Монастырский Михаил

А ведь всё наоборот

Когда Роберт колесил с нами в течение года по разным странам в поисках свежего материала для нашей еженедельно выходящей в телеэфир программы, он всех нас задолбал своей назойливостью, другого слова тут не подберёшь. Он, безусловно, являясь самым старшим и опытным из нашей операторской группы, был всезнающим циником и профессиональным полиглотом. Это правда, он был крут и, знал ответы на всё, что только могло кому-то прийти в голову. А спорить с ним было бесполезно. Роберт был во всём и всегда прав. Зная его слабину, мы порой от безделья, специально цепляли его и издевались, доводя нашего гуру до бешенства своей «тупостью» и «необразованностью».

А, ещё, он был единственным женатым членом небольшой, состоящей из нас троих молодых мужчин, возраста от тридцати до сорока лет, команды. Роберту тогда было под полтинник. Детей, с его слов, у них с его второй женой, несмотря на совместную семилетнюю супружескую жизнь не было, но это, конечно, было не наше дело. Если бы Роберт не мучал нас постоянными рассказами о своей любимой, молодой и самой красивой на свете жене, которая была младше него на пятнадцать лет, он был бы сносен. О своих двух дочерях от первого брака он упомянул единожды что-то невнятное. Даже не могу вспомнить что именно.

Зато слюнявыми сказками о своей фантастической Джессике, он мог довести нас чуть ли не до оргазма. Казалось, будто каждый из нас переспал с ней уже десятки раз. Мы знали не только размер её груди, расположение родинок на её теле, длину ног, частоту, проводимых ею процедур эпиляции, но и многое, многое, многое другое. Нас тошнило при имени «Джессика». А Роберту было по фигу, он, как маньяк-параноик, наслаждался своими фантазиями, и наверняка, кончал их где-то в сторонке подальше от нас.

И вот, когда мы сбились с маршрута и потерялись в джунглях Гондураса, а наши радиостанции перестали ловить и принимать сигналы, когда нас третьи сутки, практически без нормального сна, среди змей и всяких тварей-насекомых, лихорадило и неукротимо рвало горечью и невыносимо вонючей блевотиной, то ли от укусов москитов, то ли от некачественной пищи и воды, Роберт опять завёл старую песню о своей единственной Джессике, которая могла бы его спасти. Мы, действительно, уже были готовы замочить этого страдальца и засыпать его в могиле, прикрыв её сверху огромными опавшими с высоты десятков метров листьями деревьев, усыпавших землю по пояс, как он, обиделся на наши нецензурные посылы его подальше и вдруг куда-то исчез.

Мы не сразу поняли, что наш всезнайка Роберто пропал, ведь каждому было не до чего и уж тем более не до него. А когда до нас дошло, что тут что-то не так, мы, естественно, забеспокоились. Потерять члена группы – это ЧП. Как раз в этот момент смеркалось, Солнце медленно вытаскивало из лесной чащи свои яркие лучи, как многочисленные острые спицы, оставляя нас на ещё одну ночь в кромешной тьме, наполняющейся с каждым часом криками и звуками диких животных, жаждущих полакомиться, окончательно выбившейся из сил, человечиной.

Кто-то из нас скорее разжёг костёр и мы ходили и ползали, царапаясь о колючие ветки, с горящими факелами в руках, звав Роберта и умоляя его отозваться, но полиглота нигде не было. За несколько часов поисков, потеряв полностью надежду найти Роберта и, уже наплевательски относясь к возможным нападениям на наш временный лагерь диких животных, мы все трое беспамятства уснули недалеко от костра, как мёртвые, уже не надеясь когда-нибудь увидеть живым нашего вечного болтуна, решив, что его сожрали хищники и утащили подальше отсюда в своё логово. Другого варианта не было.

На следующий день мы продолжили поиски Роберта, но не нашли ни единого следа или какой-либо зацепки. Нами было принято единогласное решение продолжить путь навстречу цивилизации. Мы чудом вышли через часов шесть на небольшую деревушку, где мы провели неделю. Местные жители помогли нам восстановиться после злополучного путешествия.

Оставив властям Гондураса фотографию и приметы Роберта мы улетели в Америку, где нас незамедлительно приняло и выслушало о случившемся наше руководство. Мы были признаны виновниками потери сотрудника. По итогу, в течение следующей недели, каждому из нас троих было предложено уволиться по собственному желанию, что мы и сделали. Это было логично, ведь, ни разу за свою историю наша компания не теряла в командировках своих людей.

