Дмитрий Луценко

Кощей Бессмертный и сын богатыря

Глава 1. О том, как тяжело жить

Приключилась эта история давным-давно. Правил тогда на Руси князь Киевский, но сил его едва хватало, чтобы сдерживать вражьи полчища на рубежах, да следить за порядком в городах. В прочих же местах людям приходилось ой как непросто! На дорогах путников поджидали разбойники, а по лесам шастали чудища столь ужасные, что от одного их вида у бывалых охотников застывала кровь в жилах. И ладно бы все беды на этом заканчивались, так нет – ещё и от нечистой силы доставалось!

Ехал в то недоброе время по дороге богатырь Алёша Попович. Был он готов ко всякой встрече, и ладонь держал на рукояти меча. Голову его и шею закрывал шелом с бармицей, тело и руки – кольчуга, а за спиной висел надёжный круглый щит.

На лесной развилке повстречал Алёша Попович босоногого юношу в дырявых штанах и рубахе – тот сидел под засохшим деревом и что-то крутил из верёвки.

– Бог в помощь! – сказал богатырь, подъезжая к нему и останавливая лошадь.

– И вам не хворать, – угрюмо ответил юноша, не поднимая головы.

– Подскажи, мил человек, по какой из двух дорог ехать, чтобы до Кривражек добраться?

– А какую не выбери – нечего там делать, – буркнул оборванец и взглянул на богатыря. – Даже воину. Гиблое место! Вертались бы вы домой, пока не поздно.

– Что так?

– Оборотень в тех местах лютует.

– Так он-то мне и нужен! – воскликнул витязь. – Я же не простой воин, а богатырь Алёша Попович! Затем и приехал по княжьему велению, чтобы людям помочь!

– А, ну тогда быстрей по левой! – пошёл на попятную оборванец.

– Благодарствую! – кивнул Алёша Попович и тронул поводья. Однако скрывшись за кустами, он тихонько соскользнул с лошади и остался подглядеть, что станет делать его советчик. Оказалось, мастерил удавку. Перекинув верёвку через нижний сук, юноша без колебаний полез в петлю. Вздохнул Алёша Попович, достал из-за голенища засапожный нож, примерился и бросил.

Когда богатырь вернулся на поляну, юноша лежал неподвижно и застывшим взглядом смотрел в небо. Его шею сжимала петля со срезанным концом, но судя по вздымающейся и опадающей на груди рубахе, он был жив.

– Босяк, ты чего удумал?! – спросил богатырь тем тоном, что обычно предвещает порку.

– Эх, Алёша Попович! Где же я ещё ладную веревку найду? – вместо ответа пожаловался ему оборванец.– Я ведь утопиться не могу! Попробовал, так руки-ноги сами на берег выносят!

– Тьфу на тебя! – совсем осерчал богатырь. – Да ты не слышишь что ли? Отвечай, что учинить здесь задумал!

– Будто сам не знаешь! Зачем спрашиваешь?

– Потому что не понимаю! Ты что – назло людям решил в упыря или злобного духа превратиться?

– Не беспокойся, мне подобная участь не грозит, – заверил юноша, поднимаясь с земли. – Ведь если говорить начистоту – я вообще не человек!

– Вот те на! – удивился Алёша Попович. – А кто же ты?

– Пёс я безродный! – скорбным голосом сообщил оборванец.

Надо сказать, было в те времена в ходу такое ругательство, и подумал богатырь, что собеседник опять на судьбу жалуется.

– Да какая разница! – воскликнул он в сердцах. – Хоть нищий, хоть боярин! Если руки на себя наложишь, то в нечисть превратишься!

– Да ты видно не понял, – покачал головой юноша. – Я в самом деле пёс! Четыре лапы, хвост, да блохи в придачу! Просто застал ты меня в человечьем облике.

– Так ты оборотень что ли? – изменившись лицом, спросил Алёша Попович и положил ладонь на рукоять меча. – Тот самый?!

– Вот так и подмывает сказать «да», чтоб оборвал ты мои мучения! – ответил собеседник с горькой усмешкой. – Но тогда настоящий людоед продолжит убивать селян, ты вернешься в Киев, а когда прознают, что оборотень жив-здоров, то все станут считать тебя лгуном. Нет, не могу я так с тобой поступить. Не за мной ты приехал, Алёша Попович!

Сняв петлю с шеи, юноша отбросил её в сторону.

– А может ты юродивый? – спросил Алёша Попович, прищурившись. – Несёшь тут мне всякую околесицу.

– Если бы! – вздохнул оборванец.

– Тогда обернись собакой! – потребовал богатырь.

– Сейчас не получится, превращенье происходит само собой из-за заклятья!

– Кто ж тебя так? – продолжил допрос Алёша Попович, по-прежнему сомневаясь в искренности собеседника.

– Да я сдуру мужика одного за ногу тяпнул, а это оказался Кощей Бессмертный! Колдун, каких поискать! Он мог бы меня просто испепелить, но решил поглумиться. Дал в наказание человеческий ум и способность понимать любой язык. Знания разные невесть откуда в моей голове появились. Почувствуй, говорит, что такое собачья жизнь!

– И что плохого?! Живи по-людски!

– Беда в том, что я один день в неделю человек, а остальные шесть – пёс, как прежде, только с мозгами!

– Да, неудобно, – признал Алёша Попович. – Но в петлю то зачем лезть? Раньше же ещё хуже было!

– Не скажи! – возразил юноша. – Когда собакой был, то косточку погрыз и счастлив! А теперь…

Рассказчик тяжело вздохнул.

– Представь, что ты всё знаешь и понимаешь, а сделать ничего не можешь! Я мог бы открывать новые земли, стать великим учёным или ещё кем-то нужным, кого уважают! А вместо этого грызу объедки, ловлю блох и вечно озабочен, что у кого под хвостом!

– Кажется, я знаю, как тебе помочь, – сказал Алёша Попович. – Айда со мной, по дороге расскажу!

