Штефан Геммель

Египетский талисман

Stefan Gemmel

Im Zeichen der Zauberkugel 3: Der ägyptische Zankzauber

© 2017 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg, Germany

First published in Germany under the title

Im Zeichen der Zauberkugel 3: Der ägyptische Zankzauber

All rights reserved

© Капустюк Ю.Б., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Ой-ой…

Дрожащими руками Алекс открыл дверь. Какая катастрофа поджидает его на этот раз? В последнее время, возвращаясь домой, мальчик каждый раз ощущал тревогу. Да и как можно было оставаться спокойным? Он каждый день сталкивается с хаосом в таких количествах, что хватило бы на семнадцать жизней.

Причина хаоса таилась от внешнего мира в доме Алекса. Это был Сахли, арабский мальчик из волшебного шара. После того как Алекс нашёл и освободил его, жизнь перевернулась с ног на голову. Если бы пару недель назад ему сказали, что он подружится с арабским юношей, которому несколько сотен лет от роду, и что они вместе станут бороться с могущественным джинном, Алекс от души рассмеялся бы. Но именно так всё и вышло. Теперь Сахли был его лучшим другом, и они вместе пытались освободить дедушку Алекса, Аврелия, из ловушки злого джинна Аргуса.

Но Сахли не только помогал Алексу, но и приводил его в отчаяние. Мальчик из шара с большим трудом осваивался в современном мире. Каких-то вещей он вообще не понимал, а какие-то пытался уладить с помощью своего колдовства. И каждый раз Алекс чувствовал, что вот-вот поседеет.

Отпирая входную дверь, Алекс ощутимо нервничал и надеялся лишь на то, что Сахли до сих пор в своём укрытии и что он там спит или сидит тихо и мечтает о родном доме. Сахли уже доставил Алексу множество неприятностей. Алексу довелось пережить затопленную ванную комнату, поющую масляную картину в гостиной и целые горы сливочного масла на кухонном полу. Однако самым большим сюрпризом стала посудомоечная машина, которая громко бранилась и бешено плевалась пеной, потому что постоянно терпела поражение в игре «Не сердись!»[1]. Каждый раз, когда Алекс объяснял своему лучшему другу, что к чему (например, что это ПОСУДОМОЕЧНАЯ МАШИНА, а не ИГРОВОЙ АВТОМАТ), Сахли становилось очень неловко за то, что он натворил из-за волшебства или незнания. И он всякий раз извинялся. Разумеется, Алекс понимал, что для Сахли всё в этом мире новое и чужое и одновременно волнующее и интересное. Но при всём понимании Алекс знал: надолго его нервов при такой жизни точно не хватит.

Алекс открыл дверь и прислушался. Кажется, всё было тихо. Затем он решился заглянуть в дом, надеясь, что всё находится на своих местах! Он осторожно поставил за порог одну ногу, затем другую. Он был так напряжён, что уже собирался шагнуть третьей ногой, как вдруг осознал, что ноги у него всего две.

В доме стояла тишина. Возможно, Сахли ещё спит, подумал Алекс, и в его душе забрезжила надежда. Потому что спящие духи из волшебного шара хаоса не устраивают.

Алекс снял куртку и всё-таки кое-что услышал. Кто-то рыдал. Печально и надрывно. Отчаянно и беспомощно.

– Так это же… – он прислушался. – Это же Сахли! – Он уже собрался бежать к нему, как вдруг чей-то голос его остановил:

– Оставь его в покое!

Алекс обернулся и увидел Кадабру. Чёрная кошка подошла к нему, высоко задрав хвост. За ней семенила мышка Бим. Алекс улыбнулся. Не только потому, что был рад их видеть. Его забавляло, что за последнее время такие явления, как говорящая ясновидящая кошка и наглая маленькая мышка, стали для него совершенно обыденными.

Бим по воле случая стала волшебным ассистентом кошки – без неё Кадабра не могла заглядывать в будущее.

Алекс опустился перед кошкой на корточки и озабоченно спросил:

– Это что, Сахли рыдает там, наверху?

– Да! – мурлыкнула в ответ Кадабра. – Пусть рыдает – так он, по крайней мере, ничего не натворит.

– Да что ты такое говоришь! – искренне возмутился Алекс. – Я просил вас за ним присматривать. И вот я прихожу домой и… – Он отвлёкся и взглянул на мышку. – Ты что-то прячешь от меня, Бим?

Та замерла, напряжённо косясь через плечо на лапки, которые спрятала за спиной.

– Я? Нет! Да и зачем мне?

– Покажи! – Алексу некогда было играть в эти игры. Ему нужно было к Сахли. И вместе с ним – к дедушке. А с дедушкой обратно в свою прежнюю жизнь. Он был напряжён и очень взволнован. И совсем ни к чему ему этот…

– …опалённый хвост? – Алекс уставился на дымящуюся кисточку на кончике поломанного мышиного хвостика. Ему всё стало ясно. – Кадабра, ты тайком училась колдовать и снова развела огонь?

Кошка пустилась было в пространные объяснения, но Бим её прервала:

– Она не виновата. Она чудесная. За последнее время Кадабра многому научилась и теперь прекрасно колдует, и у неё крайне редко что-то загорается, но…

– Замолкни, старая Хромоножка! – прошипела разъярённая Кадабра и бросила на мальчика извиняющийся взгляд.

– Прекрати гримасничать. Ты совсем не похожа на существо, жаждущее извиниться. А скорее на существо, случайно слопавшее собачий корм. Кошачьи морды не предназначены для того, чтобы бросать извиняющиеся взгляды, – решительно заявил Алекс.

Сверху снова донеслись рыдания. Алекс чувствовал себя как на американских горках.

– Ох, как же с вами всеми сложно! Поговорим об этом после, – бросил он и поспешил в свою комнату. Взлетев по лестнице, он распахнул дверь и тут же увидел Сахли. Охваченный горем друг сидел на полу и обливался слезами. А заметив Алекса, зарыдал ещё сильней.

– Алекс! Ты не поверишь, что произошло!

В этот момент Алекс заметил, что Сахли что-то держит в руках. Он не узнал предмет, но то, как Сахли прижимал его к себе, не предвещало ничего хорошего. Сахли раскачивал маленькую чёрную вещицу, как мать, убаюкивающая своего ребёнка.

Алекс указал на руки Сахли.

– Что у тебя там?

Сахли снова всхлипнул.

– Я совершил кое-что ужасное. Он мог бы стать моим другом!

– Другом? – Алекс присел на корточки рядом с Сахли. – Расскажи мне, что случилось?

– Я услышал голос, – начал Сахли. – Сегодня утром. Он доносился из этой комнаты. Я пришёл сюда, потому что думал, что ты зовёшь меня. Но потом я с удивлением обнаружил, что голос доносится из шкафа. Вот из этого.

Алекс вскинул брови:

– Голос? В моём шкафу?

Сахли кивнул.

– Ты мне не говорил, что знаешь другого духа.

Алекс закатил глаза:

– Сахли, чем больше ты говоришь, тем меньше я понимаю. Покажи, наконец, что у тебя в руках!

Сахли всхлипнул. Вздохнул. Затем раскрыл ладони.

– Видишь? Вот о ком я говорю. О духе из ящика. Это его я слышал. Он торчал там, внутри. В этом ящике. И я хотел его спасти. Как ты спас меня из моего шара. Я использовал все свои магические способности, но ничего не получилось. Я только расплавил ящик и теперь больше не слышу голос. Очевидно, я сильно навредил волшебнику. Откуда он у тебя вообще?

Алекс с облегчением сел на пол. Он прикладывал огромные усилия, чтобы не расхохотаться и не обидеть тем самым Сахли – тот ведь искренне горевал.

– Откуда он у меня? Мне подарила его бабушка. Три года назад, на Рождество.

Сахли изумился:

– Твоя бабушка дарит духов шкафов? Они что – из коллекции колдовских предметов твоего дедушки?

Алекс всё ещё сидел, прикусив губу. Затем выхватил из рук Сахли маленький чёрный ящичек.

– Это рация, – объяснил он. – Радио. Чтобы держать друг с другом связь, требуются два таких предмета. Это что-то вроде телефона.

– Телефон я знаю, – задумчиво произнёс Сахли. – Про мобильный ты мне тоже рассказывал.

– Верно! Рация – из той же серии. Хотя и выглядит иначе.

Постепенно Сахли успокоился.

– Значит, это не дух из шкафа?

Тут Алекс решился-таки захихикать.

– Нет, не дух из шкафа. Всего лишь рация, которую забыли выключить. Должно быть, она поймала сигнал какого-нибудь проезжавшего мимо водителя-дальнобойщика.

Сахли вздохнул, будто у него камень с души свалился.

– Ты живёшь в очень сложном, непрозрачном мире, – сказал он, и Алекс кивнул.

– Я ещё никогда не думал о моём мире в таком ключе, но, наверное, ты прав.

Только Сахли собрался ответить, как их разговор прервали.

– В чём он прав?

На пороге стояли близняшки Салли и Лив, сводные сёстры Алекса. Прежде он называл их двухкомпонентной бомбой, поскольку они действовали ему на нервы с удвоенной силой. Но потом всё изменилось. Теперь они представляли собой половину команды Алекс-Сахли-Лив-Салли.

– Это долгая история, – отмахнулся Алекс, и девочки тут же всё поняли.

– Хаос? – спросила одна.

– Катастрофа? – подхватила другая.

Алекс кивнул.

– Как обычно.

Сёстры подсели к мальчикам на пол.

– Это как раз кстати, – заявила Салли.

– Потому что именно об этом мы и хотели с вами поговорить, – добавила Лив.

Мальчики удивлённо посмотрели на близняшек.

– Ты уже подумал над тем, что будет завтра? – спросила Лив.

– Гм… понедельник?

Салли закатила глаза.

– Гениально. Поздравляю! И что происходит в понедельник?

Алекс взглянул на свой школьный рюкзак.

– Ну, первый учебный день. И что дальше?

– Что дальше? – повторила Салли.

– Что дальше? – подхватила Лив.

– И… Гм… Что дальше? – в смятении спросил Сахли.

Но Алекс догадался, на что намекают девочки.

– Ой-ой! – громко воскликнул он.

– Идеальная формулировка, – шутливо произнесла Салли.

– Безупречный подбор слов, – захихикала Лив.

Сахли в недоумении смотрел то на Алекса, то на близняшек.

– Наверное, сегодня день такой: я ничегошеньки не понимаю.

Алекс повернулся к нему:

– Сегодня последний день каникул, и завтра у нас снова начинаются занятия в школе. То есть ты будешь оставаться дома один всю первую половину дня, а иногда и до вечера.

– И что? – спросил Сахли.

– Оглянись вокруг, – ответил Алекс. – Стоит мне на час отлучиться из дому, как по возвращении я натыкаюсь на полнейший хаос. Что же будет, если мы уйдём на несколько часов? И родители чаще всего приходят домой раньше нас. Как же мы сумеем сохранить твоё присутствие в тайне, если ты постоянно попадаешь в неприятности?

Наконец, до Сахли дошло:

– Ой-ой!

Салли и Лив громко рассмеялись. Они хихикали, пока Алекс не произнёс фразу, заставившую их мгновенно замолчать.

– Ты будешь ходить со мной в школу.

Близняшки изумлённо вскинули брови.

– Что?

Алекс задумался.

– Ну, он мог бы… Как мой друг из… Нет! Он мог бы сойти за школьника из арабских стран, прибывшего в Германию по обмену. Или как будто он переехал сюда с родителями…

Салли подняла руку:

– Стоп!

– Ты же это не серьёзно, – сказала Лив. – Взять его с собой в школу?

Салли так энергично покачала головой, что её косички запрыгали из стороны в сторону.

– Наши учителя, конечно, ко всему привыкли. И к Нине, которая постоянно опрокидывает свой пакет с соком собственным школьным ранцем. К Артуру, который то и дело слишком глубоко засовывает себе в нос ластик. И к Роне, которая как-то случайно исписала супердорогую доску водостойким маркером, но…

– …но с учеником, который умеет колдовать и может перевернуть мир вверх дном, повертеть им и вновь вернуть в первоначальный вид – с таким учеником не справятся даже наши закалённые учителя, – договорила за неё Лив.

Алекс не знал, что делать.

– Оставлять его дома невозможно, но и брать с собой тоже! Отличная перспектива!

Сахли поднял палец.

– Можно я тоже кое-что скажу?

Все как по команде посмотрели на него.

– Позвольте мне пойти с вами. Я буду вести себя тихо. Не буду колдовать и задавать вопросов и не буду ничего трогать. А то, что вы говорили про ластик и доску – этого я вообще не понял. Позвольте мне пойти с вами в школу. Алекс ведь будет рядом!

Салли закатила глаза.

– Да уж, как будто это поможет.

Тут из-за угла выскользнули Кадабра и Бим. Они слышали окончание разговора.

– Значит, вы действительно хотите взять его с собой в школу? – переспросила Кадабра.

А Бим лишь испуганно пропищала:

– Ой-ой!

В лабиринте пирамиды

Путешествия во времени! Если и было что-то, что Аргус терпеть не мог, так это путешествия во времени. Всё кружилось и вертелось. Где бы он ни приземлился, там было жарко и светло. Больше он ничего не мог разглядеть. Всё расплывалось у него перед глазами, как будто его крутило в воронке или в вихре. Ему стало плохо. И это несмотря на то, что перед дорогой он выпил травяной чай от укачивания.

Старый джинн отнял руки от громадной пряжки на поясе, за которую крепко держался во время перемещения, и попытался обрести равновесие. Однако прошло некоторое время, прежде чем вихрь в голове улёгся, и он, наконец, смог оглядеться. Палящее солнце на безоблачном небе подсказывало ему, что он прибыл в нужное время и в нужное место. Но стоило ему опустить взгляд, как он с ужасом заметил, что время, возможно, было и правильное, а вот место уж точно нет. Он сидел на шаткой деревянной конструкции на головокружительной высоте. Под ним велись какие-то строительные работы. Аргус слышал удары молота по долоту. Нет, инструментов было множество, и они колотили одновременно. Но Аргусу не хотелось ещё раз смотреть вниз. У него кружилась голова. Желудок выворачивало. Он быстро вытащил из мешочка на поясе нужную траву, но опоздал. Та скудная пища, которую он съел за сегодня, вырвалась наружу. Аргус изверг из себя коричневый соус – высокой дугой, похожей на радугу, только лишённую всех цветов.

Аргус услышал, как его рвота шлёпнулась где-то внизу, и тут же послышался разгневанный голос:

– Эй! Что это значит? Ты с ума сошёл?

Джинн всё-таки переборол себя и посмотрел вниз. Там стоял мужчина в белой набедренной повязке. В руках он держал деревянный молот и медное долото, которыми только что обтёсывал светлый камень. По крайней мере, когда-то его одежда была белой, а камень – светлым. Однако теперь и на ткани, и на огромном валуне виднелись тёмно-коричневые разводы.

– Простите, – выдавил из себя Аргус. – Я не сдержался!

Но по всей видимости, эти слова рабочего не успокоили.

– Какое бесстыдство!

Он отбросил в сторону долото с молотом и, пыхтя от ярости, пошёл прочь – вероятно, чтобы переодеться.

– Великие боги! Владыка небес и подземного царства! Его следовало бы бросить на съедение крокодилам. Вот интересно, изрыгнули бы они его так же, как изрыгнул свою еду этот… Этот…

Конец предложения Аргус не расслышал, за что был благодарен судьбе.

Надо было спускаться. Цель его путешествия находилась не так высоко. Совсем наоборот: то, что он искал, было сокрыто в глубине. В самой глубине. Вот туда ему и нужно было попасть.

Поэтому он стал слезать с деревянного каркаса, стараясь не запутаться в своей длинной бороде и широком одеянии. Другие рабочие не обращали на него внимания. Все они были заняты тем, что пытались с точностью до сантиметра подогнать друг к другу громадные каменные блоки, рядом с которыми они восседали на деревянных лесах – чтобы вписать эти блоки в пирамиду.

Пирамида Джосера. Первая пирамида, возведённая египтянами – это Аргус знал совершенно точно. Разумеется, прежде чем предпринять это путешествие во времени, он собрал всю нужную информацию. Джосер, фараон третьей династии, заказал строительство этого гигантского сооружения, архитектором которого стал гениальный зодчий Имхотеп.

На данный момент были готовы лишь первые ступени. Аргус смотрел на бесчисленных рабочих в белых повязках. Их было так много, что пирамида напоминала гигантский муравейник. Казалось, в нём царят неразбериха и путаница, но, присмотревшись ближе, Аргус понял, что колоссальная стройка идеально организована. Каждый рабочий точно знал, что ему делать. Каждое движение руки было выверено и идеально вписывалось в общий процесс. Это было захватывающее и даже трогательное зрелище. Но Аргусу было некогда любоваться стройкой. Ему требовалась помощь, чтобы осуществить свой план. Его собственной магии больше не хватало, чтобы справиться с этим ужасным Сахли, юношей из шара, и его отвратительным другом Алексом. Им уже дважды удалось перехитрить Аргуса. Пришло время положить этому конец! Аргус собирался сделать всё, чтобы Сахли снова оказался запертым в своём шаре. И ещё надо было придумать наказание для Алекса. Но в первую очередь не допустить, чтобы эти двое ещё хоть раз подобрались так близко к дедушке Алекса, Аврелию.

Однако это можно было сделать лишь с помощью магии. Поскольку в данном случае заклинания Аргуса были бессильны, он решил воспользоваться другим колдовством.

Для этого он сюда и явился.

Аргус направился к пирамиде. Было забавно видеть её такой маленькой. Он ведь отлично знал, что пройдёт совсем немного времени – и это грандиозное сооружение отбросит на пустыню гигантскую тень.

Глядя на толпу работающих мужчин, Аргус поначалу ничего не мог придумать. Пока не оказался непосредственно перед пирамидой. Рядом с ним несколько египтян толкали громадный каменный блок, а другие рабочие по ту сторону камня тянули за верёвки, которыми тот был опутан. Третья группа рабочих подкладывала под камень брёвна, чтобы его можно было вкатить по длинному каменному пандусу, как на колёсах. Это была безумно тяжёлая работа – подтащить каждый каменный блок к ступеням пирамиды.

– Стой! – один из солдат, охранявших стройку, преградил Аргусу путь. – Куда идёшь?

