Кобо Абэ

Ты тоже виновен

Пьеса в девяти картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Сосед.

Соседка.

Мужчина.

Мертвец.

Женщина.

Разносчик газет.

Женщина, отправляющаяся за покупками.

Полицейские.

Картина первая

Прямо — дверь. Подозрительного вида Сосед входит слева. Опасливо оглядываясь по сторонам, подходит к двери и тихо стучит.

Сосед. Как я и предполагал, никого нет.

Вынимает из кармана кусок проволоки с загнутым концом и, улыбаясь, облизывает его. В это мгновение справа слышится постукивание гэта[1]. Появляется Женщина, одетая так, будто собирается пойти в баню, а оттуда в лавку, чтобы купить еды на ужин. Сосед отскакивает от двери и делает вид, что занимается физзарядкой. Когда Женщина приближается к нему, вежливо здоровается. Провожает глазами удаляющуюся Женщину.

Спокойно, спокойно. Если вести себя так, будто ничего не случилось, то и покажется, что ничего не случилось. Достаточно вспомнить, например, как легко и свободно, не вызывая ничьих подозрений, ходят с улицы на улицу, из дома в дом сборщики платы за электричество и газ, почтальоны, страховые агенты, продавцы косметики. В сущности, человек — это средоточие доверия к людям. Если тебе кажется, что тебе верят, ты и сам начинаешь доверять... (Фальшивым голосом.) Не показалось ли вам поведение того человека неестественным? Ну что вы, в его поведении не было ничего странного...

Снова облизывает конец проволоки, подкрадывается к двери и, оглянувшись по сторонам, поспешно вставляет ее в замочную скважину. Свободной рукой берется за ухо, стремясь к полной сосредоточенности. Звук отпираемого замка. Сосед отскакивает и смотрит по сторонам.

Сосед. Мяу. (Мяукает, как кошка.)

На его мяуканье слева прибегает Соседка, толкая перед собой коляску с Мертвецом. Сосед распахивает дверь. Соседка вбегает с коляской в квартиру.

Соседка. Ботинки забыла, принеси быстрей!

Сосед кивает, прикрывает дверь и быстро идет налево. За дверью — звук падающего на пол тела. Сосед, вздрогнув, замирает.

Сосед. Верь людям, и тогда ничего не страшно. (Уходит налево.)

Справа входит Разносчик газет. Подсовывает под дверь вечерний выпуск и уходит налево. Разминувшись с ним, возвращается Сосед с ботинками. Посмотрев по сторонам, открывает дверь.

Быстрее!

Выскакивает Соседка, толкая перед собой пустую коляску.

Соседка. Господи помилуй, Господи помилуй...

Убегает налево. Сосед, поставив ботинки вместе, вталкивает их внутрь и прикрывает дверь. Рукавом пиджака стирает отпечатки пальцев с ручки и с невинным видом спокойно уходит влево.

Смена декораций в темноте.

Картина вторая

Комната в многоквартирном доме. Слева дверь, низкий бетонный приступок. Прямо — кровать, отгороженная занавеской. Справа — письменный стол и стул. Большое окно. В глубине квартиры угадывается кухня. Если удастся, стен в комнате лучше не делать.

Посреди комнаты, в свете прожектора, лежит Мертвец. По мере того как прожектор гаснет, в комнате разливается слабый свет. За окном — вечернее небо. Шум с улицы. Звук шагов, направляющихся к квартире. Короткий лай собаки. Приближаются шаги насвистывающего человека. Дверь открывается. Появляется Мужчина. В левой руке портфель, в правой — бумажная сумка с покупками.

Мужчина. Странно, дверь почему-то отперта... (Наклоняет голову, но тут же снова начинает насвистывать под нос, перекладывает портфель в правую руку, открывает дверь и, включив свет, сбрасывает ботинки. Заметив вдруг у приступка чужие ботинки, перестает насвистывать. Обернувшись, видит Мертвеца.) Кто это?.. (Нахмурившись, подходит к Мертвецу.) Пьяный, наверное, ошибся дверью. Послушайте... послушайте... (Щелкает языком.) Веселенькая история... (Ставит сумку на стол и трогает Мертвеца за плечо. И лишь заглянув ему в лицо, обнаруживает, что это Мертвец.) Покойник!.. (Отступает назад, до самого порога в прихожей.) Нет, постой... Кажется, я его не знаю, но прежде чем обратиться в полицию, нужно еще раз убедиться в этом... (Опасливо возвращается, ложится ничком около Мертвеца и внимательно рассматривает его лицо.) В жизни его не видел, не помню, чтобы видел... Ой, кажется, кровь! (Вскочив.) Да это же убийство!.. Что же делать?! (Сжимает виски и со страхом оглядывается по сторонам.) В хорошенькую историю я влип... Но ведь это же совершенно незнакомый человек... И нечего беспокоиться, что меня заподозрят... Все это так, но в голове не укладывается... (Идет к двери.) Как я все это объясню? (Смотрит на часы.) Через полчаса она должна прийти... Я, конечно, могу не опасаться, что она заподозрит меня, но все равно пренеприятная история, пожалует сюда сыщик или еще кто-нибудь из полиции. И сколько ни объясняй, все равно будут хозяйничать в моей квартире, допрашивать... (Пауза.) Хм, может, и обыск устроят?.. (Оглядывается.) Хм, свалился на мою голову. Ужасно. И сейчас этот покойник предстанет перед ее глазами... ужасно, ох как это ужасно. Во всяком случае, раньше чем сообщать в полицию, мол, так-то и так, нужно самому попытаться всё уладить... (Поспешно направляется к столу, но по дороге вдруг останавливается возле Мертвеца.) Только я не могу понять, почему выбор пал на меня... (Испуганно оборачивается и смотрит в сторону кухни. Там никого нет, и он успокаивается.) Почему убийство совершили именно в моей квартире? Случайно или... (Задумывается.) Ничего не могу понять... Боюсь, что полиция тоже ничего не поймет... Но все-таки, почему... (Пауза.) Нет, так не годится! Полиция не сумеет разобраться, и это ее только разозлит... И тогда подозрения обязательно падут на меня... Хотя, как мне кажется, нет никаких доказательств, что преступление совершил я. Но нет и доказательств, что я его не совершал... Ужасно, ужасно, как это ужасно... Влип в историю, которая и в дурном сне не приснится. (Пауза.) Да, хорошо бы иметь алиби!.. (Задумчиво.) Алиби... Чтобы доказать свое алиби, нужно знать точное время, когда его убили, иначе ничего не выйдет... (Подходит к Мертвецу, осматривает его. Потом, с опаской взявшись за рукав пиджака, поднимает его руку. Рука вяло движется вверх. Вздрогнув, выпускает ее.) Хм, кажется, труп еще не окоченел... Постой-ка, через сколько часов после смерти наступает окоченение?.. Во всяком случае, умер он совсем недавно... Черт возьми, но это же для меня еще хуже!.. Предположим, смерть наступила с час назад... (Далее он как бы ведет разговор с сыщиком.)

— Где и что вы делали в течение часа до того, как вернулись домой?

— Как мне помнится, бродил по городу.

— Бродили? И с какой же целью вы бродили?

— Просто бродил. Никакой особой цели у меня не было.

— Странно, кажется, сегодня вы пригласили к себе девушку? И в предвкушении такого удовольствия бродили по городу? Гораздо естественнее было бы побыстрее вернуться домой и подготовиться к ее встрече.

— Возможно. Но мне не хотелось возвращаться к себе задолго до назначенного часа.

— Вот оно что, вот оно что... выходит, вы собирались, если бы это удалось, сделать так, чтобы покойника первой обнаружила женщина.

— Ничего подобного! Неужели непонятно? Какой пустой и унылой выглядит в глазах влюбленного холостяка комната, когда он в ней один!..

— Очень уж вы нетерпеливы. Подождать нужно было всего какой-то час.

— Со стороны, в самом деле, может так показаться. Насмехайтесь сколько угодно — что я могу поделать...

— Все это верно, но вы сами должны признать, что ваше поведение ни в какие ворота не лезет, согласны?

— Не собираюсь возражать! Вы считаете меня виновным, но какие у меня могли быть мотивы?

— Вам-то они должны быть хорошо известны. В общем, поскольку я не имею доказательств вашей невиновности, у меня нет иного выхода, как признать вас виновным...

Приближаются шаги. Мужчина испуганно затаил дыхание. Подбегает к двери и запирает ее. Шаги минуют комнату.

...Дело нешуточное, ужасно, если этот дурацкий разговор действительно состоится!.. Невиновен-то я невиновен... но все же оставлять здесь мертвеца не следует... С чего же начать?.. Разумеется, пойти в полицию... Это неизбежно... Так, но прежде нужно хотя бы привести всё в порядок. (Подбегает к столу и роется в ящике.) Дневник, фотоальбом... О-о! (Возвращаясь к двери.) Они могут явиться источником самых непредвиденных недоразумений. (Неожиданно останавливается.) Нет, постой, выбросить в мусорный ящик на улице небезопасно... Все-таки совершено убийство... И будут тщательно проверять все места, где преступник мог спрятать оружие... Прекрасно, сожгу в жаровне...

Приволакивает жаровню. Вырвав из дневника страницы, заталкивает их в жаровню и подносит спичку. Вдруг испуганно встает.

Постой, это тоже немыслимо... Преступник ловко совершил убийство в чужой квартире, значит, он решил устроить все так, чтобы взвалить вину на меня... Взять хотя бы замок. Ясно, что этот тип открыл его с помощью отмычки... Он, конечно, и все остальное проделал так, чтобы комар носа не подточил... Черт возьми!.. Малейшая оплошность — и я погиб!

Подходит к Мертвецу, протягивает руку, чтобы повернуть его лицом вверх, однако не решается. Становится на колени, но не может заставить себя дотронуться до него и снова встает.

Да-а, малоприятное занятие... Черт возьми, даже когда умер отец и мне поручили заниматься похоронами, я не смог заставить себя притронуться к нему...

Оглядывается, приносит стул и, пользуясь им как рычагом, переворачивает Мертвеца на спину. Отпрянув назад, со страхом рассматривает его.

Во что превращается человек... Представить себе не могу, чтó он совершил, чтобы навлечь на себя такую злобу... (Глядя мимо его лица.) Оружием послужил не нож. Может, молоток, может, дубинка — что-нибудь такое... (Отворачивает полу пиджака.) Имя спорото... Мáстерская работа...

Ходит вокруг Мертвеца и проверяет содержимое его карманов.

А вдруг там моя визитная карточка или еще что-то, имеющее отношение ко мне, тогда, сколько я ни утверждай, что это абсолютно не знакомый мне человек, отвертеться не удастся. Пусто... Ни в одном из карманов нет ничего, пусто... Нет ничего, что позволило бы установить личность... Порядок. (Успокоенный, поднимается.) Постой! (Смотрит на жаровню.) Здорово я опростоволосился. Что подумает полицейский, когда увидит в жаровне золу?.. Из-за своей дурацкой уловки сам же угодил в западню...

Неожиданно раздается легкий стук в дверь. Мужчина испуганно замирает. Снова стук. Мужчина тихо задвигает Мертвеца под кровать. Стучат в третий раз. Мужчина растерян, не знает, куда спрятать остатки дневника и фотоальбома. Разгребает золу в жаровне и засовывает их туда. Приглаживает волосы, глубоко вздыхает и, притворно улыбаясь, идет к двери.

Сейчас, минутку...

Открывает дверь, в комнату быстрым шагом входит Соседка.

Соседка (улыбаясь). Сегодня тоже вы очень рано вернулись.

Мужчина. А-а, это вы...

Соседка. Видите ли... (Осматривает комнату.)

Мужчина. Что случилось?

Соседка. Нет, нет, если ничего не случилось, очень хорошо... Правда, очень хорошо... (С застывшей улыбкой внимательно следит за выражением лица Мужчины.) По понедельникам, средам и пятницам вы обычно возвращаетесь домой после десяти.

Мужчина. Да, вы правы... Но у меня сегодня кое-какие дела.

Соседка. Понимаете, вы вернулись, и я услышала какие-то странные звуки и решила зайти спросить, что здесь у вас происходит? Никакого шума я поднимать не собираюсь, хочу просто узнать, в чем дело...

Мужчина. Какие еще странные звуки, что вы имеете в виду?

Соседка. Нет, если вы ничего не делали... (Заметив ботинки Мертвеца у порога.) Но только что я слышала громкий разговор.

Мужчина (заметив взгляд Соседки, растерянно). Да нет, ничего такого не было...

Соседка. Что вы говорите... А в котором часу вы вернулись?

Мужчина (непроизвольно смотрит на часы, но тут же спохватывается). Не беспокойтесь. Как видите, со мной ничего не случилось.

Соседка. Вы в этом уверены?

Мужчина. В чем?

Соседка. В чем?.. Видите ли... Ну ладно, главное, что ничего не случилось...

Мужчина. Вы меня в чем-то подозреваете?

Соседка. Подозреваю? Когда у человека дурная репутация...

Мужчина. Не понимаю, зачем нужно высматривать!

Соседка. Я и не высматриваю, нужно мне очень. Я вынюхиваю, чую запашок.

Мужчина. Запашок?

Соседка. Какой-то непонятный запашок...

Мужчина. Нет здесь ничего, что бы пахло!

Соседка. По-моему, пахнет дымом... Может, проводка загорелась.

Мужчина. Ах вот вы о каком запахе! Нет, это я жег в жаровне бумагу. Очень уж сырой воздух в комнате.

Соседка. Хм, воздух...

Мужчина. Да, всего пару листков...

Соседка. Хм, пару листков... Ну что ж, простите, что оторвала вас от дел...

Соседка быстро уходит. Мужчина, закрыв за ней дверь, тяжело вздыхает. Поворачивает ключ и берет ботинки Мертвеца, стоящие у порога.

Мужчина. Фу-у, правильно говорят, чужой глаз всё подмечает... Забыл их убрать, надо же... (Осматривает комнату в поисках места, куда бы спрятать ботинки.)

Одновременно над кроватью зажигается свет, и сквозь полупрозрачную занавеску виден сидящий на полу Мертвец.

Мертвец. Послушай, послушай, что ты собираешься делать с моими ботинками?

Мужчина (испуганно). Кто это?

Мертвец. Я, кто же еще... Мертвец, которого ты только что затолкал под кровать.

Мужчина (успокоившись). Значит, вы живы?

Мертвец. С чего ты взял?

Мужчина. Тогда — призрак?..

Мертвец. Ах вот я кто!.. (Выползает из-за занавеса.)

Мужчина (пятясь). Не нужно, можете не вылезать. Вы, как мне кажется, заблуждаетесь. Я не имею никакого отношения к тому, что с вами случилось.

Мертвец. Не нужно только говорить, что ты невиновен.

Мужчина. А в чем я могу быть виновен? Судите сами. Вы, не спрашивая моего разрешения, умерли в моей квартире. Мы с вами совершенно незнакомые люди. Именно мне доставлены неприятности.

Мертвец. Ты не ответил на мой вопрос.

Мужчина молчит.

Я спросил тебя о своих ботинках...

Мужчина. О ботинках?

Мертвец. Ты, как мне кажется, хочешь упрятать их в такое место, где бы они не могли попасться на глаза?

Мужчина (глядя на ботинки). Да... возможно, вы и правы...

Мертвец. Если ты не убийца, зачем тебе понадобилось так старательно изменять место, где произошло убийство?

Мужчина (нерешительно). Понимаете, дело в том, что... вот-вот ко мне должен прийти гость...

Мертвец. А как ты смотришь на то, чтобы немедленно сообщить о случившемся в полицию? Если уж у тебя хватило времени прибегнуть ко всем этим бессмысленным хитростям...

Мужчина. Разумеется, сообщу. Сообщу, конечно. Сколько бы меня ни умоляли, я ни за что не соглашусь жить с мертвецом. Но прежде...

Мертвец. Но прежде?..

Мужчина. Но прежде я должен спокойно обдумать положение, в котором оказался... чтобы самым дурацким образом не влипнуть в эту историю...

