Даша Куц

Наш Дом

Когда-то колонизация космоса шла полным ходом. Мы начали с ближайшей к Земле планеты, после Луны создали автономное поселение на Марсе, затем обитаемую базу на холодной безатмосферной Церере и планировали продвигаться дальше в глубины космоса. Так мы хотели решить неизбежно подступающую проблему перенаселения, создать так называемую «резервную копию» человечества. Но нашим планам не суждено было осуществиться, потому что мир резко изменился. Исследовав те немногие планеты, которые были в зоне досягаемости мы решили, что в этой Вселенной кроме нас больше никого нет и мы – венец творения. Но всё оказалось совсем не так.

Они появились внезапно. Огромная тень от необъятного корабля на несколько дней накрыла добрую половину планеты, вырубив все радио и электроприборы и оставив нас без связи. Тогда стало ясно, что мы не одни. Сначала ничего не происходило. Было очевидно, что это пришельцы, но цель их визита оставалась загадкой. А затем они напали. За эти несколько дней мировое правительство успело подготовиться и привести в боевую готовность всю нашу мощь, поэтому атаку с большим трудом, но отразили. Корабль исчез, чтобы через несколько лет появиться вновь. На этот раз мы были во всеоружии, так что засекли их даже раньше, чем они успели приблизиться. Сражение происходило в космосе, но мы снова смогли отстоять планету. Теперь не оставалось сомнений – что-то происходит. Что-то, что вынудило их искать новый дом. Так мы узнали, что космос сужается. Это происходит слишком далеко и по нашим меркам слишком медленно, но ощутимо для других видов, населяющих планеты у границы. Да, оказалось, что у космоса есть границы и они стали уменьшаться в размерах. Причина? Банальная. Просто срок годности Вселенной вышел. Родившаяся после Большого взрыва, она тут же начала сужаться. Когда-то это должно было случиться. Точнее, когда-то мы бы всё равно об этом догадались, потому что фактически Вселенная начала уменьшаться сразу в момент появления. Нам бы вообще не пришлось беспокоиться, потому что наша голубая планета просуществует еще не один миллиард лет, пока до неё дойдет очередь. Наше время течёт очень медленно в масштабах вселенной. Но проблема в том, что не только мы это понимаем. Но и они.

Кто они такие? Первыми были Незванцы. Так мы их прозвали, потому что увидеть их так никому и не удалось. Только корабль. Но теперь мы знаем, что они были самой миролюбивой расой. После Незванцев были нападения Древоидов и Шестипёрых. Первые прибыли не так помпезно, как Незванцы, скорее даже тайком, и провели среди нас достаточно много времени, изучая. Они могли маскироваться под окружающую среду, но лучше всего у них получалось имитировать древесную кору, отсюда и название. Их было немного – скорее всего целью было исследование, а не нападение, но мы всё равно всех уничтожили. Оказалось, что Древоиды хорошо горят. Прямо как настоящие поленья. Может какие-то еще прятались недолго в лесах, но вернуться назад они уже не смогли – мы нашли их корабль. Так что засуха или лесные пожары в любом случае их добили. Шестипёрые отдалённо напоминали что-то среднее между обезьяной и птицей – длинный и тонкий ловкий хвост, которым они запросто ломали нашим солдатам шеи, покрытое редкой светлой шерстью морщинистое тело, маленькие круглые чёрные глазки, в которых отчётливо читался разум, и мощный короткий клюв вместо рта. Они переговаривались между собой пронзительно вскрикивая. От затылка к позвоночнику спускались наросты, напоминающие перья. Всего их было шесть. Их появление было похоже на метеоритный дождь – на Землю обрушились тысячи отдельных капсул, из которых тут же появлялись пришельцы. Война с ними длилась долго, мы потеряли многих солдат и гражданских, но и в этой битве смогли отстоять свой дом.

