Лопез Бетани

Капелька ванили

Бетани Лопез

Капелька ванили

Серия: Кейтеринг трех сестер — 3

Пролог

— ОН УШЕЛ, ПРИС.

Я пряталась в кладовке, как обычно. Это было мое любимое место для уединения, потому что я не только могла закрыться там и побыть немного вдали от сестер, но и потому, что там было что перекусить.

Я услышала мамин голос, и так как она сказала «Прис», то поняла, что она, должно быть, разговаривает по кухонному телефону со своей сестрой Присциллой.

Я отодвинулась подальше в кладовую, втиснув свое маленькое восьмилетнее тельце в угол, на случай, если она решит открыть дверь и заглянуть внутрь в поисках чего-нибудь.

— То есть, совсем ушел… одежда исчезла, его кабинет пуст… он сбежал. Бросил нас, — сказала мама, ее голос повысился, как когда она собиралась заплакать. — Он с ней, я знаю.

На мгновение я задумалась, о ком она говорит, и почему ее голос звучал так, будто вот-вот заплачет, хотя она никогда не плакала, затем вернулась к чтению любимой книги «Нэнси Дрю». Сюжет приближался к интересному моменту и я должна была знать, что произойдет дальше.

У меня был фонарик, пакетик с сырными крекерами «Золотая рыбка» и шоколадное молоко, — всего вдоволь, по крайней мере, на час.

Пару глав спустя я услышала за дверью движение и, подняв глаза, увидела, как ручка медленно поворачивается.

Дверь открылась, и на пороге стояла моя сестра-близнец Милли. Ее длинные каштановые волосы были взъерошены, а лицо залито слезами.

— Что случилось, Миллс? — спросила я, когда она опустилась на колени и поползла ко мне.

— Папочка ушел, — сказала она, всхлипнув.

Я отложила книгу и притянула ее в свои объятия.

Ее тело сотрясалось от рыданий, поэтому я погладила ее по спине, надеясь, что это поможет.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что он ушел? — спросила я, мысленно возвращаясь к телефонному разговору мамы с тетей Присциллой.

Речь шла о папе? И если да, то что она имела в виду, говоря, что он с ней?

— Папа уехал, Дрю. Таша сказала, что видела, как этим утром он садился в машину, набитую коробками и чемоданами.

В ту ночь Милли с мамой сидели на крыльце дома, ожидая, что папа вернется, и на этот раз уже мама обнимала Милли, пока та плакала.

Таша, наша младшая сестра, отказалась выходить из своей комнаты. Она не поужинала, не приняла ванну и даже не вышла посмотреть телевизор.

Я не злилась, как Таша, и не грустила, как Милли.

Я оцепенела. Я никогда не была его любимой дочерью, в отличие от Милли, или той, кто получал лучшие оценки, как Таша. Всю жизнь я чувствовала, что недостаточно хороша для его внимания, так что его уход, на самом деле, мало что для меня значил.

Если бы нас бросила мама, это уже была другая история, но отец? Я просто никогда больше не хотела его видеть.

Глава 1

Дрю

Я ОГЛЯДЕЛА банкетный зал, который мы превратили в кафе для вечеринки по случаю моего двадцать девятого дня рождения, и заставила себя улыбнуться.

Да, выглядело все прекрасно. Оформлено именно так, как я хотела, нет, на самом деле, даже более потрясающе, чем я ожидала, но это не изменило того факта, что это была вечеринка в честь только моего дня рождения, а не моего и Милли.

Впервые с момента рождения мы не договаривались о тематике, не искали часами идеальный торт и не спорили о том, кто первый откроет подарки. В этом году Милли попросила, чтобы мы отметили дни рождения порознь, и каждая из нас могла бы сама выбрать себе праздник.

Она решила устроить небольшой обед только с сестрами, — Милли, Таша и я, — и своим парнем Джексоном. В то время как я пошла более похожим на Дрю путем, организовав грандиозный кутёж.

Предполагаю, такова была точка зрения Милли, она хотела чего-то более сдержанного и не желала портить мою праздничную вечеринку, и хотя я сказала, что понимаю и согласна, это все равно ранило мое сердце.

Все начинало меняться, и я ненавидела это.

Милли влюбилась в Джексона и уже дала понять, что нам нужно нанять больше помощников в «Кейтеринг трех сестер» и перестать работать до изнеможения. Их отношения продолжали развиваться, и не за горами тот час, когда она съедет из своей квартиры над нашим магазином и поселится у Джексона, оставив нас с Ташей одних в доме.

Также выяснилось, что Таша многие годы скрывала от нас любовную связь с Джерико Смайтом, владельцем ресторана «Прайм Биф», располагавшегося через улицу от «Трех сестер».

С тех пор как умерла мама, и мы открыли совместный бизнес, сестры были тем связующим звено, помогавшем мне держаться. Этот внезапный переворот в моей, наконец-то, налаженной жизни потряс меня, и предложение Милли разделить наш день рождения стало вишенкой на быстро крошащемся торте.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, покачивая бедрами так, чтобы мое черное платье с бахромой колыхалось вокруг бедер, я попыталась позволить голосу Луи Армстронга поднять мне настроение.

— Не хочешь потанцевать?

Я подняла глаза и увидела ухмыляющегося мне красавчика.

Он был другом клиента, внешне приятный, и сегодня, черт подери, мой день рождения, поэтому я улыбнулась в ответ, допила свой напиток и приняла его протянутую руку.

После еще нескольких танцев и большего количества напитков мои улыбки и смех стали искренними, особенно, когда я увидела Джексона, одетого в костюм Элвиса, который тащил мою близняшку через зал.

Хотя я боялась перемен, мне нравилось, что сестра встречается с Джексоном. Он был милым, забавным и романтичным… именно таким, кого заслуживала Милли.

И, поскольку я знала, что на ее день рождения он собирался удивить ее поездкой в Грейсленд, не могла сдержать слез при мысли о том, как она будет счастлива. Милли была одержима Элвисом, и Грейсленд значился в ее списке желаний. Она будет на седьмом небе от счастья.

Я танцевала, пока не заболели ноги, и пила, пока не стала всем признаваться в любви.

Только когда Джексон и Милли попытались затащить нас с Ташей наверх по лестнице, мои страхи вернулись в десятикратном размере.

Нашей мамы не было больше года, Милли влюбилась в Джексона, выйдет за него замуж и нарожает детей, а Таша, вероятно, снова сойдется с тем парнем, Джерико, хотя они еще не разговаривали друг с другом.

А с чем останусь я?

Я дремала под дверью своей квартиры, пока Джексон и Милли укладывали пьяную Ташу в постель, и пыталась поймать мысли, мелькающие в одурманенном сознании.

— Бери ее, а я открою дверь, — услышала я Милли, а затем меня подняли и перенесли через порог в квартиру.

Я посмотрела на Джексона и меня осенила идея, прочистив горло, я начала:

— Тот парень, который нашел твою жену…

— Мик, — подсказал Джексон.

— Да, он… как думаешь, он мог бы найти нашего отца? — спросила я, а затем быстро замолчала, когда в комнату вернулась Милли.

Будущая бывшая жена Джексона была матерью-неудачницей. Бросила Джексона и их дочь Кайлу и, по сути, исчезла. Желая найти ее и развестись, Джексон нанял частного детектива.

Я позволила Милли уложить меня в постель и залить мне в рот «Геторейд» с аспирином, а затем притворилась спящей, чтобы она ушла.

Как только дверь за ней закрылась, я встала и на дрожащих ногах подошла к столу.

Достала ручку и бумагу и записала все, что помнила об отце, когда видела его в последний раз, и обрывки информации, которые слышала от мамы и тети за прошедшие годы.

Милли, Таша и я много лет назад договорились, что никогда больше не захотим его видеть. Черт возьми, прошли годы с тех пор, как мы даже упоминали о его существовании, и я знала, что они не поддержат меня в его розысках.

Поэтому решила не упоминать об этом. Во всяком случае, пока. Я бы узнала у Джексона, как связаться с этим Миком, а затем, если бы он его нашел, сказала бы все сестрам.

Отец бросил маму много лет назад, чтобы начать отношения с женщиной, с которой он ей изменял. Возможно, у нас могли бы быть еще братья или сестры. Конечно, отец был мерзавцем, и у меня не было никакого интереса встречаться с разлучницей, ради которой он нас бросил, но, возможно, у нас имелось больше родственников, о которых мы даже не подозревали… что было бы классно.

И, может быть, только может быть, я могла бы выяснить, почему он ушел от нас, даже не оглянувшись назад.

Я встала и решительно кивнула.

Я сделаю это.

Глава 2

Мик

— ДА, МОГУ. Приеду после того, как закончу кое-какую работу. И, Хилер, поздравляю, мужик, — сказал я в телефон, затем отключился.

Джексон Хилер был клиентом, ставшим другом, он только что вернулся из поездки в Грейсленд со своей женщиной, Милли. Он позвонил, чтобы рассказать об их помолвке и что сегодня вечером они устраивают в баре импровизированное празднование, только для друзей.

Я был не из тех парней, кто любит вечеринки по случаю помолвки или свадьбы, но мог бы немного выпить и поиграть в бильярд с друзьями.

С тех пор, как я закрыл дело о поиске никчемной бывшей Джексона, я пару раз тусовался с ним и его приятелями. Они были приятными ребятами, а их женщины — забавными и классными, поэтому я обычно принимал предложение Хилера зависнуть с ними, если у меня не намечалась работа или встреча с женщиной, с которой я мог бы развлечься.

— Майкл, кто это звонил?

— Мой приятель, Джексон. Он и его дама только что обручились, так что позже я с ними встречусь, — объяснил я маме, пересекая маленькую комнату, которую она называла домом.

— Хммм, должно быть, здорово иметь сына, готового остепениться с хорошей женщиной и завести детей.

Я покачал головой, но не смог сдержать усмешку.

— Очень тонко, ма.

Мама пожала плечами, ее слишком худое плечо выступало из-под ткани поношенной ночной рубашки.

— Что на повестке дня на сегодня? — поинтересовался я, помогая ей устроиться в ее любимом кресле.

— Днем состоится турнир по пиноклю, а сегодня вечером в комнате отдыха показывают «Во власти луны» с Шер, — ответила она, взяв предложенный мной пульт и включив телевизор.

Она остановилась на шоу о судебных слушаниях, которое ей так нравились, а я отошел наполнить кувшин сладким чаем.

— Ты пойдешь? — подтолкнул я, сдержав проклятие, когда увидел, что у нее закончились пирожные «Литтл Дебби». Я забыл их купить по дороге сюда.

— Не знаю. В последний раз, когда я играла в пинокль, клянусь, Роберт жульничал. Неинтересно играть с мошенником.

Я усмехнулся, протягивая ей напиток.

— Знаешь, если переедешь ко мне, я научу тебя жульничать в карты, — заявил я, пытаясь каждый раз, когда приходил в гости, уговорить ее покинуть этот чертов дом и остаться у меня, где ей и место.

— Лучше бы тебе не жульничать в карты, Майкл О'Доннелли, я не так тебя воспитывала, — отчитала она.

Я присел на корточки рядом с ней и взял за руку.

— Давай, ма, позволь позаботиться о тебе. Ты заслуживаешь лучшего, чем это место.

Я проигнорировал тот факт, что глаза мамы затуманились, потому что она бы разозлилась, если бы я указал на это, и нежно сжал ее руку.

— Здесь прекрасно, сынок. У меня есть друзья, своя комната и столько желе, сколько душе угодно. Ты должен жить своей жизнью, иметь дом, куда можно привести хорошую женщину, а не делить его со своей матерью.

Она выдернула руку из моей руки, затем похлопала по макушке.

— Любая женщина, достойная моего внимания, поняла бы, что ты должна жить в моем доме. В конце концов, я жил у тебя почти двадцать лет, — возразил я, зная, что она снова отвергнет предложение, как делала это с тех пор, как решила продать дом, в котором прожила шестьдесят лет, и переехать в дом для престарелых.

— Микки, я люблю тебя, — сказала мама, возвращая внимание к телевизору и фактически заканчивая разговор до следующего раза.

— Я тоже тебя люблю, ма, — ответил я, вставая и собираясь застелить ей постель.

Я привел в порядок ее комнату, как делал во время каждого визита. Убедился, что у нее на тумбочке есть несколько книг в мягкой обложке, коробочка с фруктовыми карамельками и полный кувшин сладкого чая.

— Завтра я заеду в магазин и куплю тебе что-нибудь. Какие будут пожелания? — спросил я, хватая с тумбочки телефон и ключи.

— «Литтл Дебби»… о, и у меня заканчивается гель для душа.

— Понял.

Я наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Звони, если тебе что-нибудь понадобится.

— Повеселись сегодня на вечеринке.

Я расписался в журнале посещений, кивнул дежурному за стойкой регистрации, вышел на улицу и глубоко вдохнул. Я ненавидел запах этого места. Ненавидел тот факт, что мама предпочитала жить здесь, а не у меня. Но мама всегда была сильной и независимой женщиной, и я бы ни за что не отнял у нее право выбора и не заставил переехать.

Это не значит, что я не чувствовал себя хреново всякий раз, оставляя ее в этом месте.

Я уже собирался забраться в свой старый, потрепанный армейский джип, когда зазвонил мой телефон. Взглянув на экран, я увидел, что это неизвестный номер, и нажал «ответить».

— О'Доннелли, — сказал я в качестве приветствия, полагая, что это по делу.

— Привет, Мик, то есть… Майкл О'Доннелли? Меня зовут Дрю, ваш номер мне дал Джексон. Джексон Хилер, — сказала женщина с того конца линии.

Ее голос был низким, знойным, сексуальным, но я отбросил это в сторону и сохранил деловой тон.

— Это я, чем могу помочь? — спросила я, усаживаясь на водительское место.

— О, хорошо, я бы хотела нанять вас… чтобы найти своего отца. — Я услышал ее глубокий вздох. — Но, понимаете, мои сестры, Милли и Таша… Милли — та, что с Джексоном… ну, они не хотят его искать, поэтому я бы хотела оставить это между нами.

— Без проблем, все будет конфиденциально, — ответил я, роясь в памяти, чтобы вспомнить, встречал ли я когда-либо сестер Милли.

Кажется, нет.

— Отлично, спасибо, — выдохнула она с явным облегчением. — Что вам нужно от меня, чтобы начать?

— Не могли бы вы прийти ко мне в офис завтра утром? — спросил я, жалея, что у меня нет перед собой календаря. Я не был одним из тех людей, кто верил в цифровые носители. Мне нравилось иметь на столе старый добрый бумажный календарь.

Таким уж я был — приверженец старой школы.

— У меня в девять встреча с клиентом, но я могла бы выкроить время в обед. Двенадцать тридцать устроит?

— Да, узнаете адрес от Джексона или мне сказать?

— Он дал мне вашу визитку, так что адрес у меня есть.

— Отлично, тогда увидимся, Дрю.

— Спасибо, — снова сказала она.

Я кивнул, повесил трубку и направился в офис. Сидя за рулем, я задавался вопросом, будет ли Дрю выглядеть так же сексуально, как звучал ее голос, а затем отодвинул эту мысль на задний план, где ей и место.

Глава 3

Дрю

ПРОШЛО несколько месяцев с вечеринки по случаю моего дня рождения. На следующий день я проснулась с убийственным похмельем и рассмеялась, увидев заметки об отце.

Я пыталась забыть о глупой идее найти его, говоря себе, что нам всем будет лучше без него. Но когда Милли вернулась из поездки в Грейсленд помолвленной, а Таша, наконец, набралась смелости поговорить со своим бывшим, Джерико, и извинилась за то, как поступила в прошлом, я поняла, что все еще хочу найти его.

Даже просто для того, чтобы спросить, почему он ушел, как мог полностью исчезнуть из жизни трех дочерей, и, возможно, сказать, что мама умерла с его именем на устах, и как сильно я ненавидела его за это.

Я решила, что должна это сделать.

Итак, Джексон, поклявшись хранить тайну, дал мне визитку Майкла О'Доннелли, и я ему позвонила.

Голос Майкла… Мика оказался глубже, чем я ожидала. Низкий и хриплый, вызывающий в памяти образ полицейского, бойца или портового рабочего. Такой, мужчина-мужчина, крепкий и грубый, из тех парней, кто ходит только в футболках и джинсах и скорее умрут, чем уложит волосы какой-нибудь дрянью.

Этот голос заинтриговал меня, сотворил странные вещи с моими внутренностями, но я отогнала эти мысли прочь.

Мик согласился встретиться со мной. Завтра в его офисе. Отчасти я была взволнована, отчасти напугана, а части потерянной маленькой девочки претила сама мысль о том, чтобы пройти через это.

— Дрю, ты готова?

Я сделала успокаивающий вдох и одарила свою сестру, Ташу, улыбкой.

— Да, иду сразу за тобой, обещаю, — заверила я ее.

Мы направлялись в бар на вечеринку по случаю помолвки Милли и Джексона. Должны были прийти только мы и их самые близкие друзья, а на следующей неделе в ресторане Джерико «Прайм Биф» состоится более официальная вечеринка по случаю помолвки для всех остальных знакомых.

Поскольку это был первый раз с тех пор, как Таша и Джерико прояснили ситуацию, и они оба будут в одном месте, я пообещала держаться рядом с ней, как приклеенная, и не допустить, чтобы произошло нечто неловкое, неудобное или неприятное.

И все же я видела, что она нервничала.

Таша не признавалась в этом, но она все еще была влюблена в него. Но, поскольку единственные разы, когда я была рядом с ним, они избегали друг друга, я оставляла за собой право составить собственное мнение об этом парне и решить, достаточно ли он хорош для моей младшей сестры.

Когда мы вошли внутрь, я заметила за длинным столом нашу компанию. Роб, Тай и Ребекка работали учителями вместе с Джексоном. Жена Роба, Джен, тоже была там, но никаких признаков Джексона, Милли или Джерико не наблюдалось.

Таша явно расслабилась, когда мы заняли места за столом.

— Счастливая пара еще не пришла? — спросила Таша.

— Еще нет, — ответил Тай. — Они завозят Кайлу к родителям Джексона и скоро должны приехать. Ребекка заказала закуски и пару пинт пива.

Кайла была дочерью Джексона. Она немного вредничала, когда Миллс с Джексоном только начали встречаться, но теперь стала сама прелесть. Я уже усердно трудилась, зарабатывая статус любимой тетушки.

Почувствовав позади чье-то присутствие, я медленно повернулась. Волосы на руках встали дыбом, и я ощутила в затылке покалывание. Я знала, что грядет нечто важное.

Черт возьми.

К нашему столику приближался мужчина. Высокий и сложенный, как боец без правил, с темными волосами и грубым красивым лицом. А его глаза, святой Толедо, его глаза были самого поразительного светло-зеленого цвета из всех мною виденных.

— Как поживаете? — сказал он в знак приветствия глубоким и хриплым голосом, и тут меня поразило.

Это он. Мик. Частный детектив, которого я наняла, чтобы отыскать отца.

Таша внезапно пнула меня под столом. Я захлопнула рот и воскликнула:

— Ай, больно же!

Она выпучила на меня глаза, и так как голень от ее удара все еще пульсировала, я врезала ей по руке.

— Ой! — буркнула она с сердитым взглядом, затем наклонилась и прошептала: — Я пыталась тебе помочь, иначе ты пустила бы по подбородку слюни.

Мои щеки вспыхнули.

— Заткнись, я не пускала слюни.

— Пускала, черт побери, ты пялилась на него, будто он стейк средней прожарки, а ты не ела неделями, — прошипела Таша.

Я закатила глаза, мой взгляд снова зацепился за Мика, прежде чем я быстро повернулась к сестре.

— Ты видела его глаза? — спросила я, потому что, серьезно, они были такими потрясающими.

Не успела я остановить ее, Таша подняла руку и помахала ему.

Убейте меня на месте.

— Привет, я Наташа, можешь звать меня Таша, а это Дрю. Мы сестры Милли.

Я почувствовала на себе его взгляд и повернулась к нему.

— Привет, — выдавила я, но прозвучало это, как писк.

Мик двинулся к нам, и, наблюдая за ним, я замерла.

Для крупного парня он, определенно, умел двигаться.

— Майкл О'Доннелли, можете звать меня Мик, — сказал он своим глубоким голосом, протягивая руку.

Я посмотрела на его ладонь. Широкая, натруженная, мужская ладонь. Я наблюдала, как Наташа пожала ее, а затем продолжала смотреть, как она перемещается ко мне.

Таша снова пнула меня.

— Ай… прекрати, — Я сердито зыркнула на нее, думая, что если она продолжит в том же духе, то пусть справляется с Джерико самостоятельно. Затем вложила руку в ладонь Мика и сказала: — Привет.

Не знаю, как долго мы так оставались… моя рука в его хватке, мой взгляд не отрывался от его бледно-зеленых глаз. Прошло больше нескольких секунд, и я ощутила жар в теле, а руку начало покалывать.

Наконец, он отпустил меня и отвернулся, фактически разорвав нашу связь.

Я глубоко вздохнула, наблюдая, как его широкая спина направляется к бару.

— Что это было? — спросила Таша, но от ответа меня спасло появление Джерико, Милли и Джексона.

Несколько минут спустя Наташа извинилась, чтобы пойти поговорить с Джерико, как взрослая, и я отправилась узнать, как дела у Милли.

— Итак, семья Джексона была взволнована? — спросила я сестру.

С сияющим видом она ответила:

— Да, очень… на кого ты уставилась?

Я моргнула и отвернулась от Мика, невинно взглянув на свою близняшку.

— Что? Ни на кого. Просто осматриваю бар…

Милли, прищурившись, посмотрела на меня, затем на бар, где Мик пил что-то похожее на виски, затем снова на меня. Ее лицо приобрело лукавое выражение.

— Мик? Ты пялишься на Мика, будто он сумка Кейт Спейд на распродаже?

— Ничего подобного, — запротестовала я. — Я только что познакомилась с этим парнем, с чего бы мне пялиться на него?

— Э-э, потому что он горячий? В смысле, ты видела эти глаза? — Она снова перевела взгляд с него на меня и захлопала в ладоши.

— Прекрати, — прошипела я, ударяя ее по рукам.

— Мне это нравится. Вы двое были бы идеальной парой, в каком-то странном смысле.

На этот раз я прищурилась, глядя на нее.

— Решено, я вас сведу, — заявила Милли, и прежде чем я успела ответить ей «нет», она ушла.

Дерьмо.

Глава 4

Мик

Я ВЕЛ ДОВОЛЬНО ПРОСТОЙ РАСПОРЯДОК ДНЯ.

Вставал в четыре тридцать утра, к пяти был в спортзале. Тренировался до седьмого пота, потом принимал душ. Завтракал или выпивал протеиновый коктейль, после отправлялся в офис заниматься бумажной работой. Проверял электронную почту и телефон на наличие сообщений/новых клиентов, выполнял любую работу, которую успевал, и заезжал за всем необходимым для мамы.

После остановки в доме престарелых я обычно работал над делами, и если они не уводили меня из города, либо встречался с парнями в баре, чтобы поужинать и выпить, либо играл в покер, либо встречался с одной из непостоянных подруг, либо просто отдыхал дома.

Я был довольно простым и предсказуемым парнем.

Мой распорядок не сильно менялся, даже если я уезжал из города по делам.

Итак, закончив тренировку и приняв душ, я ехал в офис, по пути допивая протеиновый коктейль.

Я покачал головой, вспомнив вчерашнюю вечеринку по случаю помолвки Джексона и Милли. Все прошло сдержанно, с обилием еды, напитков и шуток, иногда мы прерывались на игру в бильярд.

Проблема заключалась не в этом, сдержанность определенно была моей чертой, проблема возникла, когда симпатичная невеста Джексона, Милли, оттащила меня в сторону, перед тем как я собирался уходить.

— Мик… — Я остановился у двери и повернулся, она направлялась ко мне с робкой улыбкой.

Я порылся в памяти, уверенный, что уже поздравил ее, но забеспокоился, что каким-то образом мог и забыть, поэтому стал ждать, когда она до меня доберется.

— Эй, Милли… э-э, еще раз поздравляю с помолвкой. Хилер — хороший парень, — сказал я на всякий случай.

Она странно посмотрела на меня, и я понял, что уже поздравлял ее, но Милли просто мило улыбнулась и сказала:

— Спасибо, Мик. Он именно такой.

— Тебе что-то нужно? — Я не пытался быть грубым, но было уже поздно, а половина пятого наступала довольно рано.

— Ничего такого, я просто подумала… мы бы хотели пригласить тебя как-нибудь на ужин, может, позовем мою сестру Дрю…

Тонких намеков она не делала.

Я взглянул туда, где Дрю смеялась с Таем и Робом.

Нельзя отрицать, что ее сестра была горячей. Горячее, чем я сначала подумал, когда услышал ее голос по телефону. Темные волосы и томные глаза, загорелая кожа, фантастическое тело и еще лучший смех. Дрю определенно попала бы в категорию тех, кого бы я захотел узнать получше.

Но, во-первых, я не ходил на свидания вслепую. А, во-вторых, не заводил интрижек с клиентами.

К сожалению, Дрю попросила меня ничего не говорить Милли или Наташе о поисках их отца, поэтому я не мог рассказать Милли о своем правиле «не связываться с клиентами». Она была милой, и мне было неловко говорить ей, что я больше люблю трахаться с женщинами, чем встречаться с ними.

— Да, э-м, Милли, ужин — это отлично… я никогда бы не отказался от домашней еды, но не думаю, что я тот парень, которого ты хочешь свести со своей сестрой. Дружеский ужин, конечно, но это все, что я могу предложить. — Я надеялся, что не выгляжу слишком большим засранцем.

Улыбка Милли немного померкла, но она быстро кивнула и сказала:

— Отлично. Дам тебе знать, когда соберемся.

И когда она, улыбнувшись, удалялась от меня пружинистой походкой, я понял, что так легко она не сдастся.

Милли планировала свести меня с сестрой, независимо от того, согласен я на это или нет.

Звук автомобильного клаксона позади выдернул меня из раздумий и вернул в настоящее. Я махнул водителю в знак извинения и продолжил путь в офис. Припарковав джип на своем месте, я отпер дверь и включил свет во всем помещении, ради которого упорно трудился, чтобы назвать его своим.

Я гордился своими достижениями, и мне нравилось, что мой офис больше походил на холостяцкую берлогу, чем на рабочий кабинет. Конечно, в задней части была комната со столом и картотекой, которая выглядела вполне по-офисному, но в общей зоне стояли мягкие кресла, телевизор с большим экраном и полки вдоль стен.

Подойдя к полкам, я выбрал пластинку и аккуратно поставил ее в проигрыватель.

Как только комнату наполнил голос Боба Сегера, я взял из холодильника в углу бутылку с водой и направился к столу.

Час спустя я услышал, как входная дверь открылась, и, подняв глаза, увидел Дрю.

На ней была юбка-карандаш и белая блузка, каблуки стучали по полу, пока она шла, оглядываясь по сторонам.

— Я здесь, — позвал я из задней части офиса, игнорируя то, как при виде нее подскочил пульс.

Дрю приблизилась, и я указал ей на кресло напротив стола, приглашая присесть.

Она устроилась на кресле с приветливой улыбкой и скрестила ноги.

— «Переверни страницу», — тихо сказала Дрю, и мне потребовалась минута, чтобы понять, что она говорит о песне, которая играла.

Черт, с ее внешностью она еще и знала классический рок? Впервые в жизни мое правило «никаких клиентов» впилось мне занозой в задницу.

— Да, — согласился я, слишком увлеченный ею, чтобы сказать больше.

— Да еще на виниле?

Я подавил стон и кивнул.

— У отца была обширная коллекция пластинок, и каждое субботнее утро он будил нас, проигрывая их на полной громкости. В детстве я это ненавидела, потому что хотела спать, но с возрастом научилась ценить музыку, которую он слушал, и звучание пластинки, а не цифровую запись.

Эта женщина — чертово совершенство.

Дрю удивленно посмотрела на меня, и я понял, что хмуро пялюсь на нее, поэтому сделал серьезное лицо и сказал:

— Круто. По крайней мере, у твоего отца, кажется, имелся хороший вкус в плане музыке, даже если во всем остальном он был придурком. Расскажи о нем все, что сможешь.

Я взял ручку и начал делать пометки в блокноте, пока она рассказывала мне, что помнит об отце и обстоятельствах его ухода.

— В последний раз, когда я его видела, нам с Милли было по восемь. Он изменил маме, и когда другая женщина поставила ему ультиматум, выбрал ее, а нас бросил. Без какого-либо предупреждения или намека на то, что что-то не так, в одну минуту он был с нами, а в следующую — исчез. Маме и Милли пришлось очень туго, мы же с Ташей делали все возможное, чтобы быть сильными ради них и вести себя так, будто ничего не произошло.

— Ты знаешь ее имя? — спросил я, заметив, как Дрю сцепила руки на коленях, пока говорила. Она может уверять, что его уход ничего для нее не значил, но она была явно расстроена этим больше, чем показывала.

— Да, э-э, Сьюзен… Сьюзен Райли. Он познакомился с ней во время деловой поездки в Чикаго. Так я всегда предполагала.

— И ваша мама больше никогда о нем ничего не слышала?

Дрю покачала головой. Ее глаза увлажнились, словно она усилием воли сдерживала слезы.

— Что еще? В чем заключалась его работа? Его последний известный работодатель? Такие данные, как рост, вес, цвет глаз и волос?

Дрю бесстрастно отвечала на мои вопросы. Я мог видеть, как она скрывала эмоции, непреднамеренно вызванные разговорами обе отце.

Когда я ее проводил, у меня сложилось впечатление, что она была не только сексуальной, умной, целеустремленной деловой женщиной, но и сильной, немного печальной, и у нее были фантастические ноги.

Глава 5

Дрю

ВСТРЕЧА С МИКОМ истощила меня эмоционально сильнее, чем я думала.

Я вошла с намерением показать крутому, сексуальному ирландцу с необычными глазами, насколько я уверена, красноречива и интригующа. После нашей первой встречи в баре накануне вечером я боялась, что произвела не очень хорошее впечатление, и хотела это сгладить.

Поговорив с Джексоном, я поняла, что Мик был холост, и хотя знала его плохо, у остальных нашлось что о нем сказать. Он был забавным, преданным и заботливым, что имело смысл, учитывая его работу.

Мне было интересно узнать его поближе.

Итак, я вошла в его офис, готовая прощупать почву, чтобы посмотреть, вдруг ему тоже будет интересно узнать меня лучше, но оказавшись у него, совершенно потеряла голову из-за вопросов об отце.

О чем я только думала? Я нанимала его, чтобы найти отца, конечно, ему хотелось узнать больше о нем, о нашем прошлом. Я просто не ожидала, что при ответах на эти вопросы, мои чувства будут так сильны.

Я ушла, не сделав ни шага в его сторону. Вообще-то, я показала себя противоположностью сексуальной соблазнительницы, продемонстрировав эмоциональную ущербность и угрюмость.

Решительно асексуально.

