове не исчезли, как это обычно происходило, а их, наоборот, стало намного больше, и они начинали путаться. Я все думал о том, что я мог сделать. Самое ужасное было то, что мне даже не с кем было посоветоваться. Кэти выставила меня за дверь, а Тони… Тони не хотел меня знать. Скоро я должен был попытаться с ним поговорить о той ситуации, что с нами случилась, но тогда у меня не было сил думать еще и об этом. Почему Кэти так отреагировала и не стала даже обсуждать? Ей было что скрывать? Или она просто была напугана?

Почему она не хотела дать мне помочь ей? Ведь я не собирался навредить, а наоборот, хотел помочь. Я представил ее, зажатую в углу дивана, закутанную в плед. Такую маленькую и напуганную, какой она была в тот вечер, когда я накричал на нее. От такой картинки в моей голове мне захотелось оказаться с ней рядом, чтобы успокоить или обнять. Мои руки тут же потянулись к телефону, и я набрал ее номер.

– Алло, – после четвертого гудка ответила она хрипловатым голосом.

На автомате я повернулся к стене и осмотрел на часы. Почти два часа ночи. Я прикрыл глаза и ударил себя по лбу. Опять не посмотрел на время!

– Алло, – повторила Кэти. – Джеймс?

– Да, привет еще раз, – попытался я говорить четко. – Прости, я… забыл посмотреть на часы.

– Что ты хотел? – тихо спросила она.

– Кэти, прости, что я сегодня накричал на тебя. Просто я был зол. Зол не на тебя, а на всю ситуацию в целом.

– Хорошо, я … понимаю.

– Кэти, скажи мне, что это неправда. Пожалуйста, – начал умолять ее я.

Она помедлила несколько секунд, прежде чем ответить.

– Это правда, – почти шепотом ответила она.

– Твою мать! – вырвалось у меня.

Я промолчал несколько секунд, обдумывая все сказанное. На том конце трубки тоже было тихо.

– Кэти, ты еще тут?

– Да.

– Так, послушай меня, пожалуйста. Мы что-нибудь придумаем, чтобы никто не узнал, хорошо? Просто расскажи мне все, что я должен знать. О чем ты умолчала, или забыла. Вместе мы сможем найти выход. Что бы от меня не потребовалось для этого.

Кэти ничего не ответила, но я слышал ее размеренное дыхание в трубке, поэтому продолжил:

– Я сегодня узнал о твоем бывшем муже и Линде, этот чертов тренер знает это. Он угрожал, что расскажет, если я не отведу от него подозрения. Я… не знаю, что я буду с ним делать, но это пока не важно. Завтра суббота, поэтому у нас есть два выходных, чтобы придумать план. Давай встретимся завтра, все обсудим. Пожалуйста.

На том конце провода повисла пауза.

– Пожалуйста, Кэти, – молил я ее шепотом.

– Хорошо, – ответила она спустя несколько секунд.

– Отлично! Тогда до завтра? – с надеждой спросил я.

– До завтра, Джеймс.

Я положил телефон на стол и облегченно вздохнул. Она согласилась. Не слишком много энтузиазма присутствовало в ее голосе, но она согласилась, а это главное. Мне не хотелось ее терять. Еще до конца не осознавая, кем она была мне, другом или чем-то больше, одно я знал точно. Кэти стала мне очень дорога.

От понимания, что она дала мне возможность помочь ей выпутаться из этой ситуации, мне стало немного легче на душе. К тому моменту я был уже достаточно пьян, и мной было принято решение остановиться и отправиться спать. Следующий день обещал быть непростым и очень ответственным. Ноги поплелись до спальни, что бывало не так уж часто в выходные. Обычно я засыпал на диване. Или на полу, как получится.

Следующим днем мне предстояла встреча с Кэти. Мысль о ее улыбке заставила меня прикрыть глаза, и я отключился.

13

С утра, а вернее в обед, я проснулся и использовал все возможные способы, чтобы привести себя в нормальный вид. Душ, завтрак, снова душ. Чтобы наверняка. Я выехал к Кэти около трех часов дня. Я старался не торопиться и вести себя спокойно, но моя нога не слушалась меня и давила на газ все сильнее.

С визгом шин моя машина припарковалась у ее дома, и, пока я шел, а вернее сказать, бежал к ее двери, в мою голову пришла мысль. Мне надо было расположить ее к себе, чтобы она рассказала мне то, чего боялась. И, возможно, я знал способ, как этому поспособствовать. Но я сам не был уверен, что был готов к тому, на что решился. Могла ли она меня понять? Захотела ли бы вообще понимать?

Кэти открыла дверь и натянуто улыбнулась мне. Волосы были собраны в пучок, на ней были надеты джинсы и большая растянутая белая кофта.

– Привет, – неуверенно произнес я.

– Привет, – ответила она.

– Одевайся, прокатимся.

Сначала она нахмурила брови в сомнении, но после вернулась в дом, накинула куртку и последовала за мной к машине.

– Расскажешь, куда мы направляемся? – спросила она, пока мы садились в машину.

– Не переживай, в дремучий лес я тебя не увезу, – улыбнулся я.

– В моем случае, это несмешная шутка.

– Да, прости.

Ну что за болван!

– Хочу тебе кое-что показать. Если честно, мне только сейчас пришла в голову эта идея. И я еще сам не уверен, что готов к этому. Но вдруг мне этого захотелось, – я повернулся к ней. – И я хочу, чтобы ты была рядом в этот момент.

Мотор машины с ревом завелся, и я тронулся с места.

– Хорошооо, – неуверенно протянула она. – Не уверена, что мне нравится эта идея, но я явно заинтригована.

– Хочу тебе рассказать немного о себе.

Кэти прищурила глаза и кивнула.

– Начну с самого начала. Когда мне было восемь лет, мой отец умер, – начал я. – Вернее его убили. Он был полицейским и влез туда, куда не стоило. По крайней мере, мне всегда так говорила мама. До этого мы были обычной нормальной семьей. А после смерти папы мама впала в депрессию. Даже лучше сказать в ступор. Она просто лежала в кровати в обнимку с его домашней футболкой и не вставала. Со временем она начала отрываться от этого занятия, но лишь для того, чтобы сходить за бутылкой виски. Так она потеряла работу, дом и все, что мы имели. Она получала пенсию по потере кормильца, но всю ее попросту пропивала. Меня кормили соседи, помогали, чем могли. После того, как мы потеряли дом, мама на оставшиеся деньги купила трейлер. Ужасное дерьмо, я скажу тебе. Я помню его запах, как сегодня. Он вонял мокрой псиной, мочой и подгоревшим маслом. В трейлерном городке мама нашла себе новых собратьев по выпивке. В тот момент, мне кажется, она забыла обо всем. О трагедии с отцом, о том, что мы все потеряли. И даже обо мне. Но она начала улыбаться. Пьяной кривой улыбкой, но мне было десять, и я был рад, ведь думал, что мама счастлива. Я продолжал учиться и к старшим классам понял, что если я не смогу поступить в хороший университет, то всю жизнь проживу в этом трейлере, медленно спиваясь. Я усиленно учился и в итоге поступил в универ. Мама была рада, наверно. Скорее она была рада, что я просто от нее уеду. Она умерла, когда я еще и не закончил первый курс. Алкогольное отравление, – громко вздохнул я и почувствовал, как Кэти положила мне руку на плечо, чуть сжимая его. – Тогда я и встретил ее. Анну, – стоило мне произнести ее имя, как в животе образовался вакуум, прижимая мои кишки к позвоночнику. Чувство было настолько сильное, что я издал тихий жалкий стон и прижал руку к животу.

Кэти задержала дыхание и посмотрела на меня, стараясь не шевелиться.

– Мы познакомились с ней, когда мне было двадцать. А ей восемнадцать. Я тогда учился на втором курсе, а она только заканчивала школу и готовилась к поступлению в институт. Мы встретились где-то на вечеринке у общих друзей. Знаешь, когда у кого-то родители уезжают, их дети всегда закатывают ужасные тусовки с рекой алкоголя и морем разврата. Она была милой. Красивой. Очень красивой. Она внимательно слушала мои тупые рассказы и всегда улыбалась. В тот же вечер я сразу понял, что влюбился. Бесповоротно. Мы начали общаться, встречаться. Через три года мы поженились. Скромная свадьба, где были только самые близкие. В общем, все шло замечательно. Я был счастлив, Анна была счастлива. Так мы прожили пять лет. Я начал свою карьеру в полиции. Она окончила медицинский институт, и начала практику в больнице. И тогда она сообщила мне, что беременна, – я издал счастливый смешок. – Знаешь, я был на седьмом небе от счастья. Мы узнали пол ребенка через несколько месяцев, это была девочка. Мы долго спорили насчет имени, но в итоге сошлись на одном – Элизабет. Малышка Бэтти, – я сделал глубокий прерывистый вдох и почувствовал, что по моим щекам начали скользить слезы.

Ртом я попытался поймать воздух и успокоиться. Помолчав какое-то время, я краем глаза взглянул на Кэти, но она лишь смотрела себе под нос, не проронив ни слова. Мы подъехали к месту назначения, и я остановился. Кэти немного осмотрелась вокруг и перевела взгляд на меня. Но мой взгляд был сосредоточен на моих руках, я боялся поднять глаза и разжать мертвые пальцы на руле.

– Тот день я помню, как сегодня, – продолжил я тихо, прикрыв глаза. – Мы просто поехали в магазин, хотели купить детские шторы в комнату малышки Элизабет. Знаешь, такие милые, с детскими картинками. Какие-то облачка и мишки. Мы нашли их в интернете, но ехать за ними пришлось на другой конец города. Мне так не хотелось туда ехать, но беременные такие упертые, ты не поверишь. Если ей что-то ударило в голову, то тебе не сбежать. Если бы я только знал…, – вздохнул я и открыл глаза. – В общем, в нас на всей скорости въехал какой-то пьяный выродок, который уснул за рулем и потерял управление, – я услышал испуганный резкий вздох Кэти, отчего мой голос начал дрожать. – Они погибли в ту же секунду. Моя Анна и моя малышка Бэтти, так и не увидев свет, – с трудом договорил я.

Воздуха вдруг резко стало не хватать, и я начал захлебываться. Упав лицом на руль, я закрыл его локтями. Стоило произнести все историю вслух, как мой мозг осознал, что это все действительно произошло. Это все было моей жизнью! У меня была Анна, моя любовь. А теперь ее не стало. Нет, и никогда больше не будет. Не будет висеть в маленькой розовой комнате шторы с облаками. Я никогда не услышу восторженные крики Анны, когда она увидела бы первую улыбку нашей дочки. Ее заспанное и уставшее лицо, когда мы проснулись бы от детского плача в три часа ночи, и я бы сказал ей: «Спи, любимая, я сам».

– Эй, тшш, – попыталась Кэти оторвать меня от руля.

Никогда не увижу, как смеялась бы Анна, как я меняю подгузник. Как она радовалась бы, увидев первый шаг нашей дочери, первое слово. Школа, первые ссоры с Бетти, когда обе бы искали поддержку в моих глазах. А что бы мог я сделать? Как можно встать на чью-то сторону, когда ты так безумно любишь их обеих? Переходный возраст моей малышки, первые парни, которых я бы встречал с ружьем. Первое разбитое сердце…

– Эй, Джей, иди сюда, – удалось Кэти вырвать меня из мыслей.

Оторвав меня от руля, она притянула меня к себе. Зарывшись лицом в ее шею, я издал несколько громких всхлипов. Никогда раньше не давал вырваться всем моим эмоциям наружу. И вот тогда, с ней, меня прорвало. Я не мог и не хотел больше держать это в себе. Это поедало меня столько лет, что от моей души остался только огрызок.

– Джеймс, я…, – начала Кэти, но ее дыхание начало сбиваться.

– Прости, – смог лишь выговорить я и продолжил всхлипывать у нее на плече.

– Нет, все хорошо, – сказала она срывающимся голосом, поглаживая меня по голове. – Джеймс, мне так жаль. Это так ужасно. Я даже не знаю, что нужно говорить в такой ситуации, но я тут. Я с тобой.

– Ты со мной, – шепотом повторил я.

– Да, я здесь, – снова сказала она и обняла крепче.

С трудом я немного успокоился и аккуратно оторвался от ее плеча. Я поднял на нее свой взгляд и увидел, что на ее щеках заблестели дорожки от слез.

– Прости, я не хотел, чтобы ты плакала, – я поднял руки и вытер ее слезы.

– Хватит извиняться, – одернула она меня.

– Хорошо, – попытался улыбнуться я.

Медленно, но верно, мое дыхание восстановилось. Кэти поглаживала меня по плечу и сочувственно смотрела. Сложно было сказать, помогал этот ее взгляд или делал еще хуже.

– Давай прогуляемся, – сказал я.

Кэти кивнула в ответ, открыла дверь и вышла из машины. Я сделал глубокий вдох, чуть задержал дыхание и резко выдохнул. Пришло время вернуться к началу. Нельзя было больше жить и заставлять себя думать, что этого всего не было.

Открыв дверь машины, я вышел на улицу. В нос ударил до боли знакомый запах свежеиспеченного хлеба, издающегося из маленькой пекарни неподалеку, и мне стало не по себе. Кэти повернулась ко мне и закуталась плотнее в свою куртку.

– Это наш дом, – произнес я, показывая взглядом на домик через дорогу. – Был нашим когда-то.

Кэти последовала за моим взглядом и посмотрела на здание.

– Наш маленький уютный домик, – продолжил я почти шепотом. – До сих пор помню нашу маленькую кухню, где пахло запеченным цыпленком. Свежими овощами. И цитрусом. Анна очень любила готовить. Не всегда ее эксперименты на кухне удавались, особенно ее куриный пирог, – тихо посмеялся я. – Получился со вкусом соды. Но по большей части ее блюда были прекрасны. Такие простые и домашние.

Кэти подошла ко мне ближе и взяла за руку.

– На втором этаже две комнаты. Спальня и детская. Мы поклеили детскую розовыми обоями. Такие девичьи, с принцессой. Надеюсь те, кто сейчас там живет, оставили все, как было.

– Да, надеюсь, – тихо согласилась она. – И надеюсь, в этой розовой комнате живет взрослый брутальный качок.

Легкий грустный смешок вырвался из меня.

– Знаешь, я здесь впервые после… после того. Когда все случилось, я переехал к Тони, в первый же день. Не мог находиться тут. Он приезжал и собирал мои вещи, он занимался продажей дома и купил мне после квартиру. Я с трудом могу вспомнить свой первый год без нее. Что я делал, где я был? Не помню, – я перевел свой взгляд на Кэти.

Она повернулась ко мне, сделала шаг навстречу и встала напротив.

– Ох, Джеймс, мое сердце просто разбито всем тем, что с тобой произошло в жизни. Я, наверно, просто бы спрыгнула с моста. Это…, – она покачала головой, заглянула мне в глаза и спросила: – Можно я тебя обниму?

Я грустно улыбнулся и согласно кивнул. Кэти сделала еще шаг мне навстречу, обняла меня за плечи и положила одну руку на голову, поглаживая по волосам. Расслабившись, я позволил всей внутренней боли вырваться наружу. Медленно и беззвучно слезы снова начали стекать по моим щекам на ее куртку.

– Я никогда никому это не рассказывал, Кэти. Что ты со мной делаешь? – прошептал я в ее шею.

– Джеймс, я рада, что ты наконец-то это рассказал. Все свои переживания нельзя держать в себе, – она чуть оторвалась от меня и взяла мое лицо в свои руки, заглядывая в мои глаза. – Это ломает тебя изнутри. Я рада, что я сейчас рядом. Рада, что ты доверился мне. Ты сегодня сделал огромный шаг вперед.

– Кэти, ты…, – я поднял свою руку и провел пальцами по ее лицу. – Я не знаю как, но ты стала мне очень дорога. Рядом с тобой мне становится лучше. Теперь ты понимаешь, почему я не могу тебя потерять?

– Не потеряешь, – с уверенностью сказала она. – Мы разберемся со всем. Ты же мне обещал, – она улыбнулся с надеждой в глазах.

– Разберемся, обязательно.

Она утвердительно кивнула и опустила руки.

– Поехали отсюда, – сказал я. – Я не могу больше тут находиться. Мне хочется убраться подальше.

14

Всю дорогу до ее дома мы ехали молча. Зайдя внутрь дома, я плюхнулся на диван, закрыл лицо руками и попытался отдышаться. Неужели я на все это решился? Пережить все это заново. Пропустить все события через себя и, наконец, поверить в то, что это было.

Оторвав руки от лица, я увидел, что Кэти стояла передо мной с бутылкой вина и бокалами.

– О, да, Кэти, это то, что нужно мне сейчас.

Я взял бутылку в свои руки, налил бокалы и выпил свой залпом. Тепло начало разливаться по организму, немного согревая душу и расслабляя нервы. Кэти отпила половину своего, поставила его на стол и тяжело вздохнула.

– Теперь моя очередь? – спросила она, сев слева от меня.

Я неуверенно кивнул, боясь спугнуть ее исповедь. Она развернулась ко мне вполоборота, подогнув одну ногу под себя, и продолжила:

– Я переехала сюда сразу после окончания института. Ты спросишь, почему именно сюда? Когда я училась на предпоследнем курсе института, познакомилась с одним молодым человеком. Алекс. Добрый и внимательный. Мы начали слишком близко общаться, и я влюбилась. Вот только он нет. Я стала для него лишь другом. Хорошим другом, которому можно было поплакаться о неудачах со своими девушками. А я влюблялась в него все сильнее и сильнее.

– Я не верю, – сказал я. – Ты слишком красива, чтобы френдзонить тебя.

– Спасибо, – улыбнулась она смущенно. – Но в юности я была не такая. По глупости на втором курсе я захотела покрасить волосы. Захотела стать шатенкой. Краска оказалась плохого качества, и мои волосы стали болотного цвета, – она весело хихикнула. – Чтобы вернуть себе нормальный вид, я покрасила волосы еще раз. В итоге они просто было испорчены, и моя шевелюра стала похожа на веник, которым пользовались лет десять. Пришлось их обрезать. Плюс я была немного пухлее, чем сейчас. В общем, такая розовощекая пышечка с короткими волосами, как пакли торчащими в разные стороны.

– А фотки есть? – с ухмылкой спросил я. – Не могу поверить тебе на слово, хочу посмотреть.

– Я тебе этого никогда не покажу! – вскрикнула она и засмеялась.

– Хорошо, когда-нибудь потом, – успокоил я ее, но не сдался. Я должен был это увидеть.

– Не знаю, мы еще не на том уровне отношений. Это слишком личное, как раздеться перед тобой, – она ненадолго замолкла и посмотрела на меня. – О, нет, только не отвечай «я не против, детка», – попыталась она спародировать меня.

Я грустно усмехнулся в ответ.

– Не сегодня, – констатировал я.

– Да, наверно… Что ж, я продолжу. В итоге он встретил девушку. Марго. Он безоглядно влюбился в нее и совсем забыл про меня. Меня это разозлило, и мы поругались. Я заставила себя доучиться в институте, но к окончанию учебы понимала, что не хочу жить в этом городе, видеть его, переживать. Выбрала книжные редакции из разных городов, в которых я хотела бы работать, сделала кучу запросов, и меня пригласили сюда. Недолго думая, я собрала вещи и переехала. Спустя полгода встретила Питера. Все закрутилось очень быстро. Он был очень статный, красивый, умный, я и влюбилась. Мы поженились, купили дом. Не скажу, что семейная жизнь была легкой. Мы учились подстраиваться друг под друга, хоть и не всегда мы могли найти компромисс. А после пяти лет семейная жизнь стала размеренной и немного скучноватой. Потом в дом через дорогу переехали Линда с Дэвидом. Счастливая молодая пара, и мы сразу подружились. Линда была общительна, внимательна, всегда меня слушала и советовала как поступить. Сама делилась многим. Я начала считать ее своей подругой, – она остановилась и тяжело вздохнула. – Это случилось спустя еще пару лет. Я пришла домой раньше положенного и увидела, что вот здесь, у лестницы наверх валялись шмотки, – она указала рукой в сторону. – Идиоту было понятно, что происходило. Медленно поднялась в спальню и обомлела. Я знала, что он там трахается с кем-то, но не ожидала увидеть Линду в постели с моим мужем. Они разбили мое сердце, – она тяжело вздохнула, взяла бокал и допила его содержимое.

Я наполнил бокалы снова, Кэти продолжила:

– Конечно, был скандал. Но после того, как я успокоилась, мы сели с Питером поговорить. Спокойно решили, что нам пора расстаться. И подали на развод. Все прошло мирно. Он был достаточно обеспечен финансово, поэтому оставил мне этот дом. Как бы то ни было, все равно я переживала. Переживала из-за того, что развалился мой брак, который был счастливым изначально. Из-за того, что я осталась одна. Из-за того, что меня предала моя подруга. Дэвид тоже был подавлен. Я всегда считала их хорошей супружеской парой, они были счастливы вместе, уважали и ценили друг друга. Но видимо, Линде этого было мало. Дэвид же слишком любил Линду, поэтому простил ей измену. Он просто не мог представить жизнь без нее. Но проблема в том, что, простив это на словах, внутри, в его голове эта мысль, что Линда спала с кем-то другим, не давала ему покоя. Эта мысль поедала его изнутри. С Линдой он поговорить об этом не мог, ведь он как бы простил ее. Поэтому он приходил ко мне, когда ему становилось совсем тяжело. Мы плакались друг другу о несправедливости этого мира. Нас объединило общее горе. Пойми меня, мы были связаны этой болью, и как-то так получилось… что мы переспали. А потом еще раз, и еще. И … В тот день, когда убили Линду, мы были с ним вместе, – Кэти повернулась ко мне, ища поддержки в моих глазах.

Мои губы разомкнулись на ее последних словах от неожиданности. Сказать, что я охренел – ничего не сказать.

– Что ж… Э… Это действительно неожиданно, – промямлил я.

– Не осуждай меня, пожалуйста, за связь с ним. Я сама не знаю, как так получилось…

– Нет, я… Даже и не думал, – я положил свою руку поверх ее. – Уж мне ли осуждать людей за это?

Немного усмехнувшись, я постарался разрядить обстановку.

– Теперь ты понимаешь, почему я не могла тебе этого рассказать? Это не только моя тайна. Как мы будем выглядеть, когда все узнают, что в момент, когда на нее напали, ее муж и подруга были… в постели.

– Да, я понимаю.

Кэти отвела свой взгляд от меня и уставилась в стену.

– Кэти, послушай, Дэвид должен это подтвердить. Ты сможешь его убедить сделать это? Все его показания останутся только в деле, никто об этом не узнает.

Она тяжело вздохнула в ответ.

– Мне надо с ним поговорить. Думаю, если от этого зависит, попаду я за решетку или нет, он согласится.

– Хорошо… – я утвердительно кивнул. – Это же отлично, Кэти. У тебя есть алиби, ты в безопасности.

Улыбнувшись, я взглянул на нее. Конечно, она меня поразила всем сказанным, но… Спала и спала она с этим Дэвидом, наплевать. Все мы в своей жизни косячили. По мелочи или по крупному. Главное, что теперь у нее было алиби, которое мог подтвердить другой человек. А эта новость переплюнула все недостатки.

– Да, – согласилась она и улыбнулась в ответ.

Я, наконец, облегченно выдохнул и расслабился, навалившись на спинку.

– Стало легче? – спросил я ее. – После того, как рассказала.

– Да, – чуть заметно ухмыльнулась Кэти.

– Отлично. Иди сюда, – я протянул руки к ней навстречу, она приподняла брови и криво улыбнулась. – Давай, иди сюда, именно так мы должны закончить этот насыщенный день, мы это заслужили.

Ее улыбка стала шире, она подвинулась ко мне и опустилась в мои объятья. Мои руки сжали ее плечи, а щека коснулась ее макушки. Мы одновременно сделали глубокий вдох и судорожно выдохнули.

– Встретились два несчастья, – грустно произнесла она.

– Эй, – прошептал я и чуть отстранился от нее, чтобы заглянуть в ее зеленые глаза. – Может поэтому мы и встретились? – я поднял правую руку и нежно заправил прядь ее волос за ухо. – Чтобы помочь друг другу, – она неуверенно улыбнулась мне и я продолжил:

– Кэти, послушай, Тони был прав, я полный кретин и часто поступаю, как настоящий болван, но… знай, что я всегда рядом.

Она чуть заметно кивнула, приоткрыла рот, но не произнесла ни слова. Мы смотрели друг на друга, и я попытался улыбнуться. Улыбка вышла слабоватой и даже больше жалкой, чем подбодряющей. Кэти поджала губы, сделала несколько коротких вдохов и вдруг резко подалась вперед и коснулась моих губ своими. Я прикрыл глаза и боялся пошевелиться. На мгновение она задержалась, но потом оторвалась и с испугом подняла на меня глаза.

– Кэти… – прошептал я, поднял свою руку и мягко провел кончиками пальцев по ее щеке. – Ты понимаешь, с кем ты хочешь связаться? – она неуверенно кивнула в ответ. – Тебе лучше держаться от меня подальше, – пытался я звучать более убедительно, но мой голос и мой взгляд меня подвели, и это прозвучало скорее, как мольба об обратном. Я не хотел, чтобы она держалась от меня подальше.