Вместе с тем, до нас дошла новость, что Роберт семь лет жил один и никакой жены у него не было. Это стало известно, когда руководство искало его родственников, чтобы сообщить о их без вести пропавшем члене семьи. У него была ещё жива мать и где-то в Техасе находилась бывшая жена и две дочери. Мы так и предполагали, что его рассказы о восхитительной Джессике – это не более, чем его помешанная фантазия.

Тем не менее, нам троим было очень жаль потерять Роберта и любимую работу.

Прошло несколько лет. Я давно устроился на новую работу, но без дальних командировок. Я женился, у нас родился сын. И вот однажды, мы семьёй полетели отдыхать на побережье Атлантического океана в пяти звёздочный отель Рио-де-Жанейро. Всё шло по плану, мы были очень довольны отдыхом, купались, загорали, веселились и ни о чём не думали, как вдруг на прогулке с семьёй я нос к носу встретился с пропавшим Робертом! Он шёл, улыбаясь, в обнимку с прекрасной интеллигентной дамой. Он, как всегда, о чём-то без остановки лепетал. Спутница нашего циника-полиглота периодически хохотала над его словами, она была счастлива с ним. Это видно сразу.

– Роберт, чёрт тебя возьми! – неожиданно я обратился к нему.

Он был шокирован, увидев меня, но, специально, чтобы не показать вида своего недоумения, кинулся обнимать меня, как родного брата.

– Джим, дружище, ты мой! – громко крикнул он. – Сколько же лет?!

– Да, ты… – не успел вымолвить я.

– Это моя супруга Джессика, – Роберт поспешил представить свою спутницу мне, моей жене и, совсем ещё ничего непонимающему в отношениях между мужчиной и женщиной, нашему сыну, который был чуть выше всех наших колен. – А Вас как зовут супруга Джима?

– Меня зовут Мэрилин, – заметив натянутую улыбку роскошной дамы и, растерявшись, ответила моя жена, указывая на малыша. – А это наш Майкл.

– О, будущий Майкл Джексон! Чудесная семья! – оценил Роберт. – Вы на отдыхе или здесь живёте?

Джессика, пересилив себя, улыбнулась нам.

– Послезавтра уже возвращаемся в Нью-Йорк, к сожалению, Джиму пора на работу.

– Да, работа у Джима очень ответственная, – подтвердил слова Мэрилин Роберто.

– Да, мы здесь всего на неделю, – ответил я. – А?

Роберт напрягся от того, что, видимо, я могу сказать что-то ненужное слышать остальным, и быстро сообразив, перевёл разговор в необходимое ему русло:

– А, давай, Джим, без жён и маленького Майкла Джексона, – он погладил ладонью по белобрысой головке ребёнка, – вечерком на часик, когда опустится Солнце, встретимся в любом открытом кафе, пропустим по бокалу прохладного пива и, вспомним всё по-дружески? Если, только прекрасная Мэрилин не будет против?

Роберт любезно обратился к моей жене, а за Джессику ответил сам.

Джессика так и не произнесла ни слова. Она явно и не собиралась что-то сказать. Она только внимательно следила за Робертом и всем в этот момент происходящим, с трудом скрывая удивление и внезапную обеспокоенность, возникшую из-за нашей встречи.

На вид, она была не моложе, а, наоборот, лет на пять-семь старше Роберта. На ней была шикарная стильная шляпа от Солнца с широкими полями. Её внешность, ухоженность и элегантный дорогой костюм бежевого цвета подчёркивали её материальную состоятельность.

– Ладно, – согласился я и, мы условились с Робертом об определенном месте и времени.

Слегка сделав нам поклон головой, Джессика молча пошла дальше, а Роберт, догоняя супругу, прокричал нам издалека, что он очень-очень был рад увидеться.

Наступил вечер. Однако полиглот не пришёл на встречу и, мне стало от этого очень неприятно. «Плевать», – успокаивал я себя, вспоминая, как мы искали его в проклятых гондурасских джунглях, сами находясь в тяжёлом физическом недомогании, а он… Джессика… Ну, не гад?

По большому счёту, я был только рад за него – он жив и, видимо, неплохо устроился, явно пройдя, тогда через какие-то свои испытания. Ну, да, ладно, решил я, это же его жизнь.

