Посохин Артём

Урджи

1

Сейчас…

– Подайте на пропитание, – повторял бездомный, сидя на тротуаре возле Тюменской Филармонии. – Да благословит вас Бог, – он почтенно кивнул молодой девушке, положившей в его изношенную шляпу сторублёвую купюру.

Кивнув в ответ, девушка догнала своего молодого человека и взяла его под руку. Они продолжили неспешную прогулку, мило воркуя о чём–то своём.

– Эх… Выпить бы чего, да поблагороднее, – бубнил себе под нос попрошайка.

– Что это!? – донёсся возмущённый выкрик.

Бездомный обернулся и увидел странную картину: девушка, только что положившая ему деньги, мотала головой, глядя ошарашенными глазами то на прохожих, то на своего молодого человека. Её растопыренные пальцы рук вцепились в ткань свободной футболки, под которой живот рос прямо на глазах. Парень, с которым она шла, замер, схватившись за голову и наблюдая за происходящим.

– Как такое возможно? – недоумевал он, не решаясь подойти и уж, тем более, потрогать растущий живот.

– Ого! – просипел бездомный, глядя себе под ноги. – Откуда это? – он почесал затылок, пересчитывая появившиеся бутылки с элитным алкоголем. Справившись с этим нехитрым делом, раздобревший попрошайка посмотрел на небо и, щурясь от солнца, выкрикнул: – Спасибо! Спасибо тебе…

– Наконец–то, я выиграл! – прокричал старик, бегущий вприпрыжку, с лотерейным билетом в руках.

Улицу заполнил гомон из удивлённых и восторженных голосов, перебиваемый сигналами машин, угодивших из–за происходящего в пробку.

Из здания Филармонии послышались звуки скрипки, напоминающие виртуозный стиль Антонио Вивальди.

2

За два дня до этого…

Весеннее солнце настырно светило в окно комнаты Марка. Он открыл глаза, посмотрел на часы – до сигнала будильника оставалась минута. Драгоценная минута, обычно превращающаяся в пять, а то и пятнадцать, благодаря замечательной функции: «отложить будильник». Иной раз, хотелось убить того, кто её придумал – ведь функций: «отложить занятие», «перенести начало рабочего дня» и тому подобных, не было ни в одном гаджете.

До первой пары оставалось чуть больше часа и это радовало: хватит времени оклематься и не спеша дойти до университета. Помешивая растворимый кофе и размышляя о всякой ерунде, Марк включил телевизор и уселся на табурет.

Раздался голос ведущей местных новостей:

– На Текутьевском кладбище, расположенном в центре города, произошёл обвал грунта…

Поставив кружку на стол, Марк взял пульт и прибавил звук.

– … В результате провала почвы образовалось углубление, через которое можно увидеть, что скрывалось внизу – это подземный склеп. Его площадь, – корреспондент указала на тёмное пятно в земле, еле видневшееся за её спиной, – около двадцати квадратных метров, глубина, примерно, с человеческий рост. Внутри находятся полуразрушенные каменные статуи и металлический ящик – скорее всего, это гроб или своеобразный саркофаг. В следующем выпуске мы поговорим с сотрудниками местного музея. Они обещают, что расскажут нам всё более детально, но сначала им нужно расчистить склеп от земли и произвести осмотр. На данный момент известно, что своеобразному строению более ста лет. Уважаемый палеограф из Москвы: Иванов Глеб Демидович, получив от нас фотоматериал, заявил, что символы, нанесённые на металлический ящик, напоминают древние руны и, вполне возможно, являются магическими, – ведущая улыбнулась, но затем взяла себя в руки и продолжила говорить с серьёзным выражением лица: – По заявлению местного муниципалитета: обвал грунта произошёл не из-за воздействия магических сил. Они считают, что причиной могли послужить природные явления, а, возможно, повлияла деятельность человека. Как раз, совсем рядом, находится строительная площадка, на которой возводятся несколько высотных новостроек …

«Великолепное словосочетание: магические символы, – подумал Марк. – Тем более, когда их произносит красивая корреспондентка».

Эти мысли заставили его улыбнуться. В отличие от своего окружения, он верил в существование иных сил: будь то магия, волшебство или сверх способности отдельных людей и предметов… В этом мире возможно всё – именно таким правилом руководствовался Марк. Частенько, из–за подобных высказываний и споров, приходилось терпеть насмешки и даже пару раз подраться с однокурсниками. Были и те, кто в данных темах держал нейтралитет, но, как правило: агностикам нужны неопровержимые доказательства, факты, а не слепая вера и не подтверждённые теории.

Глянув на часы, Марк торопливо допил остатки кофе и пошёл собираться.

«Нужно будет почитать об этом Глебе Демидовиче», – подумал он, выходя из квартиры.

3

Аккуратно прикрыв дверь, рядом с которой на стене висела табличка с надписью: «Директор», Марк направился к выходу из университета. Проходя мимо зеркала, висевшего у окошка гардероба, он посмотрел на своё отражение. На него смотрел немного взъерошенный, хмурый паренёк в клетчатой рубашке, потёртых джинсах и затасканных кедах.

– Привет! Всё в порядке?

Он обернулся на голос и увидел Вику – девчонку, учащуюся на год младше, так же, как и он, на факультете журналистики. Иногда, во время перерывов между пар, они общались на отвлечённые темы, но дальше этого их отношения не заходили. Марк видел блеск в её глазах, но, к сожалению, симпатия девушки была невзаимной.

– Привет, – ответил он, лениво помахав рукой. – Ты про разговор с директором?

– Ага, – Вика подошла и, застенчиво переступая с пятки на носок, посмотрела на него так, словно с ним приключилось нечто ужасное и она сочувствует, как может.

– Заезженная пластинка, – ответил Марк и поморщился. – Сказал, быть терпимее к критике, особенно при разговорах с преподавателями, в любых конфликтах стараться искать альтернативные варианты с положительным исходом и ещё много чего занудного.

– Зато не ругался, – она натянуто улыбнулась.

Марк пожал плечами:

– Он вроде как не осуждает, но и не поддерживает.

– Опять про тему твоей дипломной работы говорили?

– И про это тоже. Чёрт бы побрал этих скептиков.

– Принципиальности тебе не занимать, – сказала Вика.

Марк выдохнул и, закрыв глаза, несколько раз обречённо кивнул.

– Кстати, про тёмную магию, – Вика оживилась и кивнула в сторону. Поглядывая по сторонам, они отошли с центра коридора, чтобы продолжить разговор, словно два шпиона на задании. – Про склеп на кладбище слышал уже? – заговорщическим голосом спросила она. – Текутьевское в центре.

– Да, новости вчера смотрел.

– А сегодня? – азартно протянула она.

– Сегодня… – Марк развёл руками.

– Говорят, им удалось определить, кто там захоронен, – она перешла на шёпот и продолжила: – Один странный человек, по имени Герман Владимирович, по прозвищу колдун северной окраины. Он жил в старом доме, там, – она махнула рукой, – сейчас на этом месте возвели новый район или автосалон, не помню, надо посмотреть по карте города. Я там редко бываю.

– Что ещё говорят? – спросил Марк, заинтересовавшись темой.

– Якобы, занимался магией и имел много врагов среди властных людей. Информации мало, так как он был скрытным человеком. Даже представители закона и люди военных чинов не решались переходить ему дорогу и уж, тем более, пытаться выяснить, чем он занимается у себя в доме.

