Близнецы для бывшего

Регина Янтарная

Пролог

Полина

Муж сообщил, что сегодня у нас будут гости. Я удивилась. Глеб редко принимает посторонних у себя дома. За год замужества я к этому успела привыкнуть.

Видимо, в мире большого бизнеса мало бывает  друзей и… близких.

- Знакомьтесь, Полина – моя жена, - представляет Глеб меня гостю.

Медленно разворачиваюсь назад и застываю, увидев…  своего бывшего.

- Сын моего компаньона - Макар, -  продолжает чеканить Глеб, сдержанно улыбаясь.

Пол начинает уходить из-под ног. Звенит над головой люстра…

Я качнулась и задрожала всем телом. Глеб приобнял меня за талию. Я вздрогнула. Так он ведёт себя только при людях. Но на этот раз я сама прижалась к нему сильнее, словно ища защиты от того, кто стоял напротив, потрясённо взирая в  его пронзительные холодные  синие глаза.

Такие же, как у сыновей. Только у моих детей взгляд нежный и невинный. А этот голубоглазый персонаж смотрит на меня так, что сердце замирает, перехватывает дыхание…

Откуда он здесь взялся?

Макар сжал ладони в замок. Нервничает?

Скольжу по нему взглядом… Повзрослел. Возмужал. Раздался шире в плечах…  На нём футболка и тёмно-синие джинсы, плотно облепившие его накаченное тело. Его мужественная красота покорила не одно женское сердце.

Вот и я в своё время не устояла…

Огромная сверкающая гостиная, будто сжимается, в одно мгновение становится вдруг маленькой,  полностью заполняясь мощной энергетикой Макара.

- Поля, ты чего застыла? – недовольно спрашивает Глеб, испытующе глядя на меня.

По его лицу проходит тень.

- Что - то случилось? – тон Глеба становится требовательным. Я знаю, когда он так говорит, лучше ему не перечить.

Понимаю, надо что-то делать. Протягиваю руку Макару. Он слегка наклоняет голову, едва касаясь губами моей руки.

Не целует…

- Очень приятно, – произносит своим бархатным баритоном. На губах его появляется едва заметная улыбка и тут же исчезает.

Киваю ему в ответ. Не могу вымолвить ни слова. Я потеряна и безумно  напугана его появлением в моей жизни вновь…  спустя  четыре года.

Мужчины о чём -  то говорят. Я не слушаю. Судорожно думая о том, что предпринять?

Лицо Макара непроницаемо, будто не узнаёт меня. Может, действительно забыл? Не понимаю, чего ожидать от него.

Своей отрешённостью он заставляет меня снова трястись от злости на себя и страха за детей. Я знаю, что виновата перед ним. Что не сообщила ему о рождении близнецов. Но я честно пыталась это сделать. И не понимаю, кем  был тот человек, который тогда помешал этому.

Но кем бы он ни был, он был очень близким человеком для Макара…

Перевожу взгляд на малышей.

Мальчики, почувствовав, что взрослые заняты собой, балуются, болтают, размахивают руками. Глеб снова будет недоволен их поведением.

Надо срочно хватать детей в охапку и ретироваться отсюда!

- Паша, Миша, уходим! – строго произношу я, поднимая детей, недовольных  и бурчащих, что не дождались десерта, со своих  мест.

Я непреклонна. Взяв обоих за руки, веду к выходу. Держу крепко, словно боюсь, что кто- то сейчас начнёт отрывать их от меня.

Я немного не в себе.

Вскидываю глаза  на  Макара.

Куда делась его показная невозмутимость? Вцепился взглядом в детей. В шоке переводит взгляд с одного на другого…

Ещё пару минут назад он закрывался, словно от неожиданного вторжения в его жизнь. Ситуация меняется стремительно. Наблюдаю несколько секунд его замешательства…

Но вот он  быстро взял себя в руки…

Стоит весь из себя такой вальяжный, засунув руки в карманы. Провожает нас долгим пронзительным  взглядом. На мгновение мне даже показалось, лёд растаял в его глазах. Нет, только показалось…

В его глазах теперь штормит.

Что он задумал?

Едва закрывается дверь гостиной, чувствую себя так, будто сбежала с поля боя. Мне всё равно. Потому что мне нужна пауза. Передышка.

Макар отец моих сыновей. Но он не знает об этом. Точнее, не знал до этой роковой встречи. Теперь я уже ни  в чём не уверена.

За Глеба я вышла замуж год назад. Вынужденно. У нас с ним контракт. И мы оба строго соблюдаем его условия. Поэтому я и переехала в его особняк вместе с детьми.

Но если бы я знала тогда, что Макиевские и Глеб Дёмин партнёры по бизнесу, пошла бы я на эту сделку?

Теперь уже сомневаюсь.

Поднимаюсь с детьми по мраморной лестнице. У меня  кружится голова, от обиды на глаза наворачиваются слёзы. Я качаюсь.

- Мама, ты заболела? Тебе плохо? – волнуются за меня сыновья.

- Нет, милые, всё хорошо, - натужно улыбаюсь я, провожая их в детскую и передавая няне.

От волнения дрожат руки, подкашиваются ноги. Едва добираюсь до своей комнаты, проскальзываю в неё и  тут же сползаю по стенке.

Сижу на полу, подтянув к себе ноги. Проходит десять минут полной прострации.

Поднимаюсь с пола и медленно бреду к своей кровати.

Зачем ты вернулся, Макар? Зачем снова врываешься с мою жизнь?

Глава 1

Четыре года назад

Полина

Радость от того, что сдала летнюю сессию, и четвёртый курс остался позади, омрачил муж сестры.

Я купила торт и пришла к ним. Света старше меня на пять лет. И у неё уже трое детей. Я очень люблю племянников. Пришла отметить свой праздник с ними.

Но зять Вова в очередной раз напился…

Не успела я войти в дом, как он забузил:

- Полька, кто же отмечает такое важное событие тортом?!..  Бестолковая ты, как ваша покойная мать…

Не обращаю  внимания на его пьяную болтовню. Привыкла.

Дети очень обрадовались, и мы шумной толпой повалили на кухню. Светы дома не было. Чтобы прокормить такую ораву, она помимо основной работы, мыла полы ещё и на почте.

Племянники расселись вокруг стола. А я включила чайник и начала разрезать торт.

-  Гены у тебя, Поля, плохие…,- донёсся до меня голос Вовы.

Вскинула глаза на него.

Он стоял, упираясь руками в проём двери, и  сверлил меня своим мутным взглядом.

- У тебя в самый раз! – буркнула я себе под нос, накладывая куски торта на тарелки.

Отношения с зятем у меня были натянутые. Я не понимала, почему сестра продолжает с ним жить. С этим… недоразумением рода человеческого. Не работает, семью не содержит, пьёт…

- Нагуляла тебя мамаша от приезжего, вот ты такая и строптивая…

Рука дрогнула, и я полоснула ножом себе по пальцу. Кровь ручейком начала сбегать на белое платье. Я не ощущала физической боли. Мне казалось, нож вонзился  не в мой палец, в мою душу.

В одно мгновение в голове начали сходиться пазлы, все недомолвки, картины, когда все вдруг дружно замолкали с моим появлением. Вот оно что. Вот она та семейная тайна, которую от меня скрывали все эти годы. Родители считали, что унесли её с собой в могилу?

- Ты чего бледная такая? – Света грубо отстраняет своего Вову и проходит на кухню с двумя огромными пакетами в руках. - Полина! - восклицает она. – Господи, да у тебя же кровь!

Она бросает пакеты на пол, подаёт мне салфетки и начинает рыться в аптечке. Затем обрабатывает мою рану. Я стою отрешённая от всего. Сестра  заканчивает, и устало падает на стул.

-  Свет, это правда? – дрогнувшим голосом спрашиваю я.

- Что, правда? Чего там тебе опять Вовка спьяну наговорил? – недовольно отзывается она. – Ты тоже…  больше его слушай!

- Папа мне не родной? – спрашиваю  я, глядя на  неё в упор.

Если она сейчас солжёт, я почувствую это сразу.

- Забей, Поля! Никакого уже нет в живых. Родной…  неродной. Какая теперь разница!

- Значит, правда, - подвожу я черту упавшим голосом.

- Твою ж… этого Вову! И кто его только за язык тянул?! – нервно выдаёт она.

***

Выбегаю из дома. Слёзы текут по моим щекам. Безумно  больно и обидно. Столько лет обмана!  Все знали и молчали. Выходит, папа был вовсе не мой папа. Только Светин…

Я всегда чувствовала, что что – то не так. Вот и дом, в котором я живу, отец завещал только Свете. Но живу в нём я. Сестра с детьми живёт у мужа.

И пока никто не просит меня выметаться… Впрочем, наверное, это пока. Неспроста же Вова начал сегодня мою подготовку… Остался всего год учёбы. Может, сестра ждёт, когда я закончу? Пойду работать на полную ставку, и смогу снять себе жильё сама?

Какое благородство с её  стороны!

Теперь я уже злюсь на Светку. Она когда собиралась объявить мне такую шокирующую новость?

Слёзы снова навернулись на глаза и полились нескончаемым потоком.

Не замечаю, как оказываюсь на набережной. Усаживаюсь на берегу и, подтянув ноги, обхватываю руками колени. Мы живём в небольшом курортном городке. Со всеми вытекающими из этого плюсами и минусами. В моих ногах плещется море. Над головой  ярко светит солнце.

Позади четвёртый курс. Впереди долгожданное лето.

Конечно, предстоит ещё летняя практика. Но это меня не смущает. Для того, чтобы продолжать учёбу в университете мне и так приходится постоянно подрабатывать.

А как иначе?

Я вытираю слёзы и смотрю вдаль за линию горизонта. Пытаюсь успокоиться, собрать себя по кусочкам после шокирующего стресса.

Море всегда действует на меня умиротворяюще.

Правда, сегодня получается не очень.

- Девушка! –  слышу над головой бархатный мужской баритон.

Да пошёл он!

Ходят тут вечно всякие… приезжие, ищут себе девочку на одну ночь.

Вскидываю своё заплаканное лицо и… замираю. Передо мной собственной персоной стоит  бизнесмен Макиевский. Хлопаю ресницами и тупо взираю на его красивое мужественное лицо. В груди разливается жар, щёки заливает краской. Он вглядывается в моё лицо, будто узнаёт. Опускаю голову, украдкой продолжая пялиться на него.

- Привет, Полина! – слышу его низкий сексуальный голос, и вся съёживаюсь внутри. – Что неприятности?

Я теряюсь. Не понимаю, что со мной творится. Ошеломлённо смотрю на молодого человека. Наши глаза встречаются. Я  тону в синеве его глаз, словно в море, что плещется  рядом.

И никак  не могу всплыть на поверхность.

***

Макар

Я оказался в этом городе по воле отца. Неожиданно он решил устроить мне проверку перед стартом…

- Макар, необходимо модернизовать оборудование на комбинате…  Слетаешь туда. Хорошо и быстро выполнишь работу, это будет твой шанс въехать в большой бизнес. Доверю крупное предприятие  в Сибири, - гордо сообщил он.

Я даже задохнулся от возмущения.

Ничего себе честь! Он что вконец офигел? Брат Егор уже год за границей возглавляет представительство. А меня всё по стране шарашит. Но он не слушает мои доводы. Делает так, как считает нужным только он. У него одно правильное мнение - его собственное.

Считает, что приобретать бесценный опыт нужно исключительно с низов. Ну, типа как он сам начинал.

Стиснув зубы, молча киваю. Моё мнение его не интересует, это он уже чётко дал понять.

- К тому же, там какие – то тёмные дела мутит управляющий. Разберись на месте…, - сухо бросает отец.

С такими напутствиями отца я уже второй месяц корплю в этом небольшом городке.  Единственное утешение – море.

Каждый день после работы прихожу сюда. И даже забываю на время свою злость на отца за этот вояж…

Увидев на берегу одиноко сидящую фигурку девушки, подхожу ближе. Она  сидит на песке, обняв ноги и уткнувшись лицом в свои колени. Её худенькие плечи вздрагивают.

Девочка беззвучно плачет…  Доходит до меня.

- Девушка! – окликаю я.

Непреодолимое желание коснуться её плеча. Но боюсь спугнуть. Сидит такая вся тоненькая хрупкая, сжимает свои худенькие плечи.  Будто нахохлившийся  воробушек.

И чего пристаю к девчонке? Запоздало думаю я. Ну, сидит себе ревёт. Какое мне дело?

Иди мимо чувак!

И тут девушка вздрагивает, поднимает своё опухшее зарёванное лицо, смотрит на меня удивлённо своими огромными блестящими от слёз глазищами.

Я даже чуток ошалел, увидев её глаза. В них будто разлилось два зелёных озера с мерцающими в них звёздами.

- Привет, Полина! – быстро нашёлся я. – Что неприятности?

- Откуда… откуда вы знаете моё имя? – настороженно лепечет она, сдувая русую прядку волос, упавшую на лицо.

- На практику ты приходила оформляться на комбинат…  три дня назад.  Как не обратить внимание на такую...

«Красотку», - хотел сказать, но затормозился. Слишком шаблонно.

- Какую такую? – уточняет  она,  недоверчиво глядя на меня.

- Нормальную. Какую ещё?! – перешёл мигом  на деловой тон. - У меня просто память хорошая на лица и имена. Вот и запомнил.

Я лукавил. Эту девушку выцепил взглядом в толпе практиканток сразу же, как только они появились во дворе комбината. Я стоял с чашкой кофе у окна.

Смотрел вниз. А там она…

Стоит вся такая манящая тонкая в дерзком ярком коротком платье, оголяющем и подчёркивающем длину её сногсшибательных ног. Щебечет о чём - то с подругами. И так лучезарно  улыбается, будто весь мир лежит у её ног.

Я был потрясён.

- Сергей, - обратился  к своему  помощнику. – Как зовут вон ту девушку в  ярком пляжном сарафане?

- Полина, - коротко бросил он.

Я удовлетворённо цокнул языком, словно пробуя на вкус. Полина… красивое имя.

- Макар, что - то не так? – всполошился помощник.

- Всё так. Кроме того, что приходят на собеседование, как на пляж…, - ухмыльнулся я.

- Так температура за тридцать…

Сейчас, вспомнив тот день, я улыбнулся.

- Меня зовут Макар, - представился я Полине.

- Я уже слышала… твоё имя там, на комбинате, - робко проговорила девушка.

- Полина, ну так что? Пойдём  купаться! – предложил я, с замиранием ожидая её ответа.

Поля  поднялась  на ноги, стряхивая с себя песок.

- Хорошо. Пойдём, - нерешительно отозвалась она.

Быстро скинул футболку, стянул с себя шорты. Смотрю на Полю. Она тоже уже сбросила платье. Я прищурился, скользя взглядом по её стройной фигуре в раздельном синем купальнике. Взял её за руку.

Руку она не выдернула.

Я выдохнул...

С разбега прыгнули в воду, так и не разжимая рук. Нырнули глубоко, там было метра четыре. Оттолкнувшись от дна, всплыли на поверхность воды.

Плавали, ныряли, резвились и дурачились, обдавая друг друга струями пенящейся и расходящейся кругами воды. Полина, лёжа на спине, на поверхности воды, старательно изображала из себя морскую звезду.

Я подплыл к ней под водой снизу, поднял её высоко над собой, угрожая бросить в море. Поля испугалась, издала пронзительный стон. Но я и не собирался этого делать. Бережно опустил вниз. И притянув  к себе, поцеловал её  в губы…

Конечно, эта была наглость с моей стороны. Но я не мог удержаться. Я хотел этого с того самого дня, когда впервые увидел её.

Её губы были солёными как море…  но мне это нравилось.

Глава 2

Полина

Я влюбилась. Впервые в жизни потеряла голову. Мне двадцать один год.  Ещё никогда у меня не было серьёзных отношений ни с кем.

Конечно, было два скоротечных романа на первых курсах университета. Но они ни в счёт. Поцелуи и объятия те, я вспоминаю теперь как детские шалости.

С каждым днём у меня остаётся всё меньше сил и доводов сдерживать собственное притяжение к Макару.

Я полностью растворяюсь в нём. При виде него забываю, как дышать. Смотрю на него широко распахнутыми глазами, будто зависаю…

Мы едем на его серебристой спортивной машине класса люкс. Машина идёт легко. Окна открыты и нас обдувает приятный морской ветерок.

Макар умеет устраивать сюрпризы.

Вот и сейчас приезжаем в коттеджный посёлок. Здесь он  арендовал  уютный домик на берегу моря на все выходные.

Я смущена. У меня начинает гулко биться сердце. Будто предчувствие какое – то...

Что со мной творится?

С чего вдруг я так разволновалась?

- Это тебе, - неожиданно вручает он мне огромный букет красных роз. Обнимает и нежно целует, глядя на меня пронзительным синим взглядом. Наконец, выпускает из своих объятий. Я выдыхаю.

- Я приготовил ужин, - лукаво улыбается он. – Пойдём к столу, - тянет за руку внутрь.

Я ничего не понимаю. Мы только что с ним вместе ехали сюда на его машине, и это заняло приличное время.

- Пошутил. Заказал в ресторане, - рассмеялся он, развеяв моё недоумение.

Вводит меня в небольшую уютную гостиную. Удивлённо перевожу взгляд с празднично накрытого стола  на него и обратно.

- У нас  сегодня праздник? –  удивлённо спрашиваю я.

- У нас  сегодня романтический ужин при свечах, -  мягко произносит он, обнимая меня за плечи.

Выключает свет и  зажигает свечи. Комната погружается в полумрак.

- Замечательно, - растерянно лепечу я

Макар берёт меня за руку, подводит к столу. Выдвинув стул, усаживает. Сам садится напротив. На его лицо падает тень от свечи, делая причудливые изгибы.

Мне не до еды. Я сильно волнуюсь. По телу идёт мелкая дрожь. Сама не знаю почему.  Будто чувствую, что сегодня что- то произойдёт. Что - то такое, чего ещё никогда не было в моей  жизни.

- Поля, ты почему ничего не ешь? – озадаченно спрашивает Макар.

- Не хочется, - отвечаю я, отпивая маленькими глотками вино, чтобы хоть как – то расслабиться.

- Иди ко мне! –  приглушённо зовёт  он.

Поднимаюсь с места, обхожу стол и медленно  приближаюсь к нему. Он протягивает руку, обнимает меня за талию и сажает к себе на колени...  Страстно впивается поцелуем в мои губы.

Наверное, ещё не поздно встать и уйти. Ловлю мелькающие обрывки мыслей на краю сознания.

Ещё не поздно…

Почему я не ухожу?!

Ощущения настолько волнующие острые  яркие.  Никогда ещё в жизни я не испытывала  ничего подобного…

Всё уходит на второй план. Нет больше никого, кроме нас двоих.

- Я люблю тебя, -  слышу горячий шёпот Макара.

***

- Ты переедешь ко мне? – спрашивает Макар утром, окидывая меня пристальным взглядом.

Я смущённо пытаюсь закрыться. Поднимаюсь с постели, закутываясь в простыню. Макар смеётся и хватается за её конец.

- Ты теперь мой парень? – с волнением спрашиваю я.

- Поля, твою ж…! Это что такое?! -  перебивает он меня, тыча пальцем  на что- то...  на простыне.

Я смотрю с ужасом, замираю на месте. Закусываю дрожащую губу. Я знаю, что это такое.

А он, выходит, не ожидал...

Резко отпускает конец простыни, и я едва удерживаюсь на ногах. Делаю машинально шаг назад, теряя равновесие. На глаза выступают слёзы.

Макар хватается за голову. Потом трёт руками  лицо, хмурится и, наконец, поднимает на меня глаза.

- Да, Поля. Я твой парень! – неожиданно бодро произносит он.

На его лице появляется подбадривающая улыбка.

Я отправляюсь в душ. Стоя под мощными струями воды, спрашиваю себя вновь и вновь.

Почему я не ушла? Почему? Ведь у меня была такая возможность. Наверное, надо было его остановить... Голова кругом. Я не уверена в том, правильно ли я поступила вообще.

Накинув банный халат, выхожу  из душа и иду на кухню.

Макар стоит у кофемашинки, готовит кофе. Почувствовав моё появление, разворачивается всем корпусом ко мне. В руках он держит две белые кофейные чашки.

Смотрит на меня таким долгим пронзительным синим взглядом, в одно мгновения все  сомнения улетучиваются прочь.

***

Я категорически отказалась переезжать в двухэтажный коттедж Макара. Недолго думая, он сам переехал ко мне.

Больше я не задаю себе вопросов о том, что происходит. Просто плыву по течению. Наверное, это неправильно, но я ничего не могу с собой поделать. Мне так хорошо  с ним…

Я люблю Макара. А он относится ко мне так трепетно и нежно, что я не сомневаюсь в том, что любима.

Сегодня пятница. Готовлю  ужин, жду возвращения Макара с работы. Открывается дверь. Удивляюсь, что он сегодня рано. Улыбаясь, разворачиваясь назад.

Но это  не он.

Сестра.

Её хмурое лицо и   холодный колючий взгляд не сулят ничего хорошего.

- Полина, у тебя мозги есть?! – нервно восклицает  Светка прямо с порога.

Улыбка сползает с моего лица.

Сестра  делает шаг  на кухню. И устало падает на стул.

Я напрягаюсь и внутренне съёживаюсь. Упрямо поджимаю губы и молчу.

А что тут скажешь?

- Они! – резко кивает она на окно. - Промыли  кости всей  нашей семье!  Благодаря, тебе, дорогая моя сестрёнка!- язвительно шипит она и умолкает, словно ей нелегко дались эти слова.

Повисает напряжённая пауза. Она настолько наэлектризована, что кажется, чиркни спичкой - раздастся оглушительный взрыв. И  разнесёт всё здесь в клочья! Останется одна глубокая чёрная яма на месте нашего дома...

Я  краснею до мочки ушей. Загорается всё - щёки, уши. Упираюсь руками в столешницу. Ладони вспотели и будто намертво залипли к столу.

Я как онемевшая.

От стыда хочется провалиться под землю.

Сестра, казалось, передохнула. Вскидывает на меня глаза, горящие недобрым огнём.

- Вся наша «деревня» только об одном и судачит, что моя непутёвая сестрёнка закрутила с приезжим…  грёбанным богатым москвичом! – припечатывает она.

В висках стучит кровь. Я опозорила семью! Всё так ужасно! Но я не знаю, что говорить, как оправдываться.

- Эх, Полька, Полька! – неожиданно сбавляет обороты Светка. - Что же ты наделала?! Добром это точно не кончится. Где это видано, чтобы богатый москвич женился на простой девчонке из маленького городка? Что ты нафантазировала себе, глупая?! – заканчивает она свою тираду упавшим голосом.

В её глазах блестят слёзы.

Она меня жалеет? Я оступилась, подвела семью. А она меня жалеет.

Неужели всё так плохо?

- Поматросит он тебя и бросит, Полька! – с горечью вздыхает сестра. – Помяни моё слово. Не ты  первая, не ты последняя, - укоризненно мотает она головой.

***

Вечером Макар привозит меня  на причал.  Мы оба в предвкушении  предстоящей прогулки по морю.

- Вон, смотри! –  Макар показывает жестом на одну из яхт. - Эта наша с тобой на сегодня.

Белоснежная яхта соблазнительно качается на волнах.

Но  я на пределе. После разговора с сестрой на душе скребёт.

- Что- то случилось, Поля? – чувствуя, что со мной творится неладное, проникновенно спрашивает Макар.

- Всё нормально, - бурчу себе под нос я, пожимая  плечами.

Поднимаемся по трапу и оказываемся на палубе...

Переходим на  корму. Белое судно идёт уверенно по курсу, разрезая мощные волны  и оставляя за собой белый пенящийся след.

Я ощущаю страх… дикий панический.  Зябко обнимаю себя за плечи. Заметив это, Макар ставит меня перед собой, и замыкает свои руки в замок.

Большой сильный надёжный… Я так чувствую. Я не хочу верить сестре. Хочу  верить ему.

Ведь если мы расстанемся, я просто не выживу. Не смогу без него. Потому что безумно его люблю.

- Да что с тобой такое? Почему ты сегодня такая притихшая  молчаливая? – допытывается  Макар.

Я чувствую свою вину перед ним. Вечно всё порчу…  Злюсь я на себя.

К чёрту все сомнения! Сейчас он рядом со мной. Зачем омрачать наше счастье обидами, подозрениями, неверием?

Встряхиваюсь.

- Давай купаться! – неожиданно для себя  предлагаю я.

- Давай! – быстро  соглашается Макар.

Отстраняет от себя, смотрит в мои глаза своим пронзительным синим взглядом. Как завороженная зависаю в его руках. Перестаю что – либо соображать.  А когда прихожу в себя, обнаруживаю, что мы стоим уже на борту яхты, готовые к прыжку.

Скашиваю взгляд на Макара. На его мускулистое вылепленное, словно скульптором, тело в тёмно - синих купальных шортах.

Прыгаем синхронно в море.

Наслаждаемся плаваньем, морем, друг другом. Блаженствуем… Но время ограничено. Макар подсаживает меня возле яхты. Я цепляюсь за борт,  подтягиваюсь наверх. Вслед за мной над бортом показывается  его голова. Мгновение и он  запрыгивает на яхту.

С восхищением смотрю на его накаченное загорелое тело. Макар встряхивается. В каскаде разлетающихся брызг отражается уходящее солнце.

Наши глаза сияют. Счастливые довольные прогулкой возвращаемся домой.

Мир вокруг кажется таким идеальным, что захватывает дух.

***

На следующий день Макар повёз меня в  модный  дорогой  ресторан. Заведение находится  в самом центре города, но я здесь впервые. Цены фантастические, мы с девчонками обходим его стороной.

Окидываю взглядом огромный зал с панорамными окнами, за которыми плещется море. Сверкают роскошные  люстры над головой.  Всё вокруг стильно дорого впечатляюще.

Макар одет в тёмные брюки и белую рубашку. Я в вечернее узкое тёмно- синее  платье. По такому случаю даже надела стервозные шпильки. Правда, чувствую себя в них не совсем комфортно. Но буду терпеть, и соответствовать моменту.

Ну, сколько смогу…

Мы сидим за столом, ужинаем и наслаждаемся томным вечером. В зале играет приятная негромкая музыка.

- Полина, закрой глаза!  - произносит таинственно Макар. Я послушно закрываю. – Дай мне свою правую руку.

- Ты что будешь гадать мне? – смеюсь я, протягивая вперёд руку.

Но что это?! Что он делает?

Это невозможно! Распахиваю широко глаза. На моём безымянном пальце блестит ободок золотого кольца. На нём сверкает в лучах софитов... бриллиант.

-  Макар! – выдыхаю я. – Что это значит…

- Что это значит? – лукаво говорит он. – Это значит, что я тебя люблю.

Вечер проходит просто волшебно. Незабываемо. Мы танцуем, целуемся, наслаждаемся обществом друг друга.

Мне кажется,  я попала в сказку...

Живу вместе с любимым человеком. Засыпаем и просыпаемся с ним в одной постели. По утрам Макар подтягивается, соскакивает и устремляется в душ.

- Я первый!  -  кричит он, смеясь.

Я улыбаюсь, пялясь на его широкие плечи, спину, по которой перекатываются крепкие мышцы. Закрываю глаза, и ощущаю послевкусие: моё тело ещё хранит тепло его ласковых нежных рук, страстных жарких поцелуев…

После душа Макар спешит на кухню. Готовит в турке кофе. Я  иду туда же после водных процедур.

Садимся с ним напротив друг друга и пьём  кофе. Он смотрит на меня долгим пронзительным синим взглядом. А я смотрю на него так... будто хочу его запомнить.

Сама не знаю, почему. Не могу себе это объяснить.

Глава 3

Полина

А потом случилось это…

Сначала у меня произошла задержка…  Потом началась тошнота по утрам.  Я начала нервничать. И ото всех скрывать своё состояние. Хотела  убедиться в том, что это не случайность, не совпадение...

Купила два теста на беременность.

Плохие новости. На обоих проявились две полоски...  Наивно я ещё полагала, что возможна ошибка.

Сегодня я собираюсь на приём к доктору. Не могу думать ни о чём другом, кроме этого визита.

Иду в кабинет доктора по длинному коридору. Сердце ухает. Замирает, потом начинает колотиться с бешеной скоростью. В коридоре работает кондиционер, но мне всё равно тяжело дышать. Хватаю ртом ледяной воздух, он обжигает лёгкие. Но я не чувствую насыщения.

Наверное, мне страшно, услышать его вердикт. После осмотра он приветливо улыбается.

- Вы беременны, - доносится до меня голос  доктора. - Поздравляю!

Я ошеломлена. В голове мгновенно поселился туман. Горло перехватывает. Не могу произнести ни слова...

Покинув кабинет, падаю в кресло в каридоре. Встряхиваюсь. Неожиданно ощущаю такое безудержноое счастье, оно прямо захлестывает меня.

У нас  будет малыш!

Я буду мама. А Макар папа!

На душе становится так радостно и светло, что я не могу сдержать улыбки.

Как сообщить такую феерическую новость Макару?!

Позвонить? Но новость настолько ошеломительная, не стоит.

Надо дождаться вечера. И объявить ему,  глядя прямо  в глаза.

Хочется видеть сияние его небесно-голубых глаз. Ощущать его радость, такую же как и мою. Разделять с ним  мгновения узнавания, что мы  с ним  будущие родители!

Еле терплю до вечера.

Бегом добираюсь до дома. Открываю дверь. Макар уже дома.

Немного странно, обычно он приходит позже меня. Но сегодня такой особенный день…

Вбегаю в спальню. Окидываю взглядом комнату. Макар стоит посредине, держа в руках рубашку. Аккуратно складывает её, придерживая подбородком. Подхожу ближе, обнимаю его, прижимаясь всем телом.

Поднимаюсь на носки, тяну к нему губы, подставляя их для поцелуя.

- Что – то случилось? – неожиданно холодно спрашивает он.

- Случилось, - продолжаю улыбаться я, не успевая даже расстроиться, что он меня так и не поцеловал. Краем глаза вижу на кровати распахнутый чемодан, в который он нервно швыряет рубашку.

Что - то смущает  меня. Но я не понимаю, что происходит. Моя новость слишком большая и важная, она переполняет меня и мешает сосредоточиться.

Я снова перевожу взгляд на этот доставший меня чемодан, почти полностью заполненный вещами Макара, и теряюсь окончательно.

Что происходит?!

***

- Сколько? – доносится хрипловатый голос, от которого всё переворачивается внутри.

- Чего сколько? - бормочу от неловкости. Замираю на слове.

Хрипловатый низкий голос Макара такой родной и близкий. Он всегда вызывает во мне отклик. Я мгновенно настраиваюсь на его волну. Ещё ни с кем никогда мне не было так хорошо. Собственно и сравнивать  мне не с кем. Ведь Макар моя первая любовь, мой первый мужчина…

Дрожу от его близости. Тону в синей дымке его глаз, как в пучине, откуда не выбраться, не выплыть на поверхность...

Как нежно прикасается он ко мне…  Целует мочку уха…  Проводит по-хозяйски по моим плечам. Обвиваю его шею руками, прижимаясь к его крепкой груди. Хочется, чтобы он впился такими желанными губами в мои губы. Ощущение, словно во мне просыпается вулкан чувств, о которых я даже не подозревала.

Здравый смысл уступает место бурным чувствам, рвущимся наружу…

Неожиданно Макар отстраняет меня от себя. Практически отрывает, ставит на место.

Судорожно выдыхаю.

Встряхиваюсь.

- Спрашиваю денег сколько? –  чеканит он.

Словно ледяным душем отрезвляют его слова. Возвращают в жуткую действительность.

Что это было? Мы теперь  с ним по разные стороны?

- Зачем? – еле выдавливаю я, внутренне сжимаясь.

Перед  глазами всё плывёт. От накала напряжения между нами искрит.

Не решаюсь поднять на него глаза. Боюсь даже подумать, - зачем он предлагает мне деньги. Ведь именно сегодня я должна была ему объявить радостную новость.

- Я сегодня уезжаю, – произносит торопливо он. – Ненадолго. Ты не волнуйся. Я скоро вернусь…  за тобой.

Качнулся пол. В голове повис тягучий туман.

Макар суёт мне в руки пачку купюр. Мои щёки полыхают.

- Бери, бери. Понадобится на первое время…, - говорит он таким обыденным тоном, что всё внутри обрывается.

Он откупается от меня?..

Мир рушится, погребая меня под своими обломками…

Как теперь ему сказать о том, что я беременна?!

Ведь тогда он решит, что я пытаюсь его удержать. Привязать к себе обязательствами.

Не выдерживаю внутреннего напряжения. Не так представляла я себе нашу жизнь. И появление в ней малыша. Во мне  растёт протест.

Я не беру в руки деньги. Они  планируют веером, рассыпаются по паркету, застилая пол вокруг нас.  С ужасом смотрю на зелёные бумажки. Кажется, не денежные купюры, а бесполезные глупые фантики.

Острая боль  разрывает изнутри на миллион частиц.

От нереальности происходящего вхожу в ступор. Меня бросает то в жар, то в холод. Разворачиваюсь,  чтобы уйти.

Качаюсь на каблуках.

- Тебе плохо? – его голос раздаётся эхом в моей голове.

Плохо мне? Да, очень!

И необходимо срочно уйти. Убежать. Находится рядом  с ним невыносимо! Расставаться с ним безумно больно.

- Поля, ну чего ты? – пытается он  примерить меня с реальностью.

Берёт нежно за руку…  совсем как раньше, как всегда. Но я больше не чувствую тепло его руки. Словно она чужая.

- Я же вернусь, Поля! Обязательно вернусь за тобой. Меня отец срочно вызывает, -  его голос доносится, будто издалека.

Будто он уже не со мной.

Права была сестра, когда предрекала нам такой конец. Жестоко, но права.

Богатые не  женятся на бедных…

Не ты первая, не ты последняя! Звучат в голове её слова, как приговор.

Макар из богатой семьи. Он знает, что делает. Впрочем, как всегда.

Это я теперь не знаю, что делать…  Как жить мне дальше?

От обиды на глаза наворачиваются слёзы.

С силой вырываю руку. Круто развернувшись, цокаю каблуками, удаляясь от него.

- Хотел сказать, что у меня  закончилась командировка. Завершились пусконаладочные  работы. Теперь я с лёгким сердцем возвращаюсь домой, - догоняют его слова и колко бьют в спину.

Командировка? Закончилась?  Уезжает с лёгким сердцем...

Вот так теперь это называется. Выходит, я была лишь приятным бонусом к этой командировке.

Полина, что ты успела себе вообразить?

Выбрасывай вон из своей головы!  У тебя теперь есть проблемы покруче.

Макар преуспевающий бизнесмен. У него есть всё, - деньги, статус, положение в обществе.

И  главное, у него грандиозные планы на эту жизнь.

Зачем ему обуза в виде меня  и незапланированного ребёнка?..

Слёзы бегут по моему лицу. Мне никак их не унять.

Глава 4

Макар

- Макар, срочно возвращайся в Москву! - хриплый голос отца раздаётся в трубке, вызывая полное замешательство.

Это что ещё за новости?!

Раньше я бы обрадовался такому повороту дела. Без вопросов. Сорвался бы с места и полетел первым же рейсом.

Раньше…  до встречи с той, которая перевернула всю мою жизнь.

Ситуация складывалась непростая. С одной стороны Полина, с другой - Москва и прочие радости жизни…

Поймал себя на мысли, что выбор неоднозначен. По крайней мере, я не готов вот так спонтанно и просто расстаться с девушкой своей мечты.

Хуже другое.

Что - то настораживало в отцовском тоне.  Будто в нём был какой - то нерв, страх. Что было совсем не похоже на отца. Жёсткий властный самоуверенный. Он всегда шёл напролом. Я, конечно, злился на него за отношение к себе. Считал несправедливым. Но в глубине признавал его правоту. Это позволяло сохранять наши отношения на достойном доверительном уровне.

Впрочем, есть ещё брат Егор.

Его он не хочет выдернуть с тёплого местечка из-за бугра? Тем более, похоже, и повод нашёлся.

Обязательно надо дёргать меня?

Судорожно ищу доводы для отказа…

- Папа, что случилось? – нервно сглотнув, спрашиваю я.

- Приедешь, сам узнаешь, - неожиданно сипло произносит он.

Он волнуется? Переживает? Что – то не так.

- Но у меня здесь не всё ещё завершено…, - оправдываю нежелание ехать в Москву.

- Я говорил с техническим директором, - резко обрывает отец. - Всё у вас там поставлено на крыло. Без тебя доделают…

Во мне нарастает тревога. Не будет он размениваться на шантаж. Значит, действительно я должен ехать...  Действительно что - то случилось.

Судорожно выдыхаю. Не представляю, как расстанусь с Полиной. Это всё равно, что вырвать душу и оставить её здесь.

То, что происходит в моей жизни сейчас, для меня самого непостижимо. Мне двадцать три года. Я впервые живу вместе со своей девушкой.

Я сделал этот  шаг решительно. И ни разу не пожалел.

Наши отношения с Полиной были у всех на виду. Городок маленький. Местные практически все знают друг друга. Я понимал, на что пошла Поля ради меня. И не хотел, чтобы на неё косились  и злословили за спиной.

Но даже не это было главным. Я сам хотел быть с ней рядом. Днём и ночью… только с ней одной.

- Макар, - не выдержал отец, - Мама умирает…

Мама?!

Я был ошеломлён...

Неужели ничего нельзя сделать?..

Медицина так далеко шагнула вперёд! – Цеплялся я за  обрывки мыслей, всплывающих в моей голове, как за спасательный круг.

Зная своего отца, можно уверенно сказать, что он предпринял всё возможное. Всё. И больше ничего сделать невозможно…

-У неё обнаружили рак, - простонал отец. – На последней стадии…

Я почувствовал, как нелегко дались ему эти слова.

Повисла гнетущая пауза.

Отец сильный хладнокровный, словно выточенный из стали, рыдал… В трубке были слышны его сильные вдохи, всхлипы.

Больше вопросов не было.

- Папа, ты держись! Я вылетаю ближайшим рейсом.

***

На нервах я собирал свой чемодан.

В голове роились мысли. Одна чернее другой.

Мама. Самый близкий родной мой человек. Она уходит из этой жизни. И никак нельзя ей помочь…

Неужели больше никогда я её не обниму, не поцелую? Не могу в это поверить.

Она ещё жива!  Я должен спешить. Должен успеть сказать ей самые главные слова,  как сильно я её люблю!

Послышался стук двери. Полина вернулась с работы…

Как расстаться с ней, я не представляю. Что будет  с ней?  Со мной?

Чёрт! Какой – то сюр! Замкнутый круг, из которого нет выхода.

Повсюду разлука!..

Свою девочку заберу…  позже, когда всё утрясётся. Невозможно тащить её сейчас в эту беспощадную чёрную беду, которая навалилась на  нашу семью.

Её надо пережить мужественно стойко достойно. По-мужски.

Полине  надо оставить денег… на первое время, пока она будет здесь одна без меня.

Расставаться немыслимо тяжело. Невыносимо. Я пытаюсь закрыться, оградиться от Полины  бронёй, иначе я просто не смогу от неё уйти!

Но я должен! Должен уйти.

Там в далёкой Москве этот мир покидает другая женщина, такая же близкая родная и любимая…  моя мама.

Моё время и я сам сейчас принадлежим только  ей одной. Столько, сколько успеем…

Глава 5

Полина

Опустив голову, медленно иду по берегу моря. Туфли держу в руках. Бреду босая по самой кромке воды. Ноги утопают в мягком песке. Набегающие волны приятно омывают ступни. Лёгкий морской бриз развивает волосы и  ласкает моё лицо, словно пытается успокоить меня.

Он уехал... Уехал тогда, когда был нужен мне как воздух. Не объясняя причин внезапного отъезда, словно разрывая наши отношения. Обещал вернуться. Но звучало это неубедительно, ведь он не называл  сроков...  А так когда – нибудь.

Наверное, расставание это всегда больно. И, кажется, что эта боль не утихнет никогда.

Сегодня на море восхитительный багряный закат… Зачарованная провожаю солнце, которое садится прямо в пурпурное море.

Встряхиваюсь. Жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Ребёнка я рожу! Твёрдо решаю я.

С ним или без него.  Это не имеет  значения.

Домой возвращаюсь поздно. Переступаю порог пустого дома. И весь мой морской аутотренинг мгновенно улетучивается. Пытаюсь сопротивляться изо-всех сил, но волна отчаяния, накрывающая меня с головой, сильнее меня...

Будто  захлопывает в свой жуткий капкан.

Хватаюсь за голову, запуская в волосы руки, и сползаю по стенке в прихожей.

Беззвучно плачу.

Ощущение, что я осталась совсем одна в огромном  бездушном мире.

Долго сижу отрешённая на полу в полумраке. Потом поднимаюсь с пола. Выпрямляюсь. Прохожу в комнату и включаю свет.

Никого нет. О Макаре  напоминает только  устланный деньгами пол в нашей спальне. Зачем он это сделал? Откупался от меня… Чтобы не чувствовать свою вину.

Почему он так поступил?

Тяжело вздыхаю.

***

Проходит  месяц. Я всё время жду от него звонка. Ловлю себя на этом постоянно. Стараюсь держать мобильник под рукой.

Боюсь пропустить его звонок.

Но он не звонит. Не присылает даже смк-ки...

Так не может быть! Ведь я не успела сказать ему самого главного!

Боль, обида, горечь не то, чтобы прошли, но спрятались  в самые дальние уголки.

Мы сидим с подругой в приморском кафе. Единственная моя близкая подруга Клава. Ветер с моря дует сегодня холодный, мы сидим на открытой веранде.

- Поля, - говорит Клава. – Давай переберёмся внутрь. - Я отрицательно мотаю головой. Я ничего не чувствую. – Ну, сколько можно себя изводить неизвестностью! – Возмущается она.  – Позвони ему сама.

Вскидываю удивлённо на нее глаза.

- Ой! Что тут такого? Двадцать первый век на дворе. Равенство между полами, между прочим, Полька!

Понимаю, что она права, надо что - то делать, иначе я вконец изведу себя. А нервничать  мне нельзя.

Но  как назло я нервничаю.

Надо отбросить свою гордость и позвонить. Другого варианта  нет. Дрожащими от волнения руками, набираю его номер.

Уехал он от меня. Значит,  разлюбил. С горечью признаю я, слушая в трубке длинный гудок.

Но он отец. И имеет право знать, что у него будет ребёнок!

- Алло, - раздаётся мягкий женский голос.

Вздрагиваю  от неожиданности.

- Макара, позовите, - решительно говорю я.

- Что  вам нужно? – неожиданно холодно спрашивает девушка.

- Мне нужно сообщить ему важную новость, - пытаюсь прорваться   сквозь её равнодушие.

-Какую? Говорите мне. Я ему передам, - раздражённо  говорит она, словно её уже достал наш разговор, и она тут же бросает трубку.

У него будет ребёнок! Готово сорваться с моих губ. И от того, что уже некому это озвучить я, словно захлёбываюсь в своих словах. Судорожно глотаю воздух. И ошеломлённо смотрю на свой мобильник.

Он больше никогда не свяжет меня с любимым…

До меня, наконец, доходит. Всё кончено.

Макар меня бросил. И у него теперь  есть другая.

На следующий день вечером после работы иду к сестре. Я скрывала от неё правду. На что я надеялась? Что Макар вернётся и заберёт меня с собой? На чудо? После вчерашнего звонка надеяться ни на Макара, ни на чудо больше не приходится.

И скрывать своё состояние тоже больше не получится.

Навстречу мне бегут племянники. Я их очень люблю. Но сегодня я смотрю на них по - особенному. Обнимаю их. И вручаю пакет со сладостями.

- Поля, ты чего их балуешь? - ворчит сестра.

- Брось, Света! Пусть у них воспоминания о детстве будут сладкие.

Мы идём на кухню. Сестра готовит ужин на всю свою большую семью. Я молча  сижу за столом.

Отрешённо смотрю в проём двери на то, как играют дети в комнате.

- Свет, - наконец, решаюсь я, - У меня две новости. И обе шокирующие. Ты лучше сядь.

Она разворачивается ко мне всем корпусом, непонимающе смотрит на меня.

-  Первая – меня бросил Макар. Он уехал навсегда,  - глухо произношу я.

Её глаза расширяются.

- Вторая – я беременна! - выпаливаю на одном дыхании.

Сестра как подкошенная падает на стул.

Глава 6

Макар

Визг тормозов и вой клаксонов вырывает меня из оцепенения.

Походу я подрезал машину, перестраиваясь на соседнюю полосу.

- Купил себе дорогую тачку! – нервно орёт мужик из Ауди. – Думаешь, теперь тебе всё можно, козёл?!

Недоумённо жму плечами и развожу руки в стороны. Виноват.

Но водитель Ауди завёлся.  Захлёбывается грубой  непечатной бранью.

Начинаю вскипать.

Стремительно закрываю окно. Врубаю на всю катушку кондиционер. Разом решаю обе проблемы. Не слышу ругань мужика и даю себе возможность под ледяной струёй  воздуха прийти в себя.

Третья ночь без сна.

Ленд Крузер веду на автомате. Удивительно, что ещё не совершил аварию. Впрочем, благодаря таким водилам тоже. Провожаю долгим взглядом уезжающую Ауди.

Мама в хосписе. Это безумно удручает. Хуже того, её дни сочтены.

В первый же день прилета я кинулся туда. Был потрясён. Белое, будто восковое, лицо мамы практически сливалось с белым цветом простыней. Синие глаза поблекли, выцвели…

Сердце пропустило удар. Я замер.

- Макар, - послышался слабый голос мамы. – Иди ко мне, сынок!

Господи! Она меня узнала. Я бросился к ней.

- Мама, родная моя, любимая…

Самый близкий дорогой мой человек уходит из жизни…

И ничего нельзя с этим поделать!

Жестоко. Несправедливо.  Неправильно.

Как можно с таким смириться? И сколько для этого понадобиться времени?..

Покинув палату, я со всей злости втопил кулаком в стену рядом с дверью. Проходившая мимо медсестра вскрикнула от  неожиданности.

- Простите! – обронил я.

И быстро покинул клинику.

Отец при маме находится круглосуточно.  Мы с Егором дежурим по очереди. Но всё равно уезжая оттуда, на сердце так тяжело, что расслабиться не получается.

Но уезжать приходится. Кто-то должен заниматься бизнесом.

Своего отца я не узнаю. Ещё никогда в жизни я не видел его в столь растерянном подавленном убитом состоянии. Я не понимаю, спит ли он вообще? В какое бы время суток я не приехал в клинику, он бодрствует. Под глазами тёмные круги, морщины стали глубже резче.

Он сдал. И разом, словно постарел лет на десять.

- Не знаю, сыновья, как буду дальше  жить я без своей Наташи…

***

Мамы не стало через неделю. После её похорон прошло несколько дней. Сегодня намечен семейный совет.

Мы сидим в кабинете отца втроём.

Смотрю на Егора, как на собственное отражение в зеркале. Мы с ним близнецы. Он старше меня на пять минут. И всегда пытался включать «старшего» брата.

В детстве я  бесился. Дрался. Учился всему. Старался доказать и ему, и родителям, что я умнее, креативнее, спортивнее. Многого достиг. Но сейчас всё это казалось таким далёким неважным бессмысленным, всё наше соперничество с ним.

Сейчас мы все, словно осиротели. И дом наш опустел…

Я встряхнулся.

Перевёл взгляд на отца. Он, похоже, пришёл в себя. По-прежнему, выглядит отстранённо, но вернулся к делам.

- Егор, что там с твоей свадьбой? – хрипло спрашивает он.

- Отложили, - отзывается Егор. – На неопределённое время… пока всё утрясётся.

Егор женится. На дочери металлургического магната. Говорит, что по большой любви…  Раньше я бы непременно проехался по этому поводу, но не сейчас.

Может, во мне тоже произошёл перелом?

- Не стоит с этим тянуть, - неожиданно жёстко произносит отец. – Нам важно слияние наших компаний. Поэтому запускай свадебные приготовления,- он смотрит пристально на Егора. Тот с готовностью кивает.

Я не ослышался? Хотел думать по - другому, не вышло.

Всё как всегда.

- А как же сорок дней? – не выдерживаю я.

- Разумеется, - жёстко произносит отец. – Свадьба сразу же после этой даты.

Ошеломлённо  смотрю на него.

- Макар! Не надо на меня так смотреть, - цедит он. - Я не монстр! Пойми, вашу маму – мою Наташу уже не вернуть. А сделка эта готовилась целый год. Если мы будем тянуть со свадьбой, Зильберы нас не поймут. И могут разорвать контракт. У нас будут колоссальные неустойки.

Я больше не смотрю на отца. Мне не по себе.

- Когда я должен уезжать в Сибирь? – отстранённо спрашиваю я.

- Завтра. Билеты заказаны. Вернёшься потом на поминки…  и свадьбу Егора, - чеканит отец слова.

Всё решает за всех.

Он снова стал прежним. Только ещё более жёсткий замкнутый закрытый.

- Я уеду из своей  квартиры, - твёрдо  говорю я.

- Хорошо, - коротко бросает отец.

Сбегаю по лестнице с третьего этажа, пересекаю сверкающий холл и покидаю  роскошный особняк отца.

Падаю на водительское сиденье Ленд Крузера. Проворачиваю ключ в замке зажигания, обнимаю руль и топлю педаль газа.

Глава 7

Полина

Три месяца спустя.

Приучаю себя к мысли, что я будущая мать – одиночка. Странное словосочетание, но привыкать придётся.

В сказки я больше не верю. Это теперь не про меня.

А жизнь побрасывает всё новые поводы  для волнений…

- Необходимо сделать повторное обследование, - назидательно говорит доктор при осмотре. - Есть основания полагать, что у вас многоплодная беременность.

У меня? Многоплодная?..  Это какая – то ошибка! У нас никогда в роду не было близнецов.

Впрочем, в чьём именно роду?

Подумала я и прикусила губу, ведь я понятия не имею, что было в роду моего собственного отца и отца ребёнка…

Готовая преодолевать очередные трудности, топаю на очередное УЗИ.

Конечно, я не против ещё одного ребёнка, просто мне абсолютно некому помочь. Я много работаю. Учёбу тоже никто не отменял. Пятый курс, госэкзамены и всё такое. Не продохнуть. Ещё подработки. Пытаюсь заработать и отложить деньги к рождению ребёнка.

А тут понадобится в два раза больше! Финансовая перспектива сомнительная…

- У вас будут близнецы! - радостно улыбается доктор, глядя поверх очков.

У меня? Близнецы?

Выдыхаю... Круто!

Счастливо улыбаюсь. Вмиг из головы вылетают все тревоги и сомнения по поводу моего финансового благополучия.

В конце концов, ночью дети спят. Хотя это не точно. Но я очень на это рассчитываю.

Возьму  ещё одну подработку на компьютере.  Буду делать работу по ночам.

Выхожу из поликлиники, переполняемая  счастьем.

Пойду к сестре. С кем ещё делиться такой радостью?!

По пути забегаю в кондитерскую. Не с пустыми же руками идти! Надо купить шоколадный торт, чтобы было чем отметить такое ошеломительное  событие.

Ждали одного. А тут сразу двое! Просто замечательно.

Едва вхожу в зал, как замечаю семью…

Возле витрины с кондитерскими изделиями стоят молодые родители - мама с папой. С ними две девочки близняшки лет пяти в нарядных розовых платьях, с огромными розовыми бантами на голове. Девчушки бойко выбирают себе пирожные.

Это так умиляет…

Подбоченилась, наблюдаю семейную идиллию. Не могу отвести от них  взгляда. Полная счастливая семья…

На глаза выступают слёзы. Ох уж эти гормоны!

***

-Двое?! – округлив глаза до предела, Светка смотрит на меня как на умалишённую.

Можно подумать, это я сама сделала заказ небесам.

Невозмутимо продолжаю уплетать торт. Смотрю на племянников, перемазавшихся кремом, улыбаюсь.

- Так, дети! – взрывается вдруг сестра. – Берём свои тарелки  с тортом. И шагаем в свою комнату! – командует она.

Едва за последним закрывается дверь, как Светка начинает сверлить меня своими серыми глазищами.

- Полька! Ну, куда тебе двоих? Одного – то, не знаю, как потянешь. А тут сразу двое. С ума сойти!

- А ты, что предлагаешь? Одного оставить в роддоме?! – смеюсь я, не понимая, куда она клонит.

Что на неё нашло? Ведь в курсе, что я жду ребёнка. Точнее, уже двух. Какая теперь разница?

Это же мои дети.

- Не говори глупостей! – огрызается сестра, сверкая глазищами.

- Слава богу! Не предлагаешь, - выдыхаю я.

Светка так странно смотрит на меня… Знаю я этот озабоченный  взгляд!

- Слушай, Поль! Нравится тебе это или нет, но придётся разыскивать блудного папашу, - припечатывает она меня.

Я дёрнулась. Что за бред?

- Это ещё зачем?! – недовольно бурчу я.

- Этот московский пижон заделал нам детишек и в кусты! Пусть помогает финансово поднимать их на ноги. Не захочет по – хорошему, подадим на алименты! - воинственно заканчивает она свою тираду.

- Брось, Свет. Не буду я его разыскивать. И деньги мне его не нужны, - категорично заявляю я.

- Скажи ещё, сама справлюсь, – с сарказмом  выпаливает сестра.

- Сама справлюсь, - фыркаю я ей в тон.

- Поля, ты даже не представляешь то, о чём говоришь. Знаешь, сколько надо, чтобы поднять детей? - констатирует она. Машет рукой в сторону комнаты, куда скрылись дети.

- Но ты же поднимаешь своих…  троих.  И ничего. Вроде не голодные, не босые…

- Тоже мне сравнила, – обрывает сестра.  - У меня муж есть!

Муж? Серьёзно?

Который нигде не работает? Нахватал кредитов, как блох! А Светка пашет на двух работах, чтобы прокормить семью и отдавать его долги.

Может, она забыла об этом? И стоит ей  напомнить?

Впрочем, вряд ли такое можно забыть.

Думаю, идея раскрутить богатого «папашу» принадлежит её драгоценному Вове. Это у него так мозг заточен. А сестра лишь повод нашла преподнести мне идею фикс.

- Поль, ну ты всё – таки подумай…

- Нет, Свет! – резко обрываю я. – Так своему Вове и передай! - чеканю я.

- Вова – то тут при чём? – лепечет она, отводя глаза в сторону.

- Замечательно, - холодно говорю я. – А что касается Макара, - голос мой дрожит. – Он никогда не узнает, что у него есть сыновья. Я так решила.

Глава 8

Макар

Расставив широко ноги и откинувшись на спинку кресла, я расслабил узел галстука. Прикрыл глаза.

