Самуил Бабин

Шапочка и Крокодил

Вечерело. Большой лакированный, бронированный лимузин, в сопровождении трех черных джипов охраны, въехал на территории загородной резиденции, обнесенной высоким каменным забором с мачтами видеонаблюдения по периметру. Лимузин остановился перед парадной лестницей дворца и тут же из джипов сопровождения выскочили с десяток рослых парней в темных костюмах и оцепили с двух сторон проход от лимузина до входной двери. Один из них подошел к лимузину и плавно открыл заднюю дверь. Из нее сначала показалась ноги в лакированных туфлях, а потом вылез небольшого роста, плешивый мужчина в темно-синем плаще, со слегка одутловатым, блестящим лицом. Он быстро, по-спортивному вбежал по лестнице, где у входа его уже ждал, вытянувшись, человек в сереньком костюмчике, с прозрачным лицом похожим на аквариумного Сомика, с топорщащимися рыжими усиками и двумя черными точками на месте глаз.

– Все уже собрались, шеф, – открывая перед приехавшим дверь, почтительно сообщил Сомик.

–Что там у нас сегодня, – входя в роскошный холл, отдавая ему плащ, спросил Блестящий и не останавливаясь стал подниматься по белой, мраморной лестнице.

– После заседания, совета безопасности, запись Новогоднего обращения. Потом встреча с детьми написавшим вам Новогодние письма, – засеменил за ним Сомик.

– А дети, где, – недовольно поморщился Блестящий.

– Здесь. Уже вторую неделю, ждут в зимнем саду. Не больше часа займет, – почувствовав раздражение шефа, поспешил его успокоить Сомик.

– Ладно, встречусь, – согласно кивнул Блестящий, проходя по красной ковровой дорожке к высокой двухстворчатой золоченой двери, перед которой замерли в почетном карауле два гвардейца в гусарских киверах. Гвардейцы синхронно сделали шаг друг навстречу другу и взявшись за ручки, открыли двери в зал заседаний, где за длинным, покрытым красным бархатом столом, сидели несколько генералов, министерского вида чиновники в дорогих однотонных костюмах и две женщины, одна в четырехугольной судейской шапочке и вторая, блондинка, с подведенными глазами, похожая на утку.

Как только двери в зал распахнулись, все сидевшие за столом, стали подниматься, с шумом отодвигая тяжелые стулья.

– Здравствуйте, товарищи, – слегка кивнул головой Блестящий и пройдя через зал, сел во главе стола в большое золоченое кресло, сложив перед собой по школьному руки. -Давайте, затягивать долго не будем заседание. Мне еще детей и соотечественников с Новым Годом поздравлять. Кто первый?

– Экономические показатели в норме. Даже немного лучше, чем в прошлом году, – начал солидный мужчина, квадратного телосложения, с массивной нижней частью лица.

– Ну, и прекрасно. Не будем углубляться. Весь год об этом говорили, – решительно остановил его Блестящий, – С внешней политикой мне и так все понятно. Сам ей занимаюсь. Ну, а что там в силовых ведомствах. Наметился прогресс?

– В этом году, благодаря слаженному взаимодействию комитета безопасности, прокуратуры и министерства внутренних дел, практически полностью ликвидированы все очаги несанкционированных выступлений. Лидеры и потенциальные смутьяны протестов в основном локализованы. Так, что наступающий год обещает быть спокойным в этом плане, – доложил, высокий, пожилой мужчина, в сером гражданском костюме. На что, все сидевшие за столом генералы, одобрительно закивали головами.

– Я не понял, что значит практически полностью, – Блестящий нахмурился и взяв со стола карандаш, нервно стал крутить его в руках, – Это значит, что не до конца?

–У нас есть не большая проблема, – произнес, с напряженным лицом, генерал от прокуратуры. – Суды не справляются с возросшим количеством заведенных дел, против так называем не согласных. И это конечно, сильно осложняет работу и прокуратуры и полиции. Из-за судебных процедур, постоянно возникают задержки. Поэтому всех не успеваем свинтить. Ой, простите, нейтрализовать.

– Аллигатор Аллигаторович, – просительно произнесла женщина в судейской шапочке, посмотрев виновато на Блестящего, – Это потому происходит, что всем силовикам кадры увеличили чуть ли не в двое, а количество судов, так и осталось на прежнем уровне. Нам катастрофически не хватает помещений и судей.

– Ну, так вы упростите процедуры. А то по два, по три раза одно и то же дело рассматриваете, – покачал головой прокурорский генерал.

– Так, коллеги, не будем устраивать ненужных дискуссий, – уронил карандаш на пол Блестящий, – Алла Михайловна права. Надо срочно решить все вопросы по судам. – Он перевел взгляд на квадратного министра в синем костюме и добавил, -Михаил Владимирович, надеюсь вы сможете оперативно изыскать средства в бюджете на эти цели? Суд, это наша третья власть. Думаю, на этом не стоит экономить.

– Да, конечно, Аллигатор Аллигаторович. Непременно изыщем, – лицо квадратного, при этом вытянулось в прямоугольное, и он быстро что-то начал записывать в большую, красную тетрадь.

Ну, вот и хорошо, – Блестящий сделал паузу и посмотрев на сидящих проницательным взглядом, закончил. – С наступающим вас всех Новым Годом. Отдохните и за работу. Все свободны.

«Спасибо. И вас с Наступающим», – вставая, задвигали стульями члены совета безопасности и почтительно кланяясь, стали выходить из зала.

– Ну, что шеф, запускать телевизионщиков, – закрыв за последним дверь, спросил Сомик.

– Запускай, – зевая, потянулся Блестящий.

***

В кабинет сначала вошла в коротком белом халатике и обтягивающих джинсиках эффектная блондинка. Она быстро, кисточкой, поправила грим на лице Блестящего и многозначительно улыбнувшись вышла.

– А теперь операторы, – выглянул за дверь, приказал Сомик.

Тут же вбежали осветители с прожекторами и отражателями. За ними двое операторов с большой видеокамерой на треноге. Последней вошла строгая дама с телесуфлером. Выставив свет и настроив телесуфлер, все подсобные вышли, а оператор направил камеру на Блестящего, сделал условный знак Сомику.

– Шеф, можно начинать, – пошевелил усиками Сомик.

Блестящий, снова сложил перед собой руки и изобразив доверительную улыбку, с отеческими нотками в голосе, стал читать текст, высветившийся на телесуфлере. Через несколько минут раздался бой курантов и оператор доложил: «Снято».

– Когда смонтируете, принесете, покажите, – указал на дверь Сомик и дождавшись, когда все вышли, пошевелил усиками, изображая улыбку и спросил у Блестящего: «Когда детей поздравлять будем? Сейчас или отдохнете?»

– Сейчас, – решительно встал из-за стола Блестящий.

Они, выйдя из зала заседаний и спустились вниз, и прошли по длинной стеклянной галерее через внутренний двор в помещение зимнего сада. Здесь, возле наряженной елочки, выстроились в линейку с два десятка детей разного возраста, одетые героями детских сказок. За ними, в костюмах лесных зверушек, возвышались рослые охранники из службы безопасности. Чуть в стороне, вытянулся по стойке смирно, прижимая жезл к груди, начальник караула полковник Карпович в костюме Деда Мороза и лейтенант Синицына, наряженная Снегурочкой.

–Здравствуйте, дети, – остановился на приличном расстояние от детей Блестящий.

Полковник Карпович махнул рукой, одетой в рукавицу Деда Мороза, и дети отрепетировано, в один голос ответили, – Здравствуйте, наш любимый, дорогой!

– Поздравляю вас всех с наступающим Новым годом.

Карпович вскинул вверх жезл, и дети дружно прокричали: «Ура! Ура! Ура!»

– Аллигатор Аллигаторович прочитал ваши письма и собрал вас здесь, в своей резиденции, чтобы вручить новогодние подарки, о которых вы мечтали, – вышел из-за спины Блестящего Сомик, держа пачку конвертов в руке. Он вытащил из конверта первое письмо и огласил, – Саша Сливкин.

– Я, – вышел из строя мальчик лет двенадцати в костюме пионера. Он было направился к Блестящему, но его сзади за шиворот удержала лапа охранника в костюме медведя.

– Саша, пишет, что он учиться в пятом классе и очень мечтает о деревянном коне, который у него сломался, – прочитал письмо Сомик и посмотрев на мальчика, закончил шевеля усиками, – Твоя пожелание выполнено. Приведите коня, Саше!

Тут же снегурочка, лейтенант Синицына, выкатила за узды детского деревянного коня на колесиках и подкатила его к Саше.

– Спасибо, – Саша сел на коня, а медведь-охранник, взял его за хвост и вернул обратно в строй.

–Мурат Баймухомедов, – достал следующее письмо Сомик.

– Я, – пискнув из строя маленький пухлый мальчик в костюме Колобка, придерживаемый сзади клоуном-охранником и выкатился на шаг из строя.

–Мурат живет в многодетной семье, в степной деревне. У него пятеро братьев и сестер и они все мечтают иметь деревянного коня на колесиках, которого они видели по телевизору в одном старом фильме, – и Сомик, покрутив головой по сторонам, вопросительно произнес, – Так, где же конь Мурата? Почему я его не вижу?

– Здесь он, здесь, – выкатывая из-за елки коня, весело ответила снегурочка Синицына. Она подкатила, его к Мурату и стала помогать забраться в седло.

– Я не понял, почему они все хотят коней, – вполголоса спросил Блестящий чуть повернув голову к Сомику.

– Компания Беломедведева «Деревянные Технологии», выиграла весь госзаказ на новогодние игрушки, – прикрыв ладошкой усы, ответил Сомик, – Но пока только одну линию запустили, с конями.

– Понятно, – кивнул Блестящий, – Но все равно, пусть разнообразят ассортимент.

– Уже автоматы начали выпускать. Но решили на Новый Год их пока детям не дарить, – виновато посмотрел на него Сомик.

– Ну, хорошо кони так кони. Давай заканчивай быстрее.

