Павел Шершнёв

По следам богов

Прошёл год с момента возвращения Сакерны к своим кораблям после её похищения. За это время она решила плотно заняться своим телом и изрядно похудела. Каркынянцы стали немного больше общаться с землянами. Сакерна подбивала своих к этому. Люди стали проводить репортажи около их космических кораблей. Вовнутрь этих кораблей, конечно, так никому из землян и удалось попасть. Каркынянцы не разрешают… А ведь так всем было интересно: что же происходит внутри, и как выглядят комнаты пришельцев. Разговор пришельцев слышали, а есть ли у них письменность? Говорят, что есть, но не показывают. А наше правительство интересовало совсем другое. Ему нужны были технологии пришельцев. Вот они и взяли к себе «на довольствие» бывшего полицейского спасшего каркынянку, Дмитрия Константиновича Селянина. Теперь его назначили старшим в общении с каркынянцами, а за одно и приглядывать, может, что-нибудь интересное всплывёт или узнает… Ему ведь за спасение пришельца, доверия было больше. На свою премию за спасение пришельца он прикупил себе новенькую машину и частенько ездил до пришельцев на ней. В близком общении с Дмитрием была только Сакерна, остальные как-то с недоверием общались с Дмитрием. Сакерна, после похищения, стала усиленно изучать русский язык и теперь разговаривала почти как на родном. Иногда Дмитрий привозил ей подарки в виде Земной косметики, а она немного больше откровенничала по своему быту. Подруга Дмитрия Константиновича, Катя, не выдержала постоянных катаний из Красноярска к пришельцам. Интересно? Да. Но прямо так, чтобы перестать заниматься своим родным человеком, дочкой, и оставлять её на свою маму… Нет, не на столько важны эти пришельцы. Через полгода она вернулась на свою бывшую работу и осталась в городе. Так постепенно и разошлась её дорога с Дмитрием.

В начале лета Дмитрий уговорил каркынянцев высадить куралтар в землю в теплицах, которые им передало правительство России. Внёс в почву обычные для нас удобрения. И очень попросил для эксперимента не вносить в почву свои какашки с червями, а просто поливать чистой водой. Да, от паразитов каркынянцы так и не отказались, хотя некоторые пришельцы решили пролечиться от них. Так, например Сакерна полностью от них избавилась, и ей было не обязательно придерживаться общего графика питания по времени.

Середина июня. Как то странно по земным меркам растёт куралтар. Плоды росли сразу без цветков. Стебли растений были толще и намного выше, чем на корабле. Бледно бардовые листья рассады приобрели яркий красный цвет в середине листьев, а края стали зеленоватого оттенка. Плоды тоже были чуть ли ни вдвое крупнее своих родственников на корабле. Первый урожай куралтар в теплицах. Сакерна оторвала один плод. Дмитрий находился рядом:

– Ну, пробовать будем?

Сакерна разделала фрукт, отломила сочную дольку и положила в рот. Мякоть была сладковатая и более рыхлая, чем та, которую они привыкли употреблять.

– Ммм, какая вкуснятина. – произнесла она и протянула дольку Дмитрию: Ты это должен попробовать.

Дмитрий тоже закинул дольку в рот и тщательно пережевал:

– Ну, вот! Другое дело. Дыню чем-то напоминает. Давай твоё начальство угостим.

Сакерна согласилась. Дмитрий принёс большой пластиковый ящик, и они быстро набрали в него сочные куралтар. Дмитрий сам взял ящик и потащил к кораблю. Около входа в него он остановился.

– Тебе туда нельзя. – виновато произнесла Сакерна.

– Да я понимаю, – ответил Дмитрий и поставил ящик на землю: не ты решаешь, кого вовнутрь можно пускать. Хотя, наверное, тебе просто стыдно меня туда впускать. Там воняет?

– Нет, – улыбнулась она: там воздух не имеет запаха. Системы корабля очищают его. Внутри чисто. Мне нечего стыдиться. Я просто не хочу не выполнять просьбы нашего старейшины. Извини…

– Всё нормально. – развёл руки в стороны Дмитрий.

Сакерна взяла ящик и попробовала его приподнять. С большим трудом ей это удалось сделать… Но только приподнять.

– Ого, какой ящик тяжёлый. – с отдышкой произнесла Сакерна и поставила его обратно.

– Ты можешь высыпать половину на траву и отнести все за две ходки. – дал рекомендацию Дмитрий.

– Блин, мне как-то лень второй раз за ними бегать.

Дмитрий огляделся по сторонам. Недалеко прогуливался каркынянец. Ну, или каркынянка… Кто их знает, они все одинаково выглядят. Он свистнул ему:

– Эй! Подойди, пожалуйста.

Каркынянец подошёл. Дмитрий попросил:

– Ты можешь Сакерне помочь унести ящик?

– Да, я помочь.

Дмитрий, улыбнувшись Сакерне:

– У тебя тоже такой деревянный говор раньше был.

Сакерна улыбнулась взаимно:

– Хорошо, скажи мне что-нибудь на нашем языке.

– Куралтар, чихлпа, кылкыныр…

– Это всё что ты знаешь? Акцент паршивый… Это ведь не предложения, ты перечислил слова. Скажи мне что-нибудь предложением. – попросила Сакерна.

– Всё, сдаюсь. Не знаю я ничего…

– Вот тогда и про других не говори ничего, раз сам не лучше. Мы хотя бы можем на вашем языке разговаривать. А вы?

Сакерна с другим каркынянцем взялись за ящик с двух сторон и занесли вовнутрь корабля, а Дмитрий отошёл и присел на стульчик. Прошло несколько минут. Из корабля вышла Сакерна с несколькими каркынянцами.

– Это старейшина нашего корабля. – указала она на одного: Он благодарит тебя за помощь. И говорит, что никогда куралтар не был настолько вкусным и большим. И огромное спасибо вашему правительству за великодушие. Короче, вы классные! Это уже от меня.

– Всегда пожалуйста. – ответил Дмитрий: Ещё бы помогли нам изготовить технику, которая бы не причиняла вреда природе… Вот это было бы для нас взаимным «спасибо».

Старейшина посмотрел на Сакерну и что-то спросил у неё на своём. Сакерна ответила ему и старейшина призадумался.

– Я что-то не то сказал? – спросил Дмитрий.

– Он спросил меня, о чём ты мне сказал. Я ему ответила.

– И что его смутило?

– Не знаю. Это хорошо, что вы задумываетесь об экологии. Но я думаю, что ответ останется неизменным. Мы не даём свои технологии.

– Мы их и не просим. – парировал Дмитрий: Мы всё равно рано или поздно до них дойдём. Только вот природу будет сложнее восстановить.

Старейшина с каркынянцами зашёл в корабль. Сакерна посмотрела на Дмитрия:

– Я же говорила…

– Я ни на что и не претендовал. – сделал безразличное лицо Дмитрий.

Они вернулись в теплицы с помощниками и продолжили сбор урожая. Каркынянцы пробовали свежий фрукт и нахваливали его вкусовые качества. После сбора фруктов к Дмитрию подошёл старейшина и поманил пальцем в сторону корабля, пробормотав что-то на каркынянском. Дмитрий проследовал за ним. Старейшина вошёл в корабль. Дмитрий не стал нарушать запрета, а остановился около входа. Старейшина остановился, повернулся к Дмитрию и вновь поманил его пальцем. «Ого!» – удивлённо и одновременно радостно воспринял это Дмитрий. Он вошёл вовнутрь. Переступив за порог входа, он сразу попал в другую атмосферу. Воздух был немного прохладнее, а дышалось тяжелее. Наверное, сказывалась другая концентрация газов в этой дыхательной смеси. Кислорода точно было гораздо меньше, потому что голова начала кружиться. Старейшина повернулся и пошёл дальше. Дмитрий пристроился за ним. Широкие коридоры были выполнены из того же металла, что и снаружи. Лёгкая рефлённость металла предавала им вид переливающихся обоев. Старейшина вошёл в одну комнату, над которой были чёткие рельефные непонятные символы. Возможно, это и была их письменность… Что-то они напоминали Дмитрию, где-то примерно такое он уже видел. Вот только где? Он вошёл в комнату за старейшиной. На полу были установлены металлические высокие ящики без крышек. Он достал из одного ящика пластину, размером с альбомный лист, из такого же, как корабль металла и толщиной примерно в сантиметр и протянул его Дмитрию. Дмитрий взял его в руки. Хоть пластина и была сделана из металла, но она не была тяжёлой. Дмитрий покрутил её, посмотрел:

– И что мне с этим делать?

Старейшина указал пальцем на едва видные значки на этой пластине. Дмитрий прикоснулся к одному из них – ничего не произошло. Прикоснулся к другому. Пластина завибрировала, излучая лёгкий гул и начала сильно толкать Дмитрия назад. Дмитрий зразу же нажал на первый символ. Гул и усилия пластины прекратились.

– Ничего себе! Это мне? – спросил Дмитрий.

Старейшина руками показал, чтобы он забирал её и уходил с корабля.

Дмитрий обрадовался и поспешил покинуть корабль, при этом, не забыв поблагодарить:

– Спасибо большое.

Старейшина вышел из комнаты за ним, кивнул головой и продолжал смотреть ему вслед. Может, следил, чтобы Дмитрий не завернул куда-нибудь ненароком… Дмитрию очень хотелось сфотографировать телефоном единственные символы над комнатой, которые он увидел внутри корабля, но злоупотреблять «гостеприимством» не стал, а вышел наружу. После того, как он перешагнул порог выхода из корабля, атмосфера Земли опять дала ему достаточное количество кислорода для дыхания. Дмитрий отдышался. Интересно, а как им удаётся разделить две воздушные зоны между собой без каких-либо перегородок? Может быть, когда-нибудь это вскроется…

Дмитрий вышел за территорию каркынянцев и сразу позвонил своему «спец» начальству:

– Это я… Даже не знаю как это сказать… Мне старейшина дал одну пластину, которыми они пользуются для полёта их кораблями.

Ему в трубку стазу ответили:

– Территорию ни в коем случае не покидай. Держись на виду у всех. За тобой приедут.

Дмитрий вернулся к кораблям. Его с пластиной в руках обнаружила Сакерна. Она удивлённо посмотрела на него:

– Где ты это взял?

– Мне это ваш старейшина дал.

– Он тебе сам вынес?

– Нет. Он разрешил мне войти в корабль. Мы сходили в одну комнату, и там он достал из ящика и отдал мне. – честно сказал Дмитрий: Думаешь, я вру?

– Нет. – призадумалась Сакерна: Ты хоть знаешь, что это?

– Панель двигателей ваших кораблей? – как-то неуверенно спросил Дмитрий.

– Да, так и есть. Но почему он его отдал?