В этом небольшом сибирском городе я чуть больше месяца. И каждый мой день похож на предыдущий как день сурка. По утрам встаю в шесть – ноль, ноль. Сразу в спортзал тягать железо. Затем душ, лёгкий завтрак, кофе. Подают машину и я  еду на металлургический комбинат.

Ровно в восемь – ноль, ноль я на месте.

И начинается…

Полный комплекс от выплавки стали до рудников…

Административная и производственная работа топят меня с головой. Совещания, сводки, отчёты. Поездки. Модернизация безнадёжно устаревшего оборудования.

Домой возвращаюсь глубоко за полночь. Падаю на кровать и лечу в чёрный бездонный провал…

Понимаю, что не даю себе  передышки не только потому, что нужно поставить работу комбината  на рельсы, но и потому, что если вдруг расслаблюсь, остановлюсь, меня тут же затопит другая волна…  депрессии. Слишком неожиданным оказался уход мамы из жизни. Ей было всего пятьдесят лет. Казалось бы, живи и живи. Радуйся жизни. Но судьба распорядилась по- своему…

Мобильник завибрировал, и я принял вызов.

- Макар, - услышал я голос отца в трубке. Мы тебя ждём…

Я вылетел в Москву.

Поминки…  прошли очень скромно. В узком кругу. Все в чёрном. На столе фотография мамы в траурной рамке с чёрной лентой наперевес. За столом  только самые близкие люди…

А ещё через день, который я провёл в своей московской квартире, тупо отсыпаясь, уже гуляла свадьба моего брата с большой помпой и энтузиазмом.

Смена декораций происходит стремительно. Подъезжает вереница лимузинов, украшенных композициями из живых цветов на бамперах и капотах. Без сомнения весь антураж создаёт особую атмосферу праздника, аж до скрежета зубов... Похоже, только моих.

Жених Егор Макиевский  в строгом безупречном костюме, подтянут, чисто выбрит, горд собой. Невеста София Зильбер в белоснежном гипюровом платье, в белых туфлях на шпильках и белой фате.

Пара на первый взгляд идеальная…

По такому случаю арендован дорогой элитный ресторан в самом центре Москвы. Здесь собрались воротилы крупного бизнеса с жёнами и подругами, упакованные с ног до головы в новомодные брендовые наряды.

Парад тщеславия! Ухмыльнулся я, отпивая шампанское из бокала.

У меня не было настроения веселиться, что предполагалось на подобном мероприятии. От слова – абсолютно. Мне претила вся обстановка. Я ловил себя на непреодолимом и единственном желании свалить отсюда побыстрее.

Стойко выдержал часа три. Для приличия.

- Папа, - бросил я, с трудом пробравшись через толпу людей, к отцу, мирно беседующему с Борисом Зильбером. – Я поехал! Мне надо срочно вылетать.

Он быстро кивнул и отвернулся. Понял, что я не могу находиться здесь…

Остаётся только догадываться, что творится у него самого на душе. И поражаться его выдержке.

***

Я на металлургическом комбинате. В приёмной сидит моя помощница Анжела двадцати двух лет. Досталась мне от бывшего директора. Я скептически окинул её взглядом.

Смазливое личико, тёмно - карие большие глаза, платиновые пряди волос.

Неожиданное сочетание! Хмыкнул я.

Скользнул взглядом по её глубокому декольте, задержался на короткой юбке и глубокомысленно изрёк:

- Анжела, чтобы всего этого, - махнул неопределённым жестом рукой в её сторону.  –  Завтра здесь не видел. Строгий дресс – код! – припечатал я.

Развернулся и направился в свой кабинет.

Переодеться – то она переоделась. Но вела себя нахально.

Дисциплину и субординацию помощница нарушала нещадно. Через неделю я застал её в своём кабинете. Она рылась в бумагах на моём столе. И явно говорила по моему мобильнику, который я случайно оставил.

Меня аж пот прошиб. Я сжал кулаки и двинулся на неё. Это даже для такой беспардонной девицы, как Анжела, был явный перебор!

- Простите, Макар… Александрович, - пролепетала она. В её глазах метнулся испуг. – Я договор искала на поставку оборудования из Германии…

Она начала бочком обходить стол, отводя глаза в сторону. Врёт!

- Могла бы спросить. У меня его нет! - сказал, словно выплюнул я.

Анжела вела себя дерзко. Я даже подумывал уволить её. Но  с другой стороны, учитывая наш ненормированный рабочий день, работу допоздна, практически отсутствие выходных дней, Анжела была незаменимым работником. Главным её преимуществом было отсутствие мужа и детей. Ей можно было звонить на мобильник в любое время дня и ночи. Она была толковым работником. Выполняла всё чётко и оперативно.

Скрепя зубами, я мирился  с некоторыми её недостатками…

Разлука с Полей сказывалась на мне не самым лучшим образом. Я боролся. Пытался держаться. Загружал себя работой. До предела занимался в тренажёрке. Загонял себя до упора.

И всё равно я так сильно скучал по ней, что несколько раз рвался набрать её номер.

Резко тормозил себя. Девочка учится на пятом курсе универа.

Что  я могу предложить ей сейчас?

Ничего. Но хуже всего даже не моё постоянное отсутствие дома, но моё паршивое состояние, пустота внутри, когда я хоть чуть - чуть давал себе слабину. Когда я дома. Один. Поэтому любые поползновения в сторону Полины я жёстко пресекал.

Я сам должен выбраться из этого ада. Не взваливать на её хрупкие плечи свои душевные переживания.

***

Прошло три месяца.

Три месяца сплошных нервов, сумасшедшей гонки и беспрерывной пахоты. И меня, наконец, начало отпускать...

Я практически смирился с обстоятельствами, событиями, жизнью. Ранний уход мамы, нестандартное поведение отца, женитьба брата Егора, - всё отодвинулось на задний план. Работа начала входить в нормальное русло. Она, по-прежнему, оставалась бурной и насыщенной. Но уже не вызывала постоянных стрессов и авралов.

Но, главное, закончился чёрный период моей жизни, в который я свалился из-за потери родного самого близкого мне человека… мамы.

И вытащила меня из этой затяжной депрессии моя убойная работа.

Конечно, не проходило и дня, чтобы я не вспоминал Полину. Стоило лечь в постель и закрыть глаза, как её образ всплывал передо мной. Её лёгкий воздушный виртуальный силуэт прочно обосновался в моей голове. Я скользил взглядом по её соблазнительному  телу, длинным стройным ногам, залипал на груди, смотрел в её зелёные глаза, в которых вспыхивали золотистые искорки. Когда она смеялась. Когда спорила со мной. Когда просто любила меня… Я пил внутренним зрением её манящий образ. Он был настолько реалистичен, казалось, можно протянуть руку, дотронуться до неё.  Ощутить под подушечкой пальцев её мягкую нежную кожу…

Теперь я был готов к встречи  с Полиной.

Серьёзно начал задумываться над тем, чтобы пригласить её к себе в гости. Конечно, я мог слетать к ней и сам.

Но это ничего не решит.

Я понимал, что мне, по-прежнему, нечего ей предложить. Это не Москва. И даже не тот курортный город на море, в котором она живёт.

Это суровый промышленный сибирский центр!

Редко с  хорошей погодой. Часто с плохой  экологией.

Полина должна сама решить, готова ли перебраться сюда ко мне?

Здесь нет моря, здесь даже солнца практически нет…

Но кто знает, вдруг она ещё не передумала быть со мной?

Набрал её номер…  Короткие губки. Меня переклинило.

Что за фигня?

Она что меня заблокировала?!

Сделал вторую попытку. Потом на психе ещё и ещё…

Со злостью швырнул мобильник на кровать.

Неожиданно. Короткая у Полины оказалась любовь. Нервно ухмыльнулся я. Это не укладывалось в голове. Я сделал попытку навести о ней справки. Позвонил своему помощнику на комбинат, где Полина проходила практику.

- Сергей, привет! – поприветствовал я.

- Привет, Макар! Какими судьбами? – удивился он.

Не стал ходить кругами, врать, что меня интересуют дела на комбинате. Сейчас я не мог думать ни о чём другом, кроме Поли.

- Меня интересует Полина… ну, та с которой я был тогда, - решительно закончил я свою фразу.

- Не знаю даже как тебе это сказать…, - замялся вдруг Серёга.

- Говори как есть,-  надавил я.

- Похоже, у неё кто- то появился, - нерешительно выдавил он.

- Ты уверен в этом? – взвыл я.

Меня топила ярость. Он почувствовал это по моему тону.

- Прости, Макар. Я сам не видел… Одни лишь слухи.

- Какие, твою ж…, слухи! Ты что несёшь? – орал я в трубку.

- Прости.  Я не должен был тебе этого говорить…

Я нажал отбой, прервав разговор.

Это конец? Похоже на то. Сжал кулаки до побелевших костяшек пальцев.

Выходит, она больше не любит меня.

Интересно, любила ли вообще? Хотя, какая теперь разница!..

Склоняюсь к тому, что пора найти  ей замену. Это умозаключение меня взбодрило. И я отважно ринулся на поиски.

Правда, ограничились они тем, что я пару раз снял себе девочек в ночном клубе.

Но это был явный суррогат!

Обмануть себя не получалось. И попытка забыться с другой  не увенчалась успехом.

Я буквально подыхал от тоски по Полине.

Если днём я ещё пресекал все её поползновения проникнуть в моё сознание, то ночью  не мог это контролировать. Она нагло врывалась в мой сон.  Взирая  своими зелёными, как лесные озёра глазами на меня, вскидывала голову. Пряди светло – русых волос рассыпались по её плечам. Я склоняюсь над ней, утыкаясь в её волосы. Обалденный запах! Вдыхаю его…

Просыпался  в холодном поту. Нервный. Дёрганный. Злой.

Глава 9

Полина

Спустя три года

- Полина! – истошно кричит сестра с порога. – Дом надо срочно продавать! Вова сегодня дома не ночевал…

Дом продавать? Вова… При чём здесь Вова?!

Моим сыновьям Паше и Мише по два с половиной года. Я разрываюсь между ними и работой. Но вспоминая первый год, когда они только родились, жизнь моя сейчас, можно сказать, только наладилась.

Позади учёба, кормление смесями (грудного молока на обоих не хватало), бесконечная смена подгузников. И сумасшедшие бессонные ночи. Если температурил один, второй непременно подхватывал. Ещё  резались зубки… А, если вдруг выпадало такое счастье, что малыши мирно спали, я бегом бежала к компьютеру делать курсовые работы и…  эскизы проектов заказчиков. Крутилась, как белка в колесе.

Сама не понимаю, как выжила вообще. Сейчас, оглядываясь назад, улыбаюсь.

Такой бешеный темп жизни и бурную деятельность я могла выдержать только благодаря своим мальчикам. Ведь у меня два сыночка. Два солнышка. Я люблю своих малышей так сильно, что не представляю свою жизнь без них!

Сейчас я уже дипломированный специалист – маркетолог. Нашла работу по специальности. Смогла даже позволить себе пригласить няню детям - соседку Ларису Ивановну, бывшую воспитательницу детского сада. Ныне пенсионерку.

Она замечательно ладит с детьми. Мне просто с ней повезло.

Всё только начало налаживаться в моей жизни. А тут такое…

Светка не может отдышаться. Бежала что ли всю дорогу, чтобы сообщить мне свою новость?

Она прошла к раковине на кухне. Налила себе воды в стакан прямо из-под крана. И выпила залпом, запрокинув голову.

Не знаю, что случилось. Но, похоже, аукнется это на мне и моих детях. Ведь дом принадлежит ей. Наследство, оставленное её отцом...

Она и так долго мирилась с тем, что здесь жила я. Сначала училась, потом дети. Не могла же она выставить меня на улицу с малышами.

А теперь, похоже, настало время, когда может.

Сердце моё сжалось от боли. В висках застучала кровь. Ведь я не одна, с детьми! Мои сыновья – Паша и Миша сейчас гуляют с няней по побережью.

Хорошо, что их нет дома. Вздохнула я.

И они не видят свою подавленную растерянную грустную маму.

Куда мы теперь?!  Судорожно думаю я. Но в голове сплошной сумбур. Руки потеют. По спине ползёт липкий холодок.

Меня охватывает паника.

Что теперь делать?..

Съёмное жильё  я точно не потяну. Надо платить ещё няне. Чуть - чуть не дотянули до садика. Я уже и в очереди стою как…  мать – одиночка. Обещали дать к трём годам малышей. Я так радовалась.

- Они деньги большие требуют! - нервно говорит сестра, развернувшись  ко мне всем корпусом.  – А где их взять?! – выплёскивает, глядя на меня в упор.

Я не понимаю, зачем ей большие деньги, но чувствую свою вину. Ведь дом – её наследство. А я, выходит, «оккупировала» его.

И никак не выметаюсь.

- Кто требует? – решаюсь, наконец, уточнить я.

- Известно кто! Кредиторы долбанные. Коллекторов натравили…

Мир качнулся. Перед глазами плывёт. Я падаю на стул возле окна. Хватаюсь руками за голову. Провожу по лицу и тру глаза, отворачиваюсь. С грустью  смотрю в окно.

В который раз жизнь моя даёт трещину. Только, кажется, всё налаживается. И бац! Снова летит под откос…

Даже если возьму ссуду в банке, чтобы хватило хоть на первое время, кто пустит меня на квартиру с двумя детьми? Сыновья ещё маленькие. Будут мешать соседям...

Не отрываю глаз от моря. Дом стоит практически на первой линии. До моря рукой падать. Там лазурная вода, в которой отражается солнце. Мне так больно на это смотреть, будто я уже прощаюсь с морем…

Понимаю, дом за последние годы сильно взлетел в цене. И сестре с зятем не терпится его продать. А мне даже возразить нечего.

Я в полном раздрае чувств.

- Поля! Ты что не слушаешь меня? – недовольный голос сестры вырывает меня из раздумий.

С трудом отрываю взгляд от моря, медленно поворачиваю голову.

- Вовку в подвале держат бандюганы. Требуют долг отдать!  - с надрывом стонет Светка. – Только и позволили, что мне позвонить. Полина, сама подумай. Если бы не такая беда, разве прибежала бы я к тебе с таким…?!

- Хорошо, - отрешённо говорю я. – Продавай. Только деньги поделим поровну. Я квартиру куплю. Долг тебе отдам  позже.

Вскидываю глаза на сестру. Она смотрит на меня, округлив свои глазища. В них прямо буря назревает.

- Ты не поняла, Поля, – ожесточённо выдаёт она. -  Мне все деньги нужны!

Все?!  Я не слышалась?

А мы с детьми куда пойдём?..

На кухню шумно вбегают Паша и Миша. Мои сыновья. Паша на десять минут старше Миши. Мальчики настолько идентичные, что посторонние их не различают. Только свои. И то Вова - тот даже не пытается вникнуть в различия. А они есть. И внешне и в характере. Паша пошёл в Макара. Сильнее брата крепче  увереннее.  Миша – в меня. Шустрый быстрый и очень ласковый.

Безумно люблю своих мальчиков! С их появлением, кажется, даже в комнате становится светлее. И мрачные мысли, которые только что назойливо сверлили мой мозг, уходят куда - то на задний план.

- Паша, Миша, в ванную! – слышится голос няни, а затем вслед за ними появляется  и  она сама. – Мыть руки!

- Мама! – кричит Миша. – Я ракушку нашёл! Она шумит как море. Хочешь послушать? – Бежит ко мне, подняв руку с ракушкой над головой.

Вслед за ним бежит и Паша.

Я широко раскидываю руки. И в моих объятиях уже оба сына.

- Мама, мамочка, посмотри! – Запрокинул голову Паша. Смотрит на меня своим синим  взглядом, точно таким же, как море за окном.– Какая у меня большая и круглая галька, как шарик!

Я наклоняюсь, целую обоих в светлые стриженые макушки.

- Так, детки! Идите мойте руки. Сейчас ужинать будем.

Светлана молча наблюдает за нашей идиллией. Провожает мальчишек долгим взглядом.

Едва дети выбежали из кухни, поворачивается ко мне.

- Давно спросить тебя  хотела. Ты как… насчёт предложения  своего отца?

От неожиданности я вздрогнула.

***

Два месяца назад

Я только покупала мальчишек. Надела на них пижамы  и уложила детей в кроватки.

- Мама,  а сказку? – просили они наперебой.

- Конечно, мои сладкие! – отозвалась, улыбаясь, я. И раскрыла книгу…

Раздался звонок в дверь.

Кого это носит в такую пору? Проворчала я и пошла к двери.

Прильнула к глазку.

По ту сторону двери стоял незнакомый парень. Я бросила растерянный взгляд на дверь детской, взвешивая, стоит ли открывать дверь незнакомому человеку?

- Полина, - раздалось из-за двери. – Откройте, пожалуйста, дверь!

- Конечно, очень приятно, что вы знаете моё имя, - отважно произношу я. – Но это ещё не повод  открывать дверь незнакомому человеку!

- Я вас понимаю, - быстро соглашается он. – Давайте, сделаем так. Я уйду. А вы выйдите на улицу. Там вас ждут, - отчеканил парень и тут же крутанувшись,  исчез из поля видимости.

Кто меня там может ждать?!

Я вернулась на цыпочках в детскую. Малыши, разморённые после купания, мирно посапывают. Выскальзываю, тихо закрывая за собой дверь.

Снова вспоминаю о том, что кто - то меня там ждёт… Растерянная стою посреди комнаты, размышляя над тем, какое принять решение?

Затем иду в прихожую, надеваю балетки и выхожу из дома. Закрываю дверь на ключ и иду на улицу.

Оглядываюсь по сторонам в поисках того, кому я вдруг понадобилась на ночь глядя.

Тонированный джип, стоящий неподалёку, трогается с места и медленно  подъезжает ко мне.

Наверное, зря я всё – таки вышла… Запоздало думаю я. Ведь там у меня остались дети.

Широко открыв глаза, смотрю, как открывается дверь со стороны пассажира. Сначала появляются мужские туфли… Потом ноги в тёмных брюках. А потом из машины выходит солидный зрелый мужчина в безупречном мужском костюме.

По его машине класса люкс, дорогой одежде, аксессуарам, манере себя держать  - определяю, мужчина относится к сильным мира сего.

Он идёт прямо на меня широким уверенным шагом. Всё отчётливее различаю детали его одежды и лица. На нём белоснежная рубашка со сверкающими запонками. Дорогие часы и золотая печатка на безымянном пальце правой руки. Мужчине лет пятьдесят. Коротко стрижен. Черты лица резкие, высокие скулы и зелёные глаза, как…

Этого не может быть! Откуда?!

Чёрт! Я зависаю. Он уже совсем рядом. Высокий широкоплечий мужчина. Смотрит на меня  тяжёлым прожигающим  взглядом.

- Полина! – произносит низким хрипловатым голосом. – Я твой отец…

В моей голове взрываются тысячи фейерверков! Словно пытаются разнести мой мозг в клочья.

От шока отступаю назад. Он берёт меня за руку. Мне только кажется, или действительно моя рука горит в его большой ладони...

- Мне очень многое нужно тебе рассказать, дочка.

Дочка?!

Режет мне слух. Во мне поднимается волна ненависти, злости, обиды, так долго и глубоко хранимые внутри меня. Они топят меня, угрожая вырваться наружу.

Но я не хочу изливать свою душу перед этим чужим…  дядей!

Не хочу его слушать. Хочу заткнуть уши и бежать от него подальше. Но он стоит рядом со мной такой большой и сильный. За его плечами вырастают два телохранителя.

Кто он?!  И что ему нужно от меня? Через двадцать четыре года…

Мгновенно прокрутилась в голове встреча… с отцом. Перед глазами промелькнули, словно кадры киноленты, запечатлевшие нас в тот вечер…

***

- Нет, Света, я  не могу согласиться на его предложение. Это несправедливо, - говорю я и мотаю головой.

- А о детях своих ты подумала? В конце концов, он твой отец. В обиду тебя не даст, - выплёскивает сестра.

Я скривила губу. Упрямо молчу. Значит, она решила продать дом, уверенная в том, что на улице я не останусь?

Всё решила за меня.

Смотрю на неё горящими невидящими глазами.

Меня топят эмоции…

Да я лучше на улице останусь, чем соглашусь на его условия!

Двадцать четыре года не была ему нужна. Не хотел меня не видеть, не слышать, а тут проснулась в нём совесть.

А если бы я не понадобилась ему сейчас, приехал бы он ко мне?..

- Пойми, Полина, мне все деньги нужны от продажи дома. Иначе не хватит рассчитаться с долгами.  Вовку в расход пустят! - на её глазах  заблестели слёзы.

Меня хочет разжалобить? Или мужа жалеет?

Упрямо продолжаю молчать. А что говорить? Я в полном раздрае. Никак не могу собраться  с мыслями.

Пауза затянулась.

На кухню снова вбежали дети. За ними степенно вошла Лариса Ивановна.

- Лариса, ты покорми тут детей! - по-хозяйски распоряжается сестра. – А нам с Полей поговорить ещё надо.

Она кивает мне и идёт на выход.  Я выхожу  вслед за ней. Едва оказываемся в соседней  комнате, как Света закрывает  плотно дверь. Устало опускается на диван. Я стою у окна, глядя на море.

Сердце моё сжимается, словно от предчувствия, что с морем я прощаюсь.

Откуда такие дурацкие мысли всплывают в голове?

Встряхиваюсь.

И разворачиваюсь к сестре.

- Что ты мне предлагаешь? – ожесточённо спрашиваю я.

- Поль, давай сделаем так. Ты оставишь детей у меня, - начинает она свою продуманную речь. Я вздрагиваю. Но сестра, будто не замечает моей  реакции. – Сама поедешь в Москву…

- Зачем? – жёстко обрываю я.

- На заработки! – невозмутимо чеканит она. – Все сейчас туда едут. В провинции работы нет. - Я замотала головой.  – Имею в виду, нет хорошо оплачиваемой работы, - уверенно продолжает сестра. - Ты молодая образованная. И опыт у тебя уже есть…

Я снова отворачиваюсь к окну, с грустью смотрю на море. Уже понимаю, что прощаюсь  с ним. На душе тревожно.

Ну, действительно, не на улицу же идти…

- Не пропадёшь. Устроишься там на работу, - голос сестры вырывает меня из раздумий. – Снимешь жильё. Поднакопишь денег. Через полгодика заберёшь своих сыновей. Все так живут… ты должна быть благодарна мне за то, что есть где оставить ребятишек. Мои с ними ладят. Так что проживём.

Смотрю на неё, широко распахнув глаза. Внутри всё переворачивается.

Вот каков её вселенский план!

Простой и жестокий одновременно…

Хочется сказать ей что - нибудь очень резкое обидное, но я сильнее стискиваю зубы и прикусываю до боли губу.

Где моя благодарность?..

Наши глаза встречаются. Она хорошо знает меня и понимает, как мне больно.

Чёрт с ним  с домом! Но расстаться со своими близнецами – это что- то за гранью.

- Поль, ну может, ты раньше сумеешь пристроить своих малышей. Может, место им выбьешь в детском саду? - пытается сгладить она ситуацию. – Ты же мать – одиночка! Тебе должны пойти навстречу…

Больно бьёт, прямо наотмашь.

Конечно, за два с половиной года приходилось слышать такое не раз. Но услышать от сестры очень обидно… Может, её слова напоминают мне о том, что меня бросили?.. Предали.

К чёрту гордость!  Нужно думать только о детях.

***

Я пакую вещи. Свои отдельно от детских. По щекам текут слёзы. Не могу даже представить, как я сделаю этот роковой шаг, который уведёт меня в сторону от моих детей.

Как я осмелюсь его сделать? Уехать от своих крох не то, что на полгода, на месяц, на неделю? Ведь я ещё никогда не оставляла своих детей даже на день!

Как я буду жить без них?

Не будить их по утрам, не купать по вечерам, не рассказывать сказки на ночь?..

Это невозможно! Зря я согласилась на эту авантюру. Уступила под давлением сестры.

Это был её план, не мой!

Стон разрывает мою грудь. Во мне растёт протест,  я швыряю вещи. Падаю на кровать, закрывая лицо руками.

Почему вдруг мой отъезд напоминает мне внезапный отъезд Макара? Он уезжал и обещал вернуться. Но не вернулся.

И я сейчас обещаю вернуться за сыновьями, совсем как он тогда…

Внезапно во мне происходит перемена. Какое - то ожесточение топит меня. Я поднимаюсь. Выпрямляюсь. Встряхиваюсь.

Как могла я сравнить себя с ним?

Между нами  огромная  разница!

Я обязательно вернусь. Потому что надо УМЕРЕТЬ, чтобы не вернуться за своими детьми, за своими любимыми…

***

Вова вальяжно ходит по дому перед потенциальными покупателями.

Демонстрация дома, бойкий торг…

Бесит меня.

Я отворачиваюсь. Быстро собираю свои вещи и выхожу из дома. Светлана стоит рядом с моими мальчиками. Крепко держит их за руки.

Дети вырываются из её рук, плачут, кричат:

- Мамочка! Ты скоро за нами вернёшься?

- Отпусти их, - останавливаюсь я на полпути, выпуская вещи из рук.

Сыновья бегут ко мне. Стою зависшая, смотрю, как близнецы  приближаются ко мне, обгоняя друг друга.

- Мама! Мама! – их звонкие детские голоса разрывают мне сердце.

Как бы не упали мои мальчики! Ловлю обрывки своих тревожных мыслей.

Дети добегают до меня, обнимают своими маленькими ручками мои ноги. Слёзы градом льются из моих глаз.

- Мамочка! А ты не забудешь нас? – вскидывает на меня своё заплаканное лицо Мишенька.

- Мои золотые, разве может мама забыть своих деток?! – отвечаю сквозь всхлипы я.

- А когда ты за нами приедешь? – совсем по-взрослому спрашивает Пашенька. Смотрит на меня так серьёзно, что сердце моё сжимается. Становится тяжело дышать…

- Скоро, мои хорошие! Скоро я вернусь за вами, - крепко прижимаю близнецов к себе.

Сестра уже около нас. Она с силой отдирает малышей от меня…

- Мама! Мы хотим с тобой! – торопливо шепчет Паша.

- Не оставляй нас, мама! – вторит ему Миша.

Опустив голову, чувствуя себя виноватой, медленно иду к машине. Мои глаза застилают слёзы. В голове стучат слова моих мальчиков:  Не оставляй нас, мама….

Родные мои! Я не оставлю вас. Я вернусь за вами!

Рывком открываю дверцу машины, падаю на водительское сиденье. Вытираю слёзы и завожу двигатель.

Неожиданно. Раздаётся стук в дверцу… Поворачиваю голову.

В окне вижу светлую макушку ребёнка. Павел вырвался, добежал до машины. Стучит маленькими кулачками в дверцу машины. Его отрывают сильные мужские руки Вовы, оттаскивают в сторону…

Боль прошивает меня насквозь.

Если я промедлю ещё хоть секунду, то никуда не уеду.

Нервно обнимаю руль машины, топлю педаль газа в пол. Машина трогается  с места. Смотрю в зеркало заднего вида.

На пыльной дороге стоят мои маленькие сыновья. Их крепко держат за руки сестра с мужем.

Никогда ещё в жизни мне не было так больно, как сейчас.

Глава 10

Полина

Машина набирает скорость, но я всё топлю и топлю. Впереди длинная дорога… в новую жизнь, полную непредсказуемости, неизвестности, неожиданностей.

Несусь по трассе на большой скорости на стареньком белом Ауди. Купила в прошлом году подержанный автомобиль по случаю. Очень радовалась, что смогу вывозить детей в город. А вышло так, что сейчас мчусь на нём из города в большой мегаполис. Впереди более чем полторы тысячи километров пути.

Еду по трассе под шум проезжающих мимо машин, звук клаксонов, гремящей в динамиках музыки.

Больше не плачу. Но мысли о моих мальчиках ни на минуту не оставляют меня. Перед моим взором синие глаза моих близнецов… как у бывшего. Глаза сыновей всегда лучистые и ясные. Если они и хмурятся, то ненадолго.

А сегодня меня провожал штор в детских глазах, полных слёз.

Голова раскалывается от мыслей, противоречий, сомнений. Хочу побыстрее забрать детей. Но как я это сделаю?

Меня накрывает волна отчаяния.

Зачем я лгу себе? Куда я  их заберу?

Не знаю, где сама буду ночевать. Еду в полную неизвестность.

Настоящее дерьмо!

На глаза снова наворачиваются слёзы.

Ближе к вечеру, наконец,  справа от дороги вижу придорожный мотель. До него остался один километр пути. Гостиница, кафе, большая парковка для автомобилей.

Есть где переночевать.

Надеюсь, не очень дорого. Денег у меня мало. Надо экономить.

Мысли снова крутятся вокруг  детей.

- Мамочка, ты будешь нам звонить? – спрашивает рассудительный Паша.

- Конечно, милые. Каждый день.

Снова и снова перемалываю в голове расставание с детьми…

Неожиданно в мозг врывается бешеный визг тормозов, пронзительный долгий звук клаксонов. Уже в следующее мгновение -  жёсткий удар по  машине. Меня тряхануло так, будто душу пытались вытрясти.

Я качнулась и вцепилась намертво в руль.

Не могу понять, куда пришёлся удар? По капоту или заднему бамперу?

Слышно звяканье битых фар…

Что происходит?

Вскидываю голову, с ужасом смотрю вперёд. Я въехала в филейную часть впереди идущего БМВ. Озираюсь по сторонам. Бросаю быстрый взгляд  в зеркало заднего вида.

О боже!  Меня тоже «догнал» сзади джип. Зажата, как в тисках между двумя машинами.

Неужели это я виновата в происшествии?!

Дрожу. Голова гудит. По спине ползёт липкий холодок. Вжимаюсь в сиденье, боясь выбраться из салона. Боясь взглянуть на последствия столкновения…

- Дамочка! – донёсся до меня сбоку хриплый мужской голос.

Медленно поворачиваю голову и робко вскидываю глаза. В боковое окно заглядывает мужчина лет шестидесяти. Мелкая сеточка морщин у глаз. Почти чёрные маленькие глаза – буравчики блуждают по моему лицу, словно ощупывают. Взгляд злой  прожигающий насквозь.

Под его тяжёлым взглядом внутренне съёживаюсь. Похоже, действительно в произошедшем моя вина. И даже если он резко затормозил, выходит, я не держала дистанцию и вовремя не сориентировалась.

Надо полагать, ведь мысли у меня были далеко отсюда…

- Вы мне? – дрожащим голосом лепечу я, по-прежнему, залипая на водительском сидении, отчаянно вцепленная  в руль.

- А вы здесь видите кого – то ещё? – холодно чеканит он, скептически оценивая меня. – Давайте рассчитывайтесь на месте, дорогуша!

Послышались мужские голоса за его спиной, что только глубже ввело меня в ступор.

Казалось, весь мир ополчился против меня!

Что за непруха такая?

- Что там происходит? – нервно спрашивает второй мужчина за его спиной.

На плече первого появляется крупная мужская рука. Виден манжет белой рубашки, дорогие швейцарские часы, стоимостью больше моей подержанной машины…

Если у них обоих погнуты бамперы и разбиты фары, - судорожно рассуждаю я. - То на покрытие всего этого, уйдёт весь мой бюджет, отложенный  на месяц жизни в Москве. Возможно, даже не останется денег и на бензин доехать туда…

Похоже, я вообще приехала.

- Садятся за руль всякие… пьяные и обкуренные! Вот молодёжь пошла! – цедит сквозь зубы седовласый, отстраняясь от окна.

Неужели я так плохо выгляжу? Хотя… Реву уже скоро сутки. Возможно, именно так и выгляжу.

- Девушка, – слышу голос второго. Вскидываю глаза. В проёме окна уже другой мужчина. – Прошу вас выйти из машины и предъявить свои документы!

Вздрагиваю. Смотрю на холёное лицо мужчины лет сорока пяти. Он взирает  на меня своими прозрачными  светло – голубыми  глазами, в которых застыл холод и презрение.

Ждёт.

Я опускаю глаза и, наконец, отцепляю свои занемевшие руки от руля. Пальцы не разгибаются. Пытаюсь сжимать кулаки. Выходит не очень.

Снова поднимаю глаза на мужчину.

Ни капли сострадания не вижу в его застывших глазах.

Самовлюблённый самоуверенный напыщенный тип.

Вид его бесит меня!

Неожиданно. Начинаю закипать. Их там сколько собралось за окном машины? Двое – трое, а может десять? Сгруппировались и нападают на бедную женщину.

Кто назначил меня виноватой?!

Они?

Пусть вызывают сотрудников ГИБДД.

Платить - так официально! А не последние деньги тут вымогать у женщины на дороге.

Полная решимости постоять за себя, достаю документы из сумочки. Протягиваю их мужчине.  И выбираюсь на солнечный свет из машины.

***

Стою в окружении мужчин, гордо вскинув голову. Внутри я не такая уверенная, как хочу казаться внешне. Но стойко держу лицо.

- Если вы уже удовлетворены созерцанием моих документов, - отважно чеканю я. –  Прошу вернуть их обратно.

Смотрю на высокого мужчину, которому доверила свои права. Запоздало подумав, что зря я это сделала.

- Не спешите, госпожа Полина! - с иронией произносит голубоглазый холёный джентельмен. И передаёт мои права мужчине, стоящему за ним. – Саша, пробей нашу… Полю, - бросает он, даже не поворачиваясь к тому.

Саша мгновенно исчезает в джипе с… моими документами.

Я открываю рот от возмущения, захлёбываясь эпитетами, которыми хотела бы наградить мужчину за такое самоуправство.

Достаю свой мобильник. Остервенело начинаю фотографировать разбитые машины…  номера, участников.

Глядя на мои манипуляции, голубоглазый начинает хохотать, запрокинув голову так, что у него дёргается кадык.

К нему подходит товарищ, который «пробивал» мою личность. Что - то торопливо говорит на ухо, тыча пальцем в мои права.

Неожиданно голубоглазый  перестаёт смеяться. Смотрит на меня странным долгим взглядом, словно изучает.

Чёрт! Что ещё они там задумали?

- Я за составление официального протокола, - стараясь казаться уверенной, торопливо озвучиваю свою позицию.

Мужчины не дрогнули. Продолжают сверлить меня взглядами. Не выдержав пытки сканирующих мужских взглядов, отрешённо добавляю:

– У меня мало денег… Практически их нет.

Голубоглазый  морщится. Кидает быстрый взгляд на своего напарника.

- Ты уверен? – жёстко спрашивает он.

- Абсолютно, - безапелляционно отвечает тот.

Неожиданно на лице голубоглазого появляется  улыбка.

-Так всё, - говорит он командным тоном. – Заканчиваем этот цирк! Все дружно едем к мотелю. Там есть автосервис.

- Вы хотите, чтобы я заплатила за ремонт ваших машин? – предательски дрогнувшим голосом спрашиваю я.

Дыхание перехватило.

Они не отдали мне права. И не собираются вызывать сотрудников ГИБДД.

Они вообще не собираются меня отпускать…

Стою в стороне, нервно сжав руки в замок.

Мужчина, взявший на себя инициативу разрулить возникшую ситуацию,  беседует с автомехаником по объёму работ, срокам и оплате.

Машины обещали восстановить к утру.

На душе у меня скребёт.

Тяжело вздыхаю.

Александр Петрович, как оказалось зовут седовласого дядечку крутится под ногами новоявленного «босса».

Кстати этот высокий представительный голубоглазый мужчина  по-хозяйски  распоряжается не только чужим имуществом, но  и…  деньгами тоже.

По его жёсткой хватке, видно, что привык командовать.

- Деньгами не обижу, - долетают до меня обрывки его фразы… - Главное, выполните всё быстро и качественно.

Он не торгуется. Не обидит деньгами…

Чьими?!

Сердце бешено колотится. Ловлю ртом воздух, но всё равно мне нечем дышать. Вдоль позвоночника проходит электрический импульс.

Ноги мои дрожат, и я приваливаюсь к перегородке.

Ловлю на себе скептические мужские взгляды. И только сейчас понимаю, что женщина я здесь одна…

Начинаю приходить в себя.

Почему вдруг этот мужчина распоряжается? В конце – концов, если даже я и въехала в БМВ. То в меня тоже въехали!

Кстати, джип этого умника и въехал.

А, значит, он виноват также.

Встряхнулась. Окидываю взглядом мастерскую.

Мужчины закончили беседу. И втроём направляются в мою сторону.

Не дожидаясь их, круто разворачиваюсь и иду на выход. Стараюсь сохранять независимый вид.

- Полина! – догоняет меня «босс». – Пойдём вместе, поужинаем в  кафе.

- А кто всё это, - киваю я назад в сторону машин. – Будет оплачивать? – задаю сверлящий мой мозг  вопрос.

- Разве я не сказал? – делает удивлённый вид. – Я оплачу ремонт всех трёх машин, - ровно говорит он. – Кстати, диагностика показала, что на твоей машине требуется замена некоторых деталей подвески.

Вскидываю на него широко распахнутые глаза. С чего вдруг он так резко изменил своё поведение?

Мужчина, похоже, мой взгляд истолковал по-своему.

- Не переживай. Всё заменят!

Киваю вместо ответа. Не в состоянии что- либо говорить.

Чувствую подвох, но не понимаю, какая  грозит опасность.

Мы расстаёмся, чтобы оформить номера на ночлег. Я поднимаюсь на второй этаж, захожу в свою комнату и нервно выдыхаю.

Что это было?

***

Спускаюсь вниз поужинать.

Окидываю взглядом зал. В углу за столиком сидит мой «кредитор». Направляюсь к нему.

- Полина, - радостно встречает он меня.   - А мы тебя ждём. Я уже Сашу хотел отправлять за тобой...

Он кивает  Александру. И тот мгновенно исчезает из  поля зрения.

Что ещё за новости?

Мужчина подзывает официанта. Диктует ему заказ… на двоих. Мне некомфортно находится с ним рядом.

Нервно дёргаюсь. Чувствую себя под его оценивающим взглядом неуютно. Съёживаюсь. Очень хочется встать и уйти. Но я не смею.

Почему? Потому что он оплатил ремонт машин? Ловлю себя на неприятной мысли.

Чёрт!

И почему у него такой холодный леденящий душу взгляд?

- Полина! У меня к тебе деловое предложение, - неожиданно чётко произносит он.

Молчу, закусив губу. Пусть говорит что задумал. Послушаю, насколько его предложение «деловое».

- Не скрою, навёл о тебе некоторые справки…

Нервно сглатываю и  испуганно вскидываю на него глаза.

- Ты мне подходишь, - декларирует он, глядя на меня в упор своими почти прозрачными светло - голубыми глазами.

В голове полнейший сумбур.  Что значит подхожу? Для чего?

- Вы неправильно меня поняли, - рвано припечатываю я слова.  - Я не продаюсь… за ремонт машин!

Метнула в него возмущённый взгляд. Резко поднялась с места, чтобы уйти. Но он крепко схватил меня за руку, словно наручники замкнул на запястье.

- Сядь! – командует он.

Я растерянно  плюхаюсь обратно на место.

- Полина, ты не дослушала, – требовательно произносит он. - У меня к тебе деловое предложение, - медленно чеканит  каждое слово. Смотрит на меня своими нечитаемыми глазами.

Я действительно не понимаю, что он от меня хочет. Судорожно соображаю, что надо поскорее уйти отсюда.

Оглядываюсь по сторонам в поиске охранника. Ищу защиты. Кроме усталых дальнобойщиков за столами, никого не вижу.

Неожиданно на меня накатывает безразличие.

- Прошу прощения. Я не представился. Глеб Дёмин, - мужчина перегибается через весь стол, низко склоняется ко мне.

Крушит моё личное пространство.

- Ты подходишь мне на роль жены, - выдыхает он мне прямо в лицо.– Фиктивной. Мы заключим с тобой контракт…

Ошеломлённо взираю на него.

Глава 11

Полина

Спустя год

- Мама, а мы пойдём сегодня в бассейн плавать? – спрашивает Паша, едва проснувшись.

- Пойдём. Только сначала завтрак и занятия. Ну, а после бассейн, - спокойно говорю я, с улыбкой глядя на близнецов.

Мальчики быстро выскакивают из своих кроватей и бегут наперегонки в  ванную. Глядя на своих малышей, я на время забываю о том, как непросто оказалось быть женой Дёмина.

Это оказалось тяжело.

Но я теперь связана контрактом. И обязана выполнять его условия.

Мы с детьми живём в большом коттедже Глеба в элитном посёлке под Москвой. Но мы не одни. В доме есть ещё и другие члены семьи…

Тогда год назад, получив от Глеба неожиданное  предложение заключить с ним фиктивный брак, я пребывала в невообразимом  шоке. Взяла паузу до утра. Не спала, ворочалась, судорожно думала.

Перед взором всплывали заплаканные лица сыновей…

Это мой шанс! Которым я должна воспользоваться, ради своих малышей. Ради воссоединения с ними!

- Я согласна, - пролепетала при встрече  с Глебом утром.

Мне показалось или он действительно очень обрадовался?

Мне бы задуматься, что им движет? Ведь он меня впервые видит.

Но я была не  в состоянии рассуждать объективно. Я ничего не знала про Глеба.

Зачем ему понадобилась фиктивная жена?

И почему именно я лучше других подошла на эту роль?

Но тогда я была не в состоянии думать ни о чём другом, кроме своих близнецов.

Право забрать к себе своих малышей сразу же после свадьбы, перевесило все аргументы против…

***

- Как всегда опаздываем к завтраку, - саркастически комментирует наше появление в столовой двадцатилетняя Марта, дочь Глеба от первого брака.

- Доброе утро! – произношу я, проигнорировав её замечание.

Дети шумно бегут на свои места.

Мама Глеба  - Мария Степановна морщится.

Глеба за столом нет. Уехал из дома рано. Но он настаивает на том, чтобы все члены семьи завтракали, обедали и  ужинали обязательно вместе.

Его волнует имидж, впечатление, будто семья наша настоящая. Я не спорю  с ним. Строго соблюдаю заведенные правила.

Марта продолжает сверлить меня прозрачно – голубым взглядом, точно таким же, как у её отца. Холодным и бесчувственным.

Ощущаю её прожигающий взгляд на себе. Стараюсь не показывать вида. Внутри меня  всё переворачивается.

Бесит меня.

Я завтракаю и приглядываю за детьми, чтобы не баловались, спокойно поели.

Трудно оставаться безразличной, когда тебя ненавидит вся семья. Но я держусь изо всех сил.

В конце концов, наш контракт не вечен. Как и завтрак, который приближается  к своему концу.

Забираю детей и удаляюсь из столовой.

Не только мои дети, но и дети Глеба – дочь Марта и сын Дэн, а также его мама  Мария Степановна проживают  вместе с нами.

Дом огромный. Можно было бы и не пересекаться.

Если бы не грёбанные  правила Глеба!

Никто из членов семьи не знает тайны нашего фиктивного брака. Всё должно быть по-настоящему и в глазах семьи тоже.

Теперь они считают меня претенденткой на наследство.

- Она младше отца на двадцать лет, - за моей спиной скалится Дэн, разговаривая с сестрой. – Никогда не поверю, что он её может удовлетворить…

Мерзко гадко и противно.

Вскидываю голову и прохожу мимо. Они оба лежат на шезлонгах около открытого бассейна во дворе. Дэну девятнадцать лет. Он  учится за границей. Приехал домой на каникулы. Меня он увидел впервые. И тут же присоединился к сестре...

Живу в глубокой осаде. И сколько бы я не старалась казаться равнодушной, тяжело слышать в свой адрес упрёки, колкости, обвинения. Несправедливые. Молчать. Постоянно ограждать своих детей от волны удушающей ненависти.

Меня это просто достало!

Я мучительно думаю, что предпринять.  И, наконец,  решаюсь.

Вечером Дёмин мрачный сидит с бокалом виски в гостиной. Понимаю, не самый подходящий момент. Но меня уже не остановить.

- Глеб, я хочу пойти работать. А детей водить в детский садик, - твёрдо произношу я.

- Зачем это тебе? – хмуро спрашивает он, вскидывая на меня глаза.

- Устала сидеть дома. Да и детям не хватает общения со сверстниками. Такое ощущение, что мы заперты тут  в клетке!

- Полина, мы с тобой действуем строго в рамках нашего  с тобой контракта. Никакие отклонения недопустимы, - жёстко припечатывает он.

- Глеб, не передёргивай! - твёрдо произношу я.

Он смотрит на меня своим нечитаемым взглядом. Удивлён моей настойчивостью?

Мне плевать.

Устала жить в вечной обороне. Хочу хоть как – то свести к минимуму  контакты с его семьёй.

- Не оговорено в контракте. Но это не означает, что  под запретом, - уверенно заявляю я, не сводя  с него пристального взгляда.

Глеб молчит. Между нами висит напряжённая пауза. Кажется, поднеси спичку и полыхнёт…

Но я настроена решительно - бороться за свои права.

Я не его пленница!

А он не предупреждал меня, что я окажусь в таком…  удушливом окружении.

- Если ты не решишь этот вопрос,  то мне придётся обратиться к своему отцу, - медленно чеканю я, глядя на него исподлобья.

- Ты не посмеешь! – резко обрывает он, полоснув ледяным взглядом по моему лицу.

Глава 12

Макар

Спустя  четыре года

Просыпаюсь в своей кровати. Чувствую, что ни один. Поворачиваю голову.

Роксана. Твою ж…!

Тру лоб. Хотел же вызвать ей вчера такси.

Почему не вызвал?!

Кажется, мы снова с ней крупно поссорились. Потом мирились… В качестве моральной компенсации оставил её у себя.

Отношения как на американских горках.

Она дочь местного банкира. Избалованная. Ни в чём незнающая отказа.

Познакомились мы с ней десять месяцев назад. На презентации нашего нового проекта по очистным сооружениям. Роксана пришла на вечеринку вместе со своим  отцом. Банкира мы приглашали. И других толстосумов тоже, чтобы вкладывались в региональные проекты.

Стройная высокая темноглазая девушка мне понравилась.

С тех пор мы с Роксаной встречаемся. Но не можем быть вместе.

Она слишком горячая девочка. В постели это огонь! Супер. В жизни – полный отстой.

У нас нет будущего. И я часто говорю ей об этом. И о том, что рано или поздно я уеду отсюда.

Просто нам хорошо с ней в постели. Не более того. Всё, что вне её – меня не устраивает.

Бросил на Роксану быстрый взгляд и начал подтягиваться в постели. Подниматься. Она почувствовала моё движение, проснулась и открыла глаза.

- Котик, ты куда? – медленно растягивает слова, протягивая руки ко мне.

- Роксана! Сколько раз я просил тебя не называть меня «котиком», - раздражённо бросаю я, вставая на ноги.

- Ну, прости, милый! Забыла спросонья. Больше не буду, - она гладит мои бёдра, пытается дотянутся выше…

Изогнулась, подставила свои губы для поцелуя. Я сделал вид, что не заметил.

Злился на себя, что изменил своим правилам, оставил её на ночь.

Знал ведь, чем это чревато…

- Макар! – обиженно дует она свои губки. – В последнее время ты такой невнимательный нечуткий. Ты меня больше не любишь? – капризно воркует она.

Меня будто током прошивает. Начинаю закипать.

- Роксана, припомни – ка, когда это я объяснялся тебе в любви? – хмуро спрашиваю я.

За моей спиной висит тишина.

Я даже удивился. Обычно Роксане слов не занимать. Из любой ситуации выкрутится.

Разворачиваюсь всем корпусом назад.

Она смотрит на меня, не мигая. Её большие карие глаза подозрительно блестят.

Только этого мне не хватало! Чтобы сейчас в качестве аргументов выступили её слёзы.

Неизменное женское оружие.

-Роксана! Собирайся. Такси сейчас вызову, - холодно бросаю я на ходу.

Вызываю такси. И иду в душ.

Через пятнадцать минут, обернувшись  полотенцем  вокруг бедер, выхожу из душа.

Что я вижу?

Роксана, по-прежнему, лежит обнажённая на постели.

Мне надо на работу. И я не собираюсь оставлять её в своём доме.

Сам виноват! Ругаю себя. О чём только думал, связываясь с такой взбалмошной  дерзкой девчонкой?

И думал ли вообще?

Теперь вот решай проблему на пустом месте.

Молча беру в руки телефон, хочу вызвать своего помощника, чтобы отправить  Роксану домой.

Можно сказать, против её воли.

Смотрю на экран. На дисплее отпечатался непринятый звонок от отца.

Перезваниваю  ему.

- Пап, у тебя что – то срочное? – спрашиваю, глядя на часы. – Я уже опаздываю на работу.

- Можно сказать и так,  Макар, – хрипло отзывается он.

- Слушаю, - коротко бросаю я.

- Пора тебе, сынок, возвращаться домой в Москву, - неожиданно произносит отец.

- Не понял. Зачем? – спрашиваю машинально.

- Чтобы возглавить корпорацию, - обыденным тоном сообщает он.

От шока застываю на месте.

***

В аэропорту Домодедово меня встречает брат Егор. Он стоит возле терминала, через который проходят прибывшие с рейса.

- Привет, Макар! – крепко обнимаемся с ним.

- Привет, Егор! – улыбаюсь я.

Пока  ждём багаж, обсуждаем дела семейные.

- Егор, я так и не понял, почему  так резко батя надумал выпустить бразды правления из своих рук? – пытаюсь прощупать почву перед разговором с отцом.

- Говорит, хочет ещё при своей жизни убедиться, что вырастил достойных наследников.

-  Но почему я? – восклицаю удивлённо.

- Это уж ты у него самого спроси! - обиженным тоном произносит брат.

Понятно. Егор вне себя. Думал, отец назначит его. Если честно, я тоже так думал, особенно после его женитьбы на Софии Зильбер…

Встреча с отцом проходит тепло и очень душевно. Оказывается, мы здорово соскучились друг по другу. Егор быстро уезжает, сославшись на то, что его дома ждёт жена.

Мы коротаем вечер с отцом вдвоём.  С бокалами коньяка в руках спокойно неторопливо ведём разговор за жизнь.

- Макар, я насчёт твоей женитьбы хочу поговорить,  - неожиданно резко меняет  тему отец.

Офигеваю.

Он что и мне, как Егору невесту подобрал? Еле сдерживаюсь, чтобы не нахамить отцу.

- Послушай, твой брат женат уже четыре года. Но  наследников нашей династии Макиевских всё нет.

Куда он клонит? Бешено вращаются мысли в моей голове.

- Ты бы, сын, присмотрелся к дочери Дёмина – Марте. Хорошая воспитанная красивая девушка. Образованная – студентка. Опять же молодая. Может, наконец, наследников родить. Да и отец её Глеб - наш соучредитель, сам знаешь.

- Одним словом, идеальный вариант! – усмехнувшись и запрокинув голову, я допил свой коньяк.

Поставил пустой бокал на столик.

Глава 13

Полина

Я не собиралась обращаться к отцу. Сказала Глебу в запале, разозлившись, на  его равнодушие к моей судьбе…

Появление отца на нашей свадьбе ошеломило  настолько, что я долго не могла прийти в себя.

Увидела его неожиданно. Он шёл прямо на меня. Ко мне. Как и тогда в день нашей первой встречи. Уверенной твёрдой поступью чеканит шаг.

Откуда он здесь? Кто его пригласил? Судорожно думаю я.

Он всё ближе. Грозный хмурый недовольный.

- Полина! – приблизившись вплотную, отец наклоняется надо мной. – Как ты могла выйти замуж за этого… господина Дёмина, - цедил он сквозь зубы. - Не посоветовавшись со мной?

На его скулах играют желваки. От злости сжимает кулаки до побелевших костяшек.

Словно хочет ударить меня наотмашь.

Внутренне сжимаюсь.

Тебе, отец, не нравится? Вот и мне не нравится, что ты появляешься в моей жизни через двадцать четыре года после моего рождения.

Почему ты решил, если я твоя дочь, то буду твоей собственностью? И ты теперь будешь распоряжаться мной по-своему усмотрению.

Нет. Дорогой «папочка», не будешь!

Кто ты такой, чтобы с тобой советоваться?!  Хотелось выплеснуть  ему в лицо. Но я молчу, стиснув зубы.

Я не должна перед ним отчитываться. И он должен это знать.

Его бесит, что я решаю свои вопросы сама. По- своему. Не считаясь с его мнением, игнорируя его и не ожидая его одобрения.

Не привык к такому. Его корёжит. Он привык повелевать и решать чужие судьбы. Отец еле сдерживается.

- Откуда ты здесь? – решаюсь, спрашиваю я.

Неожиданно он начинает нервно смеяться. Я смотрю на него  в упор. Он резко успокаивается.

- Разве твой дорогой муженёк не поставил тебя в известность, что мы с ним хорошо знакомы?! - с нескрываемой иронией припечатывает отец.

Смотрит на меня своим тёмно - зелёным взглядом, в котором вдруг начинают взрываться снопы искр.

Бесит меня.

Дико смотреть, будто в свои собственные глаза.

Но мне только кажется, что сейчас он злорадствует, что ослушавшись его, я совершаю роковую ошибку?

Или он реально злорадствует?

Общение с ним  причиняет мне  нестерпимую боль. Я плохо понимаю происходящее.

Но ясно одно.

Дёмин, предлагая мне стать его фиктивной женой, уже знал, что я дочь Эдуарда Эммануиловича Сташевского.

Вспоминаю, как сразу же после аварии Глеб со своим юристом Александром пробивали мои документы. И как быстро потом он изменил своё поведение. Всё оплатил. Сделал мне предложение…

***

Глеб вёл себя с детьми отстранённо, равнодушно. Казалось, они даже его раздражали. Но он не кричал на детей, прятался за показной строгостью.

Мальчики поначалу очень обрадовались, что у них, как и у всех остальных ребятишек  будет папа. И чувствуя  отстранённость «папы», очень переживали.

- Мама, почему папа нас не любит? – спрашивал Паша. – Потому что мы  шалим? – в его глазах появлялось искреннее недоумение.

Малыш пытался своим детским умом понять, что делают они не так, ведь «папа» не хочет общаться с ними.

- Мам, почему папа  с нами не играет? – с обидой спрашивал  Миша,  теребя подол моего платья.

Сердце пронзала дикая колющая боль. Я брала себя в руки и, улыбаясь, говорила:

- Папа очень много работает.  Вы на него не обижайтесь, мальчики. У него просто нет времени.

Отворачивалась, смахивая слёзы, чтобы дети не видели.

- Я не обещал тебе, что буду исполнять роль папы, - заявлял неизменно Глеб на мои просьбы  пообщаться с детьми.

Дети тоже перестали к нему тянуться. Произошло это как – то само собой. И стало даже спокойнее. Сыновья стали относится к нему, как к чужому дяде.

Впрочем, таким он и был. Дёмин, казалось, не замечал перемен.

Но вот мой невольный шантаж, что я могу обратиться к своему отцу, его задел за живое.

Реакция мужа меня озадачила.