– Вот какое совпадение, – снова обратился к детям Сомик, – Все дети захотели получить на Новый Год деревянных коней. Но где же взять столько коней, – покрутил по сторонам головой Сомик и остановив взгляд на полковнике Карповиче, спросил, – Может Дедушка Мороз нам поможет найти столько коней?

– Конечно помогу. Я как раз приехал к вам на елку в упряжке, запряженной конями. И я их вам, дарю. Снегурка, распрягай коней! – Стукнул посохом по полу Карпович.

– Уже распрягла, Дедушка, – и лейтенант Синицыны стала выкатывать из-под елки остальных коней.

– Ну, вы и артисты, – усмехнулся Блестящий, покачав головой.

Когда все кони были розданы, Сомик снова обратился к детям:

– А теперь, вы вместе с Дедом Морозом и Снегурочкой, на его автобусе, поедете в Кремль, на Новогоднюю Елку!

– Спасибо! «Спасибо!» —по знаку полковника Карповича прокричали дети и переодетые в зверей охранники стали их вместе с конями выводить из сада.

– Ну, все на сегодня с меня хватит, – дождавшись, когда уйдут дети, устало произнес Блестящий, – Надеюсь, больше ничего никому не должен?

– Вам еще надо разгримироваться, – напомнил Сомик, – Вас проводить?

– Не, надо. Сам дойду. Свободен, – Блестящий развернулся и по галерее вернулся во дворец.

***

На втором этаже, в холле его встретила все таже эффектная блондинка гримерша, в облегающих джинсах.

– Ну, наконец то закончил, – блондинка открыла дверь в небольшую комнату с зеркалом на стене и столиком, заставленным косметическими принадлежностями, перед которым стояло вращающееся парикмахерское кресло.

Блестящий снял пиджак и отдав его блондинке, сел в кресло, освободил узел галстука на шее и закрыв глаза, устало произнес: «Задолбался сегодня. Не люблю я эту предновогоднюю суету».

– Сейчас мы тебя восстановим, – подошла к нему сзади блондинка и положив теплое влажное полотенце на лицо, стала осторожно растирать его плавными движениями.

– Ну, вот почти готово, – блондинка сняла полотенце, на котором остались отчетливые следы косметики, красок, теней и кремов. Потом обмахнув лицо мягкой кисточкой, взяла со стола фен и включив его, обдула голову Блестящего. Тот открыл глаза. Из зеркала на него смотрело совсем другое лицо, пожилого человека с торчащим вверх пушком седых волос.

– Ничего не оставила от героического вида, – невесело пошутил он.

– А ты мне такой еще больше нравишься. – Блондинка наклонилась и прижавшись лицом к его щеке, рукой слегка взбила седоватый, редкий клок волос, – Ты на цыплёнка становишься похож. Ну, что массаж, нижней части тела будем делать?

–Нет, Эльвира. Устал я сегодня, – покачал головой Блестящий, – Сначала эта старая дура из Верховного суда, в своей шапочке с кисточкой, потом эти дети с конями. Американцы весь день не отставали. Хочу отдохнуть.

– Ну и правильно. Отдохни зайчик, – блондинка чмокнула его в щеку и распрямившись сняла с вешалки пиджак.

Блестящий с трудом встал из кресла и чуть вытянул руки назад.

– Если, что звони. Я сегодня смену здесь принимаю от лейтенанта Синицыной, – блондинка помогла ему надеть пиджак.

– Хорошо, – не оборачиваясь ответил Блестящий, выходя из гримерки.

Он снова спустился на первый этаж и через дверь с вырезанной русалкой, прошел в бассейн, со стеклянным куполом, за которым виднелось уже ночное небо, подсвеченное огнями города. Подойдя к небольшому столику с накрытым ужином, он не спеша разделся и аккуратно повесив одежду на спинку стула, и оставшись в одних трусах, подошел к хромированной лестницы для спуска в бассейн. Взявшись за ручки, он спустился на две ступеньки вниз и дойдя до коленок, остановился в нерешительности.

–Нет и купаться сегодня не хочу, – произнес он вслух и выйдя на борт бассейна, вернулся к столику. Накинув на себя лежащий на стуле длинный, пушистый халат, он с рассмотрел закуски, выставленные на столике и взяв из вазы большое красное яблоко, понюхал и покрутив его в руках и положил обратно.

– Все, спать. – Он громко зевнул и пройдя вдоль бассейна, открыл дверь в спальную комнату, с большой кроватью посередине, и с золоченым изголовьем в стиле Людовика Четырнадцатого. Комната была слаба освещена ночным светильником из розового стекла, висевшим на потолке, над кроватью. Сбросив на пол халат, он подошел к кровати, на четвереньках подползя к подушке и упал на нее лицом вниз. Полежав немного, перевернулся на спину, накрылся краем перины и протянув вверх руку, схватился за кисточку со шнурком от светильника и дернув за нее, выключил свет.

***

Блестящий проснулся от яркой полоски света, падающую на кровать из приоткрывшейся двери. Полоска стала медленно расширяться и в проеме появился небольшой силуэт.

– Эльвира, это ты, – всматриваясь в силуэт, спросил он, пытаясь наощупь найти шнур выключателя над головой. Наконец поймав кисточку с силой, дернул, и спальня осветилась розоватым, приглушенным светом. В проеме стояла маленькая девочка, лет двенадцати.

– Ты кто, – спросил с удивлением Блестящий.

– Красная Шапочка, – девочка сделала легки книксен в его сторону.

– А как ты здесь оказалась?

– Нас привезли сегодня к вам, на вручение подарков.

– А почему ты еще здесь? Все дети давно уехали?

– Я стояла у елочки, рядом с дядей-индейцем. А когда все стали уходить, я незаметно спряталась под елочку.

– А зачем спряталась? С какой целью, – Блестящий потянулся к прикроватной тумбочке, включил стоящую на ней лампу и смог наконец то разглядеть девочку. На ней была надета вышитая юбочка- комбинезон, поверх белой блузки с рукавами-воланами. На ногах сапожки на невысоких каблучках, а на голове, шапочка, в форме колокольчика, красного цвета. В руке девочка держала плетеную корзинку, в которой что-то лежало прикрытое сверху белой салфеткой.

– Потому, что мне не нужен был деревянный конь на колесах. Я вам в письме писала совсем про другое.

– А что тебе надо было, – строго спросил Блестящий, садясь на кровать, спуская ноги на пол, – Мне тысячи писем приходит каждый день. Мог и забыть.

–Я просила вас помочь передать моей бабушки пирожки, – девочка приподняла угол салфетки и показала содержимое корзинки. Там действительно лежали горкой, аппетитно подрумяненные пирожки, – Их печет моя мама, а я отношу их бабушке. Но я никак не могу к ней дойти.

– Знаю, знаю, я эту сказку, – перебил ее Блестящий. – Вот, что. Я сейчас вызову охрану, и она отвезет тебя вместе с пирожками к твоей бабушке. Ты где живешь?

– В Дровосецке. Только это не сказка, – покачала головой Шапочка, – Это реальная история.

– Что значит реальная?

– В нашем городе и районе, вся власть принадлежит дровосекам, – начала рассказывать Шапочка. – Они вырубают вокруг все леса на продажу. Богатеют на этом, покупают себе за границей дворцы и яхты. Лесов становится все меньше, животные вынуждены уезжают в другие места обитания. Теперь даже волки стали перебираться в город, устраиваясь на работу таксистами или дворниками. Горожане начали возмущаться и выходить с пикетами за сохранение лесов и животных. А дровосеки, пользуясь придуманные ими законами, начали их задерживают и арестовывать на пятнадцать суток. И мою бабушку тоже арестовали. В тюрьме, куда ее посадили, плохо кормят. А бабушке врач прописал питаться только мамиными пирожками. Я стала носить ей пирожки, а дровосеки разламывают их и говорят, что не положено. А потом сами их съедают. Когда по телевизору показали, что вы принимаете письма от детей и выполняете их Новогодние пожелания, я села и написало вам, с просьбой помочь передать пирожки бабушке. И от вас пришел ответ, и я приехала. Но вместо моей просьбы, мне подарили деревянного коня, – Шапочка, тяжело вздохнув, грустно закончила, – Спасибо конечно. Только зачем ей конь?

– От меня то, ты что хочешь? У вас в городе, есть депутаты, журналисты, полиция в конце концов. Обратитесь сначала к ним?

–Мы куда только не обращались. Но все бояться дровосеков и говорят, что бабушка сама виновата. Только на вас одна надежда осталась, – грустно вздохнула Шапочка. – Вот если бы вы приехали и приказали им. Они бы тут же ее отпустили.

– Девочка. Ты не представляешь, как мне не просто взять и приехать, – встал с кровати и заходил по спальне Блестящий, – Мои визиты все должны готовиться за ранее. Мне надо кому-то передать полномочия, чемоданчик с красной кнопкой. Подготовить общественность, для чего я еду, с кем собираюсь встретиться. Ты не представляешь, что начнется в мире, если я вдруг неожиданно заявлюсь в твой Дровосецк. Тут же поднимет вой вся эта западная пресса. Цены на нефть сразу подскочат или упадут. Понимаешь, – Блестящий остановился напротив Шапочки и погладил ее по голове.

– А если незаметно. Прямо сейчас взять и съездит? Здесь километров двести, не больше. И вы сразу же вернетесь и продолжите руководить страной. И никто не узнает, – Шапочка поставила корзинку на пол и прижав ладошки к груди, с мольбой на лице посмотрела на Блестящего. – Я вас очень прошу.

– Как ты это представляешь, – застонал Блестящий. – На чем мы поедем?

–На такси, – с надеждой произнесла Шапочка, – Меня сюда Коля Волков привез. Он у нас в Дровосецке таксистом работает Он недалеко отсюда меня ждет, чтобы домой отвезти. Я ему позвоню, и он подъедет. Надо только выйти из вашей резиденции, а то здесь мой телефон не ловит сигнал, – Шапочка достала из кармана и показала телефон. – Он вас потом обратно и привезет.

– Как у вас все просто решается у детей, – застонав, вскинул руки вверх Блестящий.

– Ну, если не хотите так и скажите, – снова погрустнела Шапочка. Тогда хотя бы подскажите, как мне выйти отсюда на дорогу, и она, взяв в руку корзинку повернулась к двери.