Войдя в «Три сестры», я избавилась от этой мысли. Ни Мик, ни я ничего не предприняли, так что, мне представится еще один шанс показать ему себя настоящую.

До тех пор я должна полностью сосредоточиться на работе, из-за встречи с Миком я дико отставала от графика.

— Привет, как прошел обед? — спросила Наташа, когда я вошла в кабинет.

Я почувствовала укол вины.

Я солгала о том, что иду обедать, так как не хотела, чтобы сестры знали о встрече с Миком. Теперь бургер на бегу, который я съела на обратном пути, осел в желудке свинцовой тяжестью.

— Нормально, — пробормотала я, садясь за свой захламленный стол и включая компьютер. — Наверное, следовало перекусить что-нибудь здесь.

Таша усмехнулась и сказала:

— Милли убила бы тебя. Она сейчас немного нервничает на кухне.

— В самом деле? Все в порядке? — спросила я, кладя руки на стол, чтобы подняться и направиться на кухню, если понадобится.

— Да, сейчас в порядке. Были небольшие проблемы с поздней доставкой, и Миллс паниковала по поводу сегодняшнего мероприятия, но Клэр пришла пораньше, и теперь они вернулись в нужное русло.

— Хорошо, замечательно. — Я откинулась на спинку кресла.

В тот вечер мы организовывали мероприятие в местном страховом агентстве, чтобы отпраздновать назначение нового президента. Для нашей компании это было большое событие, потому что оно позволило нам расшириться так, как никогда раньше.

Обслуживание корпоративных мероприятий сулило нам прекрасные перспективы, и мы все немного беспокоились по этому поводу. Нам хотелось, чтобы все прошло без сучка и задоринки, поэтому я могла только представить уровень стресса Милли, когда доставка опоздала.

Я прочитала все электронные письма, убедилась, что фургон загружен и готов к отправке на мероприятие, и собиралась проверить Милли, когда в офис заглянула Таниша, наш новый менеджер и моя новая соседка.

— Привет, Дрю, я надеялась поехать с тобой, получить возможность понаблюдать за обслуживанием от начала до конца, не возражаешь?

— Конечно, — ответила я, складывая последние вещи в кожаную сумку-мессенджер. — Только зайду убедиться, что с Милли все в порядке, скажу, что мы увидимся с ней там. Встретимся на улице?

— Идеально, — сказала Таниша с улыбкой.

Она работала с нами всего несколько дней, и мне было труднее всего, когда дело доходило до найма менеджеров и помощников менеджеров, но я уже видела, что Таниша станет ценным приобретением для нашей компании.

— Я тебе нужна сегодня вечером? — спросила сестра, когда я направилась к двери. — Хочу выехать пораньше на прием к Жерменам.

Я подумала с минуту, потом покачала головой.

— Нет, полагаю, у нас с Танишей все будет хорошо. Не забудь, что, по словам невесты, мать невесты и мать жениха — смертельные враги, — напомнила я. — Так что, держи их подальше друг от друга, чтобы им не пришлось контактировать.

Таша усмехнулась.

— Да, я помню.

— Отлично, тогда увидимся позже.

— Хорошо. Эй, постучи ко мне, когда придешь домой. Если я еще не буду спать, может, выпьем по бокалу вина или еще чего-нибудь.

— Заметано, — заверила я ее, затем пошла на кухню.

Милли раскладывала все по контейнерам и следила за тем, чтобы горячая еда оставалась горячей, а холодная — холодной. Вокруг нее усердно трудилась ее команда, и на ее лице даже появилась улыбка, когда она заметила мое появление.

— Привет, Дрю, у нас почти все готово.

— Отлично, я зашла, чтобы сообщить тебе, что мы с Танишей направляемся на банкет.

— Рада, что ты заглянула, потому что хотела тебя кое о чем спросить, — сказала Милли, слегка отводя взгляд.

— О чем?

— Я хочу устроить ужин у нас дома на следующей неделе. Ты придешь?

— Конечно, а что? Какие-то проблемы? — спросила я, задаваясь вопросом, не случилось ли чего с их официальной вечеринкой по случаю помолвки в те выходные. Может, с «Прайм Биф» все сорвалось…

— Нет, ничего не случилось, я просто подумала, было бы неплохо пригласить тебя на ужин.

— Только меня? — удивилась я, думая, что необычно не включить в число приглашенных Ташу.

— Э-э, нет, мы еще приглашаем Мика, — ответила Милли, сделав большие невинные глаза.

— Милли, — начала я, пытаясь пристально смотреть на нее, хотя мои губы подергивались. — Кажется, мы уже говорили об этом? Мы с Миком взрослые люди, нам не нужно, чтобы ты нас сводили.

— Нет, конечно, Мик уже сказал, что не хочет, чтобы его сводили, это бы вышло чисто случайно…

У меня перехватило дыхание.

— Он так сказал? — спросила я, гадая, от того ли это, что он не хотел, чтобы его сводили, или он просто взял перерыв со всеми женщинами.

— Да, но в этом нет ничего особенного, он просто сказал, что сейчас не хочет встречаться. И все же, я думаю, это было бы весело… только мы четверо.

— Не знаю. — Если он не интересовался мной, я не собиралась бросаться ему на шею. У меня была гордость, каким бы горячим я его ни считала.

— Ну же… пожалуйста?

— Ты так не устанешь от посиделок? Все эти вечеринки по случаю помолвки? — попыталась я сменить тему.

— Устану от вечеринок? С кем ты разговариваешь? Кроме того, мы можем планировать помолвки и званые обеды во сне, ты же знаешь. Плюс, со всем стрессом последних нескольких месяцев, мне действительно не помешало бы расслабиться в приятной компании, и я скучаю по нашему времени вместе.

— Ох, конечно, собираешься разыграть со мной карту близнецов? Не моя вина, что все свое свободное время ты проводила с Джексоном, а теперь хочешь жить во грехе.

Милли захлопала ресницами и слегка надула губки, что заставляло меня подчиняться ее воле последние три десятилетия.

— Хорошо, — сдалась я, вскидывая руки, — но только если приготовишь ребрышки и будет много красного вина.

— Заметано. Спасибо, Дрю.

Я игриво толкнула ее в плечо и сказала:

— А теперь перестань меня отвлекать и дай заняться делом.

Глава 6

Мик

НЕДЕЛЯ БЫЛА дикой.

Я закрыл пару дел, быстро отметился на «официальной» вечеринке по случаю помолвки Джексона и Милли и провел прошлую ночь с ребятами у О'Рейли, где узнал, что вместо того, чтобы отправиться в крутую поездку на мальчишник в Вегас, о которой мне рассказывали, они решили удивить Хилера литературным автобусным туром.

Да, я сказал им, чтобы они вычеркнули меня из этого списка.

Мы узнали, что Джерико и Наташа, наконец-то, перестали танцевать друг вокруг друга и снова начали встречаться, Милли и Джексон жили вместе, и мы разозлили Тая, намекая, что он должен сделать предложение Ребекке.

Другими словами, больше походило на девичник, чем на мальчишник, но как бы то ни было, я начинал привыкать к такому с этой компашкой.

Они сильно отличались от парней, с которыми я тусовался в спортзале, но с Хилером и его друзьями-учителями всегда было о чем посмеяться, а Джерико многое преодолел, чтобы оказаться там, где был на данный момент.

Я подумал, что мне полезно быть рядом с парнями, которые не только пьют виски и весь вечер несут всякую чушь. С этими парнями я мог быть самим собой, без ограничений и осуждения. Они не смотрели на меня свысока, потому что я скорее наемся стекла, чем отправлюсь в литературный тур, и не пытались тыкать меня в это или переубедить.

Они позволили мне быть собой, и я был счастлив ответить им взаимностью.

Теперь я с головой погрузился в дело Дрю. Первая остановка — офис ее отца.

— Да, я ищу мистера Темпла. Мистера Джонсона Темпла, — сказал я симпатичной молодой секретарше.

Она подняла глаза, затем присмотрелась и окинула меня оценивающим взглядом. Когда ее глаза, наконец, остановились на моем лице, она источала интерес, я слегка улыбнулся и наклонился к ней.

— О, э-э, мистер… — начала секретарша, проводя руками по длинным светлым волосам.

— О'Доннелли, но вы можете звать меня Миком.

Я не гнушался использовать обаяние работая над делом. Делало ли это меня мудаком? Возможно, но обычно моя уловка давала свои результаты.

— Мик, — повторила она с легким смешком.

— Итак… мистер Темпл? — снова спросил я, понизив голос, делая его более глубоким.

Симпатичная блондинка прочистила горло и сделала вид, что оглядывается, чтобы убедиться, что никто не слушает… никто не слушал… затем наклонилась над столом, удостоверившись, что я заметил ее декольте.

— Он уехал из города… по делам, — прошептала она, делая акцент на «делах», давая мне понять, что на самом деле это не так.

— Вы знаете, куда? — Я приблизился на дюйм. Достаточно близко, чтобы нежно коснуться ее руки.

Она посмотрела на мою руку, затем захлопала ресницами, глядя на меня большими голубыми глазами.

— В Вегас.

На столе зазвонил телефон. Я слушал вполуха, оглядываясь по сторонам, и услышал ее имя. Дэни.

— Со Сьюзен? — уточнил я.

Блондинка покачала головой, затем повернулась и кивнула в сторону закрытой двери слева от нее.

Я прочитал табличку с именем.

«Сьюзен Темпл, директор по маркетингу».

Через стекло я мог видеть миссис Темпл, стоящую за столом с телефоном, прижатым к уху, пока она слепо смотрела на стену перед собой.

Я повернулся к секретарше и приподнял бровь.

«Серьезно?» — спрашивала моя бровь, и она хихикнула.

— Надолго он уехал по делам, Дэни?

Дэни вспыхнула от удовольствия, услышав свое имя.

— По крайней мере, до выходных. Ему нравится получать то, что стоит денег.

— Вы случайно не знаете, где он остановился?

Она прикусила губу и попыталась выглядеть раскаявшейся, прежде чем сказать:

— Есть только одно место в Вегасе, где останавливается мистер Темпл.

Я ждал.

— «Белладжио».

— Спасибо, куколка. — Я выпрямился и еще раз оглядел шумный офис.

Удивительно, как человек, который, казалось бы, вел успешный бизнес, мог исчезнуть почти на неделю для перепихона и все еще оставаться на плаву.

— Эй, — позвала Дэни, когда я хотел повернуться и уйти.

Я остановился.

— Надеюсь, вы пригвоздите его задницу к стене, — сказала она, выпятив подбородок в знак демонстрации силы. — Мне нравится мисс Сьюзен. Она заслуживает лучшего.

Я кивнул, уверенный, что она предположила, что Сьюзен наняла меня, чтобы выяснить, изменяет ли ей муж, затем бросил еще один взгляд на офис Сьюзен, прежде чем надеть солнцезащитные очки и выйти на улицу.

Похоже, я все-таки еду в Вегас.

Глава 7

Дрю

ПОЕЗДКА НА МАЛЬЧИШНИК/ДЕВИЧНИК прошла потрясающе, но кто знал, что путешествие на Звере, как мы любовно именовали роскошный фургон, арендованный Джерико, может быть чертовски утомительным.

Во-первых, нам пришлось иметь дело с влюбленными Милли и Джексоном, что естественно, раз они собирались пожениться, но теперь, когда Наташа и Джерико официально стали встречаться, они не отлипали друг от друга.

В добавок к этим парочкам, между Робом и Таем чувствовался определенный броманс, что делало меня лишней женщиной.

Конечно, все прикалывались надо мной по поводу моих навыков вождения и вечно вовлекали во все мероприятия, но я все равно часто чувствовала себя очень одинокой.

Единственный раз, когда я не возражала против своего статуса одиночки, когда мне показали мою комнату в гостинице Бунсборо. Меня поселили в номере Титании и Оберона, и это было самым великолепным местом, в котором я когда-либо останавливалась. Особенно мне понравилась великолепная медная ванна.

К сожалению, в разгар наслаждения удобствами ванной комнаты мне позвонил Мик. И, нет, он звонил не для того, чтобы рассказать о своем влечении ко мне или пригласить на свидание, как я наивно надеялась, увидев его имя на экране. Вместо этого он звонил сказать, что у него появилась информация об отце, и он направляется в Лас-Вегас, чтобы разузнать больше.

Я должна была бы прийти в восторг от такой новости. Он быстро работал, быстрее, чем я себе представляла, когда нанимала его, но вместо того, чтобы испытывать волнение от того, что получила желаемое, я начала психовать.

Что еще хуже, я не могла обсудить это с сестрами, потому что не только не была готова справиться с негативной реакцией, но и не хотела портить важные выходные Милли. Итак, я попыталась вести себя так, будто все классно, когда все, чего я хотела, это вернуться домой, к работе и отвлечься от того, что Мик делал в Лас-Вегасе.

В настоящее время я проверяла новое место для проведения предстоящей кинсеаньеры (прим.: в странах Латинской Америки кинсеаньера — празднование пятнадцатилетия, совершеннолетия девочек, символизирующий переход от подросткового возраста к взрослой жизни), чтобы посмотреть, подойдет ли оно.

Мы были дома уже несколько дней, а я все еще чувствовала себя так, словно сидела на скамейке запасных. К тому же, приближался день свадьбы Милли. Другими словами, уже несколько дней мой телефон не затыкался, и я работала на предельных скоростях.

Когда мой телефон зазвонил снова, я подавила вздох, затем почувствовала легкое волнение при виде имени Мика на экране.

— Привет, Мик, как дела?

— Ну, у меня есть несколько фотографий твоего отца в Вегасе и кое-какая информация о том, чем он занимался, но я бы очень хотел рассказать тебе обо всем лично.

— Хорошо…

— Дело в том, что у моего клиента возникла срочная проблема, и в настоящее время я на пути в Филадельфию. Не знаю, как долго я там пробуду…

Мои плечи опустились от облегчения при его словах.

— О, без проблем, я не тороплюсь, — быстро заверила я, а затем понадеялась, что не прозвучала как полнейшая трусиха.

— Уверена? — спросил он глубоким и хриплым голосом. — Я мог бы отправить тебе то, что у меня есть, если ты очень этого хочешь, но, как я уже сказал, мне бы хотелось обсудить это с тобой.

— Да, уверена… полностью. Я могу подождать твоего возвращения, — ответила я, думая о том, как сильно хотела бы увидеть его снова.

— Отлично, я свяжусь с тобой, когда вернусь в город.

— Звучит неплохо. И, Мик, береги себя.

Не уверена, зачем я так сказала, или как он отреагирует на то, что я волнуюсь за него, но все, что он сказал:

— Будет сделано, куколка, — и отключился.

Я все еще улыбалась, когда телефон снова зазвонил у меня в руке. Это была Таниша.

— Все в порядке? — спросила я.

В наше отсутствие она со всем прекрасно справлялась, но я все еще беспокоилась, что произойдет что-то, с чем она не сможет справиться.

— Да, мне нужно, чтобы ты встретилась с нами в квартире Наташи… можешь поспешить? Это семейное собрание.

— Э-э, конечно. — Я удивилась, почему Таниша созывает семейное собрание.

Я уехала с потенциального места празднования с колотящимся сердцем и вспотевшими ладонями.

Милли и Таша узнали о том, что я наняла Мика? Сердятся на меня за то, что я нашла отца? Хотят мне помешать или просто наорать на меня?

К тому времени, как я добралась до «Трех сестер» и взбежала по лестнице к нашим квартирам, меня практически тошнило от беспокойства. Я без стука открыла дверь в квартиру Таши и ворвалась внутрь, ожидая увидеть их сидящими в кругу и ждущими меня.

Но все было не так.

Милли и Таниша стояли за дверью ванной Таши. При моем появлении они повернулись ко мне, и выражение лица Милли заставило мое сердце перестать биться.

— Что такое? Что случилось? — спросила я, бросаясь к ней, мой разум автоматически переключился на наихудшие сценарии.

— Она делает тест на беременность, — прошептала Милли, ее глаза расширились от шока.

— Вообще-то, пятый, — добавила Таниша.

— Она делает пятый тест на беременность, — исправилась Милли.

— Что? — громким шепотом спросила я в ответ.

Внезапно раздался стук в дверь, и она распахнулась, являя обезумевшего от беспокойства Джерико.

— Где она? — потребовал он, и дверь ванной распахнулась.

Прежде чем мы успели что-либо сказать сестре, она вылетела из ванной и бросилась в объятия Джерико, плача и говоря одновременно.

Джерико был ошеломлен, но оставался сильным и стойким, и я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, при виде выражения его лица, когда он спросил:

— Ты беременна?

— Согласно этому и четырем другим тестам, да, но мне нужно записаться на прием к врачу, чтобы быть уверенной на сто процентов.

Джерико взял дело в свои руки, и мы стояли там, наблюдая, как он говорил Таше то, что должно произойти дальше. Они запишутся на прием, она переедет из квартиры в его дом, и они поженятся.

Если бы я не была так потрясена, я бы рассмеялась над выражением лица Наташи, но в основном я испытывала невероятное счастье, что у нее появилась семья, о которой она всегда мечтала, с мужчиной, которого она всегда любила.

Она подкалывала Джерико, что он не сделал ей предложения руки и сердца, когда мы с Милли больше не могли сдерживаться. Мы начали хлопать, кричать и смеяться, не переставая подпрыгивать от возбуждения.

— Мы станем тетями! — крикнула я, подскакивая к ней и обнимая ее и Милли.

Зная, что пришло время забыть прошлое, и, наконец, смириться с тем, что Джерико будет частью моей семьи, и в ближайшее время это не изменится, я отпустила сестер и быстро обняла его, поздравляя со столь неожиданной новостью.

Я все еще чувствовала на себе его ошеломленный взгляд, когда повела Наташу вниз, чтобы перекусить и записаться на прием к акушеру-гинекологу.

— Не могу поверить, что ты переезжаешь к нему, — сказала Милли, когда мы спускались по лестнице.

— Ну, то, как он объяснил отсутствие предложения, имело смысл. В колледже мы практически жили вместе, и потратили впустую уже столько времени, что я больше не хочу тратить его впустую. Плюс, я считаю милым его нежелание упустить хотя бы день моей беременности.

— Конечно, это мило, но, значит, я останусь здесь одна, — воскликнула я, стараясь, чтобы это прозвучало, будто я ною не всерьез, хотя очень расстроилась, осознав, что обе сестры оставляют меня здесь одну.

— Ты не одна, а с Танишей, — возразила Милли.

— Да, и если захочешь, мы всегда можем сдать и мою квартиру, таким образом, у тебя появятся два новых соседа.

— Да, наверное, но, чур, я выбираю, кто сюда заедет, — заявила я.

— Договорились, — сказали сестры в унисон.

Глава 8

Мик

В ФИЛАДЕЛЬФИИ ДЕРЬМО попало в вентилятор.

Клиент, который привел меня в Филадельфию, на самом деле был Джерико. Он нанял меня, чтобы я нашел его мать, недавно вышедшую из тюрьмы, потому что беспокоился о том, что она доставит неприятности им с Ташей.

Я получил наводку на место, где мать Джерико жила после освобождения, но парень, Грегори, сказал, что пару недель назад вышвырнул ее вон. Не мог больше мириться с ее дерьмом.

Затем я пошел к офицеру по условно-досрочному освобождению миссис Смайт, чтобы узнать, когда состоится их следующая встреча. Как только я рассказал о ее звонке Джерико, он сказал, что назначит встречу с ней на завтра на десять утра, просто чтобы убедиться, что она там, где должна быть.

Итак, я вернулся в мотель, думая, что наконец-то смогу немного расслабиться, а как поговорю с матерью Джерико, с этим дерьмом будет покончено.

К сожалению, все пошло совершенно не так.

Когда зазвонил телефон и разбудил меня на самом интересном месте, мне снился довольно жаркий сон с участием Дрю и балончика взбитых сливок, конечно, неуместный, но я не мог контролировать свои сны.

— Смайт, — рявкнул я в трубку, увидев, что звонок от Джерико.

Парню нужно научиться терпению.

— Извини, что разбудил, но Наташа пропала. Ты нашел мою мать?

Прежде чем я успел ответить, линия замолчала.

— Смайт! — крикнул я в трубку. — Джерико?

Я уже собирался отключиться и перезвонить ему, когда услышал:

— Мик, похоже, мама была здесь… предполагаю, Наташа у нее.

Я рассказал ему о разговоре с офицером по УДО и о том, что его матери придется присутствовать на этой встрече, иначе она столкнется с последствиями.

— Я сейчас же выезжаю к тебе, — сказал он, и я услышал, как он лихорадочно начал двигаться.

— Нет, — сказал я громко, но твердо. Последнее, что мне нужно, — это приезд мужчины на грани, чтобы все испортить. — Ты меня нанял, позволь мне выполнить мою работу.

— Черт! — крикнул Джерико, и я знал, что он послушается.

Минуту спустя в трубке послышался голос Гектора, лучшего друга Джерико и его шеф-повара.

Я объяснил, почему мне нужно, чтобы все оставались на месте и позволили мне делать свою работу, и получил слово Гектора, что он будет держать Джерико в узде.

Когда телефон вновь вернулся к Джерико, я его заверил:

— Я привезу ее домой, Джерико, хорошо? — Затем, по какой-то причине… может, потому что она мне снилась, или я знал, как она беспокоится о сестре, и хотел убедиться, что с ней все в порядке, я добавил: — Передай это Дрю.

Если Джерико и подумал, что это странная просьба, он этого не сказал, просто согласился передать ей мои слова, и когда я заверил его, что позвоню, как только получу новости, мы отключились.

После этого звонка я не мог снова лечь спать, поэтому провел ночь, раздумывая над версиями, которые меня ни к чему не привели. Я сидел в местной закусочной, заливал кофе в глотку и ждал яичницу, когда ответил на звонок от неизвестного абонента.

— Это Грегори, — произнес голос, и я отодвинулся от стола. — Девушка, Наташа, у меня.

— А Смайт? — спросил я, подходя к кассе и вытаскивая бумажник.

— Сэр, ваш заказ только что принесли, — сообщила подбежавшая официантка, чтобы перехватить меня у кассы.

«Мне пора», — одними губами произнес я, вытаскивая наличные.

— Нет, она пошла к офицеру по УДО. Она не пробудет там долго, так что вам лучше поторопиться.

Я бросил наличные на прилавок и вышел, горя желанием добраться до Грегори до того, как вернется жалкое подобие матери Джерико. Возможно, это мой единственный шанс заполучить Наташу без проблем, и я знал, что должен им воспользоваться.

По дороге я позвонил офицеру по УДО и рассказал ему, что произошло. Она покинула город, вломилась в дом своего сына, похитила Наташу и перевезла ее через границу штата. Излишне говорить, что миссис Смайт только что купила себе билет в один конец обратно в тюрьму.

Тем не менее, я не радовался раньше времени, пока Наташа не окажется со мной в безопасности.

Я взбежал по ступенькам дерьмового дома Грегори и постучал в его дверь. Когда он ее открыл, я вошел внутрь и осмотрелся, пока мой взгляд не остановился на Наташе. Она выглядела до смерти напуганной в халате, ночной рубашке, неподходящих по размеру пижамных штанах и толстых носках.

Увидев меня, она с облегчением вздохнула и побежала ко мне, будто ее задница полыхала в огне.

Я подхватил ее на руки и обнял, пока она изо всех сил старалась держать себя в руках.

— А вот и девушка, — мягко сказал я, затем посмотрел поверх ее головы и поблагодарил: — Спасибо, Грегори.

Я повел ее вниз по лестнице, на улицу и усадил в свой грузовик.

Я отправил сообщение Джерико о том, что его девушка в безопасности и что мы скоро позвоним. Мы подождали подтверждение от офицера по УДО, что миссис Смайтон задержана, а затем уехали, не оглядываясь назад, стремясь убраться к черту из Филадельфии и вернуться домой.

Как только мы, наконец, отправились в путь, я протянул Наташе свой телефон и предложил ей позвонить Джерико. Я знал, что он, скорее всего, ждет у телефона.

Я старался не обращать внимания на то, что она говорила, желая дать им возможность побыть наедине, но когда Таша начала безудержно плакать, я взял телефон у нее из рук и заверил Джерико, что, хотя она потрясена, Наташа цела и невредима, и мы вернемся как можно скорее.

Она устроилась на сиденье рядом со мной и задремала, проспав большую часть пути.

Когда мы подъехали к дому Джерико, нас все ждали, и едва Наташа вышла из машины, как Джерико оказался возле нее, обнял, поцеловал и пообещал убить свою мать.

Я отступил назад, позволяя им войти внутрь, прежде чем последовать за ними.

Не успел я переступить порог дома и закрыть за собой дверь, как ко мне подошла Дрю.

— Спасибо, — тихо сказала она, а затем, прежде чем я понял, о чем она, Дрю притянула меня к себе и крепко обняла, совсем как ее сестра.

Я знал, что с моей стороны было неуместно нежно прижимать ее к себе, в конце концов, это противоречило всем моим правилам, но я не мог удержаться, чтобы не ответить на ее объятия, и прикоснулся губами к ее макушке.

Я вдохнул ее свежий, сладкий аромат, на мгновение закрыв глаза, чтобы запечатлеть его в памяти, затем отстранился и отпустил ее.

— Я только выполнял свою работу, — сказал я, но она покачала головой и слегка улыбнулась.

— Это значит больше, чем работа… для нас… для меня. Спасибо, что отправился за ней и доставил ее домой целой и невредимой.

Я не ответил, лишь смотрел, как она уходит, затем направился на кухню, принял предложенное Джексоном пиво и последовал за ним на заднюю веранду, где горел костер.

Несколько секунд спустя вышел Джерико и бросил одежду, в которой была Наташа, в огонь, и я протянул ему пиво.

— Наше здоровье, — сказали мы трое, а затем молча наблюдали, как хлопок превратился в пепел.

Глава 9

Дрю

В ОПРЕДЕЛЕННЫЙ МОМЕНТ травмирующие события часто могут заставить жизнь казаться гораздо более важной.

Когда вы осознаете, как все может измениться в одно мгновение, что в одну секунду вы целы и невредимы лежите в своей постели, а в следующую вас похищает и увозит через всю страну сумасшедшая бывшая наркоманка, вы можете решить, что не хотите ждать даже секунды для чего-то хорошего в своей жизни.

Так было в случае с Наташей и Джерико.

Как только Таша сходила к врачу и убедилась, что и они с ребенком здоровы, она решила не ждать больше ни минуты и стать женой Джерико.

Хотя Милли и Джексон любезно предложили разделить свой особенный день с Наташей и Джерико, они не захотели устраивать пышную свадьбу, а пойти и записаться на прием к мировому судье и пожениться как можно скорее.

Вот почему в середине недели, в среду днем, Гектор и Джексон стояли с Джерико, а Милли, я и Кайла рядом с Наташей, когда те поклялись любить друг друга до конца своих дней.

— Теперь я объявляю вас мужем и женой.

Наташа буквально сияла в платье цвета слоновой кости с открытой спиной, длиной до колен и кружевной подкладкой. Ярко-рыжий боб был недавно покрашен, подстрижен и уложен до совершенства. Она была в туфлях на каблуках с ремешками в тон платью, а ее улыбка не пропадала ни на миг.

После короткой церемонии мы встретились с остальной компанией — Миком, Таем, Робом, Джен, Ребеккой и Танишей — в «Прайм Биф», на вкусном праздничном ужине, в котором также приняли участие сотрудники «Прайм Биф» и «Трех Сестер».

Это был прекрасный день, и я была очень счастлива за Джерико и Наташу.

Хотя наши отношения с Джерико сначала не заладились, я видела, как он любил мою сестру, особенно после того, как провела рядом с ним тот мучительный день ее похищения. Я не сомневалась, что он будет любить и лелеять ее и их ребенка до конца своих дней.

— Прекрасно выглядишь.

Я отвернулась от бара, где ждала пополнения запасов шампанского, и увидела стоящего позади себя Мика, потрясающе красивого в идеально сидящем темно-синем костюме.

Я посмотрела вниз на свое маленькое черное платье, которое включало в себя достаточно кружева, чтобы выглядеть немного рискованным, и улыбнулась ему.

— Спасибо, ты и сам очень красивый, — ответила я, и под его зеленым взглядом у меня внутри все затрепетало.

— Не могу поверить, что они так быстро все обстряпали, — сказал Мик с полуулыбкой. — Хорошо, что я уже забрал свой костюм из химчистки для свадьбы Милли и Джексона в следующие выходные.

Я усмехнулась.

— Да, последние несколько недель события определенно двигались нон-стоп. Однако, как только Милли и Джексон поженятся, надо сделать небольшую передышку, по крайней мере, в личной жизни.

— Да, вообще-то, я хотел поговорить с тобой об этом…

— О? — застенчиво спросила я, надеясь и молясь, чтобы он попросил меня стать его парой на свадьбе Милли.

На мгновение он выглядел смущенным, затем провел рукой по волосам и объяснил:

— Джексон сказал, ты можешь мне помочь… видишь ли, у моей мамы скоро день рождения, и дата знаменательная — восемьдесят пять. Я был так занят, что у меня не было возможности по-настоящему подумать об этом, в любом случае, я не из тех, кто устраивает вечеринки… Но я надеялся, что смогу нанять тебя… устроить вечеринку моей маме.

— О, — снова сказала я явно разочарованным тоном.

— Если вы заняты или не устраиваете такие вечеринки…

— Нет, дело не в этом, — заверила я его, пытаясь улыбнуться. Улыбка вышла натянутой. — Конечно, мы можем спланировать восьмидесятипятилетие твоей мамы. С радостью, честно. После того, что ты сделал для Наташи, мы будем устраивать тебе вечеринки всю жизнь.

— Тогда что это было? Твоя заминка? — спросил он, скорее подталкивая меня к ответу, чем позволяя этому пройти мимо.

Я вздохнула.

— Честно? Я, вроде как, надеялась, что ты попросишь меня пойти с тобой на свадьбу. Не на эту, очевидно… а на свадьбу Милли.

Мик поморщился, что всегда было плохим знаком, и кивнул.

— Черт, Дрю… Дело не в том, что я не считаю тебя чертовски горячей, забавной и просто классной леди во всех отношениях, но ты моя клиентка, а я не смешиваю бизнес с удовольствием. Это своего рода мое жесткое и неукоснительное правило… никаких свиданий с клиентами. — Он снова провел рукой по волосам и вздохнул. — Стоило прояснить это с самого начала, не то чтобы я предполагал, что ты захочешь быть со мной или что-то в этом роде. Господи, я все испортил. Ты мне нравишься, Дрю, правда, но я не могу быть твоей парой на свадьбе.

Я почувствовала, что меня вот-вот вырвет. Я вспыхнула от смущения, когда вся надежда улетучилась.

— Конечно, да, я понимаю, — пробормотала я. — Наверное, это разумная политика.

— У нас все хорошо? — спросил Мик. — Не хочу, чтобы между нами осталась недосказанность.

— Да, конечно, все хорошо.

