Ларанская Мария

Репродукция счастья

Репродукция счастья

Мария Ларанская

Глава 1

Всё началось в первом месяце лета, когда родители предложили нам пожить всем вместе в их новом доме. Тогда они только переехали в красивый двухэтажный коттедж с панорамными окнами, просторными комнатами и очень высокими потолками. Этот дом находился вдалеке от шума города, на берегу большого озера, и с двух сторон был окружён берёзовой рощей.

В итоге я с мужем, моя сестра и брат с женой впервые за долгие годы оказались под одной крышей. Это было прекрасно! Каждый вечер мы собирались в гостиной и под уютный треск дров, время от времени доносящийся из камина, обсуждали новости, планы на жизнь и мечты, которым ещё только предстояло сбыться. Все проблемы, заботы, накопленные за день, будто бы растворялись, теряя былую значимость, и мне казалось, что этот дом, как крепость, способен уберечь от любых невзгод.

– Все сюда! Давайте пить чай! Я торт купила! – улыбаясь, прокричала Лиза и поставила на стол квадратную коробку, перевязанную розовой ленточкой.

Несмотря на то что мы родились с разницей в пять минут, наше с ней сходство имело только внешнее проявление. Лиза всегда была весёлой, общительной и смотрела на жизнь как на вечный праздник, я же, напротив, часто впадала в меланхолию и расстраивалась из-за каждого пустяка.

В отличие от большинства близнецов, каждая из нас с детства старалась подчеркнуть свою индивидуальность. Это отражалось в одежде, макияже и длине волос. В общем, окружающие различали нас без особых проблем.

– Лизок, мне из-за твоих тортов скоро опять весь гардероб менять придётся! – сказала жена брата, пытаясь изобразить серьёзное выражение лица.

Третий кусок любимого лакомства она съела с завидной лёгкостью, на время позволив себе забыть о строгой диете, которой придерживалась уже вторую неделю. За последние два года Оля из стройной, хрупкой девушки незаметно превратилась в хорошо упитанную даму.

– Олюничка, солнышко, даже если ты поправишься ещё на пять размеров, я не перестану тебя любить, – произнеся это, мой брат Олег взглянул на жену с такой нежностью, что у меня невольно сжалось сердце.

Максим никогда на меня так не смотрел. Нет, он был прекрасным мужем и не давал мне повода усомниться в правильности выбора спутника жизни, но... проявление чувств, особенно публичное, было ему чуждо. Даже когда мы только познакомились, Макс не дарил мне цветы, открытки и многие другие столь приятные женскому сердцу мелочи, считая, что это бесполезные траты.

Он говорил: «Любовь измеряется поступками, а не количеством потраченных средств». Я молча кивала, соглашалась, но всё же с лёгкой завистью смотрела на фотографии подруг, обнимающих роскошные букеты.

После чаепития все разошлись по своим комнатам. Наша спальня располагалась на втором этаже напротив комнаты родителей, и из её окна виднелось озеро и часть сада. Мне нравился этот пейзаж, наполненный какой-то особенной чистотой, и я не раз воспроизводила его на холсте.

Живопись была не только моим любимым увлечением, но и хорошим источником дохода. К слову сказать, с Максом я познакомилась именно на выставке моих картин. Для меня долгое время было большой загадкой, что молодой бизнесмен, абсолютно равнодушный к любым видам искусства, делал в галерее современной живописи. На все вопросы он только отшучивался, мол, «шёл мимо, и судьба меня позвала к тебе». Впрочем, почему бы и нет? Бывают же судьбоносные встречи, и произошедшая со мной меня вполне устраивала.

– Наташ, ты какая-то грустная сегодня. Что-то случилось?

Я отрицательно покачала головой. Макс не заметил, что стало причиной моей грусти, а сказать напрямую означало нарваться на долгий, бескомпромиссный монолог на тему «ты и так прекрасно знаешь, что я тебя люблю». Поэтому я просто решила сменить тему.

– А ты в курсе, что Лизка осенью хочет попробовать к вам в фирму устроиться? Компании же не помешает хороший экономист?

– Хороший-то не помешает, а вот Лиза... У неё же опыта совсем нет, она полгода назад только институт закончила.

– Она способная, ты же знаешь. И учится быстро.

– Ладно, Наташ, лето впереди, а там посмотрим, ещё десять раз передумает.

– Может быть.

Я не стала спорить. Лиза действительно довольно часто меняла решения. Сначала поступила на иняз, через два года разочаровалась, бросила и пошла учиться на экономический. Не успев получить диплом, записалась на курсы флористов. Потом вдруг снова прониклась любовью к экономике и бизнес-планам.

На следующий день я поехала в галерею, владелицей которой была моя лучшая подруга Марина. Там как раз активно шло приготовление к выставке пейзажей и натюрмортов. Галерея представляла собой большое светлое помещение, на стенах которого в то или иное время побывали картины всех художников нашего города.

Моя единственная представленная картина «Озеро в лесу» висела прямо напротив входа. На ней во всей красе был запечатлён тот самый вид из окна нашей спальни, который не раз становился источником моего творческого вдохновения.

– Слушай, Наташ, у тебя, случайно, домашнего телефона Сергея Соболева нет? А то он пообещал картину привезти и исчез. Хотела позвонить ему, а номер, как назло, найти не могу.

Марина растерянно посмотрела на меня, заранее зная ответ. У меня не просто был номер Сергея – я помнила его наизусть. Мы учились в одной школе, несколько лет прожили вместе, и сейчас я вполне могла быть его женой, если бы не встретила Макса.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Когда я вышла замуж, он уехал в другой город, забросил живопись и устроился работать на какой-то завод. Слова Марины стали для меня полной неожиданностью. Значит, Сергей вернулся, и, вероятно, на предстоящей выставке мы можем встретиться.

А вдруг он не стал привозить картину только потому, что увидел мою на стене? Мысли сменяли одна другую, и почему-то на душе стало тревожно. Я не знала, хотела ли я этой встречи.

Продиктовав номер Марине и уладив некоторые текущие вопросы, я поспешила домой. Прошлое внезапно вернулось в мою жизнь, всколыхнув давно забытые воспоминания, и от этого мне было не по себе.

– А у нас для вас есть отличная новость! – Ольга загадочно переглянулась с Олегом и продолжила: – Я жду ребёнка!

За столом пронёсся радостный гул, и все попеременно принялись поздравлять будущих родителей. Олег был счастлив! Он столько лет мечтал стать отцом и наконец его мечта почти что сбылась.

– Ну что ж, сынок, не скрою, я так и думал, что ты первый нас с матерью внуками осчастливишь.

Отец с одобрением посмотрел на Олега, а мама тем временем не сводила глаз с Ольги. Где-то в глубине души она до последнего надеялась, что сын однажды разведётся со строптивой невесткой.

Брат был высоким блондином атлетического телосложения, которое стало результатом безмерной любви к спорту и правильному питанию. Мама всегда пророчила ему в жёны нашу соседку по старой квартире с необычным именем Фиона.

Фина – так девушку называли в семейном кругу – была противоположностью Ольги. Тихая, скромная учительница начальных классов, искренне верящая в то, что доброта спасёт мир.

– Пап, а вы с мамой когда улетаете? – поинтересовался Олег.

– На следующей неделе. Сейчас прилетим, переговорю с партнёрами, потом – отдыхать на море, а на обратном пути документы будут готовы, всё подпишем – и домой.

– Ой, я тоже на море хочу, – мечтательно закатила глаза Ольга.

– Поздно, девочка, тебе сейчас не о море думать надо, а о будущем ребёнке.

– Да, я понимаю, Лидия Сергеевна, – Оля грустно вздохнула. – До рождения малыша никаких перелётов.

– Всё будет хорошо! – Лиза подмигнула Ольге и улыбнулась.

В отличие от матери она относилась к жене брата как к лучшей подруге. Они часто ходили вместе по магазинам и различным мероприятиям. Могли часами обсуждать какую-нибудь книгу или фильм. В общем, Лиза общалась с Ольгой гораздо чаще, чем со мной.

Мои отношения с сестрой дали трещину, когда я вышла замуж за Максима. Несмотря на то что в открытую она никогда не высказывалась против нашего брака, я чувствовала, что мой выбор её сильно огорчал.

Всю неделю я посвятила работе над новой картиной. Это был старинный замок на берегу реки. Пейзаж получился очень ярким и солнечным. Я даже немного сожалела, что на предстоящую выставку ему было уже не попасть.

В среду родители улетели в Сочи. После их отъезда в доме стало как-то пусто. Мы перестали вместе собираться по вечерам, предпочитая ужинать в любое удобное время и заниматься своими делами. Время шло, и наконец наступило воскресенье.

В этот день мне хотелось выглядеть как можно эффектней. Перемерив всё подходящее к событию содержимое гардероба, я остановила выбор на длинном платье цвета морской волны. Минимум украшений, неброский макияж и туфли на высоком каблуке.

Я удовлетворённо посмотрела на зеркальное отражение и, взяв маленькую золотистую сумочку, пошла к машине. Ровно в семнадцать тридцать, за полчаса до официального открытия галереи, я была уже там. Мне сразу бросилась в глаза новая картина, появившаяся непосредственно рядом с моей.

Два лебедя, застывшие на середине пруда, прижавшись друг к другу крыльями, смотрели на ярко-розовый закат. Я подошла поближе, чтобы рассмотреть имя автора. Надпись под рамкой гласила: «Сергей Соболев. Нежность». Моё предположение подтвердилось. Это была его работа, такая же прекрасная, как и те, что он создавал раньше.

После шести зал постепенно стал наполняться людьми. Я периодически оглядывалась по сторонам, пытаясь разглядеть в толпе знакомые черты, но Сергея нигде не было. Выставка приближалась к завершению, часы показывали без десяти девять, когда дверь распахнулась и я увидела его.

Он сильно изменился. Строгий костюм, короткая стрижка, отстранённый, несколько надменный взгляд. Казалось, что в этом серьёзном, солидном мужчине не осталось ничего от прежнего парня в потёртых джинсах, любящего животных и природу.

Сергей вошёл, держа под руку высокую коротко стриженную шатенку в шёлковом изумрудном платье. Они медленно перемещались от картины к картине, уделяя каждой работе по несколько минут. Оставшись незамеченной, я юркнула на склад.

Там хранились картины, которые художники не успели забрать, и некоторые из тех, которым только предстояло занять почётное место в главном зале. Сюда было разрешено заходить только работникам галереи и мне как постоянной добровольной помощнице.

Здесь я могла спокойно переждать, пока все разойдутся. Встретиться лицом к лицу с некогда любимым человеком оказалось сложнее, чем я думала. Из-за меня он изменил свою жизнь, изменился сам, и не факт, что в лучшую сторону. Я легко и просто разрушила все мечты и надежды Сергея, в одночасье перечеркнув чёрной краской белоснежное полотно его души.

Подруги говорили, что он даже приходил на мою свадьбу, но тогда, ослеплённая страстью к Максу, я не замечала ничего вокруг, да и не хотела замечать. Мой мир растворился в нём, и мне было абсолютно всё равно, что своим решением, я разрушаю жизнь другого человека.

Внезапно я в полной мере ощутила то чувство вины по отношению к Сергею, которое успешно заглушала в себе на протяжении нескольких лет, и по щекам покатились слёзы. Больше всего на свете мне захотелось просто убежать отсюда и спрятаться от всего этого в какой-нибудь дальней комнате нашего просторного дома.

Время тянулось предательски медленно. Полдесятого я, поправив чуть смазанный от слёз макияж, наконец решилась покинуть своё укрытие. Никого из гостей в зале уже не было. Марина вместе с какой-то незнакомой мне девушкой считала количество проданных полотен.

– О, Наташ! А ты что, ещё здесь? Я тебя потеряла. И не только я, – Марина загадочно улыбнулась, поправляя непослушные вьющиеся волосы огненно-рыжего цвета. – Один джентльмен очень хотел тебя увидеть. Кстати, именно он приобрёл твою жутко дорогую картину.

– Как приобрёл? – моему удивлению не было предела.

Цена, которую я определила за пейзаж, втайне не желая, чтобы его купили, считалась, мягко говоря, завышенной.

– А что ты удивляешься? Красивая картина... была, – с усмешкой добавила Марина, зная о моей небольшой уловке.

– Кто этот человек?

– Когда он узнал, что тебя здесь нет, то захотел остаться неизвестным.

– Ну ты же не можешь не знать, кто он? – мне непреодолимо хотелось узнать имя столь щедрого незнакомца.

– Я не могу, а ты можешь, ибо желание покупателя для меня закон.

– Но мы же подруги! – я попыталась изобразить максимально жалостливый тон.

Но Марина оставалась непреклонна.

– Вот именно! И ты как подруга могла бы предупредить меня, прежде чем куда-то исчезать. Всё, Наташ, не проси, не скажу. Лучше ответь, ты Сергея видела?

– Да, со стороны, – я чуть помедлила, но всё же решила задать вопрос, который не давал мне покоя: – А ты не знаешь, что за женщина была с ним?

– Я так поняла, что это его жена Оксана. Очень милая дама, на мой взгляд. Ландшафтный дизайнер. Сергей сказал, что только благодаря ей снова взялся за кисть.

– Мариш, скажи, пожалуйста, а его «Нежность» же никто не купил?

– Нет,  – Марина недоумённо посмотрела на меня.

– Отлично! Тогда вычти её стоимость из моего гонорара.

Я подошла к стене и аккуратно сняла картину.

– И ещё. Ты ни при каких условиях не скажешь ему, кто её приобрёл. В данный момент я покупатель, а желания покупателей для тебя закон, – я подмигнула озадаченной Марине и пошла на парковку.

У дома стояли машины Лизы, Олега и Ольги. Максим, по всей видимости, задерживался на работе. Когда семья была в сборе, площадка у дома напоминала мини-стоянку. На пути к своей комнате, точнее сказать, нашей с Максом, я не встретила никого, чему была несказанно рада.

Ждать прихода Максима не было ни малейшего желания, и я без сожаления легла спать. Ночь была звёздной. Полная луна освещала комнату мягким серебристым светом. Над изголовьем кровати два белых лебедя грустно смотрели на заходящее солнце…

Когда я проснулась, Макса уже не было, и лишь помятая подушка выдавала его недавнее присутствие. Распахнув окно, я полной грудью вдохнула свежий прохладный воздух и невольно улыбнулась. Неизвестно почему настроение у меня было просто замечательным. Хотелось петь и танцевать, хотя я ни первого, ни второго, к моему великому сожалению, делать не умела.

Погода обещала быть солнечной и тёплой. Свободное время я посвятила разбору старых фотографий и приготовлению праздничного ужина. В этот день у меня и Максима была годовщина свадьбы: пять лет совместной жизни.

Я приготовила индейку, пирог с ягодой и стала сервировать большой круглый стол. Брат с женой приехали первыми, через полчаса прибыл Макс. Он, как обычно, был без цветов и подарков, но меня это почему-то ни капли не расстроило.

Непривычный мне оптимизм взял верх, отбросив все страдальческие настроения. Я торжественно поставила в центре стола пышущую жаром индейку. Все расселись по местам, не хватало только Лизы.

– А что, Лизок к нам выходить не собирается? – поинтересовался Олег, глядя на закрытую комнату сестры.

– Так она же ещё не вернулась! – я удивлённо посмотрела на брата.

– Ну не знаю, – Олег бросил задумчивый взгляд на окно. – Когда мы с Олей подъехали, её машина уже стояла.

– Да я вообще не видела, чтобы она в дом заходила, – я встала из-за стола и пошла к комнате сестры. – Лиза, ты здесь?

Она не отзывалась. Настежь распахнув массивную дверь, я вошла в просторную комнату, но там её не было.

– Слушай, Наташ, а может быть, она на улице? – высказала предположение Ольга. – Я сейчас схожу, посмотрю.

– Лиза, где ты?!

Я поступательно исследовала все помещения, где она теоретически могла быть, но каждый раз натыкалась лишь на звенящую пустоту. Осмотрев подвал и чердак, я вернулась в гостиную.

– А когда вы видели её в последний раз?

– Вчера за завтраком, – задумчиво произнёс Олег.

– А вечером? – от странного, нехорошего предчувствия мне стало не по себе.

– Я когда Олю забрал от подруги, было почти девять. Лизкина машина стояла у дома, ну мы и подумали, что она в своей комнате просто спать улеглась, – ответил Олег почти шёпотом.

– А ты, Макс? – я вопросительно посмотрела на мужа.

– А я приехал только в час ночи и сразу пошёл спать. Получается, она могла исчезнуть ещё вчера днём. Кстати, её телефон недоступен, – с раздражением в голосе сказал Максим.

Он терпеть не мог неопределённые ситуации и злился, если не видел алгоритма решения проблемы.

– Слушай, а может, у неё просто машина сломалась, и она на такси уехала?

– И куда это она могла так надолго уехать, никому ничего не сказав?!

Предположение Макса вывело меня из себя. Я хорошо знала сестру и была уверена, что Лиза никогда бы так не сделала.

– На улице её точно нет, – Ольга недоумённо пожала плечами, войдя в дверь.

– И что это всё значит? – спросила я, хоть и понимала, что никто из присутствующих не сможет ответить на вопрос.

– Вполне возможно, что ничего такого, о чём ты уже успела подумать. Лиза – активная девушка, тем более незамужняя, мало ли где она может быть в семь вечера. Так что, Натуся, зря ты так разволновалась. Найдётся сестрица, никуда не денется, не беспокойся. И вообще, давайте уже ужинать, у вас же праздник как-никак! Да и кушать что-то хочется очень, – Олег подмигнул мне и принялся разливать по бокалам вино.

Напряжение за столом стало спадать, и мы потихоньку переключились на обсуждение бытовых тем. Я пыталась не думать о плохом. Возможно, Макс действительно прав, и у Лизы просто сломалась машина. Телефон мог разрядиться, поэтому был недоступен. Да и утверждать, что она не ночевала дома, со стопроцентной уверенностью мы не могли. В конце концов, за ней мог кто-нибудь приехать и забрать.

Нам искренне хотелось верить, что все наши опасения напрасны, но, по мере того как стрелки часов приближались к полуночи, эта вера становилась всё слабее. К утру от неё не осталось и следа.

Глава 2

Телефон Лизы по-прежнему был недоступен. Я не могла сидеть сложа руки, поэтому решила для начала тщательно обследовать её комнату. Постель была ровно застелена, окна не зашторены.

Это означало, что последний раз она заходила в комнату днём. Нигде не было ни её сумочки, ни документов. Ключи от машины аккуратно лежали в выдвижном шкафчике стола. Однозначно сказать, не хватало ли чего-то из вещей, я не могла: их было слишком много.

Сестра обожала ходить по магазинам и регулярно скупала одежду из новых коллекций. Даже если бы она, решив уехать, прихватила с собой пару-тройку платьев, общая картина её гардероба никак не изменилась бы. Осмотр комнаты желаемых ответов не дал, и я, захватив ключи, направилась прямиком к брошенному Лизой авто.

К сожалению, предположение Макса не подтвердилось. Автомобиль, полностью исправный, кроме всего прочего, был заправлен до максимальной отметки. Я заглушила двигатель и разочарованно хлопнула дверью.

Если Лиза и уехала на такси, то машина здесь была ни при чём. С момента её так называемого отъезда предположительно прошло два дня, и я ни капли не разделяла оптимизма близких людей, которые чуть ли не хором настаивали на том, что я сгущала краски.

В этот день температура воздуха была непривычно комфортной, и для успокоения нервной системы я решила немного пройтись. Где сейчас могла быть Лиза? Может, у какой-нибудь подруги или бойфренда? А был ли он у неё? И вообще, с кем она дружила?

У меня не было ответов на эти, казалось бы, простые вопросы. Внезапно я осознала, что ничего толком не знаю о сестре. Среди знакомых единственным человеком, возможно обладающим нужной мне информацией, была Ольга, и я решила вечером как следует обо всём её расспросить.

Неожиданно лицо обжёг поток неизвестно откуда взявшегося промозглого ветра. Рефлекторно отвернувшись, я невольно бросила взгляд в сторону озера и замерла. У самой кромки воды лежал запутавшийся в траве красный шёлковый шарф.

Подойдя поближе, я подняла его и внимательно посмотрела на край изделия. Большая буква «Л» из золотистых нитей была там, где и должна была быть. Там, где я собственноручно вышила её год назад, перед тем как сделать подарок Лизе. Не было никакого сомнения: этот шарф принадлежал сестре.

Я вернулась в дом, сжимая в руке неожиданную находку. Машина у дома, шарф у воды… И что это всё могло значить? Я не хотела думать о том, что Лиза утонула, но эта страшная мысль не давала мне покоя. Сидеть дома и ждать, пока кто-нибудь из близких придёт, было невыносимо, и я поехала к лучшей подруге Марине.

– Марина, ты где? – двери галереи были распахнуты, но в зале я никого не обнаружила.

– Я здесь, – отозвалась подруга со склада, – сейчас.

Всё время, что я говорила, Марина молча слушала, периодически кивая.

– Понимаю, что это звучит как бред, что обожающая жизнь Лиза не могла среди белого дня пойти и утопиться вместе с документами и мобильным телефоном, но и объяснить, как её шарф оказался там, я не могу. Она любила его и всегда завязывала, чтобы не потерять.

– Если только ей кто-то не помог, – почти неслышно прошептала Марина.

– Что?! – от её предположения меня затрясло.

– У вас же территория не огорожена. Предположим, она подъехала к дому и решила, точно так же, как ты сегодня, прогуляться по свежему воздуху.

– Ключи. Ключи от машины лежали в её комнате, – перебила я Марину.

– А тебе не пришло в голову, что это был запасной комплект?  – подруга бросила на меня вопросительный взгляд. – Так вот, я продолжу. Она пошла прогуляться, не заходя в дом, иначе сумочку с телефоном и документами она оставила бы там, и вдруг увидела кого-то, или кто-то увидел её. А потом...

– А потом этот кто-то убил её и, пока тащил тело к воде, потерял шарф, – озвучила я то, что не решилась сказать Марина. – Мне нужно идти, – я встала из-за стола и почти бегом устремилась к выходу.

– Куда ты, Наташа?

– Я тебе позвоню! – прокричала я, выходя на улицу.

Мне нужны были ответы, и ждать больше я не могла.

К приезду Макса и брата с женой дно нашего озера уже прочёсывали три профессиональных дайвера.

– Ты сошла с ума! – Максим раздражённо ударил рукой по столу. – Какого чёрта, Наташ?

– А по-моему, это вы все спятили! – я окинула пристальным взглядом присутствующих и продолжила: – Лиза пропала! Давно уже следовало обратиться в полицию. Каждая минута может быть на счету, но нет, как же! Вы все хором мне говорите, что я просто сгущаю краски! Да я единственная хоть что-то делаю!

– Единственное, что ты делаешь, – это пугаешь саму себя бредовыми предположениями. Очнись, Наташ! Ты, по ходу, детективов перечитала, – не унимался Макс.

– Наташ, мы не хотим обращаться в полицию только потому, что Лиза уже однажды так убегала, – перебил его Олег.

– А почему я об этом ничего не знаю? – моему изумлению не было предела.

– Мы тебе ничего не говорили по просьбе Лизы, но сейчас… – брат сделал паузу, обдумывая, что стоит рассказывать, а что нет. – В общем, Лиза накануне вашей свадьбы наглоталась снотворного. Хорошо, её Оля случайно нашла, мы же тогда тоже у родителей жили. Она пыталась всех убедить, что не собиралась травиться, а всего лишь хотела поспать днём, но звучало это как-то не убедительно. Потом ты с Максимом уехала в свадебное путешествие, а она точно так же исчезла. Мы с родителями с ног сбились, пытаясь её найти, написали заявление в полицию. И что в итоге? Оказалось, Лизка отсиживалась у какой-то подруги, о которой никто не знал. И сколько мы ни пытались добиться от неё хоть каких-то внятных объяснений, она так и не рассказала о причинах своего поступка. Отец даже нашёл для неё специалиста, который заподозрил у Лизы серьёзное нервное расстройство. Она потом ещё долгое время принимала какие-то лекарства. Наташ, не смотри на меня так. Ты всегда жила в своём нарисованном мире, и тебя просто берегли от столкновения с суровой реальностью.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Слова брата шокировали меня. Всё сказанное как будто касалось какого-то неизвестного человека, но никак не моей доброй и искренней сестры.

– Иными словами, ты хочешь сказать, что, несмотря на то что Лиза однажды хотела покончить жизнь самоубийством, сейчас, когда она неизвестно где, нет никакого повода волноваться?

Позиция Олега сбивала меня с толку.

– Я просто предлагаю подождать несколько дней и не сообщать ничего раньше времени ни родителям, ни полиции.

– Мы закончили, – в дверях появился один из дайверов.

– И? – спросила я, затаив дыхание.

– Там никого нет.

– Что и требовалось доказать, – сказал Макс, выпроваживая любителя подводных ныряний.

Я не знала, как поступить. С одной стороны, я была несказанно рада, что дайверы Лизу не нашли, но в то же время её отсутствие, тем более после того, что рассказал Олег, не давало мне покоя. В итоге я решила не отступать от намеченного плана и поговорить с Ольгой.

– Оля, ты знаешь каких-нибудь Лизкиных подруг?

– Лично нет, – задумчиво отозвалась Оля, –  но в соцсетях видела. Она там много с кем дружит.

– А парень у неё есть?

– Да был, вроде как, какой-то художник, – Ольга пожала плечами. – Она всего пару раз о нём упоминала, да и то вскользь, поэтому я ничего конкретного сказать не могу.

Художник? Моему удивлению не было предела. Все художники нашего небольшого городка проходили через галерею Марины, и почти с каждым я встречалась в определённый период жизни. Получается, что парнем Лизы стал кто-то из них, если, конечно, это был не какой-нибудь новоиспечённый талант или, вообще, приезжий.

Приезжий... Почему-то я вдруг вспомнила о Сергее. Все эти дни поглощённая переживаниями о Лизе, я совсем забыла о нём. И это несмотря на то, что его картину, висящую в нашей спальне, я видела по несколько раз в день.

После разговора с Ольгой я направилась напрямик в комнату Лизы. Меня интересовала конкретная цель, а именно ноутбук сестры. Компьютер лежал на видном месте, и я без труда получила доступ ко всем её документам.

До глубокой ночи я просидела, изучая содержимое ноутбука. Просмотр незапароленных страниц в соцсетях никаких ответов не дал. Ни во входящих, ни в исходящих сообщениях не было ничего существенного.

Изучение многочисленных папок и документов оказалось также бесполезной тратой времени. Они в большинстве своём касались либо учёбы Лизы, либо её увлечений в разные годы жизни. Уже почти отчаявшись найти интересующую информацию, я увидела неприметный файл «мой дневник», однако, открыть его мне не удалось.

Дневник был надёжно защищён каким-то сложным паролем. Если в этом компьютере и была какая-то важная информация, то содержалась она именно здесь. Я закрыла ноутбук и, удовлетворённая результатами поиска, пошла спать. Интуиция подсказывала мне, что на этот раз я на правильном пути.

Утром следующего дня я позвонила Марине.

– Мариш, я к тебе подскочу сегодня?

– Давай подскакивай, - весело отозвалась подруга. – Я сегодня почти весь день свободна.

– Отлично. Заодно повспоминай, есть ли у тебя знакомый программист.

Я отключилась и вздрогнула, посмотрев на телефон. Пока я разговаривала с Мариной, на мой номер пришло сообщение. Отправителем была Лиза.

«Наташа, не волнуйся. Со мной всё хорошо. Прости, что уехала, ничего не сказав, но так было нужно. Не ищи меня. Я вернусь, когда всё закончу. Целую, Лиза».

Прочитав сообщение, я тут же набрала номер сестры, но он вновь был недоступен. Да как она могла! От злости я чуть было не разбила ни в чём неповинный мобильный. Неужели нельзя было сразу сказать, что с ней всё в порядке?! Олег оказался прав, я зря за неё волновалась. Обзвонив родных и сообщив им радостную новость, я поехала в галерею.

С Мариной мы столкнулись в дверях.

– Ну, Наталья, как дела? Рассказывай.

– Лиза прислала сообщение, что у неё всё хорошо, – коротко ответила я.

– Да ты что?! – ахнула Марина. – Нет, конечно, это здорово, что с ней всё нормально, но почему было сразу не сообщить, не понимаю.

– Я тоже. Слов нет.

– Кстати, я тебе программиста нашла, – Марина протянула мне серебристую визитку. – Он у нас все компьютеры устанавливал.

– Спасибо, да только навряд ли он мне уже понадобится.

– А, вообще, для чего он тебе нужен был?

Я рассказала Марине о недоступном файле на компьютере Лизы.

– А я бы на твоём месте всё равно его вскрыла, – подруга пожала плечами. – Ты по-прежнему не знаешь, почему она уехала и когда вернётся, а это её личный дневник. Она могла там о многом написать. Вдруг она, вообще, от кого-то сбежала?

– Да, ты права. В конце концов, можно сделать так, что она потом вообще не узнает, что кто-то рылся в её компьютере. Зато у меня будет хоть какая-то информация.

– Вот и я о том же, – отозвалась Марина, заходя на склад.

Вернулась она, держа огромный букет красных роз.

– Это тебе!

– От кого? – я недоумённо посмотрела на подругу.

– От тайного поклонника, – рассмеялась Марина и протянула мне маленькую записку.

«Для Натальи с наилучшими пожеланиями. Тайный поклонник».

– Курьерская доставка. Я действительно ничего не знаю, – с улыбкой ответила Марина на мой вопросительный взгляд. – Цветы принесли вчера вечером с этой запиской.

Я взяла букет и уже собиралась ехать домой, когда в двери зашёл Сергей. Он бросил на меня беглый взгляд, коротко кивнул в знак приветствия и молча прошёл мимо на склад, где находилась Марина. От удивления я на мгновение потеряла дар речи.

По прошествии пяти лет со дня последней нашей встречи я могла ожидать чего угодно, но только не этого. Не этого равнодушного и категоричного безмолвия. Он посмотрел на меня так, как будто я была предметом мебели, незначительной помехой на его проторённом пути, на которую следовало взглянуть, только лишь чтоб случайно не споткнутся.

Не прощаясь с Мариной, я выбежала на улицу и остановилась у дверей. Горячие лучи солнца мгновенно обрушились на незащищённую белую кожу, норовя оставить на ней болезненные ожоги. Я стояла неподвижно, глубоко вдыхая тяжёлый, раскалённый воздух, стараясь успокоить переполнявшие меня чувства.

Почему-то я решила, что он до сих пор любит меня. Видимо, мне просто хотелось в это верить. Точно так же, как и в то, что с Максимом у нас крепкий и нерушимый союз. Я на мгновение закрыла глаза, вспоминая день нашей встречи. Тогда, когда мы впервые в жизни увидели друг друга, я сразу влюбилась в него, с первого взгляда, с первой минуты, и думала, что если мы когда-нибудь поженимся, то на земле не будет женщины счастливей меня, но сейчас, увы, я вовсе не чувствовала себя счастливой.

– Здравствуй, Наташа!

Я сразу узнала этот тихий, спокойный голос, возвративший меня из уютного плена приятных воспоминаний в безрадостное настоящее.

– Доброе утро!

Мы смотрели друг другу в глаза, не решаясь хоть что-то сказать. Сергей улыбнулся и провёл рукой по моей щеке.

– Изменилась... Я даже не узнал сразу. На склад зашёл, а мне Маринка говорит: «Где Наталья?» Возвращаюсь, смотрю – тебя нигде нет. А ты, оказывается, здесь стоишь...

Не узнал?! Да как он мог меня не узнать?! Я же не пластическую операцию сделала, а всего лишь отрастила некогда короткие чёрные волосы и перекрасила их в цвет молочного шоколада. И при этом все знакомые узнавали меня без труда. Здесь явно было что-то не так.

– Да вот, решила подышать свежим воздухом, – сказала я, стараясь заглушить в голосе нотки недоверия к его словам.

– Ну, этот воздух с трудом можно назвать свежим. Свежо сейчас, наверно, только где-нибудь ближе к воде.

– Возможно...

– С утра уже было двадцать восемь, а сейчас, судя по всему, градусов тридцать пять, – задумчиво произнёс Сергей, стирая со лба капельки пота. – Как ты думаешь?

От этого с виду банального разговора мне стало не по себе. Мягкий тембр и добродушная улыбка Сергея никак не сочетались с пронзительным взглядом хищника, готового в любую секунду наброситься на жертву. Так он посмотрел на меня всего на мгновение. Такого Сергея я никогда не знала раньше.

Будто почувствовав, переполнявшие меня чувства, он неожиданно резко произнёс:

– Может быть, зайдём в кафе через дорогу? Я думаю, нам есть о чём поговорить.

Кафе через дорогу оказалось небольшим, уютным ресторанчиком китайской кухни, с говорящим названием «Чина-Фуд». К нашему столику у окна незамедлительно подбежала юная официантка в фирменном зелёном платье, демонстрирующем крупной надписью на груди название этого заведения. Приняв заказ, девушка скрылась за дверью с яркой табличкой «кухня», а мы выжидающе посмотрели друг на друга.

– Как поживаешь? – я решилась нарушить тягостное молчание первой.

– Отлично. У меня высокооплачиваемая работа с перспективой карьерного роста, квартира в центре, машина, о которой раньше я мог только мечтать. В общем, достиг многого, но, как говорится, ещё есть к чему стремиться, – улыбаясь, ответил Сергей.

– Что-то ты ни слова не сказал о своей жене, – я внимательно вгляделась в его лицо, пытаясь рассмотреть подлинные эмоции.

– Я просто подумал, что с бывшей возлюбленной разговаривать о нынешней не тактично, но раз тебе интересно, давай расскажу, – его недавняя улыбка сменилась равнодушным выражением, с которым люди, как правило, говорят на какие-нибудь банальные темы. – Она известный ландшафтный дизайнер. Делала приусадебные участки у многих влиятельных людей. Зовут Оксана. Добрая, общительная, трудолюбивая, чем-то даже похожа на тебя. Правда, старше меня на пару лет, но, по-моему, это такая мелочь… А у тебя как дела, Наташа? Как муж? – спросив о Максиме, Сергей невольно усмехнулся.

– Да в целом всё хорошо. Мы сейчас всей семьёй живём в загородном доме у родителей. Муж работает в собственной фирме, я зарабатываю на продаже картин. У нас полное взаимопонимание и доверительные отношения. Кстати, на картине, которую я выставляла, был как раз изображён вид из окна нашей спальни. Там такое большое озеро прямо рядом с домом!

– Я видел твою картину и хочу сказать, что с годами ты не только не утратила талант, а, напротив, стала настоящим профессионалом, – он восторженно посмотрел на меня. – Скажу безо всякой лести: твоя работа была на этой выставке самой лучшей. Не удивительно, что её купили по такой цене, а...

– А кто купил? – бестактно перебила я Сергея, не в силах скрыть одолевшее меня любопытство.

Я была уверена, что именно Сергей был этим таинственным покупателем, и мне было очень интересно, как, желая оставаться неизвестным, он сможет ответить на столь прямой вопрос.

– Высокий мужчина средних лет в дорогом костюме. Пришёл сразу после меня с Оксаной. Он особо даже не рассматривал другие полотна, а сразу направился к твоему пейзажу. Я неподалёку стоял, поэтому слышал, как он у Марины всё допытывался, почему тебя нет на выставке.

Я не знала, как воспринимать полученную информацию. Ответ был слишком конкретным и указывал на человека, которого я теоретически могла видеть. Получается, моё предположение было ошибочным и Сергей не имеет никакого отношения к покупке картины? Я задумчиво посмотрела на букет роз, заботливо поставленный в вазу услужливой официанткой.

– Это, я так понимаю, тоже от него? – поинтересовался Сергей, проследив за направлением моего взгляда.

– По всей видимости, да. Он приложил записку и назвал себя в ней тайным поклонником.

– И у тебя нет никаких предположений?

– Нет. Сначала я, вообще, думала, что это ты, – чуть слышно, сама не понимая зачем, произнесла я.

Сергей мгновенно изменился в лице. Он пристально вгляделся в мои глаза, будто пытаясь понять, что творится у меня на душе, и задал вопрос, на который я сама не знала ответа:

– Наташа, но почему?

– Просто… – неуверенно начала я, пытаясь подобрать адекватное объяснение.

Как внезапное спасение, у нашего столика появилась официантка с большим подносом, на котором с трудом разместились заказанные блюда.

– Вот, пожалуйста. Ваш салат «Пекин», мясо в кисло-сладком соусе, папоротник с огурцами и запечённые баклажаны, – на одном дыхании быстро прощебетала девушка звонким голосом. – Что-нибудь ещё желаете?

– Нет. Спасибо. Пока достаточно этого, – ответил Сергей, не сводя с меня глаз.

Он дождался момента, когда мы снова остались наедине, и практически в приказном тоне сказал:

– Продолжай. Я слушаю.

– Просто, пока ты не появился, у меня не было никаких поклонников. Никто тайно не покупал мои картины и не присылал букеты курьерской доставкой!

Я с вызовом посмотрела на Сергея, чувствуя себя ученицей, доказывающей строгому учителю, что пропустила урок исключительно по уважительной причине.

– Хорошо. Тогда уж откровенность за откровенность. Я обманул тебя, сказав, что не узнал. Более того, первый раз я увидел тебя ещё тогда на выставке, но, после твоего демонстративного бегства на склад, подумал, что ты избегаешь какого-либо общения со мной и решил не навязываться. Однако Марина убедила меня с тобой поговорить.

Сергей взял вилку и подцепил изрядно поджаренный баклажан.

– Я просто увидела, что ты не один, и поэтому предпочла уйти.

– Да уж, женская логика – штука необъяснимая, – он задумчиво покачал головой. – Ладно, будем считать, что мы просто неправильно друг друга поняли. Подожди, так получается, это ты купила моих лебедей?

Я смущённо опустила глаза.

– Мне просто понравилась твоя картина...

– Да-да, конечно. А ещё ты просто думала, что я купил твою, – он рассмеялся и приступил к дегустации салата. – Эх, Наташка! Всё-таки с годами ты ни капли не изменилась.

В дальнейшем мы разговаривали о каких-то малозначительных вещах как старые друзья, а расставаясь «на всякий случай» обменялись телефонами. Я поехала домой, испытывая противоречивые эмоции.

С одной стороны, Сергей, по всей видимости, был счастлив со своей женой и всем видом старался показать, что относится ко мне просто как к хорошей знакомой, но, несмотря на это, меня не покидало ощущение, что он что-то не договаривает.

Дома на удивление было шумно.

– По какому поводу праздник? – я изумлённо посмотрела на воркующую у плиты Ольгу в разгар рабочего дня.

– Я уволилась по собственному желанию! – торжественно пояснила она, попутно засыпая в кипящую воду коричневый рис.

– С чего это ты вдруг решила уволиться? Тем более тебе в декрет скоро уходить!

– Вот поэтому и решила. Знаешь, Наташ, я так устала. Каждый день с утра до вечера нужно принимать пациентов. Уже просто сил нет ждать декрета. Кроме того, работать с больными детьми не так-то и безопасно. Мало ли каким вирусом можно заразиться! Поэтому лучше поберегусь, посижу дома. Да и тебе не скучно будет, – Оля весело подмигнула мне и вновь отвернулась к плите.

Возможно, если бы Лиза была дома, то её эта новость и обрадовала бы, но меня она несколько огорчила. Я привыкла, что днём дом был полностью в моём расположении. К тому же я хотела пригласить программиста, и мне не нужны были свидетели того, как он будет взламывать компьютер Лизы.

– Красивые цветы! Это тебе Максим подарил? – неожиданно спросила Ольга, заметив букет, оставленный мной на столе.

– Нет. Это мне как участнику выставки достался приз зрительских симпатий, – выпалила я первое, что пришло в голову.

Рассказывать Ольге правду я хотела меньше всего. Во-первых, потому что она в любом случае проболтается Олегу, а там недолго и до Макса дойдёт. Во-вторых, просто не хотела давать лишний повод для сплетен.

– Оригинальный приз, – Ольга задумчиво посмотрела на цветы. – Слушай, ну, ладно, ты женщина, а чтобы они делали, если бы победил участник мужского пола?

– Подарили бы их его жене, – немного резко ответила я и, дав понять, что разговор окончен, быстрым шагом вышла из кухни.

Я не сдержала эмоции и тем самым совершила большую ошибку. Нельзя было показывать Ольге, что мне не нравятся её вопросы. Теперь она понимала, что я что-то не договариваю, и, движимая неудержимым любопытством, в скором времени должна была начать искать, в чём причина. А может быть, уже начала.

Поднявшись в спальню, я вытащила из сумочки предусмотрительно спрятанную записку и перепрятала её в мини-сейф. О его существовании не знал даже Макс. Там хранились вещи, с которыми у меня были связаны какие-либо воспоминания: старые записки, билеты и фотографии.

Большая часть снимков была сделана в период нашего романа с Сергеем, и Максим их никогда не видел. Я села на кровать и разложила фотографии перед собой. Почти на каждой из них у нас были счастливые, улыбающиеся лица.

Летний лагерь, турпоход в горы, поездка на море, шашлыки на даче Маринкиных родителей... Все наиболее яркие события были запечатлены именно на этих фото. Неожиданно моё внимание привлёк один с виду совсем неприметный снимок.

На нём была большая светлая комната, по всей видимости, выставочный зал школы искусств. В центре ровным рядом располагались стулья, на которых сидели будущие выпускники, держа в руках свои лучшие работы. Я в длинном светлом платье крайняя слева. Рядом Сергей в пятнистой футболке и чёрных джинсах.

У меня было много подобных фотографий за разные годы, но эту отличала маленькая деталь. Фотограф, видимо, не заметил, что в кадр попала девушка, стоящая на заднем фоне. Она смотрела прямо в объектив. Короткие светлые волосы, редкая чёлка и уверенный, напористый взгляд. Я вгляделась в её лицо, которое почему-то показалось мне смутно знакомым. Она точно не училась в нашей группе. Возможно, это была бывшая ученица или чья-то подруга.

Все попытки вспомнить личность загадочной девушки успехом не увенчались. Я вернула фотографии на место, отложив заинтересовавшую меня, чтобы потом показать её Марине. Благодаря галерее, она, в той или иной степени, фактически знала как минимум половину населения нашего города и вполне могла опознать незнакомку.

Кладя фото в сумку, я наткнулась на визитку программиста, которую мне дала Марина, и набрала указанный городской номер. К телефону долго никто не подходил, но всё же я дождалась, пока женский голос ответил мне: «Газета “Дачная жизнь”. Слушаю».

– Здравствуйте! Мне нужен программист Филатов Анатолий Васильевич. Ваш номер указан на визитной карточке, – вежливо сказала я.

«К сожалению, ничем не могу помочь. В нашем издании такие сотрудники не работают. Мы в этот офис переехали месяц назад. Скорее всего, тот, кто вам нужен, снимал его до нас. Всего доброго!» – быстро ответила девушка и отключилась.

Разочарованно посмотрела на телефон. «Дачная жизнь». Даже не знала, что у нас такую газету выпускают. Придётся теперь снова искать программиста. Я задумчиво окинула взглядом комнату и невольно заострила внимание на картине Сергея.

Стоп. Не может быть! Вновь вытащила на свет интересующий меня снимок. Дачная жизнь, приусадебные участки... Определённо с годами эта девица сильно переменилась, но некоторые характерные черты всё же остались неизменны. Без сомнений, на фотографии была именно она. Известный ландшафтный дизайнер, а по совместительству жена Сергея.

Глава 3

– Представляешь! И в этот самый момент меня внезапно осенило, кто это! – я в красках описывала Марине события вчерашнего вечера.

– Ну ты даёшь...  – Марина покачала головой, глядя на принесённую мной фотографию. –Я бы даже не подумала, что это один и тот же человек.

– Да она это! Она! Сто процентов. Просто сейчас стала намного красивей, чем тогда была. Единственное, непонятно, что ей там понадобилось.

– Ну, может, всё-таки бывшая ученица. Интересно, насколько она старше Серёжки?..

– Вот в следующий раз и надо у него спросить! – с воодушевлением перебила я Марину.

– В следующий раз? Подожди, я, кажется, что-то пропустила? – подруга изобразила крайне удивлённое выражение лица, высоко подняв брови и максимально округлив без того большие глаза.

– Вчера мы обменялись телефонами, после того как вместе пообедали в кафе напротив твоей галереи. И возможно, это была не последняя наша встреча, поэтому я так и сказала, – произнесла я буквально на одном дыхании.

– Слушай, Наташ, я что-то не понимаю. Он женат, ты замужем. Вы когда-то были вместе и сейчас как ни в чём не бывало устраиваете совместные обеды. По-твоему, ваши супруги к этому нормально отнесутся, когда узнают?

– Если узнают, – поправила я Марину. – И вообще, не вижу в этой встрече ничего криминального. Нам нужно было поговорить и расставить все точки над «и». Мы это сделали. Что тебя так смущает?

– Твоя реакция, – Марина ненадолго задумалась, а потом продолжила: – Я уже очень давно не видела тебя столь воодушевлённой, весёлой и жизнерадостной. Ты даже отодвинула на второй план эту сомнительную историю с Лизкиным отъездом. Кстати, она больше не давала о себе знать?

– Нет. Она никак со мной не связывалась...

От слов Марины я почувствовала себя немного неловко. Действительно, после разговора с Сергеем я практически не вспоминала о Лизе, и одолевавшее меня до этого беспокойство за неё растворилось почти бесследно.

– Вот и я об этом же. Кроме сомнительного сообщения у тебя нет никаких доказательств того, что с ней всё хорошо. Никаких. А ты, вместо того чтобы хоть что-то предпринять, тратишь время на какую-то ерунду, – Марина схватила фотографию, всё ещё лежащую на столе, и потрясла ею перед моим лицом. – Ну какая тебе разница, училась его жена в вашей школе или нет? Что это изменит, Наташа? Что изменится от того, что ты будешь это знать?

Последний раз я видела Марину настолько раздражённой года два назад, когда хулиганы разбили стеклянную дверь галереи посреди белого дня. Продолжать разговор в такой обстановке у меня не было ни малейшего желания и, сославшись на позабытые дела, я поспешила уйти. Мне было сложно понять её реакцию, но в глубине души я знала, что она желает мне только добра.

Порывшись в сумочке, я наконец отыскала ключи и села в машину. Из-за неудачного парковочного места за короткий промежуток времени она успела сильно раскалиться на солнце. Одежда мгновенно прилипла к телу. Включив кондиционер на полную мощность, я стала медленно выезжать с парковки. Неожиданно зазвонил телефон.

– Привет! Ты сейчас где? Не очень занята? – услышала я бодрый голос Сергея.

– Привет! Нет, не занята. В данный момент выезжаю с парковки торгового центра напротив Маринкиной галереи.

– Отлично. Тогда подъезжай в ресторан «Мелодия дождя», улица Суворова, дом девятнадцать. Я буду ждать.

Не дав мне возможности ответить, он отключился. Трудно описать то, что я почувствовала в этот момент. Ощущение радости смешалось с необъяснимой тревогой, любопытство – с непониманием. Даже не зная зачем, я поехала через весь город в указанное место и спустя сорок минут была уже там.