Мертвец. Но ведь ты же сам копаешь себе яму, подумай как следует...

Мужчина. Помолчите! Никак не вспомню, что я только что делал?

Мертвец. Избавлялся от важного для тебя дневника и фотографий голых женщин?

Мужчина. Да, совершенно верно!

Ставит ботинки на прежнее место, вытаскивает из жаровни дневник и фотоальбом, стряхивает пепел, рвет на мелкие кусочки, снова заталкивает в жаровню и поджигает.

Мертвец (умиротворяюще). Несговорчивый человек... Пытаешься вести себя умно, а поступаешь так, что сам же набрасываешь себе петлю на шею... Почему ты не хочешь смело встретить свою судьбу?.. Не хватает дальновидности?.. Нет, это, конечно, трусость... Мужества, видно, не хватает...

Мужчина. Конечно, когда умрешь, бояться уже нечего.

Мертвец. Но и после смерти время идет.

Мужчина. Это яснее ясного.

Мертвец. Ой-ой-ой, что-то ты стал задирать нос.

Мужчина. Да умирать каждому тяжело. Что вы хотите, чтобы я сделал?

Мертвец. Я уже сказал. Нужно как можно быстрее сообщить полиции.

Мужчина. Пожалуйста. Какие еще будут пожелания?

Мертвец. Сейчас не время для шуток. Неужели ты не понимаешь, что, если не сделаешь то, что я говорю, потом будет поздно?

Мужчина. Не нужно преувеличивать. (Задохнувшись дымом, закашливается.)

Мертвец. Ничего я не преувеличиваю. Послушай, неужели тебе и вправду не приходило в голову, что меня сюда просто перенесли?

Мужчина. Перенесли? (Кашляет.)

Мертвец (нахмурившись). Засыпь побыстрей золой!

Мужчина. Ага... (Сыплет золу на дымящуюся в жаровне бумагу.)

Мертвец. Не получив разрешения полиции, ты изменил то место, где совершено преступление. Как, интересно, ты будешь оправдываться?

Мужчина. Я прямо сейчас всё верну на свои места.

Мертвец. И сможешь сделать как следует?

Мужчина. Не ваше дело. Начать с того, что не существует свидетеля, который бы знал, как здесь все было. (Открывает окно и пытается выгнать дым из комнаты.)

Мертвец. Однако, возможен и такой случай. Ты построил в голове картину, что произошло убийство, а вдруг у меня случился паралич сердца? Может быть, если бы труп освидетельствовал специальный полицейский врач, он по положению тела смог бы определить это. А теперь из-за твоего неразумного вмешательства...

Мужчина. Хм.

Мертвец. Что такое? Перестань, почему ты на меня так смотришь?..

Мужчина. Наконец-то показал свое истинное лицо. Чуть не подловил меня.

Мертвец. Говоришь глупости, что это еще за «истинное лицо»?!

Мужчина. Вроде бы никакой корысти, а попытался устроить мне ловушку...

Мертвец. Постой, давай рассуждать логически.

Мужчина. Логически? Хм. Сколько ни рассуждай логически, если стыда нет — все без толку. Хорошо, предположим, у тебя действительно случился паралич сердца, но все равно ты отпетый негодяй. Спросишь почему? Потому что твои действия есть незаконное вторжение в чужое жилище. К тому же, ты проник в него, отперев замок. Можно продолжить — у тебя нет ничего, что могло бы способствовать установлению личности, значит, твоя цель — скрыть истинное положение. Вот и выходит, что ты закоренелый профессиональный преступник.

Мертвец (спокойно). Содержимое моих карманов ты сжег в жаровне.

Мужчина (растерянно). Ты что говоришь!

Мертвец (улыбаясь). Шучу, шучу... Но посуди сам, есть ли в твоей комнате хоть что-то, способное заинтересовать профессионального преступника? Возьми хотя бы одежду — та, что на мне, гораздо лучше твоей...

Мужчина (разозлен). .....

Мертвец. Прости, просто сорвалось с языка. (Неожиданно начинает изображать из себя негодяя.) Я не собираюсь отрицать возможность того, что я и в самом деле негодяй. Может быть, да, а может быть, и нет. И все-таки, я думаю, не такое уж это трудное дело, как тебе может показаться, открыть дверь. Потренируйся немного, и любым гвоздем сможешь...

Мужчина (нерешительно). Но в таком случае, что же это за рана на голове?..

Мертвец. Споткнулся и ударился о край стола, попытался удержаться, но не смог и упал. (Показывает на пол.) Ну как, логично?

Мужчина (пораженный). Значит, никакого убийства вовсе и не было?

Мертвец (улыбаясь). Во всяком случае, такую возможность исключать нельзя. Но мы сейчас оставим это и вернемся к нашему разговору... Может, начнем с того, что ты положишь тело на то место, где оно было с самого начала. Правда, женщина, которая только что заходила, тоже может всё перезабыть, а это уже плохо. Весьма уважаемая свидетельница. Мертвеца-то в комнате не было...

Мужчина (растерянно). Думаешь, будет угрожать?

Мертвец. Вполне возможно, известно ведь — чем больше брыкаешься, тем сильнее запутываешься в сетях. Так что самое лучшее — не ругаться, а спокойно и честно рассказать обо всем сыщику.

Мужчина. Но поверит ли он такому рассказу? Слишком уж ловко скроенная история...

Мертвец. История?

Мужчина. Ну да, что никакое это не убийство, а просто паралич сердца...

Мертвец (сдерживая смех). Ты собираешься это рассказывать? Брось шутить. Подумай, что ты говоришь.

Мужчина молчит.

Разве ты можешь об этом знать? Даже теоретически...

Мужчина (покорно). А что было на самом деле? Расскажи, пожалуйста, прошу тебя. У меня голова идет кругом...

Мертвец. Поручаю это твоему воображению. Мертвецы молчат.

Мужчина. Не нужно издеваться надо мной... Ты же все время тараторишь.

Мертвец. Одно дело говорить, другое — выражать свое мнение. К сожалению, мертвым разрешено высказываться, не выходя за рамки воображения собеседника.

Мужчина. Сделаем на сегодня исключение...

Мертвец. Если бы мертвый мог в качестве исключения ожить...

Мужчина (безнадежно). Так что же мне делать?

Мертвец. Делать то, что я только что предлагал.

По коридору приближаются женские шаги.

Мужчина (затаив дыхание). Она?

Мертвец. Вот видишь!

Шаги проходят мимо.

Мужчина (облегченно вздыхает). Ошибся!

Мертвец. Возьми себя в руки.

Мужчина (внезапно посуровев). Взять себя в руки? Не говори чепухи. Разве может мертвый понять живого? Я погиб! (Обессилено.) Никуда не денешься. Все пошло прахом. Она мне ни за что не поверит...

Мертвец. Не нужно падать духом. Неужели у тебя такая ненадежная возлюбленная?.. Хотя, женская натура, никуда не денешься...

Мужчина. Отстань! Она совсем не такая! Просто наши отношения вступили в весьма деликатную стадию. Черт возьми... Из-за этой дурацкой истории, в которой я абсолютно не виновен, вся моя жизнь полетит в тартарары, ну что может быть глупее! Это невыносимо! Она наконец-то сказала «да». Я столько сил положил на это. Сегодня я должен был работать вечером, но мне удалось поменяться с товарищем... И я ведь не имею к случившемуся никакого отношения. Из-за трупа совершенно незнакомого мне человека... Ну и влип же я... А ты еще лезешь со своими разговорами! Как хорошо, если бы она мне поверила!

Мертвец. Не нужно так волноваться...

Мужчина. С человеком всегда может случиться непредвиденное несчастье. Попал в автомобильную катастрофу, упало бревно со стройки, пырнул ножом бандит... Но ведь это произошло в моей собственной квартире... Даже застраховаться от такого несчастья невозможно... Какая все-таки ужасная штука — жизнь... Лучше всего стать каким-нибудь негодяем, не задумывающимся о своем будущем... Как ты, например... А что будет со мной, мне ведь только что исполнилось двадцать девять лет, всего-то... И вот по милости этого омерзительного мертвеца я должен буду заживо похоронить себя...

Мертвец. Не преувеличивай... Зачем такие крайности... Отчаиваться рано... Никакого конкретного вывода еще не сделано.

Мужчина. Нет, я в отчаянии. На что мне теперь надеяться? Даже врач в сорока случаях из ста ошибается в диагнозе. Тем более, что придется иметь дело с полицией. И не нужно меня утешать. К сожалению, в этом доме нет такой печи, в которой можно было бы тебя сжечь...

Мертвец. Мания преследования обуяла. Это у тебя наследственное, я думаю?

Мужчина. Хватит морочить мне голову. Расскажи все прямо и честно!

Мертвец. Что ты за суетливый человек! Сказано же — никакого вывода еще не сделано. Я говорил лишь то, что не выходит за рамки твоего воображения. Если хочешь, я могу привести совсем другое рассуждение. Возьмем, например, женщину, которая только что сюда приходила... Ее действительно можно считать весьма неудобной свидетельницей, но можно, так сказать, высветить и с совершенно иного ракурса... С какой целью она заходила?

Мужчина молчит.

Попытаемся разобраться в этом... Зачем она это сделала?

Мужчина. Не понимаю, к чему ты клонишь?

Мертвец (резко). Настоящий преступник — она, вот в чем дело!

Мужчина (запинаясь). Хватит выдумывать!

Мертвец (убеждая). Ты умозрительно решил, что преступление совершено в этой комнате, но где доказательства?

Мужчина молчит.

На самом же деле убийство произошло совсем в другом месте, и не исключено, что меня притащили сюда уже после того, как убили.

Мужчина. Таких гипотез можно настроить сколько угодно.

Мертвец. Да что ты, никакая это не гипотеза. Возьми, к примеру, вход в квартиру... Посмотри внимательно — и сразу же увидишь идущие к нему две параллельные линии...

Мужчина. Две параллельные линии?

Мертвец. Похожие на след повозки...

Мужчина (внимательно смотрит с разных сторон). Да-а, пожалуй...

Мертвец. Судя по ширине колеи, это может быть детская коляска...

Мужчина. Детская коляска?

Мертвец. Ты ходишь, не замечая, что делается вокруг, и поэтому улики ускользают от тебя, а жаль...

Мужчина. Ты хочешь сказать, что тебя привезли сюда в детской коляске?..

Мертвец. Потому-то соседка, забеспокоившись, прибежала, чтобы высмотреть, что здесь делается.

Мужчина. Почему именно соседка?

Мертвец. Почему? Без дела она бы не стала сюда заходить.

Мужчина. Но ни у кого из соседей детей нет и, я думаю, нет никаких колясок.

Мертвец. Здесь, может, и нет, а где-нибудь под лестницей кто-то мог бросить старую, ненужную коляску. Подумай сам: найдется ли дурак, который бы шествовал по улице с коляской, в которой лежит мертвец? Нет, конечно, — значит, преступник — кто-то из этого дома. Причем человек, которому прекрасно известно, что по понедельникам, средам и пятницам ты возвращаешься после десяти часов вечера...

Мужчина. Скорее всего, это управляющий домом. Безусловно. Как известно, управляющий имеет ключи от всех квартир.

Мертвец. К чему это говорить, ты придаешь ключам слишком большое значение. В этом доме такие дрянные замки, что, чуть потренировавшись, даже ты легко научился бы открывать их обыкновенным гвоздем. Кроме того, притащить труп нужно было по-тихому. А из комнаты управляющего видно всё.

Мужчина. Выходит, и в самом деле подозрения падают на мою соседку...

Мертвец. Ты еще сомневаешься? Потому-то я и говорю тебе, что нечего метаться, как зайцу, попавшему в силок...

Мужчина (задумчиво). Может, ты и в самом деле прав?..

Мертвец. Ничего-то ты не понимаешь! Я же говорил тебе, что могу рассуждать, не выходя за рамки твоего воображения...

Мужчина уходит вправо.

Куда ты?.. (Смотрит направо.) Решил выпить виски?

Голос Мужчины. Ты тоже выпьешь?

Мертвец. Брось шутить! Лучше бы и ты этого не делал. Если от тебя будет разить спиртным, это произведет на полицию неблагоприятное впечатление.

Мужчина (возвращаясь со стаканом виски). Знаешь, я не припомню, чтобы кто-нибудь из приятелей злился на меня.

Мертвец. Вот и хорошо, почему же тебе не пойти смело в полицию и не рассказать честно обо всем?

Мужчина. Смело пойти, честно рассказать... ты, наверное, и при жизни любил совать нос в чужие дела. Может, с тобой и случилось такое потому, что без конца совал нос в чужие дела. Подумай о том, что я сказал.

Мертвец. Можешь говорить что угодно. Сам же будешь раскаиваться. Как мне кажется, ты не относишься к тем, кто не любит детективных романов, значит, должен был читать о трупных пятнах. Они появляются в результате застоя крови, поэтому, если изменить положение трупа, естественно, перемещаются и трупные пятна. Специалиста обмануть невозможно. Так что, чем больше времени ты теряешь, тем незавиднее становится твое положение, вот и всё.

Мужчина (допивая виски). Так или иначе, я уже опоздал.

Мертвец (растерянно). Опоздал? Что же ты собираешься делать со мной?

Мужчина. Не знаю. Ты ведь уже умер. Я подберу местечко, где тебе, покойнику, будет еще приятнее, хочешь?

Мертвец. О чем ты говоришь?! Покойник живет лишь в памяти людей. Место смерти — последняя дверца, связывающая его с жизнью. Поэтому он навеки привязан к такому месту, разве это не естественно?!

Мужчина. Жаль, что я не знал этого раньше. (Вынимая из бумажного мешка на столе консервы и другую еду.) Ну что ж, нужно подготовиться к ее приходу...

Мертвец (обеспокоено). Зачем ты так суетишься? Если ты устроишь с ней свидание, оставив меня здесь, это будет совсем уже безнравственно. Ты еще молод, у тебя всё впереди. Ничего плохого я тебе не говорю, так что прислушайся к моему совету...

Мужчина. За очередной совет весьма признателен. Благодаря одному из них я не пошел в полицию.

Мертвец. Ну и что?

Мужчина. Вот я и решил, зачем мне одному нести ответственность? Пусть кто-то еще окажется в моем положении.

Мертвец. Что же ты собираешься делать?

Мужчина. Перенести тебя в другое место.

Мертвец. Перенести?

Мужчина. Кто-то подбросил тебя в мою квартиру. Теперь я подброшу тебя в чью-то еще. Возможно, и к соседям тебя перетащили от кого-то. Плюс и минус дают ноль... И никакой ответственности. А теперь примирись и исчезни. Кажется, это она...

Шаги приближаются.

Мертвец. Ты дурак!

Мужчина. Может, и дурак, но это еще не значит, что я трус.

Мертвец. Плюс и минус далеко не всегда дают ноль. Например, что ты собираешься делать со следами крови?!

Мужчина (вздрогнув). Со следами крови?

Мертвец (указывая пальцем). Вот с этим пятном... Сделают анализ, и ты моментально будешь разоблачен!

Стук в дверь.

Мужчина. Черт возьми! (Поспешно ставит на пятно стакан. Потом убирает и ставит вместо него пепельницу.)

Стук повторяется. Мужчина делает движения, будто прячет Мертвеца. Мертвец исчезает. Мужчина направляется к двери, но тут же передумывает, убирает пепельницу и, взяв со стола книгу, кладет ее на пятно крови. Потом снова идет к двери.

Картина третья

Мужчина. Кто там?

Голос Женщины. Я...

Мужчина (заметив у своих ног ботинки Мертвеца, поспешно берет их и, спрятав за спиной, открывает дверь). А-а, заходи.

Женщина. У тебя кто-то есть?

Мужчина (вздрогнув). Почему ты так решила?

Женщина. Мне показалось, здесь разговаривали...

Мужчина. Наверное, разговаривали в какой-то другой квартире. Дом ведь не капитальный.