В голове Марка промелькнуло:

«Был бы жив этот маг. Поговорили бы с ним – глядишь, неплохое интервью для дипломной работы…».

– Держи, – она улыбнулась и протянула синюю папку, перетянутую чёрной резинкой.

– Что это? – Марк нахмурился.

– Собрала кое–какой материал, для тебя – вдруг, думаю, пригодится. Там и про этого дядьку–мага есть немного, – она постучала указательным пальцем по папке.

Марк взял собранный ею материал и, искренне улыбаясь, ответил:

– Спасибо тебе, Вика!

– Всегда пожалуйста, – она обняла его, а затем, потрепав по растрёпанной макушке, улыбнулась и, азартно пританцовывая, направилась на занятие.

4

Оставшуюся часть дня Марк провёл в размышлениях о таинственном Германе Владимировиче.

Он представлял себе, как мог бы выглядеть их диалог:

– Вы знаете, в нынешнее время, в магию никто не верит, – сказал Марк, подливая гостю свежего чая.

– Серьёзно?! – поперхнувшись от недоумения, выкрикнул маг северной окраины. – Покажешь самых неверующих.

– С удовольствием, – ответил Марк. – К примеру, преподаватель философии из первого корпуса…

– Можете не продолжать, юноша, – маг улыбнулся, потирая ладони. – Теперь эта жаба прыгает по весенней травке… к своим собратьям. Там ему самое место. Он выпучил глаза и выкрикнул: – Ква – ква – ква.

Они бы рассмеялись и продолжили разговаривать на самые необычные и захватывающе темы до самого утра.

Глумившиеся над Марком стали бы опасаться своих высказываний в сторону его убеждений и отношения к сверх силам. Забытое давным–давно, заставило бы мир и его обитателей встрепенуться, чтобы посмотреть на реальность с иной стороны, узреть «нечто», выходящее за все возможные рамки закостенелого мышления…

5

Закрывшись в своей комнате, Марк сел за письменный стол и разложил распечатки из синей папки, так заботливо собранной для него Викой. Здесь были копии статей из старых газет, карт и схем города прошлого столетия, несколько расплывчатых фотографий неизвестных Марку людей. Распределяя листы по поверхности стола, он пытался понять: что надеется в них найти и, самое главное, для чего ему это? Загадочного мага давным–давно нет в живых, да и являлся ли этот человек обладателем необычных сил и знаний, тоже оставалось под вопросом. Марк взял две схемы города: относительно новую и старую, принялся их сравнивать. Действительно, на месте дома, принадлежавшего некому Чароненкову Герману Владимировичу, в данный момент находился автосалон, если быть точным, то там, располагалась стоянка для новых машин.

«Жаль, что жилище мага не уцелело», – подумал Марк, включая ноутбук, попутно продолжая рассматривать аккуратно разложенные распечатки.

Поискав информацию на специализированных ресурсах, ему удалось найти большую часть того, что раздобыла Вика.

– Та–ак, что тут у нас, – Марк потёр ладони, читая заголовок случайно найденной статьи: – Оперативная сводка за тридцатое декабря тысяча девятьсот первого года… Магические силы не спасли от пожара.

Это была колонка из известной в те времена газеты: «Сибирский листок». Интервью давал очевидец пожара, по совместительству являющийся ближайшим соседом Чароненкова.

– Вот она – сила журналистики, – радостно произнёс Марк, в сотый раз осознавая, что ему нравится выбранная профессия и он обязательно добьётся высот. – Сенсации быть, – сказал он и принялся читать найденную статью.

Первая часть интервью была официальной и скучной, но потом, Марк придвинулся поближе к экрану ноутбука, внимательно перечитывая концовку:

«Корреспондент: – Вы утверждаете, что видели людей на крыше?

Респондент: – Всё верно. Только не на крыше, а над крышей, хотя… теперь я начинаю сомневаться.

Корреспондент: – Сколько было этих странных, якобы, летающих людей.

Респондент: – Я насчитал четверых. Они словно кружили над его домом, а затем донёсся звон разбивающегося стекла и в окнах начал гаснуть свет. Сначала на втором этаже, а потом и на первом.

Корреспондент: – Уж не считаете ли вы, что на него напали ведьмы, умеющие летать на мётлах или в ступах?

Респондент: – Я ничего не утверждаю, а лишь говорю, что видел. Уже смеркалось, хотя небо было чистым в тот вечер. В любом случае, полыхнул дом так, что и представить сложно настоящую причину пожара. Ни хлопков, ни взрывов я не слышал – просто резко появившееся пламя окутало дом и за считанные секунды поглотило внутрь себя…»

Марк откинулся на спинку стула, разглядывая чёрно–белое, зернистое фото под статьёй: обгорелые балки и частично уцелевшая крыша, лежавшая на каменной кладке фундамента. Он глянул на часы, а затем медленно перевёл взгляд на кровать, где лежала ветровка и рюкзак.

6

Как на зло, ночное небо сегодня было звёздным и безоблачным.

«Красиво, – подумал Марк, осматриваясь по сторонам.

Сейчас он предпочёл бы звёздам, тёмные тучи, что спрятали б и их мерцанье и луну, позволив ему идти на необдуманное дело, в кромешной темноте. Отовсюду доносились звуки оживлённого горда. С одной стороны – это немного разбавляло обстановку, с другой – заставляло чаще оглядываться и замирать каждый раз, когда смех прохожих или шум проезжающих машин, находились совсем рядом.

Марка передёрнуло при мысли о Хозяине кладбища. О нём слышали все, кто хоть немного интересовался чёрной магией. Для себя он определился давно – Хозяин кладбища – это эфемерное образование, появившееся из–за скопления огромного количества энергии в ограниченном пространстве. Учитывая место – энергия здесь довольно негативная: слёзы, тоска, души погребённых… Эфемерного хозяина, лично, никто не видел и Марку не хотелось становиться первооткрывателем. Быть может, потому и нет свидетелей его существования – он попросту не оставляет их в живых.

Накинув капюшон, Марк отбросил жуткие мысли и проверил налобный фонарик. Слегка пригнувшись, он добежал до дерева, за которым уже виднелась тёмная брешь в земле.

– Чёрт побери, – прошептал он, увидев сторожа.

Медленно шагая и насвистывая незамысловатую мелодию, мужчина в темно–серой спецовке поправил бейсболку и направился к выходу – видимо, осмотр территории был закончен. Мотая из стороны в сторону рукой с фонариком, сторож пробежался лучом света по старинным надгробьям, дереву, за которым прятался Марк и предупредительным лентам, намотанным в два слоя на столбики, вкопанные вокруг загадочного склепа.

Борясь с приступом паники, Марк пытался отдышаться.

Он аккуратно высунулся из своего укрытия и увидел, как луч фонаря погас, за деревьями, в парке.

«Вроде ушёл», – Марк почти гуськом добрался до предупредительных лент и, аккуратно их приподняв, пролез к краю обвала.

«Это просто дыра в земле, старый склеп, из которого наверняка всё утащили сотрудники музея, – успокаивал он себя. – Хотя, не просто дыра в земле – это могила, учитывая, что я нахожусь на кладбище».