Несмотря на своё местоположение, а находился он почти на окраине, ресторан позиционировал себя как элитное заведение для состоятельных посетителей. Это было обособленное строение с колонами, панорамными окнами и мраморными ступенями. Внутри интерьер представлял собой обилие зеркал, лепнины и дорогой мебели.

В центре огромного зала располагался большой многоярусный фонтан. Сергея я увидела сразу. Он сидел на полукруглом диване, задумчиво глядя в окно, в тёмно-синей рубашке и потёртых серых джинсах. Совсем такой же, как раньше. На его коленях лежал, едва умещаясь, роскошный букет белых роз.

– Привет! – тихо сказала я, подойдя ближе.

Услышав мой голос, он вздрогнул и, повернувшись, радостно улыбнулся.

– Здравствуй, Наталина! Это тебе, – сказал Сергей, встав с дивана и протянув мне цветы.

Наталина... Так меня называл только он. Однажды в разговоре я случайно обмолвилась, что мне с детства нравилось имя Инна. Тогда Сергей придумал Наталину. Это был наш маленький секрет. Он обращался ко мне так, только когда мы были наедине и лишь в минуты особой нежности.

Я была в замешательстве. Это имя, цветы, ресторан...

– И что это всё значит? – напрямую спросила я, взяв розы и присев на предложенное место за столом.

– Забыла? – ответил Сергей вопросом на вопрос, наполнив мой бокал из уже наполовину пустой бутылки. – А я, признаюсь честно, в глубине души надеялся, что помнишь.

Я на мгновение задумалась и вдруг поняла, что он имеет в виду. Я действительно забыла, хотя прекрасно знала эту дату.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Серёжа! С днём рождения тебя! Прости, но я, как понимаешь, без подарка.

– Ты сама как подарок, – рассмеялся он. – Ладно, Наташа! Я вовсе не хотел тебя смущать. Не заморачивайся, всё в порядке. Давай будем праздновать, как в старые добрые времена? Признаюсь, с тех пор как мы с тобой расстались, я ни разу не отмечал этот праздник. Может быть, на брудершафт? А впрочем... – не дождавшись ответа, Сергей, чокнувшись, осушил бокал. – Замужней даме делать подобные предложения неприлично.

– Понимаю, что этот вопрос, возможно, не к месту, но твоя жена знает, где ты? – спросила я, не отрывая взгляда от его больших карих глаз.

Сергей медлил с ответом. Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он произнёс:

– Она уехала в Волгоград, поэтому в ближайшие две недели я могу абсолютно в любое время быть там, где захочу.

Своим категоричным тоном он дал мне понять, что не имеет никакого желания продолжать разговор на эту тему. Я не возражала. Всё-таки это был его праздник, и мне не хотелось портить ему настроение.

– Какие у тебя планы на ближайшее будущее?

– Для начала хочу завершить все прошлые дела, а потом… – Сергей сделал многозначительную паузу, – время покажет. Возможно, вообще развернёмся и уедем с Оксанкой обратно.

Такая перспектива меня почему-то не обрадовала. После нашего предыдущего разговора, сейчас рядом с ним я чувствовала себя легко, спокойно и уютно, будто ничего и не было. Ни моей встречи с Максом, ни отъезда Сергея, ни последующей женитьбы. Будто бы мы и не расставались вовсе, а были по-прежнему влюблённой и красивой парой, окрылённой светлыми надеждами на долгую и счастливую жизнь.

– Как там у сестры дела? Что-то ты про неё совсем ничего не рассказываешь, – поинтересовался Сергей, видимо, решив направить разговор в иное русло.

– У Лизы было всё хорошо, а потом она вдруг сбежала, никого не поставив в известность, – я хотела ограничиться одной фразой, но неожиданно ощутила непреодолимое желание рассказать ему обо всём. –  Ты не представляешь, как я волновалась! Думала, что с ней случилось что-то ужасное, что её убили или похитили. Я нанимала дайверов прочёсывать озеро у нашего дома, обнаружив её шарф у воды. Часами пересматривала содержимое её компьютера. Собиралась даже привлечь программиста, чтобы он вскрыл её запароленный дневник, а потом она просто прислала эсэмэс. Оказалось, что у неё всё в порядке. Даже не удосужилась мне позвонить!

Я замолчала, понимая, что если скажу ещё хотя бы слово, то от обилия переполняющих меня эмоций разрыдаюсь прямо у него на глазах.

– Зачем читать её дневник?! Кто тебе, вообще, дал такое право?

Я недоумённо посмотрела на Сергея. Его тон, внезапно ставший обеспокоенно-раздражённым, немало меня удивил.

– Хотя бы затем, чтобы узнать информацию, которая может помочь понять, где она сейчас.

– Извини, Наташ. Ты права. Просто я сам не переношу, когда без моего ведома кто-либо вмешивается в мою личную жизнь, и подумал, что навряд ли это понравится твоей сестре.

– Если она не хотела, чтобы кто-то вмешивался в её жизнь, нужно было подумать о чувствах близких людей!

Сергей внимательно посмотрел на меня, будто пытаясь понять что-то важное, что-то, о чём он не решался спросить.

– Наташа, а ты счастлива?

Его вопрос застал меня врасплох. У меня было всё, о чём я когда-то мечтала, и до недавнего времени я действительно чувствовала себя счастливой, но теперь...

– Конечно счастлива! – ответила я гораздо эмоциональней, чем следовало.

Сергей усмехнулся, усомнившись в правдивости моего ответа, и молча покачал головой.

– Даже не пожалела ни разу?

– О чём ты?

– О нас!

Он явно был уже изрядно пьян, и мне следовало просто закончить этот неудобный разговор, встать и уйти, но я не сделала этого.

– Серёж, у каждого из нас своя жизнь, своя семья. Всё, что было между нами, осталось в прошлом и...

– Но тогда почему ты сейчас здесь?! – резко перебил меня Сергей.

На его лице отразилось недоверие, смешанное с отчаянием.

– Наташа скажи мне! Почему?!

– Потому что ты сам меня сюда пригласил! – я пыталась делать вид, что не понимаю истинного смысла его слов, хотя прекрасно знала, что он хочет от меня услышать.

На месте Сергея легко было предположить, что раз я поддерживаю с ним отношения, значит, наш брак с Максом не так уж идеален. Впрочем, о его семейной жизни я могла сложить аналогичное мнение. Может быть, сейчас был далеко не самый подходящий момент, но всё же, достав из висящей на спинке стула сумочки недавно добытое фото, я протянула его Сергею.

– А почему из всех наших совместных фотографий для ношения с собой ты выбрала именно эту? – спросил Сергей с нескрываемой иронией в голосе.

– Потому что на ней изображена твоя жена!

– Бред какой-то, – еле слышно произнёс он, внимательно вглядываясь в фото, а затем спокойным голосом добавил: – Она из Волгограда. В нашей школе никогда не была и не училась. Наташа, это просто похожая девушка. Ты ошиблась.

Я не стала с ним спорить. Может быть, они действительно просто похожи. Да и, по сути, какое сейчас всё это имело значение? Просто почему-то мне очень хотелось думать, что его встреча с будущей женой была неслучайной. Меня мучила мысль о том, что Сергей, не появись в его жизни Оксана, благодаря моим стараниям мог так и остаться разочаровавшимся в людях человеком с разбитым сердцем.

Наш разговор зашёл в тупик, и я, пожелав Сергею всего хорошего, поспешила покинуть ресторан. Впрочем, он не пытался меня задержать. Путь до дома занял несколько часов. Из-за какой-то серьёзной аварии основная трасса была перекрыта, а на просёлочной дороге образовалась гигантская пробка. На пороге меня встретила улыбающаяся Ольга.

– О, привет! Ты уже вернулась? А я как раз пироги напекла с вишней. Сейчас будем чай пить.

– Судя по твоему жизнерадостному виду, что-то произошло за время моего отсутствия? – поинтересовалась я, вытаскивая из сумки телефон.

– Да ничего такого не случилось. Просто хорошее настроение, – Ольга недоумённо пожала плечами. – Да и вроде как у меня нет повода для грусти. Кстати, твои родители звонили. Сказали, чтобы в ближайшие несколько недель мы их не ждали. У них всё отлично и идёт по намеченному плану. А тебя опять кто-то наградил? – весело спросила Оля, взглядом указав на принесённый мной букет.

– Ага. Утешительным призом, – ответила я и, не дожидаясь дальнейших расспросов, взяв цветы, быстрым шагом пошла в свою комнату.

Мне не следовало приносить их домой, но и выбросить, как говорится, рука не поднялась.

Поставив букет в вазу, я отыскала интересующий меня номер и уже через несколько минут разговаривала с молодым, но явно амбициозным программистом.

– Дело в том, что я забыла пароль от своего электронного дневника. А там описано столько важных моментов! Если я не получу к нему доступ, то это будет... Это будет катастрофа! Вы сможете мне помочь?

Я старалась говорить максимально убедительно, хотя сама с трудом понимала, как можно забыть пароль от дневника, в котором что-нибудь пишешь каждый день, но программист с экстравагантным именем Зильнар, по всей видимости, за время своей программистской деятельности повидал и не такое.

– No problem, мадам. Зильнар спешит на помощь. Диктуйте адрес, и я примчусь на первом же автобасе.

– Давайте завтра, если можно? – предложила я, искренне надеясь, что он согласится.

Сегодня его присутствие вызвало бы сильно много вопросов, тем более что я не хотела, чтобы о моём плане узнал кто-нибудь из близких.

– Ок! Звоните. Подскочу в любое время.

– А можно я к вам с ноутбуком?

– Если вас не смутит маленькое, тёмное, полуподвальное помещение, в которое иногда захаживают крысы, то пожалуйста.

Зильнар явно хотел отбить у меня всякое желание посещать его рабочее место, но я была непреклонна.

– С детства обожаю крыс! Я предварительно позвоню! – задорно протараторила я в трубку и, не дав ему опомниться, отключилась.

Мой выбор пал на Зильнара не случайно. После первой неудачной попытки со съехавшим программистом, я бросила клич на любимом женском форуме, где периодически убивала время вот уже на протяжении нескольких лет. Там многие девушки посоветовали мне именно его, как надёжного и исполнительного специалиста.

Через минуту я уже сидела у холста, делая набросок очередного пейзажа. Вдохновение не приходило, но нужно было хоть что-то делать, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. Мыслей о том, кто ворвался в мою жизнь слишком неожиданно и явно не собирался из неё уходить.

Глава 4

Одеяло было бесцеремонно сдёрнуто с моего мирно спящего тела.

– Наташа, я хочу знать, что происходит! Хватит спать, давай поговорим! Мне нужно на работу уходить. Я не дождусь, пока ты проснёшься!

Макс явно встал не с той ноги и преследовал вполне конкретную цель – испортить мне настроение.

– А мы не можем поговорить, когда ты вернёшься с работы? – я переняла его сердитую интонацию и резко встала, оставив последнюю надежду подремать хотя бы ещё пять минут.

– Не можем! Потому что, когда я прихожу с работы, ты уже спишь!

– Ну, как раз в этом нет моей вины! Приходить нужно раньше со своей ненаглядной работы!

Я знала, что он вынужден работать допоздна, что сейчас над фирмой Максима нависли тучи и дела шли совсем не так, как бы ему хотелось, но уступать ему в этой словесной перепалке у меня не было ни малейшего желания.

– Я прихожу во столько, во сколько могу, но речь сейчас не обо мне. Ты целыми днями пропадаешь неизвестно где, возвращаешься под вечер с цветами, а потом рисуешь какую-то романтическую белиберду! – Макс с презрением ткнул пальцем в картину, которую я написала вчера за несколько часов.

Муза посетила меня весьма внезапно, и я с удовольствием дополнила унылый осенний пейзаж целующейся парой влюблённых.

– Никогда! Слышишь? НИКОГДА! Не смей называть мои картины белибердой! Тебе никто не давал такого права! – я кричала во весь голос и чувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.

За годы совместной жизни он изучил все мои болевые точки и прекрасно знал, куда бить, чтобы было больнее. Неуверенность в собственном таланте была моим слабым местом, и я очень остро реагировала на любую, даже самую незначительную критику.

– А ты не смей считать меня идиотом! Что, наскучила тихая семейная жизнь? Приключений захотелось? – его обычно бледное лицо покраснело, и на виске выступила извилистая вена.

– А я не ищу приключений. Они сами меня находят! – прокричала я в ответ.

Мне не следовало это говорить. На секунду Макс замер, а затем резко притянул меня к себе, схватив рукой за воротник шёлковой пижамы.

– Что именно ты имеешь в виду? –  прямо над моим ухом раздался его зловещий шёпот.

Охваченный внезапным приступом ревности, Максим явно себя не контролировал.

– Ничего из того, о чём ты подумал! – поспешно ответила я.

Он оттолкнул меня в сторону и как ни в чём не бывало, подойдя к зеркалу, начал поправлять растрепавшиеся волосы.

– Что случилось? Вы почему так кричите? – не стучась, брат зашёл в нашу комнату и взволнованно посмотрел на меня и Максима.

– Всё хорошо, Олег. Можешь идти. Мы просто разошлись с твоей сестрой во взглядах на живопись, – тихо сказал Макс, бросив на меня пристальный колючий взгляд.

– Хорошо. Я пойду. Вы только тут сражение не устраивайте из-за любви к искусству, – Олег вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

– Ладно, Наташ, прости. Насчёт картины я погорячился, но вот всё остальное… Я понимаю, что последнее время уделяю тебе недостаточно внимания, но мне не хотелось бы, чтобы ты искала его где-то… – он сделал паузу, подбирая слова, – где-то в другом месте. Надеюсь, мы поняли друг друга?

Взяв папку с документами, Макс вышел из комнаты, не дожидаясь ответа. Я медленно села на кровать и наконец дала волю слезам. Мы ни разу не ссорились за всё время совместной жизни. Не потому, что не было повода, просто всегда удавалось достичь компромисса путём тихой, можно сказать, интеллигентной беседы. Он никогда не был таким жёстким и… чужим.

Мне было больно и одновременно страшно от звенящей пустоты, поселившейся в сердце. Я больше не хотела видеть его, разговаривать с ним, думать о нём. Он одним махом умудрился перечеркнуть всё хорошее, что было между нами.

В дверь постучали, и на пороге показалась Ольга.

– Натуся, что произошло? – она села рядом и обеспокоенно посмотрела на моё заплаканное лицо.

– Всё нормально, Оль. Простая семейная ссора.

– Ничего себе, простая! Да Макс, выходя на улицу, так дверью бахнул, что у нас чуть стёкла на первом этаже не повылетали! Давай поговорим? Может, я что-нибудь посоветую… – в её заботливом тоне проскальзывали нотки плохо скрываемого любопытства.

– Я, конечно, благодарна тебе за желание помочь, но мы как-нибудь сами разберёмся в наших отношениях.

– Ну смотри. Как знаешь…

Ольга отвернулась и, потупив взгляд, поспешно вышла из комнаты, всем своим видом показывая высокую степень обиды.

Мне было всё равно. Откровенничать с ней не хотелось: подругами мы никогда не были. Да и что-то мне подсказывало, что не без помощи Ольги у Максима зародились ненужные подозрения.

Немного придя в себя, я договорилась с Зильнаром о встрече, но, перед тем как отправиться на поиски его офиса в другой конец города, решила навестить Марину.

В галерее было непривычно людно. Среди этой толпы я с трудом разглядела подругу, внимательно смотревшую на недавно купленный фонтан. Этот массивный предмет интерьера представлял собой статую слона, из хобота которого в небольшое озеро изливалась журчащим потоком вода.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Здравствуй, Наташа! Ты, случайно, не знаешь, зачем я его купила? – задумчиво спросила Марина, наконец обратив на меня внимание.

– Ты тогда сказала, что слон – символ стабильности, а текущая вода способствует улучшению финансового благосостояния.

– Ага. Видишь, улучшений не пришлось ждать слишком долго, – с усмешкой произнесла Марина, кивнув в сторону громкоголосых посетителей.  – Пойдём в наше любимое укромное место, а то тут нам и поговорить нормально не дадут.

– Кто они? – спросила я, когда мы зашли на склад.

– Туристы, – с раздражением в голосе отозвалась Марина и, глубоко вздохнув, добавила: – Недавно подписала договор с одним экскурсионным бюро. Теперь моя галерея у них – обязательный пункт программы. Прибыльно, но шумно, а шум я не люблю, сама знаешь. Ну да ладно, это, как говорится, моя головная боль. У тебя-то как дела? Лиза не вернулась?

Я молча покачала головой и вкратце рассказала ей последние новости.

– Наташа, извини, конечно, но, по-моему, ты сама не знаешь, чего хочешь, – осуждающе произнесла Марина, выслушав мой рассказ.

– Я очень сильно хочу изменить прошлое, только это, к сожалению, невозможно.

– Для чего? Наташ, скажи честно, что с тобой случилось? – Марина посмотрела на меня так, будто старалась увидеть нечто невидимое.

– В каком смысле? – не поняла я вопроса.

– В прямом. С тех пор как Сергей вернулся, тебя будто подменили. Ты что, забыла сколько слёз из-за него пролила? Да если б не Макс, то твой драгоценный Серёжа ещё пять лет назад придушил бы тебя в прямом смысле слова из-за своей чересчур пылкой любви!

– Мариш, не драматизируй, – возразила я подруге. – Я просто тогда слишком молодая была…

– Ага. Ещё скажи: «и глупая»! – резко перебила меня Марина. – Умная-то от счастья бы прыгала, когда её парень регулярно устраивал бы ей сцены ревности, к тому же с применением силы!

Слова Марины произвели на меня странное впечатление. Я на секунду закрыла глаза и чётко увидела сцену из собственной жизни. Это произошло за несколько месяцев до знакомства с Максимом. Я, гуляя с подругой, пришла домой на час позже, чем планировала. Сергей сначала устроил мне настоящий допрос, потом стал кричать, что не верит ни одному моему слову. Закончилась наша ссора тем, что он схватил меня за горло и отпустил, лишь когда я стала терять сознание.

– Наташа, тебе плохо? – обеспокоенный голос Марины вернул меня в реальность.

– Да, что-то как-то нехорошо стало, – тихо ответила я. – Мариш, я, пожалуй, пойду на улицу, на воздух. Потом поговорим.

– Да, конечно. Иди. Может, тебя проводить?

– Не переживай. Я сама справлюсь.

Я вышла из галереи и поспешила укрыться в машине от посторонних глаз. Наташа была права, я пролила из-за Сергея немало горьких слёз, но сейчас всё то, что расстраивало меня раньше, удивительным образом стало казаться совершенно несущественным.

Я улыбнулась отражению в зеркале и поехала к Зильнару. Как оказалось, он вовсе не шутил, описывая своё рабочее место. Его офис находился в трёхэтажном доме, не имел окон и очень сильно напоминал микроскопическую кладовку. В нём едва помещался рабочий стол и два стула. Программист оказался худощавым черноволосым парнем с приятной улыбкой.

– Добрый день, Наталья! – весело произнёс он и, заметив мой изумлённый взгляд, добавил: – Не удивляйтесь моей проницательности. Просто случайные люди сюда не заходят, а я ни с кем, кроме вас, не договаривался о встрече. Насколько я припоминаю, вы забыли пароль от своего дневника. Верно?

– Здравствуйте, Зильнар! Да. Это действительно так.

– Хорошо, тогда давайте ноутбук. Посмотрим, что у вас там.

Я показала интересующий меня файл, и мы договорились встретиться через несколько часов. Смысла ехать куда-то не было, и, чтобы скоротать время, я решила просто прогуляться по этому малознакомому мне району.

Кругом были старые обшарпанные дома, неухоженные дворики и дороги с давно изношенным асфальтом. Немногочисленные прохожие шли быстрым шагом, хмуро смотря себе под ноги.

Никаких ресторанов и кафе, лишь несколько небольших магазинчиков со скудным ассортиментом. Смотреть здесь было абсолютно нечего. Я вернулась к машине и, едва успев удобно разместиться в откинутом кресле, услышала настойчивый звонок.

– Наташа, мы можем встретиться?  – голос Сергея звучал непривычно глухо, и я едва различала слова.

– Я сейчас далеко от центра…

– Неважно, – перебил меня он. – Диктуй адрес. Я приеду.

– Да что случилось-то? – от нехорошего предчувствия у меня участился пульс.

– Оксана меня бросила.

Повисла напряжённая пауза. Я не знала, что сказать. Мысли молниеносно сменяли одна другую. Почему? Что стало тому причиной? Может ли она вернуться? Но вслух я произнесла только:

– Приезжай, – и назвала адрес.

С момента нашего разговора, до того как возле моего автомобиля притормозило светло-зелёное такси, прошло примерно сорок минут. Увидев Сергея, я невольно вздрогнула. Казалось, он постарел на несколько лет. Потухший взгляд, тёмная одежда, усиливающая неестественную бледноту осунувшегося лица, сгорбленная походка. Весь его вид выражал глубокую степень печали.

– Ты даже не представляешь, как мне плохо, Наташа, – тихо сказал Сергей, сев на переднее сиденье возле меня. – Как она могла так поступить?

Он говорил очень медленно, глядя куда-то вдаль.

– Она подала на развод?

– Нет, мы не были расписаны. Просто позвонила сегодня утром и сказала, что остаётся в Волгограде.

– Подожди. Ты же всем представлял Оксану как свою жену?

– Я сделал ей предложение. Она согласилась, но брак мы так и не успели оформить. Впрочем, сейчас это не имеет никакого значения. Единственный близкий человек предал меня без объяснения причины, и я опять остался один.

– Всё будет хорошо, – прошептала я, положив руку ему на плечо.

– Не будет, Наташ. Ничего хорошего не будет, – в его голосе промелькнули нотки раздражения. – Это просто злой рок какой-то! Стоит мне полюбить женщину, она обязательно меня бросит. Я любил тебя больше жизни, а ты предпочла другого. Казалось, мир рухнул, но в моей жизни появилась Оксана. Она дала мне надежду на счастье, возродила из пепла, но, видимо, лишь для того, чтобы вновь сжечь дотла. И после этого я должен поверить, что всё будет хорошо?

Я не знала, что ему ответить. В этот момент мне безумно хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе, переместиться куда угодно, лишь бы только не слышать эти слова, будоражащие поутихшее чувство вины. Почему он приехал? Что он хочет от меня?

Будто прочитав мои мысли, Сергей сказал:

– Мне нужна твоя поддержка. Слышишь, Наталина! Я просто сам с этим совсем не справлюсь!

– Не волнуйся. Я буду рядом, – тихо ответила я.

Он внимательно посмотрел мне в глаза и, ничего не сказав, крепко прижал к себе. Я не возражала. Мы сидели, обнявшись, и каждый думал о чём-то своём.

Неизвестно, сколько ещё могла продлиться наша молчаливая идиллия, если бы где-то минут через пять не зазвонил мой мобильный.

– Муж? – с нескрываемым сожалением в голосе спросил Сергей.

– Нет. Один знакомый, – увидев на экране номер программиста, я незамедлительно ответила: – Да, слушаю.

– Наталья, у меня всё готово. Можете забирать, – бодро отозвался Зильнар.

– Сейчас подойду.

– Вот видишь! Пообещала быть рядом – и сразу бросаешь, – обиженно произнёс Сергей, как только я закончила разговор.

– Я тебя не бросаю. Просто заберу одну вещь и через пару минут вернусь. Не скучай и никуда не уходи.

Оставив Сергея одного, я поспешила к уже знакомому мне подъезду.

– В общем, всё оказалось довольно просто. Файл я вскрыл, так что теперь можете придумать новый пароль и пользоваться, как раньше. Только запишите где-нибудь на всякий случай, чтоб не забыть, – весело подмигнул мне Зильнар и протянул сумку с ноутбуком.

– Спасибо вам большое.

– Обращаетесь!

«Надеюсь, больше не придётся», – почему-то подумала я, оказавшись на улице. Во мне боролись два противоречивых чувства: с одной стороны, хотелось как можно быстрее очутиться дома и приступить к чтению дневника, а с другой – остаться с Сергеем.

Я посмотрела в сторону машины и наткнулась на его взгляд, устремлённый прямо на меня. В нём отражалась безграничная тоска и что-то непонятное, неизвестное мне и оттого пугающее.

– Всё. Миссия выполнена. Какой у нас план дальнейших действий? – преодолев расстояние, которое было между нами, поинтересовалась я у Сергея.

Он выдержал небольшую паузу, а потом совершенно спокойно предложил:

– Поехали ко мне.

– В каком смысле? – настороженно спросила я, не ожидая услышать подобное предложение.

– Да не пугайся ты так, Наташа! Я не предлагаю ничего противозаконного. Просто приглашаю тебя в гости на чай как друга. Точнее сказать, подругу, – на его лице отразилась мимолётная улыбка. – Ну что, согласна?

– Да, – коротко ответила я, хотя и не была уверена, что поступаю правильно.

– Отлично. Тогда по машинам. Адрес ты помнишь.

Старая кирпичная пятиэтажка. Второй подъезд, четвёртый этаж, первая квартира от лестницы. Конечно, я помнила этот адрес. Время, проведённое здесь вместе с Сергеем, было незабываемым периодом моей жизни.

Он открыл дверь и пропустил меня вперёд. Я сделала несколько шагов и замерла, не веря своим глазам. Та же мебель, те же занавески на окнах, то же покрывало на диване... Даже маленькая фигурка танцующей девушки, когда-то купленная мной в сувенирном магазине, стояла на том же месте, где я оставила её больше пяти лет назад.

– Невероятно... – прошептала я, не в силах сдержать эмоции.

Довольный произведённым впечатлением Сергей улыбнулся и, пройдя на кухню, включил чайник на подогрев.

– Оставил всё так, как было, когда мы с тобой жили вместе.

– И Оксане ничего трогать не разрешал? – спросила я, разглядывая магнитики с картинами знаменитых художников на холодильнике, которые я раньше увлечённо коллекционировала.

– Я её сюда ни разу не приводил. Мы снимали квартиру в центре.

Сергей открыл шкафчик и вытащил кружки с нашими именами. Я взяла свою и машинально нащупала маленькую шероховатость на ручке. Однажды он подкрался ко мне сзади, и я от неожиданности выронила кружку из рук. Она не раскололась вдребезги, но несколько небольших кусочков от ручки отлетело.

Я очень расстроилась: это была моя любимая кружка. Переживала, долго не могла уснуть, а наутро обнаружила, что практически никаких следов повреждения нет. Оказалось, что пока я спала, Сергей кропотливо восстанавливал кружку. Тогда я восприняла это как должное, но сейчас по прошествии лет мне всё виделось совсем иначе.

– А я же так и не сказала тебе спасибо.

Сергей удивлённо посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на кружку и, догадавшись о чём речь, рассмеялся.

– Да какое там спасибо! Ты же со мной три дня вообще разговаривать не хотела! А я, между прочим, каждый кусочек под лупой прикреплял.

– Прости, Серёжа, что не оценила твой поступок, – смущённо сказала я. – И большое тебе спасибо!

– Да ладно тебе, Наташ! Я же шучу. Это всё в прошлом. Нужно смотреть в будущее, каким бы туманным оно ни было.

Внезапно Сергей вновь стал серьёзным и грустным одновременно. Мне хотелось его подбодрить, но я не знала, что сказать. Всё, что приходило на ум, было неразрывно связано с нашей совместной жизнью, а о ней, как я поняла, он говорить был не настроен.

Чайник закипел, и Сергей вытащил из холодильника мой любимый шоколадный торт. Это не могло быть простым совпадением. Он явно готовился к моему приходу.

– Спиртные напитки предлагать не буду: тебе ещё за рулём домой ехать. Но хочу, чтоб ты попробовала мой авторский компот.

– Компот? – удивилась я. – А как же чаепитие?

– Не бойся. Без чая не оставлю. Просто скажешь своё мнение: нравится или нет. Вот, держи.

Он протянул мне стакан с мутной жидкостью персикового цвета. Напиток имел цветочный аромат. Я аккуратно сделала несколько глотков.

– Необычный вкус. Даже предположить не могу, из чего это сделано.

– Фруктовый набор. Нравится?

– Да. Вкусный, – я допила до дна, поставила стакан на стол и вдруг ощутила сильное головокружение.

– Наташа, всё хорошо?

– Странный у тебя компотик. Голова закружилась так, словно я уже полчаса на карусели катаюсь.

– Компот тут ни при чём, – возразил мне Сергей. – Ты здоровье давно проверяла?

– Два месяца назад проходила полное обследование. Всё в порядке было.

– За два месяца многое могло измениться.

– Не думаю. Разве что...

– Что? – в голосе Сергея послышались нотки беспокойства.

– Нет, неважно. Не бери в голову. Мне уже лучше, – поспешила я уйти от ответа. – Так я сегодня всё-таки дождусь дегустации тортика?

Мы попили чай, немного поговорили на отвлечённые темы, после чего я поспешила покинуть квартиру Сергея.

Внезапное предположение, которое я не решилась озвучить, совершенно выбило меня из колеи. Я подумала, что наиболее реалистичной причиной, способной объяснить такое переменчивое состояние здоровья, могла быть... беременность. Только вот, чтобы это оказалось правдой, мне сейчас хотелось меньше всего.

Первый раз я столкнулась с внезапным головокружением за несколько дней до выставки. Мы с одной знакомой сидели в кафе, пили кофе, обсуждали современные тенденции в живописи, и тут мне внезапно стало нехорошо. Тогда я списала всё на переутомление и нетипично высокую для наших мест температуру воздуха, но теперь меня мучили сомнения.

По дороге я заехала в аптеку и купила тест. Нужно было как можно скорее всё выяснить. У дома стояла машина Максима.

Я тихо вошла и, воспользовавшись тем, что в гостиной никого нет, незаметно вернула ноутбук сестры в её комнату. Прежде чем приступать к чтению дневника, нужно было выяснить, что моему мужу понадобилось дома в разгар рабочего дня.

Макса я застала в спальне за совершенно неожиданным занятием. Он аккуратно складывал в большой чемодан наши вещи.

– Что ты делаешь?

– О, Наташа! – удивлённо воскликнул он, словно моё появление было совершено непредвиденным событием. – Жаль, не успел! Хотел сюрприз тебе сделать. Думал, придёшь – а всё уже готово.

– Что готово? Максим, объясни, наконец, что всё это значит? – потребовала я.

– Вечером у нас самолёт в Москву, а оттуда мы полетим в Барселону, – воодушевлённо сказал он. – Ты же давно мечтала там побывать. Я хотел сделать тебе подарок к нашей годовщине, но произошла задержка при оформлении документов. Кстати, на работе я всё уладил. В ближайшие две недели нас никто не побеспокоит.

– Час от часу не легче, – я растерянно посмотрела на мужа.

Ещё совсем недавно, получив такой подарок, я буквально прыгала бы от счастья, но сейчас эта поездка была совершенно некстати. Я молчала, не зная, что сказать.

– Наташа, ты что, не рада? – на лице Макса отразилось искреннее удивление.

– Рада, – усмехнувшись, пробормотала я. – Ты даже не представляешь как.

–  Только вот твоя интонация почему-то говорит об обратном.

– Понимаешь, Максим, всё непросто. Во-первых, я ещё обижена на тебя за этот скандал, который ты устроил утром, – меня внезапно потянуло на откровенность. – Во-вторых, меня напрягает ситуация с Лизой. Я боюсь, что с ней всё-таки что-то могло случиться, и спокойно наслаждаться отдыхом, когда моя сестра неизвестно где, у меня навряд ли получится.

«В-третьих, я помогаю своему бывшему не впасть в депрессию, а ещё я вполне вероятно жду ребёнка», – дополнила я мысленно список причин, из-за которых до сих пор не начала помогать мужу собирать чемодан.

– Наташенька, послушай меня, пожалуйста, –  потянув за руку, Максим усадил меня к себе на колени. – Я очень сожалею, что был груб с тобой. Прости меня за это. Что касается Лизы, то она же написала, что вернётся, когда закончит свои дела.

– А что, если это не она написала? – перебила я Макса.

– Солнышко, ты не обижайся, но единственная проблема лишь в том, что у тебя очень бурная фантазия, – Максим нежно провёл рукой по моей щеке. – Твоя сестра не спецагент. Лиза – самая обычная девушка. Нет никакого смысла её похищать. Вот она вернётся через пару дней как ни в чём не бывало, а ты будешь жалеть, что пожертвовала из-за неё долгожданной поездкой.

– Мы же сможем в любое время вернуться, если понадобится?

– Конечно.

Максиму практически удалось меня убедить, но, для того чтобы принять окончательное решение, нужно было ещё кое-что выяснить.

– Я отойду ненадолго, а потом помогу тебе с чемоданом. Хорошо?

– Так ты согласна? – в голосе мужа прозвучала нескрываемая радость.

– Вот вернусь и скажу.

Встала и, не дожидаясь дополнительных вопросов, вышла из комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь. Тест на беременность показал отрицательный результат. Я облегчённо вздохнула и направилась прямиком в комнату Лизы.

Досконально читать её дневник у меня сейчас не было возможности, но я решила хотя бы выяснить, какого числа сестра сделала последнюю запись. Здесь меня постигло разочарование. Оказалось, что она не пользовалась этим дневником уже практически пять лет.

На всякий случай я скопировала файл на флешку и положила её в сумку. «Если будет возможность, почитаю в отпуске», – подумала я. В прошлом Лизы было тоже немало всего непонятного, и я надеялась заполнить пробелы в знаниях о жизни сестры с помощью её дневника.

Вернувшись в спальню и сообщив Максиму о своём согласии, я принялась воодушевлённо складывать вещи.

«Ну что ж, Барселона! Жди гостей!» – мысленно обратилась я к испанскому городу и, улыбнувшись, захлопнула чемодан.

После ужина мы попрощались с членами семьи и вызвали такси. Несколько часов спустя наш самолёт успешно приземлился в московском аэропорту.

Фактически это был побег. От решения проблем, от переживаний и от прошлого в лице Сергея. Перед вылетом я отправила ему сообщение о том, что мне нужно срочно уехать и в течение двух недель я буду недоступна, но оно осталось без ответа.

С каждым днём, проведённым вдали от него, я всё чётче понимала, что внезапно пробудившаяся симпатия к этому человеку была просто каким-то непонятным наваждением. Память то и дело подбрасывала мне негативные воспоминания из нашего прошлого, которые до этого словно были заблокированы, и я не понимала, как всего неделю назад могла жалеть о нашем разрыве.

Испанские каникулы проходили ярко и увлекательно. Отель, в который мы заселились, как парус возвышался над синей гладью Средиземного моря. Совсем рядом был Старый город и многочисленные достопримечательности каталонской столицы.

Утром я ходила с Максимом на пляж, днём мы обычно гуляли, а по вечерам ужинали в каком-нибудь уютном ресторанчике. Наши отношения здесь получили реальную перезагрузку. Теперь в них царила гармония и полное взаимопонимание.

– Вот найду себе заместителя, и будем ездить в отпуск минимум раз в полгода, – мечтательно сказал Макс, лёжа на шезлонге под зонтиком и медленно потягивая через трубочку апельсиновый сок.

– Не верю своим ушам! Максим, это точно ты? Тебя тут, случайно, не подменили? – с серьёзным выражением лица спросила я, хотя с трудом сдерживала рвущийся наружу смех.

Муж, которого я всегда считала неисправимым трудоголиком, словно ребёнок, получивший желанную игрушку, от души радовался возможности ничего не делать и просто наслаждаться отдыхом.

– Я же тебя целых пять лет уговаривала хоть куда-нибудь поехать!

– Я просто не знал, что отдыхать – это так здорово! – в его голосе звучал искренний восторг.

– Без комментариев... – только и сумела ответить я, сражённая такой аргументацией, и, сняв очки, с разбега прыгнула в бассейн.

На следующее утро Максим уехал на автомобильную экскурсию, а я осталась в отеле. Накануне у нас состоялась грандиозная пешая прогулка, и теперь мне хотелось просто лежать в номере без какой-либо активности. Несмотря на то что мышцы болели от непривычной нагрузки, в целом я чувствовала себя хорошо. Удивительно, но с тех пор как мы сюда приехали, приступы головокружения меня не мучили ни разу.

Спустя несколько часов просмотр телевизора мне наскучил, и я принялась перебирать вещи, отсортировывая то, что ещё могло понадобиться, от того, что уже можно сложить в чемодан. На дне сумки я нащупала маленький твёрдый предмет. Этим предметом оказалась флешка, брошенная мной туда перед отъездом и в суете отпускных будней благополучно забытая.

Единственным доступным устройством, способным воспроизвести информацию на ней, был планшет Максима. Им я и решила воспользоваться. Дневник Лизы открылся без каких-либо проблем. Я села в мягкое просторное кресло и начала читать.

Глава 5

Два часа спустя я, рыдая в голос, отбросила в сторону планшет. Он легко проскользил по гладкому покрывалу и замер на самом краю кровати, едва избежав падения. От рвавшихся наружу эмоций меня буквально трясло.

Недаром говорят, что есть двери, которые лучше не открывать. Есть правда, которую лучше не узнавать. И есть люди, которым лучше не доверять. К несчастью, я пренебрегла всеми этими предостережениями.

Не знаю, сколько времени прошло к тому моменту, когда муж вернулся с экскурсионной поездки, только плакать я была уже не способна. Солнце давным-давно зашло за горизонт, в номере было темно, но я сидела, не включая свет, обхватив колени руками, и монотонно раскачивалась, глядя в одну точку.

Нажав на выключатель и увидев меня в таком состоянии, Макс не на шутку испугался. Он бросил на пол пакеты с покупками и, подбежав ко мне, попытался выяснить, что произошло, пока он отсутствовал, но я упорно молчала.

Не понимая, что спровоцировало такую реакцию, и отчаявшись получить какой-либо ответ, Максим, пообещав привести врача, направился к выходу. Откуда ему было знать, что ни один врач не был способен избавить меня от этой боли, разрывающей душу на части?

– Не нужно никого приводить, – очень тихо сказала я, но он услышал и, развернувшись на пороге, вернулся в номер.

– Наташенька, солнышко, – Макс сел рядом и аккуратно провёл рукой по моим распущенным волосам. – Поговори со мной, пожалуйста.

Ничего не ответив, я взглядом указала ему на планшет, в который всё ещё была вставлена флешка.

– С каждым днём я всё отчётливей понимаю, что ненавижу собственную сестру. Я теперь боюсь своих мыслей. Я боюсь, что однажды не выдержу, и тогда случится непоправимое...  – прочитал Максим вслух первую попавшуюся на глаза строчку. – Наташа, что это?

– Старый дневник Лизы, – коротко ответила я дрожащим голосом.

– Ты прочитала его? – муж мгновенно изменился в лице.

– Да.

– И?.. – Максим выжидательно посмотрел на меня, всё ещё надеясь, что в дневнике не было того, о чём он предпочёл бы умолчать.

– Я узнала, что ты спал с моей сестрой, и что она ждала от тебя ребёнка, – собравшись с силами, на одном дыхании ответила я.

В воздухе повисла напряжённая пауза.

– Она ничего не говорила ни о каком ребёнке, – несколько минут спустя растерянно сказал Максим. – И вообще, Наташа, позволь мне всё объяснить!

– Ты думаешь, это что-то изменит?

– Я думаю, это позволит расставить нам все точки над «и», чтобы мы вместе могли спокойно жить дальше.

– Вместе? – самоуверенность Макса меня поражала. – Ты, действительно, считаешь, что после всего этого я буду дальше с тобой жить?

– А почему нет?! – не сдержавшись, Максим сорвался на крик. – Да, у меня были близкие отношения с твоей сестрой, но это было до нашего знакомства!

– Да я бы никогда не согласилась выйти за тебя замуж, если бы знала, что Лиза беременна! – прокричала я ему в ответ. – Она аборт сделала за два дня до нашей свадьбы, а потом и вовсе хотела покончить жизнь самоубийством! Она возненавидела меня за то, что я стала твоей женой!

– Я не заставлял её делать вид, что мы незнакомы! Помнишь тот день, когда ты первый раз пригласила меня к вам домой? – уже более спокойным тоном, спросил Максим.

Я кивнула, а он продолжил:

– Лиза тогда не хуже профессиональной актрисы изобразила неподдельную радость от нашего знакомства! Кто ей мешал всё тебе рассказать?

– Ты сначала бросил её, а потом пришёл в наш дом в качестве моего жениха! Да Лиза банально не знала, как реагировать. Она описывает то, как тяжело ей было видеть нас вместе.

– А она не соизволила написать, почему мы расстались? – раздражённо поинтересовался Макс.

– Нет.

– А я тебе сейчас расскажу! Я всё тебе расскажу, – Максим с вызовом посмотрел на меня и сел рядом. – Первый раз я увидел Лизу на обложке местного журнала. Её лицо так врезалось мне в память, что я реально потерял покой. Я поехал в редакцию, чтобы узнать, где найти эту модель, что так запала мне в душу, и, представь себе, в коридоре столкнулся с ней лицом к лицу. Она сразу согласилась со мной поужинать. Мы начали встречаться. Поначалу всё было неплохо, но потом я понял, что к милому личику прилагается довольно скверный характер, – муж тяжело вздохнул. – Она устраивала мне скандалы по каждому пустяку: «Ты меня не так назвал! Почему без цветов? Почему дверь не открыл?» Я терпеть не могу, когда из меня вьют верёвки, а Лиза постоянно пыталась заниматься моей дрессировкой. Однажды я не выдержал, наорал на неё и сказал, чтобы она раз и навсегда забыла о моём существовании. Оставил машину у дома. Решил пройтись по городу, успокоить нервы. Иду, никого не трогаю и тут – бац! Огромный плакат с рекламой выставки, а на нём вроде как и Лиза, но какая-то не такая. Она же мне ни слова не сказала о том, что у неё есть сестра. Я полчаса, наверно, простоял как дурак перед этим плакатом. Всё ничего понять не мог. Потом пошёл на выставку и увидел тебя. Ты такая смущённая была, – Максим мягко улыбнулся, вспоминая нашу первую встречу, – такая беззащитная. Тебя хотелось просто взять в охапку и спрятать от целого мира! Оказалось, что в тебе нет ничего того, что так меня раздражало в Лизе, и я влюбился по-настоящему.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Как же у тебя всё складно звучит! «Скандалы устраивала, дрессировать пыталась», – усмехнулась я, процитировав его слова. – Сначала заморочил девчонке голову, а как что-то пошло не так, сразу сбежал. Скажи, Макс, а вот если бы Оля тогда опоздала и Лизу не откачали, тебя бы совесть совсем не мучила?

– Наташ, ну что ты передёргиваешь, в самом деле! – в голосе Максима зазвучали едва уловимые нотки раздражения. – Я не заставлял её травиться! Лиза просто захотела доказать мне, что она вся такая из себя гордая и независимая. Да, согласен, ничего хорошего из этого не получилось, но кто виноват? Согласись, она тогда была уже далеко не маленькая девочка и самостоятельно несла ответственность за свои поступки.

– Знаешь, у меня такое чувство, что тебе вообще бесполезно что-то доказывать, – окончательно устав от этого нелёгкого разговора, сказала я. – Давай сделаем паузу. Мне нужно всё обдумать.

Я встала и, переодевшись, покинула номер. Муж не попытался меня задержать. Я видела, что он абсолютно уверен в своей правоте и даже не понимает до конца, что такого катастрофического произошло.

Выйдя из отеля, я направилась прямиком к воде. В это время туристы, как правило, предпочитали находиться в разного рода увеселительных заведениях, поэтому на пляже ожидаемо никого не оказалось. Здесь я могла побыть в одиночестве и подумать о том, как жить дальше.

Дневник Лизы заканчивался фразой «Я больше так не могу, пусть завтра не наступит никогда». Благодаря Ольге «завтра» для сестры всё-таки наступило.

Интересно, рассказывала ли Лиза ей о Максиме? Если Оля была в курсе их взаимоотношений, то практически со стопроцентной вероятностью она поделилась этой информацией с Олегом. «Ты всегда жила в своём нарисованном мире, и тебя просто берегли от столкновения с суровой реальностью», – внезапно вспомнились мне слова брата. Да. Они все всё знали.

Лиза писала в дневнике, что ненавидит меня. Только я никогда не замечала этого. А может, за эти пять лет многое изменилось, как и её отношение ко мне? Сейчас мне очень хотелось поговорить с сестрой. Откровенно, искренне, глядя в глаза. Я бы сказала, что никогда бы сознательно не встала между ней и Максимом, попросила бы прощения за то, что уделяла ей мало внимания, за то, что не смогла стать для неё настоящим другом.

Я стояла на песке, смотря на красиво искрящиеся звёзды полночного неба, и, погрузившись в мысли, не сразу заметила приблизившегося ко мне человека.

– Эй, детка! Не грусти! Я готов скрасить твоё одиночество! –  произнёс хриплый мужской голос на ломаном английском.

Резко обернувшись, я увидела перед собой бородатого коренастого парня лет двадцати пяти. Он с трудом стоял на ногах и, по всей видимости, был изрядно пьян.

Я хорошо знала язык, но предпочла сделать вид, что ничего не поняла, и попыталась уйти. Такое развитие событий ему явно не понравилось. Он завозмущался и грубо схватил меня за руку.

– Куда ты? Постой! Я не разрешал тебе уходить.

Я попробовала высвободиться, но его хватка на удивление оказалась слишком цепкой.

– Отпусти меня! – потребовала я.

– Отпущу, когда захочу.

– Ты плохо понял? Отпусти девушку немедленно! – прокричал внезапно появившийся на пляже Максим.

Услышав его голос, парень немного разжал пальцы, но мне хватило и этого. Я с силой толкнула его в грудь и отскочила в сторону.

Стремительно преодолев разделявшее нас расстояние, Макс закрыл меня собой и приготовился обороняться, но незнакомец не стал на него нападать.

Обложив нас нецензурной бранью, он отвернулся и, шатаясь, побрёл вдоль берега в противоположную сторону от отеля.

Проводив парня взглядом, Максим обнял меня и тихо спросил:

– Испугалась? Ты вся дрожишь.

– Немного, – честно ответила я.

– Пойдём в номер. Думаю, на сегодня ночных прогулок уже достаточно.

– Всё-таки я обращусь в полицию, – заходя в отель, поделилась я с мужем принятым решением.

– Но он же ничего тебе не сделал. Какой смысл?  – не понял меня Максим.

– Я не о нём. Я о Лизе. Никогда себе не прощу, если выяснится, что ей нужна была помощь, а мы из-за своей беспечности упустили драгоценное время.

– Думаю, учитывая то, что она прислала сообщение, в котором просила её не искать, в полиции не особо захотят принимать твоё заявление.

– Посмотрим, – я не захотела соглашаться с его аргументацией. – Знаешь, мне не даёт покоя одна мысль. Почему сообщение она прислала именно мне?

– Ты же её сестра, – Макс вновь не сообразил, что я имею в виду.

– Да, сестра. Близкий человек. Со стороны всё логично, – я дождалась, пока Максим откроет дверь, и, переступив порог номера, продолжила: – Только вот если вспомнить о записи в её дневнике, где она призналась, что меня ненавидит, логика сразу теряется. По собственному желанию Лиза вероятнее написала бы Ольге или хотя бы Олегу, но не сестре, которая вышла замуж за её любимого мужчину.