Собираясь, покинуть кафе, я вдруг услышал где-то неподалёку крики напуганных до смерти людей. Потом услышал, что оказывается, кто-то спрыгнул с высоченного этажа балкона одного из отелей.

Я поспешил скорее к своей семье и, мне пришлось по пути пройти мимо людей, собравшихся вокруг разбившегося человека. Нет, скорее, это моё любопытство журналиста затянуло меня в толпу зевак.

На травяном газоне лежало искалеченное тело Роберта. Я подошёл чуть ближе – да, это точно был он. Джессика до момента прибытия полиции не появилась возле трупа мужа. Когда стражи порядка прибежали к месту происшествия, я не мог или, честно сказать, что не смог тайком не подняться вслед за ними в номер, из которого упал Роберт.

Я остановился, притаившись, неподалёку с открытой нараспашку входной дверью в номер и подслушал громкий разговор двух полицейских. Оказалось, что в номере больше них никого не было и они оба абсолютно уверенно пришли к выводу, что Стэнли сам выбросился с балкона и, нечего тут гадать. Я услышав это, поторопился скрыться, сбегая на улицу по лестнице запасного выхода. Спустившись вниз, я увидел, что тело Роберто уже укладывают в специальный чёрный мешок, грузят в машину и увозят отсюда, разгоняя и успокаивая свидетелей трагедии.

Шокированный произошедшим, я был вне себя. Скорее надо бежать к жене и сыну. Мне стало страшно за нас.

Перед самым входом на территорию нашего отеля меня остановила парочка крепко сложенных мужчин в строгих костюмах и вежливо предложила мне присесть на заднее сидение неподалёку стоявшего автомобиля – чёрного Maybachа, стоимостью не менее полутора миллионов долларов. Я не мог отказаться от их предложения, с ужасом представляя, что меня ждёт внутри этой дорогущей железяки.

Я послушно залез на заднее сидение, через специально открытую мне дверь. За мной её аккуратно закрыли снаружи и машина поехала. Отвернувшись от бокового окна, я увидел рядом с собой Джессику. Она была невозмутима.

– Я просто не переношу, когда мне врут, и момент истины, стараюсь пережить быстро и, не скорбя, Джим, – то ли серьёзно, то ли так странно пошутив, она объяснила мне внезапную гибель мужа. У неё был грубоватый, но приятно звучащий голос. – Роберту, как Вы его назвали, а я знала его под именем Стэнли, сегодня жутко не повезло. Не встретив случайно Вас, я бы могла всю жизнь продолжать верить ему. Как говорят, «случайности не случайны». В разное время о случайности рассуждали многие великие люди, например австрийский психоаналитик Зигмунд Фрейд, физик Альберт Эйнштейн, Блез Паскаль или немецкий философ Фридрих Ницше. На самом деле у каждого была своя версия крылатого выражения о случайностях со схожим смыслом, но ни один из них не был тем, кто сказал "случайности не случайны". Также существует версия, что эта мысль принадлежит китайскому философу Конфуцию. Она уже ближе к истине – пословица, действительно, родилась в Китае. Однако Конфуций к ней отношения не имеет, он жил на пару веков раньше, чем автор знаменитого изречения.

Она сделала паузу, чтобы прикурить сигару. Вкусный запах дорогого табачного дыма разлетелся по салону, надвое разделённому от водителя чёрным стеклом.

– Будете? – Джессика предложила мне сигары, но я отказался. – Дело Ваше. Так вот, поиск автора этого афоризма усложняет тот факт, что в разное время эти слова в той или иной форме произносились многими великими умами. Однако исторические данные указывают на то, что автор цитаты "случайности не случайны" – Чжуан-Цзы, великий китайский мыслитель, живший в четвёртом веке до нашей эры. И хотя, информации об этом философе сохранилось очень мало, это достаточно субъективные источники, а достоверных материалов с данными о нём практически нет, некоторые из изречений Чжуан-Цзы всё же дошли до нашего времени. Это касается и вопроса о том, кто сказал "случайности не случайны". Эта фраза носит глубокий смысл, в чём мы сегодня вместе с Вами, Джим, убедились на практике.

Я не шевелился и даже, как мне показалось, ни разу не моргнул, внимательно слушая вдову своего бывшего коллеги, несколько лет назад нелепо заблудившегося в джунглях и, только что выпавшего с балкона.