После этого мы активно наращивали вооружение и готовились при следующей атаке запустить в противника ядерную бомбу, как только он войдёт в термосферу. Конечно, это грозило бы нам не только радиационными осадками, но и мощным импульсом электромагнитного излучения, который вывел бы из строя электросети на расстоянии тысяч километров от взрыва. Но мы были готовы. Лишь бы не дать чужакам коснуться Земли. К счастью, или к сожалению, сейчас уже сложно сказать, этого не потребовалось – переговоры состоялись раньше, чем случилось очередное вторжение.

Мы получили сигнал, расшифровав который, поняли, что это координаты. К тому моменту в нашем распоряжении уже была технология межпланетной телепортации, вопрос был только в том, кто и зачем послал сигнал. Тогда еще мы не подозревали, что это приглашение на переговоры. Первыми отправили разведчиков. Они вернулись невредимыми и более того, с новостями – на той стороне ждут официальных представителей со Спокойной. Так они называли нашу Землю. Разведчики не смогли объяснить, как им удалось понять речь инопланетян. Сказали, что слова сами появлялись в голове. Через пару дней многочисленная делегация в составе правящих политических верхушек, до зубов вооружённых военных и ученых перешагнула границу телепорта.

Планета, как и ожидалось, была токсичной. В воздухе стояла красная пыль, а датчики измерения уровня радиации, встроенные в скафандры, зашкаливали. Не удивительно, что она никому не принадлежала. По крайней мере температура окружающей среды была терпимой. Разведчики предупредили, что в точке выхода их встретят. Их и правда встретили. Нечто, напоминающее клубы пара, но при этом постоянно меняющее очертания и, без сомнения, обладающее разумом. Оно вибрировало и мерцало, пока, наконец, не приняло форму близкую к форме человеческого тела. Чуть паря над поверхностью оно делало попытки имитировать шаги, и настойчиво приглашало следовать за ним. Это был представитель Аморфонов. Так мы познакомились с еще одним разумным видом.

Вернувшись, члены делегации подтвердили всеобщие догадки – это были переговоры. Не просто переговоры, а переговоры Вселенского значения. Там были представители всех существующих во Вселенной разумных видов. Их были сотни. Мы и представить себе не могли, что существует столько миров. Что их населяет столько разумных существ.

Всех интересовало, как происходило общение. Оказалось, что многим видам уже доступны технологии, позволяющие понимать мыслеобразы любого существа, для этого к вискам должны быть приклеены специальные маленькие датчики, похожие на лепесток черёмухи. Мы были поражены, насколько далеко вперёд они ушли в научном прогрессе, ведь мы только-только освоили телепортацию. Делегация доставила с той стороны образцы, чтобы мы смогли воспроизвести подобные устройства. Зачем? А вот это самое важное.

Переговоры были посвящены вопросу выживания видов. Никто не хочет быть затянутым в Черную дыру, но все устали воевать. И самый лакомый кусочек для них – Земля. Самая богатая ресурсами, отдалённая и спокойная планета, у которой в запасе еще много миллиардов лет. Они её так и называли – Спокойная, пока не узнали, что мы зовём её Земля. Еще они оказались впечатлены нашей военной мощью. Если многие из них ушли далеко вперёд в научном плане, то оказалось, что во всём, что касается оружия – мы лучшие во Вселенной. Это было приятно. Только благодаря этому мы смогли не один раз отстоять планету, когда всё это началось. По большому счёту переговоры были обычным ультиматумом – или мы соглашаемся, или все они нападут одновременно. Конечно, это было невыгодно ни одной из сторон, потому что если на нас нападёт большинство, мы не выстоим, но и им тогда придётся продолжать сражаться уже не против нас, а друг против друга. Пока не останется кто-то один.

Их условием были Игры. По сути – те же завоевания, но под другим соусом. Теперь победитель официально заполучает и заселяет проигравшую планету, распоряжаясь местным населением по своему усмотрению. Раз в столетие на нейтральной территории происходит жеребьёвка, определяющая пары. Участвовать должны все. Отказаться – значит принять поражение и отдать планету без боя. Если оказывается, что у кого-то нет пары, то планета пропускает столетие и в безопасности пережидает еще сто лет. Кому не хватит пары тоже решает жребий. Мы понимали, что всё было затеяно ради одной единственной цели, ведь придёт время, и во всей Вселенной останется только одна обитаемая планета – Земля.