Развернув лошадь, он поехал шагом, а спасённый им оборванец пошёл рядом.

– Врать не стану: с колдовством пособить не могу, – предупредил богатырь, – но зато жизнь у меня такая, что грустить некогда – там спаси, здесь защити! Короче говоря, самое то, что тебе нужно! Каждый божий день будешь настоящим делом занят!

– Звучит хорошо, – кивнул юноша, – у меня только один вопрос: какая от собаки может выйти польза?

– Верный товарищ, хотя бы и на четырёх лапах, никогда не помеха! – назидательно заметил Алёша Попович. – Вот сейчас, например, людоеда-перевёртыша одолеть надо.

– Не хочу тебя расстраивать, но я совсем не волкодав. Оборотень меня на клочки порвёт!

– Нет, нет! Драться с ним, то моя забота! – заверил спутника богатырь. – Только вот если я его в человечьем обличье встречу, как от прочих отличу? Нельзя же в каждого встречного серебряным ножом тыкать! А ты его сразу почуешь!

– Хм, а ведь верно! В ентом деле я мастак!

– Вот и договорились! – подытожил Алёша Попович. – Тебя как звать-то?

– Соломон.

– Диковинное имя!

– Я прошлую зиму у купца жил, – пояснил юноша. – Вот он его и дал мне, когда заметил, что я речь понимаю.

Так и пошли они вдвоём искать людоеда.

***

Спустя неделю, хозяйка избушки на курьих ножках – хмурая, но отнюдь не древняя Баба-Яга, сидела за столом перед чашкой давно остывшего чая, подперев голову рукой, и наблюдала, как черный мохнатый паук оплетает паутиной ручку самовара. Сей милый зверёк размером был с кулак, и, судя по затянутому углу, где метла со ступой стояли словно за занавеской, лапы на этом занятии он набил изрядно.

– Вот ты, Яшка, вконец обнаглел! – констатировала Баба-Яга совершенно очевидный факт. Прервав работу, паук в нерешительности уставился на хозяйку дома парой крупных глаз.

– Да шут с тобой, плети! – вздохнув, вяло махнула рукой Яга. – Всё равно убираться нет никакого настроения!

Она хотела добавить что-то ещё, но тут изба заскрипела, приподнялась и, раскачиваясь из стороны в сторону, начала разворачиваться.

– Кого там нелёгкая принесла? – проворчала ведьма, ловя чашку, устремившуюся вслед за сбежавшим под стол пауком.

Дверь распахнулась, и на пороге появился закутанный в черный плащ, невероятно худой, но очень бодрый мужчина, на вид – лет пятидесяти. Его абсолютно лысую голову украшала чёрная корона с острыми зубцами, так что любой, хоть раз слышавший о Кощее Бессмертном, мог бы догадаться кто перед ним.

– Здорово, старая! – трескучим голосом поздоровался гость, довольно улыбаясь.

– Здоровей видали, – устало закатила глаза Баба-Яга, явно не испытывая радости от встречи.

– Яга, ты чего такая смурная? – спросил Кощей, энергичными шагами подходя к столу и бесцеремонно присаживаясь. – Заболела что ли?

– Не знаю, – ответила ведьма хмурясь. – Настроение – тоска зелёная!

– Понятно, – вздохнул колдун. – Это у тебя возрастное!

– Что тебе понятно, а?! – сердито гаркнула Баба-Яга, вскакивая со скамьи и подступая к Кощею с кулаками. – Опять хочешь сказать, что я старая, да из ума выжила?!

– Заметь, не я это сказал! – поспешно заявил Кощей, отклоняясь от собеседницы как можно дальше.

– Думаешь, что раз бессмертный, то можешь глумиться над несчастной женщиной? Я вот сейчас, как сделаю наговор, и будешь ты две недели по кустам пятый угол искать!

– Что ты! Угомонись! – не на шутку встревожился Кощей. – Ты у нас та ещё красотка! Хоть сейчас под венец!

– Правда? – приподняв бровь, спросила ведьма.

– Как есть говорю!

Пусть лесть и была грубой, но она сработала. Баба-Яга достала зеркальце, взглянула в него и принялась приглаживать волосы.

Обрадовавшись, что гроза миновала, Кощей налил в чашку воды и отхлебнул, чтобы смочить пересохшее горло, но, как оказалось, поторопился.

– То есть ты готов сделать мне предложение? – голосом невинной девушки спросила ведьма.

– Да ты чего, ста…, – начал Кощей, однако увидев лицо моментально рассвирепевшей Яги, вовремя поперхнулся, осознав, что слова надо подбирать аккуратнее.

– Станешь на меня лучшие годы тратить? Я ж повеса! Легкомысленный! Да и рёбра выпирают! Со мной даже обняться по-человечески нельзя!

– Тоже верно, – успокаиваясь, согласилась Баба-Яга.

Пока она возвращалась на своё место, Кощей успел за её спиной облегченно выдохнуть, сделав губы трубочкой, но тут же натянул на лицо улыбку, стоило ведьме повернуться к нему лицом.

– Кстати, ты с какой радости такой довольный?

– Да просто так! Сегодня пятница и я бессмертный! – улыбнулся колдун. – Могу делать всё, что захочу, и ни о чём не беспокоиться! Не жизнь, а праздник!

– Ну да, с таким даром грех скучать, – согласилась ведьма. – Яшка, кыш! Хорош глаза мозолить! – махнула она в сторону паука, рискнувшего высунуться из укрытия.

– Я ведь в Киев направлялся, – продолжил Кощей. – Давай со мной, развеешься! Не то боюсь, в следующий раз приеду, а ты тут с самоваром поссорилась!

– Остряк самоучка выискался! – состроила кислую физиономию Яга. – Я последний раз из Киева еле ноги унесла! Нет уж! Бережёного бог бережет!

– Ну, как хочешь! – вставая, сказал Кощей. – Сиди тогда, скучай в своей глухомани!

– Вот зря ты ёрничаешь! Может, я загляну в твоё будущее? Проверим, все ли там у тебя гладко?