Женщина (подозрительно глядя на смущенного Мужчину). Я тебе не помешаю?

Мужчина (взяв себя в руки). Конечно нет, прошу тебя, прошу... (Поворачивается вполоборота к комнате, стараясь не оказаться спиной к Женщине и быть на линии между дверью и кроватью.) Где бы ты хотела расположиться?.. Неуютно у меня... Может, сядешь на этот стул? Устраивайся.

Женщина (обратив внимание на то, что стул всего один). А ты где?

Мужчина. Я?.. Я где-нибудь... Да вот, хотя бы на кровати. (Пятясь, садится на кровать.)

Женщина. Как-то неудобно, далеко друг от друга. Давай сядем на полу.

Мужчина (в панике). Нет-нет, на полу не годится. Сидеть прямо на циновке негигиенично.

Женщина. А что, если подстелить одеяло с кровати? Как на пикнике, здорово будет, а?

Мужчина. Все равно. Да и к тому же, на полу дует.

Женщина. Дует? (Смеется.) А я слышала, что во время пожара, чтобы не затянуло воздушным потоком, нужно лечь на землю... (Неожиданно.) Странный запах.

Мужчина. Запах?

Женщина. Ты не чувствуешь?

Мужчина. Удивительно. (Наклонившись, нюхает под кроватью.) Я думаю, еще не должно пахнуть...

Женщина (принюхиваясь). Пахнет, говорю... В самом деле пахнет... Пахнет, будто что-то подгорело или что-то жгли...

Мужчина (облегченно вздыхает). А-а, вот оно что... Это чепуха. (Указывает на жаровню.) Я жег в ней бумагу. Давай откроем окно.

Женщина. Не стоит, а то будет холодно.

Мужчина (спокойно встает). Я сейчас включу электрообогреватель.

Женщина (решительно). Не нужно, только лишние расходы. А это что? (Мужчина, забыв, что у него за спиной ботинки Мертвеца, выставил их напоказ.)

Мужчина (растерянно). Это? Это ботинки.

Женщина. Вижу, что ботинки, но...

Мужчина. Чепуха... (Поспешно задвигает ботинки под кровать.)

Женщина (со смехом). Я не знала, что ты такой чудак... Первый раз вижу человека, который бы ходил по комнате с ботинками в руках. (Серьезно.) Мне тетушка говорила, что для семейной жизни лучше человек с некоторыми странностями, чем слишком уж рассудительный.

Мужчина. Я сейчас так влюблен в тебя, что можешь говорить мне что угодно, я все равно не рассержусь.

Женщина (хлопая в ладоши). Поняла! Ты мне намекаешь, чтобы я пришла к тебе, и мы вместе усядемся на кровать, правильно? (Встает и идет к кровати.)

Мужчина (в панике). Нет-нет, оставайся на своем месте! (Случайно пинает ногой книгу, прикрывавшую пятно крови.)

Женщина. Странно. (Видя, что Мужчина кладет книгу на прежнее место.) Что это за книга?

Мужчина. Да чепуха какая-то.

Женщина. Я ее сейчас подниму.

Мужчина (став ногой на книгу). Не нужно, тебе говорят!

Женщина (озадачена). .....

Мужчина (оправдываясь). Не нужно, не обращай внимания. Действительно чепуха.

Женщина. Все равно, что это за книга?

Мужчина. Неважно, давай попьем чайку.

Женщина не отрывает глаз от книги, прикрывающей пятно крови.

Послушай, ты знаешь, что в одной только Японии каждые тридцать секунд умирает человек? Поэтому и сейчас, в это самое мгновение, где-то человек испускает дух. И если принимать близко к сердцу каждый такой случай, можно с ума сойти. Живой должен отдавать все свои силы, чтобы жить.

Женщина. Об этом написано в этой книге?

Мужчина (непроизвольно). Оставь ты эту книгу в покое! (Тут же, раскаявшись, что хватил через край.) Обыкновенный детектив, называется «Ты тоже виновен»...

Женщина. Странно.

Мужчина. На первый взгляд, действительно, может показаться странным. Но все это чепуха, поверь мне. И тебя это не должно беспокоить.

Женщина. Но меня почему-то беспокоит.

Мужчина. Я же тебе говорил, каждые тридцать секунд умирает один человек, и если ты будешь за каждого из этих совершенно чужих тебе людей...

Женщина. Я имею в виду эту книгу.

Мужчина. Но я же сказал, что это обыкновенный детектив.

Женщина. Почему же ее нужно держать на полу?

Мужчина. Не понимаю, что ты к ней привязалась?..

Женщина. Привязался к ней как раз ты.

Мужчина. Шутки в сторону. Я же все время повторяю тебе, оставь ты эту книгу в покое.

Женщина. Ну ладно, покажи мне ее.

Мужчина. Ох, и упорная же ты...

Женщина. Странно, очень странно. Я уже ни во что не верю... Видно, я в тебе здорово ошиблась.

Мужчина (умоляюще). Это всё не так! Если бы только ты знала, с каким волнением я ждал сегодняшнего дня... Я думаю, ты должна знать, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы высвободить время... Если бы можно было взвесить эти усилия, ты бы... Если бы нашлись весы, которые показали бы меру моей преданности тебе, ты бы поверила мне до конца.

Женщина. Весы?

Мужчина. Ведь даже тетушка говорила тебе то же самое. Человек с некоторыми странностями...

Женщина. Странный и ненормальный — разве это одно и то же?

Мужчина (в отчаянии). Верь мне, прошу тебя! Я надеялся, что сегодня все будет гораздо теплее, что ли... (Делает неопределенное движение руками.)

Женщина. Я долго думала, раньше чем решиться... Прийти домой к холостому мужчине — разве это не то же самое, что дать окончательный ответ?

Мужчина. Может, попьем соку? А то в горле пересохло.

Женщина. Прошу тебя! Прошу тебя, скажи, почему ты не хочешь дать мне эту книгу?

Улыбаясь, появляется Мертвец.

Мужчина (вздрогнув). Убирайся! Не твой выход!

Женщина (встает). Что ты говоришь?

Мужчина. Да нет, это я не тебе!

Женщина. К кому же ты обращаешься?

Мужчина (мельком взглянув краем глаза на Мертвеца). Ты, разумеется, ничего не знаешь, но...

Женщина. Не знаю, конечно.

Мужчина. Лучше и не знать. Узнаешь — плохо будет. (Отчаянно.) Черт возьми — не знать всегда счастье. Видишь ли, смерть — чрезвычайно важная проблема для того, кого это касается. А если это совершенно посторонний, незнакомый человек? И сколько бы ни убеждали взять ответственность на себя, ничего из этого не выйдет. Я занят лишь тем, чтобы жить лучше. Прошу тебя, прошу, не принимай этого близко к сердцу. Ты живой человек и можешь быть заносчивой, но по отношению ко мне это слишком уж несправедливо.

Женщина (обеспокоено). Я хочу знать, что все это значит.

Мертвец. Не послушался моего совета, теперь расхлебывай!

Мужчина (повернувшись к Мертвецу, хочет резко ему возразить, но, опомнившись, говорит, уже обращаясь к Женщине). Понимаешь, честно говоря, я оказался в отчаянном положении. Ко мне это не имеет никакого отношения, но я все больше теряю уверенность, что смогу как следует убедить в этом других.

Женщина. Тебя в чем-то несправедливо обвиняют?

Мужчина. К тебе случившееся не имеет никакого отношения, и я не хочу вмешивать тебя в это...

Мертвец. Не делай глупостей. Напрасно стараешься.

Мужчина (безразлично). Я решился — чтобы рассеять твои подозрения, расскажу всё начистоту.

Мертвец. Если уж ты решился, то намного выгоднее было бы бросить ее.

Мужчина (игнорируя его слова). Хочешь послушать?

Женщина. Предположим, послушаю, ну и что из того... Надеюсь, разговор серьезный?

Мужчина. Все зависит от тебя. Если не посчитаешь его серьезным, он и не будет серьезным.

Мертвец. Не нужно увиливать. Все эти увиливания...

Мужчина (неожиданно обращаясь к Мертвецу). Помолчи немного! (Женщине.) Прости, это я не тебе. В голове у меня все время звучит чей-то голос. Слишком много думаю, вот и возникают слуховые галлюцинации.

Женщина. Может, у тебя жар?

Мужчина. Да... вполне возможно... (Приложив руку ко лбу.) Кажется, действительно тепловатый.

Мертвец. Перестань, хватит дурака валять!

Женщина. Может, у тебя грипп?

Мужчина. Возможно.

Женщина. Тогда тебе не нужно перетруждаться, ложись в постель. А я укрою тебя чем-нибудь теплым.

Мужчина. Не нужно, не так уж мне плохо. Но знаешь, если я не смогу как следует объяснить положение, в котором оказался...

Женщина. Не волнуйся... Когда у человека жар, ему все представляется страшнее, чем на самом деле. Как во сне, но стоит проснуться, и все страхи моментально исчезают.

Мертвец. Хм, моментально исчезают. Сейчас я тебе покажу. (Неожиданно выступает вперед и делает движение, будто пинает книгу.)

Мужчина (стремительно бросается на книгу и прижимает ее к полу). Не хулиганить!..

Женщина смотрит с удивлением.

Мужчина (испытывая неловкость). Все перемешалось у меня в голове...

Женщина. Ты серьезно болен. Гораздо серьезнее, чем думаешь.

Мужчина. Не беспокойся... Если я и в самом деле болен, то, скорее всего, легче, чем тебе кажется.

Мертвец снова делает вид, будто пинает книгу. Мужчина инстинктивно хочет помешать, но с трудом сдерживается.

Женщина. Не упрямься, ложись в постель.

Мужчина. Нет, лучше я развею твои подозрения.

Женщина (умиротворяюще). Я уже всё поняла. Если ты заболел, лучше было с самого начала сказать мне об этом. Я сразу увидела, что у тебя неестественно красное лицо, но подумала, не напился ли ты. То же с книгой, я уже давно выбросила ее из головы, и ты должен сделать это...

Мужчина. Ошибаешься. Я хочу сказать тебе, что, хотя в одной только Японии каждые тридцать секунд умирает один человек...

Женщина. Не волнуйся, от гриппа так легко не умирают.

Мужчина. Я не об этом. Я попал в безвыходное положение из-за несправедливого наговора. Это очень серьезное дело. Но почему я должен отвечать за кого-то, совершенно мне незнакомого? Я не гробовщик. Нет никакого резона морочить мне голову, делая вид, что ему ничего не известно.

Женщина (неожиданно серьезно). Вот оно что!

Мужчина. Поняла?

Женщина. Кажется, поняла... И тебя действительно волнует то, что случилось?

Мужчина. Это направлено против меня и не может не волновать.

Женщина (с сомнением). Письмо, наверное, получил?

Мужчина. Письмо?.. Да, можно назвать это своего рода письмом. Опасным письмом, начиненным ядом или взрывчаткой.

Женщина. Уж не вызов ли на дуэль?

Мужчина. В самом деле — вызов на дуэль.

Женщина. Ужасно...

Мужчина. Вот только не знаю, обязан ли я принять этот вызов...

Женщина. Думаю, что не обязан! По-моему, с тобой поступают не по-мужски.

Мужчина. Ты так считаешь?

Женщина. Конечно!

Мужчина. Ко мне письмо не имеет никакого отношения, и я безо всякого стыда могу разорвать его на мелкие кусочки или выбросить. Надеюсь, ты согласна со мной?

Женщина. Что мне остается? Конечно согласна.

Мужчина. Тогда всё в порядке! Именно такой ответ я хотел услышать от тебя. (Торжествующе смотрит на Мертвеца.) Как только я услышал твой ответ, жар моментально улетучился.

Мертвец. Прекрасная беседа, только, мне кажется, она из нее ничего не поняла.

Мужчина (наполовину обращаясь к Мертвецу). Всё в порядке, все эти придирки — обычное дело, так уж устроен мир, что все в нем перепуталось. К тому же, сколько бы я ни бился, мертвец все равно не воскреснет...

Женщина. Я не думала, что ты такой нервный...

Мужчина. Видишь ли, я получил неожиданный удар, которого даже предвидеть было невозможно. Но сейчас спокоен. Досадно только, что, когда, наконец, ты ко мне пришла, возникла непредвиденная помеха, и все пошло вкривь и вкось. Ну а теперь я тебе устрою достойный прием. Приготовлю ванну, специально купил самый лучший чай. (Встает.)

Мертвец. Однако пятно крови как было, так и осталось.

Женщина. Давай уберем куда-нибудь эту книгу — видеть ее не могу.

Мужчина (поспешно преграждает ей путь). Не делай этого!

Женщина смотрит удивленно.

Мертвец. Так тебе и надо!

Мужчина (умоляюще). Ты же только что согласилась со мной. А уж если согласилась, давай не будем этого касаться.

Женщина (подавленно). Но не лучше ли убрать ее с глаз долой?

Мужчина. Может быть, это и разумно. Но все равно ты должна во всем полагаться на меня, согласна?

Женщина с сомнением смотрит на Мужчину.

Мертвец. Напрасно стараешься. Прекрасно ведь понимаешь, что она видит тебя насквозь.

Мужчина. Считай, что это чернильное пятно, и не обращай на него внимания...

Женщина (тихо). Ничего не понимаю... Неужели у него такая высокая температура?

Мужчина. Пойду поставлю чайник.

Мужчина, опасливо оглядываясь на Женщину, уходит вправо.

Женщина (смотрит по сторонам). Что-то и мне стало холодно... (Обращаясь вправо.) Послушай, может, включить электрообогреватель?

Голос Мужчины. Ни в коем случае, от тепла начнется разложение... Понимаешь, вредные бактерии так быстро размножаются...

Мертвец (с горькой усмешкой). Ты что же, боишься, что я протухну?

Голос Мужчины. Если уж включать обогреватель, то только открыв окно.

Женщина (все время оглядываясь вправо, на цыпочках подходит к книге, смотрит на нее). «Ты тоже виновен»...

Мертвец (делая движение, словно понуждая Женщину). Не бойся, возьми ее, возьми...

Женщина медленно наклоняется и протягивает руку к книге. Услышав звук шагов, быстро выпрямляется, справа входит Мужчина. В руках поднос, на котором стоят заварочный чайник и сахарница.

Женщина. Неприятно мне все это. Виновен не только ты, правда? Вот и я пришла к тебе, — значит, тоже виновна, никуда не денешься.

Мужчина останавливается и с недоумением смотрит на Женщину.

Да, конечно. Я ничуть не лучше тебя. Что бы он подумал, если бы узнал, что я с ним обошлась как с покойником?

Мужчина. Он?

Женщина. Именно он... Но, в конце концов, победил ты, и, думаю, тебе нечего так возмущаться...

Мужчина. Ты говоришь «он», что это еще за «он»?

Женщина (пытаясь скрыть оговорку, берет у Мужнины поднос и несет к столу). Он — это он, разве не ясно?

Мужчина (наступая). Что же, по-твоему, он должен был сказать?

Мертвец. Так тебе и надо, сам же говорил, что все пошло вкривь и вкось. (Ехидно улыбается.)

Женщина (растерянно). Откуда я знаю! Ты же первый сказал мне.

Мужчина. Сказал? Я? Что?

Женщина. Не выкручивайся!

Мужчина (переходя в наступление). Это ты промахнулась. Не припомню, чтобы я хоть раз говорил о нем. Даже в мыслях не было. Начать с того, что я всегда безоговорочно верил твоим словам. Сколько раз клялась, что связана с ним только по работе и никаких других отношений у вас нет; твои слова были для меня святой правдой...

Женщина. Послушать тебя, ты буквально на седьмом небе от радости.

Мужчина. Ты случайно проговорилась, вот и всё.

Женщина. А может, ты специально подвел меня к тому, чтобы я проговорилась?

Мужчина. Ну ладно, хватит придираться.

Женщина. Я с тобой вижусь примерно раз в неделю, а с ним — каждый день.

Мужчина. Не понимаю, неужели это может служить оправданием?..