По спине пробежались мурашки. Марк осмотрелся по сторонам, а затем включил налобный фонарик. Направив свет немного вниз, он осмотрел подземное помещение без крыши. Оно выглядело куда лучше, чем два дня назад, когда его показывали по новостям. Значит уже принялись расчищать. Опираясь о край с рыхлой почвой, Марк свесил ноги, а затем аккуратно спрыгнул. Подошвы кед ударились о каменный пол. Марк осмотрел огромные серые плитки под ногами: каждая из них была увенчана узором, ровно по центру.

– Так, что тут у нас, – луч налобного фонарика пробежался по стенам.

Земля после обвала была убрана не полностью, а вот саркофага здесь уже не было. Это расстроило Марка. Присев на колено, он осмотрел фрагменты лежавшей статуи – судя по всему, женщины в длинных одеяниях. Её отколовшиеся руки лежали рядом. Марк пригнулся, чтобы рассмотреть, что держат каменные пальцы – это был квадрат, на котором тоже выточен символ, или, как сказал Глеб Демидович, «магическая руна». Марк осмотрелся, старясь понять по осколкам, сколько статуй здесь находилось.

В новостях сказали, что четыре, поэтому он встал по центру склепа, стараясь представить, как они стояли раньше.

– Все четыре статуи держали выставленные вперёд руки с квадратиком из камня, по центру которого выбита руна, – медленно шагая и разглядывая всё, что попадается в пятно света от налобного фонарика, он поднял два треугольных обломка и соединил: – Бинго!

Через десять минут в его руках были четыре квадратных камня и на каждом была выбита своя руна.

– Кажется, я уже видел эти символы, – глядя в никуда, произнёс Марк и встал на то место, куда он приземлился, когда спрыгнул. – Всё сходится! – выкрикнул он, вздрогнув от своего же голоса.

Понимая, что радостные возгласы могут привлечь внимание сторожа, Марк вжал голову в плечи и прикрыл свободной ладонью рот. «Тише, дружище, а то поймают и не отвертишься, а если узнают настоящую причину – это прямая дорога в психушку».

Он склонил голову так, чтобы свет от фонарика позволил осмотреть большие каменные плиты под ногами. В некоторых из них, прямо по центру, имелись небольшие углубления с выпуклыми символами. Марк вложил каменные квадратики в нужные отверстия и замер.

Мгновение, ещё мгновение и из щелей, между плит, начали вырываться струйки пыли и крошево от некогда острых, а теперь обломленных торцов. Плит было немного – Марку удалось насчитать десять. Огромные каменные пластины вздымались медленно вверх, затем застыли, примерно в полуметре от земли.

– Что это такое? – он слегка наклонился и заглянул под приподнятую часть пола. – Ящики? – Марк осмотрел металлические короба, окрашенные в чёрный цвет. На их стенках были точно такие же руны, что и на саркофаге мага, только, само собой, меньшего размера – ведь своеобразный короб был не больше полуметра в высоту и чуть меньше – в ширину и глубину. Большая часть металлических граней была изъедена коррозией, а из двух ящиков, прохудившихся от времени больше остальных, торчали останки, скорее всего принадлежавшие животным. Марк обошёл торчащие кости с фрагментами шкуры на сгорбленных хребтах и столкнул плиты в сторону, с трёх полностью уцелевших ящиков.

– Посмотрю, что в них и тогда ухожу, – уговаривал он сам себя.

Первые два ящика открылись легко. Щеколды на них находились снаружи и, пусть со скрежетом, но всё же отодвинулись в сторону. Марк откинул крышку первого контейнера – внутри была труха и пыль, затем второго – то же самое. Осмотрев самый уцелевший ящик, Марк понял, что на нём нет ни замков, ни щеколды. Любопытство и страх овладели его разумом, слегка трясущиеся руки ещё раз исследовали чёрную, гладкую поверхность найденного предмета, но не обнаружилось ничего, за что можно было, хотя бы зацепиться.

7

Отказаться от идеи, связанной с молотком, было две причины: во–первых, на дворе была глубокая ночь, во–вторых, то, что внутри, могло повредиться от сильных ударов и тряски. Взъерошенный и уставший Марк откинулся на спинку стула и, закинув ноги на стол, с прищуром уставился на чёрный ящик. Мысленно он представлял, как срежет крышку болгаркой или автогенной сваркой, но, опять же, нагревание стенок может разрушить содержимое. Да и нет у него подобных инструментов – он студент и будущий журналист, а не строитель.

– Я чувствую подвох, – сказал Марк. – Должно быть всё намного проще или… – ему вспомнились четыре руны, которые он вложил в углубления на плитках пола склепа.

Пережитое несколько часов назад, запомнилось до мельчайших подробностей – это было самым незабываемым моментом в его жизни, по крайне мере, на сегодняшний день.

«Только жалко, что это не магия, а механика чистой воды», – размышлял Марк, старательно рисуя увиденные символы. – По–моему, ничего не упустил, – он вытянул руку с листком и слегка склонив голову в бок, пристально посмотрел на написанные руны.

В его голове словно кто–то щёлкнул пальцами, и он вдруг понял: на всех ящиках были нанесены именно эти руны, по одной на каждой вертикальной грани. Марк взял из органайзера белый корректор и начал аккуратно выводить символы на чёрном металле. Линия за линией, грань за гранью, он нанёс их примерно так же, как было там, на остальных.

Марк замер, задержав дыхание и разглядывая верхнюю часть железного ящика. Ничего не происходило.

– Попытка не пытка, – вздыхая пробормотал он, попутно вспоминая, у кого из соседей, сутра по раньше, можно позаимствовать инструмент.

Марк улёгся в кровать, но сразу уснуть не получалось. Тело требовало отдыха, а голова гудела от полученных эмоций и адреналина.

Металлический ящик слегка завибрировал, руны, нанесённые на него, замерцали бледно – голубым свечением, верхняя грань слегка отошла от остальных и сдвинулась в сторону.

До ушей донёсся металлический стук, затем громкий щелчок, словно кто–то ударил железкой о железку. Марк подскочил, как ужаленный, включил лампу на прикроватной тумбе, осмотрелся. В комнате никого не было, по крайне мере, видимого человеческому глазу. Марк подошёл к окну, посмотрел на улицу – тоже никого. В безлюдном дворе еле заметно мерцали фонари и не было ни одного окошка, где бы горел свет. Странное ощущение или некое притяжение заставило его посмотреть на ящик, принесённый из склепа.

– Такого не может быть, – протянул он, медленно подходя к немного изменившемуся предмету.

В момент, когда Марк потянул к ящику руки, металлическая пластина, теперь игравшая роль крышки, с грохотом соскользнула на пол.

Он вскрикнул и отпрянул назад, прикрывая руками лицо.

– Что за чертовщина? – выкрикнул Марк.

Из открытого ящика никто не выскакивал и не пытался вылезти, а лишь вылетело облачко пыли. Аккуратно подойдя, Марк заглянул внутрь.

– Статуэтка? – недоумевая и одновременно расстроившись, он ухватился за содержимое ящика и вытащил на стол. – Довольно тяжёлая для такого размера, – заключил Марк, осматривая каменное изваяние.