Почему он так не хочет, чтобы я обращалась к отцу?

Ведь, как оказалось, они знакомы. И даже  очень близко.

Что кроется за этим?..

Из оцепенения меня вырвал голос Глеба.

- Полина, с завтрашнего дня Паша с Мишей будут ходить в частный детский садик.

- Спасибо, Глеб, - улыбнулась я одними уголками губ.

Не хотела демонстрировать свою радость, ведь он ещё не выполнил  всю мою просьбу.

- Полина,  тебя ждёт новая машина, - неожиданно   произносит он.

- Зачем? – удивляюсь я. – У меня и старая на ходу. Мне не нужна машина. Пусть Марта ездит на новой.

- Марта не может ездить на машине, подаренной твоим отцом, - зло цедит Глеб.

Подаренной отцом?..

Мне не нужна его машина!

Но Дёмин почему - то боится моего отца. И я должна использовать этот факт, чтобы держаться наплаву в доме.

Будто бы я не одна. Будто за мной кто - то есть сильный.

Тот, которого я сама не то, чтобы боюсь, но точно не хочу знать.

Глава 14

Макар

Марту помню совсем подростком. Худенькая девчушка с остренькими плечиками пялилась на меня своими небесно – голубыми глазами, как у старшего Дёмина. Заметив её внимание тогда, я улыбнулся и помахал ей рукой.

На этом мои воспоминания резко обрывались. Удивительно вообще, что я смог вспомнить эту  девочку. Конечно, прошло столько лет. Сейчас она, наверное, повзрослевшая  молодая симпатичная девушка.

Очень даже может быть.

Но меня это мало волнует. Вряд ли она сумеет меня зацепить. Сейчас меня больше интересовали деловые вопросы, связанные с нашим партнёром по бизнесу – Дёминым.

При ознакомлении с делами, не всё прошло гладко. У меня возникли вопросы к нему, которые я намеревался задать в приватной беседе.

Но у моего отца явно  своё на уме. Не хотелось его разочаровывать.

- Макар, - напутствовал меня отец. – У Глеба молодая жена. Будь повнимательнее  с ней.

- Разумеется, папа. Буду предельно вежлив. Ведь в случае, если мы всё – таки породнимся, она будет моей тёщей, - усмехаюсь я.

Не строю никаких иллюзий.

Не думаю, что заинтересуюсь «невестой». Меня коробит даже сам факт сватовства по настоянию отца.

Поэтому я решил соединить полезное (деловую встречу) с «приятным» (взглянуть на потенциальную невесту).

Запрыгнул на водительское сидение своего Ленд Крузера, завёл двигатель, втопил педаль газа  и отправился к Дёмину.

Отчитаюсь перед отцом о выполнении «миссии» и забуду этот жуткий средневековый идиотизм…

***

- Знакомьтесь, Полина – моя жена, - гордо произносит Дёмин.

Девушка медленно разворачивается к нам. Застывает в шоке, увидев меня.

Я потрясён не меньше.

На секунду, казалось, выпал из реальности.

Полина – жена Дёмина?

Моя Полина… его жена?!   Не может быть.

В голове  стучит. В висках ломит.

Ярость топит меня.

Заглушая мой разум. Эта девочка моя…

Каждый раз, когда она приходит ко мне во снах, я целую её, глажу её волосы, впиваюсь  жадными губами в её мягкие податливые губы. Когда  она стонет, прогибаясь подо мной, я безумно счастлив… И когда просыпаюсь по утрам, понимаю, что образ её исчезает, рассеивается как дым.

Но  я знаю, что снова наступит ночь.

Снова моя девочка придёт ко мне…

- Сын моего компаньона - Макар, -  произносит по-деловому  Глеб.

Смотрю в упор на Полину. Она  растеряна, не знает как себя вести.

Глеб обнимает её  за талию. Чем бесит меня. Я сильнее стискиваю зубы, сжимаю руки в кулаки.

Полина прижимается к нему, словно ищет защиты.

Не  могу в это поверить. Полина, это же я! Твой Макар.

Что ты творишь?

Она смотрит на меня испугано своими большими зелёными, как лесные озёра,  глазами. В них вспыхивают золотистые искры. Рассыпаются и тут же гаснут. Зрачки её увеличиваются, будто разливаются на всю радужку глаза.

Смотрит насквозь в самую душу мою.

Что видишь ты там, моя девочка?

Почему реагируешь так странно?

В огромной сверкающей гостиной становится душно. Перехватывает горло. Внутри меня разливается лихорадочный огонь.

Хочется ударить Дёмина в грудь, оттолкнуть его от Поли. Схватить её за руку и увести отсюда.

Здесь ей не место!

Нервно сжимаю руки в замок. Будто оберегаю себя, чтобы не наделать глупостей.

Судорожно дышу, пытаюсь прийти в себя.

Окидываю Полину пристальным взглядом.

Прошло четыре года с нашего расставания. Она всегда была красивой девушкой. Теперь  стала роскошной шикарной женщиной. Большие зелёные глаза, высокие скулы, полные чётко очерченные губы… Шёлковые пряди русых волос обрамляют её лицо.

Стройная фигура, длинные ноги, грудь на твёрдую «троечку».

Мне нравится всё в ней.

И только одно не  укладывается в моей голове, что она чужая жена!

Мой мир рушится прямо на глазах…

- Поля, ты чего застыла? – недовольно спрашивает Глеб.  - Что - то случилось?

Случилось, Дёмин. Ещё как случилось!

И как мы будем это разруливать, ещё никто из нас троих не знает.

Неожиданно Поля протягиваю мне руку. Я  наклоняю голову, едва касаюсь губами её руки.

Не целую.

Боюсь сам себя. Боюсь зацеловать эту девочку так, что всем здесь станет жарко.

- Очень приятно, – официально произношу я.  Невольно улыбнувшись, тут же прячу улыбку.

Надеваю маску  непроницаемости. Стараюсь казаться безразличным.

Дёмин задаёт какой – то  вопрос, машинально отвечаю.

- Паша, Миша, уходим! – слышу за спиной голос Поли, детские голоса,  возню…

У неё есть дети?!

Электрический импульс прошивает меня насквозь.

Оборачиваюсь. И замираю.

Ошеломлённо взираю на то, как она, взяв двух мальчиков трёх с половиной лет крепко за руки, ведёт к выходу их гостиной.

Два маленьких мальчика со светлыми стрижеными макушками, вертят головой, оглядываются назад, удивлённо смотрят на меня своими синими глазками.

Меня переклинило.  Не может быть…

Пол качнулся, начали рушиться стены. Лишь бы не задело детей…

Встряхиваюсь. Какое – то наваждение.

Вцепился взглядом в мальчишек. Ошеломлённо перевожу  взгляд с одного на другого.

Близнецы Паша и Миша.

Совсем как мы с братом Егором.

Ситуация стремительно меняется прямо на глазах.

Внутри меня тоже происходит перемена. Я ожесточаюсь.

У Полины сыновья. От кого?..  Чьи они?!

Мои. Понимаю умом, чувствую сердцем. Оно бешено колотится в груди, словно хочет выбить грудную клетку, и покатится вслед за детьми.

В голове звучит набатом: Она хотела скрыть от меня рождение детей!

Полина не сообщила мне. Не посчитала нужным. Лишила меня общения с сыновьями. Я столько потерял лет… Не видел, когда они родились. Когда сделали свои первые шаги. Сказали первые свои слова…

Мама. Папа…

Собственно, кого они называют папой?.. Удар пришёлся прямо в сердце.

Безумно обидно и больно осознавать, что Полина это сделала.

Стою, засунув руки в карманы. Провожаю их долгим тяжёлым взглядом.

Ожесточение внутри меня растёт. Дикая тоска пронизывает насквозь, корёжа моё тело и мозг.

Полина, за что ты так со мной?

***

Мы разговариваем с Дёминым у него в кабинете. Я злой. Говорю нервно отрывисто резко.

- Глеб, твои активы не подкреплены финансово. Меня это не устраивает. Нужно срочно делать вливания. Срок один месяц.

- Макар, ты чего завёлся? Твой отец дал мне на это год, - нагло отвечает он.

- Не знаю, что говорил тебе отец. Но сейчас у руля я. Поэтому давай занимайся вопросом. В противном случае, через месяц на совете директоров будет поставлен вопрос о твоём выводе из совета, - рвано чеканю я, глядя на него непроницаемым взглядом. - Ничего личного, Глеб, только бизнес! Без обид, дружище, - похлопал его по плечу.

В этот момент открывается дверь. На пороге появляется… Марта с подносом в руках.

Не припомню, чтобы мы что - то заказывали. Ухмыльнулся я.

Оценивающе окидываю девушку взглядом. Стройная тонкая высокая блондинка с дивными небесно – голубыми глазами. Красотка. Мило улыбается, смотрит на меня дерзко…  даже призывно.

Знает, кто я? Помнит меня ещё с тех пор.?  Вполне возможно. Ведь тогда она была ещё девочкой, а я уже  взрослым парнем. Подрастающим девочкам  нравятся такие.

На её подносе стоят две  чашки с кофе.

- Глеб, - поворачиваюсь я к Дёмину. – Что же ты скрывал от нас свою красавицу дочь? Кажется, Марта? – поворачиваюсь к девушке.

Слегка склоняю голову, смотрю на неё пристально.

- Да, - отвечает томно она, зардевшись.

Беру её руку и подношу к своим губам. Целую, глядя на неё исподлобья.

- Марта – моя дочь, - спохватился хозяин дома.

Симпатичная молодая девушка. Из хорошей семьи, как считает мой отец. Я не был бы так  в этом уверен. Потому что считаю Дёмина скользким мутным типом. Но это мои субъективные  ощущения.

Мне не нравится, как он ведёт бизнес. Похоже, я это переношу на его личность. На его семью…

Но сейчас и Полина – член его семьи. Как это всё увязать воедино, не укладывается в моей голове.

Судорожно думаю о том, что мои претензии к Дёмину, как к партнёру дали плохой старт нашим отношениям...

Покидаю кабинет Дёмина в компании Марты.

Девушка  болтает без умолку. Ей льстит моё внимание.

- Макар, я тебя запомнила ещё с детства, когда ты появлялся в нашем доме вместе со своим братом Егором.

- Как же ты нас различала? – смеюсь я.

- Легко. Мне сразу понравился именно ты. Егор был более заносчивым. Он на нас мелюзгу вообще не обращал внимания. А ты другой…

Я плохо слушал Марту, думал лишь об одном, что мне необходимо поговорить с Полей.

Мне так много нужно ей сказать. А ещё больше спросить у неё.

Почему? Ну, почему она так поступила со мной?

***

Полина

От волнения дрожат руки, подкашиваются ноги. Едва добираюсь до своей комнаты, проскальзываю в неё и  тут же сползаю по стенке.

Сижу на полу, подтянув к себе ноги. Проходит десять минут полной прострации.

Поднимаюсь с пола и медленно бреду к своей кровати.

Зачем ты вернулся, Макар? Зачем снова врываешься с мою жизнь?

Опускаюсь на край кровати, закрывая лицо руками.

Ловлю себя на том, что меня накрывает волна чувств: старых забытых давно уснувших…

Я думала, что ненавижу его.

За то, что он предал меня. Бросил. Оставил беременную одну,  выживать. Но, стоило только  увидеть его, как меня топят  совсем другие чувства.

Как такое возможно?

Куда делась ненависть, которую я столько лет культивировала в себе? Чтобы не думать о нём. Не вспоминать.  Не любить…

Встряхиваюсь. Сбрасываю с себя оцепенение.

Не знаю, зачем ты, Макар, снова появился в моей жизни.

Но я теперь другая.

Не та наивная доверчивая юная девушка, которая влюбилась в тебя, поверила, ждала.

Которую ты  обманул.

Больше я тебе не поверю. Не могу позволить себе такую роскошь, ведь у меня дети.

Я многое пережила, на многое пошла, ради своих мальчиков. И сейчас не позволю тебе разрушить наш мир.

Снова разрушить. Нет, Макар, ничего у тебя выйдет…

***

- Ну, что, Полина, - неожиданно слышу бархатный баритон Макара.

Вскидываю голову. Он стоит в проёме двери моей спальни. Упёрся в косяк руками, словно раздумывает, стоит ли делать шаг в комнату.

- Хотела скрыть от меня? – в его голосе появился металл. Холодный чужой. - Это ведь мои дети?! – не спрашивает, утверждает он.

Не отвечаю.

Поднимаюсь с кровати, иду к двери. Ему не стоит заходить сюда. Если увидит Глеб, это может плохо для меня закончиться.

Это будет означать, что я нарушила контракт…

Но Макара мало волнуют условности, он проходит в мою комнату. И… закрывает за собой дверь.

Я снова начинаю дрожать. Делаю неуверенные шаги к нему, но  замираю в растерянности. Макар идёт прямо на  меня. В глазах его горит опасный огонь.

- Ты что решила, что вот так легко можешь лишить меня сыновей? Просто скрыв от меня факт их рождения?

Он сжимает кулаки до побелевших костяшек, словно в ярости готов обрушить их на меня.

В испуге делаю шаг назад.

- Ты уехал от  меня, - дрожащим голосом лепечу я. – Обещал вернуться, но не вернулся.

- Были серьёзные обстоятельства, - чеканит он слова. – У меня мама умирала.

- Ты ничего не сказал мне об этом. Я звонила тебе. Мне ответила  твоя девушка, - лепечу я.

- Какая девушка?!  У меня ещё долго после тебя не было никакой девушки! - с болью в голосе  выплёскивает он.

Делает шаг в мою сторону. Я снова отступаю назад. Впечатываюсь в стену. Он уже рядом, так близко… Нависает надо мной. Круша моё личное пространство. Обдавая меня своим мужским сексуальным запахом, перемешанным с запахом его парфюма. Таким знакомым  любимым…

Вздрагиваю. Внутренне сжимаюсь. Вскидываю на него глаза. Пламенею от его близости. Испытываю чувства, которые не должна испытывать.

Они под запретом!

Он смотрит на меня пронзительным долгим взглядом. Таким же, как у моих детей. Только взрослым чувственным и чертовски родным. Я боюсь утонуть в синеве его глаз… Балансирую на самом краю.

- Мама! Мама! – в комнату вбегают сыновья. – Смотри, что нам подарил папа Глеб! – кричат они наперебой, размахивая над головами игрушечными роботами.

Макар дёрнулся так, словно его ударили. Смотрит на малышей, не отрываясь.

В глазах его такая щемящая тоска и боль, что мне становится не по себе.

Он  качнулся.

Нет, Макар. Нет!

Я должна сейчас думать только о своих детях. Об их безопасности. О своих обязательствах по контракту…

Сыновья видят постороннего. Напуганы. Жмутся ко мне, настороженно  косятся на Макара.

Не понимают кто он  - свой или чужой?

Неожиданно Макар оттаивает. Протягивает по-мужски руку Паше.

- Ну, что пацаны, знакомиться будем? Я Макар, - мягко произносит он.

Улыбка озаряет его лицо.

- Я Паша, - говорит малыш, подавая ему руку.

-А я Миша, - тянет свою ручонку второй.

Невольно я улыбаюсь, глядя на своих сыновей.

Макар треплет обоих малышей за стриженные макушки. Задерживает свои большие ладони на их головах, словно хочет почувствовать их тепло. Запомнить, продлить с ними тактильный  контакт.

Мальчики расслабились. Отлипли от меня, развернулись к нему. Протягивают ему своих роботов.

- Отличные роботы, - делая над собой усилие,  произносит Макар.

Круто разворачивается и выходит из комнаты.

Глава 15

Макар

Еду на работу. Нервный хмурый невыспавшийся. Врубаю на полную катушку кондиционер в машине. Ледяной воздух в салоне пробирает до одури. Но даже этот факт не даёт ни единого шанса  привести мысли в порядок.

У меня есть сыновья…  близнецы Паша и Миша!  Трёх с половиной лет.

Дети - большая радость. Огромное  счастье…  когда они с тобой.

Но мои дети не со мной.

Так решила Полина.

Меня топит ярость бессилие недоумение.

В сотый раз перемалываю в голове её слова:

- Ты уехал от  меня, - дрожащим голосом лепетала она.

- Были серьёзные обстоятельства. У меня мама умирала, - настойчиво объяснял я.

- Ты ничего не сказал мне об этом! Я звонила тебе. Мне  ответила  твоя девушка…

Чёрт! Твою ж…!

Какая девушка могла ответить Полине?!

Что за бред?

Судорожно думаю я. Неожиданно перед моим взором всплывает картина четырёхлетней давности… там, в Сибири, на комбинате.

Анжела. Моя дерзкая помощница, которую я однажды застал в своём кабинете. Она рылась в бумагах на моём столе. И явно говорила по моему мобильнику,  который я случайно оставил.

Вот, что это было! Она ответила на звонок Полины. И назвалась моей девушкой? Это даже для такой взбалмошной девчонки, как Анжела, был явный перебор.

Меня аж пот прошиб.

Зря я её тогда не уволил. Запоздало подумал я.

Выходит, Полина решила, что я её бросил. Предал…

Я, конечно, виноват перед ней. Свалился в депрессию после смерти мамы. Ничего ей не объяснил. Не позвонил.

Но я не мог!

Не мог тащить её за собой в ту чёрную бездну, в которой оказался сам. Если бы я знал тогда, что она осталась беременной, это бы многое изменило.

Но она не настояла, не повторила свой звонок. Не сообщила мне о своей беременности.

Да я виноват. Но не настолько, как уверовала она.

И при чём здесь дети??

Я отец.

У меня  есть права! Я и так столько пропустил в их жизни. И хочу всё наверстать.

Поэтому хочет она того или нет, но я буду принимать участие в воспитании своих детей.

Имею право.

Заехав на подземный паркинг бизнес – центра, бросаю там машину с открытой дверцей. Объедут, кому надо!

- Никита, - набираю своего водителя. – Убери мою машину на место.

- Хорошо, сделаю, Макар.

Сморщился, бросив быстрый взгляд на джип. Резко развернулся и пошёл быстрым шагом к лифту.

Поднимаюсь на скоростном стеклянном лифте на десятый этаж здания. Двери расползаются в стороны, шагаю в просторный холл офиса и иду к себе. Встречающиеся на пути сотрудники здороваются. Я едва киваю. Вряд ли я сейчас способен видеть или слышать кого – либо.

Захожу в приёмную.

- Сделай мне крепкого кофе, - бросаю на ходу своей помощнице. - И пригласи ко мне в кабинет начальника службы безопасности Малофеева.

- Хорошо, Макар Александрович, - произносит она.

***

- Лина, - говорю  я, принимая чашку  кофе. – Совещание переносится на три часа дня. И прошу ко мне никого постороннего не пускать, - резко добавляю я.

- Поняла, - вздыхает она. И, повернувшись на каблуках, выходит из кабинета.

Отдав необходимые распоряжения, набираю номер знакомого адвоката Горина. Договариваюсь с ним о встрече во время обеда  в ресторане «Астория».

- Дело срочное, - твёрдо говорю я.

- Макар, но ведь я специалист по брако - разводным процессам, - удивляется он. – Занимаюсь вопросами по определению местожительства детей. Я не понимаю, чем могу быть тебе полезен…

- Влад, именно в этом качестве ты мне и нужен, - заверяю я.

- Как скажешь, Макар. Я к твоим услугам.

Кладу мобильник на стол. Смотрю невидящими глазами на экран монитора компьютера.

- Вызывали? – в проёме двери появляется внушительная фигура Константина Малофеева, начальника службы безопасности.

Костя бывший военный. Полковник в запасе. Прошёл горячие точки. Бравый подтянутый мужик.

- Проходи. Садись, - показываю жестом на кресло напротив себя.

- Тут, такое дело, - говорю я, едва он опустился в кресло. – Выяснилось, что у меня есть дети. Двое.

Лицо Кости невозмутимо. Только глубокая складка между бровями обозначилась чуть резче.

- Близнецы. Пацанам уже по три с половиной года. Я сам только вчера узнал об этом. Нужно досье на маму детей. И как можно скорее…   Дёмина, - брови Кости всё – таки ползут вверх. - Полина Анатольевна.

Получив необходимые вводные, Малофеев покидает кабинет.

Буквально через полчаса  раздаётся звонок на мобильный.

- Макар, ты знаешь, кто отец Полины? – слышу ровный голос безопасника.

- Нет, а это имеет к делу отношение? – недовольно бурчу я.

- Не знаю, - коротко чеканит он. – Но ты должен знать. Отец её - Эдуард Эммануилович Сташевский.

- Кто её отец?! – ошарашенно переспрашиваю я.

Глава 16

Полина

Едем по оживлённой трассе. Впервые везу детей в частный детский сад. И впервые еду на новой машине.

Новенький Лексус, цвета чёрный металлик потряс воображение детей. Моё, конечно, тоже. Но меня сильно сдерживал факт  того, что это был подарок моего отца.

Уверенный в том, что я откажусь, он передал свой презент через Глеба.

Практически поставил меня перед фактом.

Я бы всё равно отказалась. Но Глеб поступил жёстко.

- Где моя машина? – опешила я, увидев на месте своего старенького белого Ауди  - сверкающий своими боками новенький чёрный Лексус.

- На свалке! - иронично бросил Глеб. – Где ей и место.

- Ты не имел право распоряжаться моей собственностью! – сверкая глазами, нервно произношу  я.

- Ошибаешься, дорогая. Я имею право на всё! И пока ты моя жена, будешь делать всё, что я тебе скажу.

Стиснув зубы, смотрю прямо в его прожигающие холодом голубые глаза.

Закрытый бесчувственный циничный человек.

Хотел угодить моему отцу. Мягко говоря, угодил.

Потому что выхода теперь у меня нет. Живём за городом. А перемещаться с двумя малолетними детьми в маршрутке точно не вариант. Можно, конечно, было бы и на такси.

Но деньги муж выделяет скупо. Считает, что мы и так  живём на всём готовом.

Незачем нас баловать.

А сыновьям много чего  надо. Они такие любознательные. Только начали познавать мир. Хотят и в зоопарк, и в дельфинарий  и в другие места. Им всё интересно.

Хотя бы раз в месяц я стараюсь их куда – либо вывозить. Потом они вспоминают это целый месяц.

Кстати, это ещё одна причина, почему я хочу зарабатывать деньги сама.

На меня накатывает злость. Но я сдерживаюсь. В конце концов, мои отношения с отцом, это моё личное дело.

Дёмин лишь оказал ему услугу.

***

- Мама, это теперь наша машина? – спрашивает с любопытством Павел.

- Мамуля, классная машинка! У меня тоже такая есть (игрушечная)! – восхищается Миша.

- Да, дети. Это теперь наша машина.

Сдержанно улыбаюсь, чувствуя себя так, словно отец накинул на меня лассо. И медленно подтягивает к себе…

Понимаю, что он не успокоиться, пока не добьётся своего.

Это очень тревожит меня.

Сворачиваю с дороги в соседний коттеджный посёлок. Наш новый детский сад находится здесь. Подъезжаю к детскому учреждению. Припарковав машину,  взяв детей за руки,  веду внутрь.

Крутой детский сад. Бассейн, уроки французского, английского, пение, танцы… детские спортивные секции.

Что там есть ещё?

Ошеломлённо взираю на этот сказочный детский мир.

Дорогое удовольствие.

Если честно, зная Глеба, думала,  будет  что - то попроще. Не знаю, с чего вдруг так расщедрился господин Дёмин?

Впрочем, Дёмин ли?

На него непохоже. Он  не любитель тратить деньги «на ветер».

Неужели это тоже подсуетился мой отец?

Я замерла. По спине полз липкий холодок. Нет. Не может быть.

Откуда он мог знать, что я просила у Глеба устроить детей в детский сад?..

Сыновья вырвались из моих рук и бежали навстречу воспитательнице, которая встречала их с распростёртыми объятиями. Точнее, дети бежали в этот сказочный мир, завороженные яркими красками и новыми ощущениями.

- Ольга, - представилась молодая девушка. – А с вашими мальчиками я уже познакомилась. Это Паша, - погладила она по голове Пашу. – А это Миша, - безошибочно назвала она сыновей.

- Полина, - представилась я.

- Очень приятно, - Ольга улыбнулась.- Вы не волнуйтесь. Детям здесь понравится. Можете сегодня забрать их пораньше, если хотите.

- Спасибо…

Едва я села обратно в машину, как зазвенел мобильник.

- Алло…

- Здравствуй, Полина! – услышала я хрипловатый голос отца.

Сердце пропустило удар. Всё – таки он…

- Здравствуй…, - еле выдавливаю я.

- Надо  встретиться, дочь. Пришло время, дальше тянуть невозможно.

- Хорошо, - пролепетала я, судорожно думая о том, что когда у тебя отец такой сильный властный бескомпромиссный человек, вряд ли тебе удастся от него куда -  либо скрыться. – Я подъеду. Скидывай адрес.

Снова выезжаю на оживлённую трассу.

Надо сегодня забрать детей пораньше… Устроить им праздник в честь первого дня посещения детского  сада. Они так мечтали, так собирались туда ходить. Что им сразу всё понравилось. Хотя, если бы меня в детстве привели в такой, я бы не захотела оттуда уходить вообще.

Я улыбнулась. Но улыбка быстро сползла с моего лица, вспомнив о том, куда я еду.

По сути это будет первый  мой серьёзный разговор с отцом.

Готова ли я к нему?..

Глава 17

Макар

Подъезжаю к ресторану. Припарковав  машину, вхожу в «Асторию» и окидываю взглядом просторное помещение с огромными окнами с видом на центр города.

Шикарное место. Роскошный ресторан с итальянской, средиземноморской и русской кухней. Но сегодня я здесь не для гастрономических утех.

Взгляд выцепил Влада Горина, адвоката по семейным делам. По совместительству моего старого друга.

Широким быстрым шагом направляюсь к нему.

- Макар, я уже заказал обед на двоих. Прости, тороплюсь. Я на процессе, - произносит Влад.

Зависаю, соображая, может перенести разговор на другое время? Задумчиво чешу переносицу.

Нет. Плевать. Озвучу самое главное. Надо поставить  перед ним задачу.

- Понял. Буду краток, - произношу я, падая в кресло напротив него.

К столику спешит  официант с подносом в руках.  Вежливо ставит перед нами горячие блюда.

- Кофе эспрессо! – коротко бросаю я.

Парень кивает и быстро удаляется.

- Влад, тут такое дело. У меня есть... дети, - начинаю говорить я, глядя в упор на друга. Его брови от удивления ползут вверх. – Я сам это узнал только накануне. Бывшая моя родила мальчиков – близнецов. И не поставила меня в известность. Сейчас им три с половиной года. Для начала хочу установить  отцовство.

- В чём же дело? Подадим в суд на установление отцовства. Сдадим ДНК – анализы. Делов – то…

- Она жена Глеба Дёмина, - резко перебиваю я.

- Это твоего компаньона? – силился Влад вспомнить моих соучредителей.

- Вроде того, -  хмуро бурчу я. – У меня  с ним не сложилось. Сейчас назначил аудит на его активы. Там какая – то фигня прорисовывается.

Неслышно подошёл официант, поставил передо мной кофе. Отпиваю эспрессо, исподлобья глядя на Горина.

Влад  смотрит мимо, куда – то мне за спину. Разворачиваюсь назад, ищу глазами того, кто завладел его вниманием.

Чёрт!

За столиком возле окна сидит вполоборота к нам господин Эдуард Сташевский.

***

К нему через весь зал идёт... Полина. То, что она идёт именно к нему, у меня не вызывает никаких сомнений.

Залипаю. Не свожу с неё глаз.

Полина приближается к столику Сташевского. Вся такая манящая тонкая в дерзком платье, оголяющем и подчёркивающем длину её  сногсшибательных ног. Жду  её очаровательной улыбки при встрече с отцом. Но она серьёзная сосредоточенная закрытая.

Какая - то уж очень сложная и замкнутая.

В её глазах разливаются, словно два зелёных озера, в них отражаются мерцающие золотистые звёзды. По - прежнему, красивая любимая  желанная…

Встряхнулся. О чём это я? Ведь она лишила меня детей!

О чём думает она? Готовится к обороне со мной? Подключает тяжёлую артиллерию, - своего отца?

Странно, почему она ни разу не обмолвилась, кто её отец?

Возможно, сама не знала… Крутятся лихорадочно мысли в моей голове.

Ведь я никогда раньше не слышал, что у Сташевского есть дочь.

Но это не меняет дела.

Злость топит меня. Сжал кулаки под столом. Будто собрался драться за право быть отцом.

С кем драться?.. Я готов.

- Так что ты там говорил, мать твоих детей -  жена Глеба Дёмина? – донёсся до меня голос Горина, вырывая меня из оцепенения.

- Влад, она не просто жена Дёмина. Она ещё и дочь Сташевского, - киваю я назад. – Вон она сидит вместе со своим отцом! – нервно усмехаюсь я.

- Серьёзно? – потрясённый Горин переводит взгляд на них.

Повисает  пауза.

- Чего молчишь? – хмуро спрашиваю я.

- Макар, данная информация кардинально меняет дело, - по-деловому произносит Влад.

- В смысле меняет? Хочешь сказать, что боишься Сташевского?

- Нет, не боюсь, - твёрдо произносит он. -  Но учитывая его возможности, мы можем проиграть дело по всем пунктам.

- Ты уверен? – мрачно скольжу взглядом по лицу Влада.

- К сожалению, да, - констатирует он.

- Что ты предлагаешь?

- Во - первых, не горячиться. Подумать. Искать другие пути контактов. Как с мамой малышей. Так и с самими детьми.

- Интересно, как ты себе  это представляешь?! –  скептически отношусь я к его предложению.

- Я же говорю, надо подумать. Макар, мне срочно надо бежать на процесс. Созвонимся.

- Давай.

Горин уходит. Я рассчитываюсь с подоспевшим официантом.

Почему  медлю? Не ухожу.

Ловлю себя на мысли, что ищу глазами Полину. Бросаю быстрый взгляд в её сторону. На моих глазах её красивое лицо становится холодным чужим.  Это меня смущает.

И приводит в чувство.

Решаю поспешить, чтобы скорее покинуть ресторан.

Всё – таки не удерживаюсь, перевожу взгляд на её отца.

Он откидывается на спинку кресла, устраивается поудобнее.

Смотрит на Полину совершенно безэмоционально, постукивая пальцами по столу, будто чего – то ждёт от своей дочери.

Мне только кажется, или действительно между отцом и дочерью непростые отношения?

***

Полина

Подъезжаю к ресторану. Оставив машину на парковке, отрешённо иду в «Асторию».

Сколько не старалась я избегать разговора  с отцом, он всё - равно неминуем.

И теперь, чем быстрее это произойдёт, тем лучше. Наступит хоть какая – то определённость в наших отношениях.

Правда, это не точно.

Слишком велика пропасть, разделяющая нас. Два абсолютно чужих друг другу человека. Волею судьбы связанные биологически.

Время близится к обеду. Но здесь малолюдно. Наверное, дороговизна отпугивает людей, заставляя искать  недорогие кафешки поблизости.

Едва вхожу в зал, как сразу же вижу отца. Он сидит за столиком возле окна.

Сердце гулко стучит. Начинаю дрожать.

Я что боюсь его?

Не то чтобы боюсь, скорее, неприятен сам разговор.

В зале ресторана сидят люди. Чувствую на себе пристальные, словно ощупывающие взгляды.

Иду прямо по курсу, не обращая внимания на других.

Смотрю на отца, не отрываясь, долгим пристальным взглядом.

Большой сильный мужчина. Он ждёт. И он один. Где его натренированные псы? Наверное, где - нибудь рядом. Он всегда ходит в их окружении.

Лицо отца  волевое. Взгляд уверенный. Глаза тёмно – зелёные. Сейчас у него увеличены зрачки, разливаются почти на всю радужку. Поэтому глаза кажутся почти чёрными. Линии челюсти чётко очерчены.  Крепкая шея. Темно - русые коротко стриженные волосы чуть тронуты сединой.

Если бы я не знала, что он мой отец, мне бы и в голову не пришло подходить к этому мрачному жёсткому властному мужчине и  на пушечный выстрел.

Но я упрямо иду к нему. Он мой отец.

- Здравствуй, - еле выдавливаю я из себя, откашливаясь от волнения, приблизившись к нему.

- Здравствуй, дочка, -  отвечает хрипловатым голосом. Вскидывает на меня глаза.

От звука его голоса, по спине бегут мурашки. Всё холодеет внутри. Он подавляет меня своей мощной властной энергетикой. Его тяжёлая аура, кажется, заполняет собою всё пространство вокруг.

Встряхиваюсь.

Хватит, перед ним дрожать! Злюсь на себя.

Я не его жертва! Я его дочь.

- Садись, - жестом показывает на кресло напротив себя.

Опускаюсь в кресло.

- Что ты будешь пить? – спрашивает он, глядя на меня исподлобья.

- Ничего, - коротко бросаю я.

- Понятно. За рулём, - отвечает он за меня.  - Я сделал заказ. На своё усмотрение. Если захочешь что – то ещё, закажешь, - произносит он, не отрывая от меня взгляда.

Это вряд ли! Ловлю обрывки мыслей на самой кромке своего  сознания.

- Так ты подумала насчёт моего предложения? – спрашивает он так, будто я обещала ему подумать.

Насколько я помню, в прошлый раз я сказала категорическое - Нет.

- У меня… дети. Я не готова так рисковать…, - запинаясь и злясь на себя за это, произношу я.

- Это всё? – резко обрывает он меня, словно я несу несусветную чушь.

А разве не достаточно?

Под его взглядом я съёживаюсь. Для него это не доводы. Не аргументы.

Он поддаётся вперед. Наклоняется ко мне. Кладёт руки на стол. На его руках вздуваются угрожающе вены. Сверкает под ярким освещением неизменная золотая печатка на безымянном пальце. Теперь я отчётливо вижу на ней вензеля  «ЭС», переплетённые в красивый узор. На скулах играют желваки. Смотрит на меня, сузив от ярости глаза, полыхающие огнём. В них взрываются снопы искр. Рассыпаются, угрожая испепелить  меня на месте.

Грозно кружит взглядом по моему лицу. Стучит пальцами по столу. Нервирует.

Начинаю закипать. Почему он так давит на меня?

И я срываюсь.

- Я не готова быть причастной к твоей криминальной империи! - нервно выплёскиваю я.

Неожиданно он начинает смеяться. Точно так же, как и в день моей свадьбы. Ошеломлённо смотрю на него. Выражение его лица меняется. В глазах появляется лукавый азарт. Черты лица становятся мягче.

Возможно, мне это просто показалось.

Кажется, пора валить отсюда.

Он непостижим. Окружил себя ореолом таинственности. Охранниками в виде  огромных широкоплечих псов… бойцов.

Не хватает только автоматов наперевес. Хотя, уверена, пушки у них имеются.

Смотреть на них - жесть! Его молодчики постоянно на стрёме,  смотрят на тебя исподлобья, будто в любой момент готовы броситься на тебя и растерзать вклочья.

Резко поднимаюсь с места.

Отец реагирует мгновенно. Его рука смыкается на моём запястье, как стальные наручники. Перед глазами блеснули дорогие швейцарские часы. Бриллиантовые запонки на белоснежном манжете рубашки…

- Сядь! – в повелительном тоне произносит он, неожиданно перестав смеяться.

- Кто тебе сказал эту чушь?!  - спрашивает, будто  выплёвывает слова.

Смотрит на меня так, что всё переворачивается внутри.

Съёживаюсь под его взглядом. По спине бегут мурашки. Меня прошибает холодный пот.

Словно обессилив,  падаю обратно на своё место.

- Это ты про казино? – хмуро уточняет он. Смотрит на меня не по-доброму. Снова сузил глаза.

Не хочу обсуждать с ним его бизнес.

Но он сам начал! Пытается втянуть меня  в него.

А это уже меняет расклад.

- И… про казино тоже, - вымучено улыбаясь, мямлю я.

Его прожигающий взгляд невыносим. Отвожу глаза в сторону.

Цепляюсь взглядом за спину мужчины, покидающего зал. Рост, фигура, походка…  Под футболкой перекатываются мощные мышцы спины. Залипаю взглядом. Вот он вскидывает голову.

Знакомый жест… Макар?

Не может быть. Показалось. Неужели я подсознательно теперь ищу его повсюду?..

Плохие новости.

- Полина! – раздражённо произносит отец. Вздрагиваю. Перевожу взгляд на него. – Я не собираюсь перед тобой оправдываться. Я уважаемый человек. У меня высокий социальный статус.

Он достаёт из кармана и кладёт  на стол банковскую карту.

Что это? Зачем?

Подталкивает её ко мне. Я напрягаюсь. Тяжело даётся разговор обоим.

- Открыл на твоё имя, - твёрдо произносит он. – Бери! Знаю я прижимистость Дёмина. Знаю, почему ты захотела работать, деньги понадобились.

Боже! Он всё знает. Каждый мой шаг.

- Я не возьму карту, - несвязно лепечу я. – Ты и так много сделал для нас: машина, детский сад. Спасибо, конечно. Но я не могу зависеть от тебя, - говорю я, опустив глаза.

В ярости он  ударяет  кулаком по столу. Вздрагиваю, внутренне сжимаюсь.  Испуганно  вскидываю на него глаза.

Лицо его покраснело. Смотрит на меня тяжёлым прожигающим взглядом.

- Возьмёшь, как миленькая! – грубо цедит он сквозь зубы. – Хочу, чтобы мои внуки ни в чём не нуждались. Поняла меня, Поля?

- Поняла…, -   бормочу я. Беру карту и кладу её в сумочку.

Всё равно ни копейки не сниму!

Но перечить ему не стоит. Суровый мрачный жёсткий мужчина. Хочет всё решать, контролировать, подмять под себя.

- Послушай, дочка, - неожиданно смягчился он. – Понимаю, ты обижена на меня.

Его брови сходятся на переносице.

- Зачем я тебе? – решаюсь, спрашиваю я.

- Ты моя дочь. Этим всё сказано! - припечатывает он.

- Почему  вдруг ты вспомнил об этом через двадцать четыре года? – упрямо произношу я.

Неожиданно он странно сгорбился. Выражение лица изменилось, будто его пронзила боль. Глаза заблестели.

- Два года назад у меня погиб сын. Единственный, -  отстраненно произносит он. Глаза его увлажняются сильнее.

Нахлынули воспоминания? Боль утраты.

- Сочувствую, - вежливо говорю я. – Выходит, если бы не произошло этого несчастья, ты меня бы не искал? – холодно чеканю я.

- Я не знал о твоём существовании! – грубо обрывает отец.

Возможно, не знал. Но что это меняет?

Мы чужие с ним люди. А ореол слухов, домыслов, легенд, окружающих его, меня пугают. Настораживают. Отталкивают.

Я не знаю, насколько могу ему доверять.

Смогу ли преодолеть отчуждение, царящее между нами. Всё так сложно запутанно.

- Как только мои люди нашли тебя, я тут же поехал.

- А не поздно ли, папа? – с иронией спрашиваю я, неожиданно для себя самой.

Он молча смотрит долгим пронзительным взглядом, будто изучает меня.

- Наверное, я на тебя сильно давлю, - неожиданно произносит он.

Ещё как сильно!

С удивлением вскидываю  на него глаза. Неужели понял?

- У меня никогда не было дочери и внуков, - говорит с каким – то придыханием. -  Теперь есть. И я не собираюсь от вас отказываться.

****

В голове полнейший сумбур.

Суровый жёсткий бескомпромиссный человек, мой отец, вдруг открылся мне совершенно с другой стороны.

Чувствую, если промедлю ещё хоть немного, то поплыву, сдамся на его милость. Но я не готова вот так просто принимать этого чужого мне человека. Только за то, что он испытал в жизни потерю.

Стремительно вскакиваю с места. Разворачиваюсь.

- До свидания! – бросаю через плечо.

И тут же налетаю на официанта с подносом в руках. Летит на пол поднос, посуда, еда… Заказ отца, который, несли к столу...

Что я творю?

Убегаю… не оглядываясь.

Выбегаю на улицу, облегченно вздыхаю.

Что это было?

Ничего хорошего. Я снова приняла от него подарок… очередной – банковскую карту.

Неважно, что он заставил меня это сделать под давлением.

Я не должна была этого делать!

Заскакиваю на водительское сидение Лексуса. Завожу мотор и трогаюсь с места. Смотрю в зеркало заднего вида. За мной с парковки выезжает тёмно – синий джип.

Выруливаю на проспект. Внедорожник следует за мной. В отчаянии прибавляю скорость. Не останавливаясь, пролетаю на красный свет светофора. Задняя  машина неотлучно висит у меня на хвосте.

Кто преследует меня?..  Почему?

По спине ползёт липкий холодок…

***

Макар

В глухой ярости  сижу в своём Ленд Крузере, нервно постукивая в такт музыки по рулю.

Поджидаю  Полину.

Мрачные мысли раскалённым железом выжигают мой мозг. На душе гадко. Внутри всё пламенеет от злости. То, кем оказался её папаша, выбесило меня окончательно!..

Перед глазами всплывает вчерашняя сцена… Полина, увидев меня, зависла. Целый калейдоскоп эмоций, чувств молниеносно пронеслись в её глазах. В них отражалось  удивление, страх, недоумение, которое быстро сменились возмущением и негодованием.

Как посмел я ворваться в  такую твою устроенную новую жизнь?!

Полина, устроенную на твоей лжи…

Да я виноват. И чувствую себя полным козлом, конченным эгоистом, который думал только о себе. Свалился в грёбанную депрессию и не мог выкарабкаться из неё три месяца.

О том, что чувствовала все эти годы ты, как низко и  подло я поступил  с тобой, старался не думать. В душе зарождалось позднее раскаяние, смешанное с чувством вины.

Можно бесконечно во всём винить меня.

Но ты тоже неидеальная!

Скрыла от меня, что я отец. И спокойно живёшь с этим. Интересно, а что ты собиралась сказать детям, когда они подрастут?

Отец их кто?..  Он где?!

Чувствую жар под кожей. Твою… ж!

Я не собираюсь сдаваться. Мне плевать на твоего папашу.

Повоюем, Поля!

На той стороне мои дети. И я хочу быть с ними, не меньше, чем ты!..

Не свожу глаз с входной двери «Астории».  Выйдет же она оттуда когда- нибудь, в конце концов.

Впрочем, вот и она!

Вылетает из ресторана вся такая воздушная лёгкая красивая. Не сразу и догадаешься, что она мама двух очаровательных малышей.

Моих малышей. Не забывай об этом, Поля!

Зная её отца, ей тоже не позавидуешь. Тот ещё деспот. А после смерти сына, вообще с катушек слетел. Направо, налево крушит конкурентов…  Все от него стонут. Ненавидят.

Смотрю на Полину. Встряхнула головой, русые волосы рассыпались по её плечам. Закинула голову, щурится, смотрит на солнце.

Радуется чему - то.

А чего ей не радоваться? Сейчас сядет в тачку и поедет к сыновьям… моим, которые чужого дядю называют папой.

Крепко стиснул зубы, аж послышался их скрежет.

Брось, Макар!

Чего завёлся?

Вчера оба были в шоке. От неожиданности.

Бросало то в жар, то в холод.

Надо дать шанс себе и Полине прояснить ситуацию. Разобраться в случившемся. Мы взрослые разумные люди. Успокоимся, обсудим, что оба были неправы. Найдём выход из сложившейся ситуации.

По крайней мере, я должен попробовать мирно урегулировать возникшую между нами проблему.

Полина подходит к новенькому Лексусу цвета чёрный металлик, запрыгивает на водительское сиденье. Через пару минут трогается с места.

Надеваю  солнцезащитные  очки. Поправляю их на переносице. Выезжаю  вслед за ней.

Она едет довольно уверенно. Плавно, спокойно...

Неожиданно Лексус  набирает скорость и пролетает перекрёсток на красный свет.

Заметила, что я её преследую? Или сомневается? Хочет проверить.

Не сомневайся, Поля! Я теперь вас не оставлю.

Не  раздумывая ни секунды, топлю педаль газа и устремляюсь за ней. В мои планы не входит выпускать её из виду.

Полина резко сворачивает вправо и выезжает на дорогу, ведущую к Детскому Миру.

***

Припарковываюсь через две машины от её Лексуса. Медлю. Стоит ей скрыться в дверях здания, как я тут же выскакиваю из машины и иду вслед за ней.

Она заходит в отдел игрушек и исчезает там. Я остаюсь снаружи. Снова жду.

Через пятнадцать минут она, улыбаясь,  выходит с большими красочными пакетами в руках.

Я иду прямо на неё.

- Макар?! – удивлённо вскрикивает она, буквально налетев на меня. В её тёмно – зелёных глазах появляется и застывает испуг.

Почему она меня  боится?

Мне не нравится её состояние. Её реакция на  меня. Озирается вокруг, словно ищет чужой поддержки.

- Полина, нам нужно с тобой поговорить, - как можно мягче произношу я, крепко взяв её за локоть.

- Мне больно. Отпусти! – бормочет она, глядя куда – то мимо.

Мне становится не по себе и я моментально забываю о том, что настраивал себя на мирный лад.

- В чём дело, Поля? – с нажимом произношу  я, ослабляя хватку. – Почему ты меня избегаешь? Почему не хочешь говорить со мной по-хорошему?

Она замирает, словно взвешивая все за и против, стоит ли идти со мной на контакт.

Взяв её за руки, резко притягиваю к себе. Она задыхается от возмущения.

- Что тебе нужно? – неожиданно холодно спрашивает она.

Неужели она не чувствует того же, что чувствую я?

Или ей всё равно?

Меня переклинивает.

- Хочу видеть своих сыновей! Участвовать в их воспитании, жизни, - выпаливаю  на одном дыхании.

- Как ты себе это представляешь?  - нервно спрашивает она. – Что я скажу Глебу?

- Что я их отец! – чеканю я, глядя на неё в упор.

***

Полина

- Макар, это плохо закончится, -  растерянно бормочу я, отстранённо глядя  на него.

Он стоит передо мной весь такой…  брутальный  широкоплечий красивый. Смотрит на меня, не отрываясь, словно пьёт меня взглядом. Будит во мне непрощенные воспоминания.

Шикарный стильно одетый мужчина. Играет накаченными бицепсами.

Пытаюсь закрыться от него. Заслониться. Спрятаться от его бешенной сексуальной энергетики, сносящей меня с ног.

Какой – то сюр!

- Для кого? – сипло спрашивает он, приводя меня в чувство.

Снова делает шаг ко мне.

Я отступаю назад. Впечатываюсь в стеклянную витрину. Напряжена как струна. Боюсь её разнести к чёрту.

- Для всех! – лепечу я, словно стараюсь отсечь его от себя.

Провести черту между нами.

Но он не ведётся.

В его глазах идут титры: «Нет, дорогая, я на такое не подписывался!»

Глубоко вздыхаю, набирая побольше в лёгкие воздуха, чтобы сказать ему всё.

- Макар, один раз ты уже бросил меня.. . У меня теперь своя жизнь…, - запинаясь, бормочу я. – И тебе в ней нет места.

Вся дрожу. В голове, словно затмение.

Говорю одно, чувствую другое…  Сложно в такой ситуации владеть собой.

От его близости всё плывёт перед глазами. Топят волны возбуждения с головы до пят. Окутывает его запах - терпкий сексуальный мужской…

У меня просто давно не было секса... Хватаюсь за мысль, мелькнувшую  на самой кромке сознания.

Но она не оправдывает меня.

Не спасает.

Меня тянет к нему с сумасшедшей силой.

И ничего, что стоим мы посредине  Детского Мира. Я прилипла к стеклянной витрине. Макар нависает надо мной глыбой. Мимо проходят люди. Задевают его. Толкают. Вот он качнулся. Но устоял. В противном случае, мы точно бы завалились на стекло. И не факт, что оно устояло бы под этой каменной грудой мышц.

Макар наклонился ещё ниже ко мне, круша мой личное пространство. Между нами несколько сантиметров. Зажатая между ним и стеклом, я боюсь даже вздохнуть.

Зависаю.

Неожиданно, выпадаю из реальности. Буквально на несколько секунд.

Будто нет никого вокруг. Слышен лишь звуковой фон. Будто шум прибоя, мерно накатывает на нас. А, мы бежим с ним по взморью, взявшись  за руки.

Как давно это было. Словно не  в этой жизни…

***

Неожиданно Макар резко подаётся вперёд. Вздрагиваю. Он берёт двумя пальцами мой подбородок, поднимает лицо. Наклоняется надо мной всё ниже.

Слышу его прерывистое рваное дыхание.

Жёстко прильнул губами к моим губам. Целует меня. Горячо страстно глубоко. Падаю в нирвану. Чувствую обжигающую волну, катящуюся по моим венам и нервам.

Что я делаю? Мне надо срочно домой. К детям!

Прихожу в себя. Выронив пакеты из рук на пол, упираюсь ладонями в его крепкую  широкую грудь.

С силой отстраняюсь от него.

- Пусти! –  с надрывом шепчу я. – Что ты творишь? Ненавижу тебя!

- Только что твои губы говорили мне об обратном,  - усмехнувшись, произносит он.

В его глазах мечется лихорадочный огонь…

- Тебе показалось! – бормочу я, наклоняясь к своим пакетам.

Стоило разогнуться, как налетаю на его холодный колючий взгляд. В синеве его глаз штормит.

- Полина, ты не думала, что сыновьям нужен отец? – хмуро спрашивает он.

- Отец у них есть, - нервно выпаливаю я. – Глеб!

Макар, зло стиснув зубы и сжав кулаки, отступает назад, словно боится ударить меня.

Внутренне сжимаюсь и, закусив губу, судорожно решаю, с какой стороны его лучше обойти.

- Понял, -  разрезает пространство между нами его хрипловатый баритон. -  По- хорошему ты не хочешь. Значит, будет по-плохому, - резко произносит он.

Вскидываю голову. Смотрю на него в упор. Глаза его сузились. Брови сошлись на переносице. Линия губ обозначилась резче.

Он вне себя.

- Ты будешь оспаривать права отцовства в суде? – настороженно спрашиваю я.

- И в суде тоже! - говорит, словно выплёвывает он.

Круто разворачивается и идёт к выходу.

Ошеломлённая его натиском зависаю  на месте.

Медлю. Едва его широкая спина скрывается из вида, как я тут же, облегчённо вздохнув, двигаюсь  к выходу.

Подойдя к машине, нажимаю на брелок сигнализации. Дверцы разблокировались. Распахнув заднюю, бросаю на сиденье пакеты. Падаю на водительское сиденье.

Обнимаю руль двумя руками. И,  склонившись над ним, реву…

Слёзы градом катятся по моим щекам. Всхлипываю.

Макар! Где ты был столько лет?..

Резко вскинув голову, смотрю прямо перед собой. Опомнившись, что по-прежнему машина стоит на месте, вытираю слёзы и вставляю ключ в замок зажигания.

Медленно выезжаю из ряда припаркованных машин на основную дорогу.

Неужели Макар настроен так воинственно? И подаст на меня в суд?  Тогда вскроется перед всеми, кто отец сыновей. Вскроется моя тайна, которую я так тщательно оберегала.

Но главное, будет недоволен Глеб.

Что я причиняю ему проблемы. Это в его планы точно не входило.

Наверное, надо  с ним поговорить. Предупредить его.

Но что - то меня останавливает. Почему – то я не до конца доверяю ему. Кстати, есть с чего. Ведь он скрыл от меня, что женился на мне, зная, кто мой отец.

Заключив договорной брак с Глебом, я думала вырвусь из – под  непрошенной опеки отца. А вышло наоборот. Получила двойной контроль над собой.

Теперь я уже не так уверенна, что это было хорошей идеей, заключать с ним союз.

У Глеба слишком много тайн, которыми он не спешит делиться со мной.

Глава 18

Полина

Приезжаю в детский сад за детьми.

- Паша! Миша! Собирайтесь, за вами мама приехала, - зовёт их воспитательница.

Малыши бегут ко мне. Весёлый довольные счастливые.

- Большое спасибо вам, Ольга, - говорю я.

- Это вам спасибо, - смеётся она. – С первого дня малыши так хорошо контактируют с остальными детками.

Возвращаемся домой.

- Мам! Мам! Там столько игрушек!… И лепкой занимались, и рисовали, - ребята галдели наперебой, докладывая мне все свои новости.

Миша протягивает мне свой красочный рисунок.

– Подожди, мой хороший. Видишь, я за рулём. Дома посмотрим.

Ещё днём я позвонила нашей поварихе Варваре, чтобы она приготовила праздничный ужин. И обязательно любимый детьми пудинг с  воздушным кремом.

Войдя в дом, дети шумно побежали к себе. Я направилась на кухню к Варе, узнать всё ли готово. Может, ей нужна моя помощь?

- Добрый вечер, Варя, - вхожу я на кухню. – Какая нужна помощь?

- Вечер добрый, Полина. Спасибо, я сама управилась. Вот только тут такое дело…, - произносит, смущаясь, она.

- Какое дело? – спрашиваю я, окидывая взглядом готовые блюда, от которых исходит великолепный аромат.

- Марта с Дэном заняты. Не смогут присутствовать на сегодняшнем детском празднике.

Лицо моё вспыхивает. Сердце бьётся сильнее.

- И Мария Степановна чувствует себя плохо. Она тоже не спустится, - добавляет, вздыхая, Варвара.

Семья меня больно уколола. Решила поставить на место, устроив демарш против мероприятия, затеянного мной.

К слову, детского мероприятия.

- Ничего, - еле выдавливаю я. -  Мы сами отпразднуем.

- Если позволите, Полина, - сочувственно произносит она. – Я могла бы присоединиться к вам.

Вскидываю на неё глаза. Она смотрит на меня вопросительно.

- Да, конечно. Только ужин я решила перенести на террасу. Там будет уютнее.

- Да, да, Поленька. Как скажите. Я сейчас буду накрывать, - торопливо произносит Варя.

Молча киваю.

Тишину разрезает пронзительный детский визг.

Поворачиваюсь всем корпусом назад. Ладони мои взмокают. Цепенею от ужаса.

В проёме двери стоит разъярённый Дэн. Раскрасневшийся бешенный полуодетый. В одних шортах с голым торсом.

Правой рукой держит за ухо Мишеньку.

Мне показалось или действительно малыш интуитивно тянется на носках, чтобы хоть как – то ослабить хватку Дэна.

Боже! Как больно моему мальчику! У меня перехватывает дыхание. Сердце колотится с ускорением.

Сзади них появился Паша. Он бежал за ними, запыхался. Отчаянно вцепился зубами в голую ногу Дэна. Тот пытается разжать детскую челюсть свободной рукой.

В глазах темнеет, словно свет меркнет. Не помня себя бросаюсь к ним.

- Идиот! – с криком обрушиваюсь на Дэна. – Немедленно отпусти ребёнка!

Ненависть, ярость, негодование топят меня.