– А давай! – махнул рукой колдун, воспринявший предложение как очередное развлечение. – Только так, чтоб не слишком много подробностей, а то жить неинтересно будет!

Баба-Яга сноровисто набрала с полок нужные для зелья ингредиенты и отправила их в закопчённый колдовской котёл, стоявший на треножной подставке. Тот уже был наполовину заполнен вязкой жижей, которая вскоре закипела без всякого огня. Однако после того, как ведьма добавила в смесь немного фиолетового настоя из крохотного пузырька, бурление прекратилось, а вверх взлетело облачко зеленого дыма.

– Готово!

– Ну, что видишь? – нетерпеливо спросил Кощей, пытаясь заглянуть в котёл, но ведьма строго указала ему на табурет.

– Сядь и не мельтеши!

Убедившись, что её требование исполнено, Баба-Яга принялась вглядываться в чёрную поверхность зелья – похоже, под ней действительно мелькали какие-то образы.

– Вижу Киев, место тёмное, бутылки с зельем в ряд стоят, – сообщила ведьма и бросила презрительный взгляд на Кощея Бессмертного. – А в прошлый раз говорил, что обеими руками и ногами за здоровый образ жизни!

– Будет тебе! Я такое только с похмелья мог сказать!

– Пляшешь, не пойми с кем! – продолжала делиться наблюдениями ведьма.

– Да, это я люблю! – довольно улыбаясь, согласился Кощей, но через мгновение нахмурился. – Ладно, хватит за мной подглядывать! И так уже понятно, что всё у меня хорошо!

– Не торопись! – заявила вдруг Баба-Яга. – Вижу смерть твою скорую!

Не ожидавший подобного поворота событий, Кощей вздрогнул всем телом и начал заваливаться назад. Попытки поймать равновесие ни к чему не привели, и вылетевший из под колдуна табурет опрокинул котёл.

– Быть того не может! – просипел Кощей, едва поднявшись с пола.

– Уж поверь! Я совершенно ясно видела, как тебе голову с плеч сняли! Щисть – и всё!

В подтверждение своих слов Баба-Яга рубанула воздух ребром ладони.

– Покажи ещё раз будущее, хочу сам посмотреть! – замотал головой Кощей.

– Не могу! – развела руками ведьма и кивнула на пустой котёл, валявшийся на полу.

– Так сделай новое зелье!

– Не выйдет! У меня глазные яблоки упыря закончились!

– Тьфу ты! Да чего я распереживался-то?! Мне двадцать раз голову отрубали! И всё бестолку!

– Может и так, – согласилась Баба-Яга, – только в этот раз щисть – и прям в прах рассыпался! Или ты у нас феникс?

Кощей вздрогнул, побледнел, взял себя за горло, и втянул голову в плечи так, словно у него вовсе отсутствовала шея.

– Нет, – вымолвил он слабым голосом, разом утратив жизнерадостность. – Кто ж меня так? Как звать?

– Ты сам просил без подробностей! – упрекнула его Баба-Яга. – Знаю только, что сын богатыря русского!

– И как же он меня одолел?

– Меч-кладенец у него был.

– Я не об этом! – раздражённо вскинулся Кощей. – На меня никакого меча не хватит, пока смерть моя на конце иглы, игла в яйце…

– Короче! – оборвала его на полуслове Яга. – Ты уверен, что никто не знает, где то дерево, на котором сундук с зайцем?

– Да спилил я его давно и сундук спрятал!

– Место надёжное? Никто о нём не знает?

– Ни одна душа на всём белом свете!

– Случайный человек не найдёт?

– Да ни в жисть! Калинов мост через реку Смородину – самое гиблое для людей место! Куда уж надёжнее?! – в запале прокричал Кощей и только потом осознал, что сделал.

– Твою ж налево! Тебе проговорился!

– Вот видишь! А может и ещё кому? – подступила к нему ведьма.

– Да какая разница! – стал защищаться Кощей. – Ты же не забыла, что Калинов мост разделяет Явь и Навь, миры живых и мёртвых?

– На память не жалуюсь!

– Дело в том, что я спрятал сундук не с этой стороны, где Явь, а с другой! – пояснил колдун шёпотом. – Любой из ныне живущих, кто в Навь попадет, там и останется!

– Богатыри – это тебе не любой! – возразила ведьма, помахав указательным пальцем у него перед носом. – Думаешь, они не найдут способа наведаться в мир мёртвых и вернуться обратно?

– Физические закономерности одинаковы для всех людей! – закричал Кощей.

– Я тя умоляю! – всплеснула руками Яга. – Говоришь так, будто вчера родился! Богатырям закон не писан! Порушат они твои закономерности и даже не узнают, что должны были о них споткнуться!

Несколько мгновений колдун стоял неподвижно, а затем упал на пол и завыл белугой. Видно понимал он, что ведьма права.

Глава 2. Мал да удал

Пока Кощей пытался принять тот факт, что безоблачного завтра больше нет, Илья Муромец и Добрыня Никитич слушали рассказ вернувшегося Алёши Поповича о том, как он одолел людоеда-оборотня.

– Молодец, и с Соломоном хорошо придумал! – похвалил товарища Илья.

Тут к столу подбежал Ваня, белобрысый мальчуган лет пяти. Он лишился товарища по играм, поскольку замученный им Соломон прикинулся мёртвым.

– Сынок и лицом и статью весь в тебя! – сказал Илья.

– Да, моя кровиночка! – с гордостью подтвердил Алёша Попович. – Ваня, покажи, что умеешь!

Мальчуган сделал стойку на двух руках, отвёл левую в сторону и остался стоять на одной правой.

– Ух, ты! Сразу видно – богатырь растёт! – восхитился Добрыня. – Илья, а вам с женой повитуха что говорит?

– Со дня на день ждём. По приметам девочка.

Добрыня улыбнулся и по-дружески толкнул Илью локтем.

– Значит, будет у нас с тобой по две дочки!

– Вот вы два бракодела! – хохотнул самый младший из троицы.