– Вместе с тем, спасибо Вам за Ваше неожиданное «Роберт, чёрт тебя возьми!». Несомненно, это был экспансивный финал истории нашей четырёхлетней фантастической любви. Может, виски?

– Да, пожалуй, виски, – не отказался я, так как моё горло давно пересохло от волнений и переживаний происшедшего сегодня и продолжающегося сейчас.

– Берите там, – она указала рукой на бар в салоне машины, – налейте себе сколько угодно.

Я налил почти полный стакан и сразу выпил половину. Джессика, не торопясь, как и само движение, везущего нас по городской набережной, автомобиля, спокойно и плавно выпускала дым в чуть открытое тонированное окно, и, изучая, внимательно смотрела на меня.

– Расскажите мне о Роберте, – попросила она.

Я рассказал ей всё, естественно, опустив моменты с рассказами о вымышленной им Джессике.

– У него в Штатах есть семья?

– Он жил с матерью в последние годы до нашей роковой, как получилось, командировки. Слышал, что у Роберта где-то в Техасе живут две дочери, но он с ними не общался. И с бывшей женой тоже.

Это неприятно, судя по изменившемуся на долю секунды лицу моей собеседницы, задело её. Она быстро затушила сигару о золотую, встроенную в интерьер авто, пепельницу с выложенными вокруг неё цветными изумрудными камнями.

– Понятно. Я без ума любила его и даже согласилась на это дурацкое имя «Джессика». Он же сегодня уничтожил моё сердце, которое я отдала ему, как мне казалось, навсегда. А ведь всё наоборот, – задумчиво, протяжно и еле слышно прошептала загадочная особа, с которой я еду неизвестно куда и зачем. – Удивительно, скажите Вы, что женщины в моём возрасте, влюбляясь, теряют головы? Ха, даже проще, чем молоденькие девчонки, потому что у них вся жизнь впереди. А я настолько доверилась ему. Ха-ха-ха! Правду говорят, что мы любим ушами. Стэнли, точнее, как выяснилось, Роберт, был настоящим мастером слова. В этом равных ему я не встречала. Молодец…

– А как он выжил тогда в джунглях? – неуверенно спросил я.

– Пустяки. Его поймали мои ребята, прислонившегося спиной к дереву, а не дикие животные. Они выследили вашу группу и хотели выяснить кто вы такие. Я как раз приезжала в те дни на свою точку по добыче золота в Гондурасе. Стэнли потом остался у нас, увидев меня. Да, вдруг… Вы верите в любовь с первого взгляда? Вот Вам мой пример. Мне казалось, что я ждала и искала его всегда. А он просто врал мне и пользовался мной. Но, не будем об этом, Джим. Ах, да, на самом деле меня зовут Зема, что переводится, как королева. У меня был муж, который погиб более десяти лет назад, оставив мне двух прекрасных дочерей. Я очень давно закончила учёбу в Англии и вернулась домой в Рио-де-Жанейро, продолжать семейное дело. У нас более сотни лет ведётся семейный бизнес – свои компании в разных странах по добыче золота и редких драгоценных камней и металлов. Мой прадед начал дело в Коста-Рике. Ещё Колумб назвал Коста-Рику «богатым берегом» после того, как увидел огромное количество золотых ювелирных украшений, которые носили местные индейцы. Вот так.

– Ясно, – задумчиво произнёс я, допив последний глоток виски, и, не заметив, что мы подъехали к моему отелю. Автомобиль бесшумно остановился.

– Когда выйдете из автомобиля, Вам мои парни отдадут спортивный рюкзак. Возьмите его. Часть содержимого отдайте, пожалуйста, дочерям Роберта. Скажите, что это им от отца. Обещаете?

– Да…

– Остальное Ваше и Вашей красивой жене. Будьте счастливы.

– Нет, не нужно.

– Джим, – Зема аккуратно положила мне ладонь на колено, – давайте забудем скорее о нашей встрече и обо всём что было. Оно прошло. Повторяю, это Вам за «Роберт, чёрт тебя возьми!». Это судьба. Уходите.

Я вышел из машины и взял из руки одного из громил тяжёлый рюкзак «Аdidas». Я проводил взглядом, плавно отъезжающий от меня тонированный чёрный Maybach, думая о том, что «случайности не случайны» и, вспоминая, задумчиво, протяжно и еле слышно, шёпотом произнесённые загадочной особой слова.

Content

Монастырский Михаил А ведь всё наоборот