Пытаюсь разжать пальцы Дэна с раскрасневшегося  уха сына.

От злости он только сильнее сжимает ухо малыша.

Гад!

Ребёнок уже посинел от крика. Стремительно наклоняюсь и вонзаюсь зубами в руку Дэна. Кусаю её до крови…

- Су…! – взвывает Дэн. – Ты что творишь?!

Он тут же выпускает ухо ребёнка и трясёт своей рукой.

Вижу отчётливо кровавый след на руке от моих зубов.

- Да пошли вы все…! – зло цедит Дэн. – А ты, мачеха! Смотри за своими…  мелкими.  Этот поганец разбил мой телефон!

- Я куплю тебе новый! – ожесточённо бросаю я.

Он усмехается, бросает на меня презрительный взгляд. Круто разворачивается и уходит. Паша прижимается ко мне. С опаской смотрит вслед  уходящему Дэну.

Я  опускаюсь на корточки перед Мишей.  Крепко прижимаю ребёнка к себе. Дую на больное ушко.

- Потерпи, малыш! Скоро боль утихнет, - ласково шепчу я. Целую его.

Сынок всхлипывает.

Поднимаюсь на ноги, тяжело вздыхаю. Беру малышей за руки.

- Варя, накрывай стол на террасе. Мы спустимся через двадцать минут, - бросаю через плечо и веду детей на выход из кухни.

***

- Простите меня, Полина. Я пришла позднее, - оправдывается передо мной Аля, няня детей.

Скольжу по ней взглядом. Невысокая светловолосая симпатичная девушка. Она работает у нас уже год. Отлично ладит с детьми.

Вымучено улыбаюсь. Аля очень дорожит местом. И обрадовалась, что, несмотря на устройство детей в детский сад, её не отлучили совсем от работы. А тут такое….

- Я не рассчитывала, что вы вернетесь из детского сада раньше времени. Глеб Аркадьевич говорил….

- Аля, успокойся, - оборвала я. – Твоей вины в случившемся  нет.  Просто будь внимательнее, чтобы дети не пересекались с ним больше.

Аля кивнула и занялась детьми.

- Вы спускайтесь пока вниз на террасу. Мы туда перенесли праздничный ужин для детей. А я немного задержусь.

Едва Аля увела детей, как я включила ноутбук и заказала в интернет- магазине мобильный телефон для Дэна. Оплатила онлайн.

Доставка в течение часа.

Захлопнула ноутбук и зависла.

Особо неприятным в этой истории было то, что пришлось распечатать банковскую карту отца. Мобильник стоил шестьдесят пять тысяч. Хорошо ещё не самый дорогой. Представляю выражение лица отца, когда он получит сообщение из банка…

Как доченька охотно начала тратить его деньги. А ведь клялась себе, что не возьму ни копейки. Что называется, не успела доехать до дома, как уже «взяла».

И неважно, что меня снова вынудили к этому обстоятельства.

Надо срочно искать работу, чтобы не зависеть ни от мужа, ни от отца.

Приняв решение, резко поднялась с кресла и подошла к зеркалу. Оттуда на меня смотрела молодая женщина с большими тёмно – зелёными глазами. Я заправила выбившиеся пряди волос за уши,  огладила платье, обтягивающее фигуру. Натужно улыбнулась собственному отражению одними уголками губ.

- Любуешься собой? – услышав ехидный голос Дэна за спиной, вздрогнула от неожиданности.

Резко развернулась. Он уже переоделся в футболку и джинсы. Стоит на пороге моей комнаты. Окидывает меня оценивающим взглядом.

- Что ты тут делаешь? – нервно спрашиваю я.

- Пришёл мириться, - с издёвкой произносит он, впившись бледно-голубым взглядом в моё лицо. Я цепенею от холода этих… глаз.  – Прошу прощение, сорвался, - сухо говорит он.

- Извинения приняты, - поспешно произношу я. – Не стоило приходить ко мне в комнату. Я сейчас спущусь на террасу к детям. Кстати, я уже купила тебе новый мобильный. Точно такой же, как у тебя. Скоро доставят.

- Быстро ты, однако, - произносит он. – Не ожидал, что папаша так балует тебя деньгами.

- Какой папаша? – уточняю на всякий случай.

- Мой! Есть ещё какой – то? Не удивлюсь. Вы ведь не спите с отцом, - уверенно припечатывает он. - Я с первого дня за вами наблюдаю. Всё хочу понять, зачем ты ему сдалась? Да ещё и с двумя довесками.

Извинился, называется!

- Всё сказал? – хмуро спрашиваю я, глядя на него исподлобья. Ухмыляясь, он кивает. Радуется, что достал меня.

Я закипаю.

Он не оставил мне выбора.

- А теперь пошёл отсюда вон, щенок! – зло выплескиваю я.

- Запомни, мачеха! – с ненавистью в глазах, цедит Дэн. -  Ты сама начала эту войну. И пощады теперь не жди.

Разворачивается, покидает спальню.

Встряхиваюсь. Прихожу в себя. Похоже, с Глебом у нас сегодня предстоит серьёзный разговор. Так жить дальше я точно не собираюсь. Я не позволю, чтобы опасность угрожала  моим детям прямо в доме.

Медленно спускаюсь по лестнице со второго этажа вниз, обдумывая предстоящий разговор с мужем…

Стоило мне появиться на террасе, как я попала совсем в другую атмосферу. Здесь царило настоящее веселье.

Празднично накрытый стол. Жёлто – синие гирлянды, украшения, посуда и любимые детские герои на шариках, плакатах, сервировочных шпажках. Яркие красочные колпачки.  Ленты, шары, цветы.

Счастливые улыбающиеся лица детей. Море веселья и позитива.

Так вот где была Аля! Занималась праздничными украшениями.

Готовила сюрприз детям.

Я приблизилась к ней со спины. Обняла её.

- Спасибо, Аля. За настоящий праздник для детей, - проникновенно говорю я.

Смотрю  на своих смеющихся мальчишек, на душе разливается тепло и нежность.

Глава 19

Макар

Сижу злой, откинувшись на спинку кресла, широко расставив ноги. Повернул голову к окну. Здесь на двадцатом этаже, где находится офис, видно только небо. Сегодня оно ясное.

Конечно, если подойти к окну и выглянуть в него, можно внизу увидеть дома, машины, зелёные пятна газонов. Если голова не закружится. Но  сегодня она у меня гудит и без этого.

Впрочем, как и вчера. И позавчера. С того самого момента, как я увидел Полину и детей.

Мои мысли теперь постоянно крутятся вокруг них.

Как вернуть свою семью?..

Полина на контакт не идёт. По-хорошему ничего не получается. По-плохому, я не собирался. Сказал на психе. Зря, конечно, я это сделал.

От невесёлых дум меня отвлёк звонок телефона. Я напрягся: Кто там ещё по мою душу? Смотрю на разрывающийся мобильник, не отрываясь, словно хочу загипнотизировать, чтобы он, наконец, умолк.

Он и не думает умолкать.

Лучше ответить. Иначе он просто вынесет мне мозг.

- Алло, - принимаю вызов.

- Макар! – слышу в трубке воркующий голос Роксаны.

Я аж поперхнулся от неожиданности. Откашлялся. Это что ещё за тени прошлого?

Молчу, собираюсь с мыслями. Как поделикатнее её послать?

- Макар! – капризным тоном лопочет Роксана. – Ты почему молчишь? Я хочу тебя обрадовать…

Роксана, когда ты меня радовала в последний раз? Скажи на милость, чем? Я уже давно проклял тот день, когда познакомился с тобой.

Хмурюсь. Не стоит вступать с ней в разговор. Она всё  равно слышит только себя. Моё молчание Роксана истолковала по-своему. Впрочем, я не удивлён.

- Мне папа купил квартиру в Москве! – радостно выпалила она.

Деликатно точно не получится. Это не про меня.

- Я на работе! У меня люди, - процедил я сквозь зубы. И нажал  отбой.

Грубо, согласен. Но как с ней иначе? Ведь уезжая, сказал ей, что всё кончено. Она ведёт себя так, будто этого разговора не было.

Я взвыл. Твою ж…!

Эта избалованная девица, думает, что весь мир крутится вокруг неё.

Внутри всё пламенеет от злости.  Блокирую номер.

Зная Роксану, вряд ли её это остановит.  Хмурю брови.

- Макар! К тебе можно? – в проёме двери появляется голова Константина Малофеева.

- Проходи, - коротко бросаю я, отрывая глаза от компьютера. – Есть новости? - смотрю в упор на безопасника.

Он проходит в кабинет и устраивается в кресле напротив меня.

- Дёмина проверили. Тот ещё гад оказался, - поизносит он. Выжидающе смотрю на него. Жду объяснений.  – Не просто вывел финансовое обеспечение своих активов. На конкурентов работает сво…

- На каких конкурентов? Ты уверен? – недоумённо спрашиваю я.

- Если бы не был уверен, не пришёл бы к тебе с этой темой, - бурчит он.

Смотрю ему в глаза. Они у него тёмные, почти чёрные, как уголья. Никогда не поймёшь, что у него на уме. Пока сам не скажет. Обученный боец.

Стараюсь прийти в себя, не показывать, что новость выбила меня из колеи. Я, конечно, подозревал, что Дёмин мутит с финансами, но что настолько мутит, даже в голову не пришло.

Малофеев показывает мне распечатки. Движения денежных средств со счетов. Транши за границу. Звонки абонентов Дёмина, - напротив стоят имена и фамилии звонивших.

Взгляд зацепился за фамилию… Сташевский. Я ухмыльнулся. Понятное дело, тесть, что не поговорить.

- Ты это видел? – тычет пальцем в «Сташевского» Малофеев.

- Видел, - жму плечами. – Так они вроде как родственники, - хмыкаю я.

- Ошибаешься, Макар, – торжествующе смотрит на меня своими глазами – углями Костя. – Родственники они без году неделя. А перезваниваются – годами! Я всё заставил поднять. Всё проверил.

В щепетильности Малофееву не занимать.

- Хочешь сказать, что они близко знакомы уже…, - начинает доходить до меня.

- Пять лет, - уточняет безопасник. – Дёмин работает на Сташевского, - говорит, словно выплёвывает он.

Интересно, при чём здесь конкуренты?

- У Сташевского другая зона интересов, - задумчиво говорю я.

Смотрю на него в упор. Что дальше?

- Я не был бы так уверен.  Может, его самого и не интересует наш бизнес. Но вот Дёмин, на правах его зятя, пользуется его поддержкой. Он  мечтает нас вытеснить с рынка. Ну, а если получится, то и поглотить.

Я нервно засмеялся. Откинулся на спинку кресла, не мог отдышаться.

Смешного, конечно, мало в данной ситуации. Просто всё так навалилось разом, нервы сдали.

Интересно, почему Полина вышла за него замуж?

Отец уговорил. Или сам Дёмин подкатил к ней, зная, кто её отец. Больше похоже на второй вариант. Ведь с отцом отношения у неё не очень. Я сам видел. Вряд ли она бы его послушала.

Чем  Дёмин мог её взять?

Красиво ухаживать? Заботится о ней? О детях?

Чёрт! О своих детях я буду заботиться сам!

При любом раскладе получается, что не любит Полина его.

Как – то  странно...  между ними всё время стоит её отец.

***

После работы  еду к отцу. Позвонил брату, пригласил его  на семейный совет.

- В чём дело, Макар? – недовольно произнёс  Егор. – На вечер у нас  с Софией были планы. Мы собирались в оперу.

Живут же люди! Хмыкнул я. Опера… Никогда не понимал людей, увлекающихся ею. И не замечал подобной страсти за братом, кстати, до не которых пор.

Упоминание о Софии натолкнуло меня на мысли об её отце. Он тоже входит в совет. И определённым образом является нашим родственником – тестем Егора. Его присутствие не помешает.

- Егор, у нас ЧП. Придётся тебе отложить общение  с прекрасным  до лучших времён, - уверенно говорю я.

- Да объясни ты в чём дело! Что  я скажу Софии? – продолжает нудеть он.

Меня мало интересует, что ты скажешь жене. У меня свои проблемы.

- Не могу по телефону, - торопливо говорю я. – Кстати, сейчас буду звонить Борису Зильберу. Он тоже приглашён.

- Понял. Скоро буду, - бурчит Егор.

Ну, вот и замечательно.

Еду за город. В особняк отца. С тех пор, как умерла мама, отца мало что радует. Пока работал, ещё держался как – то наплаву. А сейчас, отойдя от дел, живёт настоящим затворником.

Не узнаю отца.

Его роскошный особняк представляет собой большущий трёхэтажный коттедж, с причитающимися к нему гектарами  огромного участка. Здесь есть всё для жизни и развлечений. Теннисный корт, бассейн, пруд, ухоженные зелёные насаждения, лужайки перед домом и, конечно, любимые мамины цветы. В огромном домище гостю можно и вовсе заблудиться…

Но дом стоит словно  осиротевший.  Мы с Егором давно выросли и уехали из него. Мама ушла из жизни. Отец остался в одиночестве в своём огромном сверкающем дворце.

Конечно, если бы в этом доме снова зазвенели детские голоса, сердце отца бы отогрелось.  Но где их взять эти звонкие детские голоса?.. От этой мысли меня полоснуло как ножом по сердцу. Встряхнулся. Это личное.

Сейчас дела бизнеса. Дела семейные.

Въехал на территорию перед домом. Звоню отцу.

- Приехал, - коротко докладываю  по телефону.

- Хорошо. Поднимайся ко мне в кабинет. Мы ждём.

В холле меня встречает неизменная домработница отца Екатерина. Высокая худосочная женщина шестидесяти лет. Волосы гладко зачёсаны назад. Глаза карие смотрят пытливо на меня.

- Макар, ты бы почаще наведывался. Совсем забыл отца, - корит она меня сразу же  с порога.

Я понимаю, плавится её сердце за моего отца. Она ведь в нашем доме тридцать лет. Семью нашу воспринимает как свою собственную.

- Кать, да звоню я ему каждый день! – оправдываюсь я. – Но у меня же работа. А ехать сюда тоже время надо выбрать.

Взбегаю по мраморной лестнице на третий этаж. Думаю о том, что права Катюша. Ведь если бы сегодня не вылезла эта грёбанная проблема с Дёминым, я бы так и не выкроил время приехать сюда.

Толкаю тяжёлую дубовую дверь кабинета. Окидываю оценивающим взглядом собравшихся здесь.

Все мужчины сидят с бокалами конька в руках и ведут неторопливую беседу за жизнь. Смотрю на брата. Он не выказывает своего недовольства в присутствии тестя и отца.

Возможно, успел смириться.

Отец устроился в кресле за своим рабочим столом. Гости на большом кожаном диване светло - бежевого цвета.  С моим появлением все заметно оживились.

- Добрый вечер, – сдержанно улыбаюсь я. Подхожу ко всем, жму руку.

Отец напряжён. Его я озадачил ещё днём.

- Глеб Дёмин, - начинаю хрипло говорить я, упав в кресло напротив отца. – Последние пять лет работает, мягко говоря, на себя. Точнее, против нашей компании. Он вывел обеспечение всех своих активов. Скупает маленькие компании наших конкурентов. Производит их слияние. Привлекает в свою компанию крупных инвесторов для участия в проектах. Поганит по полной. Переманивает наших покупателей, как внутри страны, так и за рубежом, Демпингует цены. Перехватывает самые шоколадные тендеры. Не говоря уже  о том, что находясь в руководящем составе, он в курсе каждого нашего шага. Действует паскуда на опережение! - зло выплескиваю я.

Обвожу присутствующих хмурым тяжёлым взглядом. Все в шоке. Молчат.

Повисает напряжённая пауза.

- Этот главнюк будет жрать собственные…! –  разрезает тишину сиплый голос  Зильбера.

Вскидываю на него глаза. Интересно, знает ли он, кто покровители Дёмина?

- Чтобы вы понимали, насколько плоха ситуация, сообщу сразу, - в его покровителях числятся очень серьёзные господа.

- Насколько серьёзные? –  глубокомысленно замечает Егор.

- К примеру, его тесть - Эдуард Сташевский, - нервно выдавливаю из себя с некоторых пор ненавистные мне имена.

- Если не ошибаюсь, то это тот олигарх – владелец заводов, фабрик и пароходов? Из первой десятки строчки Форбс, – озадаченно произносит Глеб, словно не верит сам себе.

Его брови от удивления ползут вверх.

- Не ошибаешься, - зло констатирую я. – Именно он. Думаю, если бы этот засранец не обзавёлся столь влиятельной поддержкой, не рискнул бы в одиночку переть против нас.

- Может, его Сташевский нанял? – неожиданно вслух обозначил свои мысли отец.

Ошеломлённо я перевёл взгляд на него. Отец, допив свой коньяк, поморщился, как от зубной боли. И поставил пустой бокал на стол.

Глава 20

Полина

Дети, наконец, угомонились после такого насыщенного событиями и эмоциями дня. Спят в своих кроватках. Я наклонилась,  поцеловала обоих и пошла к себе.

Прихватив ноутбук со стола, устроилась на диване. Забравшись на него с ногами и думая о своём, юзаю в интернете.

Столько событий произошло сегодня у детей. Они  впервые пошли в детский сад. Там накатили на них совершенно новые эмоции и впечатления. Потом дома устроили им детский праздник…

Между этими событиями был, конечно, инцидент с Дэном. Надеюсь, последующие приятные эмоции быстро вытеснят этот ужасный эпизод из детской психики и  памяти… обоих.

Очень на это рассчитываю.

Вспомнив Дэна, внутренне съёживаюсь. Надо что - то решать. Интересно, Глеб не вернулся ещё домой? В последнее время он возвращается домой очень поздно. Не знаю уж, занимается бизнесом или устройством личной жизни. Меня это не касается.

Опустила глаза на экран и тут же наткнулась на заманчивое объявление. Ищут сотрудников на неполный рабочий день. Конечно, хотелось бы на полный. Ну, надо же с чего – то начинать! Быстро набросала резюме и щёлкнула  - отправить.

Взглянула на часы. Одиннадцать – ноль, ноль. Надо всё – таки узнать, приехал ли Глеб, чтобы обсудить с ним  сегодняшний инцидент с Дэном. Кстати, и его угрозы тоже.  Ну, а потом ложиться спать. Завтра рано вставать, везти детей в садик.

Вспомнив о том, как детям понравилось там, улыбнулась. Самое главное, у них теперь будет общение со сверстниками.

Закрыла ноутбук и отложила в сторону.

Поднялась и пошла к выходу из комнаты в поисках Глеба.

Едва открыла дверь, как услышала приглушённые голоса в конце коридора. Замерла на месте.

Оказывается, не я одна собиралась поговорить  с Глебом. Кое - кто меня опередил.

- Папа! Не знаю, что связывает тебя с этой нищебродкой, но её поведение в доме становится невыносимым! – зло цедит Дэн.

Значит, это моё поведение... Уже  интересно.

- Что случилось? – озабоченно спрашивает Глеб.

Тянусь на носках, пытаюсь разглядеть обоих. Дэн стоит ко мне спиной, а на лицо Глеба падают причудливо тени. От этого лицо его кажется маской. Неподвижной  холодной мрачной.  Вспомнив его бледно – голубые, словно выцветшие, глаза, по моей спине бегут мурашки.

Целый год приручала себя к его бездушному взгляду, но так и не смогла приручить.

- Один из твоих  мелких – пасынков разбил сегодня мой мобильник! – шипел Денис.

Надо же! Не говорит отцу, что я ему уже возместила ущерб.

- Тебе купить новый? – спрашивает отец.

- Нет. Дать денег. Я сам куплю! – торопливо произносит Дэн.

Ну, конечно, сам. Зачем тебе второй телефон? Деньги можно и на другое потратить.

Вот семейка! Все под стать друг другу.

- Папа, между вами нет ничего общего. Я же вижу! Почему ты с ней связался? Зачем…

- Не всё я тебе, сынок, могу рассказать. Она мне пока нужна именно в качестве жены. Как только я закончу свои дела с её отцом, так сразу…

Они удалялись. Голос Глеба стихал. Я не слышала больше ни слова.

Но то, что услышала, было более чем достаточно.

Я закрыла дверь. Идти беседовать с Глебом теперь не имело никакого смысла.

Теперь я буду решать всё сама.

***

Едва проснувшись, услышала писк прилетевшей смски.

Приглашение на собеседование.

Отличное начало дня!

Подтянулась в постели и  поднялась.

Быстро собравшись с детьми, отвезла их в детский сад.

Выйдя из детского сада, запрыгнула в Лексус, завела мотор и поехала в город в фирму на собеседование.

Лечу по шоссе в предвкушении грандиозных изменений в жизни. Если всё сложится и у меня будет работа, попрошу у мужа ключи от квартиры, которую он купил мне согласно заключённому между нами договору. Съеду туда поближе к работе и подальше от членов его семьи.

История с Дэном послужила катализатором ускорения процессов, что я больше не хочу и не могу находиться под одной крышей с семьёй Глеба.

Вчера, услышав разговор Дэна с отцом, узнала, наконец, правду. Узнала, почему вдруг именно меня выбрал Глеб в жёны.

Интересно получается.

Я что решила, что он вдруг решил помочь мне? Разумеется, нет. Я понимала, что им руководил собственный интерес. Просто решила, что почему - то Глебу нужно было выглядеть в глазах общества женатым человеком. Я не понимала его мотивов, но соблазн быстро перевезти к себе детей, затмил все доводы разума:

Зачем ему понадобилась именно я?!

Какая разница! Думала я тогда. Просто оказалась в нужное время в нужном месте. Но всё было не так просто.

Глеб, поняв кто перед ним,  решил  использовать меня, как инструмент для достижения своих целей для собственного обогащения.

Мой отец богатый человек. Неприлично богатый. Контакт между нами не складывается. Ну, а Глеб прекрасно пользуется сложившейся ситуацией. И получает свои дивиденды от отца.  Возможно, даже под  предлогом, что это для меня  и моих детей.

Теперь я знаю правду.

И что с этим делать, спрашивается?

***

Припарковав машину, иду к высокому зданию бизнес – центра. Запрокидываю голову, сморю вверх. Передо мной нависает башня, сверкающая на солнце своими панорамными окнами. Нужный мне офис находится на двадцать третьем этаже. Сколько этажей в этом небоскрёбе даже не берусь считать. Просто захватывает дух.

Вхожу в стеклянную вертушку двери. Она медленно проворачивается и выплёвывает меня в просторный холл. Выглядываю турникеты и иду к ним. Рядом с ними в стеклянной будке вижу суровое лицо охранника.

- Я в «Креатив Медиа - Групп» на собеседование, - вежливо произношу я, протягивая свой паспорт в окошко.

Мужчина хмурит брови и сосредоточенно ищет мою фамилию в списке. Удовлетворённо хмыкает и протягивает мне гостевой электронный пропуск вместе с паспортом.

Облегчённо вздыхаю и, приложив пропуск к турникету, прохожу внутрь. В стеклянном скоростном лифте поднимаюсь настолько стремительно, что с непривычки немного кружится голова. Не успеваю прийти в себя, двери лифта уже плавно расползаются в сторону на двадцать третьем этаже. Смотрю на мерцающие цифры и понимаю, что я на  месте.

Выхожу из лифта и окидываю взглядом холл, залитый солнечным светом сквозь панорамные окна бизнес - центра.

- Полина, -  слышу своё имя. Вздрагиваю от неожиданности. Ко мне приближается девушка с бейджиком на груди.

Всматриваюсь в надпись – Марина.  Перевожу взгляд на её лицо. Сероглазая блондинка. Смотрит на меня изучающе.

- Я провожу  тебя в комнату для переговоров, - говорит она бесцветным голосом.

Понятно. Претенденток много. Мы все для неё на одно лицо. Жаждущие получить работу.

- Спасибо, Марина, - сдержанно отвечаю я и иду вслед за ней.

На нас оглядываются сотрудники.

Поймав на себе скептические взгляды, мне становится не по себе. Почему они так смотрят? Ведь каждый из них когда – то искал работу. И тоже шёл вот так по объявлению о найме.

Или в их взглядах кроется что - то другое? И там, куда я так стремлюсь попасть, есть подвох?

Какой?!

Бред.  Я просто волнуюсь.

В результате  накручиваю себя. Не надо поддаваться ни на чьи провокации. И уж тем более выдумывать всякую ерунду.

Марина оставляет меня одну в небольшой замкнутой переговорной. Ярко светят светильники, освещая белые стены и функциональную мебель.

Устраиваюсь на стуле возле стола. Передо мной лежат стопки бланков и ручка. Пододвигаю их ближе к себе.

Начинаю заполнять всевозможные анкеты, заявления, выполняю тестовые задания.

Проходит час. В комнате появляется Марина.

- Ну, как? Всё готово? – безэмоционально интересуется она. Я киваю и протягиваю ей заполненные листы.

Она берёт их в руки, быстро скользит по строчкам. Задерживается на выполненных тестах. Удивлённо вскидывает на меня глаза.

- Полина, ты отлично справилась. Теперь финальный этап собеседования. Сейчас я представлю тебя боссу…

Последний этап собеседования прохожу как во сне. Роскошный дизайнерский кабинет руководителя «Креатив Медиа - Групп» поражает своим стильным дизайном. Молодой самоуверенный надменный  босс смотрит на меня снисходительно, мягко говоря, свысока. Задаёт мне тучу вопросов.

Хмыкает, слушая мои ответы.

Новомодное шоковое собеседование. Вот оно какое!

Под его колоссальным прессингом я уже теряю всякую надежду на трудоустройство и хочу только одного - извинившись, уйти отсюда. А лучше  без извинений. Просто стать и уйти. Так он меня достал.

- Полина! – неожиданно произносит босс,  скользя по моему лицу серым – дымчатым взглядом. – Я вас поздравляю! Вы приняты.

Я не ослышалась? Он издевается? Ошеломлённо вскидываю  на него глаза.

- Когда вы можете приступить к работе? – спрашивает он, глядя на меня в упор.

Да хоть завтра!

Стиснув зубы, прикусываю губу. Какое завтра? У меня же не решён вопрос с квартирой.

- Через два дня, - нервно бормочу я, опасаясь, чтобы он не передумал.

- Хорошо. Вы свободны. Мы вас ждём, - произносит он устало.

Ничего себе. А как уж устала я. Но, несмотря на это, радость захлёстывает с головой. Ведь он сказал, если пройду месячный испытательный срок, то меня переведут на полную ставку!

Покидаю кабинет босса в сопровождении Марины.

- Полина, я рада, что ты прошла этот невозможный  «тренинг»  босса. Ты не представляешь, у меня проект горит! – с надрывом произносит она. - А он зарубил мне десять претендентов. Если честно, я уже не верила, что он одобрит и твою кандидатуру. Но что – то на него нашло. Какое - то озарение свыше.

Лицо Марина осветилось улыбкой. Впервые с момента нашей встречи.

Домой я ехала в приподнятом настроении. Всё складывается наилучшим образом. Детский сад есть. Работа тоже. Остался один нерешённый вопрос с жильём. Но Глеб уверял меня, что купил мне квартиру. Ведь таков наш контракт. И это его обязательство.

Не знаю, от чего, но в душу вкрадывалось сомнение. Ведь я несколько раз порывалась посмотреть свою  квартиру, но Глеб всё время откладывал. Почему?..

***

Приезжаю домой уже не в таком радужном настроении. На душе скребёт. Не терпится решить последний вопрос на пути к моей новой жизни.

Сидим с семьёй Глеба за обеденным столом, молча едим. Висит гробовая тишина, которую лишь разрезают звяканья  вилок и ножей. Все в курсе вчерашнего происшествия. Атмосфера  накалена до предела. Кажется, она наэлектризована  так, что  в любой момент может взорваться.

Неожиданно в столовой появляется Глеб. Днём… В рабочее время… Что - то случилось? В голове мелькают несвязные мысли.

Несмотря ни на что,  мне необходимо с ним переговорить. И чтобы у него не произошло, мой вопрос не менее важен.

Еле дожидаюсь конца обеда.

- Глеб, мне нужно с тобой поговорить. Ты не против? – спрашиваю я.

Ловлю на себе прожигающие взгляды Дэна и Марты. Даже Мария Степановна стрельнула в меня глазами. Все дружно решили, что  я собралась жаловаться на Дэна.

Но мне всё равно.

- Хорошо. Пойдём в кабинет, - отвечает Глеб.

Мы с ним вместе покидаем столовую под неодобрительное шушуканье семьи.

Располагаемся в кабинете. Я озвучиваю Глебу свою точку зрения произошедших накануне событий. Объясняю, почему я приняла столь кардинальное решение съехать в свою квартиру…

Услышав мою просьбу, Глеб смотрит на меня как на умалишённую, будто я всё придумала только сейчас. И это не было условием нашего договора.

- Поля! Какая квартира? Об этом не может быть и речи! - возмущённо шипит он. Сверлит меня своим невозможным полупрозрачным взглядом.

- Глеб! Ты сказал, что купил мне квартиру. Ты ведь должен мне по договору! – в отчаяние выплёскиваю я.

- Мне пришлось её продать, - цедит он, отведя глаза  в сторону.

Сердце пропускает удар. Тяжело дышать. Я открываю рот и просто захлёбываюсь словами, которые не в состоянии произнести.

Нет никакой квартиры! И не было никогда!  Он лгал мне. Всё это время… Лгал и использовал.

Мерзкий подлый лживый.

Глава 21

Макар

В моём кабинете уже собрались все члены совета директоров. Ждём только Дёмина. Он задерживается, хотя всех оповестили, что совет назначен на десять – ноль, ноль.

- Сколько ещё можно ждать? – недовольно бурчит Илья Жорин, - директор сибирского филиала.

В это мгновение в кабинет входит ничего неподозревающий Дёмин.

- Доброе утро! – широко улыбается он, кивая присутствующим. – Прошу прощения, - пробки, - произносит он и устраивается в кресло возле стола.

Я начинаю совет. По мере того, как озвучиваю «грехи» Дёмина, улыбка медленно сползает с его лица. Он явно не ожидал такого поворота дел. Слишком долго плёл свою паутину в нашей корпорации, считая себя неуязвимым.  На его лице появляется растерянность. Затем он морщится, словно ему неприятно наше общество. Ну, а потом надевает маску непроницаемости.

Взгляд его становится холодным тяжёлым нечитаемым.

- Глеб, ты должен был вернуть деньги на счета компании, - хмуро произношу я. Но не перевёл ни одного транша. Получается, мирным путём конфликт  уладить не удалось. Поэтому  наши юристы вчера  передали дело в суд. Думаю, ты уже в курсе, что на  твоё движимое (банковские счета)  и недвижимое имущество наложен арест. Ничего личного, только бизнес, - жёстко произнёс я, как выплюнул.

Я смотрел на Дёмина в упор. Услышав, что заблокированы его счета, он дёрнулся. Его холёное лицо исказила гримаса ненависти. Мне даже показалось, что он готов с кулаками наброситься на меня. Ведь столько времени все его происки сходили ему с рук. А с моим появлением под ним закачался пол, затрещал, угрожая рухнуть и погребсти его под своими обломками.

И он даже ещё не до конца знает, насколько закачался.

Я смотрел на него с не меньшим презрением и брезгливостью. Этот человек, которого вскормила наша корпорация. Который пришёл сюда никем. И вдруг возомнил себя всемогущим.  Способным отжать чужой выстроенный годами бизнес.

В моей душе бушевал огонь. Я буду бороться за наш семейный бизнес. Отец отдал ему лучшие свои годы. Я его продолжу. Не отдам на растерзание таким шакалам, как этот…

- Дёмин, свободен! – грубо прохрипел я, метнув в него тяжёлый взгляд.

Отвернулся к окну. Не хотел, чтобы кто - то из присутствующих видел мои глаза. В них полыхала ненависть и безудержная ярость к тому, кто пытался не только лишить бизнеса мою семью. Пустить её по миру. Но и отнял самое дорогое. Мою любимую женщину. И МОИХ сыновей!

Я  не из тех, кто сдаётся. Мне плевать, кто стоит за ним. За своё я буду сражаться до конца.

***

Конец рабочего дня. Ожесточённо разгребая накопившиеся завалы в работе, не замечаю, что за окном неожиданно потемнело. Разворачиваюсь на крутящемся кресле к окну. Небо заволакивает тучами. Сейчас ливанёт дождь.

Потёр лицо. Сегодня тяжёлый день.

Раздаётся писк смски. Проваливаюсь в неё.

«Макар! Надо встретиться»

Какого чёрта! Нет имени…. Номер незнакомый.

Хмурю недовольно брови. Игнорирую.

На ум приходит только одна особа. Роксана.

Кто ещё будет заниматься этой ерундой?

Поняла, что заблокировал номер. Звонит с другого.

«Очень надо!», - приходит следующее сообщение.

Кому надо? Тебе?! Мне – нет.

Начинаю закипать. Впрочем, мне сегодня для этого много не надо. С самого утра  на взводе.

Смотрю в окно, пытаюсь сконцентрироваться на происходящем там. Держу смартфон в руке. Он опять вибрирует. Действует мне на нервы.

Хочу посмотреть снова на эту вакхааналию, но решаю терпеть. Надоест же ей когда - нибудь!

Надо собираться домой. Уже поздно. Поднимаюсь с кресла. Хочу набрать Никиту, своего водителя. Беру телефон в руки и невольно проваливаюсь в послание:

«Макар, это Марта»

Марта? Откуда у неё мой номер? Зачем ей со мной встречаться вообще?

Я напрягаюсь. Вроде, кроме дружеской беседы в тот день ничего не было. Тем более, она дочь Дёмина. Что может быть у нас  с ней общего?

Ни – че - го!

Или… её попросил отец? О чём?

Стать его адвокатом? Да пошли они все.

- Никита, - набираю водителя. – Выезжаем. Хочу к отцу съездить.

- Макар, тут тебя девушка внизу ждёт, - словно оправдываясь, произносит он.

Девушка… Марта. Почему она меня ждёт? Выполняет поручение своего отца.

Что за бред!

- Хорошо, я поговорю с ней. Потом поедем за город, - быстро встаю, иду к двери.

Я редко пользуюсь услугой водителя. Но иногда приходится. В основном, он отвозит меня в аэропорт, когда я направляюсь в командировки. Встречает.

Никита работал ещё с моим отцом. Исполнительный аккуратный водитель. Несмотря на то, что предпочитаю ездить за рулём сам, парня увольнять не стал. В такой огромной фирме, его услуги востребованы по полной.

Вчера, находясь у отца вместе с братом и Борисом, у меня не было возможности обсудить с отцом личные вопросы. Если честно, я до последнего сомневался, стоит ли посвящать его в свою тайну. Но сегодня  решился, несмотря на намечающийся дождь, отправится к нему снова.

Спустился на лифте на первый этаж. Заметил её сразу, потому что холл был уже практически пуст. На кожаном диване примостилась Марта.

Не стоило сюда спускаться. Запоздало думал я. Что я ей скажу? Что твой отец конченный подонок? Он её отец. И каким бы он ни был человеком, для неё не перестанет оставаться отцом. Тем более, после развода с женой Дёмина, дети приняли решение остаться с ним.

Я шёл быстрым уверенным шагом к Марте.

Она вскинула глаза. Улыбнулась. Поднялась с дивана и оправила на себе платье.

- Марта, ты зачем здесь? – холодно спросил я, приблизившись к ней вплотную.

- Макар, я подумала, что…, - лепетала она, запинаясь.

Окинул её пристальным взглядом. Возможно, слишком пристальным и слишком изучающим.  Она смутилась ещё сильнее.

- Марта, говори быстрее, - хмурясь, бросил я. – У меня нет времени.

Я поглядывал на часы. За окном громыхнуло. Дождь зарядил стеной. Марта стояла передо мной навытяжку, как школьница. Съёживалась под моим тяжёлым взглядом. Вела себя нерешительно несмело.

Интересно, зачем её отправил ко мне Дёмин? Тот ещё гадёныш. Что он придумал?

- Ну, либо говори. Либо я ухожу, - отрывисто чеканю  я.

Она бросает растерянный взгляд  в окно, где стоит стеной ливень. Меня это не трогает. Если она не на машине, попросит денег, дам на такси и отправлю домой.

- Мне показалось, - залепетала она. – Что в прошлый раз… ты  хотел…

Марта опускает  глаза, смотрит на свои туфли.

Что за цирк? У меня округлились глаза до предела.

- Что я хотел? – откашлившись, спрашиваю я, глядя в окно.

- Мне показалось, что я тебе понравилась, - выдавила она.

Твою… ж! Это что за план осенил нашего великого комбинатора?!

Он неугомонен. Собственную дочь решил подложить  под меня.

Козёл!.. В голове одни маты.

Круто разворачиваюсь, иду к лифту.

- Тебе показалось, девочка, - хмуро бросаю через плечо.

Я уйду в любом случае. Мне не о чем говорить с ней. Всё и так понятно.

Глава 22

Полина

В голове стучит, словно отбойный молоток. Меня корёжит.

Оказывается, всё  было очень плохо. Просто я об этом не знала.

Не знала, что меня используют втёмную.

Напрягаюсь. Не могу сконцентрироваться.

Передо мной всплывают глаза супруга. Бледно – голубые холодные нечитаемые. Он закрывается от меня… ложью.  Я теряюсь, будто смотрю в них прямо сейчас.

Нет. Ещё раз нет! Это не может так дальше продолжаться.

Нет больше оснований верить Дёмину. И он в курсе наших плохих отношений с отцом. Уверен, что я не стану жаловаться тому.  Ну, а если вдруг надумаю, то отец лишь обрадуется.

Ведь тогда я приду на поклон к отцу. Не эта ли его высшая цель и мечта? Он ещё на свадьбе меня предупреждал…

В любом случае, получается, что проигрываю я одна. Поэтому Глеб так нагло ведёт себя. Идёт напролом.

Нервно усмехаюсь. Как умело заманил  он меня в свои сети.

- Полина, твоя квартира уже ждёт тебя, - любил говорить он, сверля меня своим холодным полупрозрачным взглядом.

Зачем он так говорил?  «Подбадривал», придавая мне сил?

Чтобы я безропотно переносила прессинг его семьи. И свою жизнь в этом замкнутом удушливом пространстве.

Я никогда не задумывалась над тем, что получит Глеб в результате нашей сделки. Он всегда говорил об этом пункте контракта пространно и очень запутанно. Впрочем, меня это и не интересовало.

Невольно я узнала правду. Благодаря выходке  его  сына. Узнала, что Дёмин получит желаемое.

А я?

А я должна пробыть в этом «склепе» по договору ещё два года ни за что… просто так.

Госпожа Полина, похоже, влипла ты по полной!

Какого чёрта подписала этот договор?..

Нервно кусаю губы.

Но он обманул меня!  Думал, что я дурочка. А я вдруг прозрела.

Встряхиваюсь, принимая решение.

На душе всё равно осадок.

Подпираю пальцами пульсирующие виски, тру их в ожесточении.

Ну, что теперь делать?

Вскипаю. Меня топит злость. Чувствую себя пешкой на шахматной доске. Где мужчины, окружившие меня, ловко проводят свои ходы - комбинации, чтобы получить ферзя. Не считаясь с моими интересами.

Бесит меня.

Может, хватит терпеть унижения в этом доме?

Шах и мат, господин Дёмин!

Беру в руки ноутбук, приняв твёрдое решение - расстаться со своим «опекуном».

Начинаю искать в риэлторских компаниях стоящие объявления на окраинах Москвы. Где-нибудь в тихих спальных районах.

- Добрый день! – набираю номер компании. – Срочно хочу снять двухкомнатную квартиру.

- Подъезжайте…

Выбегаю из дома, сажусь в Лексус. Роняю голову на руль.

Вибрирует телефон. Вскидываю голову. Скольжу по мерцающим сообщениям. Задерживаюсь на доли секунд на сообщении от  Глеба, но не проваливаюсь в него.

Хочу прочитать его послание. Но не могу себе это позволить. Ведь я могу поплыть, он так влияет на меня…

Но больше я не могу ему  доверять. Не могу верить.

Читаю сообщение от риэлторов. Скинули три адреса.

Вслед за ними падает сообщение:

«Полина, посмотрите варианты. И сообщите, куда подъедите в первую очередь»

Мне не всё равно. Для меня важна цена. Ведь придётся оплачивать картой отца. А мне не хочется брать слишком много. Я планирую всё ему вернуть, чтобы не быть зависимой от него. А это значит, в ближайшие месяцы предстоит режим строгой экономии.

«Какой из вариантов самый бюджетный?» - пишу я.

«Третий», - короткий ответ.

Проваливаюсь снова в адреса, перечитываю.

«Еду туда» - отвечаю я.

***

Риэлтор невысокая шатенка с папкой в руках ждёт меня возле подъезда.

- Вера,  - представляется девушка. – Полина, я понимаю, что вы возможно ограничены в деньгах. Но я всё – таки посоветовала бы вам посмотреть другой вариант.

- Почему? – интересуюсь я, разглядывая девушку - риэлтора.

- Пойдёмте сначала посмотрим квартиру, - неожиданно говорит она.

Мы заходим в подъезд, поднимаемся на третий этаж. Вера вставляет ключ в замочную скважину. Неожиданно из квартиры слева раздаётся пьяный ор, крики, мат.

Я вздрагиваю.

- Вера, вы правы. Этот вариант мне не подходит изначально. У меня дети, - твёрдо поизношу я.

- Поэтому я вам и предлагала другой вариант, - выдохнула она.

Мы поехали на другой конец Москвы. Несмотря на дневное время, пару раз встряли в пробках. Нервно поглядываю на часы. После первой неудачи я уже не так уверена, что получится сразу же заключить договор на съём квартиры.

Через полтора часа мы на месте.

Входим в квартиру. Обхожу помещения. Вглядываюсь. Уютные две комнаты, небольшая кухня, совмещённый санузел. Порадовало, что есть мебель и бытовая техника.

- Вера, а техника в рабочем состоянии? – на всякий случай интересуюсь я.

- Да. Но квартира эта дороже на десять тысяч предыдущей. И оплачивать придётся сразу за три месяца. Помимо оплаты необходимо внести ещё  обеспечительный платёж.

Морщусь.

Выбора нет. Придётся соглашаться. Ведь здесь есть всё самое необходимое на первое время.

В руках вибрирует телефон. Машинально смотрю, от кого сообщение.

От сестры. Проваливаюсь.

«Полина! Через полтора часа с Алёнкой будем в Москве. Встречай! Света».

Снова вчитываюсь в строчки.

Боже! Как не вовремя. Волнуюсь, думая о том, что навалилось всё разом.

Не знаю, что делать. Это вообще невыносимо.

Держу в руках договор аренды квартиры.  Снова  вчитываюсь в строчки. Но сейчас мне не до чужой съёмной квартиры.

Забрать детей из детского сада и встретить сестру в аэропорту…  практически одновременно.

И как мне это сделать?

Морщусь, пытаясь решить дилемму.

Смотрю на связку ключей, оставленную для меня  риэлтором. Рядом с ними лежит мой мобильник.

Единственный вариант – позвонить няне.

- Аля, надо забрать детей из детского сада, - произношу я. Не желаю вдаваться в подробности.

- Да, конечно. Я поеду за ними, - тут же отзывается она.

У Али есть старенький Пежо красного цвета. Она на нём ездит к нам  в дом. Кстати, не стоит совсем отказываться от услуг няни в связи с переездом в город. Жизнь показывает, что они могут понадобиться в любой момент. Надо будет как – то договариваться. Тем более, Марина сказала, что проект горит. А это значит, возможны переработки. И не факт, что это будет урочное время.

- Спасибо. Я позвоню воспитательнице, что сегодня заберешь детей ты, - говорю я и отключаюсь.

Перезваниваю воспитательнице. Бросаю взгляд на квартиру и спешно покидаю её.

Заскакиваю на водительское сиденье Лексуса, немного медлю. Думаю о том, что придётся всё объяснять сестре. Ведь она едет в Москву впервые с того момента, как я переехала сюда.

Она думает, что я удачно вышла замуж.

И ничего не знает ни про Глеба… ни про отца… ни про Макара.

Зачем мне было ей рассказывать о них?

Чем она может мне помочь?

Получается, теперь тупо поставлю сестру перед фактами. Представляю выражение её лица.

Трогаюсь с места…

Выезжаю за город на трассу. Боже, какая пробка! Плетусь в веренице таких же машин, как и моя, устремившихся  в аэропорт.

«Мы уже приземлились» - получаю сообщение от Светы.

Мне ещё полчаса предстоит добираться до аэропорта.

«Буду через тридцать минут» - строчу  сообщение.

Она прочитала. Ничего не отвечает. Хмыкаю.

Сюрприз он такой неожиданный для всех.

***

- Полина! -  кидается мне сестра на шею. – Целый год не виделись. Я так соскучилась.

Я тоже целую и обнимаю её в ответ. Рядом топчется племянница Алёнка. Девочке десять лет.

- Алёнушка, - расцеловываю я её в обе щеки. – Как ты выросла, дорогая! – изумляюсь я.

- Ты не поверишь, Поля, с каким трудом я вырвалась к тебе в Москву! – Берётся сестра за ручку чемодана, который катит за собой. – Я вам тут гостинцев везу с юга.

Кусаю губы, готовясь выложить сестре, что жить мы будем не у Дёмина, а на съёмной квартире. Понимаю, что это её расстроит. Поэтому жду подходящий момент.  Беру за руку племянницу и  веду их к выходу.

- Слава богу! К нам приехала тётка Вовы – Галина погостить. Еле уговорила недельку с детьми побыть, пока смотаюсь к тебе. Проведаю, как ты тут устроилась  в  Москве, - тараторит Светка. - А с Вовой, сама знаешь, детей не шибко оставишь. Сердце будет не на месте, чего он там ещё учудит!

Я плохо слушаю сестру. Судорожно думаю о том, как ей сказать правду?

Идём к парковке. Подходим к Лексусу, я  нажимаю на брелок. Раздаётся писк. Раскрываются двери. И я открываю багажник.

Укладываем туда чемодан.

- Муж подарил? – окидывает оценивающим взглядом Света машину.

Мы устраиваемся в машине.

- Нет, - мотаю я головой. – Отец.

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида.

Алёнка притихла, переводит взгляд с матери на меня и обратно. Прислушивается.

Ну, что делать?

Девочка будет всё равно в курсе того, что происходит. Ведь нам предстоит переезд.

- Помирились? Вот и замечательно, - довольная комментирует сестра.

- Нет, Свет. Ни с кем я не мирилась, - нервно выдыхаю я. – А как раз наоборот.

- В смысле наоборот?  - поворачивает Светка голову в мою сторону, её брови удивлённо ползут вверх.

- В смысле, что я расстаюсь с Глебом, - бормочу, не глядя на неё.

Вцепилась глазами в дорогу и осторожно выезжаю с парковки на основную дорогу.

- Ты серьёзно? – в шоке переспрашивает сестра.

- Да, - отрешённо подтверждаю. – Глеб пока не знает об этом. И не должен узнать раньше времени. Иначе у меня будут проблемы.

Впервые поворачиваюсь к сестре, смотрю на неё пристально. Она съёживается под моим взглядом, ошеломлённо смотрит на меня.

- Я  квартиру сняла  в Москве. Завтра днём переедем туда, - глухо произношу я.

- Полина! Неужели у тебя всё так плохо? – голос сестры  звучит с надрывом.

На глаза мои выступают слёзы. Еле держусь.

Не поворачиваюсь. Ничего не отвечаю.

Остаток пути едем молча. Включаю негромкую музыку.

Пассажиры мои, утомлённые перелётом, дремлют, откинувшись на спинки сидений.

***

- Света! – дотрагиваюсь до плеча сестры. – Приехали! Просыпайся!

Она открывает глаза, трёт их. Спросонья ничего не соображает. Неудивительно. Когда они прилетели в город, ярко светило солнце. А сейчас зарядил  проливной дождь. Это в салоне машины тепло и уютно. Я включила кондиционер. А за окном машины серо сыро промозгло.

Дождь начался час назад, когда  Света с дочкой спали. Под монотонный шум дождя сон у них был  крепкий.

- Алёна, просыпайся! – придя в себя, зычно бросает Света через плечо.

Племянница  моментально распахнула глаза и начала ошарашенно оглядываться по сторонам.

- Вы посидите тут, я зонты принесу из дома! - торопливо произношу  я. – А то промокните.

- Ещё чего! Не сахарные – не растаем, - фыркает сестра. - Алёна, пошли!

Открывает переднюю дверцу со стороны пассажира  и первой шагает под проливной дождь. Тот мгновенно прошивает её насквозь. Но это её не смущает. Она решительно  открывает заднюю дверцу.

- Пошли! – протягивает руку дочери.

Алёна  с опаской  выбирается наружу под дождь. Я побегаю к ней и сама беру её за руку.

Зная сестру и судя по её первому поступку по прибытию в дом Дёминых, я уже понимаю, что настроена она воинственно.

И что это значит?

Боюсь, ничего хорошего. Плохо, если своим поведением она раньше времени раскроет  мои карты. Тогда по тихому улизнуть не удастся. Придётся уезжать с грандиозным скандалом.

Плохие новости.

Неизвестно, во что это выльется вообще. Конечно, учитывая таланты сестры, уедем мы отсюда при любом раскладе. Когда Светка на что - то нацелена, она этого добьётся любой ценой.

Не стоит с ней делиться всеми подробностями, пока мы находимся здесь.

Света и так себя накрутила, будь здоров.

Машину я подогнала вплотную к  входу. Но всё равно нам надо преодолеть ступени скользкой лестницы на пути к входной двери. А это опасно под таким мощным проливным дождём.

Я крепко держу за руку Алёну. Косые потоки воды, устремлённые сверху, вмиг промочили нас до нитки. Вода стекает с мокрых волос, заливается за шиворот,  застилает глаза. Не выпуская руку ребёнка, с трудом преодолеваю ступени. Вода с них стекает прямо под ноги, словно норовит снести нас с лестницы.

-  Пожалуйста, осторожно! Скользко! – предупреждаю  своих спутниц.

Ребёнок почти выбился из сил. Мне непросто. Какого хрупкой девочке? Свободной рукой поддерживаю её, чтобы племянница  не завалилась назад.

Наконец, мы на верхней площадке. Оглядываюсь по сторонам. Света тоже преодолела последние ступени. Все в сборе.

Добираемся до двери. Открываю. Переступаю порог дома.

Очень надеюсь, что в последний раз.

Пересекаем холл, оставляя мокрые следы на паркете.

- Тётя Полина, - изумлённо произносит Алёнка, - А это ваш такой большой дом? – глаза её округлены до предела.

- Нет, милая, - наклоняюсь я к ней и убираю мокрые прядки с лица. – Это чужой дом.

Света смотрит на меня красноречиво. Делаю вид, что не замечаю её взгляда.

- Моя комната на втором этаже. Пойдёмте туда.

- А наш багаж? – интересуется сестра.

- Сейчас попрошу домработницу Глафиру. Она принесёт.

- Поленька, что же ты не предупредила, что у нас будут гости? – разносится голос поварихи Варвары на весь холл.– Я бы чего – нибудь вкусненького приготовила.

Вскидываю глаза. Варя стоит у двери в столовую, в упор рассматривает гостей.

- Да вы под дождём – то совсем промокли! – вздыхает сочувственно она.  - Поля, позвонила бы мне. Я бы зонты вынесла.

- Спасибо, Варя. Не до этого было. Сейчас примем душ и переоденемся в сухое. Всё будет хорошо, - я улыбнулась.

Варвара очень тепло относится ко мне и детям с самого первого дня пребывания в доме. Её мне будет не хватать. Поймала я обрывки своих мыслей.

Глава 23

Полина

- Тётя Света!.. Алёна! – бросились сыновья навстречу, когда, приняв душ и переодевшись, мы появились на пороге детской.

Света с племянницей начали тискать и целовать малышей. Наблюдая со стороны, я умилялась.

Нужны мы только родным и близким людям...

А этот серпентарий, в котором я провела год жизни, нужно побыстрее покинуть. И забыть как кошмарный сон. Правда, ещё предстоит развод. И выдержать нападки Дёмина. Ведь он явно будет разочарован моим демаршем. Он же не всё ещё завершил. Именно об этом он говорил со своим сыном.

Но я не хочу сейчас думать о нём. И о том, что он будет мне угрожать неустойкой из-за одностороннего разрыва контракта.

- Поля! – раздражённый голос сестры разрезает пространство детской комнаты. – Ты почему  ничего не рассказала?! – глаза её подозрительно блестят.

Она держит Мишеньку на руках, прижимает к себе. И дует на его ушко. Он прильнул к ней и… плачет. Жалеет себя.

О боже! Сердце моё плавится. Малыш ничего не забыл! Поделился с тётей, искал сочувствия.

Света опускает ребёнка на пол. Поворачивается ко мне всем корпусом.

- Я урою этого гадёныша! – гневно сверкает она своими серыми глазищами.

- Света! Умоляю тебя, пожалуйста, не надо! - восклицаю я. – Не испорти всё…

Спускаемся к ужину гурьбой. Переговариваясь, заходим в столовую. Окидываю взглядом присутствующих. Кроме Глеба,  все здесь.

- Моя сестра Светлана, - представляю я. – Мария Степановна – мама Глеба. Марта и Дэн, - показываю рукой на членов семьи. – Дети Глеба. Мужа нет, он задерживается на работе.

Члены семьи равнодушно скользнули по лицу Светы и уткнулись в свои тарелки.

Впрочем, примерно такого приёма я и ожидала.

Но Света…

Она шумно выдвигает стул, плюхается на него. Обводит всех  за столом скептическим взглядом.

- Полина! Это и есть твои новые родственники? – цедит Светка сквозь зубы. Мария Степановна поджимает губы. Марта с Дэном хмыкают. Чем только заводят сестру сильнее. Я мечу молнии глазами в её сторону. На меня она принципиально не смотрит.

Закрываю глаза, понимая, что добром это не кончится.

- А чего вдруг они такие заносчивые дёрганные злые, будто перед ними тут приживалки сидят? Они что не знают, кто твой отец? -  вызывающе произносит сестра.

- Света! –  шиплю упреждающе.

Но сестру несёт. После того, как она узнала историю с Мишенькой, я ей не указ.

Марта вскидывает глаза на Свету. Презрительный взгляд дочери Глеба говорил красноречиво:

Вот с кем приходится сидеть за одним столом!

- Имя Сташевского Эдуарда Эммануиловича ни о чём вам не говорит, детки? – зловеще шипит сестра.

Марта снова вскидывает на неё непонимающий взгляд. Дэн напрягается. Мария Степановна смотрит искоса. Они в недоумении.

- Так вас папаша не поставил в известность?!  - нервно хихикает Света. – Знакомьтесь, дочь Сташевского! – торжествующе кивает на меня.

Рука Дэна дрогнула. Вилка выпала из рук,  со звоном упала в тарелку.

- А вот это ты правильно понял, сынок! – с ненавистью выпаливает сестра, сверля глазами дырку в нём насквозь.