– Наверное, не хотел, чтобы мы загубили нашу природу. У вас как было с вашей планетой, до того, как звезда её уничтожила? На чём летали, что ели?

– Не знаю. Об этом есть данные только в архиве у старейшины.

– Тебе можно об этом узнать?

– Нет. У меня нет доступа. Впрочем, как и у всех остальных. Это доступно только старейшине.

Дмитрий почесал затылок:

– Я думаю, что у твоих предков всё же что-то в далёком прошлом произошло. Старейшина в курсе, а вы в неведении. Над комнатой, где старейшина отдал мне эту пластину, есть символы. Это ваша письменность?

– Да, её все знают, но почти никто не пользуется. Мы разговариваем. Только старейшина делает в центре управления записи для последующих поколений.

– Я тогда не понимаю, почему вы на эту тему не хотите разговаривать? Мы с вами поделились своим языком, своей письменностью. Мы открыты. Что с вами не так? Какие секреты скрывает ваша письменность?

– Я не знаю. Это просьба старейшины.

– Ясно. Ладно тогда, не будем на эту тему, раз старейшина сказал. – замял тему Дмитрий.

– Не обижайся. Если бы я была старейшиной, то проблем бы не было. Поделилась бы…

– Проехали, всё нормально.

– Ты не обижаешься? – спросила Сакерна.

– Я никогда не обижаюсь. Какой от этого смысл?

Сакерна подошла и обняла:

– Я пошла дальше собирать урожай. Слушай, я рассказала нашим, что у землян есть домашние животные. Можешь в следующий раз привезти кого-нибудь?

– Собачку?

– Только не очень большую.

– Договорились.

Через пару часов за Дмитрием приехала машина. Это была не просто машина. Бронированный фургон с несколькими вооружёнными военными. Они сопроводили Дмитрия до фургона и предложили положить панель пришельцев в ящик, в внутри которого всё было выложено поролоном. Дмитрий положил панель туда и уселся на сидение. Когда фургон выехал на трассу, на его сопровождение подключились ещё две машины, спереди и сзади, а так же и вертолёт сверху. В Красноярске Дмитрия сразу доставили в спецслужбы к начальнику. Начальник подошёл к Дмитрию:

– Привет, Дмитрий Константинович. Наконец-то какие-то подвижки в технологиях.

– И Вам не болеть, Олег Александрович.

– Как тебе удалось?

– Добро творит чудеса. Вырастил им куралтары в теплицах на обычной земле, с обычными удобрениями и поливал обычной водой. Они попробовали то, что выросло. Очень понравилось. Плюс я подцепил их старейшину, мол, за добро неплохо было бы добром ответить.

– Вижу, сработало…

– Я внутри корабля ещё побывал.

– Да ладно!

– Недалеко от входа, но всё же…

– И как там?

– Металл такой же, как и снаружи. Другая концентрация газов в воздухе. Мне даже поплохело… Надписей почти никаких. Только над одной комнатой были символы. Мне показалось… Не, наверное показалось…

– Договаривай, раз начал. – попросил Олег Александрович.

– Надо будет просмотреть в интернете всяких там символов Майя, Шумеров… Какие там у нас ещё были древние цивилизации? Египтяне… Хотя у них вроде не такие.

– Думаешь, они уже были на Земле в прошлом?

– Они? Вряд ли, разве что их предки. Мы с Сакерной подсчитали, что их средняя продолжительность жизни порядка сорока двух лет. Старейшине сейчас примерно полтинник. И этот, в никакую не хочет ничем делиться. Панель, наверное, единственное исключение. Недолго короче старейшине осталось… Но если следующего старейшину удастся предрасположить к себе, то можем узнать больше об их истинной истории.

– Ты уже знаешь, кто будет следующим?

– Нет. Они об этом не говорят.

– Хорошо… Вернее плохо. Ладно, рассказывай, что ты нам за панель привёз. – наконец-то уселся в кресло начальник.

Дмитрий тоже присел:

– Я так понял, что это элемент их двигателей. Там есть что-то вроде сенсора «ВКЛ» и «ВЫКЛ» и ещё два еле видных контакта. Может удалённое управление им…

– Как ты узнал?

– Включил и выключил.

– Так просто? А элемент питания?

– Наверное, встроенный.

– Вот уже получается две технологии. Отлично. Придумай ещё что-нибудь у них. Может ещё чем-нибудь поделятся… Очень хочется их комбинезон заполучить и символы письменности, желательно с расшифровками.

– Будем над этим работать.

Дмитрий вернулся к себе домой и засел за ноутбуком в поисках древних символов. Их оказалось немало, и только редкие из них чем-то напоминали символы над комнатой в корабле пришельцев. Неужели они побывали когда-то на Земле? Разберёмся…

Прошла неделя отдыха Дмитрия в Красноярске, после которой он вернулся на неделю к кораблям. Он привёз с собой короткошёрстную породистую собачку, которую взял «на прокат» у начальника. Его встречала Сакерна. Лицо Сакерны выдавало, что произошло что-то не очень хорошее.

– Привет. – поздоровался с ней Дмитрий.

– Привет. – ответила та.

– Что-то произошло?

– Старейшина сказал уничтожить все куралтары в теплицах и все фрукты, которые из них собрали.

– Почему? – недоумевающе спросил Дмитрий: Они ведь больше и вкуснее.

– Все, кто поел этих плодов, несколько дней сильно болели. Болела голова, сильная рвота. Даже кылкыныр в какашках умерли.

– Ты ведь знаешь, что я не добавлял никаких химикатов и не поливал ядами. Я сам лично кушал выросший тут куралтар, ты ведь это помнишь!

– Да, помню. Что содержится в удобрении, которое мы добавляли в почву?

– Я не химик, но у нас оно везде используется и никто ещё от его использования не отравился. У меня точно ничего не произошло. У тебя тоже было отравление?

– Да, я тоже болела.

– Мы кушали вместе с одного фрукта.

– Я помню.

– Ты меня знаешь, как облупленного. Я бы на такое никогда не пошёл бы.

– Да, знаю. Но решаю не я.

Дмитрий замолчал. Сакерна помялась, но всё же спросила:

– Наш старейшина сожалеет, что отдал тебе панель. Ты не мог бы её вернуть обратно?

– У меня её нет. Я отдал её своему «старейшине». В этой ситуации я тоже пешка и не решаю, что теперь с ней делать. Я, конечно, спрошу, но результат не гарантирую…

Сакерна обратила внимание, что на поводке рядом с Дмитрием сидит собака и терпеливо ждёт:

– Ой, какая хорошая! Ты привёз, как я просила!

– Конечно, я же обещал. – протянул поводок Сакерне Дмитрий.

Сакерна взяла за поводок и присела к собаке. Собака, виляя хвостом, начала лезть к ней в лицо и облизывать его. Сакерна, гладя собаку по шерсти, спросила:

– Как её зовут?

– Это мальчик. Назвали Анубисом. Это древняя порода египетских собак. Порода называется Фараонова собака. Любимые пёсики фараонов Египта.

– Хороший, хороший. – продолжала наглаживать пса Сакерна: Можно я его другим покажу?

– Конечно. Эту неделю он со мной будет. Потом, правда его нужно будет хозяину вернуть.

– Он кушает куралтар?

– Вряд ли. Но попробуйте…

– Чем нам его тогда кормить?

– А, не беспокойся. У меня в машине для него корм есть… Снабдили.

Довольная Сакерна пошла показывать пса другим каркынянцам. Пса окружил со всех сторон, гладили. Принесли для него куралтар с корабля. Сакерна разделала фрукт на руке и протянула псу. Анубис осторожно начал к нему принюхиваться, но потом неожиданно начал сильно чихать. Собравшиеся рядом каркынянцы посмеялись над ним. Пёс отошёл от фрукта. А когда фрукт начинали подносить к нему, Анубис, побаиваясь, начинал отходить от него.

– Не издевайтесь над псом. – попросил подходящий к ним Дмитрий: Лучше поиграйтесь с ним.

Дмитрий начал размахивать перед псом палкой, а тот моментально на неё отреагировал и стал на неё прыгать. Дмитрий кинул палку в сторону, а пёс побежал за ней. Немного поигравшись и покусывая палку, пёс принёс её к Дмитрию. Дима взял палку, но пёс, не отпуская, продолжал её удерживать. Немного потаскал, а когда Анубис расслабил хватку, вырвал палку и снова бросил её в сторону. Каркынянцы восхищённо наблюдали за их игрой. В следующий раз, когда получилось вырвать у собаки палку, Дмитрий отдал палку Сакерне:

– На, кинь ему палку.

Сакерна взяла палку в руки. Пёс прыгнул на Сакерну, а та, взвизгнув от испуга, кинула палку. Пёс ринулся следом. Дмитрий рассмеялся:

– Не надо бояться собак. Они чувствуют, когда их боятся. Ладно, эта псина добрая. Есть ещё бездомные собаки, злые. Если почувствуют, что их боятся, то нападут.

– Я не хочу с ним играть палкой. – поосторожничала Сакерна.

– Есть желающие поиграться? – предложил остальным Дмитрий.

Один доброволец всё же нашёлся. Дмитрий вручил ему палку, но тот не стал её кидать, а решил пробежаться. Анубис то и дело прыгал на него пытаясь отобрать палку. Но каркынянцу удавалось ювелирно манипулировать палкой, чтобы она не попала собаке в пасть. Остальные стояли и наблюдали, похрюкивая. Что поделать, такой у них смех… Но каркынянец споткнулся и упал на землю. Пёс сразу запрыгнул к нему на туловище и вцепилась в палку. Тот сдался, отпустил. И тогда довольный Анубис с добычей вернулся к Дмитрию.

– Молодец! – погладил пса Дмитрий: Поиграли и хватит.

К толпе вернулся доброволец. Из комбинезона у него был выдернут небольшой клок, и виднелась царапины от когтей пса.

– Извини, он не настолько разумный как мы. Он этого не хотел. Он ведь игрался.

Каркынянец потёр ладонью свою рану и ушёл в корабль.

– Она не обиделась. – сказала за каркынянку Сакерна: Она всё понимает, что у животного не столько разума, как у нас. И всякое возможно.

– Ну, тогда пошли кормить пса. – предложил Дмитрий.

Они прошли до машины Дмитрия, где из багажника он достал миску пса и сухой корм. Затем насыпал его в миску и позвал Анубиса. Тот сразу подбежал к миске и начал жадно есть.

– Хотите поприкалываться? – предложил он каркынянцам.

Дмитрий согнул пальцы руки, сделав зловещую лапу и начал приближать её к миске Анубиса. Тот боковым зрением заметил руку и, не высовывая своей морды из миски, зарычал.

