Закон о чистоте крови. Книга 2

Глава 1

Мечты сбываются, и теперь я знаю, что эта истина верна на все сто процентов.

Еще недавно я жила под крылышком у приемных родителей и даже не думала волноваться о будущем. Оно казалось безоблачным, пока однажды во мне не проснулась магия народа нагов и я не попала под действие Закона о чистоте крови.

С тех пор мир содрогнулся и рухнул, погребая под осколками меня саму и сверху посыпая пеплом разрушенных ценностей. Мне пришлось бежать из дома в компании феникса и брауни и пойти на службу к богине Земляне.

И все ради самой большой ценности в этом мире. Ради свободы.

Адамантовая академия была для меня её символом. Мой шанс на светлое будущее.

Наверное, именно поэтому я стояла посреди внутреннего двора замкового комплекса и, открыв рот, восхищенно пялилась на архитектуру, совершенно не обращая внимания на снующих вокруг учащихся.

– Ой, аккуратнее!

– Сама под ноги смотри, – осадил меня Кеша, отдергивая от летящих по своим делам студентов. – А не по сторонам глазей.

– Легко тебе говорить, ты тут уже был, – вздохнула я, продолжая рассматривать стрельчатые арки и статуи воинов в массивных доспехах. – А это кто?

– Ляль, это просто статуя, – закатил глаза феникс, явно стараясь держать себя в руках. – Кусок облагороженного камня, изображающий рыцаря. Символ несокрушимости Адамантовой академии, которая некогда была замком-форпостом. Давай заселимся, а потом уже погуляем и я расскажу тебе все, что хочешь знать?

Его слова и тон подкупили. Да и не врал он мне никогда, так что я послушно поплелась следом за ним и Мышкой, которая пыхтела под тяжестью полученных книг.

Зачислили нас в Адамантовую легко и быстро. Очень выручили подготовленные Земляной документы и легенды. И теперь я плелась за угрюмым фениксом и не могла перестать улыбаться. Я буду аромагом! Настоящим аромагом!

– А почему ты пошел на боевой факультет?

Кеша закатил в очередной раз глаза:

– А куда я, по-твоему, должен был подать документы? На общую магию вместе с тобой и брауни, где надо изучать полные опасности и загадок уборочные заклинания?

Я на мгновение задумалась и пожала плечами:

– Я просто думала, что ты и учился до этого на боевого мага.

– Учился, – подтвердил он. – Ничего не мешает освежить память после стольких лет прозябания в виде чучела попугая на полке в лавке старьевщика. Тем более, что целительством или некромантией я не владею, стало быть, путь на другие факультеты закрыт.

В голосе Нурикеша отчётливо слышалось, что он, конечно, подписался на роль змеиной няньки, но ситуация его достала заранее. Прямо вот вчера.

Признаться, я даже оценила то, с каким терпением он отвечает на мои вопросы, потому постаралась его больше не донимать. Все же фениксы такие существа, которых лучше лишний раз не дергать, а то покусают. Вернее, поклюют!

Хихикнув от уж очень яркой картинки, что подсунула мне фантазия, я повернулась к Мышке:

– А все брауни и гремлины обучаются бытовой магии, или вас еще куда-то берут?

– Еще как берут! – включилась в разговор Мышисса. – Знаешь, сколько целителей среди брауни? А алхимиков?

– Супы и похлебки – это не алхимия, – хмыкнул Нурикеш.

– Говорят, что суп с фениксом самый вкусный деликатес, – облизнулась Мышка и рассмеялась.

– Зубки сломаешь, – добродушно отозвался Айнир. – А может, и шейку.

– Да я ее и без того сейчас сломаю, – вздохнула брауни. – Из-за этих книжек ничегошеньки не видно!

И в самом деле, над огромной стопкой учебников виднелась только рыжая макушка, а голос звучал приглушенно. Кеша бросил взгляд сначала на нее, потом на меня. Набрал воздуха в легкие, будто на что-то решаясь, а потом отобрал книги.

– И почему в пространственный карман не запихнуть, – хмыкнул он только, а потом прикусил язык и молча продолжил путь.

Мышка что-то пробормотала, но явно была довольна результатом.

Жилой корпус представлял собой высокое светлое здание с несколькими входами. Студентов тут оказалось еще больше, чем в парке. Они переговаривались, шутили, смеялись и явно хорошо проводили время. Ох, как бы и я хотела рядом с ними вот так посидеть…

– Ой!

Засмотревшись, я не заметила остановившегося Кешу и влетела ему в спину носом.

– Опять по сторонам пялишься? – буркнул он, открывая перед нами с Мышкой двери. То, как он одной рукой удерживал целую кипу книжек, достойно отдельной истории.

– Нет, это ты просто незаметный.

Феникс меня не услышал, а вот брауни захихикала.

– Четыреста восьмая и четыреста девятая. Нам на четвертый этаж, – скомандовал Нурикеш и первым поспешил к лестнице.

– Заметила, какой он добренький? – Мышка подхватила меня под руку и заставила сбавить шаг. – Он не заболел?

– Я все слышу!

Хихикнув, я покачала головой и, понизив голос, предположила:

– Может, тоже рад возвращению в академию?

– Держи карман шире, – протянула брауни, тряхнув копной рыжих волос. – Он явно что-то замышляет.

Я скептическим взглядом окинула широкую спину, проглядывающую сквозь иллюзию, и мысленно не согласилась с брауни. Нурикеш подозрительно благостный. Но в любом случае спорить не было времени. Сейчас меня занимали только убранство академии и ее студенты.

Ох! Кого здесь только не было! И высокие подтянутые сиды, и стайки гремлин, и даже наги временами проползали мимо. А убранство-то, убранство! Расписанные орнаментом колонны, большие вазоны с зелеными растениями, магические светящиеся паутины под потолком и картины в невесомых рамах из светлого дерева. А запах! Ох, боги, тут пахло свободой и счастьем! Это я как будущий аромаг могу заявить!

– Пришли! – Кеша толкнул одну из темных дверей с металлическим номерком на ней. – Лали, это твоя.

Он вошел внутрь и сгрузил мою часть учебников на письменный стол. Вслед за ним впорхнула Мышка и вытащила мои вещи из пространственного кармана, скорчила недовольную мордочку и поплелась за Нурикешем. Дверь хлопнула, и я осталась одна.

Одна в собственной комнате. В Адамантовой академии.

Пискнув от счастья, я упала на узкую заправленную кровать и заложила руки за голову. Как же хорошо! И пусть моя комнатка маленькая, пусть в ней и есть что кровать да письменный стол. А вот там ютятся два шкафа: платяной и книжный. А за той дверью, надеюсь, – маленькая душевая комната. О какой я и мечтать не смела: дома были только ванны. А мне так хотелось принять именно душ! Как будто искупаться под водопадом! Как же я счастлива!

Я отдавала себе отчет, что мои эмоции граничат с детской восторженностью, но ничего не могла с этим сделать, да, наверное, и не хотела. В конце концов, я столько всего прошла за последнее время, что сейчас имею моральное право порадоваться от души!

Повалявшись еще немного и внимательно изучив потолок, украшенный таким же орнаментом, что и колонны в коридоре, я встала. Надо разложить вещи, чтобы проветрить, и готовиться к прогулке. Надо пользоваться благодушием бывшего попугая, пока в нем вновь не проснулась природная вредность. Нужно выжать максимум из прогулки по территории академии, а в идеале – развести Айнира на экскурсию по столице.

Я вырвалась из душного плена богатого дома, в котором у меня не было никакой воли, сбежала от мужчины, не считающимся со мной даже в мелочах, и теперь собиралась взять от жизни все. От моей жизни. Здесь только я решаю, в какую сторону выкрутить штурвал корабля своей судьбы.

Напевая незатейливую мелодию, я приступила к первому пункту плана. А именно вытряхнула все вещи на пол и начала их раскладывать по местам. Чуть позже пришла очередь книг. А когда и они ровными рядами встали на полках, я выдохнула и шагнула к выходу. Но все же не удержалась и заглянула за вторую дверь.

Я угадала! Душевая! Самая настоящая! Из стены торчит небольшой рассеиватель воды, на полу виднеется слив. Ох, а какая яркая занавеска! Хочу попробовать! Как же я хочу попробовать!

– Лали? – в дверь настойчиво постучали, разбивая все мои мечты о новых ощущениях. – Ты готова?

– Готова!

Кеша ждал меня в коридоре, привалившись плечом к стене. На полу у его ног сидела в увеличенном размере Мышка и буравила феникса недовольным взглядом. Ох! Это же им в одной комнате жить придется!

– Мышка, изобрази больше радости на мордашке, – посоветовала я и напомнила: – Гремлины своих хозяев любят и почитают. Ты же, судя по взгляду, – расчленяешь его в ванной.

– Именно так, – кровожадно покосившись на Нурикеша, пробормотала замаскированная брауни.

Сам же пернатый лишь покачал головой.

– Нашли где болтать на такие темы. Ты хотела погулять, насколько я помню, – в отличие от Мышиссы, Кеша недовольным не выглядел. Наоборот, казалось, что жизнь ему в последнее время только и делала, что улыбалась.

Пробираясь через толпы вечно куда-то спешащих студентов, мы вышли из жилого корпуса и медленным шагом двинули по аллеям. Светло-серые и белоснежные здания сливались в единый комплекс. Большой парк был только один, зато какой! Огромные цветущие деревья, ряды вычурных фонтанов и статуй, кованые лавочки и одуряющий запах цветов в воздухе.

«А как проходило твое первое обучение?.. А почему ты пошел учиться в Адамантовую так рано? Скучно? А, ну да, феникс!.. А что вот там находится?.. А…»

Поток моих вопросов не заканчивался, они сыпались на бедного феникса один за другим. Мышка, сидящая у него на плече, тихо подхихикивала, но молчала. Знала, что вредный пернатый может спокойно сбросить ее на землю, а вот мне доставались только обреченные вздохи и не менее обреченные ответы.

– Я уже начинаю жалеть об этой прогулке, – хмыкнул он, когда я на какую-то минутку замолчала, наслаждаясь поистине роскошным фонтаном со статуей раскрытого цветка внутри. Из каждого тоненького лепестка вытекала струйка воды, создавая иллюзию трепета. – Девочки, вы не голодные? Может, пора в столовую?

– Столовую? – ахнула я и замерла.

– Ну да, столовую, – Нурикеш очень странно на меня посмотрел. – На территории Адамантовой это единственное место, где можно поесть. Но если не хочешь…

– Столовая! Настоящая столовая… Что же ты нас по паркам водишь! Пошли скорее! – Я вцепилась мертвой хваткой в шокированного феникса и потянула в ту сторону, куда он только что указывал. – Туда? Веди уже!

Мужчина отмер спустя какие-то секунды, тяжело вздохнул и первым пошел в сторону одноэтажного длинного крыла главного здания. Мышка зажимала рот ладонями: давилась смехом.

– Вот это да! – прошептала я, проходя вслед за фениксом в светлое помещение.

Панорамные окна, фрески на потолке, маленькие и большие столы из темного дерева. Вместо привычных стульев с мягкими подушками, тут стояли высокие лавки. Студентов оказалось не так много, как на улице. Наверное, почти все уже поели.

– А где брать еду? – заозиралась я, но так и не заметила столов со снедью. – Ее ведь не приносят, верно?

– Видишь вот то ма-а-аленькое окошечко? – Нурикеш наклонился ко мне и указал рукой в сторону, где толпилась основная масса учащихся в Адамантовой. – Вот занимаешь за ними всеми, выстаиваешь очередь, а потом в том окошке берешь еду.

– Как необычно, – я прикусила нижнюю губу. – Но как интересно!

– Стой! – Кеша поймал меня за плечо, когда я уже рванула вперед к приключениям. – Держи… Мышку. Займите лучше стол. Я сам еду нам возьму.

– Но…

– Стол, Ляль. Займи нам столик.

Блин…

Я вздохнула. Ну и к чему это джентльменство? Я такой же студент, как и все остальные, мне все равно придется это осваивать. И я хочусама!

– Ну и чего ты? – Мышка снова увеличилась в размерах, подхватила под руку и повела к небольшому столу у окна. – Лали?

– Ну а чего он? – буркнула я, махнув рукой в спину удаляющегося феникса. – Сложно уступить было, что ли?

– Он не понял, что для тебя это важно, – брауни-гремлина неожиданно встала на защиту Нурикеша. – Для него это ведь обыденность. Более того, вряд ли гордого феникса радует роль няньки, но он с ней мирится. Он даже особо не говорит гадостей, что уже практически подвиг.

Я потерла нос и задумалась. А ведь Мышка права. Кеша тут уже отучился один раз, все знал и все умел. Ему сложно понять, что для меня здесь все новое, неизведанное и такое желанное. А про его и правда героическую сдержанность вообще молчу. Просто образец для подражания. И причина для опасения, потому как неизвестно, когда у него кончится терпение и случится “большой бабах”. А он случится… или это не Айнир Нурикеш!

– Вот и еда! После высшего общества и дворца так непривычно и… ностальгично, что ли, – довольным голосом известил феникс, вернувшийся через какие-то десять минут. – Та-а-ак, а что все такие недовольные? Ты что Ляльку мне тут обидела?

Брауни удивленно перевела взгляд на Кешу и покрутила пальцем у виска:

– Я догадывалась, что ты недалекий. Но чтобы прямо так явно…

– Почему глаза на мокром месте? – он пропустил мимо ушей возмущение Мышки и обратился ко мне. – Кто обидел?

Открыв было рот, я тут же его захлопнула. Почему-то попытки объяснить ему мою реакцию показались мне очень глупыми. Вот прямо очень-очень.

А меня, между прочим, только недавно перестали именовать «дур-р-рочкой» при каждом удобном случае.

– Это я от счастья, что оказалась в Адамантовой, – пробормотала я, пододвигая к себе один из подносов.

Мышка только фыркнула, а Кеша пожал плечами и протянул мне вилку. Настроение начало медленно возвращаться, стоило только запустить вилку в ароматный салат с дольками неизвестного мне синего овоща. Кисло-сладкий вкус, пряности, сухарики и даже кусочки мяса. Никогда такого не ела дома! Невероятно вкусно!

Вслед за ним пришел черед песочного лимонного пирога. Папа ругался, когда я ела много сладкого. А тут… Тут же можно съесть целый кусок! А потом взять еще!

Улыбка становилась все шире с каждым съеденным ломтиком. На душе пели птицы, солнце через окна казалось еще ярче. Да и жизнь налаживалась.

Ровно до того момента, пока Айнир не отодвинул свой поднос в сторону и не наклонился поближе к нам.

– Ляль, а как долго ты тут планируешь находиться? – уточнил феникс.

– М? Ну-у-у, вот поем, погуляем еще, и потом открою учебники.

Надо признать, вопрос меня удивил. Лекции же ещё не начались, зачем мне примериваться к граниту науки прямо сейчас?

– Я не об этом. Как долго ты планируешь сидеть в Адамантовой? Тут срок обучения семь лет. И нет, я помню, что Земляна не торопила нас со временем, – опередил он только успевшую открыть рот Мышку. – Просто если мы тут засядем на все семь лет, то я за себя не ручаюсь. Так и знайте. Я вам тут со скуки с ума сойду, захвачу руководство над академией и всем досрочно выдам дипломы.

Он так смотрел на меня, что аж жалко его стало. Но не сильно!

– Кеш, мы ведь учиться сюда приехали, – неловко протянула я, помня, насколько этот феникс нестабилен в своих эмоциях и порывах.

– О! Я знаю! – Нурикеш оживился и хлопнул ладонью по столу. – Экстернат!

Что-что? – напряглась Мышка.

– Ускоренное обучение, частично самостоятельное. Ляль, я готов тебе даже с непрофильными предметами помогать. Подтяну по знаниям. С профильными, увы, ничем помочь не смогу, но всегда можно нанять репетитора. Но я тебя умоляю, никаких семи лет обучения! Или я за себя не ручаюсь.

– И какой-то пернатый будет решать за тебя? – вздернула острый носик брауни. – Если так хочет, то пусть и оканчивает все сам и быстро. Лали, ты ведь так хотела сюда попасть!

К решению мы, конечно же, так и не пришли. Доели в тишине, бросая друг на друга недовольные взгляды, и вернулись в общежитие. Я долго раздумывала над тем, что сказал Нурикеш. Но так и не могла понять, как будет лучше. Я ведь так стремилась в академию, хотела стать аромагом. Что я буду делать, как только получу диплом?

Ох, как сложно!

Принять решение не помог даже чудесный душ, который я приняла перед сном. Тонкие струйки щекотно барабанили по коже, вода с мыльной пенкой стекала в слив, шум заглушал мысли. Я радовалась новым ощущениям, а все проблемы решила оставить на утро.

Перебежкой по холодному полу добралась до кровати, нырнула под теплое одеяло и, вдохнув свежесть белья, погрузилась в сон. Мягкий и такой приятный. Только спустя какое-то время почувствовала, как приподнялось одеяло, а меня по ноге мазнуло что-то холодное.

– Прости, – шепнула брауни, устраиваясь поудобней.

“Не уживутся они с фениксом”, – подумала я, перед тем как опять нырнуть в сон.

Глава 2

– Вот это да! – прошептала я, заходя вслед за Мышкой в огромную светлую аудиторию.

Ряды парт тянулись ступенями вверх, потолок оплетала паутина световых нитей. Окна отсутствовали, но это становилось заметно далеко не с первого раза. Напротив парт расположился длинный преподавательский стол и левитирующая в воздухе черная доска.

Большинство студентов уже заняло свои места, забрались как можно выше. Странные. Или с такой высоты лучше видно и слышно?

Заняв место в первом ряду, я продолжила рассматривать помещение, в котором мы оказались. Первая лекция. Моя первая лекция! Ох, как же интересно, что нам на ней расскажут!

Тихий гомон голосов становился все громче. Кто-то что-то рассказывал, кто-то смеялся. Мышка крутила головой, ее острые ушки подрагивали. Она будто пыталась уловить какую-то важную информацию из сплетен.

Я же открыла книжку по общей магии и пролистнула несколько страниц. Нашла там рисунки пасов, особенности чар, плетения и усиления. В этом параграфе автор расписывал, как слабому магу можно существенно усилить заклинание другого мага, более сильного. Меня настолько захватило изображение высокой сиды на фоне сияющей волны магии, что я даже не сразу заметила, как в аудиторию вошел преподаватель.

Высокий и худощавый. Человек. Но с таким пристальным взглядом светлых серых глаз, что его спокойно можно было принять за феникса.

– Приветствую вас на вводной лекции по общей магии, – произнес мужчина, раскладывая на столе бумаги и книги. – Сегодня мы поговорим о таком процессе, как преобразование энергии в поток ослабления. Воспользоваться подобным смогут как сильно одаренные маги, так и те, кто дальше нашей кафедры пойти не сможет. Пригодится для защиты или даже нападения. Да, я знаю, что для подобного профиля есть другой факультет, но я не могу не поделиться с вами своим собственным открытием. Так что записываем…

Я строчила в тетради с такой скоростью, что мне любой писарь бы позавидовал. Преподаватель не думал о паузах в словах, выливая на студентов все свои мысли по теме.

– И почему у меня такое чувство, что у них это не первая лекция с ним? – прошептала я, отбрасывая волосы с лица.

– Не первая, – так же тихо отозвалась Мышка. – Перед поступлением в академию почти все сдают экзамены. А для этого существуют подготовительные курсы. Общая магия – один из предметов, входящих в их программу. Так что это мы тут первый раз.

Она хмыкнула и продолжила записывать за преподавателем очередную мысль. А я на какое-то мгновение засмотрелась на мужчину. Было в нем что-то такое холодное, расчетливое… Как в Инее.

От воспоминания по коже побежали мурашки. Я вздрогнула и, мотнув головой, попыталась вернуться к занятию. Да только «ледяной» аромаг не желал идти из головы.

Я будто бы вновь оказалась в его доме, его кровати и его объятиях. Вновь чувствовала поцелуи, что он оставлял на коже огненными отпечатками. Дикое желание вновь ощутить на себе его взгляд, увидеть тень усмешки на тонких губах. Губах, которые так и хочется поцеловать. А потом…

– Эй, Лали!

Вздрогнув, перевела взгляд на Мышку, которая обеспокоенно на меня поглядывала.

– Да?

– Ты почему не записываешь? Потом же у меня конспекты будешь просить.

– Прости, задумалась, – пробормотала я, сама отмечая, как утяжелилось дыхание, а щеки горят от румянца.

Какое-то время я еще могла записывать лекцию. Но с каждой минутой вникать в сказанное становилось все сложнее и сложнее. Слова смешивались в общий гул, перед глазами возникали совершенно другие образы.

И я вновь представляла его. Инейрана Дальвариса. С длинными рыжими волосами, затянутыми в тугую косу, с голым торсом. Он нависает надо мной тенью, закрывает рот поцелуем, скользит кончиками пальцев по внутренней части бедра. Дыхание перехватывает от того, как он тихо шепчет мне на ухо имя, а затем прикусывает мочку уха.

До боли, до сладостной истомы внизу живота. Хочется обнять ногами его бедра, податься вперед и вновь стать его. Его Лалишей. Его любимой змейкой. Его…

– Лали!

Иллюзия, нарисованная фантазией, тут же распалась. Иней в моем сознании вновь стал мужчиной, который действовал только в своих интересах. Который интересовался только моим телом и моим запахом. Не мной!

– Идем! – Мышка уже стояла рядом со мной и помогала собрать тетради и книги в сумку. – Пора подкрепиться.

Мозг соображал с трудом. Подкрепиться? Поесть? А что, уже обед? Лекция кончилась?

Я скользнула взглядом по практически пустым листам тетради, которую через мгновение забрала брауни, захлопнула и кинула к остальным моим вещам.

– Пойдем, – она потянула меня к выходу.

За брауни я следовала, практически не замечая ничего вокруг. В голове образовался какой-то рыхлый туман с темными неясными образами. В который раз очнулась только в столовой.

Мы уже сидели за одним столом с Нурикешем, а сам феникс пододвигал ко мне поднос с ароматным тыквенным супом и грибными хлебцами. Он о чем-то говорил с брауни, но от меня, пока я не тряхнула головой, смысл слов ускользал.

Да что со мной такое?!

– Ляль, ты не выспалась? – Кеша нахмурился, глядя на меня. – Как себя чувствуешь?

– Пока не поняла, – призналась я. – Что ты там говорил?

– Что узнал про экстернат, – терпеливо повторил моя крылатая нянька. – Я уже перевелся. Остался выбор за вами. Принуждать ни к чему не буду.

– Просто выпустишься раньше и упорхнешь свергать власть, – фыркнула Мышка.

– Такую возможность исключать не будем, – плотоядно усмехнулся мужчина и вгрызся в хлебец. – Как решите с экстернатом, скажите. Чем быстрее, тем лучше конечно же.

Я перевела взгляд с феникса на брауни-гремлину. Затем обратно. И поняла, что решение приняла еще ночью. Точнее утром, когда обнаружила Мышку, спящей в моей кровати.

Ну не уживутся они рядом! Или одна другому горло во сне перегрызет, или этот самый другой шейку кому-то скрутит.

Так что и выбирать особо не приходилось. Отдельную комнату Мышке никто не предоставит, и со мной жить тоже не разрешат. Этот вопрос мы уже поднимали и получили весьма ясный ответ.

– Да, ты, наверное, прав. Нужно переходить на экстернат. Но ты тогда подтягиваешь нас с Мышкой по общим знаниям и непрофильным предметам.

– Ну уж нет! – возмутилась брауни, отодвигая от себя тарелку. – Если надо перейти на экстернат, то пусть так. Я приму это решение, Лали. Но с этим наглым пернатым ничем заниматься не буду! Я уж как-нибудь сама. Своими силами.

Взгляд феникса потяжелел:

– Тебе я и не собирался предлагать помощь, мелочь. Больно надо время и силы на тебя тратить.

– Эй, не ссорьтесь!

Ребята перевели на меня одинаково злые взгляды.

– Ты займешься нашим переводом? – я попыталась перетянуть все внимание на себя. – Кеш?

– Да, конечно, – феникс на мгновение прикрыл глаза, собираясь с силами и мыслями. – Прямо сейчас этим и займусь.

Не дожидаясь наших ответов, он поднялся со скамьи и быстрым шагом направился на выход из столовой. Я проводила его взглядом и повернулась к Мышиссе.

– У тебя сейчас что по расписанию?

– По старому или новому? – хмыкнула брауни.

– Ты можешь остаться на семилетнем обучении, – пожала я плечами.

– И остаться тут в одиночестве? Нет уж, спасибо! Особенно теперь, когда Земляна выполнила мое пожелание.

Я напряглась, пытаясь вспомнить, чем низшие фейри отличаются от высших. Может, у них там аура какая сильная становится или крыша, как у фениксов, едет. Но так ничего конкретного в памяти и не всплыло. Все тонуло в белоснежном тумане, который пугал меня одним только своим существованием.

– Ладно, побегу я. Бытовая у меня сейчас. – Мышка встала со своего места и покачнулась. – М-да, сложновато столько времени проводить в большом виде. Хотя сейчас все же легче, чем было раньше. Удачи, Лали.

Она развернулась и поплелась вместе с толпой студентов в сторону выхода. Я же доела суп и столкнулась с одной проблемой. А куда, собственно говоря, девать грязную посуду и подносы?

Осмотревшись, пришла к выводу, что все, кроме меня, знали ответ на этот вопрос. А вот мне его задать было попросту некому. Студенты Адамантовой академии сплошным потоком уже спешили на следующее занятие. Таких, как я, у которых в расписании образовалось «окно», даже не наблюдалось.

С трудом пробившись через толпу к окошку выдачи, наклонилась к нему и встретилась с недобрым взглядом большой во всех смыслах женщины.

– Добрый день, а не подскажете, куда относить подносы с посудой?

– Читать разве не учили? – рявкнула она так, что у меня аж в ушах зазвенело. – Объявление у входа!

Я повернулась в сторону дверей, но из-за широких спин последних студентов ничего рассмотреть не удалось. Поверив на слово невыспавшейся женщине, пожелала ей хорошего дня и поспешила в нужную сторону. На небольшом плакате, прикрепленном к белой стене, серым цветом была нарисована стрелочка к одному из столов. Чуть ниже ме-е-еленькими буквами сообщалось, что всю посуду сносить туда.

Туда, так туда.

Пожав плечами, перенесла подносы на указанное место и замерла, наблюдая, как прямо из искрящегося воздуха высовывается ручка брауни и забирает грязную посуду.

Ну что сказать, удобно.

Улыбнувшись самой себе, вышла на улицу. Теплые солнечные лучики ласкали кожу, в воздухе пахло цветущими альмаарами. Вдыхая этот запах полной грудью, я пошла в сторону парка. Хотелось еще раз пройтись по широким пустынным аллеям, посидеть в тенечке на одной из лавочек, отдохнуть перед следующим занятием.

Где-то в глубине души я надеялась еще и на то, что наваждение одним нагом сойдет после этого на нет. Все же меня пугало произошедшее на лекции. Таких ярких фантазий, да еще и с этим мужчиной…

Я вздрогнула, отгоняя вновь возникшую перед внутренним взором картинку.

Ну уж нет! Сейчас я буду наслаждаться вот вон теми красными цветочками и тем фонтаном, выполненным в форме раскрывающегося бутона. И даже вон тем деревом, у которого переплелось сразу три ствола, образовав одну огромную крону.

Погода располагала к любованию природой. Солнечные лучики пробивались сквозь брызги воды, распадались на маленькие радуги, слепили глаза.

Несколько раз моргнув, я даже замерла, не веря своим глазам. Шагнула вперед, протянув руку.

Передо мной стоял Иней в человеческой ипостаси. Смотрел холодно и так привычно. Взгляд обжигал кожу, заставлял сердце биться быстрее и громче.

– Ты, – выдохнула я, проводя пальцами по его щеке.

Захотелось прижаться к нему, вдохнуть запах апельсинов – аромат этого мужчины, раствориться в нем. Почувствовать сильные руки на талии, губы на шее, услышать его мелодичный слегка рычащий голос. Мой Иней. Мой.

Сама не заметила, как оплела руками его шею, потянулась за поцелуем. Сладкое предвкушение, нетерпение…

– Ляль, ты что творишь?

Взвизгнув, я отскочила от ошарашенного Кеши. Феникс смотрел на меня как-то странно и с долей непонимания. Потом протянул руку и пощупал лоб.

– Я тебя, конечно, называл дур-рочкой, но не думал, что это как-то на самом деле скажется на твоих умственных способностях. Ты как себя чувствуешь?

Мотнув головой, я просипела что-то невнятное. Смущение жаром ударило в лицо.

Это я что, только что лезла целоваться с вредным крылатым?! Почему я на его месте видела Инея?! Ох, Богиня, да что со мной происходит?!

Судя по выражению лица Нурикеша, он тоже задавался этим вопросом. И так же, как и я, не мог найти на него ответ.

– Так, Ляль, скажи-ка мне, а ты в последнее время ничего не принимала?

– В каком смысле? – мне наконец-то удалось изгнать царящий в голове туман и сосредоточиться на разговоре.

– Помнишь, мы как-то поднимали тему о конопляных семечках? – хмыкнул мужчина. – Поверь, я знаю, что бывает, когда давно не принимаешь ничего этакого. Вот такой же блеск в глазах, дрожь в руках и какая-то маниакальная тяга.

– Я ничего не принимала, – протянула я, пытаясь хоть как-то сопоставить конопляные семечки и Инея. Не ими же он меня на завтрак кормил, правда?!

Кеша явно не остался доволен моим ответом, но больше тему не затронул. Только глубокая морщинка пролегла у него меж бровей. Да взгляд как-то поменялся… Меня не покидало ощущение, что он прощупывает меня взглядом, пытаясь понять причину странного поведения. И я была бы только рада, если ему удастся понять, что со мной не так.

– Я тебя как раз искал, – наконец нарушил гнетущее молчание феникс. – Поздравляю с экстернатом, Ляль. У тебя на сегодня занятий больше нет, так что я могу подтянуть тебя по общим знаниям. Что скажешь?

– Прямо сейчас?

– А ты куда-то спешишь?

К лекарю разве что. Может, хоть тот поймет, что со мной происходит. А то этот туман в голове скоро сведет меня с ума. А такие яркие образы и фантазии… Это ведь неправильно!

Приняв молчание за ответ, феникс подхватил меня под руку и потянул в сторону от аллеи. Завел в практически закрытый уголок парка и попросил подождать у деревца.

Через несколько минут на полянке появилось большое покрывало. На нем лежало несколько книг, бутылка с соком и фрукты. Все то, что точно могло помочь разобраться с учебой.

– Падай, – дружелюбно махнул рукой пернатый, и первым рухнул на покрывало. – Сегодня я хотел тебе рассказать о самом понятии «магия». Но для начала давай разберемся, что тебе о нем известно самой.

– То, что существует много направлений, – пожала я плечами, а сознание опять начало заволакивать туманом. – Целительство, некромантия, боевая магия…

– Стоп-стоп-стоп, Ляль, ты мне сейчас кафедры Адамантовой перечислить собралась? Я тебя немного о другом спрашивал. Что ты знаешь о самой магии? – Нурикеш всмотрелся в мое лицо. – Поня-я-я-ятно. Хорошо. Давай с самого начала.

Мужчина пододвинул ко мне одну из книг и раскрыл ее на середине.

– Магия раньше называлась шаманизмом. Да и магов никак иначе, кроме как шаманами, не кликали. Зародилось это еще в те далекие пещерные времена, о которых не так много сведений осталось. Живущие в мире делились на племена, шаманов было по одному-два на такие поселения.

– Как сейчас на кланы, – не к месту ляпнула я.

Кеша почесал затылок и почему-то согласился:

– Да, где-то так. Только сейчас в кланах редко можно встретить кого-то без магического дара. Вот смотри, тут есть одна интересная легенда, о которой я хотел бы расспросить у Земляны при возможности.

Я попыталась сосредоточиться на фрагменте, на который указал феникс. Там говорилось, что не было магии в мире до момента, пока не снизошло божество к простым смертным и не подарило им знания. Имя божества не уточнялось.

– Ты хочешь знать, кто именно это сделал?

– Я хочу знать, правда это или выдумка, – хмыкнул Нурикеш. – Напридумывать можно что угодно. А вот как оно на самом деле было, только у богов и надо спрашивать. Та-а-к, Ляль, а вот что касательно распространения магии.

Кеша доступно и понятно рассказывал о том, как эти племена росли в численности, как начинались между ними стычки. И знания магии передавались не от отца к сыну, а создавались так называемые школы. Когда шаман выступал наставником, а соплеменники принимали его знания и учились применять на практике.

– Это понятно?

– Угу, – я потянулась уже за третьим бананом.

Кеша каким-то странным взглядом проследил за моей рукой, потом хмыкнул и открыл следующую книгу.

– Хорошо, Ляль. Теперь давай поговорим с тобой о таком явлении, как разделение земель.

– Ой, история, – я скуксилась. – А может, отложим ее на потом? У меня голова совершенно не работает сегодня.

– Ла-а-адно, – феникс на удивление оказался очень терпелив. – Тогда о том, с чего ты начала. О классификации.

Вздохнув, я постаралась настроиться на учебу. И чем больше усилий я прилагала, тем лучше у меня получалось заставить себя думать. От тумана в голове наконец-то удалось избавиться. И я очень надеялась, что это было всего лишь странной реакцией на исполнение моей мечты.

Глава 3

– Если так недовольна, то зачем согласилась? – хмыкнул Нурикеш, откусывая очередной кусочек от огромной булки с маком.

Мышка, сидящая на полу комнаты, только плечиком повела. И столько всего в этом жесте читалось: усталость, раздраженность, беспомощность.

– Ну ты чего? – я опустилась рядом с подругой и приобняла.

Брауни только вздохнула, уткнулась мне в плечо, а потом уменьшилась. Залезла на коленки и, прижавшись к животу, пожаловалась:

– Лали, ну ты только представь! Мало того, что я ничего нового из бытовой магии выучить тут не смогу сама… А это, между прочим, очень бы пригодилось в будущем! Так еще и подарок Земляны оказался немного бесполезным! Я-то надеялась вместе с ним и знания получить. А вышло, как вышло…

Слова поддержки застыли на губах. Хотелось сказать, что если постараться, то самостоятельно можно изучить даже больше, чем на полном курсе. Но ничего такого произнести я не успела, задумалась, поглаживая малышку по волосам. Что она там у богини загадывала? Точно! Силы высших фейри! Мда, с этим загвоздка… Обучить ее применению новоприобретенных возможностей попросту некому. Высших ведь в нашем мире не осталось.

Поглаживая Мышку по волосам, я бросила взгляд на феникса. Почему-то казалось, что, несмотря на все разногласия между этими двумя, он сможет помочь. Подсказать. Или хотя бы как-то поддержать. Но Айнир только пожал плечами в ответ на мой взгляд.

Я не успела его никак подбодрить, нас попросту прервали.

– Во времена моей молодости студенты пили, танцевали и занимались более интересными делами, чем сидение в четырех стенах! – Мириам возникла из воздуха и опустилась на мою кровать.

Да, посиделки и сборы мы почему-то проводили именно в моей комнате. Мышка все это время только делала вид, что жила вместе с Нурикешем. А сама перебежками через пространство проводила почти все время тут. Феникс же… Могу только сказать, что его ничегошеньки не смущало. Впрочем, как и всегда.

Призрак моей родственницы взмахнул хвостом и улыбнулся:

– Ваши стенания услышаны богиней, так что я с передачкой от Земляны. И с условием. С чего начнем?

– На ваш вкус, леди Мириам, – Нурикеш встал с моей кровати, оставив призрачную нагу на ней в одиночестве, и отошел к окну.

Места в комнате как-то слишком резко стало не хватать. Если к нам сейчас еще кто-то решит заскочить, я взвою от приступа клаустрофобии.

Брауни у меня на руках завозилась, явно заинтересовавшись словами призрака Мириам. У нее даже острые ушки забавно задергались в попытке не пропустить ни звука.

– Тогда начнем с передачки, – добродушно отозвалась моя родственница. – В Адамантовой есть тот, кто сможет обучить гремлину Мышелину весьма необычным способностям.

Нага улыбнулась и замерла. Повисла тишина. Нурикеш просто молчал, я хмурилась, пытаясь понять, что меня больше всего смущает. А наша брауни-гремлина вдруг резко подпрыгнула, оцарапав мне руку, и увеличилась в размерах.

– Что? Не может быть! Высший фейри? Тут? Правда?!

– Ты еще громче кричи, ага, – хмыкнул феникс. – Сразу и высшего фейри найдешь, и парочку забытых богов, а может, и твари какие набегут на твой визг. Решат, что собратья без них пируют.

Подруга злобно зыркнула на крылатого, а потом вновь расцвела улыбкой и повернулась к Мириам:

– Это правда?

– Правда-правда, – нага тоже улыбалась, но как-то не очень добро. – Но вы же понимаете, что высший фейри, который скрывался тут на протяжении стольких лет, просто так в ручки одной брауни с силой высших не дастся. Надо будет загнать его в угол, прижать к парочке стен и несколько раз хорошенько стукнуть для чистосердечного.

– Звучит не очень радужно, – подала я голос, потирая руку.

– А когда поимка сильного противника была радужной? – Мириам явно веселила вся эта ситуация. – Так вот, дорогие мои, перед тем как на этого самого фейри вы объявите охоту, я хотела бы вернуться к теме переселения. Вы мне, мой дорогой, обещали место на столичном кладбище, насколько я помню.

– Я тоже это помню, леди Мириам, – уверил призрака Нурикеш. – И обязательно…

– Ой, нет, молодой человек, оставьте меня без этих обещаний, – закатила глаза нага. – Я хочу получить свое до того, как вы пойдете гоняться по академии за преподавателем для вот этой малышки. Знаете ли, жизнь такая непредсказуемая вещь. Сегодня только одно место надо, а там и еще три понадобятся…

– Это вы к чему клоните? – уточнил феникс, но улыбка с его лица пропала.

– Ой, милок, – хлопнула ресницами моя призрачная родственница, – в твоем возрасте уже точно стоит задуматься о покупке места. Лишним не будет. И знаешь, я вовсе не против, если оно окажется рядом с моим.

Мужчина как-то странно побледнел, а брауни противно захихикала.

– Не стоит беспокойств, леди Мириам, умирать я пока не намерен, – сухо ответил Нурикеш, не обращая внимания на явное кокетство со стороны привидения. – Да и если я захочу купить себе место, то выберу его где-нибудь в другом месте… На другом континенте, например.

Моя родственница, кажется, оскорбилась в своих самых лучших чувствах и встала с кровати.

– Как знаете, как знаете, второй раз предлагать не буду, так и знайте. Так, гремлина Мышелина, пойдем-ка поговорим в другом месте. Завтра твои друзья отправляются на кладбище, а ты пока выйдешь на след высшего.

Сказано это было таким тоном, что и спорить не хотелось.

Брауни мазнула по нам с Нурикешем растерянным взглядом, но из комнаты все же поспешила выйти. Мириам растворилась в воздухе, чтобы не очаровать своим великолепным видом народ в коридоре, и появилась только в комнате напротив, когда Мышка закрывала за собой дверь. Я бросила взгляд на слегка светившуюся косточку, лежащую на столе, и нервно икнула.

– Ты как? – поинтересовался мой «нянька», как будто только что ничего странного не произошло.

– Задумалась о вечном, – рассмеялась я. – Но место на кладбище пока покупать не хочу.

– И не надо, эти высшие фейри не такие уж и страшные, – приободрил меня мужчина. – Магия у них особая, это да. А так… Такие же смертные.

– Что-то как-то все очень нерадужно, – повторила я, вставая с пола. – И когда нам на местное кладбище?

– Ночью, – хмуро протянул Нурикеш.

Я повторно икнула, но надежда на шутку погибла, так и не родившись.

День протекал скучно и нудно. Пообедали, погуляли, заглянули в библиотеку. Пока книгохранитель в летах выдавал нам с Мышкой учебники для самостоятельного изучения материала, брауни угрюмо молчала. И только на подходе к общежитию тяжело вздохнула и заговорила.

– Может, поменяемся, Лали?

– О чем ты? – я покосилась на ее стопку учебников, которая оказалась ненамного меньше моей. – Ты всегда можешь запихнуть их в пространственный карман. Да и мои тоже.

Подруга скользнула по мне непонимающим взглядом, ругнулась и отправила наши книги в искрящийся воздух.

– Я о том, что, может, с твоей нянькой на кладбище схожу я, а ты…

– Ого! – ахнула я и остановилась. – Что же такого тебе рассказала Мириам, что ты готова променять своего фейри на феникса?

– Страшно просто в одиночку его разыскивать, – призналась подруга. – Если бы Земляна выдала портрет и полную биографию этого преподавателя, стало бы проще. А так… пока вы там будете умерших беспокоить, мне через его магию пробиваться.

– А что такого особенного в их магии? Никогда ничего не слышала об этом.

– И неудивительно, – хмыкнула брауни. – Каких только сказок и небылиц про высших не придумали за это время. А если на примере… Видишь вот то яблоко?

Я нашла взглядом висящий на ветке ярко-красный плод и кивнула.

– Какой шанс, что оно упадет на голову именно нашему ректору, который будет тут прогуливаться вечером со своей супругой?

– Практически нулевой, – пожевав губу, призналась я.

– Но если бы высший фейри захотел этого, яблоко обязательно дождалось бы лысины нашего ректора и разбилось бы о нее вдребезги, – мечтательно улыбнулась Мышка. Встретившись со мной взглядом, встрепенулась. – Ты не подумай, я ничего такого против нашего ректора не имею! Я просто к примеру.

Но я ее уже не слушала, в фантазии разыгралась самая настоящая битва между двумя высшими фейри. Один подстраивал несчастные случаи, другой перестраивал их для своей выгоды.

– Вот это силища, – поразилась я, когда оба высших в моей фантазии махнули на все рукой и пошли пить лазурный чай.

– Да-а-а, – грустненько протянула подруга. – Ладно, я закину учебники к тебе. Пожелай мне удачи, эта ночь будет веселой для всех.

– Особенно для высшего, который ничего не подозревает.

Мышка хихикнула и кивнула. Боевой настрой к ней вернулся, и я была уверена, что подруга со всем справится.

А вечером за мной зашел феникс. Солнце еще не село, но Нурикеш уверил меня в том, что лучше выйти заранее. Захватив косточку Мириам, я поспешила за ним. Сосредоточенный на собственных мыслях, мужчина молчал практически всю дорогу. Наверное, обдумывал предложение моей родственницы о покупке лишнего места.

– Как ты себя чувствуешь, Ляль?

– Я? Нормально, – отозвалась я, зачем-то ощупав лоб. – Мне место не нужно. Если ты об этом.

Феникс нахмурился, а потом криво усмехнулся:

– Что, не хочешь лежать рядом с леди Мириам? Или рядом со мной?

Несколько раз моргнув, я так и не смогла придумать ответа. А Нурикеш рассмеялся, глядя на меня сверху вниз. Затем галантно предложил локоток и вместо того, чтобы свернуть к большим кладбищенским воротам, направился к часовне.

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – напомнил он, когда череда ступеней оказалась позади, а мы сидели на крыше.

Заходящее солнце заливало красным светом памятники и статуи, деревья казались черными тенями, а первые призраки появлялись на тропинках. Ох, романтика!

– Я даже забыла, пока ты не напомнил, – призналась я. – Видимо, просто надышалась чем-то. Воздух в столице не такой, как у нас.

– Ну да, ну да, – согласно покивал Айнир, а потом вытащил из-за пазухи какой-то сверток и протянул мне. – Угощайся.

– М-м-м, ты такой заботливый, – рассмеялась я, разворачивая помятый бутерброд и запуская в него зубки.

– А где «спасибо»?

– Шпашибо.

Феникс закатил глаза, но вновь удержался от едкого замечания. Неужели научился держать себя в руках? Тьфу ты, крыльях!

Медленно поднималась луна, мы доедали бутерброды, призраки активизировались. Кто-то играл в салочки, кто-то прогуливался по тропинкам, а некоторые творили самые настоящие непотребства.

– Привидениям можно воровать?

– О чем ты? – Нурикеш проследил за парой, на которую я указала, и усмехнулся. – Вот же прохвост!

Мое внимание привлекли двое разодетых людей. Мужчина приобнял свою спутницу за талию, что-то жарко шептал на ухо, а сам потихоньку расстегивал замочек на колье. Украшение соскользнуло с тонкой шейки и исчезло в кармане вора.

– Ну да и ладно, нас касается дело только одного призрака. Пора. – Феникс первым поднялся на ноги и подал мне руку.

На фоне полной луны он показался мне одной из тех статуй у Адамантовой – широкоплечего каменного воина. Хихикнув от собственной разыгравшейся фантазии, вложила в ладонь мужчине свою и встала.

Мириам мы призвали, миновав кованые высокие ворота. Привидения косились на нас, но никто не спешил знакомиться с новой на́гой.

– Какое место вам нравится больше, леди Мириам? – учтиво поинтересовался Нурикеш у призрака моей родственницы.

– Вот за это ты мне и нравишься, крылатый, – довольно улыбнулась она. – Не каждый может угодить женщине. Слышишь, Лалидари, присмотрись к нему.

Она подмигнула мне и рассмеялась. А я, к собственному удивлению, покраснела. Хорошо хоть в ночной тьме это не так бросается в глаза.

– Мне кажется, что нужно еще брать во внимание удобство посетителей вашей могилы, – долетел до меня голос Айнира. – Понятное дело, что вам хочется хороших соседей и прекрасный вид, леди Мириам. Но подумайте о родне! Насколько же неудобно им будет до вас добираться, если выберете во-от то место.

– Да кто ко мне ездить-то будет? Не смеши, мальчишка! Они и на родном кладбище ко мне заглядывали только когда надо что-то. Или кто обиженный приходил пожаловаться!

– А было, на что жаловаться? – заинтересовалась я беседой, нагнав феникса и леди Мириам.

– Да мне все кладбище было должно! – возмутилась родственница. – Ни одного уважающего себя карточного шулера! Не то что тут. Где там ваш Гзор похоронен?

Нурикеш указал на высокий памятник из темного камня с алмазной крошкой. Лунный свет бликами отражался на нем и создавал причудливые узоры.

– Отлично! – призрачная леди Мириам приосанилась. – Я пошла знакомиться с новым соседом, а ты, милок, уж будь добр, сдержи свое слово.

Феникс и рта открыть не успел, а призрак моей родственницы уже двинулся в сторону нужного памятника.

– Мда, задачка, – почесал он макушку. – Так, Ляль, у тебя сейчас самое важное дело. Проследи, чтобы она ни во что не ввязалась, пока я решаю этот вопрос. Хорошо?

Как будто у меня был выбор…

Айнир отправился искал смотрителя столичного кладбища, а я пошла к призраку Мириам. Моя родственница сидела на невысокой скамейке и поглаживала собственный хвост. На губах – довольная улыбка, а взгляд такой мечта-а-ательный.

– Как все прошло? – учтиво поинтересовалась я, опускаясь на сиденье рядом с нагой.

– О, Даррон такой милый, – проворковала она. – Согласился сыграть со мной, как только я перееду. Ох, мечты сбываются! Если у твоего крылатого все получится, то я даже мнение о нем поменяю.

– А какого ты о нем мнения?

– А какого мнения можно быть о фениксах? – хмыкнула женщина. – Но ты на него хорошо влияешь, Лалидари.

Она мне как-то странно подмигнула и вновь устремила мечтательный взгляд в пустоту. Призрак этого самого шулера при мне не появился, зато через какое-то время рядом вырос Нурикеш.

По его лицу сложно было понять, получилось ли выторговать место для Мириам, или все хуже, чем следовало ожидать.

Феникс провел рукой по волосам и обратился к моей родственнице:

– Завтра подам запрос главе вашего рода. И закажу новый саркофаг. Рядом с Гзором, к счастью, нашлось пустующее место. Поздравляю вас со скорым переездом, леди Мириам.

Это уже мне он спустя несколько минут шепнул, что рядом с этим карточным шулером и пройдохой ни один уважающий себя аристократ лежать не пожелал. Так что особого труда выкупить место не составило. Но моей родственнице об этом знать было совершенно необязательно.

– Может, и нам стоит себе местечко выбрать? – пошутила я, наблюдая за тем, как моя бестелесная родственница отправилась знакомиться с остальными будущими соседями.

– Знаешь, если бы я и выбирал себе место на кладище, то явно не на Центральном, – хмыкнул Нурикеш, тоже наблюдая за нагой. – И тебе не советую. После смерти обычно хочется покоя, а тут его вряд ли мы найдем. Особенно после вот такой подложенной свиньи.