По крайней мере, должно быть, учитывая, что он искал моего отца, а я планировала день рождения его мамы, и у нас были общие друзья. Черт возьми, и вздумалось же мне открыть свой глупый рот? Следовало просто держать его на замке, тогда мы избежали бы этой неловкости.

— Итак, у тебя есть идея для темы маминого дня рождения? — поинтересовалась я, делая глоток шампанского.

Мик усмехнулся и ответил:

— Я думал о вечере в казино. Это доставит удовольствие ей и ее друзьям из дома престарелых. Им всегда нравится, когда они отправляются в казино.

Его мама жила в доме престарелых, и он хотел устроить там вечеринку для нее и всех ее друзей? Ну, конечно… Только я могла, наконец, найти мужчину своей мечты, который был полностью вне пределов досягаемости.

— От этого определенно можно получить массу удовольствия, — заверила я его. — Почему бы тебе не зайти в офис на этой неделе, и мы обсудим детали.

— Звучит здорово. Я работаю над твоим делом с тех пор, как вернулся из Филадельфии, и у меня есть кое-какая информация, которой я могу поделиться, поэтому завтра я пришлю тебе сообщение, и мы сможем назначить время и место для обсуждения обоих вопросов.

Когда мы отошли друг от друга, я бросила на него еще один взгляд и задалась вопросом, как далеко он продвинулся в расследовании. Может, я могла бы нанять другого частного детектива для поисков отца, и тогда перестала бы быть клиентом Мика, так что мы могли бы свободно встречаться… или что-нибудь еще.

Затем я вздохнула, понимая, что с моей стороны эгоистично увольнять Мика с работы, которую он уже начал, только потому, что я считала, что между нами есть что-то. Я не знала, в каком он положении, может, ему нужны были деньги, плюс я доверяла ему и не представляла, как буду разговаривать с незнакомцем о своей личной жизни.

Глава 10

Мик

— СПАСИБО, ЧТО ВСТРЕТИЛСЯ СО МНОЙ ЗДЕСЬ, — сказала Дрю, занимая место напротив меня в «Петухе», маленьком кафе недалеко от ее дома.

— Без проблем, — ответил я, делая глоток черного кофе.

— Мы сегодня довольно заняты, так что я не могу отлучаться надолго, поэтому подумала, что так будет проще всего, — объяснила она, и я мог сказать, что она нервничала.

Черт, наверное, это из-за ее признания, что ей бы хотелось, чтобы я пригласил ее на свадьбу, а я ее оттолкнул.

— Как я уже сказал, никаких проблем. Большую часть времени я провожу за рулем, так что мне не составило труда приехать сюда.

Дрю кивнула и сделала глоток дымящегося напитка с каким-то сиропом и взбитыми сливками.

— Хорошо, итак, вот что у меня есть на сегодняшний день. Твой так называемый отец, Джонсон… потому что, серьезно, этот парень — мудак… живет в Чикаго со Сьюзан. Они женаты около пятнадцати лет, и за это время он крутил несколько романов.

— Сьюзен… женщина, ради которой он бросил маму? Он все еще с ней? — спросила она с болью в голосе.

Я кивнул и продолжил.

— Да, но, как я уже сказал, мужчина не может хранить верность. Они живут и работают вместе, но он вечно в разъездах. Я знаю, что у них есть дети, но пока не уверен, сколько и какого пола, хотя выяснил, что одному из них двадцать два года.

— Что? — воскликнула Дрю, хватая меня за руку, лежащую на столе.

Она была поражена. Хотя сама упоминала о вероятном наличии другой семьи, но реальность этого, очевидно, немного шокировала.

— Да, я могу разузнать подробности, или ты можешь спросить его сама.

— Кого?

— Своего отца, — сказал я, подавляя смешок. Она быстро заморгала, все еще переваривая новость о том, что у нее есть брат, и, должен признать, при этом она выглядела чертовски мило.

— О, да, точно. Отец. Итак, он в Чикаго, да?

— Ага. Слушай, я знаю, что на этой неделе ты занята, а в эти выходные свадьба, но если хочешь, можем поехать туда в воскресенье, так как по понедельникам вы закрыты, переночуем там, а затем вернемся, я могу все организовать.

— Ты поедешь со мной? — спросила Дрю, наконец, вновь сфокусировавшись на мне.

— Безусловно. Я не отправлю тебя в Чикаго одну. — Конечно, у меня могли быть назначены встречи, но, как и с Джексоном, Дрю была особым случаем. Да, она была клиенткой, но и кем-то большим. Другом. — Я позабочусь о том, чтобы он оказался дома, и закажу нам билет на самолет и гостиницу. Все, что тебе нужно сделать, это упаковать вещи на ночь.

Она помолчала с минуту, и у меня возникло ощущение, что у нее внутри идет спор о том, действительно ли она хочет встретиться с этим мудаком, но тут в ее глазах промелькнул ответ, она решила, что сможет это сделать.

— Уехать в воскресенье и вернуться в понедельник будет идеально. Свадьба в субботу вечером, так что мы закончим с этим, и Милли благополучно отправится в медовый месяц… Наташа тоже. Они даже не узнают, что я уезжала, пока не вернутся, и я сама решу, как много хочу им рассказать.

— Как тебе будет угодно, — заверил я ее.

— Брат, — изумленно пробормотала она.

— Да, сначала я подумал, что Сьюзен встречается с мужчиной помоложе, но потом понял, что это их сын. Немного поразнюхав, узнал, что он учится в колледже и, похоже, не последний человек в кампусе. Занимается спортом, член одного из братств и встречается со своей матерью за поздним завтраком.

— Ого, — выдохнула Дрю, и я увидел, как ее глаза заблестели.

— Хочешь, чтобы я еще покопался, или спросишь у отца в воскресенье?

Она прочистила горло и села немного прямее.

— Спрошу его сама. Думаю, мы заслуживаем знать хотя бы это. То есть, я уже знала, что он ужасный человек, потому что ушел от нас, не оглядываясь, но скрывать нашего сводного брата, не давать нам возможности узнать его? Это непростительно.

Ее рука на моей начала дрожать, поэтому я перевернул ладонь вверх и нежно взял ее за руку.

— Эй, я буду рядом. Если это станет слишком, скажи только слово, и я увезу тебя оттуда. Речь не о нем, а о том, чтобы ты получила то, что нужно тебе.

— Спасибо, Мик, от всего сердца. Мне становится легче от того, что ты будешь там.

Она выглядела так, будто хотела сказать что-то еще, но потом передумала и ее рука выскользнула из моей ладони.

Наверное, это к лучшему. Мне становилось слишком комфортно прикасаться к Дрю и держать ее за руку. Мне нужно было это напоминание, чтобы сохранить некоторое расстояние между нами.

— А теперь давай поговорим о вечеринке по случаю дня рождения твоей мамы.

Я ухмыльнулся, думая о том, как мама удивится.

— Я поговорил с администрацией дома престарелых, и они заверили, что на вечер мы можем занять комнату отдыха. Мама любит покер и блэкджек, так что они обязательны, но по остальному я открыт для предложений. Грейс, администратор, также сказала, что может достать фальшивые деньги и уточнить, разрешат ли им использовать их для разных целей, но ей нужно получить на это одобрение руководства.

— О, было бы здорово, но если не получится, мы можем использовать фишки казино. У нас их предостаточно.

— Круто.

— Покер и блэкджек подойдут идеально, их легко организовать. Еще можно арендовать столы для игры в кости и рулетку, все зависит от бюджета. Вот форма, которую мы просим заполнить клиентов, чтобы определить тему, что мы уже сделали, а также цветовую гамму, питание, график и, конечно же, бюджет. Как только у меня будет все это, я смогу приступить к планированию и подготовке.

— Восемьдесят пять исполняется только раз в жизни, верно? — спросил я, вписывая сумму, на которую можно было купить машину.

Мне было все равно, деньги у меня водились. Экономия всегда была для меня приоритетом, и я с умом инвестировал, так что потратить приличную сумму, чтобы подарить маме вечер, который она никогда не забудет, для меня было важно.

— А как насчет музыки? Твоя мама любит джаз? Или, о… знаю… двойник Фрэнка Синатры, — воскликнула Дрю с горящими глазами.

— Да, такое бы ей понравилось, — сказал я и не мог не подумать, что ей бы тоже понравилась и Дрю.

Глава 11

Дрю

СВАДЬБА МИЛЛИ И ДЖЕКСОНА БЫЛА прекрасна. Джексон расчувствовался, наблюдая, как Милли идет к нему по проходу, и видя выражение его лица и лица Джерико, когда он смотрел на свою новобрачную, я начинала чувствовать себя печальной, отчаявшейся, обреченной быть вечно одинокой, сестрой.

Вот почему я готовилась напиться на банкете.

Выглядя потрясающе в мятно-зеленом платье, которое мы с Ташей выбрали несколько недель назад, я собиралась пить и танцевать до упада.

Конечно, я не завидовала счастью сестер, но мне все равно было грустно не иметь хотя бы отдаленных перспектив, в то время как они недавно вышли замуж за любовь всей своей жизни.

Несколько раз я бросала тоскующие взгляды в сторону Мика, который умудрился выглядеть невероятно в костюме, хотя я недавно видела его в нем на свадьбе Таши. Как мужчинам такое удается? Купить один костюм и без всяких проблем надевать его на все мероприятия, в то время как если бы женщину заметили в одном и том же платье несколько раз, стали бы говорить, что с ней что-то не так?

Почему я не могла подобрать идеальное платье… такое, в котором чувствовала бы себя сексуальной и уверенной, не испытывала дискомфорт и носила бы его всюду?

Дурацкие двойные стандарты.

По пути к бару за «лимонным мартини» с конкретным намерением напиться, я составила для себя список правил.

Ты не будешь вилять хвостом перед Миком.

Ты не напьешься до тошнотиков.

Ты будешь счастливой, забавной, веселой, а не зеленой от зависти сестрой, которая плачет горькими слезами, забившись в угол.

И еще раз: ты не будешь вилять хвостом перед Миком. Он ясно изложил свою позицию, и я была слишком горда, чтобы преследовать мужчину, который меня не хотел.

— Спасибо, — поблагодарила я бармена, затем оглядела великолепно украшенное пространство.

Мы выбрали место на открытом воздухе и наняли Лорел, знакомую, с которой я встретилась на одном из съездов по кейтерингу. Она владела заведением «Вечеринка с Лорел» в Черри-Спрингс. Когда мы решили воспользоваться услугами сторонней компании, чтобы персонал мог присутствовать на свадьбе в качестве гостей, а не служащих, я знала, что Лорел станет идеальным выбором.

Обстановка была элегантной, женственной и совершенной, — совсем как Милли.

Как и обещала себе, я пила, танцевала, произнесла трогательный тост за Милли и Джексона… В общем, проводила лучшее время в жизни, по крайней мере, так я планировала… а когда пришло время бросать букет, встала впереди по центру.

Возможно, я толкнула локтем одну или двух девушек, но с воплем поймала букет.

Изображая беззаботную сестру-близняшку, посылала воздушные поцелуи толпе и с широкой ухмылкой наблюдала, как Джексон повернулся и бросил подвязку прямо в стоявшего в стороне от толпы Мика, тот хмуро зыркнул на своего друга.

Когда он поймал ее, внутри меня все опустилось, и когда я вышла на танцпол и в ожидании села на стул, то почувствовала, как алкоголь горечит вены.

Я посмотрела на Мика, поймав его пристальный взгляд, и дерзко поставила туфлю на шпильке ему на бедро.

Касание его руки к обнаженной коже обжигало, не отрывая от меня глаз, он медленно потянул подвязку вверх.

Я чувствовала, как на шее бьется пульс, мое дыхание стало поверхностным, когда я всем существом сосредоточилась на его руке и на том, что она делала. Мне было все равно, что у нас довольно большая аудитория, все, чего я хотела всеми фибрами души, — чтобы его рука продолжала двигаться вверх, пока он не поцеловал бы меня на виду у всего мира.

Конечно, этого не произошло.

Как только подвязка оказалась на месте, Мик бросил на меня последний долгий взгляд, затем развернулся и ушел с танцпола, оставив меня, как идиотку, сидеть одну.

С пылающим лицом я встала, разгладила платье и поплелась с букетом к бару, где передала его бармену и заказала еще один коктейль.

— Могу я пригласить тебя на танец?

Я обернулась, надеясь увидеть Мика, хотя и понимала, что это не его голос. Возле меня стоял Гектор, очень красивый лучший друг Джерико и его су-шеф.

— Почему бы нет, с удовольствием, — ответила я, стараясь казаться сдержанной или, по крайней мере, не млеть от его предложения.

Я допила «мартини», вложила свою руку в его и позволила ему вывести меня на танцпол.

Я ожидала, что мы будем танцевать, как в старшей школе, — мои руки на его плечах, его руки на моей талии, — но вместо этого он вывел меня на середину танцпола и у меня перехватило дыхание, когда мы начали вальсировать.

Я больше не притворялась веселой сестрой-близняшкой на свадьбе Милли, я широко улыбалась Гектору, пока он кружил меня по танцполу, наслаждаясь прекрасным чувством ритма с тем, кто явно знал, что делает.

Мгновение спустя к нам присоединились Джерико и Таша.

— Вы, парни, в детстве брали уроки танцев? — поинтересовалась я у Гектора.

— Да, хороший способ держаться подальше от улиц, к тому же там было много девушек, — ответил Гектор с усмешкой, сверкая глазами.

— О, в этом есть смысл, — согласилась я. Я немного знала о детстве Джерико и о том, что они с Гектором практически выросли и выживали на улицах Филадельфии. — В детстве я начала играть в футбол, чтобы произвести впечатление на мальчика.

— Что не сделаешь ради любви…

Я огляделась вокруг, заметив, что мы вызвали настоящий фурор, и большинство гостей наблюдали за нашим танцем, включая Милли и Джексона. Рука Джексона лежала на плече Милли, и она наклонилась к нему, пока ее взгляд перемещался с меня на Ташу и обратно.

Я улыбнулась ей, а, поворачиваясь, заметила стоящего у бара Мика. Он держал стакан с янтарной жидкостью и хмуро глядел в моем направлении.

— Дрю?

Я снова обратила внимание на Гектора, спросив:

— Прости, ты что-то сказал?

— Я спросил, не хочешь ли как-нибудь поужинать со мной, — сказал он, и у меня скрутило желудок.

Не потому, что он не был очень привлекательным, интересным, умным и совершенно очаровательным, просто…

Мой взгляд вновь остановился на Мике, прежде чем опять переключиться на Гектора.

Он заметил мое колебание, затем посмотрел на Мика и сказал:

— А, понял.

Я вздохнула.

— Между нами ничего нет, но…

— Тебе бы хотелось, — догадался Гектор.

— Да, даже если с его стороны это не так.

— Я бы не был так в этом уверен.

Вместо того, чтобы спорить и выдать больше, чем нужно, я просто сказала:

— Но, если ты ищешь друга, я бы с удовольствием как-нибудь поужинала с тобой.

Гектор кивнул.

— С удовольствием.

Когда музыка закончилась, Гектор увел меня с танцпола, поблагодарил за танец и откланялся.

Решив, что танцы и, возможно, выпивка немного ударили мне в голову, я решила убраться из-под навеса, подальше от света и суеты, и немного прогуляться. Если я хочу дожить до конца вечеринки, мне нужно убедиться, что я не отключусь слишком быстро.

Оставив шум свадебного приема позади, я повернулась к деревьям, и тут услышала позади движение.

Резко обернувшись, я увидела Мика.

— Черт, ты напугал меня, — сказала я с легким смешком, прижав руку к колотящемуся сердцу.

Мик не остановился передо мной, как я ожидала, вместо этого подошел близко и положил одну руку мне на поясницу, а другая запуталась у меня в волосах на затылке.

Я посмотрела на него широко распахнутыми глазами, мой пульс ускорился, и я тихо спросила:

— Что ты делаешь?

— Ты такая чертовски красивая, — с чувством заявил он, а затем опустил голову и завладел моим ртом.

Я ахнула, совершенно ошеломленная, и Мик воспользовался возможностью, чтобы проникнуть языком внутрь. Это походило на то, будто по всему телу взрывались ракеты. Пылая, дрожа и испытывая нетерпение, я обвилась вокруг него, как лиана, и отдалась всем своим существом.

Я беспокоилась, что он осознает, что делает, вспомнит свои правила и остановит происходящее великолепие, но он этого не сделал.

Его твердые губы были такими мягкими, и он целовался так, словно был соткан из тестостерона и магии.

Лучший поцелуй, который у меня когда-либо был, и если до этого еще могли быть сомнения, существует ли между мной и Миком химия, то теперь они полностью исчезли. Под нашими ногами дрожала некая субстанция, очень похожая на мое сердце.

Руки Мика не двигались, он просто прижимал меня к себе, ожог от его ладоней впивался в мою кожу, как клеймо, которое, как я надеялась, останется навсегда. Но мои руки? Они были повсюду. В его волосах, на плечах, блуждая по его бицепсам, спине и, наконец… его заднице.

Да, я схватила его за задницу и сжала ее.

Это была самая упругая, самая совершенная задница, которую я когда-либо тискала в своей жизни, и я поймала себя на том, что задаюсь вопросом, как он добился такого результата, но тут Мик углубил поцелуй, и я потеряла способность делать что-либо, кроме как жить настоящим моментом.

Не знаю, как долго он опустошал мой рот или я терзала его тело. Мне казалось, прошли секунды… часы… и я бы могла остаться там на всю ночь.

К сожалению, как и все хорошее, этому пришел конец.

Глава 12

Мик

ВЕСЬ ДЕНЬ Я ПРОВЕЛ, наблюдая за слоном в комнате, или, лучше сказать… за слоном в самолете, отеле и машине.

Прошлым вечером я поцеловал Дрю, и это было горячо

У меня не было намерения целовать ее, я неоднократно говорил себе, с тех пор, как она наняла меня, что не могу, но, увидев ее на свадьбе, великолепную, как принцесса, и танцующую с тем парнем, который работает с Джерико, во мне что-то воспламенилось.

И традиция надевания свадебной подвязки ничем не помогла.

Я чуть не сдался прямо тогда, но это произошло, когда я увидел ее в объятиях другого мужчины.

Я уже собирался уходить, у меня были все намерения сделать это, но потом увидел, как она ускользнула с вечеринки, и последовал за ней, как мотылек на пламя.

Мы целовались так, словно это было само собой разумеющимся, и когда я ушел, то не сказал ни слова. Мы просто посмотрели друг на друга, медленно отступая, прежде чем я повернулся и покинул прием.

Этим утром, когда я забрал ее, чтобы отвезти в аэропорт и отправиться в Чикаго на встречу с ее отцом, мы оба вели себя так, будто ничего не случилось.

За исключением того, что это было. И это было великолепно. И мы оба это знали.

Мы приземлились в О'Хара, взяли арендованную машину и заехали в отель, чтобы зарегистрироваться, а затем направились прямо к дому ее отца.

В пути мы немного поболтали. Говорили о свадьбе, но мастерски избегали разговоров об одной вещи, которая, уверен, была на первом плане у нас обоих… о поцелуе.

— Нервничаешь? — спросил я, все еще обходя тот вопрос стороной.

— Ммм, немного, — ответила Дрю, ее внимание было приковано к городу, через который мы проезжали.

— И на какую встречу надеешься? Увидеть его и поговорить, или на что-то еще? — спросил я с любопытством, хотя для меня это не должно было волновать.

Я никогда слишком не сближался с клиентами, но Дрю, казалось, была исключением из всех правил.

Она поерзала и сказала:

— Не знаю, есть ли у меня какие-то ожидания. Я помню достаточно, чтобы понимать, что он никогда бы не соответствовал ни одному из них. — Дрю вздохнула. — Наверное, я больше всего хочу спросить его, почему он ушел, не оглядываясь, сказать ему, что мамы больше нет, и узнать о брате, о котором ты упомянул. Кроме этого, я ничего от него не хочу и ни в чем не нуждаюсь.

Я кивнул, считая это хорошим ответом, но задаваясь вопросом, говорит ли она всю правду. Не только мне, но и самой себе. Я беспокоился, что какая-то ее часть надеялась, что отец, бросив на нее лишь взгляд, заключит в объятия и пообещает быть тем папой, о котором она всегда мечтала.

Из того, что я знал об этом парне, этого никогда не случится, и я не хотел видеть, как Дрю страдает.

— Ладно, вот мы и приехали, — сообщил я, останавливаясь у обочины перед большим кирпичным домом.

Дрю глубоко вздохнула при виде дома.

— Ого, он такой шикарный, — сказала она с резким смешком. — Мы росли совсем в других условиях.

— Слушай, Дрю, не зря его зовут Джонсон (прим.: «Johnson» на слэнге означает «член»), потому что этот мужик полный мудак…

Смешок Дрю согрел меня так, как я не ожидал, поэтому я продолжил:

— Похоже, вы с сестрами были очень близки со своей мамой и ни в чем не нуждались, верно? Так что, может, ваша жизнь и была бы лучше, останься в ней этот парень, но, скорее всего, он усложнил бы ее, так что, возможно, он оказал вам всем услугу, исчезнув, как дым. — Когда она хотела запротестовать, я попросил: — Дай мне закончить, — и продолжил: — Не хочу сказать, что вы заслужили то дерьмо, которое он натворил, потому что… ни один ребенок такого не заслуживает, но мужик не может и пяти минут удержать член в штанах, и, скорее всего, он бы просто продолжал причинять боль вашей маме, и это не пошло бы на пользу никому из вас. Слушай, я не говорю, что ты не должна дать ему шанс и выслушать его, или что ты не должна скорбеть по тому, что твоего отца не было рядом… Черт, я скучаю по своему папе каждый день, не то чтобы этот придурок мог сравниться с ним… но все же, я понимаю. Я только хочу сказать: не зацикливайся на том, чего у тебя не было. Сосредоточься на том, что ты получила, и не позволяй ему морочить тебе в голову. Возьми от этой встречи то, что нужно тебе. Не беспокойся о его чувствах. Хорошо?

Дрю смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Она потянулась к моей руке, лежащей у меня на бедре, и накрыла ее своей ладонью.

— Спасибо, Мик. — Она оглянулась через плечо на дом, потом снова посмотрела на меня. — Думаю, я готова.

— Если тебе что-нибудь понадобится, я рядом.

Дрю слегка улыбнулась, затем отстегнула ремень безопасности и вышла из машины.

Я наблюдал, как она идет по красивой каменной дорожке, окруженной идеально ухоженной лужайкой и подстриженными кустами. Три ступеньки вели к кирпичному крыльцу с качелями, синей мебелью и потолочным вентилятором. Она быстро взглянула на меня, а затем подняла руку и постучала в дверную раму с цветным стеклом.

Я наблюдал за ее ожиданием, и собственные нервы заставляли мою ногу подпрыгивать.

Какого хрена я нервничаю?

Дверь открылась, и на пороге появилась Сьюзен. Высокая, светловолосая, с подтянутым ботоксом лицом, она вежливо улыбнулась, когда Дрю заговорила, быстро жестикулируя.

Затем улыбка Сьюзен сникла, и она сделала шаг назад, будто Дрю держала оружие или что-то в этом роде, крикнула через плечо, по-видимому, звала мужа, мужчину, которого увела у мамы Дрю.

Вместо Джонсона, к двери подошел молодой, подтянутый, симпатичный парень… на мой взгляд, девятнадцати или двадцати лет… он встал рядом со своей матерью, широко и дружелюбно улыбаясь.

На этот раз уже Дрю отступила на шаг, и так как она стояла ко мне спиной, я не мог сказать, какова была ее реакция, но тот факт, что парень продолжал улыбаться, казался хорошим знаком. Сьюзен, однако, не улыбалась. Она развернулась и умчалась прочь, оставив Дрю и, как я предполагал, ее брата одних у двери.

Он что-то взволнованно говорил, и мне захотелось опустить стекло, чтобы проверить, смогу ли я услышать, о чем речь. Примерно после минуты внутренней борьбы я уже держал палец на кнопке, чтобы сделать именно это, когда к вечеринке, наконец, присоединился Джонсон.

Вот только хозяином он оказался дерьмовым.

Он приказал сыну уйти, и хотя парень начал спорить, в конечном итоге, ухмыльнулся Дрю, что-то ей сказал, а затем повернулся и ушел, оставив ее с их отцом, стоящим и смотревшим на Дрю с каменным лицом.

Увидев, как поникли плечи Дрю и как сжался рот Джонсона, я пробормотал: «К черту», — и вышел из машины.

Я ни за что не позволил бы ей разбираться с этим мудаком в одиночку.

Глава 13

Дрю

«ПРОСТО ДЫШИ», — сказала я себе, страстная речь Мика крутилась в голове, когда я подняла руку и постучала в дверь.

Когда она открылась, я оказалась лицом к лицу с ней. Другой женщиной моего отца. Той, которая забрала его у мамы, у нас, и объявила своим.

Она была высокой блондинкой, с фальшивыми сиськами и явно подправленным лицом.

Я всегда боялась этого момента. Встречи с ней. Боялась увидеть Сьюзен и узнать, что она идеальная, или понять вопиющую причину, по которой мы не шли с ней ни в какое сравнение. Вот только, глядя на нее сейчас, я поняла, что боялась напрасно.

Это она не шла ни в какое сравнение с моей мамой.

Даже в свой лучший день она не могла превзойти маму в ее худший день.

Не из-за пластических операций; со своим телом она могла делать все, что хотела. Нет, это было заметно по тому, как она усмехнулась, поняв, кто я такая. По полному отсутствию чувства вины или раскаяния за то, через что она заставила пройти мою семью.

Как только я объяснила, кто я и почему здесь, она крикнула моего отца, не потрудившись пригласить меня или даже улыбнуться. Просто стояла и смотрела на меня так, словно я мусор, от которого нужно избавиться.

Я уже собиралась открыть рот и высказать все мерзкие мысли, которые у меня когда-либо возникали об этой женщине, когда в дверях появился красивый молодой человек.

Его глаза были точь-в-точь как у Таши.

— Привет, — поздоровался он дружелюбным голосом. Затем посмотрел на Сьюзен и спросил: — Ма, ты не собираешься пригласить ее войти?

Очевидно, Сьюзен воспитала в нем хорошие манеры, только сама, казалось, забыла, как их использовать.

— Ну, ладно, — пробормотал он, затем улыбнулся мне и сказал: — Я Броуди… я слышал, что ты сказала маме… Ты одна из моих сестер?

Я отступила на шаг, потрясенная тем, что он знал, кто я, и едва заметила, как Сьюзен фыркнула и развернулась, чтобы отправиться на поиски моего отца, которого она все звала и звала.

— Ты знаешь о нас?

— Да, на самом деле, узнал совсем недавно, — взволнованно заговорил Броуди. — Подслушал ссору родителей… Когда речь зашла о других детях отца, я спросил его об этом. Будь уверена, меня совершенно ошеломило его признание, что у него есть три дочери. Нас, знаешь ли, тоже трое…

— Трое? — переспросила я с отвисшей челюстью.

— Да, три брата. Они сейчас в колледже, и я подумал, что будет лучше рассказать им обо всем лично. Не хочу сбрасывать бомбу типа «у нас есть три сестры» в СМС или еще как-то.

Три брата.

— Итак, ты которая? Одна из близняшек? — спросил он, его жизнерадостность была заразительна.

— Да. Я Дрю. Мою сестру-близнеца зовут Милли, а нашу младшую сестру — Наташа. Ты самый младший?

— Ага. Еще год, и я тоже слиняю из этого дома. Я иду в тот же колледж, что и братья.

Прежде чем я успела спросить его о чем-то еще, воздух покинул мои легкие, когда к нам присоединился мой отец.

Он выглядел прежним, но в то же время совершенно другим.

Живот был более округлым, а на висках появилась седина, но в остальном это был он.

— Что ты здесь делаешь? — холодно спросил он, и я почувствовала, словно меня ударили ножом в живот.

— Папа, — отчитал Броуди, его улыбка исчезла.

— Иди в дом, Броуди.

— Я хочу остаться…

Прежде чем Броуди успел закончить фразу, наш отец рявкнул:

— Немедленно.

Броуди пристально посмотрел на отца, затем ухмыльнулся мне и сказал:

— Будем на связи.

Я слегка улыбнулась ему и кивнула, затем посмотрела на отца.

— Итак, я спросил, что ты здесь делаешь.

— Я… — начала я, пытаясь сдержать эмоции и молясь, чтобы голос не дрогнул, и урезонить слезы, которые, я чувствовала, жгли горло. — Я хотела найти тебя… чтобы рассказать о маме… и чтобы…

— Я в курсе, что твоя мать умерла. — Он сделал паузу и спросил: — Это все?

Я потрясенно охнула.

Как он мог быть таким холодным?

— Что с тобой случилось? — прошептала я, в шоке от того, что этот человек каким-то образом связан со мной.

— Слушай, в том, что ты здесь, нет ничего хорошего. Почему бы тебе не вернуться домой?

— А теперь полушай меня, мудак.

Я повернула голову и увидела Мика, несущегося по дорожке, выглядящего очень, очень разъяренным.

— Следи за языком, сынок, — сказал отец Мику. — Или мне вызвать полицию?

Мик остановился рядом со мной и пристально посмотрел на моего отца сверху вниз. Он был выше его на несколько дюймов и выглядел так, будто, смог бы использовать его для жима лежа, если бы захотел, но отец не испугался. Он пристально смотрел на Мика.

— Дрю потратила время и деньги, чтобы найти тебя. Самое меньшее, что ты мог бы сделать, это позволить ей высказаться. Разве это так много, и, в конце концов, она твоя дочь. Как насчет того, чтобы проявить к ней немного уважения, — сказал Мик, скрестив руки на груди и стоя на своем.

Я чувствовала его силу, и она подпитывала меня.

Вместо того чтобы и дальше давать отцу преимущество, я посмотрела ему в глаза и сказала все, о чем думала на протяжении многих лет.

— Я только хотела сказать, что ты поступил ужасно. Ты выбрал трусливый способ, и не знаю, как ты можешь жить с этим. Как ты мог подумать, что сбежать без оглядки от своей семьи и завести новую, — это нормально. Я хотела, чтобы ты знал, что мама любила тебя до последнего вздоха. Она была прекрасным человеком внутри и снаружи и не заслуживала того, что ты сделал. — Я почувствовала, как глаза наполнились слезами, но сдержала их. — Я хотела, чтобы ты знал, что, несмотря на отсутствие в нашей жизни отца, мы все счастливы. У нас было чудесное детство, и мы выросли, превратившись в успешных деловых женщин. Вообще-то, мы вместе ведем бизнес. Милли и Таша обе замужем за удивительными мужчинами, которые их любят, а Таша беременна твоим первым внуком или внучкой, хотя ты никогда не увидишь его или ее. Я хотела, чтобы ты знал, что мы счастливы без тебя. Что ты нам не нужен, и надеюсь, ты проживешь долгую и несчастную жизнь.

Я глубоко вздохнула, потрясенная словами, сорвавшимися с моих губ, но отец выглядел невозмутимым.