Она притянула меня за шею и поцеловала более уверенно. Ее губы медленно приоткрылись, она коснулась моих губ языком, и я сдался. Мои пальцы зарылись в ее волосы, и я подался навстречу. Наши губы открылись навстречу друг к другу, и языки мягко встретились. Я старался не делать никаких резких движений, но не смог удержаться и опустил одну руку, взял ее за ногу под коленкой и притянул ближе к себе. Она послушно положила ногу мне на колени, не отрывая от меня своих мягких и горячих губ.

Кажется, я забыл, что моему организму требовался кислород для жизнедеятельности. Я оторвался от ее губ и начал судорожно хватать воздух ртом. Она прижалась своим лбом к моему и также тяжело дышала. Я нашел ее руку и сжал в своих ладонях, поглаживая нежную кожу большим пальцем.

– Ты еще встречаешься с ним? – спросил я, чуть отстранившись.

– С Дэвидом? – спросила она удивленно, затем чуть прищурила глаза, улыбаясь. – Нет, после того, что случилось с Линдой, мы решили прекратить все.

– Хорошо, – облегченно ответил я.

Кэти свободной рукой взяла свой бокал со стола и допила его залпом, чуть поморщившись.

– Вот так денек, – она прикрыла глаза и положила голову на спинку дивана.

– Да уж, – усмехнулся я и последовал ее примеру.

Мы просидели так какое-то время, молча держа друг друга за руки. Повисшая в комнате тишина не давила на нас. В этом молчании мы чувствовали только спокойствие и умиротворение.

Мне так этого не хватало.

– Ты улыбаешься, – вырвала она меня из моей личной нирваны.

Чуть приподняв голову, я перевел взгляд на нее, она удивленно улыбнулась.

– Да? – переспросил я.

– Да, и это… непривычно. Но тебе очень идет такая улыбка.

– Спасибо, – смущенно ответил я. – Просто мне так спокойно сейчас. Давно такого не чувствовал.

Кэти улыбнулась мне в ответ и провела ладонью по моей щеке. Я прижался к ее руке и прикрыл глаза.

– Слушай, я наверно поеду домой, – сказал я, и она удивленно приподняла брови. – Пока я все не испортил. Ты же знаешь, у меня талант.

Она чуть усмехнулась и опустила свой взгляд. Взяв ее руку, я сжал ее в своей ладони, поднял и прижался губами к ее маленьким пальчикам.

– Я хочу закончить сегодняшний вечер на этой ноте.

Кэти одобрительно кивнула, мы медленно встали и направились в прихожую. Я накинул куртку и повернулся к ней.

– Эм… Встретимся завтра? – с надеждой спросил я.

– Хорошо. Только обещай мне не пить больше сегодня.

– Не буду. Мне сейчас намного лучше, чем бывало после герыча, который мы однажды изъяли у наркоторговцев и взяли немного на пробу…

– Джеймс, – разочарованно протянула Кэти и закрыла лицо рукой.

– Что? – засмеялся я.

– Не употребляй больше эту дрянь, пожалуйста, – озабоченно произнесла она.

– Хорошо, – тихо сказал я и сделал шаг навстречу ей.

Медленно я провел пальцами по линии ее подбородка и легко коснулся ее губ своими.

– До завтра, детектив, – улыбнулась она мне.

– До завтра, – ответил я и вышел на улицу.

15

Доехав до дома, я осознал, что дико хотел есть. Вернее мне подсказал мой желудок, громко и обидно буркнув. В холодильнике у меня было шаром покати, и я решил пройтись по улице, чтобы найти какое-нибудь кафе или ресторанчик, чтобы заказать еды. Я прошел мимо уже родного мне алкомаркета, на секунду задержав на его витринах свой взгляд. Прошел мимо китайского ресторанчика, куда заходил обычно. Тот день был необычным, поэтому мне захотелось чего-то нового. Мои ноги понесли меня ниже по улице, и я свернул налево. Ветер бодро поддувал мне в спину, подгоняя. Мое внимание привлекло крыльцо с моргающей яркой вывеской, и я остановился у него. Оказалось, совсем недалеко от моей квартиры был ресторанчик с итальянской кухней. А я даже за столько времени не знал о его существовании. Открыв дверь резким движением, я зашел внутрь. Помещение было совсем небольшим, свет внутри был приглушен, над каждым столиком висели красно-коричневые абажуры, освещая поверхность каждого стола. Почему то на секунду я представил нас с Кэти, сидящими за одним из столиков.

Откинув странную мысль, я подошел к стойке, и, делая вид, что понимаю, что значит каждое блюдо, заказал пасту с морепродуктами и какое-то непонятное блюдо из овощей, название которого я в жизни не повторю. По пути обратно я зашел в супермаркет и купил яйца, бекон и хлеб на утро. На самом выходе схватил упаковку пончиков вдобавок.

Зайдя домой, я убрал продукты в холодильник, взял коробки с заказной едой и плюхнулся на диван. Сначала хотел поставить коробки на стол перед телевизором, но осмотрев территорию, не нашел свободного места из-за скопившегося мусора. Решив, что так дело не пойдет и, издав шумный недовольный вздох, поставил коробки на пол и направился за мусорными пакетами.

Пошарив по ящикам на кухне, я, наконец, нашел упаковку огромных мусорных пакетов, сгреб все содержимое стола в пакет, попутно собирая мусор с пола. Протер стол тряпкой с каким-то средством, которое стояло у меня уже несколько лет нетронутым. К сожалению, не все пятна мне удалось оттереть, но, когда мой живот заурчал еще громче, я сел за трапезу. Включил телевизор для фона и открыл первую коробку с овощами. Пахло слишком вкусно, чтобы разглядывать, что находится во второй, и я за минуту уплел все содержимое. После открыл вторую коробку с пастой, из которой, как оказалось, пахло ничем не хуже первой. Я приступил ко второму блюду, как услышал, что у меня пиликнул телефон в кармане штанов. Достав его, я увидел сообщение от Кэти:

«Что делаешь?»

Закинув ноги на стол, я сделал фото, чтобы туда попала коробочка с едой, и отправил ей.

«Страшно проголодался после сегодняшних событий», – подписал я фото.

В ответ она прислала мне фото надкусанного куска пиццы с подписью

«Я тоже».

Мои губы растянулись в улыбке, глядя в экран.

«Что это у тебя такое в коробке?», – поинтересовалась она.

«Темная паста с морепродуктами. Зашел в итальянский ресторанчик и заказал наугад. Очень вкусно». В доказательство сделал фото содержимого и отправил ей.

Через секунду мне пришло ответное сообщение:

«О! Вот именно так выглядели мои волосы на втором курсе!».

Громкий смех вырвался из меня, и я прикрыл рот рукой, чтобы не выплюнуть содержимое, которое не успел прожевать. Я заглянул в коробку. Отчасти темная паста была похожа на веревки на швабре, разбросанные в разные стороны. Я засмеялся еще громче. Придумала же…

Я отправил ей смайлик, смеющийся до слез.

«Я соскучился», – отправил я вслед.

Но нажав кнопку «отправить», я понял, что написал это зря. Наверно, рано было так писать. Что, если я ее напугал? Я уже хотел было удалить это сообщение и написать что-то более нейтральное, как заметил, что она его прочитала. Вот блин!

Она начала печатать мне ответное сообщение, и я, как завороженный, смотрел на прыгающие три точки.

«Потерпишь до нашего свидания завтра или опять завалишься ко мне ночью?», – ответила она.

«Так значит, свидание?»

«Или не свидание?», – уточнила она.

«Пусть будет свидание, мне нравится», – ответил я и добавил смайлик.

«Постараюсь дотерпеть до завтра», – добавил вслед.

«Хорошо, спокойной ночи, Джеймс».

«Спокойной ночи, Кэти».

Так значит свидание. Мне следовало купить цветы? Что там полагалось делать на свидании? Надеть костюм с бабочкой, как на выпускной бал? Я представил, что стучусь к ней в дверь, прикрыв лицо букетом цветов, и гримасу сарказма на ее лице, когда она откроет дверь. Я прыснул от смеха. Нет, это была плохая идея с цветами.

Закончив свою трапезу, я выбросил коробки и пошел в кровать. Время было еще только одиннадцать вечера, суббота, а я уже был в кровати. Стоило бы рассказать об этом Тони, вот бы он удивился.

Я улыбнулся своим мыслям, но моя улыбка быстро сошла с лица. Увы, я забыл, что мы с ним не разговаривали. Но все же во мне теплилась надежда, что наше молчание не затянется надолго, ведь я начал скучать по его занудству.

Отбросив плохие мысли, я закутался в одеяло и понял, что мне срочно надо было поменять постельное белье. А лучше кровать целиком. От одеяла жутко несло табаком, а от подушки воняло, как от мокрой псины. Вдруг когда-нибудь мне могло посчастливиться пригласить Кэти к себе, а тут творилось такое. Я дал себе обещание, что займусь этим обязательно с утра, но больше у меня не было сил об этом думать. Глаза закрылись, и в моей голове начали бурей прокручиваться все события, что произошли за день. С мыслями о нашем поцелуе я провалился в сон.

16

Я уже и забыл, каково это – вставать в восемь утра, не мучаясь диким похмельем. Полный энтузиазма я подскочил с кровати и пошел умываться. После направился на кухню, и мне пришлось перерыть все шкафы, чтобы в итоге найти сковороду. Приготовив себе яичницу с беконом, я добавил в кофе сахар и сливки, вместо аспирина. С удивлением для себя я отметил, кофе мог быть действительно вкусным.

После завтрака я осмотрел свою квартиру, планируя, с чего же стоило начать. Изначально, поджав губы, я подумал, что проще было все сжечь. Это ж надо было так ее загадить. Я сгреб все свои шмотки и постельное белье и бросил все в ванной комнате, закинув часть в стиральную машинку. Стирать мне эту гору вонючего барахла пришлось бы несколько дней, не меньше. Машинка, недовольно скрипнув, начала набирать воду, а я начал собирать весь мусор, восхищаясь собой, когда находил коробки от пицц с датами чуть ли не прошлого года. После сбора мусора я помыл посуду, ругая себя за то, что не мыл ее неделями. Полчаса я потерял на то, чтобы найти швабру, которая, почему то пряталась в моем шкафу.

Закончив, мое тело рухнуло на диван без сил.

Я взял телефон со стола, чтобы написать Кэти, но, разблокировав экран, увидел сообщение от нее, которое пришло уже больше получаса назад:

«Доброе утро, как дела?»

«Привет, проснулся ни свет, ни заря, решил сделать небольшую уборку», – ответил я. Мне отчего-то захотелось похвалиться проделанной работой кому-то.

«Так ты сегодня полон энергии?)», – через несколько секунд ответила она, и я улыбнулся.

«Сам удивляюсь»

«Не растрать всю, оставь немного для меня», – написала она, и я выпучил глаза в экран, приподняв брови. Так. Это она о чем?

«Не переживай, тебе оставлю», – решил я подыграть ей.

«Хорошо))) Во сколько встретимся?»

«Могу хоть через час уже быть у тебя», – бодро ответил я.

«Хорошо, жду!»

Бросив телефон, я поспешил привести себя в порядок. Потратив непростительные для того дня полчаса в душе, я быстро выскочил, вытерся полотенцем, успев при этом достать чистые вещи из машинки, которая к тому моменту уже высушила их. Среди них я нашел джинсы, любимую черную футболку, и даже носки без дыр. Порывшись еще, я нашел пару боксеров, купленных мной несколько недель назад. Черные или синие? Мои глаза бегло начали перескакивать от одних к другим, и я потратил еще полминуты на выбор, а потом замер.

– Я выбираю трусы? – вслух с сарказмом спросил я сам себя.

Отчаянно покачав головой над своей самонадеянностью, я выбрал черные. Быстро запрыгнул в одежду и повернулся к зеркалу в ванной комнате. Поспешно поправил еще влажные волосы рукой, провел ей по своей щетине и понял, что пришло время от нее избавиться.

Когда, наконец, мое отражение меня более ли менее удовлетворило, я вышел из ванной комнаты, накинул куртку и направился на выход.

Открыв входную дверь, я подскочил от неожиданности, потому что увидел Тони у себя на пороге, который поднял руку, чтобы постучать в дверь. Или ударить меня.

– Тони? – удивленно спросил я и сделал поспешный шаг назад. Вдруг он реально собрался меня бить?

– Привет, Джеймс, – поздоровался он тихо.

– Привет, – ответил я неуверенно.

– Можно, я зайду?

– Э… Да, конечно.

Тони сделал несколько неуверенных шагов внутрь, закрыл за собой дверь и поднял на меня взгляд.

– Мы можем поговорить? – спросил он.

– Можем, – я улыбнулся ему, чуть поджав губы, и указал рукой на диван в гостиной.

Мы молча прошли к нему и сели вполоборота друг к другу.

– Люси мне рассказала все, – вдруг выпалил он, ошарашив меня.

Я задержал дыхание и не знал, что ему ответить.

– Прости меня, Джеймс, что не выслушал тебя, что наговорил тебе такого…

– Я понимаю, Тони, – прервал я его. – Я и не заслужил, чтобы кто-то мне поверил в той ситуации. Даже ты.

Тони поднял на меня свои глаза и посмотрел на меня с подозрением.

– Слушай, Тони, я знаю, что я веду себя хреново. И что в той ситуации ты, конечно, подумал о том, о чем подумал. Зря ты упомянул Анну тогда, это был удар ниже пояса, но ты был на эмоциях, так что я не злюсь…, – Тони нахмурил брови. – Не сильно злюсь.

– Вау, – он приподнял брови. – Все прошло лучше, чем я мог подумать.

Я улыбнулся и похлопал его по плечу.

– И что теперь у вас с Люси? – поинтересовался я.

Тони тяжело вздохнул и разочарованно покачал головой.

– Мы решили немного повременить со свадьбой. Мы не расстались совсем, но… И не совсем вместе. Она попросила немного времени подумать, и я ей дал свободу. Я долго думал насчет нас и принял для себя не самое приятное решение. Если для того, чтобы пойти со мной под венец, ей надо сходить на сторону, пусть делает, что хочет. До встречи со мной у нее были одни отношения с парнем, причем достаточно краткосрочные, я у нее не было мужчин до меня в плане… Ну ты понял… Так что… Отчасти можно ее понять. Знаю, я тряпка, но я ее люблю. Лишь бы она не захотела снова переспать с тобой, – грустно усмехнулся Тони.

– И чем я не угодил? – улыбаясь, уточнил я.

Тони лишь поднял на меня укоризненный взгляд.

– Ладно-ладно, шучу, – я поднял ладони вверх. – А если серьезно, ни с кем она тебе изменять не будет, я уверен. У нее просто предсвадебная лихорадка. Когда было нельзя, очень хотелось. А сейчас ты дал ей свободу действий. Она посидит, подумает, помучается угрызениями совести и вернется. А за то, что произошло тогда в туалете – не вини ее. Она была растеряна, напугана и очень пьяна. Поэтому не смогла устоять перед моим горячим обаянием, – снова начал стебаться я.

– Ох, Джеймс, – начал смеяться Тони. – Как мне этого не хватало. Я переживал за тебя.

Тут он снова поднял на меня глаза, внимательно осмотрел, потом перевел взгляд на обстановку вокруг и ошарашено повернулся обратно ко мне.

– Какого черта, Леннокс? Что за… Ты побрился? – он начала тыкать в меня пальцем. – И у тебя чистые волосы. В квартире не пахнет, как в контактном зоопарке. Что происходит? Еще скажи, что ты вчера не пил и сейчас собрался в церковь?

– Воу, полегче, чувак. Все не настолько плохо, – засмеялся я.

– И все же? – не унимался он.

– Ну… У меня сегодня свидание, на которое я опаздываю из-за тебя, между прочим, – осторожно произнес я.

Челюсть Тони отвисла, и я начал смеяться.

– Чего? Свидание? – слишком громко спросил он.

– Типа того.

– Кто же эта несчастная? – он наклонил голову набок.

– Одна прекрасная леди…, – попытался я отвлечь его внимание.

– Имя! – смеясь, крикнул он.

– Хорошо-хорошо. Это мисс Остин.

– Нееееет, – недоверчиво протянул он. – Она же тебя отшила?

– Видимо, передумала.

– Что ж, передай мисс Остин, что я снимаю перед ней шляпу. Как она сделала это с тобой? – он обвел меня пальцем.

– Сам не знаю.

Тони улыбнулся и одобрительно кивнул.

– Я рассказал ей все. Про Анну, – добавил я после паузы.

Улыбка мигом исчезла с лица Тони.

– Ого, – лишь прошептал он.

– Она… Ох, Тони, тут такое было…, – я прижимаю руку ко лбу и откидываю голову назад.

– Расскажешь?

Бросив взгляд на часы, я понял, что уже прилично опаздывал. Мне хотелось быстрее прыгнуть в машину и давить на газ, пока не доберусь до ее дома. Но повернувшись к Тони, я увидел его любопытные глаза и сдался, как пятнадцатилетняя школьница. Мне так хотелось с ним поделиться всем, что произошло со мной за последние дни, что я решил подарить ему еще десять минут.

– Ладно, только быстро.

Взахлеб я рассказал ему про Скотта, про то, что Кэти развелась с мужем из-за Линды, про то, что этот обмудок-тренер угрожал мне, и что Кэти призналась, что спала с Дэвидом, и в момент, когда убили Линду, они были вместе. С каждым новым фактом, вылетающим из моих уст, челюсть Тони отвисала все ниже и ниже.

– Нихрена себе. Мы с тобой не разговаривали меньше недели, и у тебя тут столько событий произошло, – подытожил он в конце.

– Это точно, – подтвердил я. – Слушай, я бы рад еще почесать языками, но мне реально надо бежать.

Мой напарник понимающе кивнул, встал и направился на выход. Застегнув куртку, я открыл дверь и с сожалением заметил, что на улице начался ливень.

– Джеймс, – остановил меня за плечо Боулс. – Я очень рад видеть тебя таким.

– Я тоже, – улыбнулся я в ответ.

Тони порывисто обнял меня и похлопал ладонью по спине.

– Ой, дорогуша, может тебе дать платочек? – ухмыляясь, спросил я, но похлопал его по спине в ответ.

После наших неуклюжих объятий мы разбежались в разные стороны, я прыгнул в машину и доехал до дома Кэти за несколько минут, пока ливень настырно бил в лобовое стекло, заглушая мое громкое и порывистое дыхание.

17

Сделав несколько глубоких и успокаивающих вдохов, я выбежал на улицу. Дождь хлестал мне в лицо, стеной загораживая дорогу к крыльцу. Подбежав к двери, я громко постучал. Кэти открыла мне, и я забежал внутрь, закрывая за собой дверь и оставляя шум дождя и грома снаружи.

– П-привет, – чуть слышно сказала она.

– Привет. Я опоздал, прости. Ко мне приехал Тони, пришлось задержаться, – протараторил я.

– Тони, – удивленно уточнила она. – Вы помирились?

– Типа того, – я старался отдышаться, вытирая капли дождя с лица.

– Ничего себе! – воскликнула она. – Блин, Джеймс, ты весь промок, снимай куртку.

Я подчинился, снял куртку и повесил ее на крючок. Кэти стояла рядом с ковриком в прихожей и следила за мной. Скинув грязную обувь, я сделал шаг вперед, но Кэти не отошла, и наши лица оказались на расстоянии десяти сантиметров. Внезапно я заметил, что меня трясло. Но я не мог понять отчего: от холода или от ее близости.

– Джеймс, с тебя течет ручьем, и тебя всего трясет, может дать тебе полотенце? – заботливо произнесла она. – Так и простыть недолго.

Широко улыбаясь, я резко схватил ее за талию и прижал к себе.

– У тебя ледяные руки! – взвизгнула она, но это не остановило меня, и я намеренно стал прикасаться своими сырыми волосами к ее теплой шее, щекам, вороту рубашки, что заставило ее хохотать еще громче.

Немного отстранившись, но не опустив руки, я посмотрел на нее. Наши взгляды встретились, и мое учащенное дыхание смешалось с ее спокойным. Часть ее светлых волос намокла и прилипла к щеке, рубашка тоже чуть намокла сверху, но она улыбалась. И как я раньше не замечал, что она так красива? А в этот момент была особенно. Она распустила свои белые волосы и накрасилась как-то по-другому. Ее красивые глаза казались мне еще больше и выразительнее. А ее сногсшибательная улыбка просто подкашивала мне ноги.

– Привет, – шепотом повторил я, оторвал одну руку от ее талии и заправил прядь влажных волос за ухо.

Кэти чуть приоткрыла губы, но я не дал ей произнести ни слова, притянул к себе за шею и поцеловал. Она ответила мне и запустила свои руки в мои сырые волосы. Не отрывая губ, я сделал два шага вперед и прижал ее к стене. От столкновения со стеной с ее губ сорвался резкий выдох, перемешанный со стоном, что отдался эхом внизу моего живота. Я прижался ближе к ней бедрами, исследуя руками ее спину. Кэти опустила свои руки и заползла мне под футболку. Мышцы моего живота напряглись от ее прикосновений, и дыхание стало прерывистым. Она схватила низ моей футболки и резко стянула ее с меня. Выскользнув из футболки, я поднял свои глаза на нее. Она на секунду опустила взгляд вниз, а потом мы встретились взглядами. Уверена ли она в том, что хотела сделать? Ее руки опустились на мою грудь, медленно проскользнули ниже и остановились на поясе моих джинсов. Не отрывая свой взгляд от нее и как бы спрашивая разрешения, я потянулся к пуговицам на ее рубашке и начал медленно расстегивать их снизу вверх. Она стояла, не шевелясь, наблюдая за мной. Пуговица за пуговицей. Когда ее рубашка оказалась на полу, я быстро осмотрел то, что открылось моим глазам, и снова впился в ее губы. Вот только они перестали мне отвечать тем же и стали двигаться менее уверенно. С неохотой я оторвался от поцелуя.

– Все хорошо? – спросил я, стараясь выровнять свое дыхание.

– Да… Не знаю, – так же прерывисто начала она. – Подожди, Джеймс…

Она сделала несколько глубоких вдохов и аккуратно выскользнула из мои объятий.

– Прости, я не хотел давить, – я постарался спокойно произнести, до сих пор опираясь одной рукой о стену. Я оглянулся на нее, и она начала ходить из стороны в сторону в бюстгальтере и джинсах.

– Нет, ты… Не извиняйся. Я просто…Блин, – она пошла чуть ближе. – Не хочу быть очередной в твоем послужном списке.

Оторвавшись от стены, я сделал несколько шагов навстречу.

– Кэти, ты… С тобой все не так. Совсем не так.

– Да, но… – шепотом начала она.

Подойдя к ней вплотную, я взял ее лицо в руки, обращая ее взгляд ко мне.

– Кэти, у меня нет цели просто переспать с тобой. Да, она была раньше, но… Ты… как ты могла так подумать после всего, что произошло вчера? – она молча поджала губы. Я оторвал от нее свои руки. – И, пожалуйста, оденься. Мне очень сложно сейчас спокойно стоять рядом.

– Хорошо, – одними губами произнесла она.

Я отвернулся и старался дышать ровнее. Твою мать! Моя репутация все испортила. И я не злился на Кэти. Ее можно было понять.

Стараясь успокоиться, я уставился на белую стену в ее прихожей. Надо было надеть футболку, и мои глаза начали искать ее под ногами. Посмотрев по сторонам, я повернулся и нашел ее взглядом под ногами Кэти. Подняв свой взгляд на нее, я увидел, что она так и стояла, неодетая. Я вопросительно приподнял брови.

– Да к черту все! – вдруг слишком низко произнесла Кэти, в два шага преодолела расстояние между нами и впилась губами в мои. Я замешкался на несколько секунд, но Кэти схватила меня за пуговицу штанов и начала расстегивать их. С моих губ сорвался низкий стон, и я подхватил ее за бедра и поднял. Она обвила меня ногами за талию, и я прошел дальше в комнату. Когда под ногами я почувствовал мягкий ковер в ее гостиной, медленно опустился на него. Я расстегнул ее бюстгальтер, она помогла мне снять его с нее и бросила его в сторону. Следом за ним полетели наши джинсы и оставшееся нижнее белье.

И вот она лежала передо мной, обнаженная. Такая хрупкая и такая красивая. Я покрывал поцелуями ее бедра, живот, грудь, шею и поднялся к ее губам. Она открыла глаза и посмотрела на меня затуманенным взглядом. Ее губы были приоткрыты, и она учащенно дышала. Мы встретились взглядами, и я больше не мог терпеть. Я медленно вошел в нее. Она немного выгнулась, запрокинув голову назад, и с ее губ сорвался мягкий стон. Замерев на несколько секунд, чтобы не закончить раньше времени, я нашел ее губы своими. Чуть переждав, я медленно продолжил свои движения. Она закинула свои ноги мне на бедра и прижала меня ближе. Ее руки впились в мои волосы, и она подставила мне свою шею. Мой язык коснулся ее мягкой кожи у ключицы, поднимаясь выше к уху.

– Джеймс, – на выдохе произнесла она.

Мои пальцы крепче сжали ворс ковра под руками, чтобы не сойти с ума, и я начал двигаться быстрее. Ее дыхание стало прерываться, и ноги начали напрягаться. С ее уст сорвался протяжный стон. Я поймал его своими губами и последовал за ней.

Оставшись в том же положении, наши тяжелые дыхания смешивались. Она открыла горящие глаза и посмотрела на меня. Я мягко поцеловал ее, и она начала улыбаться. Перекатившись на бок, я продолжил любоваться ею. Она перевела дыхание и перевернулась на живот.

– Ты не пропадешь завтра? – спросила она и улыбнулась.

