Морган Рэй

Каникулы в раю

Глава 1

Дневная духота немного смягчилась послеполуденным ветром. Марко ди Санто удобно расположился в бамбуковом кресле, небрежно облокотившись о круглый кофейный столик. Марко был, пожалуй, единственным на этом тропическом острове, кто решил облачиться в деловой костюм в такую жару.

Находился ли он здесь по делу или искал потерянную любовь? Может быть, настало время сосредоточиться и начать действовать разумно? Он достал из кармана смятое фото и, расправив его на столе, вгляделся в знакомые черты.

Сколько бы раз Марко ни рассматривал этот снимок, огромные голубые глаза всякий раз вызывали в нем дрожь. Это была необычная женщина. Даже на обложках глянцевых журналов ему не доводилось видеть такой красоты.

Но билетный кассир в аэропорту Ранаи сразу узнал эту особу, как только он показал ему фотографию.

– Я знаю ее. Это Шайна. Вы можете найти ее в кафе «Кимо». Она работает там время от времени.

И теперь Марко находился здесь, удивляясь тому, почему это место кажется ему таким незнакомым. Стоило ему только войти в кафе, как он сразу же заметил ее. Белые шорты обтягивали округлые ягодицы. Длинные ноги покрывал ровный шоколадный загар. Марко не хотел смотреть ей в лицо – пока что не хотел, – но повернулся так, что смог увидеть нечто большее: свободную блузку, приоткрывавшую соблазнительные полные груди. Волны светлых волос свободно ниспадали ей на плечи. Хорошенькое личико светилось обаятельной улыбкой. Он резко выдохнул, что-то невнятно пробормотав по-итальянски, и снова взглянул на фото.

Да, это была она. Но Марко никогда не видел ее. По крайней мере, в жизни.

Кто она такая, черт возьми? Человек в аэропорту назвал ее Шайной. Больше ему ничего о ней не было известно.

Засунув фото в карман пиджака, Марко присел за дальний столик старомодного прибрежного кафе. Он подождет. Рано или поздно она подойдет к нему.

Забавно, что Марко не помнит ее. Забавно, что он не помнит ничего, что произошло за те две недели, прошедшие здесь, на островах. Он пытался вспомнить. Но у него ничего не получилось. Может, это как-то связано с той авиакатастрофой, а может, что-то случилось во время его отдыха здесь. Лечащий врач Марко назвал это состояние «выборочной амнезией».

«Возможно, вы будете вспоминать обо всем постепенно, шаг за шагом, – сказал он, хмуро разглядывая пациента, словно тот был подопытным кроликом. – Интересный случай. Надеюсь, вы будете информировать меня о вашем состоянии».

Это было сомнительно. Если современная наука не могла ему ничего объяснить, он будет действовать сам. Хотя все это было чертовски неприятно. Марко понимал, что ему очень трудно двигаться вперед, когда в его прошлом существует такой провал. Он просто обязан был вспомнить все, что произошло за те две недели. Марко знал, что приезжал сюда отдыхать, но совершенно не помнил, что он здесь делал или с кем был.

И еще одна проблема – у него пропали очень ценные чертежи, над которыми он долго и упорно работал. Может, они потерялись где-то здесь? Ему обязательно надо найти их, и как можно скорее. Поэтому Марко вернулся сюда, чтобы восстановить шаг за шагом события тех двух недель.

Она вышла из кафе, держа в руках поднос, который был уставлен бокалами с напитками самых разных цветов, украшенными крошечными экзотическими зонтиками. Он смотрел, как женщина поставила поднос на стол, вокруг которого сидели шумные туристы, и стала расставлять бокалы. Кто-то отпустил шутку. В ответ она рассмеялась. Марко прислушивался к ее смеху, голосу, хотя не мог разобрать слов, потому что сидел далеко. Он смотрел на женщину долго и пристально – и даже надел большие темные очки, чтобы лучше разглядеть эту красавицу. Надо вспомнить ее! Кто она? Что значила в его жизни?

Марко смотрел на нее, силясь что-то вспомнить, но безрезультатно.

Он снова вытащил фото и взглянул на него. Да, это была та самая женщина. Вот она, счастливая и смеющаяся, а вот он, весьма интимно обнимающий ее за плечи. Достаточно было взглянуть на фото всего один раз, как становилось ясно: эти двое – любовники. Стоило ему лишь подумать об этом, как его бросило в жар. Неужели он мог забыть о чем-то подобном?

Женщина взяла пустой поднос, отпустив какую-то реплику в сторону стола, что вызвало взрыв смеха, и он замер на секунду, ожидая встретить её взгляд. Узнает ли она его? Улыбнувшись, быстро подойдет к нему? Обнимет, поцелует? И тогда на него нахлынут воспоминания о прошедших двух неделях?

Официантка повернулась к другим посетителям и стала записывать заказ. Он немного расслабился. У него еще было время понаблюдать за ней.

А она явно стоила того, чтобы ею любовались. Женщина двигалась с поистине кошачьей грацией. Казалось, она принадлежала этим островам, была естественной частью этого райского пейзажа. Марко всего лишь наблюдал за ней издалека, но это пробуждало в нем мужские инстинкты.

Марко надеялся, что по возвращении на остров в его памяти сработает какой-то механизм, который откроет дорогу воспоминаниям. Но до сих пор этого не случилось. Когда он обнаружил в своих вещах фото, которое сейчас лежало в его кармане, он решил найти эту красавицу и теперь наглядно убедился в том, что такую женщину забыть невозможно.

Она легко и непринужденно двигалась между столиками, расставленными на веранде кафе. Вот она подходит ближе. Еще одна секунда – и Шайна увидит его.

Женщина медленно повернулась в его сторону, но стоило ей увидеть его, как ее улыбка тут же исчезла. Эти голубые глаза, которые на фото казались такими гипнотическими, в жизни оказались еще более завораживающими, но в ту же секунду в них отразился шок, а затем они стали холодными как лед. Резко повернувшись, красавица исчезла.

Ему потребовалась секунда, чтобы понять: она сбежала от него. Этого он совсем не ожидал. Вскочив, Марко бросился вслед за ней, но дорогу ему преградила толпа молодых людей, со смехом и шумом вставших из-за стола. Они заполонили собой весь проход. Забежав за угол кафе, он понял, что потерял ее из виду. Он взглянул вправо и влево, на изрытую колеями дорогу, но ее нигде не было видно.

– Черт, – нахмурив брови, тихо выругался итальянец. – И что теперь?

Шайна Пирс остановилась как вкопанная, судорожно глотнув воздух, и взглянула на свою маленькую «Веспу». Первым ее желанием было вскочить на скутер и умчаться куда глаза глядят. Что же делать? Ранаи – всего лишь крошечный остров в Тихом океане. И, как бы она ни старалась, ей не удастся скрыться от Марко ди Санто.

Можно, конечно, дождаться темноты, сесть в моторную лодку и доплыть до Кокосового острова, который был еще меньше, чем этот. Шайна не раз бывала на нем за последний месяц. Но что ей делать сейчас? Оставаться под этим пыльным навесом? Нет.

Вздохнув, она вывела «Веспу» наружу. Шайна была уверена, что Марко уже вышел на дорогу и ищет ее. И была удивлена, что итальянец не последовал за ней под навес. Он знал, где она оставляла свой скутер, когда работала в кафе «Кимо».

Выйдя из-под навеса на солнце, женщина глубоко вздохнула.

Зачем он вернулся сюда? Шайна была вынуждена признать, что при виде Марко у нее неистово забилось сердце и засосало под ложечкой, будто она стремительно неслась вниз на американских горках.

Ей надо научиться подавлять свои чувства. Что толку бежать от него? В любом случае придется встретиться с ним и покончить с этим. Другого выхода нет. Марко здесь. Тихо застонав от горечи, она вывела свою «Веспу» на дорогу... и тут же увидела его. Шайна завела мотор, и мужчина резко обернулся на шум, уставившись на нее. Она медленно подъехала к нему. Надменная, высокомерная.

– Садись, – сказала она. – Нам надо поговорить.

Приподняв на лоб черные очки, Марко внимательно всматривался в ее глаза. Казалось, он что-то искал в них, но не нашел и потому продолжал смотреть на нее, как чужой. Сердце ее упало. Да этот итальянец просто презирает ее! И наверное, презирал с самого начала.

О боже – кого она пытается обмануть? Стоило ей только взглянуть на него – и сердце ее затрепетало, а внутри разлилось томительное и сладкое тепло. Он был таким красивым мужчиной – римский профиль, огромные черные глаза и длинные густые ресницы, о которых мечтает любая женщина. А это стройное тело, сильные руки...

Женщина отвела глаза в сторону. Она не должна поддаваться эмоциям!

– Давай, – нетерпеливо сказала Шайна. – Поедем ко мне и там поговорим.

Но Марко не сказал ни слова. Перекинув ногу через заднее сиденье, он расположился поудобней и схватился за ручки. В тот же миг скутер сорвался с места.

Сердце ее билось, мысли лихорадочно путались. Шайна была уверена, что больше никогда не увидит его, а теперь Марко был здесь. Зачем он только вернулся? Сердце ее лихорадочно билось.

Шайна любила его всей душой... До тех пор пока не поняла, зачем он вступил с ней в связь.

И все же он приехал, и теперь им придется объясниться. Они оба – разумные люди. И должны поговорить.

Шайна мчалась по пыльной дороге, волосы ее развевались на ветру. У нее было множество вопросов. Ответит ли он на них? Возможно, этот человек никогда ее не любил, а только использовал. Но она не признается ему в своих чувствах!

Ей жутко хотелось спросить, сколько ее отец – великий Гленденнин Хадсон – заплатил ему, чтобы он нашел ее. И последний вопрос – возможно, самый интересный, – заключался в том, почему отец сам не связался с ней? После того как Шайна поняла, что Марко работает на него, она знала – кто-нибудь непременно приедет за ней, чтобы отвезти обратно в Нью-Йорк. Именно поэтому женщина скрывалась на Кокосовом острове.

Но, как ни странно, никто не появлялся. Может, Марко решил не выдавать ее отцу? Или у него какие-то тайные планы? Не похоже, чтобы это было так.

И все же в глубине души она надеялась, что Марко испытывает к ней те же чувства, что и она к нему. Хотя умом понимала – мечтать об этом нельзя. Слишком наивно было бы с ее стороны.

Въехав на маленькую стоянку возле крошечного домика, Шайна выключила мотор. Марко слез со скутера и направился к дому. Она прошла следом, стараясь держаться отстраненно.

Но затем он повел себя более чем странно. Остановился и огляделся вокруг, будто никогда раньше здесь не был. Обычно Марко сразу же шел в дом.

– Пойдем, – сказала она, кивнув, но он настороженно взглянул на нее.

– Сначала ты.

Шайна нахмурилась. Что с ним? Ведет себя так, будто попал сюда впервые.

– Что с тобой, Марко? – удивленно спросила она. – Что-то не так?

– Со мной все в порядке, – коротко сказал он.

Она колебалась. Голос, внешность, походка – все было то же. Лишь эта незнакомая холодность в его глазах пугала ее. И все же что-то было не то. Перед ней будто стоял другой человек.

Шайна вспомнила день их знакомства. Месяц назад. Она как раз вернулась с долгой прогулки по берегу острова – разгоряченная и усталая – и уже собиралась пройти в кабинку для переодевания, как услышала крики из воды. Присмотревшись, она увидела, что кто-то барахтается. В юности ее обучали спасению утопающих. Шайна мгновенно бросилась к своей маленькой моторной лодке.

Мотор взревел, и лодка помчалась туда, откуда доносились крики. Мужчина все еще судорожно колотил руками по воде. Но нескольких минут хватило для того, чтобы понять: его жизни ничто не угрожало. Издалека вода казалась бирюзово-голубой и кристально чистой. Но когда Шайна остановила лодку и оглядела место происшествия, она увидела в воде мужчину и множество голубых пузырьков, кипящих вокруг него. Беднягу со всех сторон атаковали «португальские кораблики» – маленькие тропические медузы, – и он с трудом держался на воде.

– О, – сказала она, покачав головой, когда увидела ярко-красные полосы на его шее, плечах и даже на лице, – разве вы не заметили их приближение?

Взгляд, который он бросил на нее, был полон ярости. Мужчина что-то злобно произнес по-итальянски, и она усмехнулась.

– Это не смертельно, если только вы не аллергик, – успокаивающе произнесла Шайна.

– Certo, – процедил он сквозь сжатые зубы. – Лучше бы это было смертельно, и все.

Женщина пожала плечами:

– Я знаю, это больно.

Она старалась спрятать свою усмешку, понимая, что так еще больше разозлит его. И не могла бы обвинить его за это.

– Не волнуйтесь, все пройдет.

Теперь, покачав головой, Шайна снова взглянула на него. Если бы только она знала, кого вытащила из воды. Хотя это вряд ли бы что-то изменило.

Она вспомнила, что не могла оторвать глаз от его прекрасно сложенного тела, и содрогнулась.

– Залезайте в лодку, – сказала Шайна. – Я помогу вам.

Мужчина все еще колотил руками по воде, словно считал своим долгом победить этих маленьких агрессоров. В его плечи вонзилось множество маленьких щупальцев. Женщина почувствовала, что начинает терять терпение.

– Залезайте.

Не медля ни секунды, он взобрался в лодку.

– Воды, – прохрипел он, корчась от боли.

Поняв, что его вовсе не мучает жажда, она достала ковш.

– Пресная вода не подойдет, – твердо сказала Шайна. – Нужна морская. Она поможет залечить ожоги.

Он скептически взглянул на нее – как смотрят волевые мужчины на тех, кто, по их мнению, не понимает, о чем говорит, – но все-таки позволил ей обработать раны.

– Сейчас я все сделаю, – сказала она, сохраняя невозмутимый вид и изо всех сил стараясь не пялиться на его тело.

Мужчина сам попытался вытащить из кожи щупальца, но Шайна остановила его.

– Не трогай. У тебя на руках останутся ожоги, – предупредила она.

Порывшись на дне лодки, Шайна достала тряпку и аккуратно высвободила несколько щупальцев, поливая раны водой.

– Ну как? – спросила она.

Мужчина возмущенно взглянул на нее, отобрал у нее тряпку и стал очищать свою шею и лицо.

– Спасибо, – коротко сказал он. – Возможно, мой голос звучит не слишком благодарно, но я на самом деле ценю твою помощь.

– Пожалуйста, – вежливо ответила она, спрятав улыбку.

Снова наполнив ковш морской водой, Шайна полила немного воды ему на плечи, шею, и он тихо вскрикнул, когда холодная вода обожгла кожу. Затем снова принялся чистить себя тряпкой.

«Красив, – подумала женщина. – И ни капли лишнего веса. Стройный, мускулистый, лет тридцать с небольшим. От такого надо держаться подальше!» – сказала она сама себе.

– Не хотел бы я снова это испытать, – сказал он, приходя в себя от пережитого. – Как будто кто-то рвет тебя на части.

Он нахмурился.

– Это было ужасно, – добавил мужчина, будто боялся, что не убедил ее.

– Я слышала об этом, – ответила она.

Марко повернулся, взглянув на нее так, будто впервые увидел. Откинув голову, он медленно оглядел ее фигуру, задержав взгляд на загорелых ногах.

– А тебя никогда не жалили медузы?

– Нет. Я осторожна.

Шайна понимала, что говорит надменно, но не могла удержаться от того, чтобы немного не подразнить его.

– Я всего лишь...

Мужчина запнулся, поняв, что стал оправдываться. Прищурив глаза, он продолжал:

– Впервые здесь оказался. Больше я сюда ни ногой.

Она улыбнулась:

– Они выглядели такими привлекательными – маленькие голубые пузырьки, плывущие по воде. Я даже не понял, что они живые, пока эти твари не начали жалить меня.

Шайна понимающе кивнула.

– Многие красивые существа, которые обитают в этих райских местах, ядовиты, – отметила она, и сентенция ее была скорее философской, чем естественно-научной.

К ее удивлению, мужчина рассмеялся.

– Спасибо за предостережение, – сказал он, и теперь пришел ее черед улыбнуться, когда она осознала скрытый подтекст своих слов.

В его черных глазах вспыхнули веселые искорки.

«А у него, оказывается, есть чувство юмора».

Шайна пересела на место рулевого.

– Я доставлю тебя на берег.

Она ощущала на себе его изучающий взгляд, когда лодка стала рассекать прозрачную голубую воду. Удивительно, но внимание этого мужчины ей польстило. Шайна приехала на остров около года назад и все это время старательно избегала мужчин.

Она приехала сюда не для того, чтобы заводить романы. Ей нужно было обрести душевное равновесие. Женщина жила скромно, не привлекая внимания местных жителей. Туристы, конечно, досаждали ей, но это было неизбежно из-за того, что она работала в кафе «Кимо». Однако Шайна научилась держать себя сдержанно-дружелюбно, и мужчины ей не досаждали. Всего лишь несколько раз ей пришлось отбиваться от слишком пылких ухажеров.

Шайна надеялась, что и этот человек не встанет у нее на пути. Так зачем же он вернулся?

Она взглянула на его шею. На коже не осталось никаких следов от ожогов медуз.

Шайна вспомнила о том, как высадила его на берег и привязала лодку к небольшому пирсу. Ее маленький дом стоял достаточно далеко от воды, но он был хорошо виден среди гладких стволов кокосовых пальм. Яркий желтый фасад и красные цветы гибискуса делали его весьма заметным среди окружающего пейзажа.

– Ты остановился в отеле? – спросила она, собираясь предложить ему отвезти его в город на скутере, но затем отбросила эту мысль.

– А здесь всего один отель? – удивленно спросил мужчина.

– Отель? – Шайна кивнула. – Мы находимся в отдалении, – заметила она. – И к нам приезжает не так много туристов. В основном люди едут сюда порыбачить или покататься на яхтах.

– Понятно.

– А ты... зачем приехал?

– Ни за тем, ни за другим. Можно сказать, я решил отдохнуть здесь, чтобы восстановить силы, – произнес он таким тоном, что она догадалась: этот человек терпеть не может, когда кто-то вмешивается в его дела, поэтому оставила эту тему.

А теперь Шайна поняла, что, возможно, совершила очень большую ошибку. Вскоре стало ясно, что Марко приехал на острова лишь для того, чтобы найти ее. Ну вот, он нашел... и уехал. Один.

А теперь вернулся.

Она пристально взглянула на него. Зачем он здесь?

Прошло всего несколько минут, как они приехали сюда. Марко продолжал стоять на месте и казался немного потерянным. От волнения Шайна не могла вымолвить ни слова. На нее нахлынули воспоминания. Этот новый Марко был заносчив, но не менее привлекателен. Правда, тогда она почти ничего о нем не знала. Чувства ее были чисты, и ничто не омрачало их счастья. До поры до времени.

Если бы Шайна с пристрастием расспросила его в день их знакомства, почему он приехал сюда, она, возможно, уберегла бы себя от многих неприятностей.

Глава 2

«Она сама не знает, что со мной делать, – догадался Марко, – И наверное, что-то вспоминает. Черт возьми! Ну и ситуация!»

Перед ним была невероятно красивая женщина, с которой его явно что-то связывало, но он не помнил что... Все это было так нелепо. Марко вполне мог понять ее вопрос. Наверняка это был самый потрясающий отдых за всю его жизнь, если верить фотографии. Но тогда непонятно, как он мог забыть такую красавицу. И почему она сбежала от него?

В ее глазах был страх. Первой реакцией Шайны было удивление, но за ним последовал страх, и она, повернувшись, бросилась бежать. Странно. В отношениях с женщинами Марко всегда был вежлив, учтив, обходителен. Чем же тогда она была так напугана? Почему скрылась?

Такого с ним еще не бывало. Ни одна женщина прежде не сбегала от него. Возможно, эта выборочная потеря памяти имела больше аспектов, чем он предполагал. Или подсознание хотело его защитить. Возможно, было что-то такое, о чем Марко не хотелось вспоминать?

Он ожидал, что Шайна подойдет и предложит ему меню. Но убежать, не проронив ни слова...

Выходит, он действительно сильно обидел или напугал ее. Внутри у него что-то дрогнуло. Что же произошло? Что плохого он ей сделал?

О чем она думает? Шайна ждала, что он направится к дому, но Марко остановился в замешательстве. Рядом со стоянкой, где она припарковала свой скутер, находились два домика. Марко не знал, какой из них принадлежал ей. Он отступил, пропуская ее вперед.

Сначала Марко хотел признаться, что потерял память. Но теперь колебался. Вокруг него кипела жизнь. Тихо шумел прибой, на деревьях кричали попугаи, из окон соседнего дома доносилась мелодичная музыка. Густая жара разливалась в воздухе, а солнце ослепляло глаза. Если он не будет соблюдать осторожность, магия острова постепенно лишит его разума. Пусть все идет своим чередом, пока Шайна не расскажет, ему правду. Возможно, он сможет что-то понять из ее рассказов.

– Как давно ты здесь живешь? – спросил он первое, что пришло ему в голову.

Резко обернувшись, Шайна уставилась на него как на сумасшедшего.

– Пытаешься завязать светскую беседу? – язвительно спросила она.

«Конечно! Она ведь наверняка рассказывала об этом!»

– Почему бы и нет? – весело ответил он.

Почему бы и нет, действительно.

Шайна возмущенно взглянула на него. Марко оглядывался вокруг, будто не узнавал этого места. На мгновение в ней всколыхнулась надежда. «Неужели он жалеет о том, что потерял? Да нет, не может быть!»

– Зачем все это? – пробормотала она, покачав головой. – Пойдем в дом, – добавила Шайна. – Я умираю от жажды – выпьем холодного чая.

– Звучит заманчиво, – согласился он, направляясь следом за ней.

Его взгляд упал на ее округлые ягодицы, но Марко быстро отвел взгляд в сторону. Он не может позволить себе ей увлечься. По крайней мере, пока все не выяснится.

Ее крошечный дом был построен на сваях и окружен пышно цветущими кустами. «Именно в таком доме, в жарких тропиках, должна жить прекрасная молодая женщина», – решил он, но тут же насторожился. Все это было слишком совершенным, слишком пышным, слишком чувственным, как ловушка. Он, наверное, обрушился на нее со своей любовью, как тайфун на город. На этот раз ему нужно держать себя в руках.

Марко снял солнечные очки, поднялся вслед за ней по деревянным ступенькам и прошел через широкую деревянную веранду. Они оказались в гостиной, обставленной плетеной мебелью. Оглядев комнату, он не обнаружил никаких личных вещей, которые могли бы что-то рассказать ему о хозяйке дома. Высоко на шкафу стояла фотография в рамке. Больше ничего. А ее, оказывается, не так легко раскрыть.

Шайна прошла на маленькую кухню и, открыв небольшой холодильник, достала холодный чай. Наполнив два высоких бокала, она протянула ему один из них. Он с благодарностью осушил его.

– Итак, – сказала она, облокотившись на стол напротив него, – ты вернулся. Полагаю, для этого есть причины?

Он тоже оперся на стол – лишь для того, чтобы Шайна его не опрокинула.

– Я вернулся, чтобы найти тебя.

Что-то вспыхнуло в ее глазах. Она вопросительно взглянула на него. Шайна злилась на него, но была готова вернуться к дружеским отношениям. Если бы он знал, что надо делать...

– Отлично. Ты меня нашел. Что дальше? – с вызовом спросила она.

Их взгляды встретились. В ее прекрасных глазах стоял вопрос. Женщина смотрела на него все с тем же оттенком негодования. Он нахмурился. Эту тайну необходимо разгадать.

– Послушай, Шайна. Я не знаю, почему ты так злишься на меня, – сказал он, положив свои черные очки на стол. – Не знаю, что я сделал.

И он слегка откинулся назад, ожидая ответной реакции. Она не заставила себя долго ждать.

– Ты не знаешь? – Шайна в изумлении уставилась на него. – Марко Смит... – Она замолчала. – Прости, совсем забыта. На самом деле Марко ди Санто, не так ли? – Ее огромные голубые глаза смотрели на него в упор. – У тебя что, провалы в памяти?

Какова бы ни была его ошибка, ему это не понравилось. Он видел, как она разозлилась, и хотел как-то усмирить ее гнев.

– Очевидно, ты и правда ничего не помнишь, – резко сказала Шайна. – Уехал пару недель назад и уже забыл, как мы жили в тропиках. – Она покачала головой. – Зачем ты вырядился в этот костюм?

– У меня была деловая встреча с одним клиентом, сразу перед вылетом сюда, – объяснил Марко, опустив глаза.

Женщина пожала плечами:

– Хотя бы сними пиджак.

– Да, конечно, – согласился он, элегантно скидывая с себя пиджак. – С твоего разрешения, – как можно любезнее добавил Марко.

Шайна колебалась, и он мог бы поклясться, что ей хочется встать из-за стола, взять у него пиджак и повесить его куда-нибудь. Но она напомнила себе, что злится на него и сейчас не время наводить порядок.

– Повесь его на спинку стула, – пробормотала женщина, и щеки ее слегка покраснели.

Инстинкты Марка были безошибочными. Шайну обуревала буря противоречивых эмоций, и поэтому она ощущала непривычный дискомфорт. Жизнь ее перестала быть спокойной и безмятежной. Она наблюдала, как он повесил пиджак, расслабил узел галстука. Расстегнул три верхние пуговицы на вороте шелковой белой рубашки, запонки на манжетах и засучил один рукав до локтя. Шайна смотрела на него как завороженная. Казалось, будто с каждым движением этот человек утрачивал частицу своей сдержанности. И – о боже! – ее сердце забилось быстрее.

Как легко она поддалась его очарованию несколько недель назад! В день их знакомства Марко был совсем другим. Тогда она спасла его от маленьких голубых медуз.

Оказавшись на берегу, она пригласила его выпить холодного чая, как и в этот раз.

– Меня зовут Шайна Пирс, – сказала женщина, когда они уселись за столик.

Мужчина слегка замялся, прежде чем ответить. Ей следовало бы обратить на это внимание.

– Марко, – сказал он наконец. – Марко Смит.

Она удивленно уставилась на него. По всем приметам он был итальянцем – смуглая кожа, чувственный южный акцент, взрывной характер. Это имя возбудило у нее подозрения с самого начала.

– Смит! Вы серьезно?

– Да. – Его темные глаза смотрели на нее невозмутимо, лишь в глубине тлела искорка смеха. – Не верите?

Она вспыхнула. Какое ей дело? Здесь, на островах, все придумывали себе имена, какие хотели. Кто она такая, чтобы судить его? Ее собственное имя было такой же подделкой, как... трехдолларовая купюра. Она придумала его себе, привыкла, что все вокруг называют ее Шайной. Женщине даже стало казаться, что это придуманное имя подходит ей гораздо больше, чем то, которое было дано при рождении. Его вопрос остался без ответа.

В тот день он был таким красивым. Они болтали, пили чай, и вдруг она обнаружила, что слишком часто непроизвольно задерживает взгляд на его мускулистой груди.

–А где ты оставил свою одежду? – немного раздраженно спросила Шайна.

Марко уже чувствовал себя гораздо лучше. Красные полосы на его теле почти исчезли.

–- А зачем мне одежда? – ответил он, поддразнивая ее. – Разве это не тропики? Я думал, вы все расхаживаете здесь как Адам и Ева в эдемском саду.

Она рассмеялась, парируя его выпад:

– Даже Адам немного смутился, когда понял, что Ева украдкой разглядывает его.

– Меня не так просто смутить, – сказал Марко.

В ту же секунду взгляды их встретились. В этот момент Шайна почувствовала какое-то странное возбуждение, которого никогда раньше не испытывала. Глаза его вспыхнули, и она догадалась, что он все понял. Она увидела в них неподдельный интерес и... желание. Но этого Шайна не могла себе позволить. Она даже не представляла, что научится так распознавать сигналы в мужских глазах. Женщина смотрела на него и не могла вымолвить ни слова.

Но уже через секунду Марко заговорил так, словно ничего не случилось:

– Моя одежда осталась где-то там, на берегу. Вода была такой чистой, а рыбки такими красивыми, что я забыл обо всем на свете и заплыл слишком далеко.