Перед ним сидело неизвестное существо с коренастым телом – отдалённо, оно имело сходство с крупным, упитанным котом. Лапы твари были похожи на медвежьи, туловище покрывали рыхлые клочки шерсти, с наростами, напоминающими мох. На приплюснутой морде, с носом, похожим на птичий клюв, было три глаза: левый и правый, казалось, наполнены грустью, а вот тот, что по центру – с нескрываемым презрением смотрел вверх. Необычный глаз рос из самой переносицы и тянулся почти до верхней части лба. Слегка наклонившись, Марк посмотрел в этот «недобрый» глаз, находящийся в аккурат между ушами, торчавшими в разные стороны.

– Забавный какой, – заключил он. – Секундочку, – Марк включил настольную лампу и придвинул её так, чтобы она освещала дно странного ящика. – Что это? – он рассмотрел поблёскивающие полосы на стенках, перевёл свой вопрошающий взгляд на каменного истукана. – Неужели это следы от когтей? Бре–е–ед, – протянул он, отмахиваясь от мыслей, пришедших в его голову.

Не найдя более ничего необычного ни в ящике, ни в скульптуре, Марк протёр каменное существо влажной тряпкой и поставил сохнуть на подоконник.

«Утро вечера мудренее», – подумал он, укладываясь обратно в кровать, с горечью осознавая, что на сон осталось всего несколько часов.

8

Когда Марк уходил на учёбу, каменная фигурка неизвестного существа всё так же стояла на подоконнике. Купаясь в лучах утреннего солнца, статуэтка покрывалась мелкими трещинами, стремительно соединяющимися между собой и от этого становясь больше в размерах.

На пол с грохотом упали несколько крупных фрагментов с очертанием верхней части морды и передних лап скульптуры. Отдалённо, осколки напоминали каменную скорлупу или разломанную поделку из папье–маше, сделанную прямо поверх неизвестного существа и затем покрытого слоем бетонного раствора.

9

Сейчас…

Марку никогда не нравилась суета и шум, но, к сожалению, от них не скрыться, если ты живёшь в большом городе, а за окном кафе, в котором сейчас сидишь – обеденное время. Барабаня ладонями по столу, он размышлял обо всём подряд, попутно радуясь принятому решению: прогулять занятие и пойти перекусить. Причиной был не столько голод, сколько жутко раздражающий преподаватель философии из первого корпуса, где и учился Марк. Если быть точным, то бесило отношение преподавателя к теме, выбранной Марком для дипломной работы. Интересная у него получалась философия – прилюдно высмеивать студентов с нестандартными темами и взглядами на жизнь.

– Пожалуйста, ваш чай, – улыбчивая официантка поставила большую белую кружку на стол и побежала обслуживать следующего клиента.

– Спасибо, – тихо ответил Марк, глядя на неё со спины.

Хорошо сложенная фигурка девушки невольно вызвала улыбку.

Колокольчик, висевший над входной дверью кафе, снова зазвонил. Казалось, он не замолкал ни на минуту. Посетители стремительно прибывали, отчего внутри помещения становилось шумно и душно.

– Пройдите в конец очереди! – возмущённо выкрикнула полная, седоволосая женщина. – Вот молодёжь нынче пошла – ни стыда, ни совести.

Она яростно выпучила глаза, сверля ими двух девушек, по–видимому, встретивших подругу и посчитавших, что это даёт им право втиснуться в очередь именно в этом месте. Повисла затяжная пауза. В итоге: девушки, состроив отрешённые гримасы, всё же сдались и прошли в конец очереди.

– Хочу ещё мороженого! – выкрикнула маленькая девочка, обедавшая с родителями через столик от Марка. – И газировки и …

Требовательную крикунью перебила мама:

– На сегодня сладкого достаточно, – она нахмурилась и покосилась на мужа.

Сообразив, что от него требуется, отец семейства заявил:

– Э–м–м… Не капризничай, а то отдам дяденьке полицейскому, – он кивнул в сторону окна.

Марк проследил за его жестом и сначала увидел проблесковые маячки, а потом и саму машину с надписью «полиция» на водительской двери. Стоит отметить, что на место ДТП, случившегося совсем недавно, они прибыли быстрее обычного. Старенькая трёх дверная Нива, выезжая с примыкающей улицы, въехала в бок полуразвалившейся «пятёрки». Представитель закона с серьёзным лицом подошёл к ругающимся водителям и, слегка растолкав их в стороны, принялся что–то объяснять, а может спрашивать. Отсюда их было не слышно.

Марк перевёл взгляд на пятиэтажку, что стояла через дорогу от кафе. На четвёртом этаже, в одном из окон, появилась пожилая женщина. Мечтательно улыбаясь, она смотрела вверх – на небо. Марк пододвинулся поближе к окну и посмотрел туда же. Большие белые облака, купаясь в лучах солнца, плыли, вальяжно и медленно видоизменяясь. Больше ничего: ни радуги, ни стаи птиц, ни самолёта или прочих предметов. Было любопытно, что творится в её голове, но не выбегать же и не приставать к незнакомой бабушке с дурацкими расспросами.

– До сих пор не верится, что его не стало, – заикаясь произнёс мужской голос.

Марк обернулся и мельком осмотрел компанию людей, сидевших за двумя сдвинутыми столами. Судя по печальным лицам и цвету одежды – это либо обед после похорон, либо поминки. В любом случае – повод, грубо говоря, печальный. Почему–то, в такие моменты хочется уйти и, притом, подальше. В подобных ситуациях Марк чувствует себя лишним, накатывает чувство неловкости из–за того, что приходится созерцать чужое горе. В голову начинают лезть мысли о смерти, ностальгия по близким и знакомым, что уже ушли на небеса.

Взяв поднос, Марк решил выйти на летнюю веранду, пристроенную к зданию, где размещалось кафе. Щурясь от солнца, он аккуратно прошёл за столик в дальнем углу и, что самое главное, находящегося в тени. Скинув рюкзак на соседний стул, Марк осмотрелся.

«Здесь куда спокойней и уютней, чем внутри», – подумал он.

Чай был ещё горячим – поэтому Марк решил сначала съесть пиццу, а уж потом насладиться фруктовыми нотками «Гринфилда» из пакетика в виде пирамидки. Телефон, лежавший на столе, рядом с подносом, проиграл короткую мелодию. Не выпуская из рук пиццу, Марк наклонился и посмотрел на экран – это было сообщение от Вики:

«Как дела с загадочным магом с северной окраины?»

Марк закатил глаза и раздосадовано помотал головой.

– Никак, – буркнул он, дожёвывая пиццу. – Зато остался сувенир, на память, – он улыбнулся тому, что даже в такой ситуации, удалось найти плюс.

Марк отпил горячего чая и замер, уставившись на то самое окно пятиэтажки напротив. Старушка теперь сидела на карнизе. Свесив ноги и махая руками, она напевала детскую песенку:

– В открытые окна влетает, весенний погожий денёк, и каждый мечтает, о счастье мечтает, и, может, тот день недалёк. Мечтаю я плавать, как рыбка, – она изменила голос на более высоки и протянула: – а я, словно птица, летать… – её губы сжались в тонкую линию, а затем она глянула бледно–голубыми глазами на плывущие облака и улыбаясь, расставила руки, словно изображала самолёт.

На старушку начали обращать внимание прохожие, виновники ДТП прервали свои бурные обсуждения и, задрав головы, уставились на окно четвёртого этажа.

– Вы что делаете? – выкрикнула женщина из остановившейся машины.