Я промолчал в ответ и пожал плечами, потупив свой взгляд вниз.

Кэти привстала на локтях, удивленно посмотрела на меня, и я начал смеяться, затем притянул ее к себе и поцеловал.

– Не смешно! – обидчиво сказала она.

– Прости, не смог удержаться.

Она расслабилась и легла обратно. Перевернувшись на спину, я продолжил смотреть на нее.

– Ты побрился, – констатировала она.

– Э… Да. Свидание, как-никак. Тебе не нравится? – я потер подбородок рукой.

– Мне нравится. Но и небрежная щетина тоже выглядела неплохо, – она подняла руку и погладила меня кончиками пальцев по щеке.

Я смущенно улыбнулся в ответ. Кэти чуть привстала и потянулась в сторону за своей одеждой.

– Эй, – остановил я ее. – Ты представляешь, насколько ты красива сейчас? Ты думаешь, я позволю тебе одеться?

Кэти хихикнула, откинула свою одежду обратно и легла мне на грудь.

– Вообще-то под словом свидание я подразумевала кое-что другое, – сказала она.

– Правда? И что же?

– Ресторан, например. Прогулка по ночному городу после. А потом, если все прошло бы хорошо, ты получил бы десерт, – произнесла она, рисуя на моем животе узоры.

– Вот видишь, если бы все прошло хорошо… Ты же меня знаешь, я бы все испортил. А так я приступил сразу к десерту, негодяй.

– Угу, – усмехнулась она.

– И я ни капельки не расстроен. А ты?

Она повернулась лицом ко мне и отрицательно покачала головой.

– Так значит ресторан. Прости, я давно не был на свиданиях и забыл, что к чему.

– Это все здорово, но я бы что-нибудь поела.

– Джентльмен понял. Закажем пиццу? – предложил я.

– Давай, – одобрительно улыбнулась она.

Я переполз через нее, попутно поцеловав, достал телефон из кармана штанов и заказал доставку двух пицц и пару бутылок холодного пива.

– Пицца и пиво, как романтично, – с сарказмом сказала она.

– Даже очень, – невозмутимо улыбнулся я. – У нас есть полчаса.

– Чтобы не умереть с голоду? – спросила Кэти.

– У меня были другие планы, – ответил я и лукаво улыбнулся.

– Ах ты шалунишка, – начала смеяться она, но я притянул Кэти к себе и накрыл ее губы поцелуем.

18

Кэти

Следующим утром после свидания с Джеймсом я проснулась с придурковатой улыбкой на лице. Моя кожа до сих пор пахла им, и это было чертовски приятно. Я со стоном потянулась в кровати и, прикрыв глаза, прокрутила в воспоминаниях вчерашний вечер. Конечно, я не ожидала, что все пройдет именно таким образом. В мои планы не входило так быстро сдаваться, но магические чары Джеймса подействовали на меня, и я точно ни о чем не жалела. Я до сих пор помнила его горящие глаза и страстные губы, покрывающие мое тело сладкими поцелуями. Его крепкие руки, сгребающие меня в охапку, как маленькую игрушку, ох…

Мои ноги понесли меня в душ, и я с сожалением смыла его запах с себя. Нанесла легкий макияж, позавтракала и вышла на улицу.

– Кэти! – вдруг услышала я знакомый голос издалека.

Закрывая входную дверь, я обернулась и увидела Дэвида, который спешно направлялся к моему двору.

– Э… Привет, – неуверенно поздоровался он. – Как ты? К тебе приходили детективы?

– Привет, Дэвид. Да, приходили, – я подошла к нему чуть ближе.

– Они тебе все рассказали, да? – грустно произнес он.

Я утвердительно кивнула в ответ.

– Мы можем с тобой поговорить? – с опаской спросила я.

– Да, конечно, я за этим и пришел.

– Давай зайдем внутрь, – я снова открыла дверь и пригласила его внутрь.

Он опасливо оглянулся по сторонам и, не заметив никого вокруг, зашел в дом.

– Дэвид, я рассказала детективу все, – выпалила я и облегченно выдохнула.

– Что все? – настороженно уточнил он.

– Про нас с тобой.

– Что? – громко переспросил он и сделал шаг навстречу. – З… Зачем?

– Послушай, у меня не было выбора, – начала я.

– Что значит, не было выбора, Кэти? Мы же договаривались, что никто не должен об этом знать! Как мы теперь будем выглядеть для всех? Для родителей Линды? Какого… – его глаза забегали от испуга. «Что же подумают родители Линды». Его самый страшный кошмар. Ведь он мог потерять все, что имел, слизняк.

– Послушай, Дэвид. Я тоже не планировала ничего рассказывать. Но, увы, Линда слишком много успела рассказать своему тренеру. А он тут же все вытрепал. От него они узнали, что когда-то Линда изменяла тебе с моим бывшим мужем. В общем, из-за этого я попала под подозрение. У меня был мотив убить ее, понимаешь? Я не хотела говорить о нас, но…, – я отвела свой взгляд вниз. – У меня не было выбора. И теперь только ты можешь предоставить мне алиби, иначе… Я не знаю, что может произойти, если у меня не будет алиби, – я развела руками и отвернулась от него.

– Ох… – он тяжело вздохнул и медленно опустился на пуфик в прихожей.

– Послушай, детектив мне сказал, что эти данные никогда не выйдут за пределы их протоколов. Никто не узнает, – попыталась я заверить его.

– Хорошо, если так.

– Я знаю, что я много от тебя прошу, но…, – я подошла к нему вплотную и заглянула в его глаза. – Помоги мне, пожалуйста. Расскажи, что мы были вместе.

Он поднял на меня свой взгляд, а затем отвел глаза снова.

– Пожалуйста, Дэвид, – стала умолять его я.

– Я…, – чуть помялся он, отчего я начала волноваться. Неужели он мог отказать мне? Неужели он мог бросить меня в том положении? Ведь если он не подтвердит, что я была с ним, всё … вся моя жизнь могла полететь к чертовой матери. – Хорошо, – вдруг тихо ответил он и прервал мои страхи.

Облегченный вздох прерывисто вырвался из меня.

– Спасибо, – шепотом ответила я. – Спасибо.

Он чуть заметно улыбнулся мне, поднялся и направился к выходу.

– Кэти, – вдруг повернулся он ко мне.

– Да?

– Я скучаю по тебе, – шепотом произнес он, смотря на меня исподлобья. – По нашим разговорам, по твоей улыбке… По всему, что было между нами.

Его слова остановили мое дыхание, и я подняла свой взгляд на него, чуть приоткрыв от неожиданности рот.

– После того, как все это закончится, между нами все снова будет хорошо? Я хочу все вернуть, – продолжил он.

– Вернуть? – неуверенно переспросила я.

– Да, я … Прости, что так себя повел, когда все произошло. Я знаю, что накричал на тебя и сказал, что все это было ошибкой, но… У меня не было цели тебя обидеть, просто я был не в себе. Я не хочу терять тебя, ведь нам было хорошо вместе.

– Ох, Дэвид, не думаю, что это хорошая идея, – аккуратно ответила я.

Дэвид заглянул в мои глаза и удивленно приподнял свои брови. Он приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но потом снова закрыл, продолжая изумленно смотреть на меня.

– Что? – спросила я.

– Ты слезно упрашивала меня не оставлять тебя после смерти Линды, а теперь ты считаешь, что это плохая идея?

– Дэвид, – чуть слышно начала я. – Тогда я тоже была напугана. Смертью Линды, тем, что ты оставишь меня навсегда. Но потом, успокоившись и тщательно обдумав твои слова, я поняла, что отчасти ты был прав. В данный момент это будет неправильно. Сразу после смерти твоей жены начинать встречаться с соседкой, которая была ее подругой…

– Ты не была ей подругой, – Дэвид приподнял одну бровь и укоризненно взглянул на меня.

– Изначально была. Я любила ее.

– Пока она не переспала с твоим мужем, – жестко оборвал он меня.

– Именно. Ты смог закрыть на это глаза, простить предательство, а я нет.

Дэвид ничего не ответил, лишь отвел свой взгляд и посмотрел куда-то себе под нос. Конечно же, у него получилось забыть то, что она ему изменила. У него не было другого выхода. Мы никогда не говорили об этом вслух, но мы оба прекрасно знали, что если бы он ушел от Линды, он бы потерял все. Должность исполнительного директора в фирме отца Линды, хорошую зарплату, служебную машину, да и их дом. Дэвид, безусловно, любил Линду, но деньги ее отца он любил больше.

– Хорошо, я понял. Теперь тебе я просто неинтересен. Меня не у кого отбивать, – отчеканил он.

– Что за чушь ты несешь, Дэвид? – я отрицательно покачала головой.

– Я знаю, что ты любишь трудности. И любишь побеждать. А когда трудностей нет, то тебе становится неинтересно. Я теперь неинтересен.

– Не неси ерунды, Дэвид, – я подошла к нему вплотную и положила свою руку ему на шею. – Линда умерла, а ты начнешь встречаться со мной, ее подругой для окружающих. Что подумают люди? Ее родители? Не успел похоронить жену, прыгнул в кровать к другой? – я знала, что упоминание о том, что подумает отец Линды, точно выбило бы его из колеи.

– Может, ты и права, – он грустно поджал губы.

– Возможно, чуть позже мы сможем попробовать снова. Не сразу, а спустя какое-то время, хорошо? – попыталась я подбодрить его.

– Хорошо, Кэти, – он наклонился ко мне и тихонько коснулся моих губ своими. – Я буду ждать.

– Хорошо, – смущенно отстранилась я и улыбнулась. Прикосновение его губ показалось мне совершенно другим. Незнакомым, чужим и жестким. Не таким чувственным, как у Джеймса. – Ты … сходишь в полицию? – хотела убедиться я.

– Да, схожу, – улыбнулся он и погладил меня по волосам. – Сегодня.

– Спасибо.

19

Джеймс

Утром понедельника я проснулся полным сил, хоть и приехал домой только в два часа ночи. Закинув очередную часть грязного белья в стирку, я принял душ, оделся и поспешил на работу. Весеннее солнце пригревало, и я подставил ему свое лицо, прикрыв глаза. Удивившись своему поведению, я покачал головой и направился к машине.

По пути на работу я заехал в кофейню и заказал большой латте и сэндвич. Бариста посмотрел на меня с подозрением и улыбнулся. Я улыбнулся ему в ответ, чем явно застал его врасплох.

Приехал в участок, я быстро проскользнул мимо коллег и забежал в кабинет. Откусив один кусок, я достал телефон и написал Кэти.

Спустя несколько минут мимо моего кабинет просеменил Тони. Когда он уже почти прошел мою дверь, он резко остановился, сделал два шага назад и удивленно посмотрел на меня сквозь стекло. Я помахал ему рукой и улыбнулся. Он зашел внутрь, пока я ответил на сообщение Кэти.

– Воу, Леннокс, теперь мне реально страшно, – вместо приветствия сказал он.

– Что, – посмеялся я в ответ.

– Что эта женщина творит с тобой?

Я промолчал и лишь смущенно улыбнулся. Кэти действительно начала менять меня, и мне это нравилось. Рядом с ней я забывал обо всем дерьме, что произошло со мной. Рядом с ней мои раны будто затягивались.

– Как все прошло вчера? – спросил он и сел на стул напротив меня.

– Все было… Хорошо.

– Хорошо, значит. Ладно, – он неоднозначно улыбнулся, но перевел тему. – Что у нас сегодня?

– Кэти должна была поговорить с Дэвидом, так что ближайшее время он должен приехать к нам для дачи показаний. А потом надо будет вызывать Скотта.

Тони одобрительно кивнул.

– Как приедет Дэвид, обязательно позови меня, – предупредил он.

– Хорошо.

Закончив свой завтрак, я успел покурить в окно, как кто-то постучался мне в кабинет.

– Детектив Леннокс? – Дэвид заглянул ко мне, приоткрыв дверь. Он выглядел даже симпатичнее, чем был на фотографии, и изначально стал раздражать меня этим. Я недовольно поджал губы.

– Доброе утро, мистер Ройс, – как можно нейтральней попытался сказать я. – Проходите.

Кэти не теряла времени и поговорила с ним прямо с утра, отлично. И видимо он не стал противиться. Я осмотрел его с ног до головы, пока он проходил и садился в кресло напротив меня, пытаясь найти в нем изъян.

– Думаю, вы знаете, зачем я здесь, – начал он.

– Конечно.

– Я хочу убедиться, что мои показания будут конфиденциальны, и останутся только в деле, – уточнил он.

– Конечно, я вам это гарантирую, – отчеканил я.

– Хорошо.

Я пригласил Тони, подготовил материалы по делу и диктофон. Когда Тони занял кресло рядом, мы начали.

– Что ж, приступим. Расскажите про день, когда Линда Ройс была убита.

Дэвид одобрительно кивнул.

– За несколько дней Линда предупредила меня, что в пятницу собирается поехать к родителям на пару дней, поэтому мы договорились встретиться с Кэти… с мисс Остин, – начал он.

– В каких отношениях вы состояли с мисс Остин? – равнодушно спросил Тони.

– В сексуальных. Втайне от моей жены, конечно, – опустив глаза, произнес он, и мои кулаки сжались. – В тот вечер я был на работе. Я очень часто задерживаюсь на работе, поэтому Кэти позвонила мне где-то около шести, может чуть позже. Она сказала, что уже ждет меня.

– Посмотрите в телефоне, во сколько именно она звонила? – спросил мой напарник.

– Она звонит мне на рабочий телефон. Ну, сами понимаете, чтобы моя жена не могла увидеть случайно ее звонки.

– Понятно. Продолжайте, – сказал я.

– Так вот. Я приехал домой, поставил машину в гараж и пошел к ней. Когда я зашел к Кэти, время было ровно семь часов вечера, это я помню точно. У нее был включен телевизор, и там началась прямая трансляция футбольного матча. Я всегда смотрю футбол, ведь сейчас идет чемпионат мира, ну, вы понимаете. В тот день трансляция должна была начаться в семь. Я приехал к самому началу.

– Хорошо, что было дальше? – спросил Тони. И я не хотел слышать, что было дальше, вспоминая, как нам было хорошо вместе на ее ковре в этой самой комнате.

– Мы весь вечер провели вместе, и я остался у нее на ночь. Когда я проснулся с утра, мне позвонили обеспокоенные родители Линды. Я зашел домой, проверить, вдруг у нее не получилось уехать. Но ее и ее вещей не было, поэтому я пошел в участок и написал заявление, – закончил он свой рассказ, к моему облегчению, без подробностей.

– Ну что ж, – начал Тони. – Спасибо за ваши показания, это очень поможет нам. Подпишите здесь, пожалуйста, – он протянул ему протокол.

Дэвид кивнул, подписал документ и встал со стула.

– Я могу идти? – спросил он.

– Да, конечно, – ответил я, надеясь, что он побыстрее свалит.

Дэвид быстро ретировался, и я смог перевести дыхание.

– Леннокс, я понимаю, что тебе неприятно слушать такое, но как бы то ни было, теперь у Кэти есть алиби. Линду убили позднее того времени, что они встретились. Это самое главное, – подбодрил мне Тони.

– Да знаю я. Но он меня все равно бесит.

Боулс посмеялся, подкатил ко мне на кресле и похлопал по плечу.

– Не желаешь пообедать? – спросил он меня.

– Прости, но можно я побуду один?

– Все нормально? – обеспокоенно спросил Тони.

– Да, я просто хочу позвонить Кэти и все дела…

– Без проблем, Джеймс. Когда дело касается этой волшебной женщины, я умываю руки, – хихикнул он, встал с кресла и вышел.

Я тут же судорожно схватил телефон и открыл список вызовов, чтобы найти номер Кэти. Долго искать не пришлось, так как в моем списке вызовов было всего два номера. Кэти и Тони.

– Алло, – взяла она трубку, и я непроизвольно улыбнулся, услышав ее голос.

– Привет, – ответил я.

– Привет. Как дела?

– Только что от нас ушел твой Дэвид.

– Он не мой, – раздраженно ответила она.

Я чуть слышно хмыкнул и поджал губы.

– Как все прошло? – спросила Кэти.

– Он все рассказал. Все отлично, ты в безопасности, – более спокойно произнес я.

– Хорошо.

– Встретимся сегодня? – спросил я с надеждой.

– Ой, ну я не знаю… – с сарказмом протянула она.

Я засмеялся в трубку.

– Конечно, встретимся, – обнадежила она меня.

– Ресторан?

– Даже так? – удивленно спросила Кэти.

– Или можем просто встретиться у тебя, – с легким намеком ответил я.

– Да, думаю, этап с ресторанами мы перескочили. И вариант встретиться у меня дома мне теперь нравится даже больше, – посмеялась она. Я представил, как она смущается и чуть краснеет, произнося эти слова.

– И мне, – довольно согласился я.

– Хорошо.

– Тогда часов в семь?

– Да, хорошо, – ответила она.

– Отлично. Тогда до встречи.

– Пока, – бросила она и положила трубку.

Я вышел из участка и побрел вверх по улице. К тому моменту я еще не успел сильно проголодаться, поэтому решил немного проветриться. В голове воображение предательски рисовало Кэти в объятьях Дэвида, и мне становилось не по себе. Я встряхнул головой, чтобы выкинуть эти мысли из головы. Как бы то ни было, то, что Дэвид пришел для дачи показаний – было очень хорошо. Теперь у них обоих были алиби, а этот засранец Скотт останется главным подозреваемым в деле. Пока доказательств его причастности было мало, но мы будем работать. Я должен был засадить этого козла за решетку, не нравился он мне. Было у меня предчувствие, что он причастен к убийству Линды. Слишком сильно нервничал, еще и угрожал мне.

Из моих мыслей меня вырвал звонок. Я достал телефон и увидел незнакомый номер на экране. Кому еще что надо было от меня?

– Алло, – я отчетливо взял трубку.

– Детектив Леннокс? – спросил меня мужской голос.

– Я вас слушаю, – вежливо ответил я.

– Это Скотт Фриман. Хотел узнать, как идут у нас дела.

– А, Фриман, – раздраженно бросил я. Легок на помине. – Вообще-то никак.

– Не понял, – удивленно произнес он. – Ты вынуждаешь меня рассказать про малышку Кэти.

Злость начала вскипать в моих венах от того, как он ее назвал.

– Делай, как хочешь. Рассказывай все, что хочешь, и не смей больше угрожать мне, козлина! – прорычал я в трубку. – У Кэти есть алиби на тот вечер, так что ты не сможешь ее подставить, – уже более спокойно продолжил я.

– В смысле? Какое, нахрен, алиби? – нервно затараторил Фриман.

– Обычное, в момент убийства с ней был другой человек, который сегодня дал показания. И даже если у нее был мотив, у нас есть подтверждение, что она непричастна.

Скотт помолчал какое-то время, а потом просто бросил трубку.

Да пошел он, придурок.

20

Когда Кэти открыла мне дверь, я замер от восторженного удивления. Она встретила меня в черном облегающем платье чуть ниже колен, волосы белыми локонами струились по ее плечам, лучезарная улыбка растянулась при виде меня, и, заглянув в мои глаза, она наклонила голову набок.

– Воу, – лишь смог вымолвить я.

– Что? – смущенно спросила она.

– Женщина, ты шикарна, – тут же ответил я, без стеснения оглядывая ее с ног до головы.

Кэти улыбнулась еще шире и впустила меня внутрь. Подойдя ближе, я мягко поцеловал ее в губы.

– Раздевайся и проходи, – сказала она, нежно погладив меня по щеке.

– Раздеваться полностью? – начал ерничать я.

– Джеймс, – укоризненно ответила она.

Посмеиваясь над своей шуткой, я скинул с себя куртку и прошел к дивану в гостиной комнате.

– Нет-нет, – вдруг остановила она меня. – Пошли в столовую.

– Что-то новенькое, – удивился я, но послушно направился за ней.

Завернув за угол комнаты, я увидел большой сервированный обеденный стол, Вино, свечи.

– Вау, так вот как выглядит романтика, – удивленно констатировал я.

– Типа того.

Пока Кэти суетилась с тарелками, я открыл бутылку вина, разлил по бокалам и сел на стул, предназначенный для меня. Она поставила на стол тарелки с рыбой и овощами и устроилась напротив меня.

– За прекрасный вечер? – спросил я и протянул свой бокал навстречу к Кэти.

– За прекрасный вечер, – повторила она, мы чокнулись бокалами и сделали небольшие глотки терпкого напитка.

– Как прошла встреча с Дэвидом? – осторожно спросила она.

– Хорошо, – ответил я, стараясь не показывать своего раздражения. – Он молодец, что пришел и рассказал все. Он сразу согласился дать показания? – спросил я и в миг понял, что больше всего боюсь услышать ответ. Вдруг ей пришлось его уговаривать? И каким способом она это делала?

– Да, – безмятежно ответила она. – Я рассказала о том, что Скотт знает про Питера и Линду, и что я могу пострадать. И он сразу согласился.

– Хорошо, – облегченно ответил я. – Он сегодня позвонил мне.

– Кто? Дэвид?

– Нет, Фриман. Снова пытался угрожать мне, но я послал его и сказал, что теперь у тебя есть алиби.

– Ох, – удивленно вздохнула она. – Ничего себе. Вот ублюдок.

– Да, не нравится он мне. Пусть теперь попробует выпутаться.

– Ты думаешь, это он убил Линду? – спросила Кэти.

– Думаю, да. Ведет себя очень подозрительно.

– Блин, а я ведь ходила к нему на тренировки, – обеспокоенно сказала Кэти и нахмурила брови.

– Долго?

– Да не очень. Месяц, может чуть больше, – ответила она, неспешно нарезая рыбу в своей тарелке.

– Почему перестала? – поинтересовался я.

– Тогда случилась вся эта история с Линдой и Питером, и мне было не до спортзала. Да и с Линдой пересекаться не очень хотелось первое время, если честно, – ответила Кэти, опустив взгляд и безучастно ковыряя в своей тарелке.

– Понятно. Очень вкусно, кстати. Спасибо. Я сто лет не ел домашней еды, – улыбнулся я и положил небольшой кусок себе в рот.

– Я рада, что тебе нравится, – улыбнулась она в ответ.

Мы неспешно закончили ужин за непринужденной беседой обо всем и ни о чем, выпили еще по бокалу вина, а после я помог Кэти убрать со стола. Она начала мыть посуду, и я подошел к ней вплотную сзади, прижав ее бедра своими к столешнице. Она медленно положила недомытую тарелку обратно в раковину и оперлась руками о край стола, не выключив воду. Я нежно отодвинул ее шелковые волосы, которые ненавязчиво пахли шампунем, и освободил ее шею. Мягко коснулся ее кожи носом и прошептал, касаясь губами ее волос:

– Спасибо за ужин, все было просто прекрасно.

– Мне тоже все понравилось, – на выдохе произнесла она.

На моих губах растянулась ленивая улыбка, и я начал покрывать легкими поцелуями ее кожу. Она откинула голову назад, и с ее губ сорвался нежный вздох. Я потянулся к крану и выключил воду. Когда звуки льющейся воды замолкли, я услышал ее учащенное дыхание. Моя рука сама потянулась к молнии ее платья и медленно потянула собачку вниз.

– Тебе очень хорошо в этом платье, но, к твоему сожалению, мне уже довелось наблюдать, как ты красива без него, и я больше не могу позволить тебе оставаться в нем, – низким голосом произнес я и начал покрывать ее шею и открывшиеся мне плечи и спину поцелуями.

Кэти чуть оттолкнула меня бедрами, резко развернулась, взяла мое лицо в свои мокрые руки и впилась в мои губы. От ее напора я автоматически сделал несколько шагов назад, а потом резко подхватил ее на руки, отчего Кэти взвизгнула и начала хихикать.

– Первая дверь справа, – произнесла она мне на ухо.

– Что? – переспросил я, переведя взгляд на нее.

– Моя спальня, – пояснила она и указала рукой на лестницу на второй этаж.

Моя улыбка расцвела, и я быстро направился с ней на руках до пункта назначения.

* * *

– Сколько у тебя было мужчин после развода? – зачем-то спросил я, когда мы лежали на кровати, пытаясь выровнять дыхание. Хотел ли я знать ответ?

– Только Дэвид, – спокойно ответила она, поглаживая мою грудь пальцами, вырисовывая незамысловатые узоры. Я расслабленно улыбнулся ее ответу и приподнялся на кровати.

– Раз уж ты спросил меня об этом, отвечай сам.

– Сколько у меня был мужчин? – попытался отшутиться я. – Дай-ка подумать…

– Очень смешно, – с сарказмом ответила она. – Сколько у тебя было девушек после… Того…

– Ох, Кэти, я не хочу отвечать на этот вопрос, – тихо произнес я и поцеловал ее в висок. – Могу ли я воспользоваться твоим душем? – в надежде спросил я, чтобы уйти от ответа.

– Эм… Да, конечно, – неуверенно ответила она.

Воспользовавшись паузой, я быстро вскочил с кровати и направился к шкафу, чтобы найти полотенце.

– Нет! – вскрикнула Кэти, когда моя рука коснулась ручки шкафа.

Я резко поднял руки и удивленно повернулся к ней.

– Полотенце лежит на полочке в ванной, – более спокойно сказала она.

– У тебя в шкафу спрятался любовник? – пошутил я.

– Как же… – посмеялась она. – Просто там нижнее белье и все дела…

– Ты боишься, что я увижу твое нижнее белье? Не поздновато ли переживать по этому поводу? – приподняв одну бровь, спросил я. – Или там меня ждет какой-то сюрприз типа плеток для игр БДСМ?

