Саша Серебро

Вероломный друг империи. Книга 1

Книга посвящается человеку, которого я еще не нашел, но в скором времени желаю найти. (На случай, если ты действительно существуешь, то ищи меня, как Создателя Сновидений)

Часть I

Глава 1. Темная сторона императора.

Тишина сотрясалась лишь ветром, который играл в ветвях черных голых деревьев. Те подчинялись ему и покачивались, треща и протягивая свои кривые пальцы к земле, словно хотели что-то или кого-то схватить. Землю покрывала желтая засохшая трава. Ни одного живого существа не было вокруг, словно этот лес был обителью нежити. Однако у того, кто находился здесь, появлялось такое чувство, словно он не один. Словно тебя кто-то подстерегает, чтобы в удобный момент наброситься.

Еле шурша черной мантией, мимо прошла черная фигура. Незнакомец совершенно спокойно двигался по этому жуткому лесу и даже наслаждался этой прогулкой. Лицо его скрывалось под капюшоном. Он слегка касался рукой кончиков высокой травы: на руках его были надеты черные перчатки. Казалось, незнакомец тщательно пытался скрыть свою личность.

Двигался он по направлению к огромной черной крепости, которая возвышалась прямо за лесом. Крепость уже внушала ужас своим громоздким внешним видом. Какой идиот может решиться атаковать ее? Вокруг крепости по всему периметру на стенах стояли воины.

Незнакомец же совершенно спокойно подошел к ней, словно это было для него привычное дело. Он остановился возле ворот. Один из воинов, заметив его, лениво перегнулся через парапет.

– Эй, ты! – крикнул он сонно незнакомцу. – Стой там, где стоишь!

Незнакомец задрал голову вверх. Лицо по-прежнему было не видно, из-за сдвинутого на глаза капюшона.

– Я никуда двигаться и не собирался, – ответил он.

– Ты кто такой? – спросил воин скучающим тоном.

– Что именно я должен на это ответить? – ответил вопросом на вопрос незнакомец.

Воин очнулся от сонных мыслей. Он встряхнул головой и сильнее перегнулся через перила, чтобы лучше разглядеть незнакомца. Но, как он ни старался, лица не было видно.

– Ты что, шутки со мной шутить вздумал?! – крикнул сердито воин. – У меня есть арбалет. Если захочу – воспользуюсь им.

Из-под капюшона показалась белозубая улыбка.

– Дерзай! – сказал незнакомец, разведя руки в стороны.

Такое спокойное поведение незнакомца смутило воина. Он осмотрелся по сторонам в нерешительности. Другие рядом стоявшие воины заинтересованно посмотрели на незнакомца. Кто-то засмеялся, кто-то нахмурился, а кто-то просто отмахнулся рукой. Один из воинов взял первого за плечо.

– Давай, чего стоишь, – подбодрил он его. – Хоть что-то поинтереснее пьяных песен Льюиса за весь ночной пост.

Незнакомец продолжал спокойно стоять на месте в ожидании. Из-под капюшона по-прежнему виднелась улыбка.

– Так и будете на меня пялиться или откроете ворота? – сказал он.

– А чего это вдруг мы должны их открывать?! – крикнул ему в ответ второй воин.

– Потому что я приказал, – ответил незнакомец.

Воины непонимающе переглянулись. Второй воин выхватил у первого арбалет и прицелился. Незнакомец не шелохнулся.

– Ха! – воскликнул воин. – Никто не в праве приказывать нам, кроме императора.

– Да неужели? – ответил незнакомец, и улыбка стала шире.

– Я ведь сейчас тебе серьезно прострелю твою тупую башку, – пригрозил ему воин.

– Если уж собрался это сделать, так сделай, – сказал незнакомец. – Чего ты ждешь?

Воин усмехнулся. Он снова прицелился. Незнакомец продолжал неподвижно стоять на месте. Улыбка исчезла. Казалось, медлительность воина стала действовать ему на нервы. Воин улыбнулся шире и отпустил тетиву. Стрела просвистела в воздухе. Незнакомец молниеносно выставил руку навстречу ей. Стрела застыла в воздухе в нескольких сантиметрах от вытянутой вперед руки. Незнакомец медленно повернул руку ладонью вверх. Стрела подчинилась ему и развернулась. Воин, что только что запустил эту стрелу, удивленно следил за действиями незнакомца.

– Хотел пристрелить меня моим же оружием? – сказал спокойно незнакомец, вертя в воздухе стрелу.

Воин смущенно посмотрел по сторонам в поисках помощи, но остальные воины были не менее удивлены происходящим.

– Все оружие в этой тупой крепости подчиняется моей магии, – продолжал незнакомец. – Если бы не моя магия, эта крепость, пьяные ослы, была бы давно уже стерта с лица Земли!

Незнакомец с помощью магии запустил стрелу обратно. Стрела пролетела в опасной близости к лицу второго воина и вонзилась глубоко в стену позади него. Воин испуганно оглянулся. Остальные воины смущенно переглянулись.

– Да это же Чародей, – прошептал первый, стиснув зубы.

– Опять всю ночь бухали на посту! – не переставал возмущаться Чародей. – Мне надоели ваши ночные попойки! Откройте мне ворота! Сколько можно ждать?!

– Простите, просто мы вас не сразу узнали, – извинился первый воин. – Этот черный плащ…

Ворота со скрипом начали медленно открываться. Чародей терпеливо ждал. Он тихо выругался, недовольный поведением воинов. Ворота приотворились так, чтобы Чародей смог пройти. Он прошел внутрь крепости и ворота за его спиной захлопнулись.

На площади крепости вовсю готовились к обороне. Кто-то затачивал меч, кто-то усмирял непослушного коня, кто-то надевал броню… Чародей осмотрелся и усмехнулся. Он двинулся вперед, по пути заглядывая в оружейные. Там сновали взволнованные оружейники и торопливо ковали и затачивали холодное оружие. Чародей на несколько секунд останавливался возле каждой оружейной, осматривал ее и двигался дальше. Складывалось такое чувство, что он кого-то или что-то ищет.

Рядом с одной из оружейных стоял молодой парень и затачивал кинжал. Чародей, заинтересовавшись, приблизился к нему. Юноша продолжал свою работу, стараясь не обращать внимания на подошедшего. Чародей же настойчиво стоял на месте и смотрел на игру искр, летящих из-под лезвия. Юноша какое-то время игнорировал Чародея, но спустя несколько минут понял, что тот не уйдет, пока он не удовлетворит его просьбу. Юноша смущенно убрал лезвие от точила и поднял глаза на Чародея.

– Вам что-нибудь нужно? – спросил он.

Из-под капюшона Чародея опять засветилась улыбка. Юноша смутился еще больше. Но тут на своего незадачливого ученика обратил внимание немолодой оружейник. Он подошел к юноше и взял из его рук кинжал. Оружейник помахал им возле лица Чародея, которое скрывала тень от капюшона.

– Нравится? – спросил он. – Он выкован из прочной стали и окутан магией, которая не позволяет его так просто сломать.

– Никогда не задумывались, откуда берется эта магия? – спросил в свою очередь Чародей.

– Нет, – не сразу ответил оружейник. – Никогда не задумывался. Скорее всего это магия его превосходительства.

– Да? – усмехнулся Чародей. – Тебе стоило бы задуматься, кто скрывается в тени императора.

– Не волнует как-то, – помотал головой оружейник. – Воины знают, но не хотят говорить. Они утверждают, что тех, кто проболтается, ждет долгая и мучительная смерть.

– Думаю, они правы. – Чародей улыбнулся шире.

Оружейник подозрительно осмотрел Чародея с ног до головы.

– А ты, собственно говоря, кто такой? – спросил он.

– Я? – Чародей говорил так, словно был уже готов к этому вопросу. – Ты можешь называть меня тенью императора.