– Ты так в юбочке и пойдешь. На улице мороз, между прочим, – язвительно произнес ей вслед Блестящий.

– Моя одежда осталась в автобусе, – повернулась к нему Шапочка, – Но там под елочкой, где вы нам дарили коней, лежат шубки Деда Мороза и Снегурочки. Если можно, я возьму снегурочкину, а потом вышлю обратно по почте. Так вы меня проводите?

– Вот, упертая какая, – покачал головой Блестящий, – Подожди, сейчас только оденусь.

Он подошел к кровати, рядом с которой на стуле, лежал аккуратно сложенный спортивный костюм. Надев его, сунул ноги в тапочки и вернулся к двери, – Пошли.

Они прошли через бассейн и выйдя в холл перешли по стеклянной галереи в зимний сад, где проходило поздравление детей. Рядом с елкой на полу валялась одежда Снегурочки и Деда мороза и стояли большие белые валенки. Шапочка взяла шубку снегурочки, надела на себя и подвернув немного рукава, повернулась к Блестящему:

– Ну, что мне идет?

– Главное, чтобы не замерзла в ней.

– А, у Деда Мороза, тяжелая какая, – Шапочка нагнулась и с трудом подняла вторую шубу. – В ней точно не замерзнешь. А они, кстати, военные оказались?

– Кто, – не понял Блестящий.

–Дед Мороз и Снегурочка, – рассмеялась Шапочка. – Я когда под елочкой пряталась, слышала, как Дед Мороз ей, что-то приказал, назвав ее лейтенант Синицына, а та ответила: «Слушаюсь товарищ полковник».

– Кто их знает, кто они на самом деле, – пожал плечами Блестящий.

– Ну, так, что. Вы проводите на улицу?

– Тут только через парк можно пройти, – подумав немного, ответил Блестящий. – Придется и мне одеваться.

Он поднял с пола и набросил на плечи, действительно тяжелую шубу.

– Шапку, обязательно наденьте, – протянула ему Шапочка обшитый белым мехом красный колпак Деда мороза.

– И валенки придется надевать. Там снега много намело, – вздохнул Блестящий и с трудом, поддерживаемый Шапочкой, всунул ноги в валенки, приказал:

«Иди за мной след в след, чтобы в камеры видеонаблюдения не попасть. Только тихо».

***

Они вышли через стеклянную дверь из зимнего сада на открытую веранду. Блестящий остановился, прикидывая маршрут.

–По дорожкам идти нельзя, они просматриваются. Пойдем с другой стороны, – он указал на ряд высоких туй, росших вдоль расчищенной дорожки, и посмотрел на ножки Шапочке, одетые в невысокие сапожки. -Придется мне нести тебя на руках, там сугробы глубокие. Давай, свою корзинку. -Он присел, и приподняв Шапочку одной рукой, прижал ее к себе, – Держись за шею руками. – Шапочка послушно обняла его и он, высоко поднимая ноги, обутые в валенки, стал пробираться через снег в направлении темнеющего парка.

Парк закончился высоким забором, сложенным из железобетонных блоков. Блестящий подошел к небольшой березке, росшей чуть в стороне. «Где-то кнопка здесь должна быть». Он, сняв рукавицу и стал водить рукой по стволу. «Нашел». И тут же один из блоков развернулся, открыв небольшой проход. Они протиснулись через него и оказались на другой стороне у обочины небольшой, хорошо прочищенной дороги, ведущей в сторону мерцающих огней какого-то поселка. Блестящий поставил Шапочку на дорогу и вернул ей корзинку. «Здесь ты уже сама сможешь. Пошли, я доведу до шоссе». Они молча прошли еще километра полтора до огней и пройдя несколько спящих домов, с потухшими окнами, подошли к освещенному фонарем перекрестку. На стене дома с противоположной стороны висела табличка «Копейское шоссе, 328».

– Проверь. Заработал твой телефон, -оглянулся на Шапочку Блестящий.

Девочка сунула руку в кармашек и достав телефон, нажала кнопку включения и тут же экран засветился.

–Работает, – радостно воскликнула Шапочка.

–Вызывай своего таксиста. И узнай, когда приедет.

Шапочка набрала номер и поднесла телефон к ушку: «Коля, это я. Все нормально. Я на Копейском шоссе, дом 328. Хорошо, жду». Она убрала телефон и со счастливым лицом посмотрела на Блестящего: «Через полчаса будет».

– Подожду, пока приедет, – ответил Блестящий подобревшим голосом.

– Вы ведь даже не поужинали. Я видела, как вы подошли в бассейне к столу и ничего не стали есть.

– Некрасиво подглядывать за людьми. Чему вас в школе учат, – усмехнулся Блестящий.

– Вот возьмите, съешьте пирожок, – Шапочка сняла салфетку с корзинки и протянула ее Блестящему.

–Мне не положено есть неизвестные продукты. Их должен кто-то попробовать из окружения.

–А если я попробую, – Она взяла верхних пирожок и откусила, -У-у-у. Этот с картошкой. – И она снова протянула ему корзинку, – Берите. Видите, я же не умерла.

– Ну, давай, – Блестящий сунул рукавицу в карман и взяв пирожок с аппетитом его съел.

– С чем у вас был?

–Кажется с капустой?

– Вот этот теперь попробуйте, -она, ткнув пальчиком, указала на пирожок в центре, – Этот должен быть с рисом и яйцом. Мои самый любимый.

Блестящий взял и надкусил выбранный Шапочкой пирожок.

– Ну, с чем?

– С рисом, – полным ртом ответил Блестящий.

– А вот должен быть с грибочками. Пальчики оближите. Еще вкусней, – Шапочка протягивала ему следующий пирожок.

– Я смотрю у тебя все самые вкусные, – потеряв осторожность, взял пирожок Блестящий.

– Самые вкусные, внизу. С повидлом. Мама всегда так укладывает, чтобы они оставались на десерт. Хотите найду?

– Мы так все пирожки съедим. Бабушке ничего не останется.

– Так мне все равно не разрешать ей их передать, – погрустнела Шапочка, – Знаете, что, а вы забирайте всю корзинку. Мама еще напечет, – и она поставил ее к ногам Блестящего.

В это время из-за поворота выехала старенькая серая «семерка» с таксистским фонарем на крыше. Она подъехала к ним и остановилась.

– Вот и Коля приехал, – радостно воскликнула Шапочка.

Водительская дверь открылась и из нее вылез кто-то в синей спортивной шапочке.

– Я здесь, Колян, – замахала ему рукой Шапочка.

Водитель обернулся и Блестящий испуганно отшатнулся назад. Из-под шапочки на него смотрела поросшее серой шерстью морда волка, оскалившего зубы в хищной улыбке.

– Это же волк, – с ужасом воскликнул Блестящий.

– Конечно волк. Я же вам рассказывала. Они стали переселяться в город из вырубленных лесов. Но они в основном нормальные и хорошо выполняют любую работу.

– Ну, чего стоишь, – слегка прорычал Коля, – Давай, залезай в машину. Мне утром смену Лосеву надо сдавать. А этот дед с тобой?

– Нет. Он меня провожал, – Шапочка повернулась к Блестящему и грустно посмотрела на него, – Спасибо вам большое. Вы добрый. Я вас именно таким и представляла. Заберите все-таки корзинку. Внизу обязательно с повидлом найдете.

Она снова поставила у его ног корзинку и открыла заднюю дверь «копейки»

– Подожди, – Блестящий взял корзинку и шагнул к машине. – Я с тобой поеду. Что-то я не очень доверяю этим волкам. А там и бабушку твою заодно проведаем.

***

Шапочка, свернувшись калачиком на заднем сидении, уснула и проспала всю дорогу до Дровосецке. Зато Коля оказался веселый и разговорчивый волк. Он без остановки рассказывал анекдоты из жизни зайцев, периодически выхватывая из корзинки пирожки, бросая, не разжёвывая, себе в пасть. Когда пирожков осталось совсем немного, Блестящий забрал у него корзинку, укоризненно сказав, надо хоть что-то бабушке привезти. Где-то часа через три, Коля съехал с шоссе под указатель Дровосецк, и они, проехав еще километров двадцать по плохо расчищенной от снега дороге, въехали в уже просыпающейся город. Он мало чем отличался от всех небольших, районных городков. Сначала вдоль дороги тянулись одноэтажные домики в два окошка, с покосившимися деревянными заборами, наполовину засыпанные снежными сугробами. Потом они проехали спальный район, с разбросанными среди пустырей панельными пятиэтажками и въехали в старый город, где с обеих сторон дороги, стояли добротные, двухэтажные, кирпичные дома, дореволюционной постройки, с архитектурными элементами на фасадах. Название улиц то же было, как и везде: Первомайская, Крупской, Энгельса и конечно Советская.

– Нам куда ехать, – опустив стекло, закуривая, спросил Коля.

– К бабушке, наверное, – посмотрев на спящую Шапочку, не стал будить ее Блестящий.

– Значит в лесничество, – выбросив сигаретку, Коля свернул вправо, за автобусной остановкой, на которой уже мерзли первые утренние пассажиры и выехал на центральную площадь, с круговым движением. Здесь тоже выглядело все привычно одинаково. В центре располагалось трёхэтажное административное здание с колоннами и флагом на крыше. На фронтоне здания были изображены два скрещенных топора, а в центре площади, на высоком постаменте стоял памятник Ленину с вытянутой вперед рукой. Только вместо привычная кепка, местный Ленин держал в руке топор. Слева от администрации тянулось жёлтое здание без окон, похожее на амбар, с вывеской по всей длине «Центральный рынок», а слева возвышаясь над площадью, блестел современным стеклянным фасадом Торговый Дом «Дровосек», с многочисленными вывесками расположенных там компаний, среди которых ярче всех выделялась, «Ресторан Лесоруб». В центре площади, между зданием администрации и памятником, несколько рабочих в оранжевых комбинезонах, в свете прожектора, при помощи автокрана устанавливали большую голубую ель, зачаленную к стреле крана.

– До обеда нарядят, а вечером срубать будут, – прокомментировав Коля.

– В каком смысле, – не понял Блестящий.