– Эх, Алёша! – с горечью вздохнул Илья. – Я раньше слышал, что у богатырей сыновья редко рождаются. Признаться, не слишком верил, а теперь вот мой черёд пришёл, убедиться в народной мудрости.

– Не печалься! – хлопнул друга по плечу Добрыня. – Дочки это счастье, и любовь, и забота!

– Так-то оно так. А умение ратное кому передать?

– Я через пару лет думаю в наставники пойти, – признался Добрыня, – парубков для дружины готовить. Может и ты со мной?

– Ох, и туго им тогда придётся! – улыбнулся Илья Муромец.

***

Кощей сидел на лавке и бился лбом об стол. Каждый раз чашка Бабы-Яги подпрыгивала, звеня ложкой, и наконец, не выдержав, ведьма её поймала.

– Может просто не делать ничего такого, за что голову рубят? – предложила она.

Кощей ударил ещё раз, а затем с укором посмотрел на советчицу.

– Смеёшься? Злодей я или кто?!

– Ой ли? А я слыхала, последние лет сто живешь себе в удовольствие!

– Так-то оно да, – признал Кощей, – но проблема в том, что иной раз я утром не помню, чем ночью занимался! С чужих слов узнаю! Вдруг наговорю лишнего или невесту у богатыря уведу?

– Мда, тяжелый случай! – в сердцах всплеснула руками Баба-Яга. – Оказывается, нездоровый образ жизни даже бессмертного до могилы довести может!

– Хватит обсуждать мои слабости! – срывая голос, закричал Кощей. – Научи, что делать!

– Для начала не сходи с ума от страха, – деловито сказала ведьма. – Твоя голова пока при тебе, а у князя всего трое богатырей! Смекаешь?

– С ума выжила? Я что теперь, по всей Руси должен их отпрысков отлавливать?! Им же любая юбка рада!

– Ничего-то ты о русских богатырях не знаешь!

– Я стараюсь держаться от них подальше! С Алёшей ростовским повстречались – он как раскричался: «Нечисть, нечисть!» За меч схватился!

– Это он любитель железякой помахать! – согласилась Яга.

– Я ему объясняю: "Поди прочь, я бессмертный"! Так он даже слушать не стал! Как капусту нашинковал!

– Вот окаянный!

– Знаешь, как тяжело и больно потом срастаться?! – спросил Кощей страдальческим голосом.

– Алёша он да, Алёша и есть, тяжело с ним договориться. Но ты не отчаивайся раньше времени! Будущее оно такое, – Баба-Яга сделала неопределенный жест ладонью. – Его изменить можно!

– Говори!

– Богатыри у нас – порядочные семьянины! – поведала ведьма. – На сторону не ходят, так что детей у них мало, а сын и подавно – один на всех!

– Да ну?! У кого? – оживился Кощей.

– У Алёши Поповича.

– Уйёоо! – Кощей со стоном сдёрнул корону, а второй рукой схватился за голову. – За что мне это?!

– А ты как хотел? Не всё коту масленица! Но если мальца выкрадешь, пока тот силу не набрал, то и угрозы тебе никакой!

– Знаешь, бессмертный – не значит бесплотный! – возразил Кощей. – Если Алёша узнает, что я его наследника погубил – как наяву вижу…

Прикованный к каменной колонне, Кощей висел на цепях – измотанный, с опухшим носом и синяками под глазами.

– Алёша, не надо больше! – молил он жалостливо. – Мы же русские люди!

– Кто люди, а кто нелюди! – резонно заметил Алёша Попович.

– Я же не хотел ничего плохого! – с надрывом продолжил увещевать его Кощей. – Это всё Яга! А мне бы просто жить!

После этих слов колдун разрыдался.

– То есть ты хороший, сына моего не похищал, а все плохое сделал кто-то другой? – уточнил Алёша Попович.

– Да! То есть, нет! Я хотел сказать…

– Я тебе сейчас покажу, что такое раздвоение личности! – пообещал Алёша Попович, доставая топор и проверяя пальцем лезвие.

Кощей Бессмертный потряс головой, чтобы избавиться от наваждения.

– Нет! Ещё раз я не выдержу! И вообще, душегубство – пережиток проклятого прошлого!

– Ты это сыну Алёши Поповича не забудь рассказать! – посоветовала Баба-Яга. – Или послушай, что я предлагаю!

***

На следующий день Ваня увлечённо ловил бабочек на лужайке перед домом, и широкую тень, надвинувшуюся со спины, он заметил слишком поздно.

– И, правда – проще простого! – сказал Добрыня, закидывая на плечо барахтающийся мешок.

У сидевших на завалинке через дорогу стариков отвисли челюсти, да только что они могли сделать? Лишь проводили богатыря взглядами, а одна бабка перекрестилась.

***

Илья Муромец и Добрыня Никитич пили чай из блюдечек, когда дверь распахнулась, и вбежал запыхавшийся Алёша Попович. Увидев товарищей, он остановился в дверном проёме.

– Оба здесь! Так даже лучше!

Лицо у молодого ростовчанина, прослывшего самым весёлым и бесшабашным из всей троицы, было сейчас столь тёмным и суровым, что сомневаться не приходилось – случилась беда, и потому богатыри немедля вскочили из-за стола.

– Что случилось, Алёша?

– Это я у тебя, Добрыня, хочу спросить – что случилось?! Зачем ты моего сына похитил? Неужели так зависть велика?!

– Да ты что говоришь?! Не делал я этого, и в мыслях не было!

– А кто тогда?! – закричал в гневе Алёша Попович. – Пол-улицы видело, как ты Ваньку схватил и в мешке унёс!

– Постойте, братцы! – вмешался Илья Муромец, и положил свои огромные ладони спорщикам на плечи. – Не надо ссориться! Сдаётся мне, что вы оба правы.

– Да как такое возможно?! – опешил Алёша.

– Ещё до того как вы в Киеве появились, меня однажды пытались с князем поссорить, двойника моего к нему привели. Я потом выяснил, что оборотное зелье Баба-Яга готовила, но она тогда улизнула!