– Нет, – усмехнулась она. – Просто у меня там не прибрано. Я торопилась к твоему приходу, и мне пришлось перерыть весь шкаф, чтобы выбрать лучший комплект, – объяснила она.

– В следующий раз можешь просто не надевать нижнее белье в принципе, – нагло улыбнулся я.

– Джеймс, – упрекнула она меня. – Ты не уйдешь от ответа. Ты сам спросил меня, и я ответила! – укоризненно сказала она, приподнявшись на кровати.

– Что ж, мой косяк, признаю.

– И? – не унималась она.

– Я не знаю, Кэти, – поднял я на нее свой взгляд, сделал пару шагов обратно к кровати и сел напротив нее. Я провел кончиками пальцев по ее лицу, заправляя прядь волос за ухо. – Я не считал.

– Значит, достаточно много, – приподняла она одну бровь.

– Прости, – шепотом произнес я.

– За что ты извиняешься? Я все понимаю. То, что было до меня, меня мало волнует, – она чуть улыбнулась, взяла мою руку и нежно коснулась моих костяшек губами. – Нет, волнует, конечно, но главное, чтобы ты не спал ни с кем, кроме меня, сейчас.

– Угу, – пробормотал я.

– Ты ведь не спишь ни с кем? – с опаской спросила Кэти.

– Нет, Кэти, – посмеялся я. – Только с тобой.

– Это хорошо, – облегченно произнесла она и погладила мою грудь своей рукой. – А спал с кем-нибудь после того, как встретил меня? – добавила она.

Вот черт!

– Кэти, я не хочу тебе врать. Но и не хочу, чтобы ты услышала ответ, – тихо произнес я.

Кэти тяжело вздохнула и промолчала.

– Я же не знал, что у нас так все получится… – попытался я успокоить ее.

– А когда именно спал с кем-то последний раз? – не унималась она.

– Кэти, зачем тебе это знать? – попытался я отговорить ее и увести разговор в другое русло.

– Скажи, пожалуйста, – грустно попросила она и заглянула мне в глаза.

– На следующий день после того, как я пьяный приехал к тебе ночью после ссоры с Тони, – сдал я сам себя с потрохами.

– Ого, – тихо произнесла она. – Не ожидала…

– Прости я… Сам не знаю зачем делаю это постоянно. И к тому моменту я уже внутренне понимал, что ты мне очень нравишься, но…

– Но все же переспал с кем-то, – закончила она за меня.

Я ничего не ответил, лишь виновато вздохнул и заглянул в печальные глаза Кэти.

– Джеймс, я понимаю, наверно, но… – начала заикаться она. – Это, неприятно…

– Прости меня, Кэти. Пожалуйста…

Она промолчала и легла обратно на кровать.

Я почувствовал себя полным кретином. Мне так повезло, что я встретил Кэти на своем пути, но я опять умудрился все обосрать! Ведь нельзя было врать себе в тот день, когда я встретил ее, что почувствовал что-то особенное сразу. И все равно продолжил ходить по барам и искать приключения на одну ночь. Я обещал Кэти защищать ее, а в итоге защищать ее надо было от меня в первую очередь.

– Кэти, я делаю тебе больно, – тихо прошептал я.

Но она смотрела в потолок и молчала. Я не мог оторвать от нее свои глаза и рассматривал ее прекрасное лицо. Линию подбородка, шею. Кэти не заслуживала, чтобы рядом с ней был такой кретин, как я. Она заслуживала достойного мужчину рядом. Не сломанного, а такого, как Дэвид, например. И если отмести мою ненависть к нему за то, что ему повезло в этой жизни проводить время с этой изумительной женщиной, я не мог не признать, что он… был нормальным. Чтобы спасти Кэти, чтобы обеспечить ей алиби, он пришел и признался в своих грехах. Лучше мне было оставить ее, чтобы у нее был шанс на нормальную жизнь. Может, они могли бы снова сойтись с Дэвидом, и тогда она была бы счастлива. И если сравнивать меня с ним, мы были не такие уж и разные. Мы попали в похожие ситуации, оба похоронили своих жен, вот только он еще не успел сломаться и упасть на самое дно, и Кэти могла помочь ему выкарабкаться. Если бы я ушел, я бы мог спасти две души.

– Кэти, – неуверенно начал я. – Мне… надо идти.

– Что? – удивленно спросила она и подняла голову. – Куда?

Я молча встал и начал одеваться.

– Джеймс? – Кэти привстала на кровати, прикрываясь простыней.

– Кэти. Я не знаю…Я делаю тебе больно, хоть и совсем этого не хочу. Ты не заслужила этого, – прерывисто отвечал я, в спешке одеваясь, стараясь не смотреть на нее, чтобы не передумать.

– Джеймс, не уходи, – попросила она. – Я… прости, что так отреагировала, я не должна была… Мы разберемся со всем.

– Нет, Кэти, я не хочу, чтобы ты разбиралась с моими проблемами, – слишком громко ответил я и повернулся к ней.

– Не уходи, пожалуйста, – прошептала она.

Я посмотрел в ее глаза и увидел, как они начали блестеть от слез. Мне лучше было свалить. Как можно быстрее.

– Прости, – бросил я в десятый раз и выбежал из ее спальни.

Спотыкаясь, я бежал вниз по лесенкам, проклиная себя за то, что понадеялся, что я мог исправиться. Что вдруг в моей жизни могло все станет хорошо. И испортил этим жизнь Кэти. Я схватил куртку и выбежал на улицу, не одевшись. Путь до машины занял у меня всего несколько секунд, но мне показалось, что я бежал до нее не меньше часа. Я запрыгнул в машину и постарался наполнить свои легкие кислородом. Автоматически я повернулся к ее дому и посмотрел на окна спальни. В них до сих пор было темно, и я представил, как она лежала там, растерянно глядя в потолок, а по щеке одиноко катилась слеза. От представления такой картины мне стало просто невыносимо, и я завел мотор. Лампочка у входной двери Кэти вдруг загорелась, и я машинально перевел туда свой взгляд. Дверь дома распахнулась, и Кэти выбежала на крыльцо в футболке и босиком.

– Джеймс! – крикнула она.

Она нашла меня своим взглядом и начала спускаться по ступенькам крыльца. На секунду я потянулся рукой к замку зажигания, чтобы заглушить двигатель. Мне пришлось собрать всю свою волю, что во мне еще оставалась, и заставить себя отвернуться от нее, резко надавить на газ и с визгом шин сорваться с места.

21

Слезы застилали глаза, но я продолжал вилять между машинами. В тот момент я возненавидел себя. На что, блин, я рассчитывал? Что мы будем с Кэти вместе, и вдруг, я стану нормальным? Болван!

Меня занесло, и я чуть не смел с дороги пару автомобилей, двигающихся по встречке, когда я, не тормозя, свернул на свою улицу. Выжав педаль газа в пол, я домчал до своего дома и резко затормозил на парковке. Выскочив из машины, я подошел к витрине магазина с алкоголем, поднял глаза на свое отражение в стекле и заглянул в свои глаза. Как же я был жалок.

Я прикрыл глаза и набрал воздуха в легкие. Столько, что в ребрах стало больно. Ноги самостоятельно понесли меня к двери в магазин. Зайдя внутрь, я стал медленно слоняться между стеллажами, разглядывая напитки. В итоге я выбрал одну бутылку виски и направился домой.

Почти не понимая происходящее, я ввалился в свою квартиру, бросил куртку на пол и зашел на кухню. Из шкафчика на кухне достал стакан, наполнил его до краев и выпил залпом. Резко выдохнув и чуть поморщившись, я почувствовал, что жидкость подкатилась обратно к горлу, готовая вырваться наружу, но я, прижав кулак к губам, сдержал ее внутри, и она нехотя спустилась вниз к моему желудку, обжигая все на своем пути. Обессиленными пальцами я достал пачку сигарет из кармана штанов, зубами вытащил одну, подкурил ее, сел на диван и уставился в стену. В моей голове было пусто, чувство тепла от алкоголя выжгло все мысли и идеи из моей головы. И лишь изредка всплывающие образы Кэти не переставали беспокоить меня. Ее улыбка, которая вдохновляла меня улыбаться в ответ, нежная кожа, от которой я не мог оторвать своих ладоней, мягкие губы, обжигающие мое тело, ее горящие зеленые глаза, заставляющие меня забыть обо всем.

Мой телефон изредка подавал признаки жизни, издавая звуки приходящих сообщений и звонков, но я не хотел слышать никого. Допив бутылку, я все же достал телефон и увидел двенадцать сообщений и пять пропущенных звонков от нее. Не открыв, я удалил все. Я не знал, что сказать Кэти, и боялся, что если я услышу ее грустный голос, то мог сорваться и помчаться к ней на всех порах, и продолжать отравлять ее жизнь.

И тут телефон начал резко звонить в моей руке. Я дернулся от неожиданности, и телефон свалился из моих рук на пол. Звонок прекратился, и я навалился обратно на спинку дивана. Я искренне надеялся, что он сломался и перестанет звонить и соблазнять меня ее фотографией на экране.

– Джеймс? – послышались крики Кэти где-то вдалеке.

– Какого черта? – спросил я сам себя. Я же не брал трубку. Настороженно нагнувшись, чтобы поднять телефон, я увидел, что на экране отсчитывались секунды разговора.

– Джеймс? – уже более отчетливо услышал я. – Джеймс! Алло!

– Алло, – решился я взять трубку.

– Джеймс? – удивленно произнесла она. – Джеймс, почему ты не отвечаешь?

– Потому что я не знаю, что сказать, – мой язык заплетался и с трудом выговаривал слова.

На том конце повисла тяжелая пауза.

– Ты пьян? – тихо спросила она.

– Я пьян, Кэти. Я пьян, потому что запутался. Думал, виски мне поможет, а он не помог, – разочарованно произнес я и пнул пустую бутылку по полу.

– В чем ты запутался?

– Не знаю, что мне делать дальше.

– А что ты хочешь делать дальше? – аккуратно спросила она.

– Я хочу быть с тобой, Кэти, – честно выпалил я.

– Джеймс, я тоже хочу быть с тобой, – прошептала она в ответ.

– Но я боюсь, что не смогу исправиться. И этим буду постоянно делать тебе больно.

– Ох, Джеймс, – грустно вздохнула Кэти. – Ты даже не хочешь дать нам шанс? Дать шанс самому себе.

– Я просто… знаю себя.

Кэти прерывисто вздохнула и замолчала.

– Дай мне немного времени, хорошо? – спросил я.

– Хорошо, – неуверенно ответила она. – Ты позвонишь мне завтра?

– Не знаю, Кэти, – честно ответил я.

Она резко вздохнула на том конце провода.

– Хорошо. До свидания, Джеймс, – грустно произнесла она.

– Пока, Кэти, – ответил я и положил трубку.

22

На следующий день я последовал своей традиции и опоздал на работу на час. Быстро проскользнул в свой кабинет, закрыл жалюзи и рухнул в свое кресло. В тот день я даже не заглянул в кофейню. Ничего не хотел. Ни есть, ни пить. Голова раскалывалась, но я намеренно не выпил ни одной таблетки. Я это заслужил. Пусть лучше у меня болела голова, и все свои силы и мысли я тратил на то, чтобы справиться с ней, чем хоть секунду еще подумал о Кэти. Мне хотелось просто исчезнуть, как будто меня никогда не существовало. Запрокинув голову на спинку кресла, я прикрыл глаза и, отталкиваясь ногами, медленно начал качаться на кресле, нарочно со временем увеличивая амплитуду движений в надежде, что меня стошнит.

– Джеймс? – ко мне заглянул Тони.

– Что? – не отрываясь от своего занятия, ответил я.

– У тебя все в порядке?

– Нормально, – бросил я.

– Ты сегодня опять опоздал…

– Как будто в первый раз, Тони, – с сарказмом сказал я.

– Нет, но… У тебя точно все в порядке? – аккуратно переспросил он.

– Не твоего ума дело, Боулс, – резко ответил я.

– Эм… Хорошо…, – промямлил он. – Я зашел по делу. Сегодня с утра, пока тебя не было на работе, к нам приехал Фриман со своим адвокатом. Мы его допросили еще раз.

Резко оторвав голову от спинки кресла, что причинило мне дополнительную резкую боль в висках, я поднял глаза на напарника

– Вот черт! И почему вы не подождали меня? Я должен был при этом присутствовать. Вернее, даже я должен был допрашивать этого козла! – прокричал я.

– А какого черта ты не берешь трубку?

– Блин, – мой кулак ударил по столу. – Ну и чем все закончилось? – с интересом спросил я.

– Да ничем хорошим, – Тони прошел к моему столу и сел в кресло напротив. – У него нет алиби на время смерти Линды Ройс, говорит, что был один.

– Ну конечно, – недоверчиво поджал я губы.

– Но у нас нет никаких доказательств, что это был он. Пока. Лишь слабый мотив, ее последний звонок и отсутствие алиби. Этого мало, чтобы засадить его за решетку.

– Хреново, – разочарованно ответил я.

– Да, – согласился Боулс.

В кабинете повисла тишина, но Тони не вставал и не уходил.

– Ты хочешь что-то спросить или сказать? – спросил я, заглядывая в его глаза. Было и так понятно, что его интересовало, просто он боялся.

– Хочу, – кивнул он.

– Насчет меня и Кэти?

– Да. Я вижу, что что-то случилось.

Тяжелый вздох вырвался из меня, и я, прикрыв глаза, зарыл руку в волосы.

– Я не знаю, что мне делать дальше, Тони, – признался я. Вряд ли я мог ожидать от Тони хорошего и дельного совета, но мне надо было кому-то выговориться.

– Ты о чем? – удивленно посмотрел он.

– Какого цвета мне трусы купить, Боулс, – с сарказмом ответил я. – Я о Кэти, конечно.

Тони прыснул от смеха, но через секунду опять стал серьезным.

– Я ведь говнюк, Тони, – я поставил локти на стол и спрятал туда свое помятое лицо.

– Тут не поспоришь, – подтвердил он.

– Она хорошая, добрая, красивая, светлая. Умная и интересная. Я испорчу ей жизнь. Ей нужен кто-то нормальный, – грустно пробормотал я и взглянул на него одним глазом сквозь пальцы.

– Так вот оно что. И ты, вместо того, чтобы попытаться побороть в себе все свои ублюдские повадки, решил просто сбежать. Гениально, – Тони разочарованно развел руками.

– Я не знаю, как надолго меня хватит держать себя в руках, – оторвав руки от лица, я посмотрел на него.

– Так ты постарайся! Все зависит только от тебя, Леннокс.

– Боюсь я, ясно? – крикнул я. – Я… нравится она мне сильно. И мне страшно. Не хочу ей причинить боль.

– Или боишься, что будет снова больно тебе самому?

Я испуганно поднял глаза на Тони и понял, что он озвучил мои самые глубинные страхи, в которых я сам не хотел себе признаваться. Возможно, что больше всего я боялся снова испытать то, что испытал после потери Анны. Это было невыносимо, это было слишком больно, это разорвало меня изнутри на маленькие частички. Лучше бы мне переломали каждую чертову косточку в моем теле, чем снова испытать такое. Кости зарастают быстрее, чем сломанная душа.

Чуть заметно я кивнул ему в ответ.

– Это эгоистично, Джеймс, не кажется ли тебе? Тебя можно понять, ты боишься, но ты подумал о ее чувствах сейчас? Ты просто сбежал от нее, не объяснив ничего толком.

И вдруг я замер. Действительно, я даже не подумал о ее чувствах. Каково ей было? Может быть ей было также больно, как мне было в тот момент. При этой мысли все внутри меня сжалось, и по телу прокатилась холодная дрожь.

– Джеймс… – вздохнул Тони. – Ты столько лет был в запое. В буквальном смысле и в переносном. И после того, как ты встретил Кэти, ты впервые поднял свою голову. Впервые за столько лет я увидел, как ты улыбаешься. Я не знаю, как эта девушка сделала это, но ты даже… был счастлив. А теперь, ты, как крот, хочешь спрятаться обратно в свою нору под землю, просто потому что тебе страшно?

– Какими метафорами ты заговорил, Боулс, – с сарказмом прокомментировал я.

– Я понимаю, что тебе уютно в твоем коконе, но не пора ли что-то поменять?

– А зачем? Что изменится?

– Твоя жизнь, Джеймс! – крикнул он. – Мне больно на тебя смотреть сейчас. И было больно смотреть на тебя все эти годы. Я твой друг. Как бы ты меня не бесил, как бы ты плохо себя не вел, я переживаю за тебя.

Поджав губы, я лишь отрицательно покачал головой.

– Хорошо. Вспомни первый раз, когда она заставила тебя улыбнуться. Первый раз, когда она прикоснулась к тебе, первый раз, когда поцеловала. Ты помнишь эмоции, что испытывал?

– Помню, – ответил я и непроизвольно прикрыл глаза.

– Вот зачем, Леннокс, – сказал Тони, ткнув в меня пальцем, и вышел из моего кабинета, пока я, молча, пытался переварить полученную информацию.

23

Кэти

Джеймс не звонил и не писал мне уже три дня после нашей последней встречи. Я пыталась написать ему несколько раз, но он даже не читал мои сообщения. Все эти дни я существовала, как зомби, по-другому не назвать. Я ходила на работу, дома пялилась в телек, даже что-то ела иногда. Но все стало как будто бессмысленным, безвкусным, черно-белым. Больше не было смысла заглядывать в телефон каждую минуту, зная, что там непременно будет сообщение от Джеймса, не надо было весь день мучиться спором с самой собой о том, что же надеть вечером. И не надо было бежать домой, чтобы встретить его.

Было неясно, что мне было делать дальше. Я очень скучала по Джеймсу, по его глазам и улыбке, от которых я не могла оторвать свой взгляд, по его голосу и смеху, который всегда отдавался эхом где-то у меня под ребрами, по его колким шуточкам, которые заставляли улыбаться меня весь день, и по его рукам, оставляющим обжигающие мурашки на моем теле своими легкими прикосновениями. Он попросил дать ему немного времени подумать, и я согласилась. А разве у меня были варианты? Но что, если со временем он мог отдалиться настолько, что я ему уже буду не нужна?

Тем временем наступила пятница, и я сидела в офисе, перечитывая текст статьи уже в пятый раз, не понимая ни слова. И когда у меня начал пиликать телефон, я бросила все бумаги и бросилась к сумке. Трясущимися руками я вывалила все содержимое на стол, нашла телефон и взглянула на экран с надеждой. Но вместо долгожданного имени «Джеймс» я увидела незнакомый номер.

– Алло, – разочарованно взяла я трубку.

– Кэти, привет. Это Тони… Боулс.

– А, детектив, добрый день, – безэмоционально ответила я.

Меня удивило, что мне звонил Тони. Что-то случилось в деле Линды, и Джеймс даже не удосужился позвонить мне сам?

– Кэти, эм… Как давно ты разговаривала с Джеймсом? – немного нервно спросил он.

– Э… В понедельник. А что-то случилось? – взволнованно уточнила я.

– Со среды он не выходит на работу, не берет трубку. Я ездил к нему домой, но никто не открывает дверь.

– Мне он тоже не отвечает, так что… Я не знаю, чем могу помочь.

– В общем, я боюсь, что он снова сорвался, – грустно сообщил он.

– Что это значит? – забеспокоилась я.

– У меня есть ключ от его квартиры, – продолжил Тони, оставив мой вопрос без ответа. – И я бы зашел сам, но он меня убьет.

– И ты предлагаешь сделать это мне? – удивленно спросила я.

– Да. Вернее я буду с тобой, конечно же. Но при тебе он будет мягче. Не покалечит меня. По крайней мере, не убьет сразу на пороге.

– Ну хорошо, можешь забрать меня после работы и съездим, – не задумываясь, ответила я.

– Хорошо. Скинь мне адрес своего офиса сообщением, и я подъеду.

– Окей, – быстро ответила я и положила трубку.

Сорвался… Что могло с ним произойти? Он снова запил? Или что похуже? Живой ли он вообще? При последней мысли меня страшно замутило, и по моему позвоночнику опустилась холодная дрожь.

Весь оставшийся рабочий день я сидела, как на иголках, каждые пять минут проверяя время на часах. А вдруг, ему там ему стало совсем плохо? Плохие мысли не давали мне сосредоточиться ни на каком занятии, поэтому я отложила все статьи на понедельник.

Когда до приезда Тони оставалась полчаса, я взяла косметичку, подошла к зеркалу и осмотрела себя с ног до головы. Мрак. Под глазами сияли синяки, волосы были собраны в безобразный пучок, а вместо своих любимых пиджаков и брюк я надела джинсы и растянутую кофту.

Мне мог помочь только мешок на голову, но надо было все-таки попробовать исправить ситуацию косметикой. Тональным кремом я попыталась спрятать синяки под глазами, но он мне не особо помог. Черным карандашом я подвела глаза, чтобы отвлечь внимание.

Резким движением руки попыталась распустить волосы, но чертова резинка намертво запуталась в моих локонах. Шепотом произнеся несколько неприличных слов, прядь за прядью я высвободила свою шевелюру, оставив на резинке как минимум одну треть от нее. Я поджала губы и проклинала себя за то, что не пошла в душ с утра, как я делала это обычно.

Я быстро собрала волосы в высокий хвост, достав пару прядей у лица.

Более ли менее удовлетворенная своим внешним видом, я накинула куртку и вышла на улицу.

У обочины уже стояла серебристая машина, в которой меня поджидал детектив Боулс.

– Привет, – поздоровалась я, забираясь на пассажирское сидение спереди.

– Привет, – скромно улыбнулся он мне и аккуратно тронулся с места.

Несколько минут мы ехали молча, и я почувствовала сильное напряжение, растущее в воздухе.

– Часто он так? – решила я нарушить тишину, теребя руками свою сумку.

– Бывает. Первое время после смерти Анны он был в таком заточении почти два месяца. Потом стал выходить. Спустя три-четыре года такие срывы почти прекратились. Обычно, в каком состоянии он бы ни был, он выходил на работу. Но главное, он всегда мне отвечал. А тут он не выходит на работу, не отвечает, и не пускает к себе. Если он вообще там живой…

Я резко повернулась и испуганно посмотрела на Тони. Страшнее всего мне стало от того, что подобные мысли посещали и меня.

– Прости, я зря это ляпнул, – он надавил на педаль газа сильнее. – Просто переживаю.

Не зная, что ему ответить, я просто утвердительно кивнула и перевела взгляд на дорогу.

– Кэти, что между вами произошло? – он повернулся ко мне. – Если не хочешь, можешь не отвечать, – добавил он.

– Если бы я сама знала, что на него нашло. Все было хорошо несколько дней, а потом он сказал, что ему надо подумать, и он не хочет делать мне больно.

– Идиот, – лишь произнес Тони и начал нервно постукивать по рулю. – Как ты сама? – озабоченно спросил он.

Чуть заметно я пожала плечами и издала шумный вздох. Тони кивнул в ответ и нажал на педаль сильнее.

* * *

Через несколько минут мы припарковались у бордюра, и я уже порывалась выйти из машины, но меня остановил Тони, схватив за локоть.

– Кэти, держись рядом со мной, а лучше позади меня, кто знает, что от него сейчас можно ожидать.

Испуганно кивнув, я медленно вышла из машины и засеменила за Тони. Когда я села в машину к Тони, мне хотелось как можно быстрее добраться до Джеймса, но сейчас, после его предостережения, мне хотелось идти как можно медленнее, потому что мне было страшно. Неужели все могло быть настолько плохо? Холодок опустился от моего затылка до пяток, и я сделала глубокий вдох. Мне не хотелось верить, что Джеймс мог вытворить что-то подобное. Мне казалось, что я смогла просканировать Джеймса от и до. Но Тони знал его намного дольше меня, и, раз он меня предупредил, это значило только одно. Джеймс мог…

Мы спешно поднялись на второй этаж и подошли к двери. Тони наклонился ухом к двери, пытаясь услышать какие-либо звуки. Я тоже подошла ближе и прислушалась.

Ничего.

Тони громко постучался в дверь, и мы снова задержали дыхание и ждали. Но в ответ снова услышали лишь тишину. Тони постучал еще раз так, что рядом затряслись стены.

– Джеймс, это я, Тони. Открой, пожалуйста, – сказал Тони в дверь. – Иначе я зайду сам.

Когда мы снова не получили никакого ответа, он аккуратно вставил ключ в дверь и медленно повернул замок. Ровно в тот момент я поняла, что мои руки затряслись, а кровь будто остановилась в моих венах. Я была не уверена, чего я боялась больше. Того, что мог вытворить Джеймс, или того, что могу увидеть внутри его бездыханное тело.

Дверь со скрипом приоткрылась, и в нос ударил резкий запах сигарет и алкоголя. Мы медленно зашли внутрь, оглядываясь по сторонам. Из небольшой прихожей мы прошли в гостиную. Справа от меня я заметила небольшую кухню с длинной барной стойкой вдоль голубого гарнитура. Слева расположился диван и телевизор на стене. Мы прошли дальше в гостиную, и я нечаянно пнула стеклянную бутылку, валяющуюся среди мусора на полу, и она громко покатилась по полу и ударилась о стул.

– Джеймс, – громко крикнул Тони. – Ты где?

Мы продолжали медленно пробираться дальше, как вдруг слышали непонятный шорох, а после шаги, и мы замерли.

– К-какого хрена? – услышала я знакомый, но более хриплый, голос Джеймса со странной интонацией.