- Света! – умоляюще шепчу я.

Но она неумолима.

- Сташевский ещё не в курсе творящихся в этом доме бесчинств с его дочерью и внуками, - угрожающе произносит сестра. – Но будь уверен, Дениска, - пренебрежительно бросает она. -  Я сама доложу ему обо всём. Даже не сомневайся! Я не она, - кивает Света в мою сторону. – И не такая благородная.

Марта снова презрительно фыркает. Дэн белеет как полотно.

Чего так испугался? Ведь санкции грозят только его отцу.  Если Светлана воплотит свои угрозы в жизнь.

Дэн теперь посвящён в планы Глеба. Боится, что всё полетит к чертям. А триггером явился именно его поступок. Вот и дёргается.

- Благодарите своего папочку, что он не нашёл нужным поставить вас в известность! – зловеще шипит Светлана.

Выплеснув накипевшее на душе, как ни в чём не бывало сестра спокойно  приступает  к ужину.

***

Наутро я отвезла детей в детский сад и вернулась домой.

Мы загружаем личные вещи в машину. Наверху лестницы стоит сиротливо Варя. Она одна провожает нас. Вытирает украдкой слёзы.

- Нет, ты посмотри на это! - тычет пальцем Светка в окно третьего этажа. – Вот шакалы. Папочке они звонят.

Запрокинув  голову, смотрю наверх. Марта, действительно разговаривала с кем-то  по телефону. Возможно даже  с отцом. Но это уже ничего не меняет.

Вчера Глеб не соизволил встретиться со мной. Уверена, он знал от своих о случившемся в столовой. Но не снизошёл до объяснений, извинений. Элементарного знакомства с моей сестрой.

Ему плевать на меня и мои чувства. Мне тоже, господин Дёмин, теперь плевать.

Конечно, он попортит мне ещё нервы. Почему - то в этом я не сомневаюсь. Но сейчас у меня такое чувство, что я вырываюсь на свободу. Сбрасываю с себя обязательства, как оковы. И дышу полной грудью.

- Брось, Света! Пошли они все куда подальше. У нас сегодня много дел. Надо устроиться на новом месте. Заехать по дороге  в супермаркет, купить продуктов, бытовых принадлежностей. Ведь там абсолютно пусто. А у меня завтра первый рабочий день..., –  мечтательно улыбаюсь.

Садимся в машину.

Бросив прощальный взгляд на окружающее пространство и роскошный трёхэтажный коттедж в центре, встряхиваюсь.

Сколько переживаний, обид, боли связано у меня с этим домом. Он ассоциируется у меня с тюрьмой. Неужели я была готова ещё два года терпеть  унижения и оскорбления здесь? Ведь если бы Дэн не поднял руку на ребёнка, я бы так и не включилась.

Только материнский инстинкт – не дать в обиду своих детей, открыл мне глаза, словно от спячки. Он разбудил во мне тигрицу, способную на всё, чтобы защитить сыновей.

Он заставил меня действовать. Быстро. Чётко. Кардинально.

- А как у тебя дела с Макаром? – неожиданно спрашивает сестра.

Вздрагиваю. Почему она заговорила о нём? Это запретная тема.

- Даже не думай мне врать! – нервно опережает меня Светка. – Я знаю от детей, что «дядя Макар» познакомился с ними.

Медленно поворачиваю голову, думая о том, как сказать ей, чтобы она прекратила.

Но она не собирается прекращать.

- Я уверена, что увидев их, он понял, что это его сыновья. Ведь они его маленькие клоны. Сразу два клона! -  победно заявляет  сестра.

Молчу, резко отворачиваюсь.  Завожу мотор. И трогаюсь с места.

Усадьба Дёминых остаётся позади. Мы мчимся по автобану в Москву.

Глава 24

Макар

Дождь зарядил убойно.

Заливает машину, барабанит по крыше. В окнах видна лишь серая мгла. Изредка сквозь неё пробиваются бурые пятна непонятно чего. То ли силуэты пролетающих машин на соседних полосах, то ли контуры деревьев на лесополосе.

Щётки на лобовом стекле мечутся как бешенные, но всё равно не успевают смывать потоки воды со стекла.

Мы плетёмся в  веренице машин, устремившихся из столицы в сторону области. За рулём Никита. Я сижу на пассажирском сиденье, откинувшись на спинку кресла, залипнув в телефоне.

- Никита, - говорю я, отрывая взгляд от экрана смартфона. – Судя по тому, что там творится, - киваю на окно. – Придётся нам с тобой заночевать у моего отца. Утром выедем.

- Понял, - отзывается парень, пристально вглядываясь в дорогу.

Я снова опускаю глаза в смартфон.

Ознакомился со сводками всех подразделений. Тру озадачено лицо. Поработать есть над чем. Но на сегодня я свой план выполнил. Могу расслабиться.

Просто листаю страницы инстаграма. Просто от нечего делать.

Твою… ж! Я даже подскакиваю на сиденье. Натыкаясь на страничку Полины.

Жадно впиваюсь взглядом в фотографии Поли и сыновей… Такие забавные мальчишки… У меня крышу сносит, когда я отслеживаю по фотографиям их взросление.

Молодец Полина! Запечатлела пацанов в разные периоды их жизни.

Ну, хоть что - то для таких пап, как я… Которые пропустили всё к чертям!

Самые золотые денёчки своих детей.

Вот Паша и Миша в светлых  шортиках и белых майках играют в песочнице. Перемазались, счастливые улыбаются, строят свои песочные замки… Вот идут важно вместе с мамой с разноцветными воздушными шарами в руках. Наверное, праздник какой – то…  Листаю дальше… Сидят на реке на деревянном помосте с каким- то  дедом. В руках сыновей удочки… Внимательно смотрят в  воду… ждут, когда рыба клюнет…

Закрываю глаза. Не могу больше на это смотреть. Глаза щиплет. К горлу подступил ком…

Моё настроение внезапно меняется. В худшую сторону.  Потому что видеть детей вот так издалека невыносимо! Хочется быть с ними. Заниматься. Вместе играть. Вместе ходить по детским развлекательным мероприятиям…

Хочется, чтобы они называли меня ПАПОЙ.

Безумно больно и обидно смотреть на их жизнь со стороны!

Почему так распорядилась судьба?

Как это вышло?!

Я не знаю, чего ожидать. Это бесит.

Поэтому я и решился поделиться своей болью с отцом. К кому ещё идти за советом?

***

Смотрю на отца. Он сидит в кресле напротив меня. Кладёт руки на стол.  Возле глаз мелкая сеточка морщин. Волевой подбородок. Трёхдневная щетина на лице.

Отец потрясён новостью. Молчит. Не знает радоваться в такой ситуации, что у него есть внуки. Или печалится от того, что они вне доступа.

Боюсь, скорее, он испытывает второе. Разумеется, после первой эмоции радости накатывает вторая волна. Это неизбежно происходит. С одной стороны,  есть дети. С другой -  вы их вроде как не заслужили.

-  Папа, я не всё ещё тебе сказал, - вырываю его из оцепенения. – Она жена Глеба Дёмина.

- Он знает, что дети не его? – недовольно восклицает отец.

- Конечно, знает. Они женаты всего год. Поэтому он знает, что они не его. Но не знает, что - мои.

- Ты пытался с ней поговорить спокойно по существу вопроса? – спрашивает отец, глядя на меня в упор.

- Пытался… дважды, - хмыкаю я. -  Но я начинал говорить с ней.  А она ни  в какую! Тогда я бесился.  Потом меня несло. Заканчивалось всё плохо.

- Я сам с ней поговорю, – твёрдо произносит отец. Смотрит прямо мне в глаза, будто сканирует.

- Не уверен, что это хорошая идея, - хмуро произношу  я.

У отца от удивления ползут брови вверх.

- Проблема не в ней. В Дёмине. Он не должен знать, кто отец близнецов. Иначе откроет безумный  торг. Уже сегодня подсылал ко мне свою дочь Марту, - сипло сообщил я.

- Зачем? – не понял отец, нервно сцепив руки в замок.

- Устанавливать контакты, - ухмыльнулся я. – В постель ко мне подложить хотел.

- Узнаю Дёмина. Тот ещё прохвост! – цокает языком отец.

- Вот именно. Если родную дочь не пожалел, что ему чужие дети. Тем более, мои. Он нас ненавидит, - ожесточённо чеканю я.

- Тут ты прав. Надо приставить к Полине наших людей. Пусть понаблюдают за её распорядком дня. Не сидит же она сутками напролёт взаперти в его доме!- рассуждает отец.

- Ещё есть кое - что, что ты должен знать, - говорю я и умолкаю.

Повисает пауза. Отец ждёт. Я вдыхаю больше воздуха в лёгкие.

- Отец Полины – Эдуард Сташевский, - коротко выдаю я.

Глаза моего отца округляются до предела.

Чёрт! Этот микс из случайных совпадений меня самого бесит.

***

На следующий день возникает серьёзная проблема в регионе, требующая моего непосредственного участия. Уезжать из Москвы не хочется. Будто якорь меня здесь держит. Глупо. Вопрос с детьми пока не сдвинулся с места.

Конечно, с самого утра я поставил задачу Малофееву приставить людей  к Полине. Наблюдать  за её передвижениями и детьми. Зная Костю, могу быть уверен, что он выложится на все сто.

Быстро раскидываю задания своим подчинённым в офисе и руководителям филиалов.

Ближе к полудню  еду в аэропорт. Продолжаю работать со смартфона. Решаю срочные неотложные дела. Телефон не умолкает. Не успеваю нажимать отбой с одним абонентом, как звонит следующий. Наконец, аппарат умолкает. Я выдыхаю.

- Никита, включи кондиционер на полную катушку,  - произношу я, не отрываясь от смартфона, изучая графики поставок и продаж.

- Сделаю, - кивает он.

Мобильник снова начинает вибрировать у меня в руках. На экране смартфона – Малофеев. Принимаю вызов.

- Слушаю, - коротко бросаю я.

- Макар, - чеканит Костя. – Полина детей отвезла в детский сад в соседний коттеджный посёлок.

- Понял. Наблюдайте дальше, - быстро отзываюсь я.

Сердце колотится в бешенном ритме. Пульс зашкаливает. Меня переполняют эмоции. С силой сжимаю и разжимаю кулаки, пытаясь усмирить свой пыл. Ощущение такое, что если бы сейчас я не мчался в аэропорт, чтобы вылететь в Сибирь, где меня ждали люди, я бы просто развернулся и поехал сейчас туда. В детский сад, чтобы хоть издали взглянуть на своих сыновей. А если повезёт…

Телефон опять вибрирует. Отец.

- Макар, - торопливо говорит он. – Я еду…

Куда он едет…  Зачем мне об этом знать? Мелькают мысли на самом краю сознания.

- В детский сад еду к внукам! – радостно сообщает он.

Я в шоке. Не знаю, что сказать. Вчера, когда показывал фотографии детей в инстаграме Полины, отец  жадно впился в них взглядом.

- Макар! – голос его дрогнул. – Какие же они замечательные! Славные мальчики. Совсем как вы в детстве с Егором были. Прямо один в один!

Я смотрел на отца. По его щеке стекала скупая мужская слеза. Он гладил фигурки внуков на фотографиях на смартфоне. Улыбался.

Я ощутил удар в самое сердце. Понимал, что испытывает он.

Ведь они наши малыши. Но нам не позволено быть с ними!

Справедливо ли это?

- Не поверишь, Макар, впервые  с момента смерти Наташи - вашей мамы, я снова захотел жить. Теперь мне есть ради кого! Такие маленькие мальчики. Их  надо на ноги ставить. Сколько всего надо ещё успеть в этой жизни! Ты мне фото – то скачай… Любоваться буду.

Глаза его светились от радости. Счастливая улыбка озаряла лицо.

-  Макар, ответь  честно,  - любишь Полину? – испытующе  отец смотрел  на меня.

- Люблю…  Очень. Это рок какой - то… После смерти мамы, сам знаешь, какого было. Тебя вон до сих пор корёжит. И я такой был три месяца. Не хотел её тащить в этот омут. Да и училась она на последнем курсе в универе, жила у моря.  Как её  с места срывать туда… где был я, - выдохнул. Сделав паузу, продолжил:  - Она звонила мне сообщить о своей беременности. Как назло ей  ответила Анжела, моя помощница. С моего телефона!.. Бред какой – то! Полина решила, что у меня есть девушка. Она заблокировала мой номер. Поэтому, когда позвонил я, в трубке были уже только частые гудки. – Я сжал кулаки. - А друзья мне сказали, что у неё есть другой…   Одним словом, сплошные недоразумения! – нервно выплеснул я.

- Да, как – то всё к одному. Нехорошо вышло. Иначе как роком это и не назовёшь, - отец тяжело вздохнул. – Но Макиевские не сдаются, - снова оживился он. – Будем вымаливать у неё прощение! Я тебе, сын, так скажу. Если любит тебя, простит. Ты только время ей дай.

Ошеломлённо смотрю на отца. В нём произошла такая разительная перемена. Мне кажется или он действительно решил действовать по собственному сценарию? Прямо завёлся. Выслушал меня. Понял, что Полина на меня обижена. И решил, что он тут ни при чём.

Там внуки. Его внуки. А вины у него перед Полей и внуками никакой.

Вчера я только усмехался над лукавым огоньком в его глазах.

А сегодня вижу, какой отец деятельный. Прямо руку держит на пульсе. В курсе последней свежей информации.

Уже едет он!

-  Только ты там поосторожнее, папа. Поделикатнее, - откашлявшись, говорю я.

Глава 25

Полина

Мы прибыли в дом, где я сняла жильё.

Лифт не работает. Тащим со Светкой тяжеленые сумки и чемоданы на седьмой этаж.

- Это что за фигня? – ворчит сестра. – Надо позвонить куда следует…

- Брось, Свет! Куда мы позвоним? Мы здесь на птичьих правах, - пытаюсь застопорить  её прыть.

Она фыркает, подтаскивая свою ношу на очередную площадку.

- Вот, дорогая наша матушка – столица, как ты нас встречаешь! – ехидно комментирует она.

Я молчу, пыхчу над своими чемоданами…

Входим в квартиру. Света, выпускает из рук сумки и застывает на пороге. Окидывает скептическим взглядом  новое жильё.

Что ещё не так?!

Отличная квартира…  учитывая обстоятельства. А главное, быстро нашлась подходящая. Всё могло быть куда хуже. Вспоминаю первый вариант...

А сейчас, ну, если и не замечательно, то вполне сносно.

Я покосилась на сестру. Она проходит внутрь, озираясь по сторонам. Открывает все дверцы шкафов, холодильника…

- Надо его помыть, прежде чем продукты туда складывать, - бурчит она.

Помой… А мне надо ещё раз спуститься вниз. Вспомнив о неработающем лифте, морщусь.

- Свет, вы с Алёной располагайтесь пока здесь. А я спущусь вниз за остальными вещами, - говорю я на ходу, направляясь к двери.

Возможно, и не один раз.

На площадке  нажимаю кнопку лифта. Вдруг что-то изменилось?.. Нет, глухо. Не работает.

Сбегаю по лестнице вниз. Подхожу к Лексусу. Открываю багажник. Наклоняюсь над ним, достаю оттуда сумки. Ставлю их рядом с машиной.

- Смотрю, кто тут машину бросил прямо перед подъездом? - слышу за своей спиной недовольный мужской голос.

Думая о том, что эти сумки ещё предстоит тащить на седьмой этаж, меня раздражает его назидательный тон.

Конкретно сейчас хочется ему нагрубить. Стискиваю зубы, закусываю губу и разгибаюсь.

- Девушка, я не могу проехать из-за вашей машины к паковке, - продолжает отчитывать он меня.

Интересно, он, что мне предлагает? Тащить их не просто отсюда, а ещё за пятьсот метров с парковки?

Медленно разворачиваюсь, боюсь сорваться. Сдерживающий фактор, что не стоит начинать жизнь на новом месте с конфликта.

Сначала вижу кеды, потом ноги, обтянутые в тёмно - голубые джинсы. Крепкие накаченные бёдра. Перевожу взгляд выше, скольжу по белой футболке, обтянувший крепкий торс парня. И наконец, его лицо, обрамлённое трёхдневной щетиной. Смотрю прямо ему в глаза, залипшие на мне.

Держусь из всех сил. Потому что, сказать могу только одно: Проваливай! Не до тебя.

Парень, с любопытством вглядываясь в моё лицо, неожиданно улыбнулся.

- Игнат, - протягивает он мне руку.- А вы наша новая соседка из пятьдесят восьмой квартиры, - уверенно говорит он.

Ошеломлённо смотрю на него. Откуда он знает? Медлю, стоит ли протягивать руку в ответ. Кто он вообще такой?

- Будем знакомиться, -  тянет он руку.

Неуверенно подаю свою. Смущаюсь. Не знаю, что говорить. Ведь минуту назад  у меня было непреодолимое желание послать его, куда подальше.

- Я ваш сосед из пятьдесят седьмой квартиры.

По-прежнему стою в шоке, приоткрыв рот. Он смеётся. Наверное, у меня очень нелепый вид.

- Не удивляйтесь. Просто это квартира пустовала целый месяц. Прежние жильцы съехали. А новые не заселялись. Вот я и предположил, что вы туда. Наверное, дорого запросили хозяева квартиры, раз ажиотажа не наблюдалось? Так как вас зовут, милая девушка?

Дорого, это точно. И никакая я ему не милая. Что он тут клинья ко мне подбивает?

- Полина, - буркнула я, резко развернувшись к своим сумкам.

- Да что с  тобой, Полина? Я не кусаюсь. Я помочь хочу,

Игнат с силой вырывает у меня из рук сумки и направляется к подъезду. Я  следом за ним.

- Второй день лифт не работает. Ты не думай, такое у нас впервые. Просто вам не повезло. Лифт демонтировали. Сегодня начнут устанавливать новый, - вводит он меня в курс местных новостей.

Я опомнилась. Метнулась назад. Достала оставшиеся из багажника сумки, бросилась догонять Игната…

Догнала  его уже около своей двери.

Он опустил сумки на пол.

- Заметь, на чай не напрашиваюсь, - улыбка снова заиграла на его губах. - Но думаю, соседские отношения мы установим. Если что, обращайся за помощью. Всегда готов оказать содействие  такой очаровательной девушке.

Ну, это вряд ли. Усмехнулась я.

- Спасибо! – киваю на сумки.

- Не за что! – бросает он через плечо, скрываясь в своей двери.

Заношу вещи в квартиру. Ну, теперь всё. Можно и обустраиваться.

Сестра уже во всю хлопочет на кухне.

Всё – таки повезло, что она приехала именно сейчас. Именно в такой переломный момент моей жизни. Я чувствую себя не такой одинокой и беспомощной.

- Поля, я тут такое роскошное меню затеяла. Будем праздновать!

Что именно праздновать, она не сказала. Думаю, начало моей новой жизни. Потому что я очень хочу  всё в ней изменить.

Но предстоит ещё тяжёлый развод с Глебом.

Глава 26

Полина

Ближе к вечеру собираюсь за детьми в детский сад, даже не подозревая, какие меня там ждут сюрпризы.

Подъехав к детскому саду, торопливо иду в группу. Иду позже, чем рассчитывала.

Теперь ехать от дома далековато. Плюс пробки. После окончания рабочего дня, поток машин устремился в сторону области, все разъезжаются по домам. Я это не учла. И это напрягает. На дорогу теперь надо прибавить час. Многовато…

Но куда деваться? Может, позже смогу обменяться поближе...

Всё ближе я приближаюсь к группе.

Внезапно мне показалось, что коридор сузился. Свет начал меркнуть. Окружающий  воздух налился тяжестью.

Я открываю рот, как рыба, выброшенная на берег. Никак не могу вздохнуть полной грудью…

Дверь в группу распахнута настежь. Вижу там, кроме своих  сыновей и воспитательницы, двоих взрослых мужчин. Ольга мило  беседует с одним из них…

Я в шоке. Фокус моего зрения сходится в одной точке. На  моём отце. С ним и разговаривает воспитательница.  Второго мужчину я не знаю. И сейчас вижу лишь его широкую спину. Он общается с малышами.

Внутренне я уже ору. Кто позволил им быть здесь?

Ведь я предупреждала Ольгу, что никто, кроме меня, не будет забирать детей! Было одно исключение - с няней. Тогда я сама предупредила её.

Воспитательница, наконец, заметила меня, быстро приближающуюся к ним.

- А вот и наша мама пришла! – улыбаясь, произносит она.

Я вне себя. Не улыбаюсь в ответ. Вскидываю на неё глаза, беззвучно спрашивая:

Что происходит?

Ольга отводит глаза в сторону. Означает ли это, что она была не  в силах противостоять натиску отца? Мне всё равно. Она не должна была этого допускать!

Паша с Мишей, услышав, что я пришла за ними, с криком: «Мама! Мамочка пришла!» бегут ко мне навстречу. Я раскидываю руки и принимаю их в свои объятия. Расцеловываю обоих в щеки, в макушки.

- Бегите к шкафчикам! Одевайтесь! – мягко произношу я, подталкивая детей к выходу из комнаты.

Близнецы бегут наперегонки в раздевалку к своим шкафчикам.

Только сейчас я замечаю, что мы все стоим в игровой комнате. Что удивительно, ведь родителей обычно не пускают дальше раздевалки.

А этим двум господам можно всё. Поэтому не сделали замечания и мне.

Круто разворачиваюсь и  иду  к детям. Мужчины следуют за мной.

Стою возле детей, помогая им быстрее одеться. Неожиданно до меня доходит, почему отец здесь. Марта сообщила Глебу, что я ушла от него. Уехала с вещами. И Глеб не придумал ничего лучшего, как пожаловаться моему отцу.

Интересно, что он ему сказал, что мы повздорили? Из – за чего? И почему он так уверен, что отец может взять его сторону? А главное, что он может повлиять на меня?

Ну, да. Их связывают дела. А я – то тут при чём?!

Глеб что совсем дебил?  Или он думает, что дурочка тут я? Что я прежняя неуверенная в себе молодая женщина. К тому же неладящая  со своим отцом.

В последнем пункте он, конечно, прав.

Меня топит злость.

Мне очень нужно быстрее уйти. Это важно, потому что иначе придётся объясняться с отцом. А я не знаю, как ему сказать, что наш брак ненастоящий. Что он только на бумаге.

- Полина, - слышу  хрипловатый  голос отца за спиной. – Давай отойдём, нужно поговорить.

Я оглядываюсь. Второй мужчина тоже крупный, как и мой отец стоит ближе к детям. Он тоже  в возрасте. На нём  безупречный костюм. Дорогие часы, дорогая обувь.

Не похоже, чтобы он был  водителем  или охранником отца. Такой же статусный мужчина. Друг? Компаньон?

Тоже не тянет. Они не общаются между собой. Даже избегают смотреть друг на друга.

Интересно почему?

И почему вдруг этот посторонний мужчина берёт моих сыновей за руки и ведёт  к выходу? Смотрю как в замедленной съёмке… Отец не реагирует на это. Но не я. Я дёргаюсь, отец придерживает меня.

- Всё нормально, Поля, - кивает он в сторону мужчины, которого только что сам демонстративно игнорировал. Правда, неизвестный тоже платил ему тем же.

Он знает его. А я – нет.! Отец видит, что я волнуюсь, но не находит нужным пояснять ситуацию.

В этом он весь.

Но это мои дети! И я не позволю, чтобы кто- то…

- Лучше расскажи, что у вас там произошло с Глебом? – строго спрашивает отец, будто у провинившейся школьницы.

Почему я должна перед ним отчитываться? Во мне нарастает протест. И вообще…

- Куда он их ведёт? – нервно спрашиваю я, вцепившись взглядом в затылок удаляющегося мужчины.

- К твоей машине, - небрежно отвечает отец, вскидывая на меня глаза.

- Кто он такой? – зло цежу я.

- Разве ты не знаешь? – с насмешкой спрашивает он.

Я ускоряю шаг, отрываясь от него. Мне надоели его закидоны.

- Впервые вижу! – обернувшись, бросаю  через плечо.

Я догоняю мужчину, нагло и крепко держащего моих детей за руки и ведущего их к выходу из детского сада.

- Может, хватит? – цежу ему в спину.

Он медленно оборачивается ко мне через плечо. Смотрит изучающе на меня.

Я залипаю на его глаза.  На этот до боли знакомый взгляд. Смотрю в них, словно потерявшись.

Не понимаю, зачем он здесь?..

Слышу за собой  хриплый смех отца. Они что разыгрывают меня?

В бешенстве вырываю руку ближайшего ко мне Паши из рук этого…

- Мама, ты чего? – вскидывает на меня малыш свои удивлённые синие глазки, как у …. Нет, не может быть! Пульсирует в висках.  - Это же наш дедушка! – старательно объясняет сын и разводит свободную руку в сторону, демонстрируя, насколько я не в теме.

- У нас теперь два дедушки! – радостно кричит Миша, показывая рукой на второго – моего отца.

Оказывается, все  уже успели познакомиться.

Я растеряна. Выпускаю руку Паши. Он бежит… обратно к отцу Макара. Теперь я уже уверена, что это он. Хотя никогда раньше не видела этого человека. Но такой синий взгляд может быть лишь у отца Макиевского...

- Только нет ни одного папы! - обиженно добавляет рассудительный Паша.

И почему сейчас все смотрят в мою сторону?

Будто наличие папы зависит от меня.

И что мне с этим делать?

- Послушай, Полина, - голос отца возвращает меня в действительность. – Я хочу знать, ты окончательно ушла от Дёмина? – смотрит на меня пронзительно. Искры в его глазах превратились в маленькие золотистые точки.

- Да. Подам на развод, - категорично произношу я.

- Глеб утверждает, что это просто ссора. Твой каприз…

- Ты кому из нас веришь? – хмуро обрываю его, глядя прямо в глаза.

Вот он момент истины. С Дёминым они деловые партнёры. А я его дочь, с которой он так настырно ищет контакта.

Я его кровь. Плоть от плоти.

А он молчит. Не отвечает. Правильно, мы же совсем не знаем друг друга. Мы жили в разных мирах, не пересекающихся ни при каких обстоятельствах.

Сошлись будто искусственно. И теперь изображаем семью.

Какая к чёрту семья?! Какие отец и дочь!

-  Твоё молчание очень красноречиво! – говорю, словно выплёвываю я.

Разворачиваюсь, хочу уйти. Выглядываю детей. Они играют со старшим Макиевским возле машины. Звонко смеются. Как быстро он нашёл общий язык с детьми…

Отец хватает меня за руку.

- Неужели ты думаешь, что я человек, умудрённый жизнью, построивший огромную бизнес - империю, верю этому прохвосту?  -  сверлит меня глазами.

Поворачиваю голову, в шоке смотрю на отца несколько секунд, спрашиваю:

- Что он тебе сказал? Почему вдруг я закапризничала?

- Из-за методов воспитания детей, – откашлившись, сипло произносит он. – Глеб  сказал, что он отец и тоже имеет право…

Я засмеялась. Никогда не угадаешь, какая изощрённая фантазия прилетит в голову Дёмина, чтобы выкрутиться.

Отец мрачно смотрит на меня, не понимая приступа моего смеха.

- Во - первых, как ты уже понял, - я кивнула на старшего Макиевского. –  Глеб не отец моих детей. Более того, он их вообще в упор не видел. Ему до фонаря,  чем они там занимались. Его собственные дети-то мало волновали. А во-вторых, наш брак фиктивный, - с каким-то злорадством выпалила я то, о чём боялась говорить.

Отец замер. Смотрит на меня потрясённый.

Я хмыкаю.

- Я же тебя предупреждал на свадьбе. Зачем ты заключала с ним эту сделку? – хмуро спрашивает он.

- Пап, поздно уже было. Я всё подписала, - буркнула я.

- Так, я всё понял. С бумагами разберутся мои юристы. С разводом тоже. Надеюсь, ты не против?

Конечно, я не против. Но Глеб так просто не отступится. Будет мстить.

- Я не против. Только, боюсь, Дёмин просто так не спустит мне упущенную выгоду… ту, на которую он рассчитывал в статусе твоего зятя, - произношу я, не сводя глаз с отца.

Блефую. Ведь я не знаю наверняка условий сделок между ними. Действую по наитию.

- Я его сгною в тюрьме! У меня столько на него компромата. На три пожизненных срока хватит! – зло цедит отец.

Внутренне съёживаюсь. С кем я жила?

Отец всё знал, но считал Дёмина папой близнецов. Думал, что  я люблю Глеба. Поэтому не вмешивался.

Я люблю Глеба? Серьёзно? Вот к чему приводят недомолвки.

Каждый день приносит открытия. Я ухмыляюсь.

- Где ты остановилась? Вчера мне пришло сообщение  странной оплаты по договору съёма квартиры, - недовольно пробурчал он.

- Да я сняла жильё. Но ты можешь не беспокоиться. Я устроилась на работу. И буду потихоньку возвращать долг.

Его передёрнуло так, словно я его оскорбила. Наверное. Но это не точно. Я вообще не могу за него говорить.

- Я понял бесполезно тебе говорить о том, что у меня десятки квартир в городе?! В любом районе.  Ты можешь выбрать любую из них и спокойно там жить.  – В его глазах горит лихорадочный огонь. Он сжимает и разжимает кулаки, словно пытается усмирить свой гнев.

От того, что я своенравная. И что  снова поступаю по-своему. Но ему ведь тоже бесполезно говорить, почему я так поступаю. Выходит, мы с ним одинаковые.

- Хорошо, - скрепя зубами, произносит он. – Думаю, детский сад я могу поменять ближе к твоему месту проживания? – сверлит он меня своими глазами.

Сдержанно киваю. Не показываю виду, хотя очень обрадовалась его предложению.

- Слава богу! Хоть в этом вопросе не упрямишься, - выдыхает  он. – Дети –наше всё!

Отец  бросает нежный взгляд на внуков.

Глава 27

Макар

В Москву удаётся вернуться только через два дня. Отец уже сообщил мне все последние новости. Собственно то же самое подтвердил и Малофеев.

Полина разводится с Дёминым!

Эти слова я прокручиваю в голове снова и снова. Будто это приносит мне наслаждение. Да чего кривить душой. Я действительно безумно  рад.

Впрочем, неожиданностью для меня это не стало. Слишком разные они. Другое дело, не думал, что это произойдёт так скоро. И это «скоро» доставляло мне уйму эмоций и дарило надежду.

Оно меня окрыляло. Я летел домой, строя грандиозные планы на восстановление контакта с Полиной. И на общение со своими сыновьями.

Теперь, когда она живет не за высоким охраняемым забором. И не будет связана узами брака с Дёминым. У меня  есть шанс вернуть её.

Машина мчится по шоссе от аэропорта в город.

- Никита, по дороге заедем в Детский Мир, - бросаю я, проваливаясь  в переписку в мобильник.

- Сделаем, - кивает он.

Время в дороге тянется нестерпимо долго. Я, конечно, занят. Заставляю себя работать со  смартфона. Но мысли мои далеки от работы. То и дело перед взором всплывает тонкий образ Полины. Её пронзительный тёмно – зелёный взгляд, полный мерцающих звёзд. Когда Поля  испытывает накал страстей и эмоций, золотые снопы искр в её глазах  взрываются как фейерверки. Рассыпаются и гаснут. Меня всегда заводило это во время секса…

Теперь я думаю  о  детях. Боль ушла при мысли о них. Впервые с момента моего узнавания об их существовании. Теперь её (боль) вытеснила надежда. Я улыбаюсь, откинувшись на спинку сидения. Мечтательно самозабвенно восторженно.

Я в предвкушении своей первой встречи с сыновьями. Когда я смогу им сказать  открыто:

«Я ваш папа!»

Боже, как это звучит! На душе изливается  нежность и тепло.

***

- Добрый вечер! – произношу я, едва дверь квартиры  широко распахнулась.

В моих руках большой букет красных роз. Тех самых, которые так любит Полина. В моём кармане коробочка  с кольцом. Я заранее решил, если всё пойдёт по плану, сделаю предложение Поле. За моей спиной стоит Никита. Он держит огромную коробку с подарком сыновьям.

На пороге стоит... Светлана, сестра Поли. Я сразу её узнал, несмотря на то, что прошло четыре года.

Что она тут делает? И как влияет на сестру?..

- Добрый вечер, - после минутного раздумья, отвечает она.

Я выдыхаю. Не совсем враждебно меня встречает. Вроде как  даже узнаёт.

- Света, я могу пройти в дом? – твёрдо произношу я, скорее утвердительно, чем вопросительно.

Она замялась. Сомневается.

Кто она такая?! Чтобы решать за нас двоих? Сузил глаза, смотрю на неё с неприязнью.

Меня накрывает волна ярости. Хочется оттолкнуть её и пройти в дом. Туда, где моя семья! Но я понимаю, что это будет «волчьим билетом» в будущем в этот дом. Не пропуском, а закрытым доступом для меня.

Поэтому я должен справиться с  яростью, должен управлять своим гневом и решать проблему с нервами.

Хотя раньше не жаловался.

Просто эта сложившаяся патовая ситуация с семьёй выворачивает меня наизнанку. Вытаскивая из меня не самые лучшие качества.

Но я осознаю, что если даже сейчас меня не впустят в дом, я должен  просто оставить свои подарки и уйти.

Уйти, не ввязываясь в конфликт с её сестрой. Иначе снова всё испорчу. Впрочем, с чужими людьми я могу совладеть с собой. Хуже, когда это касается Поли. Тогда меня душит обида и недоумение.

Почему она не слышит меня?

Не понимает? Не верит?..

Ключевое слово тут – Не верит! Не может простить…

Буду на коленях молить её о прощении. Буду повторять сотни раз, что я люблю её и сыновей. Буду доказывать ей это каждым своим шагом, делом, поступком.

Она вернётся ко мне. Не может не вернуться….

- Проходи, - после долгой паузы произносит Света.

Я не ослышался?

Встряхиваюсь. Переступаю порог. За мной следом заходит Никита с коробкой в руках.

В маленькой тесной прихожей негде развернуться. За спиной Светы появились дети. Девочка лет десяти. Наверное, её дочь. И мои сыновья.

Все такие притихшие. Не понимают, что происходит.

Паша с Мишей таинственно зашушукались: Дядя Макар пришёл!

Я решил не тянуть. Поставить все точки над «i».

- Паша, Миша, я ваш папа! – произнёс тихо я.

В тишине мой голос прозвучал так громко, что выглянула Полина из кухни.

- Папа! Папа! – пронзительно закричали дети, протискиваясь, отталкивая своими маленькими ручками тётю  Свету, разделяющую нас.

Вот уже оба повисли на мне. Я улыбаюсь, целую своих сыновей в щёки, в лобик, в макушки.

Какое счастье! Держать своих детей на руках…

- Я знал, что папа придёт к нам! – говорил Паша, обнимая меня за шею.

- Я тоже знал! Я первый сказал, что папа обязательно нас найдёт! – вторит ему Миша, тоже обнимая.

На секунду я отрываю взгляд от сыновей. Вскидываю глаза на Полину. Он стоит в проёме двери кухни. Слёзы текут по её щекам. Она плачет…

***

Мы сидим вдвоём с Полиной на маленькой кухоньке. Там за закрытой дверью слышны голоса возбуждённых детей. Я купил им «железную дорогу». И Никита сейчас её собирает. Мальчишки кричат, помогая ему со всех сил.

В какой – то момент один из них подбежал к двери. Скребётся с той стороны. Хочет поделиться эмоциями. Чтобы мы раздели  с ним его радость.

- Не надо мешать папе с мамой! Они разговаривают, - слышен строгий голос Светы.

Она уводит ребёнка.

Легко сказать, разговаривают. Но мы молчим. Полина смотрит куда - то мимо меня. Уставилась в какую - то  точку на стене.

Поля  закрыта. Между нами, словно стена отчуждения.

Это неправильно.

Так не должно быть.

- Полина, я очень тебя люблю! Я жить не могу без тебя. Каждую ночь ты мне снишься все четыре года…

Ловлю её взгляд. Но даже, когда она смотрит, то смотрит сквозь меня.

Чёрт!

Как такое возможно? И что  с этим делать, спрашивается?

Сижу за столом, обхватив руками голову и запустив руки в  волосы. Тереблю их, словно это может помочь мне найти решение.

- Полина! Ты не можешь вот так молчать. Я очень ждал этой встречи. Этого разговора… Мы должны всё  прояснить. Обсудить…

Она неподвижна. Зависшая, словно не слышит моих слов, моей мольбы, моих признаний.

Или ей всё равно? Она не любит меня?

Ну, скажи ты, хоть что – нибудь! Неизвестность рвёт на куски моё сердце. Мою душу. Мою плоть.

Это невыносимо!

Поднимаюсь  с места. Обхожу стол. Падаю перед ней на колени.

Она вздрагивает. Поворачивает голову. Вскидывает на меня глаза.

А в них… глухая ночь!..

Поля! Не смотри ты на меня так!

- Полина,  любимая моя…,-  осыпаю поцелуями её руки. -   Прости меня за всё. Я виноват. Как искупить свою вину перед тобой, милая? Я готов на всё.

- Поднимись, – неожиданно холодно произносит она.

Я смотрю на неё, словно не понимая.

Не поднимаюсь.

Утыкаюсь лицом в её колени. Обнимаю её ноги.

- Полина, - говорю глухо. – Ты не можешь так поступить с нами! – стон вырывается из моей груди.

- Поднимись! – отрывисто повторяет она. – Мне нужно время.

Вскидываю голову.

- Хорошо, Поля. Сколько…  времени… тебе нужно? – рваными фразами спрашиваю я.

- Не знаю, Макар, - говорит она мне, как ребёнку, который спрашивает такие вещи, которые невозможно объяснить. Их надо прожить.

Я поднимаюсь на ноги. Качаясь, иду на своё место.

- Когда ты определишь мне время общения с детьми? – отрешённо спрашиваю я.

- Ты можешь забирать их по выходным, - ровно говорит она.

- Ты хочешь, чтобы я стал воскресным папой? – с болью произношу я.

- Пока так, Макар, - подводит она черту. -  Думаю, это лучше, чем ничего.

Я сижу, опустив голову и положив руки на стол. Чувствую, как во мне отдаётся вибрация на звуки её голоса. Но она говорит мало и очень тихо.

Да и вообще всё уже сказано. Похоже, разговор закончен.

Лезу в карман,  достаю банковскую карту. Кладу её на стол перед Полей.

- Полина, я открыл карту и перевёл деньги на детей. Покупай  всё, что нужно. Переведу ещё.

- Зачем это? – она отталкивает от себя карту.

Горько усмехаюсь.

- Можешь, считать, что это алименты, - чеканю я. – Не стесняйся. Я много задолжал за четыре года.

Она вздрагивает. Резанули слова?

А как ещё это назвать, Поля?!

Если ты не готова пустить  меня в свою жизнь.

Я поднимаюсь. Бросаю на неё короткий взгляд. Разворачиваюсь и иду в комнату к детям.

Глава 28

Полина

Дверь за Макаром с Никитой захлопнулась. Они ушли. Дети в комнате играют  в новую «Железную дорогу».

- Ну, ты как? – спрашивает сестра, устраиваясь напротив меня за столом.

- Плохо, - честно говорю я. – Понимаешь, Света, я очень его люблю. И всегда любила. Но я не верю ему. И сейчас не знаю, что им движет. Порыв, что он стал отцом? Так я не запрещаю ему, видится с детьми. Сыновьям нужен отец. Я это поняла в доме Глеба. Они так тянулись к нему. Он их отвергал. Мне больно было на это смотреть. А Макар принял детей. И они его, - забывшись, с улыбкой на губах говорю я. – Видела бы ты, как они поладили с дедом, отцом Макара. Там полная идиллия! Нет причин препятствовать им.

- Что – то я не пойму тебя, сестрёнка! – говорит Светка, морща лоб. – Послушать тебя, так  всё идеально. А ты заморачиваешься. Верю – не верю! - фыркает она, бросив взгляд через плечо на детей, которые вылетели из комнаты  в коридор. Посмеялись и снова скрылись в комнате.

- Поля, жизнь сама всё расставит по своим местам. Главное, дай Макару шанс. – Сестра качает головой. – Мужик что надо. Возмужал, поумнел, спеси поубавилось. Чего тебе ещё надо? Хочешь одна остаться с двумя детьми на руках?

- У тебя всё как – то  просто получается, Света, - говорю я, глядя на Мишеньку, который снова выскочил в коридор.

Смешно машет руками,  гудит, сложив губы трубочкой. Изображает паровоз. Опомнившись, обратно залетает в комнату.

Я улыбаюсь.

- Да уж, точно не сложно, как ты намудрила себе. - Света поднимается. Подходит к столешнице, где стоит чайник, включает его. – Мужиков даже чаем не напоили! - сокрушается, хлопая себя по бёдрам.

И когда эта она такая  радушная стала?

- Я понимаю, что в те дни у него умирала мама, - пытаюсь объяснить я сестре, что чувствую. - Была депрессия. Но как мог он поверить каким - то левым парням, что у меня есть другой?  Практически сразу же, через три месяца, как он уехал? Как мог он так думать обо мне? – с обидой в голосе выплёскиваю я. – Он даже не приехал ко мне ни разу!

Утыкаюсь лицом в ладони.

- Так ты что, обиделась что ли?  Или оскорбилась? Тоже мне цаца!- припечатывает сестра. - Мужик осознал. Пришёл с повинной.  С подарками. Опять же отец родной Пашке с Мишкой. Давай, не глупи, Полинка. Одумайся, пока не поздно!

Я бы рада одуматься. Но не получается никак.

Встряхиваюсь.

- Слушай, Свет, у вас какие назавтра планы с Алёнкой? Город смотреть?

- С какой целью интересуешься? – деловито уточняет сестра.

- Макар деньги оставил на детей, - киваю на карточку. – Хочу кровати сыновьям  заказать.

- Встретить доставку что ли? – предполагает Света.

- Да. Здесь никто не приготовил нам детские кроватки, - развожу  руки в стороны.

- Без проблем, сестрёнка. Встретим в лучшем виде! Заказывай, - бросает она. И, развернувшись, идёт к детям.

***

Отец позвонил ближе к ночи.

- Полина, завтра приедет мой водитель. Он отвезёт вас в новый детский сад.

Его оперативность и возможности зашкаливали. Как быстро он договорился с новым местом для детей. Но самое поразительное, что сделал он это в нерабочее время… То есть всем позвонили. Всех поставили на ноги. Всё решили.

Я смутилась.

Было неловко, что из-за меня такой переполох устроили.  Но результат говорил сам за себя. Круто.

- Спасибо, - тихо шепчу я.

Я понимаю, что отец рад заниматься вопросами внуков. Рад быть полезен.

Что со мной не так? Почему я не могу простить мужчин, которые бросили меня когда – то?

А затем снова вернулись в мою жизнь.

Но я уже не верю им.

С утра приехал водитель  отца с охранником. Отец не предупредил, что будет ещё и охранник…

- Полина, Эдуард Эммануилович распорядился, чтобы охранник постоянно сопровождал детей, - произнёс мужчина средних лет, представившийся водителем Василием.

Я озадаченно чешу переносицу, раздумывая над информацией.

- Отлично! – высказалась из-за моей спины Светлана. -  А то не знаешь, что и ожидать от этой безумной семейки Дёминых!

Я встряхиваюсь. Сомнения, конечно, были. Но неужели Глеб может так низко пасть? По- моему это лишнее…

- В любом случае, Гена уже здесь, - сообщает Василий.

За его  спиной  вырастает фигура  широкоплечего здорового парня.

Вздрагиваю от неожиданности.

- Не волнуйтесь, Полина, у Гены самый добродушный нрав. Без необходимости он не сделает ни одного лишнего движения.

Глядя на внушительную фигуру парня, я не была бы в этом так уверена. Дети могут напугаться.

-Полина, - раздался низкий мужской голос.  Вскидываю глаза на охранника. – Вы не волнуйтесь, я быстро нахожу общий язык с детьми, - он улыбнулся. – У меня у самого двое дошколят. Поэтому к детям приставили именно меня.

- Поля, время идёт! -  напоминает сестра. – Ты чего застыла, как статуя? У тебя сегодня первый рабочий день, между прочим. Ты что хочешь опоздать на работу?

Она уже вывела одетых близнецов и подталкивает их к охраннику.

- Всё, давай Гена бери шефство! Видишь, хозяйка растерялась, - бубнит  над ухом.

Придя в себя, кидаюсь вслед за ними…

Мы едем на машине отца в новый детский сад. Который, кстати, оказался в нескольких кварталах от нашего дома.

Может, зря я так артачусь? В смысле, надо быть более  лояльной  к отцу?

Ведь я безоговорочно осуждаю его. За что? За всё!

За то, что не принимал участия в моей жизни. За то, начал искать меня только тогда, когда потерял своего единственного сына. За то, как и какой он ведёт бизнес. Хотя последнее вообще сужу по чужим словам. Если честно, боюсь даже вникать.

Что если правда окажется ещё более суровой?..

Не знаю, что и думать.

Имею ли я право судить отца?  Что знаю  о нём? Может, стоит начать его узнавать?

Пока я не готова к этому.

Но уже не столь категорична в суждениях о нём. Это прогресс.  И маленький шажок навстречу  к нему.

Может, я начинаю оттаивать?

Ведь я никогда не чувствовала заботу о себе со стороны мужчин. Поэтому отношусь к таким проявлениям с настороженностью и опаской.

Боюсь привыкнуть.  А меня раз и снова предадут!

Поэтому лучше не привыкать.

***

С таким суматошным утром, понятное дело, я опаздываю на работу.

К слову, в свой первый рабочий день!

Но я всё отработаю. Если, конечно, меня не пошлют сразу же за опоздание, куда подальше.

С замирающим сердцем  переступаю порог офиса. Нервно кусаю губы. Жду взбучки… Странно, но она не последовала.

Марина, казалось, даже не замечает моей оплошности.

- Ты задержалась в отделе кадров? – спрашивает, едва увидев меня.

Она так решила? Или давала мне подсказку?

Опоздать. А потом ещё  врать, выкручиваться я была не готова.

Морщась,  мотаю головой.

Жестом Марина  показывает  на свободный компьютер.

- Вот твоё рабочее место. Приступай. Задачи все сброшены.

Тут же отворачивается и утыкается в свой компьютер.

Окидываю взглядом помещение. Всё функционально. Столы, офисные кресла, компьютеры, принтеры. На стене большой экран. Наружные стены  - сплошь панорамные окна. Точнее остекление от пола до потолка. Впрочем, я это видела ещё снаружи здания. Оно выглядело как стеклянная башня.

В комнате вместе со мной пять человек.  Все сосредоточены, заняты делом.

Включаю компьютер и погружаюсь в работу…

Время пролетает незаметно. Увлеченная  делом, не замечаю, как наступает обед.

- Полина! – окликает меня Марина. Вскидываю голову. Она стоит за моей спиной, глядя на экран компьютера. Мимо нас идут сотрудники, уходят на обед.

– Твоё время, истекло. Но, не могла бы ты задержаться? Я смотрю, у тебя неплохо получается, - одобряюще говорит она.

- Да, конечно. Я могу работать полный рабочий день, - заверяю я.

Хочу  добавить, что  даже рада такому повороту дела. Но стопорю себя.

- Отлично! Только я обязана предупредить тебя. Что оформлена ты на полставки. Но за проект мы получим премиальные бонусы. Вот их распределяю лично я. Обещаю, если  справишься с заданием, не обижу.

Внутренне ликую. Конечно, я хочу премиальные!

Наконец, у меня будут собственные деньги. И я смогу планировать свой бюджет.

Сдержанно киваю. Всё устраивает.

- В таком случае, пошли на обед! Чтобы силы были работать, - улыбается Марина.

Спускаемся на лифте на двадцать первый этаж в кафе.

Марина оказалась словоохотливой  девушкой. Она с удовольствием вводила меня в курс дел, как проекта, так и всей фирмы в целом.

Интересная работа. Многообещающее начало. Приветливые коллеги. Всё это поднимало моё настроение.

И казалось, глотком свежего воздуха после удушливой атмосферы дома Дёмина,  в котором я прожила год.

Неужели я была такой закомплексованной, что не видела выхода из сложившейся ситуации, в которую угодила?

Оглядываясь назад, удивляюсь себе. Похоже, постоянное давление, контроль, ложь со стороны Глеба держали меня в подавленном состоянии. Я уже не говорю об его семье...

Изощрённость, изворотливость, подлость Глеба просто безграничны.

На что он способен ещё? Я содрогнулась, вспомнив его полупрозрачный голубой взгляд, от которого стыла кровь.

- Ты почему ничего не ешь? – доносится до меня голос Марины. – Скоро обед уже закончится, - констатирует она.

Встряхиваюсь.

Хватит его (Дёмина) бояться! В конце концов, есть отец. Можно реально рассказать ему о своих страхах.

И что тогда?

Он приставит к нам отряд охранников?!

Нет,  к такому я точно не готова.

Глава 29

Макар

Еду  мрачный к себе домой.

Полина встретила меня настороженно. Она не готова принять мою любовь.

Не любит? Не простила? Обижена…

Мысли роятся в моей голове, налетая одна на другую. Задаю себе вопросы, но не нахожу на них ответов. Особенно не хочется думать, что она разлюбила меня…

Нащупал в кармане коробку с кольцом. Внутренне взвыл. Не так я думал, буду делать предложение любимой. Впрочем, и не сделал. Полина со мной не хотела даже разговаривать. Вот бы я полез со своим  кольцом!

От злости хотел швырнуть его за окно машины.

От сумасбродного  нерационального поступка меня сдерживало только одно.

Я должен научиться управлять своим гневом. Иначе мне не видать Полины никогда! Ведь я должен перетерпеть, преодолеть кордон её неверия в меня. Её обиды. Терпеливо дождаться, пока она оттает…

Может, походить на сеансы к психологу? Поймав себя на этой мысли, выругался.

Твою…  ж! Бред какой лезет в голову. Справлюсь сам.

У меня  есть дети!

Мечтательно улыбнулся, вспомнив тепло и детский запах своих малышей.

У меня есть дети, которых я могу забирать в выходные дни! Проводить с ними время.

Надо подумать, поинтересоваться, что их увлекает в таком возрасте? Прикупить им игрушки, одежду. Продумать, куда повести их.

Чуть не забыл!

Надо позвонить отцу. Сообщить ему, что Полина позволила забирать детей к себе. Уверен, отец обрадуется не меньше меня.

- Папа! – набрал я отца. – Полина разрешила забирать детей  в  выходные дни.

- Макар, какое счастье…, - донесся сиплый от  волнения голос отца

***

До выходных ещё четыре дня.

С воодушевлением  обхожу квартиру. Выбираю самую уютную светлую комнату.

Здесь будет детская  для моих сыновей.

Когда подрастут, займут две комнаты. А сейчас лучше занять одну. Так будет им привычнее и веселее.

Делаю заказ для срочного  ремонта. Выбираю детскую мебель на сайте. Здесь представлены варианты, эскизы по оформлению детской.

Выбираю тот, что более подходит по возрасту моим мелким. Впрочем, нравится мне.

Это занятие принесло уйму эмоций. Настроение у меня приподнятое.

На столе вибрирует мобильник. Звонит отец.

- Макар! Я тут детскую выбираю, - выдаёт он.

- Понятно! Я тоже.

- Ты куда решил детей вести в первый раз? – интересуется отец.

- В Московский «Диснейленд», - отвечаю я.

- Понятно. Но в следующий раз обязательно ко мне!-  категорично заявляет он. – Я уже и детский бассейн заказал. Завтра привезут. И уйму всего для детского городка.

- Договорились, - соглашаюсь я, думая о том, что детям за городом будет привольно бегать. Пока ещё стоят погожие деньки.

- Меня  с собой в парк развлечений  возьмёте? – с надеждой спрашивает отец.

- Конечно. Я и сам хотел предложить, - с готовностью отвечаю.

- Ладно. Пока. Я занят, много дел, - быстро нажимает отбой отец.

Как изменился он за эти дни!  Узнав, что у него есть внуки и получив карт- бланш на общение с ними, он преобразился прямо на глазах. Снова стал деятельным энергичным жизнелюбивым.

Паша с Мишей придали новый смысл его жизни. Хорошо, что я всё - таки переборол себя и пошёл за советом к нему.

Новость его окрылила.

В пятницу поздно вечером все работы по ремонту и переоборудованию комнаты были завершены.

Удовлетворённо хмыкнул, окинув взглядом детскую, тучу игрушек, книжек и техники для пацанов.

План минимум был выполнен. Я даже умудрился купить сыновьям кое- какую одежду. Посмотрим, как подойдёт.

***

В субботу рано утром, я уже возле дверей Полиной квартиры.

Она открыла дверь заспанная такая уютная и домашняя, что у меня защемило сердце. Хотелось схватить её на руки, прижать к себе и не выпускать из своих объятий никогда.

- Макар, ты раньше, чем договаривались, - ровно произносит  Полина.

- Да мы  с отцом решили свозить детей  в Московский «Диснейленд». У нас сегодня намечен большой план мероприятий. Вот я и решил заскочить пораньше, - говорю, проходя в квартиру.

Я не стал говорить ей, что это отец примчался ко мне с утра пораньше. Так ему не терпелось провести время с внуками.

- А где Александр Вячеславович? – интересуется Поля.

- Внизу в машине ждёт.

Услышав в прихожей голоса, дети уже бегут сюда.

- Наш папа! Папочка пришёл! – звенят детские голоса.

Обнимаю, целую детей.

- Паша! Миша! Давайте быстрее. Там внизу дедушка ждёт. В «Диснейленд» поедем, - сообщаю я.

- Ура! Ура!! – побежали малыши к себе в комнату. - В "Диснейленд" поедем!..

Наконец, ведя обоих сыновей за руки, я приближаюсь к машине.

Отец ждёт  нас возле машины. Подсаживаем пацанов и трогаемся с места.

- Ну как Поля? – интересуется отец.

- Нормально, - односложно отвечаю я. Не хочу вдаваться в подробности.

И что тут скажешь? Если встречает она меня как чужого.

Каждый раз как чужого!

- Ничего – ничего, сын, - одобряюще  произносит отец. -  Всё будет хорошо.

Мне бы его уверенность…

Мы  пребываем в Московский «Диснейленд» - «Остров Мечты».

Перед взором громадный торгово - развлекательный комплекс. Ландшафтный  парк с набережной...

Приобретаем входные билеты  и попадаем в  парк с аттракционами внутри торгового центра. Проходы стилизованы под разные улицы. Красиво, будто улочки в Европе. Великолепно  оформлено и очень интересно детям.

У них глаза горят от восторга. Они бегут впереди нас.

- Паша! Миша! – то и дело окликаем мы с отцом.

День проходит стремительно.

Набегались,  накатались, накачались.