– И где же нам её искать?

– В стольном граде завсегда самые пенки из тех, кто нечист на руку, – ответил Илья. – Они без Бабы-Яги жить не могут, а она без них, потому как вся суть её – в злодействе! Так что предлагаю тряхнуть царедворцев, кого-нибудь да разговорим!

Долго ли, коротко ли, но узнали богатыри про Гиблое Болото, добрались до нужного места, а там действительно избушка на курьих ножках стоит.

– Можно я скажу? Я нужные слова знаю! – стал просить Соломон, нарезавший круги в обличье пса.

– Давай, говори, – пожал плечами Алёша Попович.

– Избушка, избушка! – пролаял Соломон. – Ну-ка повернись ко мне передом, к лесу задом!

Встрепенувшись, словно разбуженный спящий, избушка повернулась на своих огромных лапах с неожиданным проворством, и возмущённо закудахтала, обнаружив перед собой какую-то собаку. Щелчок огромных пальцев отправил Соломона в далёкий полёт. По счастью, он пролетел над трясиной и мягко приземлился в заросли камыша.

– Раз голосит, значит живой, – веско сказал Илья, – потом подлечим. Сейчас главное ведьму не упустить!

– Ну, уж нет! Шалишь! – закричал Алёша Попович, увидев, что избушка начинает отворачиваться.

Засучив рукава, он схватил верёвку, притороченную к седлу, и бросился вязать ноги обидчице Соломона. Через считанные мгновения избушка рухнула, громыхнув чугунками, самоваром и вдребезги разбитыми тарелками.

Вскоре дверь приоткрылась, и наружу осторожно выглянула Баба-Яга.

– Ой! Добрыня! Илья! И Алёша с вами!

– Добрый знак, даже не возмутилась! – вполголоса сказал товарищам Илья. – Видно, знает свою вину.

– Говори, Яга, где сын мой и кто твои подельники! Или я для начала твою избушку на дрова пущу! – заявил Алёша Попович.

– Что ты, что ты! Не виноватая я!

– Кто в облике Добрыни ко мне домой приходил?!

– Кощей! Просил: «Пособи, хочу старого друга Добрыню разыграть»!

– Друга?! – возмутился Добрыня.

– Да мне почём знать в каких вы отношениях?! Водяной рассказывал, что ты с ним медовуху пил, а он отродясь врать не умел! Чем Кощей чем хуже?

– Что, правда, пил? – вполголоса уточнил Илья.

– Ну, было раз или два. Так-то на рыбалке! Водяной, он, в общем-то, нормальный мужик. С меня медовуха, с него рыба…

– А я думал, что всё на белом свете повидал! – покачал головой Илья.

– Короче, говори, ведьма, где Кощея искать, иначе ждёт тебя смерть лютая! – подвёл черту Алёша Попович, кладя ладонь на рукоятку меча.

– Ой, Алеша! Не говори так! – схватилась за грудь Баба-Яга. – У меня сердце уже не то! Где сейчас Кощей – не ведаю, а вот как решить разом все ваши проблемы, могу подсказать. Правда, придётся прогуляться.

– Далёко?

– На болото у Лысой горы, к сестрице моей старшей. Кто её победит, тому она исполнит три любых желания!

– Ну, смотри, если обманула! – погрозил Алёша кулаком на прощание.

– Вот беда! Забыла сказать, что ещё никто от неё живым не ушёл! – рассмеялась ведьма, когда богатыри скрылись из виду. – Осталось только весточку послать: "Встречай! Едут к тебе первое блюдо, второе и холодец!"

Вернувшись в свой замок, Кощей вытряхнул из мешка Ваню.

– Ой! Ты кто? – растерянно уставился на него богатырский сын. – И где мы?

– Я Кощей Бессмертный! – грозно молвил колдун. – Ты в моём замке, потому что совершил очень плохой поступок!

– Я?!

– Не сейчас, а в будущем, когда вырастешь. Так что придётся тебя наказать! Заранее.

Ничего не понимая, Ваня оттопырил нижнюю губу, и в глазах его заблестели слёзы.

– Ой, прекрати! – поморщился Кощей. – Я ещё даже не придумал, как с тобой поступить! Так что пока просто посидишь тут под замком, а я поеду, посоветуюсь.

На волшебном чёрном жеребце, скачущем быстрее ветра и не ведающем усталости, Кощей быстро добрался до жилища ведьмы.

– Сундук перепрятал? – спросила она.

– Да.

– С мальчишкой разобрался?

– Я не могу! Он такой хорошенький!

– Тряпка! – флегматично буркнула Яга. – Значит, готовь урну, куда прах твой собирать будем!

– Завидую я тебе! Где-то сейчас рыскают три обозлённых богатыря, а ты и ухом не ведёшь! Вот заявятся на твоё болото, что делать будешь?

– Так приходили уже! Я их к старшей сестре спровадила!

– К Бабе-Язве?

– К ней, родимой! Сам знаешь, от неё не возвращаются! Так что хватит уже плакаться, возвращайся и избавься от мальца!

С тяжёлым сердцем ехал домой Кощей Бессмертный, но всё стало ещё хуже, когда он переступил порог своего замка. Первое, что увидел колдун – длинная чёрная игла в руках Вани.

– Ты где её взял, – спросил он, со страхом догадываясь, каков будет ответ.

– Я сундук только открыл, а оттуда заяц!

– Всё ясно, стой, не шевелись! – прервал мальчика Кощей, покрываясь холодным потом. – Дай её сюда, только осторожно!

– Ну, Ваня! – выдохнул он с облегчением, забрав иглу. – Всё! Лопнуло моё терпение! Собирайся!

Когда Кощей с мальчиком добрались до кладбища на опушке леса, уже наступила ночь. Звёзды скрывались за чёрными тучами, и только луна проглядывала через какую-то прореху, не давая воцариться полному мраку. Кладбище было старое и неухоженное: кресты стояли разной формы, некоторые под наклоном, а иные могильные холмики и вовсе без них.