Оружейник сдвинул брови, напрягая мозг, чтобы понять смысл сказанных Чародеем слов. Чародей при этом не переставал улыбаться.

– И в чем же заключается твоя деятельность? – поинтересовался оружейник.

– Я не обязан выдавать себя во всех областях, – уклончиво ответил Чародей, – иначе я не стал бы так тщательно скрывать свою личность.

Оружейник понимающе закивал головой.

– А что же тебе было нужно от моего ученика? – вспомнил про смущенно стоящего в стороне юношу оружейник.

– Ах да! – воскликнул Чародей. – Мне нужно колющее оружие. Я думаю, что кинжал в твоей руке идеально подойдет.

Оружейник опустил взгляд на кинжал и осмотрел сверкающее в лучах восходящего солнца лезвие. Он медленно поднял глаза обратно на Чародея. Чародей протянул руку, чтобы взять кинжал.

– Нет, – вдруг сказал оружейник и спрятал кинжал за спиной.

Улыбка постепенно сползла, и глаза Чародея недовольно блеснули из черноты капюшона.

– Не люблю, когда мне отказывают, – проговорил он. – В таких случаях приходится применять методы, которые в большинстве обществ неприемлемы.

– Тебе не обязательно к ним прибегать, – заметил оружейник.

– Но как же тогда я добьюсь того, чего хочу?

– Никак, – дал простой ответ оружейник. – Что-то мне подсказывает, что ты занимаешься грязными делами. Я не хочу этого.

– Чего бы ты там ни хотел, ты все равно слишком слабый противник для меня, – заметил Чародей. – Мне не составит труда испепелить тебя и развеять твой прах по ветру! Ты ведь даже не знаешь, с кем связался. Подумай, действительно ли ты этого хочешь?

Чародей покосился на юношу, который испуганно переводил взгляд с Чародея на оружейника и обратно. Оружейник сердито посмотрел в глаза Чародею. Казалось, он вовсе не собирался отступать.

– Ты можешь убить меня, но я не позволю тебе добиться своей цели! – сказал оружейник.

– Не надо! – воскликнул юноша и подскочил к нему, схватив его за рукав. – Пожалуйста, не делай этого!

– Отойди! – рявкнул на него оружейник, оттолкнув его от себя. – Тебя это не касается!

– Отец… – простонал юноша.

Оружейник перевел взгляд с юноши на Чародея. Тот пожал плечами.

– Но он же тебя просит, – сказал он. – Не откажешь же ты своему сыну.

– Он мне не сын, – ответил оружейник, отведя взгляд в сторону.

– У меня нет больше никого, кроме тебя, – заметил юноша. – Не бросай меня… Прошу…

– Сирота… – проговорил медленно Чародей, как бы наслаждаясь каждым слогом этого слова. – Ты действительно хочешь его бросить и отправиться в Обитель Мертвых?

Оружейник с грустью посмотрел в глаза юноши. Юноша опустил взгляд в землю. Оружейник вздохнул и, смирившись с поражением, нахмурился и протянул кинжал Чародею. Чародей с улыбкой принял его.

– Этот кинжал послужит для одного очень важного дела, – сказал он. – То, в свою очередь, изменит этот мир.

– К лучшему? – спросил с надеждой юноша.

– Я бы не был так уверен в этом, – усмехнулся Чародей.

Юноша грустно вздохнул.

Мы пока оставим тень и переключим свое внимание на ее владельца, императора Аскольда. Он стоял в своей комнате возле окна, уперев мощные руки в подоконник. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль.

Аскольд был высоким эльфом с густыми черными волосами. На голове у него росли три рога в форме большой короны. Глаза были черными, как уголь и, если долго в них смотреть, они начинали казаться двумя бездонными пропастями.

Раздался стук в дверь.

– Войдите, – сказал, не оборачиваясь, Аскольд низким хрипловатым голосом.

Дверь открылась, и в комнату вошел принц Володар в сопровождении двух стражников. У него были красивые перьевые крылья за плечами, а движения его были столь изящными, что даже когда он просто ходил, казалось, что он танцует. У Володара на голове тоже рос один рог, но он выглядел очень жалко по сравнению с великолепными рогами отца.

Володар смущенно стоял на месте и ждал, когда Аскольд обернется.

– Отец… – сказал он, после нескольких секунд молчания.

– Да? – откликнулся Аскольд, по-прежнему не оборачиваясь. – Я тебя слушаю.

– Аладар, король Астры, объявил тебе войну, да? – спросил Володар. – И битва состоится сегодня? Но имеет ли она смысл? Тебе ведь не составит труда разгромить его войско.

– Аладар юн и глуп, – ответил Аскольд, скрестив руки на груди. – Он сам не понимает, что делает.

– А, по-моему, у него есть веские причины для такого агрессивного поведения, – заметил Володар.

– Веские причины?! – воскликнул Аскольд. – Что ты такое несешь?!

Воины за спиной Володара посмотрели насмешливо друг на друга и захихикали. Володар бросил через плечо на них злобный взгляд. Они тут же умолкли и встали ровно. Володар жестом приказал им удалиться. Воины, повинуясь ему, скрылись за дверью.

– Я говорю о том, что мы не очень честно поступили с ним, – продолжил принц. – Он сын бога Элдараса. Он истинный император Элиадроса.

Аскольд повернулся лицом к Володару и непонимающе посмотрел на него.

– О чем ты говоришь? – спросил он. – С каких пор тебя стало это волновать?

– Да с тех самых, как мы живем в этом замке, – ответил Володар, отводя взгляд в сторону, лишь бы не встречаться с глазами отца. – Меня терзают эти вопросы, и я не могу спокойно спать по ночам. Аладар ведь ни в чем не виноват перед нами. За что мы так с ним?

– Володар, – Аскольд взял Володара за плечи и попытался посмотреть ему в лицо, которое тот так старательно отводил в сторону. – Володар! Перестань, я не могу говорить с тобой, когда ты не смотришь на меня! Почему ты так старательно избегаешь моего взгляда?

– Потому что он ненастоящий, – сказал Володар, зажмурив глаза.

– Почему ты так решил? – не понял Аскольд.

– Тот камень, что дал тебе Чародей, изменил тебя до неузнаваемости, – объяснил Володар, не открывая глаз. – Ты стал другим, словно тебя подменили. И в первую очередь тебя выдает твой взгляд.

Аскольд непонимающе посмотрел по сторонам. Он опустил взгляд на большой зеленый ограненный камень у себя на груди. Аскольд провел по нему рукой, а затем снова поднял глаза на Володара, который так и стоял с закрытыми глазами. Он со злостью потряс его за плечи.

– Володар! – прорычал Аскольд. – Володар! Открой глаза!

Володар задрожал и испуганно замотал головой.

– Я сказал, открой глаза! – крикнул Аскольд.

Володар вздрогнул и открыл глаза. Его глаза встретились с пустыми злобными глазами отца. Нижняя губа Володара задрожала, и в данный момент он стал походить на маленького ребенка, который вот-вот расплачется.

– Прекрати это! – сказал серьезно Аскольд. – Избавься от этих мыслей! Ты сам прекрасно понимаешь, чего мне стоило заполучить этот трон.

– Но разве он нужен тебе? – спросил дрожащим голосом Володар.

– Что за глупый вопрос! Володар! – огрызнулся Аскольд, сильнее сжимая его плечи. – Ты должен гордиться этим!

– Но ты сам всегда меня учил, что каждому достается то, чего он заслужил по воле богов или собственным трудом, – заметил Володар.

– Что за бред! – возразил Аскольд. – Выбрось это из головы!

Володар не сдержался и заплакал. Аскольд отпустил его плечи и смерил взглядом.