– Наташа, ты не права! – Максим поморщился, словно съел что-то очень кислое. – Лиза любит тебя! Она писала это пять лет назад, на эмоциях, не предполагая, что эти записи когда-либо кто-то увидит, тем более ты. Мы с ней не так давно разговаривали наедине, и, поверь на слово, Лизе сейчас на меня абсолютно наплевать.

– Я всё равно не успокоюсь, пока сама с ней не поговорю.

Не зная, как меня убедить в своей правоте, в ответ Максим только развёл руками и молча пошёл в ванную комнату.

Ночная прогулка помогла мне немного прийти в себя. Теперь я не чувствовала этой опустошающей безысходности, но при этом понимала, что от отпускного настроения не осталось и следа.

Оставшиеся несколько дней до возвращения домой мы уже не покидали территорию отеля. Максим старался делать вид, что ничего не произошло. Я же вела себя довольно сдержанно, словно он был не мужем, а просто хорошим знакомым. Мы общались в основном на нейтральные темы, стараясь случайно не начать разговор, который мог бы поставить окончательную точку в наших отношениях.

Дома нас никто не встречал. Мы прилетели утром, намеренно не предупредив домочадцев о возвращении. Максим подумал, что я хочу сделать сюрприз, но на самом деле мне просто нужно было морально подготовиться к предстоящим расспросам о прошедшем отпуске и отрепетировать выражение лица счастливой отпускницы. Об информации, которая стала мне известна, я пока решила умолчать.

Приведя себя в порядок после дороги, Максим решил поехать посмотреть, как идут дела на работе. Я, в свою очередь, занялась разбором привезённых вещей. Увлечённая этим процессом, я не сразу обратила внимание на сигнал телефона, оповещающий о полученном сообщении.

Отправителем был Сергей. Я прочитала высветившуюся на экране фразу: «С возвращением, Наталина!», и по телу невольно пробежали мурашки. Он что, следит за мной?!

Я не стала отвечать на сообщение. Внезапно возникшее чувство тревоги вынудило меня оставить разбор вещей на потом. Мне захотелось с кем-нибудь поговорить, и я решила съездить к Марине.

Выйдя из дома, я не спеша направилась к машине.

– Лизка! Ты почему на звонки не отвечаешь?! Я уже испугался, что с тобой что-то случилось, – быстро проговорил русоволосый парень в солнцезащитных очках, подойдя ко мне. – Причёску сменила? Тебе идёт!

По всей видимости, это был тот самый загадочный бойфренд Лизы, и сейчас он принял меня за неё. Конечно, можно было этим воспользоваться, сыграть роль сестры и попробовать выяснить то, что он не стал бы рассказывать незнакомому человеку, но я не рискнула это сделать, поэтому честно сказала:

– Я не Лиза. Меня зовут Наталья. Мы близнецы.

– Приятно познакомиться! Вася, – представился он. – Сестра, значит. Странно.

– Почему?

– Она ничего не говорила о вас.

– Может, перейдём на «ты»? – предложила я.

Василий молча кивнул в знак согласия.

– Ты парень Лизы?

– Скорее, друг, – смущённо ответил он. – А где Лиза?

– Хотела бы я знать. Когда ты видел её в последний раз?

– Я к родственникам улетел в Мурманск в начале месяца, – Вася ненадолго задумался. – Вот как раз накануне мы встречались с ней в кафе. Лиза ещё в такой кофте интересной была с зайчиками.

– Она собиралась куда-нибудь уехать? – я решила направить мысли парня в нужное русло.

– Нет, кажется... – тихо протянул он, сняв очки. – Говорил же я ей, что эта слежка ничем хорошим не кончится.

– Слежка? – я сделала глубокий вдох, чувствуя, как сильно от волнения учащастился пульс. – Лиза за кем-то следила?

– Да, – подтвердил Василий, окинув меня внимательным взглядом. – Она подробности не рассказывала, но я так понял, что это был какой-то её знакомый человек. Мы, по сути, из-за этого и познакомились.

– Вася, подожди, ты разве не художник? – уточнила я, не понимая, каким образом он мог помочь Лизе в слежке.

– В какой-то степени. Я гримёр, – парень сказал это с такой гордостью, будто был представителем одной из самых престижных профессий. – В театре работаю, но там зарплаты маленькие, поэтому подрабатываю ещё по объявлению. Ну, там, образы для фотосессий, для праздников и всякое подобное, – пояснил он. – Первый раз мы с Лизой встретились три месяца назад. Она просила сделать ей такой образ, чтобы никто узнать не смог, даже родственник близкий. Я предложил несколько вариантов. Она выбрала тот, что был ей ближе, и мы воплотили его в жизнь.

– И что было потом? – осторожно поинтересовалась я, стараясь не сбить парня с волны откровенности.

– Потом она приходила ко мне каждый раз, когда ей требовалась маскировка. Грим занимал около часа. Пока я работал, мы разговаривали на разные темы. В общем, так и подружились, – он улыбнулся, видимо, вспомнив что-то хорошее.

– Лиза часто к тебе приходила?

– Несколько раз в неделю точно, – немного подумав, ответил Василий. – В разные дни, но чаще всё-таки по средам и субботам.

– А в вашу последнюю встречу ты её гримировал? – я замерла в ожидании его ответа, боясь узнать, что Лиза исчезла, отправившись на очередную вылазку.

– Не-а, – немного развеял мои опасения Вася. – Это я её позвал, попрощаться перед отъездом. Лизка сначала расстроилась, что я уезжаю, а потом сказала что-то вроде «значит, пришло время заканчивать этот маскарад» и перевела разговор на другую тему. Я её подвёз до этого дома, ну и… всё.

Василий замолчал и пожал плечами, не зная, что ещё полезного мне рассказать, я же, напротив, пыталась хоть как-то систематизировать поток лихорадочно возникающих в голове вопросов по степени важности, опасаясь, что парню может надоесть на них отвечать.

– Вася, скажи, а ты можешь точно вспомнить, какого числа вы виделись?

– Так… Мы состыкнулись за два дня до моего отлёта, – начал вспоминать он вслух. – Получается, семнадцатого июня. Да, сто процентов. Не позже.

«А восемнадцатого мы обнаружили, что Лиза исчезла», – мысленно сказала я сама себе.

– А что за образ ты для неё придумал?

– Ну, словами и не опишешь… – на мгновенье растерялся Василий, но тут же, воодушевлённый появившейся идеей, радостно воскликнул: – О! Вы же близняшки! Я могу на тебе и показать. Подъезжай сегодня к семи вечера в Малый театр на Свердловской. Второй этаж, последняя дверь в конце коридора.

Пообещав прибыть в театр в назначенное время, я попрощалась с Васей и поехала по первоначально намеченному маршруту. Марина не ожидала меня увидеть, но искренне обрадовалась. Я застала её за сосредоточенной работой над документами, которую она сразу же отложила, чтобы спокойно со мной поговорить.

– И что ты будешь делать дальше? – спросила подруга, выслушав мой рассказ об отпуске, Лизином дневнике и утреннем разговоре с гримёром Василием.

– Даже не знаю, – честно сказала я. – Для начала посмотрю, что за образ Лиза использовала. Вася сказал, что одежда, в которую она переодевалась, так у него и лежит. Может, появятся какие-то мысли относительно того, куда можно было в таком виде ходить.

– Навигатор! – подскочив со стула, перебила меня Марина. – Как же я раньше не догадалась! У неё же в машине есть навигатор?

– Кажется, да.

– Вот! – торжественно сказала подруга. – Там должны сохраниться предыдущие поездки.

– А если она им не пользовалась? – я не разделяла оптимизма Марины.

– Маловероятно. Лиза же не так давно за рулём. У нас, конечно, не мегаполис, но новичку всё равно без подсказки ездить проблематично. В общем, проверишь и расскажешь.

Желая поскорее узнать, верна ли её теория, Марина поспешно выпроводила меня из галереи. Я вернулась домой и, не слишком веря в удачу, взяв ключи, направилась к машине сестры. Десять минут спустя я позвонила подруге.

– Ну что? Посмотрела? – нетерпеливо спросила она, ответив сразу после первого гудка.

– Да, посмотрела, – не отрывая взгляда от навигатора, тихо сказала я. – Мариша, ты оказалась права…

Устройство сохранило в памяти маршрут от Малого театра до дома номер семь на улице Волжской. Получается, именно туда ездила Лиза, после того как Василий наносил ей грим. Я задумалась, пытаясь вспомнить, была ли я когда-нибудь в этом месте.

– Наташа, ау! – вернула меня в реальность Марина. – Ты что молчишь? Какой адрес?

– Волжская, семь.

– Это же окраина, насколько я помню. А что там находится?

– Не знаю. В сети информации нет, поэтому сама сейчас поеду и выясню.

– Так, стоп! – резко сказала подруга. – Наташа, не вздумай сейчас никуда ездить, тем более одна. Это может быть опасно. Недаром же Лиза гримировалась, прежде чем туда отправиться.

– Во-первых, не думаю, что кто-то решится среди белого дня на меня нападать, – возразила я ей. – Во-вторых, я даже не буду из машины выходить. Просто осмотрюсь на месте, и всё.

– Послушай, Лизкин друг же принял тебя за неё, так?

– Да, – коротко ответила я, не до конца понимая, к чему она клонит.

– А что, если Лиза успела побывать там без маскировки, а потом сбежала? И тот, за кем она следила, тоже примет тебя за неё?

– Мариш, давай рассуждать логически. Вася сказал, что она следила за каким-то знакомым человеком. Значит, он в любом случае знает, как она выглядит.

– Да, понятно, но... Всё равно как-то тревожно. Я бы с тобой поехала, но у меня с минуты на минуту опять туристы должны прийти, – Марина сделала в разговоре небольшую паузу, а потом воодушевлённо сказала: – Точно, туристы! У них же экскурсовод – Алёна Фролова, она каждый закоулок города знает. Отложи пока свою разведывательную поездку, я сначала у неё всё разузнаю про это место и тебе перезвоню.

Я пообещала подруге дождаться её звонка и вернулась в дом. К обеду приехали Ольга с Олегом, почти сразу после них Максим. Оля по-быстрому накрыла на стол, я принесла подарки, привезённые из отпуска, мы сидели и оживлённо беседовали, когда вдруг зазвонил телефон. Извинившись, я встала и вышла на улицу, не желая, чтобы кто-то из присутствующих, услышал наш разговор.

– Наташ, там, кроме закрытого ресторана, ничего нет, – на одном дыхании проговорила Марина.

– В каком смысле закрытого? – не поняла я.

– В прямом. Седьмой дом – это одноэтажное, отдельно стоящее здание, в котором раньше был ресторан «Искра», – пояснила подруга. – Алёна сказала, что ещё полтора года назад его закрыли, и с тех пор там ничего нет.

– А может, Лиза использовала это место как какой-нибудь ориентир? – озвучила я внезапно пришедшую в голову мысль.

– Да тут может быть вариантов сколько угодно – попробуй угадай. Я предлагаю тебе сначала с помощью Василия узнать, в каком виде Лиза туда ездила, а потом уже место искать.

– Пожалуй, так и сделаю, – согласилась я с Мариной, понимая, что её предложение не лишено смысла. – Сегодня к Васе, а завтра поеду туда.

– Ладно, будем на связи. Пошла туристов провожать. Пока! – Марина отключилась.

А я развернулась, намереваясь вернуться в дом, и едва не упала, наткнувшись на стоявшего прямо позади меня Макса. Муж умудрился подкрасться настолько незаметно, что я, увидев его, реально испугалась.

– Кто такой Вася? – нахмурив широкие брови, строго спросил он.

– И давно ты здесь… подслушиваешь? – вопросом на вопрос ответила я.

– Даже в мыслях не было. Просто Ольга налила чай и попросила позвать тебя к столу. Я услышал только последнюю фразу и…

– Визажист, – перебила я Максима, за пару секунд перебрав в голове все варианты наиболее приемлемых ответов, которые должны были минимизировать вероятность последующих вопросов. – Марина посоветовала своего знакомого визажиста. Хочу немного сменить имидж. Говорят, это полезно периодически делать для оживления супружеской жизни.

Я бросила томный взгляд на Максима и, на мгновение нежно коснувшись рукой его лица, поспешила зайти вовнутрь дома. Он растерянно последовал за мной. Мне удалось добиться желаемого эффекта: Макс был в замешательстве и сейчас вместо того, чтобы думать о неизвестном ему Васе, пытался понять, что послужило причиной для внезапного улучшения моего отношения к нему.

После обеда он уехал вместе с братом, а я осталась с Ольгой наедине. Мы поговорили на отвлечённые темы, вместе посмотрели отпускные фотографии, и, как только стрелки часов перевалили за шесть вечера, я засобиралась в Малый театр. Когда приехала на место, было ещё без пятнадцати семь, но оказалось, что Василий уже давно освободился и просто ждал, когда я появлюсь.

– Так, садись на стул, – засуетился он, едва я переступила порог его гримёрки. – Хотя нет. Сначала переоденься, а то потом причёску испортишь. Лизкины вещи там, в углу на вешалке. Ты же будешь переодеваться?

– Наверно, – нерешительно ответила я, рассматривая вещи сестры.

Кожаные брюки, пара ярких топов и очень короткое платье серебристого цвета. Такая одежда больше бы подошла для посещения дискотеки, чем для скрытого наблюдения. Слишком уж привлекает внимание. А может, и не было никакого наблюдения?

– Наташ, давай в темпе, пожалуйста. У нас ещё работы вагон. Точнее, у меня, – поправился он. – Я сейчас схожу, возьму один инструмент и буквально через три минуты вернусь.

Василий вышел из гримёрки, а я, быстро скинув платье, надела брюки и облегающий топ с синими блёстками. Вещи подошли идеально, благо у нас с Лизой был один размер.

– А вот и я! Молодец, успела, – окинув меня быстрым взглядом, Вася бодро зашёл в помещение, плотно закрыв за собой дверь. – Сразу предупреждаю, в зеркало смотреть не дам. Не хочу испортить вау-эффект.

Он усадил меня на крутящийся стул и увлечённо принялся за работу. Где-то спустя час, предварительно попросив закрыть глаза, Василий подкатил меня к зеркалу.

– Открывай! Теперь можно.

Я открыла глаза и невольно вздрогнула, увидев своё зеркальное отражение. Передо мной был абсолютно незнакомый человек. Короткий парик с густой чёлкой, выкрашенный в тёмно-фиолетовый цвет, синие линзы, яркий макияж. Вася немного изменил мне форму носа, на подбородке появилась ямочка, а над верхней – губой небольшая родинка. Да и сами губы зрительно стали намного больше. Но самым невероятным был тонкий розоватый шрам на правой щеке. Он смотрелся настольно естественно, что если бы это не было моё лицо, то я бы абсолютно уверено сказала, что это след от реального пореза.

– Ну как? – спросил парень, явно довольный моей реакцией.

– Удивительно, – искренне ответила я. – Ни за что бы не узнала Лизу в таком виде.

– Я же профи, – гордо сказал Вася. – Ты теперь поедешь туда?

– Куда? – не поняла я сути вопроса.

– Ну, в то место, куда Лизка ездила в этом гриме.

– Вся проблема в том, что я не знаю, что это за место. Вася, попробуй, пожалуйста, вспомнить, она тебе точно ничего не говорила?

– Нет, – парень отрицательно покачал головой. – Молчала как рыба. Хочешь, я тебя зафотаю на телефон?

– Конечно!

Я дала талантливому гримёру свой мобильный, и он сделал с разных ракурсов несколько кадров.

– Так, значит, раз ты никуда не едешь, можно приступать к разгримировке?

– Вася, скажи, а я сама всё это великолепие снять смогу? – поинтересовалась я, в глубине души ещё не будучи уверенной, что принимаю правильное решение.

– Сможешь конечно. Я объясню как.

Выслушав инструкцию по снятию грима и поблагодарив Василия, я попрощалась с ним и направилась к машине.

«Маршрут построен. Через триста метров поверните направо», – звонким женским голосом отозвался навигатор. Я включила фары и пристегнула ремень. По расчётам навигатора, дорога от Малого театра до Волжской, семь, занимала сорок восемь минут.

Глава 6

Зачастую, когда мы смотрим на ситуацию со стороны, то всё, что происходит с кем-то другим, кажется нам очевидным. Наверняка любой здравомыслящий человек, окажись рядом, покрутил бы пальцем у виска и сказал, что я явно не в себе, если решила в довольно откровенном наряде поехать под вечер на окраину города, никому ничего не сказав. Что поступать, таким образом, очень глупо и безответственно, что можно не только нарваться на крупные неприятности, но и вообще уже никогда не вернуться домой. Только вот в машине сейчас я была совершенно одна.

Вбив себе в голову установку, что если буду предельно осторожной, то ничего страшного со мной не случится, я упрямо приближалась к цели, хотя и не представляла, как действовать, добравшись до места назначения. Рассчитывала как-нибудь сориентироваться по обстановке. Только, видимо, звёзды были не на моей стороне, а может, и наоборот. Кто знает.

Мне оставалось ехать буквально десять минут, когда Сергей, сам того не подозревая, бесцеремонно нарушил мой авантюрный план.

– Наташа, привет! Ты где? – весело спросил он.

Со стороны Сергея не слишком прилично было звонить мне в столь позднее время, поэтому, ответив на звонок не глядя, я очень удивилась, услышав его голос.

– Дома, – резко ответила я, забыв поздороваться. – Где же мне ещё быть?

– Например… – он сделал небольшую паузу, – где-нибудь в городе.

– Почему ты так думаешь? – я попыталась говорить спокойно, но получалось с трудом.

– Возможно, потому, что я увидел твою машину на перекрёстке и в данный момент еду позади тебя.

От удивления я едва не выронила телефон. Не хватало ещё, чтобы он увидел меня в гриме!

– Одна знакомая попросила машину одолжить, – попыталась я придумать правдоподобную версию. – Ты едешь за ней, а не за мной.

– А, ну раз так… Тогда ладно.

Попрощавшись, Сергей отключился. Я облегчённо вздохнула, подумав, что угроза миновала, но уже через минуту поняла, насколько сильно ошиблась. Он поравнялся со мной, опустил стекло и потребовал остановиться, угрожая перегородить дорогу. Я была вынуждена подчиниться.

Сергей уверенно вышел из машины и, без разрешения открыв дверь, сел на сиденье рядом со мной. Грим у меня был отличный, но вот что делать с голосом, я представляла с трудом. Это было слабое место в моей маскировке.

– Девушка, скажите, что вы делаете в чужой машине? – внимательно всматриваясь в моё лицо, строго спросил Сергей.

Я замотала головой, жестами показывая, что не могу говорить.

– Проблемы с голосом? – заботливо поинтересовался он.

В ответ я только кивнула.

– Хорошо. Тогда в полицию поедем, пусть там разбираются.

Я возмущённо замахала руками. Какая полиция?! Он что, издевается?

– В полицию не хотите. Значит, поедем ко мне, – спокойно сказал Сергей усмехнувшись.

Я на мгновение замерла, не зная, как поэффектней отреагировать на столь нахальное предложение, он же, увидев мою реакцию, громко рассмеялся.

– Знаешь, мне почему-то кажется, что даже с закрытыми глазами среди тысячи женщин я всё равно сумел бы тебя узнать. Наверно, между нами существует какая-то невидимая и нерушимая связь. Ты согласна со мной, Наташа?

Я разочарованно закрыла лицо руками. Ему даже не понадобилось слышать мой голос, чтобы узнать. Несколько лет совместной жизни действительно многое значат. А может, дело совсем не в этом?

– Скажи честно, ты меня преследуешь?

Мой вопрос нисколько не смутил Сергея. Он вытянул руку и продемонстрировал большие наручные часы.

– Вчера отдал в ремонт, а сегодня забрал. На соседней улице отличная часовая мастерская. Так что могу поклясться, что наша встреча – абсолютная случайность.

– А твоё утреннее эсэмэс? Откуда ты узнал о моём возвращении? – недоверчиво спросила я.

– Накануне встретил Олега в магазине. Он рассказал, что ты с мужем уехала в отпуск на две недели. Поэтому мне не составило никакого труда вычислить день твоего возвращения. А теперь моя очередь задавать вопросы, – тон Сергея стал более серьёзным. – Куда ты направляешься в таком виде?

– На вечеринку, – озвучила я первое, что пришло в голову. – Тематическую.

– Наташа, запомни на будущее, – мягко обратился он ко мне, – ты совсем не умеешь врать.

– А почему я, вообще, должна перед тобой отчитываться? – возмутилась я. – Куда хочу, туда и еду!

– Наташа, послушай. Ты сейчас выглядишь как дама, мягко говоря, облегчённого поведения, и район этот не слишком благополучный. Тебе ничего не стоит нарваться на неприятности, а я не могу допустить, чтобы с тобой случилось что-то плохое.

– Спасибо, конечно, за беспокойство, но я сама в состоянии о себе позаботиться.

– Это неважно. Я всё сказал, – Сергей был непреклонен. – Выбирай: либо я поеду с тобой, либо ты поедешь домой.

Я тяжело вздохнула. Желание поскорее что-нибудь узнать о Лизе боролось во мне с нежеланием рассказывать Сергею правду, но в итоге первое взяло верх над вторым.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Чёрт с тобой! Поехали вместе, – жёстко сказала я и, пристегнув ремень, завела машину.

Он не стал задавать дополнительных вопросов, а только молча кивнул.

– Что здесь находится? – поинтересовался Сергей, когда я остановилась у нужного дома.

– Теоретически должен быть закрытый ресторан, а на самом деле – понятия не имею. Пожалуйста, не выходи пока, я быстро.

Сергей не стал возражать. Я вышла из автомобиля и подёргала за ручку входной двери ресторана. Заперто. Да и вообще было не похоже, что внутри кто-то есть. Огляделась по сторонам: несколько жилых домов в отдалении и большой пустырь. Зачем же Лиза сюда приезжала?

Я разочаровано обошла здание по кругу и хотела вернуться в машину, но тут внимание привлекла лежавшая в траве небольшая пластиковая карточка. Золотые буквы на чёрном фоне ярко переливались в свете уличного фонаря. Я аккуратно подняла находку. Ни номера телефона, ни никакой поясняющей информации. Только одно слово, написанное курсивом: «Спирит».

– Дай-ка посмотреть, – через стекло заметив, что я что-то нашла, Сергей вышел на улицу и подошёл ко мне.

– Вот, смотри, – я протянула ему карточку.

– «Спирит», – задумчиво прочитал он вслух. – Оригинальное название.

– Ещё бы знать – чего.

– Наверно, этого ресторана.

– Нет, – возразила я ему. – Ресторан назывался «Искра».

– Значит, кто-то свою визитку обронил.

– Странная визитка. Никаких контактных данных.

– У каждого свои причуды, – Сергей пожал плечами. – Пойдём в машину.

Не успели мы сесть, как салон заполнился громким звуком рингтона, установленного на моём смартфоне.

– Наташ, ты где? – голос Максима звучал холодно.

– В гостях у подруги.

– А не поздновато для гостей? – даже сквозь трубку я почувствовала, что он злится. – Ты на часы смотрела?

– Смотрела. Всё, пока. Скоро буду!

Я отключилась, не дожидаясь его ответа. Выяснять отношения с мужем в присутствии постороннего человека у меня не было ни малейшего желания.

– Супруг уже соскучился? – с едва заметной ухмылкой спросил Сергей.

– Просто беспокоится. Я не предупредила, что задержусь.

– А он не испугается, когда тебя увидит? Кстати, ты так и не объяснила мне, зачем ты так… перевоплотилась.

– Нужно было. Такой ответ устроит? – я бросила на него дерзкий взгляд. – А насчёт внешнего вида, то, прежде чем вернуться домой, я сначала заеду к Марине и приведу себя в нормальное состояние, поэтому никто не испугается.

Я видела, что ему не особо понравилась моя интонация, но он не захотел заострять на этом внимание и совершенно спокойным тоном спросил:

– Вы договаривались встретиться?

– Нет.

– А если она не одна? Тогда своим появлением ты поставишь подругу в неловкое положение.

Я задумалась. Предположение Сергея не было лишено смысла. Марина вскользь намекала мне, что у неё перемены на личном фронте.

Заметив мою озадаченность, он продолжил:

– Поехали в мою квартиру. Во-первых, по пути, а во-вторых, я обещаю предоставить тебе свою ванную в нелимитированное пользование. Спокойно смоешь боевую раскраску и поедешь домой, где тебя ждёт не дождётся любимый муж.

Он намеренно сделал акцент на слове «любимый», следя за моей реакцией, но я не стала поддаваться на провокацию.

– Хорошо, уговорил. Я согласна.

Я довезла Сергея до того места, где он оставил машину, после чего мы уже раздельно поехали друг за другом к его дому. На переодевание с разгримировкой было потрачено почти сорок минут и колоссальное количество нервных клеток. Макияж оказался настолько стойким, что ужасно снимался даже специальными средствами, которыми охотно поделился со мной Василий.

К моему возвращению из ванной, Сергей нагрел чай и вытащил купленные по дороге пирожные.

– Вот так тебе намного лучше! – он улыбнулся, отодвигая передо мной стул. – Устала?

– Не то слово! – честно сказала я. – Спасибо тебе за то, что пригласил.

– Пустяки! – Сергей махнул рукой. – Садись, чай будем пить.

– Извини, но я и так у тебя подзадержалась. Мне пора.

– Послушай, за десять минут ничего страшного не случится, – настойчиво сказал он. – Немного отдохнёшь, съешь пироженку и поедешь.

Я послушно села за стол и сделала глоток ароматного чая. Его вкус мне отдалённо что-то напоминал, но я не могла понять, что именно.

– Жасмин, – словно прочитав мои мысли, сказал Сергей. – Хорошо успокаивает нервы.

Видимо, напиток имел не только успокаивающий, но и расслабляющий эффект. Сначала я ощутила полное умиротворение и необъяснимую лёгкость в теле, а потом меня стала непреодолимо клонить в сон.

– О, моя хорошая, что-то ты совсем расклеилась, – в голосе Сергея звучала неприкрытая нежность.

– Кажется, твой успокаивающий чай успокоил меня окончательно и бесповоротно, – тихо пробормотала я.

– Ты по какому адресу живёшь?

– Лесная, двадцать пять, – я ответила машинально, даже не задумываясь, зачем он спрашивает.

– Хорошо, подожди немного. Сейчас вернусь.

Он ушёл, а я, положив голову на руки, закрыла глаза. Мне нужно было хоть немного вздремнуть. Хотя бы несколько минут, чтобы сбросить это сонное наваждение.

– Наталина, просыпайся! – Сергей бережно коснулся моего плеча. – Пойдём.

Он помог мне встать и проводил до коридора. Плохо понимая, что происходит, я распахнула входную дверь. В квартиру тут же ворвался поток свежего воздуха и послышался гул ветра. Видимо, кто-то приоткрыл окно в подъезде. Я обулась и выжидающе посмотрела на Сергея.

– Я вызвал тебе такси. Машина уже у подъезда.

– Признаюсь честно, грешным делом подумала, что ты предложишь мне остаться, – мой язык заплетался, словно я была очень пьяна, поэтому такая длинная фраза далась мне с большим трудом, но я ощущала странную потребность её озвучить.

– Мне не нужно, чтобы ты осталась на одну ночь, – по лицу Сергея скользнула улыбка, но взгляд стал серьёзным.

– Ну хорошо. Тогда я пойду. Пока!

Я переступила за порог, вышла на площадку и стала осторожно спускаться по лестнице, почти физически ощущая, как он провожает меня взглядом. Окно действительно оказалось приоткрыто, и получившийся сквозняк создавал монотонный вой. Это был довольно резкий звук, но сквозь него я всё же сумела каким-то образом отчётливо услышать:

– Мне нужно, чтобы ты осталась здесь навсегда.

Вздрогнув, я обернулась, ожидая увидеть Сергея, но на площадке никого не оказалось. Дверь его квартиры была плотно закрыта. Я потрясла головой, пытаясь избавиться от внезапного наваждения, и поспешила к ожидавшему меня такси.

Максим встретил меня суровым молчанием. Бросил мимолётный взгляд, полный укора, и отвернулся к стенке. Впрочем, в этот момент мне было совсем не до него.

Пока я добралась до дома, моё состояние ещё больше ухудшилось. Мир двоился, земля норовила уйти из-под ног, а в голове царил беспросветный туман. Я поспешила принять горизонтальное положение, чтобы ненароком не упасть в обморок прямо посреди комнаты. Стало немного легче.

Я закрыла глаза и через некоторое время провалилась в глубокий сон. Гром грянул утром. Громовержец в лице Макса, терпеливо подождав, пока его супруга, то есть я, как следует выспится, решил обрушить на неё весь поток своего праведного гнева.

– Проснулась? Замечательно!

Максим резко распахнул плотные тёмные шторы, позволив солнечным лучам беспрепятственно проникнуть в комнату. Он старался говорить сдержанно, но это у него плохо получалось. Голос всё равно норовил сорваться на крик.

Потянувшись, я попыталась вспомнить, что произошло вчера. Я вышла из подъезда, потом села в такси. Водитель ехал медленно, несколько раз пропустил нужный поворот, но в итоге всё-таки довёз меня до дома. Я поднялась в нашу комнату и легла спать. Это я помнила достаточно хорошо, а вот промежуток времени с того момента, как Сергей налил мне чай, до того, как я оказалась на улице, будто стёрся.

–  Признайся, ты решила мне отомстить? – Макс остался стоять у окна, на расстоянии сверля меня пристальным взглядом.

– О чём ты говоришь? – я, конечно, догадывалась, к чему он клонит, но решила на всякий случай уточнить.

– О том, что ты домой только в четыре утра вернулась, – прорычал он. – Что, думаешь, если узнала про меня с Лизой, то автоматически получила право наставить мне рога?

– Я же тебе сказала, что была у подруги, – попыталась я оправдаться, в глубине души жалея, что по правде не поехала к Марине.

Не нравился мне этот непонятный провал в воспоминаниях.

– А подругу, случайно, не Сергей зовут?

Максим вытащил из кармана джинсов мой телефон и швырнул его ко мне на кровать.

Я посмотрела на светящийся экран и увидела открытое сообщение от Сергея: «Наташ, как доберёшься, напиши, я волнуюсь».

Сделав глубокий вдох и решив, что лучшая защита – это нападение, я, немного повысив тон, холодно спросила:

– Ты рылся в моём телефоне?

– А что мне ещё оставалось? – Макс ничуть не смутился. – Я же знал, что ты начнёшь отпираться!

– Хорошо, признаюсь. Я ездила не к подруге, а к старому другу, исключительно по делу. Между нами ничего не было. Не сказала правду, потому что знала, как ты отреагируешь. Только он действительно для меня просто друг. Мы знакомы с детства.

Я старалась говорить уверенно, но сама себе верила с трудом. После каждой личной встречи с Сергеем у меня появлялось необъяснимое желание увидеть его снова. Это чувство мало поддавалось логическому объяснению, особенно учитывая, что, улетев в Барселону, я о нём даже не вспоминала.

– Назови мне хоть одну причину, почему я должен тебе поверить? – резко спросил Макс, сев на кровать с противоположной от меня стороны.

– Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, то поверишь.

– Я-то хочу. А вот хочешь ли этого ты, Наташа?

Он не стал ждать моего ответа и, встав, вышел из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.

Я облегчённо вздохнула. Максим даже не представлял, как непросто мне было ответить на его вопрос. За прошедший месяц произошло слишком много событий, которые заставили меня взглянуть на собственную жизнь под другим углом, и прежде казавшиеся радужными краски, внезапно лишились яркости, превратившись в сплошное серое пятно.

Одевшись, минут через двадцать после ухода мужа я спустилась вниз. Ольга сидела на диване в гостиной с кружкой в руках и увлечённо смотрела какую-то развлекательную передачу на планшете.

– Доброе утро! Ты одна здесь? – улыбнувшись, спросила я, пытаясь скрыть своё встревоженное состояние.

– Приветик! Да, одна, – уменьшив звук, жена брата положила планшет на диван и окинула меня внимательным взглядом. – Что, опять поругались?

– Заметно?

– По тебе нет, – Оля пожала плечами. – Мы просто с Максимом столкнулись на лестнице. Он злющий был – жуть. Так торопился уйти, что меня едва с ног не сбил. Это из-за твоего позднего возвращения?

– Откуда ты знаешь, когда я вернулась? – её осведомлённость меня сильно удивила.

– Сплю чутко. Услышала, что машина к дому подъехала, встала посмотреть, увидела тебя в окошко. У меня всё банально, – Ольга подмигнула мне и весело добавила: – Я же не Лиза.

– При чём здесь Лиза? – спросила я, почувствовав, что она знает больше, чем говорит.

– Помнишь, года два назад сериал шёл про девушку-детектива «Санта Брук берёт след»?

– Нет.

– Ладно, не суть. В общем, мы его с Лизой вместе смотрели. Она из-за своего любимого актёра, он там почти в главной роли, – уточнила Оля, – а я – потому что этот жанр очень люблю. В общем, серии не проходило, чтобы Лиза не возмущалась действиями героев. То они у неё очевидного не видели, то опрашивали свидетелей неправильно, то следили без маскировки… Я ей ещё тогда в шутку предложила в детективы податься.

– И что она ответила?

– Что если представится такая возможность, то она непременно ей воспользуется, – Ольга беззаботно рассмеялась. – Наташ, ты что так погрустнела?

– Просто подумала, что Лизкина любовь к детективам ни к чему хорошему не привела. Оль, а тебе слово «Спирит» ни о чём не говорит?

– Насколько помню, переводится, как призрак или дух…

– Я не про перевод, – перебила я её. – Ты в нашем городе о такой организации не слышала?

– Нет, – Ольга покачала головой. – В нашем городе точно не слышала. Ты завтракать будешь? Я там много бутербродов наделала.

– Спасибо. Пока не хочу, – вежливо отказалась я. – Оля, скажи, а ты знала об отношениях Лизы и Макса?

Услышав вопрос, Ольга мгновенно изменилась в лице. В её взгляде появилось сочувствие, смешанное со смущением.

– Он тебе рассказал? – тихо спросила она.

– Сама узнала.

Ольга встала, подошла к окну и, не глядя мне в глаза, сказала:

– Честно говоря, искренне поражаюсь твоему спокойствию. Если бы Олег со мной так поступил, я бы, наверно, в истерике билась.

– Я уже смирилась с этой мыслью.

– Ты сильнее, чем кажешься со стороны, Наташа. Впрочем, может, оно и правильно – не рубить сплеча. Так подумать, что значит их мимолётная связь против вашего пятилетнего союза? Не удержались, вспомнили прошлое…

– Что значит вспомнили прошлое? – я ощутила, как внутри меня всё холодеет.

– Ну, Лиза же до вашей свадьбы с Максимом тоже встречалась.

Тоже?! От нахлынувших эмоций меня начало трясти, но тем не менее я нашла в себе силы задать вопрос, который должен был окончательно всё прояснить.

– Оля, скажи, а они уже давно… вспоминают прошлое?

– Наташ, да ты что! – Ольга повернулась и с удивлением посмотрела на меня. – Пока мы все в этом доме не собрались, между ними ничего не было!

Она сказала это так, будто бы я должна обрадоваться, что мой муж начал изменять мне с моей сестрой совсем недавно. В слезах я выбежала из дома на улицу. Как же убедительно он лгал! Ещё хватило наглости устроить мне сцену ревности!

А Лиза... Подумав о сестре, я почувствовала, как сердце болезненно сжалось. С того момента, как мы поселились в доме родителей, вплоть до её исчезновения она ежедневно общалась со мной, мило разговаривала, делилась новостями и при этом параллельно была любовницей Максима.

Я плохо представляла, как буду жить дальше, но одно знала точно: это конец. Когда предают самые близкие, остаётся надеяться только на себя. Отныне с Максимом нам не по пути. Я испытывала практически физическую потребность как можно скорее куда-нибудь уехать, поэтому вернулась в дом и пошла собирать вещи.

Видимо, решив, что сейчас лучше не попадаться мне на глаза, Ольга спряталась в своей комнате и плотно закрыла дверь. Быстро побросав самое необходимое в чемодан, я вновь вышла во двор и лишь тогда осознала, что моя машина до сих пор стоит у дома Сергея.

Не глядя, я опустила руку в сумку, пытаясь нащупать ключи, и резко отдёрнула её, почувствовав острую боль. Осмотрев ладонь, я не обнаружила никаких повреждений, но ощущение, как будто к моей коже на мгновение прислонили раскалённый металл, осталось.

Широко раздвинув края сумки, я внимательно изучила её содержимое. Внутри, кроме кошелька, телефона и подобранной на пустыре карточки, ничего не лежало. Не найдя источник, спровоцировавший странную реакцию, я набрала номер Сергея, предположив, что ключи вчера остались у него.

– Привет. Ты ключи от моей машины случайно не находил? – я старалась говорить спокойно, но голос всё равно предательски дрожал.

– Находил, – Сергей подтвердил моё предположение. – Ты их на столике в прихожей оставила.

– Хорошо. Я хотела бы за ними приехать.

– Ты сейчас дома?

– Да.

– Подожди немного.

Он отключился, а я села на ступеньку крыльца и стала терпеливо ждать, не совсем понимая, зачем это нужно. Душевная боль, которую я пыталась заглушить, отчаянно рвалась наружу. Мне безумно хотелось, чтобы всё происходящее оказалось просто кошмарным сном.

Через несколько минут во двор въехала моя машина. За рулём был Сергей. Он вышел и, подойдя ко мне, обеспокоенно спросил:

– Наталина, милая, что случилось? Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Я почувствовала, как на глаза вновь наворачиваются слёзы.

– Если хочешь помочь, – прошептала я, – просто увези меня отсюда.

Ничего не сказав, Сергей взял мою сумку, положил в машину и мы вместе поехали подальше от дома, который в одночасье стал мне совершенно чужим.

В салоне негромко играла подборка из медленных классических композиций. Я отрешённо смотрела на сменяющийся за окном пейзаж, не задумываясь о том, где мы находимся и куда направляемся. Сергей молчал. Он больше не делал попыток разузнать о том, что подтолкнуло меня к незапланированному побегу, и за это я была ему очень благодарна.

Поток машин на дороге постепенно уменьшался, деревья на обочине становились гуще, и несколько часов спустя мы остановились на небольшой полянке, окружённой с трёх сторон высокими берёзами. Вытащив чемодан и взяв меня за руку, Сергей уверенно пошёл по извилистой тропинке, уходящей вглубь леса. Не задавая никаких вопросов, я последовала за ним.

Минут через десять мы очутились уже на другой поляне, как оказалось, расположенной на возвышенности. Вниз вела деревянная лестница с широкими ступенями. Спустившись за Сергеем, я увидела в отдалении одиноко стоящий на берегу моря частный домик, напоминающий бунгало.

– Когда ты улетела в Испанию, мне тоже захотелось сменить обстановку, – Сергей тяжело вздохнул. – Найти что-то подальше от людей и от городской суеты. Поспрашивал у знакомых, кто что посоветует, и один человек предложил мне приехать сюда. Владелец сейчас живёт за границей и сдаёт дом через агентство. Здесь вообще нет людей. Да и, по сути, попасть в это место, если дороги не знаешь, почти нереально. А в одиночестве гораздо проще полностью морально перезагрузиться.

– Ты оставишь меня здесь и уедешь? – спросила я, не будучи до конца уверенной, что хочу такой перезагрузки.

– Нет конечно! – пылко возразил он. – Как я могу бросить хрупкую девушку одну посреди дикого леса? Там внутри комнат много, мы друг другу не помешаем. Конечно, если моя компания тебя не смущает.

– Думаю, как-нибудь переживу такое соседство, – я грустно улыбнулась, в глубине души понимая, что остаться в полном одиночестве сейчас не готова. – А ты надолго дом арендовал?

– Пойдём, – бодро сказал Сергей, явно довольный тем, что я не отказалась жить с ним под одной крышей. – Этот дом в моём полном распоряжении до последнего летнего дня.

Глава 7

Удивительно, но в этом скрытом от посторонних глаз уголке земли, лишённом привычных благ цивилизации, время не тянулось, а стремительно летело вперёд, подобно хищной птице, непременно желающей догнать потенциальную добычу.

На третьи сутки я перестала беспомощно плакать ночами в подушку, а неделю спустя и вовсе ощутила, что мою разбитую на мелкие осколки жизнь еще можно попробовать склеить. С Сергеем мы общались лишь в обед и за ужином. Готовил он сам, даже близко не подпуская, меня к плите. Помимо того, что холодильник был до отказа забит продуктами, в погребе хранился колоссальный запас консервов. Когда я поинтересовалась, откуда такое богатство, Сергей сказал, что накануне моего возвращения из Барселоны делал глобальную продуктовую вылазку, планируя не покидать это своего рода убежище как минимум месяц.

Как только приём пищи заканчивался, мой ненавязчивый сосед почти всегда уходил в свою комнату или на улицу, давая мне возможность распоряжаться внезапно обретённой свободой по своему усмотрению. Я читала книги, много гуляла и занималась творчеством, эксплуатируя чужие художественные принадлежности. В одной из комнат Сергей оборудовал себе полноценное рабочее место художника, которое в итоге благородно мне уступил.

Каждый раз беря в руки кисть, я будто прикасалась к незримому источнику энергии, медленно, но надёжно залатывающей болезненные душевные раны. Я с упоением смешивала краски, зачастую получая самые невероятные оттенки, и, не боясь быть кем-то раскритикованной, уверенно переносила на холст свои мысли, страхи и несбывшиеся мечты.

– Наташ, не возражаешь, если я войду? – спросил Сергей, осторожно постучав как раз в тот момент, когда я поставила на новой картине финальный штрих.

– Заходи, – ответила я, ощутив, как внутри зарождается пока ещё едва уловимое чувство тревоги.

Он никогда не беспокоил меня, когда я работала. Не важно, было ли за окном раннее утро или день приближался к своему завершению, пока поток вдохновения не иссякал, я без остатка отдавалась творчеству, игнорируя любые внешние раздражители. Поэтому мне не составило труда предположить, что, если Сергей решил постучаться ко мне, значит, произошло что-то неординарное.

Он уверенно вошёл в комнату, но, наткнувшись взглядом на мою картину, застыл на месте. На этот раз я изобразила саму себя в красивом платье в окружении благоухающих цветов. Получилось достаточно реалистично.

– Наташа, это… У меня слов нет, – на его лице растерянность смешалась с удивлением. – Потрясающе! Подари мне его!

– Хочешь дополнить свою коллекцию моих фотографий автопортретом? – не сдержав улыбки, спросила я.

– Повешу в спальне напротив кровати, – на полном серьёзе сказал Сергей. – Буду засыпать и просыпаться, любуясь тобой.

– Серёжа, ты неисправим! – я рассмеялась и, сняв картину с мольберта, передала ему. – Любуйся на здоровье!

– Благодарю! – он аккуратно взял мой автопортрет и перешёл к объяснению цели своего прихода. – Наташа, я хотел сказать, что мне нужно будет съездить в город на пару дней. Возникли неотложные дела. Ты здесь одна справишься?

– Конечно. Я уже прекрасно освоилась. Думаю, никаких проблем не возникнет.

– Замечательно. Тогда я отнесу картину к себе и поеду.

– Прямо сейчас? – удивилась я такой поспешности.

– Да. Чем быстрее уеду, тем быстрее вернусь. Не скучай!

Проводив Сергея, я задумалась о том, что, тайно сбежав из дома, поступила не лучше Лизы. Чувства Макса и Ольги меня волновали мало, а вот брату всё-таки следовало сообщить, что со мной всё в порядке. Олег-то мне ничего плохого не сделал. Вроде как...

Я включила телефон и внимательно просмотрела список пропущенных вызовов. Сразу после побега звонили все трое по несколько раз, на следующий день только брат с женой, а после... Потом все благополучно забыли о моём существовании. Хороши родственнички! Что тут ещё сказать?

Я с обидой отбросила телефон в сторону. Как же можно быть настолько наивной?! Всю жизнь искренне думать, что у тебя замечательная семья, и не видеть очевидного: всем друг на друга наплевать!

И Маринка про меня даже не вспомнила. Я с силой ударила кулаком по столу и вышла на улицу, пытаясь на свежем воздухе немного успокоить расшалившиеся нервы.

Усталое солнце медленно опускалось за горизонт. Высоко в небе, громко что-то выкрикивая  на лишь им понятном языке, кружили небольшие чёрные птицы. Глубоко вдохнув тёплый воздух, в котором смешался аромат разных трав и солёной воды, я поймала себя на мысли, что за короткий промежуток времени уже успела по-настоящему полюбить это место.

Я зашла в дом и на всякий случай, помимо защёлки, закрыла дверь ещё и на ключ. Легко поужинав, я легла на небольшой кухонный диванчик, желая наконец дочитать давно начатую книгу о расследовании серии жестоких убийств и  как-то незаметно уснула.

Проснулась я резко посреди ночи. За окном вовсю бушевала гроза. Яркие вспышки молний сменялись оглушительными раскатами грома. Я медленно встала, налила стакан холодной воды и вдруг услышала странный негромкий звук, словно кто-то невидимый монотонно перебирал на клавишах один и тот же минорный аккорд. По телу невольно побежали мурашки.

Я могла поклясться чем угодно, что источник этой непонятной мелодии находился в моей сумке, стоявшей на столике в прихожей. Возможно, если бы не ночь, гроза и то, что я первый раз осталась одна в чужом доме посреди леса, то мне бы не было так жутко, но сейчас я шла к этому столику на подкашивающихся от страха ногах, и чувствовала себя героиней какого-то малобюджетного триллера.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Как только я прикоснулась к сумке, мелодия мгновенно затихла. Я расстегнула замок и вытряхнула всё содержимое прямо на пол. Первым выпал увесистый кожаный кошелёк, шумно приземлившись на гладкий ламинат, а вслед за ним вылетела найденная мной чёрная пластиковая карточка.

Я подняла её и с удивлением обнаружила, что на обратной стороне, которая раньше представляла собой просто чёрный фон, проявилась переливающаяся надпись: «Вход разрешён».

В потусторонние силы я верила мало, но и логического объяснения всему этому найти не могла. «Спирит» словно позвал меня странным звуком, чтобы сообщить, что теперь я могу войти. Вопрос только куда.

От странной карточки веяло холодом. Мне очень хотелось избавиться от неё, но при этом я понимала, что не могу сделать этого, пока не буду уверена, что она не связана с исчезновением Лизы. Несмотря на обиду, я всё же не оставила идею разобраться в том, почему она уехала и где сейчас находится.

Уснуть я уже не смогла и до утра пролежала в своей комнате, укрывшись с головой одеялом. К обеду вернулся Сергей. Он был в довольно хорошем настроении и, когда я рассказала о том, что случилось ночью, только рассмеялся.

– Наташа, солнышко! Я даже представить не мог, насколько у тебя бурное воображение!

– Да я говорю тебе, что отлично слышала этот звук! – мне не нравилось, что он разговаривал со мной, как с неразумным ребёнком.