Аргус решил, что и без того потерял слишком много времени. Он протянул к мужчине одну руку и быстро прошептал заклинание. Солдат отступил в сторону, пробормотав:

– Ну, если вы по поручению фараона, то это, конечно, другое дело.

Аргус ухмыльнулся. Такое колдовство было одним из самых лёгких. Люди такие внушаемые!

– Спасибо, – произнёс он и вошёл в пирамиду.

Джинн знал, куда идти, хотя и не был здесь очень давно. Нужно было направляться в северную часть, потому что именно там находилась лестница, ведущая внутрь пирамиды, глубоко под земляной пол. Туда, где начинались потайные ходы. И правда, долго искать не пришлось: он почти сразу разглядел первые ступени. А также группу солдат, охранявших выход на лестницу. Но и здесь короткого заклятия путаницы оказалось достаточно, чтобы заставить стражников освободить ему путь.

Джинн посмотрел вниз. Казалось, что лестница бесконечна. Словно начерченная по линейке, она вела прямиком в недра под пирамидой.

Аргус встал на первую ступень. Приятная прохлада, хлынувшая из глубины, слегка охладила его после зноя пустыни. Касаясь руками серых стен справа и слева, чтобы не споткнуться, он стал погружаться во мрак.

Он шёл так долго, что уже начал дрожать от холода, ведь эти каменные стены не ведали о царящей на поверхности жаре. Он то и дело натыкался на рабочих, которые прорубали в лабиринте под пирамидой всё новые ходы или украшали уже готовые залы. О тишине и покое не могло быть и речи. Всюду раздавались крики и удары молотов.

Наконец, он нашёл дорогу, которую искал. Хотя назвать это дорогой было трудно. Аргус забрался в крошечное отверстие, располагавшееся непосредственно под гробницей. Здесь начинался длинный узкий тоннель, с таким низким потолком, что Аргусу пришлось ползти по нему на четвереньках, что было очень непросто, учитывая его длинное широкое одеяние. Впрочем, джинн знал, как справиться с этим неудобством. В конце концов, он далеко не в первый раз пробирался в эту комнатушку!

Но он всё равно жаловался на временные трудности:

– И что я вытворяю! Не берегу я себя, не берегу! Этот Сахли никакой не дух из шара. Он – дух бедствия! Дух мучений!

Как хорошо, что скоро это закончится.

– Приветствую тебя! – услышал Аргус ещё до того, как добрался до конца тоннеля. – Я тебя ждал.

Джинн устремил взгляд вперёд, навстречу слабому свету. Этот подземный зал был крохотным, не зал, а небольшая комната. Аргус мгновенно узнал красный орнамент на стенах, иероглифы и искусно расписанные арки, между которыми можно было различить цифры, многочисленные наброски и целые картины.

Аргус с трудом дополз до конца тоннеля и выскользнул наружу. Приветливые руки подхватили его и помогли подняться на ноги.

Выпрямившись, Аргус поймал на себе взгляд древнего старика. Тот был очень худощав и намного ниже Аргуса. На нём была белая набедренная повязка, как у рабочих, трудившихся снаружи на пирамиде, но, несмотря на царящий в подземелье холод, мужчина, казалось, не испытывал надобности в другой одежде. Его голова была выбрита налысо, а в ушах красовались длинные золотые серьги-кольца.

Он дружелюбно поклонился Аргусу.

– Приветствую тебя, джинн, снова явившийся ко мне издалека! – провозгласил он. – Ты поспешил ко мне через пространство и время, ко мне, Нетфен-Ара-Оку, коменданту этого лабиринта, высшему жрецу Ири-Пат, доверенному могущественного Имхотепа, архитектора царственного фараона Джосера.

Аргус посмотрел на мужчину сверху вниз. «Если он продолжит, – подумалось ему, – то минует несколько дней, прежде чем я, наконец, смогу объяснить цель моего визита». Но он, разумеется, знал, что верховный жрец дорожит всеми своими титулами. Также он знал, что и от своих гостей тот ожидает представлений, доказывающих их величие. Только вот Аргус об этом как-то не подумал.

– Благодарю тебя, Нетфен-Ара-Ок, и очень рад тому, что мне позволено находиться рядом с тобой, – ответил он и, запинаясь, продолжил: – Я, Аргус, джинн… – Список его званий и достижений был не таким бесконечно длинным, как у его собеседника, и не таким благозвучным, но Аргус почувствовал вызов. Ведь каждый объявленный титул добавит ему веса в глазах мага. Так что ему пришлось приложить усилия и слегка приукрасить своё имя. – Аргус, повелитель пустыни, властитель пространства и семени… – Ох, он кое-что перепутал, подумав о семенах трав и о чае от укачивания. Он хотел сказать, «времени». Какая разница! Он продолжал: –…Аргус, мастер заклинаний и заклинатель мастеров… – Да, так хорошо. И далее: – Владыка огня без дыма и волшебного шара без духа… – Нет, снова вышло неловко. Он подумал о Сахли и… Ну, неважно. Далее: – И… Э-э-э… И… Э… – Он поклонился. – …и гость этой пирамиды. – Аргус снова поклонился. Он справился. Особенно если старик не слишком внимательно вслушивался.

Египтянин выглядел довольным.

– Ты явился один, не так ли? Магический амулет подсказал мне, что тебя ко мне привёл исключительный случай.

Аргус не стал терять времени и перешёл к делу. Изъясняться на таком высокопарном языке было нелегко. Обычно он не разговаривал столь помпезно. Но сейчас у него не было выбора.

– Так и есть, мой египетский друг. Мне нужно поймать и приручить духа из волшебного шара. К сожалению, я не располагаю необходимыми средствами. Моя магия, она… Э… Ой… Нет, она не слишком слаба, вовсе нет! – Он совсем запутался и наговорил лишнего себе во вред, а ведь по шапке встречают – вернее, по тюрбану. – Скорее, моя магия не подходит для этого наглого сморчка, хоть я владею и чёрной, и белой магией. Я могу творить как добро, так и зло и…

Старик поднял руку:

– Вовсе не магия бывает чёрной или белой, доброй или злой, – ответил он. – Мы в Египте говорим: хорошим или плохим бывает тот, кто творит волшебство. А само оно – нейтрально.

Аргус снова поклонился, сам не понимая зачем.

– Разумеется, я об этом знаю, мой достопочтенный коллега. Честно говоря, я хотел лишь сказать, что…

– …что твой маленький ястреб вылетел, и ты не можешь его поймать без моей магической помощи, – договорил за него египтянин. – Я прав или мы и дальше будем ходить вокруг да около?

К лицу Аргуса прилила кровь.

– Не будем, мой мудрейший соратник. Так оно и есть. Ты попал в точку. Мне нужна твоя помощь.

Нетфен-Ара-Ок осмотрел свою комнату.

– Почему здесь? Почему со мной? Почему не с кем-то другим из нашего магического круга?

Аргус собрался снова поклониться, но в последний момент остановился.

– Вы, египтяне, знамениты своим отточенным искусством колдовства. Вы – первый народ, который стал записывать свои формулы на замечательных свитках из папируса. Взять хотя бы Книгу мёртвых, которая станет знаменитой через тысячи лет.

– Понимаю. Ты явился, чтобы попросить у меня какое-то особенное заклятие?

– Да, именно так, мой умнейший собрат. Вы, египетские верховные жрецы и мудрейшие мистики, обладаете заклятием, на данный момент новым, но доказавшим свою эффективность в будущем.

Нетфен-Ара-Ок ухмыльнулся.

– Ты имеешь в виду заклятие раздора, не так ли?

Аргус изумился.

– Именно на него я и намекал, мой наперсник-провидец. Как ты узнал?

Старик со скучающим видом отмахнулся.

– Неужели мы будем попусту болтать, пока всё это дело не порастёт тростником, или как?

– Нет, нет, мой нетерпеливый товарищ. Позволь объяснить: с помощью этого заклятия я собираюсь разлучить двоих друзей. Сахли, дух из шара, которого я хочу поймать, нашёл себе приятеля. Из совершенно другого времени. Этот паренёк доставляет мне не меньше хлопот, чем сам Сахли. Они оба идеально дополняют друг друга и понимают друг друга так хорошо, что многие заклятия на них не работают.

– Я знаю, о чём ты говоришь, – ответил Нетфен-Ара-Ок. – Ты пришёл за заклятием раздора. За заклятием размолвки. Заклятием ссоры. – Он ненадолго задумался и добавил: – Придумал: я дам тебе любовное заклятие.

Аргус не поверил своим ушам. Он тут столько разглагольствовал, исторгая бесконечные лавины слов, а старый жрец его так и не понял?

– Нет, мой сбившийся с толку друг, – приготовился объяснять он по новой, – всё как раз наоборот. Не любовь мне нужна. А ссора.

Нетфен-Ара-Ок громко рассмеялся.

– Поверь, я отлично знаю, что тебе нужно. Тебе нужно любовное заклятие, чтобы разлучить друзей. Послушай: мальчишеская дружба может длиться всю жизнь. Но юноши, как правило, дружат до тех пор, пока…

– …пока один из них не влюбится! – постепенно до Аргуса стало доходить. Он снова поклонился своему коллеге. – Неплохой план, мой хитроумный коллега. Значит, ты сделаешь так, что один из мальчишек влюбится в девочку. Так сильно, что эта любовь разрушит их дружеский союз!

Настал черёд Нетфен-Ара-Оку поклониться.

– Правильная девушка, появившаяся в неправильное время, разрушила уже множество мужских дружеских союзов и разрушит ещё столько же в ближайшие столетия. Любовь и ненависть зачастую идут рука об руку. Моё заклятие раздора – средство на все времена. Смотри!

Он протянул руку назад и вытащил из тёмного угла амулет. На нём была изображена женщина с коровьими рогами, стоящая на одном колене.

– Это Хатхор, богиня любви, – объяснил Нетфен-Ара-Ок.

Аргус подошёл ближе, чтобы лучше разглядеть амулет.

– Богиня любви… – прошептал он.

– О, она вовсе не только богиня любви, – поправил его старик. – Она также богиня неба, музыки, танца и много чего ещё. Но прежде всего, и для тебя – она богиня любви.

– Понимаю, мой высокообразованный собеседник.

Нетфен-Ара-Ок вложил амулет в руки Аргуса.

– Слушай внимательно: я передаю тебе этот амулет. Позаботься о том, чтобы он попал к твоему духу из волшебного шара. Как амулет будет у него, он влюбится без памяти. Его сердце отключит голос разума, а чувства заглушат мысли.

Аргус кивнул.

– Но поскольку амулет он получит от меня…

– …то девочка, в которую влюбится твой дух…

– …окажется для него совсем неподходящей! – рассмеялся Аргус.

Нетфен-Ара-Ок тоже улыбнулся, представив себе, что может произойти.

– Как будто Луна захочет обняться с Солнцем или Южный полюс – навестить Северный. Как будто море возжелает обнять пламя.

Нетфен-Ара-Ок, сияя, смотрел на Аргуса, и Аргус усмехнулся ему в ответ. Они прекрасно друг друга поняли. Именно такой амулет и нужен был Аргусу. Не зря он совершил это путешествие. Более того: он чувствовал, что Нетфен-Ара-Ок относится к нему со всей серьёзностью, как к могущественному джинну. Все его неудачные словесные обороты, с помощью которых он намеревался произвести на египтянина впечатление, были излишними. Аргус не сдержался и обнял Нетфен-Ара-Ока, хотя знал, что у магов такое не принято. Но кто бы увидел их здесь, в недрах пирамиды, глубоко под землёй, в самом дальнем уголке лабиринта?

Джинн развернулся, чтобы уйти, но Нетфен-Ара-Ок удержал его, схватив за руку.

– Подожди! Есть кое-что ещё, мой дорогой гость, – сказал он и снова потянулся куда-то в темноту. Аргус напряг зрение, пытаясь разглядеть, что там – ещё одна дверь, шкаф или сундук? Но не увидел ничего – всё скрывал непроницаемый мрак. Нетфен-Ара-Ок удивлял его с каждой секундой всё больше.

И тут египетский жрец извлёк из мрака кошку. Шерсть животного была иссиня-чёрной, за исключением крошечного, напоминавшего звёздочку пятнышка на лбу.

– Возьми с собой этого зверя, – попросил Нетфен-Ара-Ок.

Аргус покачал головой.

– Спасибо, но точно такая же кошка в последний раз принесла мне несчастье.

Египтянин улыбнулся.

– Это не кошка. А кот. Особенный. Он принесёт тебе удачу.

– Я не понимаю…

Нетфен-Ара-Ок опустил животное на пол.

– Возьми его с собой в качестве спутника. Сообщника. Он будет выполнять роль маленького солдата в твоей борьбе против этих мальчишек. У них есть кошка, и она им помогает. Поэтому тебе тоже полезно иметь животное, которое помогало бы тебе. И таким животным станет мой кот.

Аргус стал потихоньку понимать, что к чему.

– Хорошее предложение. А имя у него есть, у этого кота?

– Млабрабаст, семнадцать тысяч пятисот двенадцатый.

Аргус вскинул брови.

– Млабрабаст? Что за имя такое?

– Этот кот – семнадцать тысяч пятисот двенадцатый потомок нашей богини-кошки Бастет. Прямой потомок! Следовательно, он из семейства Бастет. Младший брат Бастет и…

Аргус не выдержал и расхохотался.

– Ах, МЛАдшийБРАтБАСТет – Млабрабаст. А если бы это была кошка?

– Тогда бы она звалась Мласебаст, а точнее – Мласебаст пятнадцать тысяч двести тридцать восьмая.

Аргус рассмеялся.

– От всей души благодарю тебя за подарки, – сказал он. – За кота и амулет!

Он спрятал украшение в карман на поясе и развернулся, чтобы уйти. Подхватив одной рукой кота, а другой взявшись за пряжку, он отправился в обратный путь. Его сердце радостно трепетало. Он знал: это коварное любовное заклинание позволит ему достичь своей цели. Наконец-то он снова обретёт власть над Сахли. И над Алексом. И помешает им освободить Аврелия. Дедушка Алекса ни в коем случае не должен покинуть свою тюрьму. Никогда! И подумать страшно, с чем придётся столкнуться чёрным магам этого мира и их магическому кругу, если коварный учёный вырвется на свободу.

Аргус громко рассмеялся. Этого не произойдёт, ведь он хорошо подготовился.

Но вдруг его радость померкла, и им овладела тревога: ему предстояло отправиться в путешествие во времени. Желудок тут же сжался. Путешествие во времени! Аргус утешал себя тем, что оно, скорее всего, станет для него одним из последних. Сейчас он отправится к Алексу и Сахли, победит их, а после вернётся в свою пустыню, где сможет спокойно жить дальше. Это утешило старого джинна.

Радовало его и кое-что ещё. Он знал, что оба друга сидят сейчас у Алекса дома и совершенно не догадываются о том, что их ждёт.

Друг по переписке

Алекс и Сахли сидели у Алекса дома и совершенно не догадывались о том, что их ждёт.

Был понедельник.

Первый школьный день после каникул для Алекса, Салли и Лив. И самый первый учебный день в жизни Сахли. Алекс опустился на корточки рядом со своим школьным рюкзаком и с мольбой посмотрел в глаза сидящей возле него Кадабры.

– Ты уверена, что не можешь заглянуть в будущее и узнать, не совершаем ли мы большую ошибку? – спросил он.

Кадабра прекрасно понимала, что он имеет в виду, но поспешно пробормотала:

– Я заглядываю в будущее лишь на две минуты вперёд – и всё равно где-нибудь что-нибудь загорается. Поэтому я не могу сказать, останетесь ли вы в ближайшие дни целыми и невредимыми и не исчезнет ли с лица земли школа. На это моих сил не хватит, и…

– Но она становится всё лучше! – пропищал кто-то за спиной Кадабры, и в поле зрения появилась Бим. – Не правда ли, моя большая, чёрная шерстяная гора? Мы продолжаем усердно тренироваться и делаем большие успехи. Все мои друзья-зверушки завидуют тому, что у меня есть такая особенная подруга, и…

– Я не твоя подруга, – шикнула на неё Кадабра. – Хотя мы и связаны друг с другом после того, как Сахли по невнимательности наколдовал мне такого волшебного ассистента. Но я – мастер. А ты здесь… Ты здесь лишь для того, чтобы я могла хоть немного колдовать. Но к дружбе это не имеет никакого отношения, понятно? – Она посмотрела на мышку сверху вниз в надежде, что та обидится и уйдёт. Но Бим только улыбнулась и сказала:

– Верно. То, что нас соединяет, гораздо сильнее любой дружбы.

Кадабра поспешно отвернулась, чтобы больше не видеть обожающий взгляд мышки, и прошипела:

– Как же ты меня раздражаешь!

В этот момент близняшки сбежали вниз по лестнице.

– Скорее! Мы опаздываем! – хором выкрикнули они. И, словно эхо, из кухни донёсся голос мамы Алекса:

– Да, вам пора! Хорошо провести время!

Близняшки уже выбежали из дома. Алекс притащил портфель, чмокнул маму в щёку и тоже вышел на улицу.

– Хорошо провести время, – пробурчал он и закрыл за собой дверь.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, обходя вокруг дома.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, незаметно помогая Сахли соскользнуть по водосточному жёлобу из его комнаты в сад.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, когда автобус, наконец, остановился.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, когда они искали себе свободное место.

– Вот бы всё… – начал он, когда Лив вдруг потянула его за рукав.

– Да замолчи, наконец. Весь автобус на тебя смотрит!

И правда. Все взгляды были направлены на Сахли, и Алекс поспешно прокричал:

– Привет, народ! Классно отдохнули?

Некоторые ответили ему: «Конечно!», «Да-да!» или «Так себе». Но в основном все продолжали удивлённо разглядывать Сахли.

– Позвольте представить, – сказал Алекс. – Это Сахли. Мой друг. Друг по переписке. Из Аравии.

Как хорошо, что он вместе с близняшками заранее придумал, что говорить.

Вчера Алекс повторил эти предложения так много раз, что произнёс бы их без запинки даже во сне:

– Он изучает немецкий язык у себя на родине и написал письмо в один детский журнал, в котором рассказал, что ищет друга по переписке. А поскольку я очень люблю писать письма, мы переписываемся уже несколько месяцев. Теперь он приехал сюда, чтобы познакомиться с нашей страной. Как ученик по обмену.