Женщина. И все-таки выбрала я не его, а тебя, верно? Ты не должен говорить со мной так, будто не одобряешь моего выбора.

Мужчина. Все ясно, каждого из нас ты пыталась взвешивать.

Женщина. Ты хочешь этим сказать, что у женщины нет права выбора? Неужели ты воображаешь себя настолько совершенным, что я, не раздумывая, должна была выбрать тебя? Все же я, видно, ошиблась.

Мужчина (неуверенно). Почему же ты мне сразу этого не сказала? Значит, ты мне все время врала?

Мертвец. До чего же противно... Жаль, до смерти мне ни разу не приходилось присутствовать при такой перепалке...

Женщина. Ты появился у меня после него. И всегда говорил со мной начистоту, неужели у тебя была какая-то цель?

Мужчина. У меня не было никакой необходимости врать.

Женщина. Тогда я хочу, чтобы ты мне честно ответил. «Каждые тридцать секунд один человек», «письмо с вложенной в него взрывчаткой» — что все это значит?

Мертвец. Вот именно!

Мужчина. Видишь ли, дело в том...

Женщина. Ты хочешь сказать, что эта книга и есть бомба?

Мертвец. Да ничего он тебе не скажет!

Мужчина. Это просто образное выражение, я хотел, чтобы ты яснее представила себе, в каком безвыходном положении я оказался.

Женщина. Не понимаю я твоего образного выражения, я хочу знать всю правду.

Мужчина. Хорошо... Я тебе всё расскажу... В общем, такое дело... Я вернулся домой — в комнате лежал труп человека, которого я никогда в глаза не видел, никто меня не предупреждал о нем... Совершенно незнакомый мертвец, к которому я не имею никакого отношения... Дело действительно очень серьезное... В первую очередь это касается, конечно, убитого... Но и я столкнулся с опасностью быть втянутым в преступление, а зачем мне брать на себя ответственность за этого мертвеца? Лежала бы на мне моральная ответственность, если бы я смог перетащить его в чью-то другую квартиру?

Женщина (раздраженно), Я же сказала: хватит образных выражений, я сыта ими по горло!

Мужчина. Это не образное выражение...

Женщина (насмешливо). И ты утверждаешь, что рассказал мне подлинную историю?

Мертвец. Осталось совсем немного!

Мужчина (растерянно). Конечно, я не могу назвать эту историю подлинной и лишь предполагаю, что она подлинная...

Женщина. Это одно и то же!

Мертвец. Ну, решайся же, пусть она заглянет под книгу. Ждать, что женщина обладает большой силой воображения, не к лицу мужчине, даже упустившему время жениться.

Мужчина (жалобно). Прошу тебя, если ты всерьез выбрала меня...

Женщина. Как же я могла сделать это не всерьез? Неужели я выгляжу такой легкомысленной? Тебе не кажется, что ты меня обижаешь?

Мужчина. Я совсем не в таком смысле.

Женщина. А в каком же?

Мужчина (запинаясь). Понимаешь... Я же тебе много раз говорил...

Женщина. Неужели я в тебе ошиблась?

Мужчина молчит.

Мертвец. Ну что же ты, решайся, пусть она заглянет под кровать!

Женщина. Честно говоря, я даже представить себе не могла, что ты устроишь мне такой прием.

Мужчина. Просто, ты ко мне придираешься.

Мертвец. Хм. Тебе следует самому во всем убедиться. Попробуй, спроси ее, как она поступит, если на тебя падет необоснованное подозрение. Это покажет тебе ее истинное лицо...

Мужчина. Послушай... Как ты поступишь, если на меня падет необоснованное подозрение?

Женщина (нахмурившись). В каком смысле?

Мужчина. Что значит «в каком», в прямом, конечно...

Женщина. Ты мне казался солиднее.

Мужчина. Всё, хватит говорить загадками.

Женщина. По-моему, именно ты говоришь загадками.

Мужчина. Ты до сих пор держишь меня на весах?

Женщина. Я сегодня пришла к тебе, чтобы посмотреть, что обозначится на шкале весов, — может, зря я это сделала?

Справа доносится свист вскипевшего чайника.

Мужчина. Вскипел.

Мужчина быстро уходит.

Женщина. Нет, у него никакая не простуда, а что-то с головой... (Потупившись.) Когда мы встречались не у него дома, даже намека на такое не было... Он всегда был спокоен, даже слишком...

Возвращается Мужчина с кипящим чайником.

Мужчина (с жаром). Получается, что ты отдала мне предпочтение только потому, что я старше его по возрасту?

Женщина (неотрывно глядя на чайник). Дай мне... Если чай не заварен крутым кипятком, он не настоится как следует...

Женщина берет чайник. Сыплет в него зеленый чай.

Мертвец. Откровенно говоря, твоя девушка хоть и привлекательна, но недостаточно искренна.

Мужчина молчит.

Она так поспешно вырвала у тебя из рук чайник, будто испугалась, как бы ты не плеснул ей на голову кипяток.

Мужчина. Вряд ли.

Женщина. Что?

Мертвец. Если думаешь, что я вру, попробуй, сделай вид, что хочешь наброситься на нее.

Мужчина (игнорируя его). Неужели я тебе казался таким уж солидным человеком?

Женщина. Я говорила не в плохом смысле.

Мужчина. Значит, слово «солидный» имеет два смысла — хороший и плохой?

Женщина. Честно говоря, я над этим не задумывалась. Смысл, который я вкладывала в свои слова... ну, как бы это сказать... в общем, это когда человек относится к тебе с уважением...

Мужчина. Вот как, ну что ж, ты попала в самую точку. Но почему же, в таком случае, я не оправдал твоих надежд? По-моему, тебе как раз и кажется странным, что я отношусь к тебе с уважением...

Мертвец. Всё хорошо в меру.

Женщина. Перестань, неси чашки.

Мужчина. Сейчас принесу.

Когда Мужчина приближается к столу, из-под кровати доносится шум. Мужчина от неожиданности роняет чашку.

Женщина. Что это? Вроде откуда-то из-под кровати.

Мертвец (насмешливо). Труп начал окостеневать.

Мужчина. Чепуха, крыса, наверное.

Женщина. А не слишком ли громко для крысы?

Мужчина. Не мог же попасть сюда тигр!

Женщина. Это верно, но все-таки...

Мертвец. Все потому, что затолкал меня под кровать в такой неудобной позе. Окостенев, руки стукнули по кровати. В общем, поступай как знаешь. Только не забывай при этом, что, когда берешь в долг, проценты растут пропорционально времени.

Женщина. Надо бы посмотреть, а? Вдруг там что-то сломалось?

Мужчина. Да нет, ничего там сломаться не могло.

Женщина (неожиданно истерично). Слышишь, скажи наконец! Скажи правду! Что это за книга? Это становится невыносимо! Убери ты отсюда эту чертову книгу!

Пауза. Потом слышится стук в дверь. Напряжение немного спадает.

Картина четвертая

Мужчина (испуганным голосом). Кто там?.. Кто это?

Голос Соседа (учтиво). Прошу прощения. Я ваш сосед...

Мертвец. Вон оно что, снова решили разнюхать, что здесь происходит! Сначала жена приходила, теперь он сам.

Мужчина (после недолгого колебания проходит перед Женщиной и решительно направляется к двери). Какое у вас ко мне дело?

Голос Соседа. Хотел с вами посоветоваться с глазу на глаз... Но вот так, на ходу, через дверь, не совсем удобно...

Мертвец (злорадно). Теперь свидетелей станет уже трое.

Мужчина (неохотно приоткрывает дверь). К сожалению, я не один...

Сосед появляется в дверях.

Сосед. Не один? (С любопытством.) Но я у вас много времени не отниму... (С силой протискивается в дверь, шныряет взглядом по комнате, видит Женщину. Явно разочарован.) Вы пришли в гости... Простите, что помешал. (Повернувшись к Женщине, многозначительно кланяется.)

Мужчина. Если у вас ко мне не такое уж срочное дело... я попозже сам зайду к вам...

Сосед. Нет, нет, если вы это сделаете, я никогда не прощу себе, что побеспокоил вас... (Шаря глазами по тому месту, где он положил Мертвеца.) Не волнуйтесь, я действительно не отниму у вас много времени... Минут пять-шесть, не больше... Да и того меньше, каких-нибудь две-три минутки...

Мужчина (раздраженно). Недавно с теми же словами здесь появилась ваша жена. Объясните мне, в чем дело?

Сосед (с притворным удивлением). Вот как, моя жена?! Что вы говорите? Я крайне удивлен. Неужели она хотела у вас что-нибудь попросить?..

Мужчина. Ну что вы... Мы не настолько знакомы... Говорила какие-то непонятные вещи... Не знаю ее истинной цели, но мне стало совершенно ясно, что все ее разговоры не более чем предлог.

Сосед. Предлог?

Мертвец. Ой-ой, не слишком ли ты откровенничаешь?! Попридержи язык.

Мужчина (упрямо). Да, именно предлог... Для того, чтобы проникнуть в мою квартиру... Неужели, думаете, мне это не понятно?.. Ведь обычно, встречаясь со мной, она едва здоровается...

Сосед. Хм... Предлог, говорите... Но в таком случае, для чего он ей понадобился? Может быть, у вас здесь случилось такое, что она специально придумала предлог, чтобы зайти к вам? (Беззастенчиво осматривает комнату.) В последнее время я был так занят, что даже не имел времени внимательно читать газеты...

Мужчина. Скажите лучше, какое у вас ко мне дело. Вы же сами говорили, что вам потребуется всего пара минут.

Сосед. Да, две-три минутки... Так вот, мне сказали, будто в нашем доме живет человек, который выиграл в лотерею два миллиона иен. Я подумал, может быть, вы...

Мужчина молчит.

Я ошибся? Тогда прошу прощения... Мне еще говорили, что произошел такой случай, когда детектив-любитель, помогавший схватить преступника, занимавшегося кражей автомобилей...

Мужчина. Я сыт по горло вашими дурацкими историями.

Сосед. Снова не то?.. Объясните мне спокойно, не раздражаясь, что же все-таки произошло.

Мужчина (возмущенно). Никто вам не говорит, что здесь случилось нечто подобное. Вы всё это выдумали сами!

Сосед (спокойно). Только что говорили о каком-то предлоге, придуманном, чтобы проникнуть в вашу квартиру, сами же разожгли любопытство, а теперь...

Во время этой перепалки происходит следующее. Видя, что внимание Мужчины поглощено наблюдением за тем, куда смотрит Сосед, Женщина поднимает с пола книгу. Однако кровавого пятна под ней не замечает. Разглядывает книгу со всех сторон. Потом осторожно раскрывает ее. Ничего не обнаружив, берет за корешок и трясет. Если позволит время, Женщина может подойти к Мужчине, а потом возвратиться на свое место и погрузиться в чтение книги.

В другом конце комнаты Сосед внимательно осматривает все уголки, особенно те места, где, по его предположению, может находиться Мертвец; постепенно внимание его сосредоточивается на кровати, а Мужчина пытается помешать ему смотреть туда.

Мертвец (насмешливо). Оказался между двух огней, — кажется, он влип.

Мужчина (стараясь вытолкать соседа из комнаты). Это просто невежливо. Если у вас ко мне дело, скажите, наконец! Вы меня уже из себя вывели!

Сосед. О-о, я вижу, вы взволнованы.

Мужчина. Ничего удивительного. Без всякой причины приходят сюда то один, то другой, разнюхивают, шпионят...

Сосед (откинув голову). Шпионят?

Мужчина. Какое у вас ко мне дело, какое дело?!

Сосед (не раздумывая). Ну что ты скажешь, главное дело, ради чего пришёл, забыл, возраст сказывается... Да и дело-то это выеденного яйца не стоит... Я бы хотел попросить вашего разрешения заглянуть под кровать...

Сосед снимает ботинки и собирается залезть под кровать. Мужчина моментально хватает его и оттаскивает.

Мужчина. Нельзя. Вы совершаете преступление — незаконно вторгаетесь в чужой дом!

Сосед. Насилие недопустимо, насилие...

Женщина кладет книгу на стол и встает.

Как вы считаете, девушка? (Поворачивается к Женщине и приветливо улыбается.)

Мужчина (заикаясь от волнения). Даже наглость должна иметь какие-то пределы... Черт знает что... Заглядывать под кровать в чужой квартире... Подумайте сами, как бы вам понравилось, если бы с вами кто-то так поступил?!

Сосед. Я?.. Ну что вы, я бы ничего дурного не подумал... Если хотите посмотреть, пожалуйста, хоть сейчас... Прошу вас, не стесняйтесь...

Мужчина (сохраняя самообладание). Вы хотите сказать, что заглядывать под чужую кровать — дело вполне обычное?

Сосед (с непонимающим видом). Почему?

Мужчина. Почему? Потому! Потому, что это переходит все границы!

Сосед (нахально, Женщине). Девушка, не хотите замолвить за меня словечко?..

Мужчина. Лучше скажите, какая у вас цель, какая цель?!

Женщина. Действительно, если бы вы конкретно указали цель...

Мертвец. Хорошо, что она так осторожна. Не зря говорят: язык мой — враг мой...

Сосед (после недолгого раздумья). Давайте договоримся. Если я назову цель, вы мне разрешите заглянуть под кровать...

Мертвец. Я так и знал, что этим кончится. Что же теперь будет?.. Судя по его решительным действиям, он преисполнен уверенности в себе... Как ты ни нападай на него, он, сохраняя полное спокойствие, догадался, что ты пытаешься скрыть улики, это несомненно... И ты оказался в мышеловке... Ну что ж, сам заварил кашу, сам и расхлебывай, но все-таки жаль, что так получилось... Я плохого не посоветую, пойди с повинной, и как можно скорее... Единственный путь, который у тебя остался, — пока не поздно, пойти с повинной, это произведет на полицию хорошее впечатление...

Мужчина. Ни за что!

Сосед (нисколько не удивившись). Не хотите? Тогда...

Женщина. Может, все-таки спросить, что ему нужно?

Мужчина. Не хочу! Категорически отказываюсь. Всё, уходите!

Сосед (соглашается удивительно легко). Вот как? Ну что ж, если вы даже не хотите узнать причину моего появления, ничего не поделаешь... Простите за беспокойство.

Закрыв и заперев дверь за Соседом, которого точно ветром сдуло, Мужчина стоит некоторое время в растерянности. Женщина, явно встревоженная, подозрительно смотрит то под кровать, то на Мужчину.

Картина пятая

Мертвец. Ну и ловкач. С самым невинным видом, перед тем как уйти, взвалил вину на тебя. (Мужчина насторожился, но это только радует Мертвеца.) Сколько бы ты им ни твердил, что они ведут себя подозрительно, у них есть прекрасный способ отговориться: мол, ты не счел даже нужным узнать причину их появления. И представь себе весь комизм положения, когда свидетелем должна выступать твоя девушка.

Мужчина сердито оборачивается к Женщине.

Женщина (умиротворяюще). Странный человек... Какой ему интерес, что делается под кроватью в квартире совершенно постороннего человека?

Мертвец. Надо бы объяснить ей причину.

Мужчина. Какая там еще причина!

Женщина. Но все-таки стоило, наверное, узнать у него, что это за причина, а? Мне любопытно.

Мертвец. Не тянется ли туда крысиная нора? Нет ли там пятен от протечек?..

Мужчина. Повод!

Женщина. Повод? Какой же? Этот человек задавал тот же самый вопрос, но все равно...

Мужчина (возмущенно). Даже ты подозреваешь меня!

Женщина (испугавшись его грозного вида, старается свести всё к шутке). Ничего я тебя не подозреваю. Но мне интересно, что тут удивительного? Представь себе, что крыса притащила сюда от соседей бриллиант. И они, подумав, как бы их не обманули, пришли проверить, всё ли на месте.

Мужчина (обрывает Женщину). Да брось ты! Только время напрасно отняли у нас. Но теперь всё, с этим мерзким делом покончено...

Мужчина, заметив, что с пола исчезла книга, застывает в удивлении.