– Моёёё!!! – грозно произнёс Дмитрий, подводя руку ещё ближе.

Пёс вынул морду наружу и тявкнул. Дмитрий рассмеялся:

– Ай, ты засранец. Я ведь тебя кормлю.

Пёс успокоился и завилял хвостом. Дмитрий погладил его. То, что Дмитрию казалось в этом забавным, каркынянцев немного насторожило. Они не понимали: то ли Дмитрий плохой, то ли пёс злой. Другой у них менталитет и шутки. После кормёжки пса, Дмитрий передал Анубиса Сакерне, а сам пошёл прогуляться по полю. Он прошёлся по месту, на котором убегала от Анубиса каркынянка. Нашёл! На поле он обнаружил небольшой клок от комбинезона пришельца и сразу спрятал его в карман. А когда остался около своей машины в одиночестве, спрятал этот клок в багажник и позвонил шефу:

– Есть новости: хорошие и не очень. С какой начать?

– Привет Дим. Давай с хорошей, глядишь и не выпорю тебя за плохую.

– У меня есть клок от комбинезона каркынянцев.

– Шикарно! Высылаю к тебе группу. Сегодня отдашь. Как тебе удалось?

– Это твоя псина, ей спасибо.

– Надеюсь следующая плохая не про то, как моя псина загрызла каркынянца?

– Нет, она вполне жива и здорова. Мелочи: пару царапин. И даже не обижается, как мне сказали…

– Тогда давай плохую.

Дмитрий сделал глубокий выдох:

– С куралтарами не задалось…

– Ты же хвастался, что очень хороший урожай получился.

– Для нас он может быть и съедобный. Те каркынянцы, кто их ел – отравились.

– Насмерть?

– Головные боли, рвота. Может и понос был. Даже червяки у них в кишках все подохли.

– Странно…

– И я о том же. Это точно были нормальные удобрения? Никакой подставы?

– Госзаказ. Тендер провели, закупили партию и сразу отвезли. Груз нигде не задерживался. Ты-то кушал эти фрукты?

– Кушал. Вместе с Сакерной.

– И как?

– Вкусно. Лучше, чем из корабля.

– Я имел в виду, как у тебя состояние.

– У меня нормально, никаких побочных признаков.

– Отдай один мешок с удобрениями тем, кто к тебе приедет, для анализа. Проверим… Ещё что-нибудь?

– Старейшина из-за того, что там произошло, требует подарок обратно.

– Ты про ту панель?

– Да.

– Скажи, что ты не уполномочен в таких делах, но начальству сообщил.

– Я так и сказал.

– Молодец. – похвалил Олег Александрович: Скажи старейшине, что мы всё проверим и жди посыльных.

Дмитрий положил телефон в карман. Легко сказать «скажи», когда ты на передовой. Сказать то можно, но и ответственность же ляжет на того, кто сказал. Дмитрий вернулся на территорию кораблей. Каркынянцы, как дети, бегали с псом и игрались.

– Вы его уже загоняли! – крикнул им Дмитрий: Дайте ему воды попить.

Сакерна ушла в корабль и принесла псу в миске воды. Запыхавшийся Анубис жадно и быстро вылакал всю воду и посмотрел на Сакерну.

– Он ещё хочет. – намекнул Дмитрий Сакерне на то, что ей придётся идти за водой ещё раз.

Сакерна молча взяла миску и ещё раз сходила за водой. Пёс выпил половину и лёг на траву, вытащив свой язык из пасти.

– Сакерна, – сказал Дмитрий: я звонил начальству и рассказал про вашу ситуацию с отравлением. Они дают гарантию, что удобрения настоящие, без лишних добавок и просят один мешок для проверки.

– А ты сказал, что нужно вернуть нам панель?

– Конечно, сообщил. Но я не уполномочен с них что-либо требовать.

– Я передам старейшине. – понимающе ответила Сакерна.

Дмитрию по просьбе Сакерны каркынянцы принесли мешок с удобрениями. Приехала машина от спецслужб. Дмитрий тайком отдал им кусок ткани от комбинезона и загрузил мешок с удобрениями. Машина уехала, а Дмитрий сходил за собакой и пришёл на ночёвку в свой «командировочный» вагончик. Чуть позже к нему заглянула Сакерна:

– Можно зайти?

– Заходи, конечно.

Сакерна вошла и присела на стул:

– Даже не знаю, как начать…

– Говори прямо как есть.

Сакерна помялась:

– Слушай, я знаю, что не от тебя зависит, но с меня старейшина спрашивает про ту панель, которую он тебе отдал.

– Не ты её отдавала мне, да и сейчас она не у меня. Я если и смогу попробовать её взять, то только если вернусь в город и буду настаивать.

– Да, вернись в город. Спроси у начальства про панель. И лучше назад не приезжать без неё.

– А что? Мне что-то будет угрожать?

– Нет. Просто тебе будут здесь не рады. Но не я.

– А со мной и так, кроме тебя, не особо разговаривают.

– Понимаешь, это просьба старейшины, чтобы я с тобой не была приветлива, если ты не вернёшь то, что тебе подарили.

– Ты не будешь мне рада, если я приеду?

– Я хочу, чтобы ты приезжал. Но если ты будешь приезжать, то старейшина на меня будет наседать по этому вопросу, а я этого не хочу.

– Ладно, – раздосадовано ответил Дмитрий: завтра утром я уеду. Постараюсь вернуть вам вашу панель, но гарантий нет, что у меня получится.

– Спасибо. – подошла и обняла его Сакерна: Я буду скучать по тебе.

Дмитрий чмокнул её в губы:

– Я тоже.

Сакерна ушла. Неприятная ситуация получается… Делал всё от души, а получилось так, как получилось.

На следующий день Дмитрий забрал пса, погрузил вещи в свою машину и стал отъезжать. Проводить его пришла только Сакерна. Она не стала близко подходить к машине, а рукой помахала ему вслед. Дмитрий пикнул ей сигналом машины в ответ. Первым делом по приезду в город он наведался к начальнику и вернул пса.

– Сегодня вторник только. Ты чего вернулся? – спросил удивлённо тот.

– Меня вежливо попросили покинуть их территорию, пока я не верну подаренную мне панель.

– Подарки обычно не возвращают и не требуют обратно. Это ведь ПОДАРОК!

– Вы им это скажите. Что будем делать? – поинтересовался Дмитрий.

– Мы пока работоспособный прототип не создадим, я сомневаюсь, что вернём им оригинал. Берёшь отпуск и пока отдыхаешь.

– А панель уже исследовали?

– Да, учёные разобрались в некоторых вещах. Вибрирующая поверхность, как мне сказали – это пьезоэлемент. Очень хитро нанесённый на металл, но повторить возможно. Элемент питания – это твердотелый конденсатор огромной ёмкости, выполнен из тонких графеновых плёночек. Буквально в один слой атомов и такие же тонкие слои из оксидов в качестве изоляторов. Мы такое пока не сможем делать, разве что в несколько раз толще. А вот основа – это микросхема, которая генерирует сигнал на пьезоэлемент, пока ещё изучается. Два контакта на панели включают в себя сразу две функции: постоянным напряжением заряжают конденсатор, импульсами управляют работой панели. Потребление питания панелью от конденсатора минимальное, может без подзарядки работать неделями, а то и месяцы.

– Ясно… Сообщите мне, когда можно будет вернуть каркынянцам их панель.

– Хорошо.

Дмитрий уехал домой. Отпускные деньги скинули, но заняться то по сути дома не чем… Очень хотелось вернуться к каркынянцам, а конкретно к Сакерне. Дмитрий днями ковырял в интернете всякие, доступные для всех, фотографии из различных археологических раскопок с примерно похожими символами, как у каркынянцев. Скачивал всякие рисунки из пирамид и гробниц древних цивилизаций.

Прошёл месяц. Отпуск закончился, а начальство всё не вызывает. Дмитрий сам наведался в офис. Олег Александрович завидев его:

– Уже наотдыхался?

– Не могу сидеть без дела. Для меня это хуже каторги.

– Хорошо, что зашёл. Есть возможность вернуть панель каркынянцам.

– Неужели разобрались с панелью? – удивился Дмитрий.

– Получилось втрое толще и соответственно тяжелее, но получилось. РАБОТАЕТ!

– Молодцы. Значит, я смогу вернуться?

Олег Александрович похлопал Дмитрия по плечу:

– Они отослали всех наших лингвистов и никого не впускают. Лингвисты говорят, что там произошло что-то серьёзное, но каркынянцы молчат. Сегодня тебя отвезут туда в фургоне, вернёшь панель.

– Удобрения каркынянцев проверили?

– Проверили. Обычные, без примесей.

Машина осталась на территории офиса, а Дмитрий закупился едой на неделю и подарками для Сакерны. Перед отъездом Дмитрий проверил состояние панели. Включил её. Панель чуть не выпрыгнула из рук. Дмитрий успел её выключить. Уложил обратно в ящик, и фургон поехал к кораблям каркынянцев. Спустя несколько часов они были на месте. Из кораблей к ним вышли каркынянцы, среди которых был и старейшина. Дмитрий вышел из машины. Водитель вслед спросил у него:

– Тебя ждать?

– Не знаю, давай будем смотреть по ситуации. – ответил Дмитрий и достал и ящика панель каркынянцев. Затем он обернулся к толпе и смело направился к старейшине. В первые ряды толпы выбежала довольная Сакерна, но увидев старейшину, её лицо потеряло эту улыбку. Дмитрий подошёл прямо к старейшине и протянул панель:

– Ворачиваю, как и просили.

Старейшина посмотрел на панель, потом на Дмитрия, опять на панель и подозвал к себе Сакерну. Та быстренько подбежала. Старейшина что-то сказал ей, и она перевела сказанное:

– Старейшина говорит, что он тебе верит. Можешь оставить панель себе.

– Спасибо, конечно, но лучше я её верну, чтобы в будущем у нас не было разногласий.

Сакерна перевела старейшине, тот взял в руки панель и поручил одному каркынянцу отнести её в корабль. После этого он разрешил Дмитрию остаться у них. Дмитрий вернулся в фургон и, забирая свои вещи, сказал водителю:

– Можешь ехать, мне разрешили остаться.

Машина уехала, а Дмитрий пошёл к своему вагончику. Дверь вагончика была подпёрта огромным булыжником. Дверь не открыть… Со спины к нему подошла Сакерна:

– Когда всех лингвистов вывезли отсюда, старейшина сказал закрыть путь в вагончики камнями.

– Я вижу, я с собой палатку не брал.

– Не очкуй, сейчас уберём камень. – похрюкивая, засмеялась Сакерна.

– Ты чересчур многому научилась разговаривать по-нашему. На, это тебе. – протянул ей пакет с подарками Дмитрий.