– Прекрати! – крикнул злобно он. – Перестань вести себя, как пятилетняя девчонка!

Володар опустил взгляд в пол.

– Ты принц Элиадроса! – продолжал кричать на него Аскольд. – Так веди себя подобающе!

– Ты никогда раньше не кричал на меня, – сказал жалобно Володар, вытирая руками слезы.

– Ты вынуждаешь меня, – ответил Аскольд. – Смотри, как бы я не начал применять силу. Да перестань ты плакать!

Аскольд приблизился к Володару. Володар отступил к стене.

– Слезы показывают твою слабость, – сказал Аскольд. – Ты не должен выдавать ее, чтобы противник не чувствовал превосходства над тобой!

Аскольд протянул руку. Володар испуганно сжался и закрылся рукой, согнув ее в локте. Аскольд убрал его руку и нежно коснулся его лба. Володар закрыл глаза, нервно дыша. Он почувствовал, как его окутывает мощная магия, исходящая из руки Аскольда. Она проникала внутрь него. Он ощущал, как она извиваясь протекала по его венам от головы до кончиков пальцев. Володар почувствовал легкое головокружение. Его собственные мысли стали куда-то улетать, и больше уже не принадлежали ему.

Тут дверь отворилась и в комнату вошел Чародей. Аскольд убрал руку от лица Володара и повернулся в его сторону. Чародей остановился на месте. Лица было не видно, поэтому трудно было сказать, что именно оно выражало в данный момент, но, скорее всего, это было удивление.

– Как ты вовремя! – сказал обрадованно Аскольд, подходя ближе к нему.

Володар открыл глаза, почувствовав свободу от магических оков Аскольда. Он резко ощутил слабость по всему телу, контроль над которым едва не потерял, ноги его подкосились, и он съехал по стене на пол. Чародей посмотрел в его сторону, а затем перевел взгляд на Аскольда.

– Что это у вас тут такое? – спросил заинтересованно он. – Что-то личное, семейное?

– Не суть! – отмахнулся Аскольд. – Что насчет Аладара?

– Он рассчитывает напасть на Адар на рассвете завтра.

– И какова его тактика? – поинтересовался Аскольд. – Как собирается брать крепость?

– Ха! Какая может быть тактика у существа, ведомого гневом и яростью? – усмехнулся Чародей. – Он будет делать самые странные, неожиданные и рискованные вещи.

– Ты так говоришь, словно это преимущество для нас.

– А разве нет? – развел руками Чародей.

– Ты же сам сказал, что мы не можем предугадать его движений, – подметил Аскольд. – Я думал, что это проблема.

– Нет-нет, – помотал головой Чародей. – Ты неправильно понял. Аладар будет делать что-то до нелепости глупое. В этом то и заключается наше преимущество. Его не будут заботить ни солдаты, ни собственная безопасность. Он будет упорно преследовать свою цель, не оглядываясь назад и жертвуя всем, чем только может.

– Вот что называют слепой яростью, – сказал с улыбкой Аскольд. – Такая тактика мне по душе.

Из-под капюшона Чародея снова блеснула хищная улыбка. Аскольд поправил ворот у мантии, и, пройдя мимо Чародея, который внимательно следил за каждым его движением, вышел из комнаты. Чародей и Володар остались наедине.

Володар по-прежнему сидел на полу. Взгляд его теперь был устремлен на неподвижно стоящего Чародея. Володар отвел его в сторону, пытаясь изобразить спокойствие, но от глаз Чародея трудно было что-то скрыть. Он словно вампир, который жаждет крови и не может сдержать себя от соблазна, наклонил голову набок, не переставая при этом нервно гнуть пальцы.

– Чем ты расстроен, Володар? – спросил он.

– Не трогай меня, – ответил Володар, отвернувшись от него.

Такой настрой отчего-то развеселил Чародея. Его глаза блеснули каким-то злобным восторгом, и он медленно и бесшумно, как крадущийся к добыче хищник, двинулся к Володару.

– И все-таки ты чем-то расстроен, – продолжал Чародей, приближаясь к нему.

– Я думаю, ты и сам можешь догадаться почему, – бросил Володар, обиженно обняв свои ноги и уложив на них голову.

– Тебя что-то не устраивает? Может, тебе не нравится моя магия?

Чародей попал в точку. И как это он догадался? Но Володар по-прежнему не хотел поворачиваться к нему лицом из ненависти и страха. Однако от вопроса он не удержался:

– Мой отец находится в твоей власти, верно? Он подчиняется тебе?

– Не только он, – ответил Чародей. – Весь Адар находится под воздействием моей магии. Существа, сами того не понимая, подчиняются мне. Также, как и твой отец.

– Но почему ты не подчинил меня себе? – спросил Володар, все также не оборачиваясь. – Почему ты оставил меня в стороне?

Чародей подошел вплотную к нему.

– Володар… – сказал ласково он, что сильно смутило Володара. – Ты уверен, что хочешь этого?

Чародей опустился на колени и вдруг обнял Володара.

– Я не хочу этого, – прошептал Чародей ему на ухо.

Володар испуганно вырвался из его объятий и отполз от него. Он посмотрел на Чародея так, словно тот только что собирался его пытать. Чародей же довольно расплылся в улыбке, наклонив голову на бок.

– Что это ты только что собирался сделать? – спросил, громко дыша и не сводя широко открытых глаз с Чародея, Володар.

Чародей развел руками.

– Я обнял тебя, – сказал он. – Разве не этот жест следует применять, чтобы сблизить отношения и подружиться?

Володар никак не ожидал таких «дружелюбных» жестов от Чародея. Он нервно закусил губу.

– Не делай так больше, – попросил он.

– Как скажешь, – согласился Чародей и поднялся на ноги. – Как же я тогда налажу с тобой отношения?

– Зачем тебе это? – спросил Володар, не сводя с него глаз. – Ты пугаешь меня.

– Извини, я не хотел тебя пугать, – смутился Чародей.

Володара удивило такое странное поведение Чародея. Что-то здесь явно не так… Хотя, Володар до этого ни разу с ним не общался. Так что, может, у Чародея сразу было такое странное отношение к нему.

– Почему ты выбрал именно меня? – спросил Володар.

Чародей снова развел руками.

– Лучше тебе не знать, – ответил он. – Я могу лишь сказать, что нас с тобой связывают кровные узы.

– Кровные узы? – переспросил Володар. – Мы с тобой родственники?

– Ну да… – ответил уклончиво Чародей. – Я хочу, чтобы ты был моим другом и сотрудничал со мной по собственному желанию.

Чародей протянул ему руку. Володар смущенно посмотрел на нее.

– Ты уверен, что тебе нужен такой друг, как я? – спросил неуверенно он. – Мне кажется, ты вообще не нуждаешься в друзьях. Я лично не хочу быть твоим другом.

Чародей обиженно отвернулся от него.

– Вот всегда так! – воскликнул он. – Никто не хочет со мной дружить, лишь потому, что я не такой, как все! Все только и норовят бросить мне в лицо ругательство или что-то повещественнее.

– Разве это не должно тебе ни о чем говорить? – сказал Володар. – Может, если ты перестанешь обращаться с другими, как с животными, другие перестанут обращаться с тобой так же.

Чародей обернулся. Его глаза блеснули яростью.

– Ты даже представить себе не можешь, через что я прошел! – крикнул злобно он. – Я пытался измениться! Но кому какое дело было до меня! Всем было наплевать на мои чувства! Это идиотское общество никогда не поймет меня!

Чародей со злости опрокинул рядом стоящую деревянную подставку. Драгоценные каменья, которые были аккуратно разложены на ней, разлетелись в разные стороны, а сама подставка треснула от удара об каменный пол.