Шайна вздохнула и закусила губу. Одно дело – расхаживать с полуобнаженным мужчиной по пляжу, а другое – сидеть с ним у себя дома, за одним столом. Ей было не по себе.

Он заметил это.

– Я бы попросил у тебя какую-нибудь рубашку, но, боюсь, она мне будет мала, – беспечно произнес Марко.

– Я найду тебе что-нибудь, – сказала она, подскочив на месте.

Шайна специально как можно дольше рылась на полках в платяном шкафу, чтобы щеки ее немного остыли. Затем вспомнила, что предыдущий жилец оставил здесь свою гавайскую рубашку, ярко-желтую, с красным попугаем на груди.

– Вот, нашла, – сказала она, входя в гостиную и думая, что он по-прежнему сидит за столом.

Но Марко стоял у шкафа возле открытых полок, где лежали ее вещи.

– Ты говоришь, твое имя – Шайна Пирс? – спросил он, внимательно глядя на нее.

В его словах она уловила слабый сигнал тревоги, от которого по ее спине пробежала дрожь. Что он такого увидел у нее в шкафу?

– Да.

Нахмурившись, Марко взглянул ей в лицо:

– Ты уверена?

Шайна с досадой посмотрела на него.

– Разве не похоже? – язвительно бросила она.

Покачав головой, он пристально посмотрел на нее.

– Твое лицо мне кажется знакомым, – тихо сказал Марко.

Ее глаза округлились.

– Ты ошибаешься. Мы незнакомы.

– А мне кажется, я видел тебя раньше.

Шайна вгляделась в его глаза. Он снова улыбался, и она вздохнула с облегчением. Какие бы мысли ни пришли ему на ум, Марко уже забыл об этом.

Она немного настороженно улыбнулась ему:

– Боюсь, тебе это только кажется. Здесь, на островах, мы ценим свою уединенность и стараемся не задавать лишних вопросов. – Женщина пожала плечами. – Как говорится, не будите спящую собаку.

Марко удивленно фыркнул.

– Ты просто кладезь народной мудрости, – заметил он, снова поддразнивая ее. – Уверен, что значительно улучшил бы свой английский, если бы подольше пообщался с тобой.

В ответ Шайна отпустила какую-то шутку, но долго не могла забыть его последние слова. Да, от такого типа определенно надо держаться подальше. Он слишком любопытен. И потом, они такие разные...

Тогда, проигнорировав его замечание, она протянула ему гавайскую рубашку, и Марко надел ее, не потрудившись застегнуть пуговицы. Роскошное тело по-прежнему оставалось открытым, но не до такой степени, и это уже было большим достижением. Теперь можно было себе позволить немного расслабиться.

Какой же глупой она была! Расслабиться! Впустить в собственный дом шпиона! Поверить ему! Открыть свою душу!

В то же время она беспокоилась, не узнал ли он ее лицо, но решила, что это маловероятно. Всего лишь год назад ее фото украшало страницы модных журналов, но Шайна приложила уйму усилий, чтобы изменить свою внешность и перестать быть похожей на модель. В этой женщине почти невозможно было узнать ту, что не так давно выступала на подиумах.

Газетчики в своих статьях называли ее капризной девицей. Для читателей таблоидов она была всего лишь испорченной девчонкой, которая вечно попадала в какие-то истории, но все-таки не унывала.

На самом деле ее звали Саммер Хадсон. Она была дочерью Гленденнина Хадсона, одного из самых состоятельных людей Манхэттена. В свободное от работы время он развлекался с кинозвездами, катался на яхтах, и его всегда окружала толпа журналистов. Саммер тоже с самого детства не оставалась без внимания. В прессе подробно освещались ее дни рождения, первое катание на пони, выпускной бал. Можно сказать, что Саммер Хадсон выросла на глазах публики.

Если бы она рассказала людям, как нелегко на самом деле быть богатой и знаменитой, они рассмеялись бы ей в лицо. И тем не менее это была правда. Сначала ей было даже приятно. Море цветов, толпа поклонников, вспышки видеокамер... Но со временем ее жизнь буквально превратилась в ад. Она делала то, что не собиралась, говорила не то, о чем думала, общалась с людьми совершенно чуждыми ей.

Несколько раз женщина пыталась выбраться из этого порочного круга, и каждый раз отец возвращал ее на подиум, под свет софитов. В конце концов она сбежала тайно, оставив свои координаты лишь юристу ее подруги, чтобы отец знал, что с ней все в порядке, и уединилась на этих отдаленных тропических островах.

Когда Саммер приехала сюда, она была измучена и надломлена, словно бабочка с поврежденным крылом. Женщина думала, что останется здесь на полгода, восстановит силы, переведет дыхание – и снова бросится в бой.

Но здесь была совсем другая жизнь. Жизнь, в которой она могла позволить себе стать обычным человеком, самой собой, а не украшать обложки журналов и не служить на потребу публике. Именно здесь Саммер повзрослела и многое поняла. На этих островах она научилась радоваться простым вещам. И что еще более важно, знала, что никогда не вернется к прежней жизни.

Лучше бы Марко сразу раскрыл ее секрет. Возможно, тогда она не позволила бы себе влюбиться в него.

Но она все-таки влюбилась. И только потом поняла, кто он такой, зачем приехал, и сердце ее будто раскололось на две половинки. Пренебрегши ею, Марко покинул остров. Саммер пыталась прийти в себя, забыть этого удивительного человека, так неожиданно и стремительно ворвавшегося в ее жизнь. И ей это удалось. Так она думала...

Пока он не вернулся. Но что будет с ней теперь?

Вернувшись в реальность, Саммер увидела, что он смотрит на нее, слегка склонившись вперед, и в его темных глазах тлеет затаенный огонь. У нее возникло ощущение, что Марко что-то ищет в ней, но не может найти и уже потерял терпение.

– Не хочешь перекусить? – спросила она, чтобы его отвлечь.

– Я не голоден, – сказал он, и это было замечательно.

Лишь одна мысль о еде вызывала у нее тошноту. Меньше всего на свете она хотела бы, чтобы Марко догадался о ее состоянии. Сама она ни за что на свете себя не выдаст.

– Скажи мне, Шайна, – отрывисто произнес он, – что ты хочешь от меня?

Пораженная, она отпрянула назад. Да что этот наглец себе позволяет, черт возьми? Между прочим, она не просила его возвращаться! А теперь он сидит здесь и у него такой вид, будто он делает ей великое одолжение.

– Твои извинения были бы весьма кстати, – ответила она с ноткой сарказма.

Его черная бровь вопросительно изогнулась: Марко смотрел на нее с недоумением.

– Извинения за что?

Глаза ее вспыхнули.

– Если ты считаешь, что тебе не за что просить прощения, не бери в голову.

Саммер прикусила губу. «Может, он все-таки попытается хоть как-то объяснить свое исчезновение?»

Марко хотел что-то сказать, но затем передумал, будто решил завести разговор о чем-то более важном. Она ждала, медленно закипая. Боже, почему ее угораздило влюбиться именно в этого мужчину?

Когда она вспоминала его поцелуи, в ее теле будто разгорался огонь. Теперь, глядя на него, она с трудом могла поверить в то, что это был не сон. Он казался холодным и даже злым. Она прижала руку ко рту, сдерживая приступ тошноты: в последнее время ее мутило все чаще и чаще. Закрыв глаза, Саммер сглотнула, ожидая, что ей станет легче. Все признаки были налицо. Осталось дождаться подтверждения врача.

Наконец, кивнув, Марко коротко рассмеялся.

– Хорошо, Шайна, давай заключим сделку. Ты знаешь, кто я, не так ли? – спросил он.

– Конечно, знаю.

Разговор принимал неожиданный оборот. Но она не собиралась игнорировать его вызывающий тон. Нагнувшись к нему, Саммер угрожающе сообщила:

– На самом деле я знаю, кто вы оба.

Его губы растянулись в улыбке, их уголки слегка приподнялись.

– Мы оба? Ты имеешь в виду меня и мое второе «я»?

– Ну да. Я и забыла, что у тебя два имени.

Она вздрогнула. «Ну вот, опять сказала не подумав!» Между прочим, у нее самой тоже два имени, и он об этом прекрасно знает.

– Это потрясающе, – весело произнес Марко. – Может, ты мне все объяснишь? Какие у меня два имени?

– Первое имя – Марко Смит. Мужчина, которого я знала в течение двух недель.

Как только Саммер произнесла это имя, в его темных глазах появилось замешательство.

– Смит? – повторил он с сомнением в голосе.

«Боже! Он еще делает вид, что не понимает».

– Именно. Смит. Мне оно тоже показалось весьма странным. А еще есть Марко ди Санто –. мужчина, которого я видела лишь мельком в тот последний день, прежде чем он небрежно сделал мне ручкой и испарился. С тех пор я его не видела.

– Это какая-то ерунда, – сказал он, нахмурившись, и покачал головой. – В любом случае я здесь. Марко ди Санто, собственной персоной.

Она склонила голову набок, притворившись, что обдумывает его слова.

– И к чему ты ведешь? – Саммер пожала плечами. – Мне больше нравился лжец, конечно. Он был веселым, привлекательным, и мне с ним было хорошо.

Марко явно пришел в замешательство, но она уже не могла остановиться.

– Правда, он притворялся! Зато общение с ним было куда более приятным, чем со вторым Марко. Марко ди Санто был не очень любезен со мной. Он сказал мне правду, которую я не хотела слышать.

Она взглянула ему в глаза, пытаясь увидеть в них хоть каплю сострадания. Хотя бы намек. Тогда бы ей стало лучше.

На секунду Саммер вспомнила, как часто они вместе смеялись, как он умел шутить. Наверное, она отдала бы все на свете за то, чтобы снова услышать этот смех, почувствовать его тепло. Но Марко лишь загадочно улыбнулся, и Саммер не могла понять: он улыбается ей или над ней смеется. Лицо его стало сдержанным, когда он взглянул на нее. Она ждала от него любви, а получила лишь холодную учтивость. Если бы Марко обнял ее, поцеловал или просто взял за руку, Саммер не задумываясь бросилась бы в его объятия.

Но вместо этого он задал вопрос, который она совсем не ожидала от него услышать:

– Ты всегда говоришь правду, Шайна?

Вздрогнув, женщина отвернулась в сторону. Марко знал ответ на этот вопрос. И он понимал, что она лгала ему в течение двух недель, скрывая свое настоящее имя.

Марко продолжал, и тон его был спокойным.

– Правда ведь у каждого своя.

Саммер вздохнула. Она взглянула ему прямо в глаза:

– Ты проявил талант сочинителя еще в день нашего знакомства.

– Хорошо, Шайна. Я скажу тебе правду.

Он помедлил, сделав глубокий вдох, затем выдохнул:

– Я не знаю, кто ты.

Саммер резко вскинула голову. Секунду она прокручивала в мыслях его слова.

– О чем ты говоришь?

Марко твердо встретил ее взгляд.

– Я понятия не имею, кто ты такая. Я ни разу в жизни тебя не видел.

На секунду ей стало плохо. Стены комнаты, казалось, закружились вокруг нее. Закрыв глаза, женщина с трудом обрела равновесие, затем снова взглянула на него. Мужчина, с которым она жила вместе несколько недель, был сейчас здесь, но она не узнавала его.

– Это какая-то игра, Марко?

– Нет, совсем нет. – Он покачал головой, не сводя с нее глаз. – Я серьезен, как никогда.

Саммер обхватила себя руками. Был жаркий тропический день, но ее бил озноб. Что-то в его словах, поведении настораживало.

– Я понятия не имею, кто ты такая. Я ничего не помню.

Глава 3

- Я знаю, в это трудно поверить, – сказал Марко, машинально проводя рукой по своим густым черным волосам. – Я и сам не могу ничего понять.

Шайна сглотнула комок в горле, затем сделала глубокий вдох:

– Марко...

– Хорошо, я постараюсь. – Он поморщился. – Когда я улетал отсюда обратно в Италию, то, должно быть, сел на обычный рейсовый самолет. Но почему-то до Рима я не долетел, а в какой-то момент оказался на маленьком самолете одной из местных авиалиний, и мы потерпели крушение в Средиземном море, недалеко от Сицилии.

Она судорожно выдохнула:

– О, Марко!

– Пилот и другой пассажир погибли, но меня спасли. Я очнулся в госпитале в Неаполе. Не мог вспомнить, кто я такой, а тем более, где был.

Саммер едва сдержала себя. Ей безумно хотелось броситься к нему, дотронуться, излить свои чувства. Несмотря ни на что, она переживала за него больше, чем за кого-либо в жизни. Женщина не знала, как можно было назвать ее чувства, но, скорее всего, черт возьми, это была любовь.

–Ты был ранен? С тобой все в порядке?

Взглянув на нее, Марко с усилием улыбнулся:

– Со мной все в порядке, Шайна. Физически. Основное я вспомнил практически сразу.

Саммер медленно кивнула, ощущая новый приступ тошноты. Она все еще не могла поверить в то, что станет мамой.

– Так, значит, память вернулась к тебе? – еле слышно спросила женщина.

– Вернулась, но не полностью.

– Да, есть многое, чего я не помню. Похоже, из памяти моей выпали те две недели, которые я провел здесь, на Ранаи.

Саммер покачала головой. Она все еще не могла поверить. И в то же время решала, можно ли верить ему. Неужели это правда? Может, он придумал все это?

Потеря памяти. Амнезия. Саммер никогда раньше не сталкивалась с людьми, которые страдали бы подобными заболеваниями. И почему вдруг этим человеком оказался он? И именно теперь? Что ему нужно от нее?

– Как странно, – тихо сказала она.

– Мне тоже.

Саммер недовольно поморщилась. Она должна быть объективной, если хочет выяснить правду. У нее была уйма вопросов. Прищурившись, женщина внимательно вглядывалась в его лицо.

– Если ты ничего не помнишь об этих двух неделях, как ты узнал о том, что был здесь? – спросила она.

– У меня сохранились авиабилеты.

– Ты нашел их у себя дома?

Марко кивнул:

– Да. Я там живу.

Женщина спросила:

– Но ты помнишь, зачем приезжал сюда?

Он колебался.

– Наверное, я хотел немного расслабиться. Уединиться в тиши. Мне необходимо было побыть одному.

Саммер тяжело вздохнула, вспомнив события тех дней. До самого последнего дня она даже не догадывалась о том, что Марко – всемирно известный дизайнер гоночных яхт, работавший у ее отца. Гленденнин Хадсон любил спортивные гонки на воде, и у него были деньги, чтобы нанять лучших специалистов в этой сфере. Марко ди Санто был его дизайнером, его главным козырем, когда он участвовал в крупнейших международных состязаниях. И все две недели Марко скрывал правду ото всех, кто жил на острове. Саммер узнала обо всем случайно, когда застала его врасплох в гостиничном номере и своими глазами увидела логотипы фирмы отца на чертежах.

– Но почему ты первым делом приехал сюда? – с вызовом спросила она. – Я имею в виду Ранаи.

Нахмурившись, он покачал головой.

– Если бы я знал... – пробормотал Марко. – Это часть загадки.

– Тогда как ты объяснишь тот факт, что приехал на Ранаи и нашел меня? Ты ведь меня не помнишь.

Он расплылся в улыбке. Марко понимал, к чему она клонит, и явно забавлялся этим. Порывшись в кармане, он достал смятую фотографию и тщательно расправил ее на столе.

– Когда мне отдали мою сумку, выловленную из моря, я стал рыться в ней в поисках вещей, которые помогли бы мне восстановить мою память. Я думал, что найду в сумке сувениры, открытки или что-то еще, что помогло бы мне вспомнить события тех двух недель. – В его глазах вспыхнули искры, когда он, улыбнувшись, взглянул на нее. – Но вместо сувениров нашел вот что.

Она уставилась на фото. Сердце ее дрогнуло. Ей вспомнился тот день. Их сфотографировал Кимо. Именно тогда она поняла, что любит Марко. Ведь в тот момент Саммер еще не знала, что он уедет. И не понимала, что этот человек – вовсе не тот, за кого себя выдает.

– И эта женщина так тебе приглянулась, что ты решил выяснить, кто она... – Она старалась говорить как можно более непринужденно.

– Клерк в аэропорту назвал мне твое имя и рассказал, где тебя найти. – Он пожал плечами так непринужденно и очаровательно, как могут делать лишь дети. – Остальное тебе известно.

Саммер еле сдерживалась, заставляя себя не смотреть на фото. В тот день она была так счастлива, так уверена...

Встав со стула, женщина прошла на веранду. Скрестив руки на груди, она устремила взгляд на океан. Ей захотелось окунуться в эту голубую прозрачную воду и ощутить блаженную прохладу. Забыться, перестать думать... Успокоиться.

Марко подошел к ней и тоже залюбовался на горизонт.

Поколебавшись, он произнес:

– Прости меня.

Она быстро взглянула на него:

– Простить? Но ты ведь не нарочно. Это не твоя вина.

Он пожал плечами:

– Видишь ли, ты меня хорошо знаешь и помнишь, какие чувства связывали нас. – Слегка вздрогнув, он взглянул на нее, затем отвел глаза. – А я тебя не знаю совсем.

Саммёр не отрываясь смотрела на него. В груди ее стало расти отчаяние, когда до нее дошел смысл его слов. Если все, что говорил Марко, было правдой, значит, он не испытывает к ней никакой привязанности. Никакой страсти. Никаких дружеских чувств. Он не помнит о том, как хорошо им было вдвоем. Не помнит, как однажды они провели вместе одну изумительную ночь. Для него ничего этого не было.

Это все равно как в лесу, в глуши, упало бы дерево, но так далеко, что никто и не услышал. Так же и здесь. Было ли это реальным? Если он ничего не помнит, выходит, эти воспоминания уже давно поблекли, как старые фотографии? Было ли это на самом деле? Или ей все привиделось?

Несмотря на шок, она мгновенно все поняла. Во-первых, он не испытывал к ней никаких чувств. Все ее мечты превратились в прах.

Во-вторых, Саммер осознала, что Марко уже никогда не скажет отцу, где она находится. Сейчас он, кажется, даже не помнил, кто она такая. А потому ей можно не опасаться, что отец заберет ее отсюда.

– Скажи мне честно, – тихо сказала женщина. – Зачем ты вернулся?

С минуту он думал, прежде чем решился ответить.

– Я должен восстановить хронику событий, – осторожно начал Марко. – Мне нужно склеить кусочки мозаики, чтобы получилась целостная картина. Иначе я не смогу спокойно жить.

– О...

И это все? Но она не могла осуждать его за это. Вероятно, попади Саммер в такую ситуацию, она бы тоже не смогла переживать за людей, которых совсем не знает.

– Есть еще кое-что, – сказал он, оглядывая комнату, будто что-то потерял. – Когда я приезжал на остров, при мне были чертежи. Я работал над новыми проектами. И их не оказалось в моем багаже, когда мне его вернули. Я хочу их найти.

– Чертежи?

Саммер внимательно взглянула на него. Она не видела, чтобы он работал над какими-то чертежами, пока в последний день не оказалась в его гостиничном номере. Перед ним на полу были разложены огромные листы бумаги. На одном из них она и увидела логотип компании ее отца. Именно в тот момент ей стало понятно, что Марко не тот, за кого себя выдает.

– Какие чертежи?

Затаив дыхание, Саммер ждала, не скажет ли он правду на этот раз.

– Модели. В экспериментальном дизайне. У меня был свой проект.

– Дизайн? – повторила она, будто понятия не имела, о чем он говорит.

– Я разрабатываю дизайн для гоночных яхт.

– А... Эти чертежи для тебя очень важны? Ты не можешь их восстановить?

Он коротко рассмеялся:

– Наверное, нет. Мне нужно найти их.

Так вот что ему понадобилось на острове. Чертежи! Потому Марко и примчался сюда. А вовсе не из-за нее.

Возможно, он вернулся для того, чтобы восстановить провалы в памяти, – если верить тому, что это правда. Да бог с ним! Кроме чертежей, его, похоже, ничего не волнует.

– Тебе очень важно найти их? – спросила Саммер.

Марко одарил ее самым откровенным взглядом, который не позволял себе до сих пор.

– Это для меня самая важная вещь на свете, – твердо сказал он. – Это мое наследие, моя жизнь.

На секунду ей показалось, что ее ударили в солнечное сплетение. Чертежи. Про нее ни слова. Она больше не была для него любимой женщиной. Она стала лишь средством для достижения цели. Саммер тяжело вздохнула. Ладно. Это даже хорошо, что он приехал. Теперь она знает правду и не станет понапрасну надеяться.

– Прости, Марко, – коротко сказала женщина, отворачиваясь в сторону. – Я ничего не знаю о твоих чертежах.

Нахмурившись, он смотрел, как она встала и прошла в гостиную, затем последовал за ней.

– Но если мы провели столько времени вместе, ты должна помнить что-нибудь о них... – сказал Марко, вплотную приблизившись к ней.

Саммер подняла глаза:

– Прости. Боюсь, что ничем не смогу тебе помочь.

Она встретила его взгляд с холодной решимостью.

«Нельзя позволять ему собой манипулировать!»

– Мы провели вместе некоторое время. И нам было хорошо. Но все прошло. Ты не впустил меня в свою жизнь, потому что я для тебя ничего не значу.

Стоило ей только произнести эти слова вслух, как стало понятно – это действительно так.

Он взял со стола фотографию.

– Судя по этому фото, не скажешь, что этим людям было просто хорошо вместе. – Марко не сводил с нее глаз. – Они были счастливы.

Саммер непроизвольно вздрогнула. «Боже! Только бы он не заметил!» – взмолилась она про себя.

– Фотографии лгут.

– Но не эта.

– Откуда тебе знать? Ты ведь ничего об этом не помнишь!

Он нахмурился, явно не соглашаясь с ней.

– Зато об этом помнишь ты: что я делал, куда ходил, с кем встречался.

Женщина колебалась. Главное – не позволить ему снова вскружить ей голову.

– Я официантка. И практически все время работала в кафе «Кимо». Ты каждый день приходил завтракать, и мы здоровались, вот и все.

Какое-то время Марко смотрел ей в глаза, затем отвернулся, глухо застонав.

Она нервно закашлялась, затем с усилием продолжила:

– Мы шутили, смеялись, пару раз съездили покататься вокруг острова. Вот в общем-то и все. – Саммер решительно тряхнула головой, и пряди волос упали ей на щеки. – Я ничем не могу тебе помочь.

Он посмотрел на нее долгим внимательным взглядом:

– Тогда кто?

– Не знаю, Марко, не знаю. – Она притворно взглянула на часы. – Извини, но я вынуждена прервать наш разговор. У меня есть неотложные дела. Я отвезу тебя назад в отель.

– Шайна...

Взглянув на него, она с сожалением произнесла:

– Я правда ничем не могу тебе помочь.

Женщина изо всех сил старалась, чтобы ее слова прозвучали как можно более убедительно. Не говоря ни слова, Марко протянул ей фото. Саммер вспыхнула.

– Мы не были влюблены друг в друга, – настаивала она. – Между нами ничего нет.

Глаза его сузились, губы сжались.

– Это неправда. Что-то произошло.

– О чем ты говоришь?

Он пристально взглянул ей в глаза, затем, пожав плечами, отвернулся.

– Думаю, мне надо расспросить служащих отеля, – сказал Марко. – Может быть, кто-то что-то знает.

– Хорошая идея.

Она с нетерпением ждала, когда он покинет ее дом. Что-то яркое мелькнуло за окном, и Саммер увидела соседей, проходивших мимо.

– О, это Джилли, – сказала она и поспешила на веранду. – Эй, привет! – крикнула она.

Девочка-подросток лет четырнадцати повернулась и помахала рукой.

– Здравствуйте, тетя Шайна, – сказала она, тряхнув черными кудрями, обрамляющими хорошенькое личико.

Рядом с ней шел ее закадычный друг Кали – мальчик лет двенадцати, живущий неподалеку, который повсюду бегал за ней следом.

– Джилли, ты помнишь Марко?

Саммер жестом указала на мужчину, когда он вышел вслед за ней на веранду.

– Привет, мистер Смит! – Джилли улыбнулась, приветственно помахав ему рукой. – Как здорово, что вы вернулись! Подождите, я сейчас скажу Эдди.

– А кто это – Эдди? – тихо, еле шевеля губами, спросил Марко.

– Это ее младший брат, – шепнула ему Саммер. – Он так привязался к тебе, когда ты здесь жил!

Тот скептически взглянул на нее:

– В самом деле? Обычно я не обращаю внимания на маленьких детей.

Женщина с усилием улыбнулась ему.

– Я знаю, – сказала она, затем добавила громко, обращаясь к девочке: – Не могли бы вы вместе с Кали отвезти мистера Смита в отель? Я дам вам свою лодку.

– Ура! – восторженно воскликнула Джилли. – Я буду очень осторожна, тетя Шайна. Честное слово!

Увидев, как та обрадовалась, Саммер рассмеялась. Джилли прекрасно управляла лодкой, как и любой житель острова. Этому ее научил отец, ловец рыбы. Однажды он отправился в плавание и не вернулся. Иногда Саммер давала ей на время свою лодку, потому что знала – девочка радуется любой возможности покататься.

– Только сразу же возвращайтесь назад. И не надо катать на ней всех своих друзей, хорошо?

Лицо Джилли стало серьезным.

– У меня больше нет друзей. Я от них отказалась. Эти городские ребята для меня слишком маленькие.

Саммер еле удалось сдержать смех.

– Хорошо. Тогда договорились.

– Я хорошо управляю лодками, мистер Смит, – искренне уверила его Джилли. – И я довезу вас сухого. Честно.

Женщина тихо рассмеялась, затем повернулась к Марко, когда двое подростков кинулись к пирсу.

– Мистер Смит? – вопросительно произнес он.

– Да, именно так. Ты всем представлялся именно так.

– Смит, – пренебрежительно пробормотал мужчина. – Как банально...

Вернувшись в дом, Марко взял свой пиджак, затем немного помедлил.

– Мы с тобой еще не расстаемся, Шайна, – сказал он и внимательно всмотрелся в ее лицо, будто силясь что-то вспомнить. – Я так просто не сдамся.

Она хотела уйти, но он схватил ее за руку и повернул к себе.

– Ты расскажешь мне обо всем, что знаешь, – тихо сказал Марко.

Саммер бросила на него негодующий взгляд. Марко смотрел на нее и колебался. Почему бы и нет? Похоже, она жаждет поцелуя не меньше, чем он. Судя по всему, между ними что-то было, даже если он этого не помнит. Нет. Надо во что бы то ни стало выяснить у нее, почему они расстались в конце его отпуска. В ее глазах читается вызов. Марко улыбнулся ей кривой улыбкой.

– Я еще вернусь, – пообещал он.

И направился к пирсу, где в лодке его ждали Джилли и Кали. Саммер смотрела ему вслед, чувствуя, что слегка дрожит. Она слишком хорошо знала, что это за человек и какую власть он над ней имеет. Ей стало не по себе.

Теперь, когда опасность миновала и Марко был уже далеко, она заворожено смотрела ему вслед и не могла не любоваться. Он двигался легко, с атлетической грацией, и внезапно ей стало трудно дышать.

До вечера Саммер была занята уборкой в доме, а затем принялась шить новые занавески для кухни из крашеной мешковины, которую купила в единственном универсальном магазине, находящемся на острове. Она поприветствовала Джилли, когда та вернула ей лодку, затем попыталась снова заняться занавесками, но мысли ее постоянно возвращались к тому, что произошло сегодня.

А все события этого дня были связаны с Марко. Он был здесь и в ближайшее время уезжать явно не собирался. Лучше всего было не замечать его, но если он действительно приехал сюда, чтобы найти свои чертежи, то не уедет до тех пор, пока не выяснит, где они.

Саммер приготовила тосты с сыром и зеленым салатом, а затем поймала себя на том, что смотрит в тарелку, не в силах откусить кусок. Мысли ее крутились вокруг Марко. Интересно, он все еще в отеле? Удалось ли ему найти чертежи?