Он буквально вывалился из-за угла, запнувшись за свою ногу и придерживаясь за стену. На нем были надеты только джинсы, ширинка на которых была расстегнута.

– О! – воскликнул он, пытаясь сосредоточить на нас свой взгляд. – Какой сюрприз! Тони и мисс Остин, – с трудом выговорил он, выдал приветственный реверанс, рукой снимая несуществующую шляпу и чуть не упав от своего пируэта.

– Леннокс, какого черта? Ты почему не отвечаешь на звонки и не приходишь на работу? – злобно прокричал Тони.

– Я решил взять отпуск, – он подошел к нему и положил руки ему на плечи. – Тони, не начинай.

Он резко выдохнул, и от его дыхания меня тут же окатило волной едкого перегара, отчего я заметно поморщилась. Заметив движение с моей стороны, Джеймс перевел взгляд на меня, но я отвернулась. Я не хотела смотреть в его красные пьяные глаза, не хотела запоминать их такими.

Джеймс неуверенной походкой подошел ко мне слишком близко, резко выдохнул в меня стойким перегаром и странно посмеялся.

– Кэти, какая же ты красотка! – вдруг выдал он, схватил обеими руками мое лицо и впился губами. Я не ответила на его поцелуй, но и не отвернулась. Его губы, которые я помнила мягкими и нежными, тогда стали такими твердыми и резкими, чужими, а его недельная щетина впилась и царапала мою кожу на лице.

– Ой, ладно-ладно. Как хочешь, – он оторвался от меня. – И вообще, Тони, разве так можно, заваливаться к людям? Если я не открываю, значит, я занят. Может быть, я здесь не один? – посмеиваясь, он сделал шаг назад, резко ударил рукой по спинке дивана, и я заметила постороннее движение. – Ох, а я ведь и не один, – криво улыбнулся Джеймс.

Прикрываясь простыней, покрытой мерзкими пятнами, на диване приподнялась девица с растрепанными светлыми волосами и смазанной косметикой. Она подняла на нас глаза, ради приличия взмахнула рукой в знак приветствия и снова отвернулась.

– Знакомьтесь, это Рэйчел, – произнес Джеймс.

– Я Рита, – поправила его девушка, пока рылась в мусоре на столе.

– Ну, почти угадал, – посмеялся он.

– А у кого-нибудь есть сигаретка? – нагло спросила Рита, не удосужившись посмотреть на нас.

Не дождавшись от нас ответа, Рита отвернулась к столу, что-то сделала там своими руками, наклонилась, сделала резкий вдох, потом встала, уже потеряв простыню, и вытерла нос ладонью. Я с омерзением перевела взгляд на Джеймса.

– Кэти, не смотри на меня так, я эту дрянь больше не употребляю, я же обещал тебе, я помню, – на полном серьезе сказал он.

Тони перевел сочувственный взгляд на меня, а потом обратно на Джеймса. Я отвела глаза от Леннокса, которого больше не знаю, молча развернулась и быстро направилась к выходу.

– Кэти, ты думала, что знаешь меня? – вдруг агрессивно прорычал он мне.

Я остановилась и повернулась к нему в пол оборота, не заглядывая в его глаза. Мой взор уже застилали слезы, и я не хотела, чтоб он их видел.

– Хотела счастливой семьи со мной? Прогулки за ручки по паркам и просмотры романтических фильмов вечерами, укутавшись в одеялко? Только вот это не про меня, – Джеймс развел руками, наклонил голову на бок и криво улыбнулся. – Разве я подхожу для такой жизни, как ты думаешь? Посмотри на меня! – рявкнул он.

Вздрогнув от резкого и грубого звука, я послушно подняла свои глаза.

– Теперь я убедил тебя, что я не твой вариант?

– Определенно, – твердо произнесла я, сжав кулаки.

– Ну и мудак же ты, Леннокс, – сказал Тони, подошел ко мне и открыл передо мной дверь.

– Эй, ну куда же вы? – разочарованно спросил Джеймс. – Я думал, вы присоединитесь к нам, будет весело, я обещаю! Пока твоя Люси шляется по другим мужикам, можешь развлечься с Ритой или с Кэти.

Мои глаза изумленно округлились от его предложения. Боковым зрением я увидела, что Тони медленно перевел взгляд на меня, потом на Джеймса. В три шага преодолел расстояние между ними, замахнулся и ударил его по лицу. Джеймс упал на пол и начал стонать. И пока он пытался встать, раздаваясь гневной тирадой, Тони подошел ко мне, схватил меня за локоть и потянул на улицу. Я послушно согласилась, и, не закрыв за собой входную дверь в квартиру, мы вышли на улицу.

24

Тони аккуратно подталкивал меня за спину, но я и без этого хотела поскорее убраться оттуда подальше. Мы нырнули в машину, Тони резко газанул, и мы уехали прочь.

До моего дома мы ехали молча. Я чувствовала, что Тони иногда поглядывал на меня, но я делала вид, что не замечала этого и беспристрастно смотрела в окно. Не слишком то улыбалось слушать успокаивающие фразы типа «Все наладится», «Он одумается, и все будет хорошо». Да ничего не могло уже быть хорошо! Если ему был дороже такой стиль жизни, к которому он привык, когда он может кувыркаться в постели каждый день с разной, то зачем ему была я? Побыть его личным психологом, пожалеть и обнять?

– Кэти, все хорошо? – вырвал меня Тони из моих мыслей, когда мы остановились у моего дома.

– Нормально, спасибо.

– Хочешь, я останусь с тобой?

– Нет, не стоит. Я сейчас действительно хочу побыть одна, – попыталась улыбнуться я.

– Хорошо. Если что – звони, – заботливо сказал он.

Кивнув ему в ответ, я открыла дверь машины и выскочила на улицу. Быстрым шагом я добежала к своим дверям, чтобы скрыться от всех и от всего. Достала ключи и трясущимися руками попыталась открыть замок. Слезы начали застилать глаза, и я уже перестала видеть замочную скважину. Пока я ковырялась с дверью, Тони, наконец, тронулся с места и медленно уехал.

Безжизненные пальцы сжали до боли ключи, я прислонилась лбом к двери и попыталась отдышаться. Сосчитав до десяти, я снова попробовала вставить ключ. К моему удивлению и облегчению ключ с легкостью повернулся, и я ввалилась домой, быстро захлопнув за собой дверь. Ключи упали на пол, я прислонилась спиной к двери и медленно сползла вниз. Слезы брызнули из глаз, и, наконец, я не хотела их сдерживать. Я поджала колени к себе и положила тяжелую голову на них. Ногти впились в мои колени, почти разрывая джинсы, а вместе с ней и кожу под ними. Но мне было не больно. Не больно физически.

Просидев у порога какое-то время, я заставила себя встать и поплелась на кухню. Нашла бутылку вина, открыла ее и сделала несколько глотков прямо из бутылки. Теплота начала разливаться по моему телу, и я вернулась в гостиную и плюхнулась на диван, завернувшись в плед с бутылкой в руках. Этим пледом я накрывала Джеймса, когда он сидел на этом диване расстроенный. Я наклонила голову и уткнулась носом в мягкий материал. На секунду мне даже показалось, что я смогла уловить его запах. Едва ли его запах мог остаться здесь, но мне так хотелось в это верить.

Я сделала еще несколько больших глотков из бутылки. Веки сами прикрылись, и в моих воспоминаниях всплыли глаза Джеймса, которые я увидела в тот день. Голубые, но залитые кровью от алкоголя. Когда он смотрел на меня в тот день, мне казалось, что я просто не знала этого человека. Даже внешне он был не похож на того Джеймса. Моего Джеймса.

Как же удивило меня то, как спокойно он на меня смотрел, с какой легкостью говорил такие ужасные вещи. Как будто так и надо. Как будто ничего страшного не произошло. Он хотел доказать, что мы не сможем быть вместе, и у него наглядно получилось. Больно, но действенно.

Я достала свой телефон в надежде увидеть там сообщение от него. Но на экране не было ничего. Открыв переписку с ним, я стала перечитывать ее от начала и до конца. Как он мог быть таким милым, действительно добрым и настоящим. Мне казалось, что он открыл мне свою душу, а в ответ я открыла ему свою. Вот только моя душа ему оказалась не нужна и не интересна. Он излил все, что копилось в нем мне, ему стало легче, и он просто вернулся восвояси. А я осталась одна, разбитая и забытая.

И я даже не знала, что мне было делать. И стоило ли делать что-то вообще. Все зашло слишком далеко, и, как бы я не хотела этого признавать, я проиграла с большими потерями. С Дэвидом было проще. Да, он любил Линду, но был разбит ее изменой. И стоило его пожалеть, обнять, и он растаял. А что мне было делать с Джеймсом? Он любил свой стиль жизни. Он был безусловно влюблен в свое горе, он любил находиться в этом состоянии и списывать все свои поступки на это. И даже если он снова пришел бы ко мне, что я могла сделать? Простить, а потом терпеть такое поведение после каждой ссоры? Типа «прости, я загулял, но ты сама виновата»?

И почему я сразу не послушала Тони? Он ведь меня предупреждал на полном серьезе. Тони знал Джеймса столько лет, надо было задуматься. А я, дура, решила, что смогу все исправить. И полезла в это болото.

Открыв его фотографию в профиле, я заглянула в его голубые глаза. Я прекрасно помнила, как с забвением тонула в них. Медленно провела пальцем по экрану, касаясь его щеки и подбородка, кончиком пальцев будто ощущая его колючую щетину. Как же он был красив. Провела пальцем по его губам на фото, вспоминая их вкус. Я прикрыла глаза и увидела его улыбку. Настоящую и искреннюю. И через мгновение эта улыбка трансформировалась в кривую и мерзкую, с которой он разговаривал со мной в этот день. «Можешь развлечься с Кэти…»

Вспомнив эти слова, мне захотелось сломать телефон с его изображением на экране. Пальцы сжали телефон в руке изо всех сил, пока мне не стало больно, но ничего не произошло. Из глаз брызнули слезы, и я размахнулась и с криком бросила телефон в стену. Телефон отрикошетил и отлетел в сторону прихожей. Несколько громких всхлипов вырвалось из меня, я свернулась клубком и накрылась пледом с головой в надежде забыть все, как страшный сон.

25

Джеймс

Проснувшись от звонка телефона, я медленно осмотрел глазами обстановку вокруг. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я лежал у себя на диване в гостиной одетый и в обуви. Вокруг царил полнейший бардак, но, похоже, что я был один. Я сделал глубокий вдох, достал телефон из кармана штанов и взял трубку.

– Алло, – прохрипел я.

– Неужели, Леннокс! – слишком громко крикнул Тони.

– Не ори, Боулс. Что тебе?

– Вообще-то сегодня понедельник, и мы ждем тебя на работе.

– Я в отпуске, ты забыл? – пробормотал я и перевернулся на бок.

– У нас появились подвижки в деле, не хочешь поучаствовать? – с энтузиазмом спросил он меня.

– Что там у вас? – лениво уточнил я. Честно говоря, мне было уже наплевать.

– Приезжай и сам увидишь.

– Тони, – с недовольным стоном произнес я.

– Давай-давай, вылазь из своего запоя и приезжай. Ты не пожалеешь.

– Ладно, – закатил я глаза. – Заинтриговал.

Наспех приняв душ, я поехал в участок.

Пока я стоял на светофоре, проверил историю вызовов и сообщений за последние пять дней. Множество пропущенных вызовов от Тони, и несколько пропущенных от Кэти.

Черт, Кэти. Она же приходила вместе с Тони в какой-то из дней. У меня не получилось вспомнить точно, что я наговорил ей, но явно ничего хорошего. И, кажется, со мной была эта Рейчел, которую я притащил из бара. У Рейчел были длинные белые волосы, и во мне что-то переклинило. Возможно, в том полуадекватном состоянии я искал в ней Кэти, сам того не понимая.

Я припарковал машину у участка, но не спешил выходить. Мысли о том, что я натворил перед Кэти, не давали мне покоя, и я набрал Тони.

– Леннокс? – удивленно ответил он.

– Тони, что я натворил в тот вечер, когда вы с Кэти приехали ко мне?

– Ох, ты был просто душка, Джеймс, – с едким сарказмом сказал он. – Ты ничего не помнишь?

– Говори уже, как есть, – оборвал я его шуточки.

– Во-первых, нас приветствовала упоротая и голая белокурая нимфа на твоем диване. А во-вторых, ты ткнул Кэти в это носом, резко прокомментировав, что у вас с ней шансов нет.

– Черт! – вырвалось у меня.

– Именно. А еще ты предлагал нам всем вместе устроить групповуху, – не унимался он.

– Твою мать…

– И прости, что ударил тебя, не смог удержаться.

– Как будто первый раз, – усмехнулся я. – Я заслужил. Я бы сам себя побил, если бы мог.

– Я могу тебе в этом помочь, – усмехнулся Тони.

– Нет, спасибо.

– Ты долго еще?

– Скоро буду, – не задумываясь, ответил я и бросил трубку.

Как там Кэти была после всего этого? Стоило ли ей позвонить и узнать, как у нее дела? Извиниться, в конце концов.

В списке вызовов я пролистал до ее имени и задержал палец над кнопкой «позвонить». Хотела ли она вообще со мной разговаривать?

Набрав максимум воздуха в легкие, я задержал дыхание и нажал на вызов. За несколько секунд, пока происходило соединение, и не начались гудки, мое сердце разогналось в два раза, и я начал отчаянно нервничать.

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети», – раздалось в трубке мне в ответ.

Я настороженно нахмурился и попытался позвонить снова. Когда эти слова раздались в трубке в четвертый раз, я сдался и убрал телефон.

Почему ее телефон был выключен? Все ли у нее было в порядке? А вдруг у нее что-то случилось?

Мои пальцы самостоятельно начали постукивать по рулю, а правая коленка задергалась.

Может, она решила поступить категорически, и сменила номер телефона?

Я повернулся назад, пошарил рукой среди бумаг и мусора на заднем сидении и нашел нужную мне папку с данными на Кэти. Быстро открыл ее и нашел номер телефона ее офиса, набрал его на телефоне и начал ждать.

– Алло, – незнакомый голос взял трубку после второго гудка.

– Добрый день, могу я услышать мисс Кэти Остин? – спросил я.

– Добрый день. К сожалению, она сегодня отсутствует.

– Как отсутствует? – удивленно уточнил я.

– Эм… Простите, а кто ее спрашивает?

Ничего не ответив, я сбросил трубку. Это мне уже совсем не понравилось.

Резким поворотом ключа в замке зажигания я завел мотор машины, с ревом сорвался с обочины и направился к ней домой. Я отчаянно надеялся, что мог застать ее там. Еще не придумав, что буду говорить ей, я вилял между машинами. Мне просто надо было убедиться, что с ней все в порядке.

Быстро доехав до ее дома, я подбежал к двери и громко постучался. Прижав ухо к двери, я попытался уловить хоть какой-то признак жизни, но в ответ услышал только тишину. С каждым разом я стучал все громче, молясь про себя, чтобы она мне открыла. Спустя какое-то время я расслышал движение и неуверенные шаги за дверью, и с облегчением выдохнул.

Кэти открыла мне дверь, и при виде ее мое сердце упало в пятки. Волосы были растрепаны, глаза покраснели и немного припухли. Увидев меня, она не захлопнула перед моим носом дверь, что меня радовало. Но она безэмоционально развернулась и ушла обратно в гостиную. Не успев сказать ей ни слова, я прошел внутрь и закрыл за собой дверь. Кэти села на диван, завернулась в плед, и уставилась в стену, как будто не замечая моего присутствия.

– Привет, – шепотом произнес я и сел рядом.

– Зачем ты пришел? – незнакомым для меня холодным голосом спросила она.

– Переживал, все ли у тебя в порядке.

– Переживал, значит, – грустно усмехнулась она. – Что ж, у меня все нормально.

– Почему у тебя выключен телефон?

Кэти перевела взгляд на кресло.

– Сломался, – констатировала она.

Я проследовал глазами за ее взглядом и увидел ее телефон с разбитым вдребезги экраном.

– Понятно, – протянул я. – А почему не вышла на работу?

– Нехорошо себя чувствую. Тебе какое дело? – с вызовом спросила она меня, резко повернувшись ко мне лицом.

– Кэти, прости меня, – чуть слышно произнес я.

– Прости? Супер! И какой реакции ты от меня ждал? Что я упаду в твои объятья? – прокричала она.

– Нет. Не знаю, – пытался спокойно говорить я. – Просто хотел извиниться за все. За то, что заставляю тебя страдать.

Она поджала губы, кивнула и встала.

– Хорошо, Джеймс. Извинился – молодец. А теперь уходи, – резко отрезала она.

Я громко сглотнул и подошел к ней ближе.

– Джеймс, просто уйди, очень тебя прошу, – она отвела глаза. – Я поняла, что мы не будем вместе, ты наглядно мне это показал. Это было неприятно, даже мерзко, но зато очень эффективно. Я больше не буду донимать тебя звонками, сообщениями, просьбами о встрече. Расследование убийства Линды когда-нибудь подойдет к концу, и наши дороги разойдутся, – отчеканила она.

– Я просто… Человек такой. И не смогу исправиться.

Кэти подняла на меня полный злости взгляд, сделала глубокий вдох и выдержала небольшую паузу, поджав губы. Я продолжал молчать, с опаской наблюдая за ее действиями. Она медленно встала, придерживая плед на плечах, и подошла ко мне.

– Ты и не хочешь! – начала кричать она, эмоционально размахивая руками. – Ты думаешь, ты один такой? Ты думаешь, с остальными жизнь поступает справедливо? Думаешь, я жила, как в сказке? Вот только ты застрял в своем горе, – грубо ткнула она мне в грудь своим тонким пальцем. – И тебе нравится это состояние! Ты просто в восторге! Оправдывать все свои поступки этим. Что ты такой человек. Поступил с кем-то, как последний урод: ну извините его, у него была тяжелая судьба!

– Кэти…

– Да пошел ты, Леннокс! – снова крикнула она, потом резко замолкла, сделала пару шагов назад и ее глаза расширились от ужаса. – О, Боже!

– Что? – растерянно спросил я.

– Ты же… Спишь со всякими, типа этой Риты. Или Рейчел, как ее там. И я спала с тобой! – она начала ходить из стороны в сторону.

– Я всегда предохраняюсь с ними, – спокойно ответил я.

Она снова подняла на меня злобный взгляд.

– В таком то состоянии? Уходи!

Я сделал два больших шага навстречу ей и сгреб ее в объятья. Она попыталась вырваться, но ее руки запутались в пледе, и я крепко держал ее.

– Прости меня, – снова повторял я, уткнувшись лицом в ее шею. – Прости, что появился в твоей жизни. Я не знал, что все так закончится.

Постепенно она перестала брыкаться и начала всхлипывать, от чего мне стало еще хуже. Я поднял одну руку и начал поглаживать ее по волосам, прижавшись губами к макушке, и, молча, крепко держал ее до тех пор, пока она не успокоилась.

– Пожалуйста, уходи, Джеймс, – прошептала она мне в плечо.

Отстранившись от нее, я поцеловал ее в лоб и, не заглянув ей в глаза, ушел.

26

– Ну наконец-то, Леннокс, – раздраженно поприветствовал меня Тони, когда я зашел в свой кабинет.

– Рассказывай, что там у вас, – с порога спросил я, прошел мимо него и упал на свое кресло.

– У нас очень интересный поворот событий. С утра к нам в участок пришла миссис Смит, – произнес Тони и замолк.

– Кто, черт побери, такая миссис Смит? – после паузы спросил я его с раздражением.

– Это самое интересное, – начал Тони. – Она живет в доме, который находится рядом с тем самым парком, где нашли тело Линды. И сегодня с утра она обнаружила у себя в почтовом ящике вот это, – он поднял в руках конверт и бросил мне на стол.

– Что это? – спросил я.

– Карта памяти. На ней видеозапись, очень занимательная, – с загадочной улыбкой произнес Тони.

Мои руки в спешке потянулись к конверту, я достал флешку и вставил в свой компьютер. Файл какое-то время грузился, и я нетерпеливо начал стучать пальцем по мышке.

Как только файл загрузился, я резко дернул мышкой и кликнул по значку с видео. По первым кадрам я понял, что видео было записано на автомобильный видеорегистратор. Слева сверху на экране была указана дата и время. 24 апреля, 19:27. Я понял, что на видео был запечатлен вход в парк, где была убита Линда. Спустя несколько секунд я заметил движение, и в кадре появились двое. Скотт Фриман и Линда Ройс.

– Опа! – вырвалось у меня.

На Фримане были надеты светло-серые спортивные штаны и зеленая спортивная куртка. Качок недоделанный. На Линде была кожаная куртка, в которой и нашли ее тело, джинсы, а на шее повязан ярко-красный платок в белый горошек. Они зашли в парк и скрылись среди деревьев. Я поставил видео на паузу.

– Чем была задушена Линда? – спросил я Тони.

– Чем-то типа веревки, а что?

– На ее шее красный платок. Когда нашли ее тело, платок был на ней?

– Эм…Погоди, – он взял папку с моего стола, зашуршал страницами и нашел нужную. – Слушай, нет. Платка не было.

– Кажется, мы нашли орудие убийства, – кивнул я. Тони согласно буркнул в ответ, и я продолжил смотреть запись.

– Выглядят спокойными, – констатировал я, пока наблюдал, как они поспешно зашли в парк и скрылись из виду. Несколько секунд на экране не происходило ничего, кроме колыхания голых веток деревьев от ветра, и я уже заскучал.

– Промотай восемнадцать минут.

Послушавшись Тони, я перемотал и внимательно начал следить за экраном. Через несколько секунд я заметил движение среди деревьев. Оттуда выбежал Скотт и спешно направился из парка.

Я поднял удивленные глаза на Тони.

– Вы проверяли конверт и флешку? Есть ли отпечатки? – профессионально спросил я.

– Проверяли, ничего. Да это уже и неважно. Я поговорил с миссис Смит. Напротив входа в парк есть заброшенная автостоянка. Как она мне рассказала – туда часто приезжают те, кто хотят побыть наедине. Женатые мужчины с любовницами или наоборот, или молодежь, чтобы покурить травки. Они не хотят быть пойманными. Но, после того, как об убийстве стали говорить в городе, кто-то вспомнил о том, что в этот момент был там, и заснял убегающего парня.

– Теперь мы можем взять под арест Скотта! – довольно воскликнул я. – Вот не подводит же меня моя чуйка!

– Да, я уже отправил наших людей за ним.

– Отлично, – победно улыбнулся я. – Я так и знал, что это он.

– Что ж, не спеши с выводами пока. Радоваться рано. У него хороший адвокат, – Тони недовольно поджал губы.

– Здесь будет очень сложно выкрутиться, – удовлетворенно вздохнул я. – Хоть какая-то хорошая новость за последнее время. – Я откинулся на кресле и прикрыл глаза.

– Надеюсь, сегодня его задержат, и мы закроем дело, – протяжно произнес Тони.

– Спрашивай уже Тони, не мучайся, – я оторвал голову от спинки кресла и посмотрел на него.

– Ты разговаривал с ней?

– Только что от нее.

Брови Тони взлетели вверх от удивления, почти задевая его густую челку.

– И что? Как она? – обеспокоенно спросил он.

– Никак. Плохо. Не пошла сегодня на работу. Я пытался извиниться, но… Она не хочет меня видеть и попросила уйти.

– Ох, Джеймс, – Тони печально помотал головой.

– Это я во всем виноват, понимаешь? Зачем я к ней сунулся вообще? – спросил я его, как будто он мог оправдать мои действия.

– Джеймс, успокойся. Что ты сейчас хочешь делать?

– Исчезнуть. Как будто она не знала меня никогда, – грустно ответил я.

– Хорошо. А что-нибудь реальное? – уточнил он.

– Чтобы кто-то был с ней рядом сейчас. Кто-то, но только не я.

– Почему не ты? – не успокаивался Тони.

– Ты издеваешься что ли? Я с ней это сделал, она видеть меня не хочет. И даже если вдруг она когда-нибудь в этой жизни меня простит, то для чего? Не надо ей этого больше.

– Джеймс, послушай меня сейчас внимательно и не перебивай, – тихо начал Тони. – Каким бы ты козлом не пытался казаться, я то знаю, что внутри ты очень хороший человек. Если ты подпускаешь кого-то к себе, если доверяешься кому-то, то ты сделаешь все для него. Ты подпустил к себе Кэти. Так сделай для нее все, что от тебя зависит. Будь рядом с ней, перестань вести себя так. Перестань пить, шляться по барам и цеплять других баб. Они ведь тебе не нужны. Тебе нужна Кэти. А ты нужен ей. Да, сейчас она тебя выпроводила, но ее можно и нужно понять. И я уверен, что она все равно ждет от тебя звонка, сообщения. Вы нужны друг другу, как вы этого не понимаете? Вернее, она то понимает, а вот ты так и продолжаешь брыкаться из-за своих страхов. Если бояться всего, то теряется смысл жизни. Богатые боятся потерять свое состояние, влюбленные боятся потерять друг друга, родители боятся потерять своего ребенка. Все чего-то боятся, но не надо, чтобы это переходило в паранойю, которая указывает тебе, что делать. Не давай страху управлять твоей жизнью. Перебори его.

– Я… не знаю, Тони, – лишь смог ответить я.

– Ты боишься снова потерять любимую, поэтому решаешь просто больше не любить. Но жизнь в постоянном страхе – это не жизнь, понимаешь?