Володар вздрогнул. Чародей же печально опустил голову и плечи. Володару даже показалось, что он вытер рукой слезы. Хотя, может, ему так только показалось: опять же, из-за капюшона было не видно. Володар почувствовал себя как-то неловко. Ему вдруг стало очень жаль Чародея. Он ведь так одинок и не понимает, как следует правильно поступить.

Володар медленно поднялся на ноги. Чародей этого не заметил, отдавшись собственным чувствам: не то ярости, не то грусти. Он и сам точно не знал, что именно испытывал в данный момент. Володар приблизился к нему.

– Прости… – сказал смущенно он.

– Тебе не за что извиняться, – заметил Чародей. – Я та еще тварь. Меня следует избегать, а не дружить со мной.

– Уверен, если заглянуть внутрь тебя, можно будет найти там что-то помимо гнева и ярости.

Чародей с удивлением посмотрел ему в глаза.

– Я хочу быть твоим другом, – сказал Володар.

– Как быстро меняется твое мнение обо мне, – ответил Чародей. – Минуту назад ты говорил, что не хочешь со мной дружить.

– Я буду с тобой дружить, если ты покажешь мне свое лицо. Сделаешь для меня такую милость?

Чародей замялся, нервно загибая пальцы. Он, конечно, ожидал, что Володар захочет увидеть его лицо, но не так же скоро.

– Если ты действительно этого хочешь… – сдался он, после нескольких секунд борьбы с самим собой.

Володар кивнул головой. Чародей медленно и неуверенно поднес руки к лицу и сбросил капюшон с головы.

Глава 2. Битва при Адаре.

Аладар, скрестив на груди руки, стоял на опушке леса и смотрел на Адар. Ветер трепал его белоснежные волосы и красный плащ. Аладар был очень красивым эльфом-альбиносом. Никто из эльфов и людей не мог сравниться с ним по красоте.

К нему незаметно подошел Ратмир, его лучший друг. Это был человек высокого роста с длинными светлыми волосами и большими зелеными глазами. Он отличался от других людей. В нем было что-то эльфийское.

Ратмир встал рядом с Аладаром, с интересом устремив свой взор в ту же сторону, что и он. Ратмир вздохнул.

– Мне кажется, было глупо объявлять им войну, – заметил он. – Надо было брать крепость неожиданно, без предупреждений. А теперь они знают о нашем приходе. Им не составит труда разнести наши войска в пух и прах. Как ты собираешься одолеть их?

Аладар настойчиво пытался его игнорировать. Внутри него пылали ярость и гнев, а голову заполняли лишь мысли о мести, поэтому он старался избегать подобных вопросов.

– Молчишь… – Ратмир отвернулся от него. – Такое чувство, что тебя совсем это не заботит. Словно ты рассчитываешь на одно только везение!

Аладар, не поворачивая головы, перевел свои красные (как и у большинства альбиносов) глаза на него.

– Ярость влечет меня за собой, – проговорил зловеще он. – Она захватила меня в плен, и я не могу выбраться из ее сетей. Я не хочу сопротивляться ей.

Ратмир с немалой долей испуга посмотрел на него.

– Но это же безумие, Аладар, – тихо сказал он. – Ты не можешь прислушиваться лишь к ней.

Аладар нахмурил брови. Ему жутко не нравилось, когда с ним не соглашались.

– А как бы ты себя вел, если бы у тебя в один миг забрали все?! – воскликнул он.

– Ну, во-первых, у тебя не все забрали, – поправил его Ратмир. – Я говорю о твоей жене и дочери.

– Анабель… – На лице Аладара мелькнула улыбка.

– Неужели их благополучие тебя не заботит? – развел руками Ратмир.

– С ними остался Олеандр, – ответил Аладар. – Я доверяю ему.

Ратмир поморщился от одного только упоминания об Олеандре. Этот эльф, брат-близнец Аладара, действовал ему на нервы.

– Я бы не стал ему доверять. – Ратмир скрестил руки на груди. – Он сомнительная личность. Аладар, а если, скажем, это сражение понесет куда больше потерь, чем пользы?

– И даже не пытайся отговорить меня! – отрезал Аладар. – Я сын бога Элдараса! Я истинный император Элиадроса! А этому жалкому трехрогому уроду не место на троне! Я получу трон обратно, чего бы мне это ни стоило!

Аладар развернулся и важно двинулся в глубь леса – туда, где скрывались его воины.

– Аладар… – вздохнул Ратмир, но Аладар не обратил на это никакого внимания.

Аладар шел по тропе, обламывая по дороге ветви деревьев. Он был возбужден. Аладар сам не совсем осознавал, что делает. Воспоминания о днях, когда он жил в Адаре, побуждали его все больше делать необдуманные, а порой даже чересчур глупые вещи.

Аладар остановился на небольшой поляне и сел под деревом, чтобы немного успокоить себя. Отчего-то в первую очередь в его голове всплыло воспоминание о первой встрече с Анабель. Он с улыбкой довольно закрыл глаза, наслаждаясь этим воспоминанием. Он никогда не забудет тот день.

***

Яблони пока не думали приносить плодов и просто цвели. Красивые белые лепестки падали с их ветвей, усыпая собой тропинку, идущую вдоль сада. У Аладара в тот день было плохое настроение, и он пытался испортить его абсолютно всем. Он прогуливался по саду, срубая мечом лучшие и редкие цветы, посаженные его лучшими садовниками, которые приложили много усилий, чтобы вырастить их.

Аладар остановился возле фонтана, заметив сидящих на парапете священнослужительниц храма Белой Луны. Они о чем-то весело болтали, плетя венки. Аладару подействовал на нервы их звонкий смех. Ему очень сильно захотелось испортить им веселье. Он подошел к ним ближе. Они даже не заметили его. Аладар разозлился еще больше. Он поправил корону и важно задрал голову.

– Что, весело обсуждать вам меня?! – сказал громко он.

Жрицы встрепенулись и соскочили с парапета, испуганно осматриваясь по сторонам, но заметив Аладара, успокоились и смущенно заулыбались ему.

– Ваше величество, мы ни слова не сказали о вас… – сказала одна из них, пряча венок за спиной.

– Ага, как же, – проговорил сердито Аладар. – Все только и делают, что втихаря обсуждают меня.

– Но разве это плохо? – сказала серьезно самая старшая из них.

– Я же не знаю, что именно вы обо мне говорите, – ответил Аладар, смерив ее важным взглядом.

– Ничего плохого, только хорошее. Почему если мы говорим о вас, то вы сразу думаете, что это должно быть что-то плохое? – Священнослужительница при этом не сводила с Аладара своих серьезных глаз.

Аладара отчего-то сильно смутили ее слова. Что-то было в них такое, что выдавило наружу всю его истинную сущность. Он стиснул зубы, пытаясь придумать, чтобы ей такое возразить, но в голову ничего не приходило. Жрица продолжала упрямо стоять и ждать от него ответа, но так как Аладар долго не отвечал, она вздохнула и повернулась лицом к своим подругам.

– Служба скоро начнется, – обратилась она к ним. – Нам надо идти.

Священнослужительницы тут же все согласились с ней. Они, переглянувшись, развернулись и, что-то бурно обсуждая, двинулись в глубь сада. Старшая священнослужительница какое-то время помедлила, а затем тоже развернулась и пошла вслед за ними.

– Стой! – вдруг крикнул ей Аладар.

Жрица как будто знала, что он остановит ее. Она спокойно повернулась к нему лицом и ожидающе посмотрела на него.

– Никто до тебя еще не осмеливался мне так дерзить, – заметил Аладар. – Я должен бы тебя казнить за это.

Священнослужительница спокойно развела руками.

– Если ты считаешь, что поступаешь правильно, то я даже не стану тебе сопротивляться, – ответила она.

– Хм… – Аладара это впечатлило. – А ты храбрее, чем я думал. Какое имя мне следует написать на твоей могиле после казни?