— Все сказала? — спросил он, и хотя я ни в коем случае не была жестоким человеком, мне очень захотелось ударить его.

— Я собираюсь поближе познакомиться с братьями. Думаю, хреново, что ты никогда не рассказывал нам друг о друге, и я не позволю тебе больше разлучать нас.

— Ты высказалась, а теперь уходи, — ответил отец и быстро захлопнул дверь у нас перед носом.

Глава 14

Мик

Я НАБЛЮДАЛ ЗА ЦИФРАМИ, пока лифт поднимался.

После столкновения с мудаком Джонсоном я отвез Дрю в отель и ушел за ужином.

Она казалась нормальной, но я бы не удивился, если бы передо мной она держала себя в руках, а как только я закрыл бы дверь, потеряла самообладание. Стала бы она выплакивать свое разочарование или кричать о нем в подушку, я понятия не имел, но знал, что Дрю была чертовски сильной и довольно крутой.

Я ухмыльнулся, вспомнив, как она высказывала отцу все, что у нее накипело, пока он стоял перед ней, будто ему в зад засунули палку.

Я не понимал, почему из одних мужчин получаются великолепные отцы, а другим нельзя доверить даже заботу о хомяке, но Дрю с сестрами определенно достался дерьмовый вариант отца.

Из всего, что я узнал, он был непутевым папашей… его сыновьям жилось не лучше; на самом деле, им, вероятно, было еще хуже. Потому что, хотя я и не думал, что старина Джонсон когда-либо поднимал руку на своих девочек, я нашел очевидцев, рассказавших мне, что сыновей он не боялся шлепать, когда те были маленькими.

Это дерьмо, вероятно, прекратилось, как только они стали достаточно взрослыми, чтобы дать отпор. Господь свидетель, Джонсон не был из тех людей, которые вступили бы в честный бой. Он относился к тем подонкам, которым нравилось издеваться над теми, кого они считали слабее себя.

Боже, я бы с удовольствием вытащил его задницу на ринг.

Я вышел из лифта с большой дымящейся пиццей для любителей мясного изобилия в одной руке и упаковкой холодного пива из шести бутылок в другой и замер.

Черт, а что, если Дрю не любит пиво и пиццу?

Прежде чем я успел подумать хоть еще о чем-то, дверь через два номера от лифта открылась, и оттуда высунулась голова Дрю.

— Привет, — сказала она с легкой улыбкой. — Я надеялась, что это ты.

Подойдя к ней, я всмотрелся в ее лицо, отметив немного покрасневшие глаза, и улыбнулся.

— Я только что понял, что не спросил, чего ты хочешь. Надеюсь, пицца и пиво подойдут. Если нет, могу сбегать и принести вина и пасты, или воды и сэндвич… все, что захочешь.

Дрю усмехнулась и отступила назад, впуская меня в свой номер.

— Пиво и пицца — это прекрасно, — заверила она меня, и я почувствовал, как узел в животе ослаб.

Я не хотел усугублять ее дерьмовый день. На самом деле, я бы сделал все, что в моих силах, чтобы заставить ее снова улыбаться, как раньше.

Я подошел к маленькому столику в углу и поставил на него коробку с пиццей, затем достал пиво, открыл крышку и протянул ей, прежде чем сделать то же самое для себя.

Как только мы уселись в кресла друг напротив друга, я спросил:

— Как ты держишься?

Дрю открыла крышку коробки с пиццей и выбрала кусочек.

— Немного разочарована, но, в целом, в порядке. — Она пожала плечами. — Я счастлива, что смогла сказать ему, что о нем думаю, и все еще в шоке от новости, что у нас трое братьев. Надеюсь, Броуди серьезно говорил о том, что хочет познакомиться с нами поближе.

— Уверен, так и есть, — заверил я ее, хотя совершенно не знал, о чем говорю.

И все же, выясни я, что у меня есть три сестры, я бы чертовски хотел с ними познакомиться.

Дрю улыбнулась и поднесла пиццу к губам. Я старался не пялиться на ее рот, поэтому переключил внимание на ее волосы. Они были влажными, она, должно быть, приняла душ, пока меня не было, и казались чернильно-черными. Собранные на макушке в пучок, они демонстрировали длинную шею и прекрасный овал лица.

Сам того не осознавая, мой взгляд скользнул вниз по ее шее и остановился на ложбинке между грудями.

Почему здесь так жарко?

Слегка покачав головой, я переключил внимание на пиццу, выбирая себе кусок, словно это было решение жизни или смерти, и сделал большой глоток пива.

Как только я выбрал самый большой и мясистый кусочек, прочистил горло и откусил. Когда я снова взглянул в лицо Дрю, то обнаружил, что она пристально смотрит на меня, а понимающая усмешка вызывающе приподнимает уголки ее губ.

Она меня раскусила.

Я пожал плечами, ухмыльнулся и уничтожил свой кусок.

— Итак, Мик, как дела обстоят у тебя? Твои родители? Ты немного рассказал мне о своей маме, а как насчет отца?

Боль пронзила сердце, как всегда, когда я вспоминал о папе, но, будучи с Дрю, когда она сегодня столкнулась со своим отцом, я не возражал немного поговорить с ней о личном.

Плюс, было приятно говорить о нем, держать его в центре внимания.

— Папа был лучше всех, — сказал я, откидываясь на спинку кресла и ставя пиво на колено. — Он был бойцом, в детстве брал меня с собой в спортзал и научил всему, что я знаю. Он был здоровенным грубияном, но в ту минуту, как увидел мою маму, понял, что она его единственная. Им было хорошо вместе. Я до сих пор слышу их смех за завтраком каждое утро. — Я улыбнулся, вспомнив этот звук. Выражения их лиц. Как они были счастливы. — Но профессиональные бои — нелегкое дело, особенно в те времена, и он ни разу не добился такого успеха, чтобы попасть на телевидение или получать много. В конце концов, его слишком часто ударяли по голове, пока последний удар не убил его. Он вырубился на ринге и так и не поднялся.

— О, Боже, мне так жаль, — сказала Дрю, протягивая руку и кладя ее мне на колено, ближайшее к ней. — Сколько тебе было?

— Семнадцать. Родители встретились и поженились уже в зрелом возрасте, и родили меня поздно. В итоге, я оказался единственным ребенком, которого они могли иметь, но я и не возражал. Мама так и не смогла смириться с его уходом… никогда больше ни с кем не встречалась, как бы я ни старался ее уговорить. Для нее он был всем. Ее единственным.

— У моей мамы было так же, — тихо поделилась Дрю. — Хотя, похоже, твоя мама выиграла в лотерею с твоим отцом…

Она замолчала, и я понял, что она думает о том, что ей не так повезло.

Глава 15

Дрю

ВЕРНУВШИСЬ ДОМОЙ ИЗ ПОЕЗДКИ, я сразу же принялась за работу и не желала останавливаться.

Не только потому, что обе сестры наслаждались медовым месяцем, но и потому, что мне нужно было отвлечься от мыслей о поездке к отцу. Таниша, Клэр и остальные сотрудники были вполне способны взять на себя часть работы Наташи и Милли, так что мне не приходилось каждый вечер задерживаться допоздна, чтобы справиться с нагрузкой трех человек, но все равно было приятно погрузиться в свою работу.

Я скучала по сестрам и, да, по их мужьям тоже, и мне так много хотелось им рассказать. На обратном пути из Чикаго я решила признаться в том, что наняла Мика и поехала на встречу с отцом. Я собиралась рассказать им все, даже если при этом мне, вероятно, пришлось бы иметь дело с их гневом и/или разочарованием.

Они заслуживали того, чтобы знать. И как только я закончила бы с неприятной частью, их ждала бы новость о наших братьях.

Честно говоря, если бы не парни, я бы вечность держала поиски отца в секрете. Но я знала, что им захочется узнать о братьях, получить возможность встретиться с ними и, надеюсь, наладить отношения. Но я не могла рассказать им об одном без другого.

С тех пор, как Мик высадил меня у дома, мы с ним не разговаривали.

Хотя я постоянно о нем думала. Не только потому, что в эти выходные должна состояться вечеринка по случаю дня рождения его мамы, и я с головой ушла в ее планирование, но и потому, что в поездке в Чикаго я почувствовала близость с ним.

Мы не обсуждали поцелуй, но Мик очень много рассказал о своем прошлом и личной жизни, и мне больше, чем когда-либо, захотелось узнать его получше.

Чем больше я узнавала о Мике, тем больше он мне нравился, и я поняла, что хочу знать о нем все.

— Эй, ты уже закончила?

Я поднял глаза и улыбнулся Танише, затем снова взглянула на список дел и кивнула.

— Да, только что вычеркнула последний пункт на сегодня.

— Отлично… я подумала, может, захочешь перекусить и выпить в «Прайм Биф». Я звонила, у них есть место в баре.

Я отодвинулась от стола и встала, потянувшись, прежде чем ответить:

— Вообще-то, звучит здорово.

Гораздо лучше, чем еще одна ночь в одиночестве перед телевизором, заедая тоску и запивая вином прямо из бутылки. Так я, возможно, проводила каждый второй вечер на этой неделе.

— У меня есть время сбегать наверх и быстро привести себя в порядок? Это не займет много времени, обещаю.

— Да, я сделаю то же самое и встречу тебя в коридоре, — ответила Таниша, и мы вышли вместе, выключая на ходу свет.

Десять минут спустя я приняла душ, собрала волосы в пучок и надела удобное платье-макси. Я слегка накрасилась, просто потому, что «Прайм Биф» — это то место, которое вы бы выбрали для свидания.

Учитывая, что Джерико был моим шурином, и я обращалась по имени к большинству сотрудников, я была почти уверена, что меня впустили бы, даже будь я в спортивных штанах и футболке и без всякого макияжа. Но это казалось не только грубым, но и будто я пользовалась преимуществом; кроме того, я бы предпочла чувствовать себя комфортно и в то же время уверенно, а не замарашкой, только что вставшей с постели.

Таниша, должно быть, считала также, потому что выглядела мило и нарядно в цветастом комбинезоне и сандалиях-гладиаторах.

— Готова? — спросила я.

— Как никогда, — ответила она с легким смешком, и мы спустились вниз и перешли улицу.

Одним из преимуществ квартиры над магазином было то, что мы жили на Мейн стрит и могли дойти пешком практически до всего и вся. Мне нравилось это удобство, особенно когда работа отнимала очень много времени.

— Дамы, после звонка Таниши я оставила для вас два места в баре. Можете сразу идти туда, — сказала симпатичная молоденькая хостесс, как только мы вошли.

Мы поблагодарили ее и направились в бар.

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на других посетителей ресторана, не желая вторгаться в их счастливые моменты или романтическую атмосферу. Все, чего я хотела, — это фруктовый коктейль и вкусные закуски, и я знала, что вот-вот получу и то, и другое.

Мы с Танишей устроились поудобнее, заказали напитки и начали просматривать меню бара.

— Все ли готово к вечеринке по случаю дня рождения миссис О'Доннелли?

— О, да, будет очень весело. Не могу дождаться встречи с мамой Мика, чтобы увидеть ее лицо, когда она поймет, что он для нее сделал. Это так мило, — сказала я, улыбаясь меню при мысли о Мике и о том, каким милым он был каждый раз, когда говорил о своей ма.

Было что-то такое в мужчине, который любил свою маму… особенно когда он такой большой, крепкий парень, который выглядел так, будто мог с легкостью тягать штангу из положения лежа.

— Я просмотрела заказ, когда занималась украшениями, и должна сказать, ты превзошла саму себя. Нужно сделать тонны фотографий, до и после, и разместить их у нас в социальных сетях. У меня такое чувство, что эта тема будет пользоваться большим спросом.

— Звучит неплохо. Я посмотрю в контактах Таши номер фотографа, — сказала я, затем обратилась к бармену, когда тот поставил передо мной коктейль «московский мул»: — Начос Ахи Поке, пожалуйста.

— А мне пирожки с аляскинским королевским крабом, — добавила Таниша, взяв «лимонный мартини» и сделав глоток.

— Спасибо, — поблагодарила я, как только бармен отошел с нашими заказами. — По общему признанию, я до последнего сопротивлялась тому, чтобы нанять кого-то постороннего и ослабить контроль над нашим детищем, но мы действительно сорвали джекпот, взяв тебя, Ти.

— Так-так-так, две самые красивые женщины в округе забрели в наш ресторан…

Я оглянулась через плечо и улыбнулась Гектору.

— Только в округе? — уточнила я, приподнимая бровь и сдерживая улыбку.

— Простите, я имел в виду в стране… нет, в мире, — исправился он, склонив голову.

— Вот это больше похоже на правду, — сказала я со смешком. — Гектор, ты ведь знаком с Танишей?

— Да, мы как-то встречались, — сказал он, проходя мимо меня к Ти и протягивая руку. — Приятно снова увидеться.

Таниша вложила свою руку в его ладонь, а затем мило покраснела, когда он поднес ее к губам и нежно поцеловал тыльную сторону.

Хммм, интересно.

— Ты уходишь? Не хочешь присоединиться к нам? — спросила я, думая, что Таниша может быть именно той, кого ищет Гектор.

— Почти, — сказал он, глядя в сторону кухни и кивая, прежде чем добавить: — Позвольте кое-что закончить, а потом я бы с удовольствием присоединился к вам за выпивкой.

Когда Гектор ушел, Таниша повернулась ко мне и сказала:

— Он такой горячий… из-за этого я нервничаю.

— Ти, Гектор очень горячий, но также самый милый парень в мире. К тому же, ты сама практически сжигаешь это место дотла. Тебе не из-за чего нервничать. Если он тебе нравится, покажи ему это. Иди за тем, чего хочешь.

Как только эти слова слетели с моих губ, я поняла, что мне нужно последовать собственному совету. В следующий раз, когда я увижу Мика, я не только упомяну о поцелуе, но и скажу ему, как мне понравилось и почему мы должны повторить.

Неоднократно.

Глава 16

Мик

— ИТАК, МА, у тебя полно печенек, желеек, сладкого чая, и я пополнил запасы острых чипсов, о которых, как ты думала, я не знал.

Мама, не моргая, смотрела мне прямо в глаза, как бы предупреждая: «Только посмей диктовать, что мне можно есть, а что нельзя».

Я не жаждал смерти, поэтому пропустил это.

— А теперь давай тебя приоденем, и я присоединюсь к тебе за ужином.

Как я и предполагал, она подозрительно прищурилась и спросила:

— А что не так с тем, что на мне надето?

Я взглянул на ярко-синий спортивный костюм и ответил:

— Просто подумал, было бы неплохо немного приодеться… и славно поужинать. В конце концов, сегодня твой день рождения, и так как ты не позволяешь мне пригласить тебя куда-нибудь, я хотел бы присоединиться к тебе здесь.

— Нет причин тратить деньги на ужин в каком-нибудь модном ресторане только потому, что я стала на год старше. Ты выглядишь шикарно, Микки, отдаю тебе должное… я предположила, что это для подружки, — сказала мама, а затем пробормотала: — Принимаю желаемое за действительное.

— Я все слышал, — сказал я со смешком.

Она пожала плечами, ничуть не смутившись. Мама считала своим долгом упоминать о браке и детях каждый раз, когда мы виделись. Чем старше я становился, тем чаще она вставляла в разговор что-то о моем статусе холостяка.

Меня это не раздражало, я знал, что она любила меня и беспокоилась о том, что я останусь один.

То же самое я чувствовал и по отношению к ней.

— Знаешь, мне было бы не столь одиноко, если бы ты переехала ко мне, — попытался я снова.

Мама пристально посмотрела на меня и заявила:

— Достань красное платье. Если сын сопровождает меня на ужин в честь моего дня рождения, думаю, я приложу усилия.

Я отвернулся, прежде чем она смогла увидеть мою ухмылку, и подошел к шкафу за ее любимым платьем. Затем достал нарядные черные туфли на плоской подошве, накидку и колготки и разложил все на кровати.

— Вот, я выйду и оставлю тебя переодеться.

Я закрыл за собой дверь в мамину комнату и посмотрел в конец коридора. Роберт, мужчина, которого мама всегда обвиняла в жульничестве в картах, и который, как я думал, был в нее влюблен, стоял в конце коридора. Он был дозорным Дрю.

Я пришел пораньше, чтобы посмотреть, как идет подготовка, и уже мог сказать, что в планировании маминой вечеринки Дрю превзошла саму себя.

Комната отдыха была отделана в красно-черных тонах. В углу стояли столы для рулетки, игры в кости, блэкджека и покера, а также для игры в кено. А еще огромный многоярусный праздничный торт, тоже красно-черный, с карточными мастями, окруженными большими буквами с надписью: «С восемьдесят пятым днем рождения, Дотти».

Я поднял руки, показывая, что мы будем готовы через десять минут, и Роберт поспешил к Дрю.

Он очень серьезно относился к своим обязанностям дозорного.

Десять минут спустя мама была готова, и мы, рука об руку, шли по коридорам.

— Куда ты идешь? Кафетерий в конце коридора, ты же знаешь, — сказала ма, когда я повернул к комнате отдыха.

— Я только хотел поздороваться с Робертом, он сказал, что будет в комнате отдыха, — соврал я.

Ма закатила глаза.

— Сегодня день рождения у Роберта или у меня? Я проголодалась.

— Это займет всего минуту, — заверил я, затем толкнул дверь и провел ее внутрь.

— О, Боже… Что все это значит? — тихо спросила ма, крепче сжав мою руку, когда увидела комнату.

Там были все, ожидая возможности крикнуть «с днем рождения», и я заметил, как глаза мамы увлажнились, когда она осмотрела комнату отдыха, превратившуюся в казино.

Я выудил из кармана носовой платок и протянул ей.

— С днем рождения, ма, — прошептал я, целуя ее в щеку.

— О, Микки, это уже слишком.

Я посмотрел в ее прекрасное лицо и ответил:

— Для тебя никогда не бывает слишком.

Она похлопала меня по руке и слабо улыбнулась, затем повернулась к комнате и крикнула:

— Готовьтесь проиграть! Микки, отведи меня к столу для блэкджека… и принеси вкусной еды, аромат которой я чувствую.

— Да, мэм, — ответил я, а затем наградил Дрю благодарной улыбкой.

Как только счастливая мама устроилась за столом, я подошел к очереди в буфет, где стояла Дрю.

— Все просто чудесно, спасибо, — сказал я, беря тарелку для мамы.

— Она выглядела удивленной и очень счастливой. Мик, ты такой молодец, — мило ответила Дрю, и я воспользовался секундой, чтобы хорошенько ее разглядеть.

Она была одета в деловой брючный костюм, но блузка в цветочек и распущенные локоны смягчали внешний вид, придавая стильный, но в то же время очаровательный образ. И у меня возникло внезапное желание прикоснуться к ней.

Я прочистил горло и вернулся к маминому ужину.

— Она заслуживает особенного дня. Папа всегда придавал большое значение ее дню рождения, и с тех пор, как его не стало, мне улыбалась удача, если она хотя бы позволяла сделать ей подарок и поздравить с днем рождения. Она просто не хотела праздновать без него, понимаешь. Но я не мог допустить, чтобы ее восемьдесят пятый юбилей прошел также, и, увидев сегодня ее лицо, я приложу все силы, чтобы с этого момента каждый ее день рождения стал самым важным днем. Папа хотел бы этого.

Я почувствовал прикосновение руки Дрю к своей руке, и когда взглянул ей в лицо, увидел желание. То же самое желание, которое я испытывал всякий раз, находясь рядом с ней.

— Лучше мне отнести маме ужин, не хочу, чтобы она голодала на собственной вечеринке, — говорю я, внезапно почувствовав себя трусливой задницей.

Дрю снисходительно улыбнулась, не купившись на мое оправдание.

— Хорошо, но, Мик, мы поговорим… сегодня вечером.

Я кивнул, затем зашагал прочь, задаваясь вопросом, какие оправдания мне еще придумать, и хотел ли я этого вообще.

Глава 17

Дрю

СДЕРЖИВАЯ УЛЫБКУ, я позволила себе немного понаблюдать за удаляющейся спиной Мика, а затем вернулась к работе.

Желудок представлял собой сплошной клубок нервов, но я чувствовала надежду.

Мик, похоже, не был так решительно настроен держать меня на расстоянии. Не то чтобы я пыталась заставить его влюбиться в меня, но, поскольку я была почти уверена, что уже ему нравлюсь, то не испытывала угрызений совести за то, что немного на него поднажала.

Как сильная, независимая женщина, я знала, что у меня на уме и чего я хочу. И настало время последовать собственному совету.

— Как дела? Все идет хорошо? — поинтересовалась я у Клэр.

Кинув взгляд на планшет в своей руке, она ответила:

— Пока все хорошо. Гостям очень нравятся фрикадельки, спринг-роллы и ростбиф, но не думаю, что они могут закончиться.

— Отлично, хочу пройтись по комнате.

Я обошла комнату отдыха, проверила персонал, чтобы убедиться, что у них все в порядке, и попутно приводила помещение в порядок. При виде праздничной атмосферы, на моем лице расцвела широкая улыбка, я была чрезвычайно довольна тем, как все шло.

Ну, по крайней мере, в том, что касается декора и веселящихся гостей. Нельзя знать наверняка, снискало ли мероприятие успех, пока оно не закончится, но, если не случится ничего сумасшедшего, я сделаю вывод, что оно определенно станет эталоном для любых будущих вечеринок в стиле казино.

Я собиралась с мыслями для отчета «после мероприятия», пока проверяла игровые столы, затем остановилась, увидев, как мама Мика встала из-за стола для блэкджека и начала двигаться к покерному столу.

Я не видела Мика поблизости, поэтому поспешила ей на помощь.

— Миссис О'Доннелли, — позвала я, подходя к ней и предлагая руку. — Я надеялась улучить возможность встретиться с вами и поздравить с днем рождения, — легко добавила я, помогая ей пересечь комнату. — Я Друзилла, Дрю. Ваш сын нанял меня для этой вечеринки.

Она улыбнулась мне, так походя на своего сына, что у меня потеплело на сердце.

— Это все сделала ты? — спросила она, указывая свободной рукой на комнату.

— Да, мэм.

— Мэм? Ну, нет, я еще не стою одной ногой в могиле… зови меня Дотти.

Я тихонько рассмеялась и исправилась:

— Хорошо, Дотти, организатор — я, но идея полностью принадлежит Мику.

И в этот момент я увидела его. Он разговаривал с очень низкорослым, гораздо более пожилым джентльменом, и его лицо наполняло веселье.

Я почувствовала уже знакомый трепет, когда он отсалютовал мне стаканом сладкого чая со свежими персиками.

Я улыбнулась ему в ответ, затем сделала успокаивающий вдох, пытаясь усмирить бешено колотящееся сердце.

Смогу ли я это сделать? Первой сделать шаг и, возможно, вновь столкнуться с отказом? Если бы он не захотел меня после того, как я проявлю инициативу, и после того поцелуя, это был бы конец. Я бы приняла его пожелание и отступилась.

— Как, ты говоришь, познакомилась с Микки?

Я моргнула, выныривая из своих мыслей, когда мы подошли к свободному стулу за покерным столом.

— О, сначала мы познакомились через его друга Джексона, который недавно женился на моей сестре, Милли. А еще он дружит с Джерико, который женат на другой моей сестре, Наташе. Но узнала я его получше, когда наняла на работу.

— Ты замужем? — спросила Дотти, усаживаясь на стул.

— Нет, я свободна, — ответила я и могла бы поклясться, что увидела, как ее глаза загорелись.

— А что ты думаешь о Микки? Он красив, хорошо зарабатывает, у него свой дом…

Я не могла удержаться от смеха, когда она перечисляла достоинства Мика.

— Мик отличный парень, — заверила я ее. — Вы очень хорошо его воспитали. Но он придерживается определенных правил в отношении свиданий со своими клиентами.

— О, он сейчас проводит для тебя расследование? Когда оно закончится?

Дотти взяла карты и посмотрела на них, затем вытащила три и бросила их сдающему, прежде чем положить оставшиеся две рубашкой вверх перед собой.

— Вообще-то, нет, думаю, технически его работа для меня выполнена… все, что осталось, это его окончательный отчет и мой последний платеж.

— Ну, тогда, полагаю, его правила больше не действуют, не так ли? — спросила она, не отрывая глаз от карт.

Хотя она не смотрела на меня, я могла сказать, что уголки ее губ приподнялись.

— Нет, видимо, не действуют. Хотя не уверена, что Мик так это видит, — тихо ответила я.

— Тогда заставь его увидеть как надо, — распорядилась Дотти уверенным тоном.

— Да, мэм, — согласилась я, рассмеявшись, когда она фыркнула. — Я могу что-нибудь для вас сделать?

— Все, чего я хочу на свой день рождения, — это счастья моему сыну.

«Ого, а она хороша», — подумала я, оставляя ее, чтобы продолжить обход.

После пары часов азартных игр, еды и множества разговоров обитатели дома престарелых и сама именинница выглядели явно уставшими. Гости начали расходиться по своим комнатам, некоторые останавливались, чтобы поблагодарить нас за вечеринку, другие просто исчезали с пригоршнями, полными фальшивых денег.

— Я отведу маму в ее комнату, а потом вернусь, чтобы помочь, — сказал Мик, подходя ко мне сзади.

Я отвернулась от того места, где раскладывала остатки еды для гостей, и сказала:

— О, я бы хотела пожелать ей спокойной ночи, если она не слишком устала.

— Мама убьет меня, если я хоть словом обмолвлюсь, что она слишком устала для чего-либо, не говоря уже о возможности поблагодарить тебя за идеальную вечеринку по случаю ее дня рождения.

Мы подошли к Дотти, которая смотрела на нас с неподдельной надеждой, и я почувствовала прилив счастья, потому что она явно одобряла меня для своего сына.

— Дотти, надеюсь, вы замечательно провели свой день рождения. Большое вам спасибо за то, что позволили нам разделить его с вами, — сказала я, протягивая руку.

Она посмотрела на мою руку, издала звук «пффф», затем открыла мне объятия и сказала:

— Иди сюда.

Я услышала смешок Мика, когда наклонилась для быстрого и нежного объятия. Хотя она была сильна духом, ее тело казалось легким, хрупким, поэтому я проявила осторожность.

— Скоро вернусь, — повторил Мик, разворачивая маму к двери.

Когда они уходили, я услышала слова Дотти:

— Сынок, если у тебя есть мозги, ты не позволишь ей уйти. Умная, симпатичная и успешная? Такие девушки встречаются не часто. Перед смертью мне бы хотелось увидеть нескольких внуков…

Я вернулась к работе с улыбкой, услышав, как Мик что-то проворчал в ответ.

Глава 18

Мик

РАССКАЗАВ О ДРЮ, пока мама готовилась ко сну, я, наконец, направился обратно в комнату отдыха, чтобы посмотреть, смогу ли помочь с уборкой.

Мама все еще чувствовала прилив адреналина после вечеринки, и я не был уверен, собирается ли она спать или просидит полночи за чтением. Или, что более вероятно, полночи не будет спать, планируя мое будущее с Дрю, в которую она, каким-то образом, умудрилась влюбиться и мысленно поженила нас после пятнадцатиминутного разговора.

Когда я вошел в комнату, то с удивлением обнаружил, что она почти полностью приведена в порядок. Команда Дрю работала методично, заполняя мусорные баки и загружая вещи на тележки, в то время как другие занимались уборкой.

— Ого, вы быстро работаете, — восхитился я, подходя к Дрю.

Взглянув на меня через плечо, она улыбнулась и ответила:

— Большинство работает с нами уже полгода или более, так что они привыкли к своим обязанностям. Убирать намного проще, чем все устанавливать, и у всех обычно открывается второе дыхание, когда они предчувствуют скорое возвращение домой.

— Логично. Итак, ты все еще хочешь поговорить сегодня вечером, или слишком устала? — Я не был уверен, надеялся ли я, что она скажет «да» или «нет».

Дело не в том, что я боялся разговора или что мне чертовски не нравилось проводить с ней время. Я просто не хотел снова разочаровывать ее.

— Да, я все еще хотела бы поговорить, если ты сам не слишком устал, — ответила Дрю.

Я покачал головой.

— Я в порядке. Может, сходим куда-нибудь выпить?

— День был долгий; не могли бы вы вместо этого зайти ко мне? Я живу в квартире над «Тремя сестрами». — При мысли остаться с ней наедине в ее квартире я напрягся.

Не то чтобы я стал вести себя как животное или что-то в этом роде… я умел контролировать свои порывы, но в общественном месте было бы намного проще не распускать руки.

И все же, она смотрела на меня с такой надеждой, что я ответил:

— Конечно, я могу остановиться по дороге и купить пива.

— Отлично, это даст мне время уладить дела с работой. У меня есть виски и, может, одна или две бутылки вина, но Джерико прикончил все пиво, когда они с Ташей приходили в последний раз.

— Никаких проблем, я куплю, — заверил я ее, затем добавил: — Итак, если я тебе не нужен, встретимся у тебя через сколько, через полчаса?

— Звучит здорово, — сказала Дрю с улыбкой, затем вернулась к работе.

Я еще раз поблагодарил администратора за то, что нам позволили отметить мамин юбилей, затем сел в джип и направился к ближайшему круглосуточному магазину.

Я бродил по проходам, думая о Дрю. Я хорошо ее узнал за те недели, что работал на нее.

Забавно, как быстро абсолютно незнакомый человек может стать частью вашей жизни. Разница заключалась в том, что с большинством предыдущих клиентов, как только я закрывал их дела, мы больше не разговаривали и не виделись, если только они не нанимали меня вновь.

Исключением были Джексон и Джерико. Каким-то образом, они превратились из клиентов в друзей и теперь стали двумя самыми важными людьми в моей жизни. С Дрю, похоже, все шло по тому же сценарию. Тот факт, что эти друзья теперь были еще и ее семьей, делал отношения с Дрю еще более вероятными.

Но каких отношений я хотел с ней?

Меня влекло к ней. Между нами чувствовалась химия, поцелуй подтвердил это, и мне нравилось проводить с ней время. Но, кроме общих друзей и сексуального влечения, что у нас на самом деле было общего?

Я посмотрел на часы и схватил упаковку из шести банок, полагая, что Дрю уже почти закончила, и направился к кассе.

Подъехав к «Трем сестрам», я увидел, как последние сотрудники садятся в свои машины, а Клэр выключает в здании свет. Я встречался с Клэр только мимоходом, но из разговоров Милли понял, что она была ее правой рукой на кухне.

Я посигналил и, направляясь к ней, кашлянул, желая обозначить свое присутствие, чтобы не напугать ее. Я был крупным парнем, с которым женщине было бы неуютно столкнуться ночью, если бы она меня не знала.

Когда она повернула голову, я поднял руку и сказал:

— Привет, Клэр, я Мик. Я пришел увидеться с Дрю.

— О, привет, Мик, — ответила она с явным облегчением в голосе. — Идите вон туда и поднимайтесь по лестнице.

— Спасибо, доброй ночи. Осторожнее за рулем.