Она вспомнила тот день, когда увидела их в его гостиничном номере. На нескольких листах значились логотипы компании ее отца и рядом с ними имя Марко ди Санто. Когда женщина поняла, кто он на самом деле, ей сразу стало ясно, что он работает на ее отца и получил четкое указание – во что бы то ни стало найти Саммер и привезти в Нью-Йорк. Не поэтому ли он так уговаривал ее уехать вместе с ним? И ведь она почти согласилась.

Их последний вечер был поистине волшебным. На небо высыпали звезды, над ними светила луна. В бокалах пенилось вино, они предавались приятным воспоминаниям о том, как им было хорошо, и жалели о том, что близится время его отъезда, – и, когда он стал нашептывать ей на ушко, а не поехать ли ей вместе с ним, Саммер готова была бежать за ним хоть на край света. Сердце ее сжималось от боли, когда она пыталась объяснить ему, почему это невозможно. Он не хотел слушать. За все время, что они провели вместе, мужчина и женщина впервые повздорили. Именно поэтому на следующее утро, чуть свет, она примчалась к нему в отель, чтобы помириться. Но все вышло по-другому. Ее сказочный мир оказался фальшивкой, и Саммер столкнулась с реальностью лицом к лицу.

Любила ли она его? Какое это теперь имело значение? Ведь она влюбилась в Марко Смита, а это был всего лишь выдуманный персонаж.

И теперь ей надо избавиться от него как можно быстрее, и, если для этого надо помочь ему найти чертежи, она сделает это.

Марко ничего не помнит о том, что делал здесь, поэтому, если она поможет ему найти чертежи, он вернется туда, откуда приехал, и Саммер будет спокойна. Единственным камнем преткновения во всей этой истории был маленький живой комочек, который она носила под сердцем. Женщина тяжело вздохнула. Ее положение пока не было заметно для окружающих и до сих пор казалось ей чем-то нереальным. Женщина даже не задумывалась о том, что ждет ее впереди. Она, конечно, все обдумает, но только после того, как выкинет Марко из головы и он улетит в Италию.

Значит, ей лучше быть во всеоружии. Сделать прическу. Надеть что-нибудь красивое и соблазнительное, чтобы, явившись к нему в отель, сказать, что она изменила свое решение. Сделав глубокий вдох и расправив плечи, Саммер приступила к делу.

Примерно через час она отправилась в путь. Сначала зашла в кафе к Кимо, чтобы отпроситься с работы. Тот отмахнулся от ее объяснений. Этот высокий гаваец был таким флегматичным, что его, казалось, ничто не могло вывести из равновесия.

– Не волнуйся, – сказал он ей. – Ленч уже будет приготовлен. И на сегодняшний вечер у нас есть кому обслужить посетителей.

Саммер благодарно поцеловала его в щеку и пообещала быть завтра с утра пораньше, когда туристы придут на завтрак. Затем, перейдя через дорогу, направилась к отелю Ранаи. Поднявшись по широким ступеням к главному входу, она остановилась перед двойными дверями.

«Возьми себя в руки», – строго сказал ей внутренний голос.

– Хорошо, – произнесла она вслух и повернула дверную ручку. – Вот я и пришла.

Глава 4

Марко сидел в баре отеля, за прекрасным старинным столом из красного дерева, развернутым в сторону веранды. Держа в руке рюмку виски, он задумчиво смотрел на красивый закат, заливавший розово-оранжевым светом сверкающую поверхность океана. Это был особый мир, райский уголок на земле. Его словно окутывала какая-то тайна.

Но он не помнил ничего о том, что его связывало с этим островом. И Марко отдал бы все на свете за то, чтобы кто-нибудь пролил свет на эту историю. Он хотел просмотреть журнал регистрации гостей за последнее время, полностью уверенный в том, что найдет имя Марко Смита. Это было ясно как день. Но когда он попросил администратора показать ему этот журнал, тот, улыбнувшись, только пожал плечами.

Чуть больше ему повезло с официантом бара. Это был совсем молодой парень, похожий на студента, приехавшего на остров, чтобы подработать во время каникул.

– Ты меня помнишь? – с любопытством спросил он.

– Конечно. Я помню вас. Вы были здесь несколько недель назад. И спрашивали меня, как идет торговля.

– Звучит правдоподобно, – тихо пробормотал Марко. – Я здесь часто бывал? В баре, я имею в виду.

– Вы не помните? – Парень усмехнулся. – Неужели? Вы часто ходили на пикник с Шайной. Это мне особенно запомнилось. И мы все немного завидовали вам. Должен это признать. Она никогда не вступала ни с кем в неформальные отношения, – вы понимаете, о чем я говорю.

Он прекрасно понимал, о чем говорит молодой человек, но это было, не важно. Главное, что у него наконец появилось подтверждение того, что он действительно был здесь и много времени проводил с Шайной. Так сказать, мнение незаинтересованного лица. И как бы она ни старалась это сейчас замять, он понял, что женщина сможет помочь ему, если захочет. Но бармен воспринял его вопрос как шутку, и Марко понял, что больше не сможет выудить из него ни слова.

Здесь, на острове, никто не воспринимал его вопросы всерьез и все почему-то очень медленно соображали. «Может, это жара на них так действует?»

Он любил делать все быстро. Ему нужно было найти свои чертежи, и найти прямо сейчас. Взглянув вниз, он увидел, что рука его сжала рюмку так, что костяшки пальцев побелели. Осторожно и медленно Марко ослабил хватку.

А затем подумал о Шайне. Ни к одной женщине на свете его не влекло так, как к ней. В последние пять лет все свои силы он отдавал проектированию гоночных яхт. И они были не только красивыми, но и быстроходными. Именно сейчас Марко был на вершине своей карьеры. По крайней мере, так было до этого несчастного случая.

Как правило, женщины были не вхожи в его жизнь, и Марко не хотелось ничего усложнять. Опыт показывал, что как только они чувствовали его интерес к ним, то старались это использовать в своих целях. Больше он этого не допустит.

Но Шайна...

Она была не просто красивой молодой женщиной. В ней было нечто невероятно притягательное. И Марко не знал, как с ней обращаться. Ведь он даже не помнил, какого рода отношения у них были. Не помнил, как они проводили время, что обсуждали. Как могло получиться, что такая важная часть жизни выпала из его памяти?

Марко мог с уверенностью сказать только одно: в последний день между ними произошла какая-то ссора, и он хотел выяснить, что случилось.

В длинном зеркале над прилавком бара отразилось какое-то движение, и, взглянув туда, он увидел Шайну, поднимающуюся по ступенькам в бар. Он сидел, не поворачивая головы, и наблюдал за ней, затаив дыхание. Немного помедлив при входе, она оглядела зал и, увидев Марко, пошла к его столику. Волосы ее были уложены наверх. Она выглядела роскошно. На ней была надета маечка и белая широкая юбка, соблазнительно колыхавшаяся при каждом движении вокруг колен. На плечи она набросила кружевную шаль. Марко невольно залюбовался ее ногами. Потрясающая женщина! Он почувствовал, как губы его сами собой расплываются в улыбке, когда в зеркале встретился с Шайной взглядом, но он не намеревался сегодня скрывать свои эмоции.

Она остановилась прямо за ним, уперев одну руку в бок, и стояла так, пока Марко продолжал наблюдать за ней в зеркало.

– Почему же из всех баров на острове, – спросила Саммер, когда он медленно повернул к ней лицо, – ты выбрал именно этот?

Он взглянул на нее, улыбнувшись, затем быстро сглотнул ком в горле и постарался подыграть ей, напустив на себя вид уставшего от жизни человека:

– Для меня стало привычным появляться во всех точках мира.

Она дернула плечиком, бросив на него дерзкий взгляд, и кокетливо откинула волосы с лица.

– Где же официантка?

Марко пожал плечами:

– Ты можешь свистнуть. – Дьявольский огонек вспыхнул в его темных глазах. – Ты ведь умеешь свистеть?

Глаза ее тоже вспыхнули, и он не понял – от досады или удивления.

– Дай мне несколько уроков, – сказала Саммер, опускаясь в кресло напротив.

В ее глазах искрился смех, но она прекрасно владела собой, и лицо ее было непроницаемым.

– Такой элегантной даме, как ты? Легко.

Марко сделал знак официанту.

– Легко? – повторила женщина с мимолетной улыбкой. – Ну и ну! Если бы это было легко, я бы давно научилась.

– Учиться никогда не поздно, – мягко сказал он.

Их взгляды встретились, оба рассмеялись, и между ними будто пробежала искра. Взглянув на его губы, она вспомнила о том, какими сладкими были его поцелуи, и почувствовала, что покраснела. Лишь мысли об этом пробуждали в ней томительное желание, и она понимала – его надо как можно скорее подавить.

– Значит, ты решила поговорить начистоту? – спросил Марко, будто не заметив ее смятения. – С восхищением должен признать твое мужество.

– Я не нуждаюсь в твоих оценках, – дерзко сказала она. – Я сильная женщина.

– Да, конечно, – согласился он.

Женщина тихо рассмеялась, перестав наконец разыгрывать роль.

– Не хочется ли тебе иногда жить в первой половине прошлого века? – спросила Саммер. – В то время в людях было больше теплоты и сердечности.

– Это только так кажется, – цинично ответил Марко. – У них были те же проблемы, что и у нас.

Официант принес их заказ.

– Спасибо, Бобби, – непринужденно сказала она.

Марко, прищурив глаза, передал ей стакан с прохладительным напитком, а себе взял вторую порцию виски. Взглянув на этих двоих, он почувствовал укол ревности.

– Твой воздыхатель? – спросил он женщину, когда парень удалился.

Саммер удивленно подняла глаза:

– Совсем нет. Он еще ребенок.

– Ты с ним когда-нибудь встречалась? – спросил Марко, наблюдая за ее реакцией.

Она бросила на него сердитый взгляд.

– Я ни с кем здесь не встречалась, – холодно произнесла она.

Но Марко знал, что она встречалась с ним, когда он был здесь в прошлый раз. Так говорили все. Но каковы теперь ее чувства? Какого черта он решил, что Шайна принадлежит ему?

В голове его возник образ. Или воспоминание? Нежная кожа, благоухавшая апельсиновыми цветами, мягкие шелковистые волосы, тихий и долгий шепот, его губы на ее стройной шее и теплая рука, скользнувшая под его рубашку. Но Марко усилием воли заставил себя прогнать это видение. Он должен держать себя в руках. Чертежи – вот все, что ему нужно от Шайны.

– Вижу, ты все же решила мне помочь? – спросил Марко, взглянув на нее.

– Две головы лучше, чем одна.

Он кивнул:

– Спасибо. Я действительно ценю твою поддержку.

Она улыбнулась, взглянув на него, затем отвела глаза. Если бы Марко знал причину, по которой она изменила свое решение, он бы вряд ли оценил ее поддержку. Но это сейчас не имеет значения. Нужно, чтобы он как можно скорее убрался с острова. И чтобы это случилось раньше, чем Марко начнет вспоминать, что их связывало.

– Хорошо, мистер Смит, – притворно улыбнувшись, сказала Саммер, – с чего начнем?

– Расскажи, кто ты есть на самом деле.

Широко открыв глаза, она потрясенно взглянула на него.

– Ч-что ты хочешь сказать? – проговорила женщина.

– Я хочу сказать, что сижу здесь, наслаждаясь закатом, и пытаюсь разгадать одну головоломку.

Женщина схватилась за бокал, как утопающий за соломинку.

– То есть? – пробормотала она.

«Боже! Только бы он не вспомнил!»

– Ситуация, в которой ты оказалась.

– О! – Сделав глоток, она поставила бокал, снова овладев собой. – Никак не пойму, о чем ты говоришь? – спросила она, скрывая свое смятение за твердым взглядом.

Откинувшись назад, он посмотрел на нее изучающе.

– Мне хотелось бы знать, почему такая женщина, как ты, добровольно оказалась здесь, на этих островах, где нет ни супермаркетов, ни ресторанов, ни пятизвездочных отелей. Я никак не могу взять в толк, что привело тебя сюда. – Марко язвительно приподнял одну бровь. – Что за история, Шайна?

Странно, но прежде он не задавал ей этот вопрос. Но тогда... тогда он знал, что ее настоящее имя не Шайна, а Саммер. Твердо встретив его взгляд, она ответила с холодной решимостью:

– Здесь, на островах, вполне допустимо задавать такие вопросы. Некоторые с радостью рассказывают о своем прошлом. Но если кто-то не хочет отвечать, не стоит настаивать.

Лицо Марко посуровело. На скулах его заиграли желваки.

– Не хочешь отвечать?

Они смотрели друг другу в глаза, в воздухе повисло напряжение. Она понимала, что не сможет долго выдержать его взгляд. Иначе выдаст себя с головой.

Саммер отвела взгляд и натянуто улыбнулась:

– Я пришла, чтобы поговорить не о себе, а о твоих потерянных чертежах.

Он смотрел на нее долго-долго, затем пожал плечами.

– Как хочешь, – сказал Марко, но взгляд его стал еще более пронзительным, когда он посмотрел на нее, и она поняла, что, отказавшись отвечать, только пробудила в нем еще больший интерес.

Она наклонилась вперед:

– Что было такого особенного в этих чертежах? Неужели их нельзя восстановить?

Услышав этот вопрос, Марко чуть не рассмеялся:

– Я даже не помню, что делал здесь. Как же мне удастся восстановить чертежи? Я точно так же о них ничего не помню.

Саммер всплеснула руками:

– Но ведь ты уверен, что создал нечто гениальное.

Он смотрел на нее секунду, затем пробормотал по-итальянски какое-то ругательство. После этого покачал головой, будто она была для него испытанием, хотя и прелестным.

– Хорошо, Шайна. Я постараюсь тебе объяснить. Всю жизнь я занимаюсь проектированием гоночных яхт. Этому делу я отдаю всего себя. Но лишь в последние годы меня стали по-настоящему ценить.

Она кивнула.

– Уверена, ты заслужил, – пробормотала женщина.

– Да, – твердо сказал он. – Мне принадлежат несколько важных изобретений. Люди, на которых я работаю, очень богаты, и они не любят оплачивать бесполезные проекты. Они хотят выигрывать гонки. И наняли меня, чтобы я помогал им в этом.

– Понимаю.

– Но я не один. На свете есть сотни дизайнеров, которые хотели бы занять мое место. Многие из них работают день и ночь, чтобы сбить меня с ног, и выдвигают новые идеи, чтобы опередить. Понимаешь?

– Конечно.

– И среди них есть такие, кто отдал бы все на свете, лишь бы заполучить мои чертежи. Есть один человек, который вечно ходит за мной по пятам. Сальво Рикторре – первоклассный профессионал, и он всего лишь на шаг позади меня. Этот человек буквально дышит мне в затылок. У него появляются идеи, очень похожие на мои, сразу после того, как они возникают у меня. И я выработал в себе привычку хранить свои разработки в надежном месте, чтобы быть уверенным, что никто не увидит их.

Она одобрительно кивнула:

– Разумно.

– Да. И я думаю, именно он воспользовался ими.

Саммер кивнула. Сейчас как раз подходящий момент упомянуть об отце. А что? Хороший способ вывести его на чистую воду, если он все-таки обманывает ее. Если же говорит правду, это будет сразу видно.

Она нервно прикусила губу. Рискованно. Если Марко не обманывает ее и действительно забыл обо всем, что было в те две недели, упомянуть имя ее отца – значит вызвать в нем воспоминание, а это опасно. Глубоко вдохнув, она произнесла:

– А на кого ты сейчас работаешь?

Он колебался, затем, пожав плечами, ответил:

– Мой самый известный клиент – Гленденнин Хадсон. Наверное, ты слышала о нем.

Она кивнула. Рот ее пересох, и она не была уверена, что сможет произнести хоть слово. Заставив себя смотреть в его глаза, она ждала, гадая: вспомнит он сейчас или нет?

– Он сумасшедший, конечно, – спокойно продолжал Марко. – Эти супербогатые люди в основном все такие. Но они хотят самого лучшего и, если ты не можешь им это дать, просто обратятся к тому, кто сможет.

Саммер снова кивнула. С тем, что он «сумасшедший», она спорить не могла. Это было чистой правдой.

– Гленденнин Хадсон, – медленно проговорила она, отвернувшись, но наблюдая за ним уголком глаза. – А нет ли у него... дочери?

Она снова взглянула на него, и сердце ее билось так громко, что казалось, он может услышать его стук. Ей потребовалось неимоверное усилие воли, чтобы сдержать свое прерывистое дыхание.

Марко напряженно нахмурился, будто силясь что-то вспомнить.

– Думаю, есть. Какая-то маленькая тусовщица, свет его очей. Одна из тех богатых девиц, у которых все есть и кому все дозволено. Мне кажется, я видел ее однажды. В каком-то ресторане. Но лица не запомнил.

– Не в твоем вкусе?

– Совсем не в моем. Я давно вышел из подросткового возраста.

При этих словах Саммер почувствовала легкую обиду.

– Значит, лишь подростки могут заинтересоваться... – помедлив секунду, она заставила себя выговорить имя, которое так часто ей приходилось произносить: – Саммер Хадсон.

Женщина быстро взглянула ему в глаза, но не нашла в них никаких признаков того, что он понимает, о ком идет речь.

– Нет, – небрежно вымолвил он, откинувшись на спинку стула и вытянув ноги. – Такие девушки слишком легкомысленны.

На мгновение Саммер показалось, что ее ударили. Конечно, она презирала ту жизнь, которую когда-то вела. Ей больше не хотелось быть той девушкой. Именно поэтому она сейчас находилась здесь. Но все же ей было больно слышать его слова. Ведь в душе она так изменилась. Здешняя жизнь преобразила ее.

– Так ты не ответила насчет чертежей. Что ты думаешь обо всем этом?

Подняв глаза, Саммер встретила его взгляд и кивнула.

– Я понятия не имею, где их искать. – В ее глазах появился вызов. – И почему ты так уверен, что они у тебя были?

– О, они были, это точно. Я не мог проторчать здесь целых две недели и ничего не сделать.

Она пожала плечами:

– Тогда где они?

– Хороший вопрос. Я прилетел сюда для того, чтобы спросить об этом у тебя.

– Я ведь даже не знаю, что надо искать.

Она колебалась, понимая, что бесполезно убеждать его отказаться от поисков, но все же попыталась сделать это.

– Мне кажется, тебе надо вернуться домой и снова просмотреть свой багаж. Так или иначе, если они пропали, чем ты докажешь, что они вообще существовали, раз ничего не помнишь?

Пожав плечами, Марко хмуро взглянул на нее:

– Еще секунда – и я потеряю терпение.

Ну вот, сейчас он стал похож на Марко Смита, которого она знала и любила. Время от времени в нем чувствовался итальянский темперамент, с его дерзостью и надменностью, и это было одним из проявлений его характера. Как хорошо, что у него есть чувство юмора.

Раздраженно взглянув на нее, он продолжал:

– Когда я работаю, то всегда записываю технические условия, проверяю статистику температур, ветров, приливов и отливов и так далее. И всегда делаю эскизы. Когда мои идеи становятся более четкими, я делаю чертежи, а затем снимаю с них копии. В итоге я всегда имею на руках два комплекта чертежей. – Сверкнув глазами, Марко произнес: – Я всегда ношу с собой в портфеле оригиналы чертежей, а также храню все копии. Но на этот раз я остался ни с чем.

Он выжидательно взглянул на нее, и она улыбнулась, не разжимая губ.

– Шайна, скажи что-нибудь, – нетерпеливо приказал мужчина. – Ты – моя последняя надежда.

– Ф-фу-у-у, – выдохнула она, будто лишь сейчас смогла свободно вздохнуть.

Женщина не могла скрыть своей насмешки.

– Ну, что я могу сказать? Я приходила к тебе в гостиничный номер всего один раз. Это было утром в тот день, когда ты собрался уезжать. И когда я вошла в номер, на полу были разложены чертежи.

Марко кивнул, прищурив глаза:

– Да, именно так я всегда делаю, чтобы расположить их в правильном порядке, особенно когда их много. Я, очевидно, готовился к отъезду. – Он нахмурился. – А ты разве раньше не видела, как я работал над ними?

Она, задумавшись, помедлила. Может, настал момент открыть правду?

– Нет. Я никогда прежде не видела этих чертежей.

– И я ничего не говорил тебе о них?

– Нет. – Саммер на секунду запнулась. – Ты интересовался яхтами и гонками, но никогда не говорил почему.

Марко покачал головой:

– Странно. Зачем мне было это скрывать?

«Потому что не хотел, чтобы я знала, кто ты есть на самом деле», – хотела сказать она, но вовремя прикусила язычок.

– Как выглядел номер? Каким он тебе показался?

Прикрыв глаза, женщина постаралась вспомнить.

Она шла к нему, чтобы сказать, что уедет с ним. Мужчина сидел за маленьким гостиничным столом, над чем-то работая, и, взглянув на нее, поморщился. Похоже, он понял, что будет дальше, как только Саммер, опустив глаза, увидела на чертежах логотип компании отца. И она тут же поняла, что Марко – вовсе не тот человек, за кого себя выдает. Ей все еще было больно от его предательства.

Подняв глаза, она взглянула на человека, который так жестоко поступил с ней.

– Это был обычный гостиничный номер, – сухо произнесла она.

Саммер постаралась собраться с мыслями.

«Что же случилось?» – терялся в догадках Марко.

Схватив женщину за руки, он крепко сжал ее запястья.

– Шайна, скажи, что произошло в тот день?!

Она взглянула на него, затем отвела глаза.

– Ничего, – коротко ответила женщина, высвобождая руки. – Уже поздно. Мне пора.

Он встал:

– Я провожу тебя.

– В этом нет необходимости. Я приехала на скутере. – Она коротко улыбнулась ему. – Здесь, на острове, все тихо и спокойно, и мне ничто не угрожает. Не беспокойся обо мне.

Когда Саммер встала, кружевная накидка упала на стул, и он, подхватив ее, накинул ей на плечи. Рука его прикоснулась к ее коже, гладкой, шелковистой и восхитительной.

Она повернулась к нему, и он вздрогнул, осознав, что не может оторвать от нее глаз. На мгновение Марко задумался о том, как же они, наверное, были счастливы. Конечно, всему виной было то фото, но при этом он не мог не понимать, о чем говорили ему его инстинкты. А Шайна молчала.

– Послушай, – сказала она, намеренно отодвигаясь от него, – завтра с утра я буду работать в кафе. Если ты подойдешь к половине одиннадцатого, мы вместе поищем твои чертежи.

Это звучало многообещающе.

– И где же ты будешь их искать?

Саммер холодно взглянула на него:

– Везде, где ты был, когда приезжал сюда в прошлый раз. Мы вспомним твои шаги и проверим все места, в которых ты побывал. – Она пожала плечами. – Я изложу тебе хронологическую последовательность событий.

– Это будет ужасно.

– Я буду в кафе «Кимо» утром, – бросила женщина через плечо, направляясь к двери. – Встретимся там около десяти. Я помогу тебе восстановить события, с первого же дня твоего приезда. Кто знает? Вдруг нам повезет, и мы все же выясним, что случилось с твоими чертежами.

Марко хотел поблагодарить ее, но она сбежала вниз по широким ступенькам и оказалась на парковке задолго до того, как мужчина успел понять, что происходит. Когда он бросился за ней, женщина уже села на скутер и выехала на дорогу. Весело взмахнув рукой, она исчезла из вида, а Марко, застыв на месте, еще долго смотрел ей вслед.

Глава 5

Марко, сидя в кафе, пил черный кофе и старался не смотреть на Шайну, которая грациозно двигалась между столиками. Она смеялась и шутила с посетителями. Сегодня на ней была таитянская юбка и короткий топ на бретельках. Когда он увидел ее, у него перехватило дыхание. Эта женщина всегда выглядела прекрасно, но сегодня в ней было что-то особенное. Может, им доводилось встречаться прежде?

Да, конечно, он видел ее вчера, но ведь были еще события прошлого, о которых Марко, как ни старался, ничего не мог вспомнить. Что-то давнее и смутное поднялось на поверхность и стало терзать его душу. И теперь он силился понять, что же это такое. А больше всего на свете мужчина хотел вернуть те пропавшие две недели.

Возможно, ему удалось бы сделать это, если бы Мозг его работал в полную силу. Он провел ужасную ночь, беспокойно ворочаясь в постели, и совсем не потому, что выпил. Ему снились изумительные яркие сны, но он никак не мог вспомнить, что именно. У него возникло чувство, что сны отражали его утраченные воспоминания, и если он проснется в нужный момент и сумеет запомнить их, то в руках у него будут факты и он сможет докопаться до истины.

Достав свой альбом для эскизов, он постарался сконцентрироваться на работе. Но его рука сама собой выводила черты лица Шайны. Марко с удивлением уставился на рисунок. Такого с ним не было со времен студенчества, когда он был безнадежно влюблен. Перед его глазами стояла Шайна.

Когда она подошла к нему с кофейником в руках, он быстро захлопнул альбом. Не следовало откровенничать с ней и признаваться в том, что она восхищает его.

– Удалось что-нибудь вспомнить? – спросила Саммер, наливая ему кофе.

До него не сразу дошел смысл ее слов. Между ее топом и юбкой проглядывала полоска загорелой кожи, и он ошарашено уставился на нее. Сердце его давно так не колотилось. Боже! Когда он видит эту женщину, то чувствует себя зеленым юнцом.

Марко смотрел на нее как завороженный. Она была так близко и в то же время так далеко. Внезапно он представил, как губы его касаются этой шелковистой матовой кожи, язык исследует этот восхитительный пупок, и с трудом сдержал томительный стон, готовый вырваться из его груди.

Кто бы мог подумать, что в свои годы он способен на такие эмоции.

– Что? – рассеянно спросил Марко, заставив себя взглянуть ей в глаза и совершенно не помня, о чем она спрашивала.

Саммер неодобрительно нахмурилась.

– Открытия, – повторила она. – Ты, похоже, совсем перестал соображать.

– Да? – сказал он, медленно приходя в себя. – О! Ты говоришь о том, где могут быть чертежи? – Марко судорожно глотнул освежающий воздух. – Я еще не вспомнил. А как ты?

– Я? – Женщина, казалось, была весьма удивлена. – Но ведь мы ищем твои чертежи. Кроме того, это не я потеряла память, а ты. – Она нахмурилась. – Похоже, твоя память неизвестно где. Постарайся вспомнить.

Мужчина пожал плечами.

– Я старался. Посещал сеансы расслабляющей терапии. Ходил к гипнотизеру. Все без толку.

Покачав головой, он тихо выругался. Его черные глаза наполнились горечью, и Саммер пожалела, что была с ним резка. Ведь он действительно хотел, чтобы память к нему вернулась. Не его вина, что он ничего не мог вспомнить.

– Не волнуйся, – произнесла она более сочувственно. – В конце концов память вернется к тебе. Терпение – это добродетель.

– Я весь состою из этой добродетели, – с кривой усмешкой произнес он.

Она не могла не улыбнуться. И не в силах была удержаться, чтобы не бросить на него восхищенный взгляд. Сегодня Марко выглядел потрясающе. На нем были хлопчатобумажные брюки цвета хаки, сандалии и бледно-голубая рубашка поло, которая ладно облегала его мускулистый торс. Это было красиво. Слишком красиво.

Накануне вечером Саммер допоздна висела на телефоне. Звонила директору аэропорта, менеджеру отеля и всем, кто, по ее мнению, мог знать, где находятся пропавшие чертежи. Она даже пришла на работу пораньше, чтобы осмотреть кладовые кафе. Возможно, в тот роковой день Марко зашел сюда перед отъездом, чтобы перекусить, и оставил свой портфель возле столика. Кто-нибудь подобрал его, поставил в шкаф и забыл о нем. Поэтому женщина обыскала все полки и шкафы, но безрезультатно. Возможно, от их сегодняшней поездки будет какой-то прок, хотя она на это и не надеялась. Но все же ее не покидало чувство, что именно сегодня они обнаружат нечто потерянное две недели назад.

Прикусив губу и покачав головой, она отвернулась в сторону.