– Я Анабель, – представилась жрица, смущенно потупив взгляд в землю.

– Анабель? – переспросил Аладар, приблизившись к ней. Анабель подняла на него глаза. – Красивое имя.

– Звали бы меня любым другим именем, ты бы и про него так же сказал, – заметила она.

– Ты даже в такие моменты готова испортить всю романтичность, – закатил глаза Аладар.

– Да, я такая, – согласилась Анабель.

Аладар заметил на кисти руки Анабель татуировку, изображающую месяц.

– Ты из храма Белой Луны? – спросил он.

– Да, именно там я служу, – кивнула Анабель.

– Вообще-то я презираю тех, кто служит Илларадруссу, поскольку я сын Элдараса. Я служу своему отцу.

Анабель в ответ пожала плечами:

– Если судить по твоему тону, то ты и меня презираешь.

Аладар задумчиво на нее посмотрел.

– Нет, – ответил он. – Пожалуй, тебя презирать не стану.

Анабель непонимающе подняла одну бровь.

– В тебе есть что-то особенное, – заметил Аладар. – Ты не такая высокомерная, как другие священнослужительницы твоего храма.

Анабель улыбнулась.

– Может быть…

***

– Аладар! Аладар!

Аладар почувствовал, что его кто-то трясет за плечи. Он нехотя открыл глаза и увидел перед собой лицо Ратмира. Аладар непонимающе посмотрел по сторонам и заметил, что уже стемнело. Неужели он заснул?

– Уже ночь? – спросил он, поднимаясь на ноги.

– Да, – ответил Ратмир. – Как же ты меня напугал! С тех пор, как мы с тобой расстались, я весь день искал тебя по всему лесу! Не делай так больше.

– Извини, я не хотел, – извинился Аладар. – Сколько у нас еще времени до рассвета?

Ратмир грустно вздохнул.

– Ты все-таки собираешься вступать в бой? – спросил он.

Аладар ничего не ответил. Он лишь молча смерил Ратмира злобным взглядом.

– Немного, – ответил Ратмир, смирившись с тем, что Аладар не изменит своего решения. – В нашем распоряжении есть около трех часов.

– Отлично.

Аладар двинулся в сторону лагеря. Ратмир последовал за ним.

***

Ворота Адара со скрипом отворились перед войском Аладара, стоявшего на холме на фоне красного неба и лениво поднимающегося солнца. Наружу из Адара выплеснулась черная волна пеших воинов Аскольда. Они выстроились в два ряда и между этих рядов, тяжело ступая, двинулся черный конь, на спине которого восседал Аскольд, сжимая в руках цеп. Аскольд был полностью облачен в черную броню. Лицо его скрывал шлем. Следом за Аскольдом вышли другие конники.

Войска Аскольда приняли соответствующие позиции. Аскольд поднял глаза на Аладара, наклонив голову набок и чего-то выжидая. Аладар нервно натянул поводья, заставив своего белоснежного единорога задергаться и недовольно заржать. Ратмир сидел на гнедом коне рядом с Аладаром и переводил взволнованный взгляд с Аскольда на Аладара и обратно.

Аладар вынул меч из ножен и посмотрел на свое отражение в сверкающей в лучах солнца стали. Аскольд продолжал упорно ждать. Аладар медленно направил меч в сторону Аскольда, нахмурив брови. Аскольд остался равнодушен, все так же задумчиво глядя на него.

– Вперед, – прошептал Аладар.

Он опять дернул за поводья, заставив своего несчастного единорога встать на дыбы.

– Вперед! – крикнул громко Аладар и устремился вниз с холма. Конники сорвались с места и белой волной помчались вслед за ним. Аскольд тоже дернулся и поскакал навстречу Аладару. Его конники помчались вслед за ним. Между двумя огромными войсками произошла стычка.

Аладара едва не задел цеп Аскольда. Благо Ратмир, который старался скакать рядом с ним, успел вовремя закрыть его своим щитом. Он тоже обнажил меч и теперь ловко орудовал им, на скаку изувечивая скакавших навстречу черных противников. Ратмир был прекрасным воином. На нем совсем не было брони. Он предпочитал сражаться налегке. Что-то в нем было такое особенное, что не позволяло его так просто проколоть или подстрелить.

Аскольд резко развернул своего коня. Конь злобно заржал и нервно фыркнул. Аладар тоже развернул своего коня, но полностью сосредоточиться на Аскольде ему мешали черные воины, мелькающие то там, то тут, словно вороны. Ратмир, не отставая от Аладара, помогал ему избавляться от этих назойливых противников, что очень раздражало Аскольда.

Аскольд снова устремился в сторону Аладара. Он замахнулся цепом, но стоило ему приблизиться к Аладару, как по его руке прошлось лезвие меча Ратмира, залив кровью лицо прижавшегося к голове своего коня Аладара. Аскольд зарычал от боли, зажав рукой вовсю кровоточащую рану. Ратмир засмеялся, а Аладар с улыбкой бросился в сторону теперь немного ослабшего противника.

Вдруг откуда-то сверху прилетела стрела и вонзилась в плечо Ратмира, заставив его свалиться с коня. Ратмир столкнулся с твердой поверхностью земли, разодрав кожу на щеке и руке. Он застонал от боли, поднимаясь на ноги и держась за плечо. Ратмир выдернул стрелу и озлобленно отбросил ее в сторону. Он поднял с земли меч, который выронил, когда упал с коня. Ратмир посмотрел в ту сторону, откуда была пущена стрела, не отпуская плеча.

Это был не кто иной, как принц Володар, который благодаря своим изящным крыльям мог атаковать с воздуха. Он уже вложил в лук следующую стрелу, готовясь выстрелить в грудь Ратмиру. Ратмир заметил на лице юного принца волнение. Володар стиснул зубы, пытаясь скрывать свой страх. Лук дрожал в его руках.

Вдруг Ратмира заслонили собой конники на черных скакунах. Володар подождал, когда они проскачут, но как только конники скрылись из виду, вместе с ними пропал и Ратмир. Володар испуганно принялся оглядываться по сторонам, в его поисках.

Ратмир же в это время держался за седло одного из черных всадников. Когда те проскакивали мимо него, он ловко успел схватиться за седло коня. Ратмиру пришлось бросить свой меч, чтобы проделать подобный трюк, поскольку одна его рука была в данный момент бесполезна из-за раны на плече.

Ратмир выбил всадника из седла, отправив его под копыта коней врагов. Он сел удобнее в седле, но ему пришлось уворачиваться от мечей противников, которые тут же устремили все свои силы на него. Хорошо, что хоть щит остался, который был надет на раненую руку. Ратмир ударил одного из всадников острой стороной щита по шее, тем самым приостановив его и заставив нахлебаться собственной крови. У второго он выбил из рук меч, а третьего проколол насквозь подобранным на ходу копьем.

Ратмир остановил коня. Он не забыл о своем «крылатом друге» и вовсе не собирался его так просто оставлять. Ратмир развернул животное и заметил свою цель. Володар, потеряв Ратмира из виду, стрелял теперь просто по его соратникам. Ратмир поскакал в ту сторону. Он остановил коня в нескольких шагах от Володара, находясь за его спиной. Володар, не замечая Ратмира, продолжал запускать стрелы в своих противников, что, заметим, получалось у него весьма неплохо. Ратмир заметил в седле запрятанный кинжал. Он вынул его и прицелился в Володара. Ратмир громко крикнул ему:

– Эй ты! Единорог крылатый!

Володар испуганно оглянулся. Ратмир тут же запустил в него кинжалом. Кинжал, провертевшись в воздухе, вонзился Володару в левый бок. Володар согнулся пополам от боли. Он опустился на землю, вынув кинжал и зажимая руками кровоточащую рану.