– Прошу вас соблюдать спокойствие, – перебежав дорогу, полицейский встал на тротуар под самым окном, – вернитесь в дом. Я сейчас поднимусь, и мы спокойно всё обсудим, – он снял фуражку и вытер пот со лба.

– А я, словно птица, хотела летать, – повторила старушка и прыгнула вниз.

Марк даже вскрикнул от неожиданности и чуть не облил себя горячим чаем. Он машинально зажмурился, не желая видеть жуткого удара тела бедной старушки о плитку тротуара, но хлопка не произошло. Марк услышал удивлённые возгласы и аханье очевидцев. Все указывали на небо, прикладывали ладони козырьком и мотали головами.

Марк посмотрел вверх.

– Она летает… – прошептал он.

Такого не то, что не может быть, подобное и в слух – то говорить не стоит – сочтут ненормальным. Но сейчас он видел, как ветер развевает полы её свободного платья и белые пряди волос, солнце заставляет старушку жмуриться и улыбаться так, словно в рот положили дольку лимона. Она то набирала высоту, то вновь ныряла вниз, почти касаясь поднятых рук прохожих.

– Сума сойти! – выкрикнул один из виновников ДТП.

– Что происходит? – просипел второй, отходя от столкнувшихся машин.

Марк привстал и, вытягивая шею, посмотрел туда, где стояли старенькая Нива и «пятёрка». Стёкла от фар и лобового стекла, лежавшие на асфальте и помятых капотах, начали вибрировать и подскакивать. Издавая громкий скрежет, металл кузовов начал выпрямляться, принимать ту форму, что была до аварии, вмятины и царапины растворялись прямо на глазах.

Люди пятились в стороны от столкнувшихся автомобилей, боясь необъяснимого явления. Кто–то до сих пор поглядывал на небо, рассчитывая увидеть летающую старушку. Но она пропала из поля зрения очевидцев. Неудивительно, ведь небо слишком необъятное, чтобы хотелось кружить над старенькой хрущёвкой и до боли знакомыми улицами.

Раздались голоса девушек, ранее пытающихся втиснуться в очередь:

– Мы уважаем старших! – кричала одна из них.

– Честное слово, клянёмся! – подтверждала её слова подруга.

Они стояли на коленях перед удивлённой женщиной, с которой недавно был конфликт.

– Ого, сколько вкуснятины! – выкрикнула капризная девочка, недавно просившая у родителей сладости.

Перед ней, прямо на подносе, появлялись ровные ряды, выложенные из разноцветных шариков мороженного. В центре появились леденцы радужного цвета, а по бокам от строящейся пирамиды – стаканы с газировкой и разноцветными трубочками.

Марку было плохо слышно, что происходит внутри заведения, но через окно, ведущее с веранды внутрь кафе, он чётко увидел жуткую картину. Сидевшие за сдвинутыми столами, подскочили, как ужаленные. Раздались вопли, несколько человек, потеряв сознание, рухнули на пол. Пятясь назад и отбегая в сторону, они смотрели на появившегося перед ними – человека в чёрном блестящем костюме.

«Скорее всего, повар – шутник, – подумал Марк, возвращаясь за стол. – Решил разыграть клиента и подсыпал мне в пиццу наркотики или препарат, вызывающий галлюцинации».

Он потряс головой и потянулся к кружке с чаем, когда ноги коснулось что–то мягкое и тёплое. Машинально отдёрнув ногу, Марк слегка наклонился, приподнял скатерть и посмотрел под стол.

На него смотрело трёхглазое существо с приплюснутой мордой, на которой нос напоминал птичий клюв, а в открытой пасти было лишь два клыка сверху.

– Помоги мне, – жалобно просипело существо, прижимая синие лохматые уши к макушке, усыпанной наростами в виде длинных шипов.

10

Марк понимал, что существо, сидящее в его рюкзаке – это точная копия каменного изваяния, оставленного дома, на подоконнике. Стараясь максимально ускорить шаг, он направился к своему дому. Прохожие и люди из проезжающих мимо машин, замедлив ход, смотрели на него, словно без слов прося о чём–то, как будто им хотелось дотянуться до него, коснуться. Марк обернулся. За ним тянулась толпа людей: они шли, потупив взгляд, а к ним примыкали другие прохожие. Марк свернул в ближайший двор и увидел странного мужчину. Это был высокий блондин в чёрном плаще, поверх которого висел большой ромбовидный амулет.

– Остановись, – выкрикнул мужчина. – Иначе быть беде.

Марк сделал вид, что не слышит его. Не сбавляя скорости, он пересёк детскую площадку и завернул за угол многоэтажного дома. Мужчина в плаще побежал за ним. Он остановился за углом дома и осмотрелся, но от преследуемого не осталось и следа.

11

Аккуратно поставив на пол рюкзак, Марк уселся на потрёпанный пуфик, стоявший в коридоре у входной двери. Ещё секунду назад он бежал по улице, желая как можно скорее оказаться в безопасном месте, а теперь пытается отдышаться, стоя в своей квартире. Магия, да и только. Никаких порталов или волшебных дверей он не открывал и не видел – просто переместился из точки «А» в точку «Б»: с улицы – домой.

– Ну и дела, – произнёс Марк, поглаживая взъерошенный затылок.

Он подошёл к двери и убедился, что она закрыта на оба замка. На всякий случай, задвинул щеколду с цепочкой.

– Так, спокойно… спокойно, – говорил он себе, скидывая кеды и поглядывая на шевелящийся рюкзак. – Всему должно быть объяснение. Просто… просто, – вспомнилась летающая старушка и появляющиеся шарики мороженного перед маленькой девочкой. «Не просто, чёрт побери, совсем не просто». – Что происходит?! Что за шутки, а?! – выкрикнул он, хватаясь за голову.

– У–у–рдж, – произнёс странный голос из рюкзака.

Стараясь не шуметь, Марк на цыпочках прошёл в свою комнату и посмотрел на подоконник. Каменной статуэтки, как он и предполагал, там не оказалось. Зато были осколки, валявшиеся на полу. Догадка становилась фактом и от этого дрожь в теле стала только сильней.

– Ур–р–рдж – др–руг, – почти рыча, произнесло существо, барахтаясь в рюкзаке.

Аккуратно подойдя к рюкзаку, Марк расстегнул молнию и, сделав пару шагов назад, замер в ожидании. Поначалу ничего не происходило – видимо сидевший внутри тоже побаивался. Примерно через минуту показалась мохнатая холка и кончики ушей, затем глаза: сначала третий, покачиваясь и презрительно щурясь, а за ним два, более–менее, обычных. Рюкзак завалился набок и существо, пискнув от испуга, выпрыгнуло наружу и забилось в угол коридора.

Марк тоже чуть не вскрикнул от неожиданности, но сумел сдержаться. В данный момент, он смотрел на неизвестного ему зверька с чувством сострадания и любопытства, а не страха. Сейчас он напоминал маленького испуганного ребёнка в теле пришельца.

– Не бойся, – сказал Марк. – Я тебя не обижу… если первым не нападёшь.

Продолжая вжиматься в угол, существо покосилось на него всеми тремя глазами. Вздыбленные участки шерсти на спине начали принимать более ровный вид, крючковатые когти спрятались в мохнатых подушечках лап. Стало слышно, что при втягивании воздуха пропало заунывное постанывание.