– Посиди здесь. Я обслужу еще два столика и освобожусь.

Марко видел, как Шайна склонилась над столиком, за которым сидели молодые пары, и быстро достал альбом для эскизов. Раскрыв его, он уставился на нарисованный им портрет. Было нечто особенное в этой женщине, раз ей удалось так взбудоражить его. Рот его скривился, и, вырвав из альбома рисунок, он скомкал его и бросил в ближайшую урну. Это был неплохой портрет, но в нем не хватало главного – ее магического очарования, а без него рисунок никуда не годился.

Через полчаса она закончила работать, и они направились под навес, где стояла ее «Веспа». Женщина села на скутер и завела мотор, а Марко уселся позади нее, но на этот раз его большие руки без всякого колебания ухватились не за ручки по бокам от пассажирского сиденья, а за ее талию. Он властно прижал ее к себе.

Сердце ее замерло, голова закружилась, будто она прыгнула с высокой скалы, и ей потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Затем, повернувшись, Саммер взглянула на него. Марко смотрел ей в глаза без тени улыбки, ожидая, что сейчас она выразит протест. Женщина выдержала его взгляд, затем небрежно пожала плечами.

– Мне кажется, ты уже не чувствуешь себя незнакомцем? – сухо заметила она.

Медленная улыбка появилась на его лице, приподняв уголки губ.

– Поехали, – сказал он.

Саммер тронулась с места, но ее не оставляла мысль о том, что в этот момент они сделали шаг навстречу друг другу. Надо как можно скорее найти эти злосчастные чертежи. Судя по его поведению, он начинает чувствовать себя прежним Марко, а она так легко поддается его влиянию. Ей надо держаться от него подальше.

Они свернули к ее дому, чтобы Саммер могла переодеться, и увидели, что на ступеньках их ждет Джилли, с трехлетним малышом на руках.

– Привет, тетя Шайна! – крикнула она, когда они сошли с «Веспы» и направились к ним. – Я привела Эдди. Он очень хочет повидаться с мистером Смитом.

На секунду Марко опешил. Он не отрываясь смотрел на Джилли с ребенком на руках.

– Марко, – осторожно напомнил он ей. – Меня зовут Марко.

Она захлопала глазами, как кукла.

– Хорошо, мистер Марко, – сказала она.

Джилли опустила малыша на землю, и Марко уставился на него. Засунув в рот большой палец, мальчик смотрел на него широко раскрытыми глазами, в которых светилась такая радость, что Марко изумился. Он сделал шаг назад. Еще никто и никогда не смотрел на него так восхищенно.

– Привет, Эдди, – сказал он, натянуто улыбаясь.

Малыш не сказал ни слова. Не сводя глаз с Марко, он сделал несколько шагов вперед, а затем, протянув руку, вцепился в его брюки. Пальчики малыша так крепко сжали ткань, что казалось, он больше не собирался ее отпускать.

– Эй, пацан, – сказал Марко, рассмеявшись, но что-то дрогнуло в нем, когда немного неловко он потрепал ребенка по голове.

– Эдди так скучал по вас! – сказала ему Джилли, как будто это был ее малыш. – Когда он услышал, что вы вернулись, так обрадовался!

Это было очень трогательно – узнать, что по тебе кто-то скучал, и ребенок был таким очаровательным, но Марко не мог вспомнить, где он его видел. Неужели он занимался с этим малышом? Это было на него совсем не похоже! Марко всегда старался держаться подальше от детишек, потому что не знал, когда ему придется уйти. У него уже был печальный опыт расставания с ребенком, и он больше не хотел его повторять.

– У тебя нет никаких сладостей или чего-нибудь еще, что любит Эдди? – спросил он Саммер, стараясь не выказывать своего отчаяния.

– Вы явились весьма кстати, – сказала она, ободряюще подмигнув. – Идемте в дом, а там посмотрим.

Эдди все еще держался ручонками за штанины Марко, отчего тот двигался немного неуклюже. Когда они вошли внутрь, женщина налила детям по стакану молока и угостила шоколадным печеньем. Включив им мультики, Саммер и Марко прошли в гостиную.

– Такой хороший мальчик, – прошептала она Марко, когда он последовал за ней в кухню. – Ему пришлось нелегко. Месяц назад его отец пропал. С тех пор Эдди перестал говорить и не сказал ни слова. Он так привязался к тебе.

– Частый случай, – пробормотал мужчина. – Что произошло с его отцом?

– Он упал за борт во время рыбалки в открытом море. – Она пожала плечами, затем добавила как бы невзначай: – Хотя, по слухам, он сделал это намеренно. Кто знает?

Услышав эти слова, Марко сочувственно взглянул на ребенка. Через минуту он опустился в плетеное кресло, стоявшее в гостиной, и вытянул ноги. Малыш тут же уселся на полу рядом с ним – как можно ближе – и тоже вытянул ножки, стараясь ему подражать.

Это выглядело так трогательно, что Саммер едва не расплакалась. Марко был верен себе, когда намеренно не сближался с Эдди в свой прошлый приезд, но мальчик был очарован им с самого начала. А она была рада тому, что Марко не отталкивает его. У бедного Эдди был тяжелый период в жизни: отец пропал без вести, мать хваталась за любую работу, чтобы прокормить детей.

Джилли тоже было нелегко. Саммер очень сочувствовала девочке и понимала, через что ей пришлось пройти. Потеря родителя, когда ты и сама еще не вступила во взрослую жизнь, – весьма суровое испытание. Она знала это по собственному опыту, хотя у нее все было немного по-другому. Ее мать и брат погибли в автомобильной катастрофе, когда ей было столько же, сколько сейчас Джилли. Но вместо того чтобы задуматься о создании собственной семьи и детях, ей пришлось поддерживать своего отца. Если бы мать была жива, разве вступила бы Саммер в свои двадцать с небольшим лет на эту дорогу, усыпанную золотыми монетами? Вряд ли. Если бы брат был с ней, он бы помог ей избежать настойчивого влияния отца, и ей не пришлось бы работать на подиуме. Она не сомневалась в этом. Ей так не хватало матери и брата; они до сих пор снились ей по ночам.

– Твоя мама сегодня работает в отеле? – спросила Саммер Джилли.

Девочка, оторвавшись от экрана, кивнула.

– Она придет после ленча. Ей нравится работать там. Иногда отдыхающие дают ей чаевые, – Внезапно на ее лице отразилась тревога. – О! Нам надо идти. Она, наверное, уже ищет нас.

Она повернулась к своему маленькому брату, но Эдди снова ухватился своей крошечной ручкой за брюки Марко. Пальчики малыша крепко сжали ткань.

– .Эдди! Мы идем домой.

Она попыталась отцепить его пальцы от брюк, но лицо малыша выражало решимость.

– О, Эдди! – взмолилась девочка.

– Послушай, – сказал Марко, протянув ему руку.

Взглянув на ребенка сверху вниз, он улыбнулся, и на этот раз в улыбке сквозило искреннее тепло.

– Давай заключим пари, – внезапно предложил он.

Эдди взглянул на него, потом – на его руку, но не спешил принимать предложение. Его черные глазки были задумчивыми, но мальчик явно не хотел уступать.

– Ну, давай, – мягко поторопил его Марко. – Мы сейчас ударим по рукам.

Эдди перевел вопросительный взгляд на Саммер, затем снова взглянул на Марко. Осторожно он вытянул вперед левую ручонку.

– Нет, – твердо сказал Марко. – Другую руку. Давай.

На маленьком личике Эдди отразилась обида. Медленно, почти незаметно, его пальчики стали разжиматься.

– Я хочу тебе кое-что пообещать, – сказал Марко. – Мы с Шайной сейчас отправимся в поездку по острову, но вечером вернемся.

Мальчик в конце концов отпустил штанины Марко и протянул ему ручонку. Он был таким трогательным, таким беззащитным, что Марко вдруг почувствовал, как внутри у него все переворачивается. Он взял ручонку Эдди и тихонько пожал ее.

– Мы скоро вернемся, – сказал он; глядя малышу прямо в глаза.

Но в ту же секунду, когда он произнес эти слова, его охватила тревога. Так легко давать обещания маленьким детям... и не выполнять их. А каково потом приходится малышам? Сколько раз он, когда был маленьким, сидел у окна, ожидая прихода отца, который навещал его в условленные дни? И как часто его надежды рушились?

Нет, если уж он обещал что-то этому малышу, то обязательно сделает. Несмотря ни на что.

– Мы вернемся, – твердо сказал Марко, – и я привезу тебе красный лакричный леденец. Хорошо?

Лицо мальчика просияло. Всем показалось, что он сейчас заговорит. Но через секунду улыбка сошла с лица малыша, и он не издал ни звука. И все же Эдди протянул Марко свою маленькую ладошку, и они обменялись рукопожатиями.

Саммер, как зачарованная, наблюдала за этой сценой. Как бы там ни было, Марко умел обращаться с малышами. Она улыбнулась его хитрости, вспомнив, как он уговорил малыша отпустить его брюки, но улыбка сразу же замерла на ее губах, стоило ему только упомянуть о красном леденце.

Минуточку. Откуда Марко мог знать о том, что Эдди обожает красные лакричные леденцы? Ведь он не мог взять это из воздуха...

Кто знает? Может, он просто угадал. Но она продолжала думать о том, что было несколько недель назад: однажды они зашли в маленький магазинчик за покупками, и Марко мимоходом купил упаковку леденцов для Эдди. Его подарок был принят с таким восторгом, что это удивило его и доставило радость. Может быть, в его памяти стали всплывать отдельные события? Но мог ли он запомнить одну лишь реакцию Эдди, а обо всем другом забыть? Это казалось нелогичным.

Выйдя на порог дома, они помахали детям на прощание, и Саммер с улыбкой взглянула на Марко:

– Ты так добр к Эдди. Ему нужен мужчина, которому он мог бы подражать. Так называемая «ролевая модель».

– У-у-у, – быстро ответил Марко. – Я не похож на «ролевую модель».

– Наверное, нет, – сказала она, вздохнув. – Но бедная Лейла тоже не годится для этого. Она выбивается из сил, чтобы заработать деньги для семьи, постоянно пропадая в гостинице, а Джилли старается быть хорошей нянькой. Но Эдди еще слишком мал, чтобы оценить это, поэтому он часто прячется от нее. Еще я знаю о том, что иногда Лейла берет его с собой на работу в отель или в другие места, где она работает. За ним нужен глаз да глаз.

Марко с досадой покачал головой, услышав эту маленькую историю: он принял ее близко к сердцу.

– Нельзя обижаться на этого маленького шалунишку. Наверное, после потери отца он страшно боится, что мать тоже покинет его. Поэтому он всюду бегает за ней следом, чтобы не потерять.

Саммер пожала плечами:

– Я тоже так думаю.

Вздохнув, он повернулся к ней.

– И где мне, черт возьми, найти теперь красные леденцы? – расстроено спросил он. – Они здесь где-нибудь продаются?

Она улыбнулась, ощутив невероятное облегчение. Похоже, память к нему еще не вернулась.

– Не волнуйся, мы их найдем. Я помогу.

Они вернулись в дом, и женщина направилась в спальню, чтобы переодеться для поездки. Она с сожалением бросила взгляд на узкие джинсы, висящие на стуле. Наверное, теперь она не скоро сможет надеть их. Возможно, через год. Очень скоро у нее начнет расти живот.

– И почему же они зовут тебя тетей Шайной, а меня – мистером Марко? – послышался голос Марко из гостиной.

Он сидел на высоком стуле возле стойки бара.

– Они лучше меня знают, – отозвалась Саммер из спальни. – Здесь, на островах, так принято. Эта некая традиция. Дети зовут близких друзей семьи «тетями» и «дядями». – Она рассмеялась. – Ты хочешь быть дядей?

– В этом нет необходимости, – ответил он. – Хотя мистер Марко – это лучше, чем мистер Смит. – Застонав, он обхватил голову руками, будто желая избавиться от наваждения. – Ты серьезно пытаешься убедить меня в том, что в прошлый приезд я назвался чужим именем?

– Да, Марко. Мы все знали тебя как Марко Смита, и, наверное, все здравомыслящие люди старше двенадцати лет ни на секунду не поверили в то, что это имя настоящее. Но здесь это весьма распространено. Если ты хочешь быть Смитом, никто не станет возражать.

Он мрачно хмыкнул.

– Наверное, это сбивает с толку таких малышей, как Эдди, – сказал он скорее себе, чем ей.

– Возможно. – Она вздохнула. – Бедная Лейла... С тех пор как пропал их отец, для нее наступили тяжелые времена. И Джилли пришлось стать нянькой.

– У Лейлы есть еще дети? – спросил Марко, вздрогнув оттого, что не смог скрыть ужаса в своем голосе.

– Кроме Джилли и Эдди? – переспросила Саммер. – Еще двое. Джаму – восемь месяцев, Али – около двух лет. – Склонив голову набок, она ободряюще улыбнулась ему. – Здесь, на островах, детей считают благословенным даром.

– Да, наверное, так оно и есть, – пробормотал он, но на самом деле почти не слушал ее.

Марко вспомнил другого маленького мальчика, и сердце его больно защемило. Малыш по имени Карло был ребенком женщины, с которой у него пару лет назад был бурный роман. Когда он решил расстаться с ней, потому что у него появилось другое увлечение, он потерял из виду и мальчика. Но боже! Марко и не подозревал, что будет так скучать по нему! Мужчина старался об этом не думать, но при взгляде на Эдди воспоминания о Карло вновь ожили в нем. На душе у него стало тоскливо.

Он взглянул на Саммер, вышедшую из спальни. Сжав зубы, он отмел от себя горькие воспоминания о мальчике, которого полюбил всей душой. Мысли его обратились к женщине, стоящей перед ним.

Саммер переоделась в бриджи и яркую гавайскую рубашку, и он на секунду пожалел, что больше не видно ее обнаженной талии. Но она зачесала волосы назад, завязав их в «конский хвост», и от этого стала еще более обворожительной. Ему безумно захотелось поцеловать ее. Он рассчитывал прочесть в ее глазах приглашение, но не увидел ничего.

– Уверен, что в детстве ты была жутким сорванцом, – отметил Марко, окидывая ее взглядом с головы до ног. – Тебе не хватает лишь веснушек на носу. – Брови его приподнялись, когда он взглянул на ее ноги. – Надеюсь, ты сегодня не собираешься карабкаться по скалам или лазить по деревьям? – спросил он.

Саммер упрямо вздернула подбородок:

– А почему бы и нет?

– В этих шлепках? – спросил он недоверчиво. – И ты хочешь ехать в них на своей «Веспе»?

Марко внимательно взглянул на ее ноги, но она с гордостью произнесла:

– Здесь, на островах, мы называем их «плетенками». Все жители носят такие.

– Только не я, – твердо сказал он.

Она усмехнулась.

– Пока еще не носишь, – поправила его Саммер.

Марко невольно улыбнулся ей:

– Откуда ты приехала, Шайна?

Что-то сверкнуло в глубине ее глаз. Он вгляделся в них, стараясь угадать, что происходит в ее душе, но ему это не удалось.

– А почему ты считаешь, что я не здешняя? – с вызовом произнесла она, и взор ее был ясен, как чистое небо. – Откуда ты знаешь? Может, я всю жизнь провела на островах?

Мужчина медленно покачал головой:

– Не похоже. От тебя исходят такие флюиды! Могу поспорить, ты родом откуда угодно, только не отсюда. Да и переехала сюда относительно недавно.

– Разве? – повторила женщина, и легкая тень омрачила ее лицо.

Он пожал плечами:

– Так мне показалось. – Марко смотрел прямо на нее. – Откуда ты родом?

Она вздохнула, не глядя на него:

– Из Штатов. Я приехала с Западного побережья.

Саммер выглядела встревоженной. Затем, небрежно пожав плечами, нехотя сдалась:

– Хорошо. Ты прав. Я не здешняя. – Она твердо взглянула на него, а затем, взяв ключи, направилась к двери. – Но я хочу прожить на этом острове всю жизнь.

Марко, нахмурившись, направился за ней. Он до сих пор не мог ее понять. Почему Шайна упорно отказывается рассказывать что-либо о себе?

Он грустно усмехнулся про себя. Ему удалось заполучить ее, разве не так? Смешно, но он не чувствовал себя победителем. Казалось, это она заполучила его, ведь теперь он был целиком и полностью в ее власти.

Через пятнадцать минут они мчались по извилистой дороге, проложенной в джунглях среди огромных деревьев и выходящей на бесконечный белоснежный пляж, по кромке которого росли кокосовые пальмы. Они были такими высокими, что казалось, упирались верхушками в небо, и лишь неустанные мощные ветра настойчиво гнули их к земле.

– Это пляж Таначи, – сказала Саммер, когда он слез со скутера. – Что ты об этом скажешь?

Секунду Марко не мог вымолвить ни слова. Медленно оглядевшись, он буквально впитывал в себя эту красоту: сверкающий белоснежный песок, черные скалы, кристально голубое море и белые барашки на волнах, с шумом бьющихся о берег.

– Да-а-а... – тихо сказал Марко, покачав головой.

Подойдя к нему, она встала рядом, с нетерпением ожидая его реакции.

– Мы с тобой уже были здесь. На второй день после твоего приезда. Мы захватили из дома корзинку с едой, расстелили одеяло и устроили пикник.

– Чудесно! – Он изумленно уставился на нее. – А почему мы не устроили пикник сегодня?

Бросив на него возмущенный взгляд, Саммер решила сказать ему правду.

– Потому что сегодня мы не собираемся заводить роман, – твердо произнесла она.

Марко слегка опешил, но решил не сдаваться.

– Неужели? – возразил он, и глаза его весело блеснули. – Это ты не собираешься.

Женщине удалось сохранить невозмутимый вид, и она, тряхнув головой, не спеша направилась к скалам. Марко догнал ее, увязая в песке, и вскоре они стояли рядом и смотрели на волны, с шумом набегавшие на берег.

– Значит, ты говоришь, что, когда я впервые приехал сюда, у нас был роман?

– Именно так.

Он заглянул в ее лучистые глаза:

– И что же случилось? Почему мы расстались?

Она долго смотрела на него, затем отвернулась.

– Это было кратковременное затмение, – сказала она. – Мы оба понимали, что наши отношения недолговечны. И никто из нас не был настроен серьезно.

Саммер говорила и сама не могла поверить в свои слова. Конечно, ведь, по сути, это была ложь, и они оба это понимали. Ей нужно было гораздо больше. Она верила в то, что встретила мужчину, не похожего на других, – того, которого ждала всю свою жизнь. При взгляде на него она начинала трепетать.

На секунду глаза ее наполнились слезами, и она поспешно отвернулась. Саммер верила в то, что нужна ему. Теперь от былых чувств остались лишь горечь и боль утраты.

– Настоящий тропический пляж, – сказал он, продолжая любоваться пейзажем.

Она кивнула, стараясь не выдать себя.

– Да, здесь и правда очень красиво.

Марко провел рукой по густым волосам:

– И ты утверждаешь, что я не делал эскизов, когда мы были здесь с тобой?

– Нет, ни разу.

– Странно.

Женщина пожала плечами:

– Наверное, твои мысли были заняты чем-то другим.

Он не смог сдержать улыбки.

– Ты имеешь в виду наш роман? – поддразнил он ее.

Взглянув на него, Саммер промолчала. Затем решила вернуться к делу:

– Хорошо. Внимательно оглядись вокруг. Тебе ничего не кажется знакомым?

Мужчина медленно покачал головой:

– Нет. Нисколько.

Прикрыв рукой глаза от солнца, Саммер взглянула на голубую воду. Казалось, этот океан останется с ней навсегда. Иногда она чувствовала себя здесь одинокой. Все, что окружало ее в детстве и юности, осталось далеко позади. Женщина не часто испытывала это чувство, но именно сейчас оно всколыхнулось в ней вновь. И ей стало немного страшно. Это была реальность, с которой она столкнулась лицом к лицу.

Скоро у нее будет ребенок. Ребенок Марко. И лишь от одной мысли об этом ей становилось трудно дышать, у нее подкашивались ноги. Поэтому она сразу ее отбросила. Лучше подумать о том, что ждет ее впереди, – когда найдутся его чертежи и он уедет с острова.

Здесь, на берегу этого величественного океана, ее охватила ностальгия.

– Неужели ты совсем ничего не помнишь?

Она обвела рукой вокруг. Засунув руки в карманы, Марко ссутулился и помрачнел.

– Извини. Нет.

Покачав головой, Саммер взглянула на него так, будто с трудом могла в это поверить.

– Как же ты мог забыть?

Она сказала это тихо: больше себе, чем ему. Женщина помнила все. Прикусив нижнюю губу, она почувствовала, как ее закружил вихрь воспоминаний. Здесь, у подножия этих скал, он впервые поцеловал ее. Саммер привела его сюда, чтобы полюбоваться прибоем. Волны, прорываясь через рифы, с силой обрушивались на берег и разбивались от удара. Морская пена с шипением поднималась в воздух и гулко рассыпалась по скалам. Ей захотелось увидеть выражение его лица, но женщина вдруг обнаружила, что Марко смотрит не на океан, а на нее.

– Мне нравится, когда ты становишься такой взволнованной, – тихо сказал он, протягивая руку и убирая прядь волос с ее лица. – Ты вся светишься.

Она вспыхнула. В его словах было что-то простое и нежное, и от них исходило такое тепло, которого она никогда не ощущала в других мужчинах. Может быть, это был легкий итальянский акцент или искренность в его голосе, а может, эта открытая улыбка... Но что-то зажгло в ней искру, и. Саммер, подняв глаза, потянулась к нему.

Его руки обхватили ее, губы Марко нашли ее губы, теплые и жаждущие поцелуя. Она полюбила их с первого же раза, а его мощное тело возбудило ее так, что она вздрогнула от неожиданности. Вопреки ее безупречной репутации, Саммер никогда не испытывала страсти к знакомым мужчинам. Ее безумно тяготило одиночество, и ей отчаянно хотелось, чтобы рядом был кто-то близкий. Поэтому сумасшедшее желание, которое он в ней пробудил, застало ее врасплох, совершенно лишив дыхания. Растерявшись и не зная, что делать с охватившими ее ощущениями, она, смеясь, отпрянула от него. И стремительно побежала по пляжу. Он бросился за ней, поймал ее, обхватив руками, и они вместе упали на песок.

Тот день Саммер хранила в памяти, как сокровище. Она знала, что никогда в жизни больше не испытает ничего подобного. Как может Марко не помнить всего того, что между ними было? На мгновение ей даже показалось, что перед ней его брат-близнец.

Неожиданно женщине захотелось, чтобы он снова поцеловал ее. Это чувство накрыло ее, словно волной, и она едва могла дышать. «Ведь это не тот человек, за которого ты его принимала», – молча сказала она себе. Он оказался обманщиком.

Саммер знала это. Но по-прежнему жаждала его поцелуев, томительно и страстно желала их. Повернувшись, она побежала – точно так же, как в тот день, – но на этот раз уже не смеялась. И так же, как в тот день, Марко бросился за ней. Когда он поймал ее, когда резко повернул к себе и взял ее лицо обеими руками, когда прикоснулся губами к ее губам, она услышала тихий стон – и, к своему ужасу, поняла, что это стонет она сама.

Но через секунду Саммер забыла обо всем на свете. Его губы были одновременно твердыми и мягкими, холодными и горячими, Грубыми и нежными. Ее руки обхватили его шею, и она вся выгнулась навстречу ему. Это было так естественно, так правильно, и она так отчаянно хотела его!

Ветер трепал ее волосы, солнце обжигало плечи, но для нее в этот миг существовало лишь тепло его губ, его напрягшееся возбужденное тело... Саммер затрепетала, когда руки его проникли под ее блузку.

Нет. Надо остановиться. Нельзя позволить ему снова обмануть ее.

Глава 6

Собрав все свои силы, Саммер оттолкнула его.

– Шайна...

Марко попытался снова прижать ее к себе.

– Нет, ничего не говори, – пробормотала она, пятясь назад и пытаясь завязать свои растрепавшиеся волосы в «конский хвост».

В глазах ее читалось раскаяние.

– Наш роман был ошибкой. Я не хотела этого...

Лицо его изменилось. Если бы она не знала, кто он, то подумала бы, что в его глазах отразилась боль.

– Ты лжешь сама себе, Шайна, – сдавленным голосом произнес Марко.

Его тон изумил ее. Казалось, он искренне переживает. И она тоже, черт возьми! Марко смотрел на нее секунду – и гнев его исчез. Расслабившись, он тихо рассмеялся. Покачав головой, мужчина сказал:

– Шайна, ты умеешь так перевернуть все с ног на голову, что в конце концов вещи становятся противоположностью сами себе. Ты сводишь меня с ума.

– Ты делаешь то же самое, что и в свой первый приезд.

Саммер старалась, чтобы ее слова прозвучали как можно более надменно и гордо. Он посмотрел на нее таким невинным взглядом, что она всплеснула руками.

– Эта модель поведения, наверное, прочно утвердилась в твоем мозгу. Даже если память тебе отказывает, тело знает, что делать. – Она коротко и иронично рассмеялась. – Разве это не забавно? Ты утверждаешь, что ничего не помнишь, а между тем делаешь все то же самое, что и в прошлый свой приезд.

Он напряженно поморщился:

– Потому что я поцеловал тебя?

- Да.

Услышав это, Марко нахмурил брови:

– Шайна, всякий нормальный мужчина захочет поцеловать тебя – в любом месте, в любое время. Это совершенно естественное желание.

Он совершенно ничего не понимал, и это было невыносимо. Саммер отвернулась.

– Не будем говорить об этом. – Взглянув на воду, она снова обратилась к нему: – Мы ведь с тобой не доверяем друг другу.

– Мы? – Он восхитительно смутился. – Я имел в виду... Я же не знал, что именно сюда мы приезжали в первый раз.

– Не стоит об этом.

Саммер пристально смотрела на него – на его твердый подбородок, густые ресницы, бросавшие тень на щеки под ярким солнечным светом, на легкую щетину, на губы... И ей так захотелось снова поцеловать его! Против воли она улыбнулась.

– О, забудь об этом, – почти в отчаянии сказала она. – Считай, что ничего не произошло. Хорошо? Пойдем, я покажу тебе пещеры.

Она пошла по песку, лишь раз оглянувшись назад – посмотреть, идет ли он за ней. Марко шел, но гораздо медленнее, чем ей этого хотелось. Он явно обдумывал то, что произошло, даже после того, как она велела ему забыть об этом. Это заставило ее улыбнуться, но она сразу же отвернулась, чтобы Марко ничего не заметил.

– Вот, это здесь, – сказала Саммер, останавливаясь и указывая рукой на прибрежные скалы.

– Где? – спросил он, подходя к ней сзади.

– Смотри внимательно, – сказала она, указывая на малоприметную расщелину, которая и была входом в пещеру.

– Неплохо, – восхищенно произнес Марко. – Если бы ты не показала, я бы ни за что не заметил.

Они перелезли через огромный валун, а потом, карабкаясь, пробрались между двух больших скал и в конце концов оказались в пещере. У них перехватило дыхание. Воздух был холодным, свет – тусклым, а высота сводов – около десяти футов.

– Напоминает кафедральный собор, – сказал Марко, и голос его прозвучал тихо, будто с благоговением.

– Действительно, похоже. – Саммер кивнула. – Мне нравится это место. Пойдем сюда.

Она провела его к выступу возле входа, они легли на живот и так, лежа на холодном песке, стали смотреть на волны, разбивавшиеся о рифы.

– Похоже на блиндаж Второй мировой войны, – сказал он ей. – Я был в таком на Марианских островах.

– Но эти пещеры не построены руками человека. Их сотворила природа, – заметила она.

Марко повернулся, взглянув на нее, лежавшую так близко и все же недоступную – по крайней мере, до тех пор, пока они играют по ее правилам. Но это ненадолго. Все в ней сегодня возбуждало его. Если бы она только знала, какие мысли блуждают в его голове!

– Это интересно, – нетерпеливо произнес Марко, – но мы отошли в сторону от намеченного пути. Нам нужно найти чертежи.