Автобус наполнился криками школьников, слившимися в многоголосый хор. Реакция была самой разной – от «Ну-ну!» до «Класс! Так издалека?». У Алекса камень с души свалился. Одноклассники поверили в его историю и спустя несколько мгновений вернулись к своим прежним разговорам. После нескольких недель каникул у каждого было чем поделиться с друзьями.

Алекс и Сахли сели на самый первый ряд кресел, прямо за водителем.

– Ну? – поинтересовался Сахли, стараясь подмечать вокруг каждую деталь.

– Всё прошло хорошо, – ответил Алекс. Он заметил, что уже немного успокоился. Более того: он полностью расслабился. Он радовался, видя, с каким интересом Сахли наблюдает за всем происходящим. Многие школьники кивали ему или даже махали руками. Иногда кто-то звал его по имени: «Эй, Сахли! Я – Фабиан» или «Привет! Меня зовут Лаура».

Опасения Алекса частично развеялись. Когда автобус остановился и Салли с Лив прошли мимо, шепнув: «Вот видите, всё получается!», Алекс окончательно успокоился и уже с любопытством, а не с ужасом ждал, что преподнесёт ему этот день.

* * *

Когда за ними закрылась входная дверь, Бим повернулась к Кадабре:

– А мы? Что нам теперь делать? Может, немного поупражняемся в колдовстве?

Кадабра с радостью согласилась бы, но не могла же она так просто признать правоту мыши! Поэтому этим утром они вначале поели и поспали. После сна снова немного поели, но потом Бим решительно заявила:

– Кадабра, вперёд! Давай потренируемся. Как-никак мой хвостик всё ещё достаточно длинный. Я совсем не против спалить ещё пару сантиметров и с удовольствием сделаю это для тебя.

Кадабра закатила глаза. Однако не потому, что её снова взбесил её волшебный ассистент. Нет, просто единственный носок, продолжавший висеть на верёвке за домом, вспыхнул. Бим оцепенела как крошечная метла и тоже закатила глаза.

Затем раздался голос Кадабры, хриплый и приглушённый:

– Обман. Ссора. Обман и ссора. Задира. Встанет на пути у Сахли. И снова ссора. Но… Но… Ссора: Алекс и Сахли поссорятся.

После этого Кадабра пришла в себя. На верёвке догорели последние нитки шерстяного носка. Бим в ужасе подняла глаза на кошку.

– Сахли и Алекс поссорятся? И задиру ты тоже видела? – с каждым словом, что она торопливо произносила, её голос становился всё более пронзительным. – Мы должны предупредить их, Кадабра. Бежим к Алексу и Сахли!

Она проворно взобралась на спину кошке, и та рванула с места. Но путь до школы был слишком долгим для коротких кошачьих лапок.

Говорящий водяной столб

Иснова всё перевернулось. В голове. В желудке. Вокруг него.

Интересно, со всеми ли путешественниками во времени происходит то же самое, думал Аргус, пытаясь с закрытыми глазами усмирить этот круговорот внутри своего тела. Вряд ли с такими проблемами сталкивается он один. Однако жалоб от магов он ещё ни разу не слышал. Но неважно: скоро всему этому придёт конец. Это было одно из его последних…

– Что это такое?! – запнулся он. Что-то было не так. Джинн попытался открыть глаза, но всё снова завертелось так быстро, что он поспешно их закрыл.

Он напряг остальные органы чувств. Запахи были не такими, как в доме Алекса. Звуки – тоже. И ощущения. Нет! Здесь пахло верблюдами. Раздавался свист гуляющего по пустыне ветра, и Аргус чувствовал лишь одно: невыносимый зной.

Джинн и с закрытыми глазами мог бы сказать, где он находится: в своём логове в оазисе.

Медленно, очень медленно он всё-таки открыл глаза. Через какое-то время вызванная путешествием дурнота улеглась, и он смог оглядеться. Сияющее голубое небо, палящее солнце, вдали – характерные острые башни арабского города, а вблизи – хорошо знакомый ему оазис, где как раз утоляли жажду два верблюда.

Аргус держал в руках Млабрабаста, кота с белым пятнышком на лбу. Кот тоже изумлённо оглядывался.

– Почему мы здесь? – Джинн озадаченно покачал головой, и Млабрабаст последовал его примеру. Аргус наклонился и опустил кота на песок. – Подожди меня тут, хорошо? – сказал он, и кот уютно свернулся калачиком под одной из пальм.

Аргус посмотрел на него, но тут же отвернулся. Он достал один из красных драгоценных камней, питавших его магическую силу. Камень был ярко-алым от напряжения, будто раскалённым.

– Ради всех двугорбых верблюдов, я не понимаю, – выругался джинн. – Моя магия должна была доставить меня к Алексу и Сахли, но здесь…

Его прервали.

– Аргус!

Кто-то звал его по имени.

– Аргус!

Кто-то с высоким, скрипучим голосом.

– Аргус!

С голосом, который звучал одновременно дружелюбно и властно.

– Сюда, ко мне!

У Аргуса снова скрутило живот. Но на этот раз не от болезни, вызванной путешествием. Теперь он знал, кто его зовёт, и уже подозревал, почему его принесло сюда, в пустыню, а не в дом Алекса.

Он медленно подошёл к своему дому. По крайней мере, к тому, что когда-то им являлось: к подземной пещере. Когда-то внушительная и устрашающая, теперь она была завалена обломками. С тех пор как Сахли с Алексом побывали здесь и всё тут разгромили, Аргус посещал своё логово крайне редко. Слишком больно было смотреть на то, что осталось от его родного дома.

– Аргус!

Опять этот голос. Джинн опустил ладонь на красный драгоценный камень на поясе, протянул руку и тем самым открыл доступ к подземным руинам. Песок под ногами пришёл в движение, собрался в вихрь и открыл его взору деревянный люк с трещиной посередине. Аргус поднял его и начал спускаться по каменным ступеням. При взгляде на пещеру его снова охватила печаль. Но грустить было некогда. Его звали, и он должен был повиноваться этому голосу. Хотя в разрушенной пещере он был один. Его гость не показывался. Поэтому Аргус обратился к нему сам:

– Я здесь, величайший из магов. Я услышал твой зов.

Прежде его пещера славилась великолепным эхо. Но теперь голос джинна стих даже прежде, чем он успел договорить. Но он не сомневался, что его услышали. И действительно: где-то что-то зашевелилось. Крошечная лужица в углу пещеры подёрнулась рябью. Эта вода осталась ещё от ледяной тюрьмы, в которой Аргус до недавнего времени держал дедушку Алекса.

Теперь маленькая лужица пришла в движение. Как будто вбирая в себя все капли, которые к этому времени впитались в землю или испарились, она принялась расширяться и расти, пока не стала размером с ковёр. На ней обозначились крошечные волны. Наконец, волны слились воедино. Они взгромоздились друг на друга и сформировали водяной столб, который всё рос и рос, пока не стал ростом с Аргуса. Затем у водяного столба появились глаза, нос, а с боков выскочили уши. Он обрёл лицо. Следом сформировалась голова, которая с лёгкостью поворачивалась на шее. Пронзительный взгляд прощупывал Аргуса, и было заметно, что джинну очень страшно.

Аргус медленно склонил голову в знак приветствия.

– Приветствую тебя, высший маг, здесь, в моём…

– Довольно, Аргус! – пробулькал водяной столб, и Аргус поспешно поднял глаза. – Ты меня не приглашал. Я пришёл сюда сам и даже изменил направление твоего путешествия во времени, чтобы мы могли здесь встретиться. Нам нужно поговорить!

– С радостью, высший…

– Слушай меня! Ты – сплошное разочарование! Более того: ты – опасность! Я доверил тебе Аврелия, а ты потерпел неудачу. Ты позволил обвести себя вокруг пальца этим… Этим… Детям!

Аргус снова низко поклонился.

– Знаю, высший маг. Мне очень жаль. Но я…

– Молчи! – раздался крик из воды, и Аргус снова выпрямился. Собеседник ему не нравился. А больше всего раздражало, что любые слова высшего мага звучали дружелюбно благодаря его скрипучему, дребезжащему голосу. Каким бы свирепым он ни был, как бы ни бесновался, Аргуса не покидало ощущение, будто они сидят за чашечкой чая и беседуют о погоде. Джинну это было неприятно. Отвратительно. Но сейчас не следовало об этом думать, потому что голос снова обратился к нему:

– Аргус, тебе известно, что в магическом круге тебя считают моим преемником. Или, по крайней мере, считали. Потому что ты в шаге от того, чтобы упустить этот шанс. Ты ведь знаешь, как опасен Аврелий? Знаешь, какую опасность он может представлять для нашего магического круга, если мы его не остановим? Знаешь, что само наше существование, наши волшебные силы и способности – всё это находится под угрозой из-за Аврелия.

Аргус снова попытался поклониться.

– Мне это хорошо известно, высший…

– Молчать! Я ещё не закончил. Угроза, исходящая от Аврелия, это ещё не всё. Его внук Алекс тоже опасен. А на его стороне ещё и Сахли. Юный джинн, магическая сила которого уже очень велика. К счастью, он совсем не догадывается о том, какими гигантскими способностями обладает.

Аргус склонился ещё ниже.

– Это верно, высший маг.

– Поэтому я тебя и спрашиваю: дорос ли ты до своего задания? Сможешь ли ты удержать Аврелия в плену и остановить друзей?

На этот раз Аргус не поклонился. Он выпрямился, твёрдо посмотрел в глаза водяному лицу и отчётливо произнёс:

– Смогу, высший маг. Целиком и полностью!

Казалось, его собеседник немного смягчился.

– Я знаю, что в тебе скрыта невероятная сила, – сказал он. – Также мне известно, что ты воспользовался помощью верховного жреца Нетфен-Ара-Ока. Очень мудрое решение с твоей стороны. Он тоже обладает огромной властью. С твоей магией и его советами ты отлично вооружён и наилучшим образом готов к сражению. Но скажи мне, Аргус: как обстоят дела с пленником? Ты нашёл для него тюрьму, которую никто не сможет взломать?

Аргус расправил плечи и с гордостью заявил:

– Так и есть. Его никто не найдёт. Никто, кроме одного члена нашего магического круга.

На лице, состоявшем из мириада капель, отразилось удовлетворение:

– Покажи мне! – приказал маг.

Аргус вдруг ощутил усталость. Изнеможение, вызванное двумя путешествиями во времени, тяжёлым грузом давило на его плечи.

– Ох, высший маг. Наставник магического круга. Путь туда долгий. Он лежит через пустыню к другому краю земли.

– Для меня это сущий пустяк, – прожурчал водяной столб и уже через мгновение снова начал изменяться. Сначала исчезло лицо. Затем вода растеклась по полу и изменила цвет. На её поверхности обозначились узоры. И вот уже на полу появился ковёр, который сам собой улёгся под ноги Аргусу. Тот сразу всё понял. Он сел, и летающий ковёр вынес его из пещеры. Лежавший под пальмой Млабрабаст проснулся и, увидев Аргуса на ковре, живо запрыгнул к нему, крепко прижавшись к ногам джинна. И вот волшебный ковёр понёс их через пустыню. Они мчались вперёд с головокружительной скоростью, и вскоре Аргус разглядел башни и стены города, в который он собирался доставить высшего мага. Это был большой и богатый город. В последнее время Аргус бывал здесь часто, потому что местные жители ещё ничего о нём не знали. Они приветливо здоровались с ним и до сегодняшнего дня не догадывались, какую опасность представлял для их города джинн вроде Аргуса.

Летающий ковёр направился к самой высокой башне на городской стене. Аргус вдруг понял: высший маг знает всё. Ему было известно, где находится тюрьма, и Аргус принялся размышлять, зачем они сюда прилетели.

Ковёр опустился на узкий балкон, прямо под позолоченным шпилем сторожевой башни. Не успел Аргус с него сойти, как ковёр уже принялся видоизменяться. Он расстелился по земле, собрался в комок размером с ладонь и окрасился в зелёный цвет. Показались лапы, потом – хвост. И наконец, перед Аргусом возникла зелёная игуана. Она склонила голову набок и скрипучим голосом произнесла:

– Ну, идём!

Аргус кивнул и повиновался. Он обернулся к Млабрабасту и сказал:

– Жди здесь!

Затем наклонился, взял игуану на руки и понёс её вниз по многочисленным ступеням.

Наконец, они достигли конца лестницы. Они стояли в центре круглой башни. Единственным входом в помещение служила деревянная дверь. Сквозь крошечную щёлочку в двери Аргус разглядел двух стоящих перед ней стражников, охранявших башню. Это были высоченные парни с внушительным оружием.

– Дальше! – дребезжащий голос вырвал Аргуса из размышлений.

Джинн кивнул, протянул руку, и когда красный драгоценный камень на его поясе засветился, пол под ним и игуаной исчез, и он увидел перед собой следующую лестницу.

Аргус стал спускаться по ней с игуаной в руках. Он отнёс высшего мага в самые глубокие штольни на земле. Под сторожевой башней располагалась гигантская система пещер. Она не могла похвастать такой идеальной отделкой, как лабиринт под пирамидой. Нет, эти тоннели были совершенно иными. Он были грубо прорублены в земле и в камне и так надёжно спрятаны, что за всю историю по ним вряд ли прошёл десяток человек.

Аргус ловко обходил все ловушки, которыми были напичканы эти пещеры: люки, сквозь которые можно было провалиться к голодным крокодилам, бездонные провалы, выстреливающие копья и падающие камни. Но Аргус знал, как пройти, чтобы ни одна из ловушек не сработала. Наконец, они достигли конца штольни. Джинн был в полном изнеможении. Он остановился напротив двух стражников, державших караул возле громадных деревянных ворот. Это были стражники-великаны – ещё выше тех, что стояли у входа в башню, и ещё лучше вооружены.

– Здесь, о высший маг, находится темница Аврелия. Я поместил его сюда, потому что преодолеть этот путь не под силу никому, кроме нас.

Игуана вырвалась из рук Аргуса и прыгнула к стене. Она вцепилась в неё всеми четырьмя лапками и снова изменила свой внешний вид. Казалось, будто она растворяется в стене, погружается в неё. Вскоре её дребезжащий голос донёсся до Аргуса с другой стороны:

– Я доволен твоим выбором, – сказал он. – Однако я немного перестраховался.

Аргус его не понял:

– Перестраховался?

– Ты не единственный, кто сегодня утром был в гостях у члена нашего магического круга. Я тоже отправился в путь и нанёс визит могущественной Шаолинь.

Постепенно до Аргуса стало доходить, о чём идёт речь.

– Я попросил её предоставить нам одного из её… Её… Ну, скажем, «друзей», – продолжал объяснять маг. – Он поможет сторожить Аврелия.

Аргус содрогнулся. Шаолинь ему не нравилась. Как и её «друзья». Однако, когда он заглянул в окошко тюремной двери, когда разглядел в просторном круглом помещении Аврелия, скованного цепями и спящего на полу, и когда увидел, как над дедом Алекса нависла громадная тень, тогда злой джинн согласился с решением высшего мага. Аргус улыбнулся, продолжая наблюдать за «другом» Шаолинь и разглядывая разделённый натрое хвост и вырывающиеся из его пасти клубы дыма.

Четыре верблюда

Когда школьный автобус остановился и двери открылись, Алекс всё ещё пребывал в прекрасном расположении духа. Но хватило одной фразы, чтобы это настроение мигом улетучилось.

– Кого это ты с собой притащил?

Сердце Алекса заколотилось как бешеное. Кальвин! Именно на него их угораздило наткнуться. На него и трёх болванов, которые всюду его сопровождали. У всех четверых на лицах блуждали высокомерные ухмылки. Все четверо стояли подбоченившись. Все четверо жевали жвачки, преувеличенно громко чавкая. У всех четверых была одинаковая одежда, одинаковая дурная слава в школе и одинаково плохие оценки за контрольные. У всех четверых всегда было всё одно и то же. Только Кальвин обладал тем, чего не было у остальных: властью. Его слово было главным. До сих пор Алексу всегда удавалось обходить Кальвина стороной. Но именно сегодня! Именно сейчас, когда он и Сахли…

– Где ты его взял? – спросил Кальвин у Алекса, обходя вокруг Сахли. – Он точно не местный.

Алекс предпочёл не ввязываться в разговор.

– Идём, Сахли!

Однако болваны Кальвина преградили ему путь.

– Куда это ты намылился? – прорычал Кальвин. – А разрешения спросить не забыл?

Алекс решил слегка подыграть:

– Он мой друг. Издалека.

Кальвин широко ухмыльнулся и демонстративно перекатил во рту жвачку:

– Значит, такому неудачнику, как ты, приходится заказывать себе друзей из-за границы. Ожидаемо. – Он подошёл к Сахли. – А разговаривать он умеет или это модель без звука?

Его болваны дружно рассмеялись.

– Откуда ты? – Кальвин грубо обратился к самому Сахли.

Сахли невозмутимо смотрел прямо перед собой и молчал. Алекс пытался утянуть его за собой.

– Идём, нам пора.

– Минуточку! Пусть вначале скажет мне, откуда приехал, – возразил Кальвин. Его друзья подошли ближе. На их лицах уже появилось предвкушение от близкой возможности кого-то поколотить. Неподалёку стояли ещё несколько их одноклассников. Но вмешиваться они не решались. Все боялись Кальвина как огня.

Наконец раздался голос Сахли:

– Я из Аравии. Прямо из пустыни.

Глаза Кальвина сузились и превратились в щёлочки.

– Из пустыни? Ты?

Алекс уже хотел ответить за друга, но Сахли с готовностью заявил:

– Я могу это доказать.

Кальвин выглядел удивлённым.

– Ты можешь доказать, что приехал сюда из пустыни?

Сахли кивнул, и Кальвин вызывающе встал перед ним:

– Ну, валяй!

Ещё никогда ранним утром перед школой не было так тихо. Тем временем на школьный двор подтянулись учащиеся всех классов. Вокруг Алекса, Сахли, Кальвина и его друзей собралась многочисленная публика. Все затаили дыхание. Чувствовалось, что они переживают за нового мальчика и восхищаются его смелостью, ведь он решился бросить вызов самому Кальвину.

Однако ни один из них не был готов вмешаться.

Сахли повернул голову, подмигнул Алексу, поднял правый указательный палец и громко крикнул:

– Идите! – и щёлкнул языком.