Нафотографировались вдоволь. Отец меня удивил. Он быстро перемещался, искал выгодные ракурсы для снимков, следил и подлавливал самые впечатляющие моменты эмоций детей.

Понравился паровозик   для малышей. Карусели. Дети, конечно, ещё совсем мелкие. Но удовольствие получили колоссальное.

Все  остались довольные. Впечатлениями, эмоциями, восторгами делились всю обратную дорогу домой.

Вечером я искупал детей. Утомлённые полусонные, у них  уже не было сил даже  играть в воде.

Укладываю их спать.

- Папа, а ты больше никогда - никогда от нас не уйдёшь? – спрашивает Паша, заглядывая в мои глаза.

- Никогда не уйду. Я буду всегда с вами! – целую я сына.

Иду  ко второму. Поправляю одеяло.

- Папочка, а почему тебя нет с нами каждый день? – спрашивает Миша. На глаза ему наворачиваются слёзы.

У меня у самого щиплют глаза. Я не знаю, что ему ответить. Но малыш ждёт моего ответа.

- Позже, мой хороший. Я обязательно буду  с  вами каждый день. Позже!

Глава 30

Полина

Конец первого рабочего дня. Оказывается, я немного устала. Шутка ли год не работала. Надо втягиваться побыстрее. Сроки проекта поджимают.

Еду за детьми в детский сад. С удивлением вижу утреннюю машину, присланную отцом. В ней, по-прежнему,  Вася и Гена.

Внутренне съёживаюсь. Мужчины выходят из машины и идут мне навстречу.

- Добрый вечер, Полина! – расплываются в улыбке.

- Добрый вечер! – выдавливаю я. - И что каждый день теперь будет такое сопровождение? – недовольно бурчу.

Молча кивают.

Морщусь.

Круто разворачиваюсь, иду в группу. Вася возвращается в машину. Гена уверенно идёт со мной. Рядом с ним я чувствую себя дюймовочкой. Кем чувствуют себя дети, боюсь даже представить. Наверное, гномиками.  Каждый из малышей может  уместиться на ладони у Гены.

Такой он громадный.

Нервно хихикаю над своими фантазиями.

Новая воспитательница Василиса Петровна женщина солидная в зрелом возрасте. Мы с ней познакомились ещё утром. Вежливая предупредительная.

Дети бегут ко мне навстречу счастливые и довольные.

Я улыбаюсь, радуясь тому, что сыновья адаптировались к новому садику.

- Ваши мальчики быстро сдружились с остальными детками. Очень хорошо. Быстро освоятся, - говорит Василиса Петровна, передавая мне детей.

Мы оделись, погрузились в машину и тронулись с места.

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида. Машина охраны неотлучно едет за нами.

- Дядя Гена там!  – шепчутся и вертятся мальчишки, показывая пальцами на задний джип.

- Там – там, - подтверждаю  я, думая о том, что отец продуманно приставил к детям Гену.

Но почему он сделал это так молниеносно? Неужели так опасен Дёмин?..

Встряхиваюсь.

Вот мы уже и дома.

Поднимаемся с детьми на лифте.

Звоню. Дверь нам открывает Алёна.

- Мама! – кричит она в глубину квартиры. – Тётя Поля пришла с Пашей и Мишей.

Заглядываю  на кухню.

Опешив, вижу за столом соседа Игната. С большим  удовольствием  он уплетает блины с клубничным вареньем.

Света хлопочет у плиты.

В шоке замираю на пороге.

Он что тут делает?.. Недоумённо сверлю его глазами. Игнат даже не думает смущаться. Будто происходящее в порядке вещей. Довольный сытый невозмутимый.

- Поля!  - наконец, реагирует на меня сестра. Обернувшись, бросает через плечо:  - Вот работничка кормлю.

Работничка? Что за бред!

- Мама! Мама! – прибегают близнецы на кухню. – Там у нас новые кроватки стоят. Такие удобные! – тараторят сыновья. Тянут меня за руки в комнату, похвастаться новинками.

- Кровати – то привезли. А сборка сказали -  не входит в заказ. Хорошо вот Игнат помог, - сообщает сестра. -  Собрал нам кроватки. Вот я и рассчитываюсь по-соседски, - засмеялась она.

- Полина, а классные у тебя пацаны! – произносит Игнат, прищурившись.

- Спасибо,   - отвечаю я и, развернувшись,  иду с детьми смотреть новые кровати.

Хлопает входная дверь. Игнат ушёл.

Света появляется в комнате. Подбоченилась.

Сейчас начнётся. Делаю вид, что не замечаю её боевого настроя.

- Полина, вот не пойму я тебя! Что тебе надо? – недовольно выговаривает она. – И один не хорош для тебя. И другой плох.  Ну, чего ты лицо – то воротишь?! Вижу я, как Игнат на тебя смотрит!  Его даже не смущает наличие двоих детей. Такого жениха ещё поискать надо!

- Свет! – пытаюсь  оборвать её пламенную речь.

Киваю на детей.  Те притихли. Прислушиваются к разговору. Чувствуют в воздухе напряжение...

- Чего ты мне рот затыкаешь?! – несёт сестрицу. – Парень не пьёт, не курит. Хорошо зарабатывает. Что ещё тебе надо?

Ничего не отвечаю.

***

А через три дня я  уже провожала сестру. Мы стояли  посреди  аэропорта.

Обнялись на прощанье.

- Спасибо, Света. Ты так вовремя приехала. Помогла мне, поддержала. Без тебя в такой момент жизни мне было бы непросто.

Сестра отпрянула от меня. Глаза её подозрительно блестят.

- Ты прости меня, сестрёнка,  с этим чёртовым домом!  - лопочет она, стараясь не разреветься. Я округляю глаза до предела: С каким домом? – Ну, Вовка попутался с деньгами. Иначе я бы никогда тебя оттуда не попросила.

И всё – таки слёзы выступили на её глазах, покатились по щекам.

- Брось, Света! Ты о чём? Я давно простила. Я ведь понимаю, что Вовка отец твоих детей. Да и любишь ты его.

Света открыла рот, чтобы возразить.

- Даже не думай, убеждать меня в обратном! – засмеялась я

***

Наступила суббота. Макар забрал детей. Я выскочила на балкон, хотела проводить их взглядом.

Стою на балконе, наблюдая, как Макар с отцом и детьми садятся в машину.

Близнецы так радостно бросились в объятья  деда, что я почувствовала удар  в самое сердце.

Из-за собственной обиды, я  лишала радости  общения Макиевских с детьми. Не говоря уже о том, чего лишала детей. Они всё столько пропустили…

Машу рукой детям вслед. Они не видят. Не смотрят. Увлеченно что – то рассказывают деду. Им так хорошо вместе…

Мне грустно. Дети уехали на все выходные. Я не привыкла быть без них. Не привыкла принадлежать самой себе. Последние  четыре года я жила только детьми. Только их жизнью.

А теперь вдруг у меня образовалось время, которое я могу просто так, без чувства вины потратить на себя.

Это так непривычно.  Я даже не представляю, чем заняться.

Неожиданно чувствую на себе чей-то взгляд. Поворачиваю голову. На соседнем балконе стоит Игнат.

Он что следит за мной?

Я злюсь. Застал меня  в такой момент, когда я испытываю душевное смятение. Не хотелось, что бы кто- то видел меня такую.

Наши глаза встречаются. Он прожигает меня серым взглядом. Хочу отвести глаза и не могу этого сделать.

- Это твой бывший? – спрашивает Игнат, кивая на выезжающую машину со двора.

Молча киваю.

- Любовницу завёл? – спрашивает сосед, оценивающе скользя по мне взглядом.

- Не знаю, - равнодушно пожимаю плечами.

- Не сошлись характерами? – усмехается Игнат. – Модная формулировка при разводах.

Стискиваю зубы, кусаю губу.

Зачем ему подробности моей личной жизни?

- Я понимаю, ты свободная сегодня, - констатирует Игнат. – Давай сходим куда-нибудь.

Вздрагиваю.

Я? Сходить куда- нибудь?..

Бросаю на него смущённый взгляд.

Брутальный загорелый самоуверенный красавчик. Модная трёхдневная щетина. Таинственный загадочный серый взгляд…  залипший на мне. Ощупывающий меня.

Я прямо кожей это чувствую!

Зачем ему мать – одиночка с двумя малолетними детьми?

Известно, зачем. Хочет утешить  в своих  жарких объятьях…

Прости, дорогой, я не по этой части! Ловлю мелькнувшую мысль на самой кромке сознания.

Легко отказать, когда не испытываешь никаких чувств.

Внутри меня растёт протест. Чувствую, как начинает разгораться огонь… Опасный неукротимый неистовый.

У меня так давно не было секса!

Не рано ли я ставлю на себе крест?  На своей личной жизни.

Чёрт! О чём я только думаю?..

Встряхиваюсь. Прихожу в себя.

- Нет. У меня полно дел! - вру, даже не покраснев.

Конечно, я давно никуда не выбиралась. Уже забыла, как это делается. Пойти просто так повеселиться, развеяться, отдохнуть. Мечтательно улыбаюсь.

Пойти с Игнатом, - просто так не получится. Он явно захочет продолжения…  Его раздевающий взгляд преследует меня даже сейчас. Он хороший парень. Возможно. Но этого мало, чтобы дать ему повод для продолжение истории...

Я люблю Макара.

Другое дело, что не могу простить. Не могу  поверить ему снова.

Может мне действительно нужно больше времени? А может, это уже всё - конец…  Я не знаю.

Но сначала я должна разобраться в себе.

- Спасибо, Игнат за предложение. Обязательно воспользуюсь…  как – нибудь, - бросаю я, обернувшись через плечо и скрываясь в двери балкона.

Практически сбегаю.

Глава 31

Макар

В воскресенье вечером везу детей к Полине.

- Папа, - говорит Паша. – А ты будешь забирать нас из детского сада?

Внутренне напрягаюсь.

Как объяснить малышам, что я лишь воскресный папа? Что их мама пока не разрешает мне большего?

Но я не могу этого сказать сыновьям.

- Я пока не могу, дети. Очень занят на работе. Заканчиваю тогда, когда уже ваш детский садик закрыт, - как можно мягче произношу я.

- А другие папы могут! – обиженно добавляет Миша.

- Ну, простите, дорогие мои, - улыбаюсь я. – Давайте чуть позже вернёмся к этому.

- Когда позже? – настолько серьёзно спрашивает Паша, что я теряюсь.

Если я назову конкретные сроки, дети будут ждать. А что если Поля не разрешит?

Что тогда?

Оказывается, дети могут ставить в тупик. И я  в нём.

- В следующие выходные поедем к деду за город, - пытаюсь сменить я тему. – Там есть  бассейн, горки, карусели. Много всяких игр и забав. Чуть не забыл! Дед вам приготовил велосипеды трёхколёсные. Хотите поехать?

- Хотим! Хотим! – затараторили сыновья.

- Ещё рыбачить будем. Там пруд есть, – воодушевлённо говорю я.

- Я вот такую рыбу поймаю!  - оба пацана разводят руки в стороны.

Мы дружно смеёмся.

Боже! Какое это счастье – быть вместе  со своими детьми.

Я расслабился. Решил, что сыновья забыли свой вопрос.

Мы въезжаем во двор.

- Пап, а когда ты придёшь за нами в детский сад? – неожиданно насупившись, спрашивает Павел. – Пусть все ребята видят, что у нас тоже есть папа!

Вот в чём дело! Дети просто так не забудут эту тему.

- Давайте, сделаем так, – скрепя сердцем, предлагаю я. – Спросим у мамы. Когда она разрешит, тогда я за вами и приду.

Припарковываю машину. Беру детей за руки и веду домой к Полине.

Едва она открыла дверь, как мальчики хором закричали:

- Мама! Мамочка! Можно папа будет забирать нас из детского сада?

Они оба виснут на ней, обнимают. Соскучились. С надеждой пронзительно смотрят на неё своими глазками - бусинками.

Полина одаривает меня своим тёмно – зелёным взглядом, полным разрывающихся золотистых снопов искр. Я знаю этот взгляд. Она сердится. Думает, что это я настроил детей.

Возможно. Только отчасти. Ведь я не был инициатором. Но я попал меж двух огней.

Что мне оставалось делать, Поля?

Пытался донести я своим виноватым взглядом.

- Хорошо, - подумав несколько секунд, сжалилась она над нами. – Пусть папа забирает вас по средам из садика к себе и утром отвозит  обратно в садик.

Сыновья прыгают от радости. Целуют свою мамочку.

Она улыбалась детям.

Когда закрывала за мной дверь, на лице её была уже непроницаемая маска. Радовать меня своей улыбкой она не собиралась.

Дверь закрылась. Я заскрипел зубами.

Полина! Когда же ты простишь меня?

Любимая моя, когда?!

***

Сижу в офисе. С утра напряжённая работа. Едва успеваю отвечать на звонки и решать серьёзные вопросы.

Очередной звонок. Хватаю трубку.

- Макар! – раздаётся в мобильнике капризный голос Роксаны.

Он разрывает мне мозг!

Твою… ж!

Какого чёрта! Зачем я принял вызов с неизвестного номера? Ведь зарекался. Знал, что со стороны Роксаны будут поползновения. Знал, что просто так она не отступиться. Не в её характере отступать.

Знал и ждал. Но в критический момент машинально принял вызов.

И что только втемяшила Роксана  себе в голову?!

Впрочем, лучше этого не знать. Думаю, ничего хорошего.

Аж побелели костяшки пальцев, с такой злостью я крепко сжал кулаки. Боли не почувствовал. Зато почувствовал, что Роксана доставит мне ещё немало хлопот, головной боли и изрядно понервирует.

Надо с ней пожёстче. Хватит изображать джентельмена. Она всё равно этого не оценит.

- Макар!  Я в твоём бизнес – центре!  - радостно сообщает Роксана.

- В каком бизнес – центре? – в шоке спрашиваю я.

- Говорю же, в твоём! – воркует она. – Ну, не думаешь же ты, что я такая глупая барышня, что не найду главный офис твоей корпорации?!

Я завис от неожиданности.

Внизу охрана. Как она могла пройти? Хотя проныра ещё та. Если что вдолбит в свою голову, обязательно добьётся. Жалко только выражается это не в позитивном ключе.

Моё молчание она  расценивает по-своему.

Что я повержен. Либо восхищён её талантами.

Эта девушка неадекватная? Не понимает, что я ей говорю? Или так одержима мной?

Про любовь не думаю. Потому что любит Роксана только себя.

- Ты где? – цежу я.

- На двадцать первом этаже в кафе, - с готовностью сообщает она.

Внутренне взвыл. Придётся встретиться, поговорить.

Смотрю на часы. Через пятнадцать минут наступает обед. Там будет многолюдно.

Успею!

- Сейчас буду,  - сухо бросаю я.

Злой поднимаюсь на двадцать первый этаж. Иду быстрым шагом в кафе. Захожу и окидываю взглядом помещение. Здесь уже начинают подтягиваться сотрудники на обед.

Морщусь.

Роксана грациозно поднимается  со своего места из – за столика. Машет мне рукой. Стройная высокая девушка с большими, словно бархатными, карими глазами.

Если не знать её характер, то…

Но я знаю.

Поэтому иду к ней, надев на себя маску непроницаемости. Приближаюсь к её столику. Она изогнулась, подставив свои губы для поцелуя. Делаю вид, что не замечаю. Устроился на стуле напротив.

- У меня очень мало времени! - хмуро говорю я, глядя на часы. – Зачем ты здесь?

- Котик…, - начинает она.

Я полоснул её холодным взглядом.

- Прости, милый!  Всё время забываю, что ты не любишь, когда я так тебя называю вне постели…

Твою… ж! Что за женщина?! Нет, она точно одержимая.

- Я жду! – цежу  сквозь зубы.

Чувствую на себе любопытные взгляды сотрудников офисов. Морщусь.

В этом вся Роксана! «Удачное» выбрала место и время. Ничего не скажешь!

Зря я пошёл у неё на поводу. Думал, объясню ей всё за пять минут и выпровожу.

Я что не знал Роксану?

Бесит она меня!

Почувствовал под столом, как  моя брюнетка – фурия, скинув туфли  с ног,  касается ножкой моей ноги...

- Роксана! – нервно шиплю я. – Либо ты немедленно прекратишь. Либо я ухожу! – Резко отшвыриваю её ногу.

Мне только кажется или мы действительно в центре внимания всего зала?

Я вне себя.

Меня топит злость и раздражение.  Борюсь с кипящими эмоциями внутри.

Кладу свои руки на стол.

Похоже, у меня рецидив! Усмехаюсь я. Делаю глубокий вдох.

Готовлюсь к марш- броску.

- Послушай, Роксана! – твёрдо произношу я.

Она убирает ноги. Зато накрывает своими руками мои. Я не дёргаюсь. Смиряюсь. Хочу, чтобы хоть минуту она послушала меня внимательно.

- Я женат! - говорю, словно выплёвываю я.

- Ты никогда не говорил об этом! – взвизгивает она.

Её большие карие глаза подозрительно блестят. Она смотрит на меня, не мигая.

Переваривает информацию? Надо ей помочь.

- И у меня есть дети, - жёстко добавляю я.

Достаю свой мобильник. Открываю заставку, на которой счастливо улыбаются мои сыновья.

- Вот, – показываю ей. – Никогда никто не может встать между нами! - оглашаю я таким тоном, словно приговор.

Убираю мобильник в карман.

Моя собеседница ошеломлена. Она открывает рот и не знает, что сказать.

Обычно Роксане слов не занимать. Но тут новость явно  застала её врасплох.

Насчёт женитьбы я, конечно, преувеличил. Но в остальном - правда такова.

- Роксана, – поднимаюсь я со своего места.  -  Я был добр к тебе. Но твоё поведение становится назойливым невыносимым. Не заставляй меня принимать жёсткие меры!  - холодно бросаю я уже  на ходу.

Она остаётся сидеть неподвижно на своём месте, подперев голову руками, старательно массирует виски.

Я ухожу из кафе, чувствуя спиной прицельные прожигающие взгляды…

Чёрт! Роксана, как ты меня подставила!

***

Полина

И вчера, и сегодня утром, пока везла детей в детский сад они без умолку рассказывали мне, как провели выходные. Какой чудесный «Диснейленд» посетили. У них была туча впечатлений и эмоций об этом событии.

Ещё они делились со мной своей радостью.

- Мамочка! У нас теперь тоже, как у всех ребятишек в детском саду есть ПАПА! – с придыханием говорит Паша.

- Любимый папа! – добавляет Миша. – Он такой добрый и весёлый.

- И дедушка добрый! – спешит сообщить Павел. – Он тоже любимый. Папа сказал, что в следующий раз мы поедим рыбачить на пруд к деду…

Слушая своих малышей,  думаю о том, что у детей обязательно должны быть оба родителя.

И вообще, может, мне пересмотреть своё отношение к Макару? Из него получается прекрасный отец. Возможно, получится и…

Ловлю себя на том, что начинаю думать о нём не просто как о папе сыновей. Но как о мужчине.

Том мужчине, которого я люблю…

Ведь каждую ночь, засыпая, его образ всплывает  передо мной. Все четыре года!  И, сколько не боролась я сама  с собой, всё равно его пронзительный синий взгляд преследует меня. Я тону в нём, даже тогда, когда его нет рядом… и у меня нет шансов всплыть на поверхность.

Макар моя первая любовь. Первая и единственная...

Сижу за рабочим компьютером в офисе. Работа над проектом в самом разгаре. Не замечаю, как наступает обед.

Мы сдружились с Мариной. Кроме того, что она мой руководитель, мы с стали ещё и подругами.

Спускаемся в лифте на двадцать первый этаж в кафе.

- Поль, давай в пятницу рванём в ночной клуб! - предлагает Марина, необременённая семьёй и детьми.

Рванём в ночной клуб? Я?

Какой – то бред! Что мне там делать?

- Нет, Марин. Я не могу. У меня дети, - отказываюсь я.

- Позвони бывшему, - бубнит Марина. – Пусть заберёт их в пятницу!

Мотаю головой.

Позвонить я, конечно, могу. Вот только в клуб идти не хочу.

- Ты не можешь мне отказать, Поля! – категорично заявляет Марина. – В пятницу мой день рождения. Мы с девчонками всегда в этот день идём в клуб. Традиция такая, – смеётся она. – И ты приглашена!

- Ну, не знаю, Марин. Это вряд ли, - бурчу я.

- Подумай хорошо, - говорит Марина.

Я киваю. Только мне и думать не надо.

Я точно туда не собираюсь!

Устраиваемся в кафе на своём любимом месте.

Марина смотрит куда – то за мою спину. Мне неинтересно. Я обедаю. Надо быстрее справиться. И идти на своё рабочее место. Ведь после работы я не могу задерживаться. Мне за детьми в садик.

Не люблю забирать их поздно. Мне кажется, что это психологический стресс для детей. Когда уже забрали других детишек, моим может казаться, что их забыли… Не хочу причинять детям волнения.

- Ты не представляешь, Поля! – восклицает возбуждённо Марина, залипнув на ком – то за моей спиной. – Известный владелец металлургической империи, завидный холостяк устроил свидание с какой – то особой прямо здесь в кафе бизнес – центра. Феерическая новость!

- Понятно,  - киваю, не оборачиваясь. Спешу быстрее управиться с обедом.

- Полька! Ты только взгляни на это! Они даже не стесняются, - с придыханием сообщает Марина.

Обернувшись назад, бросаю взгляд на объект внимания, который так взбудоражил мою начальницу. По совместительству, подругу.

Ошеломлённо взираю  на… Макара.

Он сидит ко мне вполоборота.

Напротив него – красивая яркая жгучая брюнетка с большими бархатными тёмными глазами. Она смотрит на него с обожанием. Трогает его ногой под столом…

Меня бросает в жар. Перехватывает дыхание. Краска заливает  лицо. Мне стыдно за него. За себя.

Я не могу сказать ни слова.

Резко поднимаюсь со своего места. И вылетаю из кафе.

Бегу по ступенькам вверх на двадцать третий этаж в офис. Слёзы катятся по моим щекам. Перед глазами пелена.

Спотыкаюсь, едва не падаю.  Пролетаю две ступеньки, висну на перилах.

Пытаюсь отдышаться.

Что это было?

Макар?! Внутренне кричу я.

Ты же уверял меня, что любишь! Просил прощения. И я уже была готова простить тебя.

Сегодня всю ночь не спала. Ворочалась, всё думала. Себя винила…

Боже! Как ты можешь так поступать, Макар?!

Встряхиваюсь. Прихожу  в себя.

Возвращаюсь  в офис. Здесь никого нет. Все на обеде.

Вытираю слёзы. Сажусь работать.

Это мой шанс забыть то, что только что видела  в кафе…

Вслед за мной в комнату влетает Маринка.

- Полина! Что произошло? Почему ты ведёшь себя так, словно увидела там демона?

Вскидываю глаза на подругу.

- Он не демон, – лепечу я. – Хуже! Он мой бывший.

- Макар Макиевский твой бывший? – оторопев, восклицает Марина. Поджав губы, киваю. – Отец твоих близнецов?! – уточняет подруга таким тоном, словно это было чем- то запредельным. За гранью её понимания.

Снова хмуро киваю.

Повисает пауза. В которую Марина старательно морщит лоб, пытаясь уложить в своей голове полученную только – что информацию.

- Так ты, поэтому устроилась к нам в «Креатив Медиа – Групп», чтобы быть поближе к нему? –  неожиданно осеняет её.

Поближе к нему? Что за бред!

- Марин! Я понятия не имела, что его офис в этой же башне! – бурчу я.

Меня топит злость.

- Куда ты там меня звала в пятницу вечером,  - в клуб? – нервно уточняю я.

- Ты надумала?! – радуется  Марина. – Правильно. Хватит его ждать!

Ждать? То есть это так выглядит теперь? Что я его жду. А он, как мы только что видели, времени зря не теряет.

Да пошёл он!

- Нет, конечно, богатым позволительно многое, - рассуждает вслух подруга. - Но не до такой же степени! Чтобы свидание устраивать прямо в офисном здании. Ну, если уж так невтерпёж было, закрылись бы в его кабинете…

Поймав мой хмурый взгляд, Маринка прикусила язык.

- Прости меня, дорогая. Это было некорректно с моей стороны. Понимаю, как тебе неприятно.

Неприятно? Мне? Да мне хочется его придушить!

Вместо этого, я строчу ему смску:

«Ты можешь забрать детей в пятницу из детского сада?»

Ответ прилетает мгновенно. Я проваливаюсь в переписку.

«Конечно, заберу»

«Спасибо. Привезёшь детей в воскресенье», - с остервенением строчу я.

«Хорошо»

Какой вежливый!  Соглашается со всем. Не говорит, что у него другие планы на пятницу… с роковой брюнеткой.

Впрочем, моя просьба ничем ему не помешает. Отвезёт детей к своему отцу. Тот будет только рад. А Макар свалит к своей…

Ох! Лучше не думать о них. Мне работать надо. Проект горит. Да и испытательный срок никто не отменял.

Пусть Макиевский  делает что хочет. Это не моё дело.

Мы же с ним бывшие!

Сердито уткнулась я в свой компьютер.

Глава 32

Полина

Сегодня пятница. Собираюсь в клуб.

Надеваю тёмно – синее обтягивающее платье. Смотрю на себя в зеркало. Становится неловко. Слишком глубокий вырез. И короткое.

Морщусь.

Правда это выгодно подчёркивает мои длинные стройные ноги. Я давно забыла, что могу выглядеть вот  так.

Платье надела впервые. Ради такого мероприятия. Цвет платья очень идёт мне. Я в нём эффектная.

Расчёсываю волосы. Они блестящими  волнами спадают мне на плечи. Достаю косметичку. Навожу лёгкий макияж.

На яркий - рука не поднимается. Всё – таки я мама двух деток. А не девица, как некоторые...

Фыркаю.

Будь они оба неладны! Снова прилетели мне в голову.

В конце концов, Макар мне никто. Имеет право, встречаться с кем хочет. Я же  сама дала ему отворот – поворот!

Чего же теперь ревную?

У каждого своя личная жизнь.

Достаю из коробки тёмно – синие туфли на стервозных шпильках. Обуваю и кручусь перед зеркалом.

Вот, теперь я готова к выходу в свет.

Точнее, в ночной клуб.

Машину брать сегодня  не планирую. Иду веселиться. Выпью пару бокалов коктейля.

Настроение в самый раз! Оторваться по полной!

И забыть этого невыносимого Макара с его синим, проникающим в самую душу взглядом.

«Ты скоро?» - читаю очередное сообщение от Марины в мобильнике.

«Выезжаю!» - строчу я и выхожу из квартиры.

Внизу меня ждёт такси.

***

Приезжаю в клуб «Поинт». На входе жмётся толпа молодых людей, которые по каким - то причинам здесь лишние. Их не пропускают охранники. Стою в растерянности за этой толпой.

За спинами верзил – охранников в проёме двери появляется Маринка. Она заметила меня.

- Полин! Давай сюда! – кричит, размахивая руками.

Легко сказать: Давай! Но как пробиться через толпу жаждущих попасть внутрь? Я в растерянности. Бегаю за ними, пытаясь хоть как-то просочиться между людьми.

Неожиданно двое молодых людей тараном проталкивают меня к самой двери. Отряхиваются, и как ни в чём не бывало, идут внутрь.

Не успеваю не то, что поблагодарить своих «спутников», но даже разглядеть. Единственное, что успела увидеть это руки одного в татуировках.

- Слава Богу! – встречает меня Марина. – Я уж думала, ты не пробьёшься.

- Я бы и не пробилась, - смеюсь я. – Какие – то парни меня «внесли». Похоже, на их пути оказалась.

Марина схватила меня за руку и потащила внутрь.

В зале гремит музыка. Здесь тебе и  караоке. И стриптиз.

Не успела я опомниться, как мы с Маринкой уже оказались за столиком с её знакомыми девочками.

- Полина! Моя коллега и новая подруга, - представила она меня своим девчонкам.

За столом пять девушек. Окидываю взором зал. Подсветка меняет освещение зала от розового до ядовитого цвета фуксии. Все кажется загадочным и таинственным.

Веселье в полном разгаре. Пьют лёгкий коктейль  и поют караоке.

Я удивлена, что в зале много молодых мужчин.

Они что тоже попеть пришли?!

- Это, - наклонившись ко мне, кивает Маринка на орущих (поющих) во всё горло подруг. – Только для затравки. Скоро в стрип клубе будет настоящее зрелище - эротическое шоу! – глаза её горят от предвкушения.

Я не разделяю её воодушевления.

Наверное, безнадёжно отстала. Хмыкаю я, пожимая плечами.

Заказала себе коктейль.

Царящая непринуждённая атмосфера, лёгкий алкоголь, веселье сделали своё дело. Вскоре я расслабилась.

И уже получала удовольствие от времяпровождения.

Впервые с рождения близнецов я позволила себе куда – то пойти развлекаться. Расслабиться. Просто веселясь и получая от этого удовольствие.

Кайф!

- Пойду в туалетную комнату, попудрю носик, - бросаю я Маринке на ходу, удаляясь из зала.

***

Едва оказываюсь в отсеке, ведущим в санузлы, как слышу за собой торопливые шаги.

- Вот птичка и попалась! – слышу сиплый до боли  знакомый голос.

Презрительный тон, которым произнесена эта рванная отрывистая фраза, не сулит мне ничего хорошего.

Вздрагиваю. Откуда он здесь?

Дрожь прошивает тело. Сжимаю голову в плечи. Кажется, потолок рушится на меня…

Медленно поворачиваюсь на источник звуков.

Передо мной стоит Дэн, широко расставив ноги. В его глазах плещется ненависть, злоба, решительность.

Взгляд его пугает, вводит в ступор. Ноги подкашиваются.

Отступаю назад и упираюсь спиной к холодному кафелю стены. Залипаю к стене, словно хочу просочиться, провалиться сквозь неё!

Я слишком хорошо знаю Дэна. К своему ужасу знаю, на что он способен. Если даже детей не щадит! Нервно сглатываю. Горло пересохло, не могу сказать ни слова. От страха дрожу и боюсь потерять сознание. Ведь тогда он сделает со мной всё, что хочет…

За ним вырастает незнакомый парень. Он вскидывает руку и в полумраке освещения мелькают уже знакомые мне татухи.

Эти руки сюда меня «внесли»… Похоже, и вынесут отсюда. Ловлю тревожные мысли на самой кромке сознания.

Оба сально ухмыляются, словно знают, что последует дальше…

- Ну, что дорогая мачеха, вот мы и встретились! – с издёвкой шипит Дэн мне прямо  в лицо.

Беспомощно озираюсь по сторонам. Кроме нас троих здесь никого нет. Зато гремящая музыка и ор поющих доносится сюда отчётливо.

Если я закричу, взвывая о помощи, меня не услышит никто. От слова абсолютно.

Дэн нависает надо мной. От него несёт спиртным. Похоже, успел изрядно выпить. А тут я…

Двумя пальцами он грубо берёт меня за подбородок. Поднимает. Дышит перегаром прямо в лицо. Никогда раньше я не видела его пьяным в компании отморозков…

- По-хитрому улизнула из дома, и думала, на этом всё?! – зловеще цедит он сквозь зубы, сузив от ярости глаза. – Ты осталась должна!

Он вообще нормальный? Что он несёт?

- Я рассчиталась с тобой! – выплёскиваю я.

Дэн криво усмехается. Поворачивает голову к напарнику.

- Федь! Ты слышал? Как эта су…  безмозглой прикидывается? Отец из-за неё отказал мне в продолжение учёбы за границей. Приток бабла ему перекрыли.  Вот из-за этой дряни!

Он больно ткнул меня в грудь. Я вскрикнула. Интуитивно прижала руки к груди, защищаясь.

Дэн, долго не раздумывая, начал подталкивать меня к мужскому туалету.

Сердце бешено колотится в груди. Ноги не слушаются. Перед глазами всё плывёт.  Какой ужас…

- Что здесь происходит? – как сквозь вату, слышу хриплый мужской голос.

- Не твоё дело, мужик! Вали отсюда…, - цедит напарник Дэна.

- Девчонка не хочет с вами идти. Отпустите! – продолжает настаивать неизвестный.

Не вижу его. Только слышу его низкий голос.

Я напряжена. Прерывисто дышу. Дэн затолкивает меня в дверь мужского туалета.

Сопротивляюсь из - за всех сил. Какого чёрта надела сегодня эти стервозные шпильки?! Скольжу по кафельному полу.

У меня почти нет шансов.

- Она должна отработать долг! – доносится продолжающая перепалка за спиной.

Слышатся  гулкие удары. Кого – то ударили об стену… Мат. Снова удары, вперемежку с матом.

Дэн злорадно пинает дверь ногой. Она захлопывается. Мы остаёмся один на один  с ним в мужском туалете.

Он сильнее меня физически…  Мелькают обрывки мыслей в голове. Его ненависть ко мне и состояние опьянения только добавляют ему драйва для осуществления задуманного.

Мена переклинивает.

Борись, Полина! Борись до конца. Хватит быть жертвой семьи Дёминых!

Резко наклоняюсь вниз. От неожиданности Дэн ослабляет хватку. Снимаю туфель с ноги. И размахнувшись, всаживаю шпильку прямо ему в шею.

Дэн взвыл.  Мгновенно выпустил меня из рук.

- Су…, твою… ж! Ты чего творишь?!..

Я больше не думаю. Быстро снимаю второй туфель с ноги. Прижав оба к груди, стремительно выскальзываю из мужского туалета.

Бросаю быстрый взгляд на дерущихся. Хотя они уже не дерутся. Напарник Дэна повержен. Похоже, сполз по стенке, потому что на стене кровавый след.

Над ним замер широкоплечий здоровый парень.

Увидев меня, воскликнул:

- Полина! Подожди…

Он назвал меня по имени? Или мне показалось на почве стресса?

Какая разница! Медлить нельзя ни секунды.

Слышны голоса бегущих на шум  охранников.

Плохие новости!

Всех заметут в полицию! Получается, я тоже успела  поучаствовать в драке. Нанесла удар  в шею противнику «острым»  предметом.

Надо валить отсюда!

Судорожно думаю о том, что в зал возвращаться нельзя. Хотя там у меня осталась сумочка и ключи от квартиры. А главное, мобильник!

Внутренне взвыла. Времени нет.

Быстро оглядевшись по сторонам, лихорадочно думаю.

Надо бежать в служебный блок! На кухню… там по любому должен быть запасной выход. Принимают же они свои продукты каким- то образом?..

Бегу на кухню. На меня никто не обращает внимания. Затравленно озираюсь по сторонам. Ищу двери. Вижу целых три. Бегу к первой.

Распахиваю…

Кладовка с тарой и ещё каким-то кухонным инвентарём. Нет времени  разбираться.

Нет времени думать.

Закрываю. Устремляюсь к другой.

Напряжение зашкаливает. Нервы натянуты как струна. Чувствую, что работники кухни меня уже заметили.

Ловлю на себе ошарашенные взгляды.

Нельзя реагировать. Нельзя обращать внимания. Это может сбить меня с темпа.

Быстрее, Поля! Быстрее! Беги!

Вторая дверца того хуже, вела в морозильную камеру…

Кидаюсь к третьей двери. На пути встаёт рослый мужчина в униформе повара.

Он расставил ноги и раскинул руки.

Ловит меня?!  Как стрёмно – то…

Может, он думает, что я что- то украла и сбегаю?

В голове  лихорадочно мечутся мысли, ища выхода. Точно так же, как и я на этой кухне…

В руках у меня только туфли. Я поднимаю их вверх. Показываю, что у меня ничего нет.

Боже! У меня нет даже телефона, придурок! Пусти!

Самое плохое заключается в том, что я не знаю, куда бежать. Осталась всего лишь одна дверь…

Вдруг и там тупик! Пронзает меня, словно током.

Мужчина большой и у него  солидное пузо. Молниеносно решаю, что он не так изворотлив, как я.

Это мой шанс!

Холодное «оружие» у меня есть. Ловлю коварную мысль. Но я не решаюсь его применить. Это уже слишком.

Но просто так мне хрупкой девушке не сдвинуть эту махину с пути.

Какого чёрта я медлю?..

Толкаю мужика со всей силы. Он стоит как скала. И уже берёт меня в захват…

Выхода нет. Прости меня, незнакомец!

Со всей силы надавливаю на него шпильками обеих туфель…

Попадаю во что – то мягкое.  Шпильки проваливаются. Повар вскрикивает. Резко отталкивает меня от себя.

Крепко прижимаю к себе туфли. Без них мне теперь никак. Бочком ныряю рядом  с ним. И несусь к двери.

Толкаю.

Пьянящий воздух свободы едва не сносит меня с ног.

Я на улице!

Глава 33

Полина

Замираю  на месте. Пытаюсь отдышаться, прийти  в себя. Понять, где я?

И что делать дальше? Куда бежать?

Мне нужно такси.

Чёрт! У меня нет ни денег, ни ключей, ни телефона!

За мной гонятся все! Охрана заведения. Дэн со своим дружком. А ещё какой – то верзила, который хотел отбить меня у Дэна.

Вот только не понятно, с какой целью. Самое паршивое, что он знает моё имя…

Кто он такой? И что ему нужно от меня?

Надеваю туфли. Морщусь. В таких далеко не убежишь. Не самая удобная обувь шарахаться по улицам. Но другой нет.

Оправила на себе платье. Причесала пятернёй растрёпанные волосы.

Думаю, теперь вид сносный.

Правда, платье слишком короткое для ночных прогулок по улице. Тем более, для ловли попутки...

Нервно сглатываю. Выбора нет.

Надо убираться отсюда немедленно. И подальше. Потом попрошу у встречных мобильник, позвоню Маринке…

Выхожу на дорогу.

Вглядываюсь в вереницу мчащихся машин. Тачка нужна поскромнее. Чтобы не нарваться среди ночи на ещё одних отморозков.

Не успеваю привести в порядок мысли, как возле меня тормозит огромный блестящий джип. Его чёрные, словно лакированные бока хищно блестят под светом фар, пролетающих мимо машин.

В панике пячусь назад от полотна дороги. Внутренне сжимаюсь.

Дверца открывается. Сердце моё замирает. Пропускает удар. С пассажирского сиденья выбирается верзила из клуба, который набил морду напарнику Дэна.

Как выследил он меня?! Как охотник дичь…

- Полина! Пожалуйста, не бойся! - заговорил торопливо он.

Не бойся? Да я теперь от собственной тени шарахаюсь!

- Нас Эдуард Эммануилович приставил к тебе. Мы отвечаем за твою безопасность, - на одном дыхании выплеснул парень, опасаясь, что я снова подамся в бега. – Садись в машину. Довезём, куда скажешь.

Я немного успокоилась. Парень не делает резких движений. Боится меня спугнуть.

Но просто так садиться в машину  к незнакомцам я точно не собираюсь. В конце концов, мы находимся в центре Москвы. Здесь повсюду видеокамеры. И я готова закричать в любой момент.

На сегодня с меня  приключений хватит!

- Набери отца! – в приказном тоне говорю я.

А почему бы и нет. Ведь он утверждает, что они (их двое  в машине) - моя охрана.

– И дай мне трубку.

- Меня зовут Альберт, - представляется парень, набирая номер. – А он Сева, - кивает на напарника.

Очень приятно! Бурчу про себя.

Конечно, я понимаю, что Альберт мне здорово помог. Ведь с двумя я бы не справилась. И чтобы тогда было, страшно даже подумать. Ведь Дэн с его дружком точно без тормозов…

Альберт протягивает мне свой мобильный телефон.

- Папа, - говорю сиплым от волнения голосом. – Ты действительно  приставил ко мне охрану?

- Да, - произносит отрывисто отец. – Альберт с  Севой за тобой присматривают. Сегодня, как я понял, их помощь тебе понадобилась.

Значит, ребята уже доложили.

- К сожалению, это так, - выдавливаю я из себя.

Мне неловко, что отец в курсе моей истории. Мне неловко принимать от него помощь.

Почему так? Ведь он мой отец?!

Почему я никак не могу сломать стену между нами, выстроенную мною же!

- Ты приедешь сейчас ко мне в гости? – спрашивает он отстранённым голосом.

Не верит, что я соглашусь?.. А я соглашусь. Надо же когда начинать преодолевать барьер между нами.

Сегодня, в самый раз!

- Да, - коротко бросаю я и сажусь в машину.

Мы едем за город к моему отцу. Я сижу на заднем сиденье,  откинувшись на спинку.

Закрываю глаза.

События, произошедшие в клубе, мелькают перед взором, как кадры киноленты.

Дэн ублюдок! И отец и сын Дёминых - оба конченные! Теперь, конечно, отец разберётся с ними по полной. Сомневаться не приходится.

Но я и сама хороша! Мама двоих детей. Какого чёрта попёрлась в ночной клуб?!

Что я там забыла? Конечно, я разозлилась на Макара… Но это не повод кататься по ночным заведениям.

Ругаю себя.

Кстати, у Маринки сегодня день рождения. А у меня в клубе осталась сумочка с мобильником и ключами от квартиры.

- Альберт, дай мне, пожалуйста, телефон. Позвонить надо.

Альберт, впрочем, как и его напарник Сева, оба крупные широкоплечие парни. Там в клубе я напугалась его не меньше, чем Дэна с Федей.

Но сейчас я уже расслабилась.

- Марин! – говорю я приглушённо в трубку.

- Наконец - то, Полинка! Я тут с ума сошла, куда ты подевалась! Ещё в клубе какая – то драка произошла.  Наряд полиции прибыл. Уже не знала, что и думать. Боялась, что они тебя загребли.

- За что? – нервно засмеялась я.

- Сказали, в драке участвовала и девушка, - пролепетала подруга.

Я не хотела вдаваться в подробности. Особенно сейчас.

- Ладно, Марин. Я сейчас еду к отцу за город. Так уж вышло. Ты мою сумку ещё не потеряла?

- Ты чего? Конечно, нет, - выпалила она.

- Отлично! Я её в воскресенье заберу. Ты дома будешь в обед? – интересуюсь я.

- Да. Два дня буду отсыпаться. Мы здесь до утра ещё будем развлекаться. Всё – таки днюха у меня!

- Ещё раз поздравляю! – говорю я. И нажимаю отбой. Возвращаю мобильник Альберту.

Сбросив с ног туфли,  откидываюсь на спинку сиденья. Закрываю глаза. На этот раз расслабляюсь. И засыпаю.

***

- Полина, просыпайся! Приехали! – тормошит Альберт меня за плечо.

Открываю широко глаза. Сморю по сторонам. Машина стоит прямо перед входом в дом. Дверцы распахнуты. Потягиваюсь со сна. Выбираюсь наружу.

Стою, буквально приоткрыв рот от шока. Ещё никогда не приходилось мне быть в столь роскошных резиденциях.

Огромный пятиэтажный особняк отца в ночи кажется каким – то мрачным средневековым замком. Ярко освещен весь первый этаж. Остальные этажи погружены во мрак. Что неудивительно, учитывая время - три часа ночи.

Окидываю взглядом причитающиеся к особняку гектары огромного участка. Они кажутся бескрайними.

Будто царь здесь живёт! Ловлю скептическую мысль на самом краю сознания.

Тут же одёргиваю себя.

Полина! Перестань осуждать отца! Как ты собираешься устанавливать с ним родственную связь, если встречаешь всё в штыки?

А ведь, если бы он не приставил втихую ко мне охрану, то неизвестно ещё где бы я сейчас была.

Впрочем, боюсь, что известно. Поэтому усмири свою гордыню, девочка!

Снова закидываю голову вверх.

Боже! Что он делает в таком громадном доме?..

Глубо вздохнув, переступаю порог отцовского дома в сопровождении Альберта и Севы.

В глаза бьёт яркий свет. Огромная сверкающая сияющая над головой люстра горит так, словно ей надо осветить не только дом, но и прилегающие к дому  гектары земли.

От неожиданности закрываю глаза. Качаюсь, словно световые волны сбивают с ног.

О, нет! Качаюсь я из-за скользкости паркета в холле. Ведь я, по-прежнему, обута в свои синие лодочки на десятисантиметровых шпильках.

- Полина! Как я рад, что ты, наконец, приехала ко мне! - голос отца разрезает ночную тишину дома.

Широко открываю глаза. Отец уверенной твёрдой походкой приближается ко мне.

Вот он совсем близко… рядом.

Обнимает меня, прижимает к своей крепкой широкой груди. Впервые…

Ждал. Не спал. Рад.

А что испытываю я?

Неожиданно в его объятьях чувствую себя маленькой девочкой. Которой так не хватало тепла, заботы, отцовской любви.

А теперь вот он даёт всё это мне!

Как принять, впитать в себя это мгновенно, никто не научил…

Робко жмусь в его руках. Чувствую терпкий запах его парфюма.

Привыкаю… Он такой большой широкоплечий  солидный. Сильные руки в татуировках и в венах.

Отец наклоняется низко. Целует меня в волосы.

Боже! Какое это восхитительное чувство, когда у тебя есть отец!

Я улыбаюсь, представляя, что испытали мои сыновья, когда у них появился папа…

И неважно, что у нас с Макаром не складывается. Ощущение надёжности, тыла, защиты  для детей, когда у тебя есть отец несравнимо ни  с чем!

У меня на глаза накатывают слёзы… счастья. Такое я испытываю впервые.

***

Утром просыпаюсь в большой спальне. Едва открываю глаза, как вспоминаю вчерашнее происшествие в клубе...

Но эти воспоминания быстро вытесняются другими - встречей с отцом. Наконец – то стена, разделяющая нас, рухнула.

Поднимаюсь с постели, иду к окну. Раздвигаю шторы. Комнату моментально заливает солнечным светом. Вижу дверь, ведущую  на террасу. Босая шлёпаю туда…

Отсюда вид открывается ошеломительный. Зелёный ковёр аккуратно стриженых газонов. Стройные аллеи, убегающие во все стороны.  Пруд, отливающий  своей синевой.

Восхитительно.

Потягиваюсь и медленно, словно нехотя, разворачиваюсь, ухожу в спальню. Иду принимать душ…

Обновлённая я выхожу из спальни. Взору предстаёт длинный коридор, в который выходят многочисленные двери.

Модный стильный навороченный дизайн всего, что попадает в поле зрения…

Сбегаю вниз по белоснежной мраморной лестнице, по которой   стелется ковёр до самого низа. Иду в столовую на ароматный запах, исходящий оттуда.

Отец уже сидит во главе большого обеденного стола.

- Доброе утро, папа, - приветствую я.

- Доброе утро, дочка, - отвечает он. Его суровое лицо освещается улыбкой. В тёмно- зелёных глазах вспыхивают, словно золотистые светлячки.

На душе разливается тепло.

Подхожу к нему и целую в щёку. Неожиданно для самой себя.

Получилось как – то спонтанно.

Я преисполнена чувства благодарности за вчерашнее…

Понимаю, что нельзя так просто отвергать родных, если они к тебе тянутся. Надо отвечать взаимностью.

Быть открытой.

- Полина, дорогая, – мягко говорит отец. – После завтрака хочу показать тебе дом и прилежащую территорию.  – Я киваю. -  Кстати, в моём доме приготовлено всё, о чём могут только мечтать внуки, - добавляет отец.

Внутренне сжимаюсь, нарезая куски бекона в тарелке.

Почему я так нервно реагирую?

Просто всё это впервые. Вызывает такие незнакомые чувства, ассоциации. Что о тебе и твоих детях заботится кто – то ещё, кроме тебя самой.

Смущаюсь. Не знаю, как реагировать. Молчу, уткнувшись в тарелку.

- Я могу надеяться, что хотя бы раз в месяц ты будешь привозить внуков ко мне тоже? - неожиданно спрашивает отец дрогнувшим голосом.

Волнуется, что я отвечу.

- Да, конечно, - Киваю я.

***

Едем на электрокаре по аккуратным выложенным плиткой дорожкам, осматривая территорию отцовских угодий.

Если ночью она мне показалась бескрайней, то сейчас при дневном свете, она мне кажется, просто вселенной.

Боже! Зачем столько земли?!

Хотя назначение здесь есть для всех участков. Что говорить, если у отца есть даже собственные  конюшни. Поля для гольфа…

Проще спросить, чего нет. Но я точно не буду. Отец воодушевлённо показывает и рассказывает мне обо всём…

Мы едем  обратно. Если честно, я немного напрягаюсь. Ведь до этого рандеву мы ещё знакомились с домом…

- Опаздываем на обед, - смотрит отец на часы. – Ничего. В кой веки ко мне дочь приехала! – Бросил он на меня тёплый взгляд.  – Можно и распорядок дня нарушить.

- Поля, можно мне  задать тебе личный вопрос? – спрашивает он.

Деликатничает. Боится сломать установившийся хрупкий мир между нами.

- Смотря какой? – настороженно уточняю я.

- Что случилось между тобой и молодым Макиевским? Почему вы не вместе? – напрямую спрашивает отец.

Тяжело вздыхаю. Как объяснить ему в нескольких словах то, что  так плохо поддаётся логике? Соткано из острой боли, обид и пронзительных чувств.

Ведь несмотря ни на что, я продолжаю любить Макара. А он каждый раз опрокидывает мои воздушные замки, выворачивает душу мою наизнанку. А я лежу поверженная, продолжая его любить...

Как простить ему ту боль, что он причиняет мне?

- У нас всё так сложно, папа, - еле выдавливаю я. - Что я не могу тебе объяснить. Я себе не могу объяснить порой.

Отец качает головой. Он не согласен со мной. Хочет возразить. Но решает не лезть мне  в душу.

Правильно решает. Понимает меня, что мне и так нелегко.

- Кстати, дочка, - меняет он тему. - Ты неправа, что считаешь мой бизнес с казино чем - то вне закона. Приедем в дом. Я тебе всё покажу и объясню.

- Хорошо, папа, - соглашаюсь я.

Я тоже боюсь нарушить нашу хрупкую семейную идиллию.

Тем более, я уже успела изучить вопрос. Бизнес отца действительно в рамках закона. А злопыхатели, все, кто распространял про него слухи, пошли все к чёрту!

Глава 34

Макар

Выходные, проведённые с детьми за городом в доме у отца, были просто космосом. И для меня с отцом. И для детей.

Такие новые неведомые ранее чувства сопричастности к жизни сыновей, познаванию ими мира,  были испытаны мной впервые. Я был безумно благодарен Поле за то, что она родила сыновей. За то, что позволила участвовать в их жизни.

Незабываемые минуты, когда я учу играть детей в футбол. Они с таким азартом бегают за мячом. Расстраиваются, когда теряют мяч, не попадают в ворота, в которых стоит дед. Кричат вдохновенно:

- Это мой удар! Не трогайте мяч!

Потом морщат свои маленькие лобики. Спорят, что было не так.

Ещё дед с ними рыбачил. И теперь, сидя в машине, мальчики бурно обсуждают, какую рыбу они поймали.

Мы возвращаемся в город в приподнятом настроении. Кажется, жизнь налаживается. И сейчас я увижу ту, которую мечтаю видеть больше всего на свете…

Припарковав машину, веду близнецов домой.

- Здравствуй, Поля, - произношу я, глядя прямо ей в глаза.

- Здравствуй, Макар, - ровно отвечает она. Уводит детей, закрывая передо мной дверь.

Я недоволен. Строил планы поговорить с ней. Но она, по-прежнему, неприступна. Странно, ведь в прошлый раз мне показалось, что она смотрела на меня как – то по-особенному. Выходит, показалось.

Из соседней двери выходит высокий молодой человек спортивного телосложения. Я разворачиваюсь, иду к лифту.

Но парень никуда не спешит. Он застрял на площадке. Мне это не нравится.

Напрягаюсь. Оборачиваясь через плечо, смотрю, что он делает.

Он тянет руку к звонку Полиной квартиры…

Крутанувшись, в  один прыжок я достигаю парня и перехватываю его руку.

- Тебе чего там нужно? – зло цежу я.

От неожиданности он мешкает какую – то долю секунду. Я успеваю заломить его руку за спину.

- Больной что ли?! – хрипит парень. – Полина просила прибить пониже крючки для детей, чтобы они доставали, вешали свою одежду.

- Это мои дети! – ору я в ярости от того, что Полина просит о помощи какого- то постороннего мужика. Не меня.

Не меня! Срываю на нём зло.

- Вали отсюда! Ещё раз увижу рядом  с Полиной, обижайся на себя!

В этот момент на шум открывается дверь.

На пороге стоит Поля. Она холодно скользит по мне взглядом.

- Отпусти его немедленно! – чеканит она, растягивая слова. Я отпускаю парня. – Игнат, проходи! – сторонится Поля, пропуская его в квартиру.

Я зависаю. Она что творит прямо на моих глазах?!

– А ты, Макар, иди, куда шёл. К своей жгучей брюнетке, с которой любезничал в кафе бизнес – центра! – зло выплёскивает она. И захлопывает дверь прямо перед моим носом.

Это что сейчас было? Какая жгучая брюнетка?.. Откуда она это взяла?!

Подхожу к  своему Ленд Крузеру. Запрыгиваю на водительское сиденье. Медлю, пытаюсь прийти в себя.

Злой нервный дёрганный. Неужели Полина променяла меня на этого...  молодого парня?

Не могу в такое поверить!

Может, просто попросила о помощи, как соседа? Ну, конечно! Она что не могла меня попросить? Или вызвать мастера? Непременно надо было звать этого хлыща...

Вот козёл! Бесит меня!

Вспоминаю его удивлённую физиономию. Крючки он прибивать идёт! Надо было набить ему морду, чтобы не до крючков было.

Сжимаю и разжимаю  кулаки до побелевших костяшек. Стискиваю зубы. Ловлю себя на непреодолимом желании  вернуться туда, где остались мои сыновья и любимая женщина.

В голове, словно эхом звучат слова Полины: «А ты, Макар, иди, куда шёл. К своей жгучей брюнетке, с которой любезничал в кафе бизнес – центра...»

Твою… ж!  Это она про Роксану! Внезапно озаряет меня.

Но откуда?! Откуда ей это известно? И почему вдруг она решила, что я с ней любезничал? Я  с ней был хмур холоден  зол. Ничего не позволял себе лишнего.

Чёрт! Это я не позволял. Вспомнил, что пыталась вытворять ножкой эта фурия… И потом как она клала свои руки на мои. Гладила их. А я сидел, боялся скинуть их. Боялся, что эта несносная брюнетка потеряет фокус внимания!

Кто-то запечатлел эти кадры и заботливо сбросил Полине.

Роксана организовала. С неё станется! Или Поля сама видела? Тогда выходит, она работает в том же бизнес – центре, что и я. А это уже что-то. Надо выяснить...

Полина, ну не думаешь же ты, что я жил монахом все эти четыре года?! Но всё это в прошлом.

Девочка моя, с того самого дня, как я увидел тебя вновь, у меня не было ни одной женщины. Кстати, это плохо…

Надо активнее добиваться тебя!

Взял в руки мобильник, начал писать сообщение Поле.