– В прямом. У нас на Новый Год, традиционно рубят елочку.

Объехав площадь, они свернули в узкий переулок и проехав еще немного остановились перед двухэтажным зданием, с вывеской «Лесничество» и неярким фонарем над дверь. На небольшой парковке у здания стоял зеленый Уазик с проблесковым маячком на крыше и изображением все тех двух топоров, на водительской двери.

– Вот и приехали, – стащил шапку с головы Коля и подергал треугольным ухом, – Шапуль просыпайся.

– Мы, что уже в Дровосецке, – открыла глаза Шапочка и приподнявшись, выглянула в окно. – И правда, дома.

– Я вас здесь подожду. Только вы не долго там, – Коля достал сигарету и чиркнул зажигалкой.

– Ну, что пойдемте, – Шапочка вопросительно посмотрела на Блестящего.

– А для чего мы приехали, – бодрым голосом ответил Блестящий вылезая из машины.

Они вошли в здание Лесничества, где за стеклянной перегородкой с надписью Дежурный сидел, отхлебывая чай из эмалированной кружки, военный. На нем была надета зеленая форма с капитанскими погонами, а рядом, на столе лежала фуражка с кокардой в виде скрещенных топориков.

– Подождите меня здесь, – остановила Шапочка Блестящего у дверей, а сама подошла к Дежурному, – Здравствуйте.

– Чего надо, – дуя на горячую кружку, равнодушно спросил офицер.

– Я вот передачу бабушке принесла, – Шапочка поставила на стойку перед ним корзинку.

– Что там у тебя, -зевнул Дежурный.

– Пирожки.

Дежурный приподнял салфетку и вытащив один пирожок, откусил и запил из кружки: «А ничего вкусные. Только ты рано пришла. Передачи принимают с девяти, вон в том окошке», – Дежурный указал на маленькое, закрытое окошко на противоположной стене.

– Я знаю. Я специально пораньше. Чтобы очередь первой занять. Можно я здесь подожду?

– Не положено конечно. Ладно, присядь там в углу, за окном, – неохотно согласился дежурный, – А это кто еще с тобой?

– Мой дедушка, – и она снова протянула корзинку дежурному, – Возьмите еще пирожок.

– Только, чтобы тихо там сидели, – дежурный подцепил пару пирожков и пошел доливать в кружку кипяток.

Они отошли к противоположной стене и присели на два скрипучих стула рядом с окном. Шапочка достала телефон и включив, стала быстро набирать какой-то текст.

– У тебя тут всего два пирожка осталось, – Блестящий приподнял салфетку и заглянул в корзинку.

– Я маме уже эсэмэску сбросила. Она сейчас свежих напечет, – спрятала телефон в кармашек Шапочка, – А эти надо доесть. Берите, а я с Колей пойду договорюсь, чтобы к открытию подвез.

Блестящий взял пирожки, а Шапочка с пустой корзинкой незаметно выскочила за дверь и скоро вернулась с радостным лицом: «Согласился».

– Тебе в Министерстве иностранных дел надо работать, – с одобрительно произнес Блестящий и протянул ей последней пирожок, – Это твой, с повидлом. Я сладкое не люблю.

Постепенно в помещение лесничества все чаще начали заходить другие люди. В основном это были одетые в зеленую форму лесники, разного звания. У них у всех на ремнях были пристегнуты кобуры, из которых торчали ручки маленьких топориков. Они отмечались в журнале дежурного и расходились по служебным кабинетам. Кроме них, стали заглядывать с настороженными лицами гражданские, принесшие передачи своим родственникам и знакомым, задержанным на пятнадцать суток. Посторонним нельзя было находиться в помещении, и дежурный отправлял их дожидаться на улицу, разрешив оставаться двум пожилым пенсионерам и молодой мамаше с грудным ребенком. На какое-то время в здание лесничества наступила полная тишина. Но как только большие настенные часы пробили девять, в дверь, с клубами холодного воздуха, с улицы вкатился, в зеленом камуфляжном бушлате с полковничьим погонами, большой, почти круглый военный, в высокой каракулевой папахе. В помещении сразу стало как будто тесновато, а воздухе повис стойкий запах кожаной портупеи, вперемешку с винными парами. Дежурный офицер, резко подскочил из-за стола и вытянувшись, приложив руку фуражке.

–Подморозило сегодня, – отдуваясь произнес полковник, отчего концентрация исходивших от него паров значительно усилилась. – А эти, что здесь делают, – нахмурился он, увидев забившихся в угол ожидающих.

–Передачи осужденным принесли, – испуганно вжал голову в плечи Дежурный.

–Очистить помещение, – повелительно бросил через плечо полковник и развернувшись стал подниматься по лестнице на второй этаж.

–Так, товарищи выходим все на улицу, – выбежал из-за стойки Дежурный, замахав руками в сторону двери.

– Отставить – Блестящий встал со стула и подойдя к Дежурному, встал перед ним скрестив руки на груди. – Кто это был в папахе?

– Начальник полиции. В смысле лесничества, – отшатнулся от неожиданности Дежурный.

– Бывший начальник полиции, – грозно произнес Блестящий.

–Простите, а вы кто, – пролепетал Дежурный.

– Это Аллигатор Аллигаторович, – выглянула из-за спины Блестящего Шапочка, – Наш президент.

– Я сейчас. Подождите, -попятился назад Дежурный и развернувшись, перепрыгивая через ступеньки, помчался наверх.

Блестящий подошел к приемному окошку и с силой стукнув по нему кулаком, грозно крикнул: Открывай!

С той стороны раздался какой-то скрежет, дверка окошка открылась и в нем показалось сонное, одутловатое лицо, в мятом, форменном кителе, с погонами прапорщика.

–Чего надо, – просипело лицо, выдыхая крепкий чесночный запах.

–Сейчас же начинай прием, – Блестящий сунул руку в окошко и ухватил его за узел галстука, вытащил наружу. – Полчаса даю, чтобы всех пропустил. Не успеешь. Звездочки долой и на улице снег убирать будешь, – и он, засунув лицо обратно, повернулся с замершим с удивлёнными лицами, ожидающим: «Товарищи, подходите, не стесняйтесь. А ты, Шапочка, зови сюда остальных. Нечего там мерзнуть.

– Ура, – радостно закричала Шапочка и побежала к выходу.

В это время в помещении снова появился Дежурный и испуганно оглядевшись, позвал Блестящего:

– Товарищ. Вас начальник просит к себе подняться.

– Веди, – скомандовал Блестящий.

Они поднялись на второй этаж. Дежурный, забежав вперед, распахнул оббитую коричневым дермантином дверь пропуская его внутрь, а сам остался снаружи и сделал знак рукой. Тут же из глубины коридора к нему подбежали двое крепких парней в зеленой камуфляжной форме с топориками на поясном ремне.

– Тсс, -дежурный приложил палец к губам и прикрыв дверь, оставив небольшую щелочку, прижался к ней ухом.

Кабинет начальника был ярко освещен. В углу, на стуле, лежал его бушлат и папаха. А сам он сидел в кресле, за письменным столом, на котором стоял телефон, цветочный горшок с торчащей из него маленькой елочкой и деревянная статуэтка топора воткнутого в пень дерева. На стене, за спиной начальника, висел портрет Блестящего в золоченой раме.

– Здравствуй, Дедушка Мороз, – рассмотрев внимательно Блестящего, начальник откинулся на спину стула, обхватив живот руками.

– Что, – не понял Блестящей.

–А чего без бороды? Волки отгрызли, – издевательски рассмеялся начальник.

– Встать, – сделав шаг к столу, Блестящий и с силой стукнул кулаком по столу, так, что елочка выпала из горшка. Но тут же из-за двери выскочили те двое крепких парней и подбежав к Блестящему, заломили ему руки за спину.

–Обыскать, – приказал начальник, втыкая елочку в горшок.

Дежурный офицер, проверил карманы тулупа и вытащил длинную искусственную бороду на резинке. «Это что такое», – он помахал ей перед лицом Блестящего.

–Как раз та самая борода. Положи, где взял, – пристально посмотрел на него Блестящий.

Дежурный, сунул обратно бороду в карман и повернулся к начальнику: «Больше ничего нет».

– Так, ты кто такой, – зевая, потянулся начальник,

– Я это, он, – повел плечами Блестящий и кивнув головой на портрет.

– Он, – начальник развернулся на кресле в пол-оборота и посмотрел на портрет, – Что-то не похож. – Он вылез из кресла и пройдя мимо державших Блестящего дровосеков, приказал, – А ну ка приложите его рядом. Сравним.

Те, легко подхватив Блестящего под руки, подтащили его к стене, и развернув, приподняли и припечатали рядом с портретом.

– Шапку, снимите, – приказал начальник, встав в позу человека, рассматривающего картину.

– Совсем не похож, – он покачал головой и посмотрел на дежурного, – А ты, что думаешь, Петя?

– Ничего общего, – подошел ближе к стене дежурный и достав телефон, сделал несколько фото. И тут Блестящий, приподнял ногу, обутую в валенок, и с силой ударил ей в грудь дежурного, так что тот отлетел назад и сбив стоящего начальника они вместе распластались на полу.

–Да, помогите мне кто ни будь, – безуспешно пытаясь встать, завопил начальник, катаясь по полу.

Дежурный вскочил первыми и с трудом помог встать ему на ноги.

– Я тебя засажу по полной, – прорычал начальник, грозя Блестящему пальцем, сохраняя, однако дистанцию до него.

– Да, вы сами упали. Я-то тут причем, – неожиданно спокойным голосом ответил Блестящий. – Свидетелей нет. А менты твои не в счет.

– Вон камера. Там все записано, – злорадно рассмеялся начальник и вытянул руку в противоположный угол, где под самым потоком весел небольшой темный фонарь, – Ты у меня всю оставшуюся жизнь на лесоповале проведешь, – и он с вытянутой рукой повернулся к двери и заорал, – Тащите его в одиночку и отопление отключите.

Бравые дровосеки, тут же положили Блестящего лицом на пол, застегнули руки за спиной наручниками и схватив его за воротник тулупа, выволокли из кабинета.