– Я знаю.

Пожав плечами, он оглядел острые выступы пещеры.

– Мне приходилось бывать здесь раньше?

– Не думаю. Я не приводила тебя сюда.

– Тогда что нам здесь нужно?

Саммер перевернулась на бок, опершись на локоть.

– Я думаю, это подходящее место для того, чтобы проанализировать твои воспоминания и понять, как и где они прервались.

– Разумно. Но мы должны сосредоточиться, иначе так ничего и не выясним.

– Согласна.

Почувствовав на себе ее взгляд, Марко вздрогнул, будто глаза ее были слишком яркими. Слегка нахмурившись, он отвернулся в сторону.

– Хорошо. Я готов. Спроси меня о чем-нибудь.

– Я не буду спрашивать. Это ты будешь рассказывать.

Он настороженно взглянул на нее:

– Рассказывать что?

Она надеялась, что он начнет говорить спонтанно, но если ему был нужен толчок, то она не заставит себя ждать.

– Хорошо. Вот моя мысль. Почему бы тебе не вернуться назад? И не вспомнить предыдущие события, насколько это возможно. Может быть, это затронет в тебе какую-то струну.

Марко пожал плечами. Лежа на холодном песке, на выступе пещеры в прибрежных скалах, он чувствовал себя немного странно. Это место казалось ему не совсем подходящим для восстановления памяти, но ведь никто не мог сказать, что может пробудить воспоминания.

– Хорошо. – Закрыв глаза, он откинул голову, растянувшись на песке. – Я помню, что было месяц назад. Я обдумывал, куда мне поехать отдыхать. У меня было три или четыре варианта. Мне хотелось уединиться. Проблемы на работе давали о себе знать.

– Проблемы на работе? Что ты хочешь сказать?

Открыв глаза, Марко взглянул на нее:

– Я рассказывал тебе о дизайнере, который шел за мной по пятам. Он украл у меня идеи. – Мужчина недовольно поморщился. – По крайней мере, я был в этом уверен. Проекты, которые он создал, были так похожи на мои.

Лицо его исказилось, и он, покачав головой, вспомнил о том, как Гленденнин Хадсон показывал ему то, что предлагал его конкурент.

– Так или иначе, я не мог понять, каким образом ему могли прийти в голову такие уникальные идеи, как мои, и у меня было состояние шока. Я ведь не имел никаких доказательств, что он украл их у меня, но мне нужно было время на то, чтобы прийти в себя. Я должен был уехать куда-нибудь, отдохнуть и возвратиться с новыми идеями, новым дизайном гоночных яхт.

Она кивнула. Все было очевидно.

– Значит, ты решал, куда тебе поехать отдохнуть. И какие места ты рассматривал?

– Таити, Карибские острова... Я даже подумывал вернуться домой, в Италию...

Саммер внимательно слушала его рассказ. Теперь ей надо задать ему вопрос, который, возможно, заставит его вспомнить о том, почему он приехал именно сюда. А вдруг именно сейчас Марко, щелкнув пальцами, воскликнет: «О да, конечно! Ведь именно твой отец прислал меня сюда, чтобы я привез тебя обратно домой. И как я мог забыть об этом?»

Вот это будет вопрос на засыпку, не так ли? Осторожно повернувшись так, чтобы хорошо видеть его лицо, она спросила:

– И почему ты решил приехать именно сюда?

Глаза его сузились. Саммер ждала, затаив дыхание. Но когда он начал говорить, она снова вздохнула. Стало совершенно ясно, что он ничего не помнил из того, чего она так боялась.

– Это было немного странно. И не похоже на мои обычные предпочтения. Но я видел фотографии этого острова в кабинете моего самого богатого клиента. Я имею в виду Гленденнина Хадсона. Мы говорили с тобой о нем вчера вечером. Каждый раз, когда я посещал его кабинет, я не мог оторвать глаз от этих фотографий и часто мечтал о том, чтобы побывать в этих местах. Природа здесь так необычна. Она просто завораживает! И я понял, что должен побывать здесь.

Саммер отвела взгляд и вздохнула с облегчением. Уж она-то знала, о чем он говорит. Ей приходилось сидеть в том же самом офисе, и она, так же как и он, была очарована теми же самыми фотографиями. Кроме того, у ее отца в кабинете были повсюду расставлены модели гоночных яхт. Эта обстановка окружала ее с детства. Решив убежать от своей прежней жизни, она в первую очередь подумала об этих островах. Единственное, что ее останавливало, – это мысль о том, что отец будет искать ее именно там.

Но Саммер рискнула. Она знала, что отец побывал на этих островах двадцать лет назад. И с тех пор он там не был. За все то время, что она жила здесь, Саммер общалась только со своим адвокатом. Он присылал ей сообщения и звонил раз в месяц, чтобы узнать, как у нее дела. Адвокат также дал знать ее отцу, что с ней все в порядке, но сделал это анонимно, чтобы не навлечь на себя гнев Гленденнина Хадсона. Как бы там ни было, она была рада, что выбрала именно эти острова, ведь именно теперь у нее появились время и место для того, чтобы спокойно осмыслить свою жизнь, обдумать, как она жила, что делала.

Первое время, когда Саммер приехала на остров, она сильно нервничала, потому что была уверена в том, что рано или поздно появится отец и ей придется вернуться. Прошло несколько недель, но за ней так никто и не явился. Мало-помалу Саммер успокоилась...

Пока не появился Марко.

Он так спокойно говорил об ее отце и о своей работе, что было совершенно очевидно – Марко действительно ничего не помнит. Она внимательно вгляделась в его лицо. Ей хотелось верить ему.

– В ту ночь я отправился спать с намерением принять решение утром, – сказал он. – А следующее, что я помню, – это то, что очнулся в больнице. Столько времени пропало бесследно! Тогда я не мог даже вспомнить, как меня зовут.

Внезапно Саммер почувствовала себя виноватой. Порой она забывала, что Марко попал в аварию и все еще страдал.

– Но основное ты помнишь?

– Да, шаг за шагом. Но мне потребовалось время, чтобы понять: я вспомнил практически все, кроме этих двух недель. – Он вздохнул. – Как будто кто-то начисто стер их из моей памяти.

– А что, если ты не вспомнишь их?

– Тогда об этих двух неделях мне расскажешь ты.

Марко вопросительно приподнял бровь. Она уставилась на него. Совсем нет. Неужели он действительно так думает?

Марко дотронулся до ее щеки.

– Ты хочешь помочь мне вспомнить, не так ли? – тихо спросил он.

Она стояла, затаив дыхание.

– Нет, – быстро ответила она, отнимая его руку. – Но я постараюсь помочь тебе найти чертежи. И я уже делаю это. Только ты, кажется, не замечаешь.

Марко взглянул на нее с горестной улыбкой:

– У меня есть идея. Думаю, нам надо больше целоваться. Это поможет мне быстрее вспомнить.

Саммер округлила глаза.

– В твоих снах.

– Почему бы нет? – Протянув руку, он взял ее локон и накрутил на палец. – Мы ведь были так близки всего несколько недель назад.

Она колебалась, затем сделала глубокий вдох:

– Откуда тебе знать, если, по твоим словам, ты ничего не помнишь?

Нахмурившись, Марко внимательно посмотрел на нее:

– Фотография...

– Но она была сделана до того, как я узнала, кто ты есть на самом деле.

Эти слова вырвались непроизвольно, сами собой, прежде чем она успела понять, что говорит, – и теперь Саммер с бьющимся сердцем ждала, что он скажет в ответ.

Марко еще больше нахмурился:

– Значит, ты выяснила, что я – дизайнер гоночных яхт. И только поэтому решила от меня избавиться?

Она взглянула прямо на него:

– Ты действительно ничего не помнишь, да? Не волнуйся. В какой-то момент память вернется к тебе.

Вскочив, Саммер стала отряхиваться от песка.

– Нам лучше уйти отсюда, пока не начался прилив, – сказала она. – Пойдем. Я поведу тебя в гости к своим старым друзьям.

Он нехотя поднялся.

– Ты сказала к «старым» или «странным»? Я не расслышал.

Она усмехнулась.

– Джиджи – точно странная, – объяснила Саммер. – Ей чуть больше сорока, и ее вовсе нельзя назвать старой.

Они вылезли через расщелину и направились к тому месту, где оставили свой скутер.

– Насколько я понимаю, мы с ней знакомы? – спросил Марко.

– О да. – Она иронично усмехнулась. – Возможно, когда ты увидишь ее, то начнешь что-нибудь вспоминать.

– Звучит заманчиво.

Разве? Саммер вздохнула. Возможно. Она определенно устала таиться от него и раздумывать, не обманывает ли он ее. Ей так хотелось вести себя свободно и открыто, слушать его рассказы, говорить о себе. На самом деле это был потрясающий мужчина. У него был всего один недостаток – то, что он позволил себе лгать. Но может, они смогут урегулировать этот вопрос. Маловероятно, конечно, но если постараться...

– Шайна, я терпеть не могу искать черную кошку в темной комнате. – Марко замолчал. – Я очень ценю все, что ты делаешь для меня, – быстро добавил он, – но мне непонятно, каким образом путешествие по острову может помочь мне найти чертежи?

Саммер негодующе взглянула на него и уперла руки в бока:

– Мы восстанавливаем события шаг за шагом, понимаешь? Я хочу провести тебя тем же путем, что и в прошлый твой приезд.

На лице его появилось страдальческое выражение.

– Но при чем тут чертежи? Я ведь не таскал их с собой повсюду. Ты сама сказала, что видела их лишь в номере отеля в день моего отъезда.

– Хороший аргумент, – весело согласилась она. – Но ты не учел одну вещь. Люди, к которым я веду тебя, приходили к тебе прощаться в тот день. Возможно, они видели что-то или ты отдал им чертежи на хранение. К тому же ты говорил мне, что всегда делал эскизы в двух экземплярах. А я видела только один комплект. Ты также говорил, что отсылал их в тубусе по почте на свой домашний адрес.

– Да, действительно.

– И, самое главное, – сказала Саммер, небрежно пожав плечами и быстро устремляясь к скутеру, – к тебе может вернуться память, когда ты увидишь знакомые лица.

Удивительно, но Марко находил ее все более и более привлекательной. Он улыбнулся ей снисходительно, словно они были любовниками:

– Хорошо. Я сдаюсь.

Они подошли к «Веспе». Обернувшись, Марко бросил прощальный взгляд на роскошный пляж, но Саммер, казалось, сосредоточенно обдумывала, где могут быть чертежи. Она обратилась к нему:

– Марко, хочу спросить о твоем портфеле. Ты носил его отдельно от остального багажа?

Он кивнул:

– Иногда. Временами мне хотелось запихнуть эти разработки в большой чемодан. Я совсем не помню, что делал в тот день.

Саммер нахмурилась:

– Но копии чертежей... Где они могут быть? Не припомню, чтобы я их видела.

Марко взял ее за плечи и взглянул ей прямо в глаза:

– Постарайся вспомнить о них как можно больше.

Она покачала головой:

– Ты не занимался чертежами, когда был со мной. Возможно, ты работал в своем гостиничном номере, когда я была занята в кафе. Но когда мы были вместе, ты даже не упоминал о них.

– Хорошо. Итак, ты пришла в номер – и что увидела?

Саммер внимательно вглядывалась в его лицо. По-видимому, для него это было очень важно. Когда он говорил о пропавших чертежах, то так волновался! Казалось, ничто на свете не беспокоит его так, как они.

– Я уже говорила тебе. Они были разложены на полу: наверное, ты собирался сложить их в определенном порядке.

– И ты впервые узнала о том, что я занимаюсь дизайном гоночных яхт.

- Да.

Руки его упали вниз, когда Марко отпустил ее плечи и, отвернувшись, уставился на горизонт. Это было так странно и совсем не похоже на него. Почему он назвал себя Смитом? Загадка. Должно быть, существовал какой-то разумный ответ, но как его найти?

Единственное, что пришло ему на ум, – это то, что он решил остановиться на Ранаи под вымышленным именем, чтобы его конкурент Сальво Рикторре не мог его выследить. Такое вполне возможно. Вот только для чего ему понадобилось скрывать это от Шайны?

Нахмурившись, он поковырял песок мыском ботинка.

– А почему в таком случае я утаил это от тебя?

Она-то знала ответ на этот вопрос, но не собиралась ему говорить.

– Ты действительно думаешь, что я намеренно лгал?

Саммер сделала глубокий вдох, прежде чем ответить ему.

– Да, именно так.

И прикусила губу, тут же пожалев о своих словах. Ей не надо было признаваться в этом. Но все же Саммер было трудно лгать ему. Ей отчаянно хотелось открыться ему.

Он кивнул, обдумывая ее слова. Вид у него был встревоженный. Но затем, взглянув на ее прелестное лицо, Марко решительно произнес:

– Вот моя версия. – Лицо его немного смягчилось, и он ласково, с теплотой, взглянул на нее. – Я влюбился в тебя до безумия, как только увидел.

Щеки ее вспыхнули, как огонь, и Саммер ничего не могла с этим поделать. Отвернувшись, она почувствовала, как по телу ее разливается тепло. О, если бы можно было поверить ему – он говорил так тепло, искренне, откровенно. Жаль, что в его словах не было ни капли правды.

– О, пожалуйста, не надо...

– Нет, выслушай меня.

Он придвинулся к ней ближе, и ей показалось, что сейчас Марко дотронется до нее, но он сдержался, по крайней мере ненадолго.

– Думаю, когда я увидел тебя, то совершенно потерял голову и поэтому совсем забыл о том, что мне нужно работать. Все мои мысли были только о тебе.

Она покачала головой:

– Я так не думаю.

– А я уверен.

Вытянув руку, Марко тронул ее за плечо, но Саммер отпрянула назад. Однако он не собирался сдаваться, а лишь крепче обхватил ее за шею и нежно провел пальцами по ключице. – Я хочу быть с тобой, держать тебя в объятиях, целовать.

Он придвинулся к ней ближе, и голос его стал хриплым, когда Марко сказал:

– Больше всего на свете я хочу заниматься с тобой любовью.

– Марко!

Она вырвалась из его рук и направилась к скутеру.

– Мне кажется, я хочу тебя больше, чем заниматься дизайном яхт, – просто сказал он.

Саммер дошла до «Веспы» и стала искать ключ. Пальцы ее дрожали, и она не могла понять почему. Его слова так действовали на нее!

– Ты живешь в мире фантазии, тебе не кажется? – пробормотала она.

Марко приподнял бровь. Склонив голову набок, он задумался, и взгляд его медленно заскользил по ее лицу.

– Наши поцелуи не были похожи на фантазии.

– Это правда, – нехотя призналась Саммер.

Марко сел на скутер позади нее и обхватил ее за талию.

– И я держал тебя вот так.

Мужчина наклонился к ее шее и вдохнул упоительный аромат ее кожи.

– А теперь что касается занятий любовью... – пробормотал он, но в этот момент она включила мотор, и «Веспа», взревев, так стремительно рванула вперед, что он чуть не упал со скутера.

Марко весело рассмеялся, а Саммер, прикусив губу, упрямо склонилась вперед. Она поставила бы скоростной рекорд, если бы это могло заставить его перестать ее дразнить. Но, выехав на главную дорогу, она остановилась, вспомнив о том, что забыла предупредить Джиджи об их незапланированном приезде. Достав телефон, Саммер набрала знакомый номер. Мобильная связь на острове работала с перебоями. К счастью, раздались длинные гудки.

– Хэлло? – послышался низкий, но очень женственный голос.

– Привет, Джиджи. Это Шайна.

– Привет, куколка. Что случилось?

Саммер взглянула на Марко, стоявшего неподалеку.

– Ты помнишь Марко Смита?

– Еще бы! Изумительный мужчина. Помню, как он катался на яхте. Когда мы вышли в открытое море, Марко научил меня нескольким приемам.

Саммер поборола в себе неожиданный укол ревности, уловив в голосе Джиджи хвастливые нотки.

– Он вернулся.

– Чудесно. Буду рада видеть вас обоих у себя в гостях.

– Мы как раз собираемся нагрянуть к тебе. Но должна тебя предупредить: он больше не Марко Смит.

– Не может быть! – Джиджи рассмеялась. – Не могу представить, чтобы такой мужчина поменял пол. Неужели это правда?!

Саммер весело расхохоталась.

– Нет, он не поменял пол, – уверила она Джиджи и снова рассмеялась, увидев, какой ужас отразился на лице Марко. – Видишь ли, его настоящее имя – Марко ди Санто.

– Неужели? Подожди-ка... Дизайнер гоночных яхт?

– Он самый.

Женщина рассмеялась:

– Я должна была догадаться. И почему я не поняла это сразу, в первый же раз? Ведь было понятно, что перед нами профессионал. Веди сюда этого маленького негодяя, и я научу его уму-разуму!

– О, еще один момент, Джиджи. У него амнезия.

- Что?

Она бросила на Марко вопросительный взгляд, и он молча кивнул ей в знак согласия.

– Он ничего не помнит из того, что было в его прошлый приезд. Поэтому будь к нему снисходительна.

– Снисходительна? Я приведу его в себя! Амнезия, говоришь?

Шайна рассмеялась. Ей показалось, что он слегка вздрогнул.

– Мы приедем через несколько минут.

– Хорошо.

Выключив телефон, она усмехнулась, взглянув на Марко, все еще скрежетавшего зубами оттого, что его заподозрили в перемене пола.

– Садись, – весело сказала она. – Мы едем к Джиджи.

Глава 7

Марко снова уселся позади нее, стараясь держаться как можно дальше, и попросил:

– Расскажи мне о женщине, к которой мы едем.

– Джиджи увлекается парусным спортом. И ты провел с ней много времени, когда был здесь в прошлый раз.

Саммер помнила, что каждый раз, когда она уходила на работу в кафе, он сразу же уезжал к Джиджи, чтобы испытать ее новую яхту в открытом море. Он никогда не звал с собой Саммер, и она даже решила, что Джиджи – высокая красивая женщина средних лет – нравится ему. Только потом, спустя время, она поняла, что его в действительности привлекало: возможность поплавать на яхте. В это время он обдумывал свои идеи.

Джиджи жила в огромном поместье, прямо на морском берегу. Проехав по длинной аллее, по бокам которой были посажены высокие кокосовые пальмы, они остановились перед огромным особняком XIX века, с открытым круговым портиком.

И прежде чем они успели слезть со скутера, к ним направилась высокая стройная женщина, в ярко-красном бикини, огромных черных очках и тончайшей, будто сотканной из воздуха накидке. Саммер еле удалось сдержать улыбку. Даже несмотря на приступы ревности, она любила Джиджи. Мужчины проявляли к ней живой интерес, не понимая того, что отсутствие стыдливости свидетельствовало лишь о том, что ей было совершенно все равно, что подумают о ней другие. Она носила этот откровенный купальник потому, что ей так было удобно, а вовсе не для того, чтобы произвести на кого-то впечатление.

Подкравшись к ним, как охотник к добыче, Джиджи сняла черные очки и внимательно вгляделась в глаза Марко.

– Выходит, ты меня не помнишь? – с укоризной произнесла она.

– Простите, – сказал он, дружески улыбнувшись. Ему явно нравился ее вид. – А у вас очень запоминающееся лицо.

– Запоминающееся? – Услышав эти слова, Джиджи выпрямилась, и ее зеленые глаза прищурились. – В каком смысле?

– Оно очень милое, – быстро сказал он. – И поистине красивое.

Женщина отогнала от себя сомнения.

– Спасибо. Пойдем на причал. Ты все вспомнишь, как только снова увидишь «Ласточку».

Марко охотно присоединился к ней, бросив на Саммер виноватый взгляд. Он пожал плечами:

– Может, это сработает. Пойдем посмотрим.

Яхта была шикарной. По пути к пирсу его переполняли чувства: он наслаждался видом яхты, запахом моря, звуком волн, бьющихся о берег. И неожиданно ему пришло в голову, что он смотрит на женщин как на прекрасные парусные суда. С недавних пор Марко смотрел так на Шайну. Для него эта женщина была особенной.

Оказавшись на яхте, он погладил рукой деревянную обшивку и покачал головой.

– Прекрасный корабль, – с благоговением произнес Марко. – А где же команда?

Джиджи лучезарно улыбнулась:

– Рабочие, которые трудятся в моем поместье, по совместительству – моряки. Я наняла их потому, что они – прекрасные мореходы, а потом научила ухаживать за садом, красить забор и всему остальному.

–- Здорово придумано. – Он взглянул на паруса, трепетавшие на ветру. – Мы вместе выходили в море на этой яхте?

Джиджи кивнула:

– Мы по полдня катались на ней. Два раза.

Марко кивнул, хотя, как ни старался, не мог этого вспомнить.

– Я работал над дизайном?

– Да. Ты все время делал эскизы и записывал какие-то цифры. Измерял своими приборами скорость ветра, температуру воздуха и постоянно все фиксировал. – Она покачала головой. – Не понимаю, почему я не догадалась тогда, кто ты такой.

Нахмурившись, он задумался о том, почему так легко посвятил Джиджи в свои дела, но тщательно скрывал информацию от Шайны. Странно.

Марко рассказал Джиджи о своих пропавших чертежах, но та сказала, что ничего о них не знает. Она пришла попрощаться с ним в день его отъезда, но лишь ненадолго, и никаких чертежей не видела.

Приготовив сандвичи и холодный чай, Джиджи рассказала Марко и Саммер о своем муже, Джимми, который привез ее на эти острова десять лет назад.

– А где он сейчас? – простодушно спросил Марко.

Джиджи махнула рукой, будто это был неуместный вопрос.

– Джимми уехал на материк за покупками. Он вернется на днях.

– О-о. – Марко взглянул на Саммер.

– Кстати, – весело сказала Джиджи, – не хотите ли взглянуть на то, как я обустроила свои владения? Пойдемте, оцените мой труд. Я создала настоящий райский уголок.

Это был действительно рай на земле. Ее имение вызывало всеобщее восхищение. Они договорились о том, что Марко приедет на следующий день, чтобы отправиться вместе с Джиджи на яхте в открытое море.

– Думаю, нам с Марко нужно съездить в Налики-Фоллс самой короткой дорогой, – сказала она хозяйке дома.

– Ого! – усмехнулась Джиджи. – Это будет прекрасная поездка.

Шайна кивнула, в ее глазах блеснул смех.

– Я буду за ним наблюдать. Думаю, он выдержит это.

Они критически взглянули на него, изучающе рассматривая с головы до ног, пока он не покраснел под их внимательными взглядами.

– Эй, не волнуйтесь за меня, – сказал он, мужественно расправляя свои широкие плечи. – Я справлюсь.

Саммер пожала плечами:

– Он хочет, чтобы ему дали шанс.

Джиджи, нахмурившись, скривила рот:

– Боже, я просто не знаю...

– Весьма интересно, – пробормотал он, притворяясь, что негодует, но на самом деле наслаждаясь этой игрой.

Ему никогда ни с одной женщиной не было так хорошо, как с Шайной. В чем-то они были очень похожи, и это было так чудесно. Но между ними было какое-то непреодолимое препятствие, и он не мог понять, что это такое, черт возьми. Марко вздохнул, взъерошив рукой волосы. Что же он такого сделал, черт побери? И как ему загладить свою вину?

– Не забудь, что у Элмо сегодня вечеринка, – напомнила Джиджи Саммер, когда они прощались. – Проследи за Марко. Ведь они вместе ездили на рыбалку в его прошлый приезд. Может, Элмо что-нибудь помнит?

– Хорошая мысль, – ответила Саммер.

Она совершенно забыла об этой вечеринке, а ведь собиралась приехать на нее, как только услышала. Половина острова должна быть там.

– Говорят, там будет королевский ужин.

Марко, не стесняясь, любовался ею – ее красивыми волосами, блестящими голубыми глазами, изумительно шелковистой кожей, – и ему хотелось ее обнять.

– Там будут танцы? – с надеждой спросил он.

– Национальные гавайские, – весело ответила она.

Джиджи засмеялась, разгадав ход его мыслей.

– Уверена, там будет оркестр, – сказала она.

– Замечательно. – Он похлопал себя по животу. – Значит, я растрясу все то, что наем за ужином.

– Насчет этого не волнуйся, – со смехом ответила Саммер, когда они распрощались с Джиджи и направились к скутеру. – Нам еще предстоит большая прогулка.

– А как выглядит муж Джиджи? – спросил Марко, когда они подошли к «Веспе».

Саммер, улыбнувшись, раскинула в сторону руки, наслаждаясь прохладным морским ветерком.

– Понятия не имею. Я никогда не видела его.

Это звучало странно.

– А давно он уехал?

– Не знаю. – Она вывела скутер на дорогу. – Он находится на материке и делает покупки с тех пор, как я познакомилась с ней.

Марко язвительно улыбнулся:

– А этот парень реально существует?

– Интересный вопрос. – Саммер ждала, пока он усядется позади нее. – Не знаю, действительно ли Джиджи верит в его возвращение, или это всего лишь способ отбиваться от чрезмерно настойчивых кавалеров.

– Как бы там ни было, – сказал он, вздохнув, – она умеет управлять прекрасными парусниками.

«Ласточка» находится в идеальном состоянии. Наверное, Джиджи печется о ней день и ночь.

– Она просто помешана на своей яхте. Думаю, так будет до тех пор, пока Джимми не вернется домой, если это вообще когда-нибудь произойдет.

Марко обдумывал ее слова всю дорогу, пока скутер вез их в Налики-Фоллс. Мужчина был помешан на дизайне кораблей, Джиджи – на своей яхте. Но может быть, им стоит побольше общаться с людьми? Марко и прежде задумывался об этом – почему бы ему не влюбиться в какую-нибудь женщину? Неужели карьера для него так важна? Или яхты? Неужели он так ослеплен прекрасными кораблями, что перестал испытывать потребность в человеческом общении – в любви и нежности? Он не успел ответить себе на этот вопрос, потому что Шайна свернула с главной дороги, и скутер затрясся по каменистой тропе.

– Ну вот, мы и приехали, – сказала она, останавливаясь на маленькой площадке. – Здесь начинается подъем в горы.

Он слез со скутера, пробрался сквозь кусты и взглянул на скалу, на которую указывала Шайна.

– Что? – в шоке воскликнул он. – Но ведь там нет даже тропинки! Думаешь, мы сможем залезть туда?

– Боишься, что не сможешь залезть? – поддела его женщина, слегка толкнув кулаком в грудь.

– Что такое трудности, я не знаю, – сказал он, почесав в затылке, и окинул взглядом скалу. – Но и профессиональным скалолазом меня тоже назвать нельзя. А сюда так просто не залезешь. Тут нужна специальная подготовка. Но если ты считаешь, что я справлюсь...

Голос его затих. Саммер не спеша полезла на скалу... босиком! Засунув шлепанцы в карманы. Открыв рот, Марко смотрел на нее. Она карабкалась по склону, как обезьянка. Это было сумасшествием. На море ему приходилось бывать в разных переделках: он качался в хрупком суденышке на бушующих волнах, изо всех сил стараясь не сбиться с курса, а временами бывал в таких морях, которые кишмя кишели акулами. Но карабкаться по отвесной скале в глухих тропических джунглях? Такое ему приходилось делать впервые.

Но все-таки мужчина не мог оставаться здесь, внизу, когда Саммер взбиралась по скале. Сдерживая досаду, Марко полез вслед за ней, но каждый раз, как только ему удавалось немного подняться вверх, он тут же сползал вниз.

Какая-то птица взмахнула крыльями прямо у него над головой, чуть не выдрав у него клок волос.

– Эй! – крикнул он вверх, отмахнувшись от птицы. – Хотя бы скажи мне, кто здесь водится.

Саммер ухмыльнулась, взглянув на него сверху вниз, явно довольная своей победой. Усевшись на маленький уступ, она стала ждать Марко.

– Змеи, – ответила она, когда Марко наконец, тяжело дыша, взобрался наверх. – Остерегайся змей и серебристых ящериц, которые кусаются.

– Замечательно, – сказал он, мрачно взглянув на нее. – Так я и сделаю.