Я кивнул ему в ответ и опустил глаза, пытаясь переварить все, что только что услышал.

– Просто позвони ей. Раз, десять, сто, если потребуется. Сиди у нее на пороге. Она – лучшее, что случалось с тобой за последние десять лет, не упускай возможность снова жить.

– Хорошо, – шепотом ответил я. – Я попробую.

Тони удовлетворенно улыбнулся, встал с кресла и покинул мой кабинет. Я смотрел на дверь, в которую вышел Тони и думал. Может, он был прав? Страхи управляли мной. Вернее, один страх. Страх пережить снова то, что я пережил после смерти Анны. Я никому не пожелал бы пережить то, что пережил я. Когда все случилось, когда я пришел в себя и осознал, что именно случилось, я молился. Я просил Господа забрать меня, но оставить жить ее и нашего ребенка. Она была достойна жизни, но уж точно не я.

Я открыл шкафчик в своем столе, порылся в старом и пыльном хламе и, наконец, нашел то, что искал. Ее фотографию в старой пошарканной рамке. Моя маленькая Анна.

– Привет, детка, – шепотом произнес я, протирая пыльное стекло пальцем. – Как же мне тебя не хватает, Анна. Почему ты так рано ушла от меня? Я знаю, ты могла бы мне сейчас вправить мои мозги на место. Могла бы посоветовать, что делать.

Но она лишь молча смотрела на меня с фотографии, мило улыбаясь в ответ. Хотя я помню те времена в первый год, когда я напивался до той степени, что она начинала говорить со мной. Ее темные волосы на фото волнами спускались по плечам, и я вспомнил, как ее мягкие локоны ручьем скользили между моими пальцами, как они пахли лавандой, когда я зарывался в них носом. Как прекрасно ветер развивал их в разные стороны, когда мы дурачились на улице. Я улыбнулся ей в ответ, и мои глаза наполнились слезами.

– Прости меня, – прошептал я. – Прости, что не уберег тебя. Я должен был умереть за тебя, а ты должна была остаться в этом мире. Ты бы справилась с этим проще, ты сильнее меня. А я слабый, только посмотри на меня, на что я стал похож без тебя.

Я поставил рамку на стол и лег на локти напротив.

– Я и в молодости был не достоин тебя. Уж подавно, сейчас я не достоин никого. Я скатился на самое дно без тебя. Разве я имею право на счастье?

Кончики моих пальцев чуть коснулись ее щеки и губ.

– Как я хочу вернуть все обратно. Вернуть тот чертов день, который отнял тебя у меня. Я бы ни за что не сел за руль в тот день, – я начал улыбаться. – О, представляю, как бы ты кричала на меня. Но я бы просто прижал тебя к себе и не отпустил никогда.

Взяв рамку в руки, я поднялся со стола и прижал ее к груди, откинувшись на кресле.

– Я постараюсь исправить все, Анна. Жить дальше, ради тебя, – я оторвал рамку от груди и прижался к ней губами. – Обещаю.

27

С утра я проснулся, как выжатый лимон. Лучше бы я был с похмелья, там хотя бы несколько таблеток и глоток алкоголя помог бы мне, хоть и ненадолго. Прошлым вечером я так не решился позвонить Кэти, потому что я просто не знал, что ей сказать. Я не мог утверждать, что знал, что я мог ей сказать на утро, но тянуть резину больше было нельзя. Да и кому я мог врать, я безумно хотел услышать ее мягкий голос.

Неуверенными пальцами я взял свой телефон со стола, нашел ее номер и несколько секунд тупо смотрел на него. Я прикрыл глаза, снова заблокировал экран и резко выдохнул. Мне было так страшно, как будто я снова стал выпускником, который хотел пригласить самую красивую девушку школы на выпускной бал.

Сосредоточившись, я заставил себя сделать несколько глубоких вдохов, чтобы снова разблокировать телефон и нажать кнопку вызова рядом с ее номером. Пальцы совсем не слушались, и я несколько раз промазал.

Я решил немного отдышаться, чтобы сделать еще одну попытку, как телефон сам зазвонил в моей руке. Сначала я подскочил от неожиданности, но потом, когда увидел ее фотографию на экране, я просто оцепенел и продолжал пялиться в экран, не шевелясь. В моей голове роем начали крутиться мысли, что же я ей мог сказать?

Но раз она все-таки позвонила сама, значит, у меня был шанс на ее прощение? Стоило сказать, как она мне дорога? Какой я болван, и просто боюсь? Поняла бы она меня?

Мои пальцы будто окостенели, и я просто смотрел, как она мне звонит, предаваясь своим раздумьям.

И я уже решил взять трубку, как вызов ушел на голосовую почту. И в тот момент я почувствовал странное чувство облегчения. Сообщение начало записываться, и я стал постукивать ногой по столу. Я предполагал, что сообщение будет длиться секунд десять от силы, но оно записывалось, и записывалось, и записывалось. Что же такого она мне могла там наговорить за это время? Я заворожено смотрел на секунды записи, которые отчего-то длились намного дольше, чем это происходило в обычное время. Вдруг, наконец, сообщение остановилось и сохранилось, и я в тот же миг включил сообщение на громкую связь.

– Алло, – услышал я слабый голос Кэти. – Привет. Я не знаю, зачем я тебе снова звоню и оставляю сообщение на автоответчик, ведь ты никогда их не слушаешь. А раз ты не берешь трубку, то есть большая вероятность, что ты сейчас пьян и не один… – громко вздохнула она. – Я собираюсь на работу. Решила, что пора все-таки выйти. Я… звоню сказать, что мне тебя не хватает. Я очень скучаю по нашим разговорам, по твоим шуткам и по твоим рукам. Нам было хорошо вместе… Мне было хорошо рядом с тобой. Я знаю, что у тебя была очень серьезная травма, поэтому прости, что накричала на тебя. Если ты захочешь сам, если ты мне позволишь, то я помогу тебе справиться со всем. Я буду рядом, мы сможем все преодолеть вместе. Джеймс… – замешкалась она. – Я… Кажется, я люблю тебя… – выпалила она, и я в этот же миг почувствовал, как будто мне буквально ударили под дых.

Пока я приходил в себя от ее слов, раздался звонок в ее дверь.

– Эм… Кто пришел ко мне в такую рань? – спросила она сама себя.

В динамике раздался звук щелчка ее замка и открывающейся входной двери.

– Какого черта? – удивленно спросила она.

Кто к ней пришел с утра пораньше?

– Что ты, тварь, сделала? – прокричал знакомый мне мужской голос. Фриман!

– Кэти, не впускай его! – отчаянно закричал я ей в свой телефон, как будто она могла меня услышать.

– Что? – отдаленно спросила она напуганным голосом.

Черт!

– Что ты им наговорила? – агрессивно закричал Фриман, и дверь захлопнулась. Я молился, чтобы она закрыла дверь перед его носом, вытолкав его на улицу. Но я снова услышал его крик: – Говори, твою мать!

– Я… О чем ты? – тихо ответила она ему.

– Ты за все заплатишь! – еще громче кричал Скотт.

– Скотт, – шепотом испуганно произнесла она. – Зачем тебе пистолет?

И мое сердце тут же упало в пятки.

– Положи чертову трубку! – прокричал он.

– Я… Скотт, хорошо, давай поговорим, – начала она незнакомым мне голосом.

– Быстро положи трубку, я сказал! – истерично гаркнул Фриман, и сообщение остановилось.

Черт, черт, черт!!! Нет, нет, только не Кэти! Я не мог ее потерять!

Секунду я смотрел на экран своего телефона, потом быстро соскочил, схватил ключи от машины и выбежал на улицу.

«Твою мать, только не снова, пожалуйста, господи!» – начал молиться я.

Я прыгнул в машину и со свистом шин сорвался с места. Повезло, что у меня завалялся проблесковый полицейский маячок, который я быстро включил и поместил на крышу машины. Пока я вилял в трафике машин, набрал Тони.

– Кто-то сегодня проснулся вовремя? – весело взял трубку Боулс.

– Тони, Фриман сейчас у Кэти дома. Он ей угрожает, у него оружие. Я еду туда, – быстро протараторил я.

– Черт! – откликнулся он. – Его не могли вчера найти. Я вызываю группу захвата.

– Хорошо. Быстрее! – крикнул я и бросил трубку.

Никогда дорога до дома Кэти не казалась мне такой долгой. Моя нога давила на педаль изо всех сил. Я понимал только одно: если у меня не получится ее спасти, я не прощу себя этого никогда.

– Анна, помоги мне, – молил я, как своего ангела-хранителя.

С визгом колес я остановился у ее дома, вылетел из машины и побежал к ее дверям. Добежав до двери, я прижался ухом, чтобы попытаться понять, что там происходило. Первые секунды я слышал только гул в ушах и стук своего сердца в горле, но я быстро приказал себе сосредоточиться, ведь каждая секунда могла стоить жизни Кэти.

– Скотт, не надо, пожалуйста, – я услышал ее умоляющий тихий голос.

– Уже поздно! – прокричал Фриман.

Онемевшими руками я достал служебный пистолет из кобуры, взвел курок, медленно нажал на ручку двери и постарался беззвучно приоткрыть ее. Я заглянул внутрь одним глазом и увидел, как Кэти, подняв руки, отступала назад к стене.

– Я тебя убью, сука, ты сломала мне всю жизнь, ты это понимаешь? – злобно рычал Скотт, направив на нее оружие. – Думаешь, я оставлю все, как есть? Ты думаешь, я позволю тебе жить после этого? Ты угробила мою жизнь, и я заберу твою с собой!

– Скотт, я… – она сделала еще шаг назад. – Скажи, что я могу сделать. Может, я могу тебе помочь?

– Ты уже сделала все, что от тебя требовалось! – продолжал кричать Фриман.

Медленно открыв дверь локтем, я сделал несколько беззвучных шагов внутрь дома. Скотт стоял ко мне спиной, поэтому ничего не мог видеть. Вдруг Кэти перевела испуганный взгляд на меня, и мое сердце остановилось. Скотт тут же среагировал, последовал ее взгляду и резко развернулся ко мне. Он перевел свой пистолет и нацелился на меня.

– Положи оружие на пол! – прокричал я, но он не шелохнулся.

Его палец начал медленно сжиматься на курке, и прозвучал оглушительный выстрел.

28

Кэти

Громкий хлопок оглушил меня, и я, громко взвизгнув и прикрыв руками голову, упала на пол. В ушах зазвенело, и я не слышала ничего, кроме этого звона. Я взмолилась, чтобы выстрел принадлежал Джеймсу, иначе умер бы и он, и я. Мои руки подтянули колени к себе, и я старалась понять, не попала ли пуля в меня. Не почувствовав резкой боли, я попыталась открыть глаза.

В двух шагах от меня лежал Скотт, а над ним стоял Джеймс, направляя пистолет на него. Я нервно, но облегченно выдохнула.

– Не шевелись! – с трудом я воспринимала, что Джеймс кричал Скотту.

Скотт громко скулил, и вокруг него начала растекаться лужа крови. Я отползла к стене, ища там убежища.

Вдруг в дом забежала группа людей с оружием, они скрутили Фримана, пока он продолжал кричать.

– Заткнись, – услышала я голос Тони. – У тебя просто прострелено плечо!

Я пыталась следить за происходящим, но моя голова начала кружится, и мои руки прикрыли лицо, чтобы спрятаться.

– Кэти! Кэти! – я услышала взволнованный голос Джеймса.

Он схватил меня за предплечья и пытался оторвать мои руки от лица. Несколько секунд я сопротивлялась, но после расслабилась.

Открыв свои глаза, я подняла взгляд на него. Он стоял на коленях рядом со мной и встревожено смотрел на меня.

– Кэти, с тобой все в порядке? Он успел навредить тебе? – кричал Джеймс.

Лицо Джеймса расплывалось, но я пыталась сосредоточить свой взгляд на его глазах. Знакомых. Голубых.

– Нет, – прошептала я в ответ. – Я… Он только угрожал. Ничего не сделал мне.

– Ох, Кэти, – он резко подался вперед и крепко обнял меня.

Я схватила его за плечи своими руками и сжала так крепко, насколько мне хватило сил. Как будто это был мой спасательный круг в море. Из глаз брызнули слезы, и я начала громко всхлипывать.

– Джеймс, – прерывисто начала рыдать я ему в плечо. – Я так испугалась!

– Эй, – шепотом успокаивающе сказал он. – Все хорошо, я тут.

– Я так испугалась за тебя, Джеймс. Он выстрелил, и я боялась открыть глаза. Боялась увидеть, что он убил тебя, – продолжала рыдать я.

– Кэти, – ласково произнес Джеймс, приподнял мое лицо, чтобы заглянуть в мои глаза. – Не стоит бояться за меня.

– Я не могу тебя потерять, – я положила руки на его лицо и заметила, какое оно бледное. – Я не переживу этого.

– Ох, Кэти…

Слезы обжигали мои щеки, и я бессознательно потянулась к его губам. К тем губам, по которым я так долго скучала. К той щетине, которая приятно покалывала мое лицо.

Он подался мне навстречу, и наши губы встретились. Я продолжала всхлипывать, но его руки, зарывшиеся в мои волосы, меня успокаивали. Медленно я опустила руки от его лица вниз к его груди, ощущая, как часто она вздымается от его дыхания.

Мы прервали свой поцелуй и посмотрели друг другу в глаза. Его прекрасные голубые глаза начали блестеть от слез.

– Кэти, я так испугался за тебя, боже… – он взял меня за шею и прижал свой лоб к моему. – Я не могу снова потерять кого-то. Кого-то дорогого мне.

– Не потеряешь, все хорошо, – попыталась улыбнуться я.

Он немного отстранился от меня, опустил глаза вниз на мою футболку, и его глаза в секунду наполнились ужасом. Я последовала за его взглядом и начала осматривать себя. На белой ткани своей футболки медленно расплывалось сырое пятно темной крови.

Откуда оно появилось? Я же не была ранена.

Я же не была ранена?

Судорожно я начала исследовать свой живот рукой, размазывая кровь по ткани, но не смогла найти место, причиняющее мне боль. Не понимая, откуда на мне кровь, я подняла глаза на Джеймса. Увидев его бледное растерянное лицо, я опустила свой взгляд ниже. Он медленно отполз к креслу, прижал ладонью свой живот, и между его пальцев начала сочиться густая темная кровь.

– Джеймс! – закричала я, быстро подползла к нему и схватила его обеими руками за лицо. – Джеймс, ты ранен!

Его глаза начали закрываться, и я пыталась трясти его за шею.

– Джемс! Нет! – продолжала умолять я. – Джеймс!

В панике я прижала руки к месту, откуда текла его кровь, теплыми вязкими струями покрывая мои пальцы.

Нет! Нет! Только не это!

– Помогите! – попыталась крикнуть я, но из моего горла вырвался только хрип. Я смотрела на Джеймса, и его лицо быстро становилось совсем безжизненным. – Помогите! Тони! – изо всех сил закричала я, не узнавая свой голос. – Помогите! Джеймс ранен!!!

Джеймс завалился на бок, полностью теряя сознания, но я продолжала прижимать рану рукой. Его теплая кровь была везде: на моих руках, локтях, и я беспомощно кричала, размазывая его кровь по своему лицу, смешивая ее со своими слезами.

– Тони!!! – взвизгнула я настолько громко, что мне казалось, что мои барабанные перепонки в ушах были готовы лопнуть.

Тони тут же прибежал, и его глаза распахнулись в ужасе.

– Джеймс, твою мать! – вскрикнул он, упал на колени рядом и прижал одну руку к моим на ране Джеймса. Другой рукой он вырвал рацию с пояса и прокричал. – Скорую, срочно! Детектив Леннокс ранен!

Крики Тони и других полицейских начинали расплываться в моей голове и смешиваться в одно, и я лишь видела лужу крови на моем полу, которая с неумолимой скоростью становилась все больше и больше. Я как будто видела жизнь Джеймса, так неумолимо быстро покидающую его тело. Такую же темную, почти черную в тени, каковой и была его жизнь последние годы.

Пока Тони кричал рядом со мной, вызывая кого-то, прижимая его рану, я отпустила свои руки и смотрела на Джеймса. Он лежал рядом, бледный, сине-серый. Губы начали синеть, и я понимала, что он потерял слишком много крови.

Слез больше не было. Не было больше всхлипов. Не было больше ничего во мне. Я легла рядом с ним на пол и положила свою голову ему на плечо, обнимая одной рукой. Через секунду я почувствовала, как его теплая кровь начала греть мою кожу, просачиваясь под мою футболку. Я повернула его лицо ко мне и коснулась его безжизненных губ своими. В тот момент я просто хотела умереть рядом. И я закрыла глаза.

29

Тони

– Джеймс, не смей меня покидать, слышишь меня? – кричал я, пока мы мчались на карете скорой помощи в больницу.

Врачи пытались вернуть его к жизни с помощью дефибриллятора, но прямая кардиограмма его сердца на экране не желала двигаться. Черт!

– Джеймс, – я схватил его безжизненную руку и сжал в своих ладонях. – Ты должен жить! Понимаешь? Ты не можешь уйти так рано!

Врачи сделали еще несколько разрядов, но ничего не происходило.

– Он потерял слишком много крови! – кричали они.

– Сделайте еще раз! Давайте, он сможет! – начал просить я врачей.

Мужчина отрицательно покачал головой мне в ответ.

– Пожалуйста! – стал умолять я.

Врач тяжело вздохнул, жалостливо посмотрел на меня, но все же взял свой аппарат и протянул его к бездыханному телу Джеймса.

– Джеймс, если ты сейчас умрешь, я тебя убью, ты меня понял? – в истерике кричал я. – Я тебя найду, где бы ты ни был, и собственноручно убью, – мой голос начал срываться. – Ты знаешь, я давно об этом мечтаю.

– Разряд! – прокричал врач.

Разряд тока вышел из аппарата и прошел через тело Джеймса. Его тело напряглось и выгнулось дугой, и я заворожено смотрел на монитор, отслеживающий его сердцебиение.

Небольшой скачок на время удара током и снова прямая линия, которая так противно пищала.

– Время смерти… – начал фиксировать врач, и мое сердце замерло вместе с сердцем моего друга.

Я перестал слышать все, что он произносил дальше. Лишь поднял испуганные глаза на врачей, глядя то на одного, то на другого с надеждой. Один продолжал что-то записывать в карте, другой потянулся к лицу Джеймса и начала снимать с него кислородную маску. «Неужели так все и закончится? Именно сейчас?» – думал я про себя и не верил в происходящее.

Вдруг я услышал странный прерывистый писк и поднял свой взгляд на монитор. Слезы застилали глаза, и изображение размывалось. Я быстро попытался вытереть глаза рукавом, чтобы понять, что происходит. Сосредоточив свой взгляд на экране монитора, я увидел, что кардиограмма его сердцебиения начала двигаться. Медленно, но верно, скачки становились все выше и выше, и прерывистый звук становился все громче и чаще.

– Вернулся! – прокричал один из врачей.

– Да он счастливчик, – сказал второй.

Они начали вкалывать ему какие-то уколы, и я в растерянности смотрел на них.

– Жив твой друг, – сказал мне один из врачей и похлопал меня по плечу. – Он молодец!

Нервный вздох вырвался из меня, и я прижал руку Джемса к своему лбу.

– Так держать, Джеймс! – шепотом произнес я. – Так держать…

Я поднял свою голову и посмотрел на его лицо. Синие губы начали наполняться кровью, лицо стало приобретать жизненный цвет, и ресницы начали дрожать. Я не выпускал его руку из своих, боясь снова потерять своего напарника.

Его глаза медленно приоткрылись, начали бегать по кабине машины, а потом нашли меня.

– Где Кэти? – взволнованно спросил он меня.

– Ох, Джеймс, как ты меня напугал, твою мать! С ней все хорошо, она осталась дома. Фримана взяли, он больше не причинит ей вреда, – попытался успокоить я его, а заодно и себя.

Джеймс начал порываться встать, но врачи уложили его обратно. Он растерянно осмотрел их и покорно лег обратно.

– Джеймс, лежи, ты только что умер, – с нервным смешком произнес я.

– Умер? – удивленно переспросил он.

– Угу.

– Охренеть, – он перевел взгляд на врачей. – Спасибо.

– Не за что. Это наша работа, – ответил один из них. – Как и твоя – спасать других от пуль.

Джеймс слабо улыбнулся и перевел взгляд на меня.

– Дай мне ей позвонить, – вдруг попросил он меня.

Я неуверенно посмотрел на врачей, спрашивая разрешения.

– Пожалуйста, – умолял он.

Врач кивнул мне головой, не отрывая взгляда от Джеймса. Я достал телефон и набрал Кэти.

– Алло, – громко крикнула Кэти в трубку. – Тони, как там Джеймс?

Ничего ей не ответив, я передал трубку Ленноксу.

– Кэти, – еле слышно прошептал он.

– Джей, – я услышал облегченные рыдания Кэти в трубке.

– Я… все нормально. Я тут…

Было сложно разобрать, что она ему отвечала, но были отчетливо слышны только ее громкие всхлипы.

– Эй, перестань, – нежно ответил он ей. – Я еще немного побуду с тобой, ты не против?

Я взглянул на Джеймса, и он прикрыл глаза с легкой улыбкой. От вида такого Джеймса я смущенно отвернулся, понимая, что этот момент был слишком личный для него, и никто не должен был этого видеть.

– Спасибо, – протянул он мне мой телефон, закончив свой разговор.

– Как ты себя чувствуешь? – озабочено спросил я его.

– Ничего. Жить буду, – утвердительно ответил он и немного улыбнулся мне.

Ничего не ответив, я улыбнулся в ответ и удовлетворенно кивнул.

30

Кэти

На следующий день после всего случившегося я направилась в больницу, чтобы навестить Джеймса. Было ощущение, будто все это произошло не со мной. Джеймс рискнул своей жизнью, чтобы спасти меня, разве это не признак истинной любви?

По пути я заехала в магазин, купила пару апельсинов, бананы и яблоки. Не уверена, что ему сейчас было можно, а что нельзя, но приехать с пустыми руками не могла.

Когда я вышла из магазина, я увидела через дорогу цветочный магазин и улыбнулась. Ему было бы приятнее, если бы я купила ему бутылку виски, но небольшой букет цветов за спасение моей жизни он точно заслужил.

Быстро перебежав дорогу, я зашла в магазинчик, и меня окутало благоухание различных цветов. Я глубоко вдохнула воздух, разрешая аромату заполнить мое тело, и подошла к холодильнику с растениями. Мои глаза разбежались от большого ассортимента, и я умоляюще взглянула на продавца.

– Вам помочь? – подошла ко мне молодая девушка-ассистент.

– Да, наверно, – неуверенно ответила я.

– По какому событию и кому хотите приобрести букет?

– Мужчине, навещаю его в больнице.

– Ох, понятно. Для мужчины предлагаю взять что-нибудь оригинальное.

– А у вас есть ромашки? – спросила я.

– Конечно, – улыбнулась она.

Она умело собрала букет из ромашек, добавляя туда разные зеленые веточки и маленькие цветочки других растений, завернула его в бумагу и протянула мне.

– Мне нравится, – одобрительно кивнула я, расплатилась и вышла.

* * *

Дверь в палату со скрипом открылась, и я зашла внутрь. Джеймс лежал на специальной кровати, спинка была немного приподнята, рядом стояла капельница, подключенная к его руке. Он резко повернулся ко мне, и его улыбка расплылась.

– Цветы? – удивленно спросил он, приподняв бровь.

– Э… Да, – я подошла к нему ближе. – Я люблю ромашки, так что… Решила, что тебе будет приятно.

– Мне… приятно, спасибо, – ответил он и немного приподнялся на кровати.

Я подошла в плотную к его кровати, поставила букет в вазу, положила фрукты на тумбу и села ему в ноги.

– Как себя чувствуешь? – озабоченно спросила я.

– Намного лучше, не переживай за меня, – он положил свою руку поверх моей.

– Хорошо. Я рада, что с тобой все хорошо.

– Как сама? – спросил он, заглянув в мои глаза.

– Нормально. Не спала всю ночь, правда, но это неудивительно, – я сплела свои пальцы с его, поглаживая его ладонь большим пальцем.

– Скотт теперь в любом случае загремит за решетку, не переживай из-за него. Он больше не доберется до тебя.

– Из-за покушения на меня? – удивленно спросила я.

– А, ты же не знаешь еще. От анонима мы получили видео с видеорегистратора, где Фриман заходит в парк с Линдой, а спустя какое-то время выбегает оттуда один. Это уже серьезная улика против него. Ну и плюсом нападение на тебя.

– Ого! – выдавила я.

– Так что забудь про него, он тебя больше не тронет, я об этом позабочусь, – улыбнулся Джеймс.

Я утвердительно кивнула, не отрывая от него свой взгляд, наслаждаясь видом его розовых губ и небольшого румянца на щеках. При виде этого я вспомнила его бледное безжизненное лицо, которое видела вчера, и мне стало не по себе.

– Кэти, я… – он сжал челюсти и отвел свой взгляд. – Мне надо с тобой поговорить, – слишком серьезно произнес он.

Ни один приятный разговор не начинался со слов «нам надо поговорить». Моя улыбка спала, и я внимательно посмотрела на него, боясь услышать того, чего я не хочу слышать.

– О нас с тобой, – продолжил он.

– О чем именно? – непонимающе спросила я.

– Вчера я так испугался, что этого просто не описать словами. Я боюсь снова пережить то, что пережил с Анной, понимаешь? Я просто не смогу это пережить снова, – почти прошептал он.

