Монастырский Михаил

Или мне снилось вчера, или мне снится сегодня

Жизнь похожа на книгу, которую не все желают читать заново. Только теперь я читаю её медленно. Я стараюсь помнить каждое слово, хотя слова распадаются, а пробел между ними становится бесконечным. Я всё чаще оказываюсь в пространстве между словами. И если ты когда-нибудь туда попадешь – мы обязательно встретимся там…

Солнце уже находилось в зените, а жёлтые огни светофоров на всех улицах города бесшумно продолжали мигать, когда над городом рассеялся непроглядный густой туман.

Горожане, все до единого, лёжа в своих тёплых постелях, почти одновременно, один за другим, начали просыпаться от глубокого сладкого и необыкновенно блаженного сна. Все, от малышей до стариков, чувствовали себя прекрасно отдохнувшими, но на удивление слабыми и заторможенными. Посмотрев на часы, все были страшно удивлены, что никто не услышал звонки собственных будильников, давно прозвеневших в установленное им время. Оказалось, что рабочий день, а это, представьте себе, был понедельник, давно начался.

– Что за чертовщина? – воскликнул Джек, обращаясь к нежно потягивающейся в кровати, словно кошка, любимой Элис. – Мы проспали! Меня сегодня уволят за опоздание на работу на полдня!

– Глупости, – ответила ему, повернувшись со спины на бок молодая жена. – Ещё рано. Не шуми, прошу тебя.

– Уже первый час! Смотри сама…

Он поднёс к её лицу часы. Она улыбнулась, не вглядываясь в циферблат часов и, сказала, что, видимо, они просто сломались.

– Может быть, – неуверенно произнёс Джек и, скорее подбежал к окну. – Но Солнце уже высоко, родная!

– Странно, – сладенько зевнув, сказала Элис и, не прекращая странно улыбаться, закрыла глаза.

– Ни чего себе?! – снова раздражённо воскликнул Джек, уже забежавший на кухню. – Здесь тоже часы показывают это же время! Мне конец! У нас совещание в десять утра, а я впервые в жизни проспал на целых шесть часов… Какой теперь отпуск, какая премия, какая карьера, в конце концов? И даже никто не позвонил с работы! Получается, я был прав! Конечно, мне только тридцать лет, как же мне не завидовать? Они только и ждали, когда я споткнусь! Все до одного! Всё полетело в пух и прах из-за…

Джек задумался на долю секунды из-за чего он проспал, но не найдя быстрого объяснения, оставил поиски ответа и, бросился собираться на работу.

Практически в каждом доме в этот момент среди жильцов каждой семьи происходил похожий кавардак, суета и звучали аналогичные диалоги. Большинство людей в недоумение хватались за голову, за одежду, обувь, сумки, ключи и, стремительно выбегали из дома по запланированным на день делам, так и не поняв, что же такое с ними случилось. Их внезапные встречи, точнее столкновения, на улице лицом к лицу, с физиономиями, выражающими обеспокоенность с мимикой ополоумевших граждан, вызывали у каждого ещё больший шок. Они впадали в недоумение и, на минуту замирали, как вкопанные в землю, глядя друг на друга.

– Сколько времени? – кто-то крикнул соседу.

– Половина первого! – ответил тот.

– Как это? – подключился к ним третий, четвёртый и так далее.

Не впадая в обсуждения произошедшего феномена, все скорее устремились по своим маршрутам. Город просыпался и, начинал шевелиться, как муравейник. На улицах появились движущиеся легковые машины, грузовой и пассажирский автотранспорт. Люди моментально заполнили улицы и всё пошло обычным ежедневным порядком.

Конечно, СМИ не могли беспокойно не обсуждать произошедшего. Всех горожан тянуло к экранам телевизоров и радиоприёмникам. Всем хотелось разобраться, что же на самом деле произошло? Каждый отстаивал свою версию случившегося с ним, но скоро стало известно, что в этот день подобный факт был зарегистрирован практически в каждом населённом пункте нашей планеты. Но никто так и не упомянул про непроглядный густой туман, рассеивавшийся в полдень и, оставшийся для всех незамеченным.

На следующий день всё повторилось точь-в-точь. На телевизионных экранах появились эксперты, разводящие руками, строящими какие-то фантастические теории. Они не находили точного единственного ответа на затянувшиеся сны и странный сдвиг во времени, изменивший обычный жизненный уклад населения. И в этот раз представители круглосуточных служб, осуществляющих мониторинг за состоянием окружающей среды ни слова, не упомянули о необычном тумане.

И только на четвёртые сутки, повторяющемуся явлению, не удалось остаться незамеченным. Стали появляться свидетели опускающегося по ночам на землю тумана, усыпляющего людей, словно наркоз. Этот туман был снят многими жителями самостоятельно на личные видеокамеры. Население стало требовать от представителей своих государств объяснений, но ни учёные, ни сами СМИ их будто не замечали и не слышали. Звучали только абсурдные обсуждения видеозаписей, которые передавались между людьми практически из рук в руки. В городах по всему миру нарастало волнение и паника.