Начальник, тяжело дыша, все также с вытянутой вперед рукой подошел к столу и упав в кресло, приказал дежурному: «Набери мне прокурора».

Дежурный схватил трубку и протянув ее начальнику, быстро покрутил диск телефона.

– Але, – все еще тяжело дыша, произнес начальник, – Соломон, у меня к тебе срочное дело. Тут к нам Дед Мороз приехал. Выдает себя за президента страны и дежурного моего избил ногами. Что посоветуешь? – Тут он замолчал, прислушался и ответил, – Да нормально все с дежурным. Что ему будет, – Он снова замолчал, слушая внимательно ответ прокурора, – Считаешь, что это политикой пахнет. И что делать будем? Хорошо, жду твоего звонка. Не затягивай только.

Он положил трубку на стол и посидев ещё немного отдуваясь, потом с трудом нагнулся под стол и достал немного отпитую бутылку коньяка. Взяв стакан, он плеснул в него немного коньяка и подумав немного, налил полный. Покрутил головой и остановившись взглядом на стоящем напротив стола Дежурного, махнул рукой в сторону стула, на котором лежал его бушлат: «Петя, посмотри там в кармане. Кажется, конфетка там была».

Дежурный быстро принес и протянул ему бушлат.

–Ну, ты сам что ли не можешь. Видишь у меня рука занята, – поморщился начальник.

Дежурный пошарил по карманам бушлата. Вытащил и протянул ему конфету.

–Красная шапочка, – прочитал обертку начальник. – Он медленными глотками, не останавливаясь выпил коньяк и поставив стакан развернул конфету, – А сейчас я тебя съем, Красная Шапочка.

Но в это время зазвонил телефон и начальник, бросив конфету, схватил трубку, – Да. Собираемся все в одиннадцать у Главы? А кто все? А-а-а. Значит все. Я за тобой сейчас заеду. – Он положил трубку с трудом вылезая из кресла, посмотрел на дежурного:

«Чего стоишь? Давай бушлат»

Дежурный быстро помог ему одеться. Начальник еще раз осмотрел кабинет и увидев забытую на столе бутылку, взял ее и сунув в карман бушлата, скомандовал: «Пошли».

Они спустились на первый этаж, где все приемное отделение было плотно забито людьми принесшие передачи.

– Вон, всех отсюда, – заорал начальник, топая ногами. Тут же из кабинетов стали выбегать лесники и выталкивать людей на улицу.

– Машина у подъезда, – доложил Дежурный, вернувшись с улицы.

– Никаких передач больше не принимать. До особого распоряжения, – Начальник оглядел выстроившихся перед ним подчинённых и натянув на голову папаху, выкатился из помещения.

***

В большом кабинете Главы Дровосецка, за длинным, покрытым красным сукном столом, собрались вся городская верхушка. Сам Глава, в зеленом мундире с золотыми эполетами сидел во главе стола. Сзади, на стене, весел в полный рост портрет Блестящего, в парадной форме времен Александра Первого. Портрет был заказан известному столичному художнику Софрону Никову на деньги, собранные в виде пожертвований от трудовых коллективов города. Слева от Главы сидели два его первых зама, братья Ротенфундеры, по совместительству местные олигархи-лесопромышленники, владеющие всеми лесозаготовками и деревообрабатывающим заводом. Потом шли чиновники рангом поменьше. Начальник городского хозяйства Всмяткин. То же человек далеко не бедный, учредитель всех жилищно-эксплуатационных и дорожных контор в городе. За ним, молодой, чернявый мужчина, племянник жены Главы, назначенный на пост районного министра здравоохранения сразу после окончания института, и одновременно совладелец городских аптек и стоматологических кабинетов. Последним сидел, щуплый, с длинной шеей, похожий на цаплю, почтмейстер, занимавший традиционно этот пост при всех руководителях района. Человек безвредный, перебивающийся мелкими взятками от просителей.

Справа, в разного цвета форменных мундирах расположились так называемые силовики. Первым, в черном мундире сидел прокурор, седовласый мужчина в очках, в тонкой золотой оправе. За ним, в зеленом камуфляже, известный нам уже начальник Лесничества, а рядом с ним, усталого вида подполковник, в синем кителе, еще советского образца с застывшим взглядом- начальник ГАИ (Городской Автоинспекции). Последней в это ряду сидела пожилая дама, в черной судейской мантии – Председатель районного суда. Она, опустив руки под стол, что-то украдкой вязала на спицах.

Они только что выслушали доклад начальника Лесничества и ждали реакцию Главы.

–Не нравится мне это все, -задумчиво произнес Глава и вопросительно обвел взглядом присутствующих. – Что молчите, – Он остановился на старшем Ротенфундере, – Начинай, Андрюша.

– Как бы он один без охраны приехал. Вы чего, – усмехнулся Старший, – Самозванец или сумасшедший.

– Петр Первый, тоже любил переодеваться внезапно наезжать. А потом, брал и развешивал всех на Красной площади, – вытянув шею, со знанием дела произнес Почтмейстер

– При чем здесь Петр Первый, – гневно блеснул глазами в его сторону Глава.

– То же ведь царь был, – втянул испуганно шею Почтмейстер.

– Следующий, – Глава посмотрел на Младшего Ротенфундера.

– Я думаю, это вопрос больше к медицине, – Младший кивнул на сидевшего рядом молодого министра, -Пусть проведут экспертизу на его на вменяемость.

– К сожалению, прямо сейчас не представляется возможным, – побледнел министр, -У нас в штате всего один психиатр-нарколог, но тот уже неделю на больничном.

– Часто, что-тот он у тебя болеет. Что за болезнь такая, – раздраженно посмотрел на него Глава.

–Известная, – хохотнул Лесничий и щелкнул пальцем по горлу.

– Даже здесь, ты не можешь Вася, без своих армейских шуточек, – покачал головой Глава, – Вопрос, очень серьезный. Следующий, – Он перевел взгляд на задремавшего гаишника, а Лесничий незаметно ткнул его локтем в бок.

– Ну, а что тут скажешь, – встряхнул головой гаишник и повторил слова Главы, – Вопрос очень серьезный.

– С этим все понятно, – махнул рукой на него Глава и обратился к прокурору.

– Надеюсь, вы Соломон Петрович предложите, что ни будь конструктивное?

–Раз мы исключили версию с невменяемостью, – поправив очки начал прокурор, – За сопротивление сотруднику лесничества до трех лет. А за такого рода самозванство, – прокурор выразительно посмотрел на портрет за спиной Главы, – На все десять потянет, не меньше, – и он, наклонившись, повернул голову в сторону женщины в мантии, – Что думаете, по этому поводу Мария Ивановна?

– А, что мне думать, – женщина быстро сунула под мантию спицы с вязанием, – Сколько скажите, столько и дам.

– Спасибо большое всем за советы. Но никто ничего дельного так не предложил. Отдувайся сам, Соломон Петрович, так, – язвительно произнес Глава и раздраженно забарабанил пальцами по столу.

– Хотя бы посмотреть на него сначала, – снова чуть вытянул шею Почтмейстер.

– На кого, – с неприязнью бросил взгляд на него Глава.

– Ну, на самозванца этого.

– Так у меня фотография есть, – вспомнил Лесничий, доставая смартфон дежурного. -Вот. – Он включил экран и найдя фото, положил его на стол перед Главой.

– Что-то я плохо вижу, – прищурившись, Глава покрутил в руках смартфон и протянул его старшему Ротерфундеру.

Тот надел очки и увеличив экран, внимательно рассмотрел фото:

– Не похож.

– Ничего общего – наклонился к нему Младший.

– Юрик, пусть посмотрит. Он молодой. У него глаз острей, – приказал Глава и Младший передал смартфон министру здравоохранения.

– Больше на пенсионера или даже на бомжа похож, -откомментировал фото министр.

– Ну, как я мог ошибиться, – облегченно выдохнул Лесничий, – Правильно прокурор предложил, судить его надо как самозванца.

– И лучше открытым судом. Прессу пригласить, чтобы резонанс был. На всю страну прогремит Дровосецк, – энергично поддержал молодой министр. – А там и Михаил Ивановича глядишь губернатором поставят.

Идея молодого министра явно всем понравилась, и они начали радостно обсуждать ее и строить планы на будущее. И тут раздался голос почтмейстера, продолжавшего внимательно рассматривать фотографию: «А уши вроде похожи».

Все сидевшие за столом одновременно посмотрели на почтмейстера.

– Что ты этим хочешь сказать, – прочистив горло, спросил Глава.

– Уши, говорю один в один, – почему-то радостно заулыбавшись, почтмейстер поднял смартфон над головой, демонстрируя фото, – И нос.

В зале нависла напряженная тишина и почтмейстер, почувствовав неладное, снова втянул в плечи свою длинную шею.

– Так, надо съездить и рассмотреть его вживую, – через некоторое время напряженно произнес Глава, – Кого отправим, – Он посмотрел на Старшего Ротенфундера, – Олежка, съездишь, посмотришь?

–Ну, почему сразу я? У меня зрения плохое, – он снова достал из кармана очки и нацепил их на нос. – Лучше уж пусть Почтмейстер едет. Он даже уши смог разглядеть на фотографии.

–Да, точно. Пусть Почтмейстер. Он разглядит, – радостно поддержали его сидящие за столом.

–Принимается, – Глава поднял вверх руку, прекращая разговоры и посмотрел на Почтмейстера, – Виссарион Акакиевич. Поручаю вам выполнить это ответственное задание.

– Слушаюсь, – подскочил из-за стола Почтмейстер со счастливым лицом и сунув под мышку тощую папочку выбежал из зала.

– Остальным, до особого распоряжения, приказываю оставаться здесь. – Глава приподнялся, расправил мундир, и неторопливой походкой подошел к небольшой двери между шкафами и взялся за ручку, – Я отдохну немного. Устал я от вас.

***

Крепкие дровосеки стащили Блестящего по лестнице в подвал и открыв тяжелую металлическую дверь, втолкнули в полутемную камеру, без окон, освещенную слабой лампочкой под потолком. Нецензурно предупредив, чтобы он вел себя тихо и не рыпался, они сняли с него наручники и ушли, закрыв дверь ключом с обратной стороны.