Медленно опускаясь, Марк уселся на пол.

– Ты умеешь говорить, да?

Существо еле заметно кивнуло мохнатой головой и произнесло:

– Урдж.

– Это твоё имя? – спросил Марк.

– Да. Имя.

Произнося слова, существо жмурилось, пытаясь сконцентрироваться. Казалось, что речь ему давалась с большим трудом, каждый звук для широкого языка, видневшегося в приоткрытой пасти, был словно пытка.

– Меня зовут Марк. Приятно познакомиться.

Поглядывая грустными глазами, Урдж сделал несколько неуверенных шагов в сторону нового знакомого. Его третий глаз, словно сторож на посту, не моргая, смотрел по сторонам. Медленно обходя Марка, он, дёргая головой, принюхивался, одновременно клоня её, то в право, то в лево.

– Ты голоден? – спросил Марк.

– Нет, – коротко ответил Урдж и, ловко оттолкнувшись задними лапами, запрыгнул на письменный стол.

Марк встал с пола, сел на стул и, скрестив руки, спросил:

– Ты просил о помощи. Я правильно понимаю?

Урдж кивнул, тыкая мохнатой лапой на одну из распечаток, что лежали на столе.

– Этого дома уже давно нет, – сказал Марк.

– Урдж, дом, – протянуло существо.

– Ты там жил?

– Урдж жил.

«Логично», – подумал Марк, размышляя над следующим вопросом. – Герман Владимирович, твой хозяин?

– С–соз–з–дал, – щурясь от напряжения, выдавил Урдж.

– Ага. Понял, – Марк почесал затылок, разглядывая распечатки на столе. – Эх. Жалко, что мало информации. Вот если бы побольше фотографий и секретных данных…

Он не успел договорить, а перед ним появились пирамиды из толстых папок, аккуратно свёрнутые карты на пожелтевшей от времени бумаге, несколько книг и стопка фотографий.

– Это ты сделал? – выкрикнул Марк, указывая на появившиеся предметы трясущимися ладонями. – С ума сойти! Глазам не верю.

– Урдж, – протянуло существо.

Марку показалось, что он увидел улыбку на кивающей, мохнатой морде существа. Склонившись над стопкой фотографий, Урдж ткнул клювообразным носом в одну из них.

Марк аккуратно взял это фото и внимательно рассмотрел: на нём был высокий человек в длинном болохонистом одеянии чёрного цвета, со смешным головным убором, напоминающим колпак. На руках, одетых в перчатки, он держал маленький комочек шерсти с тремя глазами. Марк догадался, что это, либо совсем маленький Урдж, либо его родня, а мужчина, тот самый маг с северной окраины – Герман Владимирович. На вытянутом, худом лице с крючковатым носом и большими полуприкрытыми глазами не было ни единой эмоции. Внешность странного человека немного насторожила Марка. Но ведь на то он и маг, а не обычный соседский мужик, работающий с утра до вечера и ругающийся по вечерам с женой и непослушными детьми. Маг! И точка!

«Нужно взять себя в руки и всё проанализировать, – подумал Марк, листая чёрно–белые фотографии. – Тут не только диплом можно написать… Статьи, интервью, известность, а там и деньги, и беспечная жизнь…»

Желудок Марка предательски заурчал, заставляя его отвлечься от глобальных размышлений о собственном будущем.

– Если я правильно понял, то… – он улыбнулся и хитрыми глазами глянул на Урджа. «Хочу гамбургер с говяжьей котлетой, большую картошку фри и стакан вишнёвого сока со льдом», подумал он про себя.

Марк негромко хлопнул в ладоши и даже не успел моргнуть, как почувствовал запах еды. Урдж съёжился, по его шерсти пробежала дрожь, а затем вырвались еле заметные, маленькие светящиеся точки. Заказ Марка, заботливо составленный на красный поднос, появился перед ним на столе.

– Ты джин, что ли? – спросил Марк, ещё больше поддаваясь шоковому состоянию. – Это, вообще, нормально?

– Ур–р–рдж, – расстроенно протянуло существо.

– Так, – Марк отпил вишнёвого сока и, взявшись за подбородок, принялся размышлять. – Что нам известно: магия существует, по крайне мере, магическое существо, – он глянул на поникшего Урджа. – Ты чего?

Аккуратно подойдя, Урдж ткнул лохматой лапой в худощавого мага на фото.

– Ты скучаешь по своему хозяину?

– Да.

– Что с ним случилось?

Урдж внимательно обнюхал стопку папок и затем указал на одну из них. Марк аккуратно извлёк её и откинувшись на спинку стула, принялся листать.

12

Марк встал со стула и, разминая шею, начал ходить по комнате, взад–вперёд. Почёсывая затылок и периодически поглядывая на мирно сидящего Урджа, он пытался сообразить, что делать дальше.

– Выходит, мужчина с ромбовидным кулоном, который гнался за нами во дворе – из тайного сообщества «Равновесие». Ну и название, хотя… – Марк скривил рот и пожал плечами. – Их предки: бабушки, дедушки и даже прабабушки – обратили твоего хозяина в камень. Верно? – Урдж неуверенно кивнул, сутуля лохматую спину и поглядывая в окно, за которым был поздний вечер. Марк продолжил: – Они хотят избавиться от тебя, на сколько я понимаю, или забрать. Лично я так бы и сделал. Учитывая шумиху, которую ты поднял сегодня в центре – теперь только глупый не в курсе существования сверх сил. А если… – он на миг остановился и посмотрел на Урджа испуганными глазами, – … если они и свидетеля захотят убрать – ведь я теперь много чего знаю.

– Сомневаться, – протянул Урдж.

– Равновесия им подавай! – возмущённо выкрикнул Марк. – Кто они такие, чтобы решать, кому и что можно, – он подошёл к письменному столу, посмотрел на фото людей, состоявших в те времена в этом тайном сообществе и, судя по всему, причастных к исчезновению мага северной окраины.

Стоило признать, выглядели они величественно и гордо. У каждого был свой стиль в одежде, а взгляд… словно смотрели сквозь тебя, сквозь время и обыденную суету, не значащую ровным счётом ничего в безграничном мире магии. Судя по датам смерти – в живых никого из них не осталось. Марк пролистал личное дело пятёрки предводителей прошлого столетия и сделал интересное заключение: они либо исчезли, либо погибли при странных обстоятельствах.

«Нечего лезть на рожон», – подумал он, прислушиваясь к громкому разговору соседа с женой.

– … мечтал, ты слышишь? – радостно кричал он. – Больше я не дяденька, работающий на мусоровозе.

– Это замечательно! – выкрикнула его жена. – Но как тебе удалось?

– Как, как… Звонит мне, только что, начальник и говорит: Михаил, с завтрашнего дня вы занимаете мой пост, а я, пожалуй, на пенсию выхожу. Представляешь? Мол, документы все готовы и то и сё. Короче – добро пожаловать в руководящий состав. Сначала, думал, шутит…

Марк посмотрел на Урджа, его шерсть снова вибрировала и подёргивалась, а от неё тянулись шлейфы еле заметного света, внутри которого плавали светящиеся точки. Они расходились в разные стороны: в решётку вентиляции, в приоткрытую форточку, даже в замочную скважину двери, ведущей на лестничную площадку. Опустив мохнатую морду, он прикрыл все три глаза и начал громко сопеть.