Я оглядел стоянку. Она располагалась сбоку здания, а не сзади, так что Мейн-стрит хорошо просматривалась, и фонари стояли не только на улице, но и у задней части здания, так что стоянка была хорошо освещена.

— Обязательно, спасибо. О, и, Мик, должна сказать, мне понравилась ваша мама. Она веселая. Мне показалось, она отлично провела время сегодня вечером.

Я не мог удержаться от ухмылки. В ма всегда было что-то такое, отчего она нравилась людям, и им хотелось быть рядом с ней.

— Безусловно, и все благодаря вам и вашей команде. Я ценю все те усилия, что вы приложили, чтобы сделать сегодняшний вечер особенным.

Клэр кивнула и ответила:

— Конечно, нам это только в удовольствие.

Я дождался, пока она благополучно сядет в машину и выедет со стоянки, прежде чем войти внутрь и подняться по лестнице.

Добравшись до верха, я обнаружил, что квартир на самом деле четыре, поэтому вытащил телефон, чтобы позвонить Дрю и спросить, какая из них ее, но затем заметил, что одна из дверей посередине открыта. Я продолжил двигаться по коридору, надеясь, что это ее дверь, и она оставила ее открытой для меня, а не для какого-то незнакомца, который, вероятно, взбесился бы, появись я в их дверном проеме.

Я выглянул из-за угла, затем с ухмылкой прислонился к дверному косяку, наблюдая, как Дрю носится по квартире, пытаясь навести порядок.

Глава 19

Дрю

БОЖЕ, О ЧЕМ Я ТОЛЬКО думала? Почему не пригласила его тогда, когда убедилась бы, что в квартире чисто?

Я вошла в квартиру, взволнованная визитом Мика, потом огляделась и поняла, что моя неряшливость выставлена на всеобщее обозрение.

Здесь не было грязно… я всегда мыла посуду, пылесосила и следила за чистотой, но я была неряхой. Сколько себя помню. А значит, даже если мое белье было выстиранным, оно валялось по всей гостиной, потому что прошлым вечером я искала свою любимую пижамную рубашку, а сегодня утром бюстгальтер с футболкой.

Поспешив внутрь и начала бегать по гостиной, собирая одежду и запихивая ее в корзину для белья.

Метнувшись в свою комнату, бросила полную корзину на неубранную кровать и устремилась обратно, чтобы посмотреть, что еще нужно убрать. И тут я увидела в дверном проеме Мика, с сексуальной ухмылкой на губах.

— О, привет, — пропыхтела я. — Как долго ты там стоишь?

Я подошла к нему и забрала у него упаковку пива, затем направилась на кухню и поставила их на стойку.

— Достаточно долго, — ответил он со смешком, заставив меня покраснеть.

— Итак, ты узнал мой страшный секрет… я немного неряха, — призналась я, вытаскивая две бутылки пива и открывая крышки, прежде чем передать одну Мику.

— Если это твой самый большой недостаток, то должен сказать, ты чертовски близка к совершенству.

Я посмотрела в его светло-зеленые глаза, увидела в них искренность и спросила:

— Ты пойдешь со мной на свидание? На ужин… на свидание?

Нервные окончания гудели от удовольствия от комплимента и беспокойства по поводу его ответа, поэтому я сделала большой глоток холодного пива и стала ждать, что он скажет.

— Дрю… — начал Мик, будто собирался вновь напомнить о правиле «никаких клиентов», поэтому я решила, что лучше раскрою все карты, прежде чем он сможет снова отказать мне.

— Я больше не твой клиент. Ты нашел моего отца, я с ним поговорила. Дело закрыто. Все, что нам осталось — соблюсти последние формальности и благополучно обо всем забыть. Я не думаю, что мне когда-нибудь снова понадобится частный детектив, так что ты можешь вычеркнуть меня из списка клиентов, и мы сможем попробовать… что скажешь?

— Ты серьезно над этим размышляла…

Означало ли это, что он ни о чем таком не думал?

Обеспокоенная тем, что он снова примет поспешное решение, я поторопилась немного нас отвлечь.

— Ты голоден? У меня есть кое-что, что Милли оставила для меня. На самом деле, я сегодня почти ничего не ела.

— Если у тебя есть что-то поесть, я всегда с удовольствием, — ответил Мик, пока я доставала контейнеры из холодильника. — Ты готовишь?

Я мельком взглянула на него, накладывая каждому из нас по тарелке.

— Да. Конечно, шеф-повар в семье — Милли, но мама научила нас всех готовить. Когда мы были маленькими, она назначала нас ответственными за особый вечер. Допустим, если был День Святого Валентина, и была моя очередь готовить, я должна была составить меню, найти рецепты и сходить с ней по магазинам за продуктами, а затем она помогала мне с приготовлением ужина. Сначала нас это раздражало, ну, Ташу и меня, Милли всегда это нравилось, но, став старше, эти дни стали моими любимыми. Когда ужин готовили только мы с мамой.

Я взяла контейнеры и убирала обратно в холодильник.

— Милли заготовила мне это, потому что знала, что у меня не будет много свободного времени в их с Ташей отсутствие, и она хотела убедиться, что я питаюсь правильно.

— Похоже, вы с сестрами довольно дружны. Между собой и с вашей мамой.

— Да. Мы все скучаем по ней… хорошо, что мы есть друг у друга.

Как только я разогрела еду, мы отнесли ее на маленький квадратный обеденный стол и устроились поудобнее.

— Итак, что скажешь… ты, я… ужин? — повторила я, как только он принялся за еду и пиво.

Мик ухмыльнулся и спросил:

— Считаешь, мы бы подошли друг другу?

Я нетерпеливо кивнула.

— Да, — практически крикнула я. — Не говори, что ты забыл тот поцелуй. Или у тебя отшибло память? Или он тебе приснился? Ты ведь там был? Мы определенно подходим друг другу.

Он усмехнулся.

— Да, я там был, и, безусловно, все помню. Химия, конечно, важна, но это еще не все. Как думаешь, достаточно ли у нас общего в другом? Я имею в виду, что я — грубиян-ирландец, который иногда имеет дело с подонками и решает проблемы кулаками… ты — удивительно умная и чертовски сексуальная женщина, и в одном твоем мизинце больше класса, чем во всем моем теле. Я — это пиво и пицца, а ты — шампанское и икра…

Я пристально посмотрела на него, игнорируя счастливое биение сердца из-за того, какой он меня видел.

— Надеюсь, ты не пытаешься намекнуть, что недостаточно хорош для меня, или что я в чем-то лучше тебя, потому что это оскорбительно для нас обоих, — заявила я, практически улыбаясь, когда он ухмыльнулся. — И, к твоему сведению, я ненавижу икру и люблю пиццу…

Мик усмехнулся и поднял руки.

— Извини, я не думал обижать, просто хотел, чтобы ты знала, во что ввязываешься. Будут не только поиски потерянных отцов и ночи в баре с нашими друзьями… ты встречалась с моей мамой, я стараюсь проводить с ней время каждый день. Она не позволяет перевезти ее в мой дом, но мне ненавистна мысль о том, что она будет одна в том месте, даже если ей хочется там быть. Некоторым женщинам, с которыми я встречался, было трудно делить меня и мое время с моей мамой.

— Эти женщины — дуры, — выпалила я в ответ, не подумав. — Я бы все отдала за возможность видеть свою маму каждый день, и ни за что не стала бы ревновать к тому, что ты проводишь время со своей мамой. Что касается остального, то для этого и нужны свидания, верно? Познакомиться друг с другом? Все, о чем я прошу, — это шанс узнать тебя получше. — Меня осенила идея, и я потянулась, чтобы взять его за руку. — А что, если мы проведем друг с другом один день из нашей жизни?

— Как это?

— Мой следующий выходной в понедельник. Что, если в понедельник я проведу с тобой весь день, так сказать, в качестве твоей тени, чтобы посмотреть, как ты живешь каждый день. А когда у тебя будет свободный день, ты сможешь провести его со мной. Это даст нам более детальное представление о том, получится ли у нас что-нибудь. Своего рода ускоренный курс по знакомству.

— Звучит странно. Ты делала так раньше?

— Нет, видела по телевизору. Вообще-то, там речь шла о том, чтобы люди следили за другими людьми, чтобы понять, подходят ли они для работы, но мне показалось это хорошей идеей, которая подойдет и для отношений, — призналась я. — Это не только дало бы нам больше времени наедине и позволило бы нам больше узнать друг о друге, но и позволило бы нам увидеть, как мы впишемся в жизнь друг друга. А после, можешь дать ответ, примешь ли ты мое приглашение на ужин или нет.

— Ты серьезно? — спросил он.

— Абсолютно. Ты мне нравишься, Мик, и я готова сделать все возможное, чтобы показать тебе, что мы должны попробовать. Что скажешь?

— Я скажу: хорошо. Давай сделаем это.

Глава 20

Мик

БЫЛО ЧЕТЫРЕ СОРОК ПЯТЬ утра, когда я остановился у «Трех сестер», полностью уверенный, что мне придется ждать Дрю или, возможно, идти ее будить. Вместо этого она ждала снаружи, бодрая и возбужденная, чуть ли не подпрыгивая на месте.

Черт, выглядела она великолепно.

В штанах для йоги и майке, подчеркивающей все изгибы и не оставлявшей места для фантазий, с волосами, собранными в конский хвост, и лишенным макияжа лицом, Дрю была абсолютно сногсшибательна.

Прежде чем я успел открыть дверцу джипа и помочь ей сесть, она уже сидела пристегнутая ремнем безопасности, повернув ко мне улыбающееся лицо.

— Доброе утро!

Ладно, я вставал в такую рань, потому что таков был мой распорядок дня, и единственное время суток, когда я мог вписать в него тренировку. Это не означало, что мне это нравилось, и я не привык встречать день еще до восхода солнца.

Тем не менее, я не мог не ухмыльнуться, глядя на жизнерадостность Дрю.

— Доброе утро, — ответил я, все еще хриплым со сна голосом. — Готова?

— Еще как. Я почти не спала, так нервничала и волновалась, — призналась она без всякого лукавства.

Мне это понравилось.

— Надеюсь, у тебя достаточно сил, чтобы пережить этот день, потому что он будет долгим, — предупредил я.

— Так точно, капитан, — дерзко ответила Дрю, поворачиваясь прямо, готовая отправиться со мной в спортзал.

Я лишь усмехнулся, и остаток поездки мы провели в относительной тишине, за исключением звучащей из динамиков мелодии Pink Floyd.

Припарковавшись, мы вошли внутрь, и я бы солгал, сказав, что не наслаждался видом ее задницы в штанах для йоги. Настолько, что мне пришлось вспомнить одно расследование, когда я стал свидетелем того, как мужик трахал апельсин.

Это всегда срабатывало.

К тому времени, когда я показал ей, где находится женская раздевалка, мое тело пришло в норму, и я поклялся не смотреть ниже ее шеи, пока она не переоденется в повседневную одежду, избавившись от этих штанов.

Мы оставили вещи каждый в своей раздевалке, а затем снова встретились в зале.

— Обычно я разминаюсь, иногда бегаю или растягиваюсь, а затем участвую в спарринге. Можешь пользоваться всем, чем захочешь… я дам тебе знать, когда пойду в душ.

— Под спаррингом ты имеешь в виду бой на ринге? — спросила она, широко распахнув глаза.

— Да, именно, но это не такой серьезный бой, как если бы мы выступали на настоящих соревнованиях, однако без ударов не обойдется.

— О… а можно я посмотрю?

— Конечно, если хочешь. Я дам тебе знать, когда до меня дойдет очередь.

Дрю кивнула, затем оставила меня, отправляясь на беговую дорожку, а я пошел к матам и начал делать растяжку. Как только я закончил, немного потренировался с мешком, а затем с боксерской грушей.

Час спустя я отыскал взглядом Дрю и кивнул в сторону коврика. Пришло время для спарринга.

Я снял пропитанную потом футболку, вытерся полотенцем и протянул руки, чтобы мне перемотали их скотчем. Как только я был готов, я вышел на ринг и ударил по перчаткам Танка, одного из профессиональных бойцов спортзала.

Мы с ним часто спарринговали вместе, так как были в одной весовой категории.

Я так сосредоточился на том, что делал, — это было важно, если я не хотел, чтобы мне надрали зад, — что не видел, как Дрю наблюдала за мной, пока не нырнул под веревки и не спрыгнул с ринга.

Я отпил большой глоток воды из бутылки, вытер с лица пот и, повернувшись, увидел ее позади себя, она смотрела на меня затуманенным взглядом.

— Ну, как тебе? — спросил я.

Внезапно, Дрю подошла ко мне, обхватила ладонями мое лицо и притянула к себе для поцелуя.

Во мне бушевал адреналин, и в моих объятиях была женщина, которая не давала мне спать по ночам, поэтому я ответил со всем пылом, обхватив ее попку, которую оценивал все утро.

Через несколько мгновений я услышал пронзительный свист и отстранился, тяжело дыша, и, подняв глаза, увидел, что тренер хмуро наблюдает за нами.

— Не в моем спортзале, О'Доннелли, — рявкнул он, затем снова устремил свой взгляд на боксеров на ринге.

— Извини, — прошептала Дрю, отвлекая мое внимание от тренера и возвращая его к своему покрасневшему лицу.

— Никогда не извиняйся за такой поцелуй, — сказал я с усмешкой и отпустил ее, прежде чем снова получить выговор и попасть в немилость тренера.

Все еще сгорая от смущения, она улыбнулась и отступила на шаг.

Я старался не замечать, как при каждом вдохе ее грудь высоко вздымается, и потерпел неудачу. Вот тебе и клятва не смотреть ниже ее шеи.

— Что скажешь, если мы отправимся в душ, а потом я отведу тебя позавтракать?

— Звучит идеально, — сказала Дрю, затем повернулась и направилась в женскую раздевалку.

Я воспользовался моментом, чтобы допить воду, наблюдая, как она уходит, прежде чем повернуться в сторону мужской раздевалки.

Мне нужен был холодный душ.

Глава 21

Дрю

Я СТОЯЛА ПОД ХОЛОДНЫМИ струями, пока губы не задрожали, но все еще не могла выкинуть из головы вид мускулистого тела Мика.

Когда он снял футболку и вышел на ринг, я почувствовала себя одним из тех мультяшных персонажей, у которых челюсть падает до пола и вываливается язык. Затем он начал двигаться, и того, как напрягались и перекатывались его мышцы, было достаточно, чтобы независимая деловая женщина упала в обморок, будто дело происходило в Англии восемнадцатого века.

Я никогда не была из тех, кто смотрел бои без правил или бокс. Я не являлась поклонницей насилия или людей, проявляющих физическую силу, когда они злятся, но после нескольких минут наблюдения за Миком я осознала, что видела все в неверном свете.

Это было прекрасно.

Он был прекрасен.

Мик говорил, что его отец был профессиональным бойцом, и хотя я не думала, что Мик когда-либо занимался профессиональным спортом, он явно много тренировался. Его движения были полны изящества и точности, и наблюдение за ним на ринге, сотворило с моим либидо то, о чем я и не подозревала, что такое возможно.

Не знаю, смогла бы я выдержать, наблюдая за ним в профессиональном бою, где он и другой мужчина пытались бы уничтожить друг друга, но за спаррингом я могла бы наблюдать хоть весь день.

Тот поцелуй был чисто инстинктивным. Движимый похотью и необходимостью провести руками по всему его телу. Время и место, конечно, — полный отстой, но о том, чтобы держать руки при себе, не могло быть и речи.

Теперь, заморозив гормоны, и немного успокоившись, я была почти уверена, что смогу пережить остаток дня, не набросившись на него снова. Если только за это время он не ввяжется в случайный спарринг… тогда все полетит коту под хвост.

Мик сказал одеться повседневно, поэтому я взяла с собой джинсы и красивую блузку.

— Ну, ты готова? — спросил Мик, когда я вышла из раздевалки.

— Да, умираю с голоду.

— Тогда пойдем тебя накормим.

Десять минут спустя мы сидели в небольшой закусочной рядом с его офисом, а симпатичная официантка в возрасте, с собранными в пучок волосами и ярко-красными губами, подавала кофе.

— Я буду четыре яйца средней прожарки, жареный картофель, бекон и фрукты, — сказал Мик, и я почувствовала, как от его заказа мои глаза расширились.

Но, полагаю, с таким телом, как у него, которое нужно было поддерживать в форме, требовались любые источники энергии.

— Можно мне греческий омлет, пожалуйста?

— Скоро принесу, — сказала официантка и оставила нас с полными чашками кофе.

— Итак, как дела у молодоженов? — поинтересовался Мик, делая глоток черного кофе, пока я добавляла в свой сливки.

— Таша и Джерико проведут на Бали еще неделю, так что я уверена, что у них все отлично. Последние фотографии, которые она присылала, были из какого-то обезьяньего заповедника или леса… не уверена, но у нее на плече сидела обезьяна, и Таша выглядела совершенно обезумевшей.

Мик усмехнулся и спросил:

— А Джексон и Милли?

— Они вернулись прошлым вечером.

— Если тебе нужно в свой выходной повидаться с ними, я тебя полностью пойму.

— О, нет, ты так легко от меня не избавишься, — сказала я со смехом. — Уверена, они устали и хотят провести день с Кайлой. Вполне приемлемо, если я загляну к ним завтра и послушаю рассказы об их поездке.

Мик кивнул.

Я наклонилась над столом и спросила:

— Итак, что еще у нас на повестке дня? Мы отправимся за какими-нибудь плохими парнями?”

— Извини, ничего такого захватывающего, — ответил Мик с усмешкой. — Мы заедем в офис, проверим, нет ли новых сообщений или новостей по текущим делам, займемся бумажной работой, затем заскочим в магазин и закупимся для мамы. Когда я ей сказал, что ты будешь со мной, она попросила меня купить все для сэндвичей, чтобы мы могли с ней пообедать, надеюсь, ты не против.

— Конечно, нет. Дотти мне очень нравится. Она веселая, — ответила я, взволнованная мыслью о том, что вновь увижу маму Мика.

— Не знаю, насколько веселой ты ее будешь считать, когда поймешь, что ее насущная цель в жизни — проверить, подходим ли мы друг другу.

Я посмотрела в его прекрасные глаза, пытаясь понять, возражал ли он против того, что его мама замышляла свести нас вместе. Судя по собравшимся в уголках его глаз морщинкам, я не думала, что он слишком сильно возражал.

Надеюсь, это означало, что он, наконец, отказался от сопротивления и готов дать нам шанс.

— Уверена, по этому поводу у меня не возникнет никаких возражений, — тихо сказала я.

Мик открыл рот, чтобы ответить, но тут официантка поставила перед нами тарелки, и он посмотрел на нее и сказал:

— Спасибо.

Я вздохнула про себя, но подумала: «Ничего, у нас впереди весь день, и я не сдамся».

— Выглядит великолепно, — добавила я, расстилая салфетку на коленях и готовясь наброситься на омлет.

— Да. Так вот, после визита к маме, я должен разведать кое-что для клиента. Он сказал, что бывшая украла их собаку, так что посмотрим, сможем ли мы отыскать их и сфотографировать.

— О, круто, хочешь сказать, мы можем устроить засаду?

Отвечая, Мик выглядел так, словно сдерживал улыбку.

— Вероятно, мы всего лишь заглянем на задний двор, но, возможно, твое желание исполнится, и нам придется проторчать несколько часов в джипе перед домом.

— Хорошо. — Я захлопала в ладоши, прежде чем взять вилку. — Жду не дождусь.

Мик снова усмехнулся, и все внутри меня затрепетало, а гормоны оттаяли.

Едва ли он догадывался о моих желаниях, чего бы мне действительно хотелось, так это чтобы наш совместный день завершился бы нашей совместной ночью.

Глава 22

Мик

Я ПОДНЯЛ ГЛАЗА И ПОВЕРХ экрана компьютера увидел, что Дрю изучает мою коллекцию пластинок, ее указательный палец перевирал корешки, когда она читала названия.

Честно говоря, я думал, ей уже все до смерти наскучит, но как только мы приехали в офис, она вызвалась проверить сообщения на моем, как она его назвала, «автоответчике Юрского периода», а также голосовую почту на моем мобильном и записать любую полезную информацию. Это освободило меня для работы над отчетом для клиента, чье дело я только что закончил.

К тому времени, когда отчет был готов и отправлен по электронной почте, Дрю завершила записи и передала их мне, чтобы я мог перезвонить тем, кто мне был нужен.

Теперь я как раз заканчивал переписку по электронной почте и удостоверился, что у меня есть все для нашего последующего дела на этот день, а Дрю занялась осмотром офиса, комментируя по ходу:

— Эта кожа такая приятная на ощупь.

— А что фиксирует видеорегистратор?

— О-о-о-о, обожаю этот альбом The Beatles.

Удивительно, но ее комментарий не отвлекали, более того, мне нравилось, что она была в офисе, пока я работал. Ее присутствие успокаивало, и мне нравилось слушать, как она говорит, даже если в основном она просто бормотала себе под нос.

Я был большой в опасности стать зависимым от Дрю, а мы еще даже не начали по-настоящему встречаться.

— Готова отправляться? — спросил я, выходя из-за стола.

— Ага.

После того, как я запер офис, мы сели в джип, заехали в местный магазинчик, чтобы купить все необходимое для ма, а потом направились в дом престарелых.

Как только мы там оказались, я легонько постучал в дверь, затем открыл ее и объявил о нашем прибытии.

— Друзилла, дорогая, проходи, — сказала Дотти при виде нас.

Она сидела в кресле и смотрела шоу про судебные разбирательства, но я заметил, что ма уложила волосы и принарядилась.

— Привет, Дотти, так приятно снова вас видеть, — поздоровалась Дрю, подходя, чтобы обнять маму.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказала ма, ее обветренное лицо сияло.

— Спасибо, вы тоже.

— Привет, ма, это я, твой послушный сын… не хочешь поздороваться? — спросил я в шутку, втайне радуясь, что ей так нравится Дрю.

Хотя, полагаю, прошли годы с тех пор, как я приводил женщину, с которой встречался, чтобы познакомить с ма, так что неудивительно, что она обеими руками цеплялась за возможность того, что между нами с Дрю что-то будет.

— Ш-ш-ш, тебя я вижу каждый день, — парировала ма. — Дай немного насладиться девичьей компанией.

Я покачал головой, но оставил их одних и пошел на маленькую кухню, чтобы выложить чипсы и все ингредиенты для сэндвичей, а остальное убрать.

— Хотите, я приготовлю сэндвичи? — спросил я, закончив.

— Да, Микки, — ответила ма, пренебрежительно махнув на меня рукой, слишком поглощенная разговором с Дрю.

— Я бы спросил, с чем ты хочешь, но не испытываю желания, чтобы мне откусили голову, — пробормотал я себе под нос, готовя сэндвичи с индейкой.

Я поставил на стол три тарелки с сэндвичами, большой пакет чипсов и три стакана воды, затем посмотрел на ма и Дрю, склонившихся друг к другу, они все еще тихо беседовали и улыбались, как подруги, которые давно не виделись.

— Обед готов, — объявил я, затем подошел, чтобы помочь маме встать с кресла и сесть за стол.

Как только мы все устроились, я открыл пакет с чипсами, затем поднял глаза и увидел, что они обе наблюдают за мной.

— Что? — спросил я.

— Спасибо за обед, — сказала Дрю.

— Ты купил мне острые чипсы? — спросила ма.

— Да, ма, купил, но должен сказать, я не считаю, что они для тебя полезны.

— Я прожила достаточно, чтобы знать, что мне на пользу, а что во вред? Думаю, я заслужила право есть то, что хочу, — возразила ма.

— Согласен, — ответил я, затем добавил: — В разумных пределах. — Мама поджала губы. — Тебе нужно заботиться о своем здоровье, а ожог желудка какой-то окрашенной, напичканной всякой дрянью нездоровой пищей никак этому не способствует.

— Не все из нас помешаны на здоровье, как ты и твой отец… и не забывай, я кормила тебя грудью, приучала к горшку, возилась с тобой в период полового созревания и роста, как у Халка. Большую часть своей жизни я прожила ради вас с отцом, разве сейчас я не должна пожить для себя?

— Господи, ма, если острые чипсы так много для тебя значат, ради Бога, ешь их.

— Не смей произносить имя Господа всуе.

Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не закатить глаза.

— Прости, — выдавил я и запихнул в рот сэндвич, прежде чем успел сморозить что-нибудь еще.

Я нахмурился, заметив, как мама качает головой, а Дрю пытается не рассмеяться.

— Дрю, будь так любезна, сходи за моими чипсами, — попросила ма, бросив на меня взгляд: «только попробуй возразить».

Я вздохнул, а Дрю ответила:

— Конечно, — и встала из-за стола.

Как только она ушла, мама наклонилась и прошептала:

— Если упустишь ее, я вычеркну тебя из завещания.

Мило, ма…

Глава 23

Дрю

— ВОТ ОНА! — ВЗВИЗГНУЛА Я, а затем зажала рот ладонью.

Не то чтобы леди, которая сейчас спускалась по ступенькам своего дома с собачьим поводком в руке, могла услышать меня из джипа Мика, стоявшего в двух домах оттуда, но… все же. Мы сидели в засаде, и я не хотела вызывать подозрений.

Смех Мика разнесся по салону, и я повернулась к нему с широко раскрытыми глазами, затем опустила руку и одними губами произнесла: «Извини».

— Все в порядке, не думаю, что она тебя слышала, — добродушно ответил он, затем поднял профессиональную камеру и направил длинный объектив через приборную панель на высокую женщину с волосами цвета воронова крыла, ждавшую, пока ее шнауцер справит нужду на соседской лужайке.

Я внимательно наблюдала за женщиной, наполовину ожидая, что она поймет, что мы следим за ней, и почему-то, убежит.

Вместо этого она дождалась, пока собака закончит свои дела, и продолжила прогулку.

— Хм, — произнесла я, чувствуя себя немного разочарованной отсутствием драмы и тревоги.

— Разочаровывает, да? — спросил Мик, не опуская объектив и делая несколько снимков.

— Нет… не знаю… ладно, может быть, немного, — призналась я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него со своего места. — Мне бы хотелось пуститься за кем-нибудь в погоню, хотя после утренней тренировки я, вероятно, не ушла бы далеко.

— Уверен, ты бы отлично справилась. Но, честно говоря, моя работа на самом деле не такая. Опасность и преследования преступников я оставляю полиции. Большинство моих дел касаются людей, пытающихся кого-то разыскать, — вроде тебя, Джексона и Джерико, — или людей, пытающихся выяснить, изменяет ли им вторая половинка, или получить компромат на бывшего… что-то в этом роде.

— О, хорошо. Мне бы не хотелось думать о том, что ты находишься в опасности.

— Надеюсь, я тебя не разочаровал, — сказал Мик, опуская камеру и разбирая ее, чтобы положить обратно в футляр.

— Вовсе нет. Я сегодня очень повеселилась, — ответила я, протягивая руку, чтобы коснуться его предплечья. — Спасибо, что согласился на мою безумную идею.

— Мне тоже было весело, — признался Мик с кривой усмешкой. — Итак, у тебя были какие-нибудь мысли насчет ужина?

Я издала смешок.

— У меня такое чувство, что мы полдня потратили либо на планирование нашей следующей трапезы, либо на ее поедание. Обычно я не думаю о еде, пока у меня не заурчит в животе и я не пойму, что не ела весь день.

— Разговоры о еде и ее поглощение — одно из моих любимых занятий. Я бы ни за что не забыл поесть. Это безумие, — сказал Мик, заводя джип и отъезжая от обочины. — Тебе нравится китайская еда?

— Да.

— Что скажешь, если мы возьмем что-нибудь на вынос и поедем ко мне домой?

— К тебе домой?

— Да, я не живу в офисе. По крайней мере, стараюсь этого не делать.

— Звучит идеально. Я бы с удовольствием посмотрела, где ты живешь, — сказала я, думая, что этот день становится даже лучше, чем я себе представляла, когда предлагала это.

— Тогда, решено.

Мы заехали за китайской едой и направились к дому Мика, который оказался милым маленьким домиком в стиле ранчо, расположенным по пути между его офисом и домом престарелых.

Когда мы вошли внутрь, я огляделась по сторонам, пытаясь охватить все сразу. Дом был аккуратным и чистым, гораздо больше, чем мой, а гостиная обставлена в довольно минималистичном стиле. Предметов декора, украшавших стены, или безделушек, заполнявших полки было не так уж много. На полках стояло еще больше пластинок, а также проигрыватель и несколько небольших устройств. На подставке рядом с камином стояла гитара, а всю стену занимал самый большой телевизор, который я когда-либо видела.

Мебель была комфортной и мягкой, а в глубоком кресле рядом с диваном он, очевидно, проводил большую часть времени. Оно было повернуто к телевизору, на подлокотнике лежал большой пульт управления, а рядом с ним стоял столик.

Из-за отсутствия украшений и подушек, комната кричала о холостяцкой берлоге, но темно-синие оттенки придавали ей очень домашний уют.

Мне хотелось лечь на этот диван под плюшевый плед и вздремнуть, хотя я сомневалась, что Мик прикоснется к плюшевому пледу даже десятифутовым шестом.

— Ты играешь? — спросила я его, указывая на гитару.

— Нет. — Он покачал головой. — Просто нравится иногда пополнить коллекцию. На ней автографы The Rolling Stones. — Мик посмотрел на гитару, как некоторые женщины смотрят на бриллианты, а затем сказал: — Пойдем на кухню, разберемся с едой.

Я последовала за ним из гостиной на кухню, через столовую, где стоял великолепный, большой, прочный стол, который выглядел так, будто огромное дерево распилили пополам и отполировали.

— Мило, — отметила я, когда мы вошли в отремонтированное помещение. — И, должна сказать, у тебя потрясающий обеденный стол.

— Спасибо, их делает мой друг. — Мик выставил белые контейнеры на гранитную столешницу кухонного островка. — Я закончил ремонт кухни только прошлым летом. И очень доволен результатом.

— Хочешь сказать, это сделал ты? Сам? — недоверчиво спросила я.

Я оглядела красивые столешницы, серые шкафы и бытовые приборы из блестящей нержавеющей стали.

— Да, это был, своего рода, страстный проект, — сказал Мик, слегка пожав плечами, когда раскладывал еду по тарелкам.

— Ого, прекрасная работа. Такая кухня заставляет страстно желать, чтобы сюда пришла куча людей, чтобы приготовили для них вкусные блюда.

— Да, я собирался пригласить всех к себе, просто был так занят, что, кажется, времени не было совершенно.

— Ты должен всех пригласить, — воскликнула я, задаваясь вопросом, позволит ли он мне воспользоваться этой духовкой. — Когда Таша и Джерико вернутся, все будут в сборе. Уверена, все будут рады прийти потусоваться и посмотреть, где ты живешь.

Он кивнул и протянул мне тарелку.

— Хочешь поесть за столом или посмотрим что-нибудь по телевизору? — спросил он.

Я подумала с минуту, пытаясь выбрать между чудесным столом и большим экраном.

— У телевизора, — ответила я. — За столом мы можем позавтракать.