«Полина, ты всё неправильно поняла…, - подумал, и нагло добавил: - Снова. С этой «жгучей брюнеткой» я порвал ещё два месяца назад. Но она проникла в бизнес – центр. Пришлось, встретиться  и объяснить ей, что у меня есть любимая женщина Полина и двое детей! Это всё, что было в тот день. Макар» - отправил сообщение.

Прождал пять минут. Она не провалилась в моё послание.

Не прочла. Я хмыкнул.

Сделал заказ -  букет из ста красных роз на её адрес. Просил вложить записку: «Полине от Макара».

Провернул ключ в замке зажигания, обнял руль и тронулся с места.

Даже не думай, Полина! Никому я тебя не отдам!

***

Утром в понедельник  проверяю почту в телефоне. Полина, по-прежнему, не читала моё послание.

Вызываю к себе Малофеева.

- Костя, надо "пробить" Полину. Есть  мнение (моё), что она работает в нашей башне.

Костя звонит мне через десять минут.

- Так точно, - донёсся его хриплый голос. – Полина работает в  «Креатив Медиа – Групп» на двадцать третьем этаже.

- Спасибо, друг! – улыбаюсь я сам себе.

Заказываю роскошный букет «Полине от Макара» в её офис.

Ну, что Полина, будем тебя атаковать вниманием и заботой! Я даже повеселел, представив её удивлённое лицо, когда ей доставят букет. И коллеги начнут её поздравлять. А вот уж с чем, пусть выпутывается сама.

Потому что теперь я буду делать это постоянно. Пока ты не сдашься, любимая.

Мою «оправдательную» записку в мобильнике Полина вскрывает только в среду.

Тогда же она пишет  мне: «Макар, прекрати присылать мне букеты в офис! Пожалуйста».

Не присылать в офис? Пожалуйста. Про дом ты ничего не написала. Конечно, я понимаю, что у вас там мало места. Но дважды в неделю ты будешь получать мои скромные знаки внимания,  Полина.

Понятное дело, она ещё подуется. Но когда-то же она сдастся? Тем более, между нами такое связующее звено – наши чудесные детки. Которые мне неустанно рассказывают про свою любимую мамочку. Уверен, что и ей рассказывают про своего не менее любимого папу.

Как тебе такой расклад, Полина?!

Я решил терпеть. Терпеть и ждать. Теперь, когда между нами полная ясность, думаю, ждать осталось недолго.

Надо предложить Поле полететь на выходные к морю. Можно будет прихватить и пятницу. Целых три дня. Отличная мысль!

Вместе с детьми покататься на яхте. Поля же обожает море. Любит плавать. Да и дети будут впечатлены.

Я вынашивал свой хитрый план, думая о том, что придётся воспользоваться запрещённым приёмом - настроить детей на поездку к морю.

И зафрахтовать частный самолёт.

***

Полина

Макар порывается войти в квартиру. Я не пускаю. Закрываю перед ним дверь.

Тяжело вздыхаю.

Что это было?

Зачем он устроил эту драку на пустом месте? Ревнует? Это вряд ли. Ведь у него есть красотка с большими миндалевидными глазами.

Девушка – огонь!

А на меня  пытается заявлять свои права, как на свою собственность.

Нельзя ему этого позволять. Нельзя позволять, чтобы он так обращался со мной.

- Полина! Показывай, где сверлить? – Игнат с дрелью в руках развернулся ко мне, не понимая, почему я медлю.

Встряхиваюсь. Иду к нему. Рядом со мной появляются сыновья.

- Мама! Почему ты не пустила папу? -  спрашивает обиженно Паша.

За ним стоит такой же насупленный Миша. Это ещё что за маленькие адвокаты Макара? Прямо бунт устраивают.

- Мальчики, всё! Идите в комнату. Видите, мешаете. Дядя Игнат вам вешалки устанавливает, - строго говорю я.

- Пусть не устанавливает! - капризно  выдают мальчишки. – Лучше папа сделает!

Раздаётся гул работающей дрели. Я показываю жестом сыновьям на дверь их комнаты. Они недовольно морщат лобики, поджимают губки. Глядя друг на друга, демонстративно скрещивают  руки на груди, разворачиваются, уходят к себе.

Я качаю головой. Ничего себе! Протест  выразили. Вот уже что они умеют! Не заметишь, как  дети вырастут.

Улыбаюсь. Сыновья защищают интересы своего папы…

Мы сидим с Игнатом и детьми на кухне едим сырники, пьём чай.

Неожиданно раздаётся звонок в дверь.

- Ты кого-то ждёшь? – с интересом спрашивает Игнат.

Я мотаю головой.

- Это наш папа вернулся! – срываются малыши со своих мест и бегут в прихожую.

Только этого мне не хватало! Бурчу я и иду вслед за сыновьями.

Открываю дверь.

Сначала вижу огромную охапку красных роз на длинных ножках. Затем перевожу взгляд выше – на лицо курьера.

- Это вам! – говорит он.

- Этого не может быть! Вы ошиблись адресом, - лепечу я.

- Может! Может! Это папа прислал! – радостно прыгают дети под ногами.

- Хозяйка, адрес ваш! – утверждает курьер. – Да тут и записка есть. Возьмите почитайте.

Вытаскиваю из букета карточку:

«Полине от Макара»

В шоке смотрю на букет любимых роз. Перевожу взгляд на детей. Они смотрят на меня с мольбой и ожиданием.

- От папы? – совсем по-взрослому спрашивает Паша.

- От папы, папы, - недовольно морщусь я.

- Я же говорил! Нет, я говорил! – возбуждённо кричат сыновья.

- Спасибо, - пытаюсь забрать цветы.

Но сделать это непросто.

Неожиданно сильные мужские руки забирают букет в квартиру. Игнат приходит мне на помощь.

- Куда же я их поставлю? – растерянно взираю на алые розы.

- В ведро! – выдаёт Игнат.

***

Как ни странно, но понедельник тоже начинается с цветов. Программист Борис, лукаво улыбаясь, заносит букет в офис.

Сюрприз. У кого- то день рождения!

- Получил от курьера на входе, - сообщает таинственно он.

Почему - то я напрягаюсь. Потому что снова цветы? Но день рождения точно не у меня!

- Здесь и послание есть, - достаёт айтишник карточку из букета. - Сейчас узнаем, кто у нас виновник торжества, которое нагло зажал…  «Полине...», - читает он по слогам.

Он что издевается? В смысле, Макар.

Все смотрят на меня.

Мне нечего им сказать. Пожимаю плечами и отворачиваюсь.

- Полин! Проставиться не захотела? Зажала! – раздаётся со всех сторон.

Я покраснела до ушей. Уткнулась в свой компьютер, не зная, что говорить и делать.

- Бери! – протягивает Борис мне цветы.

Делаю вид, что занята, не слышу.

- Ну, так, прекратили балаган! Работаем! – раздаётся команда Марины. Она стоит за моей спиной. – Видите, Полина сама не в курсе своего тайного воздыхателя. Может, он ей каждый день теперь будет присылать цветы.

Она забрала букет из рук Бориса и направилась ставить их в вазу.

Я облегчённо вздохнула.

- Завидуйте молча! -  озвучила вердикт подруга, обращаясь к коллективу и ставя вазу с цветами мне на стол.

Откуда только она могла знать, что цветы он действительно начнёт присылать каждый день? Ставя меня в неловкое положение.

А, главное, ежедневно напоминая о себе.

Можно подумать, я когда – нибудь забывала о нём…

В среду я не выдержала.

Проваливаюсь в нашу с ним переписку. Скольжу взглядом по строчкам его сообщения о том, что произошло в кафе…

Думаю, он не лукавит. Так оно и было. Но мне всё равно неприятно, что у него была отдельная от меня жизнь.

Ревную? Возможно.

Полина, определяйся! Давно пора. Сколько можно мучить обоих?..

Ну, почему у меня такой сложный характер?!

Снова проваливаюсь в переписку. Пишу: «Макар, прекрати присылать мне букеты в офис!» Подумав добавляю: «Пожалуйста».

Улыбаюсь. Приятны ли мне его знаки внимания?

Чертовски приятны!

Глава 35

Полина

Подперев пальцами виски, думаю. Проект, в котором я участвую, идёт к завершению. Марина очень боялась, что мы сорвём сроки. Но  этого не случилось. Мы идём с опережением графика.

Что очень похвально!

Но все напряжены до предела. Я знаю, Маринка корпит над проектом днём и ночью. Работает на удалёнке дома и по выходным.

Для меня эта первый проект. По результатам которого, зависит, примут ли полноправным членом команды. Ведь я на испытательном сроке и на полставки.

Поэтому я очень волнуюсь. Подвести коллектив  тоже не хочется.

- Полин! – доносится до меня голос Марины. – Ты можешь сегодня взять домой ноутбук для тестирования проекта? – озадаченно спрашивает Марина.

Могу ли я? Нет, конечно! У меня проблемы дома. Но сказать об этом я не смею. Ведь  уже в эту пятницу состоится презентация.

Вопрос Марины равносилен приказу.

- Да, конечно, - говорю я вслух.

Пакую ноутбук в сумку.

Посижу ночью, когда сыновья уснут. Если, конечно, уснут…

Я плохо соображаю, потому что сегодня почти не спала ночью. Мишенька долго не мог уснуть. И потом просыпался ночью. Я дремала в их комнате в кресле. Караулила его прерывистый тревожный сон.

Он капризно хныкал во сне.  Что - то тревожило моего мальчика. Поднималась с кресла, поправляла откинутое одеяльце. Проверяла температуру. Вроде бы всё нормально. Но ребёнка явно что - то беспокоит.

Если бы не этот чёртов дедлайн (предельный срок) по проекту ни за чтобы не пошла на работу!

Но с утра Миша вроде как чувствует себя уже лучше. Скрепя сердцем, отвожу детей в детский сад.

Весь день не нахожу себе места. Всё думаю: Как он там?

Я с ума сойду! Такое роковое совпадение. С одной стороны окончание проекта – финишная прямая.  С другой, что - то случилось с ребёнком.

На душе скребёт.

Наверное, зря я сегодня пошла на работу. Ругаю себя в конце рабочего дня, сидя в машине, направляясь в детский сад за детьми.

И как протянуть эти последние три дня до презентации? Наверное, ничего у меня не выйдет. Придётся сходить с дистанции.

Ребёнок важнее!

Надо честно признаться Марине.

Мне надо Мишу поводить по врачам. Найти причину его недомогания. А не ждать, когда болезнь сама заявит о себе.

Доехав до детского сада, иду в группу. Настолько волнуюсь, что перестаю дышать.

Ко мне выходит воспитательница.

- Как там мои? – спрашиваю дрожащим голосом.

- Паша хорошо. А вот Миша целый день вялый был. Его наша медсестра посмотрела. У него горлышко красное.

- Красное? – всполошилась я. – А почему вы мне не позвонили? – нервно сглотнув, спрашиваю я.

- Температуры не было, - пожимает она плечами. – Поэтому звонить не стала. Но завтра не стоит приводить, -  бросает она, уходя в группу.

И сегодня не стоило! Ловлю тревожные мысли на самой кромке сознания.

Сыновья выскочили из группы, бегут ко мне. Я перевожу взгляд с одного на другого.

Миша мне кажется, раскраснелся больше обычного. Ну, может мне это просто кажется с перепугу?

Мы едем домой.

Надо уже сегодня поделать малышу ингаляции… А завтра идти  с ним в поликлинику к педиатру.

Вечер проходит спокойно. Миша ни на что не жалуется. Играет с братом. Ложится в постель и засыпает.

Но я всё равно неспокойна. Сердце не на месте.

***

Снова дежурю в кресле в комнате детей.

Задремала. Сказалась бессонная ночь накануне. Очнулась среди ночи, словно кто - то толкнул меня в бок.

Распахнула широко глаза.

«Мишенька! Как он?» Метнулась к его кровати.

С ужасом смотрю на то, как малыш разметался во сне. Одеяло скинул - ему жарко. Подушка мокрая - малыш вспотел.

В испуге трогаю лобик сына.

Ребёнок горит. Меряю температуру. Тридцать девять и семь…

Напряжение зашкаливает. Пытаюсь разбудить ребёнка. Малыш не просыпается.

Боже! Что с ним?

Паника топит меня.  Хватаю мобильник. Набираю скорую.

- Приезжайте быстрее. Ребёнок три с половиной года. Температура тридцать девять и семь… Быстрее, пожалуйста, быстрее! - слёзы катятся по моему лицу.

- Диктуйте адрес…

Едва нажимаю отбой, набираю другой номер.

В трубке слышны гудки… Я не соображаю, сколько сейчас времени. Ночь.

«Макар, - шепчу одними губами, - Возьми трубку. Пожалуйста, возьми!»

- Алло, - слышу сиплый спросонья голос.

- Макар! У Мишеньки температура под сорок. Я будила. Он не просыпается, - голос срывается. Я реву.

- Сейчас, сейчас я приеду! - прерывисто говорит он. – Ты скорую вызвала?

- Да, они едут…

Голова как в тумане. Я нервничаю. Мишенька не просыпается. Сердце моё горит в огне. Оно плавится от страха за своего малыша.

Что с ним? Он без сознания?..

Коварная болезнь! Хочет отнять у меня малыша…

Я не отдам! Он мой!

Бегу в ванную, мочу детское полотенце в воде. Бегу обратно.

Кладу холодные компресс на лобик Мишеньки. Держу его ручку в своей. Она такая горячая, что вводит меня в истерику, панику, ужас.

Не знаю, сколько проходит времени. Мне кажется целая вечность.

Почему они (врачи) не едут?

Почему медлят?!

Судорожно снова набираю номер скорой.

- Девушка! – кричу срывающимся голосом. – Где скорая? Ребёнок на грани…  Он не приходит в себя!

- Скорая уже выехала по вашему адресу, - монотонным, словно механическим, голосом отвечает диспетчер. – Они будут через пять минут. Откройте им двери заранее…

Бросаюсь в прихожую. Открываю замок. И снова я в спальне возле кровати сына…

Держись, Мишенька! Держись, маленький. Сейчас приедут врачи. Они обязательно нам помогут, - шепчу я, как заклинание, как молитву.

Мне надо что- то делать, что- то говорить. Иначе я просто сойду с ума! Из-за этой несправедливости.

Как такому крохе вынести такую болезнь, такую температуру, которую не все взрослые могут перенести?!

Мне так плохо. Так страшно за сына, что у меня дрожат руки и подкашиваются ноги.

Малыш издаёт слабый стон.

Что? Что, мой хороший? Как тебе помочь?

Он не открывает глазки…

Но то, что он  издал звук, мне придаёт веру, надежду, что мы справимся.

Должны справиться!..

Я не поняла, когда они прибыли. Пришла в себя, осознавая, что в комнате появились люди в белых халатах.

Врачи.

Тяжело вздыхаю. Меня о чём – то спрашивают. Я не могу расслышать их слов. Но я вижу, что губы женщины – врача шевелятся.

Встряхиваюсь.

Полина, соберись! Приди в себя. Решается жизнь твоего мальчика. Ты не имеешь право на слабость!

- Простите, - лепечу я. – Я не расслышала, о чём вы спросили?

- Когда у ребёнка поднялась температура?..

- Сегодня ночью. Но беспокойный сон и дневная вялость появились накануне, - машинально отвечаю врачу.

Обернувшись через плечо, вижу, что мужчина – доктор сумел разбудить ребёнка.

Слава богу! Сын не без сознания…

Доктор осматривает ребёнка. Я залипаю взглядом на Мишеньку.

- Мама! Мама! – слышу голос проснувшегося Паши.

Сын проснулся на шум и возню в комнате. Напугался малыш, увидев столько посторонних людей  в белых халатах.

Бросаюсь к Паше.

- Всё хорошо, сыночек! Это врачи приехали. У нас Мишенька заболел. Сильно…

- У ребёнка тяжёлая форма ангины. Мы забираем его в стационар, - констатирует доктор.

Стою в растерянности около Пашеньки. Держу его за руку.

- А куда они его забирают? – с тревогой восклицает Паша, дёргая мою руку. Он  плачет. - Мама! Не отдавай им братика. Пожалуйста, мама!

- Успокойся, малыш, – глажу я его. -  Они забирают Мишу в больницу.

Беспомощно оглядываюсь назад.

Как быть? Сердце моё разрывается на куски. С кем оставить Пашу?

Ведь моё место сейчас рядом с Мишей. С тем, кому сейчас хуже всего.

Хлопает входная дверь. В комнату  врывается Макар.

Оценивающим взглядом окидывает происходящее. Глаза его лихорадочно блестят. Он хмуро смотрит на врачей.

- Что с сыном?! – хрипло спрашивает Макар.

- Вы папа? – интересуется доктор, сканируя пристальным взглядом сквозь очки ночного визитёра. Видимо, не до конца понимает, откуда тот вдруг появился в доме.

- Да, - коротко кивает Макар.

- У ребёнка ангина. Хорошо, что вы приехали. Потому что кто - то из вас должен поехать с ребёнком в больницу.

- Я поеду! – ожесточённо выкрикиваю я.

- Почему ты? -  рвано спрашивает Макар.

- Потому что я мать! – твёрдо произношу я.

Отпустив руку Паши, иду за врачами и Мишенькой, которые покидают дом.

Мы едем в скорой. Миша пришёл в себя. Врачи ему сделали какие- то уколы ещё дома. И жаропонижающие в том числе. Я наблюдала за этим.

Сейчас держу руку сына в своей руке. Трогаю прохладными руками его лобик, щёчки.

Мне кажется, температура спала. Но ещё далека от идеальной.

Малыш в сознании. Временами он открывает глазки. Ищет меня. Смотрит на меня затуманенным взглядом.

Успокаивается.

Снова закрывает глаза. Он слаб и хочет спать. Думаю, ему очень плохо.

- Мама здесь, мой хороший, – шепчу я, склонившись над сыном. – Я с тобой. Не бойся, я тебя не оставлю!

***

Макар

Протяжный звонок мобильника будит меня среди ночи.

Какого чёрта!

Снова что – то случилось на металлургическом комбинате? Должны были новые доменные печи запустить.

Не удалось?..  Твою…  ж!

- Алло, - сиплю спросонья в трубку.

- Макар! – врезается дрожащий голос Полины в мой мозг. - У Мишеньки температура под сорок… Я будила. Он не просыпается, - голос срывается. Она плачет.

Её слова звучат в ночи, словно выстрел в  висок.

Температура под сорок?! Это же хана такому крохе…

- Сейчас… сейчас я приеду! - рвано говорю я.

Пытаюсь держать себя  в руках. Но даётся мне это  с большим трудом. Но я должен!  Должен не терять самообладание.

– Ты скорую вызвала? – спрашиваю я, одеваясь на ходу.

- Да, они едут…, -  еле выдавливает она, нажимает отбой.

Быстро выскакиваю из квартиры. Спускаюсь в лифте на подземную парковку под домом. По дороге набираю отца.

- Папа, Миша заболел. Температура высокая почти сорок. Я еду к ним, - торопливо сообщаю я.

- Понял, - говорит он таким бодрым голосом, словно я и не будил его среди ночи.

Хотя такое известие разбудит в одно мгновение любого.

- Я тоже сейчас подъеду, - бросает отец.

Я не стал уточнять у отца, что значит «сейчас»? Дорога до Москвы у него только займёт полтора часа времени.

Через двадцать минут я уже подъезжал  к  дому Полины. Москва спит. Дорога без пробок. Конечно, летел я на максимальной скорости, ловя по пути все видеокамеры.

Плевать на штрафы! Сейчас важно, что с сыном? Остальное по фигу.

В квартире, увидев раскрасневшегося Мишу на руках доктора, я заскрипел зубами от собственного бессилия.

Сейчас моему сынишке могут помочь только врачи.

Когда стал вопрос, кто из родителей поедет в больницу, я нервно дёрнулся.

Непреодолимым желанием было быть рядом с больным ребёнком!

Поддержать его. Подключить врачей при необходимости. У меня больше возможностей.

Но Полина жёстко отчеканила:

- Я поеду!

Горло пересохло. Сглотнул.

Ошеломлённо смотрю на неё. Тоненькая хрупкая нежная. А такая сильная и решительная.

- Почему ты?! -  выплескиваю, не выдержав, я.

Эмоции на грани.

- Потому что я мать! – твёрдо говорит Полина.  Чеканит каждое слово, словно режет ножом.

Меня топит протест. Я тоже должен быть там!

- Папа! – доносится до меня тоненький голосок  Павлуши. – А ты останешься со мной? Я боюсь один.

Мгновенно это возвращает меня в действительность.

- Конечно, сынок. Я никуда не уйду…

***

Проходит полчаса. Я весь на нервах. Ребёнок долго не может успокоиться после случившегося.

- Папа, а они (врачи) не заберут нашего Мишу насовсем к себе? – с тревогой спрашивал сын.

- Ну что ты, Паша! Разве мы отдадим его! – успокаиваю я сына.

На душе паршиво. Полина не звонит, не сообщает новостей. Хотя, отсутствие плохих новостей, уже хорошая новость. Как – то так… Доктор сказал, ангина. Если диагноз верный, то она точно лечится.

Павел уснул. Тихо закрываю дверь комнаты, выхожу на кухню. Хочу позвонить Полине, узнать как у них дела.

Мобильник начинает вибрировать в моих руках. Смотрю на экран. Звонит отец.

- Макар, скидывай адрес дома Полины и больницы, куда увезли внука. Мы с Эдуардом уже на подлёте к городу.

Узнаю отца! Поставил на уши Сташевского. У того есть собственный авиапарк с самолётами и вертолётами. Впрочем, у него  всякого  полно: наземного, водного и воздушного транспорта.

В город они могли выдвинуться только на вертолёте. И то затруднена посадка. Впрочем, не удивлюсь, если высадятся на любую магистраль города…

Строчу сообщение отцу с адресами. Следом посылаю ещё смску:

«Мне нужна твоя помощь! Здесь Паша спит. Подмени меня. Я поеду в больницу».

«Скоро буду», - читаю, провалившись в переписку с отцом. Облегчённо вздыхаю.

Рано отец отошёл от дел. Энергии и находчивости ему не занимать!

Через десять минут отец уже в квартире.

- Макар, беги! Там Сташевский тебя ждёт в машине, - бросает он мне на ходу, заглядывая в комнату, где спит ребёнок.

Хотел ответить ему, что у меня своя (машина). Но преисполненный чувством благодарности к отцу и Сташевскому, промолчал.

Отец окидывает взглядом скромную квартиру. Хмыкает.

Упрямый характер  Полины. Это мы знаем уже все…

Нет времени на разговоры.

Надо срочно в больницу!

***

Подъезжаем к детской клинической больнице. Врываемся внутрь через приёмный покой.

Охранник пытается встать на пути.

- Сюда нельзя!

Вежливо отстраняю его. Пока вежливо.

- У меня сына сюда полчаса назад привезла скорая… с критической температурой. Нам надо в детское отолорингическое отделение. Где оно?! – прожигаю охранника взглядом.

Готов пойти врукопашную.

- На пятом этаже. Вон там лифты! – вдруг сдаётся он под нашим напором и показывает рукой направление…

Мы в отделении. Вижу хрупкую фигурку Полины, жмущуюся в коридоре. Стремительным широким шагом иду к ней.

- Как он? – взволнованно спрашиваю я.

- Немного лучше. Его сейчас осматривают врачи, - бормочет она.

Зарёванная расстроенная отрешённая смотрит потерянно куда – то сквозь меня. Будто нет меня вовсе рядом. Больно это видеть, ведь беда  у нас одна на двоих.

Полина! Я здесь. Я рядом! Ору внутри себя.

Так хочется её утешить. Протянуть к ней руки, обнять, прижать к себе. Но я не смею.

Чёрт! Но она стоит такая беспомощная беззащитная. А я здоровый взрослый мужик нечем не могу помочь. Ни ей, ни нашему сыну.

Поля  беззвучно плачет, вздрагивая худенькими плечами.

Как тогда в день нашего знакомства на берегу моря. Сердце моё колотится. Пульс зашкаливает. Не свожу  с неё взгляда.

Дверь широко распахивается. Выходят врачи в белых халатах. Мы  с Полиной синхронно бросаемся к ним.

- Вы родители Миши Дёмина? – спрашивает худой длинный доктор в очках.

Дёмина? Словно доктор не вопрос задал, а ударил прямо под дых.

Киваем.

- Да! Да! Мы родители.

- Диагноз подтвердился – у ребёнка ангина. Температуру мы сбили. Но я вам скажу так, - хмуро произносит доктор Савин. Делает паузу. Обводит нас взглядом.

К нам присоединяется господин Сташевский.

- Ребёнку надо удалять небные миндалины. Иначе такие ситуации будут повторяться. Воспаляться верхние дыхательные пути. Организм малыша будет подвергаться интоксикации. Такая высокая температура при ангине и интоксикация организма опасны даже для взрослого человека. А тут ребёнок!

- Операцию надо делать прямо сейчас? – дрожащим голосом спрашивает Полина.

Замираем, ожидая его ответа. Савин снимает очки, протирает их салфеткой. Снова надевает. Словно обдумывает решение.

- Нет. Сейчас малыша будем лечить от ангины. Пусть организм окрепнет. Через два – три месяца  ждём вас на удаление.

Доктор уходит  в ординаторскую.

- Вы поезжайте домой, - лепечет Поля, глядя на нас невидящими глазами.

Новость о предстоящей операции взволновала всех.

Мы со Сташевским переглянулись.

- Я пойду к Мишеньке. Егор, ты пока Пашу забери к себе. Мы тут с Мишей пробудем неделю, может, больше…

Она разворачивается, уходит в палату.

Едва за Полей закрывается дверь, как Сташевский говорит:

- Пойду оплачу VIP – палату для них.

- Извините, Эдуард Эммануилович. Я сам в состоянии оплатить, - нервно выплескиваю я.

***

Сташевский  довозит  меня до дома, где живёт Полина.

- Я могу подняться в квартиру? – спрашивает бесцветным голосом.

- Без проблем! – бросаю я, выбираясь из машины.

Он идёт за мной. Зачем Сташевский хочет посетить  квартиру?

Паша спит. Поэтому навещать внука – не вариант.

Остаётся одно. Инспекция жилья.

Ну, давай, давай! Может, хоть на правах отца сможет повлиять на Полю? Ведь детям нужно создать условия.

Входим в квартиру.

Эдуард Эммануилович брезгливо морщится  прямо с порога.

Интересно, он что хотел здесь увидеть? Хоромы?

Я бы тоже был не против. Но, собираясь заключать с ней «мировую», вовсе не хочу  напрягать её этим вопросом.

Она борется за свою «независимость» от нас – мужчин, сильно провинившихся перед ней. Нужно время, чтобы она научилась доверять нам, полагаться на нас, нашу поддержку.

Поэтому я не лезу.

- Это, конечно, не квартира для моих внуков! – нервно выдыхает отец Полины.

Согласен! Поддерживаю молча.

Мой отец стоит у косяка двери кухни, скрестив руки на груди и наблюдая за Сташевским. Тоже ничего не комментирует.

Собственно, мы три здоровых мужика еле помещаемся на пятачке, называемый прихожей. Отец даже задвинулся корпусом на кухню.

Правда, это мало чем помогло. Настолько крохотная жилплощадь.

Сташевский заглядывает в комнату. Подходит к Паше. Наклоняется, целует спящего  в лобик.

Бросает напоследок хмурый взгляд. И  покидает квартиру.

- Ну, как там Миша? – с тревогой спрашивает отец, едва за Сташевским закрывается дверь.

Хочу ответить, но неожиданно  у меня звонит телефон.

Среди ночи. Нет, конечно, скоро рассвет. Но нормальные люди в это время ещё спят. Смотрю на номер.

Не московский.

- Макиевский. Слушаю, - произношу  я.

- Макиевский, приезжай срочно в Сибирь… Забирай свою дочь! Иначе её заберут органы опеки в Детский дом.

Какого чёрта!  Что за дикий розыгрыш?..

- Послушайте! – нервно восклицаю я. – Вы там…

- Это ты послушай! Мать девочки  попала в аварию. Умерла на месте. Если не нужен ребёнок, органы опеки её определят…

Нажимаю отбой. С ума все посходили!

Глава 36

Полина

- Привет! – Слышу за спиной отрывистый голос Макара.

- Привет! - Разворачиваюсь  к нему.

Скольжу взглядом по его лицу. Макар сегодня какой-то странный. Напряжённый. Дёрганный. Нервный. Улыбка натянутая, будто у него какие-то неприятности.

Поймав себя на этой мысли, застопорилась. С каких это пор я интересуюсь его проблемами? На сегодняшний день единственное, что  нас связывает – это наши дети.

Всё остальное меня не касается.

Конечно, вчера мы все здорово переволновались. Но сегодня Мише намного лучше. Не сказать, что он полностью в норме. Хотя температура и спала, он ещё очень слаб. Впереди у нас  курс лечения.

- Возьми, Полина. Это вам! - Протягивает  Макар пакет с фруктами и другими вкусностями.

- Спасибо.

Ставлю пакет на тумбочку. Отворачиваясь к сыну.

Миша, увидев отца,  радостно улыбается.

- Мама! Папа пришёл! Я знал, что он придёт, - тянет к нему свои руки.

Тот склоняется над  ребёнком, целует в лобик.

- Отлегло! - выдыхает Макар. - Лоб холодный.

- Да, температура нормальная, - говорю я. Вспомнив о том, что приглашал  доктор Савин, произношу: - Вы тут пообщайтесь. Мне нужно поговорить с доктором.

- Папа! А когда мы поедем на море? – догоняет меня голос Миши  в дверях.

Вот даже как! Собрались на море.  Готовили мне сюрприз?

Поговорив с доктором, возвращаюсь в палату. Хочу поделиться с  Макаром.

- Всё, Миша. Выздоравливай! – Наклоняется, целует он ребёнка.

Идёт ко мне.

- Полина, меня не будет несколько дней, - глухо произносит он. – У меня срочный вылет через полтора часа. Пашу забрал мой отец. Ты не волнуйся, с ним всё будет хорошо.

Киваю.

Макар уходит. Расстерянная стою посреди палаты.

Он не спросил, как я сходила к врачу. Ничего не сказал о запланированной поездке к морю. И вообще, несмотря на то, что  ребёнок болен, Макар оставляет нас. Пашу просто отвозит к своему отцу.

Вот так, Полина! На какое сближение ты там собиралась?

Отбой, дорогая!

***

Спустя десять дней мы выписались из больницы. Я не сообщила об этом Макару. Домой  добрались на такси.

В этот же  день у меня состоялся серьёзный разговор с отцом.

- Полина, ты должна думать в первую очередь о детях! - строго произносит он.

- Папа, с чего ты взял, что я не думаю о них? – оторопев, спрашиваю я.

- Ловлю на слове, дорогая. Я предлагаю тебе несколько вариантов на выбор, куда ты можешь переселиться с детьми. Но ты предпочитаешь ютиться в этой коморке! – отец даже не скрывает своего возмущения.

Морщится так, словно я живу не на съёмной квартире, а в бомжатнике каком - то.

- Детям здесь даже играть негде! Я уже не говорю о большем.

- «Большим» с ними занимаются в детском садике, - улыбаясь, произношу я. –  А мы читаем книжки, гуляем на свежем воздухе. Играть детям место есть. И игрушек полно. Ты чего завёлся?

- Полина, - невозмутимо продолжает отец. - Мой дизайнер подготовил для тебя планы, виды, интерьеры, оснащение десяти квартир.  Выбирай любую! Через три дня вас перевезут.

- А моего согласия спросить не хочешь? – опешив,  бормочу я.

- Прости, Полина. Но вроде, мы с тобой топор войны уже зарыли. Или я неправильно тебя понял?

- Ты правильно меня понял. Хорошо. Я подумаю, - озадаченно произношу я.

Отец  застаёт меня врасплох. Я не хочу никуда переезжать. От слова абсолютно.

- Дедлайн – три дня! - суровое лицо отца освещается грустной улыбкой.

Он уходит. На столе остаётся  папка с  видами квартир.

Готовлю себе кофе и кошусь на папку. Надо взглянуть! Решаюсь я.

Устраиваюсь на стуле за столом с чашкой кофе. Листаю папку. Роскошные многокомнатные квартиры на нескольких уровнях.

Дух захватывает!

Мне понравился  пентхаус на последнем этаже дома. Панорамные окна. Вид из которых просто ошеломительный,  - будто весь город лежит у твоих ног.

Никогда   в жизни не то, чтобы не была в такой квартире, но даже и не видела такую.

Роскошная двухуровневая квартира. Шикарный дизайн. Стильная мебель. Просторная детская.

Не квартира, просто мечта!

Неужели я могу просто сказать отцу, что мне понравился этот вариант? И через три дня переехать туда жить?

Даже в голове не укладывается.

Однако  предложение отца застало в такой  момент жизни, когда мне очень хочется что - то в ней изменить.

Я люблю Макара. И жду каждого его появления в своём доме. Хочу видеть его. Слышать. Быть с ним.

Но  в последнее время он стал вести себя очень странно. Такое впечатление, что у него кто-то появился.

- Мамочка, - накануне рассказывал Паша. – Нам было так хорошо вдвоём  с дедушкой.

- А разве папа вас не навещал? – удивилась я.

- Не-е! – замотал головой сын. – Он только звонил. Я с ним по телефону разговаривал! – гордо произнёс сын.

Сердце моё дрогнуло…

***

Пашу  домой привёз отец Макара. Но я уже знала о том, что Макар вернулся в Москву.

Получается, он так занят, что поручил ребёнка своему отцу?

Или просто устал играть роль хорошего папочки?

Больно муторно досадно от того, что снова поверила Макару. В его ухаживания, заботу, любовь.

А он вон как быстро сдулся. Остыл.

Надо выбросить его из головы! И жить своей жизнью.

В комнату вбегают малыши.

- Паша! Миша! Смотрите, где мы скоро будем жить! - показываю детям виды квартиры.

Сыновья радостно затараторили:

- Классно! Сколько места много! На велике можно кататься… А когда мы туда поедем?

Теребят мальчишки. Смотрят на меня с ожиданием своими ясными синими глазками.

- Скоро. Очень скоро!  - улыбаюсь я. – Но пока это секрет. Вы тоже никому не рассказывайте. Договорились?

- Договорились! Договорились! – вторят близнецы.

- Вот и отлично. А теперь давайте обедать.

***

Спустя неделю

Мы с детьми уже переехали в новую квартиру. Довольны все. Дети. Отец. И даже я не скрываю своей радости.

В тот день, когда я озвучивала своё решение отцу, мне было страшно неловко. Ведь квартира эта стоит сумасшедших денег. У меня даже язык не поворачивался спрашивать её цену.

- Я выбрала вот эту, - несмело ткнула пальцем в страницу с дизайном квартиры.

- Ну, наконец-то! - Отец выдохнул. – Я уж боялся…

Он чего-то боялся? Невероятно.

- Что ты опять заупрямишься.  – Засмеялся отец.

То есть боится он одного, - нарушить тот хрупкий мир, который  установился между нами.

Когда уж только привыкну я к нему. Что он не только  миллиардер из первых строчек журнала Форбс. Но и просто мой отец.

Просто папа. Который появился, когда мне исполнилось двадцать четыре года. Когда я уже сама стала мамой двух очаровательных мальчишек. Которых сама чуть не лишила отца.

Конечно, оказалось, что отец у  ребят ещё тот ветреный мужчина.

Вздохнула я.

Но это не отменяет того, что он их папа. Когда –нибудь повзрослеет вместе со своими сыновьями.

Улыбнулась я.

Пусть детки привыкают к своему папе. Какой бы не был. Он их отец.

А то вон как мне сложно делать это будучи уже взрослой.

Была ещё одна проблема.

После болезни ребёнка и, зная о предстоящей операции, я уже сомневалась в том, смогу ли работать дальше. Но Марина нашла решение. Предложила вывести меня за штат. И выполнять проекты на правах фрилансера.

Идеальное предложение, от которого я не могла отказаться.

Жизнь моя начала налаживаться.

Новый дом. Работа в удобном графике. Всё отлично.

Правда, детей Макар успел настроить на поездку к морю. Настроить-то настроил. Только сам благополучно забыл.

А дети начали канючить:

- Мам, а когда поедем? – с завидным постоянством интересовались они.

И в кого у них только память такая хорошая?  Явно не в отца.

- Вам папа обещал. Не я, - отнекивалась, как могла.

Но они упрямые. А это в кого ещё?

- Мам, а папа говорил, что ты море любишь. А ты, оказывается, нисколечко не любишь! – сокрушаются сыновья, поджимая губы и синхронно скрещивая руки на груди.

- Полина, в чём  проблема?  - интересуется отец. - Ты теперь свободный фрилансер. Мише надо здоровье поправлять. Да и Паше не помешает. У меня дом на берегу  Средиземного моря.

Вздыхаю. Конечно,  это здорово.

Море. Пляж. Солнце. Мечтательно улыбаюсь.

- Мамочка, море! – пищат под ногами дети. – Дедушка, спасибо!

Не рано ли благодарят?

Виснут на нём. Смеются. Он подхватывает их, целует. Все довольные и счастливые.

Одна я стою растерянная, не зная, что говорить и думать.

- Ну, как, Полин? Билеты заказывать? – спрашивает отец, глядя на меня в упор.

Все смотрят на меня.  Ждут.

Медлю.

- Заказывай! - решаюсь я.

***

Летим в самолёте. Сыновья залипают в иллюминатор. Обсуждают пушистые как вата облака. Ничего другого за бортом не видно. Но их очень это занимает и впечатляет. Ведь они видят такое впервые в жизни. И на самолёте летят впервые.

Глаза у мальчишек светятся от восхищения.

Откинувшись на спинку кресла,  прикрываю  глаза. Засыпаю…

Плаваем с Макаром в бассейне…

Он стягивает с меня  прилипшую к телу мокрую футболку и зашвыривает на бортик. Остаёмся оба голые… Плаваем, ныряем, бултыхаемся и барахтаемся в  воде. Как дети сотворяем все, что приходит в голову. Неожиданно притянув  к себе,  Макар целует меня в губы. Отпускает. Плывём под водой рядом друг с другом, изображая из себя влюбленную парочку дельфинов. Резвимся, дурачимся, «топим» друг друга, обдавая струями пенящейся и расходящейся кругами воды.

Какое блаженство.

Ложусь на спину  на поверхности воды, изображая из себя  морскую звезду. Макар внезапно подплывает ко мне снизу,  поднимает высоко над водой. Визжу,  ожидая, что вот сейчас  он бросит меня с размаху в  воду. Но он не бросает. Бережно опускает вниз, прижимая к своей груди, как ребенка.

Нежно целует. Смеёмся, наслаждаемся жизнью, любовью, друг другом в лучах ошеломительной ночной подсветки…

- Мама! Мама!- доносятся до меня голоса детей.

Открываю глаза. Вижу над собой обшивку салона самолёта. Поворачиваю голову  - рядом сыновья.

Глава 37

Макар

Срочно вылетаю в Сибирь.

Злой нервный раздражённый.

Только начали налаживаться отношения с Полиной. Да и Миша болен. А тут такое!

ЧП вселенского масштаба. Всё ещё надеюсь на нелепое недоразумение.

Твою…  ж! Возможно вообще розыгрыш такой девицы как Роксана. Не удивлюсь.

А я с места сорвался. Сиганул через пол страны.

Вот будет сцена…

Отец настоял, что стоит полететь, самому разобраться на месте.

Потому что, если  это окажется правдой, то дело очень серьёзное.

Но я уверен, что это ложь.

Спор с отцом продлился вплоть до моего отлёта.  Я был против. Но он жёстко стоял на своём. Как умел это делать только он.

- Папа, ты не понимаешь, если я сейчас улечу, Полина мне этого не простит, - огрызался я.

- Макар, если звонивший прав, твой ребёнок может оказаться в детском доме. Потом ты никогда его не найдёшь.

- Никак  там не может оказаться мой  ребёнок! – ожесточённо спорил я.

- Разумеется, не может, – ухмылялся отец. - Если ты вёл монашеский образ жизни.

Недоверчиво он приподнял одну бровь.

- Конечно, нет! – зло выпалил я. – Но секс был всегда защищённым - неуверенно закончил я фразу.

- То-то и оно! Давай быстро слетай туда и обратно.

Вот я и лечу. Рассчитываю управиться за пару дней. Заодно загляну и на металлургический комбинат.

Сижу в бизнес - классе. Здесь комфортно. Даже столик стоит. Напитки, фрукты. Но мне не хочется. Скольжу равнодушным взглядом по кожаным обивкам кресел. Немногочисленным соседям.

Расставив ноги и откинувшись на спинку кресла, пытаюсь расслабиться. Прикрываю глаза.

Вспоминаю приятные минуты… проведённые четыре года назад в этом сибирском промышленном центре.

Информация, полученная по телефону крайне скудная.

Звонивший представился Сашей. Сказал, что он муж подруги Анжелы.

Кроме своей бывшей помощницы Анжелы, другой на ум  не приходит вообще.

Но при чём здесь она? У меня не было с ней секса…

Ещё та оторва!

Могла и придумать. Вести людей в заблуждение. Ведь умудрилась представиться Полине моей девушкой. Ей ничего не стоит и выдать меня за отца своего ребёнка.

Вот засада!

Какого чёрта не уволил её сразу же, как только приступил к исполнению своих обязанностей на комбинате?..

В первый же день работы  натолкнулся взглядом на девушку двадцати двух лет, доставшуюся мне от бывшего босса.

- Я ваша личная помощница,  Анжела,- обрадовала она меня.

Я офигел. Это что за чудо такое?

Взглянул на её смазливое личико, тёмно - карие большие глаза, платиновые пряди волос. Перевёл взгляд на её глубокое декольте, задержался на короткой юбке и нервно прошипел:

- Анжела! Чтобы всего этого, - демонстративно покружил взглядом   по её облику. – Завтра я здесь не видел. Строгий дресс – код! – припечатал я.

Развернулся и направился в свой кабинет.

Форму одежды она сменила.

Но вела себя нагло. Опаздывала. Нарушала моё личное пространство.  Нахально рылась в бумагах на моём столе. Хватала мой  мобильник.

При воспоминании об этом, у меня даже сейчас от злости  сжались кулаки и заскрипели плотно сжатые зубы.

Беспардонная наглая невозможная девица!

Анжела вела себя дерзко.

Но на комбинате  был аврал. Работали допоздна и по выходным. Главным преимуществом девушки было отсутствие мужа и детей.

Она была незаменимой безотказной толковой. Трудоголиком. Я мог позвонить ей в любое время днём и ночью. Поставить перед ней задачу. И быть уверенным, что всё будет исполнено в точности и в срок.

Этого у неё было не отнять.

Это и спасло её от увольнения.

Но, если верить некому незнакомому Саше, то мать ребёнка погибла…

Это как? Выходит, тогда, что Анжела – молодая здоровая жизнерадостная девушка, которую я знал, умерла?

Бред! Невозможно поверить. Произошла какая- то путаница.

***

В аэропорт  за мной прислали машину с комбината.

- Макар Александрович, добрый день!  - Валера, бессменный водитель директора на комбинате встречает меня.

- Добрый, Валера!

Выходим из здания. На улице не  жарко. Прямо зябко. Застёгиваю замок на куртке. Идём на  стоянку машин.

Я хмурый. Не могу сосредоточиться на деловых вопросах, которые придётся решать по прибытию на комбинат.

Устроился  на пассажирском сидении рядом с водителем.

- Гони на комбинат!

Спустя пять минут джип уже летит по автостраде в направлении к городу.

Отрешённо смотрю в окно. Накрапывает дождь. Но места здесь красивые. Девственные нетронутые рукой человека.

Чёрт! Мне совсем не до красоты здешних мест!..

Приехав на место, провожу срочное совещание.

Оно подходит к концу.

- Приступайте к выполнению своих обязанностей, - произношу я тоном, не допускающим возражений.

Задача перед коллективом стоит сверхважная. Надо и печи заменить. И не сорвать поставку проката заказчикам на экспорт. Иначе придётся платить бешеную неустойку.

Жёстко. Ну, что тут поделаешь. Понимаю, задача сложная. Но модернизацию оборудования никто не отменял. Надо всё делать одновременно. Иначе падает производительность на устаревших линиях.

- Макар, - едва все вышли, обратился ко мне местный безопасник Завьялов. – Выяснил  всё. Докладываю…

Слушаю его, не перебивая.

- Анжела Хохлова погибла три дня назад в автоаварии. Она ехала на Тойоте Рав 4 на запредельной скорости. Предварительная причина аварии - отказ тормозов. У неё куча неоплаченных штрафов за превышении скорости. Любила погонять. У погибшей осталась дочь трёх с половиной лет. Ева Хохлова. В графе отец  ребёнка – прочерк. Родных нет. – Завьялов взглянул на меня исподлобья. Сухо добавил: - Детдомовская она была.

Так вот откуда у неё был такой характер! Дошло до меня. Привыкла выживать.

- Дочь Хохловой собираются тоже отдавать в детский дом...

Расставшись с безопасником, спустился вниз. Джип стоит прямо перед входом в офисное здание.

- Валера, едем! – произношу я, заскакивая на пассажирское сидение и вытягивая перед собой ноги.

Кажется, я на пределе.

С того момента, как узнал про ребёнка, нервничаю. Не понимаю ситуацию. Толком не спал. Вымотанный. Злой. Нервный.

Неожиданно скотская память подбрасывает, словно кадры киноленты.

Грёбанный корпоратив…

Что это было?

Накануне я звонил Полине. Выяснил, что она меня заблокировала. Позвонил другу в город, узнал новость, - что у неё теперь...  есть другой.

Психанул!

Бешенный невменяемый напился так на той долбанной вечеринке в честь запуска новой линии  на комбинате,  что еле стоял на ногах.

Происходящее плохо помню. Но какая-то темноглазая девушка всё время была рядом. Пыталась  мне помочь. Я её послал…

В памяти всплывают какие-то куски, обрывки картинок…

Вот мы в машине. Почему-то за рулём не Валера, а какая-то девушка. Она меня везёт домой.

Я отключаюсь...

Спустя время прихожу в себя.  Но я не дома. Обвожу мутным взглядом квартиру.

Чужую.

Обнажённая девушка приближается ко мне. Ложится в постель рядом.

Приятное молодое упругое тело. Целует меня. Я в ответ...  Девушка – огонь!

Но это не Роксана. Её вообще тогда не было в моей жизни…

А кто тогда? Какая разница! Ведь Полина предпочла мне другого. Я свободен. И волен спать с кем хочу.

Но с кем хочу - я не позволяю себе незащищённый секс.

Отстраняю от себя девицу.

- Презерватив есть? – хмуро интересуюсь я.

Она уходит. Возвращается с ним.

Вот это совсем другое дело. Понеслось…

Наутро я проснулся в чужой постели, в чужой квартире. Голова гудит. Во рту пересохло.  Оглядываю небольшую комнату. Морщусь от сильной головной боли.

-Эй! Кто есть? – ору  на всю квартиру. Никто не откликается.

Еле поднимаюсь с кровати, иду, держась за стенку в туалет. Потом на кухню. Открываю настежь дверцу холодильника. Достаю  запотевшую бутылку с  холодную водой. Жадно пью воду прямо из бутылки, запрокинув в голову и глядя в потолок.

Заглядываю в соседнюю комнату. Хозяйки нет. Принимаю душ. Одеваюсь. Выхожу из квартиры, захлопнув за собой дверь.

И почему я вдруг вспомнил эту историю?

Да потому, что дом, к которому мы подъехали, мне показался смутно знакомым.

Зайдя в подъезд, я уже знал, куда мы идём. На пятый этаж. Там эта квартира номер семьдесят семь.

Выходит, ту ночь я провёл со своей помощницей Анжелой?!

Твою… ж! Какого…! Плевать.

Я точно помню, что презерватив был!

Дверь приоткрыта. Толкаю её. Захожу внутрь.

За мной идёт Валера.

В комнате завешаны все зеркала. За столом сидят незнакомые молодые люди. Все в чёрном.

Стою, опираясь о косяк двери. Окидываю взглядом присутствующих. Замечаю на комоде фотографию, перевязанную чёрной лентой. Улыбающаяся Анжела.

Нервно сглотнув, спрашиваю:

- Саша кто?

Поднимается рослый парень из-за стола. Идёт ко мне.

- Макиевский? – угрюмо уточняет  он.

Молча киваю.

- Пойдём. Поговорить надо, - глухо произносит он.

Выходит из комнаты. Я иду за ним.

Неожиданно маленькая девочка выбегает из соседней комнаты прямо мне под ноги.

Ошеломлённо смотрю на… Еву. Худенькую девочку с заплаканными глазами. Расстроенную потерянную беспомощную. Озирающуюся по сторонам. Ищущую свою маму…

Которая уже никогда не вернётся к своей малышке.

К горлу подступает ком.

Устраиваюсь на широком подоконнике на  крохотной кухоньке. Окидываю взором более чем скромную обстановку. Стол, накрытый выцветшей клеёнкой. Кухонный шкаф дореволюционного периода. Наверное, достался Анжеле ещё от её бабушки. Небольшой старый тарахтящий холодильник приютился между окном и столом.

Даже при наличии средств, трудно втиснуть в эти пять квадратных метров что-либо ещё. Ну, разве только заменить всё на новое.

Саша -  темноволосый широкоплечий парень смотрит на меня в упор.  Лицо хмурое серое. Понятно. Похороны. Поминки.

Жду, когда он соизволит мне объяснить, почему отцом девочки они вдруг назначили меня?

- Мы с моей женой Ириной – друзья Анжелы. Выходцы из одного детского дома, - произносит глухо Александр.

Мой внимательный  взгляд, скользящий по обстановке, не остался незамеченным.

- Это квартира досталась ей от бабушки. Родители у неё погибли, когда Анжеле было четыре года, примерно столько же, как и её Евочке сейчас. Девочке исполнится четыре через пять месяцев. Погибли родители Анжелы тоже в автокатастрофе…

Оторопело взметнул глаза на Сашу.  Прямо рок какой-то преследует семью.

- Анжела любила гонять. Но в тот  день дорога была скользкой…

Парень замолчал. Уткнулся в свои большие мозолистые ладони. Я ждал, понимая, что ему сейчас нелегко. Ведь он потерял близкого друга. У меня самого на душе скребло. Ведь я тоже знал её. Работал вместе, хоть и недолго.

Потому что после той злополучной вечеринки ровно через два месяца она положила мне на стол заявление на увольнение.

Без объяснений.

Добиться вразумительного  ответа, что сподвигло её на столь категоричное решение, не удалось.

Но в этом была вся она.

Своевольная дерзкая упрямая. Уговаривать не стал.

Разозлился.

Но  решил, наверное,  она устала от ненормированного рабочего дня.

Как теперь, оказалось, он её действительно перестал устраивать. Даже хорошие деньги, которые я платил, не компенсировали напряга в её интересном положении…

- Незадолго до своей гибели, - молодой мужчина, наконец, придя в себя, продолжил: - Она сказала нам с Ириной, что отец Евы - Макар Макиевский, владелец металлургического комбината.

Оторопело я выслушал его голословное заявление.

- То, что мы  с ней, - хмуро произношу я, глядя на парня исподлобья. - Переспали, ещё ни о чём не говорит! - нервно шиплю я. - Тем более я помню, что была защита.

Победно вскидываю глаза на Саню. Что он скажет теперь?

- Была, - быстро соглашается он. – Только Анжела предварительно  проткнула презерватив.

Что это было?

Хотелось бы мне  понять.

- Она сама рассказала нам об этом. Анжелка была влюблена в тебя. Но ты не обращал на неё никакого внимания, как на девушку.  А тут корпоратив. Ты выпил… лишнего. Вот она и привезла тебя к  себе домой.

- Зачем? – неожиданно сипло спрашиваю я.

- Сказала, что ребёночка от тебя хотела. От любимого мужчины.

Я вконец офигел.

Конечно, Анжела была способна на такой отчаянный поступок. Но это за гранью даже для неё!

- Если бы не случилось этого несчастья, ты никогда бы не узнал о дочери, - хмуро произносит парень. – Мы поклялись Анжеле, что от нас об этом не узнает никто. Но Анжела умерла. И у неё никого нет. А Евочка есть…

Его плечи вздрогнули. Большой сильный молодой мужчина плакал.

В груди сдавило. Я шумно вздохнул.

На кухню ворвалась Евочка.

Увидев двух взрослых дядь, испуганно метнулась обратно к двери.

- Подожди, Ева! – поймал её за руку Александр. – Познакомься. Это твой папа. Он приехал за тобой!

Он вообще офигел? Какой папа?!

Ещё тест ДНК надо сделать!

Только травмирует лишний раз ребёнка. Козёл.

Бросив злой взгляд на Саню, опустился на корточки перед девочкой.

Всматриваюсь внимательно в её лицо. Девчушка очаровательная. Рыжие локоны обрамляют личико с пухлыми щёчками. Смотрит непонимающе синими глазками. Хлопает удивлённо ресницами. На которых повисли слёзы, готовые сорваться в любой момент.

Мозг мой лихорадочно работает. Глаза синие… Допустим. Волосы рыжие… Это в кого? Напрягся, вспоминая, облик Анжелы.

Платиновая блондинка.

Значит, не любила свой рыжий  цвет. Наверное, в детдоме все звали её - Рыжей. Думаю, она нещадно дралась с пацанами. С неё станется!

Глядя на малышку, ровесницу моих сыновей, шумно сглатываю. Но ком, стоящий  в горле, не прогнать.

Девчушка во все глаза  смотрит на меня, переваривая в своей маленькой головке слово «Папа», которого у неё никогда не было.

В области сердца появляется  давящая боль, сжимающая его мощным железным прессом.

Неужели  передо мной стоит моя маленькая дочь?

***

Шок. Потрясение. Принятие.

ДНК  - девяносто девять и девять десятых процентов!

Поздравляю, Макар! Ты теперь многодетный отец...

Держу крепко Еву за руку. Идём к трапу самолёта. Приблизившись к лестнице, беру дочь на руки. Она доверчиво льнёт к моей груди худеньким дрожащим тельцем. Смыкает свои ручки у меня  на  шее.

Вдыхаю всей грудью. Со своей драгоценной ношей начинаю подъём наверх.

- Мы к моей маме идём на небо?  - неожиданно  шепчет Ева мне на ухо.

Я качнулся вперёд. Но только сильнее прижал к себе Евочку. Свободной рукой  вцепился в поручень трапа.

- Папа, ты не думай! Я не боюсь. Тётя Ирина сказала, что мама моя теперь там…  на небушке.

Ева отцепляет одну руку с моей шеи и машет в небо.

Шумно сглатываю от волнения.

Заходим  в самолёт. В бизнес - классе сажаю дочку в кресло. И упаковываю ручную кладь.

В горле стоит ком. Тяжело объяснить крохе  истинное положение дел.