Женщина (медленно берет со стола книгу). Вот она... Прости, пожалуйста... меня она все время беспокоила, ничего не могла с собой поделать... Как соринка в глазу... (Берет книгу за корешок и встряхивает.) Видишь, ничего, правда?.. Никакого взрыва, никакого дыма... Самая обычная книга... Поняв это, я обрадовалась... Тебя, разумеется, волнуют более психологические, более философские вещи, а то, что я сделала, возможно, покажется тебе глупостью... Но все равно, главное — понять, что к чему... Мне было вполне достаточно убедиться, что это самая обычная книга... (Протягивает ее Мужчине.) Ты меня, надеюсь, простишь?

Мужчина (беспокоясь, что она заметит кровавое пятно). Неважно, положи где-нибудь здесь...

Женщина (снова кладет книгу на стол). Я рада, что ты меня не ругаешь... (Улыбается.) Женщина, если только ей не делают зла, становится такой послушной, такой покорной. Чайник остыл, сейчас я его подогрею.

Женщина поднимает упавшую чашку и, взяв чайник, уходит вправо.

Мужчина (ни к кому не обращаясь). Кажется, пронесло...

Мертвец (ехидно). Вот, вот. Обычный трюк женщины — перед тем как что-нибудь выпросить, награждает улыбкой.

Мужчина. Разве она собирается что-то выпрашивать?

Мертвец. Подожди, сам сейчас увидишь...

Мужчина неожиданно вынимает из кармана платок и, прислушиваясь, не идет ли Женщина, обмакивает его в заварочный чайник, оставшийся на столе, и начинает стирать с пола пятно.

Мертвец (в замешательстве). Ой, что ты делаешь?! Прекрати!

Мужчина. А-а, семь бед — один ответ.

Голос Женщины. Все тарелки у тебя грязные, я потом помою.

Мужчина. Буду весьма признателен...

Мертвец. Не исключено, что это пятно — единственный оставленный мной путь к истине!

Мужчина (трет изо всех сил). Пропади она пропадом, эта истина.

Мертвец. Нет, она не пропадает. Меняется, но не пропадает. Пятно крови мстительнее любой, самой стойкой краски. Путь к истине может быть прегражден, но это только откроет дорогу ошибкам, вот в чем дело. И может так случиться, что этот путь приведет тебя на виселицу...

Пятно никак не оттирается, Мужчина начинает терять самообладание.

Голос Женщины. Здесь белая бутылка с оторванной этикеткой, в ней моющее средство?

Мужчина. Возможно... Да, именно это мне и нужно... (Будто что-то вспомнив, выпрямляется.)

Мертвец. Ничто тебя не учит — все твои усилия ни к чему. Неужели не дошло? Чем больше будешь тереть, тем глубже пятно будет уходить в пол.

Мужчина. Брось трепаться! (Встает и идет направо.)

Мертвец. Понятно! Неужели ты собираешься воспользоваться моющим средством?!

Мужчина. Нет, это мне все понятно. Если я буду слушать, что мне говорит не желающий примириться со своей смертью покойник, плохо мне придется. (Уходит.)

Мертвец (с досадой). Встретился мне на моем пути этот слабак, размазня... По его милости я теперь убит дважды... Первый раз — физически, второй — в сердце чужого мне человека... Закон осудит лишь первого убийцу, а ко второму отнесется снисходительно — можно ли после этого говорить о беспристрастии закона?.. Ничего удивительного — его писали законники, еще не испытавшие на себе, что такое смерть... А второе убийство и в самом деле гораздо страшней... Стать еще при жизни никому не нужным — это же равносильно тому, чтобы не жить вовсе... Все равно что валяющиеся в темной пустоте разбитые гэта или корки хлеба — мимо них пройдет каждый, даже не удостоив взглядом... Просто мурашки по спине бегут... Может ли человек вынести такое? Неужели люди, которые стремятся хотя бы чуточку вкусить жизни, не понимают всего ужаса этого?

Удивительно спокойный смех Мужчины и Женщины. Справа появляется Мужчина, он смотрит в ту сторону, откуда пришел. В руках у него бутылка с моющим средством.

Голос Женщины. Правду говорю, я слышала, что тараканы ощущают запах пищи усами. Поэтому таракан, у которого обрезаны усы, как собака, лишенная обоняния, погибает от голода...

Мужчина. В таком случае, придется завести специальный прибор, сбривающий усы тараканам.

Голос Женщины. Я не вру, это самая настоящая правда... (Тихонько напевает.) Когда я всё уберу, здесь будет совсем пусто. Я делаю это прямо с материнской любовью, будто это и не кухня... (Продолжает тихо напевать.)

С лица Мужчины, который до этого был настроен на тот же лад, исчезает улыбка. Он решительно направляется к пятну крови.

Мертвец. Хм, неужели приводить в порядок кухонную мебель и утварь — это и есть материнская любовь?.. Кажется, твоя девушка лишена воображения. Может быть, она тебе и подходит, но...

Мужчина. Мне от твоих слов ни холодно, ни жарко, злобствуешь, вот и всё... (Смачивает платок моющим средством.) Тебе осталось быть здесь совсем недолго, так что постарайся сохранить о себе хорошее впечатление. А я тайком помолюсь за упокой твоей души...

Мертвец (Мужчине, начавшему стирать пятно платком, смоченным моющим средством). Во что бы то ни стало хочешь это сделать?

Мужчина. Сказал, кажется, не нужны мне твои советы.

Мертвец. Поступай как знаешь. Но учти — потом будешь раскаиваться, что не прислушался к моим словам.

Голос Женщины. Этот кетчуп весь заплесневел!

Мужчина. Пустяки, выбрось его, и всё.

Мертвец. Было бы благородней с твоей стороны честно рассказать ей всю правду, пока ее материнская любовь к кухне не стала слишком сильной, ты со мной не согласен?

Мужчина (плюет на пятно и снова трет изо всех сил). Разве ты не слышал, как я ей объяснял, и она все прекрасно поняла? (Цокает языком.) Кто изобрел эти чертовы циновки, с которых так трудно счищать грязь!

Мертвец. Что она поняла?

Мужчина. Мои расчеты — если даже утащить тебя в чью-то другую квартиру, дорого это не обойдется.

Мертвец. Самообман. Мне кажется, именно то, что ты сейчас делаешь, лучшее доказательство полного отсутствия у тебя уверенности в себе. Я бы на твоем месте решительно попросил ее либо немедленно уйти, либо посмотреть, что делается под кроватью, и убедился, что она готова действовать заодно с тобой.

Мужчина. Нонсенс. Это только в романах бывают остросюжетные ситуации, умопомрачительные события. А в реальной жизни лучше обойтись без таких сюжетов. Только чтобы не быть втянутым в сюжет или, лучше сказать, в неприятную ситуацию, каждый из кожи лезет вон, вносит высокую плату за учение, стараясь окончить университет и получить тепленькое местечко. (Внимательно смотрит на пятно.) Как будто всё в порядке. Теперь, если даже заметят, вряд ли придадут ему какое-то значение.

Мертвец (ехидно). Ну-ка, ну-ка...

Мужчина. Всё в порядке. Циновка выглядит как новенькая, белым-бела.

Мертвец. Должен тебя огорчить — сейчас в ходу не белые циновки, а цвета пшеничной соломы. Правда, человеку свойственно за деревьями не видеть леса...

Мужчина (немного растерянно). В глаза, конечно, бросается, это верно...

Мертвец. Привлекает не меньшее внимание, чем звезда первой величины...

Мужчина. Но кровавое пятно ушло — тут уж ничего не скажешь.

Мертвец. Перестань, ты точь-в-точь таракан с обрезанными усами. Специалист найдет сколько угодно доказательств, что это место подтерто преднамеренно. Невооруженным глазом можно и не заметить, но стоит воспользоваться люминолом — кровь моментально проявится. Ну что, будешь и дальше утверждать, что к моему мнению нечего прислушиваться?

Мужчина молчит.

Во всяком случае, белизна весьма многозначительна. Она напоминает мне сигнал, который подают в темноте карманным фонариком.

Голос Женщины. Чайник вскипел!

Мужчина (испуганно). Что же делать?!

Мертвец. Как что? Исполнить свой долг!

Мужчина. Почему именно на меня должно было свалиться это несчастье!

Мертвец. Потому что ты есть ты — другого ответа быть не может.

Голос Женщины. Приди за чайником!

Мужчина (Женщине). Иду... (Мертвецу.) Но неужели и она мне не поверит?

Мертвец. Мои слова могут показаться безответственными, но для нее ты не более чем строительный материал, чтобы создать семью, материал удобный, не доставляющий трудностей, лишенный дурных наклонностей, легкий в обращении...

Мужчина. Не может этого быть. Она сама меня выбрала!

Мертвец. Тогда лучше всего честно рассказать ей всю правду и попросить помочь тебе.

Мужчина (оглядываясь по сторонам). Нет, можно найти и другой способ... Я ни за что не смирюсь с тем, что стал твоей жертвой... Сколько меня ни умоляли, я всегда отказывался участвовать в профсоюзном движении... как бы в глубине души ни был согласен с политическим воззванием, никогда не ставил под ним своей подписи, а когда мне приходилось участвовать в демонстрации, всегда старался держаться подальше от остальных... делал всё, чтобы не бросаться в глаза... Я поступал так не потому, что считал подобное поведение правильным... Каждый старается себя убедить, что не может совершить тот или иной поступок по своим внутренним убеждениям... Может быть, мои колебания вызваны тем, что я хочу избежать влияния мирового большинства? И вот теперь, по милости этого покойника, который нужен мне как собаке пятая нога...

Голос Женщины. Ну что ты возишься? У меня руки заняты. Я мою рис.

Мужчина (Женщине). Там есть лапша-полуфабрикат в банке, залей водой, и можно будет сразу же есть.

Голос Женщины. Терпеть не могу эту лапшу.

Мужчина (Женщине). Иду, иду. (Направляется в сторону кухни, по дороге оглядывается.) Что-то предпринять страшно, ничего не предпринимать — еще страшней... Но я пока в состоянии преодолевать страх...

Мертвец. Скорее всего, благодаря ей.

Мужчина. Интересно, что ты представлял собой при жизни?

Мертвец. Покойник обречен на молчание, и к тому же, я не хочу говорить о том, что выходит за рамки твоего воображения.

Мужчина (что-то усиленно обдумывая). Неужели я просчитался?.. И это белое пятно... (Его вдруг осеняет.) А что, если наделать таких, совершенно одинаковых, пятен по всему полу?.. Одно в самом деле может показаться чем-то исключительным, а если пятен много, их воспримут как нечто естественное... (Идя вправо, оглядывается на Мертвеца.) Ну как? По-моему, ничего не предпринимать и быть неспособным к тому, чтобы что-то предпринять, совершенно разные вещи... Зря ты меня ни во что не ставишь... (Уходит.)

Мертвец, покачивая головой, провожает взглядом Мужчину, резко наклоняется вперед. Потом пристально смотрит на пятно от стертой крови.

Голос Женщины. Осторожно, горячо. Еду я сейчас принесу.

Голос Мужчины. Мне просто неловко...

Мертвец, сопя, становится на колени у кровати и заглядывает под нее.

Голос Мужчины. Хм, здесь такой порядок, будто я ошибся квартирой!

Мертвец. Какой там порядок! Меня всего искорежил, будто я водяной клоп!

Голос Женщины. Зато, когда наведен порядок, это распаляет фантазию, верно? Начинаешь планировать, чем занять освободившееся место...

Мертвец (со стоном). Черт возьми, интересно, чем ты займешь освободившееся после меня место?! Хоть я и нужен тебе как собаке пятая нога... Но зачем же обращаться со мной, будто я так мешаю! Я ведь не претендую на бронзовый памятник!.. И зачем ты приводишь в пример демонстрацию?.. Я ведь ничего подобного не говорил!

Голос Женщины. А сюда мы повесим полку, — правда, будет удобно? Сделаем ее из трубок, хорошо?

Голос Мужчины. Когда живешь один, любое удобство оборачивается лишней заботой.

Голос Женщины. Если не ощущаешь неудобства, не возникает и идея удобства.

Мертвец (подняв голову). Ну вот, пришли, наконец, к возникновению идеи... А я только и мечтаю о том, чтобы возникла идея!.. Пока жив, застраховать воспоминания... Причем платить лишь за идею воспоминаний, и ни иены сверх этого. (Встает и начинает говорить тоном докладчика.) Да, платить страховку во имя того, чтобы оставшиеся в живых после твоей смерти отдавали тебе дивиденды в виде воспоминаний... И если все люди в конце концов согласятся с этим, они будут платить уважением к опознавательным знакам, будь то гражданство, будь то социальное положение, будь то день, месяц и год рождения, будь то имя и фамилия... Следовательно, общая обязанность всех, кто остался в живых, — обеспечение застрахованных воспоминаний. Услуги по взысканию страховки для покойных — священная обязанность, от которой не вправе уклониться никто из живых... Почему?.. Да потому, что все смертны... (Энергично указывает пальцем вправо.) И ты тоже, конечно, не исключение!.. (Неожиданно успокаивается.) Молодец, замечательный доклад я сделал... Прежде всего, идея страхования воспоминаний чрезвычайно оригинальна... Она весьма элегантна и, к тому же, точно бьет в цель... Неужели я при жизни был таким большим интеллектуалом?

Голос Женщины (кричит). Ой, щекотно!

Голос Мужчины. Прости, прости, здесь слишком тесно...

Голос Женщины. Очень уж я чувствительна, мне это все говорят. Я сказала «все», но, надеюсь, ты понимаешь, только девушки...

С этими словами Мужчина и Женщина возвращаются — она с чашками, он с чайником в руках.

Мертвец. Вот жалкое зрелище! Ходит за ней как привязанный.

Мужчина (перебегая взглядом с Мертвеца на белое пятно на полу). Честно говоря, у меня тоже было такое предчувствие.

Женщина. Предчувствие? (Берет у Мужчины чайник и заваривает чай.)

Мужчина. Я имею в виду идею удобства.

Женщина (с сомнением). Будто бы?

Мужчина. Это я только кажусь неряхой, но, в сущности, очень люблю чистоту и порядок. (Осматривает пол, выискивая грязные места, которые собирается почистить.)

Мертвец. Затолкал труп под кровать, а теперь разглагольствует о чистоте и порядке, слушать противно!

Женщина (разливает чай). Вернемся к тому, что ты назвал предчувствием. Скорее это не предчувствие... понимаешь... как бы это лучше выразиться... переполняющее тебя желание, что ли... Его можно назвать и планом, но оно возникает до того, как план созрел... Может, и правда — предчувствие... Во всяком случае, это первый шаг, верно?

Мужчина (бессмысленно). Да, это так...

Женщина (протягивает Мужчине чашку). Давай попьем, пока нам никто не помешал. Сахару один кусок, два?

Мужчина. Один... Спасибо.

Женщина. Ну что ты меня все время благодаришь, не нужно. А то потом совсем перестанешь. (Делает глоток.) Да-а, о чем же это я?

Мужчина. О каком-то первом шаге... (Отпивает.) Слишком слабый!

Женщина. Второй раз заваривается, ничего не поделаешь. О каком это первом шаге?

Мужчина. Действительно, о каком?.. Положу еще кусочек сахара.

Женщина. Вспомни, о чем мы говорили. У нас ведь был очень серьезный разговор.

Мужчина. Да, ты права... (Не вспомнив, с наслаждением пьет чай.)

Мертвец. Я всё понял. Так и должно быть? Ты погружаешься все глубже и глубже. Это первый шаг к разрушению личности.

Женщина. Знаю, о чем я говорила, вспомнила. Речь шла о первом шаге к тому, чтобы двое объединились в одно целое... О предварительных условиях для этого.

Мужчина. Да, могу сказать, что с недавних пор мной все сильнее овладевает какое-то странное состояние...

Женщина. Какое?