Я не потрудилась скрыть усмешку, когда взяла тарелку и вышла из комнаты, игнорируя шок на лице Мика.

Глава 24

Мик

ПОСЛЕ ТОГО, КАК ДРЮ УШЛА, я оторвал челюсть от пола и последовал за ней.

Вы должны полюбить женщину, которая не боится просить о том, чего хочет. И с того дня, как мы встретились, Дрю ясно давала понять, что то, чего она хочет, это… я.

Не уверен, был ли я польщен или напуган. Может, немного и того и другого.

Дрю сидела на диване, поджав под себя ноги, ее тарелка стояла на столике рядом.

— У тебя есть накидушка? — спросила она.

Я озадаченно посмотрел на нее.

— Что?

— Накидушка… ну, типа, одеяло.

— Э-э, никогда не слышал, чтобы одеяло так называли, но… единственное одеяло, которое у меня есть, — на моей кровати. Хочешь, принесу?

У мамы на кресле всегда лежало одеяло, но это потому, что она старше и постоянно мерзнет, но я не понимал, зачем большинство людей укрываются, сидя у телевизора.

Это вообще удобно, когда ты в джинсах?

Если я укрывался одеялом, значит, собирался спать.

Этого мне было не понять…

— Нет, — со смехом ответила Дрю. — Не нужно ворошить постель. Я в порядке.

— Уверена? Потому что я могу принести.

— Уверена, не беспокойся.

Она взяла тарелку и принялась за говядину с брокколи, в то время как я оглядывал комнату и задавался вопросом, что она думает о моем доме.

Раньше я никогда по-настоящему не беспокоился об этом. Не то чтобы я приводил сюда кучу женщин, может, одну или две за эти годы, но никогда не относился серьезно ни к одной из них, так что нравился им мой дом или нет, — не имело значения.

Но с Дрю все было по-другому.

Мне хотелось, чтобы она чувствовала себя здесь комфортно. Чтобы возвращалась сюда снова и снова.

Удивленный своими мыслями, я прочистил горло и взял пульт.

— Что желаешь посмотреть? — спросил я, открывая меню.

— Хм, не знаю, может, выберем фильм?

— Конечно, — ответил я, переключаясь на киноканалы.

— Сейчас идут «Побег из Шоушенка», «Сила веры», «Вверх» и «Неудержимые».

— «Шоушенк»? — спросила она, и я улыбнулся.

— Идеально.

Я принялся за курицу кунг пао и понял, что не предложил ей выпить.

Чувствуя себя полной задницей, я встал и спросил:

— Что тебе принести выпить? У меня есть пиво, вода и, может быть, сок.

— Пиво было бы неплохо.

Мы закончили с едой и фильмом, и я обнаружил, что мне неловко в своем глубоком кресле, я нервничаю и не знаю, что делать дальше.

Что, черт возьми, со мной не так? Я задумался. У меня никогда не было проблем с женщинами. По крайней мере, в физическом плане, и, судя по всему, — вот и ответ на мой вопрос. Я не был уверен, как поступить дальше, потому что Дрю стала мне небезразлична, и я боялся, что все испорчу.

— Хочешь еще пива?

— Нет, все в порядке, — ответила Дрю, глядя на меня с хитрой улыбкой. — Чего я действительно хочу, так это чтобы ты сел рядом.

Она похлопала по дивану рядом с собой и добавила:

— Обещаю, я буду нежной.

Я издал звук, нечто среднее между кашлем и смешком.

Упрекая себя за то, что впервые наедине с девушкой веду себя как подросток, я встал и сделал так, как она просила.

Как только я сел, Дрю переместилась в мои объятия и прижалась ко мне, прильнув щекой к моей груди. Это было приятно. На самом деле, великолепно. Не уверен, зачем ей нужно одеяло, потому что она была такой теплой и мягкой.

Если бы она лежала со мной в постели, мне бы не понадобилось одеяло, с ней было бы вполне уютно.

Мысленного образа Дрю в моей постели оказалось достаточно, чтобы осознать тот факт, что сейчас она в моих объятиях. Я чувствовал, как ее грудь прижимается ко мне, касание ее шелковистой кожи и аромат волос, в котором угадывались нотки корицы и специй.

Больше не будучи неуверенным в том, как хочу действовать, я поднял голову Дрю со своей груди и коснулся ее губ своими. Сначала медленно… испытующе, а когда она приоткрыла губы, я углубил поцелуй.

Она издавала еле слышные звуки, похожие на тихие стоны счастья, пока мы терялись друг в друге.

Дрю откинулась на диван, и я последовал за ней, не прерывая контакта, прижался к ней всем телом, стараясь не раздавить своим весом. Ее руки начали исследовать, путешествуя по моим плечам к спине, затем под рубашку.

При первом прикосновении ее пальцев к моей коже у меня вырвался стон, и я инстинктивно прижался к ней, застонав громче, когда мой член коснулся ее разгоряченной киски. Черт возьми, я мог бы сказать, что мы идеально подходим друг другу, и внезапная необходимость избавиться от одежды возникла немедленно.

Дрю прижалась ко мне, делая пытку еще слаще.

Оторвав от нее губы, я начал собственное исследование, целуя ее подбородок и спускаясь вниз по шелковистой, нежной шее. Задержался там на несколько мгновений, прижимаясь носом и лаская языком чувствительную область, наслаждаясь тем, как она двигалась подо мной, и звуками, которые издавала.

Зная, что если не остановлюсь в ближайшее время, то либо овладею ею на диване, либо закончу эпически синими яйцами, я отстранился от нее и попытался отдышаться.

— Мы должны остановиться, — выдавил я, моя рука все еще ласкала ее бедро, будто жила собственной жизнью.

Дрю покачала головой.

— Я не хочу останавливаться. А ты? Хочешь?

— Нет, черт возьми, — признался я.

От моего ответа она просияла.

— Мы взрослые люди. Друзья. И я надеюсь, станем чем-то большим. Но если ты не чувствуешь того же, тогда, да, я согласна, мы должны остановиться, потому что не хочу, чтобы все закончилось болью… но, если ты чувствуешь то же, что и я, и хочешь посмотреть, к чему это нас приведет, тогда нам следует отправиться в постель.

Я встал, восхищенный ее искренностью… чертовым бесстрашием… и протянул руку.

— Пойдем в постель, — заявил я.

Она ответила, вложив ладонь мне в руку.

Глава 25

Дрю

МИК ПОВЕЛ МЕНЯ к двери в конце коридора, которая вела в его спальню.

Все, о чем я только могла думать, — то, что это происходит, происходит, происходит.

У меня кружилась голова, я была возбуждена и полна предвкушения. Мне нравился такой эмоциональный коктейль Молотова.

Мой взгляд скользнул от его широкой мускулистой спины вниз к упругой заднице и снова вверх, и я не могла дождаться, чтобы исследовать его тело. Мне казалось, я весь день томилась на медленном огне, с тех пор как наблюдала за его спаррингом, и теперь была готова закипеть.

Главная спальня была большой, с огромной кроватью королевских размеров, без изголовья или изножья, только четыре большие подушки поверх простого синего одеяла. Там стояли комод, еще одно глубокое кресло в углу и телевизор, прикрепленный к стене. Я увидела две двери, которые, как я предположила, вели в ванную комнату и гардеробную.

— Можно я очень быстро заскочу в ванную? — спросила я.

— Вон туда, — ответил Мик, указывая на дверь слева и отпуская мою руку.

— Спасибо. Сейчас вернусь.

Его ванная была красиво отделана, и на мгновение я задумалась, не сделал ли он ее сам, как и кухню.

Я сходила в туалет, вымыла руки и осмотрела себя в зеркале.

«Не ужасно, но могло быть и лучше», — подумала я, затем быстро сбросила джинсы и блузку.

Хорошо, что на мне был розовый кружевной комплект нижнего белья. Стараясь вести себя тихо, я осторожно открыла дверцу шкафчика. Я не хотела шпионить, мне просто нужна была зубная паста, которая, как я думала, была внутри. Найдя ее, я нанесла немного на палец и почистила зубы или, по крайней мере, освежила рот.

Китайская еда и пиво, возможно, были великолепны на вкус, но не доставляли такого удовольствия, когда вы целовались.

Прополоскав рот, я изо всех сил постаралась стереть следы туши под глазами, расчесала пальцами волосы и взбила их. Я повернулась, чтобы выйти, потом помедлила, быстро понюхала подмышки и повернулась обратно к раковине. Схватив тканевую салфетку, смочила ее и, намылив, очень быстро протерла под мышками, а затем бросила салфетку в корзину для белья.

Почувствовав себя лучше, но немного беспокоясь о том, чтобы появиться в нижнем белье, я распахнула дверь и приняла свою лучшую сексуальную позу.

При звуке открывающейся двери Мик повернул ко мне голову, в его глазах вспыхнул огонь, когда он принялся изучать мою почти обнаженную фигуру. Он расстелил кровать, что показалось мне милым, и стоял с краю от нее в спортивных шортах и больше ни в чем.

— Похоже, нам пришла в голову одна и та же идея, — сказала я хриплым голосом.

Мик повернулся ко мне, затем поманил пальцем.

Испытывая нужду вновь прикоснуться к нему, почувствовать его, я поспешила к нему так быстро, как только позволяли босые ноги, остановившись как раз перед тем, как врезаться в него всем телом. Мои руки устремились к его груди, где им и хотелось быть, и я провела по гладким мышцам, чувствуя, как по ним пробежала дрожь.

— Ты такая красивая, — хрипло сказал он, погладив ладонью мою щеку.

— Как и ты, — выдохнула я, вспоминая первый раз, когда он сказал мне это, на свадебной вечеринке Таши и Джерико.

Он ухмыльнулся и наклонил голову.

Я закрыла глаза, с восхитительным предвкушением ожидая, когда его губы коснутся моих. И когда это произошло, между нами словно что-то вспыхнуло. Все мысли исчезли, остались лишь движения и чувства.

Я придвинулась так, чтобы ощутить жар его тела. Его твердая длина коснулась средоточия моей женственности, и это было настолько потрясающе, что я не могла удержаться, чтобы не толкнуться вперед, желая большего.

Мик целовал мою шею, затем двинулся ниже, пробегая губами по холмикам грудей над лифчиком, слегка покусывая плоть. Желая большего, я завела руки назад и расстегнула застежку, спуская бретельки, пока полностью не избавилась от кусочка кружева.

С губ Мика сорвалось низкое рычание, он обхватил меня за спину, и его рот обрушился на мой жаждущий сосок.

У меня немного закружилась голова от удовольствия, и я положила одну руку ему на затылок не только для того, чтобы удержаться, но и чтобы побудить продолжать делать то, что он делал. Нежно прикусив кончик и заставив меня охнуть, Мик перешел к другой груди.

Желая принять участие и доставить ему такое же удовольствие, от которого у меня подкашивались колени, я положила руку на его пресс.

Боже, он был таким приятным на ощупь… везде.

Я ненадолго насладилась ощущением его упругого живота, затем двинулась вниз, страстно желая ощутить его длину. Проникнув в шорты, я с удовольствием обнаружила, что его твердый член ждет меня без всяких преград. Обхватив его, я начала двигать рукой вверх и вниз. Сначала медленно, потом быстрее.

— Черт, Дрю, с тобой так хорошо, — выдавил Мик, осыпая поцелуями мою грудь.

Он резко приподнял меня, отчего я выпустила его член, и ухватился за мою задницу. Мои руки взлетели к его плечам, чтобы не упасть, когда он развернул меня и одним быстрым движением уложил на край кровати.

Прежде чем я смогла сесть или пошевелиться, его рот оказался на мне, целуя сквозь кружево трусиков.

Нал краткий миг я забеспокоилась, подумав, что мне следовало бы использовать ту салфетку для южных районов, но потом мне стало все равно.

Мик сдвинул трусики в сторону, уткнулся носом в мою киску, а затем с рычанием тщательно вылизал. Святое дерьмо, он был хорош. Так хорош, что я не была уверена, должна ли наброситься ему на лицо и тут же кончить или отстраниться и попытаться затащить его на себя.

Запустив руку ему в волосы, я посмотрела на него сверху вниз. Он наблюдал за мной своими чертовски сексуальными глазами. И я чуть не кончила на месте.

— Подожди, я сейчас… — я замолчала, выгнув спину и откинув голову в сторону, когда меня захлестнул оргазм.

Мик не оставлял клитор в покое до тех пор, пока я больше не могла этого выносить, затем скользнул вверх по моему телу и нежно поцеловал меня в шею.

— Я не хотела кончать так быстро, — выдохнула я, на самом деле, совсем не сожалея.

Я почувствовала у шеи его смешок.

— Нам просто придется повторить снова.

Я перевела дыхание и повернулась к нему, мои руки ласкали его грудь и уделяли особое внимание соскам, прежде чем начать спускаться.

Покрывая поцелуями его грудь, я снова взяла его член, на этот раз крепко сжимая и двигая рукой вверх и вниз.

Я покусывала его сосок, когда Мик приказал:

— Оседлай меня.

Удивленная и довольная тем, что мне дали контроль вот так сразу, я села и позволила ему устроиться на кровати, прежде чем снять трусики и взяться за пояс его шорт.

Когда я избавила Мика от шорт и отбросила их в сторону, он полез в ящик за презервативом и протянул его мне.

Я перекинула ногу, чтобы оседлать его, затем наклонилась для поцелуя. Касание наших губ быстро превратилось в безумие. Он запустил руки мне в волосы, наши языки переплелись, тела извивались, ощущение кожи на коже подводило нас к краю.

Так что к тому времени, когда я прервала поцелуй, я была более чем готова оседлать его и доставить нам обоим удовлетворение, которого мы так жаждали.

Разорвав упаковку презерватива, я раскатала его по члену, ухмыляясь, когда глаза Мика закрылись от удовольствия, затем подвинулась, пока не оказалась над ним. Положив руки ему на грудь, медленно опустилась, пока не почувствовала его кончик у своего входа.

Да.

Я продолжила медленно опускаться, затем снова поднялась, дразня так несколько раз, пока Мик больше не смог сдерживаться и не толкнулся вверх, наполняя меня. Я ахнула от ощущения полного единения. Руки Мика легли на мои бедра, и когда я начала двигаться, его глаза затуманились.

Сначала я медленно раскачивалась, останавливаясь каждые несколько ударов, чтобы слегка приподняться над ним и снова опуститься, затем, когда мне показалось, что глаза Мика вот-вот закатятся, и, почувствовав, как внутри меня нарастает давление, я ускорила темп.

Мик мне помогал, быстро двигая бедрами, когда мои движения стали более судорожными, устремляя нас к освобождению.

— Бл*ть, да, Дрю, быстрее, — прорычал Мик, но меня уже не было, зрение начало затуманиваться и, сжавшись вокруг него, я увидела звезды.

При следующем толчке, я ошеломленными глазами наблюдала, как его лицо наполняется экстазом. Его руки заставляли мои бедра двигаться, пока он достигал оргазма, а затем я рухнула ему на грудь.

— Святое дерьмо, — выдохнула я. — Это даже лучше, чем я себе представляла. А я много фантазировала.

Щекой я почувствовала смех Мика.

— В следующий раз я сам тебя раздену.

Пробормотав согласие, я начала засыпать.

Глава 26

Мик

ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ мне не удалось снять с нее одежду, потому что это произошло посреди ночи, и мы все еще были голыми.

Но не то, чтобы я жаловался.

Нет ничего лучше, чем просыпаться с обнаженной женщиной в своей постели, чувствовать ее руки на своем теле, иметь возможность скользнуть внутрь нее и почувствовать, как туго она тебя сжимает. Было адски жарко, и до конца своей жизни я хотел просыпаться только так.

Я всегда ощущал между нами притяжение и химию, хотя изо всех сил старался игнорировать это, но то, что произошло в моей постели, было не похоже ни на что, когда-либо мною испытанное.

Знаете, как говорят: когда встретишь ту единственную, ты ее узнаешь, но будучи закоренелым холостяком, станешь отшучиваться и отшивать ее? Что же, я уже начал думать, что эта чепуха реальна. Узнавая Дрю эти последние несколько месяцев и относительно медленно продвигаясь в отношениях, а затем, испытав не только единение в постели, но и то, что я чувствовал, просто находясь рядом с ней? Я понял, что у меня ни с кем никогда такого не было.

Это немного пугало, но, как ни странно, не в плохом смысле.

Вот ма повеселиться.

У меня на губах все еще оставался сладкий вкус Дрю после того, как я снова ублажил ее ртом этим утром, и я подумал, что, возможно, нашел свое счастливое место.

Так вот, я готовил оладьи с беконом, пока Дрю принимала душ, так как сегодня нам обоим нужно было вернуться к нашему обычному рабочему графику. Я пообещал провести с ней день у нее на работе в пятницу, и мы хотели встретиться у нее вечером за ужином, так что, по крайней мере, мне было чего ждать.

— Пахнет вкусно, — сказала Дрю, подходя ко мне сзади во вчерашней одежде, ее мокрые волосы были собраны в пучок.

— Как и ты, — сказал я, когда она обняла меня.

— Надеюсь, ты не возражаешь, я позаимствовала у тебя трусы.

Я повернулся, чтобы посмотреть на нее, и ухмыльнулся.

— Да?

— Я не могла надеть те же, в каких была вчера, — сказала она, сморщив носик. — Мне все равно нужно сначала заглянуть домой и переодеться, но пока сойдут и твои.

Она выглядит чертовски очаровательно… черт, я начинал говорить как Джексон.

— Они, должно быть, сваливаются с тебя, даже если это боксеры, — сказал я, глядя вниз между нами и задаваясь вопросом, как она в них выглядит.

— Ага, но джинсы их удерживают.

Я быстро чмокнул ее в губы и сказал:

— Давай накормим тебя, чтобы ты могла отправиться на работу. Не хочу, чтобы у тебя возникли неприятности из-за опоздания.

Дрю пожала плечами.

— Сомневаюсь, что Милли вообще придет сегодня, а утром у меня нет ничего срочного. Все будет хорошо. Но я голодная, так что…

Она взяла у меня тарелку и понесла в столовую.

Глядя ей вслед, я подумал: «Это стоит того, чтобы сделать перерыв в моей рабочей рутине в любой день недели».

Мы позавтракали, и я подвез ее до дома, прежде чем отправиться в офис, чтобы начать свой день.

Время шло довольно быстро, и я обрадовался, получив сообщение от Джексона, в котором говорилось, что следующим вечером он хочет собраться с парнями в баре, чтобы выпить и узнать, как дела. Прошло несколько недель с тех пор, как мы, чисто мужской компанией, собирались вместе, свадебные хлопоты — не в счет.

Я с нетерпением ждал этого.

Чего я не знал, и, вероятно, мне нужно было это выяснить, так это то, должен ли я что-нибудь рассказывать парням о нас с Дрю.

Были ли мы парой? Наши отношения эксклюзивные? Как нам вести себя на публике?

Какого черта я думаю об этом дерьме? И куда подевались мои яйца?

И все же я не хотел ничего говорить, если она не была готова. Здесь я был на неизведанной территории.

Как раз в тот момент, когда я собирался уходить, в моем почтовом ящике появилось электронное письмо. Я посмотрел на время, и, увидев, что оно у меня есть, открыл его.

Оно было от Сьюзен Темпл.

Мистер О'Доннелли,

добрый вечер. Я получила информацию о вас от своего секретаря, Дэни. Она сказала, что вы частный детектив и занимались делом моего мужа. Боюсь, она была уверена, что вас наняла я, и я позволила ей думать так, чтобы выяснить, что ей известно.

Я хотела бы нанять вас для получения доказательств неверности мужа. Я верю, что у вас, возможно, уже есть под рукой то, что мне нужно, и мне хотелось бы иметь всю возможную информацию, когда я подам на развод.

С нетерпением жду вашего звонка.

С наилучшими пожеланиями,

Сьюзен Темпл

Я уставился на экран, пару раз перечитал письмо, затем, не ответив, выключил компьютер.

Прежде чем браться за это дело, я решил подумать об этом и поговорить с Дрю.

Да, у меня действительно уже были фотографии и документы, которые доказали бы, что у старого доброго Джонсона был роман, но я не знал, как Дрю отнесется к тому, что я возьмусь за дело женщины, которая увела из семьи ее отца.

Было приятно думать о чувствах кого-то другого перед принятием решения, даже если это касалось дела, и я обнаружил, что мне на самом деле нравится тот факт, что после работы я могу вернуться домой и обсудить события дня с Дрю, пока она рассказывает мне о своих.

Может, я ошибался насчет отношений.

Казалось, они мне вполне подходили.

Глава 27

Дрю

ВЕСЬ ДЕНЬ МНЕ КАЗАЛОСЬ, ЧТО я парю в облаках.

Я почти уверена, что разозлила большую часть персонала, но мне было все равно. Я была счастлива.

Мне казалось, что после года наблюдения за влюбленностями Милли и Таши, наконец-то настала моя очередь. И знакомство с Миком сначала как с другом и профессионалом, а теперь и как с любовником, сделало влюбленность еще более сладкой.

Любовники.

Мне нравилось это слово.

Еще больше мне нравился тот факт, что мы были именно ими. Любовниками.

«Дрю, это как раз те разговоры, от которых всех тошнит», — упрекнула я себя, но внутри разливалось такое тепло, что мне было все равно.

Пусть все думают, что я сентиментальная, влюбленная женщина.

Я счастлива иметь такой статус.

С улыбкой закончив работу пораньше, я пожелала всем хорошего вечера и отправилась в магазин за продуктами для ужина.

Мик должен был прийти, и я готовила для него в первый раз. Это казалось чем-то значимым. Целое событие. И я не хотела что-нибудь испортить. Его оладьи на завтрак были совершенством, или, может, это все приятные воспоминания.

Кто знал.

Все, что я знала, это то, что мне нужно найти лучший стейк, самый крупный картофель и самую толстую спаржу, которые были в магазине, потому что хотела приготовить своему здоровяку еду, в которую он мог как следует вонзить зубы.

Насвистывая, я бродила по проходам магазина, бросая продукты в корзину.

Когда я стояла в очереди на кассу, мой телефон издал писк о входящем уведомлении, достав его, я увидела сообщение в Инстаграм.

«Привет, Дру, это Броуди. Хотел сообщить, что я виделся с братьями и рассказал им о вас. Они удивились, но обрадовались, и мы хотели бы спланировать поездку, чтобы встретиться со всеми вами. Это нормально?»

Прочитав сообщение Броуди, мой желудок от радости сделал небольшое сальто.

Конечно, я хотела встретиться с ними, но сначала мне нужно рассказать Милли и Таше обо всем, что я узнала.

«Привет, Броуди, я так рада твоему сообщению! У Таши все еще медовый месяц, но мы будем рады, если вы все приедете в гости. Позволь мне поговорить с сестрами, когда Таша вернется, и я дам знать, в какие выходные лучше приехать. Скоро поговорим. Дрю».

Оплатив покупки, я прошла полпути до дома, когда мой телефон снова издал сигнал.

«О, боже, прости, что неправильно написал твое имя. Я передам все братьям и свяжусь с тобой позже. Б».

Остаток пути до дома я прошла с улыбкой, думая, что этот день не может быть лучше, но тут увидела Мика, выходящего из своего джипа.

Похоже, я ошибалась, все только что стало лучше.

— Привет, красавица, что вызвало у тебя такую улыбку? — спросил он, шагая ко мне.

Мои щеки устали сегодня от улыбок, но в ответ на его приветствие мне удалось улыбнуться еще шире.

— Кроме того, что снова вижу тебя? — кокетливо спросила я, даже не чувствуя смущения от того, как слащаво это прозвучало. Мне очень нравилось нежничать. — Я получила сообщение от Броуди, моего брата; он сказал, что им интересно встретиться с нами.

— Здорово, так и знал, что они захотят познакомиться с вами поближе. Позволь мне взять это у тебя, — сказал Мик, забирая из моих рук пакеты с продуктами.

— Спасибо.

— День прошел хорошо? — поинтересовался он, когда мы поднимались по лестнице.

— Да, очень продуктивно. А у тебя?

— Тоже продуктивно. Вообще-то, я хотел с тобой кое о чем поговорить.

Я впустила нас в квартиру и пошла на кухню, чтобы достать все, что мне нужно, пока Мик ставил пакеты на стойку.

— Хорошо, можем поговорить, пока я готовлю, — ответила я, доставая рецепт идеального стейка Милли.

Я поставила на огонь две кастрюли с водой, включила духовку на полную мощность, чтобы поджарить спаржу, и приправила мясо, чтобы оно помариновалось несколько минут перед приготовлением.

— Как раз в тот момент, когда я уже собирался уходить из офиса, мне пришло электронное письмо, — начал он, подходя к холодильнику и доставая пиво. — Будешь? — спросил он.

— Нет, спасибо, наверное, вместо этого я выпью вина.

Мик поставил пиво на стойку и взял бутылку красного, стоявшую у меня на винной полке.

— Письмо пришло от Сьюзен Темпл, — продолжил он, открывая бутылку. — Она хочет нанять меня, чтобы получить доказательства измены твоего отца. Похоже, она собирается с ним развестись.

— Ого. — Я пыталась понять, что чувствую по этому поводу, а потом решила, что мне все равно. Лучшего он не заслуживал. — Что ты ответил?

— Пока ничего, сначала хотел обсудить это с тобой. Узнать твои чувства по этому поводу.

Я опустила картофель в одну из кастрюль и повернулась к нему.

— Правда? Но это твоя работа. Я не хочу мешать твоей работе, — честно сказала я, а затем добавила: — Но я ценю, что ты подумал обо мне.

— Не хочу браться за дело, которое вызовет у тебя неприятные чувства, — сказал Мик, притягивая меня в свои объятия.

Я тесно к нему прижалась, слушая, как бьется его сердце.

— Это очень мило, — пробормотала я ему в грудь.

— Знаю, мы еще не говорили о нас и ни с чем не определились, но что касается меня? Я полностью согласен. Ты мне нравишься, и я хочу посмотреть, к чему это приведет. Я не хочу встречаться с другими и хочу, чтобы мы сказали всем знакомым, что мы вместе. И то, что мы вместе, означает, что я буду считаться с тобой, и не сделаю ничего, что может причинить тебе боль или поставить в неловкое положение. Я прикрою тебя, и надеюсь, ты прикроешь меня.

От его заявления сердце заколотилось, а глаза наполнились слезами.

Я чуть отстранилась и посмотрела в его красивое лицо, ставшее мне таким дорогим.

— Все это звучит фантастически, и я согласна на сто процентов, — ответила я со счастливой, глупой улыбкой. — Мы запланируем ужин на следующей неделе, когда Таша и Джерико вернутся, и расскажем всем. А, что касается Сьюзен, я думаю, тебе следует взяться за это дело.

— Уверена?

— Абсолютно, — ответила я. — А теперь отпусти меня, чтобы я не сожгла твой ужин. Можешь достать лед? Перед жаркой спаржи мне надо ее бланшировать.

— Да, — сказал он, а затем через несколько секунд спросил: — Э-э, ничего не хочешь мне сказать?

— Ты о чем? — Я повернула голову, чтобы посмотреть на него.

Он широко открыл дверцу морозильной камеры, чтобы я могла видеть полки, заполненные мороженым «Бен и Джерри».

— О, — сказала я со смешком. — Ты меня поймал… я люблю мороженое.

— Здесь около десяти разных вкусов. Кто может съесть столько мороженого?

— Подожди, ты же не хочешь сказать, что тебе не нравится мороженое, не так ли? Потому что это может сорвать сделку, — пошутила я.

— Я люблю мороженое так же сильно, как и любой обычный человек, — сказал Мик, его голос был полон смеха. — Но это, кажется, немного чересчур.

— Во-первых, посмотри, какие маленькие контейнеры, их надолго не хватит. Во-вторых, я никогда не знаю, какого вкуса мне захочется. Шоколадное, ванильное, с арахисовым маслом, орехами, печеньем… если у меня был плохой день, его может исправить только соленая карамель с миндалем.

Мик смотрел на меня, как на сумасшедшую, поэтому я спросила:

— Ты когда-нибудь пробовал «Бен и Джерри»?

— Нет, но я ел мороженое.

— Это не одно и то же, вот увидишь, — пообещала я. — Вечером мы съедим вишневое.

Глава 28

Мик

— МОЖНО ЕЩЕ ШОТОВ и кувшин пива? — попросил я бармена следующим вечером.

Мы собрались мужской компанией, и все были на месте, кроме Джексона, который уже ехал к нам.

Я вернулся к нашему привычному столику с кувшином, а бармен последовал за мной с подносом рюмок.

Тай, Роб, Гектор и я пробыли около пятнадцати минут назад и уже прикончили один кувшин пива. Казалось, мы все нуждались в этой тусовке. Последняя была слишком давно. Гектор был среди нас новичком. Будучи лучшим другом Джерико, он присоединяться к нам, когда Таша и Джерико вновь сошлись.

Я плохо его знал, но он казался хорошим парнем.

— Кто-нибудь видел игру прошлым вечером? Боже, Ковбоев отшлепали, — сказал Тай, поблагодарив бармена за шоты.

— Да, по-жесткому. Рад, что никто из этих парней не входит в мою команду мечты, — ответил Роб.

— Ну, разве вы не загляденье?

Мы все подняли головы и увидели Джексона, направляющегося к нам с чертовски счастливым видом.

— Хороший загар, — отметил Тай.

Когда Роб крикнул:

— Парень, по тебе видно, что у тебя был перерыв от уроков. Выглядишь отдохнувшим.

Я встал и пожал ему руку, а другой рукой хлопнул по плечу.

— Хорошо выглядишь, Хилер.

— Как прошел медовый месяц? — поинтересовался Гектор.

— Спасибо, — сказал мне Джексон, крепко пожимая мне руку, прежде чем отпустить. — Медовый месяц прошел замечательно. Если можете отдохнуть на пляже с красивой женщиной и не иметь абсолютно никаких обязанностей в течение семи дней, настоятельно рекомендую. Такое не должно быть только в медовый месяц, считаю, подобный отдых нужно устраивать каждый год.

— Может, дадим мужику выпить? — спросил я, и Тай схватил запасной шот и протянул его Джексону.

Мы все подняли рюмки.

— За завершение медового месяца Хилера и Милли, — объявил Роб, и мы все рассмеялись.

— Мило, — криво усмехнулся Джексон, и мы все выпили.

Мы расселись по местам вокруг стола, и Гектор налил Джексону пива.

— Итак, что я пропустил? — весело спросил Джексон.

Он посмотрел на Роба.

— Джен разрешает мне есть мясо раз в неделю… я называю это победой.

Мы все засмеялись, и Джексон повернулся к Гектору.

— Был занят в ресторане, когда Джерико уехал, но умудрился сходить на свидание с Танишей.

— С Танишей Милли? Из «Трех сестер»? — уточнил Джексон.

— Единственной и неповторимой, — подтвердил Гектор с усмешкой, и я видел, что Таниша ему действительно нравилась.

— Вау, круто, — сказал Джексон, затем повернулся к Таю.