Сакерна заглянула в пакет. Тональный крем, накладные ресницы, маркер, её любимая помада для губ. Сакерна радостно обняла Диму и так протяжно:

– Спасиибоо.

– Ты что, лифчик надела? – поиграл своим торсом по её телу Дмитрий.

– Да. – ответила Сакерна: Я ведь женщина.

– Зачем? У тебя же там ничего нет. И снаружи выглядит сомнительно.

– Ну, вот! Всё настроение испортил. Уезжай домой.

– Ладно. – взял в руки свои вещи Дмитрий.

– Стой! Шутка. – остановила его Сакерна.

– Но в каждой шутке есть доля правды. – подмигнул ей Дмитрий.

– Есть такое… Обидно от тебя такое слышать.

– Зачем надевать то, что вам природой не предназначено носить?

– Я хочу быть красивой, как ваши женщины.

– Ты уже и так самая красивая среди ваших женщин. Пользуешься спросом у ваших мужчин?

– Очень.

– Небось, чихлпа каждый день. И очереди в твою комнату из мужчин.

– Да, многие предлагают… Но я смотрю на них, и мне не хочется.

– Раньше же проблем не было?

– Когда меня похитили, я увидела, как выглядят настоящие мужчины и женщины у землян. А по возвращению смотрю на наших и не вижу в них настоящих мужчин.

– И что, с тех пор ни-ни?

– Да было пару раз, и то потому, что припирало желание.

– А с земными из-за разницы в размере «приборчика» не получится… Поменяй прошивку в голове на старую, моя рекомендация.

– Не хочу. Она меня устраивает…

Сакерна позвала на помощь несколько каркынянцев и попросила помочь отодвинуть камень от входа в вагончик. Дмитрий тоже помогал оттолкнуть камень. Камень убран, вход свободен. Каркынянцы разошлись. Сакерна проследовала за Дмитрием в вагончик. Дима разложил запасы продовольствия по полочкам.

– Хочешь со мною поужинать?

– Да, хочу.

– Тогда помогай мне салат стругать.

Они вместе нарезали овощей и перемешали в глубокой тарелке. Дмитрий достал колбасу и хлеб.

– Будешь вино?

– Мог бы и не спрашивать. Конечно.

Они посидели, поели, попили и у них завязался разговор.

– Сакерна, а вы почему всех лингвистов выгнали? Что они вам плохого сделали?

– Это было не моё решение.

– У вас что-то произошло?

– Я не буду об этом говорить.

– Ты мне не доверяешь?

– Доверяю… Но, понимаешь, нельзя.

– Я никому не скажу. – начал уговаривать Сакерну Дмитрий.

– Я… Не… Ну, ладно. Только если никому не скажешь.

– Обещаю.

– У нас пошла цепная реакция на неудачи. После отравления теми куралтарами, и после того, как ты привозил к нам пса, у нас у одной женщины в яйце появился зародыш с головой собаки.

– А вот это уже действительно странно. Она контактировала с Анубисом?

– Она бегала с палкой от пса. Помнишь, та, которую Анубис поцарапал когтями.

– Да помню. Если вы обратитесь к нашим врачам, они помогут вам разобраться с причинами произошедшего.

Сакерна отрицательно покачала головой:

– Старейшина не согласится, а если узнает, что я тебе рассказала, то перестанет мне доверять. А я вернусь к своей старой работе.

– Кем ты была до встречи со мной?

– Ремонтировала систему очистки воздуха. Там почти не бывает свободного времени. Не хочу туда возвращаться… Тогда я почти не буду видеть тебя.

– Что во мне такого особенного? Есть и другие мужчины у вас.

– Настоящий мужчина в этом месте только ты один.

Дмитрию стало приятно, но он заулыбался:

– Да ладно! Скажешь, прям… Единственный мужчина…

– Ты считаешь, что я тебя обманываю. – встала со стула Сакерна и подошла к Дмитрию: ты же сам говорил, что наши мужчины – не мужчины. Значит, остался ты один.

– Но для вас то они мужчины.

Сакерна села на колени Дмитрию и полезла целоваться. Их губы слились в страстном поцелуе. Они стали друг друга поглаживать по телу.

– Я хочу чихлпа. С тобою… – Сакерна начала стягивать с себя одежду.

Дмитрий положил её на свою кровать, сходил, выключил в вагончике свет и вернулся к Сакерне.

Утро застало их солнечными лучами в постели. Сакерна лежала на плече Дмитрия и с довольным лицом гладила его торс. Дмитрий приоткрыл один глаз, когда солнце осветило его лицо.

– Доброе утро! – поцеловала его Сакерна.

– Как у тебя «там» дела?

– Совсем не больно было, а даже наоборот очень приятно.

– А ты боялась.

– Не обманывайся, вчера я не боялась.

– Ну и как я по сравнению с вашими мужчинками?

– Очень даже «ОЧЕНЬ»!

Дмитрий поцеловал Сакерну в лоб:

– Я тут наш вчерашний разговор осмысливал…

– Ты про что?

– Про ребёнка с собачьей головой.

– Забудь. Не было этого разговора.

– Я хочу рассказать тебе кое-что.

Сакерна подняла на него глаза:

– Расскажи.

Дмитрий начал повествовать:

– В древнем Египте были боги с туловищем человека, и с разными головами. Ну не то, чтобы были, по крайней мере люди в них очень верили… Так вот, был такой бог Анубис.

– Его назвали собачьим именем?

– Нет, наоборот – собаку назвали его именем. Дослушай сначала. У этого бога была собачья голова, прямо как у вашего младенца. Было ещё много других богов с головами других животных и птиц. Есть ещё одно… Ты замечаешь разницу между нами во внешности?

– Есть малость. И что из этого?

– У твоего народа глаза больше, чем у землян.

– И?

– Так вот, в Египте везде на старых изображениях фараоны и другие высокопоставленные люди, приближенные к фараонам, нарисованы с большими глазами. Я пока ждал, когда мне вернут вашу панель, дома ковырялся в интернете в поисках всяких символов, которые я увидел над комнатой в вашем корабле, сразу просматривал и всякие картины. Мне показалось, что рисовали людей похожих на вас.

– А у этих нарисованных людей с большими глазами волосы так-же, полосами были?

– Давай я лучше покажу. Я картинки на ноутбуке сохранил.

Дмитрий с Сакерной встали с кровати и оделись. Дмитрий достал свой ноутбук из сумки и начал показывать картинки со стен пирамид и других сооружений. Сакерна разглядывала их:

– Да, что-то есть похожее, только волосы нормальные.

Дмитрий перелистнул на символы и, не задерживаясь, перелистнул на следующий рисунок.

– Стой! – остановила его Сакерна: Верни предыдущий рисунок.

– Этот? – спросил Дмитрий и вернул обратно фотографию символов.

На рисунке было нарисовано много символов, среди которых был нарисован и объект похожий на корабль каркынянцев и ещё что-то из техники. Сакерна прикрыла рот ладонью. Дмитрий, поглядывая на неё:

– Это ваша письменность?

Сакерна молча встала и глубоко призадумалась.

– Аууу… – Дмитрий тоже встал: Что на этом рисунке?

Но Сакерна не ответила на вопрос:

– У тебя есть этот рисунок на бумаге?

– Нет.

– А ты сможешь вывести его на бумагу?

– Если только по возвращению домой.

Сакерна молча вышла из вагончика и быстрым шагом направилась к своему кораблю. Дмитрий незамедлительно позвонил своему начальнику:

– Олег Александрович, я что-то нащупал об их прошлом на Земле.

– И что же? – поинтересовался начальник.

– Пока не знаю, но Сакерна как-то неадекватно отреагировала на одну фотографию из Египта, где изображены символы. А ещё у них произошла ещё одна интересная вещь. У них появился ребёнок с головой собаки. Помните в честь кого Вы свою собаку назвали?

– Ну, и?

– Как он выглядит? Ещё одна зацепка: этого ребёнка произвела на свет женщина, которая играла с вашим псом, и который её поцарапал своими когтями.

Олег Александрович призадумался:

– Похоже, что твои догадки начинают получать подтверждения… Возможно, их предки всё-таки были на Земле. Дим, сообщай мне обо всём. Не сможешь позвонить, пиши в WhatsApp. Втирайся к ним в доверие, шантажируй если надо. Предлагай им помощь от правительства. Мы найдём необходимые ресурсы, если потребуется. Ну, короче, ты знаешь, что делать… Узнай, что эти символы значат.

– Я ложу трубку. – выглядывая в окно произнёс Дмитрий: Сакерна возвращается.

Он сбросил разговор и положил телефон на стол. В вагончик вошла Сакерна:

– Ты можешь показать этот рисунок нашему старейшине?

– Ты приглашаешь меня на корабль?

– Старейшина.

– Покажу, если просите.

Дмитрий взял ноутбук подмышку и вышел следом за Сакерной. Она завела Дмитрия на корабль:

– Иди за мной.

По широким коридорам они проследовали до камеры, в виде лифта, с прозрачным стенками. Никаких тросов не было видно. Сакерна вошла в эту камеру. Дмитрий тоже. Из-за малого количества кислорода в воздухе, Дмитрию было тяжело дышать. На лифте они поднялись на самый верхний этаж корабля и по таким же широким коридорам дошли до большого зала, в котором было много стоек с электроникой, на которых мигали маленькие лампочки. В центре зала стоял большой круглый стол с лавочками вокруг него. На лавочке сидел старейшина. Он указал Дмитрию присесть рядом. Сакерна присела между ними:

– Покажи этот рисунок.

Дмитрий открыл крышку ноутбука и экран включился. Старейшина посмотрел на рисунок и начал водить пальцами по столу. Оказалось, что поверхность стола – это монитор компьютера каркынянцев. Старейшина пролистал до одного символа и растянул его пальцами. Этот символ был точь в точь, как на рисунке космический корабль. Сакерна обомлела. Старейшина на своём языке переговорил с ней, потом нажал несколько клавиш на столе и корабль лазерными лучами начал посылать сигналы на другие корабли.

– Что означает этот символ? Ваши предки уже побывали на нашей планете? – спросил Дмитрий.

– Я не в праве с тобой об этом говорить. – ответила ему Сакерна.

– Это ведь я нашёл эти рисунки и вам о них рассказал.

Сакерна отрицательно покачала головой:

– Старейшина будет решать.

– Может, тогда ты спросишь его об этом?

– Не сейчас.

– А когда?

– Когда придёт время.

Дмитрий пролистал картинки до изображения Анубиса и повернул картинку старейшине. Старейшина глянул на рисунок, потом на Сакерну. Сакерна застыла с испуганным лицом, не осмеливаясь взглянуть в глаза старейшине. Дмитрий пролистал ещё несколько картинок богов Египта с разными головами. Старейшина что-то сказал Сакерне. Она перевела:

– Старейшина спрашивает: Что этим ты хочешь сказать?