С тех пор минуло два тысячелетия и двадцать Игр. Девятнадцать побед и один пропуск. За это время никому не удалось забрать наш дом. Те девятнадцать планет, которыми мы законно завладели, стали нашими колониями, хотя большинство из них не представляют для нас никакого практического интереса. Вряд ли во всей Вселенной найдётся хоть что-то отдалённо напоминающее Землю с её бескрайними морями, ласковыми солнечными лучами, зелёными лугами и голубыми небесами. Наш дом один и мы обязаны его защищать. Я один из тех, кому завтра предстоит участвовать в Играх. Я солдат.

– Делегаты готовы, ждут вашего приказа, – молодой военный в синей обтягивающей форме отдал честь генералу.

Сейчас всё начнётся – члены делегации телепортируются на Кразар и узнают нашего противника. Планета так и осталось нейтральной и со времён первых переговоров все жеребьёвки проходят на ней.

– Начинаем, – сурово скомандовал генерал.

Несколько человек в космических шлемах отделились от толпы и подошли к мерцающему прямоугольному проёму. На секунду замявшись, они взялись за руки и вошли в экран.

В огромном, под завязку набитом людьми комплексе наступила звенящая тишина. Все ждали. На Кразаре время течёт быстрее, а это значит, что делегаты появятся здесь с результатами уже через пару минут. Я почувствовал, как от волнения скрутило живот. Хорошо бы попались Туртуры или Пуглики. Первые – огромные и неповоротливые, их легко будет обыграть, а вторые дрожат от страха, если посмотреть им прямо в глаза. Хотя каким-то образом и тем и другим удалось выстоять двадцать раз и вряд ли это можно списать на везение. Беда в том, что правила запрещают смотреть Игры противников, поэтому внешне безобидные Пуглики на деле могут оказаться весьма опасными соперниками.

Прямоугольник света в телепорте заколебался и по залу прокатился рокот. Возвращаются. Один из членов делегации подошёл к генералу и что-то ему сказал. Генерал бросил на него быстрый удивлённый взгляд, будто не поверил, но тут же взял себя в руки и взошёл на трибуну.

– Соперник выбран, – сказал он в микрофон и мне показалось, что голос его не такой суровый, как обычно.

Откуда-то сбоку слышалось нетерпеливое сопение. Мне и самому хотелось как можно скорее узнать, кто это будет.

– Кто же это? – крикнули из зала.

– Завтра мы играем со Стрикунами.

На секунду наступила тишина, пока до всех доходило услышанное, а затем сразу отовсюду раздались крики, превратившиеся в завывание и плач. Мне тоже захотелось заплакать.

Встретиться в Игре со Стрикунами означало подписать планете смертный приговор. Это самый жестокий, свирепый и беспощадный вид из всех существующих во Вселенной. Эти существа чуть крупнее обычного человека, внешне напоминают муравьев, но передвигаются, держа верхнюю часть тела вертикально. Они вырабатывают токсин, которым плюют в противника, раздвинув хищные челюсти. Под действием токсина любое живое существо погибает и разлагается в течение минуты. Тело их при этом покрыто мощным хитиновым панцирем, защищающим Стрикуна практически от любого воздействия. Переговариваются они, издавая невыносимое для человеческого уха стрекотание, получающееся от трения щетинистых лапок. Они опасные, мерзкие и озлобленные. Им всегда мало. Они как саранча, пожирающая всё на своём пути. Насколько я знаю, Стрикуны давно уже промышляют отвоёвыванием территорий у других видов, путешествуя от планеты к планете. Они слишком быстро размножаются и собственной планеты им давно стало мало. Но самое опасное в Стрикунах то, что победив, они не колонизируют планету. Они её уничтожают. Они никого не щадят, потому что единственный их инстинкт – это размножение. Население завоёванных планет идёт на корм потомству.