– Тебе плохо? – Марк подскочил к нему и провёл ладонью по спине. – Ответь, прошу. Чем я могу помочь?

Урдж приподнял полуприкрытые глаза и глянул на окно. Марк подошёл к подоконнику и, облокотившись о него, посмотрел во двор.

– Сума сойти, – прошептал он, разглядывая собравшуюся толпу.

Люди стояли неровными рядами, не двигаясь, не разговаривая, а лишь нелепо сдвинув брови домиком, блаженно улыбались. Фонари мерцали, из нескольких вместо света вылетали искры. Но собравшихся это не беспокоило. Как корабли во время шторма, на маяк, во двор с сходились со всех сторон: одни – через арку, другие – с торца г–образного дома. Взоры собравшихся были направлены вверх – в данный момент, они смотрели на Марка. Наверняка, они чувствовали силу магического существа, прячущегося за его спиной. Им хотелось вдохнуть хотя бы маленькую частичку той силы, что способна исполнить желание, сделать повседневную жизнь ярче, исцелить, вернуть, подарить…

– Так, что же делать? – Марк ещё раз окинул взглядом двор. – А вот это уже плохо, – проговорил он, заметив двух людей в чёрных плащах.

Даже отсюда были видны блестящие ромбовидные амулеты, болтающиеся поверх одежды молодых мужчин, расталкивающих зевак и настырно пробирающихся к подъездной двери. Марк полностью забрался на подоконник и прижался лбом к стеклу, чтобы увидеть, войдут ли эти двое в подъезд. Люди с амулетами, резко посмотрели вверх. Их взгляды остановились на окне, через которое на них смотрел растерянный парень. Один из них рывком открыл дверь подъезда, и они вбежали внутрь.

– Нужно уходить! – выкрикнул Марк, спрыгивая с подоконника. – Нас, либо поймают, либо твои силы иссякнут и ты, скорее всего, погибнешь.

– Вер–р–рно, – протянул Урдж.

В этот момент свет в квартире погас. Марк подбежал к столу, схватил Урджи, медленно вышел в коридор, прислушался. В двери несколько раз постучали. Марк вздрогнул и попятился в комнату.

– Открой, парень! – донёсся голос с лестничной площадки. – Мы не причиним вреда. Просто поговорим.

– Так я и поверил, – прошептал Марк, попутно думая над тем, как вытащить себя и Урджи из западни.

Через дверной проём комнаты он увидел, как коридор осветила яркая вспышка синего света. Послышались быстрые шаги.

«Думай, думай, думай», – Марк зажмурился и в этот миг его лицо обдало холодным ветром.

Он хотел открыть глаза, но мешало яркое солнце. Марк попытался сделать шаг и по колено провалился в снег. Он почувствовал, как Урджи прижался к нему во время перемещения. Мохнатому бедолаге было совсем нехорошо: он, то и дело, постанывал и дёргался, словно его мышцы сводило судорогой. Прикрывая свободной рукой глаза, Марк осмотрелся – они были в горах и, судя по открывающему отсюда виду, очень высоко. Ветер немного притих и поднятая им снежная пелена начала постепенно оседать.

– Ого! – выкрикнул Марк, потирая замёрзшее плечо. – Ого–го! – повторил он, узнавая место, где они сейчас находились. – Эверест? Серьёзно?! – он истерично рассмеялся, вспоминая картину, висевшую над его столом.

Как и многие, он мечтал о походе на Эверест, но до этой мечты юному студенту было далековато. Нужно было закончить университет, найти работу и уж потом размышлять, не забывая при этом откладывать деньги. Но вот он здесь – без экипировки, подготовки и прочих нужных вещей, и навыков. Судя по всему, сейчас здесь полдень, а температура, по ощущениям парня в футболке, около двадцати градусов ниже нуля. На Марке появилась свободная пуховая куртка с глубоким капюшоном. Заботливо спрятав за пазуху Урджи, он сказал:

– Побереги силы. Не нужно исполнять каждое желание.

Урджи ничего не ответил, лишь поёжился, сворачиваясь в клубок ещё сильнее. Марку показалось, что с первой их встречи он уменьшился в размерах и весе. Выходит, что желания забирают его силы – вот только как их восстановить, как подпитать безотказное существо?

Яркая вспышка, осветившая синими лучами блестящий снег, заставила Марка обернуться. Появившаяся воронка, закручивая в себя снег и вбирая лучи солнца, обернулась в дверь.

– Уходить, – просипел Урджи.

– Согласен, дружок, – Марк попытался отбежать в сторону, но сделав пару шагов, снова провалился в снег.

Ручка появившейся двери повернулась, и она открылась. Как и ожидалось, оттуда вышли двое преследователей в длинных одеяниях, с ромбовидными амулетами на груди.

«Исчезните, проклятые преследователи», – подумал Марк.

Ромбовидные медальоны, висевшие на шеях незнакомцев, засияли. Белый свет осветил их напряжённые лица снизу, подчёркивая хмурые гримасы. По–видимому, от этого желания их защитила магия оберегов.

Нужно было срочно придумать что–то новое. Марк поймал себя на мысли, что ему сложно сконцентрироваться. Идеи разбегались, словно дети, испугавшиеся темноты. Но свет вдруг вспыхнул, где–то глубоко в сознании, подкидывая вариант, показывая выход, место…

Казалось, что огромный великан схватил его за шиворот и со всего размаха зашвырнул… Вот только куда? Боясь провалиться в сугроб или хуже того, жерло вулкана, Марк, стараясь особо не двигаться, осмотрелся. Мягкий свет, в меру тёплый воздух, странное ощущение свободы и невесомости…

– Облака? – удивлённо спросил Марк, мотая головой.

Клубясь, сливаясь и видоизменяясь от лёгких дуновений ветерка – их окружали огромные ватные гиганты.

– Стой, где стоишь! – раздался голос.

Марк и Урджи посмотрели вверх и увидели человека в сияющей мантии, с огромными, белоснежными крыльями за спиной. Часто ими махая и грозно сведя брови, он возмущался, выкрикивал слова негодования и досадливо мотал головой. Марк не знал, на кого они сейчас смотрят: это мог быть ангел или загадочный человек–птица – мало ли кто существует в необъятной вселенной. Когда хмурый незнакомец подлетел совсем близко, Марк, кивая своим мыслям, произнёс:

– Идём к твоему хозяину, Урджи.

13

На дворе стояло раннее утро. Учитывая время суток, сотрудники музея находились дома, кроме охранника, сидевшего в кресле, на первом этаже. Запрокинув голову на неудобную спинку, он мирно посапывал, не обращая внимания на звуки, доносящиеся из цокольного этажа. Именно там, в самом конце длинного коридора, уставленного пыльными стеллажами и стеклянными полками, в одном из помещений, за закрытой дверью, был размещён металлический саркофаг с каменной фигурой мага северной окраины.

Марк снова постучал костяшками по каменному лбу статуи и прошептал:

– Твой хозяин сможет помочь тебе… эмм… восстановить силы?

Урджи не ответил.

После последнего перемещения его трясло, не переставая, глаза стали совсем грустными, даже третий, тот, что всегда был начеку, понуро прижался ко лбу, наблюдая за происходящим отсутствующим взглядом.