— Ну, я собирался подождать до шоу талантов в конце года, но не смог… поэтому попросил Ребекку выйти за меня замуж на ежегодной ярмарке.

— Что? Фантастика! — воскликнул Джексон, вставая и обходя стол, чтобы быстро обнять приятеля.

По ухмылке Роба я догадался, что он уже знал. Поскольку Тай, Ребекка, Роб и Джексон работали в средней школе, в этом не было ничего удивительного. Они все были заодно, как воры.

— Где ты сделал предложение? — спросил я, искренне радуясь за парня.

— Опустился на одно колено перед будкой поцелуев. Ученики сошли с ума, — ответил Тай с широкой ухмылкой.

— Держу пари, — сказал Джексон, садясь обратно. — Ого, это безумие. А как насчет тебя, Мик, есть какие-нибудь новости, которыми хочешь поделиться?

Я подумал о том, что Дрю хотела подождать рассказывать о нас своим сестрам, но знал, что больше не смогу скрывать это от парней, не после того, как они поделились тем, что происходило в их жизни. Кроме того, я был взволнован и горд тем, что называл Дрю своей.

— Вообще-то, мы хотели подождать, и рассказать всем, когда Таша и Джерико вернутся, но, думаю, вы, парни, умеете хранить секреты, — начал я.

— Звучит интригующе, — сказал Роб, нагибаясь над столом.

— Так и есть, — согласился я. — И очень хорошо.

— Ну, не держи нас в напряжении, Мик, в чем дело?

— Мы с Дрю встречаемся.

Джексон откинулся назад, на его лице было написано потрясение.

— Серьезно? — спросил он.

— Великолепные новости, мужик, Дрю — лучшая, — сказал Тай, и я кивнул ему, но мои глаза были прикованы к Джексону.

— Что, не считаешь это хорошей идеей? — спросил я, не совсем понимая своих чувств, но мне они не нравились.

— Что? Нет, дело совсем не в этом. Я думаю, это замечательно, просто удивлен, вот и все. В смысле, Милли намекала, что хотела бы вас свести, но сказала, что тебе эта идея не по душе. Не то чтобы она все равно не попыталась… она планирует пригласить вас на ужин на следующей неделе, как только Джерико и Таша вернутся. Ее грандиозный план сватовства. Полагаю, теперь он не нужен.

— Нет, как я уже сказал, Дрю хочет подождать и рассказать обеим сестрам, так что пусть Милли все устроит, и тогда мы сможем открыть нашу страшную тайну, — предложил я.

— Идет, — согласился Джексон. — Боже, как же она удивится.

— Парни, не против до тех пор держать это в секрете? — спросил я приятелей.

Они все согласились, и мы заговорили о футболе.

— Эй, — позвал Гектор, наклоняясь ко мне. — Рад за вас с Дрю. Я видел, что ты ей уже давно нравишься. Это отличная новость.

— Спасибо, чувак, — ответил я с усмешкой, а затем вернулся к разговору о спорте со своими друзьями.

Глава 29

Дрю

— ПРОСЫПАЙСЯ, СОНЯ, пора начинать день, — прошептала я.

Я склонилась над Миком, который крепко спал в моей постели, выглядя очаровательным и помятым.

Настала его очередь следить за моим будничным днем, поэтому он остался на ночь. Не то чтобы мы много спали, вот почему он все еще был в отключке, его крупное тело занимало больше половины моей кровати.

Я была слишком взволнована, чтобы спать, и встала рано, чтобы принять душ и приготовить ему завтрак.

Коснувшись ладонью его плеча, я с любовью провела вниз по его руке.

— Мик, — попыталась я снова, затем взвизгнула, когда он выбросил руку вперед и дернул меня на кровать.

Он нежно подмял меня под себя и уткнулся лицом мне в шею.

— Доброе утро, — прохрипел он.

— Доброе утро, — сказала я со смешком, извиваясь под ним. — Завтрак готов.

— Ммм, — промычал он мне в шею, целуя, его губы были мягкими и теплыми. — Что у нас на завтрак?

— Яйца, бекон, картофельные оладьи и тосты.

— Звучит восхитительно, — сказал Мик, затем слегка прикусил мою шею.

— Вставай, нам нужно поесть и приступить к работе. — Я потянулась, чтобы обхватить его лицо ладонями.

Он улыбнулся мне и поцеловал в губы, затем скатился с меня и протянул руку, чтобы помочь подняться.

Мы позавтракали, потом я привела себя в порядок, пока он принимал душ и готовился к новому дню.

Я испытывала некоторую неуверенность в том, что собиралась сказать Милли, когда она неизбежно спросит, почему Мик со мной, но решила перейти этот мост, когда дойду до него. Я знала, что Мик уже рассказал парням о нас, но была почти уверена, что Джексон сдержал свое обещание и не сказал Милли. В противном случае я бы уже услышала об этом.

Мы спустились вниз и вошли в «Три сестры», как только дверь открылась, в нос ударил запах свежеиспеченного хлеба.

— О, боже, — выдохнул Мик, практически пуская слюни. — Вы устраиваете дегустацию или…

Я рассмеялась.

— Если Милли пробует новый рецепт, то да, в остальном, — это остается на усмотрение кухонного персонала. Милли обычно припасает для нас еду на обед в отдельных контейнерах, так что нам везет.

— Неплохая у вас работа, — сказал Мик с усмешкой, вдыхая воздух и похлопывая себя по животу.

— Невозможно, что ты уже проголодался после всего, что только что съел, — ответила я со смехом. — Пойдем, я покажу тебе офис, а потом представлю всем. О, и если хочешь взять на обед маме то, что приготовит Милли, не стесняйся. У нас еды предостаточно.

— Я подумал, что раз уж мы проводим этот день вместе, то на обед останусь с тобой. Я предупредил маму, чтобы она меня не ждала. Вообще-то, она обрадовалась, когда я объяснил причину.

Я остановилась и опустила руку ему на плечо.

— Мик, нет, я не хочу, чтобы ты это делал. Визит к твоей маме — важная часть твоего дня; когда мне пришла в голову та идея, я не собиралась лишать тебя этого. На самом деле, я бы пошла с тобой, но у меня встреча за обедом с клиентом, так что я не смогу. Но тебе определенно стоит пойти.

Мик посмотрел на меня сверху вниз, его глаза наполнились чем-то, чего я не могла точно определить.

— Ты потрясающая, — сказал он, положив руку мне на затылок и наклонившись, чтобы крепко поцеловать.

Когда он отстранился, я ухмыльнулась ему.

— Ты сам довольно горячий дьявол.

Мик усмехнулся и последовал за мной в офис.

— Не обращай внимания на бардак на моем столе, это может выглядеть беспорядочно, но клянусь, я знаю, где все находится, — сообщила я, когда мы прошли внутрь. — Сегодня можешь посидеть за гораздо более организованным столом Таши. Там место Милли, хотя она не часто им пользуется, большую часть времени проводя на кухне.

Он огляделся и постановил:

— Я бы сказал, что этот офис дает довольно хорошее представление о том, кем является каждая из вас.

— Каким образом? — заинтересовалась я, пытаясь увидеть офис его глазами.

— Стол Таши — аккуратный, как с иголочки, организован так, что даже скрепки разделены по цвету. На полке стоит книга «Чего ожидать, когда ждешь ребенка» с цветными закладками, а на столе уже есть их с Джерико фотография со свадебного торжества. Должно быть, она распечатала ее сразу и вставила в рамку.

Я кивнула. Истинная Наташа. Не только организованная, но и быстрая в выполнении задач и очень дотошная.

— Далее, стол Милли у стены, а не на виду, как у вас с Ташей. Она более сдержанна, любит быть на заднем плане, а не звездой шоу. Половина ее полки заставлена кулинарными книгами, а другая половина — биографией Элвиса. На пробковой доске прикреплены рисунки Кайлы и карточки с рецептами, а также стихотворение Китса, которое, вероятно, напоминает ей о Джексоне каждый раз, когда она на него смотрит.

— Ого, ты действительно в этом хорош, — прошептала я, думая, что он прекрасно знал моих сестер.

— Ну, это приходит с опытом, — ответил он.

— А как насчет меня?

Мик открыл рот, чтобы ответить, но закрыл его, когда вошла Милли.

— Мик! — воскликнула она, увидев его. — Что ты здесь делаешь? Я, вообще-то, сама хотела к тебе забежать.

В ожидании его ответа, Милли, сверкая глазами, переводила взгляд между Миком и мной.

Он подошел, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Доброе утро, Милли, выглядишь прекрасно… счастливой.

Мы с Милли были разнояйцевыми близнецами, но выглядели так похоже, что люди часто нас путали. Я никогда до конца не понимала, почему. В Милли присутствовало некое неземное очарование, освещавшее любое место, где бы она ни появилась.

Сегодня она была в черной форме шеф-повара, волосы собраны в пучок на затылке, лицо без макияжа.

И все равно она выглядела сногсшибательно.

— Так и есть, — ответила Милли с сияющим лицом. — Мы очень нуждались в отпуске, но все же были так счастливы вернуться домой.

— Держу пари. И, отвечая на твой вопрос, сегодня я наблюдаю за Дрю. Это что-то вроде исследования… чтобы помочь с одним из моих дел.

«Хороший ответ», — подумала я. Хотя мне ненавистно было врать сестре, я не думала, что она будет возражать. Узнай она, что мы с Миком вместе, была бы очень счастлива.

— О, как мило. Я надеялась, наконец, пригласить тебя на тот ужин, о котором мы говорили раньше, как только Таша и Джерико вернутся. Будем только мы шестеро, — сказала Милли и перевела взгляд на меня.

— Конечно, звучит заманчиво, — ответил Мик.

— Отлично, — сказала Милли, явно довольная тем, что он так легко согласился. — Как тебе вечер понедельника, подходит? У нас выходной.

Он кивнул, не показывая, что уже знает, какой у нас выходной, и Милли хлопнула в ладоши.

— О, как волнительно. Есть ли что-нибудь, чего ты не ешь или на что у тебя аллергия? — спросила она, всегда оставаясь профессиональным шеф-поваром.

— Нет, я сторонник равных возможностей, — ответил Мик, и мы с сестрой рассмеялись.

Он прекрасно впишется в нашу семью.

Глава 30

Мик

НАКОНЕЦ-ТО, ЭТОТ ВЕЧЕР НАСТАЛ.

Вечер званого ужина у Милли, где мы с Дрю, наконец-то, признались бы всем, кроме Джексона, конечно, который уже знал. И все же мне не нравилось скрывать это от Милли, когда мы с ней виделись, или, в принципе, считать, что нам есть что скрывать.

Я был готов выложить все карты на стол.

И мне не терпелось увидеть Джерико и спросить, как прошла поездка на Бали.

Дом Джексона мне всегда нравился. С большой открытой планировкой и уютной атмосферой. Теперь, когда Милли переехала сюда и внесла свои штрихи в пространство, здесь стало еще уютнее.

— Привет, Мик, о… Дрю, ты тоже здесь, ура! — сказала Милли с кухни, когда Джексон впустил нас с Дрю внутрь.

— Привет, Миллс, нужна помощь? — спросила Дрю, сразу же направляясь к своей близняшке.

— Как дела, брат? — спросила я Джексона, проходя в комнату.

— Очень даже хорошо. Готовлюсь к стандартному школьному тесту, но в этом году у меня довольно умные детки. А у тебя? Какие-нибудь новые захватывающие дела?

— Несколько. Вообще-то, об одном из них вы услышите позже, но я позволю Дрю рассказать об этом, — ответил я.

Джексон посмотрел на меня мгновение, затем сказал:

— Ладно… еще секреты, да?

— Не после сегодняшнего вечера, — заявил я с явным облегчением в голосе.

— Хорошо-хорошо, а до тех пор, как насчет выпить?

— Виски есть?

— Настолько серьезно?

— Это вызовет небольшой переполох, но, думаю, у этих сестричек стальные нервы.

На лице Джексона отразилось беспокойство.

— Теперь ты заставляешь меня нервничать.

Я хлопнул его по спине и сказал:

— Мы переживем. Пошли, выпьем.

Джексон наливал нам по стакану, когда входная дверь снова открылась, и в комнату ворвался ухмыляющийся дуэт Наташи и Джерико.

— Мы вернулись! — воскликнула Наташа, направляясь прямо к сестрам.

Женщины завизжали и, обнявшись, начали прыгать. Не уверен, как им это удалось, но они сделали это.

Джерико подошел пожать нам руки, и Джексон предложил ему выпить.

— Как Бали? — спросил он.

— Совершенно потрясающе, — ответил Джерико. — Более интересно, весело и с кучей приключений, чем я себе представлял, когда делал заказ. Мы прекрасно провели время.

— Здорово, Смайт, вы оба это заслужили, после того безумия, через которое вам пришлось пройти, — сказал я.

— Это правда, — ответил он с кривой усмешкой, его взгляд остановился на жене. — Ей немного нездоровилось в начале поездки, но, к счастью, это прошло.

— Ты как, готов стать отцом? — спросил Джексон, улыбаясь своей дочери Кайле, которая только что присоединилась к девушкам на кухне.

— Знаешь, на самом деле, да. Раньше я считал, что не хочу становиться отцом, в основном потому, что мой был куском дерьма, но теперь, реальность иметь ребенка с Таш делает меня самым счастливым человеком на свете.

Джексон кивнул в знак согласия, и я сразу же нашел глазами Дрю, задаваясь вопросом, на что было бы похоже, создай мы семью. Волновался бы я, как Джерико, или был напуган до смерти? Наблюдая, как она смеется с сестрами, я понял, что буду соревноваться со Смайтом за титул самого счастливого человека на свете.

Ха. Разве это не пинок под мой холостяцкий зад.

Ужин прошел шумно и весело, под потрясающую стряпню Милли и рассказы обеих пар о приключениях во время их медового месяца.

После того, как Кайла ушла готовиться ко сну, мы переместились в гостиную, где наслаждались напитками и продолжали беседовать, Дрю посмотрела на меня и кивнула, и я понял, что нам пора признаться. Во всем.

Дрю выглядела взволнованной, но моя девочка глубоко вздохнула и приняла бесстрашный вид.

— Ладно, итак, я ждала, когда все вернутся, чтобы сообщить несколько важных новостей. На самом деле, это скорее три части одной большой новости.

Милли поставила бокал и положила руку на колено Дрю, будто почувствовав ее беспокойство, в то время как Таша наклонилась вперед в кресле и полностью сосредоточилась на Дрю.

— Начну с самого простого. Мы с Миком встречаемся, — сказала она, одарив меня улыбкой.

— Что? Как здорово! — воскликнула Милли, радостно глядя на нас.

— Еще как, — согласилась Наташа.

— Поздравляю, чувак, — сказал Джерико, хлопнув меня по плечу.

Когда Джексон никак не отреагировал, Милли, прищурившись, посмотрела на него.

— Ты знал? — обвинила она.

Джексон смущенно пожал плечами.

— Мик рассказал нам в баре, но я поклялся хранить тайну.

— Но мы женаты, Джексон. Женатым людям не нужно соблюдать законы о секретности, они рассказывают друг другу все.

— Даже когда это касается твоей сестры, и она сама хотела тебе рассказать? — парировал он.

Милли вздохнула и сдалась:

— Ладно, на этот раз тебе сойдет это с рук. Но больше никаких секретов, понял?

— Да, мэм, — согласился Джексон с ухмылкой, пытаясь незаметно скрестить два пальца.

— Умник, — пробормотала она, затем оглянулась на Дрю. — Ладно, забудем об этом, расскажи нам подробности. Когда это случилось?

— Ну, — начала Дрю, глядя на меня в поисках поддержки. Я кивнул и обнял ее за плечи. — Мик мне сразу понравился, но сначала он не захотел со мной встречаться, потому что он не встречается с клиентами.

— С клиентами? — переспросила Наташа, ничего не упуская. — Ты наняла Мика?

— Да. Чтобы найти отца. И он его нашел.

Наступила ошеломленная тишина.

Я посмотрел на Милли, она, казалось, вот-вот заплачет, и на Наташу, которая выглядела разъяренной, и подумал: «Вот, дерьмо».

— Что ты сделала? — спросила Наташа голосом полным гнева.

— Таш, — мягко сказал Джерико, пытаясь дотянуться до нее, но она отстранилась и обвиняюще посмотрела на Дрю.

— Мы договорились никогда не искать его. Зачем тебе это понадобилось? Лгать нам? Действовать за нашей спиной?

— Все не так, — объяснила Дрю. — Мне нужно было его найти, покончить с этим и рассказать ему о маме. Я хотела, глядя ему в глаза, спросить, почему он ушел, почему не вернулся.

— Но ты обещала, — сказала Милли, в ее голосе слышалось столько боли.

— Да, обещала, но дело не в вас, а во мне. И, на самом деле, я бы никогда даже не сказала вам, что нашла его, если бы не узнала кое-что, что вам обеим нужно знать.

— Мне не нужно ничего знать об этом человеке, — выплюнула явно взбешенная Таша.

— Это ты захочешь знать, — настаивала Дрю. — У нас есть братья. Трое.

Милли ахнула и прикрыла рот рукой, по ее щекам потекли слезы.

— Мне все равно. Они мне не братья, если только они не от него.

— Наташа, — упрекнула Дрю. — Ты это не серьезно.

— Очень даже серьезно, и, честно говоря, сейчас я так злюсь, что даже не могу смотреть на тебя. Поверить не могу, что ты действовала за нашими спинами, после того, как мы заключили договор. — Наташа встала и посмотрела на Джерико. — Нам нужно идти.

Лицо Дрю вытянулось, и она посмотрела на свою близняшку.

— Миллс?

Милли покачала головой и сказала:

— Тебе не следовало этого делать.

Дрю вскочила и побежала по коридору в ванную.

— Мы уходим, — заявила Наташа, в то время как ее сестра свернулась в объятиях Джексона.

— Подождите, — вмешался я твердым тоном и встал. — Вы обе должны понять, что дело не в вас или в вашем сестринском договоре. Речь о Дрю и ее необходимости довести до конца то, что давило на нее. Вы обе справились с уходом отца по-своему, но… Дрю не справилась с этим и наняла меня, потому что ей нужно было встретиться лицом к лицу с человеком, который, как она чувствовала, сдерживал ее. Ей нужно было посмотреть ему в глаза и сказать, что у нее на сердце. Ради себя. Если вы не хотите снова видеть своего отца, это ваш выбор. На самом деле, я бы настоятельно рекомендовал вам оставить этого мудака в прошлом, но Дрю нуждалась в этом. И ей не нужно ваше разрешение или гнев, а всего лишь поддержка. Она всегда первая поддерживала вас, и теперь ваша очередь поддержать ее. Я понимаю, что вы злитесь, что вам, вероятно, придется переспать с этой мыслью и смириться со своими чувствами по этому поводу, но я не позволю вам заставлять Дрю чувствовать себя плохо из-за того, что она поступила так, как ей нужно было для собственного спокойствия. А теперь я заберу Дрю и отвезу ее домой, но все же ожидаю, что завтра вы поговорите с ней и извинитесь за то, что заставили чувствовать себя дерьмово.

Я уже начал уходить из гостиной тем же путем, которым выбежала Дрю, но остановился и повернулся, чтобы добавить:

— И Дрю очень взволнована встречей с братьями. Опять же, это ваш выбор, хотите ли вы иметь с ними что-то общее или нет, но они приедут сюда, и она впустит их в свою жизнь.

Завершив свою речь, я отправился на поиски Дрю. Как только я завернул за угол, она бросилась в мои объятия.

— Спасибо, — сказала она, взяв мою голову в ладони и осыпая поцелуями все лицо. — Никто никогда раньше так за меня не заступался.

— Привыкай к этому, — ответил я, нежно целуя ее в губы, прежде чем сказать: — Давай убираться отсюда.

Глава 31

Дрю

СЛЕДУЮЩИМ УТРОМ Я ШЛА НА работу, как зомби.

Я почти не выспалась. Слишком много мыслей и эмоций не давали покоя, пока Мик крепко спал рядом со мной.

Конечно, за столько лет мы с сестрами ссорились, но никогда будучи взрослыми. По крайней мере, не так сильно, как это произошло в доме у Милли. У нас всегда были стычки из-за одежды, мальчиков или футбола. Но никогда ничего такого, что угрожало бы разлучить нас.

Меня охватило чувство вины, я разрывалась между болью и печалью, и беспокоилась, что поступила неправильно, в первую очередь, наняв Мика.

Может, мне следовало оставить его в покое.

Как только эта мысль пришла мне в голову, я отбросила ее, вспомнив какие удивительные слова Мик сказал прошлым вечером моей семье в мою защиту. Серьезно, услышать, что Мик вот так прикрывает мою спину, — почти стоило слез Милли и ярости Таши.

Он был потрясающим.

Расправив плечи и сделав глубокий вдох, на случай, если одна из сестер была там, ожидая, чтобы наброситься на меня, я вошла в офис.

Но пройдя внутрь, там оказалось пусто, поэтому я выдохнула, подошла к своему столу и принялась за работу.

Я просматривала электронные письма и отвечала на те, где это было необходимо, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Я подняла голову и увидела стоящую в дверях Милли, она выглядела неуверенной. Я ощущала ее печаль и ненавидела заставлять свою близняшку испытывать хоть каплю грусти.

Я знала, что они с папой были ближе всех из нас, и то, что я его нашла, и то, что она узнала, каким мудаком он оказался, — для нее тяжелее всего.

— Привет, Миллс, — тихо поздоровалась я. Неуверенность рядом с ней была чуждым чувством, и мне это было невыносимо.

Она сделала несколько шагов в комнату.

— Я должна извиниться перед тобой. Я удивилась, когда ты объявила, что нашла папу, лишь упоминание о нем, заставило меня почувствовать себя брошенной. Я отреагировала быстро и инстинктивно, но не хотела причинить тебе боль. На самом деле, мы с Джексоном всю ночь не сомкнули глаз, разговаривали, и я думаю, с этой проблемой мне нужно обратиться к психотерапевту. После моей реакции на исчезновение Кайлы, когда мы с Джексоном встречались, а затем того, как горе охватило меня вчера, когда ты рассказала об отце, я поняла, что не справилась с тем, что он нас бросил, и не могу исправить это самостоятельно.

— Ох, Миллс. — Встав, я направилась к ней и притянула в свои объятия.

Она обняла меня в ответ, и мы простояли так несколько мгновений.

— Полагаю, для тебя так будет лучше, — прошептала я, ненавидя то, что ей больно. — И мне жаль, что я вызвала эти чувства.

— Это не твоя вина, — возразила Милли, отстраняясь, чтобы посмотреть мне в лицо.

Было приятно смотреть в глаза тому, с кем делила чрево матери. Никто не мог утешить меня так, как Милли, и я просто надеялась, что смогу ответить ей тем же.

— Мик сказал правду. Ты имеешь право на необходимое тебе завершение, чтобы двигаться дальше и попытаться исправить то, что он сделал с нами в прошлом. Мы все должны делать это по-своему, и я думаю, что терапия будет моим способом.

Я кивнула.

— Я не хочу его видеть, — призналась она дрожащим голосом.

— Тебе и не нужно, — твердо ответила я. — Честно говоря, тебе лучше помнить его таким, каким он был… тем человеком, которым он был для тебя раньше.

— После того, что сказал Мик, я пришла к такому же выводу. Но, Дрю, я хотела бы встретиться с нашими братьями, когда они приедут в город.

Я ухмыльнулась.

— Я знала, что ты захочешь! Я видела только Броуди, самого младшего, и, честно говоря, еще ничего не знаю о двух других, только то, что отец и Сьюзен — их родители. Но Броуди показался мне очень приятным парнем. Милым и спокойным, и я не могу обвинять его в грехах его родителей… никого из них.

— Согласна, — сказала Милли, отступая на шаг и вытирая со щек слезы.

В этот момент вошла Таша, на ее лице была маска безразличия.

Не сказав ни слова, она прошла мимо нас, целеустремленно направляясь к своему столу.

Милли грустно улыбнулась мне и сказала:

— Лучше мне приступить к работе.

Я кивнула и проводила ее взглядом до двери, прежде чем вернуться к своему столу.

— Таша… — начала я, но она оборвала меня.

— Я пока не могу говорить об этом, Дрю. Мне нужно время, — сказала она.

Желудок скрутило узлом, я вздохнула и открыла ежедневник, чтобы посмотреть, какие дела меня ждут до конца недели.

Зазвонил мой сотовый, и на экране высветилось имя Мика.

— Привет, — ответила я с улыбкой, благодарная за то, что меня отвлекли.

— Мама в больнице Святой Марии, — в панике сообщил он. — Можешь встретиться со мной там?

— Да, конечно, уже выхожу, — воскликнула я, вставая и ища сумочку.

Он отключился, я схватила сумочку и с бешено колотящимся сердцем снова заглянула в ежедневник.

— Можешь попросить Танишу подменить меня в час дня и уточнить у флориста насчет завтрашнего вечернего мероприятия? — спросила я Наташу, торопясь к двери.

— Что случилось? — раздался ее вопрос прямо у меня за спиной.

— Мама Мика в больнице Святой Марии. Не знаю, что случилось, но он попросил меня прийти.

— Боже, бедный Мик, — сказала Таша, прикрывая рот рукой.

У Мика с Ташей установились интересные отношения с тех пор, как он спас ее от мамы Джерико и благополучно вернул домой. Я знала об этой связи, и как бы она ни злилась на меня, ей хотелось быть рядом с Миком.

— Я скажу Милли и попрошу Танишу и Клэр прикрыть нас. Мы приедем следом за тобой.

— Спасибо, Наташа, — сказала я, и мои глаза наполнились слезами. — И, прости меня за все.

— Давай не будем сейчас об этом, — возразила Таша, махнув рукой. — Иди.

Я кивнула и рванула с места, горя желанием поскорее добраться до Мика и Дотти.

Глава 32

Мик

С ПОДСКОЧИВШЕМ К ГОРЛУ сердцем я ворвался в больницу.

Я как раз выходил из спортзала, когда мне позвонила администратор дома престарелых и сказала, что ма увезли в больницу Святой Марии. В то утро она упала за завтраком, и ее забрала скорая помощь.

Я знал, что могло быть и хуже. Слава Богу, это не сердечный приступ или что-то в этом роде, но мысли о том, что мама в больнице, было достаточно, чтобы я сошел с ума.

— Дотти О'Доннелли! — крикнул я, лишь только вошел в отделение неотложной помощи, мой голос прозвучал громче, чем я намеревался. — Извините, — удалось мне сказать более приемлемым тоном. — Сегодня утром привезли мою маму, Дотти О'Доннелли.

— Да, сэр, сейчас кто-нибудь выйдет, чтобы провести вас к ней.

Я посмотрел на стулья в приемной, затем прошел мимо них и начал расхаживать по проходу.

Через несколько минут вышла медсестра и позвала:

— Мистер О'Доннелли?

— Да, — ответил я, спеша к ней.

— Состояние вашей мамы стабильное. Мы перевели ее в палату на втором этаже. Следуйте за мной.

Я, наконец, выдохнул, зная, что перевод из отделения неотложной помощи и стабильное состояние — хорошая новость.

Тем не менее, когда я вошел и увидел ма на больничной койке, такую хрупкую и испуганную, я почувствовал себя маленьким мальчиком, а не взрослым мужчиной.

— Ма, — позвал я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Она отвела взгляд от маленького телевизора, установленного на стене перед ней, и сказала:

— Я не умерла, Микки, подойди сюда и поцелуй меня.

— Господи, ма, ты меня напугала, — сказал я, подходя к кровати, и наклонился, чтобы поцеловать ее в морщинистую щеку.

— Не смей произносить имя Господа всуе, — упрекнула она, заставив меня улыбнуться впервые с тех пор, как мне позвонили. — Это, черт побери, католическая больница.

Я усмехнулся.

— Прости, ма. Что случилось?

Она вздохнула, выглядя расстроенной.

— Я возвращалась за сливочным сыром для рогалика и не заметила позади себя Роберта со своей новой тростью. Он всюду таскает с собой эту дурацкую штуковину, хотя прекрасно может ходить и без нее. В общем, я споткнулась об эту чертову палку и, падая, вытянула вперед руки и сломала левое запястье.

Я увидел на ее левом запястье и частично на руке гипс.

— Так, все, я забираю тебя к себе домой, — сказал я ей тоном, не допускающим возражений.

Конечно, она начала спорить.

— Ну, уж нет. Сломанное запястье — не такая большая проблема, к тому же мне понадобится небольшая дополнительная помощь от персонала учреждения.

— Я могу тебе помогать, — ответил я.

— Нет, у тебя работа, и тебе нужно сосредоточиться на Дрю, — сказала она. — Как у вас дела?

— Отлично… но, ма, я серьезно, ты должна переехать ко мне.

— Нет, но спасибо, Микки. Я счастлива там, где я есть.

Я разочарованно зарычал и хотел начать рвать на себе волосы.

— Тук-тук, можно войти?

Обернувшись, я увидел в дверях Дрю, она была именно той, кто мне был сейчас нужен.

Я подошел к ней и заключил в объятия.

— Спасибо, что пришла, — пробормотал я ей в волосы.

— Конечно, — ответила она, похлопывая меня по спине.

Я поцеловал ее в лоб, а затем отпустил.

Одно ее присутствие заставляло меня чувствовать себя спокойнее.

— Как вы, Дотти? — спросила Дрю, и я увидел в ее руках букет цветов.

— Ой, пфф, всего лишь сломанное запястье. Микки не следовало поднимать такой шум, — сказала ма, но я видел, что она была рада приходу Дрю.

— Это для вас, мне поставить их в воду?

— О, неси их сюда, мы сможем набрать воды позже.

Дрю взяла цветы и протянула их маме, когда та села на край кровати.

— Привет!

Повернувшись, я увидел Милли и Ташу.

— Надеюсь, мы не помешаем, но нам хотелось проведать миссис О'Доннелли, — сказала Милли, неся вазу с цветами.

— О, — выдохнула ма при виде вновь прибывших, пытаясь привести волосы в порядок.

— Дотти, я хотела бы познакомить вас с моими сестрами, Милли и Наташей.

— Приятно познакомиться.

Я почувствовал прикосновение к своей руке и опустил глаза вниз, увидев рядом Наташу.

— С ней все в порядке? — обеспокоенно спросила она.

Я кивнул.

— Сломала запястье, но оно заживет. Слава Богу.

Наташа быстро обняла меня, а затем подошла, чтобы пожать руку моей маме.

— Джексон и Джерико придут, как только вернутся с работы, — сказала мне Милли со своего места по другую сторону маминой кровати.

— О, они не обязаны, не уверен, как долго ее здесь продержат, — ответил я, чувствуя себя глупо из-за того, что преувеличил серьезность ситуации.

— Они сами хотят, — заверила меня Таша. — Если вы уедете до того, как кто-нибудь из них приедет, просто отправь им сообщение.

Я кивнул, оглядывая палату и думая о том, как мне повезло, что в моей жизни есть эти женщины. Насколько безумно, что больше года назад я понятия не имел, кто они такие, а теперь они стали неотъемлемой частью моей жизни.