– Я понимаю, – медленно ответила я и сдвинула брови, понимая, к чему он вел этот разговор. – Я тоже очень испугалась за тебя.

– У нас начинает все заходить слишком далеко и я… Не могу…

– Ты… хочешь расстаться? Из-за того, что боишься? – с опаской переспросила я.

– Не знаю. Но мне очень страшно подпускать кого-то близко к себе.

– Джеймс… Конечно, жить, не подпуская к себе никого, чтобы не привязываться и не любить, намного проще, но в чем тогда смысл жить вообще?

– Чтобы больше не страдать, – резко ответил он и убрал свою руку из моей.

– Почему ты уверен, что что-то обязательно должно случиться?

– А что, если случиться?

– А если нет?

– Кэти, я не знаю. Все слишком сложно для меня сейчас. Вчера я видел, как ты была на волосок от смерти. И если бы это произошло…

– Да, но ты меня и спас. А если бы тебя у меня не было, кто бы спас меня тогда? – спросила я и наклонилась к нему ближе. – Хотя, если бы ты не познакомился со мной, моя жизнь бы для тебя ничего и не значила…

– Эй, не надо так, – повернулся он ко мне.

– Но это так, не правда ли? Поэтому ты и хочешь отдалиться от меня сейчас, так ведь? – я попыталась заглянуть в его глаза.

– Да, Кэти, да! Я понимаю, что это очень эгоистично – заботиться только о своих чувствах, не подумав о тебе, но… это сильнее меня. Я ничего не могу поделать с собой.

Я опустила глаза вниз и начала рассматривать свои руки.

– Кэти, прости меня, мне просто надо подумать, хорошо? Мне необходимо время, чтобы попытаться перебороть свой страх или… Не знаю… Давай пока не будем принимать никаких решений.

Подняв свой взгляд на него, я неуверенно кивнула.

– Хорошо.

Не отводя глаз, я попыталась улыбнуться. Уголок его губ немного приподнялся, и он взял меня за руку.

– Можно, я позвоню тебе завтра? – вдруг спросил он.

– Конечно, можно. Можешь даже снова завалиться ко мне посреди ночи, я не против, – я начала посмеиваться. – Когда поправишься, конечно.

– Хорошо, – грустно усмехнулся он. – Буду иметь ввиду.

Поднявшись с кровати, я потянулась к нему, чтобы поцеловать, хотя бы в щеку. Но Джеймс не отвернулся и подставил мне свои губы. Я нежно прижалась к нему губами, поглаживая его лицо рукой.

– Тогда, до завтра? – прошептала я ему в губы.

– До завтра, мисс Остин.

Более ли менее удовлетворенная окончанием нашего разговора, я взяла кофту и направилась к выходу. Когда я нажала на ручку двери, на моем лице расплылась широкая улыбка, и я резко развернулась.

– Детектив Леннокс?

Он приподнял одну бровь и непонимающе посмотрел на меня с удивленной улыбкой.

– Может, переспим? – с вызовом спросила я.

Джеймс прыснул от смеха и начал хохотать, придерживаясь за повязку на животе.

– Дамочка, вы кто? И куда вы дели мисс Остин? – сквозь смех попытался выговорить он.

– Зря, – лишь ответила я и выскользнула из его палаты.

31

Джеймс

Я сам не знал, на кой черт сказал Кэти, что позвоню ей, ведь прекрасно знал, что звонить не собирался. Возможно, просто не хотел, чтобы она грустила при мне. Звонить я ей не стал ни в тот день, ни на следующий. Она прислала мне смску на второй день после нашей встречи в больнице, но я сказал, что позвоню позже. И, естественно, не перезвонил. Мной еще не было принято решение, как жить дальше. Не хотел ее обнадеживать нашим общением. Нам обоим надо было о многом подумать. Нужны ли нам такие проблемы. Ей такой проблемный я, а мне постоянные стычки с моими страхами.

Фримана тем временем закрыли, и начались судебные тяжбы по его делу. Никакой адвокат уже не мог ему помочь. Убийство Линды Ройс, покушение на Кэти и покушение на сотрудника полиции при исполнении. Выйдет он еще не скоро, если выйдет вообще. Что ж, он это заслужил. И я искренне надеялся, что он сгниет за решеткой.

Через неделю меня выписали домой, так как рана хорошо заживала, и мне не было смысла тухнуть в больнице, занимая место того, кто нуждается в медицинской помощи больше меня. И меня это только радовало. Раз в день мне приходилось ездить в больницу на перевязку, но все-таки я был дома. Возил в больницу меня Тони, потому что не разрешал мне ездить самостоятельно. Я сопротивлялся первое время, но, когда понял, что все бесполезно с этим упертым засранцем, перестал. Да и, признаться честно, первые дни я бы вряд ли смог управлять машиной.

Тони помирился с Люси, поэтому каждый раз, когда отвозил меня в больницу, совал мне контейнеры с домашней едой, приготовленной ей. Я делал недовольное лицо, но всегда съедал все и отдавал ему обратно пустые контейнеры. Он лишь самодовольно улыбался и взамен давал новые блюда. Готовила Люси бесподобно, стоило отдать ей должное. А ее мексиканские блюда я уплетал за обе щеки.

Первые дни рана причиняла много неудобств. При любом резком движении появлялась тянущая тупая боль, которая потом не проходила часами. Но это не мешало мне ползать в магазин напротив, чтобы купить виски и замороженную пиццу, что, как я понял только тогда, была действительно отвратна на вкус. Удобнее всего мне было лежать горизонтально, тогда рана почти не болела. Но лежать и пить у меня никак не выходило, содержимое стакана вечно проливалось на подушку, стекая по моим щекам и шее. Один раз жидкость даже попала мне в нос, и от кашля рана заболела так, как будто в меня выстрелили снова. Поэтому мне пришлось найти более ли менее подходящую позу, в которой мне было комфортнее всего находится: пришлось расправить диван, положить под спину две подушки, вытянув ноги вперед. Так у меня получалось не проливать содержимое стакана. Я пытался лежать в такой позе, не двигаясь. Даже если я хотел в туалет, терпел до самого последнего момента. Но со временем боль становилась все меньше, переходя в зуд.

А спустя почти три недели, когда дома кончилась вся выпивка, я даже решил наведаться в бар через квартал от моего дома, чтобы хоть как-то разнообразить свой больничный. И догнаться.

– Джеймс, здарова, – поприветствовал меня бармен. – Давненько тебя не было, куда пропал?

– Служебное ранение, – угрюмо ответил я и уселся на высокий стул у барной стойки, чуть поморщившись.

– Оу, ничего себе, – удивленно сказал он.

– Издержки профессии, Марк.

– Расскажи это дамочкам справа, – он наклонился ко мне. – Они тебя пожалеют.

– Сегодня я хочу просто выпить, – чуть тише ответил я ему, положив локти на стол. – Оформи мне, как обычно.

– Как скажешь, – покорно сказал он и отошел, чтобы налить мне виски.

Я сделал большой глоток из своего третьего стакана, как кто-то подошел ко мне сзади и резко схватил меня за талию, причиняя резкую боль.

– Джеймс, привеееет! – услышал я протяжный пьяный женский голос.

Чуть не вскрикнув от боли, я резко скинул с себя чужие руки и оттолкнул даму от себя со всей силы. Я повернул злобный взгляд на источник моих страданий и лицезрел Риту. Или Рэйчел, никак не мог вспомнить. Она, пьяная или обдолбанная, испуганно взглянула на меня.

– Привет, – чуть слышно поздоровался я. – Прости, у меня служебная травма, и ты очень удачно на нее надавила, – попытался оправдаться я. – Я не сделал тебе больно?

– Ох, Джеймс. Нет, все нормально, прости, я же не знала. Сильно болит? – она подошла ближе, пытаясь поднять свои руки к моему животу. Я поднял свои руки, чтобы перехватить ее и не дать ей ко мне прикоснуться.

– Нет, все нормально.

– Хорошо, что случилось? – уточнила она и положила свою руку мне на плечо.

– Огнестрельное ранение, ничего страшного, – ответил я и отвернулся.

– Бедненький, – произнесла она и завела свою руку дальше мне на шею, поглаживая ее. – Это так возбуждает. Может, поедем к тебе? Я тебя пожалею.

– Прости, не сегодня, – ответил я, не повернувшись к ней.

– Ты уверен? – переспросила она, наклонилась ближе, прижимаясь губами к моему уху, и начала покусывать мочку моего уха.

– Рэйчел! – я одернулся от нее.

– Рита, – злобно поправила она.

– Рита, – более мягко начал я и повернулся к ней. – Прости, я сегодня не в настроении.

Ее улыбка резко исчезла, и она посмотрела на меня, нахмурив брови.

– Хорошо, – обиженно ответила она, развернулась и ушла.

32

Кэти

Джеймса я не видела уже почти месяц. Я отправила ему сообщение на следующий день после нашей последней встречи в больнице, но он ответил, что занят и перезвонит чуть позже. Я терпеливо ждала, но он так и не звонил. Он просил дать ему время подумать, и я решила, что лучше не навязываться и не звонить самой снова. Во мне теплилась надежда, что, если я тоже буду держать дистанцию, в какой-то момент он захочет меня увидеть.

Первые дни было тяжелее всего, я заглядывала в телефон каждые пять минут в надежде увидеть сообщение от Джеймса, проверяла, когда он последний раз был в сети. У меня ужасно чесались руки позвонить ему, и мне даже пришлось удалить его номер из записной книги контактов в телефоне. После этого мне почему-то стало легче, хоть я и прекрасно знала, что до сих пор трепетно хранила его визитку.

Я старалась не впасть в отчаяние лишь от своей идеи, что Джеймс не бросил меня, а просто решил взять паузу, чтобы подумать, ведь он обещал мне перезвонить. Мне было не важно, так на самом деле или нет. И так было действительно проще. Проходили недели, и я, с удивлением для себя стала замечать, что жизнь потихоньку стала вливаться в обычное русло. Я все также продолжала ходить на работу, пила кофе в обеденный перерыв в кафе неподалеку, готовила скромные ужины на одну персону, смотрела телевизор, а главное, что со временем я совсем перестала заглядывать в телефон и ждать звонка.

С Джеймсом все прошло совсем не так, как я хотела. Я должна была помочь ему перебороть свои страхи, и тогда он бы полюбил меня безусловно и бесповоротно. Но можно было бороться за свое счастье с такими препятствиями, как время, расстояние, соперники или соперницы, жизненные обстоятельства, но не с самим любимым человеком. В этой битве я изначально была в проигрыше. Готова ли я была смириться с этим? Я пока не могла ответить на этот вопрос. Одно я знала точно, я устала.

Спать я тоже стала намного лучше в последнюю неделю, и в тот день даже умудрилась выключить будильник с утра и снова уснуть, поэтому мне пришлось отказаться от завтрака, макияжа и укладки волос.

Забежав на работу, я быстро проскользнула в свой кабинет, стараясь не попадаться на глаза начальнику, и приступила к работе. Когда я взяла папку со статьями, предназначенными для прочтения и редактирования, и постаралась вникнуть в суть статей, мой живот начал обидчиво урчать на меня.

Вдруг я слышала, что мой телефон в сумке начал вибрировать. Я быстро нашла его рукой и посмотрела на экран. Это был Тони.

– Алло, – удивленно взяла я трубку.

– Кэти, привет. Как у тебя дела? – поинтересовался он.

– Привет. Все хорошо, как у тебя? – учтиво спросила я.

– Нормально. Слушай, ты сможешь сегодня подъехать в участок?

– Зачем? – удивилась я.

– Для дачи показаний, сейчас мы раскручиваем дело Скотта, тебе необходимо подойти и рассказать про нападение на тебя, – протараторил Тони. – Или я могу сам заехать к тебе вечером.

– Эм… Хорошо, могу заскочить к вам в обед, устроит?

– Вполне, мой кабинет номер пятнадцать.

– Хорошо… А Джеймс? Он будет там? – обнадежено уточнила я.

– Нет, Кэти, его не будет.

– Понятно. Хорошо, я буду в обед, – сказала я и, не дождавшись ответа, положила трубку.

Почему Джеймса не было в участке? Где он? Опять ушел в загул? И почему тогда Тони так спокойно отвечал про Джеймса? Рой вопросов крутился в моей голове, не давая мне покоя оставшиеся часы до встречи с детективом.

Я достала косметичку и сделала ненавязчивый макияж, уверяя себя, что я делала это не потому что во мне теплилась надежда встретить Джеймса хотя бы мимолетом, а для себя.

Дойдя до участка, я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы перевести дыхание. Хоть Тони и предупредил меня, что Джеймса не должно было быть здесь, все равно какая-то часть меня начала нервничать. В голове крутилась мысль, а вдруг, я все-таки могла встретить его, что я тогда сказала бы ему?

Я собралась с мыслями и уверенными шагами зашла в здание. Быстро и хаотично осмотрела окружающих, пытаясь найти знакомые глаза. Не увидев Джеймса, я подошла к ближайшему сотруднику и спросила, где мне найти кабинет номер 15. Мне быстро указали путь на второй этаж, и я направилась туда.

– Привет, Тони, – зашла я к нему в кабинет, расстроено подметив, что кроме него в комнате никого не было.

– Привет, мисс Остин, – его улыбка расплылась, он быстро встал с кресла, подошел ко мне и положил руку на мое плечо. – Как у тебя дела?

– Нормально, – ответила я. – Как у вас? – спросила я, надеясь услышать хоть слово о его напарнике.

– Проходи, садись на стул, – он чуть заметно подтолкнул меня к своему столу. – Может, хочешь чай или кофе?

– Нет, спасибо, – вежливо отказалась я и села на предложенный мне стул.

– Хорошо, тогда приступим, – он взял какие-то бумаги, включил диктофон и продолжил более деловым тоном. – Мисс Остин, расскажите нам о том дне, когда к вам пришел Скотт Фриман и напал на вас.

Как на перемотке старой кассеты, я начала прокручивать в голове и вспоминать события того дня, который будто произошли уже так давно. Рассказала, как Фриман кричал и угрожал мне, как наставил на меня пистолет. С каждым новым словом, с каждым воспоминанием мои руки начали трястись все сильнее. Голос начал срываться, когда я вспомнила, как ворвался в мой дом Джеймс и как прозвучал выстрел.

– Так хорошо, дальше мы уже знаем, – прервал он меня и выключил диктофон. – Может налить тебе воды?

– Нет, спасибо. Это все? – спросила я.

– В принципе, да, – он откинулся на кресле и потер рукой подбородок.

– Понятно, – промямлила я, но не стала вставать с кресла и неуверенно посмотрела по сторонам.

– Спрашивай уже, – вдруг сказал он и подался вперед.

– Как Джеймс? – перевела я взгляд на Тони.

– Все хорошо. Относительно. На нем все заживает, как на собаке, так что об этом не стоит волноваться. Сейчас осталась буквально царапина.

– Почему он не на работе? – ненавязчиво поинтересовалась я.

– После того, как ему закрыли больничный, наш начальник отправил его в отпуск, чтобы он немного пришел в себя после случившегося. Леннокс, естественно, сопротивлялся, но мы его уговорили.

– Хорошо, – чуть слышно произнесла я. – Ты проверяешь его?

– Да, заезжаю иногда, звоню каждый день, он даже берет трубку, – грустно усмехнулся Тони.

– Понятно, – пробормотала я и отвела взгляд.

– Кэти, я знаю, что он избегает тебя. Я пытался с ним поговорить, но ничего не помогает, он не слушает. Ты сама знаешь, что он боится, – он замолк и тяжело вздохнул. – Если хочешь с ним поговорить, можешь съездить к нему домой, он все равно редко оттуда выходит.

– Он не берет трубку, когда я звоню, думаешь, он откроет мне дверь? – удивленно спросила я его.

– А нам этого и не нужно, – он открыл шкафчик в своем столе, достал оттуда ключи и положил передо мной на стол.

– Предлагаешь мне вломиться к нему в квартиру? Снова увидеть его невменяемого с какой-нибудь очередной девушкой?

– За все это время, что я заезжал к нему, ни разу никого не видел. Он сказал, что ему больше этого не надо.

– Да, конечно, – грустно усмехнулась я.

– Кэти, выбор за тобой, и, конечно, я тебя ни к чему не принуждаю, но сделай последнюю попытку, пожалуйста, вдруг на этот раз получится?

– Последнюю попытку, – шепотом повторила я.

– Если ничего не получится, я больше никогда тебя об этом не попрошу, – он подтолкнул ключ мне и откинулся на спинку кресла.

Я сомневалась несколько секунд, но потом медленно протянула руку и взяла связку холодных ключей в свою ладонь.

– Я… – неуверенно подняла я глаза на Тони. – Попробую.

– Спасибо, – шепотом ответил мне он.

33

Медленным шагом я поднялась по ступеням подъезда и направилась к двери Джеймса. Воспоминания моего последнего и единственного визита к нему захлестнули меня волной, и я оцепенела и остановилась в одном шаге от его двери. Стоило ли вообще мне снова лезть к нему? Я не могла быть уверенной, что он был там, за дверью, и что он был там один. Не очень-то улыбалось пережить снова то, что я пережила в прошлый раз. Но в этот раз все должно было быть по-другому. Надо было взять себя в руки и дать самой себе слово, если там он был не один, на этот раз я должна была уйти окончательно. Достаточно.

Я набрала воздуха в легкие и сделала шаг по направлению к двери. Для начала я прислушалась, прижав ухо к холодному дереву, но внутри стояла гробовая тишина. Я постучала в дверь и снова прислушалась. Какое-то время я ждала хоть каких-то признаков жизни, но, не услышав ничего, достала ключ из сумки, трясущимися руками вставила его в замочную скважину и почти беззвучно повернула. Дверь с легким скрипом поддалась мне, и я зашла внутрь, с опаской оглядываясь по сторонам. В нос ударил запах алкоголя и табака, но он не был таким же затхлым, каким был в прошлый раз. На полу не валялось столько мусора, да и вообще вокруг не было настолько грязно, насколько я ожидала увидеть.

– Джеймс? – тихо позвала я его. – Ты здесь?

Мне никто не ответил, и я прошла внутрь. С опаской заглянула на диван и увидела там лишь скомканные подушки и плед. На журнальном столике лежало несколько пустых коробок от заказной еды и пустая бутылка из-под виски. Я прошла дальше и остановилась у двери в его спальню. Настороженно толкнула дверь и сделала шаг вперед. Оглянувшись вокруг, я заметила Джеймса, который лежал на кровати, укутавшись в одеяло, один. Я облегченно вздохнула и подошла ближе. Его рот был немного приоткрыт, и он размеренно дышал. Ресницы чуть подрагивали, и я непроизвольно улыбнулась. Кончиками пальцев я коснулась его щеки и провела вниз по щетине к подбородку. От моего прикосновения он прикрыл рот и перевернулся на другой бок.

Стараясь не издавать ни звука, я подошла к окну и открыла его, чтобы проветрить комнату. На пути обратно к двери я наступила на какую-то тряпку, наклонилась и подняла ее. Я признала в ней штаны, в которых Джеймс, по всему видимому, ходил дома. На штанах красовались несколько пятен от соуса, и вообще они выглядели хорошо потасканными. Я перевела взгляд на Джеймса, потом обратно на его грязные штаны, укоризненно вздохнула и принялась собирать остальные вещи с пола спальни. Собрав целую охапку, я загрузила их в стиральную машинку и включила ее.

После я вышла в гостиную и осмотрелась по сторонам снова. Джеймс скорее всего мог проспать еще не один час, и, чтобы хоть чем-то занять себя, я приняла решение навести у него порядок. Да и это был отличный женский приемчик, чтобы расположить мужчину к себе. Так что я нашла мусорные пакеты и принялась собирать весь мусор, что попадался мне на глаза. Мне пришлось два раза сходить до мусорных баков, т. к. столько мешков за раз унести я просто не могла.

Пошарив по шкафчикам, я нашла несколько бутылок моющих средств, которые явно были нетронуты несколько лет, и приступила к мытью и протиранию всего, что видела, прерываясь лишь на то, чтобы достать из стиральной машинки чистое белье и закинуть туда новое.

Медленно, но верно, уборка подходила к концу, и к квартире стал возвращаться уютный облик. Через пару часов, когда я осмотрела квартиру и осталась довольна результатом, я упала на диван и устало выдохнула. Я включила телевизор, чтобы немного передохнуть и поняла, что я нехило проголодалась.

Заглянув в холодильник, я разочарованно закатила глаза. Несколько бутылок пива, припасенных на утро, и два куска уже засохшей и не самой аппетитной пиццы. Захлопнув холодильник, я накинула куртку и направилась в магазин. Я набрала небольшую корзину продуктов и побежала обратно. На скорую руку приготовила рагу и села за стол на кухне, чтобы, наконец, покормить свой бурчащий желудок.

Первая ложка оказалась адски горячей, и я, хватая ртом воздух, попыталась остудить содержимое моего рта. Какое-то время я сражалась с обжигающими овощами, но в конце концов умудрилась все прожевать и проглотить. И вдруг я услышала, что дверь спальни медленно и со скрипом открылась. Я замерла и старалась даже не дышать. Джеймс вышел из спальни в одних трусах и, громко дыша и чуть постанывая, поплелся в ванную, не поднимая взгляд и не отрывая ног от пола. Он зашел в ванную комнату, не заметив меня, и закрыл за собой дверь. Через несколько мгновений дверь снова открылась, и Джеймс вышел из комнаты, оглядываясь по сторонам, и, наконец, наши взгляды встретились.

– Кэти? – почти шепотом спросил он.

– Привет, – я неуверенно улыбнулась.

– Привет, – он сделал несколько шагов мне навстречу. – Ты что здесь делаешь?

– Пришла навестить тебя.

– Понятно, эм… – он осмотрел свою квартиру вокруг и удивленно приподнял брови. – Это ты сделала?

– Джеймс, сходи и прими душ, поговорим позже, я подожду, хорошо?

– Хорошо, – неуверенно ответил он, чуть задержал на мне свой взгляд, но потом отвернулся и направился в ванную комнату.

Пока он принимал душ, я положила ему в тарелку свежего рагу, налила стакан сока и стакан воды, рядом положила таблетку аспирина. Я была не уверена, что в тот момент у нас может состояться хоть какой-то продуктивный разговор, но если не тогда, то я вряд ли смогла бы застать его ближайшее время в трезвом состоянии.

Когда я уже почти закончила свою трапезу, из ванной комнаты вышел Джеймс. На нем была чистая футболка и спортивные штаны, которые я пару часов назад достала из стиральной машины. Рукой он попытался зачесать влажные волосы назад, но несколько прядей непослушно упали обратно на лоб, и с них начала медленно стекать оставшаяся на них вода. Он безмолвно поплелся на кухню и сел напротив меня, не поднимая на меня свои чуть покрасневшие от алкоголя глаза.

– Ты и белье постирала? – чуть слышно спросил он.

– Ну это слишком громко сказано, – попыталась отшутиться я и заставить его улыбнуться. – Постирала машинка, я лишь закинула его туда.

– Спасибо, – шепотом добавил он, виновато взглянув на меня исподлобья.

– Уборка очень помогает привести мысли в порядок, тебе бы стоило попробовать, – я бросила таблетку аспирина в стакан с водой и подвинула его ему под нос. – Выпей, а потом поешь.

Он опустил свой взгляд на стакан, потом посмотрел на тарелку рагу, от которого еще исходил пар, а потом снова на меня. Почти залпом он выпил стакан воды с аспирином и принялся есть. Я не могла не наслаждаться тем, как с каждой ложкой в нем стал просыпаться все больший аппетит, и он начал поглощать пищу все быстрее. Я положила голову на свою ладонь и наблюдала за ним.

– Очень вкусно, – вдруг сказал он и смущенно улыбнулся мне.

– Я старалась, – улыбнулась я в ответ.

– Спасибо, – добавил он.

Джеймс быстро доел свою тарелку и запил все соком. Я поднялась со стула, собрала посуду со стола и направилась к раковине. Пока я мыла посуду, я услышала, что он встал со своего стула и ушел в гостиную. Я быстро домыла все тарелки, вытерла руки и повернулась, навалившись спиной на кухонный гарнитур. Джеймс сидел на подлокотнике дивана, опустив голову и смотря куда-то себе под нос. Его руки лежали на его коленях, медленно теребя пальцы. Он выглядел, как маленький растерянный ребенок. Оторвавшись от гарнитура, я осторожно направилась к нему. Я подошла почти вплотную, но он не поднял на меня глаза и даже не шевельнулся.

– Джеймс? – неуверенно спросила я и положила руку ему на плечо. – Все в порядке?

Но он продолжил сидеть неподвижно. Я помолчала какое-то время, чуть поглаживая его плечу своим большим пальцем, стараясь понять, что с ним происходило.

– Джеймс, может, ты хочешь, чтобы я ушла? – с опаской спросила я, но спустя несколько секунд он отрицательно покачал головой. – Хорошо.

Мои руки бессознательно оторвались от его плеч и поднялись к его голове, поглаживая влажные волосы, как будто пытаясь успокоить и защитить от всех невзгод. Джеймс сделал глубокий вздох и медленно поднял голову, чтобы посмотреть на меня. Когда его глаза встретились с моими, я увидела, что его глаза были наполнены слезами.

– Джей, не плачь, пожалуйста, – произнесла я, и мой голос начал срываться. Я обхватила его лицо обеими руками и подняла выше навстречу своему. – Все будет хорошо.