Наша «подложенная свинка» в это время как раз доказывала одной аристократке, что та одета совершенно не по моде. И что эти серьги ей совсем не к лицу. Ошарашенная дама даже не возмутилась, когда нага предложила продать ей украшение за бесценок.

– Кажется, карточная борьба между ней и Гзором войдет в историю, – хмыкнул феникс, наблюдая, как нага лихо собирает ценные призрачные вещи для ставок.

Нейтральная земля между владениями сидов. Зал Совета

Финист Цари нервно мерил шагами комнату для ожидания и, пользуясь отсутствием лишних глаз, откровенно психовал. Его гремлина сидела на маковке больших напольных часов и беспечно болтала скрещенными ногами, явно не сознавая всю степень сложности ситуации.

– Мда… дал ты жару с лосем, – наконец протянула Элна, накручивая на палец выбившийся из прически рыжий завиток. – Я тогда подумала, что это явный бред, а поди ж ты… синие лоси действительно существуют.

– Я безумно рад, что этот случай расширил твой кругозор, – огрызнулся феникс и, запустив пальцы в волосы, с размаху сел в массивное кресло, обитое дорогим бархатом.

Приключения с лосем, к сожалению, не закончились. Обнаружив поутру у своего дома такой «подарок», феникс просто не успел ничего предпринять, потому как буквально спустя пять минут из портала появились очень оскорблённые сиды.

Лось кинулся к чуть менее синим, чем он, остроухим как к родимым и, судя по звукам, – жаловался на то, как кошмарно с ним обходились. А если судить по озверелым лицам сидов, – они лося понимали.

“Б… и… и через… этого самого лося!” – весьма эмоционально думал тогда Финист.

Под стражу все еще действующего, хоть и впавшего в немилость советника короля, конечно же, не взяли, но вежливо пригласили на разбирательство.

Торжественность обстановки предвещала, что из зала Совета Финист имел все шансы выйти в сторону эшафота. Ибо, к сожалению, синий лось приравнивался к национальному достоянию сидов вообще и рода Лазурит в частности.

Рассеянный взгляд феникса вновь наткнулся на совершенно беспечную служанку, которая в этот момент как раз запустила руку в подпространство и выудила оттуда кружку с ароматным кофе – с эмблемой одной из самых дорогих кофеен столицы. Из дыры послышался обрывок ругани. Рыжая девчонка достала из кармана золотую монету и швырнула в дыру. Судя по тому, что ругани стало больше – попала.

– Элу, ты реально не понимаешь, что нам грозит?! – наконец спросил у гремлины ее хозяин, не в силах выносить настолько демонстративно проявляемую радость жизни.

– Нам? – выгнула медную бровку девушка и сделала первый глоток кофе. – Не обобщай.

– В смысле? – не на шутку удивился феникс, искренне полагавший, что гремлина за ним и в огонь и в воду, и на тот свет через предложенный ассортимент убиения.

– Ну, во-первых, я всегда могу тебя украсть, – подмигнула ему служанка.

– Ты действительно думаешь, что я первый феникс, которого могут казнить? Элна, методы казни крылатого народа продуманы от а и до я.

– Тебя реально могут укоротить на головушку из-за лося?!

– Ну, это все равно что если бы мы корону Надира сперли.

– Мда-а-а… – тоже прониклась важностью сохатого Элу.

– Вот тебе и «м-да»…

На этом глубокомысленном резюме дверь распахнулась и на пороге показался высокий, стройный сид в неброском костюме и с легким поклоном пригласил достопочтенного Финиста Цари на слушание.

Феникс встал, поправил чуть сползшие наверх манжеты камзола и, посадив гремлину на плечо, вышел из комнаты ожидания.

Путь к Совету лежал через анфиладу пафосных залов, оформленных в цветах разных родов сидов.

В конце пути дорогу преградили огромные двери, украшенные панно из самоцветов. Присмотревшись, феникс лишь хмыкнул, заметив патриотические мотивчики народа сидов еще из тех времен, когда эти земли были отдельной страной с разными владениями под железной рукой Верховного князя.

Вообще, переход сидов под руку правителя Соединенного Королевства был стремительным и очень кровавым. Власть захватили красиво и очень-очень подло.

Фениксы всегда были горазды придумывать разные интересные комбинации, ну а белые фениксы, несмотря на невинное название рода, всегда являлись самыми неуравновешенными товарищами из всей крылатой братии.

Тогда королем был Яндир Хинсар. И вести войны он предпочитал на чужой территории, работая на опережение.

Сидов он обезглавил в самом буквальном смысле этого слова. Накануне заседания Совета, в который, как и сейчас, входили главы всех родов, его шпионы одурманили Верховного князя сидов, и тот впал в безумие. В результате остальных членов совета выносили по частям и хоронили весьма компактно…

Двери отворились бесшумно, и Финист легкой походкой вошел в древнее место, некогда залитое кровью по самые витражи.

Из пафосно-печального настроения, навеянного историческим экскурсом, его вывело присутствие в зале фигуры, которую феникс никак не ожидал тут встретить. Да полно, он был бы рад в жизни не видеть этих развесистых рогов и печальной синей морды.

Зал Совета был похож на мини-амфитеатр. Так как в последние столетия он использовался скорее для судебных разбирательств, то в центре стояла мини-трибуна для ответчика. Обвинители сидели выше. Каждый в традиционных одеждах цветов своего клана.

А вот напротив феникса в магической клетке сидел лось. Тот самый, мать его, лось.

Обвинитель, что ли? Свидетель? Или вещественное доказательство?!

Это было бы смешно, если бы не было так печально.

– Вот жеж… – тихо выразилась Элна, тоже уловившая ту самую неповторимую атмосферу надвигающегося… эм… неприятностей, в общем.

Слово взял сидящий в центре сид. Настолько старый, что его голубая кожа выцвела до того самого трупного оттенка, который достигается, если оставить человека на морозе на ночь. Он торжественно поведал, что заседание объявляется открытым и сегодня слушается дело по возмутительнейшему поступку, а именно – краже лося, осквернению священной рощи рода Лазурит и нанесению нетяжких телесных повреждений его наследнику.

Финист мигом осознал, что его не будут казнить. Его прямо тут и порешат.

Хотя нет… подобных наглых вредителей казнить станут с размахом! Быть может, сиды ради него даже используют традиционное пыточное искусство, которое им запретили из-за чрезмерной жестокости. Даже сами дознаватели под рукой Финиста считали сидов совсем уж больными, поэтому на эту должность сидов не брали. Хотя нет, один был. Но чисто чтобы попугать. Рецидивисты начинали колоться, едва увидев сида-дознавателя. Тот с горя даже пить начал! Так как работы нет и его держат исключительно как страшилку.

В общем, случай с лосем несомненно внесут в учебники истории как пример редкостного идиотизма и расплаты за оный.

– Что вы можете сказать в свое оправдание?

М-да, и защитника, само-собой, не положено.

– То, что к перечисленному я никакого отношения не имею, – спокойно ответил Финист. – Я увидел лося за пять минут до явления делегации от вас. Про священную рощу и наследника рода я вообще впервые слышу.

Невысокий сид средних лет в синих одеждах Лазурита едва заметно улыбнулся и проговорил:

– Лорд Сиэль говорил о светловолосой юной девушке с птицей, которая свалилась ему на голову. Достопочтенный Финист Цари на барышню не похож никоим образом.

Судя по косым взглядам, Лазуритный явно действовал по не согласованному с остальными плану. Алебастровый чуть заметно дернул уголком рта, а Финист выдохнул, понимая, что повезло. Его просто повесят. Или отрубят голову.

– В любом случае остается дело о похищении лося.

Угу, как раз за это и отрубят.

– Достопочтенный совет, хочу заметить, что в вечер похищения лося я был на приеме во дворце Надира Первого и тому есть достаточно свидетелей.

К счастью. Не могут же они подкупить всех? На несколько сотен гостей бюджета заседания явно не хватит.

– Да, все верно, – неохотно подтвердил Алебастровый.

– Также прошу учесть показания моей слуги.

Элна соскочила с его плеча на трибуну и, встав навытяжку, звонко проговорила:

– Я подтверждаю, что Финист Цари не был на землях сидов. В том числе и на территории клана Лазурит. Готова поклясться на Кристалле Истины, что не переносила его туда сама и не ощущала его отсутствия в пределах столицы. Вы прекрасно знаете, что связанные с хозяевами гремлины всегда знают, где их «старший».

– Слуга не будет свидетельствовать против господина, – подал голос еще один обвинитель. – Ничего другого от «младшей» мы и не могли услышать.

– Она готова поклясться на Кристалле, – вновь выдал совершенно внезапный защитник в лице все того же Лазуритного. – Это не просто смерть, это выжигание мозга, если солжет.

Финист лихорадочно припоминал, не заносило ли его к сидам в последние пару дней. Совершенно случайно. Вроде нет, он был только на территории Альбара Гирина, но его поместье не относится к землям родов.

Дальнейшее заседание все больше походило на комедию положений. Сиды и правда притащили Кристалл. Элна отважно положила на него маленькую ладошку и поклялась.

– Раз такое дело, то позвольте и мне, – Финист неторопливо расстегнул манжет и внутренне содрогнулся, положив руку на холодные грани. – Я никогда не был в Священной роще и лося не воровал.

Честно-честно. Альбару подкидывал, но это не воровство, а благодетельствование голубого лорда.

В общем, в этот раз пронесло.

Спустя еще полчаса придирок, разбирательств и мучений, с Финиста Цари сняли все обвинения и отпустили.

Элна перенесла их в городской дом феникса, и тот прямым путем отправился к бару, где налил себе четверть бокала крепчайшего самогона гремлинов и залпом выпил.

– Мне кажется, или мы едва выжили? – тихо спросила рыжая.

– Не кажется, – покачал головой опальный советник короля. – Притом нам бы не дали Кристалл, если бы на этом не настоял Лазуритный. И мне очень, просто безумно интересно, для чего он это сделал.

– И самое главное, что он за это потребует, – вздохнула Элу и с нажимом потерла виски.

И феникс, и его служанка прекрасно понимали друг друга без лишних слов. И сейчас оба ощущали, что тучи сгущаются и надо что-то делать.

Но в голове у Финиста Цари билась одна-единственная мысль. Под него копают, очевидно хотят убрать с арены, и в идеале – ногами вперед. И пока он связан с Элной контрактом – могила им грозит общая.

Почему-то эта мысль отзывалась непонятной тянущей болью в глубине груди и желанием спрятать рыжую малышку от всех опасностей мира.

И в первую очередь – от себя.

* * *

Честно говоря, я уже была готова ложиться спать. Силы за день как-то быстро кончились, а за окошком призывно перемигивались яркие звезды. Как бы намекая, что самое время отложить все учебники и нырнуть в сладкие волшебные сны. Оставалось только надеяться, что кошмар, преследующий меня последние две ночи, в этот раз ускачет сам.

Буквально.

Потому что сны, в которых мне приходилось мчаться вдаль на синем сохатом, пробуждали во мне только страхи. Не слезть, не остановиться. И страшно от этого до ужаса.

Кажется, я себе фобию заработала после нашего веселого путешествия по роще рода Лазурит. А ведь говорят, что для избавления от страха надо ему еще раз в глаза заглянуть. Но что-то мне совершенно не хочется искать повторной встречи с этим милым созданием с грустными глазами, которое меня во снах теперь преследует.

– Не спишь? – дверь отворилась без стука, на пороге вырос Нурикеш. В руках он держал немаленькую такую стопку учебников. Убить такой было раз плюнуть.

– Еще нет, – я с опаской покосилась на эту половину библиотеки. – У тебя место в книжном шкафу закончилось?

– Очень смешно, – фыркнул феникс, ногой закрывая дверь и по-хозяйски проходя к моей кровати.

Книги посыпались на нее с устрашающим звуком. Рядом опустился и сам Нурикеш, закинул ногу на ногу и взял первый попавшийся учебник.

– Ляль, мы же договорились, что я тебе помогу с некоторыми предметами, – напомнил он. – Кажется, что сейчас самое время для наших занятий.

Я с сомнением покосилась на все то же темное и перемигивающееся звездами небо. Оно мне все так же уверенно подсказывало, что самое время сейчас для сна, а никак не для учебы.

Но совесть проснулась до того, как я успела придумать отговорку. Отодвинув манящую подушку в сторону, со вздохом села на другую сторону кровати и приготовилась получать знания.

– Ну… приступай.

– Давай с классификации магии начнем, – приободрился пернатый, будто не устал за этот длинный день. – Я рассказываю, а ты прерывай, если это тебе известно. Я тогда буду углубляться. Угу?

– Угу, – вздохнула я, смирившись с тем, что волшебные сны меня сегодня подождут. И лось тоже. А может, уже скачет куда-то без меня. Мой синий и грустноглазый… Кажется, сейчас я его даже предпочла бы вот этому вот всему.

– Ты меня, вообще, слушаешь?

– А? Да. Конечно, – как можно серьезней отозвалась я, хотя сказанное фениксом пролетело куда-то мимо. – Что-то там про боевую магию, некромантию и целительство.

Судя по взгляду, Нурикеш мне совершенно не поверил. Но все же вернулся к рассказу, иногда поглядывая в книгу и с тихим шелестом перелистывая страницы.

Я честно старалась слушать, но мысль ускользала куда-то в сторону. Взгляд цеплялся за изгиб мужских губ. Таких манящих и гипнотизирующих. Голова закружилась. Я моргнула несколько раз, стараясь отогнать наваждение, но оно никуда не спешило уходить.

Сердце все быстрее билось в груди, дыхание перехватывало. А я не могла оторвать глаз от сидящего напротив меня мужчины.

Рыжие, стянутые в привычную косу волосы. Если их распустить, то они завьются игривыми колечками, будут щекотать пальцы и кожу. А этот леденящий взгляд синих глаз.

Ну посмотри же на меня! Посмотри… Иней…

Но он игнорировал мое присутствие, листал какую-то книжку. Я не выдержала, сама потянулась к нему. Откинула учебник в сторону, подалась вперед и сделала то, о чем мечтала с момента нашей последней встречи.

Поцеловала губы, по которым скучала. Провела рукой по волосам, дернула за ворот рубашки. Пуговички мелким градом простучали по полу и плотным обложкам разбросанных книг.

Но меня уже ничего не интересовало, кроме его губ. Его рук, которые так по-хозяйски обхватили меня за талию и усадили на мужские колени.

Разведя ноги, я оседлала мужчину и завалила на спину. Провела кончиками пальцев по кубикам пресса и прикрыла глаза от удовольствия. Как же я скучала! Я вдохнула знакомый слегка пряный аромат его парфюма с нотками цитруса и зажмурилась от удовольствия.

– Лали, – в его тихом шепоте, перекатывающемся рычащими нотками, промелькнуло удивление и нетерпение.

– Да, – выдохнула я ему в губы, зарываясь пальцами в распущенные волосы.

Такие мягкие, ровные… В полумраке комнаты они почему-то на мгновение сменили свой цвет с рыжих на темный. Боги, какие глупости!

Мой. Мой Инейран. Как же я скучала по его рукам, губам и тем бесстыдствам, что были между нами в его доме. Как же мне этого не хватало!

Голова закружилась, я еще раз поцеловала его, изнемогая от желания вновь почувствовать его всего. Лаская ладонью живот над самым ремнем брюк, почувствовала, как его руки расстегивают мою блузу, скользят горячими прикосновениями по плечам, груди, животу…

Тихонечко застонав ему в губы, я прогнулась и позволила страсти захватить нас. Поцелуи, больше похожие на укусы, и эмоции, граничащие с безумием. Все это захватывало меня в водоворот тех самых чувств, которые я так старательно отрицала.

Но от правды не сбежать. Я хотела его. По-настоящему хотела вновь стать его змейкой. Его Лалишей.

Да только все закончилось совершенно не так, как мне того хотелось. Инейран неожиданно отстранился и совершенно чужим голосом поинтересовался:

– Ляль, я, конечно, не против. Очень даже за. Но ты уверена в том, что сейчас делаешь?

Мир пошел пеленой, перед глазами поплыли образы, а Иней растворился в воздухе. Вместо него подо мной сейчас лежал Нурикеш, рубашка с оторванными пуговичками открывала широкую грудь, вздымающуюся от тяжелого дыхания.

Я дернулась назад, но руки феникса держали все так же крепко. А я все так же бесстыдно сидела на нем сверху.

– Пусти, – пискнула я, наконец понимая, что натворила.

Соскользнув с мужчины, запахнула на груди блузку и вскочила с кровати. Меня била дрожь. Я не понимала, что произошло. Не понимала, почему видела перед собой Инейрана. И почему хотела его.

О, боги! Как же я Нурикешу теперь в глаза смотреть буду?!

– Ляль, возьми, – на меня упала мужская тень, а сам феникс протянул стакан с водой.

– Спасибо, – я взяла его дрожащими руками и осушила за три глотка. – Прости.

Я сейчас и сама не узнавала свой голос, он больше напоминал писк прижатой мышки. Тихий и такой жалкий.

– Т-ш-ш-ш, – Нурикеш аккуратно и совсем без подтекста подхватил меня под руку и усадил обратно на кровать. Книги с нее куда-то пропали, и только расстегнутая рубашка на нем напоминала о произошедшем. – Еще водички?

– Н-нет, спасибо.

– Угу, – феникс прошел к шкафу, вытащил оттуда плед и, вернувшись к кровати, укутал меня в него. По ощущениям – оставив торчать наружу только нос. А сам опустился прямо на пол передо мной и заглянул в глаза. – Как себя чувствуешь?

Его вопрос повис в воздухе. Зато я нашла ответ на свой, заданный не так давно самой себе. Смотреть в темно-зеленые глаза феникса я смогу. Даже без паники. А с каким-то… предвкушением?

О, боги! Неужели опять начинается?!

– Ляль?

– Нормально, – я наконец смогла взять себя в руки и ответить ему. – Прости еще раз. Я… Я не знаю, что на меня нашло.

– Ну, ты не первая женщина, которая мне это говорит, – привычно улыбнулся он. – Да только всегда слова уже звучали после.

Я хихикнула, представив всю комичность ситуации.

– Что произошло? – Нурикеш посерьезнел. – Ты ведь не от занятий так отлынить попыталась. Так что?

– Я… я увидела на твоем месте другого, – выпалила я и зажмурилась.

Тишина, повисшая в комнате, мне совершенно не нравилась. И длилась она довольно долго. Я даже глаз один приоткрыла, чтобы проверить, на месте ли феникс или сбежал.

Но Нурикеш и с места не сдвинулся, только взглядом меня изучал и задумчиво водил пальцем по полу.

– Другого, значит, – протянул он. – Ляль, а что при этом ты чувствовала? Опиши все, что помнишь. Потому что это ненормально.

– Да, я понимаю, – произнесла я и, кажется, покраснела.

Как я смогу рассказать ему о том, что хотела Инея, которого тут и в помине не было? Хотя… Он-то наверное успел об этом догадаться по моим действиям. Да только Нурикеш прав – это ненормально.

– Я постараюсь, – наконец пискнула я, чувствуя, как кровь обжигает щеки.

Но на деле мои попытки взять себя в руки продолжались.

– Держи еще водички, – феникс вновь сходил к небольшому столику с графином и передал мне полный стакан.

Я спустила плед так, чтобы он только ноги прикрывал, и с благодарностью приняла помощь.

– Выдохни, Ляль. Все хорошо, – феникс тем временем вновь опустился на пол, будто боялся повторно садиться рядом. – И я понимаю, что это были не твои чувства. Для тебя такое нетипично. Потому надо только понять, как это работает.

– Что работает? – напряглась я, сжимая в руках наполовину пустой стакан. Водичка все же каким-то чудодейственным образом помогала взять себя в руки и мыслить яснее.

– Магия, – коротко ответил мужчина. – Мне нужно понять, что ты видела и чувствовала.

Выдохнув, я кивнула и заговорила. Старалась не сильно расписывать свои эмоции, рассказывать только по делу.

– То есть морок держался плохо, – Нурикеш перебил меня, когда я сказала, что на мгновение я увидела смену внешности на настоящую.

– И что это значит?

– Пока сложно сказать. Продолжай.

На самом деле сложно было только начать об этом говорить. Потому с остальными моментами мы закончили довольно быстро. И теперь я сидела, прижав коленки к груди, и ждала вердикта.

– Словом, что мы имеем, – протянул Нурикеш. – Во-первых, морок, как мы уже выяснили, держался плохо. Это значит, что наслал его не какой-то из предметов, что находятся рядом. И не проходящий мимо маг. Во-вторых, замешан в этом деле Инейран Дельварис. Ну и, в-третьих, твое упоминание о запахе цитруса меня наталкивает только на одну мысль.

– Только не говори…

– Афродизиак, Ляль, – подтвердил мои худшие опасения феникс. – Только он мог так подействовать на тебя. И знаешь… Я бы не сказал, что этот афродизиак обычный. Я, конечно, не спец в этом вопросе. Но как человек, у которого была целая плантация интересных растений, могу сказать одно – все перечисленные симптомы вполне можно назвать ломкой.

– Чем?

– Отравили тебя, Ляль, – Нурикеш прищурился, будто готовый прямо сейчас сворачивать шеи моим врагам. – Ты давно не получала духов от этого змея. Он в них что-то подмешивал. И теперь ты… Это же не первый раз, да?

– Эм… да.

– И почему ты молчала? – пристыдил меня он. – Ладно, разберемся. Значит, так, завтра отправляемся в библиотеку. Нам нужно больше узнать о природе афродизиаков и о том, как бороться с похожими наваждениями. Можно, конечно, и просто переждать, но где гарантия, что в следующий раз это не будет кто-то другой, которому будет все равно, кого ты видишь перед собой.

Я была благодарна Нурикешу. И сейчас чувствовала себя перед ним виноватой. Сильно-сильно. Но феникс даже виду не подал, что его задела ситуация. Он, наоборот, посидел со мной еще полчаса, потравил байки. А когда я уже начала откровенно зевать, пожелал сладких снов и ушел.

Ложилась спать я с одной лишь мыслью: только лося мне сегодня не хватало.

Глава 4

Утром я проснулась впервые с ощущением, что соскучилась по дому и своему прошлому. Моя жизнь изменилась слишком быстро и круто после того, как я попала под правила Закона о чистоте крови.

А ведь не так давно я могла бы назвать себя свободной и полностью счастливой. Могла с утра до вечера играть в игры с сестрами, гулять и наслаждаться природой, читать книжки о любви и мечтать о своей.

Не было страха и опасения перед Инейраном, который был для меня только хорошим другом и интересным собеседником. О том, кем на самом деле оказалась моя названая мама…

Я вздохнула и, открыв глаза, уставилась на узорчатый потолок.

Изменилось многое. Да почти все! И смириться с этим вот прямо сейчас было ой как сложно. Но, как сказал бы Нурикеш: «Жизнь продолжается, а значит, рано останавливаться».

И с фениксом я была согласна больше, чем полностью. Ну, по крайней мере в этом вопросе.

Свесив босые ноги с постели, потерла глаза и встала. Вчерашний инцидент все еще пугал своей неожиданностью. А еще пугали предположения мужчины о том, что это все проделки Инея. Даже сбежав в другой город, я все еще в его власти.

Афродизиак. Подумать только!

Но от любого яда есть противоядие. А значит, нам просто осталось его найти. Это ведь не так трудно, когда находишься в Адамантовой академии. Местная библиотека обширнее дворцовых и богаче их сокровищниц. Мы справимся! Не можем не справиться!

Если хочу жить долго и относительно счастливо, а не коротать время в статусе игрушки зарвавшегося нага.

Подбадривая себя такими мыслями, я начала одеваться. Вскоре мы вместе с Айниром и Мышкой сидели в столовой. Нужно было рассказать обо всем произошедшем подруге, объяснить и попросить помощи. Но слова все не шли, а я продолжала лениво ковыряться в запеканке.

– Тогда сейчас в библиотеку, Ляль, – первым нарушил молчание Нурикеш, за что я была ему крайне благодарна. – Мышисса, ты с нами?

– Зачем в библиотеку? – брауни приподняла тонкие медные бровки и выжидательно посмотрела почему-то на меня.

Ох, была не была!

– Такое дело, – неловко начала я, понизив голос. – Инейран все же подложил мне огромную свинью. Отравил афродизиаком. Пока все на уровне сознания, но мне это уже не нравится. Я читала, что ничем хорошим это не заканчивается и может только ухудшаться.

– Отравил? – нахмурилась подруга. – Ты уверена?

– Других вариантов у меня нет.

Ну правда, с чего бы еще я кидалась на феникса в порыве страсти, притом воображая его рыжим нагом.

– И вообще, это как? – по-прежнему недоумевала Мышка. – Когда ты это поняла?!

Я покраснела и осознала, что рассказывать подружке о произошедшем не хочу. Совсем. Вообще. Стыдно!

Врать ей совершенно не хотелось, но и говорить всю правду было как-то… неудобно.

К счастью, Мышисса не стала допытываться.

– Что вы хотите найти в библиотеке? – брауни перевела взгляд на феникса. – Рецепт противоядия?

– Для начала понять, чем именно пользовался Дельварис для достижения такого эффекта, – спокойно отозвался Нурикеш. Он и глазом не моргнул на мое смущение. – А потом узнать, как от этого избавиться. От такого умелого парфюмера, как Инейран, стоило ожидать каверзы. Теперь осталось только найти способ развеять чары.

Мышка поджала губки, перевела взгляд на меня. А потом кивнула:

– Я с вами. Такую библиотеку, как в Адамантовой, вдвоем не пересмотришь.

– Не переоценивай себя, – шутливо поддел ее Нурикеш, допивая чай. – Подожду вас на улице, тут душно.

Феникс пожелал нам еще раз приятного аппетита и широкими шагами поспешил в сторону выхода.

– Ты какая-то потерянная… – Мышка аккуратно тронула меня за локоть. – Это из-за того, против чего мы сейчас идем искать защиту?

– Да… скорее всего… – пробормотала я, не в силах оторвать взгляд от широкой спины Нурикеша. Потрясла головой, избавляясь от наваждения, и для очистки совести даже хлебнула холодной воды из стоящего на столе зачарованного графина. Ух, ледяная! Аж зубы свело!

Зато привлекательность фениксова филея тоже значительно понизилась. Живем.

– Лали… как-то ты мне не нравишься, – выдала подружка, подозрительно прищурив глазоньки.

– Ты не поверишь, но себе я тоже не нравлюсь, – хмыкнула в ответ я. – А еще больше мне не нравится мой ж эмоциональный фон.

– По Инею скучаешь? Первый мужчина, все такое…

– Первая сволочь на жизненном пути и все такое, – хмыкнула я в ответ, но от упоминания о нашей с нагом ночи опять стало жарковато. – Гадс-с-ство…

Графин с ледяной водой забулькал, расставаясь с содержимым. Глаза брауни медленно, но верно округлялись, и она наконец выдала:

– Чую, нам реально очень надо в библиотеку. Пошли!

Местное хранилище книг потрясало воображение. Под него выделено целое здание. Стоило нам зайти, как я запрокинула голову к стеклянному потолку, через который, преломляясь, лился солнечный свет; в его потоке плясали мельчайшие частицы пыли. И книги… великое множество книг вокруг: на полках высоких шкафов, что стояли вдоль стен круглого зала, и на стеллажах, уходящих в бесконечную даль правого и левого крыла библиотеки.

Потрясающе.

Как оказалось, фразу я выдохнула вслух, потому что феникс отозвался:

– Да, библиотека Адамантовой академии входит в число самых красивых и богатых собраний книг в мире. Но пускают сюда лишь учеников. Чтобы попасть со стороны, разрешение должны подписать несколько весьма влиятельных людей столицы и ректор.

– Устроиться учиться, как видится, попроще будет, – повела плечами Мышка.

– Наивная, – покачал головой Нурикеш. – Ты думаешь, сюда просто попасть? В самое престижное заведение страны с огромным конкурсом на место?

Судя по выражению остроносой гремлиновской мордашки, про это девушка не подумала. Почесала кончик носа и сообщила:

– Наверное, такое впечатление сложилось из-за того, насколько просто нам удалось поступить сюда.

– Мы – по блату. Кстати, конкретно я в бытность студентом очень не любил таких вот ребят. И был не одинок в своем отношении к попавшим в академию по протекции. А если учесть, что настроения в студенческой среде меняются редко, нужно ожидать каверз со стороны остальных.

– Знаешь, Кеш, периодически ты настолько восхитительно обрисовываешь наши грустные перспективы, что весь оптимистичный настрой сползает в пятки.

– Там ему и место. Надо быть реалистами, – хмуро отозвался феникс, с таким выражением лица, что я мигом осознала: мне удалось наступить на ту самую больную мозоль, из-за которой Айнир Нурикеш встает на дыбы и говорит гадости. – И вообще, мне всегда казались крайне бредовыми фразочки про оптимистов и плюсы на кладбище.

– Думаю, что леди Мириам с тобой не согласится, ей свое посмертие очевидно очень нравится, – дипломатично заметила я, стараясь съехать с темы. – И вообще, пойдем уже вести раскопки в этой каменоломне знаний.

К счастью, феникс не стал настаивать на продолжении этого в общем-то бессмысленного разговора, и мы отправились проходить регистрацию и получать читательские билеты. Знакомая с бумажной волокитой (правда, исключительно по слухам), я считала, что это дело не быстрое, но, вопреки ожиданиям, все прошло гладко.

И вот стоим мы посреди роскошного зала с редчайшей коллекцией учебных, а также исторических трудов и в упор не знаем, откуда начать.

Ну, мы с Мышкой.

Феникс сразу уверенной походкой двинул в дальний угол и щедрым жестом указал на книжный стеллаж метров семи в высоту.

– Кажется, это то, что нам надо.

– Травоведение? – недоверчиво уточнила я, кажется мысленно рассчитывая, что начнем мы как минимум с «Тайн алхимии», а как максимум – с фолианта под названием «Великая настольная книга злодеев, или Как приворожить бабу»!

– Инейран парфюмер, стало быть, использует в своих составах натуральные материалы. Другое дело, что потом он их зачаровывает. Но сначала нам нужно просмотреть списки зелий и подумать, что и как он мог сочетать. Потому как это явно нечто неклассическое, собственного изобретения.

– Ну, тогда начали! – оптимистично решила Мышка и даже подошла к полкам, начиная читать разделы. – Нам нужны приворотные и что еще?

– Подавляющие волю и замещающие образы, – задумчиво протянул Айнир. – Но, если честно, смотрю я сейчас на объем работ и понимаю, что, возможно, проще всего сходить на консультацию к аромагу-алхимику. Правда боюсь, без образца состава он нам скажет ровно то же самое, что и я.

– В Адамантовой ведь есть преподаватель, который ведет как раз аромагию, – запоздало осенило меня хорошей мыслью. – Может, у него спросить?

– Напрямую обозначив проблему? Чтобы он тебя как следует изучил и не дай Земляна обнаружил что-то?

Я открыла было рот, чтобы спросить что, но тут же захлопнула, ощутив неловкость от своей медленной соображалки. Ты, милая Лалидари, сейчас находишься под совершенно другим обликом, да и твои приятели тоже. И документики у тебя тоже подставные! Есть большая вероятность, что про это никто не узнает, но не стоит тыкать всеми неувязочками прямо в лицо какому-нибудь профи. Он может заинтересоваться и вывести на чистую воду.

Судя по выражению глаз Айнира Нурикеша, он только что мысленно вновь обозвал меня дурой, но в кои-то веки не озвучил. Хотя был бы попугаем – непременно бы высказался.

Вспомнив про Кешеньку, я загрустила, осознав, что взбалмошной птички мне периодически очень не хватает. С ним хотя бы понятно, что делать и как общаться, а вот высокий лорд Айнир Нурикеш из рода Рубиновой Крови периодически ставит меня в тупик.

В общем, с грустью осознав, что от изучения матчасти нам не отвертеться, мы вгрызлись в гранит знаний со всевозможным в нашей ситуации энтузиазмом.

Но думаю, как известно по примерам многих золотоискателей, очевидно, что первый же том, вытащенный с полки, не содержал нужных нам знаний. И второй тоже не содержал. И в десятом ничего подобного я не обнаружила. А потом просто сбилась со счета.

Книжки слились в сплошной поток исписанных страниц с рецептами и оглавлениями с их названиями. Но ни в одном зелье не содержалось нужного списка действий на жертву.

Дело в том, что практически все приворотные работали несколько иначе. Объект воздыханий становился настолько желанен, что привороженный не мог думать о чем-либо другом в принципе!

А я вполне нормально существовала и не испытывала тяги сочинить сонет в честь подлого нага или намалевать его поясной портрет маслом.

Зелья на вожделение уже были чем-то более близким, но там эффект был практически мгновенным после приема и длился не так долго. То есть единоразово возбуждал гормональную систему на конкретный объект и жертву отпускало, как только она получала желаемое. Этакая искусственно вызванная ломка по человеку.

Кстати, по этому поводу даже была какая-то историческая ремарка. Некий король вдруг воспылал страстью к совершенно обычной и не очень привлекательной женщине. Притом страсть у него носила маниакальный и болезненный характер. То, что король приворожен, поняли сразу, но вот как именно это было сделано – выяснить никак не удавалось, потому как встречалась пара исключительно для плотских утех, после которых мужик торопливо сбегал в ночь, так как у него временно прояснялся разум. А потом по новой! Уже и еду проверяли, и воду, и средства, которыми пользовался правитель. Все чисто!

Оказалось, что хитрая мадам использовала состав в виде интимного геля. Так что любой контакт, удовлетворяющий ломку по ней, сразу же дарил следующую дозу.

Чем закончилась эта история, неизвестно, но подозреваю, что для дамы – паршивенько.

Но в любом случае зелье вожделения подходило по побочным эффектам. Ломка по человеку, пока не получишь желаемого. У меня так было… но не постоянно.

Ох, боги, как же сложно быть необразованной девицей!

Если бы моей учебе дома уделяли больше внимания, то я бы лучше ориентировалась в потоках новой информации.

В общем, в тот день мы так и не нашли чего-то, что приблизило бы к пониманию произошедшего. Я вернулась в свою комнату и практически сразу рухнула спать.

А ночью мне снилась какая-то лютая дребедень с эротическим уклоном!

Так прошло еще несколько дней. Утром мы шли на занятия, где преподаватели взрывали мне мозг массой новых терминов и знаний, а после садились заниматься с Айниром у меня в комнате, где он раскладывал по полочкам все то, чего я не поняла утром, и добавлял новых знаний. Кажется, феникс уже смирился с тем, что экстернат – это, конечно, хорошо, но все равно… не быстро. Вовсе не быстро. Чтобы стремительно шагать вперед, сначала нужно создать платформу из базовых знаний. Чем мы и занимались.

Ну а после обеда шли в библиотеку, где, вооружившись терпением, искали все новые книги. Как оказалось в дальнейшем, ничего кроме Травоведения мы сейчас штудировать и не могли. Секция с книгами по аромагии была доступна только тем студентам, у которых уже начались по ней лекции. У меня это будет только со следующей недели.

Приходить в библиотеку всем вместе у нас получалось не всегда. Расписание занятий у всех троих было разным, и ничего тут не попишешь.

Сегодня я освободилась раньше всех и сейчас скучающе листала очередной фолиант, а вокруг меня столбами возвышались остальные. Занятие уже настолько наскучило, что я периодически зевала и залипала то на танец пылинок в свете, то на восхитительно красивые витражи библиотеки. То на других студентов.

Сегодня здесь было пустынно.

Только один нервный господин так же, как и я, сидел за книгами и периодически ходил за новой партией. Ну как ходил… недовольно смотрел на библиотекаря или его помощников, выразительно изгибал темную бровь, и к нему тотчас подбегали и приносили заказанное. Судя по всему, из архивов или каких-то запретных секций, простым смертным недоступных.

Этот субъект, кроме хозяйских замашек, отличался еще и весьма примечательной внешностью. Наверное, самый точный эпитет для нее – «нервно-утонченная». Темноглазый брюнет с убранными в простую косу волосами и в одежде не по размеру, которая слишком свободно на нем болталась.

Не красавец даже близко. И весь какой-то очень… острый и длинный. Острый нос, острый подбородок, ярко выраженная линия скул. Изящные, какие-то слишком длинные пальцы, словно там на одну фалангу больше.

На студента не похож. На преподавателя – тем более.

Именно в этот момент незнакомец поднял на меня взгляд, и я подавилась вдохом. Потому что у него была невероятно черная радужка глаз. И раза в два больше, чем у нормального человека.

Я почти сразу опустила взгляд в книгу перед собой и некоторое время бездумно пялилась в открывшуюся страницу.

«… зелья, лишающие воли, редко используются сами по себе. Как правило, их добавляют в другие составы для того, чтобы ослабить естественное сопротивление организма и психики…»

Я открыла блокнот и быстро переписала туда заинтересовавшие меня строки. Пока было понятно, что ничего не понятно.

Судя по всему, мы имели дело со смесью нескольких зелий. Но проблема в том, что больше двух слить воедино никогда не получалось: всегда есть одно основное и один катализатор. Добавляешь третье, и действие становится совершенно непредсказуемым.

Так что или я копаю в неправильном направлении, или Инейран жутко талантливый сукин сын и попрал основные законы алхимии.

Даже не знаю, какой из этих вариантов вызывает у меня большее отвращение.

Пролистав фолиант до конца и положив его на высокую башню таких же, я с тоской посмотрела на стеллаж. Нужно продолжать.

Я подошла к полкам, пробежалась пальцами по корешкам книг. Неровности тиснения щекотали подушечки, заставляя как никогда остро чувствовать момент.

Мне вообще очень нравилось в библиотеке. Запахи, тишина, ощущения…

Провалившись в свое мироощущение, я не заметила, как приблизился давешний незнакомец. Потому прозвучавшее прямо над головой приветствие заставило вздрогнуть от неожиданности и подскочить на месте.

– Какая вы… пугливая, – чуть склонив голову, прокомментировал мужчина.

Вблизи он выглядел старше, чем мне думалось. И ещё более странным.

Глаза настолько темные, что с трудом различаешь, где заканчивается зрачок и начинается радужка. Едва заметные морщинки в уголках глаз и возле губ намекали на сложный характер. А еле уловимая усмешка лишь подтвердила этот вывод.

– Впервые встречаю такой огромный интерес к травоведению и аромагии… до начала курса занятий, а не перед зачётом или экзаменом.

– Решила опередить события.

Я ещё раз окинула взглядом его костюм, но никаких опознавательных знаков не нашла.

Неизвестно кто. Любопытный такой неизвестно кто.

– Если не секрет, что вы ищете? – спросил темноглазый, прислоняясь плечом к перегородке между полками.

Я несколько секунд раздумывала, а потом решила сказать. В конце концов, передо мной – незнакомец, я впервые его вижу, и, стало быть, мне все равно, что он подумает. А во-вторых, в моей ситуации помощь не помешает. Вдруг это происки богини? Мой шанс приблизиться к разгадке.

– Есть странный приворот. С замещением образов на желанный, снами и ломкой по объекту вожделения.

– Похоже сразу на несколько зелий.

– Но они не сочетаются, – напомнила я.

– Органические да. Но ты забываешь, что некоторые можно синтезировать. А ещё, что всегда можно сочетать, например, органические материалы с неорганическими. В любом случае интересует, как препарат принимался?

Я несколько секунд размышляла и медленно покачала головой, начиная рассуждать вслух:

– С пищей – совершенно исключено.

– Стало быть, это должно всасываться через кожу или слизистую, – подхватил мою логическую цепочку мужчина, по-прежнему глядя на меня с легкой полуулыбкой. – Это могут быть соли для ванн, духи, пудра, да хоть зубная паста или полоскание для рта.

Я стояла как пыльным мешком из-за угла ударенная. Стояла и ощущала, как из глубины души медленно поднимается волна злости, замешанная на осознании. Потому что всё, чем я пользовалась последние несколько месяцев, было подарено Инейраном! Начиная с духов и заканчивая мылом! И да, упомянутые соли для ванн и масла, разумеется, тоже были.

Я сама ежедневно отравляла себя этим мужчиной и даже не понимала, что происходит!

– Спасибо… – с усилием вытолкнула из себя я, опустила взгляд на свои руки, а вернее судорожно, до побелевших пальцев сжатую в них книгу. Нужно вернуть…

Странное состояние. Словно время замедлилось в несколько раз. Я неловким движением попыталась запихнуть обратно томик, и это у меня получилось даже не с первого раза. Попрощалась со странным, но осведомленным господином и практически бегом кинулась на выход из библиотеки.

Воздух! Мне нужен был свежий воздух!

Выскочив на улицу, я на какой-то момент зажмурилась от резанувшего по глазам солнца, а после, проморгавшись, побежала дальше, выбрав первую попавшуюся тропинку.

Ложь. Все было ложью!

Весь год, все мои эмоции, все чувства… да вообще все восприятие этого мужчины!

Сейчас, в тот момент, когда стало кристально ясно, насколько подло он поступил… мне было больно. Словно ту щепку в сердце, именуемую чувством, вдруг с силой провернули. А ведь я практически про нее уже забыла…

Инейран не просто посторонний наг, который пришел из ниоткуда и заявил права. Он тот, кого я считала сначала другом, а потом желанным мужчиной! Тот, кому отдала свою невинность. Да, это было решение под гнетом обстоятельств, но оно было!

Он был со мной… во мне.

Стало тошно. Вспомнив поцелуи, я вытерла рот и часто-часто задышала.

Инейран, зачем же нужно было действовать именнотак?! Неужели ты, такой властный, красивый, притягательный, не мог завоевать меня другими методами?

Новые знания разрушили те тщательно оберегаемые надежды, которые еще оставались в моей душе. И которые я прятала даже от самой себя.

Наверное, в жизни каждого человека есть эта самая точка невозврата. И называется она – разочарование.

Я забилась в какой-то дальний угол академического парка и проплакала около часа, размазывая по щекам злые, горькие слезы. Вот так оно бывает, вроде бы все уже решилось, а в момент окончательного расставания с иллюзиями все равно очень больно.

Когда уже начало темнеть, на дорожке, ведущей к маленькой, увитой плющом беседке, где я и сидела, появилась высокая фигура Айнира Нурикеша. Он шел спокойно, но уверенно, кажется точно зная, куда ему надо. Легко взбежал по ступенькам и, выйдя в центр, прислонился бедром к столику.

– Как понимаю, ты что-то узнала?

– Угу, – вместе с ответом из груди вырвался судорожный всхлип. Стало стыдно, и я отвернулась от феникса, быстро вытирая влажные щеки.

– Это хорошо, – невозмутимо кивнул мужчина и сел рядом, вытянув длинные ноги. Покопался в наплечной сумке и достал сначала бутылку воды, а потом… персик.

Я вцепилась в питье и выхлебала за полминуты половину, а после приступила к фрукту. Сладкий, сочный…

– Спасибо, – дообглодав косточку, уже более спокойным голосом поблагодарила я. – Ты настоящий друг.

– Так себе комплимент, Лялька, – с кривой усмешкой непонятно ответил багровый феникс, но почти сразу перевел тему. – Рассказывай.

– Да нечего особо, – повела плечами я и кратко изложила содержание беседы в библиотеке, а после добавила: – В общем… травили меня давно и систематически.

– Зато теперь понятно, в чем дело было. Это не смесь зелий, а несколько разных, которые принимались вместе. Вещества не вступали в конфликт, а дополняли друг друга уже внутри организма. Практически гениально, я считаю! Иней всегда был крайне прошаренным и хитрым типом.

– В смысле «всегда»? – нахмурилась я, так как информация о знакомстве Айнира Нурикеша и Инейрана Дальвариса как-то прошла мимо меня.

– А это, моя маленькая змейка, – дела давно минувших дней. К тебе касательства не имеющие.

Судя по каменному выражению лица, зато дела тех дней имели прямое отношение к тому, почему феникс долгие годы пылился в лавке старьевщика в виде попугая. Да и сейчас полноценно обернуться не может.

Как умная женщина, я не стала расспрашивать, а вернулась к насущному.

– Ну и что нам теперь делать? Я так и буду кидаться на… – поймала веселый взгляд Айнира, покраснела как маков цвет, вспомнив, что было между нами, и переиначила окончание фразы: – …первых встречных?!

– На первых не будешь, только на меня, – выдал очередную гадость крылатый. – Произошло перезапечатление. Плюс ты девочка нежная, на совсем незнакомых бросаться не будешь. Я – единственная походящая кандидатура в твоем окружении. Но не переживай, я буду молодцом! И ты, благодаря мне, тоже будешь молодцом! Ну а что делать… прикинем, каким образом тебя надо лечить. В общем, доверься мне, Лялька!

Уловив в голосе Нурикеша знакомые издевательские нотки, я с одной стороны облегченно выдохнула… а с другой – испытала желание придушить поганца. Все же феникс есть феникс!

Гад пернатый!

Финист Цари

Столица Соединенного Королевства. Дворец короля Надира

Как оказывается, редко кто бывает готов к тому, что его привычный мир рушится. Даже если он феникс, и на земную твердь под ногами ему в общем-то плевать из поднебесья.

Во всяком случае, Финист Цари всегда искренне считал именно так. И столкнувшись с реальностью оказался неприятно удивлен.

Ко всему готовым быть нельзя.

Слушание по делу синего лося завершилось благополучно, но хорошо развитая чуйка, именуемая интуицией, подсказывала господину Цари, что его личные приключения только начинаются.

Во-первых, – официальная отставка с должности первого Советника должна была состояться с минуты на минуту.

Феникс стоял в тронном зале. Король Надир Первый сидел на троне, вольно развалившись и небрежно перекатывая в пальцах шарик компактной магической бомбочки. Надир подкинул ее и ловко поймал обратно. А сам Финист едва заметно вздрогнул. Зеленого феникса всегда напрягала страсть его величества к весьма мерзкому оружию, которую он не стеснялся демонстрировать. С годами пришло осознание, что такая своеобразная мелкая моторика успокаивает правителя… ну и доставляет удовольствие реакция подданных, которые в большинстве своем отлично знали, что именно находится в венценосных ручонках. И в красках представляли, что будет, если бомбочка выпадет из них… случайно или намеренно. Такие инциденты уже были. Год назад на званом приеме Надир «выронил» такую возле нескольких лордов и успел отойти ровно на то расстояние, чтобы его не задело, благо зона поражения была маленькой.

Итог: зарождающаяся оппозиция обезглавлена в прямом смысле слова. Притом быстро, жестоко и открыто. Еще никто и никогда не действовал такими ужасными методами.

Нет, король, разумеется, извинился перед родственниками и выплатил компенсацию… минимальную.

А Финист потом несколько часов пытался втолковать венценосному чересчур самоуверенному пернатому, что, если действовать настолько грязно, союзников у него может не остаться.

Надир Первый его будто не слышал.

К сожалению, почти не слушал в последние годы. Господина Цари все чаще посещала мысль о том, что его повелитель не в себе. Слишком уж зверскими становились наклонности правителя Соединенного Королевства. Ему мало было осознания того, что чужие жизни находятся в его руках. Он хотел подтверждения. Он практически возомнил себя богом…

В общем, не на того Финист ставку сделал много лет назад. Ой, не на того. Айнир Нурикеш, конечно, был горячим и эмоциональным, но хотя бы не был самодуром с садистскими наклонностями.

Впрочем, тогда и Надир не проявлял ничего такого. Власть и правда развращает.

– Здравствуй, Финист, – лениво протянул золотоволосый мужчина на троне и вновь подбросил бомбочку на ладони. Элна, сидящая на плече у зеленого феникса и практически не дышавшая все это время, нервно вцепилась в ворот камзола хозяина. Гремлина тоже прекрасно понимала, что ничего хорошего им сейчас не скажут.

Вполне возможно, что вынесут обоих в закрытом гробу. Аудиенции у Надира Первого периодически заканчивались именно так.

– Счастлив видеть моего повелителя, – низко поклонился в ответ Финист.

М-да, зря он Элу потащил с собой… стоило наплевать на этикет, предписывающий являться с гремлином, и сходить одному.

Надир вот уже очень давно не появляется на людях со своим гремлином. Интересно, куда услал? Рыжие фейрики – очень полезные помощники, и король не расставался со своим долгие годы.

А тут… не видно.

– Ну же, мы знаем друг друга много лет, взаимные расшаркивания нам ни к чему. – Король энергично встал с трона и спустился к пока еще действующему Советнику и даже убрал в карман свою любимую игрушку. – У меня к тебе дело, Цари.

Даже так…

– Внимательно слушаю, – еще раз склонил голову Финист.

Он вообще искренне считал, что лишний раз поклониться – дело хорошее. Особенно если гнешь спину перед чрезвычайно самодовольным человеком. Сам Цари мнил себя птицей не гордой, но очень предусмотрительной. Иногда, во время поклона, над тобой проносится лезвие смерти и таким нехитрым способом можно сохранить головушку на плечах. Потому что без головы очень сложно вернуть подачу… да хотя бы ножом в спину.