Многим известно, что специальные тесты показывают, снижение памяти, внимания и способности к запоминанию после любой общей анестезии. Этот эффект длится от двух недель до нескольких месяцев, но уловить снижение под силу только специалисту, настолько эти нарушения минимальны, конечно, если наркоз не проводится регулярно и в течение продолжительного времени.

Но нет, спустя первую неделю массового усыпления людей, многие стали жаловаться на резкое ухудшение состояния здоровья. Слова «проснулся – ничего не помню» стали слышаться из уст многих всё чаще и чаще. Несмотря на то, что анестезия с клинической смертью не имеет ничего общего, многие жаловались, что увидели «тот свет». Были такие, которым, наоборот, нравилось новое дурманящее воздействие на них – они начали писать стихи, музыку, картины, у некоторых наконец-то открылся «третий глаз», а кто-то просто беспробудно спал целыми днями, отдыхая от прожитых лет. Короче, творилось чёрт знает, что и, в принципе, так можно было бы жить дальше, если не принимать во внимание то, что ты стал не просто частью мега масштабного эксперимента над человечеством, но и лично его объектом. А главное – кто же этот экспериментатор и чего он добивается?

Судя по запутавшейся до невозможного информации, ежечасно поступающей из СМИ разных стран, некоторые граждане уже не сомневались в том, что их просто водят за нос.

– Что за чертовщина? – как-то вечером, глубоко вздыхая, сам себе сказал Джек, сидя на крае кровати, обращаясь скорее к самому себе, нежели к любимой Элис, не покидающей свою постель сутками. – Мы проспали всё, уже поздно что-либо изменить.

– Глупости, – ответила ему она, медленно повернувшись со спины на бок. – Не шуми, прошу тебя. У тебя есть работа, скоро тебе дадут премию и мы полетим на остров. Как он там называется?

– Ява, – пробубнил Джек.

– Какая Ява? – переспросила Элис.

– Остров Ява, дорогая! – вскрикнул и вскочил с кровати Джек. – Ты, что не видишь, что с тобой происходит?

– Я отдыхаю, а что? – прозвучало практически невозмущённое я, принадлежавшее Элис, внешне изменившейся за неделю. Её тёмно-синие круги под глазами на исхудалом лице невозможно пугали Джека.

– Встань, прошу тебя, и посмотри на себя в зеркало! Ты больна! Ты даже за собой перестала ухаживать?! Это как?

– Сам ты больной, – спокойным голосом ответила супруга. – Дай отдохнуть.

– От чего?! – заорал на всю квартиру Джек. – Встань и посмотри, что творится вокруг!

Нас всех травят, как крыс! Мы подыхаем в своих тёплых постелях! Я прав! Нам только по тридцать лет, как же мне молчать и не возмущаться? Они только и ждут, когда мы сдохнем в своих норах! Все до одного! Всё в пух и прах из-за…

Джек задумался над тем, что нужно этому никому неизвестному экспериментатору…  Он несколько часов молча размышлял над этим вопросом, пока непроглядный густой туман снова не окутал весь город и, Джек не заметил, как заснул сидя в кресле.

Через пару недель город заметно опустел. Теперь у большинства жителей просто не было сил возмущаться происходящему и, они смирились со своим резко ухудшившимся состоянием здоровья. Они не чувствовали боль и дискомфорт. Только общая слабость в теле и замедленный ход мыслей, уже не вызывающий беспокойства.  Скоро тысячи людей засыпали и уже никогда не проснулись. Они гнили в собственных квартирах, а из их домов на улицу сочился зловонный трупный запах, растекающийся по улицам города.

В один из дней, Джек не смог разбудить Элис и, ясно увидел свою, приближающуюся смерть. Глядя в зеркало, он заметил бледное лицо с чёрными кругами под глазами. В последние дни у него по несколько раз открывалось носовое кровотечение, которое трудно было остановить. Он чувствовал слабость и разбивающее на части его тело и мозг недомогание. Он ложился спать рядом с мёртвым телом Элис, не обращая внимания на то, что её уже не было. Он обнимал её труп и, отключался на несколько часов.

Практически в каждом доме происходило тоже самое. Больше не было никакой суеты и паники. Всё реже где-то на улице звучали голоса. Город медленно и необратимо вымирал.

Так никто и не узнал о тайне смертельного тумана, она была изящно спрятана от граждан планеты. Всё превращалось в прах.

Из последних сил Джек поднялся с постели, не понимая, какой сейчас день и час. Он сел за письменный стол, взял лист бумаги и карандаш, которым трясущейся от слабости рукой, написал следующее:

«Жизнь похожа на книгу, которую не все желают читать заново. Только теперь я читаю её медленно. Я стараюсь помнить каждое слово, хотя слова распадаются, а пробел между ними становится бесконечным. Я всё чаще оказываюсь в пространстве между словами. И если ты когда-нибудь туда попадешь – мы обязательно встретимся там…»

Закончив запись, он медленно дошёл до кровати, лёг в постель, нежно обнял свою Элис и, крепко заснул навсегда.

Обложка подготовлена и выполнена самим автором

Content

Монастырский Михаил Или мне снилось вчера, или мне снится сегодня