Ратмир спрыгнул с коня. Он подобрал с земли меч, валяющийся возле трупа и приблизился к Володару. Володар, заметив его, испуганно попятился и уперся спиной в валун. Ратмир приставил к его шее лезвие меча. Володар задрожал и замотал головой.

– Не надо… – прошептал он.

– Ваше величество! – Ратмир изобразил поклон. – Или как мне лучше к вам обращаться? Я же только что одолел вас. Кажется, я имею превосходство над вами.

– Я не хотел…

– Не хотел?! – воскликнул Ратмир. – Ты едва не убил меня!

– Так вышло! – простонал Володар, с плаксивым выражением лица глядя на меч Ратмира. – Ты мог убить моего отца. Я всего лишь хотел помочь ему!

– Как же ты все-таки жалок! – сказал, брюзгливо глядя на Володара сверху вниз, Ратмир. – Было бы жестоко с моей стороны оставлять твою душу в этом жалком пристанище, которое ты осмеливаешься называть своим телом. – Ратмир перевел лезвие меча на его грудь.

– Не надо! – закричал Володар, сильнее прижимаясь спиной к валуну. – Пожалуйста, не убивай меня! Я не сделаю тебе ничего плохого! Обещаю!

– Ха! С чего вдруг я должен тебе верить? – воскликнул Ратмир, радуясь такой безнадежности своего противника. – Мы с тобой враги. Один из нас должен умереть!

– Не надо… – Володар заплакал, закрываясь руками от Ратмира. – Зачем ты это делаешь? Ты же не такой, как они…

Ратмир непонимающе поднял одну бровь. Слова Володара показались ему неожиданными и странными.

– Кто они? – спросил он.

Володар ничего не ответил, продолжая заливаться слезами.

– Кто?! – крикнул на него Ратмир.

Володар испуганно вздрогнул и убрал руки от лица, посмотрев в суровые глаза Ратмира.

– Мой отец и его подданные… – ответил он, шмыгнув носом. – Ты ведь не такой, как они.

– Ты совсем не знаешь меня! – возразил Ратмир. – Так что ты не сможешь оказать на меня нужного давления.

Нижняя губа Володара задергалась, и он снова заплакал. Ратмир поморщился.

– Да сколько можно! – возмутился он. – Перестань ты ныть! Нет! Нет! – Ратмир опустил меч. – Я никогда себе не прощу, если убью тебя. Для меня это будет слишком унизительно!

Ратмира поразило то, насколько принц труслив и беспомощен. Казалось, внутри Володара творился кавардак, и он никак не мог справиться со своими чувствами, выплескивая их наружу, правда, немного иными способами, в отличие от Аладара. Что-то ввергло его в это состояние. Оно, в свою очередь, не позволяло ему здраво мыслить и решительно действовать.

Володар продолжал смотреть на Ратмира, ожидая его дальнейших действий.

– Не стану я тебя убивать, – решил окончательно Ратмир. Он не позволил бы себе убивать того, кто испытывает душевные муки, примерно такие же, как и его друг. – В любом случае, если тебя не убью я, это сделает кто-то другой!

Володар съехал по поверхности валуна и сел. Ратмир уже приготовился бежать на помощь Аладару и повернулся спиной к принцу.

– Спасибо… – прошептал Володар.

Ратмир закусил губу, чувствуя себя крайне неловко. Он вскочил на черного коня и тут же поспешил убраться.

Володар же в это время с помощью камня Цилатрона, вставленного в браслет на его правой руке, принялся исцелять рану на боку.

Магический камень Цилатрон мог позволить себе далеко не каждый житель Элиадроса. В Цилатроне можно было сокрыть часть своей души и потом с ее помощью исцелять раны и не только. Никто точно не мог сказать, на что именно способны Цилатроны.

Володар зашил полностью свою рану, оставив только на память тонкий шрам. Он поднялся на ноги и осмотрелся. Их черное войско держало вверх над белыми воинами Аладара.

Тут Володару на глаза попалась знакомая фигура. Девушка – это он догадался по ее изящным движениям – облаченная в мужские доспехи, орудуя двумя мечами, сражалась одновременно с двумя противниками и явно не справлялась. Володар поспешил к ней на помощь. Он подобрал на ходу с земли свой лук и двумя меткими выстрелами повалил обоих противников.

Володар подошел вплотную к воительнице и снял с ее головы шлем, чему она даже не сопротивлялась. На плечи девушке упали черные локоны и на Володара уставились испуганные и до боли знакомые карие глаза. Да, Володар не ошибся. Это была Милантэ.

– Володар! – воскликнула Милантэ и обняла его.

– Милантэ… – сказал Володар, отстраняя ее от себя. – Что ты здесь делаешь?

– То же, что и ты, – ответила Милантэ.

– Нет, тебя здесь не должно быть, – возразил Володар. – Тебе здесь не место.

Володар отвернулся от нее, смущенно стиснув зубы.

– И это говоришь мне ты? Володар, ты так говоришь только потому, что не хочешь меня видеть?

– Нет, как ты могла так подумать? – возразил Володар.

– Ты бросил меня, – напомнила ему Милантэ, нахмурившись. – Ты не любишь меня!

– Нет… – вздохнул Володар. – Я забочусь о твоей безопасности.

– Я не верю в это! – настаивала на своем Милантэ.

Володар повернулся к ней лицом и нахмурился.

– Ты сама прекрасно знаешь, почему между нами не может быть ничего общего! – воскликнул он. – Мы принадлежим разным религиям. Мы служим разным богам!

– И только поэтому?! – крикнула Милантэ. – Какая-то религия не позволяет нам быть вместе?

Володар грустно уставился в землю и долго молчал. Милантэ опять задела эту тему. Они уже много раз обсуждали это и каждый раз приходили к одному и тому же выводу.

– Ты ведь знаешь, что за встречи с тобой мне придется заплатить? – заметил он. – В храме Горящего Солнца мне за это отрубят крылья…

Милантэ сочувственно посмотрела на него и вдруг прильнула к нему, уставившись ему прямо в глаза. Она понимала Володара, но не хотела мириться с тем, что они не могут быть вместе. Он ласково взял ее руки в свои и улыбнулся.

– Я здесь лишь потому, что хочу быть рядом с тобой, – сказала она. – С тех пор, как ты скрылся в Адаре, я не видела тебя. Я не могу так жить, Володар…

Милантэ уткнулась лицом в плечо Володару. Он нежно погладил ее по волосам, сильнее прижав к себе.

– Альтаир… Как он? – спросил Володар.

– С каждым днем ему все хуже, – ответила Милантэ. – Ты нужен ему. Он не сможет без тебя.

– Той энергии, которую я ему дал…

– Этого недостаточно! – возразила Милантэ. – Она исчезла, как только ты ушел. Ты нужен ему. – Она снова подняла на Володара глаза. – Володар, пожалуйста, вернись. Хотя бы на один день.

Володар с грустью посмотрел ей в глаза.

Мы оставим пока пару влюбленных, вернемся немного назад и узнаем, что произошло с нашим юным королем Аладаром, который собирался расправиться с раненым Аскольдом.

Аскольд прижал к груди руку, пытаясь остановить кровотечение. Аладар поскакал к нему со спины. Аскольд, услышав цокот копыт позади себя, переложил цеп в левую руку и, когда Аладар к нему приблизился, резко развернулся и ударил его. Удар пришелся по правой руке Аладара. Он вылетел из седла и покатился в траве. Меч выпал из его руки. Саму же руку Аладар не чувствовал вообще. Она теперь беспомощно болталась, словно была не его конечностью.

Аскольд засмеялся и спрыгнул с коня. Аладар перевернулся на спину и отполз от него. Он, опираясь на камни, поднялся на ноги. Аскольд приблизился к нему.

– И что дальше? – усмехнулся он, разведя руками.