– Начиталась перед сном ужастиков, вот и примерещилось, – Сергей пожал плечами. – Просто не надо было мне тебя здесь без присмотра оставлять. В следующий раз, если уехать понадобится, с собой возьму.

– А куда ты ездил?

– Я соседке на всякий случай номер мобильника оставлял, чтобы она связаться со мной могла. Мало ли что с квартирой без присмотра случится. Так вот, она вчера позвонила, сказала, что с квартирой всё в порядке, а вот в машине у меня стекло кто-то разбил. Пришлось ехать, смотреть.

– И как?

– Отогнал в мастерскую, там заменили по-быстрому, и сразу вернулся к тебе.

Со стороны рассказ Сергея выглядел вполне правдоподобно, но почему-то у меня появилось ощущение, что он что-то не договаривает.

После обеда я всё-таки решила набрать брата и напрямую спросить, как мы докатились до такой жизни, что ему теперь всё равно, где я и что со мной происходит.

– Так мне же Серёга на второй день позвонил и сказал, чтобы мы тебя не теряли и что ты пока не хочешь никого видеть, – ничуть не смутившись, ответил он, искренне не понимая, почему я вдруг обиделась. – Вот мы и не звонили. У вас же, творческих личностей, вечно какие-то заскоки.

Слова Олега стали для меня полной неожиданностью и ещё больше запутали ситуацию.

– Что ты называешь заскоками? И откуда у Сергея твой номер?

– Ладно, не нравятся тебе заскоки, пусть будут порывы, подумаешь, не так выразился, что сразу придираться? Оля сразу предположила, что у тебя просто возникла какая-то идея и ты решила поработать вдали от нашего общества, поэтому и уехала, но я как-то поначалу не особо в это поверил, да и Макс тоже. А потом Серёга позвонил. Я у него ещё спросил: «Что, Наташка в творчество ударилась?» Он говорит: «Ударилась». Вот и всё. А телефонами мы обменялись тогда, когда в магазине столкнулись, ну, тогда, когда ты с мужем в отпуске была, – подробно объяснил Олег, подумав, что без уточнения я могу сразу и не понять, когда именно произошла их случайная встреча. – Кстати, сестрёнка, ты там готовься, – Олег тихонько хихикнул в трубку, – Макс грозился за такое поведение устроить тебе по возвращении хорошую взбучку!

Услышав это, я поперхнулась и едва не уронила телефон. Вот наглец!

– Олежик, ты, пожалуйста, передай Максиму мой пламенный привет и ещё скажи, что в компании Сергея мне не было никогда так хорошо, как сейчас!

– Хорошо, передам… – озадаченно пробормотал брат.

Я и не сомневалась, что передаст. Слово в слово. Представив, как от злости перекосится самодовольное лицо Максима, я злорадно улыбнулась. Если уж жечь мосты, то сразу и без жалости. Пусть, пока меня нет, он как следует побесится от ощущения того, что на его голове разрастаются ветвистые рога, а потом, когда вернусь, сразу подам на развод.

Моё едва не упавшее настроение стремительно поползло вверх. Я побродила по дому, дочитала книгу и помогла Сергею с приготовлением ужина. Мы как раз закончили его основную часть и собирались приступить к чаепитию, когда звонкая соловьиная трель нового рингтона весьма настойчиво потребовала моего внимания.

Взяв телефон, я вышла в другую комнату, плотно закрыла дверь и лишь тогда ответила на звонок.

– Наташа, что, чёрт возьми, происходит? – в трубке раздался разъярённый голос Макса, по всей видимости, только что узнавшего содержание моего дерзкого сообщения, переданного через брата.

– Здравствуй, милый! – как ни в чём не бывало проворковала я. – Уже соскучился?

– Ты издеваешься?! – заорал он.

– Заметно?

– Более чем! – резко гаркнул Макс.

– Как ты со мной, так и я с тобой. Что непонятного?

– Короче, у меня нет никакого желания вступать в перепалку. Диктуй адрес, я сейчас приеду.

– И с какой это, интересно, целью? – усмехнувшись, спросила я.

– С целью забрать тебя и отвезти домой!

– Понимаешь, Максим, вся проблема в том, что лично я и здесь чувствую себя вполне комфортно, – я говорила спокойно и очень уверенно. – Если тебе так хочется ко мне приехать, умудрись как-нибудь сам вычислить моё местоположение, поскольку от меня ты его не узнаешь.

Я сбросила вызов, не дав ему возможности ответить, и отключила телефон. Реакция мужа оказалась не совсем такой, как я ожидала, но всё равно было заметно, что моя маленькая месть его сильно задела. Пусть теперь попробует поискать, где я, – всё равно не найдёт.

Я бесшумно открыла дверь, намереваясь выйти и вернуться за стол, но замерла на пороге комнаты, увидев нечто очень странное. Склонившись над кружкой, Сергей по каплям сосредоточенно добавлял мне в чай какую-то жидкость из небольшого стеклянного бутылька. По всей видимости, он пропустил тот момент, когда мой разговор с Максимом закончился, и поэтому действовал без опаски, даже не догадываясь о том, что я на него смотрю.

Преодолев настойчивое желание подойти и спросить Сергея о том, что это за капли, я сделала несколько шагов назад в комнату и вернула дверь в исходное положение. Мысли лихорадочно сменяли друг друга, но одно я понимала точно: он с одинаковой вероятностью мог как сказать правду, так и солгать, а проверить его слова у меня нет никакой возможности.

Мне хотелось думать, что в стеклянном бутыльке было какое-нибудь эфирное масло или успокоительное, а не что-то вредное для моего здоровья. Но упрямый разум твердил, что до того, как Сергей появился в городе, я никогда не испытывала приступов внезапного головокружения и необъяснимой сонливости, да и провалы в памяти у меня не случались.

Раньше я всё списывала на простое совпадение, но теперь меня одолевали серьёзные сомнения. Стремление Сергея самостоятельно готовить пищу я объясняла самой себе проявлением заботы, но что, если ему просто нужно было регулярно и незаметно подмешивать в мою еду и напитки эти капли?

Я прокричала: «Не звони мне больше!» – якобы заканчивая разговор с мужем, и несколько минут спустя вышла в коридор. К этому моменту Сергей уже спокойно сидел на своём месте, задумчиво глядя в окно.

– Что, непростой разговор получился? – голосом, наполненным сочувствием, спросил он.

– Да. Лучше б вообще трубку не брала! – эмоционально ответила я, бросив телефон на диван. – Что за люди, даже поужинать спокойно не дадут!

– Ты садись, а то чай уже, наверно, остыл.

Стараясь выглядеть естественно, я взяла кружку и, сделав вид, что попробовала напиток, с огорчением сказала:

– Точно остыл! Ладно, сейчас новый налью.

– Э… – Сергей что-то хотел мне возразить, но я, не дав ему опомниться, быстро вылила чай в раковину.

Так началась наша игра в кошки-мышки с поправкой на то, что теперь мышка точно знала, что кошкин сыр перед употреблением нужно тщательно проверять. Утром, пока Сергей ещё не приступил к приготовлению обеда, я спрятала на кухне телефон со включённой камерой. Когда он закончил сервировку стола и ненадолго отлучился, я незаметно забрала своё подручное устройство скрытого наблюдения и, закрывшись в комнате, быстро просмотрела запись.

Результат просмотра оказался неутешительным. Он вновь воспользовался теми же каплями, только на этот раз добавил их мне в апельсиновый сок. Идея того, как избежать употребления непонятного препарата и при этом не вызвать подозрения, возникла сама собой. Засунув телефон в карман джинсов, я пронзительно завизжала и выскочила из комнаты.

– Наташа, что с тобой? – за несколько секунд преодолев расстояние от кухни до меня, обеспокоенно спросил Сергей.

– Крыса! – тяжело дыша, эмоционально протараторила я, постаравшись придать своему лицу максимально испуганный вид.

– Какая крыса?

– Обычная чёрная крыса! Мерзкая, хвостатая, толстая крысятина! – я показала руками в воздухе многократно увеличенный размер придуманного грызуна.  – За кровать забежала!

Сергей облегчённо выдохнул, покачав головой.

– Наташка, ты, пожалуйста, никогда меня так больше не пугай. Крыса, какая бы она страшная ни была, – это не повод, кричать, словно тебя режут на мелкие кусочки.

– Может, для кого-то и не повод, а я испугалась! Причём сильно! – я сделала обиженный вид и отвернулась.

– Ладно тебе, Наташ! Не обижайся. Садись пока за стол, а я пойду поищу твою крысятину.

Сергей зашёл в комнату, бурча себе под нос: «И откуда она здесь только взялась, эта крыса», а я метнулась к столу. Мало того что стаканы для сока у нас были одинаковые, так ещё и наполнены до одного уровня. Я просто поменяла их местами и как ни в чем не бывало села на своё место. Пусть теперь Серёженька сам попьёт свои капельки, а я на реакцию посмотрю.

Вернувшись из комнаты и сообщив мне, что крысяк нигде не обнаружен, Сергей приступил к приёму пищи. Не догадываясь о подмене, он выпил весь сок, но какого-либо эффекта я не заметила. Возможно, он был накопительным, а может, просто эти капли действовали только на меня.

После обеда я предложила Сергею воспользоваться мастерской. Он, видимо, соскучившись по творчеству, охотно согласился. Воспользовавшись его занятостью, я по-быстрому собрала и незаметно отволокла в машину чемодан.

Первая часть плана была выполнена. Бросать Сергея одного в лесу, забрав единственный автомобиль, тем более не зная о том, что именно он мне тайно подмешивает, я не собиралась, но и откровенно о своём желании отсюда уехать сообщить не рискнула. Пусть лучше он пока думает, что мы сделаем просто короткую вылазку в город, а уже там я скажу правду, высажу его у подъезда и спокойно поеду в какую-нибудь гостиницу.

Вернувшись в дом, я стала терпеливо ждать, пока он закончит работать над картиной. Самым удивительным было то, что после нескольких пропусков приёма капель, у меня, как и тогда в Барселоне, начало меняться отношение к нему. Словно кто-то убрал невидимый фильтр, улучшающий восприятие. Внутренний голос всё чаще напоминал, что я рассталась с этим человеком не от хорошей жизни, что люди в принципе не меняются и что если мне один раз удалось с минимальными потерями выпутаться из крепкой паутины нашего романа, то во второй могло так не повезти.

Спустя несколько часов, окончательно устав от ожидания, я тихонько поскреблась в дверь. Сергей ничего не ответил. В мастерской стояла подозрительная тишина.

– Серёжа, у тебя всё в порядке?

Аккуратно нажав на ручку, я заглянула в образовавшуюся щель и почувствовала, как сильно учащается пульс. В комнате никого не было.

– Подглядываешь?

Вздрогнув, я обернулась, не веря своим глазам. Пока я высматривала его в мастерской, Сергей бесшумно подкрался ко мне сзади и сейчас стоял с видом крайне довольного зверя, заставшего свою добычу врасплох. Мне было непонятно, как он умудрился незаметно выйти, учитывая, что я с момента возвращения в дом ни на минуту не отлучилась от этой двери.

С момента возвращения… Чёрт! Ну конечно! Ответ оказался очевидным. Он покинул мастерскую ещё тогда, когда я относила вещи, и всё это время намерено от меня скрывался, а может, просто откуда-нибудь наблюдал, как я тут бесцельно наматываю по коридору круги.

– Подумала, что ты ещё занят работой, – я старалась не показывать своего волнения и говорить спокойно. – А оказалось, что нет.

– Я поначалу хотел что-нибудь набросать, а потом понял, что нет вдохновения. Решил прогуляться.

– Долго ты гулял, – озадаченно протянула я.

– Ты тоже, – усмехнувшись, Сергей пристально посмотрел мне в глаза и сделал несколько шагов вперёд, вынудив меня отступить и прижаться спиной к стене.

Я испуганно сжалась, не зная, чего ожидать. Почему он стал за мной следить? Узнал, что я перестала пить капли? Или просто догадывается, но пока не уверен?

– Что же ты так побледнела, Наташа? – тон Сергея стал заботливо-ласковым, но взгляд остался таким же пронзительно-холодным. – Хочешь водички?

– Нет. Я в город хочу, – призналась я, параллельно думая о том, как не спровоцировать его на нежелательные для меня действия.

– Вернуться к мужу? – в вопросе Сергея послышались нотки ревности.

– Подать на развод, – я решила, что такой повод ему должен понравиться.

– С чемоданом? – недоверчиво спросил он, дав мне понять, что видел, как я относила вещи.

– У меня есть ещё и другие дела, за один день не справлюсь.

– Ты же вернёшься? – Сергей пытался вести себя сдержанно, но по его учащённому дыханию было понятно, что ему это даётся непросто.

– Конечно, – я была готова сказать всё что угодно, лишь бы его не разозлить.

Кивнув, Сергей наконец отошёл в сторону, дав мне возможность пройти.

– Хорошо, поезжай. Ты же моя гостья, а не пленница, – сказал он то, что я совершенно не ожидала услышать. – По спутнику выйдешь на центральную трассу, а там до города по прямой.

Его предложение произвело на меня ошеломляющий эффект, напрочь сбив с толку.

– А ты? – на всякий случай уточнила я, воспользовавшись появившимся проходом и отойдя на безопасное расстояние.

Мне всё ещё не верилось, что он готов так просто отпустить меня одну.

– Я здесь месяц прожить собирался, что мне пару дней? Ты же закончишь свои дела и приедешь. Верно?

Во второй раз подтвердив, что обязательно вернусь, я, попрощавшись, практически побежала к машине. Боялась, что Сергей мог что-то с ней сделать, но мои опасения не подтвердились. Колёса были целыми, да и сам автомобиль послушно завёлся, демонстрируя исправное состояние.

Я подключила спутник и, ориентируясь по карте, выехала из леса. Добраться до города удалось без происшествий. Я заселилась в гостиницу, закрылась в номере и лишь тогда ощутила, как охватившее тело напряжение начинает потихоньку спадать.

Глава 8

На следующее утро первым делом я отправилась в галерею. Подруга уже слишком долго сама не выходила на связь, а её телефон отвечал на звонки только продолжительными гудками. Пока я была рядом с Сергеем, меня это почему-то не беспокоило, но стоило уехать от него подальше, происходящее с близкими мне людьми стало вызывать совершенно иную реакцию.

Галерея встретила меня закрытыми дверьми и окнами, что для рабочего дня было абсолютно нетипично. Немного побродив вокруг, я поехала к Марине на квартиру, надеясь, что она там, но вновь наткнулась только на зловещую тишину. Нехорошее предчувствие усиливалось с каждым часом моих безуспешных метаний по городу.

Родственники подруги жили в другом регионе, да и их контактных данных у меня не было. Я связалась практически со всеми нашими общими знакомыми, но не получила никакой полезной информации. Существовала вероятность, что Марина просто куда-нибудь уехала, закрыв галерею, но в это мне верилось с трудом. Я принялась обзванивать больницы.

Третья попытка дала положительный результат. Мне сообщили, что Марина поступила в лечебное учреждение несколько дней назад в тяжёлом состоянии после серьёзной автокатастрофы. В сознание она до сих пор так и не пришла.

Я поехала в больницу, но к подруге меня не пустили. Любознательная медсестричка рассказала, что предположительно в машину Марины врезался пьяный водитель, скрывшийся с места происшествия.

Запросив в поисковике городские новости, я довольно быстро нашла небольшую статью о произошедшей аварии. На фотографиях, прилагаемых к публикации, была запечатлена найденная среди ночи искорёженная машина подруги. При таких повреждениях автомобиля была удивительно, как Марина вообще осталась жива.

На обратном пути с больницы я заглянула на работу к брату, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Олег призывал меня вернуться домой, но я была пока морально не готова выяснять отношения с Максом, особенно после случившегося с Мариной. Я оставила брату адрес гостиницы, в которой остановилась, при этом взяв с него обещание не рассказывать мужу о нашей встрече.

Мне нужно было время, чтобы спокойно всё обдумать. Авария, в которой пострадала подруга, случилась в месте, находившемся подозрительно близко от того неработающего ресторана, возле которого я нашла чёрную карточку, буквально на расстоянии нескольких улиц. Что привело туда Марину, да ещё и в столь поздний час, оставалось загадкой, но внутреннее чутьё мне подсказывало, что это наверняка было не просто совпадение.

Возможно, Марина захотела из любопытства лично взглянуть на этот ресторан, а может, узнала что-то новое о Лизе. Почему она мне за всё это время ни разу не позвонила? Была сильно занята какими-то делами или уверена, что со мной всё хорошо?

Я ходила туда-сюда от одной стены небольшого гостиничного номера до другой, пытаясь найти ответы на интересующие меня вопросы. Сергей вполне мог убедить подругу в том, что у меня «творческий загул» точно так же, как и Олега, да и в придачу попросить не беспокоить по пустякам. Можно было, конечно, попробовать спросить его об этом напрямую, но пока Марина без сознания, проверить, сказал ли он правду, мне всё равно не удастся. Да и разговаривать с ним я совершенно не хотела.

Всё больше я жалела, что вообще начала общаться с Сергеем. Почему меня вдруг к нему потянуло? Уж не из-за этих ли загадочных капель?

Я усмехнулась предположению. Зазывающая карточка с появляющейся надписью уже есть, для полноты картины осталось поверить в приворотное зелье. Хотя, зная Сергея, я не сомневалась, что при возможности он бы не отказался воспользоваться каким-нибудь приворотом.

Воспоминания вернули меня в далёкое детство. Мы тогда жили в соседних домах в пригороде и часто гуляли в одном дворе, но не обращали друг на друга никакого внимания. Согласно негласным правилам, мальчики играли с мальчиками, а девочки – с девочками. Недалеко от дома протекал широкий ручей, и мы все туда часто бегали, несмотря на запреты родителей.

Однажды кто-то из мальчишек принёс из дома надувной матрас. Мы были в восторге, представляя, что это настоящий плот. Самые смелые сразу попробовали поплавать на нём, другие чуть позже. Только маленький Серёжа скромно стоял в стороне. Он очень боялся воды, но, поддавшись на уговоры друзей, всё же залез на матрас. Оттолкнувшись палкой от берега, он медленно поплыл по течению, но уже через несколько секунд запаниковал, попытался встать и, поскользнувшись, упал в воду.

Совсем не умея плавать, он громко закричал, беспомощно барахтаясь и зовя на помощь. Ручей был неглубоким, течение – тихим, но все дети почему-то стояли как заворожённые, испугано глядя на тонущего друга, а я, понимая, что никто не собирается спасать этого несчастного мальчика, бросилась в воду, схватила его за футболку и потянула к берегу.

За короткий промежуток времени он успел наглотаться воды и, оказавшись на твёрдой земле, долго не мог откашляться. Остальные дети на всякий случай быстренько разбежались по домам, боясь, что придут взрослые и всем влетит за такое катание.

В итоге на берегу я осталась вдвоём с Сергеем. Когда он окончательно пришёл в себя, то, внимательно на меня посмотрев, сказал, что я, наверно, настоящий ангел. Ему бабушка рассказывала, что ангелы всегда помогают тем, кто попал в беду. А потом добавил, что мы вырастем и обязательно будем женихом и невестой.

В тот момент я не очень впечатлилась его обещанием, а пару дней спустя уже и думать забыла об этом скромном мальчике, боявшемся водной стихии. Откуда мне было знать, что мой потенциальный жених после купания в ручье заработал тяжелейшую пневмонию, долго не мог поправиться и лишь поэтому не приходил во двор поиграть со своей будущей невестой. А через месяц мы переехали в новую городскую квартиру...

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Может быть, на этом и закончилась бы наша толком не успевшая начаться история, но не зря люди говорят, что тем, кому суждено встретиться, встретятся, несмотря ни на что. Жизнь снова свела нас по прошествии нескольких лет, когда мы оказались в одном классе художественной школы. Серёжа был очень талантливым мальчиком, педагоги его хвалили, все девочки хотели с ним дружить, но дружил он только со мной.

Всё было хорошо до тех пор, пока мы не повзрослели и Сергей не стал замечать, что его подруга детства Наташа нравится не только ему. Он ходил со мной везде, где мог, давая понять окружающим, что мы настоящая пара. Меня такое чрезмерное внимание немного напрягало, но в то же время я была вполне довольна, особенно учитывая, что моя сестра-близнец постоянно жаловалось на то, что нигде нет нормальных парней. Нигде нет, а у меня был. Вполне себе нормальный.

Словно почувствовав, что я думаю о нём, Сергей прислал мне сообщение с весьма банальным вопросом: «Как дела?» Немного помедлив, я отправила короткий ответ: «Нормально», решив пока не сообщать ему о случившемся с Мариной, чтобы не провоцировать желание поддержать меня в трудную минуту.

За окном постепенно сгущались сумерки. По идее, нужно было сходить куда-нибудь поужинать, но у меня совсем не было аппетита. Я прилегла на кровать, не включая свет, и вдруг услышала уже знакомую минорную мелодию.

«Спирит» активизировался и настойчиво требовал моего внимания. Как и в прошлый раз, стоило мне прикоснуться к сумке, звучание мелодии сразу же прекратилось. Надпись, приглашающая войти, призывно сияла неестественным блеском, словно что-то подсвечивало её изнутри.

Я вернула карту на место, не зная, как поступить. Рискнуть и поехать к этому ресторану без всякого грима и просто посмотреть со стороны за тем, что там происходит, или остаться в номере, чтобы случайно не оказаться на больничной койке по соседству с Мариной?

Поначалу желание остаться перевесило, но, когда несколько минут спустя заунывный мотив вновь заполнил собой пространство, я взяла ключи и решительно пошла к машине. Чему быть, того не миновать. Если там действительно что-то есть, то я это выясню, в противном случае останется только поверить в то, что я начинаю потихоньку сходить с ума.

Чем больше я приближалась к закрытому ресторану, тем громче и отчётливей звучала мелодия из сумки. Добравшись до места, я остановила машину в стороне, погасила фары и стала внимательно наблюдать. Поначалу ничего интересного не происходило, но потом я поняла, что просто не туда смотрю. На неприметной с виду двери, в противоположной от центрального входа стороне здания, излучал мягкий свет небольшой квадратный участок около замка.

Озираясь по сторонам, я тихо вылезла из машины. Воздух был пропитан каким-то приторно-сладким ароматом, от которого немного кружилась голова. Невольно я сделала глубокий вдох и вдруг осознала, что одолевавшее меня прежде чувство страха, будто бы испарилось, уступив место непростительной беспечности.

Почти бегом добравшись до двери, я приложила к светящемуся участку найденную здесь же чёрную карту. В ту же секунду дверь призывно распахнулась, и перед моим взором предстала длинная винтовая лестница, уходящая куда-то вниз. Напрочь утратив инстинкт самосохранения, я сделала несколько шагов вперёд, склонилась над пролётом и увидела, что внизу мерцают цветные вспышки света.

– Добро пожаловать в «Спирит»! Место, где ваши мечты становятся реальностью! – раздался из динамика на стене звонкий женский голос, после чего дверь позади меня резко захлопнулась.

Безуспешно попытавшись её открыть, я поняла, что попала в ловушку, но это меня ни капли не испугало. Странный аромат продолжал дурманить разум и дарить ощущение абсолютного спокойствия.

Словно заворожённая, я аккуратно спустилась по ступенькам и оказалась в узком полутёмном коридорчике, стены которого были отделаны бархатной тканью. Навстречу мне вышла высокая девушка. Её розовый парик и яркий макияж в сочетании с откровенным нарядом очень напоминал маскировочный образ Лизы. Теперь я была почти на сто процентов уверена, что несколько раз в неделю сестра приходила именно сюда.

Не говоря ни слова, девушка протянула мне чёрную кружевную маску, дождалась, пока я её надену, и жестом предложила проследовать за ней. Она завела меня в небольшую комнату, в которой стояли два кожаных кресла и круглый стеклянный стол. В отличие от коридора, где вспышками загорались маленькие разноцветные лампочки, освещение здесь создавали многочисленные свечи, расставленные на прибитых к стенам полках.

Девушка усадила меня в кресло и хотела уйти, но я удержала её, схватив за руку.

– Простите. Вы не могли бы мне помочь?

– Нам запрещено разговаривать с посетителями, – испугано прошептала она.

– Я прошу вас! Только один вопрос! – быстро вытащив из сумки телефон, я нашла фотографию, которую сделал Вася после того, как нанёс мне грим, и развернула экран к  ней. – Вы когда-нибудь видели её здесь?

Девушка внимательно вгляделась в фото и еле слышно ответила:

– Она неоднократно пыталась попасть на кастинг, но её так и не пустили.

– На какой кастинг? – удивилась я, не ожидав услышать ничего подобного.

– А это уже второй вопрос! – недовольно прошипела девица и поспешила покинуть помещение.

Я озадаченно посмотрела ей вслед, но погрузиться в размышления мне не дал приход другой особы. Она, как и я, была в маске, только не кружевной, а сделанной из плотного чёрного материала, украшенного различными золотистыми узорами и совершенно не позволяющего разглядеть черты лица. Облегающий брючный костюм тёмно-синего цвета подчёркивал стройную спортивную фигуру.

– Добро пожаловать в «Спирит»! – торжественно сказала она тем же голосом, что звучал из динамика наверху. – Как я могу к вам обращаться?

– Инна, – ответила я, не желая раскрывать настоящее имя.

– Приятно познакомиться, Инна!

Она села в кресло напротив меня, после чего кратко представилась:

– Я Мира. Инна, передайте мне, пожалуйста, вашу пригласительную карту, – Мира разговаривала подчёркнуто вежливо. – Вы согласны со всеми условиями соглашения?

– Мне хотелось бы обсудить их повторно, – протягивая карту, попыталась выкрутиться я, понимая, что попала в «Спирит» по приглашению человека, который, в отличие от меня, должен был прекрасно знать, зачем его сюда пригласили.

– Да, конечно, – не стала возражать собеседница. – Вы подробно формулируете ваше желание и вписываете в соглашение сумму, которую готовы отдать за его исполнение. Если дух одобрит сделку, то он сообщит вам о том, какое наказание вас ждёт в случае нарушения контракта, после чего мы подпишем соглашение.

– А дух – это кто? – не удержавшись, поинтересовалась я.

– Если вы согласитесь на наши условия, то очень скоро познакомитесь.

– А если нет?

– Вы беспрепятственно покинете «Спирит», – спокойно ответила Мира. – Не приняв антидот, из-за аромата, который витает в воздухе, через несколько часов из вашей памяти исчезнут все воспоминания о нашем разговоре и этом месте.

Я замолчала, не зная, что ей сказать. Духи, соглашения, последствия… Несмотря на то что Мира говорила абсолютно серьёзным тоном, мне было очень сложно поверить в происходящее. При этом, всё же допуская, что её слова могли оказаться правдой, я боялась, что, отказавшись играть по их правилам, действительно забуду обо всём и тогда навсегда потеряю шанс разыскать Лизу.

– Вы готовы озвучить ваше решение? – видимо, устав ждать, поторопила меня Мира.

– Я согласна.

– Хорошо, – ровным тоном ответила девушка. – Сейчас я принесу то, что позволит нам связаться с духом.

Она вернулась буквально через несколько минут, держа в руках большую пирамиду чёрного цвета. Поставив её в центр стола, девушка протянула мне пустой лист папируса и с виду вполне обычную ручку.

– Инна, пожалуйста, опишите максимально точно ваше желание и укажите, сколько вы готовы внести за его исполнение, – попросила меня Мира.

– Речь идёт о реальных деньгах, верно?

– Вы всё правильно поняли. «Спирит» не является благотворительной организацией. Все услуги оказываются исключительно на коммерческой основе.

«Да-а-а. Неплохо ребятки устроились, – подумала я. – Сначала одурманивают клиентов, а потом наживаются на их доверчивости».

– И как я пойму, какая цифра устроит вашего духа?

– Просто оцените важность своего желания в денежном эквиваленте.

– Мира, а вы гарантируете, что моё желание воплотится в жизнь?

– «Спирит» гарантирует, что любое ваше желание в случае подписания соглашения будет исполнено.

Я написала на листе «Хочу, чтобы сестра вернулась домой», обозначив рядом сумму, равную той, что была у меня на личной банковской карте. Увидев, что поставленная задача выполнена, Мира взяла с полки свечу, после чего наколола лист с написанной мной информацией на острую вершину пирамиды и подожгла его край. Бумага вспыхнула ярким огнём, откуда-то повеяло жутким холодом, и свечи, освещавшие комнату, внезапно погасли.

Вслед за свечами, окончательно догорев, погас папирус. Комната погрузилась в кромешную темноту.

– Инна, совсем скоро вы увидите духа. Он может предстать перед вами в любом образе, – раздался в тишине звонкий голос Миры. – Не пугайтесь, дух не причинит вам вреда.

Едва она договорила, как прямо перед моим лицом возникло небольшое светящееся облачко золотистого цвета с маленькой забавной мордочкой.

«И чего тут бояться? Вполне себе милая мордашка», – улыбнувшись, подумала я и в ту же секунду, вскрикнув, в ужасе отпрянула в сторону. «Милая мордашка» превратилась в огромную страшную морду с выпученными глазами и раскрытой клыкастой пастью.

– Дух говорит, что готов заключить с вами сделку, – негромко сказала Мира всё тем же беспристрастным тоном.

– Почему я ничего не слышу? – ещё толком не успев оправиться от шока, невнятно пробормотала я.

– Слышать голоса духов – это дар избранных, – пояснила Мира. – Ваша сестра вернётся домой ровно через три дня. Дух сказал, что хочет, чтобы вы пообещали больше не пытаться получить дополнительную информацию о «Спирите», никогда, никому, ничего не рассказывать об этом месте, о том, что здесь произошло, а также заключённом с ним соглашении. Вы готовы дать обещание?

– У меня есть выбор? – вопросом на вопрос ответила я.

– Если вы не дадите обещание, то соглашение не будет считаться заключённым, а ваше желание – подлежащим исполнению.

– Обещаю, что если сестра вернётся домой, то я навсегда забуду о вашей организации и обо всём, что с ней связано, – проговорила я на одном дыхании, не сводя глаз с таращившейся на меня мерзкой морды духа.

– Поздравляю с заключением соглашения! – торжественно сказала Мира из темноты. – Дух просит передать, что если вы нарушите данное ему обещание, то он заберёт жизнь у человека, который в вас безответно влюблён.

Я почувствовала, как по спине пробежал внезапный озноб. Нетрудно было предположить, что речь идёт о Сергее. Получается, что либо я буду молчать, либо они его убьют.

Морда духа медленно растворилась в воздухе, и вскоре под потолком зажглась яркая жёлтая лампа. На столе передо мной оказался взявшийся непонятно откуда белый лист с напечатанными цифрами.

– Это номер счёта, на который вы должны перечислить указанную вами в соглашении сумму в течение суток после исполнения желания, – объяснила мне Мира. – Задержка перечисления, равно как и отказ от него, приравниваются к нарушению соглашения.

Я положила лист в сумку, после чего Мира дала мне выпить антидот и проводила к винтовой лестнице. Входную дверь мне удалось открыть без каких-либо препятствий. Я вышла на улицу и, только сев в машину, наконец осознала то, что произошло, и в полной мере ощутила свою беспомощность.

Я невольно поставила на карту жизнь другого человека. Человека, который, ничего не подозревая, сейчас терпеливо ждал моего возвращения в уютном домике на берегу моря. Человека, к которому я совершенно не хотела возвращаться.

Я завела машину и, чувствуя невероятную усталость, медленно поехала по направлению к гостинице. Мне удалось выбраться из «Спирита» целой и невредимой. Теперь нужно было понять, что делать дальше.

Несмотря на то что я видела так называемого духа своими глазами, мне всё равно не верилось, что это страшное создание действительно существо из потустороннего мира, а не результат умелых действий какого-то мастера оптических иллюзий. Все его слова передавала Мира, а сам он в это время неподвижно висел в воздухе, как каменное изваяние, даже своими выпученными глазищами не шевелил.

С другой стороны, если дух – это просто часть спектакля, то как они собираются исполнить моё желание? Ладно бы предоплату потребовали, а так деньги я должна перечислить только после возвращения сестры домой. Кроме того, я же не сообщила им о сестре никаких сведений. Да и Мира, прежде чем поджечь листок, на него даже не взглянула.

Можно было предположить, что на здании установлена камера и люди, находящиеся в «Спирите», уже видели меня, когда я приезжала в прошлый раз. Они были уверены, что я ещё вернусь, что их пригласительная карта будет постоянно играть свою мелодию, и поэтому заранее подготовились к моему визиту.

Возможно, они держали Лизу где-то взаперти ещё с момента её исчезновения, а сейчас почему-то решили отпустить, да и попутно подзаработать. Только вот что бы они делали, если бы я написала другое желание? Сами бы отказались заключать соглашение, сославшись на то, что обещанный гонорар недостаточно велик?

Смущала меня и фраза девушки в розовом парике про то, что Лиза несколько раз хотела попасть на кастинг. Какой кастинг может быть в организации, занимающейся исполнением чужих желаний? Или эту проводившую меня от лестницы до комнаты девушку они как раз на кастинге и выбрали?

Я пока не могла понять, что именно меня смущало, но какая-то деталь в этом пазле была определённо лишней. Кто-то из тех, с кем я общалась, мне солгал. Только вот кто?

Глава 9

Добравшись до гостиницы, я уснула, едва коснувшись головой подушки, но выспаться как следует не удалось. Рано утром меня разбудил настойчивый звонок от Сергея.

– Наташа, привет! Ты ещё не завершила свои дела?

– Ещё нет, – протянула я, зевая в трубку.

– Я хотел бы, чтобы ты приехала. Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное.

– Пока не могу, – честно ответила я.

Поехать к Сергею означало подвергнуть его самого большому риску. Мало ли машина сломается или ещё что-нибудь произойдёт в таком духе. В итоге я не успею вовремя перечислить деньги и нарушу условия соглашения.

– О чём ты хочешь поговорить?

– Это не телефонный разговор. Приезжай – узнаешь, – он продолжал настаивать на своём, не пожелав принять мой отказ.

«Сначала узнаешь, а потом я тебя напою своими каплями, и вообще всё будет хорошо», – мысленно дополнила я его фразу.

– Я предупреждала тебя, что за один день не справлюсь. Ты сам принял решение остаться там и ждать моего возвращения.

– Но ты же вернёшься, завершив дела?

– Да, – коротко ответила я, устав от этого разговора.

– Будешь подавать заявление на развод?

– Да.

– Скоро?

– Да.

– Ты любишь меня?

– Д… Что, прости?

Я едва автоматически не сказала «да», но осеклась, осознав смысл вопроса.

– Ничего, проехали, – уже гораздо более довольным тоном сказал он. – Я тебе попозже позвоню.

Сергей отключился, а я растерянно посмотрела на телефон. В памяти внезапно всплыла забытая картина того вечера, когда я уснула прямо за кухонным столом в его квартире.

Вот я выхожу из квартиры, осторожно спускаюсь по лестнице и слышу, как голос Сергея за моей спиной говорит: «Мне нужно, чтобы ты осталась здесь навсегда». Это были не просто слова. Именно с этой фразы много лет назад началась наша с ним совместная жизнь.

Ещё со старших классов школы за мной закрепилось прозвище «Серёжкина невеста». Все знакомые и родственники воспринимали нашу свадьбу как нечто неизбежное. Все были уверены, что мы поженимся, едва нам исполнится восемнадцать. Все, кроме меня.

Я, конечно, была влюблена в него, но всё-таки не любила. Любовь – чувство сильное, безрассудное и самоотверженное, а к Сергею я испытывала, по сути, просто симпатию, которая нередко возникает, если юноша и девушка практически всё свободное время проводят вместе.

За школьные годы я привыкла, что он всегда рядом, в любой момент готов помочь и поддержать, и, в принципе, ничего не имела против, чтобы мы и дальше были вместе. Но сразу после выпускного окунаться с головой в водоворот семейной жизни мне совершенно не хотелось.

Тем более как раз на выпускном вечере я познакомилась со старшей сестрой одноклассницы. Она занималась организацией выставок. Я рассказала ей о том, что пишу картины, потом мы встретились, девушка посмотрела мои работы и пообещала, что если в течение года у меня накопится достаточно картин одной тематики, то она поможет мне с организацией персональной выставки.

Я мечтала о том, как поступлю в институт, в свободное время с полной отдачей буду заниматься живописью и всего год спустя увижу свои работы на стенах городской художественной галереи. Я открыто делилась своими мечтами с Сергеем, а он упрямо продолжал твердить, что, как только мы достигнем совершеннолетия, он сделает мне официальное предложение руки и сердца и сыграем свадьбу.

Я неоднократно просила его подождать и не торопить события. Объясняла, что эта выставка имеет для меня очень большое значение, а свадьба – это событие, требующее тщательной подготовки, но Сергей меня будто не слышал. Он круглые сутки что-то ремонтировал в квартире, подаренной родителями по случаю окончания учёбы, и рассказывал мне о том, как мы хорошо будем там жить и растить наших детей.

Я понимала, что моё мнение его совсем не волнует, и это вызывало во мне чувство острого протеста. Мне не хотелось ощущать себя безвольной куклой, которая вынуждена делать то, что захочется её кукловоду. Я злилась, постоянно пытаясь убедить Сергея в том, что он не должен так ко мне относиться, и в какой-то момент даже подумала, что мне это удалось, но, как оказалось, зря. Он безжалостно развеял эту призрачную иллюзию в долгожданный день моего рождения.

Празднование проходило в небольшом ресторанчике и, кроме приглашённых гостей и официантов, в зале не было никаких других граждан. Близкие родственники, друзья и хорошие знакомые именинницы – почти двадцать пять человек за огромным столом, состоящим из сдвинутых маленьких столиков.

В разгар торжества Сергей вышел, ничего не сказав. Вернулся он где-то через полчаса, держа в руках большой букет белых роз, и, вытянув меня из-за стола в центр танцпола, аккуратно опустился на правое колено. Гости замерли, внимательно наблюдая за нами, а диджей остановил музыку.

Не дав мне опомниться, Сергей вытащил из кармана коробочку с кольцом и, смотря будто сквозь меня, торжественно сказал:

– Наташа, я хочу, чтоб ты стала моей женой!

На несколько секунд я закрыла глаза, чувствуя, как бешено в груди колотится сердце. Он не спросил и даже не предложил. Он поставил меня перед фактом, наплевав на все мои желания и просьбы об отсрочке. Мой ответ, видимо, казался ему очевидным, но, услышав весёлый звон соприкасающихся бокалов и пролетевший по залу радостный гул, я с ужасом поняла, что не только ему.

Слёзы медленно покатились по щекам, размывая тщательно наложенный макияж. Нахлынувшая гигантской волной обида смыла все остатки сомнений, и я громко ответила: «Нет!»

В воздухе повисла гнетущая тишина.

Сергей встал, молча поставил коробочку с кольцом на край стола и, не сказав ни слова, вышел из зала.

– Ну и стерва же ты, Наташка! – прокричал, подскочив с места, наш общий друг Артур, после чего поспешно покинул ресторан.

Гости зашушукались, активно обсуждая случившееся, а я, не выдержав эмоционального напряжения, просто потеряла сознание.

Вечером мне на сотовый позвонил Артур и, не сдерживаясь в выражениях, сообщил, что из-за меня, дуры, его друган Серёга чуть не утонул, спрыгнув с моста в реку. Хорошо, люди добрые сразу вытащили. А потом добавил, что если у меня ещё хоть какая-то совесть осталась, то я должна пойти к Сергею на квартиру и поговорить с ним, пока он ещё что-нибудь с собой не сделал. И я пошла.

Сергей открыл мне сразу. Выглядел он ужасно. Бледный, расстроенный, с потухшим безжизненным взглядом, правая рука в гипсе. Как потом выяснилось, при падении он получил закрытый перелом лучевой кости. Кроме того, оказалось, что и само нахождение в холодной речной воде не прошло бесследно. У Сергея поднялась очень высокая температура. Я сбегала в аптеку за лекарством и осталась сидеть у его кровати, дожидаясь улучшения самочувствия.

Мы проговорили с ним несколько часов подряд, и в итоге он попросил у меня прощения за то, что испортил мой день рождения, пообещал больше не заводить разговор о свадьбе и не делать никаких глупостей. Я простила.

Когда жар начал спадать, он поблагодарил меня за помощь и сказал, что уже поздно и мне пора домой. Боясь, что ему вновь станет плохо, я спросила: «Может быть, мне переночевать у тебя?» Тогда он и сказал: «Я не хочу, чтобы ты была со мной лишь этой ночью. Мне нужно, чтобы ты осталась здесь навсегда».

Осознание того, что Сергей из-за моего решения едва не простился с жизнью, породило во мне чувство вины, крепко сплетённое с чувством жалости. На следующий день я собрала вещи и переехала к нему.

Поначалу мы жили весьма неплохо, первые месяца три. Он заботился обо мне, не мешал заниматься творчеством, не пытался навязывать свои правила, но потом всё стало меняться. Я ощущала, что моё личное пространство постепенно сужается до размеров тесной клетки, в которой от стенки до стенки лишь пара шагов.

Терпения хватило на несколько лет. Возможно, я могла бы продержаться и дольше, но он своими действиями придал мне решимости. Когда Сергей однажды во время очередного приступа ревности едва меня не придушил, я просто перестала бояться, что, потеряв меня, он что-то с собой сделает, и поняла, что собственная жизнь мне дороже.

Тяжело вздохнув, я потрясла головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания. Прошлое должно оставаться в прошлом. Даже если я разведусь с Максимом, с Сергеем вместе нам всё равно не быть.

После обеда, навестив Марину в больнице, я вернулась в гостиницу, собрала вещи и поехала в дом родителей. Несмотря на то что дух пообещал, что Лиза вернётся только через три дня, я решила на всякий случай приехать пораньше и подождать её возращения там.

В доме меня встретила Ольга. Сказать, что она была удивлена моему возращению, – значит не сказать ничего.

– Наташа, это ты? С чемоданом? – спросила жена брата, открыв мне дверь, и озадаченно встала, загородив собой проход.

– Олечка, что-то, я погляжу, ты совсем не рада меня видеть, – отодвинув её в сторону, я прошла мимо и, поставив рядом чемодан, села в мягкое кресло.

– Да нет, почему же! Я рада! Просто после того, что ты узнала, я не думала, что у тебя появится желание вернуться сюда, – попыталась оправдать Ольга свою реакцию на моё появление.

– Вообще-то, это дом моих родителей, и если кому-то и стоит его безвозвратно покинуть, то точно не мне, – возразила я ей. – И насколько мне известно, благодаря тебе все думают, что я уезжала в одиночестве позаниматься творчеством. Верно?

На щеках Ольги проступил багровый румянец. Она смущённо отвела взгляд и тихо сказала:

– Максим начал спрашивать о том, где ты, вот мне и пришлось придумать такую версию. Наташ, я просто не хотела вмешиваться в ваши отношения.

«А ещё ты не хотела, чтобы он узнал, что именно благодаря твоей болтливости тщательно скрываемая им правда вылезла наружу», – злорадно подумала я.

– Олег на работе?

– Сегодня утром улетел в командировку на неделю.

– Странно, он не говорил мне, что куда-то собирается, – удивилась я.

– Так у вас же не семья, а ларец секретов! Все друг от друга всё скрывают, даже в мелочах! – в голосе Ольги прозвучала откровенная обида.

– Оля, ты знаешь что-то такое, что не можешь мне рассказать? – я пристально посмотрела на жену брата и поняла, что попала в точку.

– Не говори глупостей! Я-то тут при чём!

– Была бы ни при чём, так бы не волновалась, – не хотела отступать я. – Так что?

– Наташ, это не моя тайна…

– Говори!

– Хорошо, – под моим напором Ольга всё-таки сдалась и устало опустилась в кресло напротив. – Только пообещай мне, что никто не узнает, что это я тебе рассказала?

– Обещаю никому ничего не говорить, – сказала я уже ставшую привычной за последнее время фразу. – Оль, я тебя внимательно слушаю.

– Помнишь, когда мы в прошлый раз разговаривали, ты спрашивала о том, знаю ли я что-нибудь об организации под названием «Спирит»?

– Конечно, – я замерла, боясь услышать что-то страшное.

– Я тебя обманула, – призналась жена брата, опустив глаза.

Внутри меня всё похолодело, но я постаралась не показать, насколько волнителен для меня этот разговор.

– Оля, что ты знаешь о «Спирите»?

– Я расскажу, но сначала ответь мне: ты веришь в существование потусторонних сил?

– Верю, – солгала я, желая расположить Ольгу к дальнейшему разговору.

– Это хорошо. Я тоже, – она удовлетворённо кивнула. – В общем, несколько месяцев назад мы с Лизой сидели в кафе, и, когда она доставала кошелёк, у неё из сумки на стол выпала небольшая чёрная карта, на которой было написано «Спирит». Я начала приставать к ней с расспросами, она поначалу отмахивалась, а потом ненадолго задумалась и сказала, что ей нужно сначала кое-что узнать, прежде чем она мне всё расскажет. Через несколько дней Лиза пришла к нам с Олегом, его как раз не было дома, и спросила, сколько я готова заплатить за лекарство, которое гарантировано поможет мне забеременеть. Я возразила ей, что перепробовала уже все доступные методы и лекарства, способного дать стопроцентную гарантию, не существует, – вспомнив о своих многочисленных неудачных попытках зачать ребёнка, Ольга погрустнела и замолчала.

– Продолжай, – мягко попросила я.

– Мы с Олегом когда поженились, он мне предложил мою зарплату не тратить, а копить на отдельном счёте, чтобы у меня были личные сбережения. За эти годы сумма скопилась неплохая, вот я Лизе и сказала, что готова её отдать. Она быстро свернула разговор, а через неделю отдала мне небольшую бутылочку с прозрачной жидкостью и сказала, куда перечислить деньги. Капли нужно было принимать каждый день до наступления желаемого эффекта, но к моей безграничной радости эффект наступил очень скоро, – улыбнувшись, Ольга нежно погладила живот.

– Оля, а как ты вообще решилась заплатить немалую сумму за непонятную жидкость без опознавательных знаков?

– Я просто доверяю Лизе, – Ольга пожала плечами. – Она сказала, что это инновационная разработка, которую официально не приобрести. Ещё попросила не спрашивать, откуда она у неё, и никому ничего не рассказывать.

– И почему же ты решила нарушить своё обещание?

– Знаешь, я последнее время стала переживать за Лизу: что-то её отъезд слишком уж затянулся. Мне кажется, что мои капли и этот «Спирит», про который ты спрашивала, как-то связаны, но я не знаю как.

– Оля, ты правильно сделала, что всё рассказала. Это очень важная информация, – я встала и направилась к лестнице, потянув за собой чемодан. – Пойду пока в свою комнату, мне нужно всё обдумать.

Я поднялась в спальню и не раздеваясь легла на кровать, свернувшись калачиком. Рассказ Ольги сделал ситуацию ещё более запутанной. Получалось, что Лиза прекрасно знала о том, что «Спирит» исполняет желания за деньги. Непонятно только, почему они согласились действовать через неё? Или Лиза выдала желание Ольги за собственное и заключила так называемое соглашение от своего имени?