Айнир Нурикеш спину гнуть не умел.

За что и поплатился.

– Ходят слухи о том, что наш общий друг вырвался из стазиса и покинул лавку старьевщика, куда мы его определили, – сразу перешел к сути вопроса король. – Найди мне попугая.

Зеленый феникс удивленно вскинул брови. Надо же, какие совпадения могут быть… он только что думал о наследнике рода Рубиновой Крови – и тут такое задание.

– Вы уверены?

– Странно, что в этом уверен я, – свел золотые брови к переносице правитель. – Мой верный советник сдает позиции?

«…или он теперь не так уж и верен?»

Окончание фразы не прозвучало, но это не помешало Финисту его услышать.

– Что вы, – еще один поклон, кажется, несколько примирил Надира с действительностью.

– В общем, найди мне Айнира Нурикеша! – отдал уже прямое распоряжение правитель и махнул рукой. – Можешь идти.

Финист рассыпался в полагающихся случаю заверениях и покинул тронный зал. Элна из приемной построила переход в их столичный дом и первое, что спросила, стоило порталу закрыться:

– Тебе не надоело перед ним стелиться?

– Где? – вскинул темную бровь мужчина, опускаясь в кресло у окна и задумчиво глядя на оживленную улицу по ту сторону стекла.

– Да везде! – эмоционально всплеснула руками гремлина и, спрыгнув на маленький круглый столик, уперла руки в боки. – Я не понимаю, как можно быть таким гордым в одних вопросах и настолько… настолько… вот.

– Настолько унижающимся в других? – хмыкнул зеленый феникс, насмешливо прищурив глаза. – Это ты хотела сказать, девочка?

– Да! – смело посмотрела ему в глаза малышка и встряхнула рыжими кудрями. – Я тебя знаю уже не первый год, но понимания это не принесло. Ты же помешан на собственном достоинстве, Финист! Где оно все перед королем?!

– Знаешь долгие годы, а вот понимания это не прибавило. Я не гордый, Элу. Я гибкий. И как раз поэтому не просто живой, но и занимающий такую должность.

– А оно того стоит?

– Что именно? Моя власть? Мои деньги? Мое положение?

– Ты лучший интриган, что я знаю! Мог бы занимать совсем другое положение, например… – гремлина осеклась, не решившись договорить фразу.

– Например на троне? – феникс не страдал подобной щепетильностью. – Нет, моя дорогая, я не хочу на трон. Я предпочитаю стоятьзаним.

– Такой ценой?!

– Какой? – искренне не понимал советник короля. – Поклонившись пару раз и заверив в преданности?

– Да… – рыжая покраснела, уже и сама начиная понимать, что претензии выглядят странно.

– Все просто, малышка. Некоторые созданы для того, чтобы лететь на коне в авангарде, а другие предпочитают стоять в сторонке и дирижировать процессом. Или что, хочется служить кому-то озаренному славой? Могу подобрать тебе нового хозяина, исходя из этих требований.

– Я уже много раз говорила, что не собираюсь от тебя уходить. Новый хозяин не нужен!

– А я также не единожды тебе говорил, что этот вопрос не обсуждается. И мне казалось, что ты поняла и осознала. И перестала вести себя как избалованная девчонка.

– Тебе кажется, Финист Цари! – процедила сквозь зубы гремлина. – И ты… ты…

Она задохнулась от эмоций и крепко стиснула зубы, сдерживая рвущиеся наружу слова. Наверное, как умному и дальновидному мужчине, Финисту стоило бы отослать мелкую гремлину к себе в комнату, чтобы успокоилась и пережила очередную эмоциональную бурю. Не первый раз, все же, ему женщины истерики устраивают.

Но сейчас… сейчас было иначе.

– Правда? – зеленый феникс резко подался вперед, нависая над девушкой и заставляя вздрогнуть свою помощницу. – Договаривай. Это ведь не все, что ты хотела сказать!

А в голове в это время набатом звучала совсем другая мысль: «Идиот, ты же прекрасно знаешь, что она может сейчас заявить! Знаешь… и, вероятно, впервые хочешь услышать, не так ли, господин Цари?»

Почему-то в те моменты, когда ты ощущаешь, что жизнь уже подвешена на волоске и совсем рядом с этой тонкой нитью кто-то играет ножичком… хочется получать от оставшихся дней все и немного больше.

Хочется знать, что к тебе чувствуют. Совершенно эгоистичное желание, но безумно сильное.

– Я ничего не хотела сказать! Ничего, кроме того, что ты слепой идиот, который не видит дальше собственного носа во всем, что не касается политических дрязг! Ты говоришь, что передашь меня другому владельцу, чтобы уберечь?! А ты подумал, что случится со мной, если ты сдохнешь в очередной раз, а я не смогу быть рядом? Ты подумал, как я буду жить потом, если ты не воскреснешь?! Ты подумал обо мне?! О, Богиня Земляна, как, ну как меня угораздило полюбить такого безнадежного сухаря?

Она топнула ногой, быстро вытерла побежавшие по щекам слезы и, развернувшись, скрылась в пространственном переходе.

А Финист остался сидеть в кресле, с очень потерянным видом и невероятным раздраем в душе.

Лалидари

Жизнь – штука затейливая и непростая.

Когда ты сбегаешь из дома навстречу приключениям, то кажется, что самое сложное – в принципе вырваться из своего замкнутого круга. Но вот, мир перед тобой, а проблемы только множатся.

Адамантовая академия – моя мечта. Которая сбылась. Но, как и все мечты, – довольно криво она это сделала, к сожалению.

Ожидаемый восторг продлился несколько дней, а потом про меня вспомнил господин Невезение и от души вдарил по маковке.

Для начала – ожидаемое обучение с ходу замкнулось на экстернат, что немного удручало. Ввиду большой нагрузки студенческая жизнь, на которую я так рассчитывала, махнула рукой и радостно убежала к другим студентам.

И зачем я согласилась на предложение Нурикеша? Ну не хочет он сидеть семилетку в Адамантовой, я-то здесь при чем?!

Впрочем, вспышки эгоизма, призывающего махнуть рукой на все, кроме своих интересов, почти сразу награждала мощным пинком совесть. Феникс тоже очень многим пожертвовал ради меня, так что стоит засунуть хотелки куда подальше и пойти навстречу просьбам товарища. Тем более, он всего лишь просит с большим энтузиазмом вкалывать в каменоломнях знаний. И активно в этом помогает. По сути, Айнир сейчас со мной как птица с птенцом носится – информация предоставляется в предельно доступном виде.

Но и в экстернате нашлись свои плюсы. Теперь почти все мои лекции и практики проходили по любимым и нужным для перспективного будущего предметам. Тем, которые я сама себе сделала профильными.

– Таким образом, твой график выстроен максимально удобно для того, чтобы… Лали, ты меня слушаешь?!

– А? Что? – я виновато и растерянно уставилась на злобный перекос на благородном лице: Айнир Нурикеш уже минут эдак пятнадцать вдохновенно вещал мне какие-то важные вещи.

Было стыдно, честно…

– Лалидари, еще один раз, и ты вместе с теми конспектами будешь также учить расписание и вообще все, что я могу изложить тебе лично. Я, конечно, могу повторять по три раза, но честно говоря уже несколько задол… утомился это делать.

– Кеш, прости, пожалуйста, – я тронула его за локоть и просительно заглянула в темные глаза. – Столько всего, я периодически выпадаю из реальности.

Тонкие, скульптурно вырезанные природой крылья носа феникса дрогнули, выдавая гнев, но он лишь ровно ответил:

– Ничего страшного. Но я предупредил.

– Хорошо.

После этого диалога повисло тяжелое молчание. Я мучалась раскаянием, глядя на друга, а он спокойно шел по дорожке рядом и, казалось, совсем не чувствовал дискомфорта. Вообще, чем дальше, тем сильнее Айнир Нурикеш… менялся. В нем уже было очень мало от ироничного попугая, которого я впервые встретила, и еще меньше от того невоздержанного в словах и действиях мужчины, что вынырнул из вод озера в капище Земляны.

Теперь, глядя на него, я верила, что этот феникс некогда так сильно мешал в политических интригах, что его устранили настолько жестоким образом. Кто знает, может, смерть была бы гуманнее, чем пять лет в лавке старьевщика: в полном сознании, но не в силах пошевелиться.

И потом еще неизвестно сколько лет он в виде погруженного в стазис чучелка валялся в сейфе папы.

– Я больше не буду… – спустя несколько минут вновь повторила я, ощущая, как глаза наполняются слезами. С игнорированием я столкнулась в первый раз, и это оказалось неожиданно болезненно. Особенно от него.

Айнир покосился на меня и со вздохом остановился, чтобы сгрести в объятия и плотно прижать к себе. Я уткнулась носом в его рубашку и глубоко, судорожно втянула в себя запахи свежести и чего-то неповторимо терпкого. Так пах сам феникс… тело, волосы… Незнакомый аромат будоражил, кровь устремилась по жилам быстрее, а внизу живота вспыхнуло уже знакомое жаркое пламя.

Ну а феникс, не имея понятия о том, какой эффект производит на несчастную опоенную девушку, положил руку мне на волосы и сначала провел по всей длине распущенных волнистых прядей, а после запустил пальцы в них и помассировал кожу головы.

Я едва не рухнула к его ногам, такой силы были хлестнувшие по нервным окончаниям ощущения. Отпрыгнув от Айнира, я уставилась на него едва ли не с ужасом, поправила на плече ремень сумки и, скороговоркой пробормотав “Спасибо-до-вечера”, рванула в сторону учебного корпуса. Слава всем богам, мы до него уже почти дошли!

И все то короткое расстояние, что оставалось до дверей, я ощущала, как спину жег подозрительный взгляд Айнира Нурикеша.

Лучше бы взгляд был злобным от такого моего поведения, ей богу!

Потому что, зная пытливый ум и настырность этого пернатого, я не сомневалась: вечером меня ждет допрос. С пристрастием!

При-страстием…

Мой озабоченный прикосновениями феникса мозг мигом разложил слово на части, вычленил из них самую, на его взгляд, интригующую и мигом подогнал жаркую картинку, как это пристрастие может выглядеть. Эротично оно может выглядеть… развратно практически!

Очень хотелось водички. И прийти в себя.

Как только дверь за мной захлопнулась и тело обнял прохладный воздух, царивший в аромагическом корпусе, стало немного легче. Так, надо поторопиться и найти аудиторию, ведь первая лекция начнется буквально через несколько минут!

Нужное место я нашла довольно быстро, благо только перед этой дверью толпился народ. Да и “корпусом” отведенное под изучение аромагии здание можно было назвать с очень большой натяжкой. Судя по висящему на стене плану – тут был всего один этаж, с примыкающими оранжереями, и второй полноценный подземный уровень, с располагающимися там лабораториями.

Мы стояли в коридоре возле запертой двери с соответствующей табличкой и ждали преподавателя. Ждали уже довольно долго…

– Вообще-то, опаздывать на свою же лекцию – это моветон, – поправил очки один из сидов.

Группа у нас была малочисленной, но интересной. Несколько голубокожих сидов, нагайна, как и я, но чистокровная, и худенький паренек непонятной расы. То есть явно кто-то из двуипостасных, но так с ходу не определишь.

Ни одного чистокровного человека!

Их мы как раз таки чуем. Слишком… простые, что ли. Энергетические контуры всех волшебных народов гораздо сложнее, чем человеческие.

В общем, я коротала время в рассматривании одногруппников. Маловато, конечно, но это и хорошо. Меньше конкурентов в будущем – больше простора для фантазии и работы.

И внимания преподавателя.

Хотя, если учитывать, что он так опаздывает на свою же первую, между прочим, лекцию… вопрос об отношении к нам встает во всей красе.

Именно в этот момент хлопнула входная дверь и на том конце коридора появился худощавый человек. Я прищурилась и изумленно открыла рот.

Это был он! Тот самый странный мужчина из библиотеки. Казалось, он даже одежду не сменил с того времени, как мы виделись, только прическа другая, уже не коса, а низкий хвост, из которого выбились несколько прядей. Обычно такая небрежность делает человека милее, но не в этом случае… казалось, что росчерки черных волос, обрамляющих узкое лицо, еще больше заострили черты.

Увидев нас, он остановился и даже вскинул черную бровь. Несколько секунд длилась пауза. Препод смотрел на нас, мы на него. Все чего-то ждали.

– М-да… – первым нарушил молчание непонятный господин. – Студенты?

– Студенты, – кивнула я, отважно выступив вперед. Он пристально посмотрел мне в глаза и, похоже, узнал – тонкие губы дрогнули в едва заметной улыбке.

– Учиться? – еще раз уточнил мужчина, роясь в карманах и наконец-то извлекая большой ключ. – Вот не сидится же вам на месте. А мне ректор говорил: аромагия, редкий профиль, никто не придет, отдохнешь… Отдохнул. Вот зачем вы явились?

Мы в полном шоке смотрели на бубнящего гадости преподавателя, который с нажимом открыл замок, одним пинком распахнул перед нами дверь в аудиторию и махнул рукой:

– Прошу!

Мы осторожно зашли. Под потолком медленно разгорались магические лампы, освещая пыльное, явно давно и всеми забытое помещение. Хм, а я точно по адресу пришла?

Следующие десять минут прошли… в уборке. Наш чрезвычайно креативный преподаватель уселся в свое кресло, закинул ноги на стол и широким жестом обозначил фронт работ для студентов.

– Окна открыть, лавки и столы протереть!

– Но мы не уборщики, – робко возразила нагайна, на которую я обратила внимание в самом начале.

Невысокая, рыжеволосая, с медным хвостом, в чешуе которого периодически проглядывала зелень.

– Тогда конкретно вы, иоли Дарриони, можете сидеть в пыли.

– Тут воды нет, – нейтральным тоном проговорил один из сидов.

– Оправдания, все оправдания. – Преподаватель с тоской возвел темные глаза к потолку и щелкнул пальцами. По комнате пронеслась волна непонятной магии, стуча ставнями, раскрывая зазвеневшие стеклами окна и выдувая всю пыль из аудитории на зеленую красивую клумбу.

Через десять секунд комната блистала чистотой так, что казалось, даже воздух заскрипит, если бы по нему можно было провести пальцем! Стены, окна, лавки, доска – все идеально чистое! Ни пылинки!

Такой же чистенький и довольный преподаватель.

И вконец грязные ученики!

– Мда… неувязочка вышла, – протянул препод и, глядя на нас, состроил странную гримасу, видимо призванную изобразить вину. – Извиняюсь.

Еще один щелчок пальцами, и одежда вернула себе первозданную чистоту, а вот волосы, к сожалению, встали дыбом. Очень чистые, но очень спутанные.

– Ладно, довольно. Меня зовут Цайр Шарран. Как вы могли заметить, бытовая магия всегда паршивенько мне давалась, – почесал кончик острого носа типчик со странным именем. – Но, к счастью, я преподаю у вас аромагию. Присаживайтесь, студенты, раз вы у меня есть, – будем знакомиться и приступим к первому занятию.

Мы осторожно расселись и с опаской уставились на эксцентрика в преподавательском кресле.

Но, к его чести, на этом чудачества закончились и началась вводная лекция. Как я понимаю, у всех студентов была разная степень подготовки, но мои знания в основном базировались на прочитанном в последнее время, поэтому я слушала с огромным интересом.

Цайр умел рассказывать. Динамично, с юмором, незаметно вовлекая ученика в предмет. И это было прекрасно! Пара пролетела так стремительно, что, когда она закончилась, я ощутила острое разочарование.

– В завершение хочу немного рассказать о том, как будут проходить наши занятия. Начнем с органических веществ и всего, что мы можем получить из растений. Сначала будут теоретические лекции, а после – занятия в оранжерее.

– А разве мы травники? Почему мы должны собирать растения и собственноручно экстракты готовить?

– Потому что вы в будущем высококвалифицированные специалисты и должны с ходу определять качество предоставляемого вам материала, – потяжелел взгляд преподавателя. – А для этого нужно самому уметь его готовить, даже с завязанными глазами, в три часа ночи и с бодуна. Адамантовая академия выпускает лучшие в Соединенном Королевстве кадры!

Я проглотила несвоевременный вопрос о том, на какой именно должности мне потребуется умение приготовить зелье с бодуна. Но остальные ребята прониклись и потупили взгляды, вернувшись к сборам. Я тоже закинула в сумку пособие и тетрадь для конспектов, в которой уже появились первые записи. Из аудитории выходила последней и уже в дверях услышала:

– Лалидари Шаор, задержитесь, будьте любезны.

Охваченная странными предчувствиями, я замерла, а после повернулась и с улыбкой сказала:

– Да, профессор Шарран.

– Ой, помилуйте, я не профессор, – отмахнулся тот и, энергичным движением покинув кресло, направился ко мне. – Надо признать, после нашей последней встречи я немного размышлял над беседой и даже пришел к неким выводам. Задачка-то интересная! Не чаял вас встретить на моем же курсе, но раз обстоятельства сложились так… – он протянул мне сложенный листок бумаги, который держал в руках. – Прошу. Тут указаны три зелья, которые вам нужно заказать для деактивации процессов, уже запущенных в организме. Удачи!

И ушел! Прошел вплотную от меня, обдавая ароматом свежести и мяты и беспечной походкой удалился по коридору. А я стояла, судорожно сжимая в пальцах свое… спасение! Да, спасение!

Развернув, я прочитала названия двух стандартных зелий-противодействий и одного незнакомого. Нужно показать все Кеше и спросить, где их можно купить!

Глава 5

– Мда… – Айнир Нурикеш щелкнул кончиком ногтя по чуть желтоватому листу бумаги с названиями зелий. – Кто он, говоришь?

– Мой преподаватель по аромагии. Цайр Шарран, – терпеливо повторила я уже раз в третий. Кеша был подозрителен, как… да как последний феникс с синдромом Геримера в активной фазе! Угу, когда в мысли о плане захвата мира закрадывается паранойя и уверенность, что кругом одни враги!

– То есть это он сначала в библиотеке тебе подсказал, в чем дело, а потом по доброте душевной дал инструкцию, как от этого избавляться?

Я закатила глаза к потолку своей комнаты. Мышка тоже. А потом тяжко вздохнула и сказала:

– Пернатый, представляешь, бывают в мире добрые люди! В это, разумеется, очень сложно поверить, но если ты приложишь ка-а-апельку усилий, то у тебя несомненно получится.

– Ирония неуместна. Да, я и правда не верю в таких вот… странных личностей, вершащих добро направо и налево.

– Кеш, если принять за аксиому то, что ему это по факту совсем ничего не стоит, то поверить проще.

– Ладно… – спустя несколько секунд сдался крылатый и, еще раз прочитав названия зелий, сказал: – Нам в любом случае нужно идти в город, чтобы все это заказать.

Вылазку назначили на завтра и решили совместить с ознакомительной экскурсией по городу.

– Как тебе вообще аромагия? Ты так ею горела, – внезапно спросил Кеша, когда следующим днем мы неторопливо прогуливались по залам музея. Часом ранее мы забежали в лавку одного из столичных аромагов и купили два из трех зелий. Третье, как оказалось, нужно варить конкретно под владельца, используя его кровь и волосы. И приготовление занимает без малого три дня! Так что мы оставили все необходимое, деньги и отправились культурно просвещаться.

– Аромагия – отлично, но я ее представляла несколько иначе…

Перспектива исписывать листы больших блокнотов, изучая особенности растений, способы их переработки в разные вещества, свойства и противопоказания – не вдохновляла.

Как же я мечтаю уже о том, чтобы войти в лабораторию, уставленную стеклянными колбами и мензурками, увешанную большими шкафчиками с ингредиентами и реагентами! Я будто бы прямо сейчас иду между длинными узкими столами, чувствую приятный едва уловимый запах. Ощущаю, как мои пальцы скользят по гладкой поверхности пузатой колбы, внутри которой плещется светло-зеленая жидкость. Всего несколько ингредиентов, немного работы, щепотка магии. И вот в моих руках новые духи. Да такие, что способны всем вскружить голову…

– Ляль, ты меня вообще не слушаешь?

– А?

Я вынырнула из своих красочных фантазий и осмотрелась. Сейчас мы стояли в большом светлом зале одного из музеев столицы. По стене справа от меня тянулся ряд красочных картин в тяжелых деревянных рамах. С левой стороны – возвышались статуи нимф, стыдливо прикрывающих свои груди ладонями. Скульптору удалось даже смущение на их лицах изобразить. Да так хорошо, что казалось: еще мгновение, и они спрыгнут с пьедесталов и побегут одеваться.

– Да слушаю, – вздохнула я, поворачиваясь лицом к Нурикешу.

Сегодня феникс решил вытащить нас с Мышкой в город, показать достопримечательности и рассказать о них, провести по историческим улочкам. Да только брауни уперлась несуществующими рожками и отказалась от такого щедрого предложения.

– Мне тут еще одного слишком хитрого товарища ловить надо, – многозначительно произнесла она, листая книжку, будто могла найти в ней секрет поимки высшего фейри.

Без него нам очень сложно дальше продвигаться по заданию Земляны. Гаррини нас, конечно, не торопила, но долг перед ней постоянно тяготил и не давал забыться. Мы не просто студенты, которые по мере сил решают собственные проблемы и ищут путь в жизни. Мы – слуги богини. Помимо прав и способностей, которыми нас уже наделили, у нас есть обязательство, и его нужно выполнить: раздобыть Огненный ключ.

– Тогда что не так? – вопрос мог бы прозвучать с упреком, но феникс просто интересовался.

Я не к месту отметила, что сейчас он уже практически полностью вернул себе контроль над эмоциями. Ну… насколько это было возможно для феникса. Хотя для того, чтобы делать такие выводы, надо знать, каким он был до превращения в попугая.

– Лалидари? – уже с нотками недовольства в голосе протянул он.

– А? Да? – я даже лопатки свела вместе от вспышки испуга. – Что?

– Ты меня не слушала, – подвел итог Нурикеш. – Тебе совсем не интересно?

– Интересно, – с преданным рвением выдала я, а потом осеклась, – просто…

– Просто? – приподняв брови, поторопил он меня.

– Просто я все это уже видела, – вздохнула я. – Все эти красочные пейзажи, скульптуры из разного камня… И честно говоря, хотелось бы взглянуть на что-то другое. Необычное. Понимаешь?

Судя по взгляду Нурикеша, он меня не понимал. Но очень пытался.

– Там ярмарка была, – протянула я неуверенно: все же это феникс тут экскурсию проводить вызвался, а я помешать его задумкам пытаюсь. – Вот на ярмарке я ни разу в жизни не была. А в музеях была. И на выставках была. Даже в картинных галереях…

– Все-все, достаточно, – прервал меня феникс. – Я тебя понял.

Сердце подпрыгнуло от предвкушения. Неужели мы сейчас пойдем на ярмарку? Правда-правда?

– Иола Лалидари, – галантно произнес Нурикеш, поклонившись мне, будто мы были на каком-то приеме, – вы позволите пригласить вас на самую большую ярмарку столицы?

И подает руку.

– Конечно, лорд Нурикеш, я с удовольствием принимаю ваше приглашение!

Вот так мы и покинули здание городского музея. Я придерживалась за галантно предложенный мне локоть, феникс о чем-то рассказывал, но я опять не слушала. Надо было, конечно, да только в голову лезли самые странные и не всегда целомудренные мысли. Может, это на мне так тот случай отразился?

Но почему-то я больше не могла воспринимать Нурикеша как друга. А лучше бы воспринимала. Да вообще, было комфортнее думать о нем как о вредном попугае Кешке, а не вот это вот все…

– Ты уверена, что хочешь туда? – уточнил бывший красный представитель крылатых.

Мы остановились на широкой дороге, по которой прогуливались люди и время от времени проезжали кареты и двуколки. А всего в трех минутах ходьбы раскинулись яркие цветастые палатки, оттуда раздавались крики зазывал и восторженный детский смех.

– Очень, – тихо призналась я, почему-то краснея под пристальным взглядом Нурикеша.

– Ну что же, хорошо, – тяжело вздохнул он, будто подписывая себе смертный приговор. – Пойдем тогда.

В сопровождении феникса я влилась в толпу зевак. Отовсюду слышались выкрики торговцев, смешиваясь в сплошной гул. Нос щекотало от обилия запахов, глаза разбегались.

– Туда… А теперь туда… Сюда, ну пожалуйста…

Нурикеш стоически выполнял все мои просьбы, не возмущался, то и дело отдергивал в сторону от слишком прытких прохожих.

– Ляль, ну смотри куда идешь, – не выдержал он, когда я вновь попыталась протаранить толпу детей.

– Прости, – пискнула я, глядя на грозного феникса. Детвора разбежалась, только увидев его. – Просто там аттракционы.

Он проследил за моим взглядом и со вздохом предложил руку. Не локоть. Просто взял мою ладошку в свою и повел, прокладывая мне дорогу.

Я плелась следом, уже и позабыв, что хотела покататься на аттракционах. Рассматривала широкую спину и кусала нижнюю губу. Через тонкую ткань рубашки проступали напряженные мышцы; я смотрела и вспоминала ту ночь, когда меня накрыло от афродизиака.

Что было бы, не остановись мы тогда? Было бы хорошо? Лучше?

Боги, Лалидари, о чем ты думаешь?!

– Ты точно туда хочешь? – уточнил Нурикеш, оборачиваясь слишком резко. Так, что я практически влетела носом ему в грудь.

Остановившись, я глянула в сторону парка аттракционов и поняла, почему он спрашивает.

Очередь туда была не просто большая, а огроменная. Дети с мамами, влюбленные парочки, стайки студентов из Адамантовой.

– Я…

Подняв глаза на феникса, осеклась. Мужчина все это время смотрел на меня, не отводя глаз. Не моргая. И что-то такое было в этом взгляде… Удушливая волна смущения поднялась изнутри, ударила жаром по щекам.

– Лали? – приподняв брови, позвал он меня по имени. – Все хорошо?

– Нет… То есть, да. То есть, наверное, сегодня обойдемся без аттракционов, – наконец смогла я сформулировать свои мысли. – Ты прав. Там слишком много народа.

– Ты ведь хотела. Я могу провести нас без очереди.

– Ты что? Нас же потом порвут на мелкие кусочки, – ужаснулась я, наблюдая за тем, как на лице Нурикеша расцветает хитрая улыбка. – Нет-нет, не надо.

– Но ты ведь хотела, – протянул он, наблюдая за реакцией.

– Пойдем лучше поедим? – предложила я, надеясь, что не смогла выдать мимикой всех мыслей. – Мы ведь так и не позавтракали сегодня.

Феникс мешкал всего несколько секунд, перед тем как вздохнуть и, снова предложив мне локоть, направиться к небольшой таверне, вокруг которой теснились палатки с едой.

К счастью, Нурикеш повел меня в заведение, а не остановился возле булочника. Хотя… Я уже и не уверена, чего хотела больше. Да как-то в последнее время я вообще мало в чем уверена. Напрягает немного.

– Сядем у окна, – мужчина махнул рукой одной из подавальщиц и увлек меня к указанному месту.

Пока феникс делала заказ, я осматривалась. Трактир оказался небольшим, но вполне уютным. Не похожим на столичные стеклянные ресторанчики, но явно больше подходящим под настроение ярмарки.

– Лали, как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – пожала я плечами, не совсем понимая, к чему такой вопрос.

– Приступов больше не было?

Я открыла рот и тут же его захлопнула. Нурикеш скользил по моему лицу изучающим взглядом, а я даже не знала, что сказать. Потому что они вроде как и были во время нашей прогулки, но я уже ни в чем не была уверена. Потому что… А что, если то были просто мои настоящие чувства? Да и Иней в этот раз не мерещился.

– Нет, все хорошо, – я как можно правдоподобней улыбнулась, стараясь не пугать мнительного Нурикеша. – Голодная только.

– Это мы сейчас исправим, – кивнул феникс, а в нашу сторону уже спешила девушка с подносом, полным вкусностей.

Из моей головушки выветрились все странные и пугающие мысли, осталось только предвкушение: еды и продолжения нашей прогулки.

Нет, я точно хочу попасть на аттракционы. Даже если придется добираться до них через сокровищницу короля. Ох, как хочу. Вот только поем для начала. А потом… Ух!

Весь оставшийся день стал тем самым “ух!”, унесшим все переживания. Мы веселились, смеялись, жевали сладости и много говорили. Пожалуй, это был мой самый счастливый день за последние… полжизни?

Глава 6

Утром у меня оказалось свободное время, которое я решила пожертвовать в пользу самообразования. Корпела над знаниями, обложившись учебниками, грызла их без посторонней помощи… Не учебники – знания. Хотя после того, как приходилось по пятнадцать раз перечитывать одно и то же, чтобы понять, хотелось грызть и все остальное. А еще подвывать.

Потому что аромагия была не самым простым и не самым легким для изучения предметом. Особенно без мудрого наставника, который укажет на важные моменты и ткнет носом в нужные.

Может быть, даже буквально.

Словом, я подвывала, но учила. И вызубрить вот эти пять параграфов хотелось за несколько часов, потому что первым занятием в моем расписании на этот день стояла практическая аромагия. После знакомства с преподавателем у меня не оставалось и капли сомнения – сегодня нас будут мучить.

Судя по всему, Цайр не очень-то и доволен своей работой. Непонятно тогда, почему пошел в преподаватели… Так, я отвлеклась!

– Аромагия является переплетением множества наук…

– Ляль! – дверь распахнулась и ударилась о стену. Нурикеш прошел внутрь, не обратив внимания на то, что я вздрогнула. – А я думал, что ты еще спишь.

В его голосе проскочили нотки уважения, когда взгляд феникса упал на стопку учебников рядом со мной.

– Если бы, – я отложила книгу и потянулась. – На завтрак идем?

– Да. Только третью найти остается.

– Третью? – я нахмурилась. – Мышку? А она разве не у тебя сегодня ночевала?

– Лали, – во взгляде Нурикеша проскользнуло снисхождение, – скажи-ка, пожалуйста, сколько раз эта псевдо-гремлина ночевала в выделенной ей комнате?

– Эм-м?

– Ноль, – подсказал мне феникс. А потом перевел тему. – Тебе что-то срочно выучить надо? Помочь?

– Да ничего особенного, – протянула я, а потом исправилась. – Точнее, у меня скоро практика по аромагии, но готовиться не просили. Я сама решила хоть немного наперед забежать по программе, понять, что мне может грозить.

Нурикеш удовлетворенно кивнул, будто бы я только что сделала что-то очень значимое и достойное похвалы.

– Как твое самочувствие?

– Пока нормально, – я неопределенно пожала плечами. – Ладно, пойдем уже. Если нам еще и Мышку искать, то я могу и на занятие опоздать.

Да только встать я не успела, как посреди комнаты появилась наша пропажа. Мышка выскочила из пространственного разрыва в миниатюрном виде, быстро увеличилась и с писком кинулась меня обнимать.

– Лали-и-и-и!

Я испуганно глянула на Кешу. Тот в свою очередь пожал плечами и покрутил пальцем у виска.

– Нашла-а-а! – рассмеялась Мышка, не переставая меня обнимать. – Я нашла-а-а!

– Мы за тебя, конечно, безумно рады, – откашлявшись, произнес феникс. – Но может, ты перестанешь душить Ляльку и все нам расскажешь?

Хватка брауни ослабла, она отступила от меня на шаг и улыбнулась:

– Прости.

– Да ничего страшного, – тут же заверила я ее. Слова феникса ее никак не задевали, а тут, кажется, она даже смутилась от его замечания. – Что ты нашла?

– Это, – она продемонстрировала нам с Нурикешем большой том в темно-синей обложке. По корешку перетекали волны фиолетового свечения, а буквы на форзаце то и дело менялись. Разобрать название не удавалось.

– И что это? – присущим ему тоном поинтересовался феникс. – Книга о высших фейри?

– Почти, – Мышка никак не могла прекратить улыбаться. – Для вас это просто книга о высших фейри. А я же смогла найти в ней зашифрованное объяснение, как провести ритуал по поиску высшего фейри.

Я тихо ахнула, радуясь за подругу. А вот Кеша задал весьма разумный вопрос:

– И ты уверена, что это не подделка?

– Думаю, что уверена, – уже серьезно произнесла Мышисса, открывая книгу и пролистывая ее. Остановившись на одном из разделов, она повернула ее к нам страницами. – Что вы тут видите?

Я присмотрелась и нахмурилась:

– Легенды о высших фейри. Там небольшая карта, вот тут дерево.

– Да, текст и несколько рисунков, – подтвердил Нурикеш.

– Тогда я права, – победоносно улыбнулась подруга. – Я вижу тут описание ритуала. А значит, и провести его смогу.

– Тебе нужна какая-то помощь? – спросила я, продолжив рассматривать страницы необычной книги. Вдруг повезет, и я сейчас тоже увижу скрытое послание.

Но ни буквы, ни изображения со своего места не сдвигались. Выходило, что Мышка права.

– Увы, вы мне тут вряд ли чем-то помочь сможете, – она захлопнула книжку и прижала ее к груди. – Поиск высшего фейри может провести только близкий ему по крови и по силе. По крови я подхожу. По силе, благодаря подарку Земляны, тоже. Так что пожелайте мне удачи. Если повезет, то сегодня я найду его. И прижму!

В глазах брауни сверкнула решимость. А нам с Нурикешем и в самом деле осталось только пожелать ей удачи. Мышка отказалась от завтрака и вновь шагнула куда-то через пространство.

– С ней все будет хорошо? – высказала я опасение уже за завтраком.

Феникс усердно работал челюстями и, казалось, даже не сразу расслышал мой вопрос. А потом фыркнул:

– Да а что с ней случиться может? Если найдет фейри, то хорошо. Нет, будет искать другой путь. Земляна и так много для нее сделала. Сомневаюсь, что богиня решит еще и свидание им устроить.

– Но если он не захочет быть найденным? – задумчиво протянула я, жуя пирожок.

– Ляльк, это уже не наши проблемы. Тебе бы со своими разобраться для начала.

– Это точно. – Я отложила недоеденный пирожок. – Пойду. Занятие по аромагии скоро начнется.

– Тебя проводить?

– Нет, – я благодарно улыбнулась, – я знаю, где оранжерея. Но удача бы мне не помешала.

– Тогда удачи тебе, – усмехнулся мужчина. – Если решишь кого-то взорвать, зови. Я хочу на это посмотреть.

– На аромагии. Ага.

– Ты недооцениваешь открывающиеся возможности, – подмигнул мне феникс. – Беги уже, а то точно опоздаешь.

Вот здесь он был прав. Время, которого мне казалось много, пролетело как-то слишком быстро, я практически ничего нового не успела выучить. Остается надеяться только на то, что допрашивать преподаватель меня не станет.

Оранжерея представляла собой огромное стеклянное здание с круглыми крышами и большими прозрачными дверями. Размеры оценить с первого взгляда не удавалось. Но судя по тому, как далеко вперед тянулись стены оранжереи, она весьма немаленькая.

К счастью, я все же не опоздала. Мои одногруппники толпились у закрытых дверей, что-то громко обсуждали. До моего слуха долетели несколько последних фраз, а потом все дружно повернулись в мою сторону.

– Не преподаватель, – резюмировала нагайна.

– Спорим, что он в этот раз вообще не придет? – протянул один из сидов, махнув на все рукой и сев прямо на землю.

– С чего бы это? – удивился другой представитель этой же расы.

– А ты слепой или с мозгами проблемы? Забыл, как он недоволен был во время первой лекции?

– Да ладно вам, ребята, – отмахнулась нага. – Может, он просто нелюдимый. Бывают же такие.

– Такие не устраиваются преподавателями, – отозвался сидящий на земле. – А ты что скажешь?

Вопрос был адресован мне.

– Подождать все же стоит, – пожала я плечами. – Может, задерживается.

– Ну-ну, – заговорил парень, расу которого определить у меня так и не получилось. – Если не явится через несколько минут, я ухожу. Неплохо еще и жалобу в ректорат подать. Это ни в какие рам…

– Добрый день, студенты!

Голос раздался буквально у меня за спиной. Сердце вначале рвануло вверх, а потом рухнуло от испуга в пятки.

Когда успел подойти Цайр Шарран, да так, чтобы его никто не заметил, я так и не поняла. Мои одногруппники как по команде отошли от двери, позволяя преподавателю ее открыть. Все молчали, отводили взгляд. Видимо, не одну меня обескуражило его резкое появление.

– Проходите, – преподаватель сегодня не сетовал на факт нашего наличия. – В шкафу у входа возьмите перчатки и по набору для работы в саду.

Проходящая мимо меня нага скривилась, но ничего не сказала. Первая достала из высокого шкафа небольшое ведерко, лопатку и грабельки, следом за инвентарем потянулись остальные. Отойдя в сторону, мы уставились на Цайра.

– Хорошо. Вижу, что вы справились с этим сложнейшим заданием, – хмыкнул мужчина, окинув нас придирчивым взглядом. – Вся защитная одежда сейчас в чистке. Но не думаю, что она вам пригодится, если только к огнецветам лезть не станете.

Я только фыркнула, улавливая в его тоне нотки высокомерия. Будто бы перед ним не взрослые студенты, которые хотят освоить основы аромагии, а дети, готовые лезть в пасть опасным монстрам.

– Вашим заданием на сегодня будет найти и подготовить по одному представителю из трех видов растений, которые идут в основу афродизиаков. Кто мне назовет необходимые части растений? Вы?

Он указал рукой на меня.

– Травы, цветы, коренья, – без запинки отозвалась я, радуясь, что это я успела вызубрить чуть ли не в первый день.

– Хорошо, – глаза преподавателя странно блеснули. – Тогда приступайте.

Цайр вытащил из внутреннего кармана небольшую книгу, прислонился спиной к высокому столу и погрузился в чтение. Несколько мгновений царила тишина, я поймала озадаченный взгляд одного из сидов. Его сосед пожал плечами и, натянув перчатки, направился к ближайшей клумбе, всматриваясь в растения.

– Никаких уточнений не будет? – удивилась нагайна, тряхнув копной волос.

– А вам этого мало? – преподаватель опустил книгу и бросил на студентку взгляд. – Или мне за вас выполнить это задание?

Решив не попадаться под горячую руку, я перехватила ведерко с инструментами и поспешила к одной из грядок. Если верить прочитанным параграфам, за основу можно взять почти все. Главное – потом правильно изготовить, добавить нужных ингредиентов, вдохнуть магию там и там…

Так что не так уж и важно, что я принесу ему к концу занятия.

Через несколько минут в моем ведерке уже лежал пучок сизой травы с острыми краями и несколько алых цветов с ярко-голубой сердцевиной. С этим выбором у меня проблем не возникло. А вот корешок какого растения выбрать…

Словом, я бродила между клумб и грядок уже довольно долго, присматривалась, вспоминала вычитанное.

– Как у вас успехи? – голос вновь раздался аккурат за спиной, заставляя меня ойкнуть и быстро обернуться.

Собранные травы рассыпались по ведерку, цветочки помялись, а я еще и икнула вдобавок.

– Так как успехи? – как ни в чем не бывало повторил Цайр.

– Х-хорошо. Осталось выбрать корень.

– Ну и выбирайте, – предложил он, указав рукой на клумбу, у которой мы стояли.

Понимая, что преподаватель не спешит вернуться к чтению или уделить внимание другим студентам, я опустилась на корточки. Взяв в руки лопатку, окинула придирчивым взглядом посаженные тут растения.

– Эти не подходят, – пробормотала я. – Они ядовитые.

– Я ведь не говорил, какой тип мы собираемся готовить, – голос раздался над головой. – Может, мы кого отравить афродизиаком хотим?

Возможно, мне почудилось, но я уловила в его словах другой подтекст. Будто бы преподаватель знал наверняка, что отравленная афродизиаком тут именно я.

– Такие не подойдут к тем ингредиентам, что я уже выбрала.

– Хотите сделать похожие заготовки на разных основах? Ну что же, ваш выбор, – с хитрой улыбкой отозвался мужчина.

Я вновь повернулась к растениям, в голову лезли совершенно ненужные мысли. Сосредоточиться все никак не получалось. А Цайр Шарран и не спешил никуда уходить. Давил тяжелой аурой. Торопил молчанием.

Ох, Земляна, да спровадь его куда-нибудь! Я даже думать в таких условиях не могу.

– У вас какие-то проблемы с выбором? – как бы невзначай уточнил преподаватель.

А я так и слышала по тону – издевается!

– Мне кажется, тут нет того, что мне нужно, – решилась я на отчаянный шаг и поднялась. – Пойду посмотрю… там.

– Ну что же, пойдемте, – с полной готовностью известил меня маг.

Земля-я-на-а-а!

Не знаю, услышала ли меня богиня. Или просто так совпало. Но стоило нам сделать несколько шагов к ближайшим грядкам, как прямо из пространства вывалилось нечто.

– Нашла-а-а! – завизжала Мышка, обхватывая руками и ногами моего преподавателя по аромагии. – Нашла-а-а!

Не знаю, как отреагировали остальные студенты на это, я же попросту от удивления выронила ведерко. Собранные растения вывалились на землю.

– Занятие окончено! – рявкнул Цайр Шарран. По его ошалевшему лицу я могла прочитать, что подруга точно не ошиблась.

В следующее мгновение рядом с нами рухнуло высокое дерево, растущее в большой деревянной кадке. Сбило веткой Мышку. А преподаватель… попросту растворился в воздухе.

Глава 7

Столица Соединенного Королевства

Особняк Финиста Цари

– Ну и долго это будет продолжаться? – спросил феникс у гремлины.

Он стоял на пороге комнаты девушки и, опираясь плечом о косяк, устало смотрел на просто до отвращения пасторальную картинку. Элу, поджав ножки, расположилась в кресле у окна. Залитая солнечным светом, который путался в волосах, высекая из них медные искры, она… вышивала. Да-да, до безумия милая в простом голубом платье, которое невероятно ей шло, оттеняя молочно-белую кожу.

– Что именно? – ровно спросила девушка, даже не посмотрев на своего хозяина, и, заправив за острое ушко пружинку локона, склонилась над полотном, аккуратно втыкая в него иголку.

– Вот это.

Да, фраза ничего не конкретизировала, но господин Цари был более чем уверен, что противная девчонка прекрасно понимала причины его недовольства! Под загадочным, но всеобъемлющим «это» крылось совершенно все, что выводило Финиста из себя в последние дни.

После практически выжатого из девушки признания он много чего осознал, и устыдился. Финист со вкусом предавался самобичеванию всю ночь и уже настроился на то, чтобы утром извиниться и корректно обозначить малышке перспективы их отношений. А точнее, отсутствие этих самых перспектив.

Феникс и гремлина!

О таком даже не говорили: в среде крылатой братии отношения со служащими считались моветоном. А личные гремлины – это не просто слуги, это самые верные и доверенные лица. Надо быть полным дебилом, чтобы тащить в койку того, кто прикрывает тебе спину. Тем более, если это юная девочка. А такие, как правило, имеют дурную манеру идеализировать происходящее в постели.

Плотская любовь – не более чем способ получения удовольствия. Это даже не потребность тела, если совсем уж откровенно!

Финист сравнивал любовные радости со сладким. Вкусно, полезно, очень нравится… но еще никто не умирал оттого, что у него некоторое время не было шоколада. И опять же, очень глупо начинать считать себя кому-то чем-то обязанным, если вы как-то в ночи умяли напополам торт.

В общем, любовь штука мутная, на придирчивый взгляд феникса, с диагнозом «синдром темного властелина». Но тем не менее очень привлекательная.

– Я не понимаю, о чем ты, – ровным, спокойным тоном поведала Элна.

И вот так продолжалось уже больше недели.

Наутро после злополучного ночного разговора гремлина вышла к завтраку с каменным выражением лица и не меняла его уже семь дней. Сначала Финист обрадовался – как же, нет слез, покрасневших глаз, обвинений или, не дай Земляна, требований немедленно ответить взаимностью.

Но дни шли, и вместо привычной подружки с так импонировавшим фениксу чувством юмора рядом находилась послушная, но по-прежнему малоэмоциональная слуга. Она безупречно выполняла все его распоряжения, но не проявляла инициативы даже в малейшей степени.

Еще какое-то время господин Цари ожидал, пока привычная живость натуры не возьмет верх над обидой. Не дождался.

Остроносый рыжик дулся. И дулся основательно.

– В общем, ты можешь сколько угодно обижаться, а также изображать внезапно проснувшуюся страсть к вышиванию, – махнул рукой брюнет, решив перестать уговаривать вредную девчонку. – Но сейчас нужно спуститься в малую гостиную и поговорить с визитером.

– Мне? – она впервые посмотрела на него в упор и вскинула темно-рыжую бровь.

– Тебе, – отрывисто кивнул феникс, всеми силами стараясь не позволить себе залипнуть на, оказывается, безумно красивом цвете глаз Элны.

Голубые.

Как летнее небо за окном…

Небо, в которое он не позволял себе падать настолько давно, что практически забыл о том, как это – ощущать всем телом сопротивление воздуха. И преодолевать его! Полет – не свобода, что бы там ни говорили. Полет – борьба! Каждый миг, каждую секунду, потому что в тот момент, когда ты отдашься на волю неба, ты начинаешь падать.

Ты начинаешь умирать.

– Фини-и-ист? – гремлина склонила голову. – Ты странно себя ведешь.

Да. И это ему совершенно не нравится.

– В общем, пойдем вниз! Пора познакомиться с первым из кандидатов на роль будущего хозяина.

– О-о-о, так ты решил не заморачиваться и с ходу организовал кастинг? – с наигранной радостью осведомилась новообретенная рыжая проблема. – Ну тогда чего же мы ждем?! Идем, буквально бежим и спотыкаемся!

– Элу! – разъяренно рыкнул Финист, глядя, как девчонка с наигранной радостью быстро закрепляет иглу на ткани, а после, соскочив с кресла, вприпрыжку идет к двери, с каждым шагом все более уменьшаясь в размерах, пока не становится ростом по его колено.

– Я делаю что-то не то? – вредная девчонка запрокинула узкое личико, насмешливо глядя на хозяина.

Поганка. Мелочь невоспитанная. Некому драть было в детстве, а сейчас уже поздно, хоть и очень хочется!

Он не ответил, лишь чуть дернул уголком рта, выдавая свое недовольство. Раньше работало безотказно, а сейчас рыжая лишь фыркнула и двинулась к лестнице.

В нескольких метрах от двери, за которой находился первый кандидат на обладание сомнительным рыжим счастьем, девушка остановилась и, подергав крылатого за штанину, спросила:

– Слушай, а это я их выбираю или они меня?

– Они все готовы тебя взять. Так что да, выбор за тобой, кто больше понравится, с тем и уйдешь. Сегодня вариант номер раз.

– Ох, люблю я твои формулировочки, господин. Ладно, если так, то “собеседовать” я их должна без тебя.

– Почему это? – опешил Финист.

– Потому, – мило улыбнулась гремлина и добавила для наименее сообразительных в лице хозяина: – Ты остаешься тут. А я иду туда.

Глядя в хитрые глазищи девчонки, становилось кристально ясно – она что-то задумала.

– Элу…

– Что? – тонкая бровь поползла вверх, окончательно сделав девчонку похожей на белочку. Коварную такую белку.

– Ничего, – мрачно ответил господин Цари, скрещивая руки на груди, и кивнул на двустворчатые двери. – Иди.

Дурные предчувствия подтвердились практически сразу. Элна замерла на входе, придерживая носком туфельки дверь и подарив ему проказливую улыбку, щелкнула пальцами, с которых сорвалась невесомая пыль, метнувшаяся внутрь комнаты.

Через несколько секунд она преобразуется в завесу молчания.

Дверь с грохотом захлопнулась за спиной гремлины, а Финист спустя пару минут осознал прискорбный факт – он мерит шагами коридор своего же дома, под закрытой дверью.

Решив, что хозяину можно устроиться с большим комфортом, господин Цари присел на диванчик. Сидеть оказалось еще более напряженным занятием, чем ходить. Достав из внутреннего кармана камзола блокнот, в который обычно записывал приходящие мысли и идеи, он попытался сосредоточиться на строках в нем, но буквы никак не желали складываться в наделенные смыслом слова. Концентрация была где угодно, но не с ним. Изменяла, ветреная девка.

В качестве нового хозяина для помощницы господин Цари присмотрел молодого феникса из древнего, но бедного рода. Сам он точно не мог позволить себе гремлину, потому очень обрадовался предложению советника короля. Тем более, Финист предлагал не только гремлину, но и круглую сумму в «приданое» к ней. После третьего десятилетнего контракта Элна имела право уйти на волю и жить так, как ей нравится.

Финист хотел, чтобы у нее была такая возможность. Два срока она уже отслужила, и так как оставлять ее рядом на следующий было опасно, он нашел того, кто увезет девочку в спокойное место и просидит там не высовываясь. А после освобождения Элу узнает, что на ее имя уже давно открыт весьма внушительный счет в надежном гномьем банке, который с годами лишь растет.