– Когда я впервые оказалась здесь, – продолжала Саммер, – мне сказали, что здесь нет змей, но оказалось, что это не так.

Она поняла, что проговорилась. Как только она произнесла эти слова, Саммер тут же поняла свою ошибку и внутренне застонала, надеясь, что Марко не заметит ее промаха. Но он заметил.

– И когда же ты приехала сюда, Шайна? – быстро спросил он. – Давно ты здесь живешь?

Мужчина игриво ущипнул ее за руку.

– Признавайся.

В ее глазах вспыхнули искры. Она покачала головой:

– Я ведь уже говорила тебе – моя жизнь не обсуждается.

Марко смотрел на нее долго-долго, затем пожал плечами:

– Хорошо. Оставим это.

Нахмурившись, он бросил опасливый взгляд на джунгли, окружавшие их. В отдалении послышался звериный рев. Кто же это?

– Зачем мы сюда лезем? – спросил ее Марко, и в голосе его послышалась угроза.

– Чтобы добраться до вершины, – ответила она и стала уверенно карабкаться вверх. – Там так красиво! За мной.

Внезапно Марко обогнал ее и стал проворно, как белка, взбираться вверх. Вскоре Саммер поняла, что ее лидерство свелось к нулю. Они пробирались вдоль ручья, где свили себе гнезда птицы с ярким оперением, которые при их появлении с громкими криками вспорхнули в воздух. Затем им пришлось карабкаться по огромным валунам, поросшим редкой растительностью. В конце концов, сделав последний рывок, они оказались на вершине.

– Посмотри вокруг. Как прекрасен мир! Каждый раз, когда я оказываюсь здесь, не могу налюбоваться на эту красоту!

И Марко видел – это действительно было захватывающе. Под ними расстилались джунгли, позади них простирался безбрежный голубой океан. Красиво. Но разве стоило ради этого карабкаться на такую высоту? Он вовсе не считал себя слабаком, но ему было так жарко! С него лил пот, тело его болело, и он порезал руку до крови.

– Скажи мне, Шайна, каким образом это восхождение поможет мне найти чертежи?

Он пронзил ее мрачным взглядом. Улыбка ее была лучезарной – и совершенно невинной.

– Никаким.

Марко решил, что ослышался.

- Что?

– Я подумала, что нам надо немного размяться, - ответила Саммер.

Он уже хотел сказать ей все, что об этом думает, когда внимание его привлекло нечто другое. Звуки. Поднявшись немного повыше, Марко посмотрел в ту сторону, где шумел водопад. И увидел у его подножия толпу людей. Родителей с детьми. Молодых женщин с колясками. И вдалеке машины.

– Эти люди приехали, чтобы посмотреть на водопад. Не так ли?

Женщина взобралась на скалу, где он стоял, и устремила свой взгляд в сторону, куда показывал Марко.

– Да, конечно, – просто сказала она. – Туда ведет дорога с другой стороны острова.

Слово «гнев» было малоподходящим для того, чтобы выразить чувства Марко. Он лез в горы, порезал себе руку до крови. А все для чего? Чтобы в конце концов оказалось, что можно было просто сесть в машину, приехать и полюбоваться тем же самым видом, не прилагая к этому никаких усилий.

– Почему же нельзя было добраться сюда так же, как все эти люди?

Пожав плечами, Саммер сверкнула голубыми глазами. В этот момент она была больше похожа на озорную девчонку, чем на взрослую женщину.

– Конечно. Но это было бы так скучно...

От неожиданности Марко чуть не поперхнулся, а она беззаботно продолжала:

– Эта амнезия – замечательная вещь. – На губах ее заиграла улыбка. – Я проделала с тобой это дважды.

– Что? Ты уже таскала меня сюда?

– Конечно. – Улыбка Саммер стала шире. – Может, у тебя возникнет еще один приступ амнезии, и тогда я снова сделаю это?

Секунду он молча смотрел на нее. Ее глаза засияли еще ярче. Не выдержав. Марко накинулся на нее:

– Я тебе покажу приступ амнезии!

Она бросилась бежать, но на этот раз не могла сравниться с ним в скорости. Саммер пронзительно взвизгнула. Крепко прижав ее к себе, Марко прорычал ей в ухо:

– Ты хотела помучить меня, да? Ну, тогда будем вести честную игру. Что бы мне такое придумать, чтобы тоже помучить тебя?

Марко притворился, что задумался, а Саммер вновь попыталась высвободиться из его рук – и снова вскрикнула. Но сопротивлялась она недолго. Порывисто наклонившись, он осыпал ее шею горячими поцелуями, и она мгновенно растаяла. Вздохнув, Саммер выгнулась ему навстречу, откинув голову и закрыв глаза, и Марко приник к ее губам. Он целовал Саммер, погрузившись в ее завораживающее тепло, и она отвечала на его поцелуи. Женщина целиком открылась ему – и приняла со страстью, которую не испытывала ни к одному мужчине. Каждая клеточка ее тела дрожала от возбуждения. На краткую секунду они были единым целым, и только это имело значение.

Крик, донесшийся снизу, заставил их прийти в себя – они словно очнулись ото сна, – и, хотя кричали совсем не им, стало ясно, что появился кто-то еще. Отпрянув, Саммер заглянула в его темные бездонные глаза, но он не разжимал рук. Марко все крепче прижимал ее к груди, и она слышала бешеный стук его сердца. В этот момент Саммер почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

Она взглянула на водопад. Возможно, Марко и не волновали такие вещи, но не ее. Саммер восхищалась этим потрясающим зрелищем: тропические цветы, растущие по бокам, мощный поток, устремляющийся с вершины вниз, капли воды, искрящиеся в воздухе, солнце, переливающееся на мокрых уступах скалы, красно-зеленые попугаи, кричащие на деревьях, белые бабочки, порхающие над скалами. Это место, как и пляж, было для нее олицетворением острова. Она любила эту тишину. Когда Саммер смотрела с вершины вниз, внутри у нее все трепетало. Ей даже нравилось это чувство опасности. Она любила все в Ранаи. Это место спасло ей жизнь. И сейчас она, как никогда, была наполнена решимостью никогда не покидать его.

Откинув голову, Саммер вгляделась в красивое лицо Марка.

– Должна признаться, я только теперь поверила в твою амнезию.

Улыбнувшись, он внимательно вгляделся в нее, словно пытаясь что-то вспомнить.

– Почему?

– Если бы ты помнил этот подъем, то ни за что не согласился бы взобраться сюда во второй раз. Не так ли?

Он чуть не рассмеялся.

– Все правильно. – В конце концов Марко отпустил ее, покачав головой. – Автомобили все же придумали не зря, Шайна.

Она рассмеялась, продолжая наслаждаться счастьем, которое он ей подарил.

– Пойдем, – сказала она, вспомнив о том, что им надо спускаться вниз. – Нас ожидает гавайский пир.

На остров уже спускалась тьма, но уличные фонари ярко освещали длинную и извилистую подъездную аллею, которая вела к вершине холма. Они услышали звуки музыки – еще до того, как заглушили мотор.

– Что будем делать? Могу я рассказать, что ты потерял память? Или ты будешь расхаживать среди гостей и притворяться, что всех знаешь? – спросила Саммер.

Марко кивнул.

– Давай сделаем так. Ты намекнешь людям, что мне надо кое-что напомнить, а я буду слушать во все уши.

На газонах перед особняком расположились гости. Казалось, алкоголя было гораздо больше, чем еды, хотя с кухни доносились аппетитные запахи. Громко звучала гавайская национальная музыка. Высокие темнокожие мужчины, в большинстве своем полинезийцы, били в .барабаны и пели высокими голосами, а перед ними на сцене выступали танцоры, исполняя танец хула. В лучах низкого закатного солнца волны океана переливались дивными красками. Атмосфера была сказочной. На остров опускалась еще одна чудесная ночь.

В течение часа Марко проговорил со множеством гостей, ни одного из которых он не помнил. Но разговор был легким, непринужденным, и никто, казалось, не замечал, что временами он отвечает невпопад. И все же один раз Марко чуть не попал впросак, когда неожиданно столкнулся с матерью Эдди.

– Мистер Смит, здравствуйте. Я слышала, что вы вернулись.

Марко, повернувшись, увидел перед собой красивую молодую женщину с большими испуганными глазами. В руках она держала поднос с закусками. Он машинально взял фаршированный шампиньон, хотя меньше всего хотел это делать.

– Привет, – сказал он, слегка запинаясь. Он понятия не имел, кто она такая. – Э-э... рад тебя снова видеть.

Улыбнувшись, женщина предложила ему тост, украшенный креветкой.

– Вот, – с хрипотцой прошептала она. – Лучше съешьте это. Поросенка еще только начали готовить, и вы не скоро сможете как следует поесть.

– О да, конечно.

Он неловко взял крекер и замер в нерешительности, потому что в другой руке держал бокал.

Женщина взглянула на него, но не сделала никаких попыток ему помочь, пока креветка не стала сползать с крекера. В конце концов, когда она уже стала падать на пол, та ловко поймала ее в воздухе рукой. Молча, не говоря ни слова, она запихнула креветку ему в рот, будто это было самой естественной вещью на свете.

– Хотите еще? – спросила она.

Он молча кивнул, стараясь прожевать креветку как можно скорее.

– А почему бы тебе не съесть такой же крекер? – спросил он, когда проглотил угощение.

Она покачала головой:

– Нельзя. Официантам не разрешается есть вместе с гостями.

По глазам ее было видно, что она голодна, а голос у нее был такой печальный, что он не смог сдержаться. Развернув сервировочный столик, Марко взял с подноса крекер с креветкой и засунул ей в рот, прежде чем женщина успела его остановить.

– О! – засмеявшись, воскликнула она, но, украдкой оглядевшись вокруг: не видит ли кто, быстро прожевала крекер. – Это у меня обед, – счастливо сказала женщина.

Марко усмехнулся. Она была очаровательна, но кто же это такая, черт возьми?

Когда, махнув Марко рукой, женщина отправилась обслуживать других гостей, он увидел, как к нему подошла Шайна.

– Ну, и как ты нашел Лейлу? – спросила она. – Эта женщина берется за любую работу, которую ей предлагают, лишь бы прокормить детей.

– Лейла! – Конечно. Как же он сразу не догадался? – Так вот кто это!

– А ты разве не понял? – Саммер удивленно взглянула на него.

– Нет. Она красивая, да?

– Да, конечно.

Саммер почувствовала, как сжались ее губы, и тут же засмеялась над собой. Это была типично женская реакция. «Если какая-то женщина удостаивается комплимента, это не значит, что она конкурирует с тобой!» – напомнила она себе.

Они подошли к импровизированной сцене и стали смотреть зажигательные таитянские танцы. Танцоры энергично изгибались в такт ритмичной музыке, зрелище было захватывающим, и им наслаждались все, кроме Марко. Он напряженно думал о том, зачем они приехали сюда.

– Здесь есть кто-нибудь, кто мог бы хоть что-нибудь рассказать обо мне? – спросил он Саммер, и в голосе его прозвучало нетерпение.

– Элмо, – сказала она. – Кстати, именно он устраивает эту вечеринку.

– Хорошо. И какое отношение этот человек имеет ко мне? Что он мог видеть?

Скривив губы, Саммер задумалась.

– В прошлый твой приезд вы с ним ездили на рыбалку. Ты приехал воодушевленный, но без единой рыбки. – Она, будто школьная учительница, пригвоздила его к земле строгим взглядом. – По всему было видно, что ты прекрасно провел время.

– Сдается мне, у него была моторная лодка? – отметил Марко.

– Да. Оснащенная всем, что требуется для ловли рыбы в открытом море. Но у меня сложилось впечатление, что вы совсем забыли о рыбалке. Вы сидели в лодке, пили пиво и рассказывали друг другу всякие рыбацкие истории. Хотя я могу ошибаться. – Саммер забавно вздернула носик. – Но ведь ты все равно не помнишь.

Она так очаровательно дразнила его, что ему захотелось ее поцеловать. Но расслабляться было нельзя.

– Отведи меня к нему, – сказал Марко, немного жалея о том, что не стал ее целовать, но надо было заниматься делом. – Посмотрим, что он скажет.

Элмо – большой грузный мужчина – приехал сюда из Дании еще подростком и наладил здесь свою жизнь. Он стал строить дома для богатых клиентов, занимающихся торговлей, и скоро его перестали воспринимать как «пляжного юношу», без дела шатающегося по курорту. И он любил устраивать вечеринки.

Элмо с радостью вспомнил Марко, и сразу посыпались шутки-прибаутки насчет пива и выловленных рыб. Но когда тот попытался заговорить с ним о потерянных чертежах, Элмо погрустнел.

– Время от времени ты делал какие-то записи, – признался он. – Но я никогда не придавал этому значения.

Еще один тупик. Элмо кто-то позвал, и Марко, обернувшись, снова увидел рядом с собой Лейлу, с очередным подносом в руках.

– Устрицы, запеченные в тесте, – прошептала она. – Попробуйте.

Устрицы действительно были необыкновенно вкусными. Марко взял две порции.

– Надеюсь, Джилли и Эдди не свели вас с ума, – сказала Лейла, перед тем как уйти. – Последние два дня меня почти не было дома...

– Ну что ты, – сказал он. – Они замечательные дети.

– О, спасибо вам, – ответила она, и голос ее дрогнул. – Они очень славные. Сейчас они дома, и Джилли готовит им обед.

Лейла тяжело вздохнула. Видно было, что больше всего на свете ей сейчас хотелось оказаться дома с детьми, а не на этом приеме.

– Надеюсь, эта вечеринка не затянется надолго, – пробормотала она больше себе, чем ему.

В этой женщине была какая-то тайная печаль, и Марко, против воли, был заинтригован ею. Она казалась такой мужественной и в то же время уязвимой, и ему безумно захотелось чем-то помочь ей.

– Лейла, мне очень жаль твоего мужа.

– Да. – Глаза ее вспыхнули, когда она взглянула на Марко. – Он исчез в районе Сангрийских островов.

– И не осталось никаких следов?

Она колебалась.

– Ну, спасатели обыскали Сангрию и два маленьких близлежащих острова. Потом я сказала им, что он часто ездил на остров Григос, куда его еще ребенком возил дед. Его искали там, но... – Лицо ее на секунду окаменело. – Я не думаю, что они тщательно все обыскали. Поэтому я пытаюсь заработать немного денег, чтобы нанять лодку и самой отправиться на поиски.

Да, это была действительно отважная женщина. Он одобрительно кивнул:

– Молодец, Лейла. Даже если ты ничего не найдешь, тебе будет спокойнее.

Она ответила:

– Вы знаете, мистер Смит...

– Зови меня Марко. Улыбка ее слегка дрогнула.

– Хорошо, Марко. – Лейла вздохнула, и взгляд ее затуманился. Затем в нем вспыхнула тревога. – Я знаю, что вам, наверное, говорили о Тони. О том, что у него появилась подружка и он специально спрыгнул с лодки, имитируя свою гибель, чтобы... уйти от меня к ней, – сказала она, и голос ее сорвался. – Но это неправда. Да, он очень красивый и всегда увлекался женщинами. – Она взглянула на Марко, и он увидел, что глаза ее наполнились слезами. – Но люди не могут понять одного: Он любил меня и своих детей, и он бы ни за что не оставил нас. Никогда.

Лейла умоляюще взглянула в его лицо, будто он мог чем-то ей помочь, и Марко растерялся.

– Я... я убежден, что он вернется, – произнес он неуверенно.

Она натянуто улыбнулась и, повернувшись, исчезла в толпе. Он посмотрел ей вслед, и сердце его больно сжалось. Марко знал, что ничем не может ей помочь. Он никогда не чувствовал себя таким растерянным. Если бы можно было хоть что-нибудь вспомнить...

Вечер сменился ночью. Быстро исчезли последние лучи заходящего солнца. И вдруг, совсем неожиданно, он вспомнил об Эдди. Марко бросился искать Шайну. Ему не сразу удалось найти ее.

Она стояла возле декоративного пруда, в котором лениво плескались серебристые карпы, окруженная толпой гостей. Саммер сама не ожидала того, сколько знакомых здесь встретит. А ведь она жила на острове всего лишь год. Каждый обращался с ней как со старым добрым другом. И здесь ей было хорошо. Она чувствовала себя частью этой жизни. А лучше всего было то, что ей не надо было ничего, чтобы возбуждать интерес толпы и постоянно напоминать о своем существовании, чем она занималась всю свою жизнь, пока не приехала сюда. Здесь, на острове, люди принимали ее такой, какая она есть. Без прикрас.

Конечно, и здесь не все было совершенным. Иногда ей встречались ревнивые женщины, которые защищали своих мужей так, будто опасались, что она уведет их. Были и мужчины, которые пытались обольстить ее. Но она четко дала понять им, что отношения подобного рода ее не интересуют.

Здесь, на Ранаи, Саммер была счастлива. Единственное, о чем она тосковала, – это о том, что у нее не было семьи. Близкого человека. И малыша. Но теперь она была, уверена, что ребенок у нее будет: спасибо прежнему Марко.

А теперь в ее жизни появился новый Марко. И правда заключалась в том, что Саммер обожала их обоих. А скоро в ее жизни появится малыш. Если бы только она могла рассказать об этом Марко! Она собиралась стать матерью, а точнее, матерью-одиночкой. Что ждет ее малыша, когда он родится?

Саммер направилась к террасе, когда Марко нагнал ее. Едва успев осознать, что делает, она бросилась к нему и тесно прижалась к груди.

– Сага mia, в чем дело? – воскликнул он, приподняв ее голову за подбородок, чтобы заглянуть в глаза. – Что случилось?

Женщина покачала головой, не в силах заговорить, потому что слезы готовы были хлынуть из ее глаз. Он нежно поцеловал ее в губы, она тихо и жалобно пискнула, как котенок, затем судорожно выдохнула, когда его руки крепче обхватили ее. И в этот момент у нее возникло небывалое ощущение защищенности и спокойствия. Но разве может быть так, чтобы тот, кого она боялась, был тем же человеком, который сейчас держал ее в объятиях? Нет, это невозможно.

– Прости, – сказала Саммер, вырываясь. – Я веду себя как ребенок.

– В чем дело, Шайна? – спросил он, хватая ее за руку. – Тебя что-то испугало?

– Ничего. – Ей удалось изобразить беззаботную улыбку, и она поздравила себя. – Правда, ничего. А ты хотел мне что-то сказать?

Нахмурившись, Марко пытался понять, что ее так расстроило. Он был рад, что она так трогательно бросилась к нему. Но больше всего его поразила собственная реакция. Чувства Марко были такими глубокими и бурными, будто он готов был сделать все, что мог, лишь бы вернуть ее улыбку.

– Шайна...

– Ш-ш-ш, – сказала она, качнув головой. – Ничего не случилось. Я просто думаю. Меня волнует Эдди.

Марко быстро кивнул:

– Именно о нем я и хотел с тобой поговорить. Нам надо ехать. Ведь я ему обещал.

Глава 8

– Бог мой, - воскликнула Саммер, взглянув на часы. – Я и не заметила, что уже так поздно.

– Да, это проблема, – согласился Марко. – Я не знаю, когда он ложится спать, но все равно мы должны найти магазин, где продаются красные леденцы.

– Угу. – Увидев решимость в его черных глазах, она поняла, что он выполнит свое обещание во что бы то ни стало. – Леденцы продаются в городе в одном из магазинов. Правда, боюсь, что он уже закрыт.

Она нахмурилась, поджав губы.

– Но ведь есть еще центральный универмаг, бакалейная лавка, кондитерская.

– Да, но леденцы там не продаются. – Саммер покачала головой, искренне огорчившись. – Мы можем доехать до магазина возле пристани, где стоят яхты. Хотя я сомневаюсь, что там есть такие леденцы.

– Ну, поехали. Если поторопимся, то, может быть, успеем до закрытия.

Она была рада, что он не забыл о своем обещании. Не многие мужчины из тех, с кем она встречалась, вспомнили бы об этом. К счастью, Марко был не похож на них.

Когда они ехали обратно, на остров спустилась тьма, и магазин на пристани был уже закрыт. Марко страшно корил себя за то, что слишком поздно вспомнил о своем обещании. Когда он думал о мальчике, так искренне смотревшем на него своими лучистыми глазами, сердце его сжималось от боли. Бедный малыш. Отец пропал, а мать так редко бывала с ним. Марко подумал о Лейле, которая теперь была вынуждена работать день и ночь, чтобы прокормить своих детей, и ему стало еще хуже. Леденцы! И как он мог забыть о такой простой вещи?

Перед глазами у него встала сцена из собственного детства. Отец его был деловым человеком, директором крупной международной судостроительной компании. Но после того как родители развелись, он стал уделять ему все меньше внимания. И Марко ждал этих встреч с таким нетерпением!

Когда он был ребенком, то хотел стать ближе к отцу, завоевать его внимание. И каждый раз, когда отец не выполнял свои обещания, Марко чувствовал себя таким одиноким.

Однажды, когда ему было лет десять, отец поклялся компенсировать все те дни, когда мальчик понапрасну ждал его прихода, и пообещал взять его с собой вечером на лодочные гонки, которые должны были состояться на острове Капри. Марко до сих пор не мог забыть того щемящего ощущения бесконечного ожидания, когда он, перегнувшись через поручни балкона, с надеждой вглядывался в темноту. Ему не терпелось увидеть свет фар отцовской машины, въезжающей во двор. Но этого не произошло. Позже мальчик узнал, что отец поехал на эти соревнования, совершенно забыв о нем. Марко грустно рассмеялся. Тогда он притворился, что это не имеет для него значения. Но в тот день его вера в отца умерла.

Они приехали в маленький городок, направились к пристани и завернули за угол. Перед ними был маленький магазинчик, погруженный во тьму. Магазин был закрыт.

Марко соскочил со скутера и постучал в дверь.

– Эй! – позвал он, дергая за ручку. – Есть кто-нибудь?

Никто не отвечал. Марко быстро обошел магазин и постучал в заднюю дверь. Тишина. Он снова вернулся к Саммер.

– Мне нужен телефон хозяина магазина, – сказал он.

Саммер уставилась на него, открыв рот.

– Извини. У меня никогда не возникало потребности срочно закупать себе продукты. Я не знаю его номера.

– Да, действительно, – смущенно ответил Марко.

Внимательно вглядевшись в табличку, повешенную на двери, он обнаружил телефонный номер и решил попытаться позвонить по нему. Гудки раздавались снова и снова, они громко звенели в его ушах. Никто не отвечал. Марко тихо выругался.

Постояв перед входом в магазин, он расправил плечи и направился к скутеру. Вид у него был взволнованный. Взъерошив рукой волосы, Марко скорчил недовольную гримасу.

– Сейчас я взломаю замок.

Ей показалось, что в нее ударила молния, и она, пошатнувшись, чуть не упала на асфальт.

– Ты шутишь, – выдохнула она.

Он покачал головой, глаза его были холодны как лед.

– Нет. Мне надо раздобыть эти леденцы. Другого выхода я не вижу.

Он стал копаться в подседельной сумке. Марко нашел промасленную тряпку и обмотал ею руку. Усмехнувшись, он взглянул на Саммер, приподняв брови. Он осмотрел свою руку, подставив ее под включенную фару скутера, и проверил, хорошо ли завязана тряпка. Он действительно собирался взломать замок.

Саммер схватила его за руку:

– Ты с ума сошел! Тебя арестуют и посадят в тюрьму.

– Но ты ведь передашь мне напильник в пирожке?

– Нет.

Марко взглянул на нее, приподняв бровь:

– Какая ты гордая! А что ты имеешь против заключенных?

Саммер не на шутку разозлилась на него:

– О, я не знаю. Может быть, то, что они мошенники!

Задумавшись на секунду, он тяжело вздохнул:

– Эдди, наверное, скоро уложат спать. – Он взглянул на нее. – Но что же я могу сделать, Шайна? Я ведь обещал ему леденцы.

Она, соскочив со скутера, подошла к нему. Взяв его за руку, Саммер лихорадочно соображала. Марко явно мучила совесть.

– Я понимаю, но должен быть другой выход. Давай подумаем...

Он взглянул в ее глаза.

– Ты со мной? – спросил Марко и поднял руку, замотанную тряпкой.

– Нет, – простонала Саммер. – Ты не должен этого делать.

Он покачал головой:

– Не хочешь помогать – постой на стреме.

Повернувшись, Марко направился к окну, располагавшемуся над уличным холодильником с напитками. Издав отчаянный крик, она бросилась за ним.

– Остановись! – твердо приказала Саммер. – Ты что, правда хочешь разбить окно? А вдруг ты поранишь руку, повредишь артерию или что-нибудь еще?

– Я буду осторожен, – сказал он, не взглянув на нее.

– Остановись, Марко. Послушай, что я тебе скажу.

Схватив его за руку и повернув к себе, Саммер взглянула в его лицо и почувствовала, что ведет себя немного сумасбродно.

– Я помогу тебе, но по-другому.

Он подозрительно взглянул на нее:

– А как?

Она чуть не рассмеялась, увидев его упрямство. В этот момент Марко был больше похож на вредного мальчишку, который во что бы то ни стало хочет добиться своего, чем на взрослого мужчину.

– Веришь или нет, я владею некоторыми трюками собственного изобретения, – сказала она ему. – Подожди минутку, и ты все увидишь.

Вернувшись к скутеру, Саммер достала сумочку и, порывшись в ней, вытащила оттуда кредитную карточку. Затем подошла к двери магазина. Марко выжидательно смотрел на нее.

– Старая кредитная карта? – фыркнул он. – Сомневаюсь, что это поможет.

– Марко, ты ничего не понимаешь, – сказала она, готовясь осуществить свой замысел. – На Ранаи практически нет преступности. Поэтому никто не принимает дополнительных мер безопасности, как это делают в мегаполисах.

Она просунула карточку в щель и немного подвигала ею. Он усмехнулся, с интересом глядя ей через плечо.

– И где же ты этому научилась?

Саммер улыбнулась ему в ответ:

– Я училась в школе-интернате. Дверь запирали рано, а мы любили гулять допоздна. Кто-то должен был уметь это делать.

Карточка встала туда, куда нужно, и женщина плавно приподняла ее. Раздался щелчок, и дверь распахнулась. Саммер просияла.

– Вуаля, – горделиво произнесла она.

Марко восхищенно ухмыльнулся, затем прошел мимо нее в магазин.

– Хорошая работа, – коротко сказал он, казалось, забыв все свои прошлые сомнения. – А теперь нам осталось найти леденцы.

К счастью, возле кассы лежала большая коробка со сладостями. Марко взял три леденца, взглянул на цену, достал из кармана пригоршню монет и бросил их на прилавок.

– Пойдем, – сказал Марко, затем заколебался. – Может быть, лучше написать записку хозяину магазина? У тебя есть ручка? – Он усмехнулся. – А еще лучше – губная помада?

Ее глаза округлились.

– Ты хочешь выдать меня как свою сообщницу?

Немного помедлив, Саммер достала из своей сумки ручку и маленький блокнот из фиолетовой бумаги.

– Поспеши. Нас никто не должен здесь застать.

Он поспешил. В записке были извинения. Марко даже написал свое имя. Через минуту они уже мчались на скутере в обратный путь.

В доме было тихо, но в окнах горел свет. Саммер и Марко, волнуясь, подошли к входной двери. Джилли открыла ее сразу же, как только они постучали.

– Здравствуйте, мистер Марко, – просияв, сказала она.

– Привет, Джилли. – Он переминался с ноги на ногу, чувствуя себя неловко. – Эдди дома?

Девочка удивленно взглянула на него:

– Я уже уложила его спать.

– Я... э-э... я привез ему красные леденцы, как обещал, – пробормотал Марко.

– Спасибо... – Джилли улыбнулась. – Но он уже почистил зубы.

Саммер с улыбкой взглянула на нее:

– О, Джилли! Из тебя выйдет чудесная мама. Ты так заботишься о малышах.

Щеки девочки покрылись румянцем.

– Я стараюсь.

Из-за двери показалась заспанная рожица.

– Эдди! – негодующе вскрикнула Джилли.