– Дядя Костя, что это за место? – спросил Ваня, которого Кощей вёл за ручку.

– Погост. Здесь люди своих умерших хоронили.

– А мы сюда зачем пришли?

– Мыыы…, – растерялся на миг колдун. – Мы просто мимо идём!

Совсем близко от могил стоял с опущенными ушами и дрожал, как осиновый лист, маленький белый козленок, привязанный к колышку.

– Дядя Костя, а куда мы идём? – дёрнул Ваня Кощея за руку. – Что мы там делать будем?

– Ох! – только и вымолвил тот в ответ, закрыв глаза ладонью.

– Там есть игрушки? А другие дети? – не унимался Ваня.

Внезапно козлёнок вскинул голову, а затем принялся скакать вокруг колышка и тревожно блеять.

– А что он здесь делает? – продолжил любопытствовать ребёнок.

– Его местные жители на закланье привели, – поморщился Кощей. – Думают, это от них беду отведёт. Да только он ничем кроме человечины не питается!

– Кто?

Луна выглянула чуть больше, добавив света, и вдали сразу завыл волк. Ваня стал тревожно озираться и заметил посреди могил кряжистую тень, похожую на человеческий силуэт. Некто стоял, облокотившись на большой надгробный крест с двускатной крышей, и внезапно мальчик увидел красные глаза с чёрными вертикальными зрачками.

Ваня ойкнул и замер, а козлёнок, оборвав верёвку в отчаянном прыжке, ускакал во мрак. Незнакомец сделал пару шагов вперёд, и стали видны его грязные седые волосы и длинная борода, скрывавшие большую часть уродливого лица.

– Дядя Костя, это же упырь! Мне папа рассказывал! – закричал Ваня и только сейчас осознал, что рядом никого нет.

Упырь поднял лапы, разминая пальцы с длинными когтями, и довольно оскалился, обнажив острые клыки.

– Арргхх! – рыкнул он, кинувшись на Ваню, но тот успел проскользнуть у него подмышкой.

– Вот щегол! – возмутился упырь, схватив пустоту.

– Глаза боятся – руки делают! Глаза боятся – руки делают! – скороговоркой лепетал Ваня, удирая со всех ног.

Упырь бросился в погоню столь резко, что любой смотревший со стороны увидел бы только смазанное пятно.

– Глаза боятся – руки делают! – как заклинание твердил Ваня, выдёргивая колышек козлёнка. Развернувшись, он подпрыгнул и выбросил вперёд руки.

– Ты чего это удумал, молокосос? – спросил его упырь, едва ли не в ухо.

Ваня открыл глаза и увидел, что болтается в воздухе, держась за колышек, которым он пробил грудь нелюдя.

– Не осина! – с ужасом прошептал богатырский сын, падая на землю.

– Конечно, нет! Это берёза! – согласился с ним упырь, выдернув и обнюхав кол. – Пожалуй, не стану тебя есть.

– Спасибо, дяденька! – искренне поблагодарил Ваня.

– Гы-гы! Я из тебя упыря сделаю! Что скажешь?

– Прав был папка, запасной план всегда нужен. Твоя борода хорошо горит?

– Чтооо?!

В близлежащей деревне от душераздирающего вопля, донёсшегося со стороны кладбища, проснулись абсолютно все. Люди выглядывали и испуганно крестились, глядя на убегающего прочь, голосящего и полыхающего подобно факелу упыря.

Содержимое пузатой бутылки из зелёного стекла подозрительно быстро закончилось. Тяжело вздохнув, изрядно окосевший Кощей поднялся, чтобы сходить в подвал, но удар поленом сбил его с ног.

– Ваня! – несмотря на боль, радостно вскрикнул колдун. – Ванечка!

Перед ним действительно стоял сын Алёши Поповича, и его глаза переполняли слёзы.

– Как ты мог?! Ты почему меня оставил?! Он же злой и очень плохой!

Кряхтя, Кощей сел и повернулся к ребёнку.

– А я, по-твоему, хороший?

– Ты – да! Я чувствую, ты не можешь меня обидеть!

Кощей посмотрел на дрожащий подбородок мальчика и понуро вздохнул.

– Ваня, прости меня! Я испугался. Я больше так никогда с тобой не поступлю! Я обещаю!

Глава 3. Добро с кулаками

Богатырям ещё оставалось полсотни шагов до избушки старшей сестры Бабы-Яги, а ставни уже распахнулись, и старая, страшная, вся покрытая бородавками ведьма высунулась наружу.

– То-то я чую, русским духом потянуло! Явились, не запылились незваные гости!

– Вот почему вся нечисть так русских ненавидит? – спросил Добрыня, засунув большие пальцы за ремень. – Почему они на других никогда не ругаются?

– Видно потому, что только мы их злодейские планы рушим, – подытожил Илья.

– Что вы там шепчетесь?! – крикнула Баба-Язва.

– Спускайся, бабуль! Разговор к тебе есть! – крикнул Алёша Попович.

– Держи карман шире! Вы сначала с моей зверушкой пообщайтесь! Кис-кис-кис!

В черноте леса зажглись два крупных желто-оранжевых глаза, а затем на поляну с грозным завыванием выпрыгнул упитанный кот чёрной масти.

– Ничего не скажешь, удивила! – рассмеялся Добрыня, но тут кот обернулся вокруг своей оси, словно хотел поймать хвост, и вырос до размеров коровы.

– Ого! Большая киса! – воскликнул Алёша Попович.

– Где-то я про подобное слышал! – задумчиво произнёс Соломон.

– То ли ещё будет! – захохотала ведьма и щёлкнула пальцами, от чего кот увеличился вдвое.

– Всё, шутки кончились, дерёмся по-настоящему! – крикнул Илья, но его тут же перекрыл истеричный вопль Соломона.

– Я вспомнил! Это Кот Баюн – жуткий людоед!