У остроносой девчонки с самыми яркими на свете глазами будет возможность делатьвсе, что она пожелает.

Финист Цари позаботился об этом.

И отказался от нее.

Прерывая эти грустные мысли, двери гостиной с грохотом распахнулись, и на пороге показался изрядно потрепанный гипотетический хозяин Элу.

Он отряхнул камзол, и на пол полетели вперемешку осколки вазы, капли воды и цветы. А после гневно рявкнул:

– Да ни за какие деньги!

И более не комментируя, широкими шагами миновал хозяина дома и выскочил на улицу, громко хлопнув входной дверью.

Финист проводил его ошарашенным взглядом, а после осторожно заглянул в гостиную.

Там, на подоконнике, сидела малютка-гремлина с широченной улыбкой, накручивала на палец один из рыжих локонов и беспечно болтала ногами.

– Нервный он какой-то, Финист! Надо искать дальше!

– Что ты сделала?

У него даже разозлиться как следует не получалось, так велико было изумление.

– Я? – на мордашке гремлины цвело настолько искреннее удивление, что оставалось лишь поаплодировать внезапно открывшимся актерским способностям. – Да ты что, Финист. Я же послушная, я же покорная, ну что я такого могла сделать?

– Без понятия. Но меня очень интересует, почему юноша был в цветах и осколках.

– Да потому что странные вкусы у юноши, – полушепотом с крайне доверительным выражением голубых глазок поделилась с ним слуга. – Я даже рассказывать не буду, но поверь – странные!

Финист несколько секунд смотрел прямо в глаза девушки, а после ровным тоном сообщил:

– Элна, твой переход к другому владельцу неизбежен. И будет просто отлично, если ты перестанешь сопротивляться и вести себя как неуравновешенная, невоспитанная девчонка. На данный момент меня это даже не забавляет. И так много проблем, а ты добавляешь новые своими подростковыми реакциями. Хватит.

И развернувшись, он вышел из комнаты и решительно направился к своему кабинету. С трудом удерживаясь от того, чтобы не шарахнуть кулаком по стене.

Элу злила…

Притом это была та самая разновидность бессильной злости, когда ты четко осознаёшь, что поступаешь правильно и хочешь сделать добро. Даже не так – ДОБРО!

А этому благому порыву мало того что не рады, так прямо заявляют, в каких именно физиологических местах его видали.

Господин Цари наконец-то достиг своего кабинета, расположился в кресле и нервно закурил. Горький дым обжег отвыкшие от него легкие и феникс скривился, с отвращением глядя на тлеющий кончик сигары.

– А ведь завязал…

К сожалению, от курения проблема не спешила решаться.

Мужчина покосился в сторону бара, но решил, что пьянство среди бела дня никого до добра не доводило. Тем более по такой причине.

В этот момент, нарушая не особо веселое течение мыслей, на его стол из воздуха выпал кусок бумаги. Феникс резко подался вперед, с жадностью глядя на искрящуюся голубыми искрами посылочку.

Итак…

Небольшой магический импульс проверил послание на всякие неприятные сюрпризы и вернулся к хозяину с ответом. Чисто.

Финист нащупал ручку у верхнего ящика стола, выдвинул его и взял лежащий сверху пинцет. Аккуратно подцепил им листочек и, встряхнув, развернул. На белой, с легким голубоватым отливом бумаге каллиграфическим почерком было выведено:

Господин Цари, надеюсь, что после суда вы в добром здравии.

У нас есть о чем поговорить, потому сегодня в десять вечера приглашаю к беседе. Надеюсь, что вас не смутит место встречи.

С уважением, Урбис Лазурит.

Ниже следовал адрес. Финист вскинул брови, узнав координаты одного из самых известных великосветских домов, специализирующихся на организации досуга джентльменов. В доме номер пять на Игровой улице были представлены все виды развлечений, начиная с карточных или шахматных партий на большие деньги и заканчивая прекрасными продажными женщинами, которые с охотой могут или утешить проигравшего или помочь спустить выигрыш победителю.

В такие места феникс предпочитал не ходить, отлично зная свою авантюрную натуру.

Но кроме того, что в этом месте можно было со вкусом предаваться всевозможных порокам, там также проходили все теневые переговоры.

Вдвойне любопытно то, что пригласил его туда лорд Урбис, тот самый, что так неожиданно помог фениксу выйти из зала суда целым и невредимым. По этой же причине Финист никак не мог проигнорировать это столь любезное приглашение. На встрече, скорее всего, будет озвучена цена за непрошенную, но такую актуальную помощь.

Интересно, чего же захочет сид?

Еще и назначает встречу прямо на сегодня… Настолько уверен, что у советника нет важных дел или он непременно освободит вечер?

Ответ на этот риторический вопрос пришел почти сразу. Финист действительно пойдет сегодня. И даже если бы у него были дела – отменил бы.

Во-первых, очень не хочется быть должным.

А во-вторых… любопытство еще никто не отменял, а оно уже запустило когти в сознание.

Глава 8

Вечером, когда феникс неторопливо застегивал манжеты на простой рубашке, в его апартаментах неожиданно материализовалась гремлина.

– Интересный сюрприз, – протянул Финист, кинув один-единственный взгляд на Элу через зеркало.

Несмотря на прошедшее время и в принципе отходчивый характер, господин Цари всё ещё изволил пребывать в раздраженном состоянии из-за отказа служанки безропотно принять нового покровителя.

– Я хотела уточнить, нет ли у тебя распоряжений для меня на завтрашний день. Есть планы.

На несколько секунд задумавшись, крылатый отрицательно покачал головой и проговорил:

– Вроде как ничего. Сейчас перенеси меня по месту назначения, и можешь быть свободна.

– Вернешься сам?

– Да, скорее всего это будет поздно. Не хочу тебя будить.

В последней фразе невольно проскользнула вся та теплота и забота, которую советник короля испытывал к своей гремлине.

Девушка чуть порозовела, нервно переплела пальцы и, прикусив нижнюю губу, выдохнула:

– Хорошо, спасибо. Так куда тебя?

– Игровая, пять.

– Бордель?!

– Обижаешь, – подмигнул служанке Финист, натягивая кожаную куртку и цепляя к поясу сумку с самым необходимым снаряжением для мужчины, который собрался гулять в крайне неблагонадежных районах. – Никаких продажных дам, все сугубо прилично.

– Только государственные заговоры? – иронично прищурила голубые глаза Элна и щелчком пальцев создала портал.

– Именно, детка, – подмигнул ей Финист и, нацепив широкополую шляпу, шагнул в искрящийся воздух.

Наигранное веселье покинуло его лицо сразу, как только феникс оказался в грязном закоулке на заднем дворе искомого дома. Чувствительного носа коснулся специфическая мешанина запахов квартала удовольствий. Женские духи, сивушный смрад дешёвого пойла, что доносился из соседнего заведения, и тонкие нотки аромата дорогих сигар.

Финист щелчком сбил шляпу повыше, открывая лучший обзор, проверил, как хорошо отстегиваются кнопки, фиксирующие разные составы в поясной сумке. Если ты идешь на переговоры с неведомо кем и, самое главное, неведомо зачем – стоит носить с собой как минимум противоядия, а как максимум запечатанные заклинания, которые всегда можно кинуть в неприятеля и быть таковым. Убедившись в том, что все в порядке, Финист вальяжной походкой двинулся к выходу из переулка.

Таки у него официальная встреча, таки стоит зайти с парадного входа.

Советника ждали.

И узнали.

Буквально спустя несколько минут и выпитую чашку чая в одной из нижних гостиных, к нему подошел лакей и с поклоном сообщил, что господина Цари ожидают в отдельном кабинете.

Весь недолгий путь до места назначения феникс физически ощущал, как закипает кровь от странной смеси дурных предчувствий и воодушевления.

Ему ведь и правда было скучно в последнее время. Очень скучно, отчаянно скучно.

Тот сомнительный досуг, который ему предложил король, Финисту не нравился в первую очередь из-за угрозы жизни. Он был не готов делать эту ставку до тех пор, пока к нему привязана Элу.

Так что встреча с сидом была приятным и любопытным разнообразием.

Урбис Лазурит сидел в кресле возле окна и медленно, со вкусом курил, меланхолично наблюдая за тем, как сизые кольца дыма поднимаются к потолку.

Заслышав скрип открывшейся двери, сид быстро встал и, дойдя до середины комнаты, потянул руку для пожатия.

– Очень рад, что вы пришли!

– Полагаю, я не смог бы проигнорировать ваше приглашение. Это было бы как минимум не этично, и как максимум неблагодарно.

Сид только улыбнулся и жестом пригласил гостя занять второе кресло.

– Кофе или чего покрепче? И позволю себе порекомендовать эти потрясающие сигары, мне их привезли с островов Зарогат, там выращивают просто великолепный табак.

– Благодарю, но сегодня я бы предпочел перейти к делу без экивоков и предварительных расшаркиваний.

– Как скажете, – кивнул сид. – Хотя хочу заметить, что вы мне искренне нравитесь. И я бы в будущем охотно просто так посидел с вами за партией в шахматы.

– Это совершенно взаимно, – с чистой совестью соврал Финист, который ничего про лорда Урбиса не слышал, и не сказать, что особо по этому поводу сожалел.

– Тогда… я перехожу к сути вопроса, – бледно-голубой лорд щелкнул пальцами, активируя защитную сесть на кабинете, и непринужденно спросил: – Господин Цари, а как вы относитесь к ныне действующей власти?

Вот это поворот.

– Ещё ближе к делу? – напряженно перебрал пальцами по подлокотнику феникс.

– Ладно, я буду предельно откровенен. Я предлагаю вам возглавить государственный переворот.

Финист с тоской подумал сразу о двух вещах.

Первое – где-то он это уже слышал много лет назад. И второе – зря отказался от сигары, определенно зря!

Сейчас можно было бы эффектно сломать ее в пальцах.

Из переговорной Финист Цари вышел спустя несколько часов. Вымотанный, выжатый и безумно злой.

С одной стороны, он очень даже понимал коалицию, которую представлял сид. Поведение короля в последнее время явственно указывало на проблемы с рассудком.

А с другой, вступление в ряды тихих, но очень злых заговорщиков означало прямое предательство.

А Финист Цари был не из тех, кто меняет хозяев по указке.

Плюс неизвестно, кто взойдет на престол потом.

Как говорят в народе, новая метла по-новому метёт. Менять одного тирана-самодура на другого откровенно не хочется. Надир Первый хотя бы зло проверенное. Свое, можно сказать, родное!

Плюс у Лазурита и Ко не было пока претендента на трон, который бы устроил Финиста.

Сажать во главе страны кого-то из остроухих интриганов не хотелось. Память у сидов хорошая. Кровавое присоединение кланов к стране они забудут не скоро.

В общем, было непонятно, что делать.

Сразу феникс отвечать не стал, взял неделю на размышление.

А на прощание, не удержавшись, поинтересовался, почему Урбис Лазурит был настолько убийственно откровенным с еще действующим советником короля, которого он собирается свергнуть. Ведь, казалось бы, что может быть проще: намекнуть его величеству в приватной беседе о вольнодумцах – и все.

В ответ он получил лишь едва заметную усмешку. А потом сид добавил, что, во-первых, Финист слишком благороден, чтобы отправлять на виселицу того, кто его самого вытащил из-под топора.

А во-вторых, оппозиция в Соединенном Королевстве – очень незаметная и очень злобная. А ещё очень зубастая. В данный момент у нее были свои люди даже в приближенном к королю кругу.

Как прошляпил?

А позиции Финиста Цари сейчас очень неустойчивы, так что ещё неизвестно, кого именно вынесут вперёд ногами из дворца.

Мысли были безрадостные. Воодушевление сдохло, даже не расправив крылья.

Финист шел по ночному городу и отчаянно думал, чем бы развеять хандру. Это свое состояние он прекрасно знал. Когда энергия бурлит, а выхода нет, она может устремиться в какое угодно русло.

– Хм… а когда у нас проходит сдача экзамена на мастера-вора на теневой стороне столицы? – вслух пробормотал Финист, вспоминая, что вроде бы как раз в это время. – Я, конечно, уже сдавал несколько лет назад, но, быть может, стоит проверить квалификацию?

Определенно стоит.

Тем более он все равно обещал Элне выходной, так что может заняться развлечением себя любимого.

Сияние под ногами пропало, и мрак вокруг начал рассеиваться, открывая потрясающую видовую панораму. Портал перенес нас на небольшую поляну. Вокруг шелестел листвой вековой лес, а внизу раскинулась маленькая долина, через которую протекала река, искрящаяся в свете луны, необычайно крупной этой ночью. Улицы небольшого поселения сидов освещались сиреневыми фонарями, от которых белоснежный мрамор домов приобретал лиловый оттенок.

Ветер взметнул ткань капюшона, скидывая его на спину и рассыпая волосы по плечам и груди.

– Ну здравствуй, Финист, – очень зловеще раздалось за моей спиной.

Торопливо обернувшись, я увидела потрясающую картинку. Айнир Нурикеш… светился. Магические импульсы, пробегающие по коже, медленно растворяли иллюзию, открывая настоящий облик наследника рода Рубиновой Крови. Волосы наливались глубоким цветом, черты лица заострялись и начинали напоминать птичьи, а одна рука неосознанно провела по поясу, очевидно в поисках рукояти оружия. Хватанув рукой воздух, Кеша досадливо поморщился, а после расплылся в хищной улыбке и, сделав скользящий шаг вперед, заявил:

– Ничего, в данном случае поработать руками будет даже приятнее.

Посмотрев на всегда доброжелательного ко мне друга, я осознала, что пришла та самая пора, когда его можно и нужно бояться со страшной силой!

– А может, поговорим? – ровным тоном и даже улыбнувшись предложил смертник по имени Финист Цари.

Наверное, именно это спокойствие и вывело из себя Кешу. Он сжал кулаки и рыкнул:

– Ну ты и скотина!

– Ты хочешь это обсудить? – живо заинтересовался Финист, осторожно отступая за ближайший куст. Не знаю, как он, но я бы не считала несчастный шиповник достойной защитой от разгневанного феникса из одного из древнейших и сильных родов. – Стремление к переговорам для тебя несвойственно, но я рад.

– Обсудим, конечно же обсудим… очень подробно и предметно. Ты поговоришь, я тебе косточки по одной сначала пересчитаю, а после переломаю. Также по одной. У тебя их много, процесс затянется и доставит мне удовольствие.

Я изумленно округлила глаза и тихо позвала приятеля:

– Кеш…

– Ляль, отвернись, пожалуйста. И ушки закрой, – добро-добро попросил Айнир Нурикеш, даже и не подумав взглянуть в мою сторону. Все его внимание занимал оппонент, который так же пристально смотрел на Кешу и, судя по едва заметным движениям пальцев, плел какую-то магическую гадость.

– Знаешь… – заклинание сорвалось с пальцев Цари, но полетело не в Кешу, хотя тот уже поставил щит, а невесомой пыльцой рассыпалось по самому заклинателю, за считанные секунды впитываясь в кожу, волосы и одежду. – Я прекрасно понимаю твои чувства и, наверное, даже не буду особо сопротивляться. Даже вот целительское заклинание сразу наложил. Ты душу отведешь, а я выживу. К тому же мы оба с тобой знаем две вещи. Первая – я не боец. Ты меня положишь на обе лопатки легко и просто.

– О да, ты не боец, – снова оскалился Нурикеш, неуклонно сокращая дистанцию. – Ты дипломат. Ты вор. Ты политик. Ты предатель.

– Именно так, – спокойно согласился Финист Цари, ни капли не смущенный списком своих прегрешений, и наверняка далеко не полным. – А ты не убийца, Айнир Нурикеш. Максимум, что ты сделаешь, это и правда переломаешь мне ноги. Но вот хладнокровно убить того, кто тебе совсем не сопротивляется, еще и на глазах женщины… нет, ты не способен на такое. И мы оба это знаем.

– Правда? – демонстративно удивился Айнир, а после швырнул в противника первое заклинание, которое снесло его с места и впечатало в дерево. – Действительно, тогда, много лет назад, я был на такое не способен. Но видишь ли, дорогой мойбывшийдруг, годы наедине с собой способствуют переменам. Фениксы сходят с ума быстро, и ты это прекрасно знаешь, Зеленый. Мы слишком неустойчивы эмоционально, чтобы такие испытания прошли даром и не оставили следов.

Финист тяжело упал на четвереньки, но поднялся весьма быстро и изящно, глядя на Нурикеша уже с совершенно другим выражением.

– Ну хорошо, потанцуем, – улыбнулся он в ответ. – Я даже не стану звать свою гремлину, чтобы хоть как-то уравнять шансы против боевого мага.

– Да ладно, и без магии обойдемся!

Айнир одним прыжком переместился к Цари и от души врезал ему в живот, отчего Зеленый феникс согнулся, лихорадочно хватая воздух… и сильно ткнул большим пальцем в какую-то точку на бедре моего пернатого. Тут уже покачнулся Нурикеш, но почти сразу взял себя в руки, и на Финиста посыпались короткие, жесткие удары.

Впрочем, несмотря на заверения в своей слабости, Цари отвечал очень даже достойно. Не прошло и минуты, как у обоих были разбиты носы, у Айнира отнялась рука, а рука Финиста и вовсе была вывернута под неестественным углом.

Я смотрела на кровавое безумие широко распахнутыми глазами и нервно стискивала пальцы, до боли кусая нижнюю губу и не зная, как прекратить это.

С каждой секундой схватка становилась все более ожесточенной, и если ничего не сделать, то тут эти два идиота и полягут. Финист и правда был слабее, чем Айнир, но, судя по тактике, – опытнее. Он обращался с силой очень экономно, а из-под физических ударов умудрялся выворачиваться как змей. Сам же владел какой-то из техник точечного боя и выводил из строя Айнира хоть и ненадолго, но очень действенно. Стоило тому отойти, чтобы вернуть подвижность части тела, как Зеленый атаковал магией.

В общем… непонятно, что делать! Я пока не маг, а так… одно название! Мы только-только бытовую начали осваивать!

Кстати…

Я размяла пальцы и, дождавшись момента, пока они вновь сцепились, произнесла формулу – и на мужчин вылился поток ледяной воды. Они расцепились, откатываясь друг от друга и ошалело оглядываясь.

А я от души рявкнула:

– А ну хватит! Никто никого убивать не будет! По крайней мере сейчас. Предлагаю сильным и мужественным мужчинам вспомнить о той причине, почему мы оказались в этом месте. И понять, что если вы сейчас не перестанете друг друга бить, то за лосем придется идти мне одной! А нас троих отправили и могут не засчитать победу, даже если свершится чудо и я добуду этого эксклюзивного скакуна.

Мужчины переглянулись и нехотя кивнули. С усилием встали, демонстративно не замечая друг друга, и, судя по зеленоватым искрам, – лечились.

Через минуту передо мной стояли два хоть и несколько потрепанных, но вполне дееспособных феникса.

– Спасибо, милая леди, – с Финиста даже сталось галантно поклониться, словно и не его косточками тут недавно все неровности коры деревьев изучали.

– Не за что, – ледяным тоном ответила я и отвернулась от мужчины. – Я это сделала ради выгоды общего дела.

Если я рассчитывала, что Финиста уязвит демонстративное пренебрежение, то прогадала. Он лишь тихо рассмеялся и проговорил:

– Юная леди, я искренне рад, что вами движет именно соображение выгоды. Это гораздо более надежная гарантия, чем зыбкое сочувствие. Тем более сомневаюсь, что вы стали бы испытывать такое чувство ко мне… ввиду нашего с Нурикешем общего прошлого.

– Если ты станешь мне про это напоминать, то мы продолжим наше плотное общение.

– В любое удобное тебе время, Айнир. Но потом.

– Отлично, – мрачно кивнул феникс и, оглядевшись, сел на ствол поваленного дерева. – Итак, пожалуй, сначала лучше вас познакомить. Лали, этот пернатый урод – Финист Цари. Ныне действующий советник короля Надира Первого. Сволочь, благодаря которой я…

– Слушай, Нурикеш, может, хватит любовно баюкать свое уязвленное самолюбие? – спокойно перебил его Финист, рывком вправляя вывернутую руку и после залечивая связки. – Да, тебе пришлось непросто. Но будем объективны – мы с тобой никогда не были друзьями. Лишь союзниками до определенного этапа, точно так же, как Инейран и Надир. Было совершенно очевидно, что наг и я на трон сесть не сможем, так что… разве я виноват, что ты был слишком беспечен?

– Инейран?! – звенящим от напряжения голосом переспросила я, пристально глядя на Кешу. Тот же на меня вообще не смотрел, лишь колупал взором дырку в оппоненте.

– Оу… знакомое имя? – склонил голову господин Цари с легкой полуулыбкой. – Да, нас было четверо извечных приятелей-противников. Парфюмер, дипломат и два бойца-наследника великих родов. И вообще, скажи спасибо, что тебя с концами не убрали! Это потребовало от меня всего красноречия и альтернативных вариантов.

– Спасибо! – от души выдал Айнир Нурикеш и так же широко… размахнулся и врезал Цари в ухо.

– Петух несдержанный, – рявкнул на него Финист, с трудом увернувшись. – Каким был, таким остался, разве что оперение роскошное есть, так…

– Все, хватит. – Айнир рубанул ладонью по воздуху. – Сотрясать прошлое нет никакого смысла. Надо сосредоточиться на будущем. На лосе!

Наследника рода Рубиновой Крови отчетливо перекосило. Финиста, впрочем, тоже, и он даже прокомментировал свою гримасу.

– Недавно состоялся суд, на котором меня едва не осудили за похищение реликта рода Лазурит. Хотя, видит Земляна, я его не трогал! Просто нашел утром возле дома.

Я с подозрением уставилась на приятеля, вспоминая то, что мы не просто так лося в то раннее утро пристраивали, а конкретной сволочи. И да, таки рогатая посылочка нашла своего адресата! И принесла ему нехилые неприятности. Впрочем… так гаду и надо!

– Итак… вопрос, как мы будем воровать сохатого?

– Ну… – Финист встал и посмотрел на долину внизу. – Видите то место, где воздух дрожит над полем? Это укрытая покровом невидимости Священная роща. Лосярни обычно где-то неподалеку… я ставлю во-о-о-от на то здание.

Бросив на Айнира косой взгляд, я решила, что приятель пока не дошел до того порога всепрощения, чтобы вести с вражиной важные переговоры, а потому нужно бы его заменить.

– И лосярня не охраняется? – недоверчиво спросила я, вставая рядом с Финистом и тоже рассматривая долину и исподтишка еще и советника.

Он не такой мощный, как Нурикеш, его не отличает яркая, броская красота, свойственная наследнику клана Рубиновоой Крови. Но все равно… интересный. Как и все фениксы, впрочем.

– Сиды очень сильно полагаются на магию, – повел плечами Цари. – А зря. В общем, тут два сильных феникса и одна странная девочка с печатью незнакомой магии на ауре. Думаю, мы справимся!

И я тоже так считала.

Хотя бы потому, что мы не могли не справиться! Мне нужно вернуться в Адамантовую академию, выдохнуть после всех приключений и прижать к стенке Айнира Нурикеша, задав вполне логичный вопрос: почему он не сказал, что знает Инейрана?!

Как вообще получилось, что спустя столько лет судьба снова свела столь разных существ?!

И замкнулось все… на мне? Маленькой наге, которая лишь хотела свободы?

Неисповедимы пути богини.

Глава 9

С холма мы спускались особо не таясь.

Да, конечно, сиды себя замечательно чувствуют в лесах и вообще близки к природе, но все же и мы не люди, чтобы ломиться сквозь кусты подобно бегемотам.

Первые полчаса нашей «миссии» напоминали непринужденную прогулку.

Я нервно хихикнула. Да уж, Лалидари, так себе у тебя прогулочка! В ночном лесу, по пересеченной местности, в компании двух фениксов и по заданию гильдии воров. И следуешь ты, утопая по колено в травах не куда-нибудь, а в лосярню сидов за священным животным Лазуритного клана.

М-да…

Я, конечно, рассчитывала на то, что после побега моя жизнь станет намного интереснее и насыщеннее, но несколько иначе себе это представляла. Уж точно не думала, что буду тыритьлосяв компании бывшего претендента на трон и тайного советника короля.

– Дожила… – пробормотала я вслух, перепрыгивая через очередной маленький овражек. Земля под ногами стала осыпаться, и я, замахав руками, с ужасом подумала, что упасть в темноте и сломать шею – очень глупая смерть.

Айнир успел ухватить меня за запястье и дернуть на себя, впечатывая в широкую грудь. Положил обе ладони на талию и заставил отойти от края. Я покраснела, радуясь, что ночное зрение, каким бы замечательным оно ни было у фениксов, не позволит ему различить оттенки моей кожи. А точнее то, каким ярким румянцем вспыхнули щеки от близости Нурикеша.

По венам вновь словно жидкая лава потекла, и все инстинкты обострились до предела, уводя на задворки сознания здравый смысл. Было важно лишь то, что ОН близко… так близко, что если я сейчас встану на цыпочки и подамся вперед, то обязательно встречу его губы.

А я прекрасно помнила, какими нежными, страстными и жадными они могут быть…

Очарование момента нарушил хруст ветки под чужой ногой и ироничный голос Финиста Цари:

– Аккуратнее, девочка. Сломанные ноги нам не нужны.

Нурикеш отстранился и, развернувшись к советнику, насмешливо бросил:

– Да как сказать, Финист, да как сказать…

– К детальному изучению моих костей всегда можно вернуться, не переживай, – тихо рассмеялся ничуть не опечаленный перспективой многочисленных переломов зеленый феникс.

– Да я и не переживаю. Часы считаю, а так, совершенно никакого беспокойства.

Я лишь закатила глаза, глядя на этих двух… петухов бойцовских! Великие фениксы, высшая раса, мать их пернатую! Мужики они везде мужики! Какой бы манией величия ни страдали на досуге.

Обойдя прожигающих друг друга взглядами джентльменов, я отважно двинулась вперед. И уже через три метра едва не провалилась в какую-то яму. От падения меня на этот раз удержал Финист Цари, притом самым невежливым образом – за шиворот!

– Прошу прощения, – он со всевозможным почтением поставил на землю малость придушенную собственным воротом меня. – Но, думаю, юная леди, вам стоит идти за нами. Хотя я определенно ценю такое геройство.

– Лали, ты не обольщайся, он тебя сейчас оскорбил, – фыркнул прошедший мимо Айнир Нурикеш. – Наш дорогой временный союзник всегда считал, что в авангарде скачут исключительно бессмертные идиоты.

– И до сих пор считаю, – с достоинством откликнулся Финист. – Но ты не забывай, я по себе сужу. Хорошо стоять во главе, когда у тебя есть на это силы и ресурсы, а когда ты маленький, скромный феникс из захудалой ветви Зеленых…

– То ты стоишь за спинами бессмертных идиотов и получаешь все совершенно на халяву.

– Мы оба знаем, что это не так.

Беседа вновь схлопнулась, толком не развившись. Хотя вряд ли эту пикировку можно назвать разговором…

С одной стороны, я понимаю Айнира: судя по истории знакомства, его счет к Финисту действительно большой. А с другой… ну его пока нельзя убивать и калечить! Ну никак нельзя! Стало быть, что нужно сделать? Взять себя в руки и перестать в красках рассказывать, что бы сделал с подлым вражиной, если бы мог.

С третьей стороны, не стоит забывать, что мой феникс совсем недавно вернулся к человеческому облику и лишь отчасти обрел власть над своей магией и, самое главное, – над своими же порывами.

Айниру Нурикешу сейчас очень сложно.

Это нужно понять. И не организовывать ему дополнительных проблем в виде вешающейся на шею змейки…

Нужно как можно скорее снимать приворот! Надеюсь, что по возвращении мы что-то придумаем. Очень не хочется сходить с ума и по образу Инейрана, и по реально присутствующему рядом Кеше.

В общем, долго ли, коротко ли, как в сказках говорится, но достигли мы лосярни. Она светилась во мраке благодаря фонарям, а на сене рядом со стеной дрых какой-то сид, напрочь забыв, что он голубое существо высокой расы. От сапог тащило так, словно существо он очень даже нижнее и портки не стирало со времен пришествия богов…

Крепким сном лосиный конюх был обязан Финисту. Да и не только он…

Наш краткий путь по тем улочкам поселения, которые все же пришлось пройти, усеивали тела спящих, которые проваливались в беспамятство, не успев даже пискнуть. Но какого демона они шастают ночью по улице в таком количестве?!

Конечно, утром будет переполох… Лося нет, а на улицах – бессознательные голубые тельца.

А вообще, тонкость магической работы этого «бедного, несчастного зеленого феникса, стоящего за спинами всех» вызывала у меня восхищение. Да, он не бил никого дубиной по башке собственноручно… он работал тонко и элегантно.

Мы открыли двери лосярни и зашли. Айнир хлопнул в ладоши, и под каменный потолок воспарил пульсар, заливая все вокруг дрожащим янтарным светом.

Условия у лосяша были реально королевские!

Огромный загон, подстилка из какого-то синеватого сена, свежайшая трава в кормушке и отборный овес там же.

В дальнем углу располагался загон гораздо более скромных размеров с двумя миниатюрными синими лосихами. Наша цель стояла у перекладины и, игриво оперевшись на нее мощной грудью, строила дамам глазки.

Проще говоря, все у лося было шикарно! Он уже практически реабилитировался после произошедшего и активно пытался жить заново!

Пока не пришли мы.

Лось повернулся к нашей бедовой троице, и в его темных глазах отразился сначала шок, а потом ужас!

– Аы-ы-ы-ы-ы, – отчаянно взвыл сохатый.

– Да, это опять мы, – посочувствовал ему Нурикеш, оглядываясь в поисках узды.

– Поверь, мне тоже совсем не радостно тебя видеть, – заверил несчастного Финист Цари, снимая со стены искомое и перекидывая Айниру.

Лось заорал так, что уши заложило! А после рванул вперед со всей дури, снес хлипкую преграду в виде перегородки и со всех копыт кинулся к выходу, наплевав на удивленно вытянувшиеся морды синих дам.

В этот момент, усугубляя комедию положений, в дверях лосярни возник сид. И наш синий лось, сбив голубого конюха, завывая, унесся в темную ночь.

– Вот же… – спустя несколько секунд потрясенного молчания, выразил всеобщее мнение Айнир Нурикеш.

– Слушайте, а лосихи нам не подойдут? – задумчиво спросила я, хищно глядя на синих девочек.

– Нет, – с сожалением покачал головой Финист. – Нужен этот… как его. Почетный скакун, символ и так далее.

Мы грустно уставились в ночь за воротами, в которой скрылся наш эксклюзивный реликт.

– Как ловить будем?

Ответил нам насмешливый голос из темноты:

– Без понятия. А еще интереснее, как вы сами выбираться станете. Более бездарных грабителей я в жизни не видел!

Невидимость сползала с нежданного визитера как шелковое покрывало. Спустя несколько секунд я четко увидела смутно знакомого юного сида, стоящего у противоположной стены и осматривающего горе-грабителей с выражением полного превосходства на узком лице.

– Наследник Сиэль, – грустно вздохнул Финист Цари.

«Парень, которому мы дали по башке и оставили валяться в роще», – прочиталось во взгляде Айнира Нурикеша.

«А после сперли лосика в первый раз…» – подумалось уже мне.

– Господин советник, рад вас приветствовать, пусть это и происходит при таких необычных обстоятельствах, – хмыкнул парень. – Надо признать, что я удивлен. Дядя заверял, что к произошедшему с Гремлем случаю вы точно не имеете никакого отношения.

О, вот мы и узнали, как зовут несчастного синенького реликта!

– Смею заметить, лорд Сиэль, к тому случаю я и правда не имею отношения, – с достоинством ответил Финист. – А что касается нашего сегодняшнего позднего визита… к нему вынудили другие обстоятельства.

– И какие же? – все тем же чрезвычайно светским тоном спросил наследник Лазуритных и, заметив, что мы переглянулись, не спеша посвящать его в суть случившегося, жестко добавил: – В ваших интересах отвечать на мои вопросы. Потому что в любой момент мне может надоесть эта занимательная ситуация и я кликну стражу. Для начала вас обездвижив.

Я мысленно усомнилась, что мальчишка на такое способен, припомнив нашу первую встречу. Но немного подумав и отметив странный амулет, который сид крутил в руках, решила, что зря. В прошлый раз мы свалились на него в Священной роще, там он точно не ожидал атаки. Ну и плюс Сиэлю просто не повезло с приземлением – по сути, его вырубили не мы, а подвернувшееся дерево.

Так что юношу однозначно не стоит недооценивать.

– Мы попали на экзамен на звание «Мастер-вор», – первым высказался Айнир. – В общем-то случайно. Задание было – привести скакуна рода Лазурит. Как вы, наверное, знаете, при проходе через портал гильдии на ауре появляется метка, которая снимается только при обратной телепортации. Притом если задание не выполнить, то через несколько дней она сменит значение. Так отмечают предателей гильдии, и на них начинается охота.

– Мда… фениксы, – спустя полминуты припечатал лорд Сиэль. – Я даже спрашивать не буду, как именно вас занесло к ворам. В общем… быть может, я даже рад, что так получилось. У меня есть для вас предложение, господа… и очаровательная дама, разумеется.

Он отвесил мне элегантный поклон, но я покраснела и промолчала в ответ.

– Ну? – мрачно спросил Айнир.

– Задание. В саду в главной резиденции Белых фениксов есть яблоня с волшебными плодами. Принесите мне несколько штук, и я отдам вам Гремля.

Что?.. Священного лося в обмен на яблочки?!

– А зачем они вам? Я слышал, что это дерево охраняется Белыми как зеница ока и никто не знает, для чего эти плоды.

– Я знаю. И потому они мне нужны. Больше распространяться не собираюсь. Так что, вы согласны?

– Нам нужно посовещаться, – окинув остальных быстрым взглядом, проговорил Финист.

– Отлично. У вас три минуты, – и наследничек сидов, беспечно повернувшись к нам спиной, вышел из лосярни и громко свистнул. Раздался топот копыт, и к хозяину подбежал его скакун, тычась мордой в раскрытые ладони и безмолвно жалуясь на то, что опять пришли какие-то мутные личности и его, бедненького, обижают.

– Белые фениксы – это труба, – выразил свою позицию Нурикеш, разворачиваясь к нам. – Они же, несмотря на то, что менее всего подвержены синдрому Геримера и вообще вымирают, – самые двинутые из нас. Их резиденция – даже не дворец, а крепость! Яблоня охраняется так, что куда там королевской сокровищнице.

– Знаю, – мрачно кивнул зеленый феникс. – И про их плохую репутацию я тоже знаю. Но что поделать, нужно соглашаться, перед этим спросив, какие еще козыри в рукаве есть у нашего голубого друга. Он тоже в курсе того, как сложно проникнуть к Белым – значит, у него есть идеи. Но нет желания рисковать своей головой, что тоже вполне понятно.

– А отказаться мы никак не можем? – робко спросила я. Меня с каждым словом все больше настораживал анонс грядущих приключений. – Ну или просто стукнуть мальчишку опять и свести лосика?

– Мальчишка на этот раз готов, – повел плечами Айнир, которого явно тоже более чем устроил бы описанный мною расклад. – Так что два варианта. Или нас ловят сиды, или Белые фениксы. Есть надежда, что Белые сразу убьют, а сиды точно сначала в пыточном мастерстве оторвутся.

В общем, единогласно нашей очень недружной командой было принято решение о том, что быстрая смерть импонирует все-таки больше!

Мы позвали сида. Тот подошел с довольным, ни капли не удивленным выражением лица и даже хлопнул Финиста по плечу со словами:

– Я не сомневался в вашем благоразумии!

Перекошенная физиономия господина Цари дала понять, что комплимент показался ему сомнительным. Как и фамильярность юного наследничка.

– Слушайте меня внимательно, – сид перешел на деловой тон. – У меня есть артефакт телепорта. Древний, благословленный четырьмя богами, а потому способный дважды перенести куда угодно, какая бы искусная защита ни строилась вокруг. Он сможет закинуть вас в сад Белых, ну а там уже – вам карты в руки. Что касается охраны. У Белых практически все завязано на магии рода, потому есть клановое дежурство – кровь позволяет ощущать, что творится в саду. Сегодня на страже стоит Лельер Хинсар.

– Хинсар… Потомок королевского рода? – с тоской спросил Айнир. – Это плохо.

– У него есть свои уязвимые места, – усмехнулся голубенький сид и передал гладкий сверкающий камушек на цепочке. – Это – проклятие Водяны. Как известно, наши богини конфликтуют, потому у сидов для фениксов есть ряд неприятных сюрпризов.

Судя по тому, как мои товарищи посмотрели на камень, это самое проклятие Водяны было редкостной гадостью!

Дальнейший инструктаж был кратким и описывал скорее то, с чем мы можем столкнуться в саду помимо самого феникса, который его этой ночью охраняет. Ситуация мне не нравилась с каждым мигом все больше и больше. Начиная от Сиэля, который был согласен отдать священного, между прочим, лося ради каких-то яблок и заканчивая тем, что этой ночью мы все же имели все шансы умереть. А не хотелось… очень не хотелось.

– Ну что ж, удачи вам! – наконец благословил нас сид и к уже имеющимся артефактам добавил последний. – Это сигнальный. Как только воспользуетесь обратным переходом, активируйте, и я сразу приду.

– Шикарно, – мрачно скривил губы Нурикеш. – А сейчас нам нужно обсудить план действий.

– Хорошо, я вас покидаю.

Сид давно уже ушел, а фениксы стояли и сверлили друг друга тяжелыми взглядами. Я, немного подумав и решив, что сильные мужи несомненно думают мощную думу одну на двоих, решила отойти в сторонку.

К синим лосихам.

– Удрал, да? – сочувственно поинтересовалась я у грустных морд. В глазах копытных девчонок отчетливо читались тоска и разочарование. А я не иначе как в порыве женской солидарности злорадно подумала, что теперь размножение Гремлю точно не светит! Тем более по гаремной методике.

Не дадут!

Так им, мужикам, и надо! Рогатым ли, змеиным ли… всем не давать, никого не забыть!

Хихикнув от собственных мыслей, я вновь обратила взор на Финиста и Айнира.

– Ну вот зачем тебя понесло за мной на экзамен? – с тоской в голосе спросил зеленый феникс. – Если бы не это, то я бы сейчас спокойно тырил какой-нибудь реликтовый ночной горшок василиска из музея! А приходится тут отдуваться.

– Очень уж с тобой побеседовать хотелось.

– Да я уже понял, – советник короля неосознанно потер ребра. – До сих пор ощущаю силу твоих аргументов.

Я переводила недоверчивый взгляд с одного на другого. Они что, снова собираются выяснять отношения? Серьезно?!

– Что тебя вообще понесло на Теневую сторону еще и к таким специфическим развлечениям? – наконец относительно спокойно спросил Кеша. – Не помню за тобой такой страсти к риску.

– Все меняются. А мне захотелось развеяться и встряхнуться, чтобы решить дилемму.

– Какую же? – порядка ради спросила я, приближаясь к мужчинам и таким нехитрым образом присоединяясь к диалогу.

– Предложили поучаствовать в перевороте.

Оп-па! Я даже не знаю, что меня больше удивило: неожиданная откровенность Финиста или то, что благодаря ней открылось.

Видимо, поймав мой шокированный взгляд, советник усмехнулся и добавил:

– Милая Лали, видите ли, у испытания воров есть один маленький, но безумно импонирующий мне плюс. Все то, что мы узнаем в его процессе, никогда не сможем разглашать потом. Магия древняя, как сама Темная Сторона.

– Оу…

– Да, я про это слышал, – со вздохом кивнул Нурикеш и наконец-то вернулся к сути дела. – Что будем с яблоками делать?

– К сожалению – воровать, – поморщился Финист и подкинул на ладони дорогущий телепорт. – Вот уж не думал, что голову придется сложить именно при таких обстоятельствах.

– Гремлина своего призвать не хочешь? – вдруг спросил Айнир, присаживаясь на корточки и проверяя, хорошо ли затянута шнуровка на высоких сапогах.

– Там может быть опасно, – озвучил очевидное господин Цари.

Во взгляде Кеши читалось недоумение: «Вот именно потому и предлагаю позвать!»

– И? – спросил он.

– У меня девочка, – досадливо поморщился Финист, явно не желающий обсуждать эту тему.

– О-о-о… оружие в тылу? Тебя мой опыт ничему не научил, Цари?

– Тебя предала брауни. Не нужно обобщать всех малоросликов из-за ошибки одной из них.

У меня отвисла челюсть в который раз за вечер. А вот и та самая причина, почему Айнир не любит брауни!

К сожалению, на этом этапе фениксы заметили мои горящие интересом глазки и не сговариваясь свернули с интригующей темы.

– Итак, смотри… предлагаю начать с западной стороны сада.

– Дальше всего до яблони, – покачал головой Финист и, потерев висок, предположил: – Или на это ты и хочешь сделать ставку? Но нас могут заметить еще на подходе…

Мои герои все никак не могли сойтись в решении.

Как понимаю, несмотря на такой эксклюзивный телепорт, мы могли перенестись только в три точки сада Белых. Первая – почти вплотную к яблоне, но там присутствовали слишком большие помехи, идущие от дерева, так что Айнир сомневался, что прибудем мы в полной комплектации и «соберет» нас на месте правильно. Как посмеялись оба феникса, они ничего не имеют против женской груди, но когда та растет на женщине, а не у них, к примеру… на лбу!

Я скрестила руки на вышеупомянутой и гордо задрала нос, вызвав еще один приступ смеха. Как я заметила, у фениксов была одна пугающая и удивляющая меня черта. Кажется, это называется «чем страшнее, тем веселее».

Ситуация у нас была из разряда «хуже некуда», а им хоть бы что. Стоят, улыбаются, строят планы о том, как наиболее ловко упереть яблоки… и чтобы я выжила.

Гады пернатые!

Длинный путь после недолгого спора тоже был отвергнут, и в итоге выбрали мы средний по продолжительности.

Финист нажал на несколько камней, которые засверкали, и стиснул телепортатор в кулаке, властно велев:

– Положите ладони на мою руку.

Я первая сделала шаг вперед и стиснула костяшки запястья жилистой сильной руки зеленого. Сверху на мою легла слегка шершавая ладонь Айнира. Он невесомой лаской прошелся пальцами по моим и ободряюще улыбнулся.

От этой светлой, радостной улыбки у меня в душе что-то зажглось. Маленькое солнышко, которое рассеивало внутреннюю тьму и рассыпало искры счастья и уверенности в том, что все будет хорошо. Непременно!

– Мы сделаем это, – уверенно улыбнулся Финист Цари и неожиданно серьезно добавил: – Но если что – я рад, что снова встретил тебя, Айнир. Эту радость не омрачает даже то, что при рандеву я получил по морде и не только. Что касается вас, юная леди, то мы, конечно, знакомы недолго… но я уже в восхищении!

Глава 10

От перемещения с помощью благословенного богами артефакта я ждала феерии цвета и восторга. Но телепорт оказался весьма и весьма скромным. Пространство расступилось вокруг нас, смазались очертания лосярни, а спустя несколько секунд сквозь темную дымку начал проступать совершенно иной пейзаж. Луна в поднебесье светила так ярко, что были видны большие развесистые деревья, кустарники, извилистая тропинка, убегающая вперед, и… ошеломленный белый тигр, стоящий на этой самой тропинке.

Надо признать, я не думала, что наши неприятности начнутся вот так вот сразу!

– Это и есть страж? – тихо пискнула я, не сопротивляясь, когда Айнир одним движением задвинул меня к себе за спину.

– Страж феникс. А это киса, – так же тихо ответил Финист, тоже отходя за широкие плечи Кеши. Я удивленно покосилась на советника, который не уставал развенчивать мифы о мужском поведении, что жили у меня в голове. Как-то мне казалось, что они должны были прямо грудью встречать опасность, а не уходить в стороночку. С другой стороны, у господина Цари другая политика, которая оправдывает себя уже долгие годы: проще отправить на амбразуру тех, кто справится с лобовой атакой, и, если что – подстраховать из тыла.

В общем, специфический мужчина!

«Киса» тем временем сделала мягкий шаг вперед и негромко рыкнула, предупреждая, что визитеров она заметила и сейчас нам будет плохо.

Айнир даже не попытался достать клинок из ножен, а быстро сплел в ладонях какое-то заклинание, похожее на свернутую сетку, и бросил в зверя. Сеть расправилась в воздухе и спеленала белого тигра, подобно паутине. Она все стягивалась и стягивалась, сводя лапы вместе и заваливая на тропинку, но спустя несколько минут алые нити начали тлеть и расползаться по частям, даря кошке свободу.

Разозленный тигр вскочил на лапы и уже без промедления кинулся на нас.

Огромный сильный зверь двигался так стремительно, что я с трудом улавливала это взглядом. Нурикеш мигом отшвырнул меня в сторону, а сам вновь бросил в зверя какое-то заклятие. На этот раз оно помогло – в несколько раз замедлило движения хищника, и теперь он был просто быстрый, а не ужас какой стремительный.

Тигр глухо рыкнул и мотнул большой головой, фокусируя взгляд на Айнире. Неполную минуту противники кружили по поляне, примериваясь друг к другу. Феникс достал нож, а тигр просто оскалившись ходил кругами вокруг пернатого.

Финист Цари отошел в сторону, прикрывая меня и глядя на зверя, а потом вдруг сказал Нурикешу:

– Шаридар?

– Нужен контакт, – отрицательно покачав головой, коротко бросил мой друг, даже не взглянув на зеленого феникса. – Он не позволит.

– А если я отвлеку?

Впервые советник короля удостоился взгляда, а после Айнир криво усмехнулся и дернул плечом:

– Валяй!

А дальше случилось то, чего я меньше всего ожидала от Финиста Цари.

Он пошел в атаку!

Нет, я еще по драке с Кешей поняла, что этот тип скорее не любит вступать в открытую схватку, чем не умеет, но сейчас он поразил. Град заклинаний, сыплющихся на тигра и через раз как вода стекающих с полосатой шкуры, вызывал уважение. Я даже четверть из них не могла опознать!

Тактика сработала, и зверь развернулся к слишком наглой птичке в лице господина Цари.

Который стоял практически на расстоянии удара лапы. Искушающе беззащитный…

Но ударить не успел. На широкую спину тигра запрыгнул Кеша и как следует приложил его между ушей сверкающей зеленым светом ладонью. Кот несколько секунд постоял, глядя на Цари сведенными в кучку глазами, а после тяжело рухнул в траву.

Нурикеш с десяток секунд посидел на нем сверху, вцепившись в шерсть, пока не удостоверился, что тигр обезврежен.

– Надо же, сработало… – вытер пот со лба Финист. – Я не был уверен, что его не защитили и от физического воздействия.

– Так и защитили, – мрачно проговорил Кеша, пихнув кота в пушистый бок. – Я просто вложил в заклинание четверть резерва. Таким ударом можно было дракону череп проломить, а этот… вырубился и все.

Я нервно сглотнула.

– Он жив?

Если честно, то, конечно, было очень страшно, но и убивать такое великолепное животное казалось кощунством.

– К сожалению, да, – передернул плечами Кеша, очевидно не разделяющий моих эмоций. – Чтобы его убить, я не знаю, что нужно сделать. Белые, конечно, всегда были параноиками, но генетически и магически модифицированная охрана – это перебор.

– Да почему, – не согласился с ним Финист. – Как раз очень даже логично. В этой резиденции в основном обитают хинсары, которых после отречения от престола едва ли не сослали сюда. А они как раз медики в основном… а медики, как известно, очень любят экспериментировать с живой материей.

– Меня больше интересует, что за парень сегодня возле яблони торчит, – нахмурился Айнир и, оглянувшись, неторопливо двинулся по дорожке вперед. – Я ничего не слышал о Лельере.

– Неудивительно. Совсем молодой феникс, лет семнадцати. Мальчик.

– И назначили на охрану яблони?

– Клановое дежурство возле нее несут начиная с пятнадцати. Да и сам посуди, с такой линией охра… – именно в этот момент на Финиста с ветки дуба свалилось что-то большое и длинное. Оно с шипением стиснуло кольца вокруг хрупкой человеческой фигуры и распахнуло большую пасть, явно радуясь отличному улову. Вспыхнуло зеленое пламя, запахло паленым, и змей так же стремительно, как и появился, скрылся в траве. На тропе осталась большая птица с темно-зеленым оперением и очень мрачным взглядом.

– Действенно, – присвистнула я.

– Глупо, – фыркнул Нурикеш. – Спалил одежду, сменной у нас, разумеется, нет, а колдовать можешь только в человеческом виде.