Аладар беспомощно осмотрелся по сторонам. Аскольд начал медленно наступать на него, Аладар, запинаясь, попятился от него. Тут Аскольд, переложив цеп обратно в раненую руку, вцепился освободившейся здоровой рукой в шею Аладару и оторвал его от земли. Аладар ощутил удушье и попытался высвободиться. Аскольд снова засмеялся.

– Вот он, истинный император Элиадроса! Беспомощен и одинок! – воскликнул он. – Твоя жизнь в моих руках! Что ты теперь будешь делать?

Тут на Аскольда резко напрыгнул Ратмир и сшиб его с ног. Аскольд отпустил Аладара, и тот упал на землю и потерял сознание. Ратмир же и Аскольд вместе покатились в траве. С головы Аскольда слетел шлем. Ратмир поспешил слезть с него и вскочил на ноги. Аскольд озлобленно поднялся на ноги, возвышаясь, словно скала, над Ратмиром. Он подобрал с земли свой цеп, звякая тяжелой цепью. Его черные пустые глаза отражали бушевавший внутри него огонь. Аскольд взмахнул цепом и обрушил его на Ратмира. Ратмир успел вовремя закрыться щитом, который от удара разнесся в щепки. Ратмир упал на спину, застонав от боли. Аскольд навис над ним, словно гриф над умирающей жертвой. Он наклонил голову набок, серьезно посмотрев в глаза Ратмиру.

– А знаешь, – проговорил он, медленно наклонившись к Ратмиру и подняв его голову за подбородок, – у тебя красивое лицо…

Ратмир сердито убрал его руку от своего лица, не переставая при этом громко дышать.

– Для человека даже слишком красивое… – прошипел Аскольд. – А хочешь, я разукрашу его тебе?

Аскольд снова взмахнул своим цепом и слегка царапнул им по лицу Ратмира, разодрав ему кожу. Ратмир, от удара, перевернулся на живот. Он закрыл лицо руками, закричав от боли. Аскольд засмеялся, наблюдая за тем, как у Ратмира между пальцев сочится кровь.

Ратмир нащупал рукой меч Аладара и крепко вцепился в его рукоять. Он перевернулся на спину и взмахнул мечом, тем самым отрубив Аскольду один из рогов.

Глава 3. Невосполнимые утраты.

На улице шел дождь, медленно ступая по земле и оставляя на ней свой сырой след. Те, кто по какой-то причине оказались на улице, спешили укрыться. Среди таких были две темные фигуры в плащах и накинутых на голову капюшонах. Они прижимались к стене дома и старались передвигаться вдоль нее, защищаясь от дождя под крышей. Одна фигура шла впереди и подгоняла вторую жестами. Пройдя так несколько кварталов, они наконец достигли цели и зашли в дверь одного из невзрачных домиков.

Внутри Милантэ скинула капюшон с головы и сбросила с себя мокрый плащ. Володар проделал тоже самое, проходя вслед за ней. Он осмотрелся. В доме Милантэ была всего одна комната. В ней умещались лишь маленький деревянный столик, на котором одиноко горела свеча – единственный источник освещения в доме, кровать, на которой сейчас спал Альтаир, и колыбель, возле которой сидела на табурете какая-то незнакомая Володару девушка человек и покачивала ее. Милантэ подошла к ней.

– Я сделала все, как ты и просила, – сказала девушка, приподнимаясь. – Правда, Альтаиру стало хуже. Я хотела позвать доктора, но тут как раз пришли вы.

Девушка перевела взгляд с Милантэ на Володара.

– Спасибо, – ответила Милантэ. – Ты можешь идти.

Девушка кивнула и прошла мимо Володара. Она набросила на плечи плащ, взяла свои вещи и скрылась за дверью. Володар проводил ее взглядом, а затем приблизился к колыбели. В ней мирно спал маленький мальчик. Милантэ поправила сбившееся одеялко. Володар отошел от колыбели и подошел к постели Альтаира. Тот спал, шумно вдыхая ртом воздух, на лбу у него выступили капли пота. Володар присел и потрогал его лоб. Он оказался горячим. От прикосновения Володара Альтаир проснулся. Он удивленно посмотрел на него. Володар хотел встать, но Альтаир схватил его за рукав.

– Не уходи! – простонал он. – Ты нужен мне!

Володар взял его маленькую ручку в свои руки и погладил. Альтаир улыбнулся. Милантэ села за стол и не сводила с них глаз. Они продолжали Володар неподвижно сидеть, а Альтаир неподвижно лежать, смотря друг другу в глаза. Подрагивающий свет, излучаемый свечой, и шум дождя за окном перебивали эту нескончаемую и печальную тишину и подступающий мрак. Милантэ постепенно склонило в сон. Ее голова теперь лежала на сложенных на столе руках. Володар и Альтаир не спали. Они все так же продолжали молча смотреть друг на друга.

– Молчание… – прервал тишину Альтаир. – Почему ты молчишь?

– А что мне говорить? – спросил Володар.

– Ты уходил… – заметил Альтаир. – Я думал, что ты больше не вернешься.

Володар задумчиво вздохнул и на несколько секунд отвернулся от Альтаира.

– Нет, – ответил он. – Разве я могу бросить тебя?

– Можешь… – Альтаир сделал шумный и хриплый вдох. – Уходя, ты сказал, что не можешь вернуться. Почему ты не хочешь быть с нами?

Альтаир застонал и заплакал. Володар поспешил его успокоить. Он взял его, усадил к себе на колени и крепко обнял.

– Тихо… Тихо… – прошептал он. – Я здесь… Все хорошо… Не плачь…

Володар почувствовал, как Альтаир дрожит. Альтаир перестал плакать и принялся дрожащими ручками крутить пуговицы на его одежде, положив голову ему на грудь. Володар поцеловал его в лоб.

– Пап… – прошептал Альтаир.

Володар ответил не сразу. От одного этого слова ему стало больно и неловко.

– Да?

– Я ведь скоро умру? – спросил Альтаир.

– Нет, – помотал головой Володар. – Нет… Не говори так! Ты не умрешь!

– Я умру… – возразил Альтаир. – Я это чувствую… И ты это знаешь…

– Нет, – продолжал тупо повторять Володар.

– Не надо лгать самому себе, – ответил Альтаир. – Ложь делает боль сильнее. Она заставляет бороться, но все это напрасно. Никто не может избежать смерти.

Володар прижал Альтаира к себе сильнее. Альтаир замолчал. Он перестал дрожать, да и вообще почти не двигался, но Володар еще чувствовал жизнь в этом маленьком существе. Он не хотел смотреть в глаза реальности. Ему не хотелось верить в слова Альтаира, и он всеми силами пытался втолковать себе обратное.

А время все шло. Дождь постепенно замолк за окном. Свеча уже почти вся догорела, позволяя мраку протягивать свои лапы к двум несчастным. Володар почувствовал, что Альтаир как-то подозрительно перестал двигаться, не было слышно его шумного дыхания.

– Альт… – позвал он его.

Ответа не послышалось.

– Альт, – повторил взволнованно Володар. – Альт.

Он взял мальчика за плечи и потряс, но тот никак не реагировал на его отчаянные попытки. Голова Альтаира безжизненно упала на грудь, а руки расслабленно повисли.

– Нет! – Володар прижался ухом к его груди, не веря своим глазам, но не услышал признаков жизни. – Нет…

Он застонал, прижимая к себе мертвое тело. Из глаз его невольно потекли слезы. Он целовал Альтаиру волосы, с прежней лаской сжимая его в своих объятиях. Обреченно он жаждал от мальчика ответа, сознавая, что не получит его. Что тот больше уже никогда не заговорит с ним, не обнимет его…

Спустя несколько отчаянных минут осознания, Володар уложил Альтаира обратно в постель. Он поднялся на ноги, не сводя глаз с ребенка. По щекам у него по-прежнему текли слезы. Володар посмотрел на утомленную Милантэ, которая все также спала беспокойным сном, уложив голову на стол. Он думал о том, что будет с ней, когда она узнает о его смерти… Володар приблизился было к жене. Он коснулся рукой ее руки, но тут же отдернул.