– Мы умрём, – сказал мой товарищ.

Я сглотнул. Генерал больше ничего не говорил, стоя на трибуне понурив голову. Толпа рыдала.

Мы легко могли бы выиграть, если бы правила Игр разрешали использовать оружие. Но пользоваться можно только тем, чем тебя наградила природа. И в этом бою мы явно не имели преимуществ.

– Братья, – подал голос генерал и мне даже показалось, что он смотрит прямо на меня, хотя я сидел на самой дальней и высокой трибуне. – Я знаю, что вам страшно. Но мы много лет одерживали победу в Играх, какой бы противник нам не попадался. И в этот раз не должно быть исключения. Мы должны защищать наш дом, нашу планету, наших близких, – в зале воцарилась тишина, лишь изредка нарушаемая редкими всхлипываниями. – Да, Стрикуны непростой противник. Безжалостный. Но они не опаснее всех остальных, кого нам уже удалось одолеть. Завтра день, когда решается наша судьба. Судьба человека как вида. Мы – люди. И мы не станем кормом для их личинок, чего бы нам это не стоило!

Я настолько воодушевился речью генерала, что подскочил с трибуны и прокричал:

–Да!

Я хотел было тут же сесть обратно, запоздало посчитав свою эмоциональность неуместной, но, к моему удивлению, все остальные подхватили и зал наполнился гулом беснующейся толпы. Людям нужна была надежда. Я взметнул руку вверх, скандируя вместе со всеми «Наша планета – наш дом», и кто-то впереди меня проделал то же самое, случайно заехав мне кулаком по лицу, но я даже не обратил внимания.

Поскандировав еще какое-то время, толпа потихоньку начала редеть. Все расходились по домам, но я точно знал, что сегодня ночью никто на Земле не будет спать. Я тоже отправился к себе.

***

В назначенный час на утро я и еще девять игроков собрались в подготовительном зале. Вид у всех был измотанный. Как я и предполагал, поспать не удалось никому – слишком много стояло на кону, слишком многое от нас зависело. Да что там, от нас зависело всё. Генерал тоже был здесь. Сложив руки за спиной, он расхаживал вдоль стены, о чём-то раздумывая. Мы надели подготовленные скафандры, взяли в руки шлемы, и выстроились в шеренгу, ожидая приказа телепортироваться. Генерал подошёл, встал перед нами, откашлялся и произнёс:

– Солдаты. Не буду в очередной раз говорить, что судьба человечества в ваших руках, вы итак это знаете. Вас тщательно отбирали, вы посвятили всю свою жизнь тренировкам ради одной единственной цели, а значит вы на сто, нет, на двести процентов готовы и осознаёте ответственность. Мы не знаем, где будет происходить сражение, не знаем, что вы там увидите и с чем столкнётесь, но мы знаем, что Землю будут защищать самые лучшие и достойные из нас. Вы.

Я почувствовал, как напряглись остальные. Нам было страшно.

Планета для Игр тоже выбиралась случайным образом, координаты приходили прямо в момент телепортации, чтобы ни одна из сторон не имела преимуществ. По условиям, это всегда необитаемые планеты с пригодной для выживания в течение короткого времени атмосферой. Из снаряжения людям позволены только скафандры. Никакого оружия.

Правила Игр предельно просты – на планету высаживаются по десять особей с каждой стороны. Играют до окончательной победы одной из сторон, то есть до последнего погибшего. Главный приз – сотня лет неприкосновенности и побеждённая планета. Как играть? Здесь правил нет. Главное – уничтожить противника. Если тебе повезло иметь способность плеваться токсичным ядом, твои шансы на победу заметно возрастают. Я покрылся мурашками.

– Солдаты, подойти к телепорту, – скомандовал генерал.

Мы взялись за руки. Телепортация вещь надёжная, но были случаи, когда людей забрасывало в разные места, если они не держались друг за друга.