Во взгляде птицы размером со взрослого мужчину раскаяния не было ни на грамм. Наоборот, судя по выражению темных глаз, Финист не отказался бы тюкнуть Нурикеша по маковке.

– Могу воровской балахон одолжить, – робко предложила я, глянув на свою одежду и понимая, что у меня как минимум один лишний слой.

Финист вновь окутался пламенем, но на этот раз из него вышел абсолютно обнаженный мужчина и, ни капли не стесняясь, кивнул мне:

– Отлично! Раздевайся.

Я мигом покраснела оттого, как оригинально это звучит, и поспешно стянула требуемую одежку. Пока его лордство советник короля изволили одеваться, на нас снова напали.

На этот раз Кеша отбился самостоятельно и, вытащив нож из бока какого-то саблезубого зайца размером с крупную собаку, съехидничал:

– Господин Цари, извольте поторопиться и не сверкать телесами на весь сад. А то на вас тут море желающих.

– А ты не завидуй, – спокойно ответил зеленый феникс, стягивая потуже шнуровку на груди.

Я смотрела на него с самыми смешанными эмоциями.

Балахончик был коротковат и едва доходил до колен, во всей красе открывая мускулистые волосатые ноги.

– Красавчик, – оскалился Кеша, с явным удовольствием созерцая в таком виде вражину, еще недавно утонченного до последней детали одежды.

Не знаю почему, но я добавила:

– Ты в моей юбке не лучше выглядел.

Финист посмотрел сначала на меня, а после до-о-олго и пристально – на Айнира Нурикеша и глубокомысленно выдал:

– А что… мне кажется, ничего так было.

И удалился по тропинке. Спустя десяток секунд раздался тихий сдавленный смех, но долго радоваться воображаемым картинкам советнику не случилось.

Из кустов выскочило странное чудо-юдо, похожее на медведя… в чешуе.

Несколько секунд наша компания смотрела на него, а тот на нас. Медведь радовался еде, а мы обалдевали от самого факта существования такой несуразицы в мире.

Его оказалось уложить сложнее, чем тигра и змею. Я отбежала за дерево, наблюдая за сражением, а потом, когда на подмогу к мишке подтянулся пяток саблезубых зайцев – решительно залезла на дерево. Объективно, я ничем помочь ребятам не могла, а вот отвлечь своими криками, когда меня начнут жевать зайцы – вполне!

Первое потрясение меня настигло на второй ветке развесистого дерева. Она оказалась уже занята. Прислонившись к стволу, там сидел светловолосый юноша и совершенно спокойно ел орехи из кулька.

Я уставилась на него, как курица на лисицу в родном курятнике.

– Доброй ночи, – спокойно кивнул мне парень, судя по ауре, являющийся фениксом.

– П-п-привет, – с запинкой проговорила я и покачнулась. Ветка выскользнула из рук, и я бы непременно свалилась прямо в горячие объятия ждущих меня зайцев, если бы незнакомец не подхватил меня за шиворот и не затащил на свою же ветку.

– Аккуратнее надо, – погрозил мне пальчиком парень, подмигнул ярким синим глазом и протянул кулек с орехами. – Хочешь?

Я взяла. Нервно стиснула их в ладони и с опаской смотрела на соседа по ветке, четко понимая, что он мог быть только… тем самым стражем.

– Лельер Хинсар? – на всякий случай уточнила я.

– Можно просто Лель, – обаятельно улыбнулся мне парень и живо поинтересовался: – Слушай, девочка, а ты знаешь, что это очень нехорошо – тырить чужие яблоки?

– Знаю, – обреченно вздохнула я и добавила: – Но нам очень надо!

– Прямо настолько, что жизнь положить можно?

Вспомнив пытки сидов, а также последствия, которые нас ждут в гильдии воров, я кивнула.

– Ну что я могу сказать… плохо быть тобой, девочка, – закинул в рот пару орехов белый феникс. – И теми двумя мужиками тоже плохо быть. А знаешь почему?

Я не знала. И если честно, не особо и хотела, но вариантов не было:

– И?

– Потому что змеемеди всегда охотятся стаями, – загадочно усмехнулся феникс, видимо имея в виду мишек в чешуе. – А еще потому, что вся живность сада связана ментально и прекрасно знает, где нарушители, и спешит сюда со всех лап. А знаешь, сколько их тут… о-о-о!

Я нервно сцепила пальцы и посмотрела вниз. Там Финист и Нурикеш спина к спине держали оборону.

После вновь глянула на Лельера и заметила, как светятся синие глаза, когда он смотрит на животных внизу.

Главный страж – он. Стало быть, именно он направляет атакующих и зовет остальных – тоже он!

И сидит рядом со мной на крайне неустойчивом насесте в виде ветки…

Это очень странно, продумывать методы спихивания доброжелательного, в общем-то, к тебе парня, четко осознавая, что твои друзья его порешат с максимальной самоотдачей в ходе процесса. Ничего личного, как говорил сид, нам просто яблочки очень нужны.

Я аккуратно встала, раскинув руки и с трудом удерживая равновесие. Белый феникс посмотрел на меня с удивлением, явно не понимая, что задумала совершенно безобидная девчонка.

А у девчонки были секреты.

Я прыгнула на стража, на лету преображаясь, и приземлилась на него уже небольшой, но увесистой змеей. Первое, что сделала – вцепилась в предплечье, надеясь, что мой яд по-прежнему такой же быстрый и эффективный. И по-прежнему не смертельный…

Лельер выругался и попытался отодрать меня от себя, но я лишь споро перекинула кольца ему на плечи и стиснула шею. Ну же… мне тебя надо лишь придушить до потери сознания, и все. Я честно-честно тоже не хочу тебя убивать, но так получается!

Глянув вниз, я отметила, что действия зверей перестали быть настолько четкими и организованными, а потому мои фениксы без помех разделывались с ними.

Борьба же на дереве набирала обороты. Как ни странно, Лельер Хинсар пытался просто меня снять и не делал ни малейших попыток обернуться, как недавно Финист в подобной ситуации.

Благодаря некоторому опыту общения с Кешей я уже знала, что предшествует обороту, и отслеживала реакции белого феникса, готовая в случае чего унести хвост куда подальше. А точнее, просто упасть с дерева…

Свободное падение – самый быстрый способ от кого-то сбежать. Лучше еще не придумали.

Но в итоге на ветке не удержался Лельер и вниз мы полетели вместе.

Приземление было обставлено торжественно. Криками, руганью и треском ломающихся веток, которые белый встретил на своем пути сквозь древесную крону.

Еще в полете я от него отцепилась и, стоило нам рухнуть на землю, торопливо отползла к ногам Нурикеша. Он быстро меня поднял и закинул себе на плечи, ласково проведя ладонью по голове.

– Умничка, Лали…

Белый быстро поднялся и с кривой ухмылкой сплюнул кровь:

– Недооценил девочку.

Я возмущенно зашипела. Тоже мне, нашел малышку! Самому едва семнадцать!

На дереве было темно из-за листвы, что заслоняла луну, но сейчас нашего противника можно было разглядеть во всей красе.

Совсем еще молодой парень. Очень, очень красивый той самой кукольной красотой, от эффекта которой его не спасала даже мускулатура с отчетливым рельефом. Светлые волосы легкомысленно взлохмачены, синие глаза глядят с настороженностью, а совершенные, и правда совершенные, черты лица чуть заметно исказились от настороженного прищура.

– Мда, Айнир… – тихо вздохнул Финист. – Детей мы с тобой еще не били. Беленький, тебе точно семнадцать есть?

Лельер скривился и, хрустнув пальцами, ответил:

– Могу вернуть подачу. Идиотов в балахоне, с кривыми ногами я еще тоже не бил!

Господин Цари невольно взглянул вниз, не иначе как удостовериться, что ноги пусть и волосатые, но прямые. В этот момент белый феникс атаковал каким-то хитрым плетением. Заклинание на полпути сбили чары, что швырнул наперехват Нурикеш.

– Цари, я тоже переживаю за твои ноги, но давай рассмотрим их потом.

На этом обмен колкостями закончился и началась битва.

Я стиснула кольца на Кеше и старалась не свалиться и не придушить друга.

Если честно, я думала, что два феникса с внушительным опытом и уже увиденными мною немалыми возможностями раскатают стража тонким слоем по травке.

Но, к моему удивлению, Лельер не только держался очень достойно, но и, кажется, имел все шансы раскатать тут нас!

Финист поставил щит, за который тотчас откатился Айнир, и замер, видимо с трудом удерживая защиту под градом ударов.

– Откуда… у него… столько силы?! – тяжело, со хрипами дыша, спросил Кеша, вытирая текущую из уголка рта струйку крови.

– Без понятия, – падая на одно колено, прошептал Финист, а его вскинутая к сверкающему щиту ладонь мелко подрагивала. – Два варианта: или он сам по себе тварь талантливая, или имеет доступ к какому-то резерву в саду. Не зря же это такое охраняемое место. Никто не возвращался.

Я посмотрела на медленно приближающегося Лельера и отметила, что ему схватка тоже далась не просто. А еще отметила мертвенную, странную бледность и то, что вены на шее начали зеленеть. Яд?

– Он ранен. Я его цапнула, потому слабеет, нам нужно продержаться еще немного.

– Никогда не любил змей! – коротко рыкнув, отчеканил каждое слово светловолосый страж. – И не зря, определенно не зря!

Белый феникс перестал восприниматься нами совсем уж мальчишкой.

Глядя на то, как по парню начали пробегать голубоватые искры, я вдруг ясно осознала, что вот сейчас-то нам и конец. Эффектный такой. Громкий, красивый… Разметает по травушке-муравушке и деревцам. Хорошо потом станут кустики расти!

Нурикеш достал из кармана тот амулет, что нам дал сид Сиэль. Благословенную Водяной гадость.

– Искренне не хотел к этому прибегать…

Он быстро пробежался пальцами по камням на поверхности вещицы, очевидно активируя ее, так как драгоценности загорались ярким светом. После того, как подвеска вспыхнула холодным голубым сиянием, Нурикеш посмотрел на Финиста и тихо сказал:

– На счет три.

Тот лишь кивнул.

– Раз…

Наследник рода Рубиновой крови подобрался и поправил меня на плечах.

– Два…

Встряхнул кистями рук и напряженно наблюдал за остановившимся белым фениксом, который, видимо, осознал, что готовится какая-то подлянка.

– Три!

Защитный контур дрогнул и пропал, и в тот же миг Нурикеш швырнул в Лельера нашу последнюю надежду, а сам отпрыгнул в сторону. В противоположную просвистели волосатые, но прямые ноги Финиста.

Я разомкнула кольца, сползая с Нурикеша в траву, и приподняла голову, наблюдая за тем, как вокруг белого феникса раскручивается смерч невероятно мощной энергии. Она вспыливала и жгла-жгла-жгла… проделывала дыру в самом пространстве-времени!

И в его воронку засасывало несчастного парня, повинного только в том, что нам нужно было стащить демоновы яблоки!

Как он ни пытался вырваться – не получалось…

Буквально несколько секунд – и все было кончено. Лишь голубые искры схлопнувшегося межмирного портала висели в воздухе.

Вот тебе и проклятие Водяны…

– Пойдемте… – хрипло позвал Финист. – Сейчас все всполошатся. Нам нужна яблоня.

– Что с ним будет? – тихо спросил Нурикеш спустя несколько минут, когда мы торопливо шагали по тропе.

– Думаю, не пропадет. Другой мир другим миром, но что там может столь уж плохого случиться? Разве что прекрасные эльфийки залюбят до смерти.

Мужчины рассмеялись, да и я повеселела.

Послесловие к главе от авторов:

К сожалению, никто из них так и не узнает о том, насколько губительна может быть любовь прекрасных эльфиек. И что от нее реально можно умереть, и выползти с того света настолько искалеченным, что это перекроит всю жизнь.

Но это уже совсем другая история…

История Лельера Хинсара. Его можно встретить в «Курсовой работе по обитателям болота» и в «Тайнах изумрудного города».

Глава 11

Незадачливого белого феникса мне было даже немного жаль. Все же проклятие богини – штука не самая приятная. А тут даже не проклятие, а наказание сразу! Притом, по сути, ни за что ни про что… всего лишь выполнял долг перед кланом.

Обдумывала я весь этот момент, пока втискивалась в одежду за густыми кустами. Нурикеш заботливо собрал мои вещи и отнес их вместе со мной к этим самым кустам.

– Лали молодец, – долетел до меня голос Цари. – Если бы не ее яд, мы бы его так быстро не уложили.

– Никто не спорит, – фыркнул друг. – Остается только надеяться, что он никому не успел подать сигнал.

– Надо спешить, – согласился с Нурикешем зеленый феникс.

Подгоняемая мыслью о том, что в любую минуту может нагрянуть еще парочка белых пернатых во главе армии модифицированных животных, я стрелой выскочила из кустов. Колючки царапнули по руке и дернули за сумку на длинном ремне. Но задержать меня не смогли.

– Где там ваша яблоня? – пробурчала я, останавливаясь рядом с мужчинами и поправляя растрепавшиеся волосы.

– Вон виднеется, – господин Цари указал рукой вперед.

Ровнехонько там, куда он указывал, не было ничего похожего на яблоню. Зато виднелось огромное разлапистое дерево со светло-зелеными листиками. Вокруг от него ничегошеньки не росло, даже кустарников видно не было. Зато трава у широкого темного ствола переливалась от изумрудного до светло-голубого.

– Нам надо спешить, – поторопил меня Кеша, предлагая руку.

Я поймала на себе странный взгляд зеленого феникса, когда вложила свою ладошку в теплую ладонь Нурикеша. Но только передернула плечами, не собираясь акцентировать внимание на чем-то, кроме чудодейственных яблок.

А яблоки, к слову, с первого взгляда казались необычными. Стоило только подойти ближе, как среди листвы удавалось рассмотреть небольшие белые плоды. В некоторых местах их кожура была настолько тонкой, что фрукты казались и вовсе прозрачными.

– Та-ак, – Нурикеш почесал макушку, оценивая масштабы дерева. – Магией их срывать – плохая идея. Придется лезть.

– Даже не смотри на меня, – фыркнул Цари. – Голым по деревьям я еще не лазил.

– Все бывает в первый раз, – хищно усмехнулся Айнир. Но потом вздохнул, понимая, что ползти за плодами все же придется ему.

– Я поймаю, если что… наверное, – «приободрил» его зеленый. Но так и не уточнил, яблоки он собрался ловить или самого Кешу. – Осталось решить, во что их складывать и сколько брать.

Таки яблоки!

– Чем больше, тем лучше, – Айнир потер ладони, – может нам тогда и за лося меньше прилетит.

– А что, все еще может? – спохватилась я, открывая практически пустую сумку, в которую можно собрать яблоки.

– Конечно, – пессимистично отозвался Нурикеш, скидывая накидку и осматривая дерево на наличие низких веток. – Но будем надеяться на лучший исход.

На эту фразу ему никто ничего не ответил. И уже через несколько минут мы занимались самым настоящим хищением в не особо крупных размерах. Насколько бы сильно Цари ни хотелось стащить побольше, Кеше приходилось прыгать с ветки на ветку, сдирать по одному яблочку и скидывать вниз. Финист ловко ловил плоды и складывал их в мою сумку.

– Вот там еще одно. И там! Нурикеш, да что ты такой медленный!

– Сейчас сам сюда залезешь, а я на тебя посмотрю, – огрызнулся лорд из клана Рубиновой Крови.

Он дотронулся пальцами до очередного яблока и…

Яркая вспышка, дикий грохот. И вместе с этим яблочком на землю полетел черно-красный комок перьев, дико при этом матерясь.

Я сориентировалась первой, кинулась к попугаю и подхватила его на руки.

– Кеша, живой?

– Живой. Убираемся отсюда. Дополнительная защита. Сейчас набегут!

Цари подхватил сумку с яблоками, накинул на плечо и подскочил к нам.

– Быстро, Лали, руку!

Прижав попугая к груди, я положила руку на протянутую ладонь Финиста. Феникс активировал телепорт. Где-то вдалеке послышалось завывание то ли волков, то ли собак. А мир уже начал меняться.

Вот мы еще стоим у огромного волшебного древа, а вот я вновь вижу морды синих лосих. Удивленные такие, вытянутые.

– Уф, удрали! – Цари привалился спиной к столбу и опустил мою сумку на землю. – Что это с тобой, Нурикеш? Решил опять за чучело сойти?

– Пошел ты… – вздыбив хохолок, буркнул Кеша. – Ляль, отпусти меня, задушишь.

Я только после его слов поняла, почему голос птицы звучит так приглушенно. Разжала руки и позволила фениксу перебраться мне на плечо.

– Долбанные защитные заклинания, – возмутился он, встряхнувшись. – Весь резерв выкачали. Цари, зови Сиэля, надо заканчивать с этим идиотизмом.

– Я уже тут, – послышался голос от входа в лосярню. – Вижу, что вы живы и почти невредимы.

Сид мазнул насмешливым взглядом по растрепанной мне, одетому в одну накидку Финисту и остановился на Кеше.

– Яблоки принесли?

– Принесли, – расправив плечи, произнес Цари, взяв на себя роль переговорщика. – Веди лося. Проведем обмен.

– Мне кажется, что вы, господин советник, пока еще до конца не осознали, в какой ситуации оказались, – насмешливо произнес лорд Сиэль. – Покажите яблоки.

Недовольно фыркнув и поправив компрометирующий его плащик, зеленый присел на корточки перед моей сумкой и открыл ее. В темноте лосярни плоды волшебного дерева еле заметно светились белым.

– Хорошо, сейчас приведу Гремля, – уже деловым тоном произнес сид. Развернулся и вышел.

– Сейчас как стражу притащит, – недовольно протянул Нурикеш, поправляя свои перья. – И пиши…

– Не притащит, – Финист гипнотизировал взглядом одну из лосих. – Не станет.

– От кого, от кого, а от тебя не ждал такой веры в благородство сидов, – возмутился попугай.

Зеленый только дернул плечом, не ответив на этот выпад со стороны бывшего друга.

С улицы послышался приглушенный перестук копыт. А через секунду в лосярню вошел Сиэль, ведя на поводу Гремля.

Лось дернулся, вновь увидев меня и Цари. Попытался было вырваться из цепких рук хозяина, но сид не дал. Погладил зверя по большой морде и что-то шепнул на ухо.

Лосяш покорно опустил голову и позволил подвести себя к зеленому фениксу. Но повод Сиэль пока не отдал, протянул Цари небольшую сетчатую сумку и без слов указал ему на яблоки.

Судя по выражению лица, Финист не очень-то и рад был выпавшей ему судьбе, но все же перебросил яблоки в сетку и отдал наследнику. Тот же в свою очередь протянул поводья Гремля и отступил на шаг.

– Уходите сейчас, – наконец заговорил сид, – скоро очнется охрана. Со своей стороны обещаю не посылать сразу же в погоню. Хорошо, если он вернется сам. Скажем, через неделю. А если нет, то сделайте все, чтобы вас в это время рядом с ним не было. Хорошего вечера.

Сиэль развернулся на пятках и поспешил в сторону выхода.

Мы с зеленым переглянулись, я подхватила свою опустевшую сумку и поманила пальцем Кешу. Попугай фыркнул и спланировал мне на плечо. Вцепился в него коготками и застыл.

– Идем? – Финист перехватил поудобней поводья лосяша.

Я только кивнула, стараясь не смотреть в эти темные полные отчаяния глаза сохатого.

Но далеко уйти не успели. Переход открылся прямо перед нами, ослепив ярким светом. Синий тихо взвизгнул, ему в тон отозвались брошенные лосихи. А через мгновение все закончилось. И только тяжесть Кеши на плече говорила о том, что я не рухнула в обморок. Просто ослепла.

– Вы справились с испытанием! – грянуло откуда-то сбоку. Глаза начали постепенно привыкать к темноте.

Отдавать Гремля выпало на долю господина Цари. Я же следила за происходящим одним глазом. Другим наблюдала за Кешей.

– Ты как?

– Нормально, – вздохнул Нурикеш. – Не переживай. Надо просто отдохнуть, и все вернется в нормальное состояние. Я не сразу почувствовал то плетение и очень поздно понял, к чему оно может привести.

– Хорошо, – я инстинктивно погладила его по хохолку и почему-то вспомнила роскошное оперение Финиста, что довелось увидеть в саду. И это простой крылатый, стало быть, наследник древнего рода должен выглядеть еще более эффектно. – Никогда не видела тебя в ипостаси феникса. Покажешь?

– Как-нибудь, – согласился мужчина. – Только с энергетическим балансом решу проблему.

– Договорились.

– Вот и все, – довольный собой Финист остановился рядом с нами.

Я проводила взглядом человека в накидке, уводящего за собой грустного сохатого. Лосяш такими глазами смотрел в нашу сторону, что у меня даже сердце сжало.

– С ним все будет в порядке?

– С кем? – зеленый обернулся. – С лосем? Да что они ему сделают? Нормально все будет.

– Вот я и стала воровкой, – пробормотала я, закатывая глаза. – Я себе как-то иначе представляла взрослую жизнь, вот честно.

– Зато не скучно, – по-дружески хлопнул меня по плечу Цари. – Ай!

– Держи свои лапы от нее подальше, – ощетинился Кеша, цапнувший феникса за палец.

– Ни на что не покушаюсь, – поднял ладони в защитном жесте Финист. – Тебе чем-нибудь помочь, попугайчик?

– Чем мог, уже помог, – еще более враждебным тоном протянул Нурикеш. – Сам справлюсь.

– Ну, как знаешь, – пожал плечами советник, одергивая накидку. – Нам пора отсюда убираться.

– Уйдешь, – пообещал таким тоном друг, будто собирался отправить его отсюда вперед ровными волосатыми ногами. – Допустим, что я уже убивать тебя не хочу…

– Какое великодушие, – с издевкой протянул зеленый и даже поклон попугаю отвесил.

– … но мы с тобой еще обо всем поговорим, зеленый, – закончил фразу Кеша.

– Согласен, ситуация требует дополнительной беседы, – кивнул Цари.

На том и порешили. Теневую часть столицы мы покинули втроем, а потом разделились. Финист пожелал нам хорошей ночи и исчез в подворотнях.

– Как бы его в таком виде не за того не приняли, – задумчиво протянул Кеша, глядя в ту сторону, где затерялся зеленый.

– Переживаешь? – уточнила я, направляясь в сторону Адамантовой.

– Вот еще, – фыркнул пернатый. – Мне еще с ним слишком много вопросов обсудить надо. Будет обидно, если гада банально порешат по ошибке.

До академии по пустым улочкам мы добрались быстро, больше никаких приключений на свои попы не нашли. И это не могло не радовать.

Кешу я донесла до комнаты, открыла дверь и дождалась, пока он слетит с плеча.

– Отсыпайся, птичка, – улыбнулась я ему, – тебе это точно поможет?

– Точно, – отозвался Нурикеш, топча лапками одеяло и сворачивая его в некое подобие гнезда. – Спокойной ночи, Ляль.

– И тебе, – я закрыла дверь и шагнула к своей комнате.

Мышка, скорее всего, еще гоняется за фейри по академии. Но если она спит, надо прокрасться и не разбудить ее.

С этими мыслями я открыла дверь да так и замерла на пороге. Потому что вместо спящей на моей кровати подруги увидела Инейрана.

– Ты? – удивленно ахнула я, не зная, куда бежать.

Дверь за моей спиной уже почему-то закрылась. Мышки не было видно, а феникс сейчас такой себе помощник.

– Лалиша, – улыбнувшись, отозвался наг, поднимаясь с моей постели.

Сейчас он был в человеческом обличии, одет в дорожную одежду. Волосы привычно убраны в косу, а на лице нет и намека на злость.

– Что ты тут делаешь? – голос дрогнул, мир подернулся дымкой, а мне тут же захотелось оказаться в его объятиях. Прижаться к широкой груди, вдохнуть аромат, поддаться соблазну. Наконец почувствовать его губы на своих. Так, как все, все это время представлялось с другим мужчиной.

Тряхнув головой, я постаралась вернуть себе злость. Сжала руки в кулаки, впиваясь острыми ноготками в ладони.

– Соскучился по тебе, – совершенно спокойно отозвался этот ползучий гад, в один шаг сократив разделяющее нас расстояние и протянув руки вперед.

И я не могла отступить. Не могла себя заставить сбежать. Да только и в его объятия не стремилась. Сдерживала себя из последних сил, готовая царапаться или кусаться, если Иней позволит себе воспользоваться моей слабостью.

Словом, так и осталась стоять на месте, не в силах пошевелиться. А Иней остановился рядом, провел пальцами по моей щеке и тихо поинтересовался:

– Почему ты сбежала, Лалиша? Я ведь не был против твоего обучения. Зачем ты так со мной?

Сердце предательски дрогнуло, я потянулась к мужчине. И тут же отвесила себе мысленную затрещину.

– Я зачем? – Жаль, что в слова нельзя впрыснуть тот яд, которым я отравила белого феникса. – А зачем ты использовал на мне такое подлое оружие, Инейран?

– О чем ты говоришь? – слишком уж натурально удивился наг.

– Об афродизиаке, – выплюнула я ответ, наконец найдя в себе силы сделать шаг назад. – О том, что ты приворожил меня, гад ползучий! Как ты вообще мог так со мной поступить, Иней? Ты мне теперь противен!

Я взмахнула руками, стараясь хоть как-то разогнать сгущающуюся вокруг меня удушливую дымку. Еще немного, и я сама упаду к нему в объятия. Еще чуть-чуть, и сдамся под напором чар.

Почему такая острая реакция?! Раньше ведь я не сходила с ума от одного его присутствия! Ломка, как у наркомана под запретными веществами, которому наконец-то показали заветную дозу…

С пальцев сорвалось несколько магических искр, упавших к ногам. Распахнулось окно, подул холодный ночной ветер, зашелестели сваленные на стол тетради.

– Уходи. Я не хочу тебя видеть!

Инейран молчал, смотрел на меня своим пронизывающим взглядом ледяных глаз. Потом шагнул, не позволяя отскочить, обнял, прижал к себе. Нос защекотал запах его духов, тела. Внизу живота потянуло от желания. Я привстала на носочки, совершенно не понимая, почему хочу его поцеловать. Голова кружилась.

– Моя Лалиша, – прошептал мужчина, мягко касаясь губами моих волос, – ты просто запуталась. Я не привораживал тебя, глупышка. Моя змейка. Успокойся. Тебе кто-то рассказал обо мне неправду. Не верь им. Не верь никому.

Он поцеловал меня, мягко. Нежно. Так, что я сама потянулась за продолжением. Запуталась пальцами в волосах у него на затылке, задохнулась от острых эмоций. Наслаждалась происходящим.

А наг продолжал шептать какие-то глупости сквозь поцелуи, обнимал меня.

– Пусти! – пискнула я, на мгновение вернув себе рассудок. Уперлась ладонями ему в грудь, стараясь оттолкнуть. – Ты лжешь! Подлец! Ты уже все получил, что еще нужно?! Пусти меня! Я видеть тебя не хочу, гад!

Объятия стали еще сильнее. До хруста ребер.

– Нет, Лали, – прошипел он, – ты от меня никуда не денешься. Моя змейка. Моя.

Он вновь меня поцеловал, вкладывая в это все эмоции. Обжигая, жаля. Такой неприятный и одновременно желанный поцелуй.

Изловчившись, я цапнула его за нижнюю губу и наконец отскочила. Пока в голове не сгустился туман. Пока я сама не потянула его к кровати. Или даже не набросилась прямо так, как есть. Хотя…

Исходя из того, что рубашка нага расстегнута, я все же попыталась. Но не помнила. Абсолютно ничего не помнила.

Только злость позволила остаться в здравом рассудке.

– Уходи! – я указала Инею, вытирающему выступившую на губе кровь, на дверь. А после припечатала совершенно не красящим девушку выражением, которое услышала от Нурикеша.

Инейран попятился, его лицо исказилось злостью. Но уже через мгновение наг взял себя в руки, вздернул подбородок и буквально по слогам произнес:

– Я уйду, Лалидари. Но вернусь. Вернусь и буду за тобой ухаживать. Ты не сможешь мне отказать.

Решающей точкой в этом разговоре стала захлопнувшаяся за аромагом дверь. Я вздрогнула от хлопка и провела ледяными руками по лицу. В голове не укладывалось то, что только что произошло. Но несомненно радовало одно – я смогла не поддаться привороту. Смогла. А значит, еще не все потеряно.

Опустив на пол сумку, которая чем-то грохнула, задев о стоящий стол, я села на кровать. Порадовалась тому, что окно открыто – скоро запах его парфюма выветрится.

Земляна, как же он меня нашел? И что делать дальше? Если Иней дал обещание вернуться, то он его сдержит.

Инейран Дальварис.

Где-то в столице

Аромаг передвигался по еще темным улицам города без опаски. Он ничего не боялся, никого не опасался. Особенно теперь, когда его змейка была найдена. Больше ничего не имело веса. Он наконец вновь мог притронуться к ней, обнять, поцеловать…

Да вот только девчонка откуда-то узнала об афродизиаке. Это было проблемой. Но не такой страшной, на самом-то деле. Ведь избавиться от влияния она самостоятельно не сможет.

Так что этот вопрос Инейран решил оставить на потом. Сейчас ему нужно было разработать тактику своих дальнейших действий. И все же, насколько сильно его сводила с ума Лалидари… Наг бросил все свои дела, прилетел в столицу и теперь думал только о ней одной.

Будто бы это не сам маг все это время околдовывал ее, а она его.

До большого постоялого двора, в котором наг снял себе комнату, он добрался спустя какие-то полчаса. Молодая хозяйка недовольно покосилась на постояльца, который пришел в такое позднее время, что и приличным это уже не назвать. Но все же впустила. За такие деньги, которые он ей платил за комнату, можно было не только пустить, но и с собой постелить. А потом еще ужином накормить, массажик сделать и другими прелестями порадовать.

Но, к несчастью этой самой хозяйки, ничего молодому статному мужчине от нее не требовалось. Она проводила грустным взглядом поднимающегося по ступеням Инея, зевнула и направилась к себе. Если ему ничего такого не нужно, то все же можно и мужа порадовать.

Аромаг же тем временем вошел в небольшую комнату, включил свет и наморщил нос. Условия проживания его абсолютно не устраивали. Но пока он готов был пожертвовать своим комфортом. По крайней мере, на несколько дней точно. Этого времени ему должно хватить, чтобы вернуть себе Лалишу.

Скинув плащ, аромаг активировал большое медное зеркало, установленное на столе, и вынул из шкафа бутылку вина.

– Доброй ночи, – проворковал томный женский голос из зеркала.

Инейран улыбнулся, налил себе вина и опустился на жесткий неудобный стул. Хемина, ответившая на его вызов, зевнула, прикрыв рот ладошкой, и улыбнулась.

– Я не помешал? – уточнил мужчина, бесстыдно скользя взглядом по практически полностью обнаженной наге.

Она даже не стремилась прикрыть одеялом грудь, наоборот, потянулась, будто бы стремясь продемонстрировать любовнику все то, что он не раз уже видел.

– Не помешал, – вновь зевнула иоли Чанон. – Муж в командировке. Сам же знаешь.

– Знаю, – согласился аромаг, не переставая улыбаться.

– Какие новости? – Хемина пошевелилась, переворачиваясь на живот, переложила магическое зеркало поближе к себе. – Ты нашел ее?

– Нашел, спасибо тебе за это, – Иней отпил из кубка.

– Я почти ничего не сделала, – игриво прошептала нага. – Всего лишь проверила новых поступивших, подослала своих людей… Да и артефакты, с помощью которых удалось обнаружить иллюзии, недавно разработаны. И вполне могли ошибиться.

– Они не ошиблись, – кивнул наг. – Лали была передо мной с этой иллюзией, но сдала себя с потрохами.

Все же приворот работал отлично. Его змейка даже не вспомнила о том, что находится в Адамантовой под другой личиной, когда увидела его. Прекра-а-асно.

– Это же отлично, – Хемина улыбнулась. – Соскучилась я по тебе, Иней.

– Не переживай, милая, мы скоро встретимся, – пообещал мужчина, – мне надо не так много времени, чтобы заполучить Лалишу.

– Забудешь потом обо мне, – наигранно скуксилась женщина. – Вернешь себе свою игрушку.

– Не думай об этом, – он вновь отпил вина, – я не собираюсь обрывать нашу с тобой связь. Зачем?

– Так я и поверю тебе, что ты бросишь ее, когда наиграешься, – фыркнула уязвленная нага. Потом хмыкнула и вновь усмехнулась. – Ну да ладно, ты прав. Не о том речь.

Инейран только удовлетворенно кивнул. Ему не нравились эти разговоры о моногамии. Да и Хемина не отказывала мужу, когда тому хотелось ласки. Это была всего лишь минутка ревности, которая уже закончилась. Такие минутки проскальзывали редко, и это радовало.

– Ты уже придумал, как будешь ее возвращать? Может, нужна помощь?

– Нет, не нужна, – повел плечами аромаг. – В этом не будет ничего трудного. Самую сложную часть ты уже сделала, милая. Надо просто поиграть с Лалишей в галантного кавалера, сделать девочке приятно. Однажды она на это уже повелась. Второй раз будет еще проще. Можно даже поддержать ее стремление к учебе. Подсказать что, подтянуть в аромагии. Ей ведь это до сих пор интересно.

Хемина довольно кивала головушкой, соглашаясь со всем, что говорил Инейран. И это грело мужчину. Он и сам себя мысленно хвалил за то, что смог так быстро поймать беглянку. Найти бы того, кто смог накрыть ее такой иллюзией… И вместе с тем имелся еще один нерешенный вопрос.

– Осталось только понять, что за мужик вокруг нее крутится, – озвучил свои мысли рыжий аромаг. – Это скорее всего тот же самый, который взломал защиту моего дома и украл Лалидари. У меня к нему есть серьезный разговор.

О том, что Инею еще и по голове от неизвестного прилетело, говорить Дальварис не стал. Все же перед ним сейчас лежала обнаженная женщина. Которую явно не интересуют подобные подробности.

А разговор медленно, но верно уходил в сторону от Лалиши. Становился более откровенным и горячим. Наг жалел, что не может прямо сейчас переместиться к Хемине. Но держал себя в руках. Ровно настолько, насколько к этому располагали ситуация и женщина в отражении магического зеркала.

Глава 12

Стоило двери за Инеем захлопнуться, как я тихонечко сползла по стене и обхватила себя за плечи руками. Меня откровенно трясло от пережитого, хотелось спрятаться от себя. И от тех чувств, которые во мне пробуждал Инейран одним своим видом.

В какой-то момент мне стало настолько страшно, что сидеть в одиночестве в темной комнате оказалось выше моих сил. Мышка не вернулась. Звать ее смыла не было. У подруги сейчас своих проблем с высшим фейри достаточно.

Поднявшись, я выглянула в коридор, никого не увидела и поспешила вломиться в комнату напротив.

– Кеш…

Темно, тихо, и только свет звезд даёт кое-какие очертания предметам в помещении.

Со стороны кровати послышался шорох, показался силуэт мужчины, а потом загорелся свет.

– Ляль? Что случилось? – феникс сел, свесив босые ноги с постели.

На мужчине были надеты только одни просторные темные штаны. Волосы завязаны в хвост. И вообще выглядел он сейчас так, будто готов был броситься в бой.

– Инейран, – выдохнула я, пытаясь поймать хотя бы одну из разлетающихся перепуганными птицами мыслей.

– Опять видение? – Кеша вскочил на ноги. – Божьи портянки, надо что-то делать с этим приворотом!

– Н-нет, – я мотнула головой, приковывая к себе взгляд Нурикеша. – Настоящий. Нашел. Пришел…

– Как он мог найти, Ляль? – феникс подошел, приобнял меня за плечи и увлек к письменному столу. Усадил на стул, сам опустился на корточки рядом. – Мы ведь под иллюзиями Земляны. Кулоны, помнишь?

Я перевела взгляд на его грудь, где виднелся волшебный артефакт. И вздрогнула от собственной дурости.

– Не знаю, как он увидел. Как узнал. Но это был он, и он обещал вернуться.

Феникс изменился в лице, черты заострились, стали хищными.

– Как давно он ушел?!

– Не надо! – я повисла на руке Кеши, который уже готов был лететь в погоню. – Не бросай меня. Мне страшно.

Вздохнув, мужчина обернулся, нахмурился:

– Ты же понимаешь, что лучше устранить проблему сейчас, чем потом бороться с последствиями. Может, и приворот тогда спадет.

Я молчала, хлопала глазами и взглядом умоляла его не уходить.

Плюс я не понимала, как феникс собрался устранять эту проблему. Прикопать наглого змея под кустом не получится, да и я совсем не хотела такого исхода для Инея. Каким бы мерзавцем ни был рыжий наг, смерти он однозначно не заслуживает. Богиня ему судья…

– Ладно, – сдался Кеша. – Но все равно надо что-то делать. Сейчас.

Его «что-то делать» свелось к большой бутыли крепкого вина. Откуда он ее взял, я спросить не рискнула. Но и не отказалась от предложенного вина. Сделала первый глоток, сморщилась от кислятины, но стоически проглотила. Видимо, совсем молодое.

Вино теплой волной разлилось по пустому желудку, согрело до самых кончиков пальцев.

– Он, конечно, тот еще гад, – выдохнула я, когда впервые опустела простая чашка, по которым феникс разлил вино, – но убивать его… Я бы просто хотела, чтобы он исчез. И больше не появлялся.

– Сомневаюсь, что это возможно, Ляль, – хмыкнул Нурикеш, вновь наливая себе и мне вина. – Если уж он прицепился, то не отступится.

– Договоренность, заключенная моим отцом, выполнена, – пробормотала я. – Ну что ему еще надо? Это ведь не любовь! Если любят, привороты не делают. Кеш, ну разве я не права?

Лорд из клана Рубиновой Крови отвернулся к окну, замолчал. Судя по залегшим на лбу морщинам, он о чем-то усердно думал. И думал долго да тяжело.

Я не отвлекала его от этого увлекательного занятия, потягивала уже не кажущееся таким противным вино и молчала.

– Любовь разной бывает, Ляль, – неожиданно произнес он. – Иногда ее сложно отличить от других чувств.

– О чем ты?

Феникс криво усмехнулся:

– Надо еще выпить, если ты хочешь услышать эту историю.

Я молча подняла полупустую чашку и сделала большой глоток. Нурикеш же дернул уголком рта и опрокинул в себя остатки вина. Налил еще, покрутил чашку в ладонях, будто пытаясь найти в себе силы, чтобы заговорить.

– Ты же знаешь, что у меня довольно натянутые отношения с брауни. На то есть веские причины.

Я уже открыла рот, чтобы поинтересоваться, о чем он говорит. Но феникс продолжил сам, временами делая большие глотки вина:

– Ее звали Иллисса. Она была брауни. Служила она одному… не очень хорошему роду. Тогда я пожалел ее, украл, переподписал договор о служении. И долго разгребал неприятности, которые на меня свалились из-за этой авантюры.

– Но ведь все фениксы обычно берут на службу…

– Гремлин? – уточнил мужчина. – Да. Но тогда у меня не было слуги. Я Илиссу, грубо говоря, украл. Думал, что спасаю.

Закусив губу, я уже не была рада, что захотела выслушать эту историю. Она явно несла много боли Нурикешу. Но он уже начал, останавливаться поздно.

– Она жила в моем доме не как слуга, а как… член семьи, Ляль. Илли очень редко принимала истинную мини-форму, в которой, согласно договору, практически всегда должны находиться брауни. Она очень часто превращалась в человека. Я вывел ее в свет, познакомил со двором. Ее очень задевало, когда кто-то указывал ей на ее место. Она злилась, что не может быть мне равной. Никогда.

– Она была твоей первой любовью? – вопрос сорвался с языка до того, как я успела подумать, что и у кого спрашиваю.

Нурикеш посмотрел на меня, и в его глазах плескалась горечь и боль:

– Если это можно так назвать. Да.

Он вновь отпил из чашки.

– Я относился к ней не как к служанке. Как к помощнице, компаньонке, другу. Даже больше. Илли же старалась соответствовать мне, затолкать все свои обиды и комплексы как можно дальше. Продолжала притворяться тем, кем не являлась. Но ей это очень нравилось, а мне не хотелось отказывать ей в капризе.

Слушая эти откровения, в какой-то момент я поймала себя на том, что… ревную. К воспоминаниям. К этой незнакомой мне Иллиссе, ради которой он нарушил столько правил.

Пришлось тряхнуть головой и сделать еще несколько глотков кислого вина, чтобы хоть как-то успокоить это странное чувство.

– Я доверял ей. Только ей. Она была моими ушами и моими глазами, – продолжал тем временем рассказывать мужчина. – И именно она ударила меня в спину.

– Но… как? Как брауни может предать хозяина?

– Точно так же, как она поступила с предыдущим, – криво усмехнулся феникс. – Переподписать договор.

– Она ушла? Сама? После всего…

– Нет, Ляль, ее переманили, – Нурикеш потянулся за бутылкой, встряхнул и вернул пустую тару обратно на стол. – Ты же знаешь, что я был одним из тех, кто претендовал на трон?

Дождавшись от меня кивка, он продолжил:

– Нас было, на самом деле, четверо. Я, Финист Цари, наш нынешний король – Надир… и Инейран Дальварис. Два претендента и команда поддержки.

Я скрипнула зубами, сжала кулаки, но не перебивала.

– Если Инейран и Финист не претендовали на трон, просто хотели оказаться поближе к новой власти, то мы с Надиром заключили соглашение. Когда до трона останется всего шаг, мы за него сразимся в честной дуэли.

– Но ты говорил, что это Цари виноват в том… в твоем провале?

– И он тоже, – тряхнул головой феникс. – Во время дуэли я сменил ипостась. А Илли в этот момент применила заклинание смены трансформации. Но не обычное, а запускающее процесс регресса… Я, мать его, превратился в попугая! Надир выиграл, забрал Иллиссу и сел на трон.

– А Цари?

– А Цари поймал улетевшего попугая и превратил в чучело. Не стал меня расколдовывать. После чего я попал в лавку старьевщика…

Дальнейшую историю его жизни я знала. А вот откровение стало шоком. Как же тесен этот мир!

– Вот такая история, Лали, – пожал плечами Нурикеш, мазнув грустным взглядом по бутыли с вином.

– Мне жаль, что так вышло. Да и не стоило мне спрашивать…

– Какие у меня от тебя могут быть секреты? – поинтересовался феникс, глядя на меня странным взглядом.

Я только кивнула, а тело повело в сторону. Мир как-то странно накренился.

– Ляль!

Мужские руки поймали меня у самого пола. Я вздрогнула, подняла глаза на Нурикеша, задержалась на губах и наконец поймала его внимательный взгляд.

Я не стану лгать самой себе – в этот раз не случилось помутнения рассудка. Не было чужого образа перед глазами. Не сходили с ума рецепторы и рефлексы, толкая в объятия мужчины, когда разум наделял его чертами Инейрана.

В этот раз я четко видела перед собой Айнира Нурикеша. Его резко очерченное красивое лицо, смуглую кожу, темные волосы и чуть встревоженные глаза, и в них не было ни капли похоти, которую я уже практически привыкла видеть во взгляде Инея. Почти привыкла к тому, что это нормально. Что так и должно быть. Что именно так смотрят на женщину.

А феникс никогда не смотрел на меня как на тело, даже в то время, когда называл «дур-р-рочкой», то есть не обольщался по поводу того, что юная полукровка будет семи пядей во лбу. И потом, когда я стала к нему лезть с поцелуями, – вел себя достойно.

Ни разу не воспользовался ситуацией, хотя, как понимаю, с женщинами в годы опалы все было туго. Да и потом, когда мы вернулись в Адамантовую… я конечно не интересовалась, но было непохоже, чтобы феникс нырнул в море безудержного разгула.

Может, именно поэтому я потянулась к нему в этот момент? Мне был так нужен, отчаянно нужен тот, для кого я была личностью. Девушкой Лали со всеми ее достоинствами и недостатками.

У него красивые губы. И вкусные…

Я льнула, касаясь его рта, шеи, запускала пальцы в волосы и отчаянно зажмуривала глаза, потому что сейчас помимо желания со мной были еще и все мои сомнения. Раньше, когда я целовала Айнира, разум всегда настолько туманил приворот, что мне было плевать на все, кроме того, что я наконец-то дорвалась до желанного тела.

А тут… я прекрасно понимала,кого именноцелую. А еще хотела стереть с себя касания нага.

– Лалидари… – большие ладони феникса аккуратно легли на мою талию и попыталась отстранить. Но вышло лишь прекратить поцелуй, но я сразу же спрятала лицо в изгибе сильной шеи. Отчасти потому, что щеки пылали от смущения и я не знала, как теперь посмотреть ему в глаза, а отчасти потому, что мне этого хотелось. Айнир вкусно пах… так, что я ощущала себя змеей, зачарованной звуками волшебной дудки.

– М-м-м-м? – промычала я и, не спеша отлипать от феникса, коснулась губами часто-часто бьющегося пульса на шее мужчины.

– Я не Инейран, – счел необходимым сообщить Нурикеш. – Вот совсем. Хотя да, у меня тоже на тебя тело реагирует. А еще я совсем не железный и терпение никогда не числилось в моих достоинствах, потому, пока остатки благородства помогают мне держать руки при себе, – прекрати целовать.

– Я знаю, что ты не Инейран, – выдохнула я и, не удержавшись, все же лизнула пульсирующую жилку. – И это очень, просто очень хорошо.

Да, феникс был вкусный везде. Его чуть солоноватый, пряный привкус заставлял кровь быстрее бежать по жилам. Руки Нурикеша сильно, до легкой боли сжались на моем теле, и под кожей словно жидким огнем плеснуло.

А после он решительно подцепил меня под подбородок, окинул совершенно черным от расширившихся зрачков взглядом и поцеловал уже сам. Жарко, страстно, так, что у меня ослабели колени и я бы несомненно упала, если бы уже не сидела на коленях – у мужчины. Он так стремительно меня сграбастал в объятия, что я даже опомниться не успела.

Чувственное марево поглотило меня, как болото. Я просто утонула в нем, уже не понимая, где я, что я и что я делаю. Кажется, я дергала за шнуровку на рубашке феникса, горя желанием скорее добраться до теплой кожи, а он лишь смеялся. А после опрокинул меня на кровать и быстро стянул через голову свою одежду. Я замерла, жадно разглядывая идеальную грудь, будто прорисованные кубики пресса и уходящую за пояс штанов дорожку темных волосков.

Но долго полюбоваться на тело мне не позволили. Он вновь наклонился, впиваясь в мои губы поцелуем, а смелые, очень смелые и явно знающие, что делать, руки быстро расстегнули пуговички на моей блузке, добираясь до прикрытого теперь лишь кружевом тела.

Штаны с меня содрали еще быстрее, я даже опомниться не успела. Вот она – практика.

Каждое прикосновение феникса было таким невероятным миксом из страсти и нежности, что я плавилась от наслаждения. Раньше я знала только прикосновения Инея, а там всегда были совсем другие эмоции. Удовольствие сквозь стыд. Это слишком горькая приправа даже для такого вкусного блюда.

Он так и не взял меня.

Лаская, довел до ослепительных высот, а когда я рухнула с них, опаляя себе крылья и сотрясаясь от наслаждения, лег рядом и, прижав к себе, медленно гладил по спутанным и мокрым от пота волосам. Судя по дыханию мужчины, он сейчас пользовался одной из медитативных техник, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.

– Все хорошо? – наконец раздался хриплый шепот над ухом.

– Да, – кивнула я и прикусила губу.

– Вот и умница, – он внезапно подхватил меня на руки и, посадив к себе на колени и заставив посмотреть ему в глаза, спросил: – Не жалеешь?

Я отвела взгляд и повела плечами.

После того, как схлынул дурман желания, мигом проснулась логика, которая теперь в панике металась в голове и вопила: «Как же мы теперь общаться будем?! А-а-а-а!»

– Значит, так, выдыхай, – решительно и твердо сказал феникс. – Сейчас это было нужно тебе, и я дал. Как настоящий друг.

Ну обалдеть друзья!

– Угу…

– Без угу. Лали, ты мне безумно нравишься, но ничего не будет, пока мы не снимем ту гадость, из-за которой ты кидаешься на Инейрана. Да и на меня, возможно, тоже только именно из-за этого. Так что сначала расколдовываемся, потом я убиваю Надира, а уже после этого мы садимся и предметно обсуждаем наше «долго и счастливо». Ты согласна?

– Почему именно в таком порядке? – решилась я задать очень волнующий меня вопрос.

– Потому что если со «счастливо» проблем не возникнет, то с «долго»… в общем, обидно будет, если меня благополучно прикончат оставшиеся несколько раз. Так что сначала дела, а потом все остальное.