– Я? Ничего… Я могу помочь, если буду знать, в каком направлении двигаться.

Сакерна стала посредником в переговорах. Дмитрий открыл рисунок с людьми, у которых большие глаза и опять показал старейшине:

– Это ведь кто-то из ваших?

Старейшина через Сакерну ответил:

– Тут есть знакомые нам символы. Нам самим это интересно.

– Что тут написано? – спросил Дмитрий, вернув на экран рисунок с кораблём.

– Это небольшой участок текста и многое может означать. Есть полное изображение всех символов?

– Это и есть всё…

Сакерна указала на последний в строке символ:

– Он обозначает… Как это по вашему? Что-то вроде «продолжение дальше» или скажу проще: знак перехода в другую строку.

– Но там больше нет никакого продолжения.

В зал зашло несколько каркынянцев, и начали обсуждать рисунки.

– Это старшие с других кораблей. – пояснила Сакерна.

Каркынянцы пообщались и попросили Сакерну перевести.

– Где находятся эти надписи?

– Зачем вам это знать?

– Мы должны туда полететь.

– Это не возможно. Правительство запрещает вам перемещение вне выделенной для вас территории. Это находится в другом государстве, и они будут вправе сбить ваши корабли, если пожелают.

– Нам очень нужно туда попасть. Мы должны прочесть оставленное для нас послание.

– Всё-таки ваши предки побывали тут. – уже утверждающе сказал Дмитрий.

Каркынянцы переглянулись недовольно между собой. Тогда Дмитрий предложил:

– Я могу помочь узнать вам про остальные символы и при этом сохранить всё в тайне. Но для этого всё равно придётся обратиться за помощью к нашему правительству.

– Мы не можем довериться вашему правительству.

– Почему?

– Потому, что мы не знаем, что там написано и можно ли вам об этом узнать.

– Хорошо. Давайте поступим так. Я предлагаю нейтральный вариант. Сакерна поедет со мной в Египет. Почему она? Потому, что у неё нет ваших кылкыныров и ей не нужен будет особый режим питания. Она прекрасно разговаривает по-русски и сносно сойдёт за русского туриста. Для связи Сакерны с вами, вам выделят спутниковые телефоны с защитой от прослушки и режимом видеоконференции. Я с Сакерной поедем в то место, где находятся эти надписи и попробуем найти продолжение этой писанины. Только есть одно НО! Помощь правительства нам всё-таки понадобится, чтобы сделать документы, удостоверяющие личность, оплатить нашу поездку и дать специализированные телефоны. Тут я бессилен…

Каркынянцы посовещались и согласились на это предложение. Дмитрий вернулся в свой вагончик, а довольная Сакерна побежала к себе в комнату собирать вещи. И пока её не было, Дмитрий позвонил своему начальнику:

– Получилось. Я уболтал каркынянцев взять меня в дело. Расшифровать надписи не удалось пока. Они говорят, что там должны быть ещё надписи, из которых и будет понятно о послании для них. Нужно два спутниковых телефона с режимом видео конференции. Российский загранпаспорт для Сакерны и туристические путёвки в Египет для нас.

– Молодец, Дима. Сделаем. А ты с Сакерной посовещайся по поводу её внешности и что написать в паспорте. Как успеешь, так и дашь ответ. Но желательно побыстрее. У нас тоже есть новость. На лоскутке от их комбинезона обнаружилась кровь каркынянки. Наверное, когда мой пёс её поцарапал когтями. Отдали на расшифровку генома. Узнаем кто они и что они…

Разговор закончился. Сакерна прибежала в вагончик со своими вещами и начала их мерить на себе. Лифчик тоже натянула.

– Ну, как я? – позировала она.

Дмитрий посмотрел на неё:

– Ой, халтура!

– Что? Я не такая красивая, как землянка.

– Извини, конечно, но ты правдоподобнее будешь смотреться в виде парня. Ну не идёт тебе лифчик. И лицо у тебя мужское больно. Давай тебя парнем нарядим? Тогда не придётся на себя всю эту шпаклёвку наносить и маскировать. Ты больше смахиваешь на трансгендера.

– Так давай скажем, что я трансгендер…

Дмитрий поморщился:

– В Египте традиционный менталитет. Они не очень хорошо относятся к людям нетрадиционной ориентации.

– А почему в России нормально к этому относятся?

– Кто тебе это сказал? У нас тоже люди за традиционные ценности. Ну-ка, надень мои джинсы, футболку и кепку.

Сакерна с неохотой выполнила просьбу.

– Я же сказал, на земного парня похожа. – повернул Сакерне зеркало Дмитрий.

– Я не хочу так! – закапризничала Сакерна: Я – ЖЕНЩИНА.

– А я не хочу с тобой палиться. Там жарко. Твой крем будет постоянно пóтом смываться. И лифчик как не настоящий смотрится. Ну, я тебя прошу!

Спустя час Дмитрий всё же уломал Сакерну, чтобы она побыла в роли парня. Настало время подобрать данные для паспорта.

– Что в паспорте писать будем? – поинтересовался Дмитрий.

– Пусть будет Сакырн.

– Не восточное у тебя лицо для такого имени.

– Тогда придумай сам.

– Помнишь, как мы в кафешку ходили. Пойдёт имя Серёга?

– Пусть будет Сергей.

– Тогда и по остальному пройдёмся на чисто русский манер. Сергей Иванович Сидоров. Как звучит! Пойдёт?

– Хорошо.

Дмитрий позвонил начальнику и сообщил данные для паспорта на Сакерну. Тот не понял:

– Она ведь женщина…

– Ну, вот так мы решили.

– Хорошо, пусть будет так, раз решили. Завтра жду вас у себя. Машина за вами приедет часиков в десять утра. Высыпайтесь…

В эту ночь Сакерна тоже осталась ночевать в вагончике у Дмитрия. И как следствие, без интима тоже не обошлось.

Раннее утро. Парочка выспалась вдоволь. Сакерна переоделась в одежду Дмитрия, натянула кепку. Выглядела как среднестатистический парень, худощавого телосложения. За ними приехала машина. Для старейшины привезли спутниковый телефон. Второй такой же телефон отдали Сакерне. Дмитрий загрузил все их вещи в машину, и они поехали в Красноярск. В офисе Олег Александрович встал и подошёл поздороваться, когда к нему в кабинет вошёл Дмитрий Константинович и Сакерна. Он глянул на каркынянку и протянул ей руку. Сакерна пожала её. Затем он поздоровался с Дмитрием:

– Привет, Дим. Теперь я понимаю, почему паспорт для неё на мужское имя.

Сакерна сделала недовольное лицо, но промолчала. Начальник это заметил:

– Не в обиду будет сказано. Может для вас выглядеть одинаково это норма, это сугубо ваш выбор. Но Вам, чтобы не накладывать на себя кучу всякой косметики, проще быть в роли парня. Экономия косметики и времени. Плюс тело всё равно выглядит как у земных мужчин. Для этого вообще ничего не нужно делать… Разве что под кепку паричок с не длинными волосами надеть. Хотя, зачем? Такая причёска сейчас в моде…

Затем начальник вручил Сакерне паспорт:

– Поздравляю. Теперь Вы гражданин Российской Федерации. Билеты в Египет на двоих внутри. Вылет вечером через Москву. Гостиницу в Египте закажите сами. Деньги на командировку я скинул Диме.

Затем начальник повернулся к Дмитрию:

– Дим, я думаю то, что я сейчас скажу, ей тоже нужно услышать. Это будет для их же пользы.

– Вы о чём, Олег Александрович?

– Я про ребёнка с головой пса…

Сакерна повернулась к Дмитрию:

– Ты обещал никому не рассказывать.

Дмитрий вывернулся из этой ситуации:

– Я хотел вам помочь…

Олег Александрович подошёл к ним поближе:

– Давайте без драк и без обид. Тем более что у вас всё очень серьёзно.

Сакерна угомонила свой пыл. Тогда Олег Александрович продолжил:

– Я не стану Вас обманывать, Вы ведь тоже всегда говорите правду. Давайте на чистоту. Мой пёс нечаянно поцарапал одного из ваших и при этом он выдрал клок от комбинезона. Мы всегда хотели получить ваши технологии. Видите – я не вру. Дмитрий передал нам этот кусок ткани. На нём наши учёные обнаружили кровь. Решили исследовать его на ДНК.

– Что это такое? – не понимая, спросила Сакерна.

– Это то, из чего состоим мы все. С помощью него любой вид воспроизводит себе подобных. У собак рождаются собаки. У людей – люди. А вот ваша раса «голубых кровей» особенная. Вы – химеры. В крови вашей поцарапанной обнаружена ДНК моей собаки. Я подумал, что определили две разные ДНК, но повторный тест показал, что ваша ДНК включила в свои цепочки и небольшую цепочку ДНК моего пса. Эта ДНК передалась ребёнку поцарапанной на генетическом уровне, и в итоге получился гибрид. Вы поэтому стараетесь не покидать свои корабли?

Сакерна переваривала у себя в голове сказанное и немного испуганно:

– Меня лизал Ваш пёс…

– Я думаю, что такой контакт не опасен. Скорее всего, нужен контакт крови с другой ДНК. Хотя мы можем сделать анализ и Вам, если есть желание.

– Да, проверьте меня. – перепугано сказала Сакерна: Нам старейшина ничего не говорил про это. Что может произойти с нашим народом при постоянных таких контактах с другими живыми организмами? Например, с покарябанной Вашим псом.

– Могут проявляться симптомы собаки во внешности. Это моё предположение. Это нужно наблюдать, а не гадать на кофейной гуще… А если контакты будут постоянными, то ваша раса перестанет существовать. Именно как раса.

Дмитрий с Сакерной сходили в лабораторию этой спецслужбы, и Сакерна сдала немного своей крови. Через два часа им сообщили результат: Кровь на основе одной ДНК.

– Мне нужно вернуться на корабль. – попросила Сакерна: Одна царапина кого угодно и я начну превращаться в животное.

– Ничего с тобой не произойдёт! Не паникуй. Я не допущу этого. Просто будь аккуратнее и всё. Я думаю, что твоего старейшину нужно посветить во всё это. И понаблюдать за поцарапанной.

Сакерна связалась по своему спутниковому видеотелефону со старейшиной и на своём языке рассказала обо всём, что знала. Старейшина незамедлительно поручил осмотреть поцарапанную псом каркынянку. И как оказалось не зря. На её теле начали образовываться восемь грудных сосочков. Как у собаки… Эту каркынянку изолировали от всех. А Сакерне старейшина велел продолжать то, что они задумали. Нужно найти ответы на Египетские символы.