–Сволочи, я вас всех, – тяжело дыша, Блестящий приподнялся на ноги и увидел сидящего в углу на полу, какого-то мужчину в телогрейке, синих трениках и резиновых галошах надетые на босые ноги.

– Ты, кто, – подозрительно его разглядывая, спросил Блестящий.

–Витя Бомж.

– Что ты здесь делаешь, – Блестящий стал тереть запястье рук, пережатые наручниками.

– То же что и ты.

– Не переживай Витя, я тебя отсюда вытащу, – и Блестящий решительно подойдя к двери, стал с силой стучать по ней кулаком и закричал, – Я требую вызвать ко мне городского Главу!

Простучав так минуть пять, он отошел от двери и прислонившись спиной к стене, устало опустился на пол и посмотрел на Витю: «Они меня еще узнают».

– Зря, ты это делаешь Дед Мороз. Не дразни их. Только хуже будет, – покачал головой Витя.

– Что значит хуже?

–Переведут тебя в камеру к Большому Волку. А он тебя там съест. Со мной уже такое было, – вздохнул Витя.

– В каком смысле, – удивился Блестящий.

– В прямом и переносном.

–Ну, ты ведь жив?

– Они потом брюхо ему вскрывают и выпускают. Если, конечно, ты станешь на путь исправления, – невесело усмехнулся Витя, – Такие здесь порядки у дровосеков.

– Бред какой то, – рассмеялся Блестящий и с трудом приподнявшись, подойдя к двери, с криком «Откройте», стал снова бить в нее кулаком.

Через некоторое время, с наружной стороны раздался скрежет ключа и дверь отворилась, отбросив Блестящего на пол, и в камеру вошли уже четверо дровосеков. Они молча подхватили его за руки и ноги и пронеся по темному коридору, затащили в открытую дверь другой камеры. Она была значительно больше первой, хорошо освещенная, с небольшим за решётчатым окном под потолком. В углу камеры раскинув лапы на полу сидел огромный волк с несколько увеличенной мордой, с высунутым из пасти красным языком. Волк был явно не настоящий, резиновый или плюшевый, но производил пугающее впечатление. Рядом с ним, на полу. стояли две канистры, с надписью «Желудочный сок» и деревянная табуретка. Дровосеки поднесли Блестящего и поставили на пол перед Волком. Один из них протянул руку к шее Волка и опустив ее вниз, расстегнул длинную молнию на его животе. Он раздвинул рукой шкуру и посмотрел на Блестящего: «Полезай».

– Зачем, – дернулся было Блестящий, но стоящие по бокам двое других дровосека, подхватили его под руки и ловко запихнули в зияющее чрево Волка, развернув лицом наружу.

– Как себя чувствуешь, – нагнулся к Блестящему непринуждённо улыбаясь, главный из присутствующих дровосеков, с лейтенантскими погонами.

– Что вы от меня хотите, – сквозь зубы процедил Блестящий.

– Чтобы ты честно во всем признался. Кто ты на самом деле, с какой целью прибыл в Дровосецк? – миролюбиво произнес лейтенант. – Час времени даю на подготовку правильных ответов. – Он вытащил из кармана и протянул Блестящему небольшой черный пульт с единственной красной кнопкой на панели. – Как только созреешь, нажмешь кнопку и мы придем.

Блестящий ничего не ответил, продолжая злобно смотреть на дровосека.

– Ну, а если будешь упорствовать и отпираться. – Дровосек постучал носком ботинка по канистре, – Придется применять спецсредства. Поверь, после этого, начинали сознаваться самые упертые, – и он, взявшись за бегунок молнии, закрыл ее до конца и добавил. – Время пошло. У тебя всего час.

Дровосеки весело переглянулись между собой и вышли из камеры в коридор, оставив открытой дверь.

***

Почтмейстер, в расстёгнутой шинели, запыхавшись от быстрой ходьбы, поднявшись по ступенькам, вошел в здание Лесничества и подойдя к стойке дежурного и произнес с важным видом: «Покажи-ка мне любезный этого вашего самозванца. Это приказ Главы».

– Я в курсе. Мне уже звонил начальник, – кивнул дежурный, посмотрев на висевшие на стене часы и в это время, откуда-то снизу, из подвала раздался протяжный, тоскливый волчий вой.

– Что это, – испуганно огляделся по сторонам Почтмейстер.

– Не беспокойтесь. Все нормально, – встав из-за стола, вышел к нему дежурный. – Идите за мной.

Они спустились в подвал и пошли по длинному коридору мимо расположенных с обеих сторон железных дверей. В это время в конце коридора открылась дверь и оттуда вышли двое дровосеков, вытаскивая за хвост шкуру огромного волка с большой головой. Почтмейстер испуганно вскрикнул и прижался спиной к стене.

– Не бойтесь, господин Почтмейстер, это рабочий инвентарь, – весело посмотрел на него дежурный и спросил проходящих мимо них дровосеков, – Ну, что клиент созрел?

– Ну, а куда он на хер денется, – заржал в ответ один из них.

Пропустив дровосеков со шкурой волка, дежурный с Почтмейстером прошли вперед и зашли в камеру с открытой дверью, где на табуретке, сидел Блестящий в расстёгнутом тулупе, со сбившейся набок шапкой. Рядом, скрестив руки на груди, стоял с гордым видом лейтенант дровосеков.

–Ну, что драться больше не будешь, – спросил Дежурный, остановившись на расстоянии от Блестящего.

Тот приподнял голову и улыбнувшись, невинно посмотрел на Дежурного: «Извини капитан. Что-то переклинило»

– В суде будешь теперь раскаиваться, – презрительно усмехнулся Дежурный.

– А можно попросить его шапку снять, – выглядывая из-за его спины, вежливо попросил почтмейстер, наводя на Блестящего смартфон.

–Шапку сними, – приказал дежурный.

– Как скажешь начальник, – все с тем же невинным выражением на лице, Блестящий стащил шапку с головы.

Почтмейстер наклонился к уху Дежурного и зашептал, прикрывая рукой: «Я сейчас включу телефон на громкую связь с опочивальней Главы, а вы попробуйте разузнать кто он такой на самом деле. Включать?»

– Включай, – кивнул Дежурный и выдержав небольшую паузу, поставленным голосом, начал допрос: «Кто ты такой? Коротко отвечай на вопросы»

– Дед Мороз.

– Откуда и с какой целью прибыл в Дровосецк?

–Из Столицы, сегодня утром. С целью подработать на новогодних представлениях.

– С кем знаком в городе?

– С Красной Шапочкой.

–Что у вас у всех за клички такие странные?

– Это не клички. А имена сказочных персонажей, которых мы представляем.

– Ты мне сказки не рассказывай здесь, – грозно прикрикнул Дежурный, – Имя, фамилия.

– Чьё?

– Твое, Дед Мороз.

– Петров Иван Петрович, – Блестящий, не задумываясь назвал имя, под которым он еще в молодости начинал работать оперативником в комитете безопасности.

– Есть документы, удостоверяющие личность?

–Есть, конечно.

– Предъяви.

– Я их дома забыл. Торопился очень, – виновато развел руками Блестящий.

– А зачем ты выдавал себя за руководителя нашей страны, – задал следующий вопрос дежурный.

– Случайно получилось. Увидел его портрет на стене и ляпнул, не подумав, – виновато улыбнулся Блестящий.

И тут из смартфона, который держал руками перед собой Почтмейстер, записывая видео допроса, раздался повелительный голос Главы: «Достаточно. Все понятно. Привезите эту видеозапись ко мне, Виссарион Акакиевич. Пусть остальные посмотрят. А то сидят там все в зале перепуганные, словно в штаны наложили».

– Слушаюсь, ваше превосходительство, – прищелкнул каблуками Почтмейстер, выключая телефон и спрятав его в карман.

– Вас подвезти, господин Почтмейстер, – козырнул ему Дежурный, -Я машину пойду вызову.

–Спасибо, любезный. Я пешочком быстрее дойду, – поблагодарил Почтмейстер и выбежал из камеры.

***

В зале заседаний, все про прежнему молча сидели за столом, уткнувшись в смартфоны. И только женщина-судья, выложив из-под мантии на стол два клубка пряжи, вязала какую-то шапочку. В это время дверь между шкафами тихо приоткрылась и в зал вышел Глава, застегивая пуговицы на мундире.

– Сидите, сидите, – остановил он задвигавших стульями подчиненных. Те снова сели, с напряженным ожиданием смотря на него.

–Все выяснилось, – Глава сунул руку за борт мундира и стал расхаживать вдоль зала. – Наш самозванец, оказался артистом, приехавшим в город подработать Дедом Морозом на Новогодних елках. Ну, а выдал он себя за…– Глава остановился перед портретом Блестящего и с почтением посмотрев на него, закончил, – Ляпнул, говорит с перепугу.

Среди сидящих раздался шумный вздох облегчения.

–Так, что нам надо решить, что с ним делать дальше. У кого какие предложения, – Глава сел в кресло и испытывающее посмотрел на сидящих за столом.

– Ляпнул он, – строго прокашлялся Прокурор, – За такой ляп, надо давать по полной катушке. Знаем мы чем эти истории с самозванцами заканчивались.

– С конфискацией имущества, – заскрипел на стуле Лесничий, – Чтобы другим не повадно было Правильно я излагаю, Мария Ивановна, – он пригнулся и посмотрел на женщину-судью.

– С конфискацией, так с конфискацией, – равнодушно согласилась та, снова осторожно вытаскивая из-под мантии вязание.

– И предлагаю провести судебный процесс открытым с привлечением телевидения, – радостно подскочил со своего места молодой министр здравоохранения, но Глава хлопнул рукой по столу:

– Да, успокойся, ты Юрик со своим телевидением. И вообще, считаю, что тему Самозванца надо забыть. Нам шум лишний не нужен.

– Согласны, – одобрительно одновременно закивали братья Ротенфундеры.

– Жили себе тихо-мирно не высовываясь и не обеднел никто, – первый раз за все время высказался начальник городского хозяйства Всмяткин.