Он щелкнул меня по носу, а после взял лицо в ладони и опять поцеловал. Но на этот раз медленно и пронзительно-нежно.

– Самое главное – знай, что я не дам тебя в обиду. Здесь Инейран не на своей территории, как в Змеиной провинции, и не сможет тебя достать привычными методами.

– Зато есть влиятельные друзья, – я потянула носом, гася судорожные вдохи, от которых два шага до рыданий. – Тот же Надир, разве нет?

У феникса дернулся уголок рта, он явно бесился лишь от упоминания имени нечистоплотного на руку конкурента, который столь грязно устранил его.

– Надир и раньше был специфической личностью, а судя по тем слухам, что сейчас ходят в столице, – это усугубилось. Самодур распугал практически всех сторонников. Если учитывать его шуточки и то, что он избавляется от неудобных фигур так открыто, что даже ребенку ясно, откуда ноги растут… думаю, ему недолго осталось.

– Новый переворот? – неприятно удивилась я.

– Все может быть, – пожал плечами феникс.

Как и любая добросовестная девочка, которая любила историю и посвящала немало времени ее изучению, я знала, что переворот дался стране нелегко. Спихнуть с престола династию Белых фениксов было сложно, но Надир и компания справились, а после несколько лет гасили кровавые бунты в разных концах Соединенного королевства.

В общем, как мне казалось, последнее, что сейчас нужно населению, – очередная смена власти. Король, какой бы он ни был, – все же стабильность. А если сменят монархию на что-то иное?

– Друг мой дорогой… – с подозрением прищурила я глазоньки. – А не собираешься ли ты снова примерить на свое пернатое чело корону?

– Нет, – с усмешкой ответил Нурикеш. – Это были амбиции моей молодости. Все, чего я желаю, – отомстить, а после… после уже подумаю, чего мне хочется от жизни в целом.

– Месть – это… – я замолкла, не в силах донести до феникса свою миролюбивую позицию.

– Что, месть – это нехорошо? – его ирония скрипела на зубах, отдавая горечью в горло. – И не выход, да Лалидари? А что тогда? Понять-простить-забыть? Понять предательство, простить то, что меня низвели даже не до уровня чучела, а сделали вещью? Забыть, что я остался в относительно здравом уме только потому, что все эти годы прокручивал в голове, как я нанесу ответный удар? Это лишит меня смысла жизни. Это будет страшнее, чем смерть. Проще просто выйти на середину улицы и дождаться, пока меня собьет экипаж – глупая гибель после всего, что я прошел. Но даже она лучше, чем просто смириться и оставить безнаказанным все то, что со мной сделали.

Я отвела взгляд.

Да, он прав от а и до я.

И мне нечего ему ответить. Любой из нас имеет право на месть, и другие не должны мешать, даже если не понимают стремления к ней.

– Вот и умница, – правильно понял мое молчание Нурикеш. – А теперь иди к себе. А то моя решимость тает оттого, что и постель тут, и ты…

Покраснев, я кинулась одеваться под ироничным взглядом пернатого.

В голове, если честно, словно фаербол взорвался. Все по кусочкам и летает в хаосе. Я понимала, что произошедшее сильно изменит будущее, но пока даже не могла представить, как именно.

Глава 13

Адамантовая академия

Юная брауни по имени Мышисса пребывала в легкой печали и меланхолии. По той простой, знакомой всем юным девам причине, как несоответствие желаемого и действительного.

Когда несколько месяцев назад она сбегала из уютного дома из-под крылышка родителей навстречу приключениям, то представляла себе происходящее в лучших традициях эпических баллад.

Когдаона, вся такая притесненная бытом, выходит в большой мир, который поочередно начинает выдавать на ушастую голову то охапки неприятностей, то тазики плюшек для разгребания пункта первого.

Пока как-то получалось так, что плюшки влекли за собой еще большие неприятности.

Вот, например, сила фейри. Ну сняла Земляна сдерживающую печать, которой запечатали мелкой брауни ее большие возможности. И что?

Она себя ощущала как девочка с крупным воздушным змеем во время очень ветреной погоды. Вроде и штука классная, вещь нужная, а управлять не получается, и в итоге вместо удовольствия – разочарование.

Сила постоянно гуляла по телу, притом доставляла массу неудобств. Мышка начала не то что ходить во сне… летать!

Однажды из-за того, что не закрыла окна на ночь, проснулась уже в процессе выплывания из окна навстречу рассвету. Сознание вернулось, но способность к левитации тут же пропала, и она с трудом успела удержаться на карнизе, вцепившись в него, как в маму родную.

Да и процесс обучения оказался не таким захватывающим, как представлялось.

– Мышисса, что вы делаете?

Раздался над ухом очень вкрадчивый голос, и брауни с опаской приоткрыла один глаз, уставившись на преподавателя.

– Медитирую…

– Чудесно, – переплел длинные нервные пальцы фейри. – А почему так неправильно?

– Все, как вы сказали! – клятвенно соврала Мышка, от души надеясь, что это сработает.

– Юная леди, вы меня за идиота держите? – Темная бровь преподавателя поползла вверх, и он закинул ногу на ногу, с иронией глядя на ученицу. – Я несомненно в шаге от старческого маразма, но еще ни разу не был заподозрен в глупости.

Мышка вздохнула и с тоской посмотрела на еще недавно самую желанную цель в этой академии. Кто ж знал, что мечты периодически только маскируются под желанные, а на деле оказываются мерзкими типами с дурацким характером.

И не спешат передавать свои знания, совсем не спешат!

Цайр Шарран как обычно представлял собой чрезвычайно потрепанное воплощение самой могучей силы в мире. Князь фейри на пике возможностей и специфики мышления.

Мышка и до знакомства с ним слышала, что старые фейри это ужас. Но не думала, что реально ужас-ужас-ужас!

– Я бы никогда не осмелилась держать вас за идиота.

– Тогда почему вы заняты ерундой вместо медитации и поиска в себе внутреннего стержня, на который можно подобно нити пряжи «намотать» вашу силу и «разматывать» ее по необходимости?

– Откуда вы… – покраснела брауни.

– Однако я не первый день преподаю, – едко ответил Цайр и, скрестив руки на груди, невероятно занудным тоном продолжил: – И в силах отличить, когда студент делом занят, а когда мысленно отсчитывает минуты до конца занятия. Ты меня на кой демон так терроризировала, чтобы я согласился учить, если сейчас этим не пользуешься? – преподаватель перешел на «ты», даже не пытаясь скрыть возмущение.

– Я пользуюсь! – обиженно сверкнув глазами, выкрикнула стиснувшая кулачки девушка. Но, видимо, сама испугалась экспрессивности и уже гораздо тише закончила: – Я просто не понимаю. Как можно три часа наматывать силу на этот самый внутренний стержень? Ну скучно же!

– У тебя не получается погрузиться в транс, и ты ощущаешь течение времени. Именно поэтому и возникают проблемы. Сила должна подчиняться не только твоему бессознательному, которому полетать вдруг захотелось, но и разуму. Все манипуляции с ней мы производим именно им!

– Можно попробовать еще раз? – со вздохом спросила брауни и, кинув взгляд на темные окна, смущенно добавила: – Если у вас, конечно, есть возможность. Я понимаю, что мое время на сегодня уже вышло.

– Пробуй, – лениво повел плечами фейри. – Я никуда не тороплюсь. Я уже давно никуда не тороплюсь…

Смежив ресницы, юная брауни вновь погрузилась в свой внутренний мир, где разными цветами вспыхивала сила, которая носилась вихрем вокруг того самого стержня-основы и никак не хотела вести себя послушно.

В этот раз стиснувшая зубы девушка так просто не сдавалась, она раз за разом пыталась, и даже когда энергия в очередной раз ускользала из воображаемых рук, она лишь пыталась снова.

Наконец-то получилось сделать первый виток, и дальше дело уже пошло легче. Это было похоже на пряжу, когда ты тянешь из перепутанного клубка нити и оборачиваешь их вокруг веретена. Временами энергия то взбрыкивала подобно животному и вырывалась из рук, то просто перепутывалась подобно вьюну, и приходилось тратить время, чтобы привести ее в порядок.

Но у нее получалось! У нее и правда получалось!

Когда Мышка вновь открыла глаза, за окном царила глубокая ночь, а в темных глазах ее учителя – удивление.

– Надо же, – тихо хмыкнул он и, взяв со стола любимую трубку, поджег табак в ее чаше. – Удивила.

– Чем же? – брауни, чуть покачнувшись, встала и ощутила, что ноги ее не держат.

– Тем, что предыдущие мои ученики тратили на это гораздо больше времени, – глубокая затяжка, запрокинутая к полотку голова с четко выделяющимся кадыком – и в воздух поднимается кольцо дыма. Через несколько секунд его четкие очертания размываются, а после форма и вовсе пропадает, оставляя лишь серое прозрачное облачко. – Ты, может, и не самая способная, но очевидно очень упрямая. Это хорошее качество для мага.

– Я не маг, я фейри.

– О-о-о, какая маленькая девочка и уже так высоко задирает носик, – смеется в ответ дивный лорд и грозит пальцем, насмешливо глядя на ученицу сквозь сизую завесу дыма. – Это, как правило, не приводит ни к чему хорошему. Идея превосходства…

– Почему вы вообще согласились меня учить? – брауни не выдержала и все же задала давно беспокоящий ее вопрос.

– Потому что ты меня достала? – задал риторический вопрос князь Цайр Шарран.

– Конечно, это тоже вариант, но позвольте вам не поверить.

– Позволю, – «щедро» разрешил фейри и улыбнулся. – Ты первая достаточно бесстрашная… дурочка на моем пути за очень, о-о-очень долгий срок. А я считаю, что дурость – свойство молодости и качество проходящее, а вот бесстрашие в наше время найти непросто. Я сказал: может, не самая способная… Нет, ты удивительно талантливая. Учить – одно удовольствие. Схватываешь на лету. Но…

Он замолк на полуслове, вновь глядя в потолок остановившимся взглядом. Заблудившийся в своих мыслях, сбившийся с устной речи на внутреннюю… Брауни уже не в первый раз это видела, потому терпеливо повторила за наставником окончание предыдущей фразы.

– Ах да, – мужчина очнулся, мотнул головой и закончил: – Но есть немалый риск, что моя доброта еще аукнется другим фейри. Потому что такие вот девочки, обиженные на все дивное сообщество, могут быть очень мстительными маленькими тварями…

Они встретились взглядами.

Туманные, уставшие глаза высшего фейри, в которых плескалась вековая мудрость. Под ними залегли темные круги, делая его много старше внешне и, пожалуй, только глядя на него сейчас можно было вообразить, какой колоссальный жизненный путь прошел этот мужчина.

Яркие, молодые голубые глаза Мышиссы, которая с ранних лет грезила тем, что будет, если она обретет полагающуюся ей силу, и проклинала тех, кто принял зверские законы по «запечатыванию» детей. Пылающие огнем глаза.

Действительно, зачем высшим фейри конкуренция? Ведь так брауни или гремлины могут выйти из положения вечных слуг и стать кем-то значимым! А зачем слугам такие излишества, не так ли?

Брауни казалось, что она кричала ему в лицо эти слова. Громко, эмоционально, сжимая кулаки до кровавых лунок на ладонях.

Пауза повисла в воздухе. Звон тишины нарастал в ушах, и брауни казалось, что еще немного, и из них польется кровь.

– Хватит! – наконец зажала ушки ладонями девушка. – Не надо давить, я все поняла.

– Что именно? – новая затяжка уже погасшей трубки, которая оставляет во рту дивного горький привкус табака, но не дым.

– Я вас не разочарую. А теперь… теперь позвольте, я уйду.

Князь лишь кивнул, с затаенной улыбкой наблюдая, как девушка лихорадочно скидывает в сумку конспекты, которые вела еще до медитации, и стремительно убегает из его дома.

Дверь уже давно захлопнулась за спиной малышки брауни, а фейри все еще сидел в кресле и посасывал мундштук, а на его узких губах играла загадочная улыбка.

«Да, не разочаруешь. Вопрос – в чем именно… что именно мне нужно будет от последней ученицы?»

Глава 14

Столица Соединенного Королевства.

Финист Цари

Феникс телепортировался сразу к себе домой, правда, немного промахнулся и попал не в спальню, а в кабинет.

С опаской огляделся и едва удержался от того, чтобы кратенько не помолиться Земляне. Промашек в телепортации с ним не случалось давненько, а такие вот неожиданности могли аукнуться тем, что от советника короля осталось бы лишь мокрое и крайне несимпатичное пятно.

В таком случае даже пресловутая регенерация феникса не спасет. Одно дело, если тебя просто убили, а другое – если тонким слоем по полу размазали.

Воспламеняться нечему будет, когда разрушен весь энергетический каркас.

Это один из немногих способов убить феникса.

Впрочем, в свое время существовало немало сект, в которых как раз специализировались на таком вызове матушке природе, как крылатый народ.

Где это видано, чтобы у кого-то было четыре жизни?

Потому ритуалы по убийству существовали. Феникс должен быть четырежды мертв…

Финист щелчком пальцев зажег свет в кабинете и практически сразу встретился взглядом со своим отражением, впечатлившим зеленого до глубины души.

И не только его!

– Ну и где ты шлялся два дня? – чрезвычайно мрачный голос Элу испугал ее доблестного хозяина до легкого нервного тика.

– Элу… не подкрадывайся, – на выдохе попросил он у рыжей гремлины, плюхаясь в любимое мягкое кресло и закидывая на стол ноги.

Волосатые такие, совершенно голые ноги, торчащие из-под полы воровского балахона.

– Ничего страшного, даже если ты помрешь от инфаркта, у меня будет шанс высказать все, что я о тебе думаю.

– Это как-то очень глупо – умирать от инфаркта, – задумчиво сообщил зеленый феникс в потолок, кинув на девушку беглый взгляд и с тоской осознав замечательный факт – скандала избежать никак не получится!

Судя по скрещенным на груди рукам остроносой служанки, ее господина ожидал разнос. Так и было! Она стремительно приблизилась к столу и с хлопком положила ладони на лакированную поверхность, одним броском перегибаясь через стол и нависая над горе-начальничком.

– А от удушения лучше? Финист, у тебя вообще совесть есть? Ты отсутствовал несколько дней…

– Полтора… – неосмотрительно попытался оправдаться господин Цари.

Яростный взгляд гремлины ясно говорил: ей сейчас было плевать на такие мелочи, как объективные факты и конструктивные аргументы!

– Ты возвращаешься потасканным до такой степени, что я даже боюсь интересоваться, где ты был! Что это за балахон на тебе?!

– М-м-м… последний писк моды, – немного съехидничал зеленый пернатый.

– Оно и видно. Сразу же после него она наверняка и померла, – ответила сарказмом на сарказм Элна, но почти сразу вернулась к претензиям. – Ты не предупредил меня и заблокировал возможность переноса к тебе!

– Так было нужно. Для тебя же безопаснее.

– Ты ненормальный? – тихо и вкрадчиво спросила рыжая, а после выкрикнула: – Я у тебя и есть как раз длятвоейбезопасности, Финист Цари! Комфорта, удобства и безопасности! Это я должна за тебя доблестно подыхать на баррикадах и защищать от всего на свете. Я, понимаешь? Своим поведением ты обесцениваешь саму идею сотрудничества фениксов и гремлинов.

– Плевать я хотел на основную идею сотрудничества, – бросил в ответ Финист, начиная потихоньку раздражаться и наконец-то спустив ноги со стола.

– Шикарно. Ты вообще плевать на все хотел!

– На тебя – нет, – неизвестно почему сказал советник короля. – Иначе я бы не тратил столько сил на то, чтобы обеспечить твое будущее. Ты очень дорога мне, Элна.

Яростный блеск пропал из зеленых глаз гремлины, сменившись беззащитностью, которая словно острие ножа вошла в грудь Финиста.

– Ты запутываешь этим меня, – прошептала гремлина, и по бледной щеке скатилась слеза, которую девушка стерла резким, злым движением. – Я не знаю, как к тебе относиться!

– Никак. С благодарностью, – буркнул в ответ Финист, поднимаясь из кресла и наливая себе виски на два пальца. Слишком много сегодня событий для того, чтобы быть трезвым.

– Спасибо, – вновь вернув себе присутствие духа, с ерничаньем поблагодарила хозяина Элу.

– Пожалуйста, – в том же тоне ответил Финист и, глянув сначала на девушку, а после на пустой бокал, решительно налил еще. – Можешь вернуться к себе.

– Отлично. А что я еще могу с твоей легкой руки?

– Да все!

Финисту почему-то казалось, что она должна, просто обязана сейчас уйти. Иначе произойдет то, что изменит все в принципе. То, чего ни в коем случае не должно произойти.

Осталось ведь потерпеть совсем немного, Финист Цари. Буквально капельку. Отправишь девчонку в безопасное место, а потом нырнешь в привычное море придворных интриг. Ладно, в сточную канаву придворных интриг. Но факт остается фактом – образ обаятельной рыжей гремлины потускнеет в памяти. Поблекнет, как картина под слоем пыли, которую с нее специально не сдували на протяжении многих лет.

Останется в прошлом.

И не важно, как долго продлится его будущее, главное, что он будет точно знать – с девочкой все хорошо.

А она найдет себе еще… кого-то другого. Лучше. Спокойнее. Интереснее. И безопаснее!

Главное сейчас – не позволить отношениям шагнуть дальше.

Сдержаться.

– Ну раз ты щедро разрешаешь мне делать все… – девушка шагнула вперед, отводя со своего пути руку с бокалом, и прижалась к груди феникса. Он словно закаменел, глядя в заострившиеся черты решительного лица Элу, и не мог заставить себя даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы оттолкнуть гремлину.

Четкое ощущение неправильности происходящего мешалось с новым, странным чувством. Жаждой.

Иссушающая страсть к женщине всегда казалась фениксу мифом, придуманным юнцами, у которых не получается затащить в постель объект воздыханий. Ходят неудовлетворенные, вот и воображают себе вечную любовь, да только она обычно проходит после пары зажигательных ночей в объятиях более доступной красотки.

Но чувства к рыжей помощнице никогда не носили столь низменный характер. Напротив: гремучая смесь нежности, восхищения и временами досады, когда девочка доводила до белого каления своими выходками и нежеланием воспринимать аргументы.

Она прижималась к нему всем телом и смотрела в глаза, не отводя взора, хотя белая кожа уже давно налилась пылающим румянцем, лучше всяких слов или жестов демонстрируя, насколько Элу смущена.

Она прерывисто выдохнула и медленно скользнула руками по его груди вверх, лаская кончиками пальцев шею и забывая дышать от восторга и осознания, что ей это… позволяют.

Девушка каждую секунду ожидала, что Финист скинет с себя слишком осмелевшие лапки помощницы и переведет ситуацию в шутку, или и того хуже – отчитает и высмеет!

Но он молчал. Молчал, смотрел на нее потемневшими глазами и с трудом переводил дыхание.

Элу зажмурилась и, встав на цыпочки, прижалась робким, неумелым поцелуем к четко очерченным красивым губам феникса.

А он… он стиснул кулаки и по-прежнему ничего не делал. Не отталкивал и не отвечал.

Это было настолько демонстративно и настолько понятно, что по щекам рыжей фейри покатились обжигающе горячие горькие слезы. Тихий всхлип сорвался с губ в тот момент, когда она решила все же отпрянуть и бежать-бежать-бежать! Как можно дальше.

Боги, как же сты-ы-ыдно. Как же безумно, невыносимо стыдно!

Именно в этот момент он обхватил ее обеими руками, вжимая в себя так, что у девушки даже ребра заныли. Поцелуй был жарким и таким страстным, что у Элу подгибались колени.

Она не думала, что это будет…так.

Опыт, хоть и небольшой, у гремлины был, но она никогда не понимала, что остальные находят в этом весьма далеком от наслаждения процессе.

Но сейчас все было иначе. То ли потому, что мужчина любимый и до боли желанный, то ли потому, что она так долго этого ждала.

Сердце колотилось так сильно, что казалось, еще немного – и выскочит из груди в ладони Финиста, где ему и самое место.

Когда спустя несколько минут Цари наконец-то оторвался от покрасневших и нывших губ гремлины, он рывком прижал ее к себе, просто обнимая и лихорадочно запутываясь пальцами в рыжих волосах.

– Глупая, какая же ты глупая, – тихо прошептал он и, горько усмехнувшись, добавил: – И я идиот.

Девушка попыталась было вырваться, возмущенная такой фразой, но Финист удержал ее и, дернув за острое ухо, добавил уже властно:

– Допрыгалась. Теперь ты моя, и ты со мной. Но это означает, Элу, только то, что теперь ты точно делаешь совершенно все, что я скажу, и не пытаешься сопротивляться.

– Но… – попыталась было возразить гремлина, которая явно не так себе представляла дальнейшее развитие событий.

– Переворот на носу, – тихо проговорил зеленый феникс, уже более мягко поглаживая девушку по волосам. – И если убьют тебя… я сначала всю столицу в крови и огне утоплю, а после сам сдохну.

Глава 15

Мышка молча слушала мой сбивчивый рассказ. Я же, к собственному удивлению, чувствовала, как пылают щеки. Да и от глаз подруги не скрылось, как я мну подол платья, пытаясь скрыть эмоции.

– Ну что я тебе могу сказать, – протянула она, когда я закончила свой рассказ о том, что прошлым вечером произошло между мной и Нурикешем. – Сложно это все. Инейран же тебе в свое время тоже нравился.

– Да, но после всего, что произошло… – я развела руками. – Не знаю, Мышк. Тут другие какие-то чувства. Я запуталась.

Спрятав лицо в ладонях, я затихла. Потому что и сама не знала, что еще сказать. Не знала, как донести до подруги то, что все это может быть последствиями приворота. Даже с Кешей.

И от этой мысли мне было так противно… Потому что вчера я не видела на его месте нага. Не видела! Со мной был именно феникс. Именно Нурикеш!

Значит ли это, что приворот спал? Ослабел? Или я научилась с ним бороться?

– Не убивайся так, – вздохнула подруга, опускаясь рядом и приобнимая меня за плечи. – Все скоро станет ясно. Если он тебе нравится… Ну что же, значит, нравится. Я даже гадости про него говорить сейчас не буду.

Последнее заявление заставило улыбнуться. Я убрала руки от лица и обняла брауни.

– Спасибо.

– Да было бы за что, – фыркнула она. – Кашу в твоей голове разгрести в состоянии только ты сама. Как и разобраться, кто из мужчин тебе нравится больше. И самое главное – кто из них по-настоящему нужен.

В этом она была права. И, к сожалению, сделать я это смогу только в том случае, если афродизиаки перестанут работать.

Хотя от одной мысли о том, что я вновь окажусь рядом с Инеем…. Бр-р-р-р! Нет! Я не хочу. С ним. Никогда!

– Ты на пару опоздаешь, – подруга вернула меня в реальность своим напоминанием.

– Точно! Лекция по аромагии… К слову, как твое обучение?

– Нормально, – отмахнулась она. – Вроде что-то начинает получаться. Главное, не прекращать тренироваться. Ты все же поспеши, он был не в лучшем настроении последнее время.

– А когда он был в хорошем настроении? – пожала я плечами, поднимаясь на ноги и скидывая конспекты в сумку. – Ладно, побежала я. У тебя сегодня занятия только вечером?

– Ага. Отосплюсь хоть, – улыбнулась она, уменьшаясь в размерах и устраиваясь на подушке.

– Приятных, – я толкнула дверь, шагнула в коридор и влетела носом в широкую грудь.

– Привет, – слегка хрипловатый голос Нурикеша раздался откуда-то сверху.

Я тихо ойкнула, захлопнула за собой дверь и отскочила в сторону.

– П-привет…

Краска вновь прилила к щекам, а тело охватил жар воспоминаний.

Ох, Земляна!

– Пойдем, я проведу тебя до аудитории, – мужчина галантно предложил мне локоть. А стоило мне его коснуться, как тело будто молнией прострелило.

– Д-да, спасибо, – рвано выдохнув, произнесла я.

Шли практически в полной тишине. У меня в голове творился сплошной бардак. И только феникс пробовал завести разговор, как я отвечала какой-то глупостью и тут же замолкала.

– У тебя только одна лекция сегодня?

– Люблю аромагию, – снова невпопад отозвалась я и зажмурилась.

Земляна, что я несу? Помоги мне вести себя адекватно! Умоляю!

Но богиня не появлялась и на мой зов не реагировала. Словом, так я и позорилась перед Нурикешем все то время, что мы шли до аудитории. А шли мы, надо сказать, долго. Может, мне это просто показалось. Но я готова была провалиться сквозь землю, пока не увидела приоткрытые двери, ведущие в нужную аудиторию.

Резко остановившись, я повернулась лицом к мужчине и выпалила:

– Спасибо тебе большое за то, что решил проводить. Я пойду. А то уже опоздала. Пока!

Произнеся это все на одной высокой ноте с какими-то повизгиваниями, я поймала во взгляде Кеши недоумение и рванула в сторону аудитории.

Долетела до нее в два шага. Дернула дверь на себя и шагнула вперед.

Первыми, кого я увидела, были студенты моей группы, занявшие несколько передних парт. Странно было под такое количество людей выделить это больше помещение, но да кто я такая, чтобы на эту тему возмущаться.

Вторым, кого я увидела, был высокий седовласый сид в выглаженном белоснежном костюме. Его профиль показался мне смутно знакомым. А потом меня будто осознанием размером со скалу прижало – ректор!

Третьим же… Да у меня галлюцинации!

– Студентка, проходите, занимайте место, – с легкой улыбкой произнес сид, повернувшись ко мне. – Вы последняя.

– Д-да, спасибо, извините, – на ватных ногах я прошла к ближайшему столу и попросту рухнула на скамью.

Нет, мне не показалось!

– А теперь я готов представить вам того, кто любезно согласился провести для вас сегодня дополнительную лекцию, – с какой-то неестественной улыбкой произнес ректор. – Заслуженный аромаг, создатель фирмы «Дальварис и Ко», изобретатель новейших соединений в области органической и неорганической аромагии. Лорд из дома Топазовой Крови Инейран Дальварис.

Закусив губу, я слушала, как расхваливает бывшего выпускника Адамантовой академии ректор… Не спонсирует ли Иней это пречудеснейшее заведение, а?

– Самых лучших учеников с вашего факультета на отработку отправят в компанию «Дальварис и Ко», – продолжал распинаться сид. – Прилагайте усилия, учитесь. И тогда вы непременно достигнете звания одного из лучших аромагов Соединенного Королевства!

Закончив на этой веселой ноте свое выступление, ректор поспешил оставить студентов наедине с лектором. А мне так и хотелось кинуться следом за сидом, чтобы не находиться так близко к Инею.

Нашел же способ проникнуть сюда, гад ползучий!

Все начало лекции я сидела как на иголках, даже конспект открыть забыла. Соглашалась сама с собой, что сейчас была бы рада даже занятию с мрачным фейри, чем вот с этим гадом.

Инейран же спокойно рассказывал о чем-то несомненно важном, медленно, доходчиво. Да только я ничего не слышала. Голову вновь начал наполнять плотный белый туман, я видела только нага. Его точеный профиль, ровный нос, такие манящие губы. Хотелось оказаться к нему поближе, почувствовать, как он крепко сжимает меня в объятиях, целует, будто ставит печать принадлежности…

Несколько раз тряхнув головой, я постаралась вернуть себе способность мыслить трезво.

Да только сколько бы ни пыталась, взгляд сам возвращался к мужчине, а мысли переставали быть невинными.

– Земляна, помоги, – беззвучно прошептала я себе под нос, утыкаясь в закрытую тетрадь.

Вот сейчас я могла с уверенностью сказать, что все чувства, которые я испытывала к Нурикешу, отличались от насланных целиком и полностью. И… это значило, что к лорду из Рубиновой Крови я испытываю самые настоящие и чистые…

– На этом нашу сегодняшнюю лекцию мы можем закончить, – слуха коснулся сводящий меня с ума голос. – Надеюсь, что мне удалось заинтересовать вас темой соединения органических и неорганических веществ. Могу сказать, что за этим лежит будущее аромагии. И если кто из вас захочет присоединиться к одному из филиалов «Дальварис и Ко», место для вас всегда найдется. Учитесь. А на сегодня все.

– Скажите, а вы у нас еще будете проводить лекции? – задал вопрос один из сидов.

– Возможно, – на губах Инея проступила улыбка. – Желаю всем хорошего дня. А… студентка Шаор, задержитесь, пожалуйста.

Услышав о том, что это мучение наконец-то закончено, я сбросила все свои вещи в сумку, запнулась о ступеньку, спускаясь к кафедре, и уже рванула к выходу, когда… Когда до меня дошло, что Шаор это я… По поддельным документам, которые так любезно предоставила нам Земляна.

О-о-о, нет!

Я так и замерла, наблюдая за тем, как все мои одногруппники постепенно покидают аудиторию. Поймала заинтересованный взгляд проходящей мимо нагайны, а потом собралась с духом и повернулась лицом к Дальварису.

– Вы что-то хотели?

Голос дрогнул на слове “хотели”, я не смогла продолжить фразу, воздуха как-то резко стало не хватать. А последним гвоздем, вбитым в крышку моего гроба, оказался звук захлопнувшейся за последним студентом двери.

– Хотел, – Инейран остался стоять у преподавательского стола, – увидеть тебя, Лали. Не эту иллюзию, которая скрывает все. А настоящую тебя. Подойди.

Последнее слово прозвучало не как просьба, а как приказ. И вместо того, чтобы сопротивляться, я шагнула. Будто меня на цепи дернуло к нагу.

Почему я сейчас поддаюсь его влиянию? Почему меня опять к нему тянет?! Ведь тогда, в комнате, я смогла устоять. Смогла перебороть себя!

– Н-нет, – сквозь зубы процедила я, но все равно сделала еще один шаг.

– Нет? – удивление в его голосе казалось таким настоящим. – Что нет, милая?

Мужская рука убрала упавшие мне на лицо волосы. Легкое прикосновение к щеке, шее, ключицам.

– Что наслало на тебя эту иллюзию, моя Лалиша? Что причина того, что я не вижу тебя настоящую?

– П-прекрати…

– Что прекратить? – руки наглого нага скользили по телу так, будто на мне не было одежды. Голос звучал до того завораживающе, что у меня внутри что-то трепетало, отзывалось на это манящее звучание привычных звуков. – Неужели ты не скучала по мне, Лали? Неужели не мечтала вновь оказаться со мной? Не разделяла моих желаний? Не поверю, змейка. Нет.

– Убери от меня свои руки, – через силу прошипела я в ответ. – Ты мне противен, Иней!

– Да? – он издевательски усмехнулся, сжав рукой мою ягодицу. – А я вижу все совершенно иначе. Или мне кажется?

– Это все твоя магия. Да, меня предает тело. Но не разум. Отпусти!

Из последних сил я толкнула его в грудь ладонями, попыталась отскочить. Но увы, ничего не вышло. Мужские руки тисками сжались на моей талии, прижимая к горячему и гибкому телу.

– Пожар! – заорала я ему в лицо, поймала удивленный взгляд. И добавила: – Грабят!

Кеша, будучи еще попугаем, долго вдалбливал в мою головушку, что если на меня напали и желают поглумиться над трепетным девичьим телом, то нельзя орать “насилуют”. “Убивают” тоже лучше не орать… ну, как-бы мало ли…

Не знаю, почему я вспомнила об этом именно сейчас. Но это оказалось единственным, что хоть как-то смогло ошарашить Инейрана.

И уж я никак не ожидала, что дверь распахнется, а на пороге появится разозленный и взъерошенный Айнир Нурикеш.

Глава 16

– Отошел от нее на десять шагов, и тогда я не сломаю тебе все позвонки в шее.

Иней удивленно вздрогнул, повернулся в сторону выхода и вскинул брови:

– Студент, покиньте аудиторию. Немедленно!

– Ну раз не хочешь по-хорошему, – процедил сквозь зубы Нурикеш, внешность которого все еще была скрыта мощнейшей иллюзией.

Воспользовавшись замешательством нага, я оттолкнула его и отскочила назад. Ударилась спиной о стол и замерла, как мышка. Предчувствие чего-то нехорошего давило на плечи, прикасалось к коже ледяным дыханием.

Я даже боялась представить, что сейчас произойдет между этими двумя.

– Тот самый третий, который под иллюзией, – осклабился Инейран. – Покажи лицо. Ты ведь так нагло можешь бить в спину, да?

– Кто бы говорил о спине и иллюзиях, – кривая усмешка расчертила лицо феникса. Он щелкнул пальцами, а я только губу закусила.

Потому что роскошная коса нага растворилась в воздухе, хотя только что выглядела как настоящая. Вместо нее яркие волосы аромага оказались собраны в куцый хвостик на затылке.

– Ах ты…

Аромаг выкинул вперед руку, с пальцев его слетели зеленые искры магии. Упали на пол, превратились в призрачные фигуры высотой до колена.

Нурикеш провел перед собой рукой, и порыв штормового ветра разрушил магию Инея. А потом…

Потом феникс приступил к выполнению своих угроз. А именно ломанию косточек. У этого крылатого прямо какая-то мания ломать части тела своих врагов!

Я зажмурилась и слышала тяжелое дыхание, звуки ударов и громкие маты. Ни один из мужчин не скупился на крепкие словечки, а вместе с ними и удары, кажется, становились яростнее.

Когда я наконец нашла в себе силы открыть глаза, то только и смогла, что ахнуть. Кабинет превратился в место побоища. Мебель раскрошена в щепки, и один лишь стол, под которым я пряталась, остался цел.

Помимо разорванной одежды и кровавых ссадин, во внешности Инейрана изменилась и прическа. Видимо, во время драки Нурикеш все же сдернул с хвостика ремешок. И теперь аромаг был похож на большого яркого одувана. Кучерявые волосы распушились и, подсвеченные солнцем, шапкой вздымались над его головой. А вот в глазах пылала самая настоящая ярость. Холодная и всепоглощающая.

– Да кто ты, боги побери, такой?! – процедил аромаг, залечивая раны. – Не простой студент.

– В этом ты прав, – Нурикеш вновь вскинул руку. – Интересно, развеются ли все твои чары, если поджарить змею до хрустящей корочки?

– Рискни.

Дверь вновь распахнулась. А со стороны коридора послышался довольный голос ректора:

– Ну что, как тут у вас пара прошла… ик… что тут произошло?

Оба мужчины обернулись на сида. Причем молча и с такими горящими глазами, что ректор даже на шажочек отступил. Потом собрался с духом, вошел внутрь и щелчком пальцев закрыл за собой дверь.

Второй щелчок – и вся разрушенная мебель возвращает себе первозданный вид.

– И? Студентка, может, вы хотя бы объясните, что тут произошло?

Теперь уже настал мой черед нервно икать. А потом как проснулась способность говорить… Как проснулась!

– Преподаватель попросил задержаться, – я произнесла эту простую фразу, а из глаз как хлынули слезы запоздалого страха. – Он… он начал распускать руки. Приставать. А тут мой парень подоспел. Я… Я не знаю… Я…

Долгий горестный всхлип стал завершением этой короткой, но тем не менее душещипательной истории.

Спрятав лицо в ладонях, я пыталась успокоиться. Но ничего не выходило. Слезы продолжали литься из глаз. А все три взгляда продолжали прожигать во мне дыры. Я этого не видела, зато прекрасно чувствовала.

– Это правда, дан-иолит Дальварис? – в голосе ректора проскользнули нотки злости. – Вы позволили себе столь низкий жест, как домогательство к невинной студентке?

И что делать, если он сейчас начнет изворачиваться? Ректор же поверит ему, а не мне! Земляна, да где же ты, когда так нужна?!

– Да, все именно так. Потерял голову.

Что? ЧТО?!

Я даже руки от лица убрала и подняла удивленный взгляд на Инея.

Он что, только что признался в этом самому ректору? Вот так просто? И даже не изворачивался?!

Да быть не может! Он ведь явно что-то задумал. Сейчас как достанет козырь из рукава!

– Уходите, – ошарашенно произнес сид. – Мы обсудим это позже.

– Да, конечно, – Иней подхватил с пола ремешок, которым были перевязаны его волосы, и поспешил к выходу.

Ничего не сказал. Не воспротивился. Не возмутился.

Кеша тоже выглядел сбитым с толку. Он явно не ожидал от Инейрана такой быстрой капитуляции.

– А вы, – ректор обвел нас двоих взглядом, – обмолвитесь кому хоть словом, вылетите из академии. Это понятно?

– Д-да, – пискнула я.

Нурикеш только угрюмо кивнул. Его вряд ли сильно заботило нахождение в стенах Адамантовой. Но он сделал вид, что это для него важно.

Ректор еще раз окинул нас взглядом, а после тоже направился к двери.

– Ляль, – Нурикеш поймал меня в объятия, прижал к груди, погладил по волосам. – Прости.

– За что? – прошептала я, утыкаясь носом ему в грудь.

– Что так долго. Я не сразу понял, что что-то не так. Только когда ты закричала.

– Все хорошо, – пробормотала я в ответ, упершись лбом в мужчину. – Спасибо.

Он вновь погладил меня по волосам.

– Он больше не посмеет.

– Теперь он заинтересован в том, чтобы узнать, кто ты, – покачала я головой. – Теперь Иней еще сильнее вцепится в это. Это ведь ты ему волосы обрезал?

– Я, – не стал отрицать Айнир. – Но ему так даже лучше. Не находишь?

Я тихонько хихикнула, вспоминая, насколько комично выглядел аромаг с такой прической. А феникс меня приобнял за плечи и увлек в сторону выхода. Рассказывал какие-то истории, пытался меня подбодрить, развеселить и отвлечь от мыслей о том, что только что произошло.

– А еще у меня для тебя есть что-то вроде подарка, – признался Нурикеш, когда мы сворачивали в сторону общежития.

– Да? Какой? – я сама почувствовала, как у меня заблестели глаза.

– Все покажу и все расскажу. Не уверен, что это будет чем-то, что сможет помочь. Но мы ведь сейчас уже больше ничего не теряем?

– О чем ты?

– Пойдем, я все объясню, – феникс ускорился, потянув меня за собой. А я и не сопротивлялась.

Было бы больше сил, так и вовсе бы бежала впереди. Не столько из-за желания получить сюрприз, сколько в надежде оказаться подальше от того места, где столкнулась с Инейраном.

Признаться, я всю дорогу поглядывала по сторонам, ожидая, что аромаг поджидает нас в темной нише или за поворотом. И сейчас ка-а-ак выпрыгнет! Чтобы продолжить разборки с Нурикешем.

Но ничего такого не случилось. Нас никто не поджидал и не подстерегал. Что казалось уж слишком невероятным. Ведь он не столько наг снаружи, как гадюка в душе. И удара в спину от него ожидать уже вошло в привычку.

Если уж он умудрился отыскать меня… Ох, Земляна, какая же я дура, что забыла о маскировке! Так себя подставила!

– Ты там опять убиваешься? – спросил феникс, будто почувствовав настроение.

– Я…

Нурикеш резко остановился, дернул меня на себя и обнял. А потом тихо проговорил, уткнувшись мне в макушку:

– Я никому не дам тебя в обиду, Ляль. Поняла?

И казалось, будто слова прогревают до самого сердца. Проникают в него и остаются там яркими теплыми искорками.

В ответ же я только кивнула. Потому что больше ни на что не нашла в себе сил.

– Вот и отлично. А теперь пойдем.

До общежития добрались уже совсем скоро. Кеша вместе со мной вошел ко мне в комнату, приказал сесть и ждать его возвращения.

– Твой сюрприз у тебя? – удивилась я.

– Да. Сейчас принесу.

– А почему не… к тебе? – я спросила и только потом поняла, что залилась румянцем.

– Вот именно поэтому, – хмыкнул мужчина. – Второй раз я не удержусь.

На языке крутились фразы о том, что не удержаться могу и я. А какая из комнат для этого дела пригодится, вопрос уже второстепенный. Но все же в последний момент я прикусила язычок и смиренно приготовилась ждать.

Даже ладошки на коленях сложила, как примерная девочка.

Нурикеш вернулся спустя несколько минут, закрыл за собой дверь и опустился передо мной на корточки.

– Ляль, я не уверен в том, как работает этот проклятый афродизиак, но я смог достать универсальный антидот. Он помогает практически ото всех ядов. Возьми это лекарство, думаю, тебе стоит его принять.

Он протянул мне небольшой круглый пузырек с темной печатью сверху.

Из книг я знала, что универсальные антидоты – довольно редкие и безумно дорогие препараты. Все же сложно изготовить что-то, что может помочь разом и от отравления, и от нелюбимого мужика. Но феникс прав – мы ничего не теряем. Попробовать можно, хуже от этого зелья мне точно не станет.

А вот станет ли лучше?..

Сейчас и проверим.

– Хорошо, спасибо.

– Да не за что, – пожал плечами феникс.

Я сорвала печать, понюхала и скривилась. Запах у зелья был настолько отвратительным, что я даже понимала, почему оно универсальное.

Интересно, а если его под нос Инею подсунуть, сломаются ли все его приборы для остроты нюха?

Злобно хихикнув, я опрокинула в себя антидот под подозрительным взглядом Нурикеша.

– Фу! Какая же дрянь, – пробормотала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Фу-у-у-у!

Во рту будто бы пылало, желудок взбунтовался, явно не желая принимать в себя столь странное подношение.

– Надо запить, – просипела я, понимая, что еще немного, и я верну зелье обратно. И будет это сделано таким образом, что фениксу в глаза я потом смотреть от стыда не смогу. – Кеш.

– Сейчас, – мужчина метнулся к графину, в котором всегда была налита вода. – Ляль, он пустой. Я сейчас к себе.

Он что-то еще сказал, но я уже не слышала. Потому что стояла на полу на четвереньках и пыталась вытащить из сумки хоть что-то съестное. Обычно брала с собой на лекции бутерброд или фрукт, честно стыренный из столовой.

Ох, ну хоть что-нибудь!

Под пальцами что-то проскользнуло прохладным гладким боком.

Яблоко?!

Я выхватила трофей жестом победителя и с удивлением уставилась на маленький сморщенный волшебный плод. С того самого дерева из рощи сидов.

– Лали, – осторожно протянул только успевший открыть дверь феникс, – может, не надо?

В это время желудок скрутило таким спазмом, что уже больше ничего не имело значения. Я видела перед собой свое спасение.

Яблочко сочно хрустнуло под зубами, рот наполнил сладкий сок. Кусочек проскочил в горло, упал в желудок. За ним еще один. И еще. Зелье больше не просилось наружу. А вот от волшебного яблока остался самый настоящий волшебный огрызок. Все так же слабо светящийся в моей руке.

Глава 17

Нурикеш переводил взгляд с меня на огрызок яблока. Потом обратно. Во взгляде читалось удивление. Мужчина сел рядом со мной на кровать и, кашлянув, поинтересовался:

– Как ты себя чувствуешь?

– После зелья или после яблока? – уточнила я, так и не выпустив из пальцев мерцающий хвостик.

– Да после и того, и другого.

– Не знаю, – я пожала плечами, а потом разочарованно вздохнула. – Ничего необычного не чувствую. Ну, кроме отвратного привкуса во рту, который вряд ли скоро пройдет. Раз его даже волшебное яблочко не убрало, то о чем тут вообще можно говорить?!

Феникс тихо рассмеялся.

– Я бы предложил тебя поцеловать для проверки, но после последнего заявле-е-ения…

– Ах вот так вот, значит, да?! – возмутилась я, вскакивая на ноги. – Это, между прочим, сейчас было очень и очень обидно!

Все еще посмеиваясь, Нурикеш притянул меня к себе, усадил на колени и обнял:

– Кто это у нас тут злится?

– Ах ты засранец! – Я попыталась вырваться из кольца рук, но феникс держал крепко. И вновь засмеялся, чем довел меня до бешенства.

Смеяться он надо мной вздумал! Вы только посмотрите на него! Каков наглец! Вначале влил в меня противнючее зелье, не нашел, чем его запить, а теперь хохочет!

Ну я выберусь, покажу ему, как наги кусаются!

– Ты чего там брыкаешься? – хмыкнул мне на ухо мужчина. – Будешь так на мне ерзать, и я не посмотрю на то, что непонятно, как там, живо ли твое приворотное или нет.

Смысл сказанного дошел до меня только спустя несколько мгновений. И тут уже меня разрывало на части от двух мыслей.

Первая – ну я сейчас ка-а-а-ак выберусь!

И вторая – надо ерзать! Надо ерзать, как никогда до этого!

От последней меня кинуло в жар, затем в холод. И непонятно, чем бы закончилась эта внутренняя борьба, если бы перед нами прямо в центре комнаты не появилась Мириам.

– Надеюсь, я вам не сильно помешала, – хмыкнула моя призрачная родственница. – Разговор уж очень важный имеется.

Нурикеш выпустил меня из объятий с явным сожалением. Надо ли говорить, что и я не особо собиралась в ближайшее время спрыгивать с его колен. Но обстоятельства, они такие – не всегда радужные.

– Что-то случилось? – феникс вновь стал серьезным, меж темных бровей пролегла глубокая морщина, показывая всю его обеспокоенность.

– Пока нет, но скоро случится, – загадочно отозвалась Мириам. – Земляна предрекла большие перемены. В скором времени Надир лишится не только трона, но и всего остального. Грядет переворот, тебе ли не знать, что это значит, пернатый?

Нурикеш промолчал, а я только губу закусила. Переворот? Сейчас? Но почему? Неужели для этого были предпосылки?

– Что еще усмотрела Земляна? – поторопил призрака феникс.

– То, что если мы сейчас не поспешим и не поменяем планы, то божественный артефакт затеряется и найти его ближайшие десять лет будет попросту невозможно.

Я втянула голову в плечи, прекрасно понимая, чем сейчас закончится этот разговор.

Для тех, кто еще не понял – ничем хорошим.

– Что предлагает делать нам богиня?

– Достать вот эту вещь как можно скорее, – Мириам указала на письменный стол, где на листе бумаги магия нарисовала большой ключ с вензелями и узорами. – По предварительным данным, он хранится в сокровищнице Надира. Найдите способ туда проникнуть и забрать его.

– Не проще ли подождать переворота? – вскинул брови Нурикеш. – Когда начнется суматоха, проникнуть туда и забрать его?

– Время поджимает, крылатый, – покачала головой Мириам. – Действовать нужно сейчас. Иначе потом все будет настолько плохо, что вы никак не выкрутитесь своими силами.

Отдав еще несколько наставлений, призрак исчез.

– Прекрасно, – проговорила я, поднимая со стола лист бумаги. – У нас нет ключа, но у нас – рисунок ключа. И что будем делать?

– Что-что, – недовольно пробурчал феникс. – Воровать. Квалификация гильдии воров у нас уже есть, осталось показать полученные навыки на практике.

Я вспомнила синего лосяша, его грустные глаза… И нервно икнула. Воровка Лалидари. Просто прекрасно. Именно то, о чем я мечтала всю свою жизнь. Ага.

И почему мне задания по аромагии так не падают на голову, как задания по “укради у злобного мужика его самую большую реликвию”?

Инейран Дальварис. Где-то в столице

Образ Лалидари не уходил из головы. Не тот, который насылала иллюзия, нет. Настоящий. Вчера он чувствовал запах его змейки. Его Лалиши.

И никакая иллюзия не могла сбить с толку талантливого аромага. Не могла запутать. Он сходил с ума, находясь рядом с Лали. Как мальчишка. Провести лекцию оказалось сложнее, чем думалось. И Инейран даже жалел, что подписался на это. Ведь сам заявился к главе Адамантовой академии, вывалил на стол все то грязное белье, что собрал на него за эти годы, и потребовал дать ему провести курс лекций у конкретных учеников…

Чем дальше, тем больше его чувства напоминали одержимость. О, Инейран отлично разбирался в одержимости, так как мог ее сотворить из подручных материалов. Для других. Никогда не испытывал этого на себе.

Он даже проверил свою кровь на подозрительные вещества, так как не мог уложить в голове простую истину – чувства настоящие. После стольких ошибок осознать это было больно и неприятно.

А теперь он желал только ее.

Сейчас.

Немедленно.

Только свою Лалишу. И никого больше.

Сдержаться после их последней встречи было попросту невозможно. Эта мысль сводила аромага с ума. Сейчас для него уже не так важно было установить персону того мужчины, который ворвался в аудиторию и помешал.

Хотя нет! Важно.

Аромагу уж очень хотелось получить компромат на этого наглеца. Уничтожить его. Не марая при этом рук. Стереть в порошок. Отомстить за все.

За появление, нападение, унижение. Но больше всего за то, что он посмел прикоснуться к его змейке.

Но при всем этом Лали, которая мешала любой его мысли, отдалялась. И с каждым днем становилась все дальше. Все недоступнее.

Его маленькая красавица Лалиша.