Мужчина. У меня появилось удивительное желание, которого я в жизни еще никогда не испытывал... По-моему, я тебе только что говорил об этом?.. Его можно назвать неким прозрением, заставляющим стремиться к чистоте и порядку. (Оглядывает комнату.) Мне хочется очиститься от всей окружающей меня грязи, чтобы не осталось ни пятнышка...

Мертвец. Напрасно стараешься.

Женщина (с жаром). А я хочу совершить нечто такое, что позволит мне проникнуться еще большей материнской любовью... Я тебе уже говорила о своем плане заполнить нужными вещами каждое свободное место, которое сейчас пропадает... Убирая на кухне, я вдруг почувствовала непреодолимое желание сделать это... А вернувшись в комнату, испытала еще бóльшую уверенность в такой необходимости...

Мужчина. Видишь ли, я хочу не столько заполнять, сколько убирать.

Женщина. Это одно и то же... В результате и ты и я мечтаем о пустом пространстве, правильно? Рискнем!.. Нужно рискнуть!.. (Словно уговаривая себя.) Я решила рискнуть... Да, я всё понимаю и решила рискнуть... (Задумчиво.) Странная я все-таки... Ведь до сих пор ни о чем конкретном мы еще не говорили... И такое желание возникло у меня совершенно непроизвольно...

Мужчина (горячо). Что в тебе странного? Любовь как предмет сделки — это же совсем другое дело. Конечно, когда она возникает естественно. Разве ты сама этого не говорила? Одно то, что ты пришла в дом холостяка, — это ответ, гораздо выразительней миллиона слов.

Женщина. Так-то оно так...

Мужчина. Я написал тебе семь писем. Из них ясно видно, как я отношусь к тебе. И вот теперь ты уже действиями ответила мне. Ни один разговор не может быть выразительнее этого. Какие еще у нас проблемы?

Женщина. Может, и правда нет...

Мужчина (весело). Представить себе не мог, что ты такая открытая...

Женщина, играя чашкой, смущенно улыбается. Мужчина, обернувшись, высокомерно смотрит на Мертвеца.

Мертвец (указывая на кровать). Теперь я бы хотел присутствовать на церемонии вашего восшествия на ложе. Стесняться нечего. Ведь свидетелем будет покойник, и беспокоиться, что он начнет прыгать от возбуждения, тоже не приходится. Ну, чего медлишь? Всё нужно делать вовремя. Упустишь возможность — и все пропало. Если сразу не удалось вдеть нитку в иголку, то потом, чем больше суетишься, тем хуже слушается рука. Не зря же говорят: неудовлетворенность выводит из себя.

Женщина (неожиданно). Какая ширина этой кровати?

Мужчина (удивленно). Что?

Женщина. Ничего особенного... Не обращай внимания... Просто я продолжаю наш разговор... (Понизив голос.) Может, стоит это сделать? — вот что я хотела сказать... (Снова говорит громко.) В этой комнате у тебя стол, стулья, кровать — и всё?.. Значит, сколько же у тебя остается свободного места...

Мужчина. Знаешь, я до сих пор не мерил...

Мертвец. Ну и дурак же ты, неужели не понимаешь, что она приглашает тебя всё измерить, включая кровать?!

Женщина. Хотя бы приблизительно...

Мужчина. Что же делать... У меня даже и рулетки нет...

Женщина. Понимаешь, я все это говорю, как бы это лучше сказать... У меня интерес чисто материнский... Хватит ли на двоих ширины кровати — вот что я имела в виду.

Мертвец. О-о, это уже атака!

Мужчина (быстро). Приблизительно... В общем, я думаю, как раз... (Неуверенно раздвигает руки.)

Женщина (сразу же переходит на деловой тон). Вижу, не особенно удобная, а покупать новую — хлопотное дело. Я всегда испытывала к тебе душевную близость, сейчас сам увидишь... (Вынимает из сумки блокнот и быстро листает страницы.) Я попыталась составить несколько планов нашего нового дома — от самого скромного до самого роскошного... Вот план А, вот план В, вот план С, вот план D... если отказаться от кровати, то расходы, предусмотренные планом С, можно свести к намеченным в В. Правда?

Женщина вынимает счеты и ловко считает. Мужчина и Мертвец оторопели.

Мертвец. Смотри, всё как я говорил. Ты не более чем строительный материал в ее планах создания семьи... Ты тоже хороший дурак — позволить, чтобы такая женщина обвела тебя вокруг пальца... Причем, даже меня в это дело втянули!

Женщина (как будто случайно посмотрев на Мужчину, пытается заглянуть ему в глаза). Ты удивлен? Мне не следовало так себя вести?

Мужчина. Нет-нет, продолжай. Я не отношусь к романтикам, которые думают, что семейная жизнь состоит сплошь из одних признаний и клятв.

Женщина (успокоившись). Правда? Если бы ты был против, я бы не стала этого делать. А ломаться и болтать о каком-то фильме или о погоде, как я это делала раньше, теперь уже ни к чему... У любой женщины хватит на это ума... но сегодня, когда я стала говорить то, что думаю, тебе показалось, что я притворяюсь, да? Я же просто хотела, чтобы тебе было со мной интересно... Возьмем хотя бы твои письма — это же сплошные финансовые отчеты, верно?.. На сколько процентов в установленные сроки повышается твое жалованье, средняя сумма дополнительных выплат, ты выводил сложные проценты роста твоего вклада... Вот-вот, у меня с собой самое последнее твое письмо... Я тебе его сейчас прочту, для примера.

Мужчина (поспешно). Не надо, не надо. Писать тебе о своих чувствах мне было неудобно, и я пытался прятать их за цифрами.

Женщина. Я тебя не собираюсь ругать за это... (Подавшись вперед.) По правде говоря, тетушка, читая твои письма, была просто растрогана!..

Мужчина (удивленно). Это ужасно! Показывать мои письма постороннему человеку!

Женщина (спокойно). Но она же была растрогана, — значит, ничего плохого не случилось, согласен? Все хорошо, что хорошо кончается. Что мне говорила тетушка, как ты думаешь? Человек, который пишет подобные письма, вполне самостоятелен. И такой самостоятельный человек твои письма будет воспринимать как стихи, вот что она мне говорила!

Мужчина. Как стихи?

Женщина (кивает). Да, как стихи...

Мужчина. Это в каком же смысле?

Женщина. Согласись, есть немало случаев, когда, желая привлечь женщину письмами, их испещряют цифрами, навязчиво демонстрируя свою обеспеченность. Что же касается твоих писем, ты скромно выстраивал в них славные, похожие на котят, циферки...

Мужчина. Понял.

Женщина. Тогда слушай меня, я должна еще кое-что сказать...

Мужчина (глядя искоса на ухмыляющегося Мертвеца). Говорю же, я всё понял!

Женщина. Если в самом деле понял, это очень хорошо... Значит, ты понял и то, что я только что делала? (Протягивает руки, показывая ему блокнот и счеты.)

Мужчина. Понял!.. Это признание в любви на манер твоей тетушки, да?

Женшина. Моей любви!

Мужчина. Да, твоей...

Женщина (радостно и в то же время простодушно). Ой, как хорошо!.. Я, в общем, предчувствовала это... Мы очень близки друг другу по духу... Тетушка тоже так считает, ведь брак, который заключают, исходя из таких понятий, как любовь, понимание, согласие, никогда не бывает долговечным. На гораздо более твердой основе строится брак, который заключают после бесед о домашней обстановке, утвари, электроприборах, — он всегда долговечен.

Мужчина. Мне кажется, ты рассуждаешь несколько примитивно. Вот я, например, ничего...

Женщина. О-о, прости, пожалуйста! Меня и тетушка предостерегала: никогда не говори такое мужчине, советовала она. Ведь у каждого есть самолюбие, верно? Тебе неприятен этот разговор?

Мужчина. Нет, ничего страшного... Но сколько ни накупай электроприборов, главное...

Женщина (прерывая его движением руки). Хорошо. Я выбрала именно тебя. Я бесконечно верю в свою интуицию... (Принюхивается.) Подожди! Схожу уменьшу огонь под рисом. (Протягивает блокнот.) Просмотри эти наброски...

Женщина поспешно убегает направо.

Мертвец (пытаясь через плечо Мужчины заглянуть в блокнот). Интересно, она большая дура или большая умница?..

Мужчина (увертываясь). Не говори о ней в таком тоне!

Мертвец (смущенно). Действительно, в твоем положении ты ничего другого сказать не можешь... Но подумай сам, подходит ли она тебе?..

Мужчина (скрипя зубами). Я влюблен в нее! И кто бы мне ни говорил, что бы мне ни говорили, я все равно женюсь на ней!

Мертвец (отступая). Ладно, я всё понял... Теперь уже нет смысла заниматься психоанализом... Но все же, каково ее психическое состояние? По-моему, весьма ненадежное... Знаешь, как это бывает: посмотришь — вроде небо чистое, но вдруг на горизонте замечаешь черные тучи...

Мужчина (кладет блокнот). Ты мешаешь нам уже одним тем, что валяешься под кроватью! Очень прошу тебя, не надоедай хотя бы сверх этого.

Мертвец. Я валяюсь здесь не по своей воле.

Мужчина. До ночи я тебя обязательно перетащу куда-нибудь в другое место.

Мертвец (покорно). Твое дело... Но тебе следует еще раз хорошенько всё обдумать...

Женщина стремительно входит.

Женщина. Ну как?

Мужчина. Что ж, все спланировано...

Женщина. Да нет, это еще рассыпанные детские кубики. Я же тебе говорила, что позже мы с тобой вдвоем обдумаем, что лучше всего составить из них.

Мужчина. Рис сварился?

Женщина. Еще минут десять... С чего же нам лучше всего начать из того, что там записано?

Мужчина. Из того, что там записано? Может, с покупки всего необходимого?

Женщина. Угу, пункт В...

Мужчина. Совершенно верно, теперь я уже не буду часто отлучаться из дому, как это было до сих пор, давай прежде всего приобретем телевизор...

Женщина. Телевизор?

Мужчина. Неужели тебе не по душе мое предложение?

Женщина. Конечно не по душе. Так сразу и начнем с покупки телевизора? Я спрашиваю, что выбрать из группы В...

Мертвец. Как она разговаривает, я бы ей врезал как следует...

Мужчина. Говорю тебе, отстань!

Женщина. Я?..

Мужчина (растерянно). Ничего не пойму... Наверное, в ушах шумит. Какой-то странный голос слышится... (Щупает пульс.) Как будто нормальный... Ты ничего не слышишь?.. Не пойму, в чем дело...

Женщина (сразу же взяв себя в руки). Это всё от нервов. Нечего беспокоиться... Я, так нисколько не беспокоюсь... Уверена, что ничего страшного... (Кокетничает, стараясь привлечь внимание Мужчины.) Ну так как, выслушаешь мой план?.. Я бы прежде всего постелила на пол ковер.

Мужчина. Ковер?.. (С беспокойством.) Зачем?

Женщина (осматривая кровать). Понимаешь, ведь все равно уже пришло время менять циновки. Лучше добавить немного и...

Следуя за взглядами Мужчины и Женщины, видишь, что они устремлены на то место, где было пятно крови. В какое-то мгновение Мужчина, возможно, не отдавая себе отчета, берет бутылку с моющим средством, стоящую у ножки стола, и, вылив немного содержимого на совсем другое место, начинает старательно его тереть.

Что ты делаешь?

Мужчина (притворяясь спокойным). Я же тебе только что говорил: какое-то непреодолимое стремление к чистоте и порядку... (Указывая на то место, где было пятно крови.) Когда ты мыла рис, я потер здесь, хотел посмотреть, что получится... Вот теперь и здесь побелело!.. (Ищет еще одно пятно и, найдя, переходит к нему и начинает тереть.) Не знаю почему, но, если уж мне что-то взбредет в голову, удержать себя не в силах...

Женщина (обеспокоено). Оставь! Если у тебя такая непреодолимая тяга к уборке, я потом протру тряпкой весь пол.

Мужчина (снова переходя на другое место и продолжая работу). Уборка — это совсем не то. Ты же согласилась со мной, когда мы говорили об этом... Чтобы двое стали одним целым, необходимо свободное пространство, которое они должны занимать вместе, — это же твои слова...

Мертвец. Он ненормальный, определенно ненормальный!

Женщина (с нарастающей беспомощностью). Но в твоих действиях нет никакого смысла.

Мужчина (перейдя на другое место, продолжает тереть.) Конечно нет никакого смысла. Но ведь не кто иной, как ты, говорила, что это то же самое, что заполнять все пустые уголки вещами... (Отдыхает.) Помочь не согласишься?

Женщина. Перестань, прошу тебя!

Мужчина (неожиданно на лице его появляется жалкое, просительное выражение). Ну что ж, ясно. Сколько я еще смогу без передышки продолжать эту работу?.. Минут тридцать-сорок... Потом, если буду в силах, минут по двадцать на каждую стену... Вот и всё...

Женщина. Насмехаешься?

Мужчина. Насмехаюсь? Почему?

Женщина. Ты хочешь показать, что мой план так же бессмыслен, как твое стирание пятен, да?

Мужчина (в отчаянии). Ошибаешься, сильно ошибаешься, интуиция на этот раз подвела тебя...

Женщина. Почему ты считаешь, что ковер не нужен?.. Ведь ковром можно закрыть все пятна.

Мужчина. Конечно, я согласен на ковер. Я и не думаю возражать. Но сейчас он все равно ни к чему. Если мы расстелим его до того, как уничтожим пятна, сам ковер будет выглядеть огромным пятном. (Переходит на другое место и снова начинает тереть.)

Женщина. Не думала я, даже представить себе не могла, что ты окажешься таким человеком...

Мужчина (продолжая работать). Наверное, я кажусь тебе безумцем...

Мертвец. Я даже представить себе не мог, что случится такое... Почему «наверное»? Если найдется человек, который не сочтет тебя безумцем, значит, он сам сумасшедший.

Мужчина. Ну что ж, значит, так суждено... Но если говорить откровенно, я настолько нормален, что у меня даже нет охоты доказывать это...

Женщина. В последний раз прошу тебя... Если ты в самом деле нормальный, прекрати сейчас же!

Мужчина (наконец прекращает работу). По запаху рис уже сварился! Я достаточно нормален, чтобы понять хотя бы это... Но тебе сейчас не до риса... И ты считаешь, что было бы смешно прямо сейчас сорваться и побежать на кухню... Я даже это могу понять, так что, как видишь, нормален дальше некуда... Но все равно я не могу прекратить эту работу... (Снова начинает тереть.) С рисом будь что будет, но, если бы у тебя хватило великодушия не обращать внимания на мои причуды, ты доставила бы мне этим большую радость...

Женщина. Ошиблась я в тебе. Даже представить себе такое не могла...

Мужчина (встав, рассматривает пятна, оставшиеся после стирания, потом переходит на новое место и снова начинает тереть). Ты говоришь «представить себе такое», что это означает — «такое»? Ты имеешь в виду, что не могла представить себе, как ты отнесешься к моему несчастью?

Женщина. Ты говоришь о своих причудах или о своей беде?

Мужчина. И о том, и о другом, это ведь одно и то же, тебе непонятно?

Женщина. Я, конечно, не могу полностью доверять тому, что сказала тетушка, но...

Мужчина. Ты имеешь в виду ее идею семейного согласия?

Женщина (прикрывает шею воротником). Холодно стало...

Мужчина (вставая). Пахнет горелым... Пойду погашу.

Мужчина уходит направо. Женщина некоторое время стоит неподвижно. Неожиданно, что-то надумав, бросает взгляд вправо и, нагнувшись, заглядывает под кровать.

Мертвец (возбужденно). Есть шанс! Придвинься поближе!

В ту же минуту вбегает Мужчина и останавливается около Женщины.

Мужчина. Нельзя!

Женщина. Почему? Была же причина, почему сосед даже предлог какой-то придумал, чтобы пошарить здесь?

Мужчина. Чепуха все это!

Женщина. Почему же тогда я не могу заглянуть туда?

Мертвец. Наконец-то мы подошли к последнему акту. (Потирает руки.)