Школьники немало удивились, когда Кальвин и его друзья выстроились в ряд позади Сахли, фыркнули и запрокинули головы назад. Сахли сделал шаг вперёд, и четверо парней за его спиной последовали его примеру. Сахли снова шагнул вперёд, и группа шагнула за ним. Затем Сахли решительно тронулся в путь и как по арене провёл продолжающую фыркать группу мимо озадаченных учеников прямо к школьному пруду. Там Сахли остановился и крикнул:

– А теперь – пейте!

Четверо мальчишек, не колеблясь, опустили головы и принялись хлебать воду из пруда.

– Фу-у-у! – донеслось из рядов школьников. Но Сахли не обращал на это внимания. Он ещё раз щёлкнул языком, и Кальвин и его друзья снова выстроились перед ним.

– Вот вам доказательство того, что я родом из пустыни, – объявил Сахли. – Как вы успели заметить, с верблюдами я обращаюсь очень ловко! С верблюдами в пустыне и с верблюдами вроде вас.

Кальвин смотрел на него в недоумении.

Его друзья смотрели на него в ещё большем недоумении.

А школьники разразились громким, звонким смехом, искренним и заливистым.

Сахли же вернулся к Алексу.

– Разве нам не пора? – спросил он.

И в этот момент раздался звонок, возвещающий начало первого урока.

Волшебная сила через пространство и время

Аргус тяжело поднялся со своего ложа. В голове гудело, в желудке бушевало. Однако ему было уже не так плохо, как несколько часов назад, когда он наконец вернулся в своё логово в оазисе. В голове безостановочно крутились воспоминания о прошедшем дне, и джинн злился на себя за то, что потратил впустую так много времени. На визит к высшему магу, на посещение системы пещер под сторожевой вышкой и ещё на сон. Но сон был необходим. Ему нужно было поспать, чтобы восстановиться после такого напряжения и набраться сил для нового путешествия во времени.

– О нет! – уже от одной мысли об этом его желудок снова свело судорогой. – Опять путешествие во времени! – Его передёрнуло. Возле его ног раздалось громкое «Мяу!»

Млабрабаст, египетский кот, встал и с наслаждением потянулся. Судя по всему, он тоже отлично поспал. Теперь он смотрел вверх на Аргуса и облизывался.

– О, понимаю, – сказал Аргус. – Ты проголодался, да? – Он обвёл взглядом свою разрушенную пещеру. – Но разве я найду здесь что-нибудь для тебя? – Он посмотрел во все стороны. – Кошек у меня в гостях ещё не бывало. У меня нет… Я не знаю… Я не могу… – Он вздохнул. Оставалось надеяться, что в этот момент никто за ним не подглядывает. Однажды Аргус собирался возглавить магический круг. Стать всемогущим. Непобедимым. И вот он сидит здесь и пытается решить самые низменные проблемы, которые только могли возникнуть в его мире.

– Минуточку! – озарило джинна. – В моём мире… – повторил он свою мысль и ещё раз прошептал: – В моём мире! – Наконец лицо Аргуса просияло. – Придумал! – воскликнул он, и кот обрадовался, хотя и не знал, что задумал этот старик. Аргус наклонился к Млабрабасту, взял его на руки и сказал: – Я знаю, как помочь тебе и мне, мой маленький пушистый товарищ. Послушай: я отправлю тебя вперёд, в эпоху, в которой живёт Алекс, хорошо?

Он поднял кота выше, заглядывая ему в глаза.

– Для начала ты можешь отправиться к Сахли с Алексом и один. Этого будет достаточно. Я смогу управлять заклинанием и отсюда. А пока я буду здесь, ты там найдёшь столько кошачьего корма, сколько твоей душе угодно, уж я-то знаю!

Аргус достал волшебный амулет, который передал ему египетский верховный жрец.

– Вот, смотри, я дам тебе в дорогу подарок. Передай его черноволосому юноше. Я помогу тебе его найти. Он этому подарку обрадуется. Мы все очень обрадуемся! – Он разразился своим вороньим смехом. Млабрабаст испуганно сжался. – Вперёд, нельзя терять ни минуты! Мы доставим тебя и амулет прямо к Сахли. А потом, когда наступит нужный момент, я прибуду туда следом за тобой.

Аргус поспешно вскочил на ноги, помчался к своему столу и ловко разложил перед собой всё, что требовалось для заклинания: золотую чашу и многочисленные драгоценные камни, каждый из которых отвечал за разное колдовство. Как всегда во время погружения в магию, на пряжке его пояса вспыхнул красный драгоценный камень.

Наконец, всё было готово. Аргус мог приступить к заклинанию чаши. Он вытянул над ней руки, и серебряное дно засверкало. Джинн зажмурился и воскресил в памяти предметы, которые видел во времени Алекса. Постепенно их изображения возникли на серебряном дне чаши, и наконец там нарисовалась лужайка перед домом Алекса. Аргус резко распахнул глаза, схватил кота и швырнул его прямо в чашу. Вспыхнуло сияние, и уже в следующую секунду Млабрабаст исчез из логова Аргуса и появился на лужайке. Кот встряхнулся и, пошатываясь, направился к дому.

Аргус был очень доволен собой.

– Прекрасно! Прекрасно! – бормотал он. – А теперь пойдём дальше! – Успех заставлял его торопиться. Он восторженно потёр руки.

– Приступим к заклятию раздора! – решительно заявил джинн и поводил руками над чашей, чтобы она показала ему, где в тот момент находились Алекс и Сахли.

– Школа, – обрадовался Аргус. – Как хорошо! Там много народу. Много детей. Много девочек! Остаётся только выбрать подходящую. Девочку, которую я привяжу к магии амулета.

Он снова рассмеялся. Золотая чаша показала ему всю школу целиком. Аргус очень внимательно и не торопясь рассмотрел всех школьниц. Ему нужна была особенная девочка. Лживая. Эгоистичная. Девочка, в которую должен будет влюбиться Сахли. Потому что только в том случае, если Сахли будет ослеплён любовью и не заметит, что девочка его использует, Алекс и Сахли рассорятся. Это разрушит дружескую связь между мальчишками, и у Аргуса наконец-то появится власть над духом. А вместе с ней – и над Аврелием. А вместе с ней и над его знаниями, касающимися магического круга. А вместе с ней… Да-а, вместе с ней он снова станет преемником высшего мага круга.

– Вот! – джинн резко остановил поток образов. Он её нашёл – девочку, которая была ему нужна. На первый взгляд она казалась очень милой и даже красивой. У неё были белокурые косички, а в ушах серёжки со сверкающими кристаллами, почти такими же красными, как драгоценный камень на пряжке Аргуса. Однако взглянув ей в лицо ещё раз, джинн увидел, какая она на самом деле злобная и самовлюблённая. Очаровательную наружность девочка использовала для собственной выгоды. Она была такой подлой и коварной, что сам Аргус мог бы мгновенно в неё влюбиться, без всяких амулетов и приворотов.

Но речь шла не о нём. А о Сахли. Влюбиться предстояло ему.

С помощью последнего волшебного заклинания Аргус подтолкнул девочку сквозь время и пространство в сторону Сахли и Алекса.

И не только её. Он и Млабрабасту показал, куда идти. Аргус и без того уже потерял массу времени! Настала пора действовать!

Страх за Сахли

Алекс привёл Сахли в классную комнату. До прихода учительницы Алексу пришлось не меньше десяти раз объяснять, кто такой его спутник. Теперь он уже без запинки рассказывал историю про дружбу по переписке. Он не сомневался, что у Салли и Лив дела обстояли так же. Наверняка их тоже осаждали вопросами о Сахли.

Огромный интерес проявили мальчики-турки Омер и Кан. Сахли им сразу понравился. Они принялись сравнивать свой родной язык с его языком и каждый раз безумно радовались, когда находили слова, которые на турецком и арабском звучали примерно одинаково.

Затем кто-то крикнул:

– Внимание! Бургер Ада идёт! – и все разбежались по своим местам.

Сахли помчался вместе с Алексом к его парте.

– Бургер Ада? – мимоходом спросил он.

Алекс захихикал:

– Подожди. Сам скоро поймёшь.

Вошла учительница.

– С добрым утром, – радостно поприветствовала она класс.

– Доброе утро, госпожа Бюргер-Айден, – хором ответили ученики.

И Сахли, поняв наконец шутку, захихикал:

– Из Бюргер-Айден получился Бургер Ада? Хи-хи…

– Надеюсь, вы отлично провели летние каникулы и… О, а кто это у нас здесь? – Она взглянула на Сахли. – Новый ученик?

Алекс встал и представил своего друга:

– Не совсем, фрау Бюргер-Айден. Это Сахли, мой друг по переписке из Аравии. Он приехал ко мне на несколько недель, и я надеюсь, что вы не против, чтобы он приходил со мной в школу по утрам.

Разумеется, учительница была не против. Более того: она очень обрадовалась. Ей хотелось узнать о нём всё. Первые два урока она расспрашивала Сахли о его жизни в пустыне и семье и даже не заметила, что тот рассказывает не только о другом континенте, но и о совершенно другой эпохе.

Порой ему было трудно отвечать. Он бесконечно скучал по своим родным и в полной мере осознал это только теперь, когда заговорил о них. Он расстался с ними вовсе не пару дней назад, как считали окружающие. Нет, свою семью он не видел уже несколько столетий.

Алекс гордился своим другом. Сахли уверенно рассказывал о себе, и весь класс его слушал. Более того: дети засыпали его вопросами.

Только об утреннем происшествии на школьном дворе с ним никто не заговорил. Судя по всему, он произвёл на учащихся неизгладимое впечатление. К концу урока у Алекса создалось впечатление, что его одноклассники полюбили Сахли всем сердцем. Значит, всё шло гораздо лучше, чем Алекс представлял себе за завтраком.

* * *

Проблемы начались после перемены. Едва прозвенел звонок, как Сахли спросил, чем они займутся дальше. Он чувствовал себя очень комфортно, по нему это было видно. Он наслаждался интересом окружающих и сам интересовался всем вокруг, что было понятно по выражению его лица. Алексу было знакомо это состояние. Каждый раз, бегая в парке аттракционов от одних американских горок к другим, он сиял так же, как друг сейчас.

После столетий, проведённых в волшебном шаре, Сахли как будто попал в рай.

– Дай подумать… Ах да, дальше у нас – Шифер-шафер, – ответил Алекс.

Сахли склонил голову набок.

– Шифер-шафер? – удивился он. Но потом догадался. – Опять двойная фамилия?

– Ты быстро учишься. Скоро начнётся урок с господином Шиллер-Пфайффером, то есть Шифер-шафером. Это имя ему отлично подходит! Он – учитель физкультуры. Поэтому мы сейчас не возвращаемся в класс, а идём в спортивный зал.

Они с Сахли уже подошли к раздевалке, когда до Алекса вдруг дошло:

– Физкультурная форма! О боже, Сахли! Прости, я об этом совсем не подумал. В следующий раз захватим для тебя комплект.

К ним подошёл Омер:

– Надеюсь, перед этим ты его постираешь, – пошутил он, игриво пихнув Алекса в бок.

Пока мальчики переодевались, Сахли чувствовал себя неловко, поэтому решил подождать за дверью. Он не мог насмотреться на кипящую вокруг него жизнь: на учеников, спешащих в классные комнаты, на дворника, который, что-то напевая, косил лужайку вокруг пруда на садовом тракторе, и на одного из учителей: тот никак не мог выбраться из своего автомобиля, припаркованного впритирку с другой машиной. И на красивого кота, который бежал прямо к нему.

Сахли присел на корточки:

– Ого! А ты кто такой? – спросил он у зверя.

Тот был абсолютно чёрным.

Ну почти.

Сахли вытянул палец и дотронулся до белого пятнышка у него на лбу.

– Как звёздочка, – рассмеялся он и погладил кота по спинке. Затем его взгляд упал на ошейник и прикреплённый к нему золотой амулет.

Амулет был прекрасен и сиял, как будто звал Сахли. Тот просто не мог отвести взгляд от украшения. Он наклонился к чёрному коту ещё ближе, а тот вдруг опустил голову и сделал шаг назад, так что ошейник и амулет оказались в ладони Сахли.

Мальчик изумился:

– Ты что, решил мне его подарить? – спросил он и нехотя протянул амулет обратно коту. – Нет уж, он слишком ценный. Оставь его себе. Иди сюда, я надену на тебя ошейник.

Но кот снова отпрянул.

Шум, доносившийся из спортивного зала, становился всё громче. Алекс и его одноклассники вот-вот должны были вырваться из раздевалки.

– Послушай, – сказал Сахли коту, – на сегодня я оставлю его себе. Ты согласен, мой чёрный друг с белой звёздочкой на лбу? Но я тебе его обязательно верну. Договорились?

Чёрный кот посмотрел на мальчика так, будто понял каждое его слово, после чего развернулся и убежал.

Сахли быстро сунул амулет в карман синих джинсов, которые Алекс дал ему утром. В эту же секунду распахнулись двери раздевалки, и одноклассники Алекса высыпали на улицу.

Сахли отправился вместе с ними к спортивной площадке. Светило солнце. На небе ни облачка. От расположенного неподалёку бассейна пахло хлорированной водой. Этот запах очаровывал и манил.

Наконец, господин Шиллер-Пфайффер появился на спортивной площадке, как всегда в дурном расположении духа, распрямил свои накачанные плечи, широко расставил ноги и привычно прорычал командным тоном:

– С добрым утром!

– С добрым утром, господин Шиллер-Пфайффер, – хором ответили ученики.

Однако учитель выглядел недовольным.

– Что это было? – рявкнул он в ответ. – Как будто сейчас у вас ещё меньше сил, чем перед каникулами. Как будто вы ещё более уставшие, чем…

Заметив Сахли, он запнулся и окинул его взглядом от джинсов и белой футболки до ботинок, которые тоже являлись собственностью Алекса.

– Так?! – сказал господин Шиллер-Пфайффер и широкими шагами подошёл к Сахли. – Тебя я здесь ещё ни разу не видел, – громко объявил учитель. – Кто ты такой и что тебе здесь нужно?

Алекс протиснулся между ними.

– Я вам всё объясню, господин Шиллер-Пфайффер. Это Сахли. Мой друг по переписке и…

– …и он приехал сюда издалека, – прервал его господин Шиллер-Пфайффер. – Я и сам вижу. Но что ему здесь нужно?

– Он приехал в гости.

– Ко мне на урок?

– Нет. Ну, то есть и это тоже. Я думал…

Господин Шиллер-Пфайффер покачал головой.

– Не надо думать, молодой человек. Думать надо на других уроках. Я хочу знать, кто он и что тут делает.

Алекс попытался снова объяснить:

– Я ведь только что собирался вам…

Но господин Шиллер-Пфайффер снова не дал ему договорить, просто отодвинув Алекса в сторону.

– Позволь мне самому разобраться. Я педагог – дипломированный педагог – и лучше других знаю, как общаться с учениками, не так ли? – Он подошёл к Сахли, выставил указательный палец и прижал его к груди мальчика.

– Ты прибыть издалека? – спросил он. – Я есть учитель. Ты меня понимать?

Сахли слегка растерялся.

Господин Шиллер-Пфайффер повторил свою приветственную фразу, продолжая прижимать указательный палец к груди Сахли:

– Я есть учитель, ты – ученик, здесь спортивный стадион. Понял?

Сахли мягко убрал от своей груди палец учителя и дружелюбно ответил:

– Я вас отлично понимаю. Но мне было бы проще, если бы вы изъяснялись полными предложениями, если вам не трудно.

Класс звонко расхохотался.

Лицо господина Шиллер-Пфайффера побагровело. От ярости или от стыда, сказать было трудно. Но хохот прекратился, когда учитель взревел:

– Думаете, это смешно, да? Тогда посмотрим, будете ли вы смеяться во время урока. Для начала пусть каждый сделает по двадцать отжиманий! Затем вы все пробежите километр по стадиону, а потом я буду ждать от каждого из вас пятьдесят приседаний. Ясно? У кого не получится – тому двойка в журнал. – Он с удовлетворением осмотрел своих учеников. Его лицо снова приобрёло нормальный оттенок. – Как странно! Почему больше никто не смеётся?

Затем он повернулся к Сахли.

– А ты, умник, послушай меня внимательно. Я буду говорить полными предложениями, как ты просил: у болтунов и всезнаек нет на моих уроках никаких шансов, усёк? Ты решил погостить в нашей школе? Кто заходит в гости на мои уроки, непременно принимает в них участие. Так что вперёд, гость школы: отжимания, бег на километр, приседания. Я ясно выражаюсь?

Алекс оттащил Сахли в сторону:

– Идём, я покажу, что такое отжимания, – сказал он и встал в нужную позу на руках и мысках. Сахли сделал то же самое.

– Вниз-вверх, вниз-вверх, – объяснил Алекс.

Сахли принялся повторять его движения, но едва господин Шиллер-Пфайффер отвернулся от них, чтобы понаблюдать за другими учениками, Алекс остановился. Он больше не мог удержаться на руках и ногах.

– Хи-хи… – прыснул он. – «Полными предложениями, пожалуйста», – повторил Алекс слова друга. – Это было гениально! Этот Шифер-шафер и понятие «учитель» так далеки друг от друга, как кончик моего носа от Марса!

Сахли понял, что Алекс имеет в виду:

– Такие люди и у нас встречались.

Господин Шиллер-Пфайффер снова обернулся и посмотрел на них:

– Разве я объявлял паузу? – прорычал он на весь стадион, и Алекс поспешно вернулся к отжиманиям.

– Поговорим потом, – предложил он Сахли.

– Согласен, – ответил тот, с таким трудом переводя дух, что Алекс встревожился.

– Всё в порядке, Сахли? – спросил он и повернул голову к своему другу. Только теперь он заметил, что Сахли раскраснелся, а по его лицу струится пот.

Алекс вскочил на ноги.

– Сахли! – воскликнул он, и в этот момент друг рухнул на пол к его ногам.

Господин Шиллер-Пфайффер заметил это и подбежал к мальчикам:

– Что это с ним? – взревел он. – Он что, пару раз отжаться не может? Глотка размером с римский гарнизон, а мышцы как у ленивца!

Алекс ощутил, как в нём просыпается ярость.