– Три, два, один. Старт! – ассистент у телепорта нажал на кнопку, и мы шагнули внутрь.

– Удачи, солдаты, – последнее, что я услышал перед тем, как оказаться в аду.

Вокруг бушевало пламя. Я зажмурился и окоченел.

– Не стой, – кто-то толкнул меня в спину.

Я открыл глаза и понял, что никакого огня вокруг нет, а за пламя я принял огромные, излучающие красное сияние цветы.

– Они здесь? – спросил я.

– Пока не видно.

– Дышать можно?

– Датчики показывают, что да, но лучше не рисковать. Ты видел когда-нибудь такие цветы?

– Нет, – ответил я. Цветы были похожи на огромные горящие головёшки. – Они словно пламя.

– Они и правда горячие, – сказал другой солдат, подходя к цветку.

– Лучше не подходи! – крикнул я, и в этот момент цветок открыл бутон и выпустил струю огня в приближающегося, а затем сразу закрылся. Обугленный труп нашего товарища упал на землю. Я бросился к нему.

– Стой! – другой солдат схватил меня за руку. – Не приближайся к цветку. Ему уже не помочь. Нас осталось девять.

Я огляделся – остальные столпились вокруг, в ужасе рассматривая тело.

– Нас же предупреждали! Ни к чему не подходить, ничего не трогать, не убедившись в безопасности! Вы забыли, зачем мы здесь? – сердито крикнул тот, который схватил перед этим меня за руку. На груди скафандра у него была нарисована цифра один. – Цветы опасны! Неизвестно, где Стрикуны, поэтому соберитесь, чёрт вас возьми, и держитесь рядом.

Мы не знали друг друга по именам. Нас готовили каждого по отдельности и встретились мы только сегодня утром. Я быстро просмотрел номера оставшихся солдат, и заключил, что от огня только что погиб десятый номер.

– Какой же тогда план? – спросил номер два.

– Не знаю. Для начала нужно найти укрытие. Спрятаться там, и можно делать вылазки, чтобы узнать, где высадились Стрикуны. А там по ситуации, – ответил Первый.

Так у нашего отряда появился лидер. Мы выстроились друг за другом и осторожно пошли в сторону зарослей, напоминающих лес. Нужно было убраться подальше от ворот телепорта, потому что именно оттуда противник начнёт нас искать. Тут и там встречались огненные цветы, которые мы теперь обходили за километр.

– Стойте, – Первый вдруг поднял руку, и мы замерли. – Слышите?

Я прислушался. Откуда-то совсем близко доносилось еле слышное стрекотание.

– Похоже на… – начал я.

– Да. Стрикуны. Но почему так тихо? – прошептал Первый. Остальные напряженно вслушивались. – Ждите здесь, я проверю.

– Я с тобой, – сказал я, не желая оставаться в неведении. Первый обернулся, смерил меня взглядом и кивнул.

Мы отделились от группы и, стараясь не шуметь, осторожно углубились в заросли.

– Вон он, – тихо проговорил Первый.

Я шёл за ним, поэтому мне пришлось выглянуть из-за его плеча, чтобы разглядеть. Впереди на спине лежал обугленный умирающий Стрикун, медленно потирая лапками. Рядом пылал цветок.

– Значит они где-то рядом. Возвращаемся к остальным.

– И их тоже уже не десять, – сказал я.

Вернувшись к отряду, мы рассказали о своей находке. Это всех приободрило, поскольку сравняло наше с противником количество. Через несколько часов мы нашли пещеру. Обследовав её и убедившись, что в ней безопасно, мы устроили привал.

– Что теперь? – спросил кто-то.

– Нужно найти лагерь противника, – сказал я. – И уничтожить.

– Как?

– Не знаю, но цветок опасен для них так же, как и для нас. Можно это использовать.

– Заманить их в ловушку, – сказал Первый. – Лучше всего по одному.

– И при этом не сгореть самим.

– Но сначала нужно их найти, пока они не нашли нас.

Я был согласен. Отдыхать нельзя.