Инейран провалялся всю ночь без сна, не в силах успокоить мысли и тело, которое откликалось недвусмысленной реакцией, стоило только вспомнить змейку.

И он принял решение. Вполне логичное, хотя и не особо для себя приятное.

Потому следующим утром, пропустив завтрак, аромаг открыл портал и отправился туда, где, надеялся, больше никогда не окажется. К дому, который принадлежал семейству Нарийн.

– Вам назначено? – уточнил высокий слуга, искоса поглядывая на незваного гостя, явившегося в облике человека.

– Нет. Но дело срочное. Так и можете передать.

– Сожалею, но лорд Нарийн сейчас очень занят неотложными делами. Я могу записать вас на аудиенцию через десять дней.

– Ты, кажется, не понял! – Да что там! Аромаг и не сам не понял, когда успел схватить слугу за грудки и оторвать от пола. – Мне нужно встретиться с ним сейчас же!

– Я еще раз вам повторяю, – несмотря на свое положение, мужчина смотрел на незваного гостя все так же безмятежно. – Только через десять дней.

– Боги на твою голову, – рявкнул Инейран, отталкивая от себя слугу. И, не слушая дальнейших возражений, поспешил вглубь дома.

Планировку он знал практически наизусть. Добраться до кабинета отца Лалидари ист Нарийн не составляло никакого труда. А уж спешащий за ним слуга и вовсе должен был остаться на лестнице, пойманный сложнейшим заклинанием.

Без стука толкнув дверь, Инейран Дальварис вошел в светлое помещение и осмотрелся. С момента последнего его визита здесь совершенно ничего не изменилось. Даже хозяин дома остался таким же. Только сейчас в его взгляде присутствовала некая суровость.

– Даже так, – протянул он, глядя на аромага, – без приглашения, с нападением на моих слуг. При том, что я сообщил вам, дан-иолит Инейран Дальварис, что двери моего дома для вас закрыты с того самого момента, как вы подписали бумаги.

– Я все помню, лорд Нарийн, – не смутился мужчина, проходя к креслу и опускаясь в него. – Но я пришел с делом, которое не терпит отлагательств.

– Вот как? – наг вскинул брови. – Ну что же, говорите. Вина не предложу. Чая тоже. Надеюсь, что разговор выйдет коротким.

– Не нужно так, – покачал головой аромаг. – Да, у нас с вами в прошлом возникли разногласия, но сейчас все иначе. Или вы так не думаете?

– Вы тянете время.

Инейран недовольно сжал кулаки, но лицо удержал, не показал, насколько ему некомфортно сейчас тут находиться. Да и разговор, который он собирался начать, далек был от приятного.

– Я хочу просить у вас руки вашей дочери. Лалидари, – выдохнул наконец мужчина, не опустив глаз.

Лорд Нарийн молчал, сверлил гостя взглядом. Даже не зная, что связывало этих двух, можно было предугадать ответ. Но аромаг ждал. У него были козыри в рукаве. Он не все свои угрозы озвучил, когда речь шла о Законе о чистоте крови. Но теперь… Теперь настал тот самый час, чтобы вытряхнуть все карты из рукавов. И прижать их тяжелым весом золота.

– Скажу честно, твоя кандидатура мне совершенно не нравится, – не кривя душой произнес отец Лалидари. Опустив все правила приличия, высказался прямо: – Абсолютно и бесповоротно. Ты способен бить в спину, шантажировать и плести заговоры. С тобой не будет покоя ни мне, ни Лалидари.

Инейран молчал. Сцепил зубы так сильно, что проступили желваки. Но держал себя в руках. Ждал, пока наг, сидящий напротив, выложит все, что думает.

– Я помню все, что ты сказал в тот день, – кивнул лорд Нарийн. – Но знаешь, если тогда я и решал вопрос судьбы своей дочери, то сейчас бессилен.

– Что вы хотите этим сказать? – процедил сквозь зубы аромаг.

Ух, как ему хотелось вскочить, откинуть в сторону кресло и правила приличия. Схватить за грудки собеседника и с размаху впечатать в стену. Так, чтобы послетали все картины в рамках из дорогого дерева.

– Я хочу этим сказать, многоуважаемый дан-иолит Инейран Дальварис, что сейчас моя дочь обучается в Адамантовой академии. И нам обоим это известно. Ритуал, о котором был наш с вами уговор, благополучно исполнен. А значит, я не имею никакой управы на Лалидари ист Нарийн.

– Но…

– Если уж вам так запала в душу моя дочь, что вы хотите взять ее в жены, – медленно протянул наг, – найдите путь к ее сердцу самостоятельно. Я в этом помогать не стану. А заставлять Лалидари у меня нет ни полномочий, ни желания. На этом наш разговор окончен. Прошу покинуть мой дом, дан-иолит Инейран Дальварис.

Аромаг поднялся со своего места слишком быстро. Стремительно, как выпущенная из арбалета стрела. Он мог бы размазать лорда по стене, заставить извиняться. Но перед глазами вновь встала Лалиша… Его змейка.

– Я запомню ваш отказ, – выплюнул Иней.

– Запомни, – нисколечко не смутился наг. – И дверь с той стороны закрыть не забудь.

Рыжий наг вылетел в коридор и столкнулся с тем самым слугой, который справился со сложным заклинанием. А уж столько злости было в его взгляде, что Инейран поспешил оставить дом как можно быстрее.

Но вот от своей задумки отказываться так быстро пока не спешил.

Глава 18

Столица Соединенного Королевства

Финист Цари неторопливо шел по одной из главных улиц города.

Спокойно, никуда не торопясь и не ускоряя шага, позволяя себе время от времени задержаться возле прозрачных витрин и, оценивая свое отражение, поправить угол наклона шляпы или лацкан камзола.

День был ясный. Солнце щедро дарило последнее тепло, позволяя напитаться им перед долгой и холодной зимой.

В этому году угасание природы вызывало у Финиста странные чувства. Словно все, совершенно все клонится к закату.

Ему все чаще приходили в голову мысли о том, что он может не дожить до следующей весны. В свете того, что теперь он и правда был не один – тяжко.

Мужчина тихо вздохнул, вспомнив ночь с Элу.

Нет, между ними так и не случилось ничего более откровенного, чем поцелуи, но не покидало ощущение, что они перешли грань.

Не то чтобы связь феникса и гремлины откровенно порицалось… скорее в крылатых с детства закладывали истину о том, что гремлины и брауни – это не просто обслуга, а, так сказать, существа идейно предназначенные для того, чтобы делать жизнь комфортнее.

Они всегда рядом, они помощники и временами друзья.

Но возлюбленные? Помилуйте, конечно, находятся юнцы, которые любят лазать под юбки горничным, но фениксы – благородная раса, и никогда до подобного не унизятся.

В общем – прецеденты браков между фениксами и “низшими существами” были, но их стыдились и маскировали как могли.

Нет, в зеленом крылатом не были сильны эти предрассудки, но он прекрасно понимал, что у советника короля узаконить свои отношения с гремлиной вряд ли получится.

Слишком высокая должность.

Она годится, например, для того, чтобы заниматься какой угодно преступной деятельностью и прикрывать ее, а вот для того, чтобы жениться на любимой женщине, – нет.

Плюс Финист отчетливо понимал, что теперь точно станет участвовать в перевороте. И вовсе не из-за перечисленных сидом причин, а просто потому, что теперь у него самого появилось слабое место.

Хрупкая женщина, с которой могут сделать что угодно.

Он прекрасно помнил, как Надир наказал одного из своих военачальников, когда решил, что тот его предал.

Нет, он не предъявил прямые обвинения, так как доказательств было слишком мало, а за генералом стоял влиятельный клан – его выпустили бы из тюрьмы буквально через несколько часов, даже если бы король отдал приказ.

Убивать оппозиционера Надиру тоже показалось слишком скучно.

Зачем, если у него есть красивая, невзирая на возраст, жена и две юные дочки?

Которые пропали и нашлись лишь спустя несколько недель.

Тело супруги обнаружили в доках. Замученную насильниками до смерти и оскверненную даже после нее. Дочери… их нашли в борделе. Девственность пустили с молотка пару недель назад, а после устроили скоростной «спуск с социальной лестницы». Сначала аристократы, потом купцы, после рабочий люд.

Старшая сестра чудом сохранила разум.

Младшей повезло меньше. Тело излечили, а вот душу не смогли, и девочка наложила на себя руки.

Финиста воротило даже от сухого отчета.

Генерал повесился совершенно самостоятельно на следующий день после похорон жены и младшей дочки. А Финист Цари после приложил все усилия для того, чтобы вывезти старшую из страны, сменить ей документы и обеспечить достойное будущее.

Он не мог компенсировать пережитое, но мог помочь сбежать, так как высший свет, конечно, демонстрировал сочувствие несчастной, но с бо́льшим рвением обсасывал подробности случившегося. Словно нищие – лакомые кости с барского стола, на которых еще оставалось мясо.

Пора было со всем этим заканчивать!

Именно поэтому Финист Цари прогуливался сегодня, отлично зная, что за ним следят. К счастью, не люди короля.

И надеялся на встречу с сидом, тем более что вчера вечером получил записку, в которой ему и рекомендовали совершить дневной променад по этой улочке и в определенный час сесть испить кофию в конкретном заведении.

Феникс занял столик у окна, заказал у официанта чашечку крепкого напитка и, задумчиво глядя в окно, в отражении наблюдал за тем, как за его столик подсаживается незнакомый господин.

– Добрый день. Я рад, что вы пришли.

А вот голос был как раз знаком.

Сид…

Под иллюзией несомненно.

– Взаимно, – Финист повернулся к говорящему и чуть заметно вскинул брови, выражая удивление. – Меня несколько смущает… тщательность слепленного образа и такая беспечность касательно выбора места для разговора.

– Никакой беспечности. Это мое заведение, – тонко улыбнулся в ответ сид. – Поэтому нас никто не подслушает сто процентов, а для любопытствующих, что наблюдают с улицы, я ничем не примечательный господин, с которым вы ведете непринужденную беседу о природе, погоде и ценах на драгоценные камни, которые, о ужас, подскочили в последнее время.

– Прекрасно, – одобрил советник короля, отдавая должное организованности тихой и очень злой оппозиции. – Итак, полагаю, у нас есть тема для беседы?

– Совершенно точно, – кивнул собеседник. – Для начала: вы согласны примкнуть к нашей теплой компании?

– Согласен, – медленно кивнул в ответ крылатый. – Что вы хотите? И, главное, как? Надир, при всех его недостатках, хороший воин с отлично развитым инстинктом самосохранения.

– Именно поэтому нам и нужны вы. Во-первых, мы и правда не можем к нему подобраться, а во-вторых… короля в идеале нужно убирать поединком. А у нас нет воина, способного одолеть его в схватке. Но… есть благословение богини Земляны и пророчество, что воин найден. Тот, кто провел пять лет между жизнью и смертью, тот, кто некогда стоял в шаге от трона, но подлостью и хитростью был убран с дороги.

Финист поперхнулся принесенным кофе и во все глаза уставился на сида, который с не меньшим интересом пялился на него.

– Так Земляна была права, и вы знаете, кто это!

О да…

– М-м-м… можно и так сказать.

Но еще больший шок у Цари был оттого, чтосидумудрился договориться сЗемляной. Это как бы самую малость совсем не его богиня!

– Тогда его можно уговорить сразиться с Надиром?

Финист в красках представил уговаривание Нурикеша на «битву века» и понял, что тот сначала пошинкует его, а потом уже совершенно бескорыстно развесит кишочки оппонента по кресту четырех богов на главном куполе дворца.

– И вы готовы посадить этого воина на престол?

– Если честно, мутная кандидатура «воина богов» во главе страны нам не совсем нравится, – откровенно признался сид. – Мы бы желали видеть на троне вас.

Финист поперхнулся повторно.

– Меня?!

– А что вас удивляет, господин Цари? Вы давно у власти, вы знаете все потайные коридоры и тропинки придворных интриг и, будем откровенны, – управляете страной в последние годы. Вы – идеальный кандидат.

– Трон – это, конечно, замечательно… но я совсем его не хочу.

– Поверьте, в этом тоже ваш плюс. Весомый такой, очень большой плюс. В общем, кланы гарантируют вам поддержку. А через десять лет, найдя преемника и подготовив, вы можете уйти с… должности. А после хоть добровольно отрекайтесь, хоть… ну, смерть, например, инсценируйте. Но стране нужны десять лет покоя и нормальная смена власти.

– А почему сами не желаете?

– Я слишком стар для этого дерьма, – откровенно усмехнулся сид. – И я никогда не был талантливым управленцем.

Цари пристально посмотрел на собеседника и тоже усмехнулся, но никак не прокомментировал. По крайней мере вслух.

Сид скорее слишком умен, а не слишком стар.

Финист тоже с удовольствием остался бызатроном, если бы у него снова была такая возможность.

– Уважаемый… – крылатый заговорил, но почти сразу осекся, понимая, что имя называть нельзя. Покачал головой и продолжил: – Мне нужно время на раздумье и на прикидки, как уговорить вашего “воина света” на то, чтобы он порешил коварного узурпатора и не попытался занять его место.

Что было задачей непростой, потому что Айнир Нурикеш всегда отличался немалыми амбициями. Конечно, жизненные испытания, надо полагать, подрезали им крылья, но судить об этом по одной-единственной встрече – нельзя. Тем более за эту встречу ему пару раз дали в морду… То есть уравновешеннее наследничек рода Рубиновой Крови не стал.

Так и не допив, надо признать, весьма недурной кофе, феникс попрощался с синим оппозиционером и вышел из кофейни, договорившись, что через несколько дней они снова встретятся и тогда уже Финист даст окончательный ответ.

К сожалению, зная Надира и учитывая все то, что сейчас закручивается в столице, у Финиста Цари теперь есть невероятно богатый выбор. Или примерить на себя корону, или – деревянный макинтош.

За время беседы с сидом солнце уже ушло за острые крыши домов и на улицы города опустилась вечерняя прохлада. Феникс поежился, понимая, что одет слишком легко для ранней осени, которая хоть и балует теплом, но исключительно днем.

Через несколько минут мужчина решил поймать экипаж, и путь до дома занял не так уж много времени.

Входные двери скрипнули петлями, закрываясь за Финистом, и тот, чуть устало вздохнув, повесил шляпу и сюртук на вешалку.

Лишних слуг господин Цари не держал. Постоянно в доме присутствовали только кухарка и горничная, которая следила за порядком и подавала на стол. Все остальные приходили в конкретные дни недели, чтобы провести уборку в особняке, или когда у советника короля были приемные дни.

По лестнице торопливо процокали каблучки, вырывая феникса из ленивых мыслей, и спустя несколько секунд на верхнем пролете появилась Элу.

– Ты вернулся, – девушка радостно улыбнулась.

Мужчина залюбовался.

Счастье – очень красит женщину.

Он не раз слышал про это, но увидел впервые. Лицо гремлины словно светилось изнутри. Глаза стали ярче, и в них появился неповторимый блеск, от которого у Цари что-то сладко сжималось в груди.

– Здравствуй, маленькая, – светло улыбнулся он и через полминуты поймал в объятия свою хрупкую рыжую женщину. – Как день провела?

– Беспокойно, – медные бровки сошлись на переносице, выдавая нервозность гремлины. – Ты снова заблокировал перенос к тебе. Финист, что происходит?

– То, о чем предупреждал, – вздохнул зеленый феникс и, обняв девушку за талию, повлек в ближайшую гостиную. – Пойдем побеседуем.

Он сел в большое кресло и рассмеялся, заметив удивленное лицо Элны, а после сгреб гремлину в охапку и усадил к себе на колени. Поцеловал кончик острого носа, насладился густым румянцем на девичьих щечках и неожиданно серьезно произнес:

– Элу, тебе надо сменить хозяина и уехать.

– Что? – в голубых глазах гремлины отразились сначала удивление, а потом гнев. – Мне казалось, что мы все уже решили.

– С отношениями? Да, несомненно. Но причины, по которым тебе нужно держаться от меня подальше, остались теми же.

– Из-за Надира? – вскинула брови девушка и, всплеснув руками, зачастила: – Но Финист, мы же оба понима….

Договорить Элу не смогла, так как мужчина накрыл ее губы бесконечно нежным поцелуем. Когда он наконец оторвался, то глаза гремлины затуманились, грудь часто вздымалась, а в голове мысли так перепутались, что она не могла вспомнить, что именно хотела сказать.

– Финист! – возмущенно воскликнула рыжая. – Это произвол!

– М-м-м-м, а мне казалось, что ты не имеешь ничего против такого произвола, – многозначительно прищурился тот.

– Но не во время серьезного разговора!

– Ладно, больше не буду. Вернемся к разговору. Элу, ты понимаешь, что сейчас я должен быть максимально сосредоточен и собран?

– Ну и что тебе мешает?

– Ты! Переживания за тебя. Я не смогу спокойно заниматься делом, если буду знать, что тебя могу достать! А если я буду отвлекаться, то сдохну много раньше, чем нам обоим хотелось бы. Ты понимаешь?

– Но это… это же надолго!

– На несколько месяцев, – прикинув, сказал Цари. – Потом я смогу тебя забрать. Поэтому я очень, просто очень сильно прошу – не создавай дополнительных проблем, а спокойно уедь из столицы. Элна, если с тобой что-то случится… я тоже надолго не задержусь. Ты же не хочешь, чтобы я самоубился два раза подряд с особой жесткокостью.

– С жесткостью-то зачем? – ошарашенно пробормотала девушка, во все глаза глядя на феникса.

– Чтобы наверняка, – серьезно ответил он и, покрепче обняв рыженькую, уткнулся носом в завитки волос у виска. – Я внезапно понял, что у моей жизни появился центр. Основная ось…

– Хорошо… – так тихо, что это с трудом можно было расслышать, шепнула Элу. – Но ты пообещай, что выживешь. Ну или умрешь не больше одного раза!

– Ты моя прелесть, – Финист коснулся губами все еще пунцовой скулы помощницы. – Торжественно клянусь сдохнуть не больше одного разика.

Уже на следующий день в дом Финиста Цари пришел молодой, но очень серьезный феникс из древнего обнищавшего рода и был проведен ритуал привязки к нему гремлины по имени Элна.

Тем же вечером они выехали из столицы, чтобы добраться до первого крупного города и затеряться на его просторах.

Фальшивые документы еще никто не отменял, не так ли?

А через неделю в столице пошла первая волна репрессий.

Большая игра, в которой многие фигуры высшего порядка лишатся голов, а на самой игровой доске вновь произойдут перестановки.

Партия началась.

Глава 19

Нурикеш расхаживал из стороны в сторону, держал перед собой рисунок ключа и молчал. Я тихо сидела на кровати, Мышка забралась ко мне на колени.

– И что будем делать? – вопрос сорвался с губ до того, как я поняла, что могу им все испортить.

– Зови Мириам обратно, – вздохнул феникс. – У меня есть одна идея, но ее нужно обсудить.

– Какая?

– Втроем мы не проникнем сейчас во дворец, – объяснил мужчина, привалившись спиной к столу. – Особенно, если сейчас начинаются волнения. Стражи станет больше, защита лучше. Нам нужен будет союзник.

– Ты думаешь, что Мириам сможет нам с этим помочь? – уточнила Мышисса, расчесывая волосы тонким гребнем.

– Нет, если бы она могла провести нас во дворец, то вопрос бы не встал ребром, – покачал головой сосредоточенный на своих мыслях крылатый. – Нам нужен союзник извне. Но дадут ли нам на это добро…

– Думаешь, Земляна рассердится, если мы кому-то еще расскажем? – я ссадила подругу на кровать и встала. Забрала у феникса рисунок Огненного ключа. – Что это вообще такое?

– Разве это важно? – фыркнул Нурикеш. – Какой-то мощный артефакт, который надо утащить из-под носа Надира.

– Невесело, – протянула я, рассматривая изображение.

На рисунке был самый простой ключ, с несколькими зубьями разной длины и ширины да круглой «головой» с вензелями. Самый обычный ключ, которым могут закрывать хоть сарай, хоть комнату короля. Ничего примечательного.

Ну, сарай-то вряд ли, но в общем действительно – таких тысячи.

– А как нам его найти? – пробормотала я. – Он ведь совершенно ничем не отличается от любого другого.

– Аурой должен отличаться, – объяснил мужчина. – Потому нам нужно будет, чтобы Мириам появилась рядом с нами во дворце, когда мы проникнем в сокровищницу.

– Понятно… Так что, звать?

– Зови.

Мышка все это время сидела тихо, поглядывала на нас и кусала острыми зубками нижнюю губу. О чем думала подруга, я могла только догадываться. Может, вместе с нами переживала о грядущем. А может, и о чем-то другом…

– Что такое? – по лицу возникшей в центре комнаты призрачной Мириам явно читалось недовольство.

А то, что она держала в правой руке призрачные карты, говорило о том, что отвлекли мы ее от обыгрывания соседей по кладбищу.

– Понимаю, что вы были заняты очень важным делом, – издалека зашел феникс. – Но сейчас нам необходима ваша помощь.

Эфемерная дама окинула Айнира Нурикеша придирчивым взглядом. Потом вздохнула и позволительно кивнула:

– Говори, пернатый.

– Мы обсудили то, что нужно сделать в ближайшее время, – издалека зашел он. – И пришли к выводу, что в нынешних реалиях с нашими возможностями без посторонней помощи проникнуть в резиденцию Надира нереально. О сокровищнице пока даже речи не идет.

– То есть вы отказываете Земляне? – изогнула тонкие брови моя пра-пра и еще несколько раз «пра» родственница.

– Нет, не отказываемся, – покачал головой мужчина. – Но нам потребуется помощь еще одного… феникса.

– Ты решил кого-то привлечь? – хмыкнула Мириам. – Уверен в своем решении?

– Нет, – честно признался он. – Но я не вижу другого способа отплатить Земляне за помощь.

Призрачная нага молчала несколько мгновений, сверлила пернатого тяжелым взглядом. Карты из ее руки исчезли.

– Кого ты хочешь привлечь?

– Финиста Цари, – спустя мгновение произнес Нурикеш. – Это я беру на себя.

– Уверен, что он не предаст?

Вопрос повис в воздухе каплями металла. Я даже дышать, кажется, перестала. Никак не ожидала, что Кеша решится на подобный шаг. А уж вопрос, который задала Мириам…

– Не уверен, – хмыкнул феникс. – Но я сделаю все, чтобы этого не произошло. Найду, на что надавить и чем переманить.

– Тогда вся ответственность за это – на тебе, – с кивком согласилась призрак.

– Хорошо, тогда мы займемся этим уже завтра.

Мириам согласно кивнула:

– Это все? Или есть еще что-то?

– Нет, это все. Благодарю.

Призрак Мириам медленно растворился в воздухе, оставив после себя серебристое облачко. Но и оно через несколько мгновений растаяло.

– Кеш, ты уверен? – протянула я, положив рисунок ключа на стол. – Ты ведь убить его не так давно хотел…

– Я много чего хотел, – провел рукой по волосам мужчина. – Выбора у нас нет. Завтра я встречусь с Финистом.

– Х-хорошо, – я нервно передернула плечами. Вся эта затея мне не нравилась. Хотя… Где наша не пропадала?

– Что от меня сейчас требуется? – шепотом спросила Мышисса, которая весь разговор просидела на кровати каменным изваянием.

– Твоя магия пригодится, – отозвался Нурикеш, даже не взглянув на нее. – Будет хорошо, если к тому моменту ты хотя бы часть освоишь.

– Поняла, – подруга посерьезнела, встала. – Тогда… я пойду. Нужно еще много всего сделать, чтобы я пригодилась.

– Хорошо. Постарайся.

Брауни выскользнула через межпространственный переход, оставив нас вдвоем.

– Ты как? – Нурикеш подошел ко мне, заглянул в глаза. – Я сейчас не только о Земляне и этом проклятом ключе.

– Да вроде бы нормально, – я повела плечами, не зная, что сказать. – Если ты про приворот… Я пока не чувствую никаких изменений. Да и с тобой все это перестало действовать уже давно. В тебе я вижу только тебя.

Феникс улыбнулся и взял меня за руку:

– Ты очень грустная, может, прогуляемся?

Отказывать я не стала. Тем более сейчас стояли последние теплые деньки. Глупо проводить их в четырех стенах.

Так мы и выбрались в сад, блуждали по узким аллейкам, разговаривали о всякой чепухе. Нурикеш заставлял меня улыбаться и смеяться. С ним мне было так легко и хорошо, как не было еще ни с кем. Да и в целом все проблемы отошли на второй план, когда мы оказались вдвоем.

Хотелось рассказывать, слушать, дышать и обнимать. Может даже… любить. Но пока я не разрешала себе об этом думать. Потому что и сама не разбиралась в происходящем.

Разговор завел феникс.

Мы как раз сидели в обнимку на зеленой траве в тени высокого разлапистого дерева. Ветер шелестел в кроне изумрудными листьями. А на душе было так спокойно и уютно, что я даже расслабилась.

– Ляль, а как ты себе представляешь свою жизнь? – поинтересовался он, уткнувшись подбородком мне в макушку.

– В каком смысле? – лениво отозвалась я, чувствуя, как накатывает дрема.

– Ну, что мы будем делать, когда вернем Земляне ее ключ? Когда закончится вся эта заварушка с переворотом?

Из его вопроса я выхватила только «мы». И думала, что бы это значило? Не все же мы? Речь же шла обо мне и Нурикеше. Я права? Или я опять принимаю желаемое за действительное?

Об этом я и спросила напрямую.

Феникс молчал несколько мгновений, прежде чем с улыбкой в голосе произнести:

– Конечно. Я говорил именно о нас с тобой.

В груди потеплело, я вывернулась из его объятий, села рядом и мечтательно заговорила:

– Ну даже не знаю, Кеш. Я бы хотела выучиться на аромага, открыть свою лабораторию, магазинчик. Купить домик на отшибе. Садик, уточки…

– Дети, – подсказал с ухмылкой феникс. – Но не кажется ли тебе, Ляль, что все это может и подождать?

– В каком смысле?

– В смысле это все можно сделать и позже. Нет, получить образование надо сейчас. А потом можно рвануть в путешествие, посмотреть мир, узнать много нового. Может, что натолкнет тебя на создание уникального соединения, и тогда уже не лавочку аромага можно будет открывать, а целый центр.

Он так красочно расписывал все возможные открытия после десятка лет путешествий, что я и сама загорелась этой идеей. Все же феникс прав, дом с садом и уточками можно купить позже. Жизнь ведь долгая. А вот потом бросить этот самый дом и улететь туда, куда глаза глядят, будет сложно.

– Может, ты и прав, – протянула я, задумчиво рассматривая плывущие по небу облака. – Но до всего этого еще надо дожить. Сам же понимаешь, чем нам грозит затея с похищением.

– Понимаю, – феникс вновь меня обнял и притянул к себе. – Но обещаю, что все закончится хорошо. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы иного исхода не было.

И я верила. Просто верила и наслаждалась происходящим.

Сама потянулась к Нурикешу за поцелуем, сама повалила его на траву и устроилась рядом.

Пели птицы, солнышко дарило последние в этом году теплые лучики, а я чувствовала себя самой счастливой.

Пусть впереди будут трудности, опасности и сложности. Но я… нет! Мы! Мы справимся.

Найдем способ избавиться от влияния Инейрана на меня, утянем из-под носа деспота-короля редкий артефакт, выполнив тем самым обязательство, наложенное Земляной, а после сбежим в закат… Ну, после того, как я стану аромагом. Определенно после этого.

А уж потом… Ух! Сколько всего может быть потом. И будет. Обязательно будет!

Глава 20

День, который я бы легко могла назвать суицидальным, наступил как-то слишком быстро. И даже знание о том, что Нурикеш все же встретился с Финистом и обо всем договорился, меня не сильно успокаивало.

Когда феникс рассказывал мне об их встрече в одном из заведений столицы, я каждое слово слушала со страхом, что ничего не вышло. Но, как говорил Кеша, они встретились, выпили, подрались, выпили, вновь помесили друг другу лица… Словом, хозяин заведения уж очень сильно обогатился на тех разрушениях, что они нанесли. И на количестве выпитого тоже.

Закончилась их встреча секретным разговором за очередным кувшином крепкого вина, угрозами новой драки и уговором помочь друг другу. Кеша на всякий случай еще и проклял Финиста. Злобно так проклял. В случае если тот предаст нас, как только мы переступим порог замка… У замков же бывают пороги?

В общем, если он нас предаст, то сладко ему не будет. Никогда больше. Даже проклятия богинь не такие злые, как это. Ну-у-у, естественно, на мой взгляд.

И сейчас мы втроем ждали появления Финиста Цари в одном из малолюдных переулков столицы. Мышка переминалась с ноги на ногу, осматривалась. Я пыталась перестать паниковать, но получалось это откровенно паршиво. И только Нурикеш хранил внешнее спокойствие, хотя я видела, как временами он хмурился.

– Я смогу замести следы, – прошептала подруга, когда мы все затихли. – Что-то еще от меня потребуется?

– Будем смотреть по ситуации, – произнес Нурикеш, так и не взглянув в ее сторону. – Надеемся на помощь твоей магии.

Он не стал акцентировать внимание на том, что это за магия. И я понимала почему. Ведь если Финист Цари уже где-то тут и может подслушивать нас, то о фейри он ничего знать не должен. Кеша заклял его только в случае предательства в замке. А если он потом что разболтает… будет не очень хорошо. Скорее даже – очень нехорошо.

– И где он? – Нурикеш осмотрелся.

– Сильно опаздывает? – поинтересовалась я, глядя на темнеющее небо. Солнце уже практически скрылось за горизонтом, холодный ветер налетал порывами.

– Нет. Но он обычно приходит раньше назначенного.

– Сбежал? – хмыкнула Мышка.

– Фениксы не так предают, – кровожадная улыбка появилась на лице Айнира. – Они только в спину бить могут. Особенно этот.

– Но-но, друг, полегче, – послышался насмешливый голос из полумрака. А потом к нам шагнул зеленый феникс. – Я тебя в спину не бил. Мы же это оговорили. Мой поступок был актом спасения твоей задницы.

– Думаю, что мы к этому вопросу вернемся еще не раз, – Нурикеш наклонил голову вбок. – Отправляемся?

– Не так быстро, – господин Цари шагнул ко мне, поймал руку и легко прикоснулся губами к кончикам пальцев. – Рад вновь вас видеть, Лали.

– Рада, что вы с целыми костями, – отшутилась я, чувствуя на себе пристальный взгляд Кеши. – А это Мышисса.

– Очень приятно вдвойне, – подруге Финист только кивнул. – Нам потребуется не только моя помощь, Айнир Нурикеш. В замок-то мы попадем – я проведу. А вот дальше нам нужно будет привлечь еще одного временного союзника.

– Ты о своей помощнице? – уточнил мужчина, чья рука уже почему-то покоилась на эфесе меча.

– Нет. Элну в это я втягивать не буду, – лицо Финиста ожесточилось. – Но под моим влиянием есть одна брауни, которая не предаст. Даже проклятие можно не насылать.

– Почему ты так в этом уверен?

Я переводила взгляд с одного крылатого на другого и даже не знала, что ждать от них. Почему-то казалось, что одно неудачно брошенное сейчас слово – и они вновь вцепятся друг другу в глотки. Такое шаткое перемирие, такой опасный момент. И как же только меня в это впутали высшие силы?!

– Потому что на нее у меня столько компромата, что ты даже представить себе не можешь. Хотя… наверное, можешь.

Что-то изменилось в лице Нурикеша. Он будто бы побледнел, черты лица стали острее, а на скулах проступили желваки.

– Ты говоришь о той, о ком я думаю? – феникс не просто проговорил, он буквально прошипел слова.

Мышисса шагнула ко мне, будто в надежде спрятаться. Она наверняка почувствовала всю ненависть лорда Рубиновой Крови. Потому что испытывал он это чувство к ее народу.

– Да, я говорю об Иллиссе, Нурикеш, – согласился Финист Цари. – Сейчас она служит Надиру. И работает на меня. Только она знает все тайны правителя. Только она сможет провести нас потайными коридорами в сокровищницу.

– А потом как обычно, – посерев, произнес феникс. – Ударит в спину.

– Не станет. По крайней мере, сейчас и в ее интересах помочь нам. Или все ее тайны, которые я так бережно храню, станут известны всем.

– Если она тебя сейчас сведет в могилу, то ты унесешь с собой все-все тайны, Финист.

– Не переживай об этом, иногда секреты вполне себе хорошо передаются в надежные руки и обнародуются в случае скоропостижной смерти владельца. Так что за мою сохранность она радеет больше, чем за свою собственную.

– Хорошо.

Было видно, что Нурикешу трудно далось принятие решения. Но он сжал кулаки, челюсти, а после согласился на этот вариант. Мышисса переводила полный непонимания взгляд с Кеши на меня. Но молчала.

А через мгновение полутемный грязный переулок столицы осветил яркий магический свет портала, перенесшего всех нас четверых в такой же темный, широкий коридор. За узкими окнами-бойницами виднелась высокая каменная стена, небо уже переливалось всеми оттенками синего и фиолетового. Загорались первые звезды.

– Вы хотели меня видеть? – звонкий женский голос заставил обернуться.

Позади нас стояла высокая стройная девушка с пышными формами и длинными пепельными волосами. Пухлые губы, большие глаза, чуть великоватый нос, который она так старательно скрывала иллюзией. Но сейчас чары почему-то давали сбой. Будто бы что-то мешало им работать исправно. А вот были ли иллюзией пышные формы, скрытые полупрозрачным платьем из тонкой ткани, мне определить не удавалось.

– Верно, я хотел тебя видеть, – зеленый феникс шагнул к брауни, принявшей вид человека. – У меня есть к тебе одна маленькая просьба, выполнением которой можно выкупить больше половины твоего досье.

– Даже так? – Иллисса хлопнула длинными ресницами. – И что я должна сделать?

– Как давно патрулировалось это крыло?

– Вы ведь знаете, господин Цари, что эту часть замка Надир не жалует. Последний обход прошел больше пяти часов назад. Несколько недальновидно с его стороны, не находите?

– Если брать во внимание количество смертельных заклинаний и ловушек, то нет. Нам нужно попасть в сокровищницу.

Повисла звенящая тишина. Брауни вскинула тонкие бровки, перевела взгляд на нас и – не узнала Нурикеша. Иллюзия, созданная Земляной, работала исправно и прятала наши истинные облики от глаз посторонних.

– Хорошо. Я проведу вас в главное крыло, – наконец произнесла она. – Надеюсь, вы, господин Цари, по пути расскажете о том, для чего вам понадобилась сокровищница Надира Первого.

– Непременно. Ведь в нее ты пойдешь с нами, – коварно улыбнулся зеленый феникс. – Ну что же, веди.

Все остальное происходило как в страшном сне. Мы следовали за девушкой по тайным коридорам, обходили опасные ловушки, огибали смертельные проклятия. Паутины, к сожалению, огибать не получалось. А тем путем, которым вела нас брауни, паутины было ох как много.

– Мы ведь с вами так и не познакомились, – проворковала Иллиса, подхватывая Нурикеша под другую руку: за первую держалась я. – Странно, что мы не встречались раньше. Такой сильный и безрассудный мужчина! Как раз в моем вкусе.

Она хлопнула ресничками, а Кеша только кулаки сжал, чтобы сдержаться. Я боялась встрять, попасть под горячую руку. И потому только мысленно подгоняла Мышиссу, из-за которой остановились.

Подруга сейчас своей магией убирала следы и восстанавливала все паутины, которые мы разорвали. Нужно было сделать все, чтобы никто сразу не почувствовал нашего проникновения.

Потому вместе с восстановлением прежнего состояния пути Мышка что-то магичила по своей части. В магии фейри я не разбиралась, но верила, что все будет хорошо.

– Нам пора идти, – Нурикеш довольно бесцеремонно выхватил руку из объятий брауни – та успела прижаться к мужчине не только боком, но и грудью. – Веди.

– Ох, вы мне определенно нравитесь, – соблазнительно проворковала она. – Может быть, потом как-нибудь встретимся?

Я тихо откашлялась, привлекая внимание к себе. Брауни скользнула по мне недовольным высокомерным взглядом, отбросила за спину длинные волосы и поспешила вперед.

– Тварь, – я, наверное, единственная уловила шепот феникса. Погладила его по руке и мысленно попросила Земляну дать Кеше сил справиться со своими эмоциями.

Сколько мы еще так шли, я даже не скажу. Мышка еще дважды останавливала нашу процессию. А когда очередная стена отъехала в сторону, выпуская нас в очередной коридор, проводница поинтересовалась:

– Господин Цари, может быть, вы уже скажете, что мы будем искать в сокровищнице?

– Это, – зеленый вытащил из-за пазухи рисунок, который я перевела на новый пергамент с созданного магией.

Иллисса развернула бумагу, закусила губку и пробормотала:

– Как интересно. Только… Это хранится не в сокровищнице Надира.

– Да? – Финист явно не верил ей, вскинул брови. – А где же?

– В его… спальне, – гремлина подняла глаза на мужчину.

На лице Нурикеша промелькнуло удивление, а я только через мгновение сообразила, что если она это знает, то вхожа в спальню правителя. И вряд ли в роли прислуги.

– Тогда веди нас туда, – не стал спорить Финист. – Нам нужна эта вещь. И только потом я выполню свое обещание.

Странно, но Иллисса даже приободрилась. Походка стала легче и быстрее. Будто бы она не воров вела на дело, а направлялась туда, где ее саму ждала награда.

На вопрос Цари, который тоже заметил перемену, она рассмеялась.

– В сокровищницу проникнуть было бы в разы сложнее, господин Цари. А эта вещица… Кто-то когда-то сказал Надиру, что это мощный артефакт. Да только нет в нем никакой ауры, которую источают сильные магические вещи. Но Надир поверил тому, кто принес эту информацию. Оттого и хранит ключ лично у себя.

Финист оглянулся на Нурикеша, но тот только отмахнулся. Я же держала феникса крепко за руку, в случае если он не сдержится и кинется на предательницу.

Но лорд из клана Рубиновой Крови демонстрировал все свои лучшие качества. Пока даже не пытался никому свернуть шею, и это меня несомненно радовало.

Несколько раз чуть не натолкнувшись на патрули, мы все же добрались до двери, за которой находилась спальня Надира. Удивительно, но в такой час правитель отсутствовал. Что несомненной было нам на руку.

– Ну, дальше сами, – улыбнулась Илисса.

– Ты правда думаешь, что сейчас сможешь уйти? – поинтересовался Финист, не спеша прикоснуться к ручке из белого металла. – Открывай. И ищи. Раз ты знаешь, за какой вещью мы пришли, то и должна знать, где она находится.

Брауни поджала губки, но спорить не стала. Аккуратно положила ладошку на ручку, толкнула дверь и первой прошла внутрь. Под самым потолком вспыхнуло несколько больших светильников, озарив огромную спальню правителя.

Сразу напротив двери находился камин с двумя креслами рядом. Справа от окна стоял письменный стол с книжными шкафами. А слева – за большой ширмой – пряталась кровать с балдахином.

В ту сторону и направилась брауни, внешность которой менялась прямо на глазах.

Волосы резко стали короче, потеряли тот самый серебристый блеск, который меня заинтересовал. Фигура стала менее соблазнительной, в некоторых местах прибавились сантиметры, в некоторых, наоборот, ушли.

– А что, хорошее решение, – хмыкнул Финист, направляясь за Иллиссой. – Приходит к тебе новая любовница, и сразу видно – настоящая у нее красота или наведенная магией.

– Тут…

Она указала на прикроватную тумбу, где стояла большая резная шкатулка, обернулась и подняла глаза. Лицо брауни тоже изменилось. И я говорю не только о рассеивании иллюзий, а об удивлении и страхе.

– Ты?

– Я, – согласился Нурикеш, чья иллюзия тоже пропала.

Все же чары, наведенные на покои Надира, оказались настолько сильными, что сняли не только простейшие иллюзии, но и божественные. Или это так влиял на них тот самый ключ, чью ауру никто не смог прочувствовать?

– Но… Почему? – в глазах брауни плескалось так много чувств, что мне стало даже на мгновение ее жаль. Всего на короткое мгновение, пока я не вспомнила, что она в свое время сделала.

– Если хочешь остаться жива, не говори со мной, – бросил Кеша, проходя к шкатулке.

Откинув крышку, он вытащил на свет большой ключ. Точно такой же, как нарисовала нам Мириам на бумаге.

Стоило вспомнить о призрачной родственнице, как она в то же мгновение возникла за плечом феникса и склонилась над артефактом. Скривилась и покачала головой.

– Не тот.

– Как не тот? – Нурикеш даже не удивился ее появлению. А потом повернулся к Иллиссе. – Обмануть нас решила?

– Я… нет!

Гремлина не успела и слова больше сказать, как дверь в спальню с грохотом распахнулась. Я еще не увидела того, кто появился, не успела обернуться.

А Мириам упавшим голосом произнесла:

– А вот теперь тот.

Глава 21

Явление правителя народу в нашем лице вызвало самые противоречивые чувства.

С одной стороны, народ только что пытался спереть королевскую реликвию, а с другой… однако, сам виноват, нечего было феникса моего обижать!

Кто Кешу в попугая обратил?! Кто в лавке запер?! Кто, если бы узнал – непременно убил?!

В общем, смотрела я в сторону Надира очень даже враждебно, мысленно прикидывая, что явился правитель один. Без охраны.

А у нас в строю очень умелые и талантливые Нурикеш и Финист. Я прекрасно помню, как они валяли друг друга по полянке, так неужели не смогут вырубить одного противника на двоих?

Тем временем в наших рядах нашлись дезертиры.

Илисса, заламывая руки, кинулась к Надиру через всю спальню, причитая:

– Ты пришел, мой могучий господин! – Она с размаху плюхнулась на колени у его ног и приникла к бедру государя, продолжая врать: – Они меня заставили! Я сопротивлялась всеми силами, но ментальные чары оказались сильнее, потому я молилась всем богам, лишь бы вы при…

– Молчи, дура, – небрежно оторвал ее от себя золотой феникс и отпихнул ногой с пути. – Я все знаю, не держи меня за идиота.

К отторжению в адрес правителя прибавилась здоровая брезгливость к нему как к мужчине. Какой бы подлой и двуличной ни была брауни, так обращаться с женщиной – откровенное свинство!

Тем временем Надир, очевидно, ощущал себя хозяином положения, так как прошел к креслу, стоящему у камина, и величественно в него уселся. Во всей позе феникса читалась уверенность в себе и вальяжность сытого хищника, который снисходительно наблюдает за возней шакалов в двух шагах от себя.

Не знаю, как соратникам, но мне это ощущение не понравилось.

– Какие гости сегодня… – Золотой феникс обвел нас снисходительно-насмешливым взглядом и, с ленцой растягивая слова, перечислил: – Айнир Нурикеш, Финист Цари и три женщины. Притом одна из них недомерок-гремлина, вторая мертвая, а третья вообще девчонка. Отличный диверсионный отряд! Вы однозначно войдете в легенды… как самые глупые убийцы за время моего правления.

Глядя на Надира, я в упор не могла понять, как Айнир умудрялся с этим вот снобом дружить. Или золотой настолько испортился за время господства? Впрочем, есть еще один вариант – на мою птичку очень хорошо подействовало заключение. Если вспомнить, каким “сахарным” был характер пернатого после пробуждения, последняя версия кажется более жизнеспособной.

– Ты собираешься дать поэтам сложить баллады о своей победе над тупыми диверсантами? – насмешливо дернул уголком рта Айнир. – А нам будет позволено изложить свою версию развития событий?

– Боюсь, что нет. Друг мой, ты ведь прекрасно знаешь, что историю пишут победители. Им стану я. Уже второй раз, какая ирония.

– В данном контексте… враг мой, – совершенно спокойно поправил его Нурикеш, не торопясь отлипать от стены, на которую опирался. – Победа почему-то достаётся тебе очень грязными методами. Отмываться потом не противненько?

– Отнюдь, – ослепительно улыбнулся золотой феникс. – Ты забываешь, что есть личности, которые в крови и грязи находят свою красоту. Как наш Финист, например. Если бы за предательство можно было бы вручать медали – он бы получил орден первой степени! Так красиво и с такими последствиями подставить приятеля – это уметь надо! Айнир, неужели за время, проведенное в стазисе, в тебе прибавилось всепрощения? Помнится, раньше ты подобным не страдал.

– И сейчас не страдает, – вступил в этот своеобразный обмен любезностями Цари. – Он добросовестно переломал мне немало костей.

– О, так ты у нас наглядное пособие: “С тобой то же самое будет”? – демонстративно изумился венценосный мерзавец. – Прелестно. Но, слушай, как-то не впечатляет.

Мы с Мышкой ошарашенно переводили взгляд с одного словесного дуэлянта на другого. Если честно, то я была малость в шоке.

Не припомню за Кешей стремления к диалогу и лютой потребности зубоскалить с противником. Наоборот, раньше Айнир Нурикеш сначала бил, а потом уже разговаривал.

– Жаль, что тебе не нравится, – с совершенно равнодушным видом ответил рубиновый феникс, а после и вовсе сел прямо на ковер и, стащив с ближайшего столика блюдо с фруктами, закинул в рот виноградину. Тщательно прожевал и с живым интересом вопросил: – Слушай, Надир, а ты сам что-то умеешь? В прошлый раз ты меня устранил с помощью Финиста. В этот… скорее всего, ты такой смелый только из-за амулета защиты, и второго, сигнального, который ты так нежно сжимаешь в кулачке. Как понимаю, боевой отряд верных лично тебе головорезов ждет только отмашки, и потому ты у нас такой смелый? Думаешь, что в лучшем случае мы с Финистом успеем нанести всего по одному удару, а уж их-то твой щит в любом случае выдержит? Слушай, как-то даже стыдненько для правителя. Пять лет назад ты не прятался за спинами, когда дело доходило до драки.

– А ты так вообще летел на острие атаки. Именно поэтому я на троне, а ты без пяти минут в могиле.

– Время вообще многое расставляет по своим местам, – согласно кивнул Нурикеш, ни капли не впечатленный перспективой составить Мириам скорую компанию на кладбище. – Так что, биться будем? По-честному, как и договаривались. Только в этот раз не до победы… кого-то из нас вынесут из этой спальни вперед ногами.

Несколько секунд Надир смотрел на бывшего друга с таким безграничным удивлением, словно не мог поверить своим ушам, а после запрокинул голову и расхохотался.

– Ты за дурака меня держишь? – правитель оборвал смех настолько резко, что мне казалось, эхо еще несколько секунд гуляло по огромной спальне. – Какой смысл мне с тобой драться? Противник ты опасный и никогда не был откровенным идиотом. Стало быть, в рукаве есть козыри… ну и зачем мне рисковать жизнью и положением?

Мой феникс неспешно поднялся и, не торопясь разминая запястья, медленно проговорил:

– Вот уж действительно, время меняет всех. Помнится, когда мы познакомились, ты клялся, что никогда не опустишься до нарушения своего слова. А еще клялся, что найдешь и отомстишь обидчикам твоей матери. Некогда леди не спасли ее раса и благородный род, и она попалась одним негодяям. Сколько дней ее насиловали? Видимо, немало, раз по возвращении домой она шарахалась ото всех, даже от совсем юного сына. Как я узнал от Финиста, тех уродов ты действительно нашел, когда добился власти. Их участи не позавидуют даже свиньи на скотобойне. Но мне дико интересно, король Надир Первый, когда же ты успел уподобиться так ненавидимым тобой людям? Методы ведь те же…

Удар был рассчитан верно и достиг цели.

Крылья носа золотого феникса задрожали, а лицо окаменело. Он встал и резкими, даже какими-то рваными движениями сбросил с себя камзол и рывком ослабил словно душащую его шнуровку горловины рубашки.

– Твоя взяла. Будем драться.

Первым желанием было зажмуриться и не смотреть на это. Я кристально ясно понимала, что это все не игра и что Кешу действительно могут убить. Венценосная сволочь сделает это с огромным удовольствием и не станет колебаться ни секунды.

Хотелось, как маленькой девочке, закрыть лицо руками и попросить сказать, когда кошмар закончится.

Но потом взыграло любопытство. Потому я с каким-то предвкушением наблюдала за тем, как оба феникса встали друг напротив друга в центре комнаты.

– На чем драться будем? – уточнил Нурикеш. – Ядом, увы, воспользоваться сейчас у тебя не получится. Хотя ты способный, ты умеешь.

– Мечи, – спокойно ответил золотой феникс и щелкнул пальцами.

Пространство над их головами разверзлось, и в дорогущий ковер вонзилось два совершенно одинаковых одноручных меча с изогнутыми гардами.

– Запрет на магию? – иронично изогнул бровь рубиновый феникс, с интересом глядя на сверкающее в свете волшебных ламп оружие. Режущая кромка была такой острой, что казалась полупрозрачной.