Инновационная разработка, загадочное лекарство, потусторонние силы… Стоп! Я наконец поняла, что в нашем разговоре с Ольгой меня смутило, и, вскочив, быстро сбежала по лестнице.

– Оля, ты меня опять обманула! – закричала я спустившись.

Среагировав на мой крик, жена брата испуганно выглянула из своей комнаты.

– Наташ, ты о чём?

– Почему ты спросила, верю ли я в существование потусторонних сил?

– Так просто… – невнятно пробормотала она.

– Хватит врать! – резко одёрнула я её, не пытаясь сдерживать эмоции.

Всё и так уже закрутилось дальше некуда, и я не собиралась позволить Ольге усугубить ситуацию предоставлением мне ложной информации.

– Перестань на меня орать! – она обиженно поджала губы и быстро захлопала длинными ресницами. – Напомню, мне теперь волноваться вредно, если ты забыла!

– Извини, – я понизила тон, но интонацию не смягчила. – Так ты скажешь правду или нет?

Ольга тяжело вздохнула и отвела взгляд в сторону.

– Я не платила им сразу. Лиза, когда отдавала мне капли, сказала, чтобы я обязательно, как только узнаю о своей беременности, в тот же день перечислила деньги. Я тогда спросила, почему в тот же день? Откуда те, кто ждут оплаты, узнают, что мне уже стало известно о ребёнке? А Лиза ответила, что они узнают о нём ещё раньше меня, потому что дух отныне будет за мной следить.

– Оля, а Лиза тебе не рассказывала о том, что это за дух?

Ольга многозначительно посмотрела наверх, вскинув руки.

– Дух он на то и дух, что словами не описать. Лиза сказала, что как раз он желания и исполняет.

– А если дух исполняет желания, то зачем тогда капли? – своей манерой говорить Ольга меня реально раздражала, и я на всякий случай даже отошла подальше, чтобы со злости ненароком её чем-нибудь не стукнуть.

– Наташ, дело в том, что капли не инновационные, а заговорённые…

Я глубоко задышала, пытаясь успокоиться. Как можно быть таким человеком?! Что ни слово, то сплошная ложь.

– На этот раз ты мне всё сказала?

– Да, честно! – лицо Ольги вновь покрылось румянцем. – Прости, Наташа, но я побоялась, что ты решишь, что у меня с головой проблемы, если я, будучи врачом, поверила, что мне помогли какие-то заговорённые капельки. Ну они же действительно, помогли!

– Оля, а теперь я хочу, чтобы ты честно ответила мне ещё на один вопрос. С чего ты взяла, что между Максимом и Лизой что-то есть?

– Лизка раньше говорила мне, что до сих пор не охладела к Максу, что часто думает о нём и если бы он вдруг с тобой развёлся, она бы попробовала с ним начать всё сначала. А потом, когда мы уже здесь жили, я случайно увидела, как они целовались у озера.

– И всё? – уточнила я, боясь, что эта всезнайка опять что-то утаит.

– А что, этого мало? – Оля недовольно нахмурила широкий лоб. – Как говорится, сначала целуются, а после милуются.

– То есть ты точно не знаешь, спал он с ней или нет?

– Точно не знаю! Вот возьми у своего Максима и спроси! – Ольга резко замолчала, испуганно округлив глаза.

– О! Какая неожиданность! Моя блудная супруга собственной персоной! – услышала я позади внезапно раздавшийся голос незаметно вернувшегося домой Макса. – И о чём таком ты должна у меня спросить?

Проигнорировав усиленно моргающую Ольгу, всем своим видом просящую её не выдавать, я повернулась лицом к Максиму и прямо ответила:

– О том, как часто ты изменял мне с моей сестрой.

Макс растерянно посмотрел сначала на меня, затем перевёл взгляд на Ольгу и, нецензурно выругавшись, спросил:

– Так ты что, из-за россказней этой курицы со мной разводиться собралась?

– Я… а… – невнятно забормотала жена брата, не ожидав от Максима такой реакции.

– Ольга, лучше скройся с глаз моих от греха подальше! – грубо рявкнул Макс, после чего Оля молниеносно спряталась за дверью комнаты.

– Зачем ты так? Она всё-таки в положении.

– Наташ, ещё вилами на воде писано, в каком она положении, а главное – от кого!

– Макс! – одёрнула я мужа. – Ты уж не перебарщивай!

– А я и не перебарщиваю, – Максим потянул меня в сторону подальше от Ольгиной комнаты. – Она ещё та вертихвостка. Стоило нам наедине остаться, так сразу начиналось: «Максик, хочешь бутербродик? Максюша, тебе чайку не подлить?» Тьфу! Как вспомню, так передергивает! Какой я ей, к чертям собачьим, Максюша?

– Может, она просто хотела показаться вежливой? – предположила я, хотя сама не очень верила в такой вариант.

– Наташа, ну что я, совсем идиот, по-твоему? Вежливую женщину от флиртующей не отличу? – с некоторой долей обиды в голосе спросил Максим. – Что она там тебе про меня с Лизкой наболтала?

– Что вы целовались у озера, – не стала скрывать я.

– Вот с…ка! – сквозь зубы прорычал муж. – Вот сто процентов же она знает, что это подстава была!

– В смысле?

– Я тогда стоял у воды, уже смеркалось. Думал, как решить один вопрос по фирме, тут смотрю: ты идёшь. Точнее, я подумал, что это ты! – пояснил Макс. – Твоя же дорогая сестричка надела твой пиджак, твои брюки, так ещё и парик, имитирующий твою причёску! Подошла ко мне, начала обнимать молча, а потом целоваться полезла. Вот в этот момент я и понял, что она не ты. Отпихнул её, спросил: «Что это всё значит?», а Лиза засмеялась и сказала, что розыгрыш удался.

– Подожди, Макс, – я вновь почувствовала какую-то нестыковку. –  Ты же в Барселоне убеждал меня, что Лиза к тебе полностью охладела?

– Так я же после этого случая её подловил и потребовал объяснений. Она сказала: «Забудь. Мне было скучно, вот и решила развлечься», – лицо Максима исказилось от злости. – Я бы тебе сказал, как называются люди, которые так развлекаются, но, учитывая, что она всё-таки твоя сестра, так и быть, промолчу.

– И больше вы не пересекались?

– Клянусь! Не прикасался я к твоей Лизе! – устало воскликнул Макс.

– Знаешь, Максим, а я вот тебе почему-то не верю. Я уже никому не верю, – прошептала я. – Вокруг меня сплошная паутина лжи. Олег был прав, я придумала себе идеальный мир, которого никогда не существовало.

– Ты просто устала, – Макс аккуратно взял меня за руку и тихо попросил: – Наташа, давай уедем отсюда прямо сегодня назад в нашу городскую квартиру, где всё у нас было хорошо, где мы были счастливы. Этот дом разрушает нашу жизнь, мы с каждым днём всё больше отдаляемся друг от друга.

– Дом тут ни при чём, – возразила я ему. – Яхта с порванными парусами может плыть очень долго, если на море штиль, но у неё практически нет шансов уцелеть во время шторма. Когда мы встретились, ты увидел во мне копию Лизы с более покладистым характером, а я в тебе свой шанс начать всё с белого листа. Все эти годы мы жили вдвоём, но у каждого из нас, по сути, была своя жизнь. Ты чуть ли не круглые сутки пропадал на работе, я с упоением создавала картины. В наших парусах уже давно зияли огромные дыры.

– Наташа!

– Максим, не надо. Пожалуйста, не говори ничего, – я почувствовала, как по щекам невольно покатились слёзы. – Я поняла, что наш брак был ошибкой, которую, к счастью, ещё можно исправить.

– Признайся, всё из-за этого Сергея? – Макс окинул меня недоверчивым взглядом.

– Нет, – покачала я головой. – Это только мой выбор.

– Пройдёт время, ты успокоишься и поймёшь, что была не права. Сейчас я соберу свои вещи и уеду. Если ты захочешь, то легко сможешь меня найти в нашей городской квартире, – Максим подошёл к лестнице, собираясь подняться в спальню, но остановился и, не поворачиваясь, негромко сказал: – Даже не рассчитывай. Я не дам тебе согласие на развод.

Максим сдержал своё обещание и через несколько часов, ни с кем не попрощавшись, покинул дом моих родителей.

Глава 10

Утром следующего дня мне позвонила медсестра из больницы и сообщила, что Марина пришла в себя. Я не стала откладывать посещение подруги на потом и сразу поехала к ней. Марина была ещё очень слаба, но поговорить нам всё-таки разрешили.

– Мариша, как ты себя чувствуешь?

– Бывало и получше, – улыбнувшись, тихо ответила подруга. – Но врач сказал, что немного меня подлечит и через пару недель я уже буду скакать как горная лань. Ты его не видела? Приятный такой мужчина с хорошим чувством юмора.

– Видела. Я с ним как раз и разговаривала, когда узнала о том, что с тобой случилось.

– Как же всё не вовремя, – Марина грустно вздохнула. – Наташа, а ты можешь сегодня встретить туристов? У них же в три часа по графику посещение галереи.

– Конечно встречу. Не переживай, – пообещала я и наконец решилась задать вопрос, не дававший мне покоя: – Мариш, ты помнишь, что с тобой произошло?

– Честно говоря, забыла бы с превеликим удовольствием, но чувствую, что всё это мне будет ещё долго сниться в кошмарных снах, – подруга закрыла глаза, обращаясь к воспоминаниям. – Уже стемнело. Я ехала по пустой прямой дороге, не превышая скорости.  Из-за поворота выскочил грузовик и резко свернул со своей полосы на мою. За несколько секунд до столкновения я подумала, что это конец и у меня нет никаких шансов.

– А что ты делала в том районе так поздно?

– Мне самой стало интересно посмотреть, что там за загадочный закрытый ресторан на Волжской, – пояснила Марина. – Ты же не рассказала, как туда съездила, просто исчезла со связи, и всё. Да ещё и этот звонок от Сергея...

– Какой звонок? – уточнила я.

– Он позвонил и сказал, что ты уехала с ним, у вас всё хорошо, и попросил пока не беспокоить. Я связалась с твоим братом. Олег его слова подтвердил.

– Прости меня, Марина. Я так была зациклена на собственных переживаниях, что совсем не подумала…

– О том, что твоя лучшая подруга будет волноваться? – закончила она за меня. – Не извиняйся, Наташ. Я не в обиде.

Я не сумела сдержать улыбки и с благодарностью посмотрела на Марину. Всё-таки так, как она, меня никто не понимал.

– Получается, ты до ресторана не доехала?

– Я не только доехала, но и простояла, наблюдая, часа три. Странный ресторанчик, скажу тебе. Вроде закрытый, но посетители ходят, правда, через чёрный ход, но зато какие!

– Ты кого-то узнала? – затаив дыхание, спросила я.

– Ага, – подтвердила Марина. – Владельца сети ювелирных салонов, гражданина Алуфьева. Представляешь, он нигде без охраны не появляется, а тут приехал один практически ночью на окраину города. Зашёл внутрь, пробыл там несколько часов, а когда он уехал, оттуда ещё несколько человек вышло. Не знаю, во что твоя Лизка вляпалась, но, Наташ, поверь на слово, если там такие серьёзные люди задействованы, то лучше тебе туда не лезть.

– Поздно, Мариша, – покачала я головой.

– Ты что, там была?

– Да, – призналась я.

– Рассказывай, – практически потребовала подруга.

– Не могу.

– Почему?

– Я обещала никому ничего не говорить.

– Я тебе не «никто», а лучшая подруга, – возмутилась Марина. – Тем более сама знаешь, что я прекрасно умею хранить чужие тайны.

– Умеешь, – согласилась я.

– Так в чём же дело?

Марине всё-таки удалось меня убедить. Я рассказала ей о своём визите в «Спирит», странном соглашении и о последствиях его разглашения.

– По-моему, они просто поняли, что ты случайно туда попала, и решили тебя запугать, – предположила Марина.

– Возможно, но проверять как-то не хочется. Если Лиза вернётся, то я им заплачу и забуду всё это, как страшный сон.

– Если они ещё позволят тебе забыть…

– Надеюсь.

Наш разговор прервала зашедшая медсестра, которая попросила меня покинуть палату.

– Забавно, – усмехнулась Марина.

– Что? – не поняла я.

– Первая зашедшая ко мне медсестричка была блондинка Ира, потом заглядывала, интересовалась самочувствием брюнетка Мира, а теперь появилась ещё эта рыжая. Надо будет узнать её имя.

– Как, ты говоришь, брюнетку звали? – переспросила я, надеясь, что мне послышалось.

– Мира. Необычное имя, правда?

– А главное, довольно редкое.

Пожелав Марине скорейшего выздоровления, я практически выбежала в коридор. Мне очень хотелось верить, что это просто совпадение, но уже десять минут спустя от моей веры не осталось и следа. Я выяснила, что среди персонала больницы никогда не было медсестры по имени Мира.

Теперь я не сомневалась, что авария, в которую попала Марина, не была случайностью. Она увидела то, что не должна была, и они решили её устранить. Чего же ждать теперь? Нового покушения?

Перед тем как покинуть больницу, я зашла к подруге и рассказала о своих опасениях, но Марина посчитала, что я сильно сгущаю краски. Она не особо верила в то, что люди из «Спирита» так быстро успели спланировать покушение на неё.

В галерею я поехала с тяжёлым сердцем. Меня не покидало предчувствие надвигающейся беды, от которой я совершенно не знала, как защитить себя и своих близких. Туристы появились без опоздания. Я поприветствовала их у дверей, после чего тактично отошла в сторону, дав возможность экскурсоводу Алёне в полной мере почувствовать себя королевой в этом царстве картин.

– Наталья, простите, это вы? – я обернулась и увидела перед собой высокого синеглазого блондина лет тридцати пяти.

– Меня действительно зовут Наталья, но я не уверена, что вы ищете именно меня.

– Я ищу именно вас, причём уже давно, – мужчина мягко улыбнулся и представился: – Станислав. Можно просто Стас.

– Приятно познакомиться, Станислав, но, честно говоря, не понимаю, зачем я вам понадобилась?

– Наталья, ваши работы… Они поистине удивительны! – восторженно сказал он. – Я хочу предложить вам свою помощь в организации персональной выставки в Берлине.

– Это очень неожиданное предложение.

– Поверьте, я уже много лет занимаюсь продвижением русских художников за рубежом. Берлин – это только начало, – воодушевлённо сказал мужчина. – Пройдёт немного времени, и ваше имя узнает вся Европа!

– Станислав, я бы рада рассмотреть ваше предложение, но сейчас у меня непростой период в жизни, поэтому боюсь с выставкой придётся повременить.

– Пожалуйста, не спешите с ответом, – голос Стаса звучал мягко, но при этом уверенно. – Однажды я был проездом в этом городе и случайно зашёл на первую выставку одной молодой художницы. Несмотря на явный успех мероприятия, она выглядела очень расстроенной и отстранённой, но зато в её картинах было столько эмоций, что это просто завораживало, буквально целая палитра чувств. Мне захотелось подойти к ней и поделиться своим впечатлением, сказать, что у неё прирождённый талант, но её ревнивый жених так и не дал нам поговорить. Тогда я загадал, что, если судьба вновь сведёт меня с этой грустноглазой девушкой, я сделаю всё от меня зависящее для того, чтобы грусть в её глазах, словно дым, развеялась без следа. Этой девушкой были вы, Наташа.

– Так это вы купили моё «Озеро в лесу»? – выслушав Станислава, спросила я. – И букет красных роз с запиской от тайного поклонника тоже был от вас?

– Всё верно, – подтвердил моё предположение мужчина. – Я хотел, чтобы вы испытали положительные эмоции.

– Не буду скрывать, я их действительно испытала, – призналась я, вспомнив свои ощущения.

Правда, тогда я подумала, что это дело рук Сергея, но Стасу ни к чему было знать такие подробности.

– Наталья, вы позволите пригласить вас на ужин в какой-нибудь уютный ресторан?

– Извините, но нет. Думаю, если я соглашусь, то это не очень понравится моему мужу, – вежливо ответила я.

Такая причина для отказа показалась мне наиболее приемлемой.

– Тогда давайте представим, что я приглашаю вас просто на деловую встречу.

– Это мало что меняет.

– Но всё же…

Я внимательно посмотрела на собеседника. Он был довольно привлекательным и явно пользовался популярностью у женщин. Обаятельный, уверенный в себе, настойчивый. Несмотря на то что мы разговаривали всего несколько минут, у меня появилось странное ощущение, что я знаю его уже на протяжении долгих лет.

– Простите, Станислав, но, честное слово, мне сейчас не до ресторанов.

– У вас какие-то проблемы? Наталья, поделитесь со мной. Возможно, я смогу помочь.

Отказаться от помощи я не успела. Наш разговор прервал настойчивый звонок. На экране я увидела знакомый номер.

– На связи, – сказала я и, ничего не услышав в ответ, спросила: – Ты что молчишь?

Мне совсем не нравилась эта гнетущая тишина, особенно в свете последних событий.

– Сергей, это ты? Всё в порядке?

– Наташа… – отозвался он осипшим голосом.

В телефоне повисла непродолжительная пауза, а затем раздался сдавленный стон:

– Помоги мне…

– Что случилось?! Серёжа, что с тобой произошло?! – в ужасе прокричала я, но связь уже прервалась, и ответом мне стали лишь монотонные гудки.

Я медленно сползла по стене, не обращая внимания на удивлённые взгляды встревоженных моим криком туристов. Неужели люди из «Спирита» его нашли? Или с ним случилось что-то, никак не связанное с моим соглашением?

– Наталья, выпейте воды, – Станислав протянул мне пластиковый стаканчик и помог встать. – Вам нужно успокоиться.

– Мне нужно ехать.

– Вам нельзя в таком состоянии садиться за руль, – возразил мужчина. – Давайте я вас отвезу.

– Это неблизко, – предупредила я, но не стала отказываться.

Предложение Стаса было весьма кстати. Одна отправиться в лесной домик я опасалась, Олег в командировке, Макс не вариант…

– Ничего, я никуда не спешу.

К счастью, экскурсия у туристов уже подходила к концу. Проводив их, я закрыла галерею, и мы со Стасом пошли к его машине. На моей он ехать категорически отказался.

Всю дорогу Станислав рассказывал о себе, о том, как исколесил полмира, но в итоге всё равно вернулся на родину. За плечами у него был один неудачный брак и вереница случайных связей, а в настоящем – приближающееся сорокалетие и горькое осознание того, что в этой жизни он упустил что-то очень важное.

Я слушала собеседника вполуха, сидя на заднем сидении его джипа, и незаметно раз за разом набирала номер Сергея. Он не отвечал. Не знаю, чего я боялась больше: увидеть, что с ним произошло что-то страшное, или понять, что это случилось именно по моей вине?

Я пыталась рассуждать здраво. Даже если люди из «Спирита» каким-то образом и узнали о моём разговоре с Мариной, то навряд ли они так быстро могли вычислить местоположение Сергея. Да и какой в этом смысл? Деньги же они ещё не получили. Хотят запугать меня? А может, этот призрачный дух на самом деле существует и за всеми следит?

Станислав остановил машину на указанной мной полянке, и мы вместе пошли по направлению к домику на берегу.

– Наверно, тот, кто придумал построить дом в таком отдалённом месте, очень плохо ладит с людьми, – предположил спутник, когда мы зашли на крыльцо.

– Возможно, – коротко ответила я и аккуратно нажала на ручку.

Дверь беспрепятственно открылась. Стараясь не шуметь, мы вместе вошли в дом.

Внутри было тихо. Свет нигде не горел, да и вообще складывалось впечатление, что в доме давно никого нет. Я в компании Стаса постепенно обследовала комнату за комнатой, но Сергея нигде не оказалось.

– Может быть, ваш друг на улице? – предположил Станислав.

– Когда я здесь жила, он всегда гулял только по территории вокруг дома, но сейчас его там точно нет.

– Возможно, он пошёл в лес.

– Учитывая, что здесь мы его не нашли, другого варианта я не вижу. Только непонятно, зачем ему понадобилось туда идти, – недоумённо пожала плечами я.

– Наталья, давайте сделаем так. Вы останетесь пока в доме на случай, если ваш друг вернётся, а я пойду осмотрю ближайшие окрестности.

– Хорошо, – не стала я спорить со Стасом. – Если Сергей вернётся, то я вам позвоню.

– Договорились, – согласился он. – Если я его найду, поступлю аналогично.

Мы обменялись телефонами, и Станислав отправился прочёсывать лес. Я же решила осмотреть дом более детально. Вода в чайнике была тёплой, значит, грели её не так давно. На кафельном полу виднелись свежие разводы.

Вещи Сергея по-прежнему висели в шкафу. В мастерской тоже всё осталось неизменным. В ванной комнате лежали его бритва и зубная щётка. Полотенце для рук было влажным. Создавалось впечатление, что он совсем недавно здесь находился. Что же могло произойти?

Я вытащила мобильный и попробовала набрать номер Сергея. Его телефон практически сразу отозвался заливистым звуком рингтона, только вот звонил он откуда-то снизу. Ориентируясь на слух, я обнаружила, что лучше всего звук доносится из-под небольшого коврика в коридоре.

Я откинула коврик в сторону и обнаружила небольшую крышку. По всей видимости, это был вход в подвал. Аккуратно открыв её, я увидела, деревянную лестницу, ведущую в абсолютную темноту.

– Серёжа? Ты там? – громко позвала я Сергея, но ответа не последовало.

В том, что его телефон находился на дне этого подвала, у меня сомнений не было, а вот он сам мог там и не быть. Кто тогда крышку закрыл и коврик задвинул? Если только…

По телу пробежала волна озноба. Его же мог кто-то ранить и сбросить туда умирать. Возможно, он набрал мой номер из последних сил, а потом потерял сознание и сейчас лежит, нуждаясь в экстренной помощи. А может, ему уже и не помочь…

Я посветила фонариком вниз, но ничего не сумела разглядеть. Меня охватила нешуточная паника. Идею спуститься в подвал я отбросила сразу. Ещё не факт, что Сергей там, да даже если это и так, то одна я его всё равно никогда не вытащу.

Я несколько раз набрала номер Стаса, но он так и не взял трубку. Этот факт окончательно выбил меня из колеи. Не мог же он просто бросить меня здесь и спокойно уехать? Или мог? А может, с ним тоже что-то случилось?

Выскочив из дома, я бегом добралась до его машины. Она стояла на том же месте, где мы её оставили. Значит, не уехал. С одной стороны, это меня порадовало, но, с другой, добавило ещё больше тревоги.

– Стас, где ты?! – кричала я во весь голос, медленно продвигаясь по лесу. – Пожалуйста, отзовись!

– Наташа… – примерно где-то десять минут спустя я наконец услышала его тихий голос.

Он был совсем близко. Пробравшись между деревьями, я увидела лежащего на траве Станислава. Его голова была в крови.

– Боже мой! Как же так! Стас!

Я опустилась рядом с ним на колени и попыталась его немного приподнять. Меня затрясло. Невооружённым глазом было видно, что травма очень серьёзная, а кровопотеря большая.

– Они просили передать, что ты не сдержала обещание дважды, – прошептал он еле слышно и отключился.

Я вытащила из кармана его брюк ключи и побежала к машине так быстро, как только могла. Нужно привезти помощь… Его спасут, его обязательно спасут… Только бы успеть.

Добравшись до автомобиля, я рывком открыла дверь, но сесть в салон не успела. Острая боль от укола пронзила шею, и всё вокруг поглотила тьма.

Глава 11

Очнувшись, я не сразу поняла, где нахожусь. Вокруг было темно, и лишь лунный свет, проникающий между прутьев решётки небольшого окна под потолком, позволял хоть немного что-то разглядеть. Несмотря на то что на улице было знойное лето и не меньше тридцати градусов в тени, здесь царили прохлада и сырость.

По всей видимости, это был какой-то подвал или бункер. Я лежала на тонком изношенном матрасе прямо на бетонном полу. Попробовав встать, поняла, что тело слушается плохо, и вернулась в исходное положение. Голова кружилась как тогда, после вечернего чаепития у Сергея.

Внезапно я вспомнила о Стасе, и сердце тревожно сжалось в груди. Кроме меня, ему никто не поможет, а я заперта неизвестно где, и если в ближайшее время не выберусь, то он обречён. Ещё и с Сергеем непонятно что случилось…

Обследовав небольшое пространство вокруг, я нашла свою опустевшую сумку. Впрочем, было бы удивительно, если бы люди из «Спирита» оставили мне телефон. В том, что меня похитили именно они, я не сомневалась.

По ощущениям прошло не меньше трёх часов, прежде чем в дверном замке раздался скрипучий звук поворачивающегося ключа. Видимо, похитители решили проверить, в каком состоянии я нахожусь. Дверь резко открылась, и на пороге возникла высокая мужская фигура.

– Вставай! Твоё время пришло, – приказал грубый глухой голос. – Ну же! Я не стану повторять дважды. Не пойдёшь сама – тебя выведут силой.

Я аккуратно села, стараясь разглядеть вошедшего. Его лицо закрывала маска, одежда была прикрыта тёмным балахоном, даже руки скрывали чёрные перчатки.

– Вы убьёте меня? – тихо спросила я на всякий случай, хотя и предполагала, что если бы хотели убить, то уже бы это сделали.

– Пока такого приказа не было, но что-то мне подсказывает, что очень скоро ты сама нас об этом попросишь, – ответил неизвестный с каким-то особым злорадством в голосе.

Раз он подчиняется приказам, значит, является просто исполнителем. Исполнителем, который чётко знает, что ничего хорошего меня не ждёт.

– Не попрошу, – дерзко возразила я ему, не желая демонстрировать нарастающее чувство страха.

– Посмотрим, – усмехнулся он, после чего обратился к кому-то за дверью: – Девчонка в этот раз, по ходу, попалась с характером. Иди объясни ей, как нужно себя вести.

Я испуганно сжалась, не зная, что будет дальше. Вместо ушедшего мужчины в помещение зашёл другой. По одежде они не различались, но этот был явно выше. Он решительно подошёл ко мне и, схватив за волосы, потянул вверх, вынудив встать.

– Правило номер один: всегда сама делай то, что тебе говорят, если не хочешь, чтобы тебя заставили это сделать, – на одном дыхании быстро проговорил незнакомец. – Правило номер два: не пытайся бежать или причинить кому-то вред, если тебе дорога твоя жизнь.

– Что-то ещё, или на этом у вас фантазия закончилась? – прошипела я сквозь зубы.

– Правило номер три: не задавай никаких вопросов, всё, что тебе надо знать, ты и так узнаешь. Стой смирно.

Мужчина вытащил из-под балахона что-то, напоминающее ошейник, и ловко застегнул его у меня на шее. Эта странная штуковина, едва прикоснувшись к коже, стала излучать мягкий розоватый свет.

– Неплохо, – удовлетворённо цокнул языком неизвестный. – Ты, оказывается, очень эмоциональная. Мы ещё даже ничего не делали, а кристалл уже так активно реагирует. Хозяйка будет довольна.

– Я хочу с ней поговорить, – твёрдо сказала я.

– Она не разговаривает с донорами. Ты для неё расходный материал, как и другие, тебе подобные, – пояснил мой словоохотливый собеседник. – Твоя единственная функция – заряжать кристалл. Когда ты исчерпаешь свой ресурс, тебя сразу заменят.

– Заряжать кристалл? Ты серьёзно? – меня разобрал истеричный смех. – Я-то наивно полагала, что «Спирит» – это хитроумная преступная организация, а на самом деле вы просто кучка закоренелых психов, возомнивших себя вершителями чужих судеб!

– Я не стану тебя переубеждать, – спокойно ответил неизвестный. – Психи – они же страшнее обычных людей, потому что их действия непредсказуемы. Думая так, ты будешь сильнее нас бояться, а значит, быстрее заряжать кристалл.

– Достал ты уже со своим кристаллом! – закричала я и, воспользовавшись тем, что мужчина отошёл в сторону, бросилась к выходу.

Выскочив за дверь, я попала в узкий длинный коридор. Он никак не освещался. Зато по бликам, расползающимся по блузке, я поняла, что этот чёртов кристалл светится теперь ещё сильнее прежнего. Наугад в темноте я побежала вперёд, но очень скоро наткнулась на новую дверь. Она была заперта.

– Раз, два, три, четыре, пять. Я иду тебя искать, – услышала я в отдалении звонкий голос незнакомца в маске, от которого только что убежала.

Он негромко напевал считалочку, не торопясь меня догонять.

– Поскорей назад вернись и получше извинись. Если сам тебя поймаю, за себя не отвечаю! У тебя пять минут. Время пошло.

Я попробовала снять ошейник, но попытка не увенчалась успехом. Крепление оказалось слишком прочным. Понимая, что бежать некуда, а прятаться негде, я приняла непростое для себя решение вернуться назад, пока этот странный тип ещё не успел разозлиться.

– Молодец! Быстро учишься! – он ободряюще поприветствовал меня на пороге. – Можешь сильно не переживать за неудавшийся побег, в другой стороне тоже металлическая дверь. Если бы ты выбрала противоположное направление, результат был бы тем же.

– И что дальше? – обречённо склонив голову, я прошла мимо него и села на матрас.

Внезапно у меня появилось ощущение, что я останусь в этом бункере навсегда, а вслед за ним пришло чувство опустошённости. Среагировав на перемену моего настроения, кристалл начал постепенно угасать.

Мужчина подошёл ко мне и, воспользовавшись каким-то небольшим приспособлением, расстегнул ошейник.

– Думаю, на сегодня с тебя и так достаточно.

В его голосе мне послышалось что-то, напоминающее сочувствие.

– Как тебя зовут? – спросила я, желая попробовать наладить с ним контакт.

– Зови меня Зорро, – торжественно ответил он.

– Очень смешно. Ты хоть и в маске, но как-то не похож на одноимённого героя, который всегда приходил на помощь нуждающимся.

– Кому я могу помочь, тем я помогаю, ну а если серьёзно, то нам нельзя раскрывать свои имена. Кстати, ты снова нарушила правило номер три, – мягко сказал он. – Тебя саму-то как зовут?

– Наталья.

– Наталья, Наташа… – задумчиво произнёс он. – Я буду звать тебя Таша. Не возражаешь?

– Нет, – я покачала головой и умоляюще посмотрела на собеседника. – Помоги мне сбежать! Я же вижу, что для тебя это просто работа, наверняка хорошо оплачиваемая, и ты ей дорожишь, но я обещаю, что тоже не останусь в долгу. Я заплачу тебе столько, сколько ты скажешь!

– Дело не в деньгах, – возразил мне мужчина. – «Спириту» я обязан жизнью. Если бы не они, то я бы сейчас с тобой не разговаривал. Я бы вообще ни с кем не разговаривал, потому что ещё год назад умер бы от неизлечимой болезни.

– Они похитили мою сестру! – отчаянно прошептала, не оставляя попытку склонить его на свою сторону. – Я не собиралась вмешиваться в их дела, я всего лишь хотела её найти!

– Сестру, значит, – медленно протянул он. – А я ещё всё не мог понять, кого ты мне напоминаешь.

– Лиза здесь? – я молниеносно вскочила с матраса. – Мне нужно её увидеть!

– Так, спокойно, – мужчина стал говорить более строго. – Здесь не все такие добрые, как я, поэтому привыкай вести себя сдержанно. Твою сестру я видел всего несколько раз, да и то мельком. Её держали во втором крыле, а там работает другая охрана.

– Как мне туда попасть?

– Никак, – жёстко ответил мой собеседник.

По всей видимости, своим упрямством я всё-таки начала его раздражать.

– Ты здесь пленница. У тебя нет никаких прав. Твоя задача – подчиняться приказам, есть, пить и как следует высыпаться. Кстати, этим ты сейчас и займешься: ляжешь и будешь спать. А я пойду.

– Подожди, пожалуйста, – остановила я его у двери. – Очень тебя прошу, узнай, как она. Я волнуюсь.

– Глупая ты. Тебе за себя волноваться надо, а не за неё, – с тоской в голосе сказал он, а потом тихо добавил: – Если получится, то узнаю. Засыпай.

Мужчина в маске ушёл, закрыв за собой дверь на ключ, а я ещё долго лежала, думая о том, какими непредсказуемыми порой оказываются повороты судьбы. Всего несколько месяцев назад я считала, что мой брак идеален, беззаботно занималась живописью и верила в то, что меня ждёт светлое и счастливое будущее. А теперь моя жизнь была в руках группы одержимых фанатиков, верно преданных общему делу, и измерялась количеством энергии, которую я могу произвести.

Уснула я только под утро, но похитители не спешили меня будить, поэтому выспаться мне всё-таки удалось. Проснувшись, я долго не решалась открыть глаза, лелея надежду, что похищение было просто кошмарным сном и я по-прежнему нахожусь в нашей с Максом спальне в доме родителей. Увы. Кошмар оказался явью.

Днём меня перевели, если можно так выразиться, в более комфортную камеру. Второй охранник, которого я про себя окрестила Хмурым (в отличие от Зорро, он в основном молчал, а если и говорил, то жёстко и короткими фразами), завязал мне глаза непрозрачной повязкой, мы прошли по коридору, потом поднялись по лестнице, и несколько минут спустя он позволил мне увидеть то место, где я оказалась.

Это была вполне обычная комната с простеньким ремонтом, односпальной кроватью, небольшим столом со стулом и полноценным окном, защищённым металлической решёткой. Помимо входной двери, была ещё одна, ведущая в санузел. Вскоре после переселения Хмурый принёс мне обед: тарелку варёной картошки и две мясные котлеты.

Отказываться от еды я не стала. Мне нужны были силы на случай, если появится возможность бежать. Судя по пейзажу за окном, комната располагалась на первом этаже дома, находящегося в лесу. Это явно был не тот дом, где мы жили с Сергеем, но деревья казались мне знакомыми.

Ужин мне принёс Зорро. Он поинтересовался моим самочувствием и предупредил, что придёт за мной в полночь, только не сказал для чего. Когда я попыталась расспросить его о Лизе, он жестом приказал мне замолчать и сразу ушёл.

Неизвестность пугала больше всего. Я понимала, что, скорее всего, меня ожидает сеанс зарядки кристалла, но каким способом они будут добывать мои эмоции, могла лишь предполагать. Только вот предположения были одно страшнее другого.

К возвращению Зорро я успела себя как следует накрутить и вздрагивала уже от каждого шороха.

– Таша, – мягко обратился он ко мне, – я тебе сейчас завяжу глаза, возьму за руку и отведу в одно место. Постарайся идти тихо и ничего не говори.

– Куда мы пойдём? – спросила я шёпотом.

– Наберись терпения.

Он надел на меня чёрную повязку, и вскоре мы вышли на улицу. Я переборола желание открыть глаза и попробовать бежать, предполагая, что шанс осуществить задуманное минимален, а вот доверие Зорро я потеряю наверняка. Учитывая, что он мне, по крайней мере, пока, ничего плохого не сделал, я этого совсем не хотела.

У меня сложилось впечатление, что мы обошли дом по кругу. Потом последовал недолгий спуск по лестнице. Я ощутила знакомый запах сырости и поняла, что мужчина вновь привёл меня в бункер.

Пройдя по коридору, мы остановились. Я услышала, как резко заскрипел поворачивающийся ключ в замочной скважине. Зорро потянул меня вперёд, а затем прошептал на ухо:

– Снимай повязку и заходи в дверь. Она не заперта. Утром я тебя заберу.

Он оставил меня одну, не забыв запереть за собой проход. Мне было очень страшно, сердце норовило выскочить из груди, и единственное, что хоть как-то успокаивало, – это отсутствие на шее ошейника с кристаллом. Отбросив сомнения, я толкнула дверь, и она легко отворилась, представив моему взору маленькую комнатку, слабоосвещенную лампадой.

На раскладушке, отвернувшись лицом к стене, лежала девушка. Она негромко всхлипывала, никак не реагируя на моё появление. Эти волосы и фигура были мне до боли знакомы. Закрыв дверь, я бросилась к ней.

– Лиза! Сестрёнка! –  я аккуратно коснулась её плеча.

Перестав всхлипывать, она медленно повернулась ко мне, и я наконец увидела измождённое, похудевшее, но такое родное лицо сестры. На её шее ярким алым светом переливался пристёгнутый кристалл.

– Наташа? – удивлённо прошептала она, смотря на меня затуманенным взглядом. – Надо же, как настоящая…

– Лиза, я и так настоящая! – воскликнула я, легонько ущипнув её за предплечье.

– Ай! – Лиза резко дёрнула рукой и вновь отвернулась к стене. – Семиглазое чудище тоже так говорило и даже всю ногу мне когтями расцарапало, но я-то умная, я знаю, что монстров в реальности не существует. Все вы живёте лишь в моей голове, а я… Я просто сошла с ума.

– Лиза, ты не сумасшедшая! – возразила я ей. – Похитители просто пугают тебя, чтобы ты заряжала кристалл!

– А-а-а, – протянула она, словно не слыша то, что я говорю, – я поняла. Ты моя совесть, пришедшая в образе сестры. Ты хочешь, чтобы я раскаялась.

– Лиза! У нас не так много времени, ты должна прийти в себя! – я попыталась приподнять её, но она ещё больше сжалась.

– Не трогай меня, пожалуйста, – тихо попросила она. – Могла бы и другой образ выбрать. Не ей меня стыдить. Если бы не она, всё бы было хорошо.

– Лиза, о чём ты?

– Он же ей не нужен. И она ему не нужна, но он её не бросит. Как же, бизнес драгоценный пострадает.

Я вздрогнула. Со стороны это было похоже на бред, но я догадалась, что Лиза говорит о Максиме. Его фирма действительно по документам была оформлена на меня. Только вот я никогда на неё не претендовала и не стала бы претендовать, даже если бы мы развелись.

– Я просто хотела, чтобы мы были вместе, – продолжила сестра рассуждать вслух, – но он всё равно там с ней, а я здесь…

Психическое состояние Лизы мне совершенно не нравилось. Нужно было срочно как-то привести её в чувства, и я не придумала ничего лучше, чем сказать:

– Я развелась с Максимом.

Подействовало. Она встрепенулась и села, свесив ноги на пол.

– Повтори, – растерянно попросила она.

– Максим теперь совершенно свободен. Мы больше не живём вместе.

На лице Лизы засияла довольная улыбка.

– Моя совесть навряд ли бы мне такое сказала. Наташка? Это что, правда ты?

– Да я это! Я! – воодушевлённо повторила я, обрадовавшись, что во взгляде сестры появилась осмысленность.

Прикоснувшись к моим волосам, она несколько секунд внимательно смотрела мне в глаза, а потом, заплакав навзрыд, принялась душить меня в объятиях.

– Но как ты здесь оказалась? – немного успокоившись, спросила Лиза.

– Тебя искала.

– Прости меня, Наташа. Я так перед тобой виновата, – пробормотала сестра, нервно теребя край простыни.

Почувствовав новый прилив эмоций, кристалл засиял ярче прежнего. Я побоялась, что он отнимет у неё остатки сил, поэтому поспешила сменить тему.

– Лиз, не надо. Мы с тобой обязательно поговорим, но позже, когда окажемся на свободе, а сейчас нам нужно продумать план побега.

– Отсюда невозможно сбежать.

– Ты пробовала?

– Нет, – Лиза покачала головой, – но была девушка Тася. Она пыталась убежать.

– И?

– Нас собрали вместе. Её подвесили в центре комнаты, надели ошейник и били несколько часов подряд, пока она не отключилась. Другим в назидание. Они сказали, что по периметру везде установлены камеры. Любое движение на территории сразу же фиксируется. Если ещё кто-то попытается сбежать, то так легко, как Тася, не отделается. Наказание будет намного жёстче.

– А сколько там было девушек?

– Аня, Катя, Юля, Женя, Тася, – медленно перечислила имена пленниц Лиза.

– Ты так хорошо их запомнила? – удивилась я. – У вас была возможность познакомиться?

– Мы и так друг друга знали, – горько усмехнулась Лиза. – Я же каждую из них лично оформляла на кастинг.

Внутри меня всё похолодело.

– На какой кастинг, Лиза?

– В «Шоу практической магии». Кажется, так проект назывался, – пожала плечами сестра. – Название было рабочее, поэтому все говорили коротко – шоу.

– Подожди, а как...

«Как ты, вообще, туда попала?» – хотела спросить я, но дверь открылась, и на пороге появился Зорро.

– Таша, на базе проверка. Нам нужно срочно уходить.

– Лиза, я обязательно вернусь при первой возможности! – пообещала я.

– Я буду тебя ждать, – тихо ответила сестра. – Иди.

– Я поведу тебя без повязки. Это против правил, но с завязанными глазами ты двигаешься намного медленней, и мы можем не успеть добраться до твоей комнаты, – пояснил Зорро, закрывая на ключ замок в двери, за которой сейчас находилась Лиза. – А если нас поймают, то… В общем, пообещай мне, что я не пожалею о том, что решил устроить тебе свидание с сестрой.

– Обещаю, – твёрдо ответила я и искренне добавила: – Спасибо.

Мы практически бежали. По ощущениям я могла сказать, что маршрут был тем же: коридор, лестница, улица. Я не понимала, какой смысл был в повязке, если даже с открытыми глазами я с трудом что-то могла разглядеть. В бункере Зорро подсвечивал путь маленьким фонариком, света которого хватало лишь для того, чтобы видеть пространство перед собой на расстоянии нескольких шагов.

На улице мне удалось увидеть только густые деревья и кирпичную стену дома, в котором меня держали. Моя комната располагалась достаточно близко к выходу. Оказавшись внутри, мы смогли наконец успокоить сбившееся дыхание.

– А проверки здесь часто бывают? – сев на край кровати, спросила я, решив воспользоваться тем, что Зорро не спешил уходить.

– Такая внезапная – впервые, – мужчина сел рядом, расправив края накидки. – Что-то, видимо, неординарное произошло, а может, из-за тебя всё.

– А я-то тут при чём?

– Ты ж у нас не такая, как все, – беззлобно толкнул меня плечом Зорро. – Тебя когда привезли, нам ничего не сказали. Мы подумали, что ты просто новый донор, и разместили твоё спящее тело на нижнем уровне, а утром нам за это прилетел строгий выговор. Пришлось экстренно готовить эту комнату для твоего переселения.

– От кого выговор прилетел?

– От начальства, – неопределённо ответил мой собеседник.

– Зорро, а зачем вы заряжаете кристалл? – рискнула напрямую спросить его я.

– Вообще-то я даже разговаривать с тобой не должен, не то что на такие вопросы отвечать.

– Но ты же разговариваешь, – возразила я, улыбнувшись ему.

– Ты мне мою жену напоминаешь. Она по манере общения такая же была, – признался Зорро. – Погибла три года назад.

– Сочувствую. Ты любил её?

– Очень, но время неплохо притупляет боль. Сейчас со мной остались лишь светлые воспоминания о ней, – лицо Зорро было скрыто маской, но он всё равно отвернулся, словно боялся, что я увижу одолевавшие его эмоции. – Насколько я знаю, энергия кристалла нужна для проведения обряда исполнения желаний.

«Значит, желания они всё-таки исполняют», – подумала я, а вслух спросила:

– Для тебя они тоже проводили обряд?

– Да, – подтвердил моё предположение Зорро. – Когда я в очередной раз вышел из кабинета врача, который сказал, что ничем мне не может помочь, ко мне подошла приветливая медсестра и поинтересовалась, на что я готов пойти, чтобы полностью вылечиться. Я честно ответил, что на всё. Именно она привела меня в «Спирит». Там мне объяснили, что есть два варианта: либо я заплачу им за своё излечение крупную сумму, либо стану одним из сотрудников организации. На моих счетах не было и десятой части от обозначенной суммы, поэтому я согласился на второй вариант.

– И что за обряд они провели? – поинтересовалась я.

– Даже представления не имею. Мне дали пузырёк с каплями и объяснили, по сколько принимать. Через три недели я был полностью здоров.

– Зорро, а ты уверен, что твоя болезнь была настоящей? Диагноз не мог быть ошибочным?

– Уверен, – твёрдо сказал мужчина. – Я все клиники города обошёл, десятки врачей. Ошибки быть не могло. Да и состояние, Таша, у меня было хуже некуда.

За дверью послышалась какая-то суета, и Зорро ушёл, не попрощавшись. Благодаря его рассказу, картина происходящего здесь более-менее начала проясняться. По всей видимости, одна из сотрудниц занималась поиском клиентов. Она находила людей, попавших в безвыходное положение, и приводила в «Спирит», где им предлагали заключить сделку. Кто не мог заплатить, становился сотрудником, тот, кто платил, просто получал желаемый результат.

Я по-прежнему считала, что «дух» был лишь эффектной визуализацией для клиентов, но вот в силу таинственного обряда после услышанного уже была готова поверить. Люди из «Спирита» заставляют девушек проявлять различного рода эмоции, заряжают кристалл, а затем направляют его энергию на исполнение чужих желаний.

Когда девушки истощаются окончательно, их заменяют на других, которых заманивают, предлагая поучаствовать в магическом шоу. Скорее всего, выбирают тех, у кого нет родственников, семьи и работы, чтобы их исчезновение не надело много шума. Девушки пропадают, но никто их даже не ищет.

Такая схема выглядела вполне логично, только вот я с сестрой в неё как-то не вписывалась. Если предположить, что «Спирит» предложил Лизе сделку, она не смогла заплатить за исполнение своего желания и согласилась на них работать, то почему из неё сделали энергетического донора? Узнала что-то из того, что не должна была знать или исполнила свою функцию и стала им не нужна?

Да и под критерий безвыходности сестра подпадала плохо, если подумать, то заманивать «Спириту» её было особо нечем. В то, что она пошла на всё это ради Ольги, мне верилось с трудом. Мечтала, чтобы я рассталась с Максом? Возможно, но как они об этом узнали?

Со мной вообще получилось всё странно. Они явно не собирались отпускать Лизу. Зачем тогда согласились на сделку? Хотели выиграть время или на тот момент всё-таки не знали, что не смогут исполнить моё желание?

Из информации, которая была известна мне на данный момент, можно было сделать вывод, что финальным продуктом обряда являлась заряженная на исполнение желания жидкость. Ольга пила её, чтобы забеременеть, Зорро – желая излечиться от смертельной болезни. Те капли, которые подмешивал мне Сергей, вероятно, тоже были произведены в «Спирите», и, скорее всего, именно благодаря им все плохие воспоминания о нашей с ним совместной жизни чудесным образом периодически исчезали из моей памяти.

От всех этих мыслей голова шла кругом. Моё положение казалось мне безвыходным. Я не представляла, как можно отсюда сбежать, да ещё и вдвоём с Лизой. Я не знала, какая участь меня ждёт и почему отношение ко мне не такое, как к остальным. Самым печальным было то, что я понимала: спасать меня некому.

Глава 12

После этой ночи Зорро я больше не видела. Обеды и ужины мне ежедневно в одно и то же время приносил Хмурый. Он заходил в комнату, ставил поднос на стол и уходил, не считая нужным произнести хотя бы слово. Чтобы не сбиться со счёта, я каждый вечер после ужина вилкой выцарапывала на стене полосочку, отмечая прошедший день.