– Ты хочешь, чтобы я был с тобою всегда честен? – спросил Дмитрий у Сакерны.

– Я думала, что так и есть.

– Тогда давай договоримся: друг от друга совсем ничего не скрывать.

– Я от тебя ничего не скрывала.

– Ты просто отказывалась говорить на определённые темы. А это и есть – скрывать.

– Хорошо, я соглашусь, если ты расскажешь мне, что ты от меня ещё скрыл.

– Ты знаешь обо всём, кроме того лоскутка, на котором была кровь твоей соплеменницы.

– И всё?

– Ну и собственно сам лоскут от вашего комбинезона… Это ведь технологии. Панель мне сам старейшина отдал. Он ведь прекрасно знал, что её будут исследовать. Это с ней и произошло. Больше никаких секретов.

Сакерна долго упрямо смотрела в глаза Дмитрию. Он тоже смотрел ей в глаза и ни разу не моргнул и не отвернул взгляд.

– Я тебе верю. – наконец-то произнесла Сакерна: Но расскажу всё, что попросишь, только где-нибудь не здесь и наедине. И то, если пообещаешь никому об этом не рассказывать.

– Только с твоего разрешения. – подкорректировал Дмитрий.

– Да. С моего разрешения.

Вечером Дмитрий с Сакерной вылетели в Москву. Там до пересадки было больше шести часов свободного времени. И тогда они решили прогуляться по достопримечательностям Москвы. Первым делом, конечно, это символ России – Кремль на Красной площади, потом ВДНХ, мимо Останкино на монорельсовом метро и другое, что успели посетить за оставшееся время до самолёта на Египет. Своей маме Дмитрий не стал звонить, потому, что пришлось бы к ней заехать, а времени и так не очень много. Он просто написал СМС, что улетел в Египет на недельку и будет недоступен. В момент поездки на метро, Дмитрий забронировал в Каире двухместный номер с отдельными кроватями в отеле. К отлёту телефон был уже полон фотографий. Иногда Сакерна забывалась и пыталась взять Дмитрия за руку. Но Дмитрий одёргивал руку и шёпотом:

– Не забывай, ты мужчина. Многие не поймут этих наших с тобой ручек.

Аэропорт Шереметьево. Дмитрий с «Серёгой» прошли досмотр и сели в самолёт. Им были забронированы бизнес места. Сакерна уселась около окна в самолёте, а Дмитрий сел рядом, возле прохода. В полёте Дмитрий закимарил, а когда на воздушной кочке он неожиданно проснулся, то обнаружил Сакерну, подводящую яркой помадой свои губы перед маленьким зеркальцем. Дмитрий сразу забрал у неё зеркальце и помаду, а затем привстал с кресла и оглянулся по сторонам. Народ тоже в основном дремал на своих местах. Дмитрий вернулся в кресло.

– Ты чего творишь? – прошептал он Сакерне и протянул влажную салфетку: Ну-ка сотри сейчас же!

– Ой, я забыла. – извинилась та.

– Ты – СЕРЁГА, значит – ЗАБЫЛ.

В Каир прилетели поздно ночью. Их встречал египтянин из службы трансфера с табличкой, на которой латинскими буквами были написаны их фамилии. Дмитрий махнул ему рукой, что это они и водитель повёл их к своему автомобилю. Из аэропорта до отеля добрались очень быстро. Их быстренько заселили в номер. Дмитрий закрыл комнату и рухнул на одну кровать. Так хотелось спать. Сакерна подлегла к нему.

– Серёжа, иди спать на свою кровать. – попросил её Дмитрий.

– Я обиделась. – произнесла Сакерна и, насупившись легла, на другую кровать. Но вскоре обида сменилась храпом, и уже бы Дмитрию нужно было бы обижаться, что ему не дают спать. Но он не стал вставать, а накинул подушку себе на голову и уснул.

Утром Сакерна растолкала его:

– Просыпайся мой зайка, ехать нужно. Ты сюда не отдыхать приехал…

Дмитрий проворчал и поднялся.

– Ты знаешь, куда нам нужно ехать? – спросила Сакерна.

– Для начала: нормальные мужчины друг друга «зайками» не называют. Во-вторых сначала завтрак, кофе… И только потом мысли: А в какую сторону нам ехать?

Сакерну эти мысли повеселили и она «хрюкнула» пару раз. Они пришли в ресторан позавтракать. Сакерна накладывала к себе в тарелку и оглядывалась:

– Здесь не нужно платить за еду?

– У нас завтрак в стиле «Шведский стол». Это когда кушаешь столько, сколько хочешь. И за это уже заплачено.

Это он зря сказал. Сакерна несколько раз сходила за добавками, пока наконец-то не забила свой живот до отказа. На своём корабле одни куралтары жевала – никакого разнообразия пищи.

– Фу! Наелась. – сказала она, глубоко выдохнув: Переходим к третьему пункту?

Дмитрий допивал кофеёк.

– НАЕЛСЯ! – поправил он Сакерну: А я ещё второй пункт не закончил.

Когда Дмитрий допил чашку кофе, он поставил её на стол:

– Вот теперь можно ехать. За сегодня, я думаю, успеем съездить туда – обратно.

Абидос. Храм Сети I. Дмитрий налегке и Сакерна с маленьким рюкзачком за спиною. На стенах нашли символы, которые были на фотографии. Дмитрий начал снимать видео. К нему подошёл охранник и стал требовать удалить, объясняя, что фото и видеосъёмка запрещена. Дмитрий достал из кармана купюру и глазами указал охраннику на неё. Охранник посмотрел по сторонам, потом на Дмитрия, потом на купюру и, забрав деньги, ушёл, как будто ничего не произошло. Дмитрий продолжил съёмку.

– Где символ, который указывает, что есть продолжение? – просил он у Сакерны.

Сакерна подошла и пальцем ткнула в символ. Дмитрий огляделся. А где может быть продолжение? Чистыми были только поверхности балок перекрытия.

– Это штукатурка. – присмотрелся к балкам Дмитрий: А под штукатуркой может скрываться всё что угодно.

– О! Вы тоже из России? А то нам скучно ходить одним. – постукал по плечу Дмитрия мужик: Я Дима. Моя жена Света, сын Семён и дочка Алиса.

Дмитрий оглядел семейку. У того Дмитрия висело пивное пузико, Света этакая рабочая лошадка. Наверное, всю семью на себе вывозит. Сыну лет четырнадцать и дочке уже за восемнадцать. По крайней мере, так выглядит. На голове причёска в стиле каркынянцев. Наверное, одна из их фанатов…

– Ну, привет тёзка. Я тоже Дима. Это Сергей. – указал он на Сакерну.

Семейка прибилась к ним ходить по гробнице. Алиса ходила рядом с Сакерной, и всё время пыталась её разговорить. Нашла, блин, родственную душу… Сакерну это напрягало, и она старалась держаться поближе к Дмитрию. Как-то она взяла за руку Диму и крепко её удерживала.

– Ааа.. Я понял! – сказал Семён, увидев их ручки: Они педики.

– Семён! – одёрнул его папа.

Сакерна сразу отпустила руку Дмитрия, а Алиса пристально посмотрела в перепуганные глаза Сакерны.

– Сам ты педик. – грубо ответил ему Дмитрий: Это мой сын. У него аутизм. Когда у него фобии начинаются, он ведёт себя как маленький. Старается держаться за руку.

– Сразу видно, что ненормальный. – поддакнула Алиса и отошла от Сакерны.

После этого инцидента семейка быстро от них отлипла. Дмитрий посмотрел на Сакерну:

– Кончай меня позорить. Веди себя как мужик.

– Лучше бы я тогда накрасилась и надела платье.

– Тогда бы на меня тем более смотрели, как будто я гуляю с трансвеститом. Тоже, знаешь ли, не гуд.

– Да пофигу! Или ты меня стесняешься? Я страшная, да?

– Серёжа, прекрати истерику. Ты чего от Алисы шарахался?

– Она женщина!

– И что?

– Да мне противно стало, что она ко мне лезет.

– Мог бы воспринять её как подругу.

Сакерна замолчала. Дмитрий тоже молча постоял с ней рядом.

– Что стоишь? – спросила Сакерна после двух минут тишины.

– Я думаю.

– Придумал?

– Ты везде тут осмотрелась. Есть что-нибудь?

– Нет, больше нет ничего.

– Тогда нам нужно где-то тут спрятаться и ночью поотбивать штукатурку с вот этих балок. Могут и арестовать за вандализм. Ещё тут камера наблюдения стоит. Нас быстро засекут.

– Ты же умный, придумай что-нибудь…

Дмитрий проследил, куда уходит кабель, идущий от камеры наблюдения в этом зале. В месте, где было слепое пятно, он проколол ножом этот кабель и перебил одну жилу. Снаружи выглядело как будто без повреждений. Но стало понятно, что удалось камеру обезвредить, потому, что в зал пришёл охранник и рабочий, который начал крутить камеру в разные стороны. Затем ушёл, принёс ещё одну камеру. Подключил к кабелю. Не заработало. Рабочий отключил камеру и дал понять охраннику, что кабель будет менять завтра, и ушёл. Дмитрий переглянулся с Сакерной и подмигнул ей. Наблюдение отключено. Осталось где-нибудь спрятаться. Пока в зале никого не было, Дмитрий отодвинул каменную крышку гробницы и, показывая Сакерне на неё:

– Залезай быстро.

Сакерна запрыгнула вовнутрь, следом залез и Дмитрий. Затем он задвинул крышку обратно, но часть крышки со стороны стены оставил малость приоткрытой. Дышать же как-то нужно было. Дмитрий взглянул на свой телефон. До закрытия оставалось целых два часа. Они лежали в гробнице по обе стороны от мумии. Сакерна лежала спокойно и ждала. А Дмитрию не лежалось ровно, ноги и руки то и дело затекали, и он их постоянно перекладывал с места на место. Через щёлочку, открытую для доступа воздуха, кислорода Диме явно не хватало. А Сакерне – ничего, на своём корабле она привыкла к низкой концентрации. Посетители осматривали предметы. Один мальчик лет семи, услышал шорох в гробнице и подошёл к своей маме и, показывая на гробницу:

– Мам, а в этой штуке кто-то есть?

– Да, там мумия фараона.

– А она живая?

– Нет, конечно. Ей уже тысячи лет.

– А там кто-то шуршит.

– Тебе послышалось. – ответила мама и шаркнула обувью об пол.

Звук отразился от гробницы.

– Вот так? – спросила мама ребёнка.

– Ага. – кивнул тот.

Дмитрий замер. Мама продолжила осмотр, а мальчик подошёл к гробнице и приложил к ней ухо. В комнату вернулся охранник и велел мальчику отойти.