Богатыри встали защитным порядком, ожидая немедленного нападения, однако их противник неожиданно сел на задние лапы и заговорил мягким голосом, слегка растягивая слова.

– Здравствуйте, гости дорогие! Вы какие сказки любите? Про хитрых бояр, везучих батраков или поповских дочерей?

– Не слушайте его! – заверещал Соломон. – А иначе…

Однако закончить фразу у него не получилось. Веки Соломона закрылись с неумолимой силой, будто к ним подвесили пудовые гири, и он рухнул на землю спящим.

– Про бога-ты-рей, – покачиваясь, словно под гипнозом, выдавил из себя Добрыня заплетающимся языком.

– Конечно, сладкие мои! – согласился Кот Баюн. – В тридевятом царстве, в тридесятом государстве жил да был…

Илья и Добрыня захрапели и осели на землю, столкнувшись головами. Единственным, кто остался на ногах, был Алёша Попович. Зажмурившись и приоткрыв рот, он часто дышал, как человек, у которого щекочет в носу. Вскоре он чихнул, высморкался, почесал пальцем в ухе и погрозил огромному коту кулаком.

– Ты что творишь, мешок с блохами?!

– А на тебя, значит, мой голос не действует? – удивился Баюн.

– Жена говорит у меня, что в одно ухо влетело, то в другое вылетело!

– Что ж, придется тебя так съесть!

Алёша Попович выхватил из ножен меч, но от удара огромной лапы с выпущенными стальными когтями, его оружие отлетело далеко в сторону и вонзилось в землю.

– А теперррь кошшки-мышшки!

Кот Баюн пытался зацепить противника то правой, то левой лапой, однако богатырь несколько раз ловко увернулся и бросился бежать. Огромный зверь настиг его в два прыжка у избушки Бабы-Язвы, но Алёша Попович и тут выкрутился – оттолкнувшись от куриной лапы, сделал сальто назад людоеду за спину. Получилось красиво, вот только после приземления богатырь сразу получил подсечку хвостом и рухнул на спину. Приподнявшись, он едва успел схватить Баюна руками за клыки, чтобы тот не откусил ему голову.

Положение стало хуже некуда, поскольку зверь схватил Алёшу Поповича лапами с боков, чтобы тот не улизнул, да к тому же на богатыря опять напал чих, и руки его задрожали. Два раза он сдержался, но затем произошло неизбежное, и в тот же миг челюсти кота с лязгом сомкнулись на месте головы богатыря.

Отодвинув от себя безголовое туловище, Баюн пожевал и сплюнул шлем Алеши Поповича.

– Одно названье, а вкуса никакого!

Неожиданно нога богатыря настолько больно ударила кота в челюсть, что тот его выронил. Тело тут же бросилось наутёк, и лишь через дюжину шагов из под кольчуги высунулась голова Алеши Поповича. Взбешённый Баюн одним прыжком снова настиг беглеца и накрыл лапами, словно мышь. Однако стоило ему приблизить морду, как из незаметной щёлки вылетел кулак и попал точно в глаз.

Наполовину ослепший Баюн взревел от ярости, но выбравшийся из ловушки Алёша Попович не дал ему прийти в себя. Он схватил кота за усы и начал дёргать из стороны в сторону. Зверь отчаянно сучил передними лапами, пытаясь смахнуть богатыря, и, в конце концов, это ему удалось.

– Ну, держисссь! – молотя хвостом по земле, прошипел людоед. – За усы ответишь!

Выпустив когти, Кот Баюн прыгнул вперед, нанося удар сверху вниз, будто по мухе, однако Алёша Попович не стал уклоняться, а прыгнул врагу под брюхо.

– Мяяуу! – заорал зверь, почувствовав, что его оторвали от земли.

Раскрутив противника за хвост, богатырь разжал пальцы, и огромный, тяжёлый Баюн врезался в избушку, сбил с ног и рухнул вместе с ней в болото. Судя по всему, обоим крепко досталось. Избушка лежала неподвижно, как обычный сруб из брёвен, а рядом с ней из тёмной жижи поднимались пузыри.

Смилостивился Алёша Попович и вытащил за шиворот обмякшего Кота Баюна, который уменьшился до своего первоначального размера – видно, слетело и заклятье ведьмы, и его собственное.

– Живо говори, как их разбудить! – кивнул Алёша Попович в сторону храпящих товарищей. – Только предупреждаю! Если целовать нужно – сам будешь вылизывать!

– Тут всё проще, – ответил Кот Баюн и сделал витиеватый жест лапой. – Сон, усталость и дремоту забираю на охоту!

В тот же миг Илья с Добрыней начали зевать и потягиваться, а шустрый Соломон вскочил на ноги.

– Эк меня сморило! – начал он и тут увидел Баюна. – Так это не сон был?! Алёша! Как же ты с ним справился?

– На меня его выходки не действуют. Но повозиться, правда, всё равно пришлось.

– Может кошака того? – спросил Илья Муромец и показал закрут двумя кистями, словно свернул цыпленку шею. – Уж очень опасный зверь!

– Простите меня! Я больше людей в жизни не трону! – стал умолять Баюн. – Клянусь!

– Иди, но про уговор помни! – швырнул его на сухую землю Алёша Попович. – И с ведьмами больше не якшайся! Иначе своими руками утоплю!

– Мяу! Спасибо! – по-человечьи кивнул котяра, перед тем, как скрыться в чаще леса.

Избушка лежала дверью вверх, поэтому открылась она со скрипом и грохотом, а из проёма показалась Баба-Язва.

– Тьфу ты! – в сердцах сплюнула она. – А так хорошо всё начиналось!

Ведьма снова скрылась внутри, но вскоре вылезла наружу с метлой, да ещё вытащила следом ступу высотой в две трети своего роста.

– Ты куда это собралась, старая? – нахмурился Илья Муромец. – Лучше сама, по добру по здорову, иди перед нами ответ держать!

Однако ведьма неожиданно ловко запрыгнула в ступу и показала кукиш.

– Щазз! Выкуси! Руки у вас коротки!