– Энергия… – просипел, наконец, Урджи. – Магия…

Марк с прищуром посмотрел на каменное лицо лежавшего перед ними. Что–то смущало его в этом взгляде или энергетике, исходящей от открытого саркофага. Внутреннее ощущение било тревогу, а интуиция просила ещё раз всё взвесить и подумать.

Марк потёр сонные глаза, зевая во весь рот. Когда он посмотрел перед собой, то вздрогнул.

– Тихо, парень, – произнёс мужчина в чёрном плаще, выставив вперёд ладони. – Мы на одной стороне. Понимаешь?

Он склонил голову и замер в ожидании ответа. Из–за распахнутого ворота показался ромбовидный медальон, источающий еле заметное свечение. За спиной незнакомца возник его собрат с металлическим ящиком в руках. Марк понимал, для кого предназначен этот атрибут.

«Спроси, что они сделали с теми, чьи желания реализовались?», – спросил громкий басистый голос, внутри головы Марка.

Судя по всему, когда сотрудники музея вскрыли саркофаг, они нарушили целостность рун, отвечающих за блокировку запертого в нём сознания.

Немного помешкав, Марк спросил:

– Что стало с людьми, чьи желания исполнились?

– Не понимаю, о чём ты, – стоявший перед Марком скривил рот и вопросительно поднял брови.

– Старушка, та, что обрела возможность летать. Что с ней? – Марк нахмурился, глядя незнакомцу прямо в глаза.

– Хорош с ним нянькаться, – раздался раздражённый голос второго мужчины. Он резко подскочил к Марку и, оттолкнув его плечом, схватил Урджи и засунул в чёрный ящик. – Так–то лучше. Мохнатый уродец изолирован, – он демонстративно закрыл железную крышку, – так что, желания, увы, больше не сбудутся. А ту старуху мы поймали. Поймали и трупа ожившего, что припёрся в кафе. Руководство ещё не решило…

– Замолчи, – одёрнул его напарник.

От услышанного Марка передёрнуло.

«Что за самосуд, кто им дал право…», – мысли лились бурной рекой обиды и непонимания.

Марк решил идти ва–банк. Он выбил металлическую ловушку, из рук человека в чёрном плаще. Ящик ударился об пол, крышка отлетела в сторону и наружу выкатился растерянный Урджи. Сейчас он выглядел так, словно его разбудили во время зимней спячки.

– Пусть твой хозяин оживёт! – выкрикнул Марк за миг до того, как ладонь человека в чёрном плаще прикрыла ему рот.

Помещение заполнил вой, словно стая волков пыталась состязаться с штормовым ветром – кто громче. Люминесцентные лампы на потолке начали моргать, затем лопаться одна за другой. Гравитация внутри помещения резко изменилась: все предметы, находящиеся внутри, оторвались от пола.

– Что ты наделал? – выкрикнул державший Марка, нервно озираясь по сторонам.

– Нужно уходить! – испуганно завопил его напарник. – Слишком поздно.

– Нет, – отрезал тот в ответ. – Мы верны клятве, а значит обязаны уладить ситуацию.

– Спасибо, парень, – раздался голос, который до этого Марк слышал внутри головы.

Он обернулся и увидел мага северной окраины. Разведя руки в стороны и глядя вверх, он разминал шею и улыбался.

Блюстители равновесия приняли оборонительные позиции. Их ромбовидные медальоны засияли красным.

– Вам не присуща даже капля силы, что была у ваших предков, – маг усмехнулся. – Пыль, – высокомерно глядя, произнёс он и негромко щёлкнул пальцами.

Двое смельчаков в тот же миг обратились в пепел. Маг небрежно махнул рукой и порывы воющего ветра развеяли прах осмелившихся бросить ему вызов. Он снова щёлкнул пальцами, и гравитация внутри помещения вернулась к обычному состоянию: предметы, парящие в воздухе, с грохотом ударились о пол.

Марк отполз в угол и принялся стряхивать пепел с одежды и волос. Он был шокирован тем, как поступил Герман Владимирович.

– Вы же убили их! – выкрикнул Марк.

– Молчать, – тихо произнёс маг. – Иначе, ждёт тебя их участь.

Губы Марка крепко сомкнулись, а язык словно превратился в желе. Маг медленно подошёл и коснулся его лба своими длинными пальцами с неухоженными, пожелтевшими от времени, ногтями.

– Ты слишком положительный человек – нам не по пути, – сказал маг. – Оставлю тебе жизнь – напишешь то, чем грезил: сенсацию, диплом и прочую… теперь уже ненужную миру ересь.

Марк мычал, словно глухонемой, мотая головой и не желая верить в происходящее. Он видел огонь, ненависть и необузданную власть в глазах пробуждённого им. Маг вывел в воздухе знак, тот вспыхнул огнём, и металлическая дверь с грохотом вылетела в коридор.

– Чуть не забыл, – сказал пробудившийся, остановившись на пороге. – Это тебе на память, – он поднял с пола полуживого Урджи и провёл ладонью по его вздыбленной шерсти.

Мохнатое существо уменьшилось в несколько раз и обратилось в камень. По щекам Марка текли слёзы, когда он принял из рук тёмного мага своеобразный сувенир.

14

Поправляя помятую временем одежду, Герман Владимирович, отряхнул руки и прошёл мимо ссохшегося тела охранника. Верный сотрудник музея так и остался сидеть в кресле, сжимая в руке трубку телефона с оборванным проводом.

Закрыв глаза, маг северной окраины вышел на улицу, вдохнул утренний воздух и, раскинув руки, расплылся в самодовольной улыбке. Небо над его головой начало стремительно темнеть, земля под ногами завибрировала, огненные символы появлялись в воздухе один за другим…

Потирая ладони, тёмный маг выкрикнул:

– Рассвета не будет! Ничего не будет… как прежде.

От него в разные стороны разлетались шлейфы чёрного дыма. Словно щупальца хищного существа, они, извиваясь и молниеносно передвигаясь по улицам, настигали людей, забирали их жизненную силу и вливали её в очнувшегося хозяина…

В это же время …

Одёрнув пиджак, преподаватель философии негромко постучал в дверь.

– Войдите, – раздался голос директора.

– Вызывали, Дмитрий Анатольевич? – спросил он, проходя в кабинет и аккуратно закрывая за собою дверь.

– Добрый день, Давид Игнатьевич, – директор встал из–за стола и подошёл к окну. – Хотел спросить об одном студенте, – добавил он.

– О ком конкретно?

– О Марке Чернове. Вы ещё руководителем его являетесь, по дипломной работе.

– Ах, о Марке, – протянул Давид Игнатьевич.

Директор кивнул, задумчиво поглаживая подбородок:

– Вы бы помягче с парнем. Я понимаю: он молодой, пока что неопытный, глаза полны азарта, но вспомните себя…

– Хм… Хорошо звучит: неопытный, – саркастично кивая, Давид Игнатьевич поджал губы и ухмыльнулся. – Он не обуздан и чересчур самоуверен. Всё грезит этой своей магией и сенсациями – мнит себя великим журналистом. Боюсь, как бы любопытной Варваре нос не оторвали.

Их разговор прервала яркая вспышка молнии, на миг разделившая собой небо на две части. Они одновременно подняли глаза и увидели стремительно чернеющие облака, а за ними – медленно угасающее солнце…

Content

Посохин Артём Урджи