Постепенно у меня появилось ощущение, что хозяева «Спирита» просто забыли о моём существовании. Полосочки на стене увеличивались, рассветы сменяли закаты, но ничего не происходило. Это было похоже на изощрённую пытку. Находиться одной в практически пустой комнате, не имея представления о том, что происходит снаружи и через сколько дней, недель или месяцев я смогу выйти отсюда, со временем стало невыносимо.

Я неоднократно предпринимала попытки выскочить из комнаты в тот момент, когда Хмурый приносил еду, но мне не удавалось даже добежать до входной двери дома. Меня хватали и возвращали назад. Грубо, но молча. Они всё время молчали, словно были не людьми, а безголосыми машинами, чётко исполняющими приказы. Иногда я просто садилась и кричала во весь голос до тех пор, пока связки не начинало сводить от боли, но на мои крики никто никак не реагировал.

Прошло почти пять недель. Однажды вечером в комнату после ужина зашёл какой-то новый человек в маске, надел на меня чёрную повязку и, ничего не сказав, взял за руку и повёл за собой.

Мы не выходили за пределы дома, а просто перешли в другое помещение. Неизвестный завёл меня туда и, усадив на стул, ушёл. Я немного подождала, но, поняв, что ничего не происходит, решилась снять повязку. Оказалось, что я нахожусь в большой светлой комнате. Кроме стула, на котором я сидела, никакой другой мебели здесь не было.

На одной из стен висела огромная рамка с картиной, тщательно скрытой под плотной тёмной тканью. Я подошла поближе и замерла, не решаясь открыть полотно. Нет, я не боялась того, что меня за это могут наказать. После пяти недель, проведённых в изоляции, я вообще разучилась бояться. Это было нечто другое. Я чувствовала, что эта картина висит здесь непросто так и то, что на ней изображено, связано непосредственно со мной.

Пока я прислушивалась к своим ощущениям, неизвестный вернулся, держа в руках пузырёк с прозрачной жидкостью и толстую книгу, в обложку которой, был вставлен кристалл. Он светился насыщенным ярко-алым цветом.

Не дожидаясь приближения мужчины в маске, я резко сдёрнула ткань с рамки и в ужасе отшатнулась. Словно застывший кадр из кинофильма, передо мной предстала несколько изменённая сцена из моего собственного далёкого, но не забытого прошлого. Детализация и реалистичность изображения поражала. Я прекрасно понимала, что только один человек мог быть автором этой работы, но всё же хотела, чтобы моё предположение оказалось ошибочным.

– Видимо, пришло время снимать маски.

Я вздрогнула, услышав знакомый голос. Всё-таки не ошиблась. Это был он, целый и невредимый. Тот, кто за короткое время сумел превратить мою жизнь в бесконечный кошмар.

– Как же я тебя ненавижу, – прошептала я, не поворачиваясь к нему.

– Могу представить, – усмехнулся он, подойдя вплотную ко мне. – Даже зелье не помогло тебя приручить.

Я обернулась и с размаху ударила его по лицу. Сергей даже не шелохнулся.

– Сволочь! Ты за всё ответишь, вместе со своим чёртовым «Спиритом»!

– Ты сама не оставила мне выбора, – спокойно сказал он. – Но не переживай, всё закончится очень скоро. Мы будем вместе, любовь моя.

– Я никогда с тобой не буду! – прокричала я, с силой толкнув его в грудь и отскочив в сторону.

– Никогда не говори «никогда», – на лице Сергея появилась самодовольная улыбка.

Он подошёл к двери и громко скомандовал:

– Заходи!

Услышав приказ, в комнату вошёл Хмурый. Он держал на руках мою сестру. Она была без сознания. Я бросилась к ней, но Сергей преградил мне путь, махнул Хмурому, после чего тот снова вышел.

– Твоя сестра пока ещё жива, как и твой новый не в меру общительный приятель, устроивший вам внеплановое свидание. Только вот сколько продлится это «пока», зависит исключительно от тебя.

– Ты не посмеешь.

– Моя милая наивная девочка! – он отвёл взгляд в сторону и медленно покачал головой. – Ты даже не представляешь, как далеко я уже зашёл.

– Так обратись к своим спиритовским товарищам, – с нескрываемой ненавистью в голосе сказала я. – Пусть приготовят какие-нибудь особые капли, которые решат все твои проблемы.

– Нет больше товарищей. Один Артур остался, – увидев моё замешательство, он добавил: – Да, не удивляйся, Наташа. Человек в маске, больше месяца приносивший тебе еду, и есть Артур Горин. Мой старый верный друг. Хотел бы я сказать «наш», но с того самого дня, когда ты отвергла моё предложение руки и сердца, он так и не изменил своего отношения к тебе.

«Так вот почему Хмурый почти всё время молчал, – подумала я. – Боялся, что я могу узнать его по голосу».

– И «Спирита» больше нет, –  тем временем продолжил Сергей.

Он говорил серьёзно и несколько отрешённо. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Что вы сделали с пленницами?

– Как обычно, развезли по психиатрическим больницам, – он пожал плечами, словно я спрашивала о чём-то очевидном. – Поразвлекают врачей пару месяцев рассказами об ужасных монстрах, потом начнут забывать и постепенно пойдут на поправку. Проверено. Это как-никак уже третий набор.

– Третий? Сколько же ты этим занимаешься?

– Долго, Наташенька, долго. Как с Оксаной меня судьба три года назад свела, с тех пор и занимаюсь.

– Значит, она и есть та самая загадочная хозяйка «Спирита»? – догадалась я.

– Была, – он бережно провёл рукой по обложке книги с кристаллом. – До вчерашнего дня.

– Что ты с ней сделал? – голос предательски задрожал.

Меня не покидало ощущение, что передо мной сейчас стоит вовсе не тот Сергей Соболев, которого я знала с раннего детства, а его обезумевший двойник. Непредсказуемый и опасный.

– Эта книга – сердце нашего «Спирита», – сказал он, проигнорировав вопрос. – Она досталась Оксанке в наследство от деда. Он ещё по молодости лет её где-то откопал и всю жизнь над ней трясся, берёг на чёрный день, думая, что это очень старинный дорогостоящий экземпляр, и даже не догадывался, что вся ценность сокрыта в текстах. Да и как ему, деревенскому человеку, было это понять, когда он даже не слышал о существовании тамильского языка? А вот Ксана оказалась девушкой любознательной и нашла специалиста, который ей помог с переводом.

– И что стало с этим специалистом?

– Правильно мыслишь, Наташенька, – улыбнувшись, ласковым тоном похвалил меня Сергей. – Свидетель ей был не нужен. Она никогда не вдавалась в подробности, но я так понял, что Ксана избавилась от него, не прибегая к чей-либо помощи.

– Как же она, вся такая осторожная, решилась тебе довериться? – я намеренно задавала ему вопросы, пытаясь выиграть время.

– Мы познакомились в баре. Представляешь, она меня узнала, – восторженно сказал он. – Помнишь ту фотографию, которую ты показывала мне в ресторане? Так вот. Ты верно подметила, на ней действительно была Оксана. В те годы она уже имела на руках перевод книги, повсюду носила её с собой, боясь оставить хоть на минуту, и грезила тем, что однажды сможет провести главный обряд.

– Но для чего она приходила в нашу школу?

– Искала художника, – пояснил Сергей. – Неизвестного, но гениального. Который бы писал для неё одну и ту же картину сотню раз до достижения идеального результата. Картина была одной из составляющих обряда. Оксана назвала его репродукцией. На картине должен был быть точно изображён момент из прошлого, который нуждается в исправлении. Причём изобразить его нужно было уже в исправленном виде.

Я бросила беглый взгляд на картину, висящую на стене. Зал ресторана, двадцать пять человек за огромным столом. В центре танцпола стою я, обнимая Сергея. На безымянный палец моей правой руки, сжимающей большой букет белых роз, надето обручальное кольцо. Это был тот самый день рождения, на котором Сергей сделал мне предложение, а я ему ответила публичным отказом, только в исправленном варианте.

– Ты воссоздавал картину её прошлого? – подтолкнула я его к продолжению разговора.

– К моменту нашего знакомства я уже успел настолько разочароваться в жизни, что мне было абсолютно всё равно, чем заниматься. Оксана предложила высокооплачиваемую работу, поначалу не вдаваясь в подробности. Я должен был по фотографиям и с её слов изобразить, как она празднует свой десятый день рождения со своей матерью. На самом деле её мать сбежала из деревни тем утром со своим любовником, оставив малолетнюю дочь на воспитание деду, и никакого празднования не было, но Оксана вбила себе в голову, что, если на картине она будет с матерью за одним столом, значит, любовник уедет из деревни один, и всё пойдёт совсем иначе. За время работы над картиной мы сблизились, она стала мне доверять и в итоге рассказала о книге.

– И ты сразу ей поверил? – удивилась я.

– Не сразу, – воодушевлённо ответил Сергей, обрадовавшись моему вопросу: ему явно хотелось выговориться. – Видишь ли, в книге было указано, что для изменения прошлого помимо картины нужен ещё и колоссальный энергетический выброс, полученный благодаря разрушению неугасающего кристалла.

– Неугасающего? – переспросила я.

– Именно, – подтвердил Сергей. – Перевод звучал примерно так: «Исполнив тысячи желаний, он станет силой обладать, что не позволит свету сгинуть». Кристалл, изначально вставленный в обложку, легко преобразовывал человеческие эмоции в особую энергию. Каждый раз заряжаясь подобным образом, он начинал излучать свет, который от светло-розового постепенно становился тёмно-алым, что свидетельствовало о полном энергетическом накоплении. Полного заряда хватало на проведение простого обряда для исполнения любого желания, но каждый раз после этого он гас. Оксана была одержима идеей добиться того, чтобы свет стал постоянным, и тогда ей в голову пришла идея создать тайную организацию, исполняющую чужие желания.

– И тогда появился «Спирит», – усмехнулась я, понимая, к чему он подвёл.

– Не совсем, – возразил мне Сергей. – В том виде, в каком ты её увидела, организация стала существовать только через несколько лет. Изначально не было никаких стилизованных помещений, появляющихся духов, и Оксана сама выступала в роли энергетического донора. Она находила потенциальных клиентов, предлагала решить их проблемы и устанавливала стоимость своих услуг. Проблемы решались, доходы росли, организация развивалась.

– Количество клиентов увеличилось, и сама она уже с зарядкой кристалла не справлялась, – продолжила я за Сергея.

– Да, Наташенька, ты мыслишь в правильном направлении. С каждым разом Оксане всё трудней было добиться нужного эмоционального состояния, и тогда я предложил ей найти несколько впечатлительных одиноких девушек, чтобы они попеременно выполняли за неё эту нелёгкую работу. Мы объявляли кастинг в магическое реалити-шоу, проверяли биографии кандидаток, тестировали их психологическую устойчивость, а затем подходящих помещали в бункер. Там для получения нужного эффекта использовали небольшие дозы галлюциногенов, пугающие звуки, задымлённые помещения, – Сергей говорил так спокойно, словно мы обсуждали погоду на выходные. – Всё это в совокупности действовало безотказно. Девушки видели ужасных монстров, жутко пугались и очень быстро заряжали кристалл. Одного набора хватало примерно на год, потом мы переезжали в новый город и начинали всё сначала.

– Значит, в наш город вы явились делать новый набор?

Внутри меня всё кипело от злости, но я изо всех сил старалась не демонстрировать это. Конченые психи! Сколько судеб они искалечили! Я поймала себя на мысли, что окажись у меня сейчас в руках пистолет, то я бы нажала на курок не задумываясь.

– Оксана не хотела сюда возвращаться, но я настоял. Приехал раньше неё, нашёл помещение…

– Начал подготовку к новому набору. Всё понятно! – не сдержавшись, резко перебила я его. – Ты мне лучше скажи, какого чёрта ты втянул во всё это мою сестру?

– Лизка сама виновата. Не надо было совать свой нос в чужие дела! – Сергей недовольно нахмурился. – Когда я вернулся в город, то не удержался от соблазна понаблюдать, как теперь живёт моя первая и единственная любовь. Я думал, что смог забыть тебя, но мне было достаточно лишь одного взгляда, чтобы уснувшие чувства пробудились с новой силой. Я долго следил за тобой, а твоя драгоценная сестричка в это время следила за мной. Представляешь, оказывается, Лиза меня увидела однажды у твоего дома и непонятно почему решила, что ты со мной изменяешь своему ненаглядному мужу. Потом она, конечно, поняла, что это не так, но зато её сильно заинтересовало, чем это я занимаюсь по ночам на окраине города. У меня как раз тогда на Волжской в разгаре был ремонт, работали строители, Ксана приехала, а Лиза мало того, что умудрилась пробраться вовнутрь и спрятаться там, так ещё и подслушала мой разговор с Оксаной, который слышать была не должна. Мы её совершенно случайно обнаружили. Оксанка взбесилась, потребовала срочно решить проблему, но я не стал действовать настолько радикально. Убедил Лизу, что мы просто организуем секретное магическое шоу, что скоро должен приехать человек со сверхъестественными способностями из другого города, за вознаграждение исполняющий чужие желания, попросил помочь отобрать участниц и пока сохранить наш секрет.

– И она тебе поверила?

– Твоя сестра согласилась нам помогать и никому ничего не рассказывать только при условии, что мы выполним желание её подруги. Я ещё удивился, почему она просит за подругу, а не за себя.

– И как она это объяснила?

– Сказала, что сама пока ещё до конца не знает, что хочет загадать. Согласись, несколько странный ответ, – пожал плечами Сергей. – Тут возникла новая проблема. Если Оксана ещё была готова провести обряд лично для неё бесплатно в обмен на молчание, то за подругу потребовала заплатить. Я озвучил условия Лизе, но она на удивление возражать не стала. Мы отдали ей заряженные капли, а спустя некоторое время получили всю оговорённую сумму на счёт.

«Значит, Ольга всё-таки заплатила за своё желание и её внезапная беременность действительно стала результатом проведённого обряда», – подумала я, подойдя вплотную к двери.

С противоположной стороны не доносились никакие звуки, но что-то мне подсказывало, что Артур до сих пор находится там.

– Это ты заставлял Лизу гримироваться? – я задала Сергею очередной интересующий меня вопрос.

– Да, – не стал отрицать он. – Я не хотел, чтобы после её исчезновения нашёлся какой-нибудь свидетель, видевший Лизу в районе Волжской.

– Иными словами, ты изначально планировал отправить Лизу к остальным донорам?

– Нет.

Сергей попытался приблизиться ко мне, но я синхронно отступила в противоположную сторону. Мягко улыбнувшись, он остановился.

– Я просто старался предусмотреть все возможные варианты. В тот день твоя сестра приехала ко мне и сказала, что ей всё это надоело, что она выходит из игры, а я должен отдать долг, выполнив её желание.

– Почему же ты его не выполнил?

– Не поверишь, я испугался за тебя.

Он говорил достаточно убедительно, но я всё равно искала в его словах какой-то подвох.

– Поясни. Я не понимаю.

– Книга разделена на две части, – сказал Сергей, хаотично перелистывая страницы. – Проще говоря, один раздел относится к белой магии, а другой – к чёрной. К обрядам белой магии относятся те, что помогают исполнить желания, связанные непосредственно с личностью и здоровьем самого человека. Излечить болезнь, улучшить физические характеристики, заблокировать плохие воспоминания или вернуть утраченные. Всё это требует минимального количества энергии и абсолютно безопасно. Обряды чёрной магии призваны воздействовать на чужие жизни, они более энергозатратны и должны быть обязательно оплачены.

– Как? – спросила я, предчувствуя, что его ответ мне не понравится.

– Через некоторое время после исполнения желания человек лишится чего-то или кого-то очень важного для него. Лиза хотела, чтобы твой муж от тебя ушёл. Это чёрный обряд. Я опасался, что ты можешь стать его оплатой.

Я устало опустилась на пол. Лиза так и не сумела разлюбить Максима. Она мечтала быть с ним и думала, что единственным препятствием на пути к их совместному счастью являюсь я. Стоит Максу от меня уйти и всё сразу наладится. «Спирит» должен был осуществить эту мечту, но тут вмешался Сергей и внёс в её планы свои коррективы.

– Наташа, – привлёк моё внимание Сергей, – у тебя больше нет никаких вопросов?

– Есть, – возразила я. – Как себя чувствуют Марина и Стас?

– Твою подругу уже давно выписали из больницы. Мне удалось убедить её, что тебе угрожали какие-то неизвестные люди и ты была вынуждена срочно уехать. А что касается того мужичка, с которым ты решила меня спасать… Мы отвезли его в больницу, но он впал в кому.

– Он жив?

– Не знаю, – Сергей пожал плечами. – Как-то не интересовался. Где ты, вообще, его подцепила?

– Не твоё дело, – резко ответила я.

– Грубо, – Сергей сделал обиженный вид. – Впрочем, это действительно уже не имеет значения. Сейчас мы проведём обряд репродукции, и всё изменится. Никто больше не будет стоять между нами.

Его решительность меня пугала. Он реально верил, что прошлое можно исправить, и хотел сделать это во что бы то ни стало.

– Подожди, ты так и не объяснил мне, что случилось с Оксаной.

– Да ничего с ней не случилось! – в голосе Сергея послышалось явное недовольство. – Я закрыл её в бункере, чтобы она не сумела нам помешать. Когда кристалл перестал угасать, она сразу решила провести репродукцию, но её ждало большое разочарование. Я изрезал ножом всю картину её прошлого на мелкие лоскутки.

– Зачем? – только и сумела спросить я.

– После обряда кристалл был бы безвозвратно утрачен, а я лишился бы права на свою репродукцию. Пришлось нейтрализовать Оксану, – Сергей невольно сжал свободную руку в кулак. – После того как ты в очередной раз бросила меня в доме у моря, я понял, что, как бы я ни старался, у меня всё равно не получится тебя вернуть.

– Я уехала, потому что увидела, как ты подмешиваешь мне какие-то капли!

– Эти капли просто помогали тебе не помнить ничего плохого из того, что было связано со мной, – Сергей на мгновение закрыл глаза, словно обращаясь к своим воспоминаниям. – Первый раз за небольшое вознаграждение я уговорил официантку в кафе добавить их тебе в чашку с кофе накануне предстоящей выставки, на которой, по моей задумке, должна была состояться наша встреча. Встреча не состоялась, ты убежала, но, находясь под воздействием капель, никак не могла избавиться от мыслей обо мне и даже купила мою картину…

– А я всё думала, отчего у меня вдруг стала кружиться голова, – перебила его я.

– Небольшой побочный эффект, – подтвердил Сергей. – Я подмешивал тебе капли каждый раз, когда мы встречались, и радовался, видя, как ты меняешь своё отношение ко мне, а потом ты вдруг улетела с мужем в Испанию. Тогда я и стал воссоздавать наше прошлое, – он кивнул в сторону стены, на которой висела картина. – К твоему возвращению работа была уже закончена, но, учитывая, что кристалл ещё не достиг нужного состояния, я решил предпринять вторую попытку наладить с тобой контакт в этой реальности. Увы, не получилось.

– А может, нам стоит попробовать ещё раз? – тихо спросила я, подойдя к нему.

От неожиданности Сергей потерял дар речи.

– Тебе нужно было сразу мне обо всём рассказать. Я только теперь поняла, насколько сильно ты меня любишь. Никто никогда не будет меня так любить.

Мне безумно хотелось придушить его голыми руками, но вместо этого я нежно прикоснулась к его волосам. Отбросив книгу на стул, он резко притянул меня к себе. Путем невероятных усилий я переборола в себе желание отстраниться и даже позволила себя поцеловать.

– Любимая, ты станешь моей женой? – прошептал он.

– Конечно! Как только я разведусь с Максимом, мы обязательно поженимся! – я была готова пообещать ему всё что угодно, лишь бы он успокоился и оставил свою безумную идею.

– Помнишь, я говорил тебе, что ты совсем не умеешь лгать? – он отошёл, вновь взяв книгу в руки. – Так вот, я вижу, что ты не лжёшь.

– И ты готов не проводить обряд? – с надеждой спросила я.

– Я готов подождать, чтобы убедиться в правдивости твоих слов. Ещё неизвестно, чем репродукция может закончиться. Вдруг кристалл не изменит наше прошлое, а просто нас уничтожит? Давай рискнём начать всё сначала. Проведём вместе эту ночь и многие другие. Я придумаю, что делать с Оксаной, мы с тобой покинем этот дом и больше никогда не расстанемся!

– А как же Лиза? – я с трудом смогла сохранить доброжелательную интонацию, чтобы не выдать свои истинные эмоции.

– Я надеюсь, ты сумеешь её убедить сохранить наш секрет. Ты разведёшься со своим Максом, она выйдет за него замуж. Все будут счастливы, – Сергей громко рассмеялся. – Давай вы с сестрой пока пообщаетесь, а я принесу нам что-нибудь выпить? Нужно же отметить такое событие. Артур, зайди!

Приоткрыв дверь, Артур заглянул в образовавшуюся щель и выжидающе посмотрел на Сергея.

– Принеси Лизу! – распорядился Сергей.

Мужчина коротко кивнул и через несколько минут вернулся в комнату, держа на руках сестру.

Артур усадил её обмякшее тело на стул и отошёл в сторону.

– Лиза, очнись!

Я присела рядом на корточки и попыталась привести её в чувства, аккуратно похлопав по бледным щекам, но никакой реакции не последовало. Со стороны казалось, что сестра спала, но в этом сне было нечто противоестественное.

– Что с ней? – холодно обратилась я к Сергею.

– Она отдала слишком много сил кристаллу.

– Как я могу ей помочь?

– Никак. Сама очнётся со временем, – Сергей говорил спокойно, внимательно наблюдая за моей реакцией.

– Когда?

– Может быть, через пару минут, а может, через несколько лет.

Он откровенно провоцировал меня. Хотел, чтобы я сорвалась, чтобы выдала себя, но я, прекрасно это понимая, сумела сохранить самообладание.

– Будем надеяться на лучшее, –  банальная фраза прозвучала почти беззаботно.

Я встала, отряхнув с колен невидимые пылинки, и довольно спокойно спросила:

– Ты уже передумал отмечать наше воссоединение?

По лицу Сергея скользнула недобрая усмешка, и я подумала, что, пожалуй, немного перестаралась, изображая собственную беспечность.

– Сейчас вернусь, – он подмигнул мне и скрылся за дверью.

– Зря ты пытаешься с ним играть, – тихо сказал Артур, проводив друга юности пристальным взглядом.

На этот раз он пришёл без маски и балахона, видимо, посчитав, что теперь в маскировке уже нет никакой необходимости.

– Я не играю, – жёстко ответила я.

– Ну-ну.

– Не нукай! – процедила я сквозь зубы. – Наши отношения тебя вообще не касаются!

– Смотря с какой стороны посмотреть, – глаза Артура сузились, а губы исказились в некоем подобии улыбки. – Хочешь, открою маленький секрет?

– Попробуй.

– В тот день, – Артур кивнул в сторону картины, – Серёга лично попросил меня тебе позвонить и ещё объяснил, что нужно будет сказать.

– Получается, ты сам не видел, как он прыгал в реку?

– Так я о том тебе и толкую. Я вообще не уверен, что он куда-то прыгал, но даже если прыжок и был, то явно не с целью самоубийства. Серый к тому моменту уже плавал не хуже профессионального спортсмена.

Слова Артура произвели на меня двойственное впечатление. С одной стороны, мне было больно осознавать, что Сергей никогда не был честен со мной, но с другой… Я наконец поняла, что от чувства вины, до сих пор скрывавшегося где-то в глубине моей души, теперь не осталось и следа.

– Артур, дружище! Помоги мне! – раздался из-за двери бодрый голос Сергея.

Артур молча поспешил на зов, и меньше чем через минуту они вместе занесли в комнату прямоугольный узкий стол, на котором стояли небольшая бутылка и два бокала. На краю столика лежала книга с призывно горящим кристаллом.

– Итак, для начала предлагаю выпить за книгу! – Сергей вновь отправил Артура за дверь и принялся неторопливо разливать по бокалам вино.

– Почему за книгу? – поинтересовалась я, с опасением глядя на напиток.

Бутылка была уже открыта, и Сергей вполне мог заранее что-нибудь туда подмешать.

– Благодаря ей я познакомился с Оксаной и в итоге вернулся в родной город, к тебе.

«Лучше бы не возвращался», – подумала я, молча принимая из его рук бокал. Аккуратно сделала несколько глотков. Вино на вкус оказалось приторно-сладким.

– Второй наш тост пусть будет за любовь! – Сергей выглядел очень довольным. – А за любовь нужно пить до дна!

– Ты не слишком спешишь?

– Думаю, нет.

Он опустошил бокал и выжидательно посмотрел на меня. К сожалению, в этой игре не я устанавливала правила, поэтому пришлось подчиниться. То ли из-за алкоголя, то ли из-за того, что Сергей действительно что-то подмешал в вино, я почувствовала сильное головокружение.

– Умница! Теперь у нас с тобой всё обязательно получится! – он вытащил кристалл из книги и прикрепил его в углу картины.

– О чём ты? – спросила я, хотя и так уже понимала, что Сергей не поверил мне и решил провести обряд.

Ничего не ответив, он открыл книгу на последней странице и принялся сосредоточенно читать непонятный мне текст. Мне нужно было его как-то остановить. Понимая, что голыми руками навряд ли смогу это сделать, я попробовала взять бутылку и вдруг осознала, что тело совершенно меня не слушается. Я стояла, будто скованная незримыми верёвками, и не могла даже пошевелиться.

«Прекрати!» – хотела закричать я, но вместо этого сумела издать только приглушённый хрип.

Тем временем Сергей закончил читать и, вытащив из кармана зажигалку, подошёл к стене.

– До встречи в иной жизни, любимая! – с улыбкой произнёс он, поджигая картину.

Единственное, что я могла, – это стоять и беспомощно смотреть, как стремительно разгорается пламя, как комната медленно наполняется едким дымом и как кристалл меняет красный цвет на иссиня-чёрный. Раздался оглушительный хлопок. Ослепительный белый свет заполнил пространство, и я потеряла сознание.

Глава 13

Резкая боль острой стрелой пронзила позвоночник, и я, вскрикнув, открыла глаза.

– Потерпите чуть-чуть, Наталья Дмитриевна! – рыжеволосая медсестра обеспокоенно склонилась надо мной, заботливо поправляя одеяло. – Я сейчас сделаю вам укольчик, и всё пройдёт.

– Не надо, Аня. Мне уже не больно. Видимо, просто неудачно повернулась во сне.

– Зря вы отказываетесь! – она тяжело вздохнула и покачала головой. – Я же знаю, при таких травмах всегда больно. Ладно, дело ваше. Если что, зовите. Я тут, в коридоре.

Аня ушла, оставив меня без присмотра, и я, воспользовавшись этим, аккуратно встала с кровати. Врачи не разрешали мне вставать без необходимости, но я от постоянного лежания чувствовала себя ещё хуже. Подойдя к окну, я отодвинула в сторону жалюзи, чтобы в очередной раз взглянуть на уже порядком набивший оскомину пейзаж. В палате было очень тепло, даже жарко, а прохожие на улице ёжились под потоками пронзительного ветра. Листва на деревьях уже совсем пожелтела. Недалеко и до первых снежинок.

С того дня, когда я впервые пришла в себя здесь, прошло уже почти две недели. Угрюмый доктор объяснил, что я вместе с мужем попала в серьёзную аварию, но мне повезло гораздо больше, чем ему. Я отделалась многочисленными ушибами, сотрясением мозга и частичной амнезией. Он же сломал несколько рёбер и травмировал кость левой руки. Мы лежали в разных отделениях и до сих пор друг друга не видели.

Мне непросто было принять тот факт, что я теперь замужем, но ещё сложнее оказалось поверить в то, что моя память скрыла от меня почти десять лет жизни. Последним сохранившимся воспоминанием было празднование моего восемнадцатилетия. Сергей сделал мне предложение, а потом… Я отлично помнила всё, что было до, и ничего из того, что было после.

С телефона Ани я позвонила маме, по памяти набрав номер, и рассказала о случившемся. Мой звонок немало её удивил. Оказалось, что родители давно живут в другом городе и все эти годы я с ними почти не общалась. Когда я поинтересовалась, из-за чего наши отношения так сильно ухудшились, мама заохала и поспешила свернуть разговор, перед этим попросив меня в ближайшее время их не беспокоить. Я попробовала позвонить сестре, но вместо неё мне ответил какой-то плохо говорящий по-русски мужчина. Номер брата вообще был недоступен.

У меня возникло ощущение, что близкие люди просто предпочли забыть о моём существовании. Я была шокирована и подавлена. Никто не приходил меня навестить, а я никак не могла решиться и попробовать связаться с кем-нибудь из знакомых, боясь узнать о себе какую-то страшную правду.

От тяжёлых мыслей меня отвлекла всё та же медсестра Аня. Заглянув в палату, она увидела, что я стою у окна, и сразу же начала беззлобно высказывать своё возмущение. У неё была довольно забавная манера говорить: медленно, протяжно, словно нараспев.

– Ой! Наталья Дмитриевна, ну как так можно? Зачем же вы опять встали? Вы так долго поправляться будете, и Константин Сергеевич недоволен будет.

Константин Сергеевич Лунин имел статус моего лечащего врача и, по сложившемуся у меня впечатлению, вообще был всегда чем-то недоволен. Каждый раз после его визита моё настроение стремительно ползло вниз, но, к счастью, заходил он нечасто.

– Анют, всё в порядке. Не переживай, – я подмигнула растерянной девушке и не торопясь вернулась в привычное лежачее положение.

В отличие от доктора Лунина, Аня вызывала у меня только положительные эмоции. Солнечная девочка, любящая весь мир. Она относилась к тому редкому типу людей, которые могли целиком и полностью отдавать себя своей работе, причём делая это искренне и по собственному желанию.

– Не могу я не переживать. Я же хочу, чтобы вы поскорее поправились, – она улыбнулась и хотела уйти, но, словно внезапно вспомнив о чём-то важном, встрепенулась и вытащила из кармана телефон. – Ой, я же пришла специально вам новость сообщить! Ваш брат звонил мне на мобильный.

– Олег? – на всякий случай уточнила я, подумав, что Аня вполне могла что-то напутать.

– Ну да. Он так и представился.

– И что он сказал?

– Поинтересовался вашим самочувствием и спросил точный адрес больницы, – на несколько секунд задумавшись, ответила девушка.

– Он хочет приехать?

– Точно не знаю, но я так думаю, поэтому вам и рассказала.

По выражению лица Ани я поняла: она ожидала, что меня порадует эта новость. И я действительно была рада. Во-первых, я очень хотела увидеть брата, а во-вторых, его приезд мог пролить хоть какой-то свет на моё затуманенное прошлое.

Олег приехал на следующее утро. Он вошёл в палату без предупреждения, как раз после того, как я только закончила завтракать. За десять лет брат сильно изменился. В моей памяти сохранился образ молодого, жизнерадостного парня атлетического телосложения, а сейчас передо мной стоял худощавый, серьёзный мужчина с потухшим взглядом, наполненным непроглядной тоской.

– Здравствуй, сестрёнка! – сухо сказал он, подойдя ко мне и обняв за плечи. – Давно не виделись.

– Привет, братик, – я взяла его за руку и усадила рядом с собой на кровать. – А мне вот кажется, что всего лишь пару недель назад мы все вместе отмечали моё совершеннолетие. Ты же в курсе, что я не помню ничего из того, что происходило все эти годы?

– Да. Мне мама рассказала. Я, собственно говоря, поэтому и приехал. Она переживает, но вида не подаёт. Вот я и решил проверить как ты тут, чтобы её успокоить.

«А самому тебе, значит, всё равно?» – с обидой подумала я, но вслух спросила:

– Олег, скажи честно, почему вы все от меня отвернулись? Что я такого сделала?

Брат тяжело задышал. Ему явно не хотелось об этом говорить, но он понимал, что рано или поздно я всё равно всё узнаю, если не от него, то от кого-то другого.

– Лиза погибла из-за тебя, – отведя взгляд в сторону, тихо ответил он.

– Нет, нет, нет! Этого просто не может быть! – я замотала головой, отчаянно хватая ртом воздух.

Сердце забилось с бешеной скоростью, а травмированные мышцы сильно заныли от напряжения, но эта физическая боль была ничем, по сравнению с тем, что творилось у меня на душе. Лиза… Как? Почему? Моей Лизы больше нет?

– Я позову врача, он сделает тебе укол успокоительного.

Олег попытался встать, но я успела схватить его за рукав.

– Ты никуда не пойдёшь, пока не расскажешь мне всю правду, – мой голос прозвучал холодно и отчаянно.

Во взгляде брата промелькнула жалость, смешанная с недоверием. Олег словно не мог представить, как можно такое забыть. Он вновь опустился на кровать, но на этот раз сел подальше от меня.

– Хорошо. Только, боюсь, она тебе не понравится.

По словам Олега, тогда в ресторане на предложение Сергея стать его женой, я ответила «Да». Это обстоятельство меня немало удивило, поскольку я прекрасно помнила, что накануне дня рождения вовсе не желала выходить замуж. Но перебивать Олега и спрашивать, не знает ли он о том, что побудило меня к изменению своего решения, не стала.

Брат рассказал, что через несколько месяцев мы поженились и в качестве свадебного путешествия отправились в туристическую поездку в Санкт-Петербург. Там Сергей случайно встретил своего дальнего родственника, и тот предложил ему высокооплачиваемую работу, что-то связанное с продажей картин, а также пообещал помочь с жильём. Сергей принял предложение, и мы вместе переехали на новое место жительства.

Олег не обладал конкретной информацией о том, чем именно занимался мой муж, но сказал, что лично я была от этой деятельности не в восторге. В северной столице мы прожили почти три года. Всё это время я жила жизнью типичной домохозяйки, практически перестала писать картины, никуда не ходила и почти ни с кем не общалась. Сергей очень хорошо зарабатывал, но потом что-то такое произошло, из-за чего он резко бросил работу, и мы поспешно вернулись в родной город.

Наше возвращение совпало с торжественным событием – свадьбой Лизы. Сестра вышла замуж за перспективного бизнесмена Максима Таранова. К тому моменту она уже носила под сердцем ребёнка. Малыш родился в срок. Мальчика назвали Никитой. Вспоминая о сестре, Олег мгновенно становился мрачным, а его голос начинал предательски дрожать. Я прекрасно понимала его боль, хотя всё же ещё до конца не могла осознать, что Лизы действительно больше нет.

Возвращение на малую родину мало что изменило в моей жизни. Я по-прежнему была затворницей, тщательно оберегаемой ревнивым мужем. После рождения Никиты Сергей начал настаивать на том, что нам тоже нужен ребёнок. Поначалу я возражала, но потом пришла к выводу, что, по крайней мере, с ребёнком мне будет не так одиноко целыми днями сидеть в пустой квартире.

Олег сказал, что где-то около года я пыталась забеременеть самостоятельно, но, когда ничего не получилось, начала ходить по врачам. Тут-то и выяснилось, что дело вовсе не во мне. Мой муж оказался бесплоден. Это известие его очень потрясло и изменило. В нашей семье начались постоянные конфликты и ссоры.

После очередной такой ссоры я поздно вечером приехала к Лизе домой. Максим как раз уехал в командировку, а сына сестра отвезла на выходные к родителям, поэтому в квартире мы с ней были только вдвоём. Из сумбурного рассказа брата следовало, что я приехала к сестре, ища поддержки, но она, наоборот, встала на защиту моего мужа. В итоге мы очень сильно поругались, Лиза психанула и ушла посреди ночи в неизвестном направлении, а утром прохожие обнаружили в овраге недалеко от дома её тело.

Неизвестный, подкравшись сзади, ударил её по голове каким-то металлическим предметом. Удар оказался смертельным. По версии следствия, целью убийства было ограбление. Пропали сумочка и мобильник Лизы, который она носила в кармане куртки. Убийцу так и не нашли.

– Когда это случилось? – спросила Олега, сдавленным голосом.

– Четыре года назад.

– Но почему вы обвинили меня? – я растерянно посмотрела на брата. – Не я же подослала к ней убийцу?

– Ты же знаешь, как родители любили Лизу, – Олег тяжело вздохнул. ¬– Если бы ты не приехала к ней тем вечером, всё могло бы быть иначе.

– А ты, значит, тоже так думаешь, – я не спрашивала, просто сказала вслух то, что и так было очевидно: брат полностью согласен с родителями.

В моей душе бушевали смешанные чувства. С одной стороны, мне было безумно жаль сестру, с другой – мне было жаль себя. Так повелось, что в нашей семье жизнерадостная и открытая Лиза с раннего детства всегда пользовалась большим вниманием, чем я – сдержанная и молчаливая. Ей доставались самые красивые платья, покупались любые игрушки по первому требованию, её никогда не ругали. Я не завидовала, нет. Просто старалась стать лучше. Усердней училась, всегда слушалась родителей, помогала маме по дому, но мои старания почему-то оставались незамеченными. И вот теперь, когда Лизы не стало, моя семья предпочла сделать вид, что меня тоже больше нет.

– Наташка, ты пойми, им просто тяжело смотреть на тебя. Вы же похожи как две капли воды, – Олег предпочёл не уточнять то, что ему тоже непросто меня видеть.

– Значит, придётся накопить денег и сделать пластическую операцию, – тихо сказала я.

Слёзы медленно покатились по щекам.

– А что было потом? После того как Лиза…

– Вы с Сергеем переехали в этот маленький приморский городок. Ты тогда была в глубокой депрессии. Он решил, что для тебя будет лучше сменить обстановку. Да и до нас, если что, недалеко, всего сто километров по трассе. Вот с тех пор вы здесь и живёте. Кстати, как он? Вы виделись?

– Нет, – я отрицательно покачала головой. – Врач сказал, что он лежит в другом отделении.

– Странно. Другое отделение – это же не другая больница, – удивлённо посмотрел на меня брат. – Мог бы и прийти, проведать любимую жену.

– Может, уже нелюбимую. Откуда тебе знать? – недобро усмехнулась я. – Ты же, я так понимаю, с нами тоже всё это время не общался?

– Наташ, не делай из меня монстра. Ты сама после лечения не горела желанием ни с кем общаться.

– После какого лечения?

– Макс три года назад решил Никитку покрестить, ну и собирал всех родственников по этому поводу. До тебя мы не дозвонились. Я набрал Сергея, вот он и сообщил, что ты проходишь стационарное лечение в центре психологической помощи.

– Час от часу не легче! – воскликнула я, сильно ударив кулаком ни в чём не повинную подушку. – Мой муж засунул меня в психушку, а моя семья решила, что так оно и надо!

– Ната, прекрати! Сергей всегда желал тебе только добра! – возразил брат.

– И долго я там лечилась?

– Кажется, несколько месяцев, я точно не знаю.

– Знаешь, Олежка, это грубо прозвучит, но, пожалуй, лучше бы ты не приезжал и ничего мне этого не рассказывал, – я едва сдерживалась, чтобы не заплакать навзрыд. – У меня такое ощущение, что я на машине времени переместилась из в принципе беззаботной юности в какое-то ужасное будущее. И ты даже представить себе не можешь, как сильно я хочу обратно!

Видя моё ухудшающееся моральное состояние, брат не попытался меня успокоить, а предпочёл, попрощавшись, поскорее уйти. Едва за ним захлопнулась дверь, я наконец дала волю рвавшимся наружу эмоциям. Через некоторое время в палату зашла встревоженная Аня и, ничего не сказав, сделала мне укол, после которого я сразу уснула.

Я увидела нечто странное. Это было больше похоже на воспоминание, чем на сон. Мы вдвоём с Лизой сидим напротив друг друга на маленькой кухне за круглым столом и разговариваем на повышенных тонах.

– Мне всё время кажется, что за мной кто-то следит, – говорю я, сосредоточенно размешивая в кружке сахарный кубик.

– Вот скажи мне, кому ты нужна, Наташка? – Лиза хмурит тонкие брови и откидывается на спинку стула. – Тебе уже давно не мешало бы устроиться на работу, тогда и глупости всякие не лезли бы в голову.

– Почему всё, что я говорю, ты воспринимаешь как глупость? Лиз, по-твоему, это нормально? – в моём голосе слышна явная обида. – Ты же моя родная сестра, а я сроду от тебя даже слова поддержки дождаться не могу!

– Значит, вот такая я бессердечная! Что тут поделаешь, – без тени улыбки отвечает сестра. – И, наверно, поэтому ты, в сотый раз поссорившись со своим ненаглядным мужем, приезжаешь именно ко мне? Или ты не ко мне ехала, а к Максу? Он бы наверняка тебе посочувствовал!

– При чём тут Максим? – спрашиваю я, искренне не понимая, к чему она клонит.

– Наташ, ну не строй из себя невинную овечку, пожалуйста! – в голосе Лизы появляются истеричные нотки, она вскакивает со стула и отходит к окну. – Думаешь, я никогда не замечала, как вы мило с ним общаетесь? Как он смотрит на тебя, словно заворожённый?

– Бред какой-то! – возражаю ей я. – Максим тебя любит, у вас замечательный ребёнок!

– Много ты знаешь!

Лиза открывает подвесной шкафчик и достаёт пачку сигарет. Зажигалка срабатывает не сразу, но с третьей попытки ей всё же удаётся добыть огонь. Закрыв глаза, она с наслаждением втягивает терпкий дым.

– Ладно, извини. Просто нервы ни к чёрту. Думаешь, он сейчас в командировке? Да я больше чем уверена, что опять завис у очередной бабы!

– Он что, тебе изменяет? – эта информация удивляет меня и шокирует одновременно.

– Ага, – грустно произносит сестра, выпуская очередное колечко дыма. – Сама однажды видела, как он прямо на улице обжимался с какой-то рыжей курицей. Потом в телефоне его порылась. Нашла парочку пикантных сообщений.

– Ты ему ничего не сказала? – встаю и подхожу поближе к Лизе.

– Не-а, – протягивает она. – Какой смысл? Разводиться я не хочу, а он от того, что узнает о том, что я знаю, навряд ли станет добропорядочным семьянином. Пусть всё будет так, как есть.

– А ты уверена, что так сможешь? Жить в браке без взаимной любви?

Лиза гасит сигарету и внимательно смотрит на меня.

– Ну ты же смогла.

Её слова задевают меня, но я не подаю вида. К чему отрицать очевидное.

– Я, пожалуй, пройдусь. Нужно немного проветриться, – не дождавшись моего ответа, отрешённо говорит сестра.

– Лиза, куда ты собралась? Ночь на дворе! – я пытаюсь образумить её.

– Наташ, я уже не маленькая девочка, – Лиза хмурится и недовольно качает головой. – Тем более центр города, кругом фонари, всё освещается.

– Давай я с тобой пойду, – предлагаю я, идя следом за ней в коридор.

– Нет, не надо, – её губы изгибаются в едва заметной улыбке. – Я хочу побыть в одиночестве. Закройся и ложись спать. Я своим ключом открою, когда вернусь.

Она уходит, а я закрываю за ней дверь и иду в гостиную.

Картинка сменяется. Теперь я уже не в квартире Лизы, а сижу на тонком изношенном матрасе прямо на бетонном полу. Вокруг полумрак, под потолком виднеется небольшое окно с железной решёткой. Мне холодно и страшно. В дверном замке раздаётся скрипучий звук поворачивающегося ключа. Дверь резко открывается, и… всё исчезает.

– Наташа, – знакомый голос, прозвучавший совсем близко, возвратил меня из призрачных воспоминаний в безрадостную реальность.

Я открыла глаза и увидела перед собой Сергея. Как и брат, он довольно сильно изменился за эти годы. Повзрослел, возмужал, взгляд стал жёстче и холоднее.

– Привет, – тихо отозвалась я.

В его присутствии я чувствовала себя неловко и не знала, как себя вести. В памяти наши отношения остались на уровне невинных поцелуев, а на самом-то деле мы уже долгие годы делили одну постель. И он, в отличие от меня, прекрасно об этом помнил.

– Как твоё самочувствие? – заботливо спросил он.

– Уже лучше, – коротко ответила я. – А твоё?

– Рука ещё побаливает, а в целом неплохо.

– А почему ты так долго не приходил? – я не понимала почему, но мне нужно было это узнать.

– Врач сказал, что тебе лучше дать время прийти в себя. Ты так ничего и не вспомнила?

«Может, и вспомнила, но тебе всё равно ничего не скажу», – подумала я, испытывая к Сергею странное недоверие. А вслух произнесла:

– Пока нет.

– Ничего. Вернёшься домой и обязательно вспомнишь. Я договорился – тебя завтра выпишут.

– Почему завтра? Я же ещё не долечилась и…

– Я так хочу, – резко перебил меня Сергей. – Я найму для тебя медсестру. Она будет делать на дому капельницы и уколы.

У меня не было никакого желания вступать с ним в перепалку, и поэтому я предпочла замолчать, сделав обиженный вид.

– Наташ, просто поверь мне. Тебе дома будет намного лучше, – уже более мягким тоном сказал он. – Не обижайся.

Встал и попытался меня поцеловать, но я инстинктивно отпрянула. Покачав головой, он ушёл, ничего не сказав. Дверь закрылась за ним с лёгким скрипом, и я, откинувшись на подушку, облегчённо вздохнула. Никогда не думала, что мне может быть так неуютно в присутствии человека, которого я знала с раннего детства.

Сергей вызывал у меня необъяснимое чувство отторжения, словно он был не моим мужем, а заклятым врагом, от которого мне лучше было бы держаться подальше. Я пыталась убедить себя, что это просто игры разума, что если бы в нашей семейной жизни по-настоящему всё было бы так плохо, то я наверняка давно бы с ним развелась, но получалось с трудом. Я искренне не хотела оказаться с ним под одной крышей, только мои желания никого не волновали.

Ночь прошла тревожно. Я часто просыпалась, а когда вновь засыпала, видела какие-то непонятные обрывочные фрагменты, возможно, из собственной жизни, а может, из придуманной мозгом реальности. Понять было невозможно. Незнакомые лица, непривычные места… Я то куда-то шла, то от кого-то убегала…

Уже под утро мне приснилась просторная комната, похожая на спальню. Над изголовьем кровати висела красивая картина. Два белых лебедя посреди озера, грустно смотрящие на заходящее солнце.

Сергей пришёл сразу после завтрака, принёс мне одежду и ушёл, пообещав вернуться к обеду. Я аккуратно вытащила из пакета длинную кофту нежно-лилового оттенка, синие джинсы и чёрные лаковые ботильоны. Всё подошло идеально. По всей видимости, это были мои вещи, но они казались совершенно чужими. Я недоумевала: неужели у меня за десять лет так изменился вкус?

На каблуках ходить было трудно. Мышцы сильно болели, давая знать о том, что к привычной жизни возвращаться ещё рано. Я с благодарностью приняла от Ани таблетку обезболивающего препарата. Девушка смотрела на меня с жалостью, но ничего не говорила.

Когда Сергей пришёл, я попрощалась с заботливой медсестрой и медленно побрела вслед за ним, ощущая себя приговорённой к казни, добровольно идущей к месту её исполнения.

Глава 14

«Дом, милый дом!» – собиралась сказать я, переступив порог, да только язык не повернулся назвать милой квартиру, в которую меня привёл Сергей. Тёмные, почти чёрные полы, грязно-серая мебель, практически сливающаяся по цвету со стенами и занавесками. Единственным светлым пятном в этой угрюмой обстановке был белый потолок.