– О, Джилли, – быстро сказала Саммер. – Я понимаю, что уже поздно, но Марко обещал привезти ему красные леденцы. Может быть, он отдаст ему их, а Эдди съест их завтра?

Джилли переводила взгляд с Эдди на Саммер, потом – на Марко, потом – снова на Эдди. Она пожала плечами.

– Конечно, – весело ответила она. – Эдди! Иди сюда. Марко что-то привез для тебя.

Мужчина улыбнулся малышу, когда тот, немного замявшись, вышел из спальни. Затем он бросился к Марко, и тот заключил его в свои медвежьи объятия.

– Привет, Эдди, – сказал он, прижимая малыша к себе. – Ведь я обещал тебе привезти сегодня красные леденцы? Вот. Но лучше съешь их завтра, хорошо?

Он протянул ему пакетик с леденцами. Глаза малыша засияли.

– А теперь ложись спать. Пока-пока.

Эдди снова кивнул. Саммер и Марко помахали рукой Джилли и вышли.

– Видела, какой он довольный? – спросил Марко, когда они шли обратно к скутеру.

– Безумно, – ответила Саммер, скрывая улыбку, и они тронулись с места.

А когда повернули за угол, она резко затормозила.

– Эй, ты что? – воскликнул он.

– Посмотри туда, – сказала Саммер, указывая на парковку.

– О-о... – протянул он, взглянув в указанном направлении.

Там стояли два черно-белых автомобиля с включенными фарами.

– Похоже на полицию.

– О боже, конечно, – согласилась Саммер. – Должно быть, случилось что-то серьезное.

Он искоса взглянул на нее:

- Например, взлом магазина?

Она судорожно вздохнула:

– О боже!

Прижав руку ко рту, Саммер потрясенно охнула.

– Ты думаешь?..

Марко кивнул.

– Да... – глухо проворчал он. – Наверное, мне не надо было оставлять эту записку.

Повернувшись, она вопросительно взглянула на него:

– Что будем делать?

Марко пожал плечами:

– Я могу войти и сдаться полиции.

– Или?

– Или поехать к тебе домой и подождать до завтра.

– Они могут приехать ко мне.

– Ты так думаешь?

Саммер на секунду задумалась.

– Сегодня не приедут, – ответила она, покачав головой. – Они будут долго-долго проводить расследование в отеле – ведь на острове почти не случается подобных происшествий – и смаковать момент, так сказать. Могу поспорить, полиция не заявится ко мне до завтра.

– Ну, тогда...

– А все-таки почему бы тебе не пойти к ним и не рассказать все начистоту? Шериф – хороший парень. Я сама объясню ему все. Уверена, он поймет.

Марко обдумывал ее слова, склонив голову набок и полуприкрыв глаза.

– Если бы ты была виновницей происшествия, не сомневаюсь, он бы послушал тебя. Но боюсь, что ко мне он не будет столь снисходителен.

– Нет, Джо – нормальный человек, поверь мне.

Марко приподнял бровь:

– Откуда ты знаешь?

Она пожала плечами:

– Он пытался ухаживать за мной, когда я только приехала сюда, и...

– И ты отвергла его?

- Да.

Он всплеснул руками:

– Так, все понятно. Теперь ко всему прибавится еще и ревность. Я удаляюсь.

– Марко...

– Поехали. Мне сейчас совсем не улыбается завязнуть в тюрьме. Завтра утром я собираюсь поплавать на яхте с Джиджи. И у меня есть и другие дела.

Саммер нахмурилась:

– Может, тебе лучше их отменить?

Он покачал головой:

– Я не собираюсь развлекаться, Шайна. У меня есть дела, которые нужно довести до конца.

Она взглянула на него с недоумением. О чем он говорит? Видимо, это связано с чертежами.

– Я, конечно, не писала в этой записке свое имя, но они, скорее всего, выяснят, что мы как-то связаны друг с другом, и будут стучаться ко мне уже завтра утром.

Марко кивнул:

– Значит, мы можем поехать к тебе домой и немного поспать.

– Ты, – подчеркнуто произнесла Саммер, – будешь спать на кушетке.

Усмехнувшись, он приложил руку к сердцу.

– Как можно быть такой жестокой по отношению к человеку, которому грозит тюрьма?

– Иначе нельзя, – твердо возразила она.

Саммер развернула скутер в сторону дома, и они тронулись в путь.

Позади остался длинный день, наполненный необычными ощущениями. Саммер и Марко необходимо было немного поесть и что-нибудь выпить, чтобы сбросить напряжение. Саммер приготовила салат из креветок, чесночные тосты, а затем наполнила два бокала. В один из них она налила шардоне для Марко, а в другой – искрящийся сидр для себя. Они ели на веранде, при свете свечи, и это было единственным освещением, пока не взошла луна. В отдалении слышался шум прибоя. Прохладный и свежий воздух был напоен сладким ароматом тропических цветов.

Несколько минут они сидели молча. Затем Марко, повернувшись, взглянул на нее:

– Знаешь, что мы забыли сделать в гостях?

Она улыбнулась, наслаждаясь его легким акцентом.

– Что?

– Потанцевать. – Он как-то странно посмотрел на нее, в глазах его блеснуло чувственное желание. – Я хочу танцевать с тобой.

Сердце ее сильно забилось. В его взгляде было что-то такое... Женщина вздрогнула.

«Не делай этого», – строго сказал внутренний голос.

Нет. На это нельзя соглашаться. Она должна быть сдержанной, холодной и контролировать ситуацию. Сделав глубокий вдох, Саммер собралась ответить «нет», но вместо этого произнесла:

– Подожди, я включу музыку.

Через секунду она уже была в его руках, и они плавно покачивались в объятиях друг друга под звуки тихой мелодичной музыки. Они танцевали на веранде, залитой призрачным лунным светом, и это было настоящее волшебство. Саммер даже не представляла, что ей будет так хорошо. Большой и сильный мужчина, в которого она была влюблена до безумия, крепко держал ее в своих объятиях, и это было потрясающе. Но его вела не страсть, а звуки музыки. Марко был так близко и в то же время – так далеко.

– Ты танцуешь просто божественно. Где ты этому научился? – мечтательно спросила она.

– Я был талантливым ребенком, – пошутил он, затем добавил серьезно: – На самом деле моей сестре понадобился партнер для танцев. Я попробовал, и мне понравилось.

– Ты одаренный человек, – сказала Саммер.

Вздохнув, она прильнула к плечу Марко. Он зарылся лицом в ее волосы, вдыхая дивный аромат.

– Откуда ты приехала, Шайна? – тихо спросил он. – И что делаешь здесь, на этом острове?

Вздохнув, женщина закрыла глаза.

– Зачем тебе это? – пробормотала она.

– Когда я впервые увидел тебя, то подумал, что ты родилась в тропиках. Ты казалась мне частью этой экзотической красоты. – Он нежно поцеловал ее в лоб. – Но теперь, когда я получше узнал тебя, вижу, что это не так. Ты не больше островитянка, чем я.

– Неужели? – с вызовом ответила Саммер.

– Откуда ты? Зачем приехала? Что заставляет тебя прятаться на этом острове?

Услышав слово «прятаться», она тряхнула головой и попыталась отстраниться от него.

– О чем ты говоришь? – сердито спросила Саммер. – Почему ты решил, что я от кого-то прячусь?

– Мы все прячемся, Шайна. – Теперь они почти не танцевали, и он явно хотел завести с ней философскую беседу, а это ей совсем не нравилось. – Ты знаешь, если всерьез задуматься, я ведь тоже многое прячу от людей. Я пытался понять, почему у меня возник провал в памяти и что явилось тому причиной. Почему я не могу вспомнить именно эти две недели, когда приезжал сюда в прошлый раз. Уверен, что тогда я был свободным и естественным, чего мне давно не удавалось. И наверное, моя психика не выдержала этого. Может быть, мое строгое и разумное «я» заблокировало эти воспоминания. Может быть, я постепенно вспомню об этом, осмыслю произошедшее и примирю с другой своей частью.

Она смотрела на него долго и внимательно, а затем, расширив глаза, вырвалась из его объятий.

– О боже, – сказала Саммер. – Кажется, мне надо налить еще один бокал сидра.

Он подошел к столу и наполнил их бокалы золотистой пенящейся жидкостью. В бокалах отражался лунный свет, отчего цвет напитков становился нереальным.

– За острова! – сказал Марко, поднимая бокал.

– За острова! – эхом отозвалась она. – И за людей, которые скрываются на них.

Он засмеялся, снова вызвав ее восхищение, и она склонилась вперед, целуя его губы.

Это был простой жест, и она хотела выразить им короткое приветствие, милую симпатию, но, когда ее губы коснулись его губ, тлеющий в ней огонь вдруг вспыхнул ярким пламенем. Саммер хотела оторваться от него и снова непринужденно пить свой сидр. Но поцелуй почему-то затянулся, а затем рука его поднялась и обхватила ее затылок. Губы ее, смягчившись, раскрылись, впуская его язык, и она обвила его шею руками.

– О, – выдохнула Саммер, судорожно глотая воздух, но он не дал ей времени опомниться.

Марко целовал ее снова и снова, и поцелуи их становились более глубокими, более страстными. Теперь ее пальцы вцепились в его волосы, а руки его проникли ей под кофточку. Женщина вздрогнула всем телом, когда он дотронулся до ее груди. Соски ее напряглись и стали такими чувствительными, что она чуть не вскрикнула, когда он прикоснулся к ним. Саммер прижалась к его бедрам, буквально растворившись в его могучем теле. Туман страсти окутал их разум. Они нуждались друг в друге. И оба поняли это. Но ощущение было таким опьяняющим, что им не хотелось прерывать его.

И в этот момент Саммер опрокинула свой бокал с сидром. Она взглянула на Марко.

– Чуть не разбила, – сказала женщина, и Марко рассмеялся.

Взглянув на него, она прошла на кухню за тряпкой. Мужчина с сожалением смотрел ей вслед, с грустью осознавая, что продолжения не будет. Он снова наполнил ее бокал.

– Шайна, ты очень добра ко мне, – медленно произнес Марко. – Ведь ты могла не впускать меня в свой дом во второй раз. Видимо, в прошлый раз я сильно обидел тебя. Поэтому я хочу сказать, что очень ценю твое желание мне помочь.

Едва дыша, Саммер отвела глаза в сторону, чувствуя себя немного виноватой. Как бы там ни было, у нее были свои причины для того, чтобы держать его в неведении. Ведь она взялась, помочь ему найти чертежи вовсе не по доброте душевной.

– Не стоит благодарности, – непринужденно ответила Саммер. – В твой прошлый приезд мы действительно подружились, за исключением некоторых досадных моментов.

Он кивнул, внимательно глядя на нее:

– Мы много времени проводили вместе – ты и я.

Она кивнула:

– Да.

Марко посмотрел на нее долгим внимательным взглядом, а затем, протянув руку, запустил пальцы в ее переливающиеся в лунном свете волосы.

– Мы целовались.

Она затаила дыхание. Боже, к чему он клонит?

– Да, – подтвердила Саммер. – Целовались.

– И?..

Она часто-часто заморгала.

– Что «и»?

Он пожал плечами, и это движение было необыкновенно чувственным, но Саммер решила, что это был чисто итальянский жест.

– И все? Мы на этом остановились? – спросил Марко, и голос его был низким и хрипловатым.

От этого звука у нее сильно забилось сердце. Он подошел ближе, приподнял ее подбородок и заглянул ей в глаза. Напрягшись, она отпрянула назад.

– Здесь, на Ранаи, это называется «капу». Запрещено. Мы не должны этого делать.

Он смотрел на нее – и пытался вспомнить. Марко так хотел понять, что произошло между ними, хотел отчаянно, до боли. Ему было жизненно необходимо восстановить в памяти каждую секунду, когда она была рядом с ним.

– Шайна, – тихо спросил он. – Мы ведь любили друг друга?

Саммер судорожно вздохнула, шокированная его откровенным вопросом.

– Разве я могу ответить на этот вопрос за тебя?

– Забудь обо мне. Отвечай за себя. Да или нет?

– Любила ли я тебя?

- Да.

Она пристально посмотрела на него:

– Это не честно. Не спрашивай меня. Повернувшись, женщина ушла в дом, решив таким образом закончить разговор.

Глаза Марко прищурились, когда он взглянул ей вслед. Затем мужчина встал и направился за ней. Он решил, что это и был ее ответ. Между ними возникло нечто большее, чем просто взаимная симпатия, но что-то помешало им быть счастливыми.

– Есть еще одно место, где мы не искали чертежи. Возможно, они здесь?

– У меня в доме? – Саммер не на шутку встревожилась.

Она изо всех сил старалась, чтобы он не заметил ее волнения.

– Ты думаешь, я не нашла их?

– Кто знает? – Марко проницательно взглянул на нее. – Иногда то, что лежит на видном месте, заметить гораздо трудней, чем то, что спрятано.

– Но у меня их нет! – запротестовала она.

Он пожал плечами:

– Ты права. Их здесь быть не может. Именно поэтому мы и должны тут все проверить.

– Хорошо, мы обыщем мое жилище. – Саммер подняла руки в знак капитуляции. – Чтобы ты был спокоен. Пойдем.

Она стала открывать шкафы, двигать мебель.

– Мне нечего скрывать от тебя.

В то же время она лихорадочно перебирала в памяти содержимое своих шкафов. А вдруг какая-то вещь заставит его что-то вспомнить? Может, ей действительно надо спрятать что-то, прежде чем он увидит это. Тест на определение беременности? Он лежал в ванной комнате. Конечно, Марко не зайдет туда. Но на всякий случай ей надо опередить его и пойти туда первой.

Болтая без умолку, она провела его в библиотеку, а сама отправилась в спальню, чтобы проверить шкафы и заглянуть под кровать. Марко было поручено осмотреть главную часть дома.

Обыскав каждый уголок, он задумчиво оглядел комнату. Может быть, в доме есть кладовка? Вряд ли.

Марко почувствовал, что ему почему-то очень хочется осмотреть ее полки. Его неодолимо тянуло к ним. И хотя большой портфель на них явно не поместится, но, возможно, какие-то эскизы или записи затерялись между страницами книг и милых безделушек. Он полистал несколько книг, но ничего не обнаружил. Внезапно его взгляд упал на фотографию в рамке, стоявшую на самой верхней полке.

На ней была изображена женщина лет тридцати, с девочкой лет пяти-шести. На фото не было подписи, но Марко моментально узнал маленькую девочку. Ее лицо почему-то показалось ему странно знакомым. Потянувшись вверх, он вытащил фотографию из рамки и, как только она оказалась у него в руках, почувствовал сильное волнение. Взглянув на обратную сторону фото, Марко заметил подпись. Она была очень бледной, он едва различил слова, но это уже не имело особого значения. Он понял вдруг, что наступил решительный момент и это фото изменит все.

Глава 9

Прочитав надпись, Марко, потрясенный, застыл на месте. Будто небо мгновенно очистилось и на землю хлынул яркий свет. Несколько ярких воспоминаний, одно за другим, вспыхнули в его голове. Он заморгал, мотнув головой, гадая, не снится ли ему это, и будто увидел себя, стоявшего здесь же, в этой самой комнате, четыре недели назад, с этой же фотографией в руках. Тогда Марко точно так же читал надпись на обороте и снова переворачивал фото, чтобы еще раз взглянуть на маленькую девочку, изображенную на нем. И тогда он с изумлением понял, кто такая на самом деле была Шайна.

Воспоминания нахлынули на него. В этот момент Марко услышал шаги. Он быстро убрал фотографию в рамку и поставил ее на место. Затем, повернувшись, увидел Шайну. В руках у нее была желтая гавайская рубашка с большим красным попугаем на груди. Вот она снова у него перед глазами, протягивает ему рубашку и говорит, чтобы он надел ее, а совсем недавно она спасла его от маленьких пузырьков-медуз. На долю секунды ему показалось, что его ударило электрическим током. Поразительно! Ее отец был его самым солидным клиентом.

В обществе о ней ходили слухи, но он не обращал на них внимания. Марко пытался вспомнить, что слышал о ней, но картина прояснилась лишь после того, как он позвонил в Нью-Йорк своему знакомому, который был в курсе всех событий в высшем свете, и тот объяснил ему, что молодая женщина пропала.

– А почему ты спрашиваешь? – спросил он.

Марко не ответил. Интуиция подсказала ему, что Саммер прячется здесь. А если она не хочет раскрываться перед ним, он не будет настаивать на этом.

Марко был обескуражен обстоятельствами, в которых оказался, но был уверен лишь в одном: как только женщина узнает, что он работает на ее отца, она тут же покинет его. А он с самого начала не хотел с ней расставаться. Уже много лет он не испытывал такого притяжения к женщине. И боялся все испортить.

Кроме того, Марко сам находился здесь инкогнито и тоже не хотел, чтобы люди узнали, кто он такой. Но ведь он чуть не разрушил их отношения, таясь от нее. И поклялся больше никогда этого не делать.

Поставив фотографию на полку – так же, как он сделал это тогда, – Марко застыл на месте. Что ему делать теперь? К нему вернулась память, и он хотел сказать ей об этом. Но как это отразится на их отношениях? Она все еще была в своей спальне – искала чертежи.

Внезапно он понял, что портфель меньше всего его волнует. Все его мысли и чувства были направлены на любимую женщину. Как она отнесется к тому, что он скажет ей?

Выйдя из спальни, она со вздохом выразила сожаление о том, что ничем не может ему помочь. Марко лихорадочно соображал. Сказать ей сейчас? Но не сбежит ли тогда она от него? Может, ему стоит выждать время?

Саммер все еще говорила, но слова замерли на ее губах, когда она увидела его лицо.

– Что случилось? – спросила она.

Он молча достал с полки фотографию и протянул ей. И кровь, казалось, отхлынула от ее лица, когда она увидела фото.

Женщина потрясенно уставилась на фотографию. Она была сделана почти двадцать пять лет назад. Не мог же он узнать ее в этой маленькой девочке! Саммер медленно перевернула фото. На обратной стороне была надпись. Изящный почерк едва читался. Ее мать подписала это фото для тети Вероники, а та вернула карточку Саммер после смерти матери.

Она взглянула в глаза Марко, и надежда, что он не увидел этой подписи, мгновенно улетучилась. Он все понял. И похоже, вспомнил, что между ними было.

– Шайна, – сказал он, протянув ей руку.

Женщина резко отпрянула.

– Ты ведь знаешь мое настоящее имя, – резко сказала она, и в глазах ее мелькнуло отчаяние.

Марко сделал шаг вперед:

– Да. Твое имя – Саммер Хадсон.

Она так быстро отвернулась, что волосы хлестнули по ее щекам.

– Ты знаешь мое имя, зато совсем не знаешь, кто я такая. – Женщина снова взглянула на него. – Уже почти год все зовут меня Шайной.

– Шайна... – снова начал он.

– Ты меня совсем не знаешь, – твердо сказала она. – Ты ведь до сих пор не помнишь, что делал здесь две недели назад, и...

– Я надеюсь, что память вернется ко мне... постепенно, – мягко произнес он.

Марко хотел обнять ее, но она держала себя так отчужденно, что он сдержался.

– Мне кажется, я наконец понял, что произошло между нами в тот день. И хорошо помню, как ты разозлилась на меня, когда, увидев чертежи, догадалась о том, что я работаю на твоего отца. Никогда не забуду те обвинения, которые ты бросила мне в лицо.

Саммер медленно кивнула, но глаза ее были пустыми, бесчувственными.

Опустив руки, он сжал кулаки.

– Шайна, твой отец не посылал меня сюда. Он ведь даже не знал, куда я поехал и приезжал ли на этот остров.

– Неужели?

Она явно не верила ему. Марко покачал головой.

– Почему ты решила, что он прислал меня за тобой? – спросил он.

– Это очевидно. Как только ты появился на острове, как сразу же оказался в моей бухте. И мы начали общаться.

Марко застонал.

– Шайна, Шайна, разве любой нормальный мужчина не захочет с тобой сблизиться?

– Ты сразу назвался вымышленным именем. Скрывал от меня, кто ты такой, чтобы я не смогла сделать никаких выводов. – Саммер пожала плечами, лицо ее было печальным и строгим. – Когда я поняла, что ты работаешь на моего отца, я первым делом подумала, что он послал тебя сюда, чтобы ты уговорил меня вернуться в Нью-Йорк.

– На самом деле я приехал сам по себе. Помнишь те огромные фотографии, которые висели в кабинете твоего отца? Каждый раз, когда я приходил к нему, я любовался видами островов. Эти образы преследовали меня. Я мечтал о том, чтобы поплавать здесь на яхте.

Женщина нахмурилась – озадаченно, но по-прежнему подозрительно.

– Тогда почему же ты представился Марко Смитом?

– Я хотел поработать здесь в тиши инкогнито. – Он криво усмехнулся, взглянув на нее. – Я ведь тоже немного знаменит, знаешь ли.

Минуту она обдумывала его слова, затем сказала:

– Но ведь ты знал, кто я такая, да?

– Сначала – нет. – Марко кивнул на фото в рамке, которое она все еще держала в руках. – До тех пор, пока не наткнулся на фото и не прочитал надпись на обороте. Разве ты не помнишь? Это было в первый день. Ты ушла, чтобы найти для меня рубашку, и, пока ты ходила, я увидел фотографию.

Женщина помнила это.

– Значит, когда я вернулась с рубашкой...

– Я уже знал, что тебя зовут Саммер. Это было как гром среди ясного неба. Я подумал, что это довольно странное совпадение, и позвонил одному своему знакомому в Нью-Йорк, чтобы выяснить, в чем дело. Он рассказал мне, что тебя разыскивают.

Глаза ее тревожно расширились.

– Ты сказал ему?..

– Я не сказал ему ничего, даже то, где я нахожусь.

– О!

– Шайна...

Он шагнул к ней, и она снова попятилась.

– Нет, – сказала Саммер, и глаза ее по-прежнему были полны тревоги. – Оставь меня, Марко. Мне надо обдумать все это.

Бессильно уронив руки, мужчина кивнул.

– Знаешь что, – сказал он. – Я пойду прогуляюсь по пляжу. Мне тоже надо кое-что обдумать.

– Хорошо.

Повернувшись, она прошла в свою спальню. Секунду он смотрел ей вслед, потом вышел из дома и направился к пляжу.

Саммер бросилась на кровать, ожидая, что сейчас расплачется. Но глаза ее оставались сухими. А что, если он сказал ей правду?

Это был лишь один из многих вопросов, которые мучили ее, пока она лежала на кровати, пытаясь рассуждать разумно. А если он снова покинет ее, как тогда? Или появится ее отец? Тогда ее размеренной жизни придет конец.

«Все! Пора прекратить думать об этом!» Решительно встав с кровати, Саммер прошла в ванную комнату, привела себя в порядок, освежила макияж и отправилась на пляж искать Марко. Он стоял на берегу и бросал камешки в воду, серебрившуюся в лунном свете.

– Привет, – сказала она, встав позади него.

Обернувшись, он взглянул на нее, не веря своим глазам. Не привиделась ли она ему? Саммер улыбнулась. Марко улыбнулся ей в ответ и крепко прижал к себе. Она подняла лицо для поцелуя, и его губы нежно и сладко коснулись ее губ.

– О чем ты думаешь? – спросила Саммер, когда они шли вдоль берега.

– О многом. Я начинаю вспоминать, Шайна.

Он прижал ее к себе, обхватив за плечи.

– Мне не надо было покидать тебя, – сказал Марко, и голос его дрогнул. – Когда я понял, что ты подозреваешь меня, я должен был остаться и разобраться с этим. Но я подумал, что сначала должен вернуться в Италию, решить некоторые деловые вопросы, а затем приехать назад на остров. А после этого произошел несчастный случай, и у меня возник Провал в памяти.

Она взглянула ему в глаза:

– А что ты помнишь?

Он приник к ее уху, втянув ноздрями воздух.

– Я помню твой восхитительный запах и ощущение твоего изумительного тела.

Саммер рассмеялась, оттолкнув его.

– Расскажи мне подробно, – потребовала она. – Я хочу знать, как происходит восстановление памяти.

Склонив голову набок, Марко задумался, подыскивая подходящие слова.

– На самом деле этот процесс очень медленный. Вряд ли его можно назвать озарением. Это больше похоже... на календарь Рождественского поста – большую цветную карточку с маленькими пронумерованными «окошками». Каждый раз, когда я открываю новое «окошко», мне вспоминается что-то новое, и постепенно – шаг за шагом – возникает целостная картина.

– И это началось с того, что ты прочитал мое имя на обороте фотографии?

Он кивнул.

– Хотя у меня возникали вспышки воспоминаний целый день. Но они были очень смутными.

Саммер вздохнула.

– Ты вспомнил о том, что Эдди любит красные леденцы, – сказала она.

– Ах да.

Он усмехнулся. Малыш Эдди. Теперь он вспомнил случай, который укрепил их дружбу. Но об этом, кажется, не знала даже Шайна.

– Мне кажется, ты правильно сделал, что принес их ему, – медленно сказала она. – Мне очень понравилось это.

Марко повернулся к ней. Он не был в этом уверен так, как она, но знал одно: Эдди нужна была любовь и забота.

Долгие годы Марко считал, что не слишком любит детей. Они не были частью его жизни. И вдруг – бах! – малыш Эдди. Марко вспомнил, как в первый раз увидел мальчика, и сердце его дрогнуло. Это случилось утром, на второй день его пребывания на острове. Он шел к дому Шайны, потому что хотел снова увидеть ее и поблагодарить за то, что она спасла его от этих агрессивных «португальских корабликов» – отвратительных маленьких медуз. По крайней мере, это был предлог, чтобы снова прийти к ней.

Марко шел сквозь рощу кокосовых пальм, как вдруг услышал крик мальчишек: «Прыгай, Эдди, прыгай!»

Он обернулся и увидел неподалеку группу мальчишек лет девяти-десяти, столпившихся вокруг маленькой хижины, по крыше которой медленно сползал малыш лет трех-четырех. Он не плакал, не кричал, но так крепко сжимал зубы, что лицо его казалось квадратным. Маленькие пухлые ручки цеплялись за крышу изо всех сил, но было ясно, что долго он так не продержится.

– Все нормально, ребята. Разойдитесь.

Мальчики расступились, уставившись на взрослого дядю, внезапно возникшего перед ними.

– Эдди, не бойся, – спокойно сказал Марко. – Можешь падать вниз. Я тебя ловлю.

Малыш молчал. Он только еще крепче вцепился ручками в крышу, едва взглянув вниз.

– Эдди, я поймаю тебя. Поверь мне.

Наконец мальчик взглянул вниз – и встретился глазами с Марко. Малыш заморгал. Сначала он смотрел на него с недоверием, но пару секунд спустя разжал пальцы и упал с крыши прямо в его руки.

– Вот молодец. А что ты делал там, наверху? – спросил Марко, ставя малыша на землю.

Эдди слегка пошатнулся, затем, встав прямо, взглянул на него.

– Ничего, – сказал он, заморгав, и стал пятиться назад. – Кажется, меня зовет Джилли, – добавил мальчик и, повернувшись, побежал домой.

Марко рассмеялся, глядя ему вслед. Это и было началом их дружбы.

Здесь, на острове, дружеские отношения устанавливались очень быстро. Жаль, что ему не хватало времени пообщаться с людьми, потому что он во что бы то ни стало должен был найти этот чертов портфель.

– Странно, но я до сих пор не могу вспомнить, где мои чертежи.

– В самом деле? – Они сели на старое бревно, выброшенное на берег, и стали смотреть на прибой. – Ты не можешь вспомнить, что произошло после того, как я покинула твой номер в отеле?

– Нет, я помню. Я сложил чертежи в портфель и поехал в аэропорт.

– А что произошло с копиями, которые хранились в картонном тубусе?

Марко потянулся.

– А вот этого я не могу припомнить. Портфель уже не найдешь. Но тубус... – Нахмурив брови, он покачал головой. – Я не помню, чтобы относил его на почту, как обычно.