– Всем идти не нужно. Достаточно двоих разведчиков. Найдём лагерь противника, вернёмся, и тогда уже решим, что делать.

– То есть остальным просто сидеть и ждать? Можно разделиться и пойти в разные стороны, так мы найдём их быстрее, – сказал Седьмой.

– Есть риск, что Стрикуны сделают тоже самое. И если мы разделимся, им будет проще нас перебить. Лучше держаться вместе. Все согласны? – спросил я.

Все кивнули.

– Тогда кто со мной?

– Я пойду, – сказал Первый.

Оставив группу в пещере, мы отправились в вылазку. Взобравшись на холм, откуда было хорошо видно близлежащую территорию, мы сразу их заметили. Они даже не ушли от своей точки выхода – три огромных муравья копошились у мерцающего экрана.

– Где остальные?

– Не знаю, – ответил я.

Если здесь было три, еще один погиб, значит где-то должны укрываться еще шесть особей.

Сзади раздался пронзительный стрекот. Слишком близко. Я резко обернулся и увидел, что над нашими головами с выступа скалы свисает один из них. Он раскрыл челюсти, готовясь к плевку. Отскочив, я крикнул Первому:

– В сторону!

Тот прыгнул в сторону, развернулся и побежал, но запнулся и покатился вниз с холма. Тварь снова оглушительно застрекотала, выбралась из укрытия и быстро перебирая лапками, побежала за ним.

Это была засада. Значит они знали где мы и ждали, что мы пойдем их искать. Бежать за Первым не было смысла, нужно вернуться и предупредить остальных. Я со всех ног бросился обратно, постоянно озираясь.

У пещеры было тихо.

– Это я, – шёпотом крикнул я, приближаясь. – Они ждали нас. Первый убежал в заросли, не знаю, что с ним, я вернулся предупредить вас. Эй?

Я не понимал, почему никто мне отвечает.

– Эй, вы здесь? – снова, но уже чуть громче крикнул я.

Тишина. Мне расхотелось заходить в пещеру. Липкий страх сковал позвоночник. Или что-то вынудило их уйти, или…

– Пссс, – раздалось из зарослей.

Я обернулся. Из кустов выглядывал Девятый.

– Где все? – спросил я.

– Погибли.

– Как? Все? Где?

– Там в пещере. Если хочешь, войди посмотри.

Я замялся. Входить не хотелось.

– Что случилось?

– Стрикуны. Их было пять. Они появились, как только вы ушли. Они как муравьи, окружили вход в пещеру, щелкали челюстями и плевались.

– А ты? – спросил я, имея ввиду, как ему удалось выжить.

– Я ходил в туалет. Сюда. Мне просто повезло.

– Куда они ушли?

– Вверх по холму.

– Значит возвращаются в лагерь, – я быстро подсчитал, что если три было в лагере, один напал на нас с Первым и пять были здесь, значит их и правда девять. – Теперь их девять, а нас двое, – сказал я.

– Первый тоже…?

– Да, – ответил я.

Наши шансы на выживание были равны нулю. Мы вдвоём против девяти Стрикунов. Битва почти проиграна, а значит, Земле тоже конец. К глазам подступили слёзы. Мы не справились.

Впереди раздался треск – кто-то пробирался сквозь заросли.

– Бежим, – крикнул я.

– Погоди, – сказал Девятый. – Не похоже на Стрикуна, они не так ходят.

Я остановился. Страх был настолько сильным, что пульсирующая кровь молотила по барабанным перепонкам, искажая все остальные звуки.

– Первый! – радостно вскрикнул Девятый. – Это Первый!

Высокие заросли расступились и из них показался человек. Без скафандра. Без шлема. Но это был, без сомнения, Первый.

– Ты живой! – воскликнул я.

Первый вымученно улыбнулся. Все его лицо было покрыто копотью.

– Ты дышишь без шлема?

Девятый потянулся к своему шлему, намереваясь снять, но Первый его остановил:

– Оставь. Если в тебя плюнут, скафандр тебя спасёт.