– У вас совсем нет сочувствия? – проревел он в ответ учителю, хотя знал, что лучше бы прикусить язык. Как он мог так разговаривать с Шифер-шафером? Но тревога за Сахли взяла верх. Вряд ли его друга вывела из строя жара. Сахли вырос в пустыне и привык к куда более высоким температурам. Но он просидел в шаре несколько столетий и в последнее время почти не двигался. Должно быть, внезапная физическая нагрузка на стадионе лишила его последних сил.

Господин Шиллер-Пфайффер опустился рядом с Сахли на колени и несколькими ловкими движениями уложил его на бок.

– Что стряслось? – прорычал он, и по нему было видно, что теперь и он очень волнуется. – Ещё минуту назад с этим парнем всё было в порядке!

Тем временем к ним подбежали и другие ученики. Они встали в круг и смотрели на Сахли и господина Шиллер-Пфайффера. Некоторые были искренне испуганы за новенького. Двое мальчишек мгновенно выхватили мобильники и принялись фотографировать происходящее и снимать видео. Заметив это, Алексу захотелось вскочить и отнять у одноклассников телефоны, но вдруг раздался звонкий голосок:

– Эй, а что это у вас происходит?

Все обернулись, в том числе и господин Шиллер-Пфайффер, меривший Сахли пульс.

Девочка, которая возникла за их спинами, наслаждалась всеобщим вниманием. Она мотнула головой так, чтобы её белокурые косички разлетелись в стороны, и сказала:

– Я как раз шла домой, потому что забыла часть домашнего задания. И тут заметила, что здесь что-то не так. Чем я могу помочь?

«Помочь!» – пронеслось у Алекса в голове. Как бы не так! Он знал эту девчонку. Её все знали. Анна – и помочь! Он бы с огромным удовольствием ответил ей прямо в лицо: «Ты ведь не помочь хочешь. А узнать, что здесь происходит, чтобы распустить по школе новые сплетни и слухи». Он знал, что Анна – гроза всей школы. Многие дети уже пали жертвами её коварных интриг. Анна успела оболгать и обмануть многих учеников. Она ловко настраивала их друг против друга и в конце всегда выходила сухой из воды – победительницей и лучшей ученицей. Более того: учителя о её проделках и не догадывались. У Анны были отличные оценки, и она была любимицей всего преподавательского состава школы. Потому что действовала так умело, что ни одному учителю и в голову не приходило её в чём-то заподозрить. Однако Алекс был одним из тех, против кого её чары были бессильны. Ни её танцующие косички, ни очаровательные веснушки не могли его обмануть.

Анна протиснулась сквозь толпу школьников и оказалась напротив Сахли.

– Ему нехорошо? – спросила она, наклонившись так низко, что её светлые косички коснулись его плеч. – Бедный мальчик!

Внутри Алекса клокотала ярость. Он посмотрел на стоящую на коленях Анну. Вдруг он замер. Её серёжки с камушками что-то ему напомнили. Эти красные камни, он их знал, такие же были у… Ай! У него никак не получалось сосредоточиться. Тревога за Сахли лишила его способности соображать.

– Господин Шифер… Э… Господин Шиллер-Пфайффер, вы уже можете что-то сказать?

Учитель физкультуры выглядел растерянным:

– Пульс замедляется. Дыхание выравнивается. Но если он сейчас же не откроет глаза, я вызову врача!

Анна повернула голову, и одна из её косичек случайно пощекотала нос Сахли. Тот поморщился и, наконец, открыл глаза. Яркий солнечный свет заставил его заморгать.

– Что… Что со мной? – оцепенело спросил он.

– Всё хорошо, Сахли, – успокоил его Алекс. – Не беспокойся.

– Алекс? Алекс, ты здесь? – спросил Сахли и снова заморгал.

– Конечно, я здесь. – Алекс хотел подойти к нему, но у него на пути сидела Анна.

Наконец, Сахли сумел что-то разглядеть.

– Алекс, с каких пор ты носишь косички? – спросил он, и весь класс расхохотался. Все, включая Алекса, который густо покраснел.

– Это не я, это…

– Это я, – мягко прошептала Анна самым милым голоском, на какой только была способна, и подвинулась так, что Алекс по-прежнему не мог подобраться к своему другу.

Теперь глаза Сахли привыкли и к свету, и к Анне, и он улыбнулся ей в ответ.

Алекс готов был лопнуть от злобы. Когда же эта глупая корова, наконец, свалит отсюда!

– У тебя возникла проблема с кровообращением, – объяснил он Сахли… – И ты…

– …попал в рай, – завершил предложение Сахли, не сводя глаз с Анны. Однако это было совсем не то, что собирался сказать Алекс.

– Что ты имеешь в виду?

Сахли улыбнулся Анне:

– Вокруг меня уже собрались ангелы.

Алекс скорчил гримасу, а Анна притворно рассмеялась.

– Ха! Кто же ты такой? Твои слова – самое прекрасное, что я слышала за последнее время.

– А ты – самое прекрасное, что я видел в последнее время, – ответил Сахли, и все его проблемы со здоровьем, казалось, отпали сами собой. – Он смотрел на Анну во все глаза. – Можно узнать твоё имя?

Анна снова рассмеялась.

– Ого! Ну, раз уж меня спрашивает об этом такой симпатичный юноша, то конечно, можно. Меня зовут Анна.

– Анна, – с наслаждением прошептал Сахли. – Какое прекрасное имя.

Алекс не переставал удивляться. Да что происходит с его другом!

– Да. Какое красивое имя! – передразнил он в ответ. – Встречается в нашей школе примерно триста раз. Может, попробуешь подняться на ноги?

Но Сахли продолжал пребывать в романтическом настроении.

– И все остальные триста Анн в твоей школе так же очаровательны, как эта?

– Хи-хи! – засмеялась Анна. – Я сейчас покраснею.

Господин Шиллер-Пфайффер отпустил руку Сахли.

– Его пульс снова участился, но на этот раз это не опасно для здоровья. – Он поднялся и по своему обыкновению зарычал на учеников. – Итак, на этом наше утреннее шоу подошло к концу. Разве у вас нет задания? Вперёд! Разделитесь. Отжимания! Раз-два-раз-два!

Школьники разошлись, бормоча и хихикая. Господин Шиллер-Пфайффер повернулся к Алексу.

– А ты, Алекс, останься, пожалуйста, рядом со своим другом и присматривай за ним, а то вдруг он… – Он запнулся, глядя на Анну, склонившуюся над улыбающимся Сахли, и добавил: – Хотя, возможно, мы с тобой здесь лишние. Кажется, Сахли уже нашёл того, кто за ним присмотрит.

Алекс едва не лопнул от злости, и лишь с огромным трудом ему удалось овладеть собой.

– Сахли, – процедил он сквозь зубы. – Да что с тобой? Таким я тебя никогда не видел! Идёшь ты со мной, наконец, или как?

Сахли по-прежнему не смотрел на него, не сводя глаз с Анны.

– Дай мне ещё немного полежать и полюбоваться на эту красоту, – пропел он медовым голосом.

Тут Алекс рассердился не на шутку. Или у его друга случился солнечный удар, или он потерял разум, или… Да что угодно!

– Ладно! Лежи здесь и любуйся на что хочешь. А я пошёл.

Сахли вздохнул:

– Отличный план!

В эту секунду терпение Алекса окончательно лопнуло:

– Отлично! Значит, так мы и сделаем!

– Так и сделаем! – ответил Сахли.

– Если тебе так угодно!

– Угодно!

– Если тебе не хочется идти со мной!

– Не хочется!

– Тогда оставайся здесь!

– Остаюсь!

– С Анной!

– О, Анна! – пролепетал Сахли ещё раз, и Алекс понял, что проиграл. Хотя принять это было очень тяжело. Ему придётся оставить Сахли. С Анной. Она ему никогда не нравилась, а теперь он и вовсе мечтал дать ей такого пинка, чтобы она полетела прямиком к себе домой. Алекс всё ещё колебался, но тут голос учителя физкультуры вырвал его из размышлений:

– Не забывай! Тебя ждут отжимания! – крикнул он, и Алекс поспешил к нему. От отчаяния он отжался сорок два раза – и за время, которое вполне сгодилось бы для олимпийского рекорда.

В плену

Было холодно. И темно.

– Где я?

Он дрожал и пытался подняться. Это было непросто. Ноги отказывались ему подчиняться. Ощущения в теле были такие, будто он не двигался целую вечность. Наконец он, дрожа, встал на ноги.

– Что со мной? – спросил он и заметил, что и его голос звучит так, будто он не разговаривал уже несколько десятков лет.

Он огляделся. Помещение, в котором он находился, было похоже на гигантскую яму в земле и пахло здесь соответствующе. Стены были земляными – влажными и липкими.

Было темно и жутко. Решётчатое окно в деревянной двери пропускало лишь тусклое сияние, мерцающий свет, как будто от свечи.

Эта дверь была единственным, что никак не вписывалось в земляную яму. Она выглядела как дверь тюремной камеры.

Он подошёл к ней и навалился на неё всем телом. Заперта!

– Эй?! – Его голос эхом вернулся обратно. – Эй, есть здесь кто-нибудь? – Он ударил в дверь. – Меня что, никто не слышит?

Мерцающий свет потускнел, когда перед дверью возникла чья-то голова. В окошечке камеры появилось злобное лицо стражника. Он окинул своего пленника мрачным и угрожающим взглядом. Но не проронил ни слова, лишь презрительно фыркнул. Однако этого звука было достаточно, чтобы понять, что охранник обо всём этом думает. Он хотел, чтобы его оставили в покое, и был готов ради этого на всё. Стражник ещё раз фыркнул, отошёл в сторону, и в помещение вернулся свет.

Охранник достиг желаемого результата: старик в камере содрогнулся от ужаса.

Однако решился предпринять ещё одну попытку:

– Кто бы вы ни были, послушайте: я лишь хотел задать вам пару вопросов, – сказал он и подумал: «Хотя этих вопросов у меня не пара, а не меньше сотни».

Однако стражник просто пнул дверь и засопел.

Старик отвернулся от двери. Он пытался развязать свои путы, но тщетно. Он встал на носочки, чтобы лучше рассмотреть, что находится за пределами земляной камеры. Но ничего не увидел. Наконец, он опустился на пол и затаился на влажной земле.

– Как я здесь оказался? – спросил он сам себя и попытался вспомнить, где находился до этого. Но ему ничего не приходило в голову. Точнее говоря, он совершенно ничего не мог вспомнить. Он опустил глаза и осмотрел себя. Его одежда ни о чём ему не напоминала. Как и необычные карманные часы, на золотой крышке которых были выгравированы буквы: А и Б. Интересно, что обозначали эти буквы? Его имя? Может быть, он был А.Б.? Что это могло быть за имя?

Тот факт, что он демонстрировал самые изысканные манеры и вёл себя вежливо даже с сопящим охранником, хотя и удивлял его, но был не способен пролить свет на его личность.

Поэтому он снова поднялся с грязной земли и подошёл к двери.

– Простите, пожалуйста, – вежливо начал он. – Даже если вы не хотите со мной разговаривать или вам это запрещено. Можете ответить мне только на один вопрос? Всего лишь на один? Скажите, пожалуйста, кто я такой?

Стражник перед дверью только продолжал сопеть. Он даже не потрудился заглянуть в дверь через решётчатое окно.

Старик разочарованно вздохнул. Как же ему получить ответы на свои вопросы?

Он в задумчивости шагнул назад, споткнулся о край железного ящика, лежащего на земле и, потеряв равновесие, упал на землю.

– Ай! – вскрикнул он.

Тут он вдруг спохватился.

– Ай? – задумчиво прошептал он. – Ай? – Кажется, в нём забрезжили какие-то воспоминания. – Ай? – Он снова достал часы и уставился на буквы А и Б.

– Ай… Ау… – пробормотал он и провёл пальцем по буквам. – А «Б» – это, может быть, Бау?.. А может, Ав… и Бау…

Вдруг воспоминание вспыхнуло, как молния.

– Аврелий Бауманн! – громко крикнул он. – Это я! Я вспомнил своё имя: Аврелий Бауманн!

Таинственное пламя

Алекс сидел за кухонным столом, в отчаянии уставившись на чашку с чаем в своих руках. В его голове царил хаос. Он размышлял над тем, что, вероятно, у всех мальчиков его возраста имеются такие проблемы и что со временем их будет становиться всё больше. У него было ощущение, что его жизнь выскальзывает у него из рук. Но важнее всего для него было разгадать загадку, связанную с его дедушкой, и, наконец, его освободить. Но до этого всё никак не доходили руки. Потому что ему нужно было скрывать от посторонних глаз волшебную кошку, говорящую мышь и настоящего арабского духа. А последний теперь ещё и изнемогал от любви. Алекс глубоко вздохнул.

В это мгновение дверь резко распахнулась.

– Привет, сводный братик, – услышал он. – А где Сахли?

И сразу после этого послышалось эхо:

– И правда, где Сахли? Вы же целыми днями вместе!

– Привет, Салли. Привет, Лив. Привет, проблемы, – пробурчал Алекс, и девочки озабоченно присели к нему за стол.

– Проблемы? – спросила одна.

– Что случилось? – спросила другая, после чего обе произнесли хором: – А что с Сахли?

Алекс закатил глаза.

– У него дела. Где-то в другом месте. Он гуляет. С кем-то другим.

Салли закатила глаза.

– Ну давай, выкладывай всё как есть. Что стряслось?

Алекс посмотрел на девочек. Возможно, они были как раз теми людьми, с которыми можно было это обсудить. Как-никак, речь шла о чувствах. В этом девчонки наверняка разбирались лучше его.

– Н-да, что я могу сказать? Наш Сахли влюбился. И поэтому он…

Все дальнейшие его слова потонули в восторженных криках близняшек:

– Что?

– Влюбился?

– Как мило!

– Всего один день в школе – и он уже заглядывается на девочек!

– Никогда бы не подумала, что он такой!

– Сахли влюбился!

– Как мило!

– И романтично!

– И мило!

Алекс дал им поликовать, а затем добавил:

– В Анну!

Тишина!

Как будто кто-то нажал на выключатель. Обе девочки застыли и уставились на Алекса, раскрыв рты.

Салли подтолкнула Лив:

– Ого! Мне на мгновение показалось, что он сказал «Анна».

Лив подтолкнула Салли:

– Мне тоже так послышалось.

Салли стала подыскивать правильные слова:

– К счастью, в нашей школе много, очень много Анн!

Лив кивнула:

– Очень, очень много. К счастью.

Затем они обернулись к Алексу и произнесли на одном дыхании:

– Это ведь не та самая Анна, правда?

Алекс поспешил подтвердить их опасения:

– Да нет. Именно та самая Анна!

Близняшки не могли в это поверить. Они снова сели и принялись бомбардировать Алекса вопросами:

– Анна из 8 «Б»?

– Высокая, белокурая, противная?

– Больше веснушек на лице, чем извилин в черепушке?

– Анна, которая всё время врёт?

– Анна, которая над всеми издевается?

– Анна, которая всегда лицемерит?

– Короче говоря – эта Анна?

Обе были неслабо шокированы, это Алекс отлично видел.

– Это произошло сегодня утром. На уроке физкультуры. Сахли перетрудился во время выполнения одного из упражнений, упал и потерял сознание, а когда пришёл в себя – влюбился.

– Значит, он в себя так и не пришёл, – поспешно возразила Лив. – А его мозг получил серьёзные повреждения!

Салли озадаченно покачала головой.

– О господи! Ну почему именно Анна?!

Алексу немного полегчало. Это было правильное решение – поведать обо всём близняшкам. Потому что они не только ненавидели Анну так же, как и он. Нет, их тревога за Сахли была такой же сильной, как и его.

– Она станет его использовать, – сказала Салли.

– Или ещё чего похуже, – задумчиво произнесла Лив.

– Она его испортит!

– Или ещё чего похуже!

– Она самая противная девчонка в школе!

– И даже хуже!

Алекс включился в разговор:

– Но что мы можем сделать?

– Мы должны рассказать ему, какая эта Анна лгунья, – ответила Лив.

Но Салли вдруг возразила:

– А вы не думаете, что он и сам это быстро заметит? Он ведь умный и не даст так легко обвести себя вокруг пальца!

Алекс засомневался:

– Ты не видела, как он на неё смотрел – будто ему отключили голову.

– Значит, мы должны её снова включить, – отрезала Лив.

Но Салли оставалась при своём мнении:

– Может быть, мы чересчур сильно беспокоимся. Давайте подождём, пока…

Кухонная дверь открылась, впуская Сахли.

– Приветствую вас! – радостно пропел он.

– Наконец-то, – простонал Алекс. – Наконец-то ты пришёл.

– О, простите, но я ненадолго, – ответил Сахли. – Анна ждёт меня на улице. Мы собираемся в… в… – Он задумался. – Как это называется? Я слово забыл. На шейпинг или типа того.

Лив догадалась:

– Вы собираетесь на шопинг!

Сахли рассмеялся:

– Точно. Шопинг – именно это слово и произнесла Анна. Звучит так, как будто это какое-то безумно интересное место. Вы там уже бывали?

Алекс закатил глаза.

– Никакое это не место. Это занятие такое. Означает делать покупки. И для шопинга нужны деньги.

Сахли снова рассмеялся.

– Как хорошо, что ты об этом заговорил. Деньги. У тебя в доме они есть?

– Ага! – Салли вскочила со стула. – Анна что, попросила тебя взять деньги?

– Да, иначе будет неинтересно, – ответил Сахли.

– Анна так сказала?

– Так точно!

Прежде чем Алекс успел что-либо сказать, девочки подошли к Сахли. И обратились к нему самым решительным тоном:

– Сахли, эта девочка тобой пользуется. Ей нужно, чтобы ты оплачивал её покупки и носил её сумки. Ты её ни капли не интересуешь. Ты её совсем не знаешь.

Сахли их не слушал и вновь повернулся к Алексу:

– Так ты дашь мне деньги, или мне их наколдовать?

Алекс испугался:

– Даже не вздумай! Деньги нельзя наколдовывать. Ты ведь даже не в курсе, что это такое. Если ты применишь свою магию, то превратишь наш дом в гигантский банкомат. Нет, уж лучше я поддамся тебе.

Он открыл один из выдвижных кухонных ящиков, отсчитал двадцать евро из денег на хозяйственные расходы и протянул банкноты Сахли.

Тот посмотрел на них с сомнением:

– Это и есть деньги? На вид очень скучные. И что, с ними должно быть весело?