Джеймс ничего не ответил, поднял свои руки, схватил меня за талию и притянул к себе, прижимаясь лицом к моей груди. Я крепко обняла его голову руками, прижала к себе еще сильнее и уперлась своим подбородком ему в макушку.

– Кэти, – сквозь слезы произнес он. – Прости меня за все. Прости…

– Тише, Джеймс, ничего, – прошептала я, наклонилась и поцеловала его в сырые волосы.

– Мне так страшно, Кэти, – прошептал он мне в живот. – Помоги мне… Справиться со всем…

– Хорошо, я постараюсь, – ласково произнесла я. – Но при одном условии.

Джеймс оторвал от меня свое лицо и поднял глаза на меня. Грустные, потерянные и испуганные.

– Что ты больше не сбежишь, – настороженно продолжила я и провела кончиками пальцев по его лбу, скуле, спускаясь к губам.

Он отрицательно покачал головой в ответ на мой вопрос, приподнялся с подлокотника и коснулся своими губами моих. Руками он нежно взял меня за шею и прижал ближе, так, что у меня не было шансов сопротивляться. Да и не было сил противостоять ему. Никогда не было. Я неуверенно ответила на его поцелуй, скользя руками по его груди.

– Кэти, – произнес он мне в губы, чуть отстранившись. – Останься сегодня со мной, пожалуйста.

От его нежного и умоляющего голоса внутри меня все сжалось, и мне ничего не оставалось кроме того, как согласиться.

– Хорошо, – ответила я, и его губы тронула чуть заметная улыбка. Чуть коснувшись кончиками пальцев моей кожи, он заправил прядь моих волос за ухо, а потом снова наклонился и накрыл мои губы своими. Я ответила ему более уверенно, запуская свои руки в его волосы. Руки Джеймса спустились от моей шеи ниже, по спине к бедрам, он мягко подхватил меня на руки, как будто я маленькая игрушка, и понес меня в спальню, не отрывая от меня своих губ.

34

Я проснулась в полной темноте и несколько секунд не могла понять, где я находилась. Последнее, что я помнила – уютные объятья Джеймса, в которых я, судя по всему, и уснула. Повернувшись на бок, я пошарила руками вокруг, но в постели рядом со мной никого не оказалось. Взглянув на часы, чуть освещающие пространство комнаты вокруг, я поняла, что спала почти полтора часа. Я медленно села в кровати, аккуратно потерла глаза и на ощупь попыталась найти что-нибудь, что можно было накинуть на себя. Под руки попалась футболка Джеймса, я нырнула в нее и направилась к двери из спальни. Открыв ее, в глаза ударил свет, и я немного прищурилась. Чуть привыкнув к свету, я осмотрела кухню, но не увидела его. Куда он мог деться? Неужели, опять направился в бар? Я сделала несколько шагов вперед, и в поле моего зрения попал диван, на котором и сидел мой Джеймс, перебирая какие-то бумаги. Я медленно подошла к нему, наклонилась и обняла сзади, опустив руки на его грудь.

– Чем занимаешься? – спросила я.

– Проснулась? – улыбнулся он и повернулся ко мне лицом, касаясь моей щеки носом, чуть поглаживая.

– Угу, – лениво пробормотала я, наслаждаясь его близостью.

Он бросил все бумаги на стол, схватил меня за руку и потащил на себя. Я, громко хихикая, перекатилась через спинку дивана и оказалась у него на коленях.

– Ммм, а тебе очень идет моя футболка, – соблазнительно произнес он, положил руку мне на бедро и медленно стал подниматься выше, нашел край футболки и запустил руку под нее. Нежные пальцы прошлись по краю моего нижнего белья, а затем поднялись выше к моему животу.

– Эй! – я резко схватила его руку и одернула ее. – Что вы себе позволяете, детектив Леннокс? – старалась я говорить как можно серьезнее.

Удивленная улыбка на его лице растянулась, и он начал смеяться. Я поднялась с его колен и села рядом к нему лицом, подогнув одну ногу под себя, а вторую закинув на него. Джеймс поднял свою руку и медленно провел пальцами по моей щеке и губам, спускаясь к подбородку.

– Кэти, ты мой маленький ангел, – вдруг сказал он чуть слышно, не отрывая от меня своего взгляда.

Я удивленно приподняла брови и приоткрыла рот, но Джеймс положил мне пальцы на губы, не давая этим заговорить.

– Подожди, дай мне сказать, – начал он, и я послушно кивнула. – Рядом с тобой я начинаю снова жить, Кэти. А ведь я никогда не думал, что буду на это способен. С тобой рядом я нахожу в себе силы перешагнуть через свое прошлое и идти дальше. Я до сих пор боюсь. Возможно, с каждой секундой еще больше, но, кажется, я не могу без тебя. Без тебя дико паршиво, – произнес Джеймс, сделал глубокий вдох и задержал дыхание.

Я подняла руку и положила ему на лицо, поглаживая большим пальцем его щетину. Он прижался к моей руке и прикрыл глаза.

– Я люблю тебя, Джеймс, – из меня вырвались слова прежде, чем я смогла подумать.

Он открыл глаза и поднял их на меня. Он смотрел пристально несколько секунд, не шевелясь, как будто боясь спугнуть момент.

– Повтори, – попросил он, и нежная улыбка чуть тронула его губы.

– Я… люблю тебя, – повторила я шепотом.

Джеймс взял меня обеими руками за шею и впился в меня губами. Я приподнялась и переместилась ему на колени, обхватив его своими ногами за талию.

– Я тоже тебя люблю, – ответил он, чуть оторвавшись от меня. Довольная улыбка растянулась на моем лице, и я снова прижалась своими губами к нему.

– А знаешь что? – вдруг воскликнул он. – У меня есть идея!

– Какая идея? – удивленно смеясь, спросила я.

– Давай уедем! Куда-нибудь к берегу океана, где будет солнце, пальмы и мы вдвоем! – вдохновлено протараторил он.

– Что? – засмеялась я. – Так вот взять и уехать?

– Ну а что? Разве не здорово? – его глаза загорелись.

– Да, – согласилась я. – Давай уедем!

35

На следующее утро я приехала домой и побежала к шкафу собирать вещи. Джеймс позвонил кому-то из знакомых, и нам нашли путевку с вылетом уже в тот же день вечером. Это должны были быть самые лучшие две недели в моей жизни! Пока я ехала домой, я успела позвонить на работу и попросила отправить мне статьи на электронную почту. Я могла заниматься работой на берегу пляжа, попивая холодный мохито. Ну разве не мечта?

Достав большую дорожную сумку, я начала судорожно соображать, что же надо было взять с собой. Сначала я закинула обувь и принадлежности личной гигиены, выбрала парочку купальников и несколько комплектов лучшего нижнего белья. Затем я открыла шкаф с одеждой и в растерянности осмотрела вешалки и полки, забитые до отказа. Как же выбрать то, что действительно могло пригодиться? Я сгребла в охапку все вешалки и бросила их на кровать, также поступила с вещами, которые лежали на полке. Мне хотелось подготовиться, чтобы каждый день выглядеть для него самой красивой, чтобы у него и мысли не возникло смотреть по сторонам. Только на меня! Я выбрала четыре платья, которые лучше всего подчеркивали мою стройную фигуру, и убрала остальные обратно в шкаф. Далее я приступила к разгребанию футболок и штанов. Пошарив рукой между вещей, мне бросилось в глаза что-то ярко-красное среди груды всего барахла. Я потянула свою руку навстречу, зацепилась кончиками пальцев за уголок материала и вытащила платок. Ярко-красный платок в белый горошек. Платок Линды, который заставил перестать ее дышать.

– Надень его сегодня, на улице прохладно, и он очень отлично подчеркивает твои губы, – я говорю Линде, вкладывая шелковую ткань ей в руку.

– Я так волнуюсь, Кэти, вдруг он разозлится и снова выйдет из себя? – спрашивает меня Линда, послушно повязывая платок на шее, даже не задумываясь о своих действиях. Я убираю ее волосы и помогаю ей завязать платок сзади. Узел, еще один.

– Именно поэтому я пойду с тобой, так мне будет спокойнее. Раз вам со Скоттом необходимо встретиться в уединенном месте – в этом старом парке, лучше, чтобы кто-то был рядом, на всякий случай. Он очень вспыльчивый, и если что пойдет не так, я приду тебе на помощь, хорошо? – успокаиваю я ее, поглаживая по плечу.

– Спасибо, Кэти, что бы я без тебя делала? – вздыхает она и смотрит на меня через зеркало.

– Ты точно решила, что хочешь ему это рассказать?

– Да, я хочу, чтобы он знал, что это его ребенок. И что я буду рожать, не зависимо от того, хочет он ребенка или нет, – уверенно произносит она.

– Что ж, ты права, – поддерживаю я.

– А если он тебя заметит? – поворачивается она ко мне.

– Не переживай, я спрячусь где-нибудь за деревьями. Да и ему будет не до меня, – улыбаюсь я. – Все будет хорошо.

– Надеюсь, – говорит она и достает телефон из кармана. – Надо ему позвонить.

Я киваю в поддержку и отхожу от нее. Линда набирает его номер и начинает ходить из стороны в сторону.

– Скотт, привет, – начинает она слишком приторным писклявым голоском. – Помнишь, я тебе говорила, что нам надо поговорить… Да, сейчас…Нет, давай в парке у вокзала… Нет, не беспокойся, в этом парке никого не будет… Хорошо, через полчаса там…До встречи, – произносит она напоследок, кладет трубку и поворачивается ко мне. В ее глазах я вижу неуверенность и необходимость поддержки. Я подхожу ближе и кладу руку ей на плечо.

– Пошли? – спрашиваю я и утвердительно киваю.

– Да, пора, – соглашается она.

Линда направляется на вокзал, чтобы сдать сумку в камеру хранения, а я в это время направляюсь в парк, обходя людные места и здания, оборудованные камерами уличного наблюдения, которые изучила за предыдущие недели. Из-за угла осматриваю территорию стоянки напротив входа в парк. На мою удачу, здесь никого. Я быстро подбегаю к одному из столбов среди кустов и поросшей травы, достаю из сумки маленький автомобильный регистратор, включаю его, сверяю время со своими часами. Все идет просто идеально по плану. На моих часах почти семь вечера, на видеорегистраторе выставлено двадцать минут восьмого, чтоб наверняка. Цепляю незатейливое оборудование на столб, убедившись, что камера направлена на вход в парк. Снова осматриваюсь по сторонам и, не увидев никого вокруг, трусцой перебегаю дорогу и забегаю в парк. Быстро прохожу метров двадцать и нахожу место назначения – идеальный вариант, где они оба меня не заметят. Пробираюсь через кусты и прячусь в моей засаде. Пока они не подошли, достаю телефон и звоню Дэвиду на рабочий.

– Алло, – он берет трубку через несколько гудков.

– Привет, это я, – стараюсь успокоить свое дыхание.

– А, привет, малыш. Скучаешь?

– Угу, – бормочу я. – Ужин уже почти готов, и уже меньше, чем через сорок минут начнется футбол, ты все еще в офисе?

– Черт, зарылся в бумагах для совещания и обо всем забыл. Время уже почти пол седьмого?

– Конечно, – с наигранным возмущением отвечаю я. – Я сколько уже тебе говорю, что стоит в кабинете иметь часы. Если тебя раздражает ход механических часов, поставь электронные.

– Я помню, помню. В общем, я бросаю все дела и выезжаю к тебе, надеюсь, успею к началу.

– Хорошо, жду, – говорю я и спешно кладу трубку.

Еще когда несколько лет назад он заехал в этот офис, то сразу снял большие механические часы со стены. Видите ли, его раздражает их звук. А вот повесить новые электронные он никак не мог. Дэвид очень рассеянный, что очень на руку мне и моему плану. Сейчас он, не глядя по сторонам или в свой телефон, который вечно валяется у него в портфеле, помчится ко мне, ведь пропустить хоть секунду матча он никак не может. И даже если он посмотрит на часы на приборной панели в машине, то заметит лишь то, что время опять сбилось. Он будет думать, что эта чертова электроника опять дала сбой, ведь он даже не догадывается, что это моих рук дело. Сам матч уже полчаса, как идет, но и эту проблему я решила. Пришлось купить новый телевизор и разобраться с его дополнительными функциями, чтобы поставить эфир на запись.

Через несколько минут мне приходит сообщение от Линды:

«Ты на месте? Мы подходим»

«Да» – кратко отвечаю я и убираю телефон в карман. Отлично. Пришло время главного акта.

Спустя какое-то время я слышу голоса и вижу, как они заходят в парк. Скотт бежит впереди нее, а она еле поспевает за ним. Линда крутит головой по сторонам, но не видит меня, и пробегает мимо.

– О чем ты так срочно хотела поговорить, что вырвала меня из дома!? – на повышенных тонах спрашивает Скотт и резко разворачивается в десяти метрах от меня. Злой. Отлично. – Ты же знаешь, что я дома не могу отвечать на твои звонки, а тем более встречаться с тобой!

– Скотт, – тихо начинает Линда. – Это действительно очень серьезно. У меня…у нас проблемы.

– Что? – он размахивает руками. – Муженек не купил тебе очередные туфельки от Прада? Какие у тебя могут быть еще проблемы? И я тут при чем?

– Я беременна, – выпаливает она, и Скотт цепенеет. – От тебя, – добавляет она.

Скотт делает два шага назад и запускает одну руку в свои светлые волосы.

– Как ты можешь быть уверена, что это…, – он указывает на ее живот. – От меня?

– Я знаю. Я не спала с мужем уже достаточно давно, – она пытается подойти ближе к нему, но он вытягивает руки вперед и делает еще несколько шагов назад.

– Нет-нет-нет, – он снова отходит от нее и делает небольшой круг. – Этого мне еще не хватало. Не говори, что ты собираешься его оставлять, – злобно говорит он, повернувшись к ней.

– Да, – почти шепотом произносит она.

– Что!? – он подходит ближе к ней. – Ты издеваешься что ли?

– Нет, я серьезно, Скотт. Я не собираюсь делать аборт, – на полном серьезе произносит она.

– Линда! Твою мать! И как ты собираешься объяснять это своему мужу? – кричит он.

– Я… Не знаю, скажу, как есть…

– Серьезно? Сначала муж твоей подруги, теперь тренер. Ты думаешь, он так и будет прощать твои похождения без конца?

При упоминании Питера я крепко стискиваю зубы, и из меня вырывается шипение.

– Не знаю, я не думала об этом, – тихо отвечает она.

– Конечно, ты не думала! Ты хоть когда-нибудь думаешь своей головой, а не тем, что под юбкой?

– Скотт…

– Нет! Хватит! – он подходит к ней вплотную и сильно хватает ее за шею. – Ты сделаешь аборт, понятно тебе? Или расскажешь мужу так, чтобы мое имя не фигурировало в этой истории, мне наплевать! Не дай бог моя жена об этом узнает, я тебя убью!

– Тебе совсем наплевать, что будет с твоим ребенком? – с надеждой спрашивает она.

– Мои дети спят дома. Я все сказал, – сурово произносит он, отпускает ее и быстро направляется к выходу.

– Скотт! Стой! – она догоняет его и хватает за руку.

– Не смей мне больше писать или звонить, поняла меня? Я тебя больше не знаю. Мы хотели просто развлечься, но это слишком далеко зашло.

– Скотт, зачем ты так? – умоляет она и кладет руки на его лицо.

– Отвали от меня! – кричит он, с силой отталкивает ее от себя и поспешно уходит.

– Скотт… – жалобно произносит Линда и садится на траву, закрывая лицо руками.

Великолепно! Он среагировал даже лучше, чем требовалось. Он спешно подходит к месту, где прячусь я, не замечая ничего вокруг. Когда он проходит в двух шагах от меня, он резко останавливается, и я замираю. Он разворачивается, поднимает глаза на Линду и видит, как она плачет, сидя на земле.

– Да к черту все, – произносит он себе под нос и выбегает из парка.

Подождав, когда Скотт уйдет подальше, я аккуратно выползаю из кустов и поворачиваюсь к Линде.

– Кэти… – на выдохе произносит она, до сих пор сидя на коленях, и я направляюсь к ней.

– Эй, тише, – ласково произношу я и обнимаю ее сзади за плечи. – Да пошел он!

– Ему наплевать на своего ребенка, – захлебываясь слезами, говорит она.

– Может, ты заслудила такого отношения? – тихо, но злобно произношу я и медленно берусь за узел ее платка сзади.

– Что? – невинно спрашивает она, и начинает поворачиваться ко мне, но ей не удается. Резким движением я наматываю узел платка себе на кулак и тяну так сильно, что ткань начинает впиваться мне в кожу.

– Кэти? – пытается сказать она, но из ее уст вырывается только хрип.

Спустя несколько рывков ее тело начинает слабеть, и она падает на локти. Своей коленкой я упираюсь в ее спину и валю на землю, не отпуская платок. Линда пытается кричать, но у нее не получается. Когда она падает лицом вниз, я встаю на ее спину двумя коленями и тяну ткань на себя изо всех сил. Она пытается вырваться, найти меня руками, но у нее ничего не получается. Свободной рукой я прижимаю ее голову к земле и хладнокровно жду. Со временем силы покидают ее тело, движения становятся более вялыми, и, когда она делает последний слабый рывок, и ее руки обессилено падают на сырую землю, я считаю до десяти и расслабляю свою хватку. Отползаю от нее на полметра, продолжая следить за ее телом, чтобы случайно не оставить ее живой. Поднимаю свои ладони и потираю саднящую кожу. Медленно стараюсь выровнять дыхание, не отрывая от Линды свой взгляд. После я поднимаюсь, подползаю к ее телу, аккуратно пальцами через платок пытаюсь найти пульс на ее еще теплой шее. Тщательно прощупываю артерию и удовлетворенно убеждаюсь, что жизнь покинула ее тело.

Развязываю ее платок на шее и спешно убираю в карман, хватаю ее сумку, смотрю по сторонам и, не заметив никого, рысью бегу из парка. Напротив входа в парк тоже никого, и я пробегаю к своей камере, одним рывком сдираю ее и за дворами бегу домой. В панике смотрю на часы. 19:18. Дэвиду я звонила почти двадцать минут назад, он еще не мог успеть приехать, ему добираться как минимум полчаса, поэтому у меня есть немного времени, чтобы привести себя в порядок.

Забежав домой через задний двор, скидываю грязную обувь, достаю из сумки Линды ее телефоны, выключаю их, закидываю обувь и сумку в коробку и убираю в шкаф, чтобы они не попались Дэвиду на глаза. Пробегаю на кухню, включаю духовку с уже готовым там горячим, бегу наверх, прячу видеорегистратор на полке в шкафу и бегу в душ, мигом скидываю свои вещи и кидаю в стиральную машинку. Включаю ее и захожу в теплый душ. Максимально быстро наношу на себя шампунь и гель для душа, смывая еще незасохшую грязь с рук и колен.

За несколько секунд подсушиваю волосы, чуть подкрашиваю ресницы и наношу свой любимый парфюм. Надеваю заранее приготовленное нижнее белье и шелковый халат поверх. Бегу вниз и аккуратно выглядываю в окно. Пока его машина не подъехала, быстро оглядываю комнату вокруг на следы грязи. Кухонным полотенцем я быстро подтираю следы в гостиной и на лесенках и бросаю его в шкаф на кухне. Спустя буквально пару секунд я слышу звуки подъезжающей машины Дэвида. Включаю телевизор, нахожу запись эфира и включаю. Осмотрев обстановку еще раз и не заметив ничего подозрительного направляюсь в столовую, чтобы сделать вид, что занята.

Входная дверь открывается, и я слышу звуки усиливающегося ливня на улице.

– Кэти, привет, – кричит он из коридора. – А вот и я.

– Привет, – стараюсь сделать голос как можно нежнее. – Ты почти успел, матч только что начался.

– Отлично, – проходит он на кухню, пока я достаю бокалы из шкафчика, приобнимает меня сзади, целует в шею и уходит в зал занять место на диване напротив телеэкрана.

Я наполняю два бокала и присоединяюсь к нему. Футбол я не люблю, как и любой другой спорт. Вообще не понимаю смысла в том, чтобы смотреть, как кто-то бегает по полю и пинает мяч. Но для Дэвида я делаю вид, что я очень увлечена игрой. Через несколько минут звучит сигнал окончания работы духовки, я достаю блюдо, раскладываю на тарелки и приношу их в зал. Дэвид почти не реагирует, но с большим аппетитом уплетает отбивную с овощами, которую я предусмотрительно заказала в ресторане.

После окончания матча я выключаю телевизор и чуть распахиваю свой халат. Глаза Дэвида загораются, и я забираюсь ему на колени, позволяя его рукам освободить меня от белья. Мы перемещаемся в спальню и проводим там всю ночь.

Лишь с утра после завтрака он тянется к своему портфелю, чтобы найти свой сотовый телефон, на котором удивленно находит несколько пропущенных звонков от родителей Линды.

Я не хотела делать этого, но мне пришлось. Долгое время я старалась простить ее, рассмотреть ее лучшие стороны, доброту и лучезарность, но в итоге, глядя в ее большие карие глаза, я видела только похоть. Линда смогла соблазнить моего мужа, а после, когда я попыталась завязать отношения со Скоттом, она увела и его. Он даже не обращал меня внимания, пуская слюни на нее. Двое мужчин предпочли мне милашку Линду, а, следовательно, такая не должна была существовать на этом свете.

Планировала я все очень тщательно и долго, мне даже пришлось соблазнить растяпу Дэвида ради этого. И он сдался слишком быстро, я даже была разочарована. А дальше план пошел, как по маслу. Фокусы с его часами, автомобильный регистратор. Но мой любимый трюк – звонок Джеймсу, когда ко мне вломился разъяренный Скотт. Боже, это же было гениально!

Прежде чем передать телефоны Линды полиции, стоило удалить нашу с ней переписку о том, как я уговаривала ее встретиться с Фриманом, чтобы рассказать о ребенке, и предлагала для встречи этот старый парк. После я обработала сумку и телефоны, чтобы удалить свои отпечатки, и выбросила ее в мусорку подальше от моего дома и любых камер видеонаблюдения. Также я выследила женщину, которая живет в доме напротив парка. Она каждое утро около 8 часов проверяла почтовый ящик. Поэтому ночью невидимой тенью пробралась к ее двору и бросила туда флешку с видеозаписью. С утра я проследила за ней и удовлетворенно убедилась, что она пошла в полицию. Я знала, что Скотта в тот же день объявят в розыск, и он со дня на день должен был обязательно заявиться ко мне с угрозами, ведь он настоящий псих. Я простояла у окна в ожидании его в тот день до трех часов ночи, но он так и не явился. Мне уже стало страшно, что я все же прогадала с поведением Фримана, но с утра я услышала резкие тормоза его автомобиля у своего дома и тут же схватила телефон. Когда Джеймс не взял трубку, а Скотт уже выбегал из машины, признаться честно, я нехило испугалась. Но все же мой рыцарь спас меня.

Сдать Фримана я могла сразу. Я так и планировала изначально. Месть была бы закончена для них обоих. Но когда ко мне в дверь постучался Джеймс, и его голубые, как океан, глаза встретились с моими, мне захотелось, чтобы он не переставал ходить ко мне. Стоило увидеть его грустный щенячий взгляд в сочетании с кривой соблазнительной улыбкой, я в тот же момент поняла, что он тот самый. Именно его я искала всю свою жизнь. И мне захотелось любыми способами добиться того, чтобы он продолжал общаться со мной и постепенно влюбляться в меня. Ведь в меня было невозможно не влюбиться. Мне просто было необходимо время. Конечно, этим я поставила под угрозу саму себя, но это того стоило. Добившись его расположения, он открылся мне, и тогда я поняла, что он уже попал в мои сети. А когда я выясняла, что Джеймс настолько разбит и сломлен изнутри, игра стала намного интереснее.

Я смяла платок в своем кулаке и прижала к своему носу. В тот вечер, когда я убила Линду, я постирала его со всеми вещами, но все равно у меня получилось уловить ее аромат, приторно-цветочный. Я немного усмехнулась. Бедная крошка Линда, которая не могла совладать со своими похотливыми желаниями. Только она не знала, что вставать на моем пути не стоило.

Оторвав платок от своего лица, я положила его обратно на кровать. На носочках я развернулась обратно к шкафу и залезла ногами на нижнюю полку, чтобы дотянуться до самой верхней. Пошарив там рукой, я наткнулась кончиками пальцев до заветного холодного железа, пододвинула чуть ближе и аккуратно вытащила ее. Мою заветную потертую голубую шкатулку от конфет. Я положила ее на кровать рядом с платком Линды и открыла. Чуть касаясь кончиками пальцев, я дотронулась до содержимого. Гладкий шелковый галстук Тома и мягкий шарф Марго. Они все заслужили этого. Пришло время пополнить мою коллекцию. Своими тонкими пальцами я подняла платок Линды с кровати, аккуратно сложила его, положила в коробку и закрыла крышку.

Схватка со страхами Джеймса еще не завершилась. Он был влюблен в меня, но я знала, что чувства скоро могли остыть. Для такого, как Леннокс, было необходимо одно – чтобы он чувствовал, что моя жизнь зависит от него. Он не смог спасти свою бывшую жену, поэтому теперь он обязательно должен спасать меня. Я не была уверена, к чему меня приведут наши отношения, и какие препятствия я еще могла встретить. Но в одном я была уверена точно: игра еще не закончена. И в моей шкатулке еще было место.

Content

Кэтрин Бейн
Девушка из дома напротив