– Ну, тогда года на три только сможем натянуть, – с сожалением подытожил прокурор. – За сопротивление дровосекам.

– Натянем на три, – продолжая вязать, автоматически согласилась женщина-судья.

В это время дверь распахнулась и в зал вбежал запыхавшийся Почтмейстер: «Там, это», он махнул рукой в сторону окна, выходящего на площадь перед администрацией.

– Что еще у тебя, – простонал Глава.

–Дед Мороз пропал, – сбивчиво доложил Почтмейстер.

– Какой еще Дед Мороз, – воскликнули все, одновременно с испугом, посмотрев на него.

–Наш Дед Мороз. Который сегодня вечером на Городской площади Новогоднюю елку должен открывать.

– А кто у нас Дед Мороз, – нахмурился Глава.

– Главный ветеринар района, – вытер пот со лба Почтмейстер

– Ну, Юрик и кадры у тебя, – Глава с раздражением посмотрел на молодого министра, – Один пьет неделю, другой сбегает. Пора уже, что-то менять в районном здравоохранении, не находишь?

–А я здесь причем. Я только полгода, как в должность заступил, – обиженно засопел министр

– Значит найди замену, – уже не так строго приказал Глава.

– Так он вместе с костюмом пропал, – страдальчески вздохнул Почтмейстер.

– У нас же этот самозванец, он ведь тоже Дед Мороз, – задумчиво произнес Старший Ротенфундер, – Может с ним попробовать договорится.

–Да, он у меня не только Дедом Морозом, Снегурочкой согласится выступать, – страшно за вращал глазами Лесничий.

– А вот этого не надо, – одернул его Глава. – Обойдемся без ваших методов, – и он перевел взгляд на Почтмейстера, – Прошу Вас, Виссарион Акакиевич, займитесь лично этим вопросом. У вас хорошо получается с ним договариваться. Пообещайте ему более мягкий приговор.

– Слушаюсь, – снова радостно засеял Почтмейстер.

–Вынесем более мягкий. Как скажите, – согласно покивала женщина-судья, не отрываясь от вязания.

– Все, товарищи. Совещание закрывается. Встречаемся в восемь часов у Новогодней елке, – облегченно закончил Глава.

***

Блестящий выслушал сбивчивое предложение Почтмейстера. Разговор происходил все в той же камере, где его пытали Большим Волком.

–Я не против. Но, для выступления нужна еще и Снегурочка, – немного подумав ответил он, – Она, кстати, живет где-то в вашем городе. Мы с ней вместе сюда утром приходили.

– Эта, которая бабке пирожки приносит, – спросил стоящий у двери Дежурный.

–Да. Было бы не плохо нам с ней немного порепетировать и подготовиться к выступлению.

– Я думаю это правильное предложение, господин офицер, – обратился к Дежурному Почтмейстер. – Глава любит, чтобы все было по-настоящему.

–Хорошо. Позвоню, Коляну таксисту. Он знает где она живет, – согласился Дежурный, – Привезет тебе Снегурочку. Только репетировать будете здесь, – и он, пропустив вперед Почтмейстера, вышел и закрыл дверь.

Где-то через полчаса, снова раздался поворот ключа с наружной стороны и в камеру, вслед за Дежурным, вошли Красная Шапочка, все в той же голубой шубке Снегурочки, с корзинкой накрытой платочком и таксист Коля Волк.

– Это, твоя Снегурочка, – спросил Дежурный.

–Да, это она, – радостно подскочил Блестящий.

– Сидеть, – строго остановил его Дежурный и посмотрел на часы на руке, – Так, я на обед пошел. В вашем распоряжении полчаса. А ты Колян, останешься здесь, присмотришь за ними.

– Присмотрю. Я смену сдал, – прорычал Коля-таксист, хищно блеснув глазами в сторону Дежурного.

–Почему они вас здесь держат? Какое они имеют право, – бросилась к Блестящему Шапочка, как только Дежурный вышел из камеры.

– У меня не было с собой документов. А в таком виде меня здесь, увы, никто не узнает, – невесело усмехнулся Блестящий.

–Так давайте мы их вам привезем, – Шапочка оглянулась на Волка, – Колян, ты сможешь съездить за его документами.

– Это, куда обратно в его резиденцию?

–Где находятся ваши документы, – Шапочка посмотрела на Блестящего.

–Честно я и не знаю даже где, – пожал плечами Блестящий, – Я их давно уже перестал носить с собой.

–Тогда надо привезти вашего министра, который был вчера на елочке, – с энтузиазмом предложила Шапочка, – Он приедет и заодно накажет всех этих дровосеков.

– Я думаю, что Колю тут же застрелят охранники, как только он подойдет к Резиденции, – покачал головой Блестящий.

–Ну, кто-то же вас может узнать, – Шапочка снова с надеждой посмотрела на него.

–Кто меня может узнать, – задумался Блестящий. – Если только Эльвира. И она… – тут Блестящий вскочил с табуретки, – И она сможет восстановить мое лицо.

– Где живет Эльвира. Адрес знаешь, – клацнул зубами Коля.

– Я не знаю где она живет, – Блестящий напряженно потер ладонью лоб, – Она сегодня в восемь часов должна сдать дежурство. А потом их от остановки, за воротами резиденции, забирает служебный автобус и везет к метро.

– Я к восьми успею, – добродушно прорычал Коля, -Только как я ее узнаю?

– Ну, она такая красивая. В джинсах, – напрягаясь, попробовал описать Эльвиру Блестящий.

– Они все сейчас в джинсах, – покачал мордой Коля, – Я бы по запаху смог ее найти. Но не знаю, как она пахнет.

– По запаху, – встрепенулся Блестящий, – У меня, может быть, остался на шее ее запах, – и он, немного смутившись, посмотрел на Шапочку и добавил, – Она вечером снимала с меня грим.

– Дай, как понюхаю. – Коля подошел к Блестящему и закрыв глаза обнюхал его лицо. – Хорошо пахнет твоя Эльвира. Я запомнил ее запах. Найду теперь среди тысячи в джинсах. Не сомневайся.

–Но, как она поверит, что это я тебя прислал, -Блестящий встал и напряженно думая, заходил по камере.

– Может у тебя есть с собой, что-то такое, что она знает. Предмет какой-нибудь. Может из одежды что, – подкинул идею Коля.

– Из одежды, – замер на месте Блестящий, – Есть. Трусы. Она мне их подарила в прошлом году на двадцать третье февраля.

–Подойдет. Снимай трусы, – одобрительно кивнул Коля.

– Шапочка, отвернись пожалуйста, – смущенно попросил Блестящий.

– Да пожалуйста, – усмехнулась Шапочка, отворачиваясь к стене. – А то можно подумать я этого не видела.

Блестящий снял валенки и путаясь в складках тулупа, стащил треники, затем красные, атласные трусы и протянул их Коле.

–Моему зайке, – рассмеявшись, прочитал Коля вышитую золотой нитью надпись на трусах и сунув их в карман куртки, – Ну, теперь точно поверит.

–Все, можно поворачиваться, – с вызовом спросила Шапочка, – Нам еще репетировать надо, между прочим.

– Можно, – Блестящий быстро натянул треники, сунул ноги в валенки и с виноватым лицом посмотрел на Шапочку, – Только я не знаю, что надо говорить. Никогда не был Дедом Морозом.

– Там ничего сложного. Каждый год одно и то же, – деловито стала рассказывать Шапочка. – Мы с вами будем стоять на трибуне, вместе с главными дровосеками города. Вы будите сначала скрываться за их спинами. Первым выступит Глава. Он прочитает текст по бумажке. Потом я подойду к микрофону и попрошу горожан громко позвать в город Деда Мороза. После третьего раза, вы появляетесь и радостно приветствуете собравшихся словами: «Дорогие дровосеки, поздравляю вас с наступающим новым годом». Они в ответ кричат: «Ура» и прочие, междометия. И в завершение вы поднимаете вверх руки и громко кричите: «Елочка срубись!»

– Почему срубись, – удивленно посмотрел на нее Блестящий.

– Потому, что в нашем городе рубят главную елочку на Новый Год. Это же Дровосецк, – грустно ответила Шапочка.

– А потом что?

– Потом подбегают два самый отличившихся дровосека и спиливают елочку. Тут же стреляет праздничный фейерверк. После чего включают громко музыку, и горожане начинают отрываться кто как может. Как-то так у нас всегда на Новый Год, – закончила рассказ Шапочка.

– А я потом, что должен делать, – спросил Блестящий и поправился, – В смысле мы.

– Не знаю, – пожала плечиками Шапочка, – Раньше все, кто был на трибуне, вместе с Дедом Морозом уходил в Администрацию на праздничный банкет. А, что дальше я не знаю. Я ни разу не была настоящей Снегурочкой.

– Ладно. Потом разберемся. Дальше все будет зависит от Коли.

– За меня можете не волноваться. Волк сказал, волк сделает, – гордо рыкнул Коля.

– Ну, а что с твоей бабушкой, – Блестящий присел на табурет и с сочувствием посмотрел на Шапочку. -Как она?

– Ой, я же совсем забыла, – радостно подпрыгнула Шапочка, – Они после того, как вы отчитали Дежурного Дровосека, стали принимать передачи у всех. И я успела передать все пирожки, пока вас не увезли и не закрыли прием. Так, что вы выполнили моё самое большое новогоднее пожелание, – и Шапочка, привстав на цыпочки чмокнула его в щеку.

– Да, ладно, – засмущался Блестящий, – Нам еще надо ее освободить и всех незаконно задержанных. Если правда, я сам освобожусь.

–Ой, я совсем забыла, – воскликнула Шапочка, – Вы же совсем голодный. И я принесла вам пирожки. Они еще теплые. Мама недавно испекла.

В это время ключ заскрежетал в замочной скважине.

– Прячьте, прячьте их, – и Шапочка стала быстро вытаскивать из корзины пирожки и распихивать их в карманы шубы Блестящего.

–Репетиция окончена, – в камеру заглянул, Дежурный. – Посетителей прошу покинуть казённое учреждение.

– До встречи на елке, – помахала ручкой Шапочка и они с Колей вышли из камеры.