– Это неудивительно. Наша почта работает только по средам и пятницам. А ты уехал в воскресенье.

– Ах да. Значит, я отправил тубус в пятницу или попросил кого-то отправить его мне?

Саммер покачала головой, и оба ненадолго замолчали.

– Ничего не вспомнил? – спросила наконец она.

– Ничего.

Женщина вздохнула:

– Ну, все равно ты уже значительно продвинулся вперед. Поэтому совсем скоро ты все вспомнишь. – Саммер встала, стряхнув с себя песок. – Пойдем в дом. Поедим мороженое и немного поспим. Завтра рано вставать – утром поедем к Джиджи.

Они пошли назад, рука об руку, болтая глупости и смеясь. Саммер сияла от счастья. Ведь именно об этом она мечтала всю жизнь. Чтобы рядом с ней был человек, с кем можно было бы разделить горе и радость, который мог бы рассмешить ее... кто любил бы то же, что и она, и мог бы разжечь в ней страсть. Что могло быть лучше?

Они сидели за столом в ее маленькой кухне, ели мороженое и тихо беседовали. В конце концов Марко затронул неприятную для нее тему:

– Скажи мне, Шайна, почему ты так боишься, что отец разыщет тебя?

Она вздрогнула, но мгновенно взяла себя в руки.

– Потому что... потому что он хочет вернуть меня в Нью-Йорк.

Марко нахмурился, не совсем понимая ее.

– Тебе вовсе не обязательно возвращаться домой. Ты ведь больше не маленькая девочка, а взрослая женщина. И живешь собственной жизнью. Отец не имеет права давить на тебя.

Саммер взглянула на него своими огромными глазами, и он увидел, что она боится даже подумать о том, что отец может явиться сюда.

– Это не так, – тихо сказала она. – Ты совершенно не знаешь его.

Протянув руку, мужчина дотронулся до ее щеки.

– Я знаю его. И понимаю, о чем ты говоришь. Он сильный человек. И обладает такой харизмой, которая редко встречается у людей. Он может заставить людей делать то, что они совсем не хотят, лишь силой своей личности. Но я не совсем тебя понимаю, – сказал Марко. – Разве это не глупо – скрыться здесь и пойти работать в кафе, которое посещают туристы? Ведь ты не хотела, чтобы тебя обнаружили?

Вздохнув, женщина облокотилась о стол: ей вдруг очень захотелось спать.

– Да, действительно не хотела. Поэтому я постриглась и сделала еще кое-что, чтобы перестать быть похожей на Саммер Хадсон. Я подумала об этом с самого начала. Мне нужно было найти убежище и заняться чем-нибудь, чтобы зарабатывать деньги. – Она лукаво улыбнулась ему. – Не думаю, что рыбная ловля помогла бы мне в этом.

– У тебя недостаточно денег?

Марко был изумлен. Не было такого человека, который бы читал газеты и не знал о том, какое положение занимала ее семья.

Она покачала головой:

– Я взяла с собой лишь небольшую сумму. – Саммер взглянула ему прямо в глаза. – Ведь я приехала сюда, чтобы жить как обычный человек. Разве я могла бы стать такой, если бы у меня была куча денег?

Слова ее звучали убедительно. И он взглянул на нее с еще большим уважением, окончательно поверив в то, что она действительно хотела добиться своей цели – стать самостоятельной целостной личностью.

– Я представляла себе, как кто-нибудь из посетителей кафе, заметив мое сходство с Саммер Хадсон, скажет: «Эй, она похожа на ту, которая не сходила со страниц журналов еще несколько месяцев назад».

Горечь в ее голосе потрясла его. Марко видел, как омрачилось лицо женщины, услышал страдание в ее голосе, и ему стало больно за нее. Он не хотел, чтобы она возвращалась к прежней жизни, которая причиняла ей такую боль. Мужчина хотел стать ее защитником, крепко обнять и больше не спускать с нее глаз.

– Ты так боишься, что отец тебя найдет! – Марко покачал головой. – Шайна, ты все еще смотришь на него глазами маленькой девочки, а ведь ты давным-давно выросла и повзрослела. Поговори с ним откровенно.

Саммер с недоверием взглянула на него. Ей безумно хотелось спать. Было уже очень поздно.

– Нет, Марко, я не могу. Когда он говорит мне, что надо делать, я делаю это. Так было всегда. И я не могу ничего изменить.

Марко притянул ее к себе и поцеловал в теплые губы.

– Ты, наверное, не замечаешь этого, но ты смогла подчинить себе даже меня.

Она засмеялась, припав к его груди. Вот так она и хотела бы жить, если бы только... О боже, да что об этом мечтать!

На следующий день, рано утром, они с трудом выбрались из своих теплых кроватей. Жалуясь на недосып, оба дошли до кухни, чтобы позавтракать, а затем Марко, взяв ее скутер, умчался в предрассветную мглу. Она, сладко зевнув, вернулась в спальню и снова улеглась в постель. Саммер была уверена, что впереди их ждет напряженный день, и ей надо было хорошо отдохнуть, насколько это возможно. Уснув безмятежным сном, она проснулась в девять часов утра.

В десять, как она и ожидала, явился шериф Джо. Он заявил о себе громким стуком в дверь, а затем оперся о дверной косяк, приняв выразительную позу «крутого парня».

– Привет, Шайна, – сказал он, оглядывая ее с головы до ног. – Полагаю, ты мне сейчас все объяснишь.

– Кто – я? – невинным голосом воскликнула она, округлив глаза. – Не понимаю, о чем ты.

Он уверенно, с важным видом, прошел в дом.

– Насколько мне известно, ты дружишь с одним типом, подозреваемым в совершении преступления.

Взглянув на него, Саммер заморгала:

– Что?

Шериф нахмурился, явно недовольный тем, что она не поняла его с полуслова.

– Вчера тебя видели в обществе Марко ди Санто, когда-то приезжавшего сюда под именем Марко Смита. Правильно?

Она улыбнулась. И сделала все возможное, чтобы очаровать его. Налила ему кофе. Угостила печеньем. Рассказала все, что было, – когда, где и почему. Без утайки, чистосердечно. Но шериф был непреклонен.

– Злоумышленник Марко ди Санто, он же Марко Смит, должен быть посажен в тюрьму, чтобы осознать преступность своего поведения, – категорично заявил он. – Ты знаешь, где он находится?

– Понятия не имею, куда его понесло.

Джо подозрительно взглянул на нее, но Саммер лишь улыбнулась.

– Ну, так скажи ему, когда увидишь, чтобы он связался со мной, или я приеду за ним.

– Я уверена, что он поймет серьезность ситуации, – пообещала она.

Облокотившись о дверь, он снова окинул ее взглядом с головы до ног.

– Послушай, ты знаешь, в субботу в Биджоу начнется фестиваль старых фильмов. Как насчет того, чтобы мы...

– Прости, Джо, – ответила она. – Я буду занята.

Шериф добродушно пожал плечами.

– Я попытался приударить за тобой, а мужчин нельзя за это порицать, – сказал он, когда она махнула рукой ему на прощание.

– Увидимся, Джо.

Сегодня у нее был выходной, но она решила поехать в город и посмотреть, что там происходит. Кроме того, ей пришла в голову еще одна мысль. Лейла сегодня работала в отеле. А что, если ей незаметно проскользнуть туда и попросить открыть комнату, где хранятся потерянные и найденные вещи? Вдруг там найдутся чертежи Марко?

С этим намерением она и отправилась в путь. Дул свежий морской ветерок, покачивая кокосовые пальмы, росшие на берегу. Проходя мимо причала, женщина заметила несколько новых яхт. И застыла на месте. Одна из них была особенно красивой, и на мачте ее развевался флаг с до боли знакомым фирменным знаком. Сомневаться в увиденном не приходилось. То, чего она боялась больше всего на свете, произошло. Гленденнин Хадсон прибыл на остров. Сердце ее остановилось.

Со всех ног, тяжело дыша, она бросилась домой, распугивая крабов, дремавших под камнями. Ее отец был здесь. И что теперь?

Глава 10

Саммер охватила паника. Самый страшный ночной кошмар стал явью. На этом острове она была в безопасности. Больше всего на свете ей хотелось убежать, но деваться было некуда. Марко сказал, что она может положиться на него, но можно ли ему верить? Вряд ли. Ведь она никогда не могла на него положиться.

Ее отец был весьма самолюбивым и требовательным человеком. Большинство людей, которые окружали его, были истощены его притязаниями.

Когда был жив ее брат, все было по-другому. Кеннет умел противостоять отцу, и они часто смеялись вдвоем, обсуждая его столкновения с могущественным человеком. Но после того как Кеннет и мать погибли в автомобильной катастрофе... Саммер закрыла глаза, превозмогая боль; которая всегда охватывала ее при этих воспоминаниях. Смерть брата и матери явилась для нее таким сокрушительным ударом, что она не могла оправиться до сих пор.

Отец ее воспользовался этим. И Саммер превратилась в безвольную куклу, которую никто не слушал. Но теперь она знала себе цену. Саммер стала живым человеком, мыслящим и чувствующим. И она была счастлива.

Была уже вторая половина дня, когда она возвращалась домой. Внезапно раздался звонок мобильного. Саммер замерла. Кто мог звонить ей здесь, на острове?

– Да? – задыхаясь, проговорила она.

– Привет, Шайна!

Это был Марко.

– Да-да, привет! В чем дело? С тобой все в порядке?

– Все в порядке. – В трубке послышались какие-то помехи, и Саммер затаила дыхание, стараясь разобрать каждое слово. – Мы возвращаемся, но не к причалу Джиджи, а в главный порт.

Это был сюрприз.

– В главный порт? Почему?

– У нас на борту – особый человек.

– Что?

Она не могла представить, кого можно было подобрать в открытом океане. Как это могло произойти?

– Шайна, мы нашли Тони.

Ее охватил шок.

– Тони – мужа Лейлы? – вскричала она.

– Да, его.

– Что? Где? Когда?

– Мы нашли его на острове. На острове Григос, точнее говоря. С ним в целом все в порядке, но его немного лихорадит. Он голодал, получил солнечные ожоги и немного поранился, когда пытался поймать дикого кабана. Ты не можешь вызвать скорую помощь к нашему прибытию?

– Конечно.

– И, Шайна, приведи Лейлу и детей.

Ей показалось, что сейчас она от радости взлетит на небо.

– Марко, что же ты сделал, чтобы найти его?

– Ничего особенного. Только вызови врачей, хорошо?

Она уловила счастливую усмешку в его голосе.

– Хорошо.

Сердце ее сильно билось, когда она, выключив телефон, убрала в карман трубку. Это было потрясающе. Разве можно сравнивать такое событие с ее жалкой проблемой, связанной с отцом. Это было гораздо важнее. Марко нашел Тони! Это же чудо!

Но сейчас надо вызвать врача. Вообще-то Саммер знала, где его можно найти. Во второй половине дня он обычно сидел в гостиничном баре. После трудного дня он любил пропустить рюмочку-другую. Но что, если она встретит там отца?

Ну и хорошо... теперь это было уже не важно. Ей хватит мужества, чтобы встретиться с ним. Переодевшись в шелковые брюки и легкую рубашку, она решительно направилась в сторону отеля.

Поднявшись по широкой лестнице, ведущей в бар, и войдя внутрь, Саммер огляделась. Отец ее сидел в центре зала – как обычно, окруженный людьми, – но взгляд ее лишь скользнул по нему. Доктор, как обычно, был здесь. Тут же был и Бобби, развалившийся в кресле. Менеджер отеля, Ким, сидел рядом с ее отцом за столом. Какие-то туристы и рыбаки, придвинув стулья поближе к ее отцу, заворожено слушали его рассказы и смеялись над шутками. Он был в центре внимания и, как всегда, наслаждался этим. А потом поднял глаза и увидел дочь.

Их взгляды встретились. Сколько чувств охватило ее! Она любила его, глубоко внутри, и он был всем, что она оставила в своей прежней жизни. Но он был плохим отцом, и они оба понимали это.

Он встал. Она замерла на месте. Какую же сцену он сейчас разыграет у всех на глазах, увидев свою блудную дочь?

– Рада тебя видеть, – отчетливо произнесла Саммер и вдруг поняла, что это правда.

Буря эмоций охватила ее. Это был ее отец, ее единственный родной человек. Она не видела его почти год – и лишь сейчас поняла, как скучала по нему! Не думая ни о чем, она сделала шаг вперед и обвила его шею руками. Ее глаза наполнились слезами. Он стиснул ее в своих медвежьих объятиях, и она засмеялась, прижавшись к нему.

– Я приехал забрать тебя, малышка, – сказал он, и голос его дрогнул.

Сердце Саммер сжалось. Она любила его, и ей хотелось доставлять ему радость.

Закрыв глаза, она услышала голос Марко: «Ты больше не маленькая девочка. Ты сильная женщина, Шайна. И имеешь право жить так, как считаешь нужным».

Открыв глаза, она взглянула на отца. Сердце ее билось так сильно, что женщине показалось, что она упадет в обморок. Вытянув руку, она оперлась о спинку стула, чтобы не упасть. Саммер взглянула ему прямо в глаза, высоко подняв голову:

– Я не поеду с тобой, папа. Мой дом теперь здесь.

Возле причала было настоящее столпотворение. Когда на горизонте показалась «Ласточка», все, кто был в отеле, включая Лейлу и ее детей, высыпали на улицу. Ее окружили друзья и родственники. По берегу к причалу бежали люди, чтобы не пропустить великое событие.

Саммер пришла к причалу вместе с доктором и готова была взобраться на борт, как только яхта пристанет к берегу. Она уже видела Марко, стоявшего у руля, и сердце ее преисполнилось гордости. Когда яхта причалила, раздались громкие радостные крики. Лейла с детьми бросились на борт – туда, где на маленьком матрасе лежал Тони. Полураздетая Джиджи, в одном лишь неоново-зеленом бикини, торжественно излагала всем пришедшим историю спасения, и Саммер с удивлением заметила, что даже ее отец внимательно слушает рассказ.

– Ну так вот. На вчерашней вечеринке Марко встретился с Лейлой, и она сказала ему, что не может избавиться от ощущения, что Тони жив и находится где-то там, на островах, – возможно, на острове Григос. И она пытается накопить денег на то, чтобы отправить туда экспедицию и проверить свои предположения. Поэтому Марко сказал мне: «Эй, а почему бы нам не отправиться туда и не посмотреть?» И я ответила: «Пожалуйста». И мы направились к острову Григос.

– Я думал, его уже искали на этом острове, – крикнул кто-то из толпы.

– Возможно, – сказала Джиджи, непринужденно пожав плечами. – Возможно, он лежал без сознания где-нибудь в кустах, и они не увидели его. Мы ведь тоже не сразу нашли его. Мы бродили по острову часа полтора и готовы уже были отказаться от поисков, когда обнаружили его спящего в маленькой пещере, где он прятался от палящего солнца, – иначе не смог бы выжить.

– Но как он оказался там? – спросил кто-то.

Джиджи скорчила гримасу:

– Он сам не может пока этого сказать. Подождем, пока его не осмотрит врач. Иногда Тони впадает в бессознательное состояние, и его лихорадит. Но он помнит, как большая волна накрыла его лодку, когда он шел через пролив Сангрия, и его смыло за борт. Тони ухватился за большое бревно и стал молиться о своем спасении, когда увидел, что лодка все быстрее отдаляется от него. Должно быть, его долго носило по волнам, но потом волной прибило к берегу. Я уверена, мы услышим продолжение этой истории, когда Тони сможет рассказать о случившемся.

Толпа загудела, обсуждая это потрясающее событие, но Саммер едва замечала, что происходит вокруг. Марко взглядом разыскал ее среди толпы и стал протискиваться к ней. Он с улыбкой смотрел на нее, но в глазах его был вопрос, и она бросилась ему навстречу. Сомнений больше не было. Он протянул к ней руки, и она упала в его объятия, в которых хотела бы находиться всю жизнь.

– Привет, мистер супергерой, – сказала она, смеясь.

– Я ничего такого не сделал, – с притворной скромностью заявил Марко, а затем, усмехнувшись, добавил: – На самом деле это был самый безрассудный поступок в моей жизни.

Глаза его сияли.

– Я знаю.

Он поцеловал ее. Это был поцелуй на глазах у всех. Демонстративный. Торжествующий. Он был наполнен жизнью, и огнем, и трепетом победы. В этот момент Саммер отчетливо осознала, что никто и никогда не целовал ее так уверенно и властно.

«Я люблю тебя», – подумала она, но даже теперь не отважилась произнести эти слова вслух.

Праздник продолжался до позднего вечера. Люди разожгли костры вдоль берега, принесли угощение и устроили пир с песнями и плясками. Саммер и Марко сидели вместе со всеми вокруг самого большого костра, а друг Джиджи Кали пытался научить Марко играть на укулеле.

– Я умею играть на обычной гитаре, – заявил Марко. – И немного играю на мандолине. А на укулеле еще не пробовал. Это трудно?

Это оказалось достаточно трудно, так что, пока он осваивал инструмент, все, кто был рядом, покатывались со смеху, но понемногу Марко начал осваивать гавайские мотивы. И в этот момент Джилли, неожиданно вскочив, взмахнула рукой:

– О, мистер Марко, смотрите, Эдди!

Все оглянулись и увидели Эдди, с трудом волочившего по песку большой картонный тубус. Все оцепенели от неожиданности. Марко, встав на ноги, ждал, когда Эдди приблизится к нему. Когда малыш подошел поближе, он остановился и взглянул ему в глаза.

– Вот, – сказал он тоненьким детским голоском. – Я его прятал.

И Эдди подкатил тубус к ногам Марко. Марко и Саммер в изумлении уставились друг на друга. Затем Марко, нагнувшись, поднял тубус, открыл его и заглянул внутрь. Там лежали копии его чертежей – тех, которые он разыскивал по всему острову.

– Эдди...– Он взглянул на мальчика. – Эдди...

В этот момент к ним, тяжело дыша, подбежала Лейла.

– О, Марко, простите меня, – сказала она. – Он прятал это под домом. Я не знала. Я только что...

– Эдди, – удивленно произнес Марко. – Откуда ты это взял?

Малыш указал на мать.

– С маминой работы, – прошептал он.

Лейла вздохнула.

– Он нашел это в отеле, – сказала она.

– Значит, это было в один из тех дней, когда он убегал за тобой в отель? – спросила Саммер, но Лейла покачала головой:

– Я точно помню, когда это произошло. Я сама взяла его с собой на работу в прошлом месяце – в тот день, когда мистер Смит... то есть Марко готовился к отъезду. У Джилли был урок музыки, поэтому мне пришлось взять с собой Эдди. Конечно, я не имею права приводить ребенка на работу, поэтому я велела ему сидеть смирно и не высовываться. Но он стал разгуливать по гостинице, и его пришлось отправить домой с одной из наших горничных. Позже она рассказала, что Эдди принес с собой домой этот тубус. Он говорит, что нашел его...

– В кладовке, – сказал Марко, стукнув себя по лбу. – Теперь я вспомнил. Я положил его туда, чтобы потом отправить по почте, как только она откроется. – Застонав, он рассмеялся, увидев шок на лице Саммер. – Dio santo! Как я мог об этом забыть?

Лейла, казалось, до сих пор не могла прийти в себя.

– Эдди, попроси прощения у мистера Марко!

Эдди засунул большой палец в рот.

– Я больше не буду, – прошепелявил он.

Марко присел на корточки.

– Эдди, ты должен запомнить раз и навсегда, что брать потихоньку чужие вещи нехорошо. Но в данном случае ты помог мне найти чертежи.

Марко раскинул руки, и Эдди позволил себя обнять, но лишь ненадолго.

Народ продолжал веселиться, но Марко и Саммер пошли к ней в дом, и он показал ей эскизы. Дизайн яхты, который он придумал, был потрясающим. Марко с гордостью демонстрировал Саммер свои достижения, она с восхищением рассматривала их, пока на пороге не появился ее отец.

– Так вот где теперь живет моя маленькая девочка! – сказал он, изумленно оглядываясь вокруг, будто не мог поверить в происходящее. – Ты действительно счастлива здесь?

Марко с отцом стали о чем-то говорить, и Саммер, наблюдая за ними, почувствовала, что ее тошнит. Она не могла понять, что было тому причиной: то ли противоречивые чувства, которые нахлынули на нее, то ли маленькое сокровище, которое она носила под сердцем.

– Как хорошо, что я нашел тебя здесь, – сказал отец, и на лице его заиграла обворожительная улыбка. – Я еду на регату, которая должна состояться в Новой Зеландии, и остановился здесь по дороге.

– Значит, утром ты отправишься в путь? – с надеждой спросила Саммер.

– Да, – ответил он.

Затем похлопал Марко по плечу своей большой рукой.

– И хочу, чтобы этот парень поехал со мной.

Увидев лицо Марко, он добавил:

– Я даже настаиваю на этом. Ведь ты еще не выполнил условий контракта. – Он произнес эти слова с очаровательным добродушием, но в тоне его прозвучала стальная нотка. – Я хочу, чтобы моя дочь вернулась домой, в Нью-Йорк, а мой дизайнер вернулся к работе над яхтой.

Марко отвел глаза. Единственной его ценностью сейчас была Саммер, и он не желал терять ее. Карьера его была успешной, он многого добился в работе, но ни разу не испытал такого счастья, какое испытал при восхождении в горы вместе с ней. А он хотел быть счастливым.

– Конечно, ты вернешься домой, малышка, – сказал ей отец. – Марко тоже вернется. У нас с ним большие планы. Он не сможет остаться с тобой, даже если очень захочет. – Улыбка его была обманчиво любезной. – Если ты хочешь остаться с ним, тебе придется вернуться домой, милая.

Саммер встала, немного пошатнувшись. Она знала, что именно так все и кончится. Марко конечно же пообещает ей вернуться, но не вернется никогда. Будет идти время. А она, подобно несчастной мадам Баттерфляй, будет его вечно – и напрасно – ждать.

Отец знал, что она поймет. Именно поэтому он выпроваживал отсюда Марко, используя его как наживку. Но на этот раз у него ничего не выйдет.

Саммер не могла понять, откуда у нее взялись силы. Может, будущий ребенок вселял в нее уверенность в том, что она – не одна.

– Я никуда не поеду, – сказала она, и голос ее зазвенел, как натянутая струна. – Я ведь уже сказала, что стала частью этих островов. И останусь здесь навсегда.

Резко повернувшись, Саммер ушла в спальню, оставив Марко и отца одних. Пусть обсуждают свои планы. Ей больше нечего сказать.

Прошел почти месяц с тех пор, как она не видела Марко. Он уехал на следующее утро, на яхте ее отца, и на обратном пути из Новой Зеландии они не заплывали на остров. Однажды Марко позвонил ей. И все.

Саммер больше не плакала. Потому что выплакала все слезы. Она думала о будущем, о своем ребенке и училась жить самостоятельно. Училась рассчитывать только на саму себя. Больше ей не на кого было положиться. И это было хорошо. Женщина готовилась стать матерью-одиночкой. И, несмотря ни на что, это доставляло ей небывалую радость.

Саммер до сих пор не могла разобраться в своих чувствах к Марко. Она любила его и знала об этом. Он никогда не говорил, что любит ее, но вел себя так, словно любил.

С одной стороны был Гленденнин Хадсон, с его властью, деньгами, харизмой и возможностью дать Марко все, ради чего он работал всю жизнь. С другой была она – бедная трогательная Саммер Хадсон, скрывающаяся под именем Шайны Пирс, ставшая теперь островитянкой. И конечно, Марко выбрал карьеру.

Но, даже понимая это, она отдала бы все, лишь бы вернуть его. И каждый вечер, ложась спать и выключая свет, женщина мысленно молилась: «Пожалуйста, Марко, помни обо мне».

Она легла в кровать с интересной книгой в руках, но не могла сосредоточиться на чтении. Сегодня Саммер была какой-то возбужденной. Но все же ей надо было немного поспать. Выключив свет, она произнесла свою обычную молитву и закрыла глаза.

Но тут же открыла их. Раздался какой-то странный звук. Она привыкла к ночным звукам, раздававшимся здесь, – крикам попугаев, стрекоту цикад или резким ударам кокосов, падающих на крышу. Но этот звук был необычным. Кто-то играл на укулеле, и играл очень плохо. И к тому же – смешно! – он еще начал петь.

«О, донна миа...»

Итальянская опера на укулеле? Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Так мог петь лишь один человек в мире, и он стоял перед ее балконом? Вскочив с кровати, Саммер бросилась в гостиную и рывком открыла входную дверь.

– Марко?

Он не сказал ни слова, но, сделав два больших шага, мгновенно оказался рядом с ней. Через секунду он уже обнимал Саммер и жадно целовал ее. В голове у нее промелькнуло сомнение: он приехал на время или навсегда? Но Саммер сразу же отбросила эту мысль. Так сладко было находиться в его объятиях!

– Может, ты зайдешь? – сказала она наконец, слегка задыхаясь. – О, Марко! Я так тосковала по тебе!

– Я приехал, как только смог! – ответил он, входя с ней в дом и по-прежнему обнимая ее, будто боясь отпустить. – Сначала я решил сделать все дела. Я продал свою квартиру в Нью-Йорке и сдал в аренду дом в Италии.

Повернувшись, Саммер вгляделась в его черные глаза:

– А мой отец?

Марко улыбнулся, и в полумраке сверкнули его белые зубы.

– Я выполнил все свои обязательства перед ним. Теперь я свободен от него, так же как и ты.

– О, Марко!

Она снова и снова целовала его. Все еще держась за руки, они вместе опустились на диван в невыразимой потребности ощущать друг друга.

Откинувшись назад, он стал гладить ее по волосам, не в силах отвести от нее взгляд.

– Ты такая красивая. Когда мы поженимся?

Саммер потрясенно уставилась на него:

– Поженимся? Об этом разве шел разговор?

Марко удивленно взглянул на нее:

– Разве ты не хочешь выйти за меня замуж?

– Конечно, хочу. – Она надулась. – Но ты еще не делал мне предложения.

– О, подожди минуту. – Он порылся в кармане. – Как насчет этого?

Грациозным движением Марко вскочил с дивана и опустился перед ней на колени. И протянул ей на ладони бархатную коробочку. Сияние огромного бриллианта, казалось, наполнило собой всю комнату.

Саммер судорожно вскрикнула, затем рассмеялась.

– Шайна Пирс, ты выйдешь за меня замуж? – торжественно произнес он.

– Да, Марко ди Санто!

Надев кольцо на палец, она стала восхищенно любоваться им. Взгляд Марко упал на журнальный столик, на котором высилась кипа журналов для будущих мам.

– Что это? – спросил он, поднимая один журнал и разглядывая счастливого малыша, красовавшегося на обложке. – Что это значит?

– Это дети, – ответила Саммер. – Ты хочешь ребенка?

Марко взглянул на нее, очарованный этой идеей, будто в первый раз подумал об этом.

– Да, у нас будут дети.

Прижав ее к себе, он вдохнул ее запах, уткнувшись носом в шею, и нежно поцеловал в подбородок.

– Почему бы нам не начать прямо сейчас? – с жаром предложил он.

– Прости, – сказала она. – Но ты опоздал.

Откинувшись назад, Марко непонимающе уставился на нее.

– Опоздал?

Приподняв подол ночной рубашки, она прижала его руку к своему животу.

– Ты чувствуешь? – спросила женщина.

Марко замер на секунду, затем, нахмурившись, покачал головой.

– Я ничего не чувствую, – сказал он.

Она уверенно кивнула:

– Почувствуешь очень скоро. Наша девочка проснется и даст всем знать, что она там. Осталось подождать совсем немного.

Повернувшись, он взглянул на нее с изумлением.

– Ты беременна? – потрясенно произнес Марко. – Почему же ты мне не говорила?

– Я говорю тебе сейчас. Ты счастлив?

Он взял ее лицо обеими руками и с любовью взглянул ей в глаза:

– Ты еще спрашиваешь! Подумать только, совсем скоро я буду держать на руках маленькую копию Шайны Пирс! Это ли не счастье?

Content

Морган Рэй Каникулы в раю

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10