– Да.

– О, это будет интересно, – усмехнулся стоящий рядом со мной Финист. – Надир за последние несколько лет очень много тренировался с холодным оружием. Но, насколько я знаю, и у Айнира с этим все хорошо. Я бы, пожалуй, поставил на него.

– Ты еще и ставки решил делать?! – неприятно удивилась я, наблюдая за тем, как оба феникса берут по мечу и отступают друг от друга на несколько шагов.

Зеленый мне не ответил и почему-то отошел в сторону.

Раньше я видела бои на мечах, но они были показательными. Воины красовались, сначала прощупывая противника и делая ставку на изысканность приемов, а не на их эффективность. И, конечно, самое страшное, что могло с ними случиться – легкие ранения.

Здесь же все было совсем иначе.

Надир напал первым. Легко крутанул меч в руке, а после совершил стремительный выпад. Резкий, порывистый, лишенный изящества, но несомненно эффективный.

Нурикеш увернулся, развернулся в бедрах и ударил от плеча, метя в шею, но там удар встретил клинок соперника.

Сталь столкнулась, высекая искры.

– Перед твоей смертью я вырву твой язык, – предупредил правитель. – Никто не смеет говорить со мной в таком тоне. Такое говорить. Хотя пачкать руки не хочется… потому, пожалуй, ты захлебнешься своей же кровью. Говорят, что раны гортани очень болезненны из-за судорожных попыток обреченных сделать вдох…

– Как всегда, много болтаешь, – криво усмехнулся Айнир, оттолкнул от себя меч противника и вновь напал.

Я даже охнуть не успела, как лезвие дотянулось до руки Надира и рассекло рукав. Кровь мгновенно пропитала тонкую ткань, расплываясь по ней уродливым пятном.

Золотой феникс не стал тратить сил на дальнейшую болтовню. Удары посыпались на моего крылатого просто градом, стали увереннее.

В какой-то момент я даже забыла, как дышать. Сталь сверкала с ужасающей скоростью, клинки время от времени ударялись друг об друга, но противники больше старались избегать столкновений. Уклонялись, отпрыгивали, уходили в сторону.

Надир дотянулся до Нурикеша. Меч ударил по касательной, разрывая рубашку на груди, выбивая веер карминовых брызг.

Но выпад Айнира удался. Он оказался слишком близко, развернулся и ударил навершием меча правителя в лицо.

Я вздрогнула и зажмурилась, слыша звук ломаемых костей. Смотреть на это не хотелось. Но я до жути переживала за Нурикеша.

Когда нашла в себе силы вновь открыть глаза, услышала за спиной шепот призрака Мириам.

– Вот это бой…

За то короткое время, пока я собиралась с силами, произошло сразу несколько вещей.

Кровью забрызгали стены, и алые брызги легли на них словно причудливый рисунок. Нурикеш перетягивал себе руку обрывком рубашки, а Надир лишился уха.

– Скоро все закончится, – произнес Финист.

Уточнить, откуда у него такая уверенность, я не успела.

Дуэлянты в который раз сошлись, Надир усмехнулся, стремительно шагнул к противнику. В его свободной руке сверкнул кинжал.

Но ударить он не успел. Айнир увидел, развернулся и ударил правителя с ноги в живот.

Отлетая, золотой феникс выронил второе оружие, но меч по-прежнему сжимал в правой руке, до того самого момента, как клинок Нурикеша не отсек правителю руку.

– Вижу, что ты не бросил свои привычки, – прошипел лорд Рубиновой Крови. – Твоя ошибка.

Меч с хрустом вошел в грудь соперника. Тот кашлянул кровью, шепча проклятия. Нурикеш прокрутил меч и отступил.

Золотой феникс судорожно дернулся, попытался помешать магией, но не смог. Через мгновение он глухо ударился затылком о пол и затих.

Звенящая тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь хриплым, частым дыханием Айнира.

Первой фразой стала реплика Мириам:

– Нет, я не хотела бы рядом с ним лежать на кладбище, – прошептала моя призрачная родственница. – Агрессивный он, жуть какой агрессивный.

Кеша запустил руку в волосы и тихо сказал:

– Он перед смертью все же сжал амулет вызова охраны. На комнате – защитное поле, и снять его он уже не сможет, так что у нас есть несколько минут до того, как бравые защитники короля его сломают.

– Есть… – медленно кивнул Финист, делая шаг вперед. – Ты убил Надира. Король умер, да здравствует король…

– Так мне и позволили, – скривился Нурикеш, поднял руку с зажатым в ней мечом и несколько секунд тупо смотрел на окровавленное лезвие, а после разжал пальцы. Клинок со звоном рухнул на пол.

К нему подошел Цари и серьезно сказал:

– Я все еще Советник. И даже не опальный. Так что мне поверят, и в данный момент моей власти хватит на то, чтобы проконтролировать твое восхождение на трон. Если ты все еще этого хочешь, конечно. Сиды, несомненно, будут недовольны, но с ними мы разберемся.

– А у сидов кто кандидат?

– Я, – просто признался Цари. – Но я и сам не в восторге, честное слово. Потому с охотой передам тебе царствование. По праву крови. По праву справедливости.

Нурикеш сначала посмотрел на тело Надира, а после почему-то на меня и, усмехнувшись, сказал:

– Я провел в стазисе много лет. Я прошел большой путь после освобождения. У меня теперь иные ценности, Финист Цари, так что на корону я больше не претендую. Разбирайся сам! И с кланами, и с сидами, и с соседними странами!

Судя по перекосу лица зеленого феникса, ему ответ Нурикеша не совсем понравился.

– Ладно, как скажешь. Желаешь присутствовать в момент торжественного заявления о смене власти или предпочитаешь уйти?

– Король умер, и да здравствует король, – иронично усмехнувшись, рубиновый феникс отвесил зеленому издевательский поклон. – Хватит с меня этих приключений, ваше величество. Я хочу уйти и надеюсь, что никогда с вами не увижусь.

– Это зря, – ровным тоном отозвался Финист Цари. Бывший советник. Ныне, кажется, практически король Финист Первый. – Я твердо намерен с тобой дружить.

Теперь перекосило Нурикеша.

Глава 22

Серый рассвет занимался над Адамантовой академией.

Час назад Финист перенес нас сюда, а сам остался разбираться с дворцовыми переворотами и утверждать свою власть. Несмотря на то, что зеленый феникс мне объективно не нравился, я все же надеялась, что у него все получится и уже сегодня утром газеты протрубят о гибели старого режима и заре нового властвования бывшего Советника.

Вот так и вершится история. Кроваво и непонятно.

Очень странно было осознавать, что я находилась в эпицентре событий, отражение которых найдет себя буквально во всех сферах Соединенного Королевства.

– Почему ты отказался? – тихо спросила я у стоящего у окна Нурикеша.

Мы остались одни. Мышка ушла спать еще минут десять назад, сказав, что хватит с нее потрясений и вообще ту кровавую сцену она забудет не скоро.

– Сменились ценности, я же говорил, – повел плечами Айнир, не отводя взгляда от розовеющего неба. – Раньше я рвался на трон, и тому было немало причин. Я же из древнего и очень уважаемого рода, Лалидари. Мы всегда были воинами и государственными деятелями. Как и любой молодой феникс, я хотел не просто остаться в истории, а стать в ней ключевой фигурой. Королем. Разумеется, мудрым и справедливым. Я поставил цель и шел к ней. Споткнулся буквально в шаге. Но сейчас я понимаю, что уже не хочу. Мне тошно видеть лица придворных лизоблюдов, мне противно представлять, какими иногда грязными могут быть действия главы государства. Я даже спутницу жизни не смогу выбрать по своему усмотрению – королеву навяжут кланы. Зачем?

– Ну… да, – я прикусила губу, искоса глядя на мужчину. Почему-то последняя его фраза заставила что-то внутри задрожать натянутой струной. – Действительно, я совсем забыла, что ты не просто благородный феникс, а наследник одного из великих родов крылатых.

– Это мелочи, – он повернулся и мягко обнял меня за плечи, привлекая к себе и проводя ладонью по волосам. – Утром я забираю документы из Адамантовой – я должен съездить домой.

– Что?!

Я уперлась руками в широкую грудь феникса и неверяще уставилась в его яркие глаза.

– Так нужно, – успокаивающим тоном сказал Айнир. – Родители не видели меня много лет и оплакивают. Теперь, когда мое возвращение не будет автоматически подписывать мне смертный приговор, я наконец-то смогу появиться на пороге отчего дома. Оставаться же учиться уже просто нет смысла.

Да, действительно… ведь знания Нурикеша выходят далеко за пределы программы академии и ему просто незачем терять здесь время. Как он хотел.

А я смогу перейти с экстерната на обычные темпы обучения и наслаждаться процессом. Как я и хотела.

Так почему мне так больно и грустно, если все происходит именно так, как нам обоим желалось?!

Почему на закате приключения, когда все уже хорошо и даже заветный ключ, который просила принести Земляна, болтается у меня в сумке, мне настолько плохо.

Ведь свобода!

От Инейрана, от обязательств, от Закона о чистоте крови, от всех и вся вообще!

Ужасно.

– Иди сюда, – крылатый крепко-крепко прижал меня к себе и внезапно заговорил: – Знаешь, дур-р-рочка, а ведь ты лучшая женщина в моей жизни. Самая юная, но самая отважная. Самая желанная и самая недоступная. Раньше я всегда получал всех, на кого падал взгляд и я считал, что девица мне нравится. С тобой все иначе. За тобой мой взор следует неотступно уже очень долго, а я никак не решаюсь переступить черту, хотя вожделение давно изводит. Ты особенная.

Не знаю почему, но слезы вскипели на глазах, и я часто-часто заморгала, стараясь прогнать их и не дать пролиться.

Он уезжает.

Уже… вот-вот.

Не хочется, как же не хочется. И страшно, безумно страшно спрашивать о том, когда Айнир планирует вернуться. Внутри все словно покрывается коркой льда от осознания, что, возможно, и не планирует!

Наше приключение закончилось.

Кто мы теперь друг для друга? Гордый феникс из высшего эшелона страны и маленькая нага-полукровка. Дочь простого, хотя и зажиточного торговца, которому повезло получить маленький титул за воинские заслуги в молодости.

Это мезальянс.

Не знаю, что толкнуло меня к нему. Я встала на цыпочки и обхватила лицо мужчины ладонями, прижалась губами к его подбородку, чуть ниже уголка рта. Нурикеш прерывисто вздохнул и сам поцеловал. Нежно, страстно, так, что я забывала дышать.

И я была рада, что в этот раз он ни о чем не спрашивал.

Он просто меня… любил.

Весь мой опыт интимных отношений состоял из домогательств Инейрана, которым я просто не могла сопротивляться. Из-за ощущения загнанности в угол, из-за глухого отчаяния и, как недавно выяснилось, еще и из-за наведенных чувств.

Иней меня имел. Вот так вот, грубо и по-честному. Хотел и брал. Хотел и имел.

С Айниром все было иначе.

Ярче, сильнее, слаще.

Мы ничего не говорили друг другу. Просто лихорадочно брали у неумолимого времени отпущенные часы и старались насытиться друг другом.

Он красивый. Мой высокородный феникс. Какой же он красивый.

Он нежный. Мой лучший друг. Да, он безумно нежный.

Он страстный. Тот, кого я так отчаянно боялась потерять. Он невероятно страстный.

У меня дрожали колени, и я уже, похоже, искусала себе все пальцы, чтобы не стонать в голос от невероятно острых ощущений. И, кажется, я совершенно бессовестно исцарапала фениксу всю спину и искусала плечи. А он лишь смеялся и переворачивал меня на живот, придерживая обе руки одной своей, а второй… второй доводил меня до неистовства.

Я даже, наверное, не смогла бы подсчитать, сколько раз я оказывалась с ним на вершине блаженства, все происходящее слилось в одну нескончаемую сладкую пытку, в которой словно взрывы сверхновых вспыхивал экстаз.

Через пару часов мы наконец-то насытились друг другом.

Я лежала, прижавшись к боку феникса, а по телу все еще перекатывалась остаточная дрожь удовольствия. Он рисовал узоры на моей влажной от испарины спине и периодически касался губами макушки.

– Лали…

– А? – чуть более хриплым, от стонов, голосом спросила я.

– Мне действительно нужно ехать.

– Я понимаю, – кивнув, я спрятала нос у него на шее, стараясь дышать глубоко и ровно.

Нет, я не считала, что после случившегося он останется или вдруг неведомым образом решит взять меня с собой. Или считала?..

Не хочу про это думать!

Айнир одевался быстро. Без колебаний, сомнений или что там еще полагается испытывать в таких ситуациях.

А я молилась всем богам разом, чтобы мне хватило силы воли не зарыдать в его присутствии.

Немного осталось Лали, совсем немного.

Потерпи.

Я подтянула колени к груди и закуталась в покрывало. Вставать и одеваться было неловко, да и одежда была раскидана по всей комнате. Не уверена, что меня хватит на такое.

Кеша встал у зеркала, быстро завязал длинные волосы в хвост и, поймав в отражении мой взгляд, нахмурился.

– Лали?

– Все хорошо, – немного бледно улыбнулась я.

– Отлично, – он кивнул и, подойдя к постели, наклонился, прижался губами к моим.

Я вскинула руки, обнимая его за шею и ловя последние прикосновения.

– Не скучай, малышка. И учись хорошо.

И ушел!

Он спокойно вышел из комнаты, а я осталась сидеть в самых растрепанных чувствах.

А после эти чувства таки прорвались потоком слез. Наплакавшись, я вытерла щеки и, судорожно вздохнув, подумала, что опять оправдываю данное некогда попугаем прозвище и действительно та еще дурочка.

Почему я не спросила у него напрямую? Почему не спросила, что с нами будет? Не поинтересовалась, когда он вернется, в конце концов?!

Может, для него это ничего не меняет, а так, приятное приключение?

А может, и наоборот.

И теперь мне мучайся, страдай и гадай на ромашках, вернется он или нет. А если и вернется, то в каком качестве.

Эти мысли преследовали меня изо дня в день. Ловили за обедом, не оставляли во время долгих вечеров, настигали во время занятий. А их, надо сказать, было немало. Я всячески пыталась отвлечься, уходила с головой в учебу, зубрила параграфы в учебниках от корки до корки. Преподаватели удивлялись и хвалили, не могли понять, откуда возникло это рвение.

Хотя, надо признаться, оно было всегда. Только раньше существовали дела поважнее учебы. А теперь же это… «дело» исчезло в неизвестном направлении!

Нет, ну если уж быть совсем откровенной, то не в таком уж и неизвестном. Нетрудно было узнать, где лежат земли его клана. Но мне это совершенно ничего не давало.

Ни-че-го.

Меня разрывало от двух противоречивых желаний: не думать о Нурикеше и вновь оказаться рядом с ним. Эти две мысли соперничали друг с другом похлеще диких зверей за кусок мяса.

Мышка видела мои метания, помогала, отвлекала, развлекала. Словом, делала все, чтобы мне было проще.

Но проще, увы, не становилось.

Я любила Айнира. По-настоящему. Сильно. До безумия.

Сегодня эти мысли рвали меня на части во время аромагии, с которой я мечтала поскорее сбежать. Ведь лекцию вновь вел Инейран.

Он появился в Адамантовой после того скандала впервые. Вел себя так, будто ничего не случилось. Будто все в порядке вещей.

И единственное, что меня радовало, – наг практически на меня не смотрел.

Я досидела до окончания и сбежала первой, даже вещи в сумку не сложила – побросала кое-как.

По осеннему парку шла медленно, наслаждаясь опадающими листьями, их шелестом под ногами. В голову лезли воспоминания наших тут с Айниром прогулок, когда…

– Лалиша!

Меня передернуло от звучания этого варианта имени.

– Постой.

Надо ли говорить, что я не остановилась. Не замедлилась. Но Инейран все равно нагнал. Обогнал. И преградил дорогу.

– Лалиша, – мужчина улыбнулся и протянул шикарный букет из полевых цветов, – я хочу с тобой поговорить.

– Мне не о чем с тобой разговаривать, – спокойно ответила я, стараясь обойти нага стороной.

– Лали, – Иней перехватил мою руку повыше локтя, повернул к себе лицом и затараторил: – Я был не прав. Прости меня. Я не ценил то, что имел. Не ценил тебя. Я был у твоего отца. Прошу, стань моей женой.

Интересно змеи пляшут…

– Ты был у моего отца? – скептически изогнула я бровь, отмечая, что меня больше не тянет к аромагу. – И как он себя чувствует?

– Не жалуется, – сухо ответил мужчина. – Я все осознал и даже готов простить тебе связь с Нурикешем.

Сердце предательски екнуло. И вовсе не из-за близости к Дальварису.

Я нахмурилась:

– И откуда тебе это известно, пронырливая ты рептилия?

Он же всегда был под иллюзией. А тут такая осведомленность.

– Я ведь не идиот, Лалиша, – заверил меня аромаг, хотя несколько секунд назад пытался убедить в обратном. – Я могу сложить два плюс два.

– Рада за тебя, начальное обучение счетному делу не прошло даром. А теперь отпусти, у меня есть дела, которые нужно решить.

– Скажи “да”.

– Нет, – я смерила мужчину равнодушным взглядом. – Я не хочу даже слышать о тебе, не то чтобы быть вместе.

Казалось, такое развитие событий стало для Инейрана шоком. Он, видимо, ожидал, что я брошусь к нему на шею, признаюсь в безмерной любви и соглашусь с ним быть до конца наших дней.

Да только ничего подобного. Я уже один раз обожглась об этого мужчину. Другого не будет.

– Ты травил меня, – процедила я сквозь зубы, чувствуя только брезгливость к Инею. – Распоряжался, как вещью. Обманывал. Пользовался моей наивностью. Только нет больше той девочки, которая верила каждому твоему слову и жесту.

– Я это вижу…

Закусив губу, я слушала его уверения в перемене взглядов. Инейран убеждал меня, что изменился. И, судя по всему, тоже понимал – приворот снят.

И если он мог догадываться, каким образом, то я не имела ни малейшего понятия. Я ведь столько способов перепробовала, столько дряни выпила, даже яблочко волшебное сжевала…

Точно! Яблочко! А могло ли оно дать такой эффект? Вряд ли бы фениксы держали дерево, способное снимать привороты своими плодами. Тут что-то другое…

В памяти всплыло, что этим самым яблоком я зажевала универсальное противоядие. Мог ли плод усилить эффект настолько, что приворот пал?

Похоже, этого я никогда не узнаю.

Надо поделиться этой мыслью с Нурикешем! Уж он-то точно сможет ответить на этот вопрос!

Мысль о том, что Айнира сейчас тут нет и непонятно, когда мы встретимся, если вообще встретимся, подействовала как ведро ледяной воды. Я вздрогнула и перевела взгляд на Инейрана, который, казалось, ждал от меня ответа.

– Лалиша, ты тут? – с улыбкой поинтересовался мужчина, все еще протягивая мне цветы.

– Нет, мне пора, – ответила я, радуясь тому, что хватка на руке ослабла. – Надеюсь, что больше никогда не встречу тебя в своей жизни.

– Лалиша…

Я развернулась и зашагала к жилому корпусу и новой жизни. Жизни, где больше никто и никогда не посмеет воспользоваться моей молодостью, наивностью и доверием. Эта жизнь научила меня, кому можно доверять и кого нужно любить.

Инейран Дальварис не входил ни в один из этих списков.

Глава 23

Инейран исчез из моей жизни. Надолго ли? Навсегда? Я очень на это надеялась. Мышка выслушала рассказ о нашей встрече и предложила напиться от счастья. Но из-за учебы, в которую я зарылась с головой, никак не получалось принять предложение подруги. Да и сама Мышисса часто пропадала со своим фейри.

В итоге, когда день был выбран, его испортило другое неожиданное событие. Пусть и приятное. А именно – приглашение на коронацию Финиста Цари.

Письмо пришло еще утром, скрепленное сургучной печатью. Финист лично приглашал всех нас на торжество, обещал отличное вино и прекрасную музыку. А чуть ниже приписал, что, если бы не мы, всего этого бы попросту не случилось. Потому отказы не принимаются.

Ну, не принимаются, значит, надо ехать. А что еще остается?

Сборы заняли у нас чуть меньше суток. Все же я никогда не была на таких мероприятиях, а ударить лицом в грязь ой как не хотелось.

В итоге обе надушенные, напомаженные и разодетые в лучшие наряды, мы выехали в дворцовый парк.

Выглядывая из маленького каретного окошка, я разглядывала редкие в наших широтах серебристые ясени, росшие вдоль ухоженных дорожек. Светло-серая кора мягко искрилась в свете фонарей, которые ярко освещали всю территорию.

– Странно, – вдруг проговорила Мышка, нервно разглаживая красивую вышитую юбку.

Стоит отдать Финисту Цари должное, в своей формулировке “отказ не принимается” он учел абсолютно все. Вместе с приглашением приехали несколько коробок, в которых лежало все, что нам могло понадобится, начиная от белья и заканчивая пелеринами, что стоило набросить на плечи, если внезапно похолодает. Будущий король не поскупился на наряды.

– Что именно кажется тебе странным?

– М-м-м… наверное, дело в том, что прошлый раз мы сюда заходили какими-то обшарпанными тайными путями и не было ощущения, что побывали во дворце. Сейчас все иначе, – спустя пару секунд пояснила брауни, которая с немалым удовольствием вернула себе настоящий облик. Пока только для визита во дворец, но, насколько я знаю, девушка уже обсуждала с деканатом возможность зачисления ее под настоящим именем.

Теперь у нас нет необходимости скрываться.

– Да, сегодня все иначе, – медленно кивнула я и машинально скользнула пальцами по прохладным граням ключа.

Быть может, и зря, но сегодня я надела его как украшение. Он идеально подходил к наряду, а оставлять реликвию дома было глупо. Хотя у меня вызывал огромное изумление сам тот факт, что ключ все еще у меня! Так был нужен Земляне, что сразу после добычи – пусть полежит у тебя две недельки?

Земляна… У меня до сих пор не получалось воспринимать личность богини, как свою мать.

Хотя, наверное, и не стоит? Гаррини – аватара. Земное воплощение бессмертного существа, которая большую часть времени не помнит нюансов божественного существования.

Пока я витала в размышлениях о превратностях божественных судеб, наш экипаж остановился у главного входа, освещенного огнями дворца.

Подхватив юбки, мы с помощью лакея вышли из кареты и поднялись по перламутровым ступеням. Они мягко переливались всеми цветами, стоило только ноге ступить на поверхность. Красиво и необычно.

– У меня ножки подгибаются, – внезапно сказала идущая рядом Мышисса. – Иду вот по редчайшему перламутровому камню на коронацию Финиста Первого, восхождению которого случайно поспособствовала. И понимаю, что мне тут совершенно не место. Кто я? Простая брауни, служанка в твоем доме.

– Ты леди, – лучезарно улыбаясь, почти не размыкая губ сказала я в ответ, хотя у самой ладони давно уже были влажными от волнения. – И если тебя пригласили, то ты имеешь полное право тут быть. Никто не посмотрит косо, если ты будешь с достоинством нести себя и гордиться собой. А если станешь сутулиться и думать, что тебе тут не место, то тебя сожрут придворные. И меня за компанию!

– Ты тоже станешь сутулиться? – тихо хихикнула Мышка.

– Нет, я просто не брошу тебя на поругание, и меня схарчат всего лишь за компанию. В общем, ты фейри или кто? Потенциальная Княжна по силе или погулять вышла? Мышь, остроухие могучие лорды вряд ли примут тебя с распростертыми объятиями и красную дорожку постелят. Так что считай это тренировкой!

Эти слова, как ни странно, оказали самый лучший эффект.

Девушка расправила плечи и вошла во дворец. Фейри вообще все еще были для брауни триггерной темой. Ее можно было мотивировать практически на что угодно, если бы это приблизило ее к торжеству над остроухими заносчивыми гадами.

Дальнейшие полчаса слились в нескончаемый праздничный калейдоскоп, в котором раз за разом складывались все новые и новые яркие картинки.

Я думала, что ориентироваться в бесконечных коридорах будет сложно, но, видимо, дворец как следует подготовили, потому те ответвления, в которые гостям соваться не рекомендовалось, сверкали магическим заслоном.

Сама главная зала была богато убрана, а с потолка падали золотые искры и белые лепестки, которые растворялись в воздухе, не долетая до гостей.

Я полагала, что нас будут объявлять при входе, но, слава всему, на таком многолюдном приеме обходились без этого.

А то я уже представляла себе контраст. После герцога такого-то – я. Очень логично.

Почти сразу к нам подошел какой-то лакей и, посмотрев в приглашения, с лучезарной улыбкой предложил проводить на отведенные места.

Мы с Мышкой величественно согласились, и, пока шли за молодым сидом, переглядывались, удивленные самим фактом того, что у нас тут есть места.

Как оказалось, места были – в первом ряду!

Ближе нас стоял только первосвященник, который и должен был возложить на будущего короля венец, а после тот поднялся бы на вершину «пирамиды власти», где стоял роскошный трон.

И вот тут я и ощутила себя несколько неуютно! Так как с одной стороны восседал глава Совета сидов, с другой – наместник провинции нагов. Оба смотрят удивленно. Мы с Мышкой бледно улыбаемся в ответ.

А потом мне стало не до дискомфорта.

Чуть дальше стояли двое мужчин. Одного роста и телосложения, с одинаковым оттенком волос, в которых мелькали рубиновые искры. Только один выглядел несколько старше, а второй…

Айнир Нурикеш поймал мой взгляд и широко, радостно улыбнулся, отсалютовав бокалом.

Мое запястье стиснули пальцы Мышки, а уха коснулся злобный шепот:

– Прежде чем радостно вешаться ему на шею, вспомни о том, что за две недели он ни разу не дал о себе знать! И сомневаюсь, что он только что приехал в столицу и сразу же рванул на коронацию. Прибыл раньше, а нам сказать не соизволил.

– Но… – мой влюбленный разум попытался было тут же найти оправдание любимому мужчине, но я безжалостно отвесила ему ментальную оплеуху. Мышка права.

– Никаких «но». Я не говорю, что нужно сразу посылать его по матушке. Выслушать стоит. Но с крайне неприступным выражением лица!

Дальше беседовать о личной жизни мы не смогли.

В вышине взревели горны, а народ за нашими спинами зашумел, заволновался, и я услышала шепотки «Король… король идет!»

Он и правда шел. В полной тишине, ведь даже стук каблуков на сапогах проглатывала плотная ковровая дорожка, стелющаяся к трону.

Первосвященник, высокий, старый уже феникс в статусе «говорящий с богами», стоял на первой ступени и с самым благожелательным выражением лица ожидал, пока Финист приблизится.

Но как только тот оказался в двух шагах от него, на возвышении полыхнула яркая разноцветная вспышка. Как только глаза привыкли, а сияние потускнело, я увидела высокую, изящную женскую фигурку.

– Земляна…

Прокатился по залу неверящий шепот, а первосвященник упал на колени и склонил голову. Его примеру тотчас последовали все присутствующие в зале. Правильно, богини – они такие… непонятно чего ждать, лучше сразу на колени рухнуть.

– Приветствую! – звучно поздоровалась богиня, одетая в янтарно-коричневое платье, которое мягко переливалось в свете люстр. Земляна щелкнула пальцами, и корона, лежащая на бархатной подушечке на постаменте возле служителя, воспарила в воздух и через несколько секунд оказалась у нее в руках. – Финист Цари! Тебе оказана великая честь. Впервые в истории властителя коронует богиня. И благословит.

О-го-го! Покровительница фениксов решила не просто вернуться, а сделать это с шиком и блеском?

Финист подобрал полы королевской мантии и медленно взошел по ступеням, остановившись на предпоследней, буквально в нескольких шагах от трона.

Земляна шагнула вперед, улыбнулась и… запела.

Традиционную песню первосвященника, который дарованной богами магией вручает власть над страной.

Я раньше слышала, что из-за божественной песни ощущения на коронации просто невероятные. Она словно вливает в тебя эйфорию. Захватывает душу.

Несколько минут потерялись в безвременье, пока Земляна не закончила и не возложила корону на склоненную голову феникса.

– Да здравствует король! – выкрикнула богиня. – Финист Первый, да продлятся лета твои. Благословляю на царство.

Она потянулась вперед, касаясь его лба кончиками светящихся пальцев, а после они под руку прошли к трону. Финист медленно, словно не веря в происходящее, опустился на трон, а Земляна вновь шагнула к краю постамента.

– Триумфальное возвращение было бы не полным и, наверное, не состоялось бы без моих верных слуг. И сейчас настала пора наградить их и дать свободу. Свободу от обязательств. Лалидари! Айнир Нурикеш! Мышисса! Принесите мне Огненный ключ!

Стоило ей произнести наши имена, как вокруг занялось сияние, лучше любых слов показывающее, кто тут вышеупомянутые.

Сейчас я впервые поняла, что взгляды могут быть очень тяжелыми.

Но встряхнув головой, я отправилась к возвышению.

На этот раз богиня величественно сошла с него, чтобы быть ближе к простым смертным.

А дальше все было как во сне.

Я сорвала с груди «украшение», с которым не расставалась, и протянула его Земляне. Она повесила ключ себе на шею и вспыхнула божественным сиянием еще ярче.

А после нас тоже благословили, предупредив, что дары останутся загадкой до поры до времени.

Сообщив эту новость, Земляна многозначительно улыбнулась и просто растворилась в воздухе, безо всяких искр и прочих зрительных иллюзий.

Придворные заволновались, но панику поднять не успели, в свои руки все взял новопровозглашенный король.

На нас с Мышкой «плюшки» посыпались как из рога изобилия!

Р-р-раз – и я уже не простая полукровка-нага, а очень даже сложная. Графиня с поместьем и немалым годовым содержанием! Мышке достались аналогичные угодья, а Нурикешу наш щедрый король даровал какое-то эксклюзивное оружие из городского музея.

Посмотрев по сторонам, я поняла, что подданные как-то не в восторге от разбазаривания бюджета, но решила не заморачиваться. Цари справится! Обязательно со всем справится!

Долгое торжество перевалило за середину, и после банкета наконец-то начался бальный вечер. Я стояла у колонны и с любопытством рассматривала красивые пары, кружащиеся под музыку.

– Можно пригласить вас на танец? – раздалось у меня за спиной. Я даже не сразу поверила своим ушам.

Этот голос…

– Нурикеш? – я обернулась настолько резко, что пышные юбки платья разлетелись в стороны, приоткрывая ноги. И пусть очень хотелось бросится к нему в объятия, я только вскинула бровь. – Что тебе нужно?

Айнир на мгновение опешил, окинул меня подозрительным взглядом. Будто бы ожидал увидеть на моем месте кого-то другого.

– Я что-то не так сделал? – теперь он уже посмотрел на свои ботинки.

Что он там пытался найти, я не имела ни малейшего понятия. А вот злость с каждым ударом сердца становилась все сильнее. Обжигала.

– А что ты сделал так? – процедила я сквозь зубы, делая шаг к нему. Ткнула пальчиком в грудь. – Летал непонятно где две недели? Вот и лети дальше.

Гордо вскинув подбородок, повернулась к мужчине спиной и шагнула было к столу с напитками. Все же мы с Мышкой собирались напиться. Почему бы не сделать это прямо тут?

– Ляль, – он поймал меня за руку. – Подожди.

– Что-то еще? – с каждым мгновением злиться на него становилось все сложнее.

Нет-нет, я понимала, что он тот еще засранец. Признался в чувствах, провел со мной ночь и свалил. Не сказал, когда вернется. И вернется ли вообще.

Но, судя по лицу феникса, проблема была только в моей голове.

– Мы столько не виделись, а ты…

– Именно. Столько не виделись, – передразнила я. – А вместо извинений слышу от тебя дурацкие вопросы.

– Извинений? – Нурикеш казался полностью сбитым с толку. – Что я пропустил?

– Две недели. Ни письма. Ни весточки, – мой голос начинал походить на змеиное шипение. Видимо, кровь нагов давала о себе знать.

– Я очень скучал, – признался мужчина, – а не писал потому, что был занят делами семьи. Спешил их поскорее решить, чтобы вернуться к тебе. Ляль, или ты думала, что я тебя бросил?

В его голосе просквозило разочарование и тоска.

– А разве не так?!

– Конечно нет, – совершенно искренне возмутился Айнир. – И в мыслях не было. Могу поклясться, если не веришь.

Злость сошла на нет. Хотя уж очень хотелось продолжить этот скандал. Сколько я себе нервов вымотала за эти дни. Сколько слез выплакала. А он… Хоть бы удосужился объясниться!

– Лалидари, – Нурикеш посмотрел прямо на меня, – клянусь, я и не думал ни о чем плохом. Правда дела. Замотался. Залетался. Но сейчас уже почти все улажено. Простишь меня?

И такой взгляд из-под темных бровей, что ни одна бы дама не устояла на моем месте.

– Ты потанцуешь со мной? – повторил вопрос мужчина, протягивая мне руку.

– Хорошо, – я смогла подавить счастливую улыбку и вложила свою ладошку в его. Музыка подхватила нас и понесла к остальным кружащим по залу парам.

– И как там твои дела? – как можно небрежнее поинтересовалась я, подумывая над тем, стоит ли в отместку топтаться по его начищенным ботинкам.

– Со всем разобрался, – кивнул он, как-то странно на меня поглядывая. – Клан так обрадовался моему возвращению, что чуть ли не за руки хватали. Хотели проверить, не призрак ли я.

– Надо было Мириам с тобой отправить, – хмыкнула я. – На контрасте бы сыграл.

– О нет, спасибо. Ее в моей жизни было как-то слишком много, – передернул плечами феникс. – А как у тебя успехи?

– Перевелась на дневное обучение, грызу гранит, шаг за шагом приближаюсь к своей мечте, – перечислила я, стараясь все же не наступать Айниру на ноги.

– Звучит не очень-то и весело, – коварно улыбнулся лорд Рубиновой Крови. – Не наскучило?

– Нет, я ведь столько всего пережила, чтобы поступить в Адамантовую. Я хочу получить образование и знания.

Айнир только кивнул, будто подтверждая какие-то свои мысли. Танец закончился, феникс церемонно поцеловал мне кончики пальцев и отвел в сторону.

– Ляль, прости меня. Я дурак?

– Ты спрашиваешь или утверждаешь? – поддела я его и коварно улыбнулась.

– Утверждаю, – со вздохом согласился феникс. – Так я прощен?

– Ну, даже не знаю, – протянула я, отводя взгляд. – Прощение еще нужно заслужи-и-ить.

– Тогда у меня есть отличный вариант. Пройдешь со мной? Ненадолго.

В глазах Нурикеша плясали хитринки, а меня подстегнуло любопытство. И отказать было попросту невозможно.

Ему в принципе сложно было отказать. Хотя обида все еще время от времени поднимала голову и тихо шипела на мое поведение.

Феникс галантно предложил локоть и повел в сторону одного из балконов. Только если другие были открыты, то этот чуть ли не охранялся. Хотя почему чуть ли… Рядом с двустворчатыми дверями стояли два сида. При нашем приближении они поклонились и открыли их.

Я не сдержала удивленного вздоха.

Широкий балкон с высокими коваными перилами, овитыми живыми цветами. На круглом столике из белого дерева – бутылка лучшего красного вина, блюдо с фруктами и ягодами. Даже клубника на снежном муссе!

– Ты это придумал заранее, – возмутилась я, поворачиваясь к Айниру.

– Конечно, – не стал скрывать он. – Я знал, что ты будешь на коронации. Разве мог я упустить такую возможность?

Я благоразумно прикусила язык, чтобы не ляпнуть ничего о том, что он уже упустил четырнадцать таких возможностей. По одной на день.

Мужчина отодвинул для меня стул, помог на него опуститься, открыл бутылку вина. Я тихо наблюдала за тем, как феникс разливает напиток по бокалам из тонкого стекла, как садится напротив и поднимает один из них перед собой.

– Лали, я хочу сказать, что я… дурак.

Я прыснула со смеху:

– Спасибо, это мы уже поняли. Что дальше? Назовешь и меня дурой?

– Нет, и не собирался, – серьезно произнес феникс. – Я хотел еще раз извиниться и поднять этот бокал за тебя. За самую чудесную женщину в моей жизни.

– Еще и сравнивает с кем-то, – недовольно пробормотала я.

– Ляль! Да дослушай же ты меня!

– Угу, – я отправила в рот алую ягодку, зажмурилась от удовольствия. – Слушаю.

– Я вижу, что ты все еще на меня обижена, – вздохнул феникс, поднимаясь со стула.

Я подняла на него глаза, напряглась. Неужели перегнула палку? И сейчас он попросту сбежит от неадекватной полунаги?

– Мои дела были важными не только из-за факта возвращения наследника, – спокойно произнес Айнир, никуда не убегая. – Я поставил своей семье одно условие. Они его приняли. Потому сейчас…

Феникс опустился на одно колено, вытащил из-за пазухи маленькую коробочку и открыл ее. На подушечке лежало золотое колечко с немаленьким таким камнем.

– Лалидари ист Нарийн, согласна ли ты стать моей женой? Любимой женщиной ты уже стала для меня. Но я хочу разделить с тобой всю свою жизнь. Все счастье, что встретится на пути. И защитить от возможных горестей.

Я подавилась ягодкой.

Закашлялась, схватила бокал и залпом выпила все вино. Вкусное такое вино. Крепкое.

И вновь посмотрела на Нурикеша. Нурикеш в свою очередь смотрел на меня и ждал ответа.

Ну и о какой злости тут может идти речь? О какой обиде? Да, этот засранец заставил меня понервничать, искусать губы, пропитать слезами подушку. Но после такого!

– Это ведь мезальянс, – неуверенно протянула я, когда эта мысль вытеснила мое радостное “да!”

– Мне плевать. Я за эти две недели отвоевал наше с тобой счастье. Да и после всего, что ты сделала для короны, Финиста и Земляны, про мезальянс речи не идет. Лали?..

А гори оно все синим пламенем! Разве можно отказывать, когда твое счастье вот оно – на колене стоит?

– Я согласна, – взвизгнула я, вскакивая со стула и обнимая феникса.

Он выпрямился, закружил вместе со мной на руках. Кажется, мы перевернули блюдо с фруктами. Ну да и демоны с ними! Я предпочту поцелуи Нурикеша каким-то там заморским деликатесам.

Эпилог

Десять лет спустя

Закатные лучи врывались в столовую через открытые окна и падали на мраморный пол, играя на нем бликами. Тонкие занавески периодически вздымались вверх, подхватываемые озорником-ветром, залетавшим в комнату.

– Слышал новость? – поинтересовалась я у мужа, наблюдая за пузырьками в высоком бокале.

– А кто не слышал? – хмыкнул Нурикеш, откидываясь на высокую спинку кресла. – Только ленивый не повторяет весть о смерти короля.

– Да, и впервые за историю всем так жалко, что правитель почил, – пожала я плечиками, вставая из-за стола и подходя к окну. – И не только из-за беспокойства о смене власти и том, что, возможно, все станет хуже, чем было.

По ту сторону стекол открывался потрясающий вид. Наш столичный дом был построен в одном из самых престижных кварталов и стоял на возвышенности, благодаря чему отсюда открывался просто потрясающий вид на Мор-Галин.

Мы проводили в городе весьма много времени, особенно с тех пор, как Айнир все же поддался уговорам отца и начал принимать живое участие в политических играх. Мне это не нравилось, но я благоразумно решила не спорить, отлично зная своего феникса – как наиграется с новой игрушкой, сам переключится на что-то новое.

Тем более я не скучала. Закончив образование практически пять лет назад, я некоторое время просто создавала дома ароматы, а потом моими авторскими духами заинтересовались некоторые знакомые знатные леди и я начала делать составы уже для них. Со временем это стало сначала маленьким бизнесом, а потом и большим. Айнир помог мне с его организацией, так что все, что оставалось на мою долю, это создавать новые рецепты. И я была совершенно счастлива.

По сей день заказать у Лалидари Нурикеш духи, подходящие конкретно для вас, было престижно, и это удовольствие стоило очень дорого.

Айнир бесшумно подошел ко мне со спины, приобнял за талию и, возвращая мои мысли к трагической гибели короля, насмешливо произнес:

– Ставлю двести золотых, что Цари через неделю заглянет к нам в гости.

– Ну что ты такое говоришь?! – возмутилась я, поворачиваясь к нему лицом. – Минимум месяц! Уверена, что после инсценировки он рванул жениться на своей гремлине. А там медовый месяц, – я многозначительно закатила глазки и прогулялась пальчиками по груди мужчины. – Ну ты же сам все помнишь…

– Помню, – рассмеялся он и, склонившись к самым губам, выдохнул. – И я не против повторить.

Я увернулась, шутливо чмокнула мужа в подбородок и фыркнула:

– Не против он. Иди детей лучше на ночь поцелуй!

– А потом повторим, – щелкнул меня по носу вредный феникс и прогулялся руками по спине и чуть ниже.

Я ухватила его за руку и потянула к выходу из комнаты.

– Пойдем, малыши и правда ждут.

У меня была чудесная семья.

Мы с Кешей не торопились заводить детей по нескольким причинам. Ну ладно, в основном потому, что сразу после свадьбы муж на месяц затащил меня в постель и после этого серьезно заявил, что в обозримом будущем планирует быть ревнивым собственником и делить меня с кем-то еще ему не хочется. Я рассмеялась в ответ и поддержала его желание немного пожить для себя.

За пять лет мы объездили всю страну, много чего увидели и узнали, я закончила образование, и мы оба созрели для того, чтобы в нашей жизни появился кто-то еще.

Надо признаться, что заводить деток я боялась по еще одной причине.

У нас с Айниром – разные расы. Я полунага, он чистокровный феникс. Наше потомство обречено на слабую кровь. Они в человеческом виде, конечно, будут сильнее многих, но способности оборота, как и магии, у них бы скорее всего не было.

И это пугало. Как к детям станут относиться их сверстники, если учитывать тот высокородный круг, в котором мы вращаемся? Чистокровный круг.

Но, как оказалось, страхи были напрасны!

Таинственный дар богини Земляны, который «когда-нибудь пригодится», был просто потрясающим.

Да, мы с мужем разных рас. Но у нас родились совершенно чистокровные близнецы!

Правда, девочка почему-то была фениксом, а мальчик – нагом. И крестной их стала сама богиня, притом в истинном своем виде.

Красноречивые свидетельства того, что дети пока и не думают ложиться спать, мы услышали, едва поднялись на второй этаж.

Сунув головы в щель двери, мы с Айниром лишь переглянулись и закатили глаза.

Юлидари стояла на коленях перед диваном и пыталась нашарить под ним брата.

– А ну выползай оттуда немедленно, подлый змей! – громко возмущалась дочка.

– Нет-с-с-с, – гораздо тише отозвался ей брат. – Я не дурак-с-с-с.

Нурикеш хмыкнул и, чмокнув меня в ушко, прокомментировал:

– Весь в тебя!

– Ой все, – закатила глаза я и шагнула в детскую, строго спросив: – Что тут происходит?

– Разборки, – пыхтела дочь, все же нащупав какую-то часть Ронхора под мебелью, и теперь старательно его оттуда тянула.

– Юли, отпусти хвост брата!

Муж обнял меня за талию и добавил:

– Вот-вот, нехорошо пользоваться тем, что он в обороте. А то, когда ты обернешься, он тебе все перья повыдергивает в отместку.

– Пусть сначала достанет!

Но дочка все же послушалась и выпрямилась. Четырехлетняя малышка была безумно похожа на своего отца. Густые, идеально прямые темные волосы с рубиновым отливом, и мои яркие голубые глаза. Моя дочка, моя прелесть, моя радость.

Из-под дивана выполз Ронхор и, компактно свернувшись клубком из змеиных колец, виновато уставился на меня яркими зелеными глазами.

– А ну, давай в человека, – строго сказала я. Песочно-золотистый змееныш грустно вздохнул и спустя пару мгновений на его месте стоял кудрявый светловолосый мальчик. Я улыбнулась, раскрывая объятия, и мягко позвала: – А теперь все бежим обниматься к маме!

Первым меня достиг Рон и прижался к груди, обхватив тонкими ручками за талию, а я крепко-крепко стиснула его плечики, ощущая, как все внутри переполняется любовью.

С другой стороны прижалась Юли, и нас всех сверху обнял Айнир, своими широкими плечами заслоняя от всего мира.

– Мама, я тебя люблю, – глядя на меня сияющими глазами, проговорила Юлидари.

– И я люблю, – поцеловал меня в щеку Рон.

– А мы вас больше! – хором ответили уже почти традиционной фразой мы с Айниром и рассмеялись.

А после муж подхватил на руки довольно запищавших детей, и мы отправились в их пока еще общую спальню. И когда после трех сказок двое деток наконец уснули, осипшие взрослые смогли пойти к себе.

Я прижалась к боку мужа и, поцеловав его в голое плечо, насмешливо протянула:

– А потом мы повторим, говорил он. А потом как раньше, угрожал он!

– Укор, да? – радостно сверкая глазами, спросил Нурикеш. – Намек на то, что нужно исправиться, да?

– Именно, – мурлыкнула я, проводя руками по широкой спине любимого мужчины, страсть к которому ни капли не потускнела за эти годы.

Но со вкусом предаться разврату мы не успели, так как зазвенело-засверкало зеркало связи в углу комнаты.

– У-у-у-у, – уткнувшись в мое плечо, взвыл Айнир. – А давай, нас нет дома?

– Ты сам знаешь, что координаты этого зеркала знает очень малое количество народа, – со вздохом сожаления возразила я. – Надо ответить. Скорее всего, нас решил побаловать своим вниманием почивший король.

Накинув халаты, мы встали и включили зеркало.

И правда, по ту сторону стояли светящиеся счастьем Финист Цари и его рыженькая спутница. Все эти десять лет узаконить их отношения никак не получалось, так как, несмотря на все усилия зеленого феникса, ему никак не удавалось уломать совет согласиться на этот мезальянс. Я не знаю, как Элна должна была любить своего мужчину, чтобы столь долгие годы ждать. Ждать, понимая, что ситуации бывают разные и нет никакой гарантии, что потом, после ухода, он и правда на ней женится.

Но, как говорила гремлина, с которой мы весьма сдружились, статус – не главное. Тем более тайно обвенчались они еще на первом году совместной жизни. Сейчас лишь началась настоящая свобода.

– Здравствуй, Финист! – в своем привычном ироничном тоне поздоровался муж. – Для покойника ты отлично выглядишь!

– Здравствуй, Айнир. Я рад, что хоть твой поганый характер не меняется! Есть нечто незыблемое в этом мире! – в том же тоне ответил ему бывший король.

Мы с Элной обменялись понимающими взглядами и вздохнули, а после я спросила:

– Ну как вы? И куда теперь отправитесь?

– У нас в планах объездить пять стран. Будем ли возвращаться, пока неизвестно, все же в Соединенном Королевстве нам обоим придется носить личину, а это несколько сковывает морально. А в других местах почившего короля и его помощницу в лицо точно не знают!

– Пять стран – это долго, – улыбнулась я в ответ. – Все забудется.

– Может, и так, – повела плечами рыжая, мягко улыбаясь.

Мы еще немного поговорили об их планах на совместную жизнь, а после я уступила зеркало мужу.

Его разговор с Финистом был гораздо более деловым.

В первую очередь Нурикеш интересовался тем, насколько бывший король уверен в своем преемнике. Все же сида Сиэля, конечно, последние десять лет сознательно готовили на царство, но голубокожие остроухие народец хитрый. Как бы теперь не подмяли под себя остальных.

Финист отвечал, что он не зря столько времени на троне сидел и предусмотрел все, что можно предусмотреть. Так что не дергаемся, живем спокойно, все будет хорошо.

На этой позитивной ноте мы еще раз пожелали друзьям удачи в их путешествии и отключились.

– Как все необычно все-таки закончилось, – вдруг задумчиво промолвил муж. – Благополучно.

– Ты про что?

– Про наше приключение в целом. Мы все получили то, что хотели. Я – тебя и нашу семью. Ты… будем считать, что тоже хотела получить меня, – Айнир потянулся и, нежно поцеловав меня в губы, продолжил. – Мышисса – свой дар и ушла вместе с князем на Межу, как и хотела. Судя по всему, они там навели шороху! Даже леди Мириам, как и желала, получила место на столичном кладбище и новый саркофаг!

– Ну это же замечательно, разве не так? – я улыбнулась в ответ и, встав на цыпочки, выдохнула: – Самое главное, что мы вместе. И что я тебя люблю, пернатая ты вредина.

– И это совершенно взаимно, солнышко. Я счастлив, что у меня есть ты и наши дети.

Content

Закон о чистоте крови. Книга 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Эпилог