– Мы точно здесь живём? – удивлённо спросила я, понимая, что окружающая обстановка мне совершенно не знакома.

Это помещение не вызывало ни малейшего внутреннего отклика. Всё казалось абсолютно чужим и непривычным.

– Причём давно, – весело ответил Сергей, с интересом вглядываясь в моё лицо. – Что, не впечатляет?

– Жуть какая-та! Честно говоря, я бы здесь всё переделала, – искренне сказала я. – Кто вообще такой ужасный дизайн придумал?

– Ты, Наташенька!

– Шутишь?

– Даже не думал, – Сергей открыл маленькую пузатую тумбу и вытащил синий квадратный альбом. – Вот смотри.

Где-то в середине альбома он нашёл фотографию, на которой я, сидя за столом, сосредоточенно делала наброски нашего интерьера, и показал мне.

– Удивительно, – задумчиво произнесла я, – но мне иногда кажется, что моя амнезия – это дар свыше. Такая своеобразная возможность начать с чистого листа. По крайней мере, многое из того, что я уже успела узнать о своей прошлой жизни, лучше мне было и не вспоминать.

– А мне до сих пор не верится, что ты снова стала прежней. Такой, какой ты была до гибели Лизы.

Сергей вернул альбом в тумбу и сел на диван, жестом предложив мне занять место рядом с собой, но я, сделав вид, что не заметила его предложения, осторожно опустилась в кресло напротив.

– Знаешь, а я так и не осознала, что это правда. Умом понимаю, но почувствовать не могу. Словно меня все вокруг обманывают, а она на самом деле жива и здорова. Просто находится где-то далеко, в другом месте.

– Лучше и не осознавай, а то опять впадёшь в депрессию, – Сергей помотал головой, будто хотел прогнать безрадостные воспоминания. – Перед аварией ты вновь начала принимать таблетки, и я всерьёз подумывал о том, что тебе придётся снова проходить лечение в клинике.

– Но почему?

– Наташ, давай не будем об этом. Ты же сама говоришь, что твоя амнезия – это возможность начать всё сначала. Так к чему ворошить прошлое?

Я хотела ему возразить, но наш разговор прервал настойчивый дверной звонок. Оказалось, что медсестра, которую Сергей для меня нанял, пришла на полчаса раньше оговорённого времени. Говорливая женщина лет сорока по имени Глаша без малейшего смущения выпроводила своего работодателя из комнаты и принялась налаживать со мной контакт.

После окончания медицинских процедур я безумно захотела спать и, попрощавшись с Глашей, прямо в гостиной, не раздеваясь, провалилась в сон, едва приняв горизонтальное положение. Мне снился красивый двухэтажный дом на берегу большого озера. Внутри было очень просторно. Высокие потолки, панорамные окна, светлый и уютный интерьер.

За большим столом сидели родители и Олег с Лизой. Они пили чай с тортом и что-то воодушевлённо обсуждали. Сначала я долго наблюдала за ними со стороны, не решаясь подойти. Затем сделала несколько шагов и случайно задела рукой стоявшую на тумбочке кружку. Она с грохотом упала на пол, разлетевшись на мелкие осколки. Все замерли и устремили в мою сторону сосредоточенные взгляды.

– Вспоминай! – жёстко сказала Лиза.

– Вспоминай! – с той же интонацией повторил за ней Олег.

– Вспоминай! – в два голоса присоединились к ним родители.

Будто заведённые куклы, они стали одновременно монотонно повторять это слово, а затем все встали и направились ко мне. Их лица были какими-то блёклыми, безжизненными, движения – неестественно резкими.

– Нет! Я не хочу! Не подходите! – я в ужасе попятилась назад и выбежала из дома.

Промозглый ветер мощным потоком ударил мне в лицо. Я пошла в сторону озера и у самой кромки воды заметила запутавшийся в траве красный шёлковый шарф. На краю изделия из золотистых нитей была вышита большая буква «Л».

– «Л» – это Лиза? – предположила я вслух.

Совсем рядом в зарослях травы послышалось какое-то шевеление. Я обернулась и увидела лежавшего на земле синеглазого блондина лет тридцати пяти. Из глубокой раны на его голове медленно текла тёмная густая кровь. Не понимая зачем, я подошла ближе, и тут он внезапно сел и, устремив на меня такой же, как у оставшихся в доме, безжизненный взгляд, потребовал: «Вспоминай!»

– Наташа, проснись!

Я открыла глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце. Сон оказался на редкость пугающе-реалистичным, и я была искренне благодарна Сергею за то, что он меня разбудил.

– Всё в порядке? – обеспокоенно спросил он. – Ты кричала во сне.

– Да. Просто кошмар приснился, – я села, обхватив голову руками.

– Что ты видела? – заботливо спросил Сергей, расположившись рядом.

– Большой красивый дом, родителей, брата, сестру, – начала перечислять я. – Они все требовали, чтобы я вспомнила. А ещё какой-то мужчина лежал в траве с окровавленной головой. Мне показалось, что мы знакомы. Он тоже твердил, что я должна вспомнить.

– Вспомнить что? – в голосе Сергея послышались тревожные нотки, и лицо стало напряжённым.

– Не знаю, – честно ответила я, про себя отметив, что, судя по реакции мужа, есть что-то такое, что он очень не хотел, чтобы я вспоминала.

К счастью, с того дня кошмарные сны меня больше не посещали. Периодически я видела что-то, напоминающее обрывочные фрагменты из жизни, но они были настолько зыбкими, что, проснувшись, я сразу о них забывала. По мере того как тело восстанавливалось, а боль сходила на нет, я обретала веру в то, что всё у меня будет хорошо.

Отдать должное Сергею, он, видя, как я к нему отношусь, никаким образом не пытался на меня давить. Напротив, он постоянно заботился обо мне, дарил цветы, подарки и старался по возможности исполнять мои желания. Я спала в отдельной комнате и целыми днями занималась всем, что мне было угодно. Живописью, чтением, просмотром интересных телепередач…

Когда я окончательно поправилась, Сергей пригласил меня поужинать в небольшом ресторанчике на побережье, и я с удовольствием приняла его приглашение. Я понимала, что больше не испытываю к нему прежней неприязни. В его компании теперь мне было хорошо и спокойно.

Домой мы вернулись, когда часы уже давно перевалили за полночь. Я сняла верхнюю одежду и хотела пойти в свою комнату, но Сергей, ухватив за руку, нежно притянул меня к себе. Его затуманенный взгляд был красноречивей любых слов. Он был полон решимости, но терпеливо ждал моего одобрения, и я, за мгновенье взвесив все за и против, прошептала «да»…

Сергей принялся жадно целовать мои губы, одновременно пытаясь нащупать тонкую молнию на платье. Мы стали перемещаться ближе к спальне, и в этот момент я увидела то, что заставило меня закричать во весь голос. Сергей отпрянул от меня, непонимающе озираясь по сторонам.

– Наташка, что случилось?

– Там… – только и сумела сказать я, не отрывая взгляда от той, что была подобна моему зеркальному отражению.

Стоя у окна, невесомая, полупрозрачная, она едва заметно улыбалась и качала головой.

– Кто там? Я ничего не вижу!

– Лиза… – пробормотала я и потеряла сознание.

– Я устала повторять, что видела её также хорошо, как тебя! – второй час подряд я доказывала Сергею, что призрак Лизы мне не померещился, но он словно меня не слышал.

– А я и не спорю, что видела! Я просто утверждаю, что это последствия травмы!

– Неужели?! Почему же эти последствия проявились только сейчас? Когда я с тобой чуть было не…

– Наташа, прекрати! При чём тут это?

– При том!

Может, до потери памяти Сергею и получалось убеждать меня в том, что со мной что-то не так, и пичкать таблетками, но теперь я не собиралась ему уступать. Он злился. Старался сдерживаться, но голос всё равно то и дело срывался на крик.

– Хорошо. Допустим, ты видела призрак сестры. И что дальше?

– Я выясню, что она хотела мне сказать, – честно ответила я.

– Как, Наташа? – Сергей обречённо обхватил голову руками.

– К экстрасенсу пойду! – озвучила я первую пришедшую в голову мысль.

Видимо, это было последней каплей. Сергей издал звук, похожий на звериный рёв и, процедив сквозь зубы, что ему нужно проветриться, ушёл. Я облегчённо вздохнула. Эта перепалка меня уже порядком утомила, кроме того мне нужно было время, чтобы спокойно обдумать случившееся.

Я верила себе и своим глазам и, как бы это странно ни звучало, совершенно не чувствовала себя сумасшедшей. Появление Лизы, которое поначалу, безусловно, меня шокировало, сейчас я расценивала, как своеобразный знак. И, учитывая обстоятельства, при которых она появилась, скорее всего этот знак как-то связан с Сергеем.

К возвращению мужа я ещё не имела чёткого плана дальнейших действий, но в одном определилась окончательно и бесповоротно.

– Нам нужно пожить отдельно, – твёрдо сказала я, едва Сергей переступил порог квартиры.

– Можно спросить почему? – он выглядел усталым и смотрел на меня несколько отрешённо.

– Я должна со всем разобраться. Сегодня соберу вещи, а завтра перееду на съёмную квартиру.

– Оставайся здесь. Мне нужно будет уехать по делам на несколько недель. Думаю, за это время ты успеешь от меня отдохнуть, – в голосе Сергея звучала неприкрытая обида.

Дав понять, что разговор окончен, он заперся в своей комнате. На следующее утро завтракала я уже одна.

Экстрасенсам, всякого рода целителям и прочим проповедникам всего загадочного и непознанного я верила мало, но попытать удачу всё же решила. Отыскав в интернете адрес ворожеи с наиболее высоким рейтингом, я, предварительно созвонившись и договорившись о встрече, отправилась туда.

Вход украшала большая светящаяся вывеска «Магический салон Олесии Лисициной». Внутри было светло и тихо. Повсюду горели маленькие свечки. В воздухе витал аромат ароматических масел. Ворожея Олесия оказалась молодой светловолосой девушкой с доброжелательной улыбкой. Она сама встретила меня у входа и проводила в помещение, где проходили магические сеансы.

Я ожидала увидеть что-то вроде большого хрустального шара, пёстрой колоды карт  или, на худой конец, чашки с кофейной гущей, но ничего подобного там не оказалось. Два кресла, небольшой стеклянный столик между ними, стопка чистых бумажных листков и несколько ручек.

– Итак, Наталья, чем могу помочь? – Олесия расположилась в кресле напротив и окинула меня внимательным взглядом.

– А что вы можете? – с интересом спросила я.

Девушка производила приятное впечатление, но была мало похожа на всемогущую колдунью.

– Всё, что укладывается в понятие «белая магия», – ничуть не смутившись, ответила она. – Приворотами, порчами и прочими негативными ритуалами я не занимаюсь.

– А как насчёт того, чтобы поговорить с призраком? – решив не ходить вокруг да около, поинтересовалась я.

– Это близкий вам человек?

– Сестра.

Ничего не говоря, она взяла меня за руку и закрыла глаза. Где-то около минуты мы сидели в полной тишине, а потом ворожея, вздрогнув, резко отпрянула в сторону.

– Никогда не сталкивалась ни с чем подобным, – задумчиво произнесла Олесия. – Словно две души в одном теле.

– Вы хотите сказать, что моя сестра… – удивлённо пробормотала я.

Но девушка меня перебила.

– Нет. Две одинаковых души, – она встряхнула головой.  – Понимаю, это странно звучит, но я не знаю, как объяснить словами.

– Попробуйте как-нибудь, – попросила я.

– Попробую, – ворожея тяжело вздохнула. – В течение жизни энергополе человека, в зависимости от того, что с ним происходит, постоянно меняется. Оно может повреждаться, истощаться, а может, наоборот, увеличиваться в размерах, но оно всегда одно. А у вас я ощущаю два энергополя, будто вы одновременно жили двумя разными жизнями. Одна из которых была наполнена потрясениями, а другая – нет.

– И как это объяснить?

– Пока не знаю, – честно ответила она. – Мне нужно будет посоветоваться с моим наставником. Вы сможете подойти к концу недели?

– Думаю, да, – разочарованно сказала я, не ожидав столь скоропостижного завершения сеанса. – Олесия, я ещё хотела спросить. У меня частичная амнезия после аварии. Вы можете помочь?

– Ваша потеря памяти не связана с аварией. Это защитный механизм, который разрушится сам, когда вы будете к этому готовы.

– Сколько я вам должна за сеанс?

– Наташа, вы мне ничего не должны. Я никогда не беру деньги за не сделанную работу. А что касается призрака вашей сестры… – она встала и вытащила из шкафа небольшой пузырёк с мутной тёмно-синей жидкостью, – вот, возьмите. Вам понадобится любая вещь, которая ей принадлежала. Капните на неё пару капель этого средства и положите на подоконнике любого окна в квартире. Ночью призрак придёт к вам.

– Хорошо. Спасибо. А пузырёк сколько стоит?

– Считайте, что это подарок. Потом расскажете, как всё прошло.

Мы попрощались с Олесией, и я отправилась домой. У меня не было ничего из вещей Лизы, но был её подарок – тонкий серебряный браслет, и я решила попробовать.

Браслет лежал в маленькой резной шкатулке среди прочих ювелирных изделий. Я его почти не носила, так как он для моего запястья оказался слишком большим и постоянно норовил слететь, а уменьшить размер так и не нашлось времени. Красивый, скромный, но изящный…

Я взяла в руки украшение, прислушиваясь к ощущениям. Река памяти мгновенно унесла меня в прошлое, которое сейчас казалось таким далёким, но таким счастливым. Сестра подарила мне этот браслетик на шестнадцатилетие.

Мы тогда всей семьёй поехали в отпуск на неделю и отмечали праздник на прогулочном теплоходе. Мама, папа, брат и сестра. Мои самые близкие люди. Несмотря на периодически возникающие конфликты, тогда я знала, что они по-настоящему любят меня. А теперь…

Всё исчезло, словно мираж. Жестокая, чудовищная реальность стала моим настоящим. Настоящим, которое я упрямо не хотела принять. Не хотела и не могла. Я долго вертела в руках подарок Лизы, понимая, что должна сделать то, что сказала Олесия, но никак не решалась.

В глубине души я до конца и не верила, что сумею увидеть призрак Лизы. Призрак… От одного этого слова веяло холодом, пробирающим до дрожи. Одолевавшие меня сомнения окончательно развеялись только тогда, когда за окном наступила глубокая ночь.

Я капнула несколько капель тёмно-синей жидкости на браслет и положила его на подоконник в гостиной. Села на диван и стала ждать, не включая свет. Мне не было страшно. Скорее одолевало лёгкое волнение. Время шло, но ничего не происходило.

Я была уже готова прервать многочасовое ожидание и признать, что никаких призраков не существует, что я доверилась шарлатанке, которая, вместо того чтобы отправить меня с моими видениями к психиатру, только подбросила масла в огонь моего пылающего разума, но вдруг… У окна появилось знакомое золотистое свечение, на фоне которого постепенно стал проявляться образ сестры.

– Лиза… – прошептала я, сделав пару несмелых шагов навстречу к ней.

С силой сжала руку в кулак, до крови впившись ногтями в нежную кожу ладони и ожидаемо почувствовав резкую боль. Мне нужно было знать наверняка, что я не сплю, что всё это происходит на самом деле. И я убедилась.

Сестра оглядывалась по сторонам, будто не понимая, зачем здесь очутилась. Встретившись со мной взглядом, она замерла и удивлённо вскинула бровь.

– Лиза, я ничего не помню. Я не знаю, что мне делать, – отвечая на её беззвучный вопрос, пробормотала я. – Всё неправильно. Всё как-то не так. Это словно не моя жизнь!

На лице сестры отразилась гримаса боли. Она коротко кивнула в ответ и медленно поплыла по комнате в коридор. Я незамедлительно последовала за ней. Призрак Лизы привёл меня в нашу с Сергеем спальню. Она замерла у стеллажа с книгами, выжидательно смотря на меня.

– Ты хочешь, чтобы я взяла какую-то книгу?

Она вновь кивнула. Я попеременно прикасалась к гладким обложкам, следя за её реакцией, пока не наткнулась на толстый атлас современной живописи. Призрак сестры откликнулся мгновенно. Я вытащила коллекционное издание, совершенно не понимая, чем оно мне может помочь.

Наспех пролистала страницы. Лунного света было слишком мало, чтобы хоть что-то разглядеть, но я не решилась включить ночник, боясь, что призрак Лизы исчезнет.

– Лиза, ты уверенна, что это та книга, которая мне нужна?

На её лице появилась счастливая улыбка. Она словно радовалась, что сумела мне помочь и теперь может спокойно уйти. Призрак сестры стал медленно возвращаться в гостиную. Видимо, браслет послужил неким проводником между мирами, и ей нужно было приблизиться к нему, чтобы исчезнуть.

Я окликнула её, когда она уже была в нескольких сантиметрах от окна. Сестра обернулась. Слёзы солёными ручейками невольно покатились из глаз. Я понимала, что эта наша последняя встреча, последний шанс сказать…

– Прости меня за всё. Я очень люблю тебя, Лиза!

Она послала мне воздушный поцелуй и, словно дымка, растворилась в лунном свете. На этот раз навсегда. Боль потери, которую я так упорно глушила в себе всё это время, вырвалась наружу, разорвав душу на части. Я прорыдала навзрыд несколько часов и лишь под утро, обессилив, уснула.

Мне приснилось просторное светлое помещение, стены которого украшали разнообразные пейзажи и натюрморты. Я была там абсолютно одна и неторопливо перемещалась от картины к картине. Напротив входа висела работа, которая очень отличалась ото всех остальных.

Своей реалистичностью она больше напоминала фотографию, чем картину. Деревья, немного склонившиеся под напором внезапного потока ветра, отражались в тёмно-синей воде.

– «Озеро в лесу», – прочитала я название картины на табличке, но имя художника было не разобрать.

Проснулась я с ощущением, что этот странный сон, был вовсе не сном, а очередным фрагментом моего забытого прошлого. И пейзаж на картине… Я вспомнила, что уже видела его в другом своём сне, вернее сказать, кошмаре. Именно у этого озера в траве лежал блондин с разбитой головой, требовавший, чтобы я всё вспомнила.

Я встала с дивана, пытаясь собраться с мыслями. Взгляд невольно упал на подоконник, и сердце болезненно сжалось.

– Не знаю как, но я обещаю, что найду того мерзавца, что отнял тебя у меня, сестрёнка, – сказала я вслух, кладя подарок Лизы обратно в шкатулку.

Затем я направилась за атласом современной живописи, который так и остался лежать на кровати в нашей с Сергеем спальне. Лиза указала именно на эту книгу, а значит, в ней была какая-то подсказка. Я медленно перелистывала страницу за страницей, внимательно вчитываясь в текст и рассматривая изображения.

Седьмая глава издания была посвящена художнику из моего родного города. Молодой талант уже в семнадцать лет сумел представить свои работы на персональной выставке в центральной галерее, владелицей которой была некая Марина Стрельцова. Это имя показалось мне смутно знакомым, но когда я, перелистнув страницу, увидела фотографии с той выставки, то едва не выронила книгу из рук.

Галерея Марины Стрельцовой была тем самым светлым и просторным помещением, по которому я бродила во сне. Мой сон действительно оказался не просто сном. Недаром сестра указала мне на этот атлас. Теперь я не сомневалась, что когда-то посещала это место и что именно там я смогу найти нужные мне ответы.

Решение было принято незамедлительно. Побросав пару вещей в дорожную сумку, я заказала машину, которая должна была через несколько часов доставить меня в город моего детства. В город, в котором по иронии судьбы меня уже никто не ждал.

Всю поездку я тщательно выискивала в сети информацию об интересующем меня месте и его владелице. Однако поиски особого результата не принесли. Марина Стрельцова оказалась довольно скрытной личностью. Ни на одном портале не нашлось ни одной её фотографии, а общедоступные сведения носили исключительно справочный характер.

Я отложила смартфон в сторону и, посмотрев в окно, увидела знакомые дома. Незаметно мы добрались до моего родного города. Ловко пропетляв по узким улочкам, уже через пятнадцать минут водитель высадил меня у центральной гостиницы. Отсюда до галереи можно было легко добраться пешком, что я и сделала, после того как забросила вещи в заранее забронированный номер.

Глава 15

У главного входа в галерею висел огромный плакат «Ася Тополева. Краски моей души», с изображением улыбающейся блондинки лет двадцати. Судя по указанному на плакате времени, я успевала почти к открытию.

К моему удивлению, внутри зал уже был полностью заполнен людьми. Поклонники творчества молодой художницы оживлённо обсуждали её работы. Пейзажи в самом деле были эффектными, но довольно мрачными. Я не любила такой стиль.

Я огляделась по сторонам, подыскивая человека, который бы мог указать мне на Марину Стрельцову. Моё внимание привлёк высокий стройный мужчина в деловом костюме со светлыми волосами. Он стоял отдельно ото всех и вместо картин рассматривал большой фонтан в виде слона, стоявший недалеко от входа.

– Простите за беспокойство… – обратилась я к нему, приблизившись.

Услышав мой голос, он резко обернулся, и я едва не вскрикнула, увидев его лицо. Он был тем самым человеком, который лежал в моём сне в траве у озера.

– Чем могу помочь? – доброжелательно улыбнувшись, спросил он.

– Стас… – прошептала я.

Его имя, словно вспышка озарения, возникло в памяти.

– Мы знакомы? – в голубых глазах застыло неподдельное удивление. – Не может быть, чтобы я позабыл такую очаровательную девушку.

– Видимо, может, – пробормотала я, стараясь взять себя в руки.

– Признаюсь, мне очень неловко. Как вас зовут?

– Наташа, – коротко ответила я.

– И где мы с вами познакомились, Наташа? – Стас сделал несколько шагов в сторону, пропуская пожилую супружескую пару.

– Мне тоже хотелось бы знать. У меня амнезия после аварии, – честно сказала я. – Я помню ваше лицо, ваше имя, но ничего больше.

– Это всё так странно, но, думаю, вместе мы сумеем что-то понять. Наталья, давайте сбежим отсюда? – неожиданно предложил он, бросив беглый взгляд на часы. – Неподалёку есть отличный ресторан.

Я не стала отказываться, а только коротко кивнула в знак согласия. Стас решительно взял меня за руку и потянул к выходу. Я не помнила, кто он, но что-то мне подсказывало, что именно этот загадочный мужчина сможет мне помочь.

В маленьком китайском ресторанчике было тихо, светло, уютно и, что самое главное, немноголюдно. Мы выбрали столик у окна и в ожидании заказа поначалу просто обсуждали выставку, с которой совершили незапланированный побег, всё никак не решаясь перейти к основной теме разговора.

–  Наташа, а ты же не местная? Кстати, ничего, что я на «ты»?

– Ничего. Я родилась в этом городе и жила долгие годы, пока не переехала вместе с мужем.

– Так, значит, ты замужем? – с нескрываемым сожалением в голосе спросил Станислав.

– Да. Причём давно, – коротко ответила я, наблюдая за тем, как подошедшая официантка раскладывает на столе заказанные нами блюда. – А ты хорошо знаешь Марину Стрельцову?

– Конечно. Мы с Мариной своего рода коллеги. Она помогает художникам обрести славу здесь, а я – за границей.

– Ты же на протяжении многих лет занимаешься продвижением русских художников за рубежом, верно?

– Верно.

– Ты исколесил полмира, но в итоге всё равно вернулся на родину, – продолжила я озвучивать сведения, которые внезапно всплыли в памяти. – За плечами у тебя один неудачный брак и вереница случайных связей, а в настоящем – приближающееся сорокалетие и горькое осознание того, что в этой жизни ты упустил что-то очень важное.

На лице Стаса отразилось неподдельное удивление. Несколько минут он просто сидел молча и смотрел на меня так, словно я была инопланетным созданием, которое выбрало его для контакта и решило поделиться сверхсекретными сведениями о жизни внеземных рас.

– Откуда ты это знаешь? – тихо спросил он.

– Что ты был женат?

– Что я жалею о том, что упустил что-то важное в жизни. Я никогда никому об этом не говорил.

– Я не помню. Просто знаю, и всё.

– Наташ, я никогда не откровенничаю с посторонними людьми.

– Хочешь сказать, я была для тебя не посторонней? – невольно усмехнулась я.

– Я хочу сказать, что не могу найти этому объяснение.

– А ты не веришь в необъяснимые явления?

Станислав ненадолго задумался.

– Если поверить в необъяснимые явления, то и до веры в потусторонние силы недалеко.

«Знал бы ты, Стас, что именно эти силы привели меня к тебе», ¬– опустив взгляд в тарелку, грустно подумала я.

– Давай сделаем так, – тем временем предложил собеседник. – Ты для начала всё подробно расскажешь мне о себе, а я попробую понять, где мы могли с тобой пересекаться.

Я не стала возражать и откровенно поведала Стасу практически всё, что мне стало известно после аварии, опустив только информацию об Олесии и моём общении с погибшей сестрой.

– Мерзавец, – сквозь зубы процедил Станислав, внимательно выслушав мой рассказ.

– Кто?

– Муж твой. Кто же ещё. Лишил тебя возможности заниматься любимым делом, довёл до нервного срыва, полностью оградил от внешнего мира…

– Нет, Стас.  В том, что случилось с моей жизнью, виновата лишь я сама. Это я позволила ему всё за меня решать. Это я отказалась от своей мечты. Это я…

Я осеклась на полуслове, почувствовав, как к глазам невольно подступают слёзы.

– Наташ, перестань, пожалуйста, себя обвинять, – тихо сказал Стас, бережно взяв меня за руку. – Ты красивая, светлая, добрая, и я не сомневаюсь, что очень талантливая девушка. Ты достойна того, чтобы с тобой рядом был мужчина, которой любил бы тебя, ценил и оберегал.

– Спасибо тебе за поддержку, но ты же так и не вспомнил меня. Ты не можешь знать, какая я на самом деле.

– Я не помню. Просто знаю, и всё, – улыбнувшись, ответил Станислав.

Удивительно, но мне давно не было так легко и спокойно, как в компании этого, на первый взгляд, совершенно постороннего человека. Нельзя было исключать вероятность того, что он намеренно от меня что-то скрывает, но мне очень хотелось ему верить.

– Стас, а ты не мог бы познакомить меня с Мариной? – спросила я, когда мы вышли из ресторана на улицу.

– Без проблем. Она через неделю вернётся из командировки, и я вас обязательно познакомлю.

– Только через неделю?

– Увы, раньше никак. Она на другой конец страны улетела знакомиться с каким-то непризнанным талантом. А меня вот попросила за галереей присмотреть.

– Я думала, Марина только с местными художниками работает.

– Раньше так и было, а потом она пришла к выводу, что продвигать таланты из глубинки гораздо выгодней. Их картины порождают больший интерес у публики. Например, Асю, которая сейчас выставляется, она отыскала в небольшой деревеньке под Новосибирском. Нашла и не прогадала. Впрочем, что я рассказываю. Ты и сама видела, какой ажиотаж у местных любителей искусства вызвали её работы.

– Стас, а у тебя есть её фотография?

– Аси? – удивлённо спросил мужчина.

– Да нет же! Марины.

– Есть парочка наших общих, с прошедших выставок. Тебе переслать?

– Давай.

– Диктуй, номер.

Станислав проводил меня до гостиницы и, пожелав приятных снов, отправился закрывать галерею. Поднявшись в номер, я не раздеваясь легла на кровать и закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Я приехала сюда за ответами, но нашла лишь новые вопросы. По крайней мере, пока.

Едва взглянув на фото Марины, я сразу поняла, что уже видела её раньше. Память подбросила мне фрагмент из прошлого, в котором мы вместе обсуждали покупку фонтана и недавно подписанный Мариной договор с туристическим агентством.

Я поделилась воспоминаниями со Стасом, но он возразил мне, что никаких туристов в галерее никогда не было. Да и фонтан появился совсем недавно, буквально несколько месяцев назад.

Получалось, что мои воспоминания не соответствовали реальности, а значит, могли быть лишь игрой воображения. Больше всего меня пугала мысль о том, что я просто медленно схожу с ума.

Всю ночь я провела в тягостных раздумьях и лишь к утру пришла к выводу, что единственным человеком, действительно способным мне помочь, является Олесия. После того как предложенный ею обряд по вызову призрака Лизы сработал, я окончательно поверила в магические способности ворожеи.

Её слова про то, что я одновременно жила двумя разными жизнями, не давали мне покоя. С одной стороны, это звучало невероятно, но, с другой, хоть как-то объясняло несовпадение моих воспоминаний с воспоминаниями других людей. По словам колдуньи, память должна была вернуться ко мне тогда, когда я буду к этому готова, только вот я не была уверена, что этот момент вообще когда-нибудь наступит.

Несколько оставшихся до конца недели дней я провела, прогуливаясь со Стасом по городу и осматривая местные достопримечательности. Мы очень много разговаривали. Он рассказывал мне о своих поездках по миру, об увлечениях и планах на будущее. Когда мы были вдвоём, я странным образом забывала обо всех заботах и проблемах, но стоило мне оказаться в одиночестве, воспоминания о них сразу же возвращались.

За время пребывания в родном городе я так и не решилась зайти к родителям. Боялась, что прогонят, даже не выслушав. Вновь незаслуженно обвинят в гибели Лизы. А может, и вполне заслуженно… В какой-то мере я действительно могла быть виновата. Ушла бы она среди ночи из квартиры, если бы там не было меня? И не я ли поспособствовала её желанию уйти?

Я уехала домой на такси воскресным утром. Занесла в квартиру сумку с вещами и сразу отправилась в магический салон. Мне хотелось как можно скорее поговорить с Олесией и выяснить, что её наставник сказал обо мне.

Воспользовавшись общественным транспортом, я вышла на безлюдной остановке за несколько метров до нужного места. Теперь от салона ворожеи меня отделял лишь пешеходный переход. Терпеливо ожидая, пока на светофоре наконец загорится зелёный свет, и следя за проносящимся мимо потоком машин, я не заметила приближающуюся угрозу.

Резкий толчок в спину – и я беспомощно полетела вперёд, приземлившись прямо на проезжую часть. Чёрный джип, резко вильнув в сторону, пронёсся буквально в нескольких сантиметрах от головы. Оттолкнувшись руками от асфальта, я сумела откатиться на обочину, где мне уже точно ничего не угрожало.

Аккуратно встала, оглядевшись по сторонам. Вокруг не было ни одного человека. Ни того, кто так бесцеремонно толкнул меня, ни того, кто мог бы рассказать о том, кто это был. Кожа на ладонях и коленках была сбита, но я не чувствовала боли. Меня трясло от осознания того, что если бы не моя привычка стоять подальше от края дороги, то меня бы уже не было в живых.

Отбросив навязчивую мысль вызвать такси и вернуться в квартиру, немного придя в себя, я всё же перешла злополучную дорогу и постучала в дверь магического салона. Как и в прошлый раз, на пороге меня встретила Олесия.

– Я ждала вас, Наталья, – приветливо сказала девушка, и, окинув меня внимательным взглядом, обеспокоенно спросила: – У вас что-то случилось?

– Кажется, меня пытались убить, – не в силах скрыть одолевавшее меня волнение, ответила я.

Ворожея занесла руку над моей головой и на несколько секунд закрыла глаза.

– Вам не кажется.

– Что?! Вы знаете, кто это был?! – удивлённо воскликнула я.

– Нет. Я просто вижу сильное повреждение энергополя. Кто-то очень сильно пожелал вашей гибели, – Олесия вытащила из ящика стола коробку с разноцветными блестящими камушками и, открыв её, попросила: – Выберите камень, который вам больше всего нравится.

Мне приглянулся небольшой ярко-красный камень. Было в нём нечто притягательное и манящее. Я взяла его в руку, и в тоже мгновение у меня перед глазами возникла странная сцена. Я увидела Сергея, стоявшего рядом с большой картиной, в углу которой был закреплён кристалл, сияющий алым светом. Изображение на картине было мутным, и я не сумела его разглядеть. Видение рассеялось также внезапно, как появилось.

– Что это было? – обратилась я к Олесии.

– Я вас не понимаю… – девушка выглядела растерянной.

– Я взяла этот камень и увидела нечто странное.

– Камень здесь ни при чём, – возразила мне колдунья. – Скорее всего, он просто напомнил вам о чём-то забытом.

– Если он не должен был пробудить мои воспоминания, то тогда в чём его функция? – окончательно запуталась я.

– Наталья, я всего лишь хотела сделать из него оберег, который поможет вам быстрее восстановиться, – мягко пояснила ворожея.

– Олесия, скажите, вы поговорили со своим наставником?

– Можно просто Олеся, – едва заметно улыбнувшись, ответила девушка. – Наталья, дело в том, что он… В общем, он настоятельно мне рекомендовал прекратить общение с вами.

Я вскочила, не понимая, как такое вообще может быть.

– Но почему?

– Наташа, у вас свой путь, своя судьба. Вы должны самостоятельно решить, куда идти. Без постороннего вмешательства.

– Чёрт возьми, да как я могу это сделать, если в моей голове происходит то, что не поддаётся никакому логическому объяснению?! – возмутилась я. – Мои воспоминания будто из разных жизней!

– Так и есть, – прошептала девушка и тут же недовольно стукнула кулаком по столу. – Вот болтливый мой язык! Не должна была я вам этого говорить! Теперь достанется мне от наставника. А впрочем, неважно. Наталья, вы не расстраивайтесь. Я сделала для вас зелье прозрения. Оно вам поможет.

– Зелье прозрения? – удивилась я.

– Да. Именно так. Вам нужно решить, какую из двух жизней вы хотите вспомнить, и выпить зелье. Воспоминания о выбранной жизни полностью восстановятся.

– А что будет с другими воспоминаниями? – затаив дыхание, спросила я.

– Они исчезнут из вашей памяти навсегда.

Несколько часов подряд я проходила по квартире из комнаты в комнату, пытаясь принять правильное решение. Слова Олеси о двух жизнях я не восприняла буквально, считая, что в этой формулировке кроется какое-то переносное значение, но тем не менее выбор воспоминаний, которым суждено остаться, стал для меня непростым испытанием.

Я медленно перебирала в памяти моменты прошлого, которые видела в снах и наяву, и в итоге остановилась на том моменте, что сумела вспомнить, находясь в магическом салоне. Внутреннее чутьё подсказывало мне: на замутнённой картине было изображено нечто очень важное.

Открыв стеклянный флакончик с зельем, я аккуратно перелила его содержимое в хрустальный бокал и, следуя совету Олеси, встала напротив самого большого из имеющихся зеркал. Оставалось совсем немного: выпить мутный напиток, пахнущий луговыми травами, закрыть глаза и мысленно вернуться к выбранному воспоминанию.

Я поднесла бокал к губам и, отбросив сомнения, быстро выпила горькое зелье. Закрыла глаза и ощутила, как в лицо ударил сильный порыв холодного ветра, словно кто-то открыл окно. Совсем близко раздался шелест перелистываемых страниц. Тихо зазвучала странная минорная мелодия.

Стараясь не обращать внимания на то, что происходит вокруг, я сконцентрировалась на нужной сцене и стала терпеливо ждать результата. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем в моём сознании, сменяя друг друга, словно кадры из кинофильма, замелькали позабытые события.

Моё восемнадцатилетие, жизнь с Сергеем, свадьба с Максимом, переезд к родителям, исчезновение Лизы, её поиски, моё похищение и… обряд. Тот самый обряд, который провёл Сергей, желая изменить наше прошлое.

Две абсолютно разные судьбы и одна я, ставшая жертвой безумного эксперимента. Сергей так хотел, чтобы мы были счастливы вместе, но всё оказалось зря. В этой реальности отношения между нами сложились не лучше, чем в прежней, но самым страшным было другое. Теперь я чётко понимала, что именно жизнь сестры стала платой за проведённую репродукцию.

Сердце болезненно сжалось в груди. Мне стало нечем дышать, будто в комнате внезапно исчез кислород. Бокал выскользнул из руки и, ударившись о паркет, разлетелся на мелкие осколки. Я пошатнулась и, сделав несколько шагов вперёд, упала на мягкую кровать, потеряв сознание.

– Наташа! Наташа, что с тобой? Очнись!

Открыла глаза и увидела перед собой обеспокоенное лицо Сергея. Голова кружилась, и в теле присутствовала лёгкая слабость. Я села и огляделась по сторонам. На кровати рядом со мной лежал большой букет алых роз. На полу виднелись осколки от разбитого бокала. Чудо не случилось, и исковерканная реальность не развеялась, как страшный сон. Я осталась в этой жизни с возвратившимися воспоминаниями о той.

– Ненавижу тебя! – зло прошептала я, вскочив на ноги.

– Наташ, да что случилось, в самом деле? Я не понимаю! – растерянно пробормотал Сергей. – Мне удалось завершить дела раньше, чем я планировал. Я решил сделать тебе сюрприз, купил цветы, торт твой любимый. Прошёл в квартиру, а тут какие-то стёкла на полу, и ты лежишь без сознания.

– Я всё вспомнила! Вот что случилось! – с вызовом прокричала я. – На самом деле тогда, в ресторане, я отказалась стать твоей женой, и моя жизнь сложилась совсем иначе. У меня были прекрасные отношения с близкими людьми, я занималась любимым делом, и моя сестра была жива. Ты всё это разрушил! Ты лишил меня всего, изменив наше прошлое!

Услышав мои слова, Сергей совершенно не удивился, скорее, просто немного погрустнел.

– Наташа, послушай…

Тяжело вздохнув, он попытался прикоснуться к моему плечу, но я резко отпрянула в сторону, едва не наступив на один из осколков.

– Мне плевать на твои оправдания! Не знаю, как ты это сделаешь, но ты вернёшь мне мою жизнь! А иначе… – я сжала руки в кулаки, чувствуя, как внутри меня всё закипает от злости. – Иначе я тебя уничтожу!

В ответ на угрозы Сергей только покачал головой и, отвернувшись, подошёл к окну.

– Красивый закат сегодня. Знаешь, я когда квартиру выбирал, мне три варианта предлагали. Так  эту я выбрал именно из-за панорамного вида.

– Ты что, издеваешься надо мной? При чём тут закат! Я же…

– Тебе нужно вновь начинать принимать лекарства, – бросив холодный взгляд в мою сторону, строго сказал Сергей. – Твой лечащий врач предупреждал меня, что без лечения приступы возобновятся, но, видя, как ты изменилась после аварии, я надеялся, что он ошибается. Мне очень жаль, что я оказался не прав.

– Какой же ты подлец! – я попятилась к двери, опасаясь, как бы у Сергея не возникло желание запереть меня в комнате. – Ты реально считаешь, что сможешь убедить меня в том, что я сумасшедшая?

– Поверь, мне для этого будет достаточно привести тебя к твоему лечащему врачу. Я думаю, он без проблем согласится продемонстрировать тебе записи ваших сеансов психотерапии.

Сергей поднял с кровати букет и, обойдя меня, как ни в чём не бывало пошёл в сторону кухни. Не понимая такой реакции, я последовала за ним.

– Когда Лиза погибла, – продолжил мой так называемый муж, – ты начала убеждать себя в том, что живёшь ненастоящей жизнью. Что где-то там есть реальность, в которой ты успешная художница и каждая твоя картина почти что шедевр, в которой родители любят тебя и ценят, а главное, твоя дорогая сестричка по-прежнему жива. После того как я стал настаивать на твоём лечении, ты начала обвинять меня в том, что именно я каким-то невероятным образом лишил тебя всего, что тебе было дорого.

– Неплохой ход, – мягко сказала я. – Находчивости тебе не занимать. Только помимо нас двоих есть и другие люди, которые знают правду.

– Правду о чём, любимая? – Сергей приблизился ко мне вплотную, безотрывно глядя в мои глаза. – О том, что ты украла очень важные документы из моего сейфа? Или о том, как ты хотела сдать полиции меня и моих компаньонов? А может быть, о том, как, опасаясь за свою жизнь, ты привела наёмного убийцу к собственной сестре?

– Нет… – испуганно прошептала я. – Я не верю тебе.

– А ты поверь, Наташенька!

Его слова отразились в моём сознании раскидистым эхом. Волна безграничной ненависти окутала разум, напрочь лишив способности мыслить логически. В этот момент я хотела лишь одного: чтобы он замолчал. Не глядя, я нащупала нож, одиноко лежащий на столешнице, и крепко сжала его в ладони.

– Единственный человек, виновный во всех твоих несчастьях, – это ты, На…

Он не успел договорить. Тонкое лезвие, пройдя между рёбер, пронзило его грудь, заставив издать долгий протяжный стон.

– Что же ты наделала, Наташа? – прошептал Сергей и, сделав несколько шагов назад, сполз по стене на пол.

Багровое пятно неровным кругом медленно растеклось по белоснежной ткани его рубашки.

Нужно было как-то ему помочь, вызвать скорую, но в тот момент я плохо отдавала себе отчёт в своих действиях. Не понимая зачем, я бросила в раковину нож и выбежала из кухни. Машинально одевшись и взяв так и неразобранную сумку, я без сожаления покинула злополучную квартиру. Осознание того, что случилось, пришло ко мне только спустя несколько часов, когда, выходя из такси в родном городе, я заметила на рукаве несколько капель запёкшейся крови.

Глава 16

Мне нужно было хоть с кем-нибудь поговорить. Остро нуждаясь в поддержке, я не придумала ничего лучше, чем отправиться в галерею к Стасу. Увидев меня, он поначалу обрадовался, но затем взволнованно спросил:

– Наташенька, что-то случилось?

– Кажется, я убила своего мужа, – дрожащим голосом ответила я и разрыдалась.

Поначалу, услышав это, Станислав растерялся, но, быстро взяв себя в руки, дал мне стакан воды, задал несколько вопросов и ушёл на улицу. Через несколько минут он вернулся за мной, и мы вместе поехали к нему на квартиру.

Оставив меня там, Стас вновь уехал, пообещав всё разузнать. Я успела рассказать ему, что мы поссорились с Сергеем, умолчав о том, что стало причиной ссоры. Оставшись в одиночестве, я забралась с ногами на диван и, обняв руками колени, стала терпеливо ждать.

Страх и отчаянье прочно переплелись в душе, вытеснив другие эмоции. Несмотря на то что я испытывала к Сергею острое чувство ненависти, я не желала его смерти. Мне хотелось, чтоб он ответил за свои поступки, но только не так.

Стас приехал поздно вечером уставший, но воодушевлённый.

– У меня для тебя хорошие новости, Наташа, – сказал он с порога. – Твой муж жив.

– Что с ним? – поинтересовалась я, испытывая неимоверное облегчение.

– В больнице, – коротко ответил Станислав. – Сейчас переоденусь и всё расскажу.

Оставив куртку в коридоре, он скрылся в дальней комнате, но уже через несколько минут возвратился ко мне, сменив официальный костюм на спортивный.

– В общем, у меня в вашем городке одноклассник в полиции работает. Вот я в первую очередь к нему и направился, узнать, что да как, – пояснил Стас, сев рядом со мной на диван. – Он по сводке пробил информацию. Оказалось, что твоего Сергея, без сознания лежавшего на ступеньках, обнаружила соседка с нижнего этажа. Вызвала скорую и полицию.

– Получается, Сергей пытался пойти за помощью? – предположила я, вспомнив, в каком состоянии оставила его на кухне.

– Понимаешь, Наташ, тут вот какое дело. Твой муж сообщил полицейским, что на него напал грабитель в подъезде. Вероятнее всего, придумав эту версию, он вышел из квартиры, чтобы гарантированно оградить тебя от подозрений.

– И сейчас меня никто не ищет?

– Нет, – Стас отрицательно качнул головой. – Полицию ты совершенно не интересуешь.

– Как он себя чувствует?

– Состояние удовлетворительное. Я поинтересовался у врача, он сказал, что через неделю должны выписать.

Я задумчиво откинулась на спинку дивана. Он выпишется и наверняка захочет меня найти. Найти и отомстить. Можно было, конечно, попробовать куда-нибудь уехать, но я не хотела убегать. Я хотела вернуть свою жизнь и ради этого была готова пойти на всё.

– Наташ, а может, всё-таки расскажешь, что именно у вас произошло? – отвлёк меня от мысленных рассуждений Станислав. – Как-то мне не верится, что ты могла из-за обычной ссоры кинуться на собственного мужа с ножом. Тем более, твой Сергей, судя по всему, тот еще фрукт.

– Ты о чём? – не поняла я.

– Я имею в виду, дело о продаже поддельных картин, по которому он проходил.

– Стас, хотя бы ты не говори загадками, пожалуйста! – попросила я, сжав руками виски. – Я ничего не знаю ни о каких картинах.

Во взгляде Стаса появилось неподдельное удивление, которое уже через несколько секунд сменилось пониманием.

– У тебя же амнезия после аварии! – воскликнул он, хлопнув себя ладонью по лбу. –  Прости, я совсем забыл. Мой одноклассник сказал, что где-то года четыре назад громкое было дело о массовом изготовлении подделок известных полотен. Твоего мужа подозревали в том, что, собственно, он эти картины и изготавливал, но доказать его причастность так и не смогли. Там действовала целая преступная сеть, но в итоге наказание понесли только два фигуранта. Первым задержали парня, доставившего картину очередному заказчику. Он поначалу всё отрицал, прикидываясь обычным курьером, но у нас в органах-то тоже люди не с улицы работают. В общем, паренёк признался и сдал того, кто ему эту картину передал. Всплыли имена многих известных личностей, да только вот доказательств против них не было. Тимоха сказал, что вроде как этот второй задержанный обещал, что если его отпустят и по делу проведут как свидетеля, то он достанет документы, которые являются своего рода компроматом практически на всю сеть. Его отпустили, только вот документы он добыть не сумел.

– И что с ним стало?

– Получил по полной.

На мгновение я забыла о том, как дышать. Слова Сергея всплыли в моей памяти яркой вспышкой. «Ты украла очень важные документы из моего сейфа… Ты хотела сдать полиции меня и моих компаньонов…» А что, если всё это действительно правда? Что, если именно я должна была передать компромат этому типу, о котором рассказал одноклассник Стаса, но что-то пошло не так?

Сергей сказал, что, опасаясь за свою жизнь, я привела наёмного убийцу к собственной сестре. По версии следствия, убийца напал на Лизу с целью ограбления, только вот ограбить, вполне возможно, он хотел вовсе не её. Тогда получалось, что все близкие, обвиняя меня в смерти сестры, были правы.

Но как я могла так с ней поступить? Теперь, когда все воспоминания об этой жизни были безвозвратно утрачены, я понимала, что мне навряд ли удастся когда-нибудь узнать ответ на этот непростой вопрос. По всей видимости, изменившаяся реальность оказала сильное влияние на личности всех, кого эти изменения затронули, и на мою в том числе.

– Наташ, ты о чём задумалась? – вернул меня в реальность Стас.

– Сегодня утром, когда я стояла у пешеходного перехода, кто-то сильно меня толкнул. Я едва не попала под машину. После того, что ты мне рассказал, я уже не думаю, что это была случайность.

Лицо Стаса приобрело обеспокоено-серьёзное выражение.