***

Уже совсем стемнело, когда Блестящего на зеленом Уазике с мигалкой подвезли к большой деревянной трибуне, установленной между зданием Администрации и Новогодней Елкой. Народ активно стягивался к площади, но трибуна была еще пуста. Только возле лестнице ведущий на верх трибуны, прыгала, согреваясь с ножки на ножку Красная Шапочка в своей голубой шубке. Блестящий потянулся было к дверной ручке, но сидевший сбоку дровосек одернул его: «Рано еще. Когда начальство поднимется, тогда и пойдем».

– Эта девочка, моя Снегурочка. Она замерзла. Пустите ее в машину, – вежливо попросил его Блестящий.

– Не положено, – через губу ответил дровосек и чуть приоткрыв окно, закурил.

– Да, ладно, пусть погреется, – произнес сидевший на переднем сидении Дежурный и опустив стекло, крикнул шапочке: «Эй, девчонка. Иди в машину. Тут дед твой тебя ждет».

Шапочка подбежала к Уазику и ловко забравшись на задние сидение прижалась к руке Блестящего:

–Как вы себя чувствуете?

– В полном порядке. Это благодаря твоим пирожкам, – обнял ее за плечики Блестящий.

В Это время парадные двери в здании Администрации распахнулись и оттуда, неспешно стали выходить члены Городского совета, направляясь к трибуне. Первым шел Глава в сером пальто с каракулевым воротником и в такого же цвета каракулевой шапке пирожком. Он был обут в белые генеральские валенки подбитые снижу кожей. За ним в порядке занимаемых должностей вышагивали остальные. Замыкал процессию Почтмейстер в черном служебном пальтишке. Подойдя к трибуне, они стали подниматься по лестнице с тыльной стороны трибуны, а Почтмейстер, остановился, покрутил головой по сторонам и увидев Уазик подбежал к ним.

– Ну, что отрепетировали, – просунул он свою длинную шею, через дверь приоткрытую Дежурным.

–Все, нормально дяденька Почтмейстер, – весело ответила Шапочка.

– Смотрите, не подведите меня, – умоляюще приложил руки к груди Почтмейстер.

В это время все члены Горсовета поднялись на трибуну, а площадь перед Новогодней елкой осветилась мощными прожекторами и из динамиков, подвешенных на фонарных столбах, громко заиграла музыка и веселый голос запел:

Лесорубы -

Ничего нас не берёт:

Ни пожары,

Ни морозы!

Поселился

Наш обветренный народ

Между ёлкой

И берёзой.

Эге-гей!

Привычны руки к топорам,

Только сердце

Непослушно докторам,

Если иволга

Поёт по вечерам,

Если иволга

Поёт по вечерам…

После этих слов звук музыки убавили, а горожане собравшийся на площади радостно закричали и захлопали, и из разных мест среди толпы, стали раздаваться выстрелы от бутылок шампанского и активный звон стеклянной посуды.

– Пора, – кивнул головой Почтмейстер, – Народ созрел.

Дежурный вылез из Уазика и открыл заднюю дверь: «Выходим».

Шапочка спрыгнула на тротуар, за ней вылезли Блестящий с сопровождающим его дровосеком.

– А где борода, – испуганно спросил Почтмейстер.

– Ах, да, – Блестящий, снял шапку, вытащил из кармана бороду и присев на корточки, протянул ее Шапочке, – Одень пожалуйста.

Та проворно одела бороду, расправив ее на груди: «Настоящий Дед Мороз. Такой в наш город еще не приезжал».

Они всей командой направились к трибуне и поднялись на верх.

–Дайте я хоть посмотрю на него, – подошел к Блестящему Глава и внимательно рассмотрев лицо, ухмыльнулся, – Нос, видите ли, у не похож. Да, у меня нос, как у Черчилля, – и он под ткнул себя указательным пальцем в кончик носа. Тут же все стоящие на трибуне стали дружно смеяться на шутку Главы, трогая себя за нос и уши, а молодой министр здравоохранения даже показал язык.

В это время музыка из динамиков смолкла и над площадью разнесся мощный голос: «Дорогие горожане. Я рад вас поздравить с наступающим Новым Годом!»

– Это же я, кажется, говорю, – удивленно воскликнул Глава, – Мой голос.

–Я же вас предупреждал, Ваше превосходительство, – протиснулся к нему Почтмейстер, -Наши компьютерщика смоделировали и записали все заранее. Вам только надо стоять у микрофона и открывать рот.

– Забыл я все с этим самозванцем, – буркнул Глава, поворачиваясь к собравшемуся внизу народу и взявшись рукой за микрофон, стал по-рыбьему хлопать ртом, стараясь попадать в слова, разносящиеся из динамиков.

Когда речь Главы закончилась, он поднял бокал шампанского, стоящий внизу на невысоком стульчике и сделав глоток, помахал рукой и под бурные аплодисментами из динамиков, отошел в сторону.

– Теперь ваша очередь, – Почтмейстер схватил за руки Шапочку и Блестящего и подвел их к микрофону.

Шапочка, шустро залезла на стульчик и весело крикнула: Привет ребята!

–Привет, Шапочка, – раздалось в ответ из толпы.

–Ну, что вы готовы к встрече Нового Года?

– Готовы. Начинайте уже!

– Тогда не будем больше тянуть. И сейчас, приехавший к нам настоящий кремлевский Дед Мороз, даст старт новогодним праздникам, – и Шапочка повернула микрофон Блестящему, шепнула, – Говорите!

– Дорогие горожане, – искусственно бася и растягивая слова, начал Блестящий, – Поздравляю вас с наступающим Новым Годом и приказываю, -Тут он сделал небольшую паузу и громко с чувством произнес: «Елочка, зажгись!».

Вся площадь на мгновение затихла.

– Срубись, мудила, – зло процедил сквозь зубы, стоящий сзади Лесничий.

– Елочка, Срубись, – еще громче крикнул Блестящий, и повернув голову в сторону Лесничего, тихо произнес, -Сам, ты мудила.

А в это время на площадь, выбежали два дровосека с бензопилами. Они быстро их завили и с характерными визжащими звуками стали пилить ствол елочки. Не прошло и пяти минут, как елка, медленно, придерживаемая тросом от стрелы автокрана, стала заваливаться и распласталась по земле, в направление памятника Ленину, украшенного по случаю, светящейся новогодней гирляндой.

– Ура, – ответила многоголосым криком площадь и к елочке бросились со всех сторон люди с топорами и начали отрубать от нее ветви, а небо над площадью взорвалось праздничным салютом.

–Ну, все, слава лесным духам, закончили. Пора и нам подкрепиться, товарищи, – расслабленно произнес Глава и стал спускаться с трибуны, а за ним потянулись все остальные.

–А ты, жди сегодня ночью в гости Большого Волка, – уходя, злобно произнес в спину Блестящего Лесничий.

У Шапочки в кармане зазвонил телефон. Она быстро его достали и приложила к ушку. Выслушав, она ничего не ответила и посмотрев на Блестящего, кивнула головой: «Все нормально. Коля доехал».

– Все, представление закончено, – сделал шаг в сторону Блестящего Дежурный и они с сопровождающим дровосеком, взяв его под руки и повели к Уазику.

***

Прошло уже несколько часов после Новогоднего представления. Блестящий лежал, на полу в камере, расстелив шубу и заложив руки за голову, смотрел в потолок.

Вдруг за дверью послышались шаги и раздался звук вставляемого в замочную скважину ключа. Блестящий быстро подскочил на ноги и принял боевую стойку, выставив вперед руки. Он в молодости занимался карате и имел даже черный пояс.

Дверь медленно приоткрылась и в камеру осторожно ступая вошла…Эльвира и остановившись напротив него, смущенно улыбнулась.

– Эльвира, это ты, – он бессильно опустил руки.

– Я, конечно, а кто еще к теме может прийти в это время. У меня же сегодня дежурство.

–Эльвира, – из последних сил закричал Блестящий, бросаясь ей в объятия …и открыл глаза.

Он полулежал на кровати в спальне своей загородной резиденции. А рядом, на краю, прижимая его к себе, сидела Эльвира.

–Что, ты так раскричался, зайчик, -гладя рукой его по голове спросила она, – Мог бы просто кнопку нажать и я бы сразу пришла.

– Я, просто забыл, где кнопка находится, – тяжело дыша, приходя постепенно в себя ответил Блестящий.

– А, что ты так дрожишь? Приснилось, наверное, что-нибудь нехорошее?

– Да, приснилось, – он покивал головой и улыбнувшись посмотрел на нее, -Ты, только больше не уходи никуда. Ладно.

– Никуда, я не уйду, зайка. Спи, – и она крепче прижала его к себе.

***

Эпилог.

На экранах телевизоров появилось привычное всем изображение Блестящего сидящего за столом в своем кабинете на фоне государственного флага. Рядом с ним стояла небольшая Новогодняя Елочка, присыпанная серебристыми снежинками. Он слегка улыбался, немного лукавой улыбкой и произнес: «Дорогие соотечественники, разрешите поздравить вас с наступающим Новым Годом. Пожелать всего самого доброго и хочу вам и себе сделать небольшой подарок, в последние минуты уходящего года, – Тут лицо его сделалось более простым и он, после небольшой паузы, продолжил, – Я много думал об этом и принял окончательное решение, покинуть свой пост. Время и возраст давно подошли, в стране назрели перемены, но буду откровенен, я никак не мог определится с приемником. И вот благодаря стечению разных обстоятельств, я наконец то сделал свой выбор. Считаю, сейчас эта самая достойная кандидатура на мое место. А теперь разрешите вам представить его, точнее сказать ее. И надеюсь, теперь нас всех ждут лучшие времена». Тут камера отъехала назад, беря крупным планом кабинет и на экране телевизоров, рядом с Блестящим, появилась молодая женщина со стильно короткой прической, в серой жилетке, поверх белой блузки с отложным воротничком, подвязанным небольшим, красным бантиком. Это была Эльвира…

P.S. А через несколько месяцев, в стране действительно стали происходить перемены, кардинально затронувшие и такие города, как Дровосецк. Но это уже история для другой сказки.

Content

Самуил Бабин
Шапочка и Крокодил