Пришло время закрытия. Охранник прошёлся по всем залам и, закрыв помещение снаружи, ушёл в комнату, где находилось оборудование для наблюдения. Дмитрий отодвинул плиту. Его лицо было покрыто потом.

– Ты чего? Тебе плохо? – спросила его Сакерна.

– Тебе хорошо, тебе столько кислорода не требуется как мне. А я чуть не задохнулся.

Они вылезли из гробницы и начали осматривать балки. Руками не дотянуться, очень высоко. Рядом с гробницей стояли скульптуры с копьями в руках. Дмитрий вынул одно копьё. Оно оказалось крепким и с металлическим наконечником. Явно уже в наше время сделали. Дмитрий отдал копьё Сакерне, а себе взял второе у другой скульптуры.

– Давай вот эту балку поотбиваем от штукатурки. – предложил Дмитрий, указывая на самую близкую к гробнице: Может здесь что-нибудь есть.

Они начали орудовать копьями, отбивая штукатурку. Не ошиблись… Под ней действительно оказались символы. Дмитрий их быстренько заснял на телефон:

– Что тут написано?

– Вход в корабль находится между лап хранителя покоя.

– Покоя кого?

– Не знаю, больше ничего нет.

– А знак продолжения есть?

– Нет, это всё…

– Значит, корабль был на Земле долгое время. Тут же было много раскопок и ничего не нашли.

– Не там искали видимо…

– Давай подумаем, чей покой кто-то должен был охранять… На ум приходит, что только фараонов… Самые значимые фараоны в пирамидах в Гизе. А их покой охраняет Сфинкс. Давай туда наведаемся?

– Сейчас, подожди. Я старейшине позвоню.

Сакерна достала из своего рюкзачка телефон и созвонилась со старейшиной. Показала ему то, что они отковыряли копьями, и поведала о догадках Димы. По окончании разговора Дмитрий спросил:

– Что сказал старейшина?

– Проверить твои догадки.

– Ты от меня ничего не скрываешь?

– Мы же договорились. Спрашивай – я отвечу.

– Вы не знали о существовании этого корабля?

– Что он на Земле? Нет. Я расскажу то, что мне рассказал старейшина перед моим отъездом сюда. Очень, очень давно. Когда мои предки ещё жили на нашей планете, когда на планете уже сложно было существовать, от нас улетели три корабля на поиски подходящей планеты для нашего выживания. Это было написано в нашем бортовом журнале корабля. Больше об этих кораблях никто ничего не знает… Поэтому такой интерес, что с ними случилось. Если мы его найдём, то можем в бортовом журнале того корабля узнать, что произошло с ними и где они сейчас. Или что намеревались дальше делать.

– Ясно. – успокоился Дмитрий: А тебе старейшина говорил, чтобы ты со мной особо не болтала на такие вещи?

– Да. Но мы же договорились, что тайн между нами не должно быть и ты никому ничего не будешь говорить.

– Без твоего разрешения. – поправил Дмитрий.

Сакерна огляделась по сторонам:

– Как отсюда выбираться будем?

– Не знаю… Как только мы появимся в коридоре или другом зале, камеры нас сразу засекут.

– И?

– И… Прибегут полицейские и нас схватят. И… Потом наши спецслужбы долгое время не смогут нас отсюда забрать. И… Что скорее всего, откажутся от нас. И мы будем долго – долго сидеть в местной тюрьме.

Большие глаза Сакерны стали ещё больше:

– Но ты ведь что-нибудь придумаешь, как нам отсюда выбраться?

– Я уже придумал. – сказал Дмитрий и вернул копья в руки скульптур: Будем действовать быстро. Входная дверь в гробницу так себе по крепости. Замок слабое место. Короче, мы очень быстро бежим к двери, с налёта выбиваем её и бежим куда-нибудь подальше и прячемся. Пока полиция отреагирует на это, мы уже будем далеко. Наши лица ранее засвечивались на камерах, нас будут потом искать. Придётся быть очень осторожными.

– У нас ведь нет выбора? – спросила Сакерна.

Дмитрий покачал головой. Сакерна взяла Дмитрия за руку:

– Тогда побежали.

Они рванули в сторону выходной двери храма. Пробежав несколько залов они вышли на финишную прямую: коридор, в конце с запертой дверью.

– Разгоняемся. – крикнул Дмитрий и прибавил скорости.

Совместный прыжок ногами на дверь выломал петлю замка и дверь открылась. Теперь быстрее за барханы. Они забежали за холм и легли на землю. Начали наблюдать за входом в гробницу. Прибежали ленивые охранники. Двое осталось снаружи, а остальные, достав пистолеты, вошли вовнутрь.

– Всё, уходим, пока не начали искать снаружи. – сказал Дмитрий и потянул Сакерну за собой.

Сакерна упёрлась рукой во что-то и вскрикнула. Дмитрий подсветил телефоном. Большой скорпион воткнул своё жало Сакерне в ладонь. Дмитрий кулаком убил этого скорпиона. Сакерна расплакалась:

– Я не хочу стать такой.

Дмитрий, не раздумывая, отсосал яд из места, проткнутого жалом скорпиона, сделал надрез до крови на своей руке, и когда из раны потекла кровь, приложил её к ране Сакерны:

– Всё будет хорошо! Слышишь, всё будет хорошо. Надо уходить. Нас могли увидеть.

Дмитрий зажал её руку, рана к ране, и потянул Сакерну за собой. Они убежали подальше от этого места. Набрели на какую-то дорогу и зашагали по ней. Появились фары автомобиля. Дмитрий остановился и встал посередине дороге. Начал махать. Машина остановилась. Из неё вышел египтянин и начал что-то говорить на своём.

– Do you speak English? (Вы говорите по-английски?) – спросил Дмитрий.

Египтянин отрицательно покачал головой. Дмитрий достал из кошелька купюру в сто евро и проговорил:

– Гиза.

Египтянин взял деньги и показал на машину. Дмитрий с Сакерной уселись на задние сиденья. Машина развернулась в обратную сторону и поехала.

– Мы шли не в ту сторону. – засмеялась Сакерна.

– Ночью не видно куда идти… – оправдывался Дмитрий.

– Если я стану превращаться в эту штуку, лучше меня убей.

– Не станешь! Я сказал – не станешь! Всё будет хорошо. – начал психологически поддерживать её Дмитрий. Но нотки сомнений в его голосе всё равно были слышны. Машина привезла их к пирамидам. Дмитрий кивнул головой водителю машины в знак благодарности и с Сакерной пошли в сторону пирамид. Прожектора освещали пирамиды со всех сторон. Естественно, что все пирамиды для посещения были закрыты. Четыре часа утра как – никак… Но туристы шатались между пирамидами и делали на их фоне селфи. Дмитрий направился сразу к Сфинксу. Возле него тоже ходили туристы.

– Что было сказано в надписях? Между лап. А каких, задних или передних?

– Не было написано.

Они начали рассматривать на сфинксе все расщелинки.

– Вон там, под ухом у него какой-то вход заложенный. – указала Сакерна.

– Это не между лап…

Дмитрий через интернет скачал рисунок с проходами в сфинксе:

– Между лап у него ничего нет. Написано, что он высечен из целой скалы. Мы не там ищем.

– Давай ещё раз обойдём и убедимся. – предложила Сакерна.

Они ещё раз зашли в промежуток между передними лапами. Сакерна подошла к плите и начала рассматривать её. Там она обнаружила каркынянский «знак перехода строки» и рядом что-то в виде стрелки указывающий в сторону левой лапы. Дмитрий продолжал ковыряться в интернете:

– В интернете пишут, что этот сфинкс намного старше пирамид, и что японцы в девяностых годах проводили обследование сфинкса эхолокаторами и обнаружили под левой лапой, не очень глубоко, комнату и тоннели ведущие вниз. После этого Египетские власти запретили подобные работы. Но и копать ничего не стали. Пишут, что они боятся своих богов. А их богами, я так полагаю, был ваш народ… Если посмотришь на картинки их богов, то большинство из них имели обычное туловище, а вот головы разные: собачьи, львиные и даже птичьи. На лицо ваш химеризм. А если внимательно присмотришься, то на всех древних скульптурах богов не увидишь ни грудных сосков, ни пупов. Они появились только на современных картинках.

Сакерна подошла к левой лапе сфинкса и начала рукой проводить по ней и вглядываться. В одном месте обнаружился большой скол. Дмитрий глянул на него, затем поискал в интернете среди самых старых фотографий этого места. Нашёл одну чёрно-белую фотогрфию, где на этом месте присутствует символ. Он показал это Сакерне:

– Это ваш символ?

– Да. Он обозначает, что туда нужно приложить ключ.

– Что за ключ?

Сакерна залезла в свой рюкзак и достала плоский предмет овальной формы, на котором было большое количество каркынянских символов, и легко умещался на ладонь:

– Вот этот.

– Ты мне про него ничего не говорила…

– Ты не спрашивал.

Сакерна приложила ключ к отколотому месту. Под ней раскрылся узкий тоннель, и она провалилась в него. Дмитрий прыгнул следом. Тоннель сразу закрылся. Тоннель был гладко отшлифованным и скользким. Затем он стал плавно переходить в горизонтальное положение. Дмитрий догнал Сакерну на полу в небольшом зале. Они встали с пола. Перед ними находилась огромная плита с вырубленными на ней большими символами.

– Тут написано, что проход для смертных запрещён. – перевела Сакерна.

– А я рискну. – настоял Дмитрий.

Сакерна приложила ключ в середину плиты. Плита разделилась пополам и раздвинулась. За нею оказался каркынянский лифт. Они вдвоём зашли на платформу и лифт начал опускаться глубоко вниз. Метров через сто они оказались внутри каркынянского корабля. Система снабжением воздуха и освещение включились автоматически. Внутри полная тишина и никого. Сакерна что-то крикнула на каркынянском несколько раз. Никто не откликнулся.

– Пойдём в зал управления. – предложила Сакерна.

Все корабли каркынянцев идентичные, как и комнаты разных служб с местами разведения куралтар. Поэтому Сакерна знала, куда нужно идти. Ещё на одном лифте поднялись в комнату управления. В двенадцати золотых креслах по периметру комнаты сидели мумии богов. У каждого из них были головы животных или птиц.

– Я думал, что это люди придумали. – подошёл Дмитрий к трону, где сидел бог с головой собаки в золотом шлеме: Передо мной Анубис.

Дмитрий сделал фотографии всех, кто находился в этом зале и все символы, которые обнаружил. У одного из богов было обычное лицо, только зелёного цвета и кожа как у ящерицы. Сакерна приподняла его руку и отпустила:

– Они уже давно мертвы.