Он повернулся к близняшкам, надеясь получить от них развёрнутый ответ, но девочки лишь смотрели на него, совершенно потрясённые. Сахли пожал плечами:

– Ну, тогда желаю вам приятного вечера, – произнёс он нарочито радостным тоном и повернулся к двери.

Алекс предпринял последнюю попытку:

– Сахли! – крикнул он. – Ты же не можешь вот так просто… Что будет с дедушкой? Мы должны его освободить. А что с Аргусом? Я… Сахли, ты мне нужен!

– Да, Алекс. В любое время. Всегда. Ты же знаешь. Но только не сейчас! – Пританцовывая, он вышел за дверь. Близняшки и Алекс проводили его взглядом. Они стояли на пороге, не веря своим глазам, и смотрели, как Сахли подошёл к поджидавшей его на улице Анне. Он взял её за руку, и они пошли вниз по улице.

Алекс в ярости хлопнул дверью. Наконец и близняшки вышли из оцепенения.

– Вот лживая скотина! – в негодовании воскликнула одна.

– Лицемерная змея! – в сердцах подхватила другая.

– Ну уж я ей покажу…

– Нет, это я ей покажу!

Алекс печально пожал плечами.

– Она победила. Не нужно было приводить Сахли в школу. Я так и думал, что добром это не кончится. Но чтобы такое… Такого я и представить себе не мог!

Вдруг Салли встрепенулась:

– Скажите вы, все четверо: мы так и будем здесь тупо стоять и позволим этой козе разгуливать с нашим Сахли, или всё-таки лучше…

В этот момент дверь снова отворилась, и в комнату гордой походкой вошла Кадабра. На её спине восседала Бим. Алексу показалось, что кончики мышкиных ушей дымились. Как будто слегка подпалились. Но он решил об этом не спрашивать.

– Здравствуйте, все! – поприветствовала детей Кадабра. – Где Сахли?

Алекс раздражённо застонал. Да сколько же можно!

Кадабра перешла к делу:

– У меня было видение, – объявила она, и теперь все присутствующие обратили на неё внимание.

– Правда? Что за видение? Что ты видела? – нетерпеливо спросил Алекс, но Кадабра отмахнулась:

– Я и сама этого никогда не знаю. Но Бим всё запомнила.

– Точно! – воскликнула мышка, не слезая со спины кошки. – Поэтому мы – такая чудесная команда! Кадабра увидела ссору. И что вы наткнётесь на задиру. Там ещё была девочка-лгунья. И потом Сахли. Всё время один Сахли.

Алекс разочарованно отмахнулся.

– Спасибо вам обеим. Это видение уже сбылось. Послушайте…

Он как раз собрался всё рассказать, как вдруг дверь в очередной раз открылась, и в кухню вошёл незнакомый кот – весь иссиня-чёрный, за исключением белого похожего на звезду пятнышка на лбу.

– Ох, чуть не забыла, – промяукала Кадабра. – Позвольте представить. Кот.

Близняшки обрадовались. Они опустились на корточки и принялись гладить животное.

– О, какой он милый! Как его зовут?

Кадабра скорчила такую гримасу, как будто видела девочек впервые.

– Откуда мне знать? – спросила она. – Думаете, этот кот тоже умеет разговаривать? Насколько мне известно, я – единственная говорящая кошка на свете!

– Да, и это делает тебя особенной-преособенной, – пропищала сидящая на её спине мышка.

Кадабра подняла голову, горделиво оглядела всех присутствующих и как раз собиралась ответить, как незнакомый кот выступил вперёд.

– Меня зовут Млабрабаст, – произнёс он таким тоном, будто это самое что ни на есть обыкновенное дело.

Но для всех собравшихся вокруг всё было как раз наоборот! Пять пар глаз в шоке уставились на него.

– Млабрабаст семнадцать тысяч пятьсот двенадцатый, – уточнил кот и сел, готовясь перейти к самому важному: – У вас есть какая-нибудь еда?

Никто не мог оправиться от оцепенения, так что Млабрабаста охватили сомнения.

– Я что-то не то сказал? – спросил он у детей.

– Ты что-то сказал, – ответила Лив.

Млабрабаст посмотрел на Кадабру.

– Но ведь она тоже разговаривает.

Кадабра едва не зашипела:

– Но это совсем другое! Я – волшебная кошка.

– Да ещё какая! – добавила Бим.

Но Млабрабаста это, казалось, не впечатлило.

– И что? Теперь это считается чем-то особенным? Я – его Высочество египетский кот. Прямой потомок богини-кошки Бастет.

– Ого! – воскликнула Бим.

– Правда? – удивился Алекс.

– Вот это да! – ахнули Лив и Салли.

Только Кадабра обиженно отвернулась.

– Фуф! Разве не все мы её потомки? Так или иначе? – прошипела она и выбежала из кухни.

– Не так быстро! – воскликнула Бим, крепко вцепившись в её шерсть.

Млабрабаст ещё раз оглядел всех по очереди.

– Так можно у вас что-нибудь поесть или нет?

Лив вскочила на ноги:

– Конечно! Прости, пожалуйста!

Салли сказала:

– Алекс, может быть, для начала спрячем этого кота? Если твоя мама сейчас вернётся домой, у нас будут неприятности. Она и Кадабру-то не слишком хотела пускать в дом.

Теперь подскочил и Алекс:

– Да, разумеется! Об этом я и не подумал. Идём, Млабрабаст, я покажу тебе свою комнату, и ты сможешь в ней уютно расположиться. Лив принесёт тебе еды наверх.

Кот обрадовался.

– Вы все такие добрые. И нравитесь мне гораздо больше, чем мой прежний хозяин, у которого я жил совсем недавно. Он только и делал, что ругался и ворчал, намешивал себе травяной чай и играл с красными камнями! – Он бежал вслед за Алексом вверх по лестнице. Тот придержал для него дверь, и кот заскочил в комнату.

– Вот, смотри, – дружелюбно произнёс Алекс. – Это моя комната. Здесь я… Ой! Что это?

Вся комната вдруг заходила ходуном, словно во время землетрясения. Книги и коллекция статуэток Алекса попадали с полок, мусорное ведро и стул возле письменного стола перевернулись, а карниз для штор рухнул на пол. Но хуже всего пришлось платяному шкафу. Он дрожал. Его двери то открывались, то закрывались, а из глубины стал просачиваться яркий свет.

– Что… Что это такое? – спросил Алекс и посмотрел на Млабрабаста.

Но кот был озадачен не меньше его.

– Понятия не имею. Такого я тоже ещё ни разу не видел.

Тут в комнату ввалились близнецы.

– Что здесь… Ого! – Они переглянулись и уставились на трясущийся платяной шкаф. – Что с ним такое?

Алекс подошёл к шкафу.

– Не знаю… Я…

Млабрабаст тоже сделал шаг в сторону шкафа, и тот затрясся ещё сильнее. Алекс догадался:

– Заберите кота, – попросил он сводных сестёр. – И неважно, что скажет на это моя мама.

Девочки кивнули, подхватили Млабрабаста и побежали с ним вниз по лестнице. Тряска сразу прекратилась, и всё успокоилось. Даже платяной шкаф. Свет, вырывавшийся из него, погас.

У Алекса родилось одно подозрение. Он подбежал к шкафу, упал на колени, схватил в охапку зимние вещи, сложенные на дне шкафа, и отбросил их в сторону. Перед ним лежал волшебный шар Сахли: Алекс всегда хранил его в этом месте. Всё было так, как он и предполагал: свет исходил из шара и сейчас словно впитывался в него обратно. Но было ещё кое-что: под шаром лежала записная книжка дедушки Алекса. Туда он записывал все случаи волшебства, которые ему доводилось наблюдать, а также описывал магические предметы, встречавшиеся ему, профессору магии, на пути. Но сейчас Алекс с трудом узнавал этот блокнот. Он светился. Он протянул к нему руку и коснулся обложки кончиками пальцев. Она была горячей.

– Странно, – прошептал Алекс. Он осторожно взял книжицу в руки, пытаясь не обращать внимания на исходящий от неё жар. – Что происходит?

Он раскрыл её, пробежал глазами первые страницы, на которых дедушка рассказывал про Сахли, затем пролистал дальше до зарисовок скорпиона. То есть до тех страниц, на которых дедушка записал всё, что знал о шаманах и колдовских приёмах каменного века. Наконец, Алекс перевернул ещё одну страницу. И на него тут же намахнуло тонким дымком. Точно такой же, какой шёл от ушек Бим несколько минут назад. Как будто кто-то положил на страницу спичку.

В голове Алекса возникла догадка. Он встал и пошёл с книжкой на кухню. Там его поджидали Салли и Лив вместе с Млабрабастом.

И правда: стоило Алексу войти в кухню, как весь дом снова задрожал. В шкафах задребезжала посуда, а в выдвижных ящиках забренчали столовые приборы.

Алекс не обращал на это внимания. Он положил книгу на стол и открыл дымящуюся страницу.

– Млабрабаст, не мог бы ты подойти чуть ближе? – спросил он.

Кот колебался.

– Пожалуйста! – попросил Алекс, и кот, наконец, сдвинулся с места. Он стал осторожно приближаться к книжке, и с каждым его шагом дым от страниц становился всё плотнее. Когда Млабрабаст оказался прямо перед книгой, появилось даже небольшое пламя.

Лив и Салли вскрикнули. Лив схватила бутылку воды, чтобы потушить этот мини-пожар, но Салли её остановила.

– Подожди! – воскликнула она, и все застыли, глядя на огонь. Он разгорался, но странички при этом не портились. Языки пламени распространились по страницам и заплясали, словно кто-то устроил внутри книги вечеринку с фейерверками и факелами. Лив держала наготове бутылку с водой, но она не понадобилась. Потому что все языки пламени вдруг разом потухли. Струйки дыма поднялись вверх и бесследно растворились в воздухе. Даже запаха не осталось, как будто волшебства не было и в помине. Однако теперь страницы в записной книжке, которые раньше казались чистыми, были заполнены текстом. Алекс сразу узнал почерк дедушки. Среди строк виднелся какой-то набросок. Он походил на рисунок, которые Алекс встречал в подаренных дедушкой научных книгах о Египте. Что-то похожее на кулон или на вытянутую монету. В контур была вписана сидячая фигура в типичном египетском стиле.

– Египетское заклятие! – прошептал Алекс и посмотрел на Млабрабаста. – Его запустило твоё присутствие.

Млабрабаст кивнул, не отводя взгляд от исписанных страниц.

– Да, – сказал он и кивнул ещё раз. – Только я не понимаю ни слова.

– Эта книга наполнена секретами и магией, – объяснил Алекс. – Мой дедушка записывал в неё всё таинственное и волшебное, а затем каким-то образом защитил её разными волшебными формулами.

– Значит, твой дедушка умел колдовать? – осведомился кот, и Алекс пожал плечами.

– Поверь, всего пару месяцев назад я бы уверенно ответил «нет!». Но теперь я и сам не знаю, что…

Салли начала терять терпение.

– Откуда взялся огонь? – спросила она.

Алекс указал на книгу:

– Записи о заклинаниях каменного века мы обнаружили, когда посыпали на эти страницы песком из того времени. Помнишь?

Салли отмахнулась.

– Да, конечно, помню. Зрелище было такое же жуткое, как и то, что мы видели сейчас.

– Точно! – ответил Алекс. – Поэтому и сегодня это сработало точно так же. Млабрабаст явился к нам прямо из Египта. Его присутствие запустило заклинание, хранящееся на этих особенных страницах. Вероятно, дедушка записал здесь тайну древнего египтянина.

Лив отставила бутылку с водой в сторону.

– Да. Ясно. А теперь хватит болтать! Что именно написал Аврелий?

Алекс опустил взгляд, положил книгу ровно перед собой и начал читать:

Предмет исследования:

ВЕРХОВНЫЙ ЖРЕЦ, ЕГИПЕТ.

После фараона и его супруги титул верховного жреца в египетской культуре является самым высоким. Он обладает огромной властью. Египетским верховным жрецам приписывают магические способности.

ЕГИПЕТСКАЯ МАГИЯ (ХЕКА).

До сих пор считалось, что египтяне исходили из того, что магия живёт как внутри богов, так и в людях. Доподлинно известно, что магию связывали с травами, кольцами и амулетами. То есть заклинание может быть перенесено на предмет, который затем, в свою очередь, может околдовать другого человека.

Протокол моей научной экспедиции

Февраль, Египет, пирамида Джосера

Каждый учёный мечтает получить возможность хоть раз спокойно исследовать пирамиду изнутри. Запросы по этому поводу я отправлял в министерство в Египте бесчисленное число раз, и каждый из них был отклонён. Тем больше я удивился, когда вдруг получил письмо от генерального секретаря Египетского Управления Древностями.

Меня просили – нет, меня настоятельно призывали – приехать в Египет и предоставить профессиональную помощь в связи с сенсационной находкой в пирамиде. Разумеется, я тут же всё бросил и немедленно отправился в Египет. Там меня встретила целая группа министров, профессоров, археологов и других людей, профессии которых я даже не могу назвать. Мне даже не дали заехать в отель, а сразу усадили в джип и повезли к пирамиде. Мы покинули город и мчали по пустыне до тех пор, пока перед нами не замаячила верхушка пирамиды. Конечно, я её сразу узнал. Это была самая древняя – то есть самая первая – ступенчатая пирамида из всех возведённых в Египте. Её возраст составлял более четырёх с половиной тысяч лет, но она до сих пор отлично сохранилась и производила колоссальное впечатление: пирамида фараона Джосера.

Моё сердце бешено затрепетало в груди. Значит, мне разрешалось исследовать пирамиду? Значит, здесь требуется мой профессиональный совет? У меня была сотня вопросов, и они были готовы сорваться с языка, но я взял себя в руки и стал ждать. Сначала мне хотелось услышать, с какими вопросами ко мне обратятся. Я вошёл в пирамиду вслед за людьми, которые меня встретили, и оказался внутри на нижних этажах. В лабиринте под пирамидой. Впечатляющее, даже ошеломляющее зрелище. На то, чтобы изучить одни только эти ступени и проходы, расходившиеся во всех направлениях, ушло бы несколько лет. Я с тяжёлым сердцем шёл мимо невероятно интересных иероглифов и хорошо сохранившихся изразцов, которые то и дело встречались на стенах.

Мы спускались всё глубже, будто к самому центру Земли, пока не остановились перед тёмным тоннелем. Тоннелем, который был таким узким, что по нему можно было пробраться только ползком. Так и сделали некоторые из моих сопровождающих, в то время как я лишь смотрел им вслед. Этот лабиринт скрывал в себе столько любопытного, а они привели меня в такое ужасное место? Но моё разочарование мгновенно развеялось, когда я сам забрался в тоннель: через него мы попали в какое-то невзрачное маленькое помещение. Однако его стены были покрыты любопытнейшими орнаментами и письменными знаками. Под потолком простирались искусно отделанные арки, а под ними виднелись иероглифы и… Тут я оцепенел. На стенах были цифры. И не только: я разглядел буквы нашего алфавита и изображения драконов, которые можно было отнести скорее к китайской культуре. Рядом красовались наброски кустов и растений, которые произрастали не в Египте и даже изображены были в отличном от египетского стиле.

– Вот видите! Поэтому мы вас сюда и вызвали, – сказал мне один из министров. А заметив моё изумление, добавил: – Для нас это полнейшая бессмыслица, – признался он. – Мы надеемся, что вы нам поможете.

Помню, в тот момент я только молча кивнул, потому что умный ответ так и не пришёл мне в голову. Я пока не мог и не хотел ничего обещать, поскольку не знал, сумею ли разобраться в этой мешанине древних символов и букв.

Меня оставили в комнате одного. На несколько дней. Несколько недель. Да что уж там – эту тесную комнатушку я исследовал несколько месяцев.

Каждое утро, ещё до восхода солнца, я спускался по ступеням вниз в лабиринт, даже не глядя на иероглифы и изразцы, столь восхитившие меня вначале. Слишком велико было моё любопытство, вызванное находками в том помещении.

Ночью, гораздо позже захода солнца, я вылезал из пирамиды. Уставший и измождённый. И чаще всего в моей голове было больше вопросов, чем утром того же дня.

И сегодня, много лет спустя, я убеждён, что раскрыл лишь малую часть тайн, заключённых в том помещении.

Остаётся сказать лишь одно: в той крошечной комнате я наткнулся на что-то необъятное и гигантское. Настолько великое и мощное, что я могу передать это лишь в зашифрованном виде. И подумать страшно, что произойдёт, если этот блокнот попадёт не в те руки. Только я пока не знаю…

Ссора

В дверь позвонили.

Алекс прекратил читать и поднял глаза. Лив и Салли смотрели на него, раскрыв рты от напряжения.

– Читай дальше! – взмолилась Лив.

– Да! – попросила Салли. – Читай! Читай! Читай!

В этот момент в дверь снова позвонили.

– Просто не обращайте внимания! – приказала Лив.

Алекс кивнул. Ему точно так же не терпелось узнать, чем заканчивается рассказ дедушки, но тут кто-то забарабанил в дверь кулаками. Вскоре раздался голос Сахли:

– Алекс! Алекс, ты дома?

Теперь Алекс всё-таки отложил книжку в сторону и радостно подскочил.

– Наконец-то! Он вернулся! Вот он удивится, когда узнает, что мы здесь обнаружили!

– Да, – нетерпеливо подхватила Салли. – Приведи его сюда. Но потом ты продолжишь читать!

– Ясное дело! – Алекс вскочил и так быстро помчался по лестнице вниз, что едва не врезался во входную дверь. Он резко её отворил.

– Сахли! Ну наконец! Ты даже не представляешь, что здесь происходит!

Его друг явно куда-то торопился.

– А, здорово. Значит, вы тоже веселитесь, – ответил он и сразу перешёл к делу: – У тебя ещё остались эти деньги?

Алекс смотрел на него, всё ещё в шоке от всего, что произошло перед этим, и в растерянности от того, что происходило сейчас.

– Деньги? Ох, да брось, Сахли. Послушай, случилось нечто невероятное. Мы…

– У вас тоже? – прервал его Сахли. – И у нас. Представь: Анна нашла туфли, которые идеально подходят к её любимому платью. Туфли, которые она ищет уже целую вечность. Она говорит, что я приношу ей удачу, и…

– Деньги, – пробурчал Алекс. – Прежде всего ты приносишь ей деньги, Сахли. Она тебя использует. Она…

Сахли рассмеялся, и Алекс потерял терпение. Он посмотрел мимо него на улицу, где поджидала его Анна, затем подошёл к Сахли и тихо произнёс:

– Только представь: мы расшифровали следующие страницы в дедушкиной книге. Мы вот-вот узнаем что-то колоссальное, что-то…

Сахли отмахнулся:

– Да, всё это ты расскажешь мне потом. А теперь дай мне немного денег, пожалуйста.