– Вполне возможно, ты недалека от истины. Тимур сказал, что этот торговец картинами недавно досрочно освободился. Вдруг он захотел отомстить за что-то твоему мужу? Сначала ты попадаешь в аварию, потом кто-то толкает тебя под колёса автомобиля.

– Если он хотел отомстить моему мужу, то при чём здесь я?

– Знаешь, мне кажется, нет ничего страшнее, чем жить, понимая, что из-за тебя погиб твой любимый человек, а судя по всему, ты своему мужу очень дорога. Если с тобой что-то случится, он наверняка будет сильно страдать.

– Но в аварию-то мы вместе попали… – протянула я, задумчиво.

– А машина была чья?

– К сожалению, не помню.

– В любом случае тебе лучше в ближайшее время нигде не появляться одной, да и вообще быть осторожней.

– Постараюсь, – пообещала я Стасу, хотя понимала, что сдержать обещание будет непросто.

В ближайшее время я собиралась разыскать Оксану. В этой жизни Сергей постоянно был со мной, поэтому с ней, скорее всего, он так и не познакомился. Могла ли она в одиночку создать «Спирит» или какое-то его подобие? И цела ли книга с кристаллом на данный момент? Больше всего я боялась, что Оксана уже разрушила его, нашла хорошего художника, зарядила кристалл и использовала для своего обряда репродукции.

– Наташ, как ты смотришь на то, чтобы поехать на недельку в какой-нибудь дом отдыха?

Я виновато посмотрела на Станислава, зная, что собираюсь сказать то, что совсем его не обрадует.

– Завтра я вернусь домой.

– Но зачем?! Ты можешь жить у меня сколько захочешь! – Стас вскочил и начал нервно ходить по комнате из стороны в сторону. – Или ты мужа проведать решила?

– Нет, – возразила я. – У меня нет ни малейшего желания его видеть. Просто неотложные дела.

– Хорошо. Дела так дела, – Станислав тяжело вздохнул. – Но я сам тебя отвезу. И не спорь!

Я и не собиралась. Несмотря на то что мы познакомились совсем недавно, Стас сумел завоевать моё доверие. В этой реальности только рядом с ним мне было комфортно и спокойно. Его поддержка придавала решимости бороться.

Утром Станислав, как и обещал, доставил меня до дома. В квартире не было видно никаких следов недавнего происшествия. Ни намёка на кровь, ни ножа в раковине. Посуда вымыта. Удивительно, как Сергей, будучи раненым, сумел так тщательно всё прибрать.

Учитывая, что даже фамилия Оксаны мне была неизвестна, как найти её своими силами, я не представляла, поэтому решила снова побеспокоить Олесю. Колдунья совсем не удивилась, увидев меня.

– Вижу, зелье прозрения сработало, – поздоровавшись, сказала она. – Ваша аура заметно изменилась.

– Да, спасибо большое. Я вспомнила, что хотела. Только теперь возникла новая проблема.

Олеся бросила беглый взгляд на часы, видимо, проверяя, сколько времени осталось до прихода следующего клиента.

– Я вас внимательно слушаю.

– Мне нужно найти одного человека, но я знаю только его имя.

– Имя – это не так уж мало, – ворожея разложила на столе большую карту России и взяла толстую белую нить, к которой был привязан длинный полупрозрачный камень. – Итак, как зовут пропавшего?

– Оксана.

Колдунья закрыла глаза, и подвешенный камень хаотично закачался над картой из стороны в сторону. Несколько минут спустя она принудительно остановила его и аккуратно положила на стол.

– Боюсь, Наталья, у меня для вас плохие новости. Камень реагирует таким образом только тогда, когда разыскиваемого человека уже нет в живых.

– Вы хотите сказать, что Оксана умерла? – чувствуя, как учащается пульс, тихо спросила я.

– Да. Причём совсем недавно.

Это был удар, к которому я оказалась совершенно не готова.

– Наталья, вам плохо? – услышала я, словно через пелену, обеспокоенный голос ворожеи, но ответить уже не успела.

Всё вокруг поглотила тьма.

Звонкие девичьи голоса послышались по обе стороны от меня.

– Ой! Кажется, она реагирует!

– Отойди! Дай-ка я посвечу.

Яркий белый свет мощным лучом ударил по глазам, и я, зажмурившись, закрыла лицо руками.

– Наталья, посмотрите на меня, пожалуйста! Не бойтесь, я уже убрала фонарик.

Я бросила беглый взгляд на обратившуюся ко мне девушку. Рыжий волос, забранный в высокий хвост, курносый нос, тёмно-карие глаза. На вид лет двадцать, не больше. Короткий белый халатик был накинут на плечи поверх облегающего платья цвета спелой вишни.

– Что это за место? – спросила я, осмотревшись по сторонам.

Комната, в которой мы находились, очень напоминала одноместную больничную палату.

– Вы в центре психологической помощи «Эдельвейс», – ответила вторая девушка.

Она выглядела немного старше своей напарницы. Распущенные светлые волосы мягкими прядями обрамляли худое лицо. Густая чёлка прикрывала узкие прямые брови. Из-под застёгнутого халата выглядывал ворот синей шёлковой блузки.

– Вас доставили в центральную больницу по скорой, а уже оттуда к нам. Фёдор Геннадьевич договорился.

– Кто такой Фёдор Геннадьевич? – не поняла я.

– Ваш лечащий врач, – пояснила блондинка. – Вы больше трёх дней находились в состоянии ступора. Фёдор Геннадьевич сказал, что это результат сильнейшего потрясения. Вы помните, что с вами случилось?

– Узнала о гибели одной моей знакомой и потеряла сознание, – не стала скрывать я.

– Наверно, она была вам очень дорога, – предположила рыжеволосая медсестра. – Кстати, меня Карина зовут.

– А я Вика, – представилась вторая девушка. – Наталья, как вы себя чувствуете?

– Хорошо, – на самом деле я ощущала чудовищную слабость, но предпочла об этом умолчать. – Я хотела бы уехать домой.

– Боюсь, это невозможно, – Карина отвела взгляд в сторону. – Фёдор Геннадьевич сказал, что вам потребуется длительное лечение.

– Вы не имеете никакого права меня здесь удерживать! – я резко вскочила с кровати.

– Наталья, успокойтесь, пожалуйста, – Вика отошла на несколько шагов в сторону, увеличив расстояние между нами. – Здесь вам обязательно помогут.

– Я не нуждаюсь ни в чьей помощи! – возразила я. – И вообще, кто позволил вашему Фёдору Геннадьевичу принимать решение о моей транспортировке в частную клинику?

Виктория посмотрела на меня с нескрываемым сочувствием.

– Наталья, ваш муж подписал согласие на госпитализацию.

Извинившись, Вика ушла, оставив меня наедине с Кариной. Я набрала в лёгкие побольше воздуха, стараясь совладать с нарастающим волнением.

– Я хочу поговорить с моим лечащим врачом.

– Наталья, в данный момент его нет в клинике.

– Когда он вернётся?

– На сегодня его рабочий день уже закончен. Давайте, я принесу вам ужин, вы покушаете, отдохнёте, а утром поговорите с доктором и всё решите, – предложила девушка.

Я не стала возражать, боясь, как бы заботливые медсестрички не решили накачать меня каким-нибудь успокоительным якобы для моей же пользы. Нужно было как следует всё обдумать.

Я вновь оказалась в ловушке. С того момента, как мы расстались со Стасом, прошло больше трёх дней. Мы договаривались созваниваться каждый вечер. Догадался ли он, что что-то случилось, не дождавшись моего звонка? Стал ли меня искать? А что, если по документам я не была перевезена в частный центр, а просто выписалась из больницы? Тогда он вообще не сможет определить моё местонахождение и…

Я старалась отгонять мысли о том, что Сергей, договорившись с этим таинственным Фёдором Геннадьевичем, может легко держать меня здесь, накачивая непонятными препаратами до тех пор, пока я не превращусь в покладистую куклу, не то что не способную броситься на него с ножом, а в принципе ни на что не способную.

Побег представлялся мне единственным выходом из сложившейся ситуации. Только вот мало того, что убежать в больничной пижаме и тапочках было непросто, так ещё оказалось, что коридор находится под охраной какого-то угрюмого качка. На просьбу позвонить он ещё больше нахмурился и настоятельно порекомендовал мне вернуться в палату.

Я проснулась на рассвете и терпеливо стала ждать доктора, но он не спешил ко мне приходить. Зато к обеду в палату вошёл тот, кого я меньше всего хотела увидеть.

– Ну здравствуй, любимая, – на лице Сергея сияла самодовольная улыбка, выглядел он вполне здоровым. – Не ожидала, что мы так скоро встретимся?

– По моим сведениям, ты ещё должен лежать в больнице, – сухо ответила я.

– О! Ты интересовалась моим самочувствием? Не ожидал, – он усмехнулся и сел рядом со мной на кровать.

– Я хочу покинуть это место.

– В ближайшее время не получится, – он покачал головой. – Для твоей же безопасности тебе лучше оставаться под присмотром.

От злости я сжала ладонь в кулак, но сумела сохранить сдержанный тон.

– Ты же прекрасно знаешь, что я абсолютно здорова.

– Дело не в твоём здоровье. Просто один твой старый знакомый, недавно вышедший на свободу, очень жаждет с тобой встретиться, и боюсь, что этой встречи ты можешь не пережить.

– Я не знаю, о ком ты говоришь.

– Я говорю о том, кому ты однажды пообещала передать документы из моего сейфа, но так и не передала.

– Это он убил Лизу? – уточнила я, хотя и так уже предполагала, каким будет ответ.

– Лизу убил наёмник, но не она была его целью, а ты.

– И ты все эти годы об этом знал…

– И ты тоже, Наташенька, об этом прекрасно знала, – Сергей пожал плечами. – Просто сейчас ничего не помнишь. Я думал, что мне удалось ещё тогда всё уладить, но прошлое имеет свойство возвращаться в самый неожиданный момент. Я выяснил, что авария, в которую мы с тобой попали, была подстроена, и это, по всей видимости, только первый звоночек, но ты не беспокойся, я обязательно со всем этим разберусь.

Сергей разговаривал со мной так, словно мы обсуждали какие-то рядовые проблемы.

– Так же, как разобрался с Оксаной? – спросила я, внимательно наблюдая за его реакцией.

– О чём ты? – Сергей изобразил искреннее удивление.

– Я знаю, что она мертва.

– Я её не убивал, – голос Сергея стал резким и взволнованным.

– Ну да. Так я тебе и поверила. Спасибо, что хоть не отрицаешь факт вашего знакомства, – я перевела взгляд на окно, устало откинувшись на подушку. – Скажи, Сергей, разве о такой жизни ты мечтал, проводя обряд? Мы поженились, как ты и хотел. Даже сумели прожить вместе немало лет. Но посмотри правде в глаза: мы с тобой оба несчастны. Я потеряла сестру, ты превратился в преступника.

– Наташ, мы будем счастливы.

– Это невозможно, – возразила ему я. – Я никогда не буду счастлива с тобой. Никогда!

Сергей молча встал и направился к выходу.

– Отпусти меня! – попросила я, провожая его взглядом.

– Я всё исправлю, – ответил он, не оборачиваясь, и вышел, захлопнув за собой дверь.

«Я всё исправлю», – истинный смысл этих слов я осознала только несколько минут спустя, и, вскочив с кровати, ринулась в коридор, но Сергея мне было уже не догнать. Вернувшись в палату, я подошла к окну и увидела, как он медленно садится в машину и уезжает с территории клиники.

Был лишь один способ всё исправить – провести новый обряд. Судя по тому, каким уверенным тоном говорил Сергей, скорее всего, он уже нашёл книгу, и даже кристалл, благодаря усердиям Оксаны, достиг нужного состояния.

Я понимала, что если это действительно так, то времени, для того чтобы ему помешать, у меня катастрофически мало, а в том, что Сергей выберет тот момент прошлого, результат исправления которого устроит нас обоих, я сильно сомневалась. Не верила я и в то, что он захочет вернуть нашу настоящую жизнь. Там мы точно уже не смогли бы быть вместе, а от идеи построения нашего совместного счастья он добровольно отказываться не собирался.

Доктор Фёдор Геннадьевич, фамилию которого в моём присутствии никто так ни разу и не произнёс, то ли по своей инициативе, то ли по просьбе Сергея, встречу со мной проигнорировал хотя, по словам принёсшей мне обед Вики, был на своём рабочем месте.

Весь день я пролежала, обдумывая план побега, и пришла к выводу, что без посторонней помощи мне никак не обойтись.

– Карина, задержитесь, пожалуйста, на минутку, – обратилась я к рыжеволосой медсестре, когда она зашла в палату забрать оставшуюся после ужина посуду.

Девушка остановилась и внимательно посмотрела на меня.

– Скажите, а где мои вещи?

– Для каждого пациента в нашем центре предусмотрен отдельный шкафчик. Все шкафчики расположены в гардеробной на первом этаже.

– А как я могу их забрать?

– Вам всё вернут, когда будут выписывать. Раньше никак.

– Но бывают же исключения из правил, – задумчиво протянула я.

– Я вас не понимаю, – нахмурилась медсестра.

– Карина, послушайте. Мне очень нужно ненадолго попасть домой. Всего на одну ночь, – я старалась говорить убедительно и жалостливо одновременно. – Уже утром я буду в своей палате.

– Это невозможно, – девушка опасливо попятилась к выходу.

– На мне, когда я потеряла сознание, были надеты серьги и кольцо с бриллиантами. Скорее всего, они сейчас находятся вместе с остальными вещами. Это очень дорогой комплект. Я подарю его вам, если вы мне поможете.

Карина пыталась выглядеть сдержанной, но я заметила, как загорелся её взгляд при упоминании о возможной награде.

– Наталья, меня уволят...

– Я вернусь. Никто ничего не узнает.

Конечно, это была ложь. Возвращаться в клинику я не собиралась, но Карине знать об этом было ни к чему.

– Всё, что от вас требуется, – это принести мои вещи и отвлечь охранника в нужный момент. В клинике же есть запасной выход?

– Да, – подтвердила медсестра и добавила: – Из лифта вы попадёте к центральному выходу, но в конце коридора есть дверь, ведущая на лестницу. Спустившись по ней, вы окажетесь у запасного выхода.

– Отлично, – искренне улыбнулась я девушке. – Карина, я правильно понимаю: вы поможете мне?

– Помогу, – медсестра тяжело вздохнула. – Вы же точно вернётесь?

– Конечно, – в очередной раз солгала я.

– Я приду через несколько часов, – Карина поспешила покинуть палату, а я, откинувшись на подушку, облегчённо вздохнула.

Первая часть плана была выполнена. Теперь вся моя дальнейшая жизнь зависела от скромной любительницы бриллиантов, которая даже не догадывалась о важности порученной ей миссии.

Карина сдержала обещание. Два часа спустя она принесла мне пакет с одеждой. Там же лежала моя сумка с кошельком и мобильным телефоном. Драгоценности обнаружились в прозрачной пластиковой коробочке. Я быстро переоделась и протянула коробочку медсестре.

– Вот, возьми.

Довольная Карина, не удержавшись, сразу примерила кольцо.

– Надо же, мой размер! – с нескрываемым восторгом в голосе сказала она. – Спасибо большое!

– Это тебе спасибо, – откликнулась я, застёгивая куртку. – Что там с охранником?

– Я сейчас пойду попрошу его помочь мне плотно захлопнуть раму окна в соседней палате, а вы в это время пробежите по коридору.

– Хорошо.

Я обняла на прощание девушку и стала ждать, пока она уведёт качка с его поста. Когда проход был свободен, я бегом устремилась к лестнице. Через несколько минут я беспрепятственно покинула клинику. Отойдя на безопасное расстояние, я включила телефон и набрала номер Стаса.

– Привет.

– Наташа, слава богу, ты жива! – радостно воскликнул он, услышав мой голос. – Я уже не знал, что и думать! Столько дней телефон недоступен...

– Сергей упрятал меня в центр психологической помощи, но мне удалось сбежать.

– Где ты сейчас?

– Не поверишь. Направляюсь домой, – грустно усмехнулась я.

– К этому психу? – в голосе Стаса послышалось удивление, смешанное с негодованием. – Но зачем?

– Остался один нерешённый вопрос, – уклончиво ответила я.

– Наташ, подожди. Давай я приеду и подстрахую тебя. Неизвестно, как твой муж отреагирует на то, что ты сбежала из клиники.

– Он будет безумно рад, – тихо пробормотала я в ответ. – Через сколько ты сможешь приехать?

– Если гнать, то думаю, часа через полтора буду у тебя.

– Прости, не могу так долго ждать, – я машинально покачала головой. – Если вновь пропаду со связи, ищи меня в медицинском центре под названием «Эдельвейс».

– Я всё равно приеду, слышишь?

– Хорошо. Адрес ты знаешь.

Я хотела отключиться, но услышала, как Стас зовёт меня.

– Наташа.

– Что?

– Будь осторожна.

– Постараюсь.

Я бросила телефон в сумку и жестом остановила проезжающую мимо машину.

– До Кутузовской подбросите?

– Вообще-то мне в другую сторону, – задумчиво сказал пожилой водитель, – но за пять сотен подброшу.

– Договорились.

Расплатившись с водителем, я вышла у знакомого подъезда. В окне спальни нашей с Сергеем квартиры свет не горел. Я предположила, что либо он спит, либо находится на кухне. Аккуратно открыв ключом входную дверь, я вошла в помещение, стараясь двигаться максимально бесшумно, но уже несколько минут спустя поняла, что излишняя конспирация оказалась напрасной. В квартире не было никого, кроме меня.

Глава 17

Я внимательно осмотрела каждую комнату в поисках хоть каких-либо зацепок, которые могли бы мне помочь определить местоположение Сергея. Безуспешно. Его телефон находился вне зоны действия сети. Желая оградить Стаса от ненужных волнений, я перезвонила ему, сообщила, что мне ничего не угрожает и что он может не торопиться. Тем не менее он приехал достаточно быстро и поднялся в квартиру, застав меня за перелистыванием бумаг, лежащих на столе в кабинете.

– Это твой муж рисовал? – спросил Станислав, с интересом рассматривая висевшие на стене картины.

На первой была изображена схватка двух белых бенгальских тигров, на второй грозный лев, смотрящий в глаза загнанной им в ловушку антилопе.

– Точно не знаю, но по стилю похоже, что да, – ответила я, не отводя взгляда от документов.

– Очень эффектные работы. У тебя есть какие-либо предположения о том, куда он мог отправиться?

– Честно говоря, нет. Я даже не помню, есть ли у нас другая недвижимость, – закончив перебирать листки, я сложила их стопкой и отодвинула на край стола. – Здесь тоже, как назло, никакой полезной информации.

– А может, все важные документы твой муж хранит в сейфе? – предположил Стас.

– Сергей действительно упоминал о том, что у нас был сейф на прежней квартире, но в этой...

– Люди редко меняют свои привычки.

Станислав оказался прав. Тщательно обследовав кабинет, мы обнаружили небольшой сейф, скрытый от посторонних глаз под картиной с бенгальскими тиграми.

– Теперь осталась самая малость: подобрать нужный код, – с грустью в голосе сказала я.

– Это не так сложно, как кажется на первый взгляд, – подбодрил меня Стас. – Как правило, для паролей чаще всего используются числа, которые невозможно забыть. Попробуй вспомнить все важные для твоего мужа даты. Дни рождения, день вашей свадьбы...

– День моего восемнадцатилетия, – перебила я Стаса и набрала на панели нужную комбинацию цифр.

Раздался характерный щелчок, и металлическая дверка послушно открылась.

– Интересный выбор, – задумчиво протянул Станислав. – Видимо, запоминающимся получился праздник.

– Ты даже не представляешь насколько.

Мы вытащили из сейфа толстую белую папку. В ней были собраны различные соглашения, страховые полисы, какие-то международные сертификаты. Я последовательно перекладывала листки, пока взгляд не зацепился за знакомой адрес.

Договор с риелторским агентством на аренду частного дома, находящегося в живописном и уединённом месте, был подписан несколько дней назад. В этом доме на побережье в нашей настоящей жизни мы жили с Сергеем несколько недель. Туда я приехала, боясь, что с ним что-то случилось, и именно там угодила в уготовленную им западню.

– Стас, мне кажется, я знаю, где сейчас Сергей, – я протянула договор Станиславу.

– Ты уверена? Что ему делать одному в такой глуши?

– Я ни в чём не могу быть уверена, – тихо сказала я, хотя в верности своего предположения практически не сомневалась.

Этот дом прекрасно подходил для проведения обряда. Там Сергей мог спокойно осуществить задуманное, не опасаясь, что кто-нибудь ему помешает.

– Хочешь поехать туда сейчас?

– Хочу, – не стала скрывать я.

– Поехали.

Станислав решительно направился к выходу, но я остановила его.

– Стас, ты не обязан меня возить. Я могу...

– Наташ, послушай, – он подошёл вплотную, не сводя с меня пристального взгляда. – Мне небезразлично всё, что с тобой происходит. За тот непродолжительный период, что мы с тобой знакомы, ты уже успела стать для меня очень близким человеком. Мне даже кажется, что я тебя лю...

– Хорошо, поедем вместе, – перебила его я, не дав возможности признаться мне в любви.

Я посчитала, что сейчас было совсем неподходящее время для обсуждения столь важных тем. Станислав заметно погрустнел и молча пошёл к двери. Взяв сумку, я последовала за ним.

К поляне, окружённой с трёх сторон высокими берёзами, мы подъехали за несколько часов до рассвета. Хорошо помня дорогу, я сразу свернула на извилистую тропинку, ведущую вглубь леса.

– Ты уже бывала здесь раньше? – с удивлением поинтересовался Стас, видя, как легко я ориентируюсь на местности.

– Приходилось.

– Давно?

– В другой жизни, – машинально ответила я.

Стас понимающе кивнул, по-своему расценив мои слова. Дорога до дома у моря заняла минут пятнадцать. Ещё издалека я увидела свет в окне на первом этаже и поняла, что не ошиблась. Сергей действительно был там.

– Что ты намерена делать? – шёпотом поинтересовался Стас, когда мы подошли к крыльцу.

– Для начала хочу просто с ним поговорить.

– Может, мне стоит остаться здесь, чтобы вам не мешать?

– Неизвестно, насколько этот разговор затянется, а на улице всё-таки не лето. Лучше возвращайся в машину и жди меня там.

– И сколько ждать? – в голосе Стаса послышалось сомнение. – Как я пойму: ты не приходишь потому, что ещё не закончила выяснять отношения с мужем, или потому, что он удерживает тебя насильно?

– А ты позвони мне через час. Вот если не отвечу, значит, мне нужна твоя помощь.

Немного поупиравшись, Стас всё же согласился на моё предложение. Дождавшись, пока он скроется из поля зрения, я аккуратно надавила на ручку входной двери. Дверь оказалась не заперта. Войдя внутрь, я подождала, пока глаза привыкнут к полумраку, и сделала несколько шагов вперёд.

– Я знал, что ты меня найдёшь, – раздался в тишине приглушённый голос Сергея.

Освещённый лунным светом, он стоял в конце коридора, прислонившись спиной к стене.

– Ещё скажи, что ты специально меня сюда заманил.

Я старалась не показать, что меня одолевало волнение, но получалось с трудом. Тревожное предчувствие нарастало с каждой минутой.

– А ты думаешь, что тебе просто так удалось сбежать из клиники? – Сергей усмехнулся. – Карина позвонила мне, едва ты озвучила ей свои планы. Я дал разрешение, и ты благополучно убежала.

– У неё был твой номер?

– Конечно. Это же я нанял её с подругой за тобой приглядывать.

Я не могла понять, говорит ли он правду или просто подстраивается под ситуацию, в очередной раз желая меня запутать, но в любом случае происходящее мне совершенно не нравилось.

– И договор на аренду этого дома ты тоже оставил в сейфе намеренно?

– Я предполагал, что ты и так догадаешься, где я, но всё же решил подстраховаться.

– К чему такие сложности? – я никак не могла понять его логики.

– На самом деле, всё просто, – Сергей сделал паузу, приблизился ко мне на расстояние вытянутой руки, после чего продолжил: – Нетрудно было предположить, что, если ты узнала, что Оксана мертва, значит, пыталась её разыскать, а разыскивать ты могла её только с целью заполучить книгу…

– Только вот ты меня опередил, – перебила его я.

– Верно, но повторю ещё раз: я не убивал её. Просто в этой реальности у неё не было надёжного помощника в моём лице и она, пытаясь своими силами зарядить кристалл, практически сошла с ума. Когда я забрал книгу, она даже не отреагировала. Сидела, смотря в одну точку на потолке.

– А книгу ты забрал, чтобы провести новый обряд?

– Нет, когда я забирал её, то всего лишь хотел сделать капли, которые помогли бы тебе позабыть о призраке сестры. У нас же с тобой почти всё наладилось, а тут эта гостья из прошлого так некстати, – на лице Сергея отразилось нескрываемое разочарование.

– Ты тоже её видел?

– Так же, как тебя сейчас, – не стал отрицать он. – Едва самообладания хватило, чтобы виду не подать. В тот момент я понял, что без книги мне не обойтись, поэтому уехал...

– А когда вернулся, всё пошло не по плану, – закончила я за Сергея.

– Да, – кивнул он. – Мало того, что ты всё вспомнила, так ещё и попыталась меня убить. Было ясно, что одними каплями уже не обойтись.

– Всё равно в голове не укладывается, зачем ты сначала поместил меня в клинику, а потом дал возможность сбежать? Провёл бы спокойно обряд, не дожидаясь, пока я найду тебя и захочу помешать.

У меня появилось странное ощущение, словно всё повторялось. Как и в первоначальной реальности, я тянула время, задавая Сергею многочисленные вопросы, и параллельно обдумывала дальнейшие действия. Как и в прошлый раз, он охотно мне отвечал, делая вид, что не имеет никакого тайного замысла.

– Прежде чем проводить обряд, я хотел с тобой поговорить. Едва придя в себя после ранения, я уже начал думать о том, где тебя искать, а тут через пару дней звонок от твоего врача: «Вашу жену доставили по скорой в центральную больницу в бессознательном состоянии». Я договорился с ним о твоём перемещении в платный центр, пришёл...

– Но разговор у нас не задался.

Сергей грустно улыбнулся и бережно убрал с моего лба выбившуюся прядь волос.

– Ты была права. Я мечтал не о такой жизни, когда проводил обряд. Эта реальность получилась неправильной, искажённой, но и то, какой окажется следующая, никому не известно. Я до последнего сомневался, стоит ли рисковать, а потом увидел такую искреннюю ненависть в твоих глазах, что все сомнения сразу рассеялись.

– Пойми, Серёжа, – я намеренно смягчила тон, – как бы ты ни менял прошлое, наши отношения обречены. Я никогда тебя не полюблю.

– Пока моё сердце бьётся, я не устану бороться за тебя. Я не смирюсь с тем, что мы не вместе.

– Но ты же однажды уже смирился, – возразила ему я, – когда я вышла замуж за Максима.

– А ты в этом уверена? – он поднял левую руку, расстегнул браслет часов и продемонстрировал мне своё запястье. – Так не привычно не видеть шрамы. В нашей исходной реальности я всегда носил часы. Они хорошо маскировали правду обо мне от окружающих.

– Мне жаль, но ты сам сделал нашу совместную жизнь невыносимой, – сказала я с упрёком. – Тебе следовало влюбиться в мою сестру. Вы с Лизой очень похожи. Пока ты резал вены из-за того, что я вышла замуж за Максима, она травилась таблетками, потому что Максим женился на мне.

– Правда? Не знал, – Сергей искренне удивился. – Твоя сестра никогда меня не привлекала. Ты спрашивала, зачем я тебя сюда заманил. Ещё интересно?

– Конечно.

– Я хочу, чтобы ты сама провела обряд.

Я была шокирована услышанным.

– В чём подвох?

– Никакого подвоха. Пойдём в мастерскую.

Мы зашли в небольшое освещённое помещение, в котором я в настоящей реальности провела немало часов за созданием различных работ.

– Кристалл уже заряжен? – спросила я, осматриваясь вокруг в поисках книги.

– Да, – коротко ответил Сергей. – Вот, смотри.

Он поднял с пола и поставил на мольберт большую картину. На ней была изображена девочка, сидевшая за столом напротив взрослой женщины. На столе стоял торт с зажжёнными десятью свечами.

– Это же Оксана со своей матерью? – догадалась я.

– Именно, – подтвердил Сергей. – Я долго думал о том, как всё исправить, и понял, что просто должен сделать то, что обещал. Провести репродукцию для Оксаны.

– Подожди, но как изменение судьбы Оксаны повлияет на нас? В этой реальности ты же с ней никак не пересекался, – окончательно запуталась я.

Особый азартный блеск появился в глазах Сергея, и он принялся воодушевлённо объяснять мне свою задумку.

– Из книги я узнал, что обряд всегда изменяет только исходную реальность. Это означает, что если там Оксана останется с матерью, то она не посвятит свою жизнь зарядке кристалла, не объединится со мной, мы не создадим «Спирит» и никто не пострадает от его деятельности.

– Лиза внезапно не исчезнет, а значит, я не стану её искать, не поссорюсь с Максом, – продолжила я развивать его мысль, – и...

– Всё вернётся на свои места.

– А что будет с тобой? – я всё ещё не могла поверить, что Сергей готов добровольно пойти на это.

– До встречи с Оксаной я довольно сильно увлекался алкоголем, поэтому, думаю, к тому моменту времени, в котором мы окажемся, я буду не в лучшем состоянии. Скорее всего, придётся начинать всё с нуля, воспрянуть духом и телом, заработать приличное состояние, чтобы потом при полном параде приехать в город детства на белом лимузине, забрать тебя от твоего ненаглядного мужа и увезти на край света, – он рассмеялся, но во взгляде появилась непроглядная тоска.

– Иными словами, у меня нет никаких шансов избавить свою жизнь от твоего присутствия, – беззлобно сказала я, про себя отметив, что больше не испытываю чувства ненависти к Сергею. – А что, если нам просто вернуть нашу реальность?

– Это невозможно, – Сергей покачал головой.

– Изменение видоизменённого события приведёт к зацикленности происходящего.

– Что значит зацикленности?

– Ты каждый раз будешь выходить замуж за Максима, я буду проводить обряд репродукции, желая изменить наше прошлое, мы будем перемещаться в эту реальность, встречаться в этом доме и возвращать всё на исходную позицию. И так до бесконечности.

– Жутко звучит, – я вздрогнула, представив себя в этой безвыходной ситуации.

– Самое страшное, что мы можем просто раствориться в пространстве и даже этого не понять. Жизнь будет идти своим чередом, но уже без нас.

– Но разве можно провести обряд для другого человека?

– Можно, но о проведённом изменении прошлого будут знать только участники обряда.

Наш разговор прервал настойчивый телефонный звонок.

– Наташа, как ты? Всё в порядке?

Час пролетел незаметно, и Станислав позвонил мне, чтобы разузнать обстановку.

– Да. Всё нормально, – подтвердила я. – Не переживай.

– Хорошо. Я тебя жду.

– Не стоит. Возвращайся домой.

– Наташ, подожди, – в голосе Стаса послышалось беспокойство. – Ты что, хочешь остаться с ним? Он тебе угрожает?

– Нет, я в безопасности. Просто так нужно. Я не могу тебе всего объяснить.

Сергей внимательно слушал мой разговор со Станиславом, даже не пытаясь отойти в сторону.

– Не можешь или не хочешь? – обиженно спросил Стас.

– Не могу.

– Ладно, я сделаю так, как ты говоришь, но вечером позвоню. Если не ответишь, то приеду тебя спасать.

– Договорились.

Я нажала на отбой и поймала на себе пристальный взгляд Сергея.

– Новый поклонник? – холодно поинтересовался он.

– Старый знакомый, – не стала вдаваться в подробности я и, решив сразу направить разговор в иное русло, задала вопрос, который меня волновал не меньше, чем ожидаемый результат проведения обряда: – Ты говорил, что репродукция всегда должна быть оплачена. А что, если с кем-то из моих близких снова случится что-то плохое?

– Учитывая, что ты проведёшь обряд в интересах Оксаны, думаю, именно ей придётся за него расплачиваться.

– Но ты не уверен, если, как и в прошлый раз, хочешь провести его от моего имени?

– Разве в этом деле можно быть хоть в чём-то абсолютно уверенным? – вопросом на вопрос ответил Сергей.

– Каким бы ни был исход, для меня самое важное, чтобы ты осталась жива. Репродукция не может быть оплачена жизнью того, кто её проводит, поэтому я уверен лишь в том, что, если провести обряд от твоего имени, ты будешь защищена.

– И когда мы будем проводить обряд?

Сергей подошёл к шкафу и вытащил книгу с сияющим кристаллом в обложке.

– Прямо сейчас.

– Даже не верится, что этот кошмар наконец закончится, – прошептала я.

– Прости, Наташа. Я не хотел, чтобы ты страдала.

Сергей вышел из мастерской, но уже через несколько минут вернулся, держа в руках два наполненных тёмной жидкостью бокала.

– Мне страшно, – призналась я.

– Мне тоже, – с улыбкой сказал он, протянув мне бокал. – Выпьем напоследок за то, чтобы у нас всё получилось.

На этот раз, выпив напиток, я не утратила способности двигаться и говорить. Немного закружилась голова, и напряжение стало потихоньку спадать. Сергей вытащил кристалл из обложки и аккуратно закрепил в углу картины. Открыв книгу на последней странице, он передал её мне.

– Под каждой строчкой написана транскрипция на латыни. Прочти весь текст вслух.

Я медленно начала читать, стараясь чётко и громко проговаривать непонятные слова. Боковым зрением я видела, как меняется пространство вокруг, становясь каким-то нечётким и расплывчатым. Когда я закончила, Сергей вытащил из кармана зажигалку и поднёс к картине.

– Будь счастлива, Наташа, – тихо сказал он и поджёг холст.

Пламя стремительно разгоралось, и комната наполнилась едким дымом. Как и при первой репродукции, кристалл, среагировав на происходящее, изменил цвет. Раздался оглушительный хлопок и... я потеряла сознание.

– Наташа, Наташа! Ты слышишь меня? Чёрт! Она без сознания!

Знакомый голос словно через пелену прорвался в мой затуманенный разум. Я открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Станислава, только вот выглядел он несколько иначе. Стрижка изменилась и, судя по лицу, мужчина прибавил как минимум килограмм пять.

– Очнулась! Ну слава богу! – радостно воскликнул он.

– Стас, что случилось? – тихо спросила я, приподнявшись на руках.

Мы находились в каком-то просторном помещении с высокими потолками. Я лежала на полу, Стас стоял рядом со мной, опустившись на колени.

– Милая, ты была на втором этаже, а я работал в кабинете на первом. Раздался непонятный грохот, я выбежал в холл. Смотрю, ты лежишь у лестницы без сознания. Наверно,  спускалась и ногу подвернула, – предположил он, – вот и упала.

– Понятно, – сказала я, хотя совершенно ничего не могла понять. – А что это за место?

– Наш дом, – растерянно ответил Станислав. – Наташ, ты как себя чувствуешь?

– А давно мы с тобой вместе? – проигнорировала я его вопрос.

– Солнышко, давай я скорую вызову. Ты, видимо, при падении сильно ударилась головой.

– Ответь, пожалуйста.

– Почти девять лет.

Услышав это, я истерично рассмеялась. Сколько ни пытайся играть с судьбой, переиграть её невозможно. Проводя репродукцию для Оксаны, мы с Сергеем рассчитывали, что всё вернётся на свои места, но что-то снова пошло не так.

Удивительно, но на этот раз я прекрасно помнила о проведённом обряде, о предыдущей реальности и о первоначальной. В памяти отсутствовали лишь воспоминания о новой вариации моей жизни. Позднее, немного успокоившись, я села за большой обеденный стол и, усадив Станислава напротив, попросила его максимально подробно рассказать, всё, что ему было известно о моём прошлом и настоящем.

Выяснилось, что мы с ним познакомились на открытии моей первой персональной выставки. Начали встречаться, вскоре поженились и с тех пор так и живём вместе. Лиза вышла замуж за Максима, родила ребёнка, но, когда мальчику было шесть лет, устав терпеть измены мужа, подала на развод. На данный момент она работает ведущей на местном новостном телеканале и одна воспитывает сына.

Мои родители открыли турагентство и стали много путешествовать. Сейчас, по словам Стаса, они находились где-то на австралийском побережье. Мой брат всё-таки женился на нашей бывшей соседке Фионе.

Узнав об этом, я сначала сильно удивилась, но потом вспомнила, что в исходной реальности с Ольгой Олег познакомился на мероприятии, которое мы организовывали вместе с Сергеем. В этой жизни мероприятия не было, а значит, и знакомство не состоялось. Фиона стала для брата хорошей женой, а три года назад родила ему двух девочек близняшек: Асю и Тасю.

Марина несколько лет назад, влюбившись в грека, бросила всё и уехала жить на остров Крит. Любимое детище – центральную городскую галерею – она передала в полное управление своей лучшей подруге, то есть мне. Теперь я занималась тем, что постоянно организовывала какие-то выставки и искала непризнанные таланты.

Я слушала Стаса не перебивая и искренне радовалась тому, что у всех моих близких всё хорошо. Они были живы, здоровы и, по всей видимости, вполне довольны жизнью.

– А что насчёт Сергея? – поинтересовалась я, когда Станислав замолчал, не зная о чём ещё ему следует мне рассказать.

– А кто это? – удивился он.

«Хороший вопрос», – подумала я.

Кем Сергей был для меня в этой реальности: бывшим одноклассником, другом детства или просто знакомым? Если мы не меняли события нашего прошлого, то как получилось, что я после своего совершеннолетия не жила с ним вместе и к моменту знакомства со Стасом была абсолютно свободна?

– Друг детства, – наконец ответила я Стасу.

– Даже не знаю, Наташа. О друзьях детства тебе лучше поговорить с Лизой.

Стас внимательно посмотрел на меня и заботливо спросил:

– Давай я всё-таки отвезу тебя в больницу? Такая внезапная потеря памяти может свидетельствовать об очень серьёзной травме.

– Спасибо за заботу, но не стоит. Очень скоро я всё вспомню. Не переживай.

Я попросила Стаса дать мне мой телефон и набрала номер Лизы.

– Лиз, привет! Ты не занята?

– Привет. Нет, – протянула сестра. – С работы еду.

– Мы можем встретиться?

Конечно, я могла задать интересующий меня вопрос и по телефону, но после всего произошедшего мне очень хотелось увидеть Лизу своими глазами, живой и невредимой.

– Ты дома? – уточнила она.

– Да.

– Через полчаса буду.

В ожидании сестры я обошла весь дом, перебрала свои вещи и нашла толстый альбом со свадебными фотографиями. Глядя на снимки, я про себя отметила, что мы со Стасом очень неплохо смотримся вместе.

Тот факт, что именно он в этой реальности стал моим мужем, меня не огорчал. Напротив, я была даже рада. За время, что мы провели вместе, я успела привязаться к нему и испытывала довольно сильную симпатию, которая почти граничила с влюблённостью.

К приезду Лизы Станислав уехал по каким-то неотложным делам, но я подозревала, что он просто не захотел нам мешать.

– Здравствуй, моя хорошая! – я крепко обняла сестру.

– Смотри, задушишь! – рассмеялась она.

– Наташ, ты так на меня смотришь, как будто сто лет не видела!

– Может, и не видела, – пробормотала я, незаметно смахивая непрошеную слезинку.

– Ты что? – Лиза удивлённо приподняла левую бровь. – Вчера же только вместе гуляли.

– Я с лестницы упала и ударилась головой. Вот и получила лёгкую амнезию, – пояснила я.

– Какой кошмар! – ахнула сестра. – Вы врача вызывали?

– Нет. Сама, если что, попозже съезжу в больницу, – успокоила её я. – Чай пить будешь?

– Давай.

Мы прошли на кухню и я, включив чайник, стала наугад открывать дверцы гарнитура в поисках нужной посуды.

– Лиз, я хотела спросить: ты знаешь, где сейчас Сергей Соболев?

– Честно говоря, я даже не представляю, кто это, – пожала плечами она.

– Когда мы были детьми, он жил в соседнем доме. Такой темноволосый мальчик. Мама у него ещё сама придумывала модели платьев и шила на заказ.

Я предпочла начать с самого раннего периода нашего знакомства, не зная, в какой момент, Сергей потерял со мной связь.

– Тётя Люба, кажется? Такая полная, круглолицая женщина, – вспомнила Лиза. – Да, был сын у неё, Серёжа.

Внезапно меня охватило нехорошее предчувствие. Я замерла, почувствовав, как учащается пульс.

– Почему был?

– Так он же в ручье утонул, – не заметив моей реакции, спокойно ответила сестра. – Ещё в детстве.

Фарфоровая кружка выпала из моих рук и с грохотом ударилась о кафельный пол, расколовшись на мелкие части.

Лиза рассказала, что в детстве я не бросилась спасать упавшего в воду мальчика, а вместе со всеми осталась стоять на берегу. Серёжа утонул, так и не сумев самостоятельно выбраться на сушу. По словам сестры, я была шокирована произошедшим, но вскоре мы переехали в другой район, воспоминания о трагедии притупились, и жизнь вернулась в привычное русло.

Я так и не смогла объяснить Лизе, почему меня вдруг заинтересовало событие, произошедшее много лет назад. Проводив сестру, я поднялась на второй этаж, зашла в мастерскую и за несколько часов по памяти нарисовала портрет Сергея.

Немного растрёпанный волос, усталое лицо и взгляд, наполненный светлой печалью. Именно так он выглядел, говоря: «Будь счастлива, Наташа». Теперь мне казалось, что в тот момент он уже знал, что его ждёт, и прощался со мной навсегда.

Несмотря на всё то, что я пережила из-за Сергея, мне было непросто свыкнуться с мыслью, что его больше нет. Я практически перестала спать по ночам, меня мучили бесконечные кошмары, которые представляли собой различные эпизоды из предыдущих реальностей.

Близкие видели, что со мной что-то не так, но не знали, как мне помочь. Воспоминания о новой жизни короткими фрагментами постепенно появлялись в памяти. Я начала ходить на работу, активно занималась домашними делами, общалась с друзьями, но, постоянно оглядываясь в прошлое, всё равно никак не могла принять настоящее.

В итоге я, тщательно всё обдумав и предварительно убедившись через интернет, что адрес остался тем же, поехала к ворожее Олесии. Девушка очень удивилась, когда я попросила её приготовить для меня «зелье прозрения», но отказываться не стала.

Вернувшись домой с заветным бутыльком, я поднялась в спальню, открыла свадебный альбом и вытащила фотографию, на которой Станислав, улыбаясь, выносил меня на руках из ЗАГСА. Этот момент я вспомнила совсем недавно, но очень чётко.

Встав напротив зеркального шкафа, залпом выпила из хрустального бокала горькое зелье. Я понимала, что если всё пройдёт хорошо, воспоминания о выбранной жизни полностью восстановятся, а другие безвозвратно исчезнут из памяти, и была к этому готова. Закрыла глаза и мысленно вернулась в тот праздничный день.

Ярко светило солнце, мы отпускали в небо голубей, вокруг были родственники и наши лучшие друзья.

Я стояла не шевелясь, а в голове, словно кадры из кинофильма, мелькали события, которые происходили до и после нашей со Стасом свадьбы, постепенно вытесняя всё то, что я пережила в исходной и предыдущей реальности. Навсегда растворялись образы тех, с кем я никогда не пересекалась в этой жизни. Последним, что я увидела, перед тем как потерять сознание, было улыбающееся лицо Сергея.

Эпилог

– Наташ, пора ехать, а то опоздаем!

– Уже иду!

Перед тем как спуститься, я ещё раз бросила беглый взгляд в зеркало и удовлетворённо улыбнулась своему отражению. Тёмно-каштановый цвет волос шёл мне гораздо больше, чем золотистый блонд. К тому же он прекрасно гармонировал с новым изумрудным платьем. Накинув на плечи короткую белую шубку, я поспешила к мужу.

Парковка около галереи уже была заставлена приглашёнными на выставку гостями, хотя до официального открытия оставалось почти полчаса. Стас оказался прав. Нам стоило намного раньше выехать из дома, тогда бы не пришлось парковаться на соседней улице.

Идея совместить мою персональную выставку и празднование Нового года принадлежала Стасу. Я поначалу была не в восторге от этого, думая, что никто не согласится променять традиционные посиделки в домашней обстановке на хождение по выставочному залу, но потом решила рискнуть. В итоге все, кому мы отправили приглашение, подтвердили своё участие в мероприятии.

Мы зашли в галерею через чёрный ход. Я включила освещение и тщательно осмотрела выставочный зал. Картины были на своих местах. Столы накрыты, блюда расставлены. Никаких ненужных сюрпризов. Убедившись, что всё в порядке, я попросила Стаса открыть центральные двери. Буквально через несколько минут помещение заполнилось людьми.

– Наташ, а кто этот обаятельный незнакомец? – поинтересовалась жена брата, с любопытством рассматривая лицо грустноглазого брюнета. Это был единственный представленный на выставке портрет. На фоне разнообразных пейзажей и натюрмортов он сразу обращал на себя внимание.

– Не поверишь, сама не знаю, – рассмеялась я. – Разбирала работы, готовясь к выставке, и наткнулась на этот портрет. Знаю, что картина моя, что написала её всего за несколько часов, но вот о том, кто на ней изображён, а главное, почему я изобразила именно его, не имею никакого представления.

– Да… – протянула Фиона. – Всё-таки художники – это люди-загадки.

Жена брата отправилась дальше неспешно бродить по залу, а я ещё раз взглянула на этот загадочный портрет. Лицо мужчины казалось мне очень знакомым, но я так и не смогла вспомнить ни его имя, ни то, где мы могли встречаться.

– Наташка, ты каждый раз смотришь на него с таким интересом, что, пожалуй, ещё немного – и я начну ревновать, – муж подкрался сзади и нежно обнял меня за талию.

– Не ревнуй, – мягко сказала я, повернувшись к нему. – Ты же знаешь, мне никто, кроме тебя не нужен.

– Ой, пять минут осталось до полуночи! – радостно воскликнула Лиза.

Мы подошли к столу и взяли наполненные шампанским бокалы.

– Натали, с тебя тост, как с хозяйки вечера, – подмигнул мне брат.

Я не стала отказываться и взяла предложенный микрофон.

– Для многих это оказался очень непростой год, и никому неизвестно, будет ли лучше следующий, но я уверена в том, что любые, даже самые непростые испытания можно преодолеть, если верить в себя, в собственные силы и возможности, – я обвела взглядом присутствующих и улыбнулась. – Дорогие мои! Пусть всё у вас будет хорошо, и  белоснежный холст вашей жизни всегда сияет только яркими красками! С Новым годом!

Все радостно закричали: «Ура!» Раздался бой курантов и звон соприкасающихся бокалов. В эту новогоднюю ночь в окружении близких людей я вдруг осознала, что все мои мечты уже исполнились, и почувствовала себя по-настоящему счастливой.

Конец

Content

Ларанская Мария Репродукция счастья

Репродукция счастья Мария Ларанская