Особенно Дрю.

Глава 33

Дрю

— ПРОСТИ, ЧТО ТАК РАЗОЗЛИЛАСЬ, — сказала Таша. — Ты же знаешь, как папа на нас действует. Я расстроилась, что ты нарушила договор, но мы его заключили еще детьми. Мик был прав, ты заслуживаешь того, чтобы поступать, как тебе нужно, не получая от нас нагоняев. И, Дрю… я в восторге от вас с Миком. Считаю, что вы заслуживаете друг друга.

— Спасибо, Таш, пойду проверю Мика. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Я обняла младшую сестренку, а затем поднялась наверх, чтобы посмотреть, как дела у Мика. Он проследил за тем, чтобы его мама благополучно вернулась в дом престарелых, а затем приехал ко мне.

Я знала, что он все еще расстроен тем, что она попала в больницу, и хотела быть рядом, чтобы утешить его.

— Эй, Милли прислала своей знаменитой тушеной говядины и свежего хлеба. Я сказала ей, как сильно тебе хотелось попробовать его на днях, — возвестила я, закрывая за собой дверь.

Повернувшись, я увидела сидящего на диване Мика с нетронутой бутылкой пива, он невидящим взглядом уставился в телевизор.

Я оставила еду на кухонном столе, затем вернулась к дивану и забралась к нему на колени, прижимая его к себе и говоря:

— С ней все будет хорошо.

— Знаю, просто она такая упрямая, — ответил Мик, прижимая меня ближе.

— Хммм, похоже, яблочко недалеко упало от яблоньки, — пошутила я, пытаясь поднять ему настроение.

— Что бы я ни говорил, она не соглашается переезжать ко мне. Я же думаю, что для нее так было бы лучше. Господь свидетель, я бы чувствовал себя спокойнее.

— Все, что ты можешь сделать, это продолжать упрашивать.

— У меня возникла идея… я мог бы отремонтировать для нее нижний этаж. Соорудить там полноценную квартиру, обеспечить всей роскошью, что у нее есть в том заведении, и если ей что-нибудь понадобится, я буду рядом. Может, если я все приведу в порядок и покажу ей, она, наконец, передумает.

— Отличная идея. Я и не знала, что у тебя есть нижний этаж.

— Да, сейчас я использую его для хранения всякого барахла, но если его отремонтировать, там было бы очень здорово. И там есть отдельный выход, так что ей не нужно было бы подниматься и спускаться по лестнице, чтобы выйти из дома. Можно устроить там милую маленькую веранду, чтобы ей удобно было читать.

— Ты должен это сделать, — прошептала я, думая, что хотела бы увидеть «до» и «после». В конце концов, я видела его кухню и ванные комнаты, поэтому знала, что у него золотые руки, и для Дотти он способен сделать нечто действительно особенное.

— А ты, что думаешь? Я хотел услышать твое мнение… узнать, согласна ли ты с ее переездом, — спросил он, нежно целуя меня в макушку.

— Почему бы и нет? Тебе, безусловно, не нужно мое разрешение, — ответила я, глядя на него.

— Вообще-то, нужно, потому что я надеялся, что в один прекрасный день ты будешь жить в этом доме со мной, и я должен знать, что ты не возражаешь против соседства ма на нижнем этаже, — ответил Мик, взорвав мой мозг.

— Серьезно? — взволнованно спросила я.

— Абсолютно. Вот к чему все идет для меня, Дрю. Дом, брак, дети и прочая чертовщина.

Я переместилась, оседлав его, и поцеловала со всей силой любви и счастья, которые чувствовала внутри. Его руки скользнули мне под блузку и погладили обнаженную спину, одновременно притягивая меня ближе, так что между нами не осталось ни дюйма пространства.

Мик расстегнул мой лифчик, я потянула за подол его футболки, и мы чуть отстранились, чтобы он мог завести руки за голову и схватиться за футболку сзади. Он стянул ее одним быстрым движением, пока я избавлялась от блузки и лифчика.

Прижавшись обнаженной грудью к его груди, я запустила руки в его волосы и снова поцеловала, раскачиваясь на его уже твердом члене и заставляя нас обоих стонать.

Мик подвинулся подо мной, повернув нас так, чтобы уложить меня на диван, а сам расположился сверху и принялся расстегивать пуговицу и молнию на моей юбке. Я приподняла бедра, помогая ему снять ее с моих бедер, затем жадно наблюдала, как он расстегнул джинсы и сбросил их.

Следующими были мои трусики, затем его боксеры, и, наконец, он снова лег на меня, накрыв ртом мою грудь, а рукой скользя по моему бедру.

Целуя его с жадностью, я широко раздвинула ноги, перекинув одну через спинку дивана, а другую, поставив на пол, чтобы он оказался именно там, где я в нем нуждалась. Не сводя с меня своих захватывающих дух зеленых глаз, Мик медленно скользнул внутрь, и у меня перехватило дыхание, когда он полностью наполнил меня.

Я обхватила его ногами за талию, прижав ступни к внутренней стороне его икр, и он начал медленно двигаться.

Мик взял мои руки и переплел наши пальцы, подняв их над моей головой, его глаза не отрывались от моих, когда он входил и выходил, будто у него было все время в мире.

Это была восхитительная пытка, и я не хотела, чтобы она когда-нибудь заканчивалась.

Он нежно коснулся губами моих губ, затем произнес:

— Я люблю тебя, Друзилла.

Мои глаза наполнились слезами, и я попыталась их сморгнуть, но одна все же скатилась по виску, когда я призналась:

— Я тоже люблю тебя, Мик. Очень сильно.

Мы медленно занимались любовью, изучая и любя каждый дюйм друг друга. И когда кончили, это было похоже на то, что звезды сошлись и подтвердили, что нам суждено быть вместе. Мик поцелуями стер слезы с моих щек и заставил меня почувствовать себя самым драгоценным созданием на свете.

И я поняла, что каждая секунда моей жизни вела меня к этому моменту… к Мику.

Глава 34

Мик

— НАМ НУЖНО ОБСУДИТЬ КОЕ-ЧТО ВАЖНОЕ, — сообщила Дрю с нижней ступеньки лестницы. — Я знаю, что ты занят ремонтом, но у нас мало времени, поэтому мне нужно ввести тебя в курс дела.

— Какого? — поинтересовался я, переставая расставлять шкафы там, где, как я надеялся, будет новая кухня моей мамы. — Что случилось?

— Нам с Милли в этом месяце исполняется тридцать, — пояснила она, жестикулируя, как делала только при крайнем волнении.

— Да, детка, я помню, когда твой день рождения, — ответил я с улыбкой.

— Ты знаешь дату, но не думаю, что понимаешь, как сильно я люблю отмечать свой день рождения. Это не просто день рождения, это знаменательный день. К тому же, в прошлом году мы с Милли праздновали день рождения по отдельности, но в этом снова вместе, как и должно быть. Значит, предстоит нечто грандиозное, — провозгласила Дрю, ее глаза расширились до пугающих размеров. — И, Мик, я говорю не просто о вечеринке… а о ВЕЧЕРИНКЕ. И я праздную свой день рождения целый месяц.

— О, боже, — пробормотал я, проводя рукой по волосам.

Значит ли это, что я должен дарить ей подарки ежедневно весь месяц?

— Не делай такое лицо, — сказала Дрю со смехом. — Я знаю, о чем ты подумал. Все, что тебе нужно сделать, это быть рядом со мной в мой день рождения и прийти на вечеринку.

— А в остальную часть месяца? — спросил я, опасаясь худшего.

— Ничего, мне просто нравится делать себе маленькие приятности в течение месяца, например, сходить на массаж или взять выходной и поехать на озеро. Что-то в таком роде. То есть, если захочешь устроить какую-нибудь ролевую игру или извращенный секс, я не откажусь.

— Серьезно? — Такой месяц празднеств мне пришелся бы по душе.

— Мм-хмм, — промурлыкала она с застенчивой улыбкой.

— Ладно, если тебе что-нибудь понадобится от меня для вечеринки, просто дай мне знать, но я, конечно, приду. Где она будет? Здесь? В баре?

Дрю закатила глаза, и я понял, как далек от истины.

— Нет, мы арендуем банкетный зал в «Хилтоне». Мы с Милли выбрали тему 80-х, так что все, что мне нужно, чтобы ты придумал для себя костюм, обо всем остальном мы позаботимся.

— Это я могу, — согласился я, вспоминая о старой футболке «Def Leppard», спрятанную в одном из ящиков.

Все казалось достаточно просто.

Я наблюдал за ней, когда она взволнованно рассказывала о своем месяце рождения, таком прекрасном и наполненном приятными сюрпризами. По правде говоря, Дрю никогда не просила многого, вместо этого отдавая всю себя и ничего не ожидая взамен.

Мы были вместе уже больше полугода, что кому-то может показаться не таким уж большим сроком, но когда тебе за тридцать, как мне, и у тебя приличный опыт в общении с женщинами, ты узнаешь сокровище, когда находишь его.

А Дрю была сокровищем, за которым я охотился всю свою жизнь.

Решив, что время выбрано подходящее, я отложил инструменты, отряхнул пыль с джинсов и подошел туда, где она все еще радостно рассказывала о сборниках песен, скранчах (прим.: скранч — широкая и мягкая тканевая резинка для волос, популярная в 1980-е и начало 1990-х годов) и одежде неоновых расцветок.

— Дрю, — тихо позвал я.

Она замолчала и посмотрела на меня, с ее лица все еще не сходила улыбка от планирования вечеринки.

— Да?

— Официально твой месяц рождения уже идет, верно?

Дрю кивнула.

Я остановился перед ней и взял ее руки в свои ладони.

— Переезжай ко мне, — просто сказал я, глядя в ее расширившиеся глаза.

— Что? — выдохнула она.

Я сжал ее руки и ухмыльнулся.

— В качестве первого подарка на твой месяц дня рождения, я думаю, тебе следует переехать ко мне.

— Вообще-то, месяц дня рождения работает не так, — выдавила она, прикусив губу. — Ты говоришь серьезно?

— Я никогда ни к чему в своей жизни не относился так серьезно. Мы соберем твои вещи и перевезем тебя в эти выходные. Можешь делать с домом все, что захочешь… диванные подушки, плюшевый плед, растения… все, что угодно. Частью празднования месяца дня рождения может стать украшение нашего дома. Что скажешь?

Дрю взвизгнула и трижды подпрыгнула вверх-вниз, прежде чем отдернуть свои руки из моих ладоней и обхватить меня за шею.

— Да, да, да! Я бы с удовольствием переехала к тебе.

Мы поцеловались, но так как оба улыбались настолько широко, наши губы едва соприкасались.

— Мама придет в восторг, — сказал я. — Она уже строит свадебные планы.

— Знаю, — ответила Дрю со смешком. — В мой последний визит к ней у нее на кофейном столике случайно оказались журналы для невест.

— Хммм, тонкий намек, — пошутил я.

— Вот чего-чего, а тонкие намеки — не сильная сторона твоей мамы.

— Это правда.

— Может, мой переезд поставит «плюс» в колонке за то, чтобы она согласилась на эту квартиру, — сказала Дрю, оглядывая пространство, над которым я почти закончил работать.

— Сомневаюсь. Она, вероятно, будет утверждать, что нам нужно побыть наедине, а не жить с ней под одной крышей, — сказал я, зная, как работает мозг ма.

— Не волнуйся, — поддержала Дрю. — Мы ее убедим. Вдвоем мы обязательно ее уговорим.

Глава 35

Дрю

— БОЖЕ, Я НЕРВНИЧАЮ… ПОЧЕМУ я так нервничаю?

Я расхаживала по гостиной Джерико и Таши, практически проделав дырку в ковре.

— Все будет хорошо, они полюбят тебя, — заверила меня Милли.

Она занималась едой и прохладительными напитками, но уже трижды проверила канапе, так что ей нас не обмануть. Она нервничала из-за встречи с нашими братьями так же, как и я.

Я, Милли и Таша — мы все ждали в гостиной, в то время как Мик, Джексон и Джерико разговаривали на заднем дворе.

Мы решили сначала дать братьям возможность познакомиться с нами, чтобы не перегружать их при первой встрече, а затем, как только они почувствуют себя комфортно, пригласить парней.

— Вы обе заставляете меня нервничать, сядьте уже, — одернула нас Таша, положив одну руку на выпуклый живот, а другую на сиденье рядом с собой.

Я уже собиралась присоединиться к ней, когда раздался звонок в дверь.

— Они здесь! — воскликнула я, застыв на месте.

— Так иди и впусти их, — распорядилась Таша, неуклюже поднимаясь на ноги. — Ты же так долго этого ждала.

— Хорошо, — ответила я, разворачиваясь и спеша к двери.

Я открыла ее и увидела трех высоких, симпатичных молодых людей, с глазами, как у нашего отца, и каштановыми волосами разных оттенков.

— Привет, я Дрю, добро пожаловать и, прошу, проходите.

Я съежилась от того, как шаблонно это прозвучало. Я зарабатывала на жизнь планированием вечеринок, у меня не должно было возникать проблем с общением.

За исключением того, что это были не простые люди, а мои братья, о существовании которых я и не подозревала.

Я отошла в сторонку, пропуская их внутрь. Броуди вошел последним, и полностью успокоил меня, когда остановился и быстро обнял.

— Привет, Дрю, спасибо, что пригласила нас, — сказал он со своей милой, кривой усмешкой.

— Спасибо, что приехали, Броуди. Я немного нервничаю, — тихо призналась я.

— Я тоже… мы все нервничаем. Мы, должно быть, перемерили пятьдесят разных рубашек, — прошептал Броуди в ответ.

Я улыбнулась ему и закрыла дверь, последовав за ними в гостиную, где представлялись Милли и Таша.

— Я Ридж, а это Уэс и Броуди, — сказал самый высокий и, как я предполагала, старший брат.

— Мы очень рады, что вы смогли приехать, вы голодны? Хотите чего-нибудь выпить? — спросила Милли, ведя Риджа к небольшому буфету, который она установила.

— Наташа, на каком ты сроке? — спросил Уэс, средний брат.

— Прошу, зови меня Таша. Чуть больше шести месяцев, — ответила она, любовно поглаживая живот.

— Круто, — сказал Броуди. — Всегда хотел быть дядей.

Лицо Таши просветлело, и я поняла, что она еще не думала об этом.

— Что же, тебе повезло, потому что ты скоро им станешь.

— Не могу передать вам, как мы были потрясены, когда Броуди рассказал, что у нас есть старшие сестры. Невероятно, что отец скрывал это от нас, хотя мне уже давно не стоит удивляться тому, что он делает, — сказал Ридж гневным тоном при упоминании нашего отца.

— Жаль, что они решили скрыть это от нас, мне бы очень хотелось узнать, как вы росли, но, уверена, вы знаете, после того, как отец ушел от нас, он не возобновлял с нами связи. — Глаза Милли наполнились слезами. — Простите.

— Тебе не нужно извиняться, — сказал Ридж. — Отец — мудак, всегда был и всегда будет. Я рад, что мама, наконец-то, от него избавилась, хотя и она не намного лучше. Из того, что я слышал, вам, по крайней мере, повезло с мамой.

— Да, это точно, — подтвердила Таша с задумчивой улыбкой. — Мне жаль, что у вас не было хотя бы этого.

— По крайней мере, мы будем друг у друга, ведь так? — оптимистично добавил Броуди, широко распахнув глаза — Мне кажется, этот дом выглядит довольно круто на Рождество.

— Броуди, — упрекнул Уэс, будто Броуди заходил слишком далеко, вынуждая пригласить его вернуться.

— Все в порядке, Уэс, — заверила я его. — Честно говоря, мы будем рады, если вы приедете к нам в любое время. На праздники, каникулы, выходные, когда захотите навестить. Вы — семья, и вам всегда рады.

— Спасибо, — поблагодарил Ридж, отправляя в рот канапе с халапеньо. — Мы с Уэсом учимся в Университете Миннесоты, а осенью к нам присоединится Броуди, так что у нас не так много свободного времени, но спасибо за приглашение.

— У приглашения нет конечной даты, — вставила Милли, бросив на меня взгляд, в котором говорилось, что Ридж окажется крепким орешком.

— Мужья сестер и мой парень тоже здесь, и если вы не возражаете, то они хотели бы с вами познакомиться. А потом мы все сядем за стол, — сказала я, пытаясь прочитать по их лицам, как обстоят дела.

— Я бы хотел с ними познакомиться. Мик — твой парень, да, Дрю? Частный детектив, которого наняла наша мама? — спросил Уэс, немного меня удивив.

— Э-э, да, не знала, что она рассказала тебе об этом.

— Мама всем со мной делится.

— Да, он у нас мамочкин любимчик, — подколол Броуди с усмешкой.

— Заткнись, Броуди, — оборвал его Уэс.

Под громкий хохот Броуди, я отправилась звать мужчин.

— Эй, теперь можете войти, — сообщила я, видя, что у парней все в порядке, они расслабленно потягивали виски с сигарами во внутреннем дворике.

— Хорошо, уже идем, — ответил Мик, прежде чем затянуться сигарой.

Глава 36

Мик

НА КОГО БЫ Я НИ ПОСМОТРЕЛ, на всех были гетры, кружевные перчатки и прически с объемным начесом.

Из динамиков звучали Toto, и все, казалось, прекрасно проводили время.

Сестры действительно превзошли самих себя на день рождения близнецов, превратив банкетный зал в машину времени и вернув всех в 80-е.

Я был в своих обычных джинсах и футболке «Def Leppard», — вот и весь мой костюм, но некоторые из гостей расстарались. Со своего наблюдательного пункта у бесплатного бара я видел Майкла Джексона, Принса, Бон Джови и то, что кто-то называл Яркая Радуга.

Дрю была одета Мадонной из клипа «Like a Virgin» и крутилась среди гостей с самого приезда.

Она смеялась над чем-то, что сказал Броуди, ее лицо светилось счастьем. Она выглядела великолепно, и я надеялся, что буду часто видеть ее такой на протяжении всей нашей жизни.

Джексон и Милли, одетые как Морк и Минди (прим.: Морк и Минди — герои одноименного комедийного сериала 80-х), выплясывали на танцполе. Я усмехнулся, наблюдая, как Джексон пытается изобразить лунную походку, затем взял бокал с коктейлем, который только что подал бармен, и понес туда, где сидела ма.

Она была одета, как обычно, и когда я прокомментировал, что на ней нет костюма, она парировала:

— Я одна из «золотых девочек» (прим.: «Золотые девочки» — американский телесериал 80-х).

— Держите. — Я поставил коктейль перед мамой и бутылку воды перед Ташей, которая тоже была одета в свою обычную одежду.

— Я беременная телемама, — сухо сказала она, явно не настроенная на торжество. — Боже, этот ребенок не перестает играть в футбол с моим мочевым пузырем, — пожаловалась Таша, заставляя себя встать, а затем направляясь в туалетную комнату. Снова.

— Хреново, — сказал я, садясь рядом с мамой.

— Что? — спросила она, делая глоток коктейля и одобрительно кивая.

— Быть беременной. Таш несчастна.

Мама отмахнулась.

— Это пройдет. У беременности есть свои взлеты и падения, но выигрыш огромен. Сам увидишь, — сказала она, бросив на меня косой взгляд.

— Шаг за шагом, ма. Дрю только что переехала.

— Я имею в виду, что лучше жить как муж и жена, чем жить во грехе, но кто я такая, чтобы судить? — На самом деле, ма не волновало, что мы с Дрю живем вместе, не будучи женатыми, она просто очень хотела, чтобы мы поженились и создали семью.

Я понимал. Поздно родив меня, она не становилась моложе, и ей хотелось участвовать в жизни своих внуков как можно дольше.

И это была только одна из причин, по которой я планировал нечто грандиозное в качестве подарка Дрю на день рождения.

— Хочешь принесу что-нибудь поесть? — спросил я, вставая и нацелившись на буфет.

— Немного тех фрикаделек и маленьких яичных рулетиков.

— Понял.

По пути к буфету я увидел Полицию Майами, они же Джерико и Гектор, которые разглядывали еду, а Милли что-то смешивала в большой чаше для пунша. Я сделал крюк, чтобы подойти к ней.

— Вы с Джексоном точно знаете, как порвать танцпол, — сказал я с усмешкой.

Милли рассмеялась, и я наклонился поцеловать ее в щеку.

— С днем рождения, — поздравил я, вытаскивая из кармана маленькую коробочку, в которой лежало ожерелье с подвеской в форме венчика из розового золота.

— Ох, Мик, тебе не следовало, — сказала Милли, беря коробочку и открывая крышку. — Ого, какая красота. Большое спасибо.

— Не за что, — ответил я, а затем, смущенный эмоциями, которые испытывал, спросил: — Что готовишь?

— Гоголь-моголь, — пояснила она, вынимая ожерелье из коробочки и надевая его на шею, затем чуть повернулась, чтобы я мог его застегнуть.

— Гоголь-моголь? Но сейчас не Рождество.

Милли с легкой улыбкой коснулась ожерелья и сказала:

— Знаю, что не Рождество, но сегодня мой день рождения, а я люблю гоголь-моголь, так почему бы и нет?

— Никогда не был большим фанатом этого напитка, — признался я.

— Это потому, что ты никогда не пробовал мой. Держи…

— Привет, жеребец, — сказала Дрю, подходя ко мне и обнимая за талию.

— Привет, именинница.

Я взял стаканчик, предложенный Милли, и сделал глоток.

— Хм, на вкус не такой густой и сладкий, как то, что продается в магазине, — прокомментировал я, отпивая еще.

Вкус был сливочным, слегка сладковатым. Мне понравилось.

— Все дело в ванили, — пояснила Дрю, улыбнувшись сестре, когда та наполнила ее стаканчик.

— Ванили? Я думал, секретный ингредиент гоголь-моголя — виски, — пошутил я.

— О, виски там тоже есть, но я обнаружила, что капелька ванили превращает гоголь-моголь из очень хорошего напитка в превосходный.

— Вкусно, — подтвердил я, удивляясь самому себе, когда выпил все. — Надо предложить маме попробовать, ей понравится.

— Я налью ей немного, — предложила Милли.

— Мне еще нужно захватить ей фрикадельки и яичные рулетики, так что…

— Сейчас принесу, — возразила Милли, уходя, чтобы приготовить маме тарелку.

— Не знал, что она такая властная, — шепнул я ухмылявшейся Дрю.

— Полагаю, роль мамы для Кайлы способствует этому.

— Потанцуй со мной, — пробормотал я.

Она просияла и кивнула, я взял ее за руку и повел в центр зала.

Мы танцевали под какую-то ужасную песню 80-х, заставившую меня тосковать по Pink Floyd, но я отмахнулся от нее и сосредоточился на женщине в моих объятиях. Оглядев комнату, я увидел, что все были там, включая всех братьев Дрю, поэтому перестал танцевать и взял обе руки Дрю в свои ладони.

— Почему ты остановился? — спросила она, встретившись со мной взглядом.

— Дрю… Друзилла, — начал я, стараясь не выдать эмоций голосом. — Ты ураганом ворвалась в мою жизнь, и пока я придерживался своих правил не встречаться с клиентами, ты терпеливо ждала, пока не сможешь разрушить мои стены и проникнуть внутрь. Ты — тот баланс, в котором я нуждался в своей жизни. Свет в моей тьме. Мадонна для моего Боба Дилана. Ты — капелька ванили, которую я и не подозревал, что мне не доставало, чтобы превратить свою содержательную жизнь в исключительную.

Я опустился на одно колено, отпустив ее правую руку, чтобы вытащить из кармана другую коробочку с ювелирным украшением.

Подняв глаза, я увидел, что Дрю удивленно смотрит на меня сверху вниз, и по ее лицу текут слезы.

— Дрю, ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной на свете и выйдешь за меня замуж?

Она одними губами произнесла «да», но не издала ни звука.

Для меня этого было достаточно.

Я надел кольцо ей на палец и поднялся, обнимая ее, когда она обрела дар речи и крикнула:

— Да!

Я подхватил ее и закружил по танцполу, и зал взорвался радостными возгласами.

Я отыскал в толпе ма, она плакала и смеялась вместе с Милли и Ташей, затем я закрыл глаза и обнял свою невесту.

— Я люблю тебя, — прошептал я.

— Я тоже тебя люблю, — ответила Дрю, обхватив мое лицо ладонями. — И я буду лучшей женой на свете.

— Все, что мне нужно, чтобы ты была собой.

Эпилог 1

Дрю

— Я ТАКАЯ ГОЛОДНАЯ, что могла бы съесть три чизбургера, но ребенок занимает столько места, что я не могу представить, как втиснуть в живот что-нибудь еще… это самое странное чувство.

Таша была на последних неделях беременности и достигла стадии «родись уже, наконец».

Мы были на барбекю в доме Таши и Джерико. Мы с Милли пришли пораньше, чтобы помочь все приготовить, так что Таше не пришлось ничего делать. Она хотела оставаться поближе к дому, поэтому мы устроили вечеринку у нее.

Она сидела в кресле-качалке на крыльце, наблюдая за всем происходящим, в то время как мы все суетились вокруг нее.

Наши братья не смогли приехать, так как у них началась учеба, но мы поддерживали связь через сообщения и социальные сети. Однако вся компания была здесь, празднуя последние несколько дней свободы Таши и Джерико, прежде чем их жизни захватит ребенок.

— Чизбургеры готовы! — крикнул Джерико из-за гриля. — На очереди гамбургеры и хот-доги.

— Могу я сделать что-нибудь для тебя? — спросила я, сочувствуя ей.

Таша вздохнула.

— Можешь его вытащить?

Я засмеялась и покачала головой.

— Боюсь, это единственное, чего я не могу сделать, — ответила я, затем похлопала ее по плечу и пошла туда, где Мик сидел со своей мамой, Милли, Джексоном, Робом, Джен, Таем, Ребеккой, Гектором и Танишей.

— Эй, малыш, хочешь, принесу тебе чизбургер? — спросила я, подходя к Мику сзади и кладя руки ему на плечи.

— Не надо, я сам. Все пытаюсь убедить ма, что она должна переехать к нам. Комната пустует в ожидании ее журналов, острых чипсов и просмотров шоу «Судья Джуди».

За последние несколько месяцев эту дискуссию я слышала миллион раз.

— Держу пари, я смогу заставить ее сказать «да», — заявила я ему с хитрой усмешкой.

— Прошу, начинай, — скептически бросил вызов Мик.

Я подошла к креслу его мамы и присела на корточки, затем подалась вперед и зашептала ей на ухо. Встав, я отступила назад и стала ждать.

— Как скоро ты сможешь собрать мои вещи? — спросила она Мика с совершенно невозмутимым видом.

Он уставился на нее, разинув рот.

— Что?

— Смотри мне, ничего не испорти, и я хочу, чтобы все было устроено точно так же, как сейчас у меня в комнате.

— Ты серьезно? Ты переедешь ко мне?

— Только попробуй меня остановить.

Мик посмотрел на меня широко раскрытыми глазами, и я улыбнулась прекрасному лицу человека, который дал мне все, чего я когда-либо хотела.

— Что ты ей сказала? — спросил он.

— О, только то, что она проводила бы больше времени с ребенком, если бы жила с ним под одной крышей.

— Что? — Он вскочил так быстро, что опрокинул стул, и потянулся ко мне, но отдернул руки и посмотрел на мой живот. — Ты беременна?

— Да, — ответила я, стараясь не заплакать, хотя эмоции, казалось, ударили прямо в сердце. — И я не рассыплюсь, ты можешь прикоснуться ко мне.

— Уверена? — спросил он, глядя на свои широкие ладони.

— Абсолютно, — подтвердила я, подходя, чтобы крепко его обнять.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что любишь меня. За то, что подарила мне семью. За то, что позволила собрать всех моих близких под одной крышей, — пробормотал он, нежно обнимая меня.

— Я дам тебе все, что в моих силах, — пообещала я.

— А я тебе.

Эпилог 2

Дрю

— Я ПРИНЕСЛА ТЕКИЛУ, — крикнула Таш, входя в уже закрытый магазин «Три сестры».

— Отлично, — сказала Милли, со вздохом откидываясь на спинку стула. — Я подумала, ты предпочтешь ее шампанскому, поэтому запаслась чипсами и свежей сальсой, а не миндальным печеньем.

— Ты так хорошо меня знаешь, — ответила Таша, подмигнув и ставя на стол бутылку и три рюмки.

Наши мужья сидели с детьми, чтобы мы могли отпраздновать пятилетнюю годовщину создания «Трех сестер», так же, как мы поднимали тосты на открытии пять лет назад… только мы трое.

— Ах, как приятно, наконец, вытянуть ноги, — сказала Милли, на мгновение закрывая глаза.

Она весь день проторчала на кухне, готовясь к семейной встрече на следующий день.

Они с Джексоном ждали несколько лет, прежде чем завести детей, чтобы сначала позволить Кайле и Милли привыкнуть к своим новым ролям. В прошлом году у них родился Декстер, и все трое души не чаяли в этом милом мальчике.

— Согласна, — подтвердила я, проведя целый день на мероприятии.

Таша налила три порции текилы и раздала нам.

Ее сын, Айзек, был маленьким чертенком, и они с Джерико долго спорили, хотят ли они еще детей. Я была почти уверена, что в итоге у них будет, по крайней мере, еще один, если не два. В конце концов, хотя бы у одной из нас должна быть дочка, чтобы Кайла больше не была единственной девочкой.

Наш с Миком сын, Майкл III, был сердцем своего отца и моей душой. Самый милый, но в то же время самый серьезный ребенок, которого я когда-либо видела. В ближайшие несколько месяцев мы решили попробовать завести еще одного, чтобы у маленького Микки появился братик или сестричка, с которыми он мог бы расти. На данный момент он довольствовался общением со своими кузенами и кузиной.

За эти годы мы хорошо узнали наших братьев, и мне нравилось наблюдать, как они общаются с детьми. Они прекрасно с ними обращались. Конечно, у них всех своя жизнь и свои истории, но они их расскажут сами.

— За «Три сестры», — провозгласила Милли, поднимая рюмку. — Это больше, чем я когда-либо мечтала, и я так благодарна, что вы обе были со мной в этой сумасшедшей поездке. Я люблю вас, девочки.

— Да, и за поиск идеального персонала, который поможет нам воплотить наши мечты в реальность, и за наших очень терпеливых мужей, которые мирятся с нашими сумасшедшими графиками, — добавила Таша.

— И, наконец, — сказала я. — За маму, чье отсутствие так ощутимо. Мы скучаем по тебе, мама, и надеемся, что ты нами гордишься.

— Выпьем, — воскликнули мы, поднимая рюмки чуть выше, а затем выпивая.

Дверной колокольчик издал прекрасный перезвон, хотя окна были закрыты, и я поняла, что это мама присоединилась к празднованию.

Она всегда любила текилу.

Конец

Content

Лопез Бетани Капелька ванили

Бетани Лопез Капелька ванили Серия: Кейтеринг трех сестер — 3

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Эпилог 1

Эпилог 2