Алекс сжал кулаки.

– Да что с тобой происходит? – прорычал он, хотя и не собирался грубить. – Неужели я стал тебе совершенно безразличен? Неужели тебя не интересует всё, что связано с волшебным шаром? Теперь тебя волнует только Анна?

Сахли прошипел в ответ:

– Что тебе от меня нужно? Ты не рад, что у меня появилась подруга? Считаешь, что я твоя собственность? Неужели ты уже сейчас мыслишь, как Аргус?

У Алекса перехватило дух. Он был жутко раздосадован.

– Что? Ты сравниваешь меня с Аргусом? Но я… Но ты… Но мы!..

Сахли не отступал:

– Золотой шар принадлежит тебе, это правда. Но я тебе не принадлежу. Или ты уже рассуждаешь, как Аргус? И я должен принадлежать тебе одному? Ты тоже собираешься меня запереть? Только не в золотом шаре, а в этом доме?

Алексу было неловко, но он ничего не мог с собой поделать: у него по щекам полились слёзы.

– Сахли! – попытался он ещё раз мягким голосом, но затем ярость взяла в нём верх. – После всего, что мы вместе пережили – ты меня вон в чём упрекаешь! Да как ты можешь сравнивать меня с Аргусом? Мы – друзья. Вы – враги. Я тебе помогал… Я всегда был рядом…

У Сахли на лице не дёрнулся ни один мускул.

– И за это я тебе благодарен. Но Анна тоже рядом. И она меня ждёт. Я не хочу заставлять её ждать ещё дольше. И…

Тут Алекс взревел:

– И что? А? А меня ты из своей жизни вычеркнул? Ну и пожалуйста! Уходи! Иди к ней! А я останусь стоять здесь!

Сахли на секунду замешкался. Алексу показалось, что он разглядел в его глазах сомнение. Но затем Сахли резко развернулся и ушёл.

Алекс с грохотом захлопнул за ним дверь. Из его глаз хлынули потоки слёз. Он прижался головой к двери и всхлипнул:

– Сахли! Никогда бы не подумал, что до такого дойдёт!

* * *

Лицо Алекса, перекошенное гримасой отчаяния и боли, отражалось в золотой чаше, как в зеркале. Эхо его крика вырвалось из чаши:

– Сахли! Никогда бы не подумал, что до такого дойдёт!

Как будто вместо ответа послышался противный смех, похожий на карканье воронья. Стены вернули его в виде эха, повторив сто раз.

Аргус откинул голову назад. Всё шло по плану! Даже лучше, чем он мог пожелать. Он был готов расцеловать сам себя – в такой восторг приводила его собственная гениальность. Заклятие раздора верховного жреца сработало. Какая чудесная магия!

Аргус стоял перед своей золотой чашей и, смеясь, наблюдал за Алексом и Сахли.

Он посмеялся бы ещё, но пришла пора ему лично вмешаться в процесс.

Он подошёл к своей плите и поставил на огонь кастрюлю. Ему нужен был травяной чай, помогавший от приступов дурноты во время путешествий во времени.

Аргус почесал живот. Он с нетерпением ждал, когда снова окажется в эпохе Алекса. Сейчас силы Сахли и Алекса ослабли. Друзья поссорились. А значит, самое время взять их в плен.

Аргус торжествовал. Он заварил себе чай и в правильном порядке разложил драгоценные камни вокруг золотой чаши, чтобы наполнить её как можно большей силой.

Магический круг

– Невероятно! – Салли положила ладонь на плечо Алекса, чтобы его успокоить. – Сахли больше не узнать.

Лив даже пнула входную дверь:

– Эта тупая, подлая стерва. Вот я бы её…

Алекс поспешно стёр с лица слёзы: ему было стыдно плакать в присутствии девочек. Громко пыхтя, он повернулся к ним:

– Сахли лучше знает, что ему нужно, – сказал он. – А мы давайте выясним, что ещё дедушка записал в своём блокноте. Осталась всего пара страниц.

Близняшки поспешили с ним в его комнату, где Алекс схватил книжку и стал читать дальше:

Это крошечное помещение глубоко под пирамидой содержит в себе больше магии, чем я встречал во время всех своих научных экспедиций, вместе взятых. Вскоре я догадался, что разные символы, тексты и изображения относятся к разным временным пластам. Причиной для этого послужили две находки. Во-первых, в этой комнате я обнаружил множество красных драгоценных камней, аккуратно выложенных на столике с арабским орнаментом и как будто для чего-то приготовленных. Во-вторых, я заметил камни, размещённые на полу в форме созвездий. Рядом с ними лежали мёртвые скорпионы и ящерицы.

На основании всего моего опыта и воспоминаний я пришёл к одному-единственному выводу. К одному вердикту, который и сегодня заставляет меня удивляться, но в котором, однако, я ничуть не сомневаюсь: я полагаю – и моя рука дрожит, когда я это пишу, – я полагаю, что это маленькое помещение служило местом встречи магов из разных временных эпох. Каждый из них оставлял здесь знаковые для себя амулеты, которые активируют их способности. А это приводит нас к выводу, что должна существовать группа в высшей степени одарённых волшебников, которые обладают столь мощной колдовской силой, что могут путешествовать во времени. Видимо, они друг с другом знакомы и регулярно встречаются. Кажется, они обмениваются знаниями и опытом и взаимно оценивают друг друга. Как в каком-нибудь сообществе, группе или кругу. Эта мысль меня пугает. До настоящего времени мне не довелось встретить ни одного дружелюбного волшебника. Вдруг существует группа эгоистичных, а возможно, и жадных до власти магов, поддерживающих друг друга?

Поскольку я находился под пирамидой и поскольку я отлично разбираюсь в иероглифах, я решил поначалу разузнать всё о египетском маге, который, вероятнее всего, тоже относился к этой группе. Только так можно было объяснить наличие этого места встречи под пирамидой. Я принялся расшифровывать иероглифы на стенах и узнал, что этот человек занимал очень высокую должность. Он был одним из верховных жрецов фараона и звали его Нетфен-Ара-Ок.

На одном столе я нашёл множество амулетов и колец. Так во мне возникло подозрение, что это отличительная особенность верховного жреца: колдовство через украшения.

Свою магическую силу он использовал для того, чтобы делать людей покорными. При этом они теряли способность мыслить самостоятельно, а их поведение кардинально менялось.

Если меня не подводят мои навыки переводчика, то для того, чтобы освободить такого несчастного от заклятия, достаточно отнять у него украшение.

Алекс оторвал взгляд от блокнота.

– Невероятно. Именно это и произошло с Сахли, – сказал он и ещё раз прочитал нужные строки: – «…они теряли способность мыслить самостоятельно, а их поведение кардинально менялось».

Салли с трудом решилась произнести:

– Вы думаете, что Сахли находится под воздействием этого египетского заклинания?

– Ну да, – подхватила Лив, – это ведь наверняка не случайность, что нам только что нанёс визит египетский кот, не так ли?

Алекс задумчиво посмотрел на неё.

– Всё сходится, – мрачно произнёс он. – Но разве мы видели у Сахли какое-нибудь украшение?

Лив озадаченно покачала головой:

– Нет, украшения я не видела. Но рассказ твоего дедушки о магическом круге не даёт мне покоя.

Салли посмотрела на неё:

– Круг – это несколько магов, колдующих вместе.

– Точно, – ответила Лив. – Возможно, по меньшей мере одного из них мы знаем.

– Аргус! – воскликнул Алекс.

– И шаман из каменного века, которому мы обязаны заклятием скорпиона, – добавила Салли, а Лив добавила:

– А теперь ещё и египетский верховный жрец.

– Интересно, сколько всего магов входит в этот круг? – задумался Алекс. Ему вдруг стало ясно, что все они подвергаются гораздо большей опасности, чем полагали до сих пор. Но прежде чем одна из близняшек успела ответить, он сказал: – Давайте потом об этом подумаем. Для начала нужно освободить Сахли от этого заклятия!

Кто-то шипит за дверью

Аврелий метался в своей земляной тюрьме. Он напряжённо размышлял и пытался вспомнить, но вот странно: его память была пуста. Ни кто он такой, ни откуда он, ни как он здесь оказался. Он не мог вспомнить ничего.

Лишь одно он знал наверняка – то, что его дом не здесь. Слишком уж нарядной была его одежда. Такой костюм носили только чиновники или министры. Может, он – министр? Он попробовал представить, как сидит за письменным столом, а рядом с ним – стопка папок с бумагами. Нет, это как-то ему не подходило. Забавно: размышлять и концентрироваться было нетрудно. Но это ему не помогало. Он никак не мог найти ответы на свои вопросы.

Вдруг ход его мыслей прервало шипение. У него мурашки побежали по коже – таким жутким показался ему этот звук в этом отвратительном месте. Аврелий поспешил к деревянной двери и выглянул в зарешеченное окошко. За широким плечом стражника виднелся небольшой отрезок коридора с такими же земляными стенами, как и в камере. Там, снаружи, всё выглядело точно так же, как здесь внутри.

Затем на стену легла тень, и снова кто-то зашипел. И когда вдруг показался огромный коготь, Аврелий снова содрогнулся от ужаса. Стражник перед дверью нёс караул не в одиночку. С ним был какой-то зверь. Нет, должно быть, это было чудовище.

Показалась одна лапа целиком, затем часть спины, покрытой зелёной чешуёй и острыми шипами.

Аврелий понял: неважно, кто он и как здесь очутился, – ему хочется отсюда выбраться! Подавленный учёный опустился на сырой пол. Он попытался ещё раз воскресить в голове воспоминания, но ничего не вышло. Почти. Перед его внутренним взором снова и снова возникала одна картинка. Аврелий не сомневался: это было воспоминание.

Он то и дело видел копну белокурых волос. Больше ничего. Только белокурые волосы. Скорее всего, они принадлежат какому-то мальчику, подумал Аврелий. И с этого мгновения к первому воспоминанию присоединилось и другое: каждый раз, видя эту белокурую голову, он слышал смех. Искренний, добрый, заразительный мальчишеский смех. Аврелий не мог вспомнить, кому принадлежит этот смех. Пока не мог. Но от него ему становилось хорошо. Впервые за долгое время Аврелий и сам тихонько рассмеялся. Этот смех и картинка с белокурыми прядями на время прогнали его печаль. Они заставили его забыть о том, что он заперт и что перед дверью стоит стражник-великан с существом, похожим на дракона. А потом Аврелий и вовсе уснул. Крепко и глубоко. И даже во сне он продолжал видеть белокурую голову и слышать смех. Аврелию вдруг показалось, будто кто-то обнял его и прошептал на ухо: «Дедушка, я тебя люблю!»

Анна действует на нервы

– Давай же, Алекс!

– Да поторопись же!

Алексу пришлось взять себя в руки, чтобы не отставать от близняшек. Он шёл даже медленнее, чем Кадабра, которая бежала вместе с ними с Бим на спине. Мышка сидела у неё на загривке, крепко вцепившись в кошачью шерсть. Но виной медлительности Алекса была вовсе не его физическая форма. Обычно ему не составляло труда обежать полгорода. Нет, дело было совершенно в другом. Какое-то чувство, затаившееся в самой глубине его существа, буквально парализовало его. Поначалу Алекс не мог дать ему определение, но затем понял: это была тоска. Желание обнять дедушку стало вдруг таким всеобъемлющим и мощным, что поглотило все его мысли и чувства. Он вдруг ощутил особую близость со своим дедушкой. Алексу казалось, что он даже чувствует его дыхание. Он тихо прошептал:

– Дедушка, я тебя люблю.

Сложившая ситуация показалась ему до крайности бестолковой. Аврелий нуждался в помощи, а они бегали тут по улицам, пытаясь вразумить влюбившегося друга. Но это было бессмысленно.

– Это бессмысленно! – крикнул он близняшкам и Кадабре. – Где мы отыщем Сахли и Анну в этом громадном городе?

Салли слегка замедлилась, и когда Алекс поравнялся с ней, произнесла:

– Это же совершенно очевидно! Сахли сказал, что они собираются купить туфли. А мы знаем, где в городе самый модный обувной магазин!

Алекс понял:

– Тогда жмём на газ! Чего же вы ждёте?

Рассмеявшись, они снова бросились бежать, и Алекс посматривал то на Лив, то на Салли. Как же хорошо, что близняшки были рядом. Ему уже и не верилось, что на протяжении двух лет он жутко ссорился с ними. Девчонки оказались очень классными. О таких сёстрах можно было только мечтать. Он снова обратил внимание на то, что термин «сводные сёстры» к ним не применим. Он как будто пришёл из злых сказок. А у его волшебной сказки с участием Сахли должен быть добрый конец. Счастливый. Со смеющимися лицами, довольным дедушкой и гигантским шоколадным тортом на столе. О таком конце мечтал Алекс. И чтобы это случилось прямо сейчас!

Наконец, они добрались до торгового центра. Медленно спускались сумерки. Трое друзей остановились перед гигантским обувным магазином, который явно пользовался успехом у подростков. И Алекс убедился, что близняшки не ошиблись.

Вдруг Кадабра сильно занервничала. Она вздрогнула и стала беспокойно озираться по сторонам.

Бим всё ещё сидела на её спине.

– Что стряслось? – озабоченно спросила мышка, когда и с ней стали происходить изменения. Она вдруг потянулась и замерла, её усы задёргались.

– Смотрите! – закричала какая-то женщина. – Мусорное ведро загорелось!

И в тот же момент Кадабра заговорила таинственным голосом:

– Аргус. Здесь. Амулет. Ссора. Крики и слёзы!

Алекс упал перед ней на колени.

– Кадабра, что конкретно ты видишь?

Но кошка уже пришла в себя. Она покачала головой. Вид у неё был такой, будто у неё кружилась голова.

– Что произошло?

– Тебя снова посетило видение, – объяснил Алекс. – Скажи мне, пожалуйста, что ты видела?

Кадабра опустила уши.

– Я даже не знаю, видела ли я что-либо, – ответила она, и прежде чем Алекс успел ответить, Лив произнесла:

– Я что-то вижу. Сахли, вон там, впереди!

Держась за руки, Сахли и Анна подошли к магазину. Увидев их, Алекс снова вспыхнул от ярости. Но он был бессилен что-либо изменить.

Лив толкнула его в бок, и Алекс кивнул:

– Вперёд!

Вдруг Салли придержала Алекса и Лив:

– Подождите минутку. Вы видите то же, что и я?

Она указала на противоположную сторону улицы. Между двумя высокими зданиями, в тени узкого переулка, стоял Аргус. Он смотрел на Сахли и ухмылялся. Он выглядел очень довольным. Впрочем, Алекса и близняшек он пока не замечал. Трое друзей быстро прошмыгнули в ближайший ресторанчик, чтобы спрятаться.

– Значит, это правда, – прошипел Алекс. – Видение Кадабры сбывается. Аргус здесь. Все эти неприятности – из-за него. Он хочет помешать нам найти дедушку и для этого затеял всю эту заваруху. Должно быть, он заколдовал Сахли и заставил его влюбиться в Анну.

Лив кивнула.

– Мы ведь так и предполагали.

Салли промолчала.

Алекс удивился. Обычно девочки комментировали всё происходящее вместе. Он посмотрел на сестру:

– Что-то не так?

Он видел, что Салли над чем-то крепко задумалась.

– Минутку, – сказала она, переводя взгляд то на Аргуса, то на Сахли с Анной. – Возможно, это не так уж плохо, что Аргус здесь!

Алекс не поверил своим ушам.

– Что? Это же ОН! И он здесь! Я должен предупредить Сахли. – Алекс уже готов был бежать, но Салли схватила его за руку.

– Хорошо, – сказала она. – Сделай это! А затем ты пойдёшь в старое убежище Аргуса под автодорожным мостом. Понял?

Алекс перестал что-либо понимать.

– Что ты задумала?

Салли встала перед ним:

– Вот что. Мы украдём его пояс. Ясно? И тем самым лишим его силы. Или, по крайней мере, какой-то её части.

Алекс и вообразить себе такого не мог.

– Ты с ума сошла? – спросил он. – Аргус превратит тебя в комнатное растение прежде, чем ты успеешь прикоснуться к его поясу.

Но Салли продолжала настаивать:

– У меня есть план. Нам нужно заманить Аргуса к автодорожному мосту. Но прежде мы разъединим Анну и Сахли. Это мы с Лив возьмём на себя, а ты просто сделай, как я сказала, хорошо?

Алекс послушно кивнул.

– Хорошо. Хотя я ничего и не понял. Я предупрежу Сахли и пойду к мосту.

Наконец, он подошёл к Сахли и Анне. Она с радостным видом держала в руках пакет с покупками, но её восторг молниеносно улетучился, когда она заметила Алекса:

– О боже! Алекс! Хватит преследовать нас! Меня это нервирует!

Алекс отмахнулся.

– Больше не буду, Анна. Дай мне поговорить с Сахли – и я уйду!

Анна застонала и наклонила голову вбок. Сейчас у неё не было косичек. Вместо этого она собрала волосы в хвост, который мотался из стороны в сторону так, что казалось, он тоже трясётся от злости.

– Да что ты говоришь?! Быстро поговоришь и уйдёшь?

– Обещаю, – ответил Алекс, и Анна отошла в сторону.

Алекс встал перед Сахли, который, впрочем, тут же повернул голову, чтобы не выпускать Анну из вида.

– Сахли, ты меня слышишь?

– Конечно. Я ведь не глухой.

– Ты меня вообще понимаешь?

– Я ведь не дурак.

– Тогда слушай меня внимательно: он здесь!

Сахли не сводил глаз с Анны. Ни на мгновение.

– Кто здесь?

Алекс застонал:

– Он!

– Он? Кто такой он? И почему он здесь? Ему тоже нужна обувь?

Это было для Алекса уже слишком. Он схватил Сахли за плечи и развернул его так, что они посмотрели друг другу в глаза.

– Аргус! – прошептал Алекс как можно более решительно, но в то же время тихо.

При упоминании этого имени Сахли заметно содрогнулся.