– Что произошло?

– Тварь меня догнала. Повалила и придавила своими мерзкими лапками. Если бы не скафандр… Он расплавился, но спас меня от яда.

– А лицо?

– Цветок. Когда она меня повалила, я увидел, что рядом цветок. Пока она плевалась и стрекотала, я полз к нему. Но я лежал, и поэтому огонь меня почти не задел, а вот твари повезло меньше.

– Значит их осталось восемь, – сказал я.

– Да. И теперь у нас преимущество.

Мы с Девятым переглянулись.

– Что? – изменился в лице Первый. – Где остальные?

Мы рассказали, что произошло.

– Значит нужно прятаться. Но так, чтобы мы видели их, а не они нас.

– Но где? Они хитрые, они знали, что мы идём и поджидали. Где гарантия, что они и сейчас не следят.

– У нас нет выбора. Мы не можем оставаться здесь.

Мы согласились. Искать укрытие решили на возвышенности, в зарослях, откуда будет хорошо видно место, где обосновались Стрикуны.

– Думаете у нас есть шансы? – спросил Девятый, пока мы пробирались через поле огромных валунов.

– У тебя есть семья? – вместо ответа спросил Первый.

– Да. Моя мама и жена, они сейчас, наверное, не находят себе места.

– Поэтому ты должен сделать всё для того, чтобы вернуться победителем и подарить им жизнь. Всем подарить.

– А у тебя? – спросил я.

Первый не ответил. Но я увидел, как поникли его плечи. Видимо у него не всё ладно на Земле. В Игру добровольно идут или сумасшедшие или одинокие. Я относил себя к первым.

– Там, – Первый указал на верхушку холма, усыпанную валунами. – Их телепорт прямо внизу, под этим холмом и, если нам повезёт, мы сможем незамеченными укрыться среди камней.

Мы старались не издавать ни звука, но осыпающиеся из-под ног камни с шуршанием катились вниз, сообщая всем о нашем приближении. Я то и дело озирался по сторонам, готовясь в любой момент рвануть, но Стрикунов не было видно.

– Мы так шумим, странно, что они еще не здесь. Может поджидают наверху?

Поднявшись почти на самую вершину, мы остановились. Первый пригнулся к земле и пополз, велев нам оставаться на месте. Он был без скафандра и поэтому мог передвигаться быстрее и тише. Взобравшись наверх, он прижался спиной к валуну, отдышался, а затем исчез среди камней. Мы с Девятым старались не дышать, чтобы не пропустить ни единого звука. Минуты тянулись, словно часы. А может это и были часы, неизвестно, как здесь идёт время. Я не сводил глаз с камней, пытаясь разглядеть фигуру Первого. Напряжение росло, я уже был готов подниматься, не дожидаясь сигнала, когда на вершине показался Первый – он махнул нам рукой и прижал палец губам. Мы осторожно поползи наверх.

Поравнявшись с Первым, я, вопреки его протестам, снял шлем. Дышать сразу стало легче. Девятый тут же последовал моему примеру.

– Держите шлемы при себе, – велел Первый.

Мы пристегнули шлемы к специальным креплениям на спине.

– Ну что? – спросил я.

– Посмотрите сами, – прошептал Первый. Мне показалось, что он был доволен. – Только тихо.

Мы легли на живот и поползли между камней. Оказавшись на краю обрыва, мы увидели нечто, что вселило в нас надежду – Стрикуны убивали друг друга. Даже здесь, на Игре они не смогли справиться со своими инстинктами – одна из тварей отложила кладку яиц прямо возле телепорта, решив, видимо, не терять время зря. Рядом с кладкой лежало пять уже очевидно мертвых особей и шла схватка между еще двумя.

– Они как безмозглые животные, – прошептал Девятый.

– Их определяет размножение. Это смысл их жизни. Теперь понимаешь, почему нельзя пустить их на Землю?

Девятый кивнул.