- Нет, Евочка! Мы не пойдём к твоей маме, - сиплю я. - Мы теперь отдельно от неё будем жить. В Москве. А мама Анжела с неба будет смотреть на тебя. Заботиться, чтобы тебе было хорошо. Ты всегда должна помнить, что мама очень любит тебя.

- Я тоже её люблю! И очень скучаю по ней. Но мама не приходит ко мне. - Разводит Ева руки в стороны. - Может, она забыла про меня?-  обиженно дует губки и мотает головой.

- Ну, что ты, милая!

Беру Еву на руки. Сажусь в кресло. Крепко  прижимаю к себе. Глажу по волосам. Целую  щёчки, лобик, волосы.

- Мама никогда не забудет о тебе. Она теперь как ангел будет оберегать тебя от всяких бед, - нежно говорю я.

Глажу  Еву по спине.

- А ты настоящий мой папа? – отстраняется от меня Ева. Упирается маленькими ладошками мне в грудь. Смотрит пронзительным синим взглядом,  прямо в душу заглядывает.

- Конечно, родная. Я настоящий папа! Твой папа. Вот можешь меня даже потрогать.

Беру маленькую ручку малышки прикладываю к своему лицу. Провожу её ладонью по своим щекам.

- Видишь, я даже тёплый! Потому что настоящий, - улыбаюсь.

- Ой! Ты такой колючий! – звонко смеётся дочка. Отнимает руку и трясёт ею в воздухе от того, что немножко укололась.

В первый раз слышу её смех. Звонкий как серебристый колокольчик.

Евочка такая маленькая. И у неё уже нет мамы. Теперь я должен сделать так, чтобы малышка не чувствовала себя сиротой.

Да и какая она сирота! Если у неё есть я - её папа.

Глава 38

Макар

В Домодедово нас  встречает Егор.

- Привет, Макар! – улыбаясь, идёт мне навстречу.

- Привет, брат. Вот уж не ожидал, что ты будешь нас встречать! – восклицаю я, неожиданно попадая в его объятия.

Спустя секунду Егор уже отстраняется от меня и переводит взгляд на Еву, которую я крепко держу за руку.

Она напугано  жмётся к моей ноге.

- А это, как я понимаю, Ева! – садится брат на корточки перед ней.

Дочка тушуются, смущается, прячется мне за спину.

- Ева, ты чего? – вытаскиваю её вперёд. – Это дядя Егор. Он мой брат. И твой новый дядя.

- Пап! – зовёт дочка меня к себе поближе.  Наклоняюсь к ней. - А почему он такой – же, как ты?  - спрашивает малышка, округляя свои глаза.

Мы с Егором смеёмся.

- Потому что мы близнецы, - объясняю я. – Ну, такие одинаковые братья.

Она пожимает плечами. Поджимает губы, обижаясь, что её разыгрывают. И сильнее вцепляется в мою руку.

Словно боится перепутать нас.

Устраиваемся в машине. Егор за рулём. Мы с Евой на заднем сидении джипа.

Малышка, утомлённая дорогой спит.

За окном мелькают ели. Лучи солнца скользят по их макушкам. И прячутся за лес. Обнимаю спящую на моих коленях дочку. Отстранённо смотрю в окно.

Как сказать Полине, что у меня есть дочь?..

И стоит ли спешить с этой новостью? Ведь отношения у нас  и так натянуты, как тонкие струны. Чуть задень, лопнут. Больно ударив обоих.

Не знаю, как  быть…

- Послушай, Макар, - произносит брат, не оборачиваясь. – Мы тут с Софией посоветовались. Решили тебе предложить: Ты отдай девочку нам!

Я не ослышался? Он это сказал?

В голове одни маты, готовые сорваться с языка…

Егор не смотрит мне в глаза. Вцепился взглядом в дорогу. Я тоже не поворачиваю головы, пытаюсь успокоиться и не рявкнуть на брата.

Не заорать  на весь салон внедорожника.

Не разбудить дочь. Не напугать.

Сердце бешено колотится. Кажется, подкатив к самому горлу.

Они что там вообще…  офигели?

Решили забрать у меня дочь. С фига ли! Благодетели грёбанные!

- Ты серьёзно? – на всякий случай решил уточнить я.

- Абсолютно, - ровно произносит Егор. На этот раз, обернувшись и бросив короткий взгляд через плечо.

Не на меня. На Еву.

Меня переклинивает. От ревности? Не знаю, всё вместе. И от того, что смотрит он на мою дочь, как на свою собственную. И от его скотского предложения. И вообще, какого…, он приехал встречать меня в аэропорт?!

Кто его звал?

- Ты чего молчишь, Макар?  - сипло спрашивает брат.

- Да вот думаю, сейчас тебя послать на… Или сначала до дома добраться? – нервно сглотнув, цежу сквозь зубы.

- Брось, Макар! У тебя уже есть дети. А у нас никак не получается, сам  знаешь.

Стиснул зубы до скрежета. Он что издевается?

- А ЭКО делать не пробовали? – нервно  выдавливаю, еле сдерживая себя.

- Пять раз пытались! Всё неудачно. Я уже боюсь за Софию. Гормональное лечение ей  здоровья явно не прибавляет.

- Тогда берите чужую яйцеклетку! Возможно и суррогатную маму. В чём проблема? Вариантов тьма.

- Макар! На всё это нужно время. А у неё тяжёлая депрессия развилась. Что вытащить из неё может только реальный ребёнок.

Машина резко дёргается. Мы чуть не вмазываемся в задницу переднего Лексуса.

- Осторожней! – нервно восклицаю я. – У меня тут ребёнок!

Перевожу взгляд на Еву.

Глаза прикрыты по-прежнему. Реснички дрожат. Дочка проснулась. И прислушивается к разговору  взрослых.

Твою… ж! Егор!

- Не спишь, Ева? – уточняю я и так понятный для меня вопрос.

Произношу вслух больше для брата, чтобы он заткнулся, наконец.

Дочка открывает глаза. На лобик упала рыжая прядка волос. Она её смешно сдувает. Улыбаясь, убираю её сам. Евочка робко поднимается, испуганно смотрит в затылок Егора.

Прижимается ко мне.

- Папочка! – шепчет мне на ухо. – Ты же не отдашь меня дяде Егору?

Отстраняется. И преданно заглядывает мне в глаза.

Наклоняюсь к ней и тоже шепчу на ухо:

- Я тебя никогда никому не отдам, доченька!

Прижимаю к себе и целую в обе щёчки.

- Правда, правда? – уточняет на всякий случай дочь.

- Правда, правда! – подтверждаю я.

***

Приехав домой, иду на кухню. Ева идёт по моим пятам.

- Ты побегай по дому! - предлагаю я. – На втором этаже  детская комната.

Она стоит посредине большого холла,  крутит головой во все стороны.

- Пап, у тебя такой большой дом! - озабоченно вздыхает она.

- Так иди побегай! Познакомься с домой. Наверху  и игрушки есть.

- А если я заблужусь? – серьёзно спрашивает она.

Смотрит на меня с  подозрением.

- Не заблудишься! – улыбаюсь я. – Пойдём, - беру её за руку. – Не такой уж и большой дом. Ты привыкнешь.

Едва дочка попадает в детскую, как тут же  бежит  в игровую зону.

- Ну, вот, осваивайся. А я пойду на кухню. Приготовлю нам чего-нибудь поесть.

Спустя пять минут Ева  бежит ко мне.

- Пап, а почему у тебя в детской только мальчишечьи игрушки? Ты что не знал, что я девочка?! – удивлённо восклицает  малышка, пожимая плечами.

Разворачиваюсь всем корпусом. Дочка стоит расстроенная посреди кухни, куксится.

- Евочка, у тебя есть братья. Паша и Миша. Это их игрушки. Мы с тобой сейчас пообедаем и поедем в Детский мир. Купим тебе новую одежду и игрушки. Выберешь, какие сама захочешь.

Ева перестаёт кукситься. Похоже, плакать передумала.

- Честно?

Киваю.

- Все, все, которые я выберу? – недоверчиво смотрит на меня.

Киваю.

- И даже не скажешь, что деньги у тебя закончились?

Поднимаю малышку на руки. Кружу по кухне.

- Не скажу, родная! У меня много денег. На все твои желания хватит, - улыбаюсь я.

- Пап! Так не бывает! – звонко смеётся дочка, тыча в меня пальцем. Демонстрирует, что разгадала мою «уловку».

Как приятно слышать её смех. Чувствовать её радость. Делить её с ней.

- Деньги всегда кончаются, - качает она головой, совсем как взрослая. - Мама говорила: Надо немного подождать до зарплаты! Ты не думай, я  умею ждать.

Больно сдавило в области груди. Ком подступил к горлу.

- Евочка, у тебя теперь будет другая жизнь. Ты привыкнешь.

Поставил её на ноги.

- А когда ты меня познакомишь с братиками? – невинно интересуется она. – У меня никогда не было братиков.

- Скоро, милая, познакомлю.

Раздаётся звонок. Иду к двери. Ева за мной.

- Привет, папа! – распахиваю настежь дверь.

На пороге стоит отец с огромной коробкой в руках. Смотрит на малышку, которая осторожно выглядывает из – за моей спины.

- Евочка! Знакомиться будем? Я твой дедушка, - радостно улыбаясь, сообщает он.

Дочка растерянно хлопает ресницами. Переводит взгляд с деда на коробку и обратно.

- Это мой папа, - представляю я. – Твой дедушка. Он пришёл знакомиться с тобой.

- Разве у взрослых бывают папы? – удивлённо   пожимает плечами Ева, разводя руки  в стороны.

- У всех бывают папы, - смеёмся мы.

Отец проходит в холл и  распаковывает подарок. Протягивает Еве большую куклу с синими глазами и платиновыми волосами. На кукле очаровательное розовое платьице.

Не знаю, кукла или дед мгновенно покорили сердце Евочки. Но спустя пять минут она уже забавно разговаривала  и с куклой, которую тут же назвала Надюшей, и с дедом.

Я выдохнул.

Глава 39

Полина

Мы со Светланой сидим за столиком уличного  кафе. Обожаем это место, ведь отсюда открывается потрясающий вид на Средиземное море.

Море. Пляж. Расслабленные отдыхающие.

Блики заходящего солнца играют в волосах детей. Безумно красиво и романтично.

Отец сразу же предложил купить билеты моей сестре с детьми тоже, чтобы нам тут было веселее. Света помогает с детьми. Ведь мне приходится ещё и работать.

Неожиданный отпуск с совмещением работы. Замечательно.

Приходится вставать рано, пока все спят, чтобы поработать в тишине. Дом папы, конечно, большой. И участок у него огромный. Но дети непрерывно дёргают меня. Врываются ко мне в комнату.

- Мама, когда пойдём на море купаться? Мам, ты скоро?

Управляется с ними только строгая тётя Света.

- А ну, марш все из комнаты! Не мешайте маме работать…

На море  мы уже неделю.

- Как у тебя дела с Макаром?  - спрашивает сестра, прекрасно зная, что я старательно избегаю этой темы.

- У детей хорошо. У меня никак, - жму плечами, глядя на закат.

Свежо. Пора собирать детвору, идти домой.

- Так я и думала, - ворчит сестра.

- Что ты думала? – машинально спрашиваю я.

- Ладно. Забей! – выплёскивает она, не желая распространяться.  – Слушай, Поль! Я тут записала нас на массаж в соседний пансионат. По очереди сходим.

Киваю. Поворачиваю голову к детям.

- Ребята! – зову я.- Давайте собираться. Уходим домой.

- Нее, мама! Подожди немножко. Мы тут в догонялки играем, - канючит ребятня.

- Завтра поиграете! – кричит Светлана. – Живо все сюда!

Дети мигом строятся. Как это у неё получается? Все по струночке ходят. И мои, в том числе.

Уложив детей спать, сидим со Светой на террасе. Уже совсем темно. Внизу как на ладони раскинулся весь наш маленький курортный городок. Дома отсюда смотрятся как игрушечные. В них горят огоньки.

С моря долетает лёгкий морской бриз. Кутаемся в пледы. В руках чашки с горячим чаем.

- Полин, ты думаешь, я не вижу, как ты страдаешь по своему Макиевскому, – неожиданно произносит сестра.

Веду плечами. С чего  она  это взяла?

- Ну, я же не дура совсем!  И тебя знаю как облупленную. Только ты не понимаешь одного, что  не будешь вечно молодой. Молодость, она такая девушка капризная. Побудет  с тобой немного, вильнёт хвостом. И  поминай, как звали!

- К чему ты свою шарманку завела? – с усмешкой спрашиваю я.

- Не получается у тебя с Макиевским. Пора это признать. Ну, не можешь простить его, так забудь! Найди себе другого. Сколько можно погребать себя заживо в четырёх стенах? - сердито вопрошает сестра.

- Что же мне объявление написать: Ищу мужа! – смеюсь я.

- Пока ты будешь ждать этого Прынца своего грёбанного, всех хороших парней разберут!

- Да не жду я его, – огрызаюсь. И тут же вздыхаю. – У него кто-то есть…

- Он сам тебе об этом сказал? – оживляется Светка.

- Нет, конечно. Сам он мне цветы через день присылает, - горько усмехнувшись, говорю я.

-А что ты молчишь? Давай с этого места поподробнее…

- Да, нет никаких подробностей.

- Всё, Поля! Не можешь ты откровенно у него спросить, чего ему от тебя надо? Тогда я спрошу. За мной не заржавеет.

- Не надо, Свет! Он решит, что я тебя попросила, - испуганно мотаю головой.

- Ерунда какая. Главное, узнаю, зачем он тебе голову морочит. Флорист нашёлся! Ладно, сестрёнка, пошли спать. Завтра у нас с тобой большой план мероприятий.

- Каких ещё мероприятий? – округляю  глаза. - У меня срок сдачи проекта горит! -  бурчу недовольно.

- Ой, Полин, будь у меня такой папочка, - демонстративно крутит  головой вокруг себя. – Ни дня бы  не работала!

Закончив вечерние посиделки, расходимся по спальням.

Ложусь в постель. Не могу уснуть.  Разговор  с сестрой не выходит из головы.

Отношения у нас с Макаром и, правда, сложные. Мы то сближаемся, то отталкиваемся друг от друга.

Почему так? Ведь я очень его люблю. Он первый и единственный мой мужчина. Не могу даже представить себя в чьих - то других объятьях. Чужих.

Перед взором Макар… Как смотрел он  на меня. Как осыпал моё лицо, руки, тело поцелуями. Как давно это было...

Пытаюсь избавиться от картинок – наваждений. Но они навязчиво преследуют меня.

Отмахиваюсь. Хочу забыть. Как сложно это сделать, когда любишь!

Может, права Светлана. Надо напрямую его спросить?

О чём? Нет.  Я не готова к такому.

***

Стою перед огромным современным комплексом пансиона. Взираю на  роскошное семиэтажное здание, расположенное на первой береговой линии у моря.

Здесь всё заточено под богатых. Шикарно стильно дорого. Рядом море, пляж, причал для прогулочных яхт.

Захожу в просторный холл здания. Вдоль огромных панорамных окон, за которыми плещется море, стоят мягкие диваны бежевого цвета. Перед ними расположились столики, на которых лежат разноцветные буклеты. Ошеломлённо озираюсь по сторонам. Выглядываю стойку администрации.

- Девушка! Вы не меня ищите? – слышу мужской баритон над собой.

Скольжу взглядом снизу вверх по хозяину приятного голоса. Сначала вижу сандалии надетые на голые ноги. Потом крепкие загорелые бёдра, обтянутые  в белые шорты. Поднимаю взгляд выше. Накаченное тело, кубики пресса, проступающие сквозь тонкую белую ткань майки. Широкие плечи. Крепкую мужскую шею, на которую  нанесён интригующий рисунок тату.

Решаюсь. Изучаю стоящий перед собой экспонат дальше. Тем более, что он не оставил мне выбора, перегородив путь. Взгляд выцепил трёхдневную щетину на лице. Тёмно - русые волосы. Пухлые губы. Прямой нос. Парень  шумно дышит, раздувая крылья носа так, словно я его добыча.

Перевожу взгляд выше. Наталкиваюсь на  его серый дымчатый взгляд.

Молодому человеку лет двадцать семь. Высокий широкоплечий красавец.

- Пройти можно? – рвано спрашиваю я.

Парень не отвечает. Разглядывает меня в упор.

Ведёт себя так, словно он тут хозяин.

- Я действительно спешу! -  раздражённо чеканю я.

- А могу я узнать куда? – нагло спрашивает он, расплываясь в ослепительной белоснежной улыбке.

Непреодолимое желание ответить: Тебе какое дело? Сваливай, парень,  с дороги!

Мужчина продолжает смотреть на меня своим лучистым пронзительным взглядом. Таким, как смотрел на меня когда – то  Макар.

Раньше… четыре года тому назад.

Как давно это было. Я сглотнула, прогоняя ком в горле.

А этот сероглазый красавчик, похоже, решил познакомиться. Развеяться на отдыхе. Закрутить курортный роман.

Со мной? Серьёзно?

Тут полно красивых молодых девушек, необремененных детьми и всякими там бывшими.

Полин! Ты совсем уже одичала! Корю я себя.

Вообще - то на лбу у тебя не написано, что ты мамочка двух очаровательных сорванцов. Усмехаюсь я.

Оказывается, я уже благополучно забыла, как это бывает, - знакомиться с молодыми людьми.

Не по делам. Не по работе. Просто так.

Потому что вы молоды симпатичны и свободны.

Рядом с вами плещется море, сверкает пляж, ярко светит солнце.

А я совсем потерялась...

Может, стоит попробовать? Ведь это ничему меня не обязывает?

Бред!

О чём ты только думаешь, Полина! Выкинь эти глупости из головы.

У тебя дети. Двое!

- У меня сеанс массажа, - рвано произношу я, хмуро глядя на русоволосого красавца. И вообще он меня раздражает. –  Я и так уже опаздываю!

Метаю в него яростные молнии.

- Понял. Отпускаю, - делает он шаг назад, разводя руки  в стороны. -  Но только при одном условии, - с насмешкой добавляет он.

Удивлённо вскидываю брови. С какой стати он вдруг выдвигает мне условия?

- Что ты скажешь мне своё имя, - парень обезоруживающе улыбается. – Я Богдан.

И всё-таки он знакомится. Констатирую я.

- Полина, - небрежно бросаю, обернувшись через плечо и устремляясь к стойке администрации.

И очень надеясь, что к концу сеанса массажа, его отсюда сдует на золотой берег лазурного моря.

Но я ошиблась.

Едва спускаюсь после массажа в холл, как с большого дивана поднимается Богдан. Со знакомой улыбкой на губах идёт  мне навстречу.

Ждал меня? Зачем?  Вздыхаю для храбрости.

Парень настойчив. И уверен, что его мужской харизме не сможет противостоять никто.

Желает продолжить знакомство. Он явно  рассчитывает  на большее, чем просто общение.

Придётся его разочаровать.  Сообщить ему, что я мама близнецов.

Ему это явно не понравится.  Он  свалит.

Ну, как – то так. Если не подействует, придётся подключать «тяжёлую артиллерию» - сестру. Главное, её правильно настроить. Тогда она прёт, как танк.

- Полина, я жду тебя, - приятный бархатный баритон ласкает слух.

- Напрасно. Я спешу к своим детям, - сухо бросаю я, пытаясь его обойти.

Богдан на секунду смутился. Не ожидал? То-то и оно.

Но быстро пришёл в себя.

- И сколько у нас детей? – уставился на меня испытующим взглядом.

- Мальчик и мальчик, - мило улыбаюсь я.

- Выходит, два мальчика, – не совсем веря в мою искренность, продолжает улыбаться он.

Мой телефон разрывается от звонка. Схватив мобильник, смотрю на экран.

- Привет, папа! – принимаю  вызов.

- Полина, ты знала, что у Макиевского есть дочь? – с ходу ошарашивает он.

- У какого Макиевского? – не понимаю я.

- У твоего Макиевского – Макара! – припечатывает отец.

- Дочь?..- ошеломлённо лепечу я, едва не роняя трубку.

- Дочь?.. – опешив, вторит Богдан. – Полина, никогда не поверю, что ты многодетная мама!

***

- Ты чего такая кислая? – Светка мерит меня скептическим взглядом. Усмехается. – Массаж что ли не понравился?

Кусаю губы. Боюсь расплакаться.

- А это кто ещё такой? – провожает сестра взглядом уходящего Богдана, который всё – таки настоял на своём и проводил меня до дома.

- Богдан Шиманский, - равнодушно произношу я.

- Кто?  - округляет Светка глаза до предела.

- Шиманский… какой-то. Свет, не морочь мне голову! Мне не до него.

- Ты вообще знаешь, кто он такой?! -  с вызовом  спрашивает сестра.

Так и хочется ей ответить: Не знаю. И знать не хочу!

Решаюсь. Достали меня сегодня. Внезапно всё начинает раздражать.

- Не знаю. Увязался за мной, как щенок…

- Да ты, вообще, сестричка, взбрендила! Щенок - это ты о  Шиманском? Ресторатор  и отельер! Да у него повсюду свои отели и рестораны. И  эта «Морская жемчужина», куда мы ходили – его!

Смотрю на сестру. Морщусь. Хочу сказать, что в данную минуту мне всё равно, чем он там владеет. Вместо этого говорю:

- Не перегибай! Я сказала «как щенок», потому что возражала. А он всё равно увязался за мной.

Она фыркнула. Я промолчала.

Но проблема моя никуда не делась. Она только увеличивалась до гипертрофированных размеров.

В голове звучало, словно набатом: Всё кончено.

У Макара другая семья!

Он никогда не говорил об этом. Даже  дети не видели членов его семьи. Мальчишки  обязательно бы мне рассказали.

Похоже, семья проживала не с ним. Возможно где - то за границей. А теперь вот вернулась.

Это конец.

Делиться с сестрой  сейчас не имеет никакого смысла. Она и раньше – то не очень ему доверяла. Что уж говорить про сегодняшнюю ситуацию.

Глава 40

Макар

Прошла неделя жизни нашей маленькой семьи с Евой. Дочка освоилась в доме. Вихрем носится по огромной квартире. Ей всё нравится, забавляет. На ночь я читаю ей сказки.

Она всё чаще смеётся. Что очень радует меня.

Работу свою веду на удалёнке. Устраиваю совещания по скайпу. Срочные документы на подпись привозят мне домой.

- Макар Александрович, - Водитель Никита нерешительно переминается с ноги на ногу. – Без вас там хана! Когда вы выйдете на работу?

В кабинет врывается Ева. Увидев Никиту, застывает на пороге. Смотрит на него, не моргая. Услышав, что тот куда-то пытается меня «увести», задумывается, подперев ладошками щёки.

- Папа занят! – серьёзно произносит она. – Видишь, он работает! - машет рукой на мой рабочий стол, с  установленным на нём стационарным компьютером. – А вы не маленькие уже. Тоже работайте. Как папа!

Мы смеёмся.

- Видишь, Никита, маленькая хозяйка в доме появилась. Надо сначала решить, с кем её оставлять. С няней. Или в детский сад. На следующей неделе определюсь. Там приеду на работу, шороху наведу…

Мне казалось, всё у нас  с Евой  замечательно. Что она привыкла, освоилась, приняла меня. Как вдруг у нас появились первые тревожные звоночки.

Искупав дочку, надеваю на неё мягкую пижамку, с выбитыми на ней зелёными яблоками. Ева разрумянилась после ванны. Отношу её в кроватку и выхожу по своим делам.

Спустя десять минут возвращаюсь. Оторопев, смотрю на дочь.

Ева плачет. Вздрагивает всем тельцем. К груди прижимает карточку.

Глажу  её по волосам. Она капризно ведёт плечом.

- Что случилось, моя хорошая? – как можно мягче спрашиваю я. – У тебя что - то болит?

Она мотает головой.

Беру её на руки. Пытаюсь вытащить из её рук карточку. Ева сильнее вцепляется в неё.

- Ну, всё. Всё! Не буду забирать. Спи с ней, - спокойно говорю я.

Прижав к себе, качаю её, как грудного ребёнка.

- Пап! – слышу тоненький голосок дочери. – Не отдавай меня в детский сад, пожалуйста! И няню я не хочу.

- Почему, Евочка? Ты же понимаешь, папа должен ходить на работу, - удивлённо говорю я.

Она тянет носом. Шмыгает. И снова всхлипывает.

- Ну, хорошо, - соглашаюсь я. -  Могу отвезти тебя  на неделю к деду. Поедешь к нему?

- Нет, – мотает головой. – Я хочу с тобой! Я боюсь, - снова плачет.

- Чего ты боишься? – спрашиваю я.

- Что ты уйдёшь на работу. И не вернёшься больше домой, как это сделала мама… И  я снова останусь одна…

В области груди появилась эта странная давящая боль. Она колола, распирала, рвала меня на части.

У дочери десять дней назад умерла мама. Что думал я, как скоро она сможет  забыть?  Маму.  И ту боль, которую испытывает кроха от того, что мама – самый близкий любящий человек, не вернётся к ней уже больше никогда.

Теперь, когда в её жизни появился  папа, она боится потерять его тоже.

Боится, что все оставят её…

Нежно баюкаю свою дочь. Она засыпает, прижавшись ко мне. Из её рук выпадает на пол карточка. Кладу Еву в кроватку, накрываю розовым одеяльцем. Целую.

Нагибаюсь, достаю упавший листок. Вздыхаю...  Фотография её мамы Анжелы. Кладу  фото рядом  с подушкой.

Тихо выхожу из детской.

***

Ева быстро привыкает к новой жизни. Спустя месяц она уже не просто послушно ходит в детский садик, а прямо-таки рвётся туда. У неё появилось много друзей.

Теперь даже сложно представить свою жизнь без этого маленького чуда. Очаровательной синеглазой рыжеволосой с крохотными едва заметными конопушками  на лице.

В гости к нам зачастил и брат Егор со своей  женой.

София с удовольствием возится с Евой. Что-то обсуждают между собой своё девчачье. Мы не вмешиваемся. Поползновения по поводу «отдать» им дочь, больше со стороны семьи брата не предпринимаются. Я выдыхаю.

Невестка потихоньку приходит в себя. Она улыбается. Отходит от своей депрессии. Звонкий смех Евочки разносится по всем этажам.

Иногда Ева грустит, вспоминая свою маму. Берёт в руки её фотографию. Гладит, целует, крепко прижимает к своей груди.

Разговаривает с ней… Рассказывает ей свои новости...  Говорит, как любит и как скучает без неё.

Мне больно видеть, как малышка страдает без мамы. Ведь даже в детском садике она видит, что детишек приводят и забирают другие мамы. Но ни разу Ева не пожаловалась мне, что у неё есть только  папа.

Она помнит свою маму. И общается с ней как с живой.

Я напрягаюсь. Бешусь от собственного бессилия и беспомощности. Безумно соскучился и по своим сыновьям. Всё как - то так накатывает...

Не знаю как изменить, исправить эту ситуацию.

Самая большая моя мечта, чтобы мы воссоединились с Полиной. И все вместе зажили большой дружной семьёй.

Но как могу, как смею я на это надеяться?

Ведь после  моего скоропалительного отъезда в Сибирь наши отношения, которые только начинали тогда налаживаться, рухнули резко, словно в обрыв.

Полина замкнулась в себе. Общается со мной только на вопросы о детях. Всё, что выходит за эти рамки резко обрывает. Отвечает кратко  сухо  холодно.

Я несколько раз звонил ей. Она со мной общается отстранённо. Спасибо, что хоть детям передаёт  трубку.

Знаю, что ей не понравился мой внезапный отъезд. Ссылаясь на срочность работы, я не объяснил ей настоящую цель поездки.

Но что мог я  сказать  ей тогда??

Если сам не был уверен ни в чём. Считал это чем - то сродни розыгрыша. И вылетел только по настоянию отца. Думал,  вернусь домой на следующий день.

Какой у меня  был выбор?..

Кризис у Мишеньки уже миновал. Рядом  с ним было много взрослых. Полина и два очень деятельных деда.

А Ева потеряла маму. И была совсем одна...  Брошенным покинутым никому ненужным ребёнком.  Друзья Анжелы уже собирались отдавать её в детский дом...

***

В комнату входит отец.

- Полина с сыновьями завтра возвращаются в Москву, - сообщает он, испытующе глядя на меня.

Меня переклинивает. Мне об этом она не сообщила. Не нашла нужным. Впрочем, в свете наших отношений, я даже не удивлён.

Исподлобья смотрю на отца.

- Что делать думаешь? – спрашивает он.

- Не знаю, - честно отвечаю я. - Думаю об этом уже весь месяц. Полина со мной почти не разговаривает. Как я полезу к ней с тем, что у меня есть дочь? Ума не приложу, - раздражённо  добавляю  я.

- Расскажи ей всё, как есть, -  ровно произносит он.

Вскидываю на него глаза.

Отец  устраивается в кресле напротив меня, готовый слушать.

Смотрит на меня с недоумением, словно не понимает, в  чём проблема.

- Полина и так доверяла мне не до конца. А тут целый ребёнок! Что я её скажу в своё оправдание? Нечего мне сказать.

Хмуро отворачиваюсь к окну.

- Макар! – неожиданно  жёстко говорит отец. –  Ты и так пропустил тьму времени. Целых четыре года! Вы не были вместе. И за это время могло произойти всё, что угодно. Насколько мне известно, она тоже замужем была. Ну, и ты не в монастыре, - чеканит отец. Делает паузу. – Советую тебе встретиться  с ней. Рассказать всё, как есть. Пусть она сама решает. Не захочет чужого ребёнка - её право, - рвано припечатывает он. - Если любит тебя, всё поймёт и простит. Ну, а если нет…  Тут уж, сын, ничего не поделаешь.

В комнату вихрем влетает Ева. Рыжие локоны развеваются, глаза светятся.

Кажется, солнышко ворвалось и осветило комнату.

Улыбаясь, дед распахивает свои  объятия. Она забирается к нему на колени.  Сворачивается там, как маленький котёнок.

Милая нежная любимая моя доченька.

Запускаю руки в волосы. Тереблю их.  Представляю перед собой  своих сыновей, когда они узнают, что у них есть сестрёнка. И глаза Полины...

Глава 41

Полина

В Шереметьево прилетаем ночным рейсом. Отец обещал встретить. За пределами аэропорта всё будет чётко.

Но сейчас…

Волнуюсь. Дети спят. Не знаю, как доберусь с ними до паспортного контроля. Потом надо получить багаж и преодолеть таможенный контроль.

Пройти всё это с двумя сонными малышами тот  ещё квест.

Светлана хотела лететь со мной в Москву. Но я заказала ей  и племянникам билеты на родину. Уж очень боялась её воинственного настроя – выяснить отношения с  Макаром.

- Паша! Миша! Просыпайтесь! – бужу ребятишек.

Малыши с трудом открывают глазки. Трут их. И тут же закрывают обратно.

- Мам! Я хочу спать! Я тоже буду спать! – капризничают они.

- Если вы сейчас же не проснётесь, самолёт вас отвезёт обратно. А я останусь в Москве! - пытаюсь привести в чувство близнецов.

- Ну и пусть! Там море! – лепечут они.

- Что помощь нужна? – слышу над собой уже знакомый баритон.

Вздрагиваю от неожиданности. Запрокидываю голову. Натыкаюсь на дымчатый серый взгляд.

Богдан Шиманский одетый в шикарный дорогой костюм, нависает надо мной, обволакивая терпким запахом парфюма.

- Дети спать хотят. Привыкли к режиму, - бормочу я. И закусываю губу.

- Не беда, - улыбается он, обнажая свои белоснежные зубы.

Будто рок - звезда какая! Невольно приходит в голову ассоциация.

- У тебя их, как я вижу, всё - таки двое. Не трое, - лукаво подчёркивает он. – Одного возьму на руки я, - кивает на Мишу, -  Ну, а второй будет с тобой.

- Спасибо! Ты меня очень выручил, - выдыхаю я.

Проходим  кордоны проверок.

Богдан несёт Мишу на руках. Пашу веду за руку я. Слава богу, что хоть он проснулся.

- Мама! Вон наш папа! – машет свободной рукой сын в толпу встречающих.

Поднимаю глаза. По ту сторон выхода  стоит Макар.

Его высокая широкоплечая фигура возвышается над  всеми. Он машет нам рукой.

Теряюсь. Ищу взглядом своего отца. Не нахожу.

Мы движемся в потоке пассажиров, выходим к встречающим. Едва преодолеваем последние метры, как Паша вырывает свою руку и бежит  навстречу  Макару.

Тот  обнимает сынишку, поднимает на руки, целует.

- Большое спасибо, Богдан, - развернувшись к нему, произношу я. Забираю Мишу. – Не знаю даже, как бы я справилась без тебя.

- Не за что благодарить, Полина. Обращайся! –  отвечает он, не сводя взгляда с Макара.

Они встречаются взглядами. Кажется, искрит между ними.

Глупо. Я ничья.

- Муж? – сипло спрашивает Богдан. Брови его сходятся на переносице.

- Бывший, - бросаю я. Делаю шаг в сторону Макара.

Богдан хватает меня за локоть.

- Я позвоню, - хрипло говорит он, пронизывая меня пристальным серым взглядом.

- Не думаю, что это хорошая идея, - отвечаю я, пожимая плечами.

***

Отец не приехал. Выходит, Макар настоял на том, что встретит нас сам.

Надеется, что мы помиримся?

Сомневаюсь.

Кошусь на силуэт в куртке и джинсах, обнимающий сына. Вздыхаю.

Вот что я ему сейчас скажу?

Зачем ты приехал? Так он встречает своих сыновей. Имеет право. Макар не видел их целый месяц. Дети очень соскучились по своему папочке.

Я тут вроде как ни при чём. Могу не напрягаться.

Но я напрягаюсь. Паша в  восторге. И Миша, когда проснётся, увидит своего папу, тоже будет радоваться.

Для меня это значит одно, - собственные обиды, ожидания, мечты надо запрятать куда подальше… Они никого не интересуют. Главное, - благополучие детей.

Успокаиваюсь. Почему так трудно даются в жизни решения?

Я собираюсь пойти к нему. Ведь там мой ребёнок. И неважно, какие у нас взаимоотношения с Макаром.

Иду к ним. Вся покрываюсь мурашками. Почему, я так волнуюсь?

Макар не обращает на меня внимания, разговаривает с Пашей. Оба смеются.

Миша уже тяжёлый. Подбрасываю его повыше себе на плечо. Крепче сжимаю руки в замок под его попкой. Он обхватил крепко меня за шею. И даже не думает просыпаться.

Я уже поравнялась с ними. Макар разворачивается всем корпусом. Ставит Пашу на ноги.

- С приездом! -  говорит он. И забирает из моих рук Мишу.

- Спасибо, - бросаю я.

Взмахиваю руками. Они затекли. Сгибаю, разгибаю пальцы. Беру за руку Пашу.

Макар смотрит на меня пронзительным синим взглядом. Не выдерживаю. Отвожу взгляд.

Но он продолжает смотреть, не отрываясь.

- Полина, мне нужно с тобой поговорить, - решительно  произносит он.

- Прямо здесь? – опешив,  интересуюсь я.

- Нет. Лучше у тебя дома. Мне сказали, что ты переехала, - прокашлявшись и прочистив горло, произносит он.

Разговор переносится. Выдыхаю. Я вообще не готова что- либо обсуждать с ним. Но, похоже, это неизбежно.

Киваю. Пытаюсь справиться с волнением.

Макар  уходит вперёд. Мы с Пашей протискиваемся к выходу вслед за ним.

***

Спустя час  приезжаем ко мне домой.

Окинув взглядом квартиру, в которой мы теперь живём с детьми, Макар неожиданно  мрачнеет.

Странная реакция. Отмечаю про себя.

Детей уложили спать. Снова сидим с ним на кухне за столом напротив друг друга. Как тогда… когда он пришёл в первый раз после разлуки…

Клялся в любви. Молил о прощении.

Теперь ни о чём не просит. Не молит.

Вглядываюсь в его волевое лицо. Взгляд прямой уверенный. Чёткий овал лица. Крепкая шея. Пахнет умопомрачительно. Такой родной близкий любимый…

Но я стараюсь дистанцироваться от него. Не поддаваться его обаянию.

- Тебе приготовить чай? – еле выдавливаю я. Тяжело говорить, когда он смотрит вот так…

- Нет. Выслушай меня, Полина, - шумно сглотнув, произносит Макар.

Неожиданно его лицо становится непроницаемым холодным, словно он проводит между нами черту.

Это приводит меня в чувство.

Решаю поспешить, чтобы не продлевать это мучение для двоих.

- Слушаю тебя, Макар, - рвано чеканю я. Гордо вскидываю подбородок.

- У меня есть дочь. Ева… Ей четыре года… У неё умерла мама… Малышку я взял к себе…

Каждое его слово вонзается в меня, как тысячи иголок. Колет, жжёт, ранит в самое сердце.

Свет меркнет. Комната плывёт… Стены вдруг начинает плющить. Рушатся потолки. Только Макар, по-прежнему  сидит  за столом.

А я лечу вниз. В самую бездну...

Он  говорит совершенно безэмоционально. Констатирует сухие факты.

Но я больше не слышу его.

Вжимаюсь в спинку стула, боясь упасть. Вонзаю ногти в свои ладони, чтобы не закричать, не завыть в голос. Стискиваю зубы.

О чём он хочет мне рассказать?

Зачем?!

Душу мою выворачивает наизнанку.

- Полина! Ты слушаешь меня? – взволнованный хриплый голос Макара вырывает меня из оцепенения.

Встряхиваюсь. Прихожу в чувство.

– Пойми, я не любил её...

Не хочу ничего слышать. Не могу. Это выше моих сил.

-  Прости, любимая. Если можешь..., - глухо произносит он.

Мне кажется, сейчас я сойду с ума. Это невыносимо.

- Но Евочка – она ни в чём не виновата! – с отчаянием выплёскивает  мне в лицо.

- У тебя дочь? - произношу я каким - то чужим отстранённым голосом. – Покажи её фотографию, - неожиданно для самой себя выпаливаю я.

Макар с готовностью бросается к своему мобильнику.

Боже! Зачем я это сказала? Ведь мне будет больно смотреть на чужую девочку…

Почему чужую? Горько усмехаюсь я. Ведь он её папа. Получается,  она  сестрёнка моих сыновей.

Макар передаёт телефон мне. Листаю фотографии… Смотрю видео.

Очаровательная синеглазая малышка. Рыжие локоны обрамляют милое личико девчушки.

Прислушиваюсь к себе. Что чувствую я?

Не знаю... Не понимаю... Слишком всё неожиданно.

Ева…  Он сказал, её зовут Ева…

- Полина! Её мама выросла в детдоме. У Евочки никого нет, кроме меня.  Если бы я не забрал дочь к себе, её ждала бы та же участь.

Неожиданно Макар  поднимается с места.  Обходит  стол. Снова встаёт на  одно колено передо мной. Как в прошлый раз. Берёт мои руки, подносит к губам. Осыпает страстными горячими поцелуями.

- Я очень тебя люблю, Полина! И мне никто не нужен, кроме тебя! Но если ты не сможешь меня простить, я пойму, - говорит он, прерывисто дыша. -  Я виноват перед тобой. Но дочь у меня есть и этого не отнять, - Нервно сглатывает. - Я не могу просить тебя заменить ей маму. Но может быть, ты сможешь дать ей хоть чуточку своего материнского тепла?..

Зависаю. Смотрю на него во все глаза.

Шок. Ступор. Потрясение.

***

Макар уехал.

Лежу в своей постели, ворочаюсь с боку на бок. Никак не могу уснуть.

Ева, - шепчу я, словно пробую её имя на вкус. Евочка…

Перед взором всплывают кадры видео. Забавная девчушка прыгает через скакалку, которую держит отец Макара со своим охранником. Её рыжие локоны, в которых отражается солнце, разлетаются в стороны. Ева звонко смеётся. За кадром слышен голос Макара:

- Евочка, не так быстро! Я не успеваю...

Она  поворачивает к нему своё недоумённое лицо с рассыпанными на нём милыми веснушками.

- Папочка, ты такой большой! Как же ты не успеваешь?.. – морщась, интересуется она, смешно разводя руки в стороны.

Глава 42

Полина

Спустя две недели.

Воскресенье. Ближе к вечеру раздаётся звонок в дверь. Распахиваю настежь. На пороге стоит Макар. И малышка Ева.

- Здравствуйте! – вежливо произносит она. – Меня зовут Ева.

Делает смешно реверанс, слегка наклонив головку и подхватив полы своего платьица.

- А я тётя Полина, - улыбаюсь, глядя на девочку.

Она бросает на меня выразительный взгляд и задирает голову на отца. По всей видимости, интересуется, что делать дальше.

Я спохватываюсь.

- Проходите в дом! – говорю я и отступаю назад.

В холл уже прибежали сыновья.

- Папа пришёл! И Ева! Идём скорее играть к нам в комнату, - мальчишки тянут за руки  свою сестрёнку.

Они уже успели познакомиться с ней в доме Макара.  А вот я вижу ребёнка впервые.

Наклоняюсь к ней. Целую в обе щёчки. Она нежно обнимает меня.

А затем  убегает с мальчиками наверх. Мы остаёмся одни с Макаром.

Выходим на лоджию. Смотрим с высоты на вечерний город, утопающий в огнях.

Стоим рядом. Так близко, что я слышу его рваное дыхание. Чувствую его запах. Волнение.

Молча смотрим на панораму города. Уютная домашняя романтическая обстановка.

Неожиданно Макар обнимает меня на плечи. Замираю.  Не скидываю его руки.

Рядом  с ним таким большим сильным уверенным в себе чувствую себя защищённой.

Я уже и забыла, какого это быть не одной.

- Полина, не хочу на тебя давить, - глухо произносит он. - Но что ты решила?

Берёт двумя руками за плечи, разворачивает к себе. Смотрит на меня своим синим пронзительным взглядом. Тону в синеве его глаз. Пытаюсь всплыть на поверхность. Не получается никак. Он склоняется всё ниже надо мной.

Берёт двумя пальцами за подбородок. Тянем друг к другу губы…

Что-то меня, словно толкает в бок.

Скашиваю глаза, хочу убедиться, что рядом нет маленьких зрителей.

Ну, конечно!

Поднимаю руки и освобождаюсь из плена Макара.

Ева стоит возле косяка двери и ревниво наблюдает за нами.

Как бесшумно она появилась здесь. Как нашла нас?

Искала по всему дому…

Макар тоже увидел дочь. Смотрит на неё вопросительно.

Малышка  подходит к нему. Обнимает его за ногу.

- Пап, а тётя Полина кто? – серьёзно спрашивает она.

- Мама Паши и Миши, - отвечает Макар.

- А она что, будет и моей мамой тоже? – Запрокинув голову,  заглядывает ему в глаза.

- А ты сама как хочешь? – мягко спрашивает он, присев на корточки перед ней.

Ева  крепко обнимает его за шею. Отворачивается. Плачет.

- Ну, что ты милая! – выпрямляется он и берёт дочь на руки. – Ты чего плачешь? Тётя Полина хорошая добрая. -  Гладит по спине ребёнка.

- Не хочу маму! – шепчет она. – У меня уже была мама. Она ушла. И забыла про меня. Мамы меня не любят…

Малышка заплакала навзрыд.

Я встряхнулась. Приблизилась к ним. Обняла её со спины.

- Евочка, я очень тебя люблю. И никогда от тебя не уйду! - нежно говорю я малышке.

Она замирает на мгновение. Перестаёт плакать. Отцепляется от шеи папы.  И поворачивает своё заплаканное лицо ко мне. Смотрит на меня удивлённо.

Я поправляю выбившуюся прядку волос за ушко. Глажу её лицо, волосы. Целую.

- Ты же чужая мама! Паши и Миши, – серьёзно произносит она, округляя свои глазки до предела.

- Я не чужая мама, Ева!  Ведь папа у вас  один,  - показываю на Макара. – Вот и мама будет одна, - улыбаюсь я.

- Мама… А ты обещаешь, что никогда не уйдёшь от нас? – Прильнув к папе, недоверчиво спрашивает она.

- Обещаю! – твёрдо говорю я.

- А вот с этого места поподробнее! – вклинивается в разговор  Макар.

Опускает Еву на пол.

- Всё, Ева! Беги, объявляй новость братьям!

Малышка крутит головой, переводя взгляд с Макара на меня и обратно. Лукаво улыбнулась и побежала с криком:

- У меня теперь тоже мама есть!!..

Остаёмся одни.

Макар обнимает меня, поднимает на руки, кружит. Вдыхает запах моих волос.

- Полина, я сегодня самый счастливый мужчина на земле!  Наконец – то мы вместе!

Ставит осторожно на ноги. Притягивает к себе. Жадно горячо впивается  в мои губы поцелуем.

Безумное блаженство… Как соскучилась я по его губам… рукам.  Как мечтала я, лёжа ночами в кровати оказаться с ним. Только  с ним одним. Как долго я об этом мечтала…

Стою в его крепких жарких объятьях. Не хочу, чтобы он разжимал своих рук. Не хочу, чтобы он выпускал меня.

Хочу, чтобы это длилось вечно...

***

Ужинаем в столовой большой дружной семьёй.

- Так, все внимание! – стучит ложкой Макар по тарелке. Дети притихли. - Любимые  мои, – решительно идёт он в атаку. – Как вы смотрите на то, чтобы переехать ко мне жить? – Переводит  взгляд с мальчиков на меня. И обратно. Добавляет: - Навсегда!

Затаила дыхание. Растерянна. Мы в эту – то квартиру недавно переехали. Смотрю на сыновей. Они улыбаются так, будто им подарок упал прямо с небес.

- Папочка! Я очень хочу  к тебе переехать! – торопливо говорит Миша. - Пашу мы возьмём?  Мы же не оставим его? - округляет свои синие глазки – бусинки.

- А как же мама? – восклицает Паша.  –  Она переедет вместе с нами?

- Вот сейчас мы все дружно и попросим её об этом, – лукаво улыбается Макар.

- Мама! Мама! – затараторили все трое ребятишек. – Поедем к папе. Насовсем!!

Беспомощно смотрю на Макара. Довольный улыбается.

Берёт мою руку,  подносит к своим губам. Целует долго - долго… очень нежно.

- Согласна, - выдыхаю я.

Глаза детей и Макара светятся от счастья...

Спустя сутки он перевозит нас к себе. Обхожу его огромную двухуровневую квартиру. Ошеломлённо разглядываю стильный интерьер квартиры, мебель… две детских.

Как он подготовился к нашему переезду. Улыбаюсь.

Мальчишки  с Евой уверенно с азартом бегают по квартире. Успели уже освоиться, ведь они здесь не впервой. Только я немного шокирована размером квартиры и дорогим дизайном.

Неужели нужно к этому привыкать? Похоже на то. Хмыкаю я.

Макар тащит меня в спальню. Смеюсь. Иду за ним. Нетерпеливо закрывает дверь и притягивает меня к себе. Низко склоняется надо мной. Жадно припадает к моим губам.

Целует страстно горячо. Таю в его руках... Нас тянет друг  к другу  с безудержной силой.

Вечером за ужином сидим впятером в просторной светлой столовой.

Неожиданно Макар подходит ко мне и встаёт на одно колено.

Удивлённо вскидываю на него глаза. В его руках блестит золотое кольцо.

- Полина, ты выйдешь за меня замуж? – с придыханием произносит он.

Всё развивается так стремительно…

Перевожу взгляд на детей. Они повскакали со своих мест, бегут к нам.

- Мама! Мама! Выходи замуж за нашего папу!! – кричат они. – Ну, пожалуйста, мама!

Дети приблизились ко мне, теребят со всех сторон. Макар смеётся.

- Да вы все договорились! – смеюсь я. – Солнышки мои, - обнимаю сыновей и дочку. – Конечно, я выйду за вашего папу замуж. Да, да, да!

Мне на безымянный палец Макар надевает кольцо с бриллиантами. Они сияют, переливаются под ярким освещением.

Мы обручены.

Глава 43

Полина

Спустя день

- Детям нужен свежий воздух! – заявляют  в один голос  оба отца. Наперебой зовут в свои загородные резиденции.

Я в раздумьях. Никого не хочу обидеть.

Неожиданно решение приходит само.

- Макар, давай сделаем так. Дети ещё ни разу не были у моего отца. Значит, примем его предложение. А твоего отца пригласим туда же.

Макар морщит лоб.

- Не думаю, что папа примет наше предложение. И вдруг  завалится к твоему отцу.

- А если его пригласит в гости лично мой папа? – лукаво смотрю на Макара.

- Ну, если только пригласит лично, тогда совсем другое дело!

Мне неизбалованной ни в детстве, ни в юности и до последних дней пребывания в доме Макара, всё кажется нереальным в моей новой жизни.

Я даже ещё не до конца освоилась. Туча бытовой техники! Не надо заморачиваться ни по какому поводу.

Но я заморачиваюсь!

Больше по привычке. Иногда по незнанию, как  управлять тем или иным прибором.

Макар терпеливо объясняет мне.

Про Дёминых никто не вспоминает. Если развод с ним отец  мне устроил за три дня. То из бизнеса он его вышвырнул за один (день). Где - то теперь Глеб зализывает свои раны. Переоценил себя старший Дёмин. С младшим Дёминым тоже разобрались. Никто о них больше не слышит. Никому они не нужны…

День в усадьбе отца проходит великолепно. Дети катаются на пони. Качаются на каруселях. К большому изумлению, у отца возведён уже целый детский аквапарк.

Успел он когда?!.. Немыслимо.

Возможности отца кажутся безграничными. Какой-то небожитель! Фыркаю я про себя.

Усталые довольные вечером все собираемся в огромной сияющей гостиной за столом.

Отцы о чём - то увлечённо говорят между собой. Дети делятся впечатлениями и эмоциями проведённого дня друг с другом.

- Минуточку внимания! – Макар поднимается со своего места с бокалом вина в руках. – У нас новость. Мы с Полиной женимся!

На секунду взрослые  ошеломленно замирают.

Потом начинается.

- Поздравляем! Наконец - то! Дождались!

- Горько!

Это уже слишком. Это же не свадьба! Чего их понесло? Успели выпить? Или хотят застолбить процесс?

Макара это не смущает. Он готов подчиниться воле присутствующих.

Поворачивается ко мне всем корпусом.

- На свадьбе! – твёрдо объявляю я, не поднимаясь с места.

Смущаюсь. Не показываю виду.

Раздаются разочарованные возгласы, которые подхватывают и мелкие.

Эти – то куда?!

Уже чувствуют свою сопричастность к мужскому роду человечества? Рано мальчики… Ух ты! И Евочка участвует в этой вакханалии, поддавшись всеобщему веселью.

Невольно улыбаюсь.

Ужин проходит в непринуждённой обстановке. Скольжу взглядом по  мужчинам. Обычно такие собранные суровые властные – сейчас все такие домашние уютные родные. Особенно поражал мой отец. Он тоже, наконец, оттаял после потери своего сына. Почувствовал, что у него есть мы. Почувствовал единение с нами. Собственно как и мы с ним.

Особенно чувствовала связь со своим отцом я.

Хорошо, когда ты не одинок. Когда у тебя есть большая дружная семья. Когда у тебя есть любимые…

***

Наступает ночь. Такая долгожданная для нас  с Макаром…

Соскучились безумно. Не можем насытиться друг другом.

Столько времени потеряно. Мы словно стремимся его наверстать…

Раздеваюсь. Сбрасываю с себя всю одежду. Ныряю в кровать.

Макар приближается ко мне.

По моему телу  прокатывается дрожь.

Как он красив!  Как сногсшибательно пахнет! Микс из запахов парфюма и мужского сексуального запаха. Голова кругом…

Макар целует моё тело нежно, осторожно прикусывая кожу. Каждое его касание отдаётся  во мне сладкой  болью. Он обхватывает мою голову двумя руками, слегка оттягивает волосы на затылке, смотрит в мои  глаза. Залипает на мне. Пьёт меня взглядом. Тону в синеве  его глаз. Сегодня мне больше не всплыть на поверхность…

Внутри меня больше нет  никаких мыслей. Одна единственная страсть, доминирующая над всем. Всё вернулось, как тогда, - четыре года тому назад.

Макар  накрывает мои губы жарким  жадным поцелуем. От его адского  напора опухают губы, дрожат пальцы. Делаю глубокий вздох и сильнее откидываюсь на подушки. Прогибаюсь под ним…  Сплетаются  наши руки,  ноги… Всё тело покалывает от дрожи. Вдоль позвоночника проносится  бешеная энергетическая волна. Прогибаюсь сильнее…

Макар слегка отстраняется, начинает всматриваться в моё возбуждённое лицо, горящие глаза. Его ноздри трепещут, словно он вдыхает мой запах… мои эмоции… мой накал.

Смакует каждый миг, растягивая удовольствие.  Вздрагиваю от сладкой боли. Сердце так сильно, так громко колотится в груди, словно вот – вот пробьёт её и покинет меня.

Мы оба на пределе, на грани, словно скользим по самому острию.

Наша  страсть выгибается в такт как гитарная струна… Обрыв. В который срываемся мы вместе. Глухие стоны… прерывистое дыхание… провал в безудержное блаженство.

***

Свадьба отгремела громко. К алтарю меня вёл отец. Это было незабываемо. Дети наши чинно шли за нами, словно два маленьких принца с  принцессой.

В СМИ тоже был ажиотаж. Олигархи первой величины (наши отцы) женили своих детей. Про невесту (меня) чего только не писали… приёмная дочь олигарха, незаконнорождённая, внебрачная…

Нам было всё равно. Главным было то, что происходило у нас.

Я была против пышной свадьбы. Но на семейном совете мой робкий голос не учли. Смирилась. Теперь это всё уже осталось позади. Как  и роскошный медовый месяц на море. Конечно, в этот «медовый» детей мы тоже взяли с собой. Катались на навороченной мегаяхте отца. С вертолётными площадками, бассейнами и прочими удовольствиями жизни.  Мы с Макаром, как когда – то четыре года назад, самозабвенно плавали в море. Дети бултыхались в бассейне на борту яхты.

Незабываемый медовый месяц.

Потом начались будни. Я ни разу не пожалела, что вышла замуж за Макара. Он сделал меня самой счастливой женщиной на всём белом свете.

И Еву я люблю точно так же, как и сыновей.

А через девять месяцев я родила девочку. В семье появилась ещё одна дочка.

Замечательная кроха. Когда она открыла глазки, все ахнули.

Тёмно-зелёными с золотистыми искорками мамиными глазами она смотрела на мир, в который пришла…

Все мужчины семейства долго и азартно спорили, как её назовём.

- Даже не думайте! – категорично заявила я. – Моя Машенька родилась.

Конец

Content

Близнецы для бывшего
Регина Янтарная

Пролог

Глава 1

Глава 10

Глава 20

Глава 30

Глава 40

Глава 43