– Аргус?

– Ну наконец-то ты меня услышал. Да, Аргус здесь, и он уж точно пришёл не за ботинками!

Сахли как будто на мгновение задумался, затем сказал:

– Я займусь этим позже. А сейчас мне нужно проводить Анну до дома. Она хотела показать мне платье, которое подходит к туфлям!

Внутри Алекса клокотала ярость. Но ответить он не успел. Его опередила Анна:

– Ну всё, Алекс, ты поговорил! А теперь иди отсюда!

Алекс не обращал на неё внимания. Он снова обратился к Сахли:

– Что бы с тобой сейчас ни происходило, сопротивляйся! Тебя заколдовали, Сахли, ты находишься под воздействием чар. Неужели ты этого не понимаешь?

– Чары? – повторил Сахли и ещё раз посмотрел на Анну. – Да, она очаровательна, правда?

Алекс снова притянул к себе Сахли, чтобы тот посмотрел ему в глаза.

– Я говорю о чарах Аргуса, Сахли. И о шаре, в котором он собирается тебя запереть. И меня. Не мог бы ты хотя бы об этом подумать? Речь идёт не только о тебе. Но и обо мне. А может быть, и о близняшках. Хочешь подвергнуть опасности всех нас? Мы – твои друзья! Твои настоящие друзья!

Тут сбоку донёсся голос Анны:

– Вы там скоро? Я уже замёрзла!

Но на этот раз Сахли к ней не обернулся. Он продолжал смотреть на Алекса.

– Друзья, – пробормотал он, и его губы задрожали. А потом он весь затрясся, будто ему было холодно.

Алекс догадался:

– Ты борешься с этим? – спросил он. – Ты сопротивляешься заклятию внутри тебя? Тогда борись. С ненавистью Аргуса. За нашу дружбу. Ты же знаешь: любовь сильнее ненависти. Ты знаешь, что это так.

Из холода Сахли бросило в жар. В самое пекло. Он стиснул зубы и от напряжения зажмурился. А затем прижал ладони к правому карману джинсов.

Это был знак, которого так ждал Алекс. Он убрал руки Сахли, залез к нему в карман и вытащил золотой амулет. Он тоже был горячим на ощупь.

– А вот и причина всех этих неприятностей! – процедил он. – Наверняка это одно из украшений египетского верховного жреца, околдовывающее людей. Но теперь всё кончено!

Он размахнулся и кинул амулет прямо в канализационный люк.

– Пусть крысы там, внизу, влюбятся друг в друга! – разгневанно прошипел он.

– Эй! – крикнула Анна. – Ты с ума сошёл? Зачем ты выбросил эту прекрасную вещицу? Сахли наверняка собирался мне её подарить!

Алекс посмотрел на Анну. Он хотел ей что-то сказать, но потом его взгляд скользнул мимо Анны – на Аргуса. Маг выступил из тени переулка и приближался к ним. Теперь он уже не выглядел таким довольным, его ухмылка сменилась злобным оскалом.

В эту же секунду Сахли громко вздохнул. Его взгляд прояснился, и глаза снова наполнились цветом. Как будто он очнулся от очень глубокого сна.

– Алекс… Что… Что?

– Я потом всё объясню, – сказал Алекс. – Идём, нам пора!

– Нет уж! – раздался за их спинами дерзкий голосок. – Никаких «идём»! Сахли пойдёт со мной. Есть ещё кое-что, что он для меня… Ну, то есть что мы можем сделать вместе!

Сахли изумлённо посмотрел на неё.

– Пойти с тобой? Что? Кто ты вообще такая?

– Вы что, все тут психованные? – вскричала Анна. – Ты ведь собирался проводить меня! Ты ведь в меня влюблён и…

Сахли закатил глаза.

– Я? В тебя? Влюблён? Да ведь с одного взгляда понятно, какая ты лживая, эгоистичная…

Алекс потянул его за рукав, глядя на Аргуса, который был уже совсем близко. Но Анна преградила им путь, не давая пройти. Она кричала, неистовствовала и даже ударила Сахли в голень, после чего накинулась на мальчиков с визгами:

– Я должна была догадаться, Алекс, что все твои друзья такие же идиоты, как и ты. Да вы совсем с катушек слетели, и…

Она замолкла, потому что её прервал громкий смех. Из обувного магазина вышли четыре девочки. Все – из её школы. Все они знали Анну. И наблюдали за сценой, которую она только что закатила.

– Идиоты! – вопила Анна. – Вокруг одни идиоты! – С этими словами она развернулась и бросилась прочь. Но убежать далеко ей не удалось. Всего через несколько шагов она врезалась в высоченного мужчину, который шёл ей навстречу. Оба потеряли равновесие и упали на тротуар.

– Эй, смотрите, куда идёте! – прикрикнула она на мужчину, но, заглянув ему в глаза и увидев в одном из них треугольный зрачок, так перепугалась, что сразу бросилась наутёк.

Аргус с трудом поднялся на ноги, не спуская глаз с Алекса.

От страха тот замер. Взгляд Аргуса действовал на него гипнотизирующе. Аргус подошёл ближе и уже протянул к Алексу руку, но тут Сахли с силой толкнул джинна. Тот отшатнулся и, не удержав равновесие, упал на спину.

– Беги! – крикнул Сахли.

Наконец, Алекс вышел из оцепенения и вспомнил про план Салли:

– Идём со мной, – позвал он. – Нам надо к автодорожному мосту на просёлочной дороге. У нас есть план.

Девочки разговаривают с глазу на глаз

Анна бежала домой и ревела во весь голос. Её хвостик подпрыгивал вверх-вниз как одержимый. Какой стыд! Как неловко получилось! Ей хотелось провалиться сквозь землю. Или нет, не так: ей хотелось, чтобы все остальные провалились сквозь землю! Ведь они такие…

– Привет, Анна.

Анна остановилась и огляделась. На другой стороне улицы стояла Салли и махала ей рукой.

– Всё в порядке?

– Убирайся! – рявкнула Анна в ответ. – Ты ведь тоже хочешь надо мной посмеяться!

Салли подошла к ней:

– Нет, на самом деле я весь день хотела с тобой поговорить.

Анна удивилась:

– Ты? Со мной? О Сахли?

– Вообще-то нет. Хотя… И о нём тоже.

Анна быстро стёрла с лица слёзы.

– Не понимаю. Скорее всего, ты сейчас начнёшь ныть по поводу того, что он живёт с вами, а я захотела, чтобы он стал моим другом, из-за чего вы…

Салли покачала головой:

– Напротив. Я только удивилась, что ты заинтересовалась Сахли, хотя у тебя есть варианты куда выгоднее.

Анна напрочь забыла о слезах.

– Варианты? Что ты имеешь в виду?

Салли пожала плечами.

– Да об этом все в школе знают. Судя по всему, все, кроме тебя.

– О чём ты?

Салли напустила на себя таинственный вид:

– Признайся, ты правда ничего не замечала? Я назову лишь имя – Фердинанд.

Анна ненадолго задумалась, затем рассмеялась:

– Фердинанд Шольц? – уточнила она. – Из 9-го «Б»?

– Он самый. Только не притворяйся, что не знаешь. Он только об этом и говорит.

Анна потеряла терпение.

– Да о чём же?

Наконец Салли выпалила:

– О том, что он считает тебя очень милой. И что очень хотел бы быть с тобой. И как он расстроен тем, что ты заинтересовалась Сахли. И что он…

– Сахли? – голос Анны снова стал дерзким. – Забудь уже этого Сахли! Ты знала, что отец Фердинанда – владелец обувного магазина «Шольц»?

Тут Салли пустила в ход все свои театральные навыки.

– Нет, – солгала она. – Правда? Надо же, какое совпадение! А ты как раз любишь туфли!

– Вот именно! – Анна едва не завизжала от радости. – Зачем мне какой-то Сахли, если я могу быть с Фердинандом?

Салли из последних сил сдерживалась, чтобы не выплеснуть свою злость на Анну.

– Он хочет с тобой встретиться, – сказала она. – Уже сегодня вечером. Очень романтично. Знаешь автодорожный мост возле просёлочной дороги?

– Конечно! Оттуда лучший вид на закат. Очень романтичное место для свидания.

– Если хочешь, подходи туда. Но сначала спрячься, хорошо? Для Фердинанда это будет сюрприз.

Анна просияла:

– Спасибо, Салли. А я всегда думала, что ты меня терпеть не можешь.

Салли сделала над собой ещё одно громадное усилие и с театральным придыханием произнесла:

– Я? Терпеть тебя не могу? Какой вздор. Ты – пример для подражания!

Анна восторженно вскрикнула и побежала к мосту. А Салли от отвращения едва не вырвало!

Ловушка, магия и снова пламя

Когда Аргус подошёл к автодорожному мосту, он был вне себя от гнева. Если бы эта крикунья не попалась ему на пути, Сахли и Алекс уже были бы у него в руках. И всё бы закончилось. И сейчас он уже направлялся бы в свою пещеру в пустыне. Тогда…

В нескольких метрах от моста Аргус замедлил шаг. В лучах заходящего солнца кто-то стоял. Значит, он не ослышался. Алекс и его друзья действительно собирались встретиться здесь, в его старом убежище.

Он медленно подошёл ближе. В тусклом свете сумерек он не мог понять, кто это. Он видел только очертания фигуры, но затем она обернулась, и Аргус разглядел хвостик. «Наверняка это одна из близняшек!» – сразу догадался он. Отлично! Сейчас он её схватит и обменяет на Сахли. Завладев этой девчонкой, он сможет шантажировать друзей. А может, и её сестра тоже здесь. Тогда он схватит обеих.

Он вытянул руки и принялся нашёптывать волшебное заклинание. Драгоценный камень на его поясе засветился. Внезапно девочка на мосту закричала, а уже через секунду исчезла.

Аргус рассмеялся и побежал к мосту. На том месте, где только что стояла девочка, теперь лежал драгоценный зелёный камень.

– Вот я и поймал тебя, Лив или Салли, – обрадовался Аргус.

В это мгновение раздался крик:

– Сейчас!

Тут же на него напрыгнули со всех сторон, схватили его и прижали к земле. Многочисленные руки не давали ему подняться, и, прежде чем Аргус вообще смог понять, что происходит, кто-то расстегнул и снял его пояс.

– Нет! – крикнул Аргус. – Не надо!

Наконец, его отпустили, и он огляделся. Над ним стояли Сахли с Алексом, рядом с ними – Кадабра, Бим и Млабрабаст. А позади них Аргус разглядел Салли и Лив.

– Вы? – озадаченно спросил маг. – А кого же я только что превратил в камень?

– Кого-то, кому будет полезно узнать, каково это – когда тебя используют, – ответила Салли.

Алекс подошёл к магу. В руке он держал пояс с драгоценным камнем.

– Твои игры закончились, Аргус. Твоя волшебная сила в моих руках. Верни мне моего дедушку!

Аргус вытянул перед собой ладони.

– О, не так быстро, мой юный друг, – насмешливо произнёс он. – Ты не знаешь, чего требуешь!

Глаза Алекса наполнились слезами.

– Почему же, прекрасно знаю. Я требую то, чего мне не хватает уже слишком долго. Верни мне моего дедушку!

Теперь выступил вперёд и Сахли.

– И оставь нас в покое. Просто оставь в покое! – решительно произнёс он.

Аргус медленно покачал головой.

– За всё это время вы так ничего и не поняли, да? Вы имеете дело с чем-то гораздо более могущественным, чем я.

Алекс потерял терпение.

– Довольно болтовни! – зарычал он на Аргуса. – Верни мне моего дедушку. А не то… – Он поднял пояс вверх. – Не то я уничтожу каждый из твоих камней по очереди.

Алекс шагнул к Аргусу. Сахли, Кадабра, Бим и близняшки окружили мага. Вдруг Бим вскрикнула. Она дрожала и бешено вращала глазами, после чего замерла и вытянулась во весь рост. В это мгновение Кадабра прокричала:

– Ковёр. Летающий ковёр. И когти. И чешуя. Там.

Всё произошло очень быстро. За их спинами что-то зашипело, а потом там вспыхнул сухой куст. Все повернулись к нему. И только Аргус громко рассмеялся. Теперь все уставились на джинна. Его тюрбан развязался, и материал, из которого он был сделан, стал медленно разворачиваться, слой за слоем, высвобождая чёрные кудри джинна. Потом материал упал на пол и стал расползаться как змея, пока не стал размером с ковёр. Не успели друзья что-либо предпринять, как этот ковёр лёг к ногам Аргуса и поднял его вверх.

Все изумлённо следили за происходящим. Наконец Алекс вышел из оцепенения.

– Он собирается удрать! – воскликнул он.

И пока все раздумывали, что предпринять, ковёр поднимался вверх. Всё выше и выше.

– Сделайте же что-нибудь! – вскричал Алекс. Но в это мгновение Аргус растворился во тьме ночного неба, крикнув напоследок:

– Что-то настолько могущественное, что вы и представить себе не можете! Сдавайтесь!

Алекс опустился на колени.

– О нет! Дедушка! Мы его почти поймали!

Сахли продолжал смотреть вверх.

– Откуда взялся этот ковёр?

Близняшки обернулись к Кадабре:

– Что именно ты видела?

– Этот ковёр, – сказала Кадабра.

– Но ты что-то говорила о когтях и чешуе.

Кадабра раздосадованно кивнула и подошла к Алексу.

– Есть кое-что, что тебе следовало бы знать, – сказала она.

Алекс оторвал взгляд от ночного неба и присел на корточки.

– Да?

Кошка не знала, с чего начать. Бим это заметила и пришла на помощь:

– Скажи ему. Он должен знать. Только так он сможет использовать твои уникальные возможности.

Кадабра решительно посмотрела Алексу в глаза:

– То, что я собираюсь тебе сказать, весьма неприятно.

– Послушайся Бим, – ответил Алекс. – Просто произнеси это. Это как-то связано с когтями и чешуёй?

Кадабра кивнула.

– Я смогла увидеть, куда направляется Аргус. Он хочет навестить Аврелия.

– Он улетел к моему дедушке? Разве тот больше не сидит в ледяной тюрьме?

С каждым словом Кадабре становилось всё тяжелее говорить:

– Нет. Теперь его держат совсем в другом месте. Но, Алекс, тебе следует знать… Ну… Один из его стражников – дракон!

Тревожные перспективы

Анна не помнила, что с ней произошло, когда Сахли освободил её от заклятия драгоценного камня. Она чувствовала себя странно, и Салли ей объяснила:

– Теперь ты знаешь, каково бывает людям, когда их используют, не так ли?

Анна кивнула и поклялась, что исправится, но всё равно так до конца и не поняла, в какую передрягу попала.

Млабрабаст попросил Сахли отправить его обратно домой, потому что уж больно много тут суеты.

– Ни минуты покоя, – простонал он, и Сахли отправил его обратно в пирамиду Джосера.

Остальные проблемы тоже удалось разрешить. Своему отцу близняшки сказали, что явились домой так поздно, потому что учили уроки вместе с друзьями. А Алекс объяснил маме, что весь вечер искал Кадабру, которая куда-то удрала. Между тем Сахли забрался по водосточной трубе в комнату Алекса, где они все и встретились.

День начал постепенно клониться к закату.

Бим уютно расположилась на коленях у Алекса и спросила:

– Как ты?

Алекс не нашёлся что ответить. У него не было слов.

Сахли положил руку на его плечо.

– Мы отыщем твоего дедушку, – пообещал он.

– И драконы нам не помешают, – подхватила Салли.

Лив добавила:

– У нас ведь есть то, что нам поможет. – Она подняла пояс Аргуса с драгоценными камнями. – Сахли, это ведь так, да?

Тот задумчиво кивнул:

– Думаю, мы сможем использовать этот пояс. Или для усиления моих колдовских способностей, или…

– Или, возможно, чтобы заставить других колдовать, – договорил за него Алекс. Теперь у него появился ответ на вопрос Бим: – Что бы ни произошло, мы не сдадимся, – сказал он мышке. – Мы найдём моего дедушку и освободим его!

Все дружно кивнули, подкрепив тем самым его надежду.

– Тогда давайте не будем медлить! – воскликнул Алекс и повернулся к своему другу: – Сахли, возьми пояс Аргуса себе. Может, тебе удастся разузнать, как нам его применить. – Затем он развернулся к близняшкам и произнёс: – Мы ещё раз заглянем в дедушкину записную книжку. Кажется, все ответы спрятаны там. Нам остаётся их только найти.

Наконец, он сказал самому себе:

– Медлить больше нельзя…

Новый план

Аргусу это далось нелегко, но он всё же сказал:

– Спасибо!

Он уже успел надеть свой тюрбан, а его спаситель покинул ткань и переселился в стервятника, спавшего на дереве рядом с логовом джинна. Теперь тот восседал на ветке и, склонив голову набок, смотрел вниз на Аргуса.

– Каков теперь твой план?

Аргус ухватился за то место, где обычно была пряжка его пояса.

– Ты меня спас, и я не премину воспользоваться данным мне шансом, – ответил он и заговорил громче: – Пора положить конец заклятиям и магическим заговорам. Я начну действовать жёстче, чем когда-либо. Я нанесу визит Шаолини. Вместе с ней я разработаю план, как нам справиться с мальчишками.

Стервятник на ветке ухмыльнулся:

– О, это мне нравится. И даже очень! Давай пустим в ход драконов!

Аргус сжал кулаки и представил себе перепуганные лица детишек.

– Да, отправим к ним драконов!

Примечания

1

«Mensch ärgere dich nicht!» (нем.) Очень популярная в Германии настольная игра. Обычно играют четыре человека на крестообразном поле. Первыми ходами игроки ставят на поле свои фишки, а потом каждый ход продвигают на столько позиций, сколько очков выпало на кубике. Но если фишка одного игрока догоняет (встаёт на то же поле) или перегоняет фишку другого, то эта последняя фишка отправляется на стартовую позицию (прим. ред.).

Content

Штефан Геммель
Египетский талисман

Ой-ой…

В лабиринте пирамиды

Друг по переписке

Говорящий водяной столб

Четыре верблюда

Волшебная сила через пространство и время

Страх за Сахли

В плену

Таинственное пламя

Ссора

Магический круг

Кто-то шипит за дверью

Анна действует на нервы

Девочки разговаривают с глазу на глаз

Ловушка, магия и снова пламя

Тревожные перспективы

Новый план

Примечания