Один взмах метлой – и ступа полетела прочь.

– Стой! Хуже будет! – закричал Алёша Попович, но в ответ услышал лишь ехидный смех.

Схватил богатырь свой меч, что по-прежнему торчал из земли, размахнулся, как следует, и швырнул вслед ступе. Хоть и был он меньше в плечах, чем старшие товарищи, но сил у него тоже хватало. Догнал-таки меч ступу, и рухнула она поодаль в болото с большим всплеском.

– Ничего не скажешь, красиво получилось! – кашлянул Соломон. – Но ты, Алёша, часом не погорячился? Утонувшая ведьма нам не скажет, где твоего сына искать!

– Не беспокойся! Такие как она не тонут! – резонно заметил Добрыня.

– Побудьте здесь, братцы, я скоро! – сказал Алёша, выдернул на краю болота худое деревце и отправился с ним через топь как с шестом.

Богатыри смотрели ему вслед, но тут за их спинами жалобно заквохтала избушка Бабы-Язвы.

– Очнулась! Крепко же её Алёша приложил! – подивился Илья.

– Негоже так бросать, сама не встанет. Давай, что ли на сухое место вытащим? – предложил Добрыня.

Сказано – сделано. Ухватившись с двух сторон, богатыри подняли и поставили избушку на её куриные ноги. Вскоре вернулся и перемазанный грязью Алёша Попович с мечом в руках.

– Ступу нашёл, меч нашёл, а ведьмы нет! – сказал он с горечью, садясь на землю и обхватывая голову руками. – Видно, ушла через трясину. Где теперь Ваню искать?!

– Куд-кудах-тах-тах! Куд-ку-куда! – вдруг закукарекала благодарная избушка.

– Я оказывается, и птичьи языки понимаю! – удивился Соломон. – Она говорит, что знает, где искать твоего сына!

– Спасибо, избушка! – поклонился Алёша Попович. – И тебе, Соломон, тоже! Проси, чего хочешь!

– Можно я к Кощею не пойду?

– Понимаю. Только пригляди за Ягой, хорошо?

Когда богатыри выбили окованную железом дверь и вошли в зал замка, Ваня скакал верхом на Кощее и громко кричал.

– Слава Богу, вы пришли! Я больше не сдюжу! – произнёс колдун, вытирая пот со лба.

Однако на Алёшу Поповича, у которого раздувались ноздри и играли желваки на скулах, благостная картина не произвела никакого впечатления.

– Готовься к худшему, Кощей!

– Папа, нет! Не трогай его! Он мне ничего не сделал! – неожиданно заступился за похитителя Ваня.

– Зачем мальца крал? – строго спросил Илья.

– Со страху, чес слово! – покаялся колдун. – Баба-Яга в заблуждение ввела, что Ваня меня погубит!

– Выходит, не добрались мы до корня всех бед! – стукнул кулаком по ладони Добрыня.

– Ничего, ещё свидимся! – заверил его Илья. – На обратном пути всё равно через Гиблое Болото идти.

– Что ж, всё хорошо, что хорошо кончается! – спуская Ваню на пол, подытожил Кощей.

– Дядя Костя, а ты придёшь к нам в гости? – спросил мальчик.

– Обязательно! Но попозже, в другой раз, – уточнил колдун, глядя на кулак Алёши Поповича, показанный им за спиной сына.

– Ладно, Кощей! Считай, легко отделался, – усмехнулся Илья, – но помни – ты на испытательном сроке!

– Не извольте беспокоиться! Я больше ни-ни!

– Да, и вот ещё что! – сказал Алёша Попович, беря Ваню на руки. – Ты как-то повстречался с одним псом…

Недалеко от любимого болота Бабы-Яги богатырей встретил Соломон.

– Представляете! Я уже два дня как должен был обратиться, но всё ещё человек! – поделился он радостью.

– Привыкай, это насовсем – Кощей извинения передавал! – улыбнулся Алёша. – Как тут Бабуся-Ягуся? Не сбежала?

– Не! Похоже, она уверена, что вас уже в живых нет!

Появление богатырей из зарослей камыша действительно стало сюрпризом для ведьмы.

– Из гиблого места проходной двор сделали! – пробурчала она недовольно. – Пора в Европу переезжать!

– Сначала отсидишь лет двести, а потом езжай на все четыре стороны! – обнадёжил её Илья Муромец.

– Да за что?! – возмутилась Яга.

– Может, не стоит её снова в сырую темницу сажать? – усомнился Алёша Попович.

– Правильно! – поддержала его Яга. – Хоть один здравый человек!

– Прошлый раз она и дня за решёткой не провела – сбежала! Лучше решить вопрос, как говорит Соломон – радикально!

– Ради кого? – не понял Добрыня.

– В смысле, раз и навсегда.

– Вот ещё! Бабу-Ягу они порешать собрались! Держи карман шире!

Ведьма достала какой-то пузырёк и бросила под ноги, от чего всё вокруг заволокло белым дымом. Когда же он рассеялся, богатыри увидели, что Бабы-Яги нет, а её избушка удирает семимильными шагами.

– Врёшь! Не уйдёшь! – закричал Алёша Попович и хотел кинуться в погоню, но Добрыня схватил его за плечо.

– Стой!

– Так ведь Яга сбежит!

– Куда?

– За границу!

– Пускай бежит! Это она тут Русь и русский дух ненавидит, а там ей быстро объяснят, что таких не ждали!

– Хорошо, если избушку не спалят, – добавил Илья Муромец. – Чем за ней гоняться, проще через месяц али два на это же болото наведаться. Уж поверь мне.

– А если не вернется? – почесал Алёша затылок.

– Ей же хуже! – улыбнулся Добрыня. – В любом случае, не стоит сломя голову бегать по трясине. Пошли домой. Чаю хочу. С пряниками!

Content

Дмитрий Луценко
Кощей Бессмертный и сын богатыря

Глава 1. О том, как тяжело жить

Глава 2. Мал да удал

Глава 3. Добро с кулаками