Мужчина (медленно качая головой). Отвратительно... Это невыносимо, что ты настолько мне не доверяешь.

Мертвец. Хм, ловко вывернулся.

Мужчина. Тебе, возможно, покажется странным: если мне нечего прятать, почему я не позволяю заглянуть туда... Но ведь и многое другое тоже лишено логики. Начать хотя бы с того, что мое объяснение, почему я так самозабвенно стираю пятна, никуда не годится...

Женщина. Врун!

Мужчина (явно обращаясь к Мертвецу). Нет, я не вру... В эту самую минуту я говорю истинную правду... Никаких особых причин у меня нет... Ведь виноват во всем ты, и никто другой.

Мертвец. Если хочешь вывернуться, делай это по-умному!

Мужчина (Женщине). Ты была недовольна, что у меня шум в ушах.

Женщина (точно произнося заклинание). Ботинки, которые ты прятал за спиной... Книга на полу, которой нельзя касаться... Кровать, к которой нельзя подходить... Под которую нельзя заглядывать... Электрообогреватель, который нельзя включать, не открыв окна... Жар без температуры... Шум в ушах, который все время слышится где-то рядом... Пятна на полу и стенах, которые нужно вывести... (Обхватывает голову руками и всхлипывает.) Почему я не послушалась совета тетушки?..

Мужчина (утешая). Ты имеешь в виду мебель и электроприборы? Тогда можешь не беспокоиться. И ковер, и все остальное, что указано в твоем плане, я тебе куплю...

Женщина (плачущим голосом). Но ты же сам сказал, что, если не стереть пятен, весь ковер превратится в одно сплошное пятно!

Мужчина. Потому-то я и прошу тебя потерпеть еще немного... еще совсем немного...

Женщина (снова всхлипывает). Как я ошиблась!

Мужчина. Твои весы, на которых ты собиралась взвешивать его и меня, оказались неисправными?

Женщина. Да.

Мужчина. На сколько же делений тяну я на твоих неисправных весах?

Женщина (поправляя воротник, дрожа). Зуб на зуб не попадает... Холодно... Нестерпимо холодно...

Мужчина (стараясь скрыть отчаяние). Значит, ты прямо сейчас уйдешь от меня?

Женщина. Нет, я этого не сделаю... Даже если бы решилась, уже не смогла бы...

Мужчина (с надеждой и страхом). Почему?

Женщина. Потому что ты похож на него больше, чем он сам. Хотя мне бы очень хотелось бежать от тебя... (Печально качает головой.)

Мужчина (растерянно). Похож на него? Чем же?

Женщина. Не успела я войти в твою квартиру, как у меня сразу же возникло предчувствие, что произойдет дальше. Ботинки, которые ты прятал за спиной... Книга на полу, которой нельзя касаться... Кровать, к которой нельзя подходить... Под которую нельзя заглядывать... (Задыхается.)

Мужчина (продолжая). Кровать, под которую нельзя заглядывать... Электрообогреватель, который нельзя включать, не открыв окна... Жар без температуры... Шум в ушах, который как будто слышится где-то рядом... Пятна на полу и стенах, которые нужно вывести...

Мертвец. По моей милости они оказались загнанными в угол.

Женщина. Я знала, что потом мне будет становиться все холоднее, все страшнее... Это станет невыносимым, и я, вспоминая, что мне советовала тетушка, начала мысленно заполнять мебелью каждый свободный уголок в квартире... Я поняла, что, пока мы не решим, какого цвета будет ковер, мне не уйти от этого.

Мужчина. О чем он каждый день разговаривал с тобой?

Женщина. Наш разговор тебя бы не удивил. Он говорил мне совсем не то, что ты.

Мужчина. Ну, например?

Женщина. Понимаешь, он не особенно-то и разговаривал со мной... Нет, разговаривал, конечно, но при этом почти всегда сам не верил в то, что говорил, и поэтому его рассказы таяли, как липкая тянучка... Но иногда бывали и такие, которые не таяли... Например, его рассказ о дальней стране... Там, насколько хватает глаз, расстилается бескрайняя равнина, покрытая заросшими болотами и низкорослой травой, и ни одного деревца. На этой равнине, где нет ни единой живой души, затерялся умирающий с голоду ребенок, он все время плачет.

Мужчина. Почему?

Женщина. Сама не могу понять почему...

Мужчина. И поблизости нет человеческого жилья?

Женщина (качая головой). Абсолютно... До самого близкого жилья на автомобиле нужно добираться дня три, а то и четыре.

Мужчина. И в любую минуту можно стать добычей шакалов!

Женщина. Там нет ни шакалов, ни волков. Царит полный покой, и обитают там, наверное, одни только зайцы.

Мужчина. И поэтому?

Женщина. Поэтому ребенок может там плакать до бесконечности.

Мужчина. Ну, а что дальше?

Женщина. Постепенно он ослабнет. Руки, рвавшие воздух, обессилено упадут на грудь, и их сведет судорогой. Голос станет хриплым, прерывающимся, и пока он не умрет от голода, будет плакать тоненьким голоском, точно поет флейта...

Мужчина. Судя по тому, что ты рассказываешь, все так и произойдет, но все-таки...

Мертвец. Главное не результат, а причина. В самом деле грустная история! (Все это время он пребывал в задумчивости.)

Женщина (подозрительно). Может, тебе тоже встречался этот ребенок?

Мужчина. Нет, слышу о нем впервые от тебя.

Женщина. Вряд ли.

Мужчина. Почему ты так считаешь?

Женщина (нерешительно). Трудно сказать... Конечно, это случайное совпадение, но все же... ребенок... тот самый ребенок, умирающий голодной смертью... очень похож на тебя.

Мужчина. Глупости!.. (Растерянно.) Откуда тебе это известно?

Мертвец плюет.

Женщина. Видишь ли, его рассказ был очень подробным. Он рассказывал так подробно, что я видела, точно в кино, всё, начиная от дуновения ветерка и кончая каждой травинкой, ну и ребенка, разумеется. Он без конца повторял свой рассказ... повторял до тех пор, пока до моих ушей не стал явственно доноситься даже голос этого ребенка... (Зажимает руками уши.)

Мужчина. С какой целью он это делал?

Женщина (горестно). Если бы я только поняла!.. Мне бы самой хотелось это знать... Но он никогда ничего мне не объяснял... Он говорил, что если я хочу всё понять, то должна отправиться туда, где этот ребенок... А если пожалею на это силы, компенсация за страдания от сомнений и угрызений совести не составит и одной десятитысячной страданий умершего ребенка.

Мужчина. Отвратительный субъект.

Женщина. Ты не смеешь его так называть!

Мужчина (растерянно). А как же еще?

Женщина. Можно и по-другому, хотя бы не так обидно. В отличие от тебя, у него одни слова. Хотя нет, есть кое-что и кроме слов... У него наколка на подошвах ног.

Мужчина. На подошвах ног? Зачем?

Женщина. Это тоже, конечно, тайна.

Мужчина. Какая-то детская тайна. Что же там выколото?

Женщина. Насекомые, созвездия, ничего не обозначающие знаки, половые органы...

Мужчина (изумленно). Так много?

Женщина (отрицательно качая головой). Он всякий раз называл разные, и я не знаю, что выколото на самом деле...

Мужчина (успокоено). Значит, ты сама не видела?

Женщина. Наколку на подошвах ног делают не затем, чтобы смотреть на нее или кому-нибудь показывать, ее делают только для себя, говорил он.

Мужчина (с досадой). Ну и выдумщик же он!

Женщина. Но мне все это стало невыносимо... Кто бы смог, чувствуя себя учеником на школьном экзамене, безропотно сидеть перед чистым листом бумаги, не в силах написать ни строчки? Я не смогла вынести этого.

Мужчина (отчужденно). Поэтому ты и убежала от него?..

Женщина. В запертой на замок шкатулке есть нечто притягательное. Но если навсегда отдаться этой притягательности, можно в конце концов погибнуть. Есть, конечно, люди, которые не гибнут, но у меня нет для этого ни мужества, ни сил. Поэтому я возвратилась в мир точных ярлыков, на которых указаны и вопросы, и ответы.

Мужчина (неприязненно). В мир, где каждый вопрос снабжен готовым ответом. В безэкзаменационный мир, где для удостоверения личности достаточно лишь указать свое имя...

Женщина. Да-а... (Кивает.)

Мужчина. Найти в себе силы, чтобы побороться с искушением совладать с экзаменационными вопросами, — здесь еще можно понять резон, это все равно что попасть в мир больных туберкулезом — день прожил, и славу богу...

Женщина. Да-а...

Мужчина. Но сможет ли мужчина пережить то, что ему известно, почему женщина выбрала именно его?

Женщина. Сможет, конечно. Ему ведь изо дня в день так много приходится сносить.

Мужчина. Итак, нас с тобой соединил позор.

Женщина. И это можно вынести. Свинье не следует возмущаться, что ее называют свиньей.

Мертвец (отойдя от Мужчины и Женщины, смотрит на них со стороны; говорит, точно произносит монолог). Я лишь чуть-чуть поворчал, пожаловался. У меня и в мыслях не было умышленно заниматься подстрекательством...

Мужчина (горько). Мы оба с тобой заблуждались.

Женщина (кротко). Вот как?

Мужчина. Тебе этого не понять. Я не настолько уверен в себе, чтобы удерживать тебя.

С надеждой смотрит на Мертвеца.

Женщина. Честно говоря, у меня тоже нет уверенности в себе...

Мужчина. Если ты уйдешь, я этого не перенесу...

Женщина (тихо, но решительно). У меня нет уверенности в себе, но я остаюсь.

Мертвец. Какое заблуждение!

Мужчина. Может быть, объяснишь?..

Женщина. Сказать?.. Потому что я поняла — мне не уйти... Никуда не уйти от зова далекого мира, объяснить который невозможно. Какие еще нужны объяснения?

Мужчина. Такой мир во вкусе девушек.

Женщина. Нет, я говорю о жестоком мире. О мире, куда я мчусь, будто объятая пламенем. Пятна на полу, которые не прикрыть никаким ковром, даже самым толстым, свободные пространства стен, которые невозможно заполнить мебелью.

Мужчина. Я бы сказал, что твоя романтичность слишком уж назойлива.

Женщина. В каком-то смысле...

Мужчина. Во всех смыслах!

Женщина. Неужели ползать по полу от пятна к пятну более романтично?

Мужчина молчит.

(Серьезно.) Есть и еще одна важная причина... У тебя лицо, как у ребенка, плакавшего на той равнине.

Мужчина. Дурацкая причина.

Женщина. Нет, мне хотелось бежать от этого ребенка, наверное потому, что, сколько бы ни старалась проникнуть в смысл происходящего, мне бы это не удалось. Где я ни блуждала, где ни оказывалась в поисках безопасного места, все они были еще хуже этого. Сначала я пыталась делать вид, будто противлюсь, даже вопреки сохранению собственного достоинства, но... ничего не получалось... и в конце концов я поджала хвост и капитулировала... Тогда-то я всё и вспомнила, будто вдруг рассеялся туман. Вспомнила, на кого ты похож... Может быть, это и было настоящим побуждением, заставившим меня выбрать именно тебя... И двинуться по неожиданно короткому пути к ребенку, и выяснить всё... Он оказался совсем рядом... (Протягивает вперед обе руки.) Стоит протянуть руку — и можно дотронуться до него, он прямо здесь...

Мужчина (непроизвольно шарахается). Какое заблуждение! Какое заблуждение! Мне бы не хотелось этого говорить, но для тебя же самой лучше вернуться к нему.

Женщина. Ни за что! Наконец-то я там, где мне следует быть.

Мужчина. Хотя только что дрожала от холода.

Женщина. И сейчас мне холодно. Потрогай мою руку.

Мужчина послушно прикасается к руке Женщины, но тут же отдергивает свою руку.

Мужчина. Я повторяю, тебе лучше вернуться к нему.

Женщина (отрицательно качая головой). У него меня ждут одни разговоры. Только разговоры, суть которых ни за что не прояснить.

Мужчина. А что есть здесь? Ничего, более чем ничего, от этого меня самого бросает в дрожь.

Мертвец. Однако, как это ни прискорбно, здесь есть я.

Женщина. Есть, есть нечто такое, чего нельзя назвать обыкновенным словом «есть»...

Мертвец. Например, мертвец.

Женщина. Да, например, нечто похожее на призрак...

Мужчина (вздрогнув). Но какая тебе от него польза? Зачем тебе это?

Женщина. Зачем, зачем, зачем... Я нахожусь в самом центре этого «зачем». (Вид удовлетворенный.)

Мужчина. Ну что же, дело твое... Во всяком случае, я, с твоего позволения, буду продолжать труднообъяснимую работу, которая тебе не по душе... (Выливает на носовой платок моющее средство и снова начинает тереть пятна.)

Женщина. Я помогу... Где взять тряпку?

Мужчина (удивленно). Только что ты заставляла меня прекратить эту работу.

Женщина. Потому что не могла тебе поверить...

Мужчина (прекращает тереть). Прекрати. Почему ты настаиваешь? Тебе незачем заниматься этим. Ты нормальная и поэтому никогда не сможешь понять меня.

Женщина. А ты понимаешь?

Мужчина молчит.

(Вынимая из сумки носовой платок.) Понимать нужно, когда тебе что-то рассказывают. Какой толк стоять около плачущего от голода ребенка и понимать, что он плачет?

Мужчина. А что нужно делать?

Женщина. Спокойно всё оценить, и если можно что-то сделать — сделать это, а если невозможно — заплакать вместе с ним. (Смачивает платок моющим средством.)

Мужчина. Если так поступишь, то, не исключено, и умрешь вместе с ним голодной смертью.

Женщина. Верно, но если нет другого выхода... (Находит пятно и начинает тереть.)

Мужчина. Прошу тебя, прекрати! Я тоже прекращу...

Женщина (умоляюще). Мне это необходимо. Я отчаянно борюсь со страхом, от которого можно сойти с ума. Точно впервые в жизни прыгаю с парашютом. И при этом крепко стискиваю зубы, надеясь, что рано или поздно парашют раскроется.

Мужчина. Вот я и говорю тебе — прекрати. Это ничего не даст.

Женщина. Разве я уже не прыгнула? Нет, прыгнула. Что я буду делать, если ты меня не поймаешь?

Мужчина (не зная, что предпринять). Ничего подобного!.. Ты ошибаешься во мне. Ты ошибаешься во мне и не понимаешь, что произошло... Такой человек, как я, возможно... (Запинаясь.) Да нет, все, что случилось... Прошу тебя, прекрати! Брось свою тряпку и вставай!

Женщина. Неужели ты мне настолько не веришь?

Мужчина. Ошибаешься. Тебе все представляется разрозненным, не связанным между собой, может быть даже странным, но это происходит только из-за того, что ты не имеешь ключа к тому, что случилось! (Непроизвольно указывая пальцем под кровать.) Для тебя это...

Мужчина смотрит на свой палец и тут же убирает его. Однако Женщина успевает заметить. Она бросает на пол платок и медленно поднимается. Мертвец в напряжении.

Женщина (шепотом). Продолжай!

Мужчина молчит.

Мертвец (сочувственно). Вот шанс, чтобы принять окончательное решение. Жаль, конечно, но никуда не денешься, коль уж дошло до этого...

Женщина (задумчиво). Хочу спросить... Прошу тебя... Больше всего мне хочется заглянуть туда, правда... Я точно от любви сгораю, так хочется заглянуть.

Мужчина. Нельзя! Кроме того...

Женщина. Но я уже прыгнула. И решилась согласиться на всё. На то, что ты говоришь, на то, что ты делаешь, на то, что находится в этой комнате...

Мужчина. Тогда прекрати! Я же тебя просил! Это обыкновенное недоразумение!

Женщина. Хватит объяснять это недоразумением. (Указывает пальцем под кровать.) Вот где ключ...

Мужчина молчит.

Мертвец. Ну что же ты? Чего ты теперь-то колеблешься?

Женщина. Я поняла... прекрасно поняла... что там, под кроватью...