Затем Сакерна подошла к круглому столу в середине комнаты и приложила к нему ключ. Стол включился. Она начала просматривать бортовой журнал и рассказывать, что там написано.

«Мы тремя кораблями покинули нашу умирающую планету в поисках нового мира, где мы могли бы нормально существовать. Много скитались по бескрайним просторам космоса. И вот однажды мы наткнулись на эту планету, где уже были свои разумные живые организмы, похожие на нас. Они приняли нас к себе с почестями и поклонялись нам. Своими технологиями мы помогли им построить храмы из огромных камней. Земля на планете была очень плодородной. Мы высадили куралтары в эту почву. Урожай получился богатым. Мы устроили пир по этому случаю, но те, кто съел куралтар из этой земли, стали плохо себя чувствовать и долго болели. После этого, съевшие куралтар, выращенный в почве этой планеты, при кровном контакте с животными становились «изменёнными». А их дети рождались с головами животных, с которыми у них был кровный контакт. Мы уничтожили весь выращенный урожай. Наш народ испугался этих обращений и закрылся в кораблях. Дальше началась эпидемия. Умерло много нашего народа. Мы стали искать другой, безопасный мир. И наконец-то нашли. Путь к планете указан в картах журнала. Всех изменённых, даже при кровном контакте с людьми, и их потомство оставили на этом корабле и укрыли в недрах планеты. Я был старейшиной и тоже ел куралтар, выращенный на этой планете, но перед отлётом корабля имел кровный контакт с зелёным существом и принял решение остаться здесь. Пусть потомки нашего народа останутся чистыми и неизменёнными. Корабли улетели. Моя кожа стала зелёной и грубой, как у того животного, об которого я поцарапался. Подросло новое поколение с головами разных животных. Теперь местные нам всем поклоняются.»

Дмитрий взял ладони Сакерны и начал их рассматривать.

– Что? – спросила она.

– Да смотрю, не превращаются ли они в клешни. – заулыбался Дмитрий.

– Дурак! У меня и так нервы ни к чёрту.

– Всё будет хорошо. Посели эти слова у себя в голове и никогда про них не забывай.

Затем Сакерна созвонилась со своим старейшиной и передала все данные с этого корабля.

– Они хотят улетать с Земли? – сказала Сакерна после разговора.

– Почему?

– У нас есть координаты другой планеты.

– Ты тоже?

У Сакерны на глаза навернулись слёзы:

– Старейшина сказал, что они никого на планете не оставят. И заберут этот корабль.

– Ты хочешь остаться? – переспросил Дмитрий.

– Меня не оставят. – пустила слезу Сакерна: Да! Я хочу остаться с тобой. Но не я всё решаю.

– Когда они собираются забрать корабль?

– Они уже вылетают сюда. Я включила маячок на этом корабле.

– Если выключить?

– Сигнал пойман. Они точно знают, где этот корабль.

– Можно я позвоню своему начальству? – настойчиво попросил Дмитрий.

– Нет. Не надо. – отказала Сакерна.

Но в этот момент начальство само позвонило Дмитрию:

– Дим, каркынянцы улетают.

Дмитрий включил телефон на громкую связь:

– Да, я знаю.

– И ты знаешь, куда они летят?

Дмитрий посмотрел на Сакерну:

– К нам.

– Когда ты собирался это мне сказать?

– Я сам только узнал. Вы меня опередили…

– Их ведь могут обстрелять ракетами.

– Я им не указ. Они сами за себя решают.

– Вы что-то нашли?

Сакерна слышала их разговор, и кивнула Дмитрию. Дмитрий ответил:

– Их космический корабль. Все боги древнего Египта прямо передо мной сидят.

– Живые?

– Нет, конечно. Мумии уже.

– Дим! Не отдавай им корабль. Не впускай вовнутрь.

– А кто меня спрашивать будет.

– Ну, хотя бы постарайся.

– Есть шеф. – Дмитрий сбросил телефон и вывел в авиа режим.

У Сакерны всё ещё продолжали течь слёзы:

– Что будешь делать?

– Ничего. Вздохну перед начальством и скажу, что я старался. А ты? Давай сбежим?

– Я дождусь старейшину.

В воздушном пространстве над пирамидами начали опускаться космические корабли каркынянцев. Правительство Египта отдало приказ на уничтожение. Но ракеты не достигали кораблей. Они взрывались на расстоянии, а поражающие элементы летели прочь от корпусов кораблей, словно рикошетили. Все люди бросились врассыпную, подальше от пирамид. Корабли приземлились вокруг сфинкса, а старейшина с несколькими каркынянцами с помощью ещё одного ключа проникли в корабль. Карту-ключ старейшина попросил Сакерну вернуть и та отдала. Каркынянцы запустили двигатель корабля, и он медленно начал подниматься на поверхность. Песок и камни утекали потоками под корабль, образовывая на поверхности огромную воронку. Когда корабль оказался на поверхности, толпы каркынянцев перешли на этот корабль. Наверное, перераспределились равномерно по кораблям. Дмитрия вывели наружу из корабля. Старейшина на прощание, у выхода из корабля, поднял левую руку, согнув в локте:

– Харка.

– Харка. – повторил за ним Дмитрий.

Шлюз закрылся, корабли взмыли в небо и пропали в его синеве, унося с собою Сакерну. Наверняка, ей находиться со своим народом будет лучше… Дмитрий стоял на месте в неведении, куда ему теперь податься. Его наверняка разыскивают за гробницу Сети I. Он включил свой телефон в работу. Куча пропущенных от начальства… Дмитрий перезвонил начальнику:

– Олег Александрович, я живой. Меня отпустили…

На такое и сказать то нечего.

– Видел на видео очевидцев, что каркынянцы всё же забрали свой корабль. – после паузы сказал начальник.

– Что я мог сделать против нескольких тысяч?

– Ничего, Дим. Совсем ничего… Где Сакерна?

– Она…

Тут Дмитрия постучали по плечу. Он обернулся. Сакерна бросилась в его объятья.

– Я перезвоню. – сказал Дмитрий, сбросил и отключил телефон: Тебя отпустили?

Сакерна нацеловывая его:

– Ага. Сейчас. Сама сбежала.

– Я не видел, как ты выходила из корабля.

– У корабля не один шлюз. Пока старейшина тебя провожал, я выбралась через другой выход.

– За тобой не вернутся?

– Когда они поймут, что меня с ними нет, они будут уже очень далеко. И возвращаться на Землю после этого, – указывая на полуразрушенные пирамиды: они не рискнут.

– Ты сбежала из-за меня?

– На самом деле причины две. Я очень, очень, очень сильно тебя люблю. А вторая причина тоже весомая. Женщину, которую поцарапал пёс, испепелили, пока я была с тобой. То же самое сделали бы и со мной, но позже. Уж лучше я останусь с тобой на Земле.

Дмитрий прижал её к груди и поцеловал в висок:

– Я тебе очень рад.

– Что дальше? Как в Россию возвращаться будем?

– Есть одна идея.

Дмитрий снова включил телефон и позвонил начальству:

– Олег Александрович, извините, связь плохая.

– Знаю я твою плохую связь.

– Сакерна со мною. Нас могут разыскивать. Не представляю, как нам обратно попасть.

– Ты сейчас где? – спросил Олег Александрович.

– Возле сфинкса.

– Стойте там и не уходите никуда. Сейчас за вами посольская машина приедет.

Разговор закончился. Дмитрий взглянул на Сакерну:

– На это я и рассчитывал.

За ними быстро приехала машина с дипломатическими номерами и увезла в посольство, в Каир. А через несколько дней их оттуда вывез правительственный самолёт. Они вернулись в Красноярск. В ДНК Сакерны от скорпиона ничего не обнаружилось, зато добавилось человеческое ДНК. Кожа стала гладкой, без светло бежевых полос. В полосах на голове начали прорастать волосы. Грудь начала увеличиваться и появились соски. Лицо стало приобретать женственность. Но глаза так и остались большими. Дмитрий уговорил начальство, сделать Сакерне настоящий паспорт. Фамилию она взяла Дмитрия, а имя отчество: Сакерна Вирдоновна. Настоящие. По отцу, как у нас полагается… В графе национальность указали египтянка. За это одолжение правительство попросило от Сакерны помощь в освоении каркынянских технологий. Сыграли свадьбу, где Дмитрий наконец-то познакомил Сакерну со своей мамой. Сказал, что познакомился с ней в Египте. На церемонии Дмитрий произнёс лично Сакерне:

– На Земле теперь осталась одна живая богиня. И эта богиня со мной.

Спустя время Сакерна забеременела. Пузико округлилось. Придётся рожать, а не как раньше яйца откладывать. На УЗИ не ходили. Очень боялись, что родится ребёнок с чьей-нибудь головой или ещё чем-нибудь. Но всё обошлось, родился мальчик. Красивый, и даже глаза нормального размера. После этого семья Селяниных глубоко выдохнула.

Однажды их обоих к себе пригласило начальство спецслужб. Сидя в кабинете у Олега Александровича им дали фотографии каркынянских символов. Сакерна просмотрела их:

– Откуда они?

– Абидос. Храм Сети I.

– Мы их не видели.

– Когда ваши корабли покидали планету, они пролетали там. Храм завалился. Египтяне производили восстановление культурных ценностей. Штукатурка с балок перекрытия осыпалась, обнажив эти символы. Не расскажете, что они обозначают?

Сакерна начала переводить:

– За большой водой есть два больших участка суши. В перешейке между ними будет ещё одно наше пристанище.

– Это всё? – спросил Олег Александрович.

– Да. Теперь всё…

Олег Александрович посмотрел на Дмитрия:

– Дим, ты у нас уже как специалист. Можешь высказать свои предположения?

– За большой водой, два больших участка суши – это явно про Америки. Перешеек между ними… Что там у нас? Мексика и ещё что-то. Майя, возможно. У них ведь тоже есть пирамиды. Но если нет ключа, нам вовнутрь никогда не попасть…

– Прискорбно слышать. Но вы туда в отпуск всё равно слетайте… Мало ли.

– Отпуск? Да хоть каждый месяц!

Дмитрий и Сакерна вернулись домой. Счастливая мама Дмитрия нянчилась со своим первым внуком. После рождения ребёнка она переехала из Москвы в Красноярск и купила квартиру рядышком с сыном. Сакерна поковырялась у себя в ящике и показала овальный каркынянский ключ.

– Да ладно! – довольно вскрикнул Дмитрий: Ты спёрла его у старейшины?

– Нет. Тот ключ остался у старейшины. Этот я взяла у богов. У того зелёного под ладонью лежал.

– Почему ты мне об этом не сказала?

– Ты не спрашивал…

Content

Павел Шершнёв
По следам богов