– Один умер в самом начале, одного убил ты, пять лежит здесь, и скоро будет ещё один, – начал я считать.

– Два, – прошептал Первый. Их останется всего два. Самка и еще один.

– Но где он?

– Только что был внизу.

Сейчас там никого не было, кроме двух тварей. Одна уже почти умерла – самка повалила её на спину, залезла сверху и обплёвывала ядовитой слюной. Умирающий Стрикун издал последний пронзительный крик и затих. Самка вернулась к кладке.

– Она хочет вывести здесь потомство? Но это не по правилам, это нейтральная планета, – сказал Девятый.

– Для этих существ нет правил. Я удивляюсь, как их вообще допустили к Играм, если они только размножаются и сжирают всё на своём пути.

– Вы видите? – неожиданно я заметил, как с другой стороны к кладке осторожно приближалась оставшаяся в живых тварь. Самка её не замечала.

– Что он делает?

Тварь тихо вытащила одно яйцо и поднесла к мощным челюстям. Раздался пронзительный визг – самка заметила. Яйцо лопнуло, окатив тело Стрикуна вязкой мутной жижей и он торопливо стал запихивать оболочку от яйца себе в рот, помогая короткими передними лапками.

– Фу, – скривился Девятый.

– Они жрут собственные яйца.

Неожиданно для всех нас самка задёргалась, перевернулась на спину, зажужжала и внезапно расправила крылья.

– У них есть крылья? – удивился я.

– Первый раз вижу, – изумлённо ответил Первый.

Громко стрекоча, она прыгнула на вторую особь. Мы молча наблюдали за возмездием, настигшим пожирателя яиц. Через пару минут он затих.

– Получается, осталась только одна? – взволнованно спросил Девятый.

– Да.

– Они уничтожили сами себя, нам даже ничего не пришлось делать. Не так я себе их представлял. Как по мне, Шестипёрые куда опаснее, – продолжил Девятый.

– Мы потеряли семерых, – напомнил ему я. – Не стоит расслабляться.

Девятый не ответил.

Несколько часов мы пролежали не сводя глаз с самки. Она стаскала все тела мертвых собратьев в одну кучу и сложила рядом с кладкой.

– Зачем она это делает?

– Чтобы кормить личинок, – догадался я. Такая же участь ожидает наших близких, если мы не разберёмся с ней.

– Нужно заканчивать, – словно прочитал мои мысли Первый.

– Есть идеи?

– Заманим её к цветку. Вряд ли она сама оставит яйца. Вон там, – он указал на пылающий огонёк у кромки зарослей. Примерно в пятистах метрах от места, где обосновались Стрикуны.

– Хорошо, – я проглотил ком в горле. – Но нужно сделать еще кое-что.

– Что? – в унисон спросили Девятый и Первый.

– Если всё получится, нужно уничтожить яйца.

***

Вся планета с замиранием сердца следила за мерцающим экраном телепорта. Трансляция велась во все, даже самые отдалённые уголки Земли. Игроки ушли четыре дня назад. До сих пор ни одна живая душа не вернулась, а значит надежда еще была, значит Игра еще идёт. Люди по очереди дежурили у экранов, сменяя друг друга для короткого и тревожного сна.

В зале на военной базе, где был установлен телепорт, было полно народу. Гул встревоженных голосов не утихал ни на минуту. Наконец, белый прямоугольник света в телепорте едва заметно дрогнул. Затем еще. Наступила гробовая тишина. Сотни пар глаз не мигая вглядывались в дверь, ведущую в иной мир. Свет снова дрогнул и из телепорта показалась голова. Черная щетинистая голова с открытыми в свирепой ярости хищными челюстями. По залу прокатился отчаянный вопль. Женщины заплакали. Мужчины прижимали к себе тех, кто в этот момент находился рядом. Внезапно, голова неестественно подпрыгнула, подлетела верх и упала на середину зала. Тела не было. Все в изумлении замерли – из телепорта, держась за руки, появились трое мужчин. Они улыбались.

Content

Даша Куц
Наш Дом