Мужчина (в волнении). Что же там?

Женщина. Пустота... Правильно? (Улыбается.)

Мужчина (растерянно). Да-а, понимаешь...

Мертвец. Здóрово...

Женщина (успокоено). Здорово я догадалась, а? На это у меня ума хватило. Итак, ключ, который позволяет всё объяснить, — пустота. Предлог, чтобы заставить меня отказаться от тебя, тоже пустота. На этот раз, как видишь, ты проиграл.

Мужчина. Нет, не пустота. Никакая там не пустота.

Женщина. Тогда я хочу увидеть, что это за ключ.

Мужчина. Прошу тебя. Пойми, ты заблуждаешься. Я совсем не тот человек, за которого ты меня принимаешь. Твое пробуждение будет ужасным.

Женщина с бутылкой моющего средства в руке молча направляется вправо.

Что ты хочешь делать?

Женщина. Если ты не такой человек, как я думала, лучше тогда выбросить это. Потом, не открывая окна, включи электрообогреватель на полную мощность...

Мужчина. Нельзя, отдай!

Женщина (убежденно). Да, совершенно верно. Ты действительно тот самый ребенок, который плакал навзрыд.

Мужчина. Где и когда я плакал навзрыд? Не говори глупостей.

Женщина. Но я слышу! Все, что ты делаешь, каждый твой поступок превращается в плач... (Тихо.) Сначала я действительно заблуждалась, хотя и понимала, почему ты так стараешься... Нет, теперь меня с толку не сбить...

Мужчина (указывая на кровать). Ключ есть! Есть, но я не могу показать тебе его.

Женщина (не обращая внимания). Конечно, никто не может показать пустоту.

Мужчина. Не пустота там!

Женщина (некоторое время смотрит в глаза Мужчины). В таком случае, я загляну туда. Если там ничего нет, я выиграла... Если есть — проиграла... И честно отступлюсь... (Идет к кровати.)

Мужчина. Сказал же, нельзя! (Преграждает ей дорогу.)

Женщина. Хитрец, хочешь, чтобы все было по-твоему!

Женщина отстраняет Мужчину и проходит вперед. В тот момент, когда она наклоняется, Мужчина резко отталкивает ее. Пауза.

(Медленно поднимаясь). Ну что ж... Все-таки тебя не поймешь...

Мужчина. Прости...

Женщина ждет, чтó он скажет дальше.

Женщина. Прости, и всё?

Мужчина молчит.

(Покачивает головой.) Ну что же, нет так нет.

Женщина складывает платок, берет со стола блокнот и счеты и прячет в сумку. Медленно направляется к двери.

Уже поздно...

Мужчина. До свидания...

Женщина (оборачивается в последний раз). На душе у меня неспокойно. (С этими словами уходит.)

Картина шестая

Мужчина стоит неподвижно.

Мужчина (со стоном). О-о, что же это такое... Сколько ни бросай кости, как бы они ни выпали — приговор только один — смертная казнь...

Мертвец (покорно). Плохо она с тобой поступила... Да и я тоже хорош... Но ты не должен сердиться... Было бы странно, если бы я выступил в качестве третейского судьи, правда?

Мужчина. Ты должен признать, что запросы у нее были немыслимые. Даже если бы все шло хорошо, я бы, в конце концов, превратился в обыкновенную свинью.

Мертвец. Твои слова звучат так, будто ты оправдываешься, но у твоей девушки и в самом деле слишком большие запросы. И тебя, конечно, ждало бы такое будущее, я в этом уверен. Предвидя подобную перспективу, ты должен радоваться, что все так получилось. Я умер насильственной смертью, и можно предположить, что у меня должен быть богатый жизненный опыт, поэтому, если бы удалось установить мою личность и я бы получил возможность говорить как человек, имеющий имя, то смог бы, пожалуй, дать тебе дельный совет. Но, как это ни печально, в настоящее время я всего лишь безвестный, заурядный покойник. И, следовательно, могу изрекать лишь самые заурядные истины. Так что искренне тебе сочувствую, мне это так неприятно, так неприятно...

Мужчина (неожиданно). Что она сказала напоследок, выходя отсюда?

Мертвец. Постой-ка, да, точно: «На душе у меня неспокойно».

Мужчина (многозначительно сощурившись). Но все равно я не понимаю.

Мертвец. Чего не понимаешь?

Мужчина. Что она испытывает.

Мертвец. Чего ж тут не понять, с первого взгляда все ясно — раскаяние, уныние, трусость в сочетании со злобой, слезы, стоящие в горле от пережитого позора, утраченных надежд, — все эти чувства, как слоеный пирог, лежат в ее душе...

Мужчина. Ничего подобного. Все дело в том, как она восприняла то, что находится под кроватью...

Мертвец. Она была уверена, что там пустота. Она все время утверждала это, ведь у нее с тобой на этой почве даже стычка произошла.

Мужчина. Все это так... Однако, неужели у нее не возникло никаких сомнений?.. Неужели она искренне верила в это?

Мертвец (наклонив голову). Об этом известно только ей... А все твои домыслы ни к чему не приведут, они бесполезны... Собственно, заурядный покойник, личность которого не опознана, может высказывать лишь заурядные мысли...

Мужчина. Понятно. Не подумай, что я забыл о тебе...

Мертвец. Мне так неудобно, что я все время напоминаю о себе, но, как ты видишь, положение весьма серьезное... Нет, сваливать вину друг на друга бессмысленно... Я прекрасно понимаю твое желание во всем обвинить меня, поэтому наших личных отношений лучше всего не касаться и всё расставить по своим местам. Согласен?

Мужчина (покорно кивает). У меня нет никакого желания отдать себя во власть эмоций... По твоей милости я потерял девушку, но, в то же время, мне удалось избежать свинской женитьбы... Я, правда, не испытываю особой благодарности за это и должен честно признать, что до сих пор в чем-то вел себя по отношению к тебе бестактно.

Мертвец. Весьма признателен, мне приятно это слышать... Но тебе не следует забывать, что когда-то, при каких-то обстоятельствах тебя тоже может настигнуть внезапная смерть... Правда?.. Так же среди чужих, незнакомых тебе людей, и ты тоже будешь совершенно одинок...

Мужчина. Этого мало, когда-то, при каких-то обстоятельствах я могу оказаться замешанным в убийстве... Причем, совершенно незнакомого человека, которого я никогда в жизни в глаза не видел...

Мертвец. Напрасно мы пикируемся. Мне неприятно, что ты так воспринимаешь мои слова.

Мужчина. Так воспринимаю?

Мертвец. Я не давал ни малейшего повода для твоих упреков...

Мужчина. Я и не собирался этого делать. Насчет упреков можешь не беспокоиться. Но подумай сам. На девушку такой невыразимый ужас нагнал несуществующий ребенок, плакавший от голода в несуществующей стране... И тот, кто только и делал, что смеялся над ее страхами, превращается в соучастника, заставившего ребенка голодать.

Мертвец. В этом я тоже ей сочувствую. Да, все это очень серьезно. Но вытаскивать свои страхи на свет божий — это песенка виновных. В каком-то смысле я товарищ по несчастью всех брошенных покойников... Кстати... Я, кажется, собираюсь воспользоваться твоими словами... Так вот, судя по тому, что ты действительно проявил такой интерес к покойникам, продолжающим существовать...

Мужчина. Теперь уж я точно ее потерял, теперь уж точно.

Мертвец (вопрошающе). А может быть?..

Мужчина. В конце концов, я все-таки отправлюсь в полицию... И не нужно делать такое лицо... Я совсем не сочувствую тебе, и ты меня ни в чем не убедил... Было бы, конечно, неправдой утверждать, что твои слова никак на меня не повлияли, но я все сделал по собственному разумению.

Мертвец. Да, понимаю, понимаю... Ты ее потерял, но полон душевных сил вести мужественное сражение, чтобы взять реванш...

Мужчина (протестующе). И в мыслях нет, и в мыслях нет... (Смотрит на пол.) Как ужасны эти оспины...

Мертвец. Может быть, они окажутся небесполезными и еще пригодятся... Ты так потрудился...

Мужчина. Пригодятся?

Мертвец. Если, как ты и предполагал, полицию удастся обмануть и они не обнаружат кровавого пятна, выйдет, что оспины принесли пользу.

Мужчина (со смехом). Не нужно меня успокаивать. Мне бы хотелось хоть разок увидеть такого сдержанного человека, который, глядя на пол в белых пятнах, не проявил бы никакого любопытства. Нет, избежать вопросов вряд ли удастся. Что же мне тогда ответить? Может быть, сказать, что это отчаянные вопли ребенка, умирающего от голода? А полицейский пожалеет меня и тайком сунет денег на ужин.

Мертвец. Такой ответ, разумеется, не годится. Нужно придумать более логичное объяснение, не противоречащее здравому смыслу...

Мужчина. Например?

Мертвец. Например, ну хотя бы...

Мужчина. Бесполезно. Начать с того, что эти пятна сами противоречат здравому смыслу. Даже с точки зрения логики объяснить, опираясь на здравый смысл, то, что не укладывается в рамки здравого смысла, невозможно.

Мертвец (с тревогой). Да, это может поставить тебя в несколько затруднительное положение.

Мужчина. Оставь... Ты же сам предостерегал меня... Я готов ко всему... Даже представить не мог, что вот так, сам, накину на себя петлю.

Мертвец. Не нужно без конца роптать, но, честно говоря, ты действительно переусердствовал в своих уловках...

Мужчина. Может быть, это и к лучшему. Если о случившемся появится статья в газете, она узнает, наконец, всю правду. Ключ, находившийся под кроватью... Поворотом этого ключа далекий вопль сразу же превратится в обыкновенную человеческую уловку... А я окажусь свиньей... Но в таком случае самому взять на себя вину хотя и будет означать превращение в свинью, но свинью любимую. Если сравнить это с моим желанием тайно перетащить совершенно незнакомого мертвеца, к которому я не имею никакого отношения...

Мертвец. Выдумки. Начать с того, что ты говоришь о немыслимом. Ты не знаешь даже моего имени, у тебя не было никакой причины убивать меня...

Мужчина. Брось, стоит полиции установить твою личность, и не исключено, ты сразу же перестанешь быть посторонним мне человеком. Кроме того, мне уже надоела игра в прятки. А уловки, к которым я прибег, на юридическом языке, по-моему, называются признанием без признания? Видишь ли, я не намерен навешивать на себя преступление, но и не собираюсь защищать себя, если это окажется невозможным... Никаких преступных намерений у меня не было — это факт, но, в то же время, мое поведение не исключает возможности совершить преступление — это тоже факт...

Мертвец. Не нужно на себя наговаривать... Тебе не холодно?.. Когда замерзаешь, кровь отливает от головы, и в ней все время вертятся одни и те же мысли. Девушка ушла, и теперь можно спокойно включить электрообогреватель.

Мужчина. Успокойся... Я решился, иду в полицию...

Мертвец. Что касается того, что я начну пахнуть, то, пожалуй, об этом можно пока не беспокоиться...

Мужчина. Тогда всё в порядке... Я пошел...

Мертвец. Ты уж прости меня...

Мужчина. Ну что ты, всё в порядке. (Берет со спинки кровати плащ и надевает.)

Мертвец. Поговорили мы с тобой, и теперь ты уже не кажешься мне чужим.

Мужчина. Совершенно верно... (Кивает, гасит свет и выходит в дверь.)

Мертвец (медленно бродя по комнате). Хороший парень... Неожиданно оказался хорошим парнем... Если случится такое несчастье и его посадят под арест, нужно будет изредка навещать его... Он нравится мне больше, чем она. Представляю, какой бы она подняла крик, если бы столкнулась со мной, даже живым, а уж с таким мифическим покойником, как сейчас, и подавно... Да, нужно будет обязательно сходить проведать его, если он окажется под арестом... Там я тоже смогу рассказывать ему разные истории о том, о сем... (Сжав губы, скрипит зубами, исчезает.)

Картина седьмая

Беззвучно открывается дверь. В комнату проскальзывает Сосед с карманным фонариком в руке. За ним входит Соседка, толкая перед собой коляску.

Соседка (шепотом). Где?

Сосед (светя фонариком под кровать). Что такое? Может, очки не те надел?.. Возьми у меня фонарь!

Соседка (беря фонарь). Давай быстрее... Если нас здесь застанут, все пропало!

Сосед лезет под кровать и за ногу вытаскивает Мертвеца. Соседка помогает положить его в коляску.

Что такое, он стал гораздо тверже, чем раньше.

Сосед. Сколько времени прошло. Я повезу, а ты выйди, посмотри, что там делается.

Соседка приоткрывает дверь и выглядывает наружу, быстро выходит, широко распахивает дверь и размахивает фонарем.

Голос Соседки. Давай!

Сосед, толкая перед собой коляску, выходит наружу. Одновременно Соседка нерешительно возвращается, света себе под ноги.

Соседка. Ботинки! Слышишь, ботинок нет!

Сосед. Посмотри под кроватью!

Соседка поспешно вытаскивает ботинки, гасит фонарик и выбегает наружу. Дверь захлопывается, лишь светится окно.

Картина восьмая

Тихий стук в дверь. Через некоторое время стук повторяется. Дверь тихо открывается, и в комнату заглядывает Женщина.

Женщина. Прошу прощения... Ты дома?.. Это я... Странно, нет никого... (Входит, шарит в поисках выключателя. Если нужно, может воспользоваться зажигалкой. Включает свет.) Что случилось? (Заглядывает на кухню справа, потом осматривает кровать.) Разозлился и куда-то убежал?.. (Чуть пригнувшись, бросает взгляд под кровать.) Я не смотрю туда... Хоть ты за мной и не наблюдаешь, я могу потерпеть... То, что я сдерживаю себя и не смотрю под кровать, лучше любого извинения, сделанного на словах, правда?.. Так хочется посмотреть, так хочется посмотреть, но я терплю... Я и с места не двинусь... Прошу прощения... Я больше никогда не буду такой заносчивой... Ты меня позвал, и я тут же прибежала. И даже если ты мне скажешь «уходи», я обязана услышать как «возвращайся». (Неожиданно.) Так я и сделаю! (Поспешно тушит свет и начинает раздеваться.) Под кровать заглядывать запрещено, но кровать сверху — моя... Да, да — моя!.. Если даже ты скажешь «не приходи», мои уши должны услышать «приди»... (Оставшись в одной сорочке, ложится на кровать и задергивает занавеску. Напевно.) На неоглядной равнине далекой страны слышен плач голодного ребенка...

Картина девятая

Звук шагов... Дверь открывается. Появляются полицейские, один из них в штатском, и Мужчина. Мужчина входит первым и зажигает свет.

Полицейский (осматривается). Где жертва?

Мужчина, стоя лицом к залу, указывает под кровать.

Мужчина. Вон там.

Двое полицейских решительно поворачиваются к кровати. Другие подозрительно рассматривают следы на полу. Все стоят не шелохнувшись, как живая картина.

Мертвец появляется неожиданно, проходит через живую картину и, выйдя на авансцену, обращается к залу.

Мертвец. Сегодня ясное небо... Сегодня ясное небо... (Тише.) Ну как, вы меня слышите? Если кто-то и не слышит, ничего страшного, но если слышите... Как вы только что видели, беседовать со мной мог лишь один хозяин квартиры, в которой я оказался... Итак, сейчас вы возвратитесь домой, там я и буду вас дожидаться, и поговорим с вами — такое заключение вполне логично, но готовы ли вы к этому?.. Готовы ли вы к тому, чтобы хотя бы частично взять на себя вину не только за мифического ребенка — это само собой, — но и за меня...

Занавес быстро закрывается.

Примечания

1

Гэта — японская национальная обувь в виде дощечек на высоких поперечных подставках.

Content

Кобо Абэ
Ты тоже виновен
Пьеса в девяти картинах

Картина первая

Картина вторая

Картина третья

Картина четвертая

Картина пятая

Картина шестая

Картина седьмая

Картина восьмая

Картина девятая

Примечания