– Я не могу… – простонал он. – Не могу…

Володар, схватившись за голову, снова сел на постель. Он задрожал от холода, пронизывающего его насквозь. Ему было больно. Он обнял себя, пытаясь унять эту дрожь. На глаза ему вдруг попался браслет с Цилатроном, что был надет на его руке. Володар снял его и осмотрел. Как легко может оборваться чья-то жизнь, еще не успев начаться. Володар всегда боялся смерти. Единственное, что помогало ему бороться с этим страхом, было присутствие поблизости Цилатрона. Теперь имеет ли этот проклятый камень какое-то значение? Смысл бороться, если рано или поздно всему приходит конец…

Володар вынул камень из браслета и отбросил сам браслет в сторону. «А если он будет умирать, пожертвуешь ли ты самым дорогим ради него? Отдашь ли ты часть себя ради его жизни?» – вспомнились Володару слова Милантэ. Он снова посмотрел на Альтаира, а затем перевел взгляд на Цилатрон. Володар подумал о жертве, которую ему придется принести…

Он решительно поднялся на ноги и склонился над Альтаиром. Володар расстегнул кофту на его груди и приложил к тому месту, где находится сердце, Цилатрон, не отпуская его рукой. Камень засветился, и он почувствовал, как внутри него бьется жизнь. Володар закусил губы и снова заплакал.

– Молю всех существующих богов оставить его душу в теле, – прошептал он, запинаясь. – Пусть часть моей души придаст ему сил и поможет остаться его прежней душе в теле.

Володар почувствовал, как слабеет. Камень засветился ярче. Володар услышал отчетливый стук сердца у себя в ушах. Это билось не только его сердце. Это бились их сердца вместе. Он чувствовал с каждым стуком, как Альтаир поглощает его энергию. Он не смог устоять на ногах и упал на колени, отпустив Цилатрон. Камень перестал светиться. Володар напряженно посмотрел на мальчика. Тот слегка зашевелился и вдруг резко открыл глаза. Они были пустыми. Они излучали голубой свет, точно такой же, как и Цилатрон. Альтаир повернулся лицом к Володару. Его лицо не выражало эмоций. Оно было такое же пустое, как и глаза.

– Отец… – прошептал он.

Володар слегка криво улыбнулся и обнял Альтаира, поцеловав его в лоб.

– Живой… – сказал радостно он. – Ты жив… Теперь все будет хорошо… Все будет хорошо…

***

Аладар стоял под деревом рядом с Анабель, держа ее руки в своих. Лучи солнца, пробирающиеся сквозь зеленую листву дерева, играли на зеленой траве под их ногами. Слабый ветерок путал им волосы.

Анабель слабо улыбнулась.

– Аладар… – сказала она.

– Да?

Улыбка сползла с ее лица. Она серьезно посмотрела ему в глаза.

– Ты правда считаешь, что это необходимо? – спросила она. – А что, если ты не вернешься? Что будет с ней?

– Я вернусь, в этом ты можешь быть уверена, – не сразу ответил Аладар.

Анабель прижалась к нему, положив голову ему на плечо.

– Может не надо? – продолжила она. – У тебя же есть все.

– Я должен избавить народ от его власти! – ответил Аладар.

– Зачем? – не унималась Анабель. – Народ ни на что не жалуется! Подумай, чем все это может обернуться? Что если мы с тобой больше не увидимся?

– Ну что ты такое говоришь? – возразил Аладар. – Я же сказал, что вернусь.

– Ты вернешься, а тебя никто не будет ждать! – Анабель бросила на Аладара сердитый взгляд.

– О чем ты?

Анабель отпустила его руки и отвернулась от него.

– Ты только и делаешь, что думаешь об этом треклятом троне! – ответила она через плечо. – Тебя не заботит больше ничего! Ни я, ни твоя дочь, которой ты до сих пор не дал имя!

– Анабель… – произнес рассеянно Аладар.

Он подскочил к ней и обнял ее, ласково погладив по голове.

– Не говори так, – попросил Аладар, сильнее прижимая Анабель к себе. – Я люблю вас обеих…

Они так стояли очень долго, не в силах отпустить друг друга. Ветер все так же играл в листве деревьев. Солнце перебирало своими лучами травинки.

– Анабель, – сказал вдруг Аладар, – я знаю, как назвать ее.

– И как же? – спросила Анабель, подняв на него глаза.

– Селена, – ответил Аладар.

Анабель слегка улыбнулась.

– Мне нравится, – сказала она.

***

Аладар медленно открыл глаза. Он лежал в мягкой постели у себя дома. Его правая рука была перебинтована. Аладар приподнялся, непонимающе осмотревшись по сторонам. Он заметил сидящего рядом с постелью на стуле брата. Олеандр не сводил с него своих красных глаз. Аладар вспомнил последние сцены сражения. Неужели битва уже закончилась? Они победили?

– Олеандр… – произнес рассеянно он. – Что произошло? Битва? Мы выиграли ее?

– Успокойся, Аладар, – ответил спокойно Олеандр, поднимаясь со стула. – Все закончилось.

Олеандр попытался уложить его обратно, но Аладар никак не мог угомониться. Он схватил Олеандра за руку.

– Мы победили или нет? – допытывался он. – Победили?

Олеандр старательно отводил взгляд в сторону, чтобы не смотреть в глаза своему брату.

– Я не хотел тебе этого говорить сейчас, – ответил грустно он, – но раз ты так настойчиво просишь… Мы проиграли этот бой.

Аладар со вздохом отпустил руку Олеандра и вяло лег обратно головой на подушку. Олеандр тоже вздохнул и отвернулся от Аладара. Он уставился в окно так, чтобы Аладару не было видно его лица.

– Мне жаль, что так вышло, – проговорил он.

– Чего жалеть! – отмахнулся Аладар. – Глупо! Низко! Отвратительно! Ратмир был прав, не стоило мне этого делать! Кстати, что с ним? Последнее, что я помню, это то, как он спас меня.

Олеандр какое-то время молчал. Аладар настойчиво на него смотрел, ожидая от него ответа.

– Если честно, я не знаю, – сказал наконец он.

– Как это понимать? – не понял Аладар.

Олеандр вздохнул.

– После окончания сражения его не было ни среди раненых, ни среди мертвых, – пожал плечами он, по-прежнему не поворачиваясь к Аладару лицом. – Честно говорю: я сам не знаю, как это понимать.

– Ратмир… – прошептал Аладар. – Ты думаешь, они взяли его в плен?

– Нет, – помотал головой Олеандр. – Это навряд ли. Они бы с большим удовольствием его убили.

– Но где же тогда он? – не унимался Аладар.

– Будем надеяться, что Ратмир просто скрылся где-то и через какое-то время он обязательно объявится, – ответил Олеандр.

– То есть ты не относишь его к числу погибших?

Олеандр повернулся к Аладару лицом и задумчиво посмотрел на него.

– Нет, – ответил он. – Не отношу. Ратмир был превосходным воином. Что-то в нем было особенное, что не позволяло его так просто убить. Он жив. Я в этом уверен.

Олеандр улыбнулся. Аладар, словно его отражение, тоже улыбнулся.

***

Олеандр ходил по коридорам, заглядывая в разные комнаты. Он не обнаружил своего брата на прежнем месте, в постели. Аладар куда-то подевался, и Олеандр был вынужден слоняться по комнатам в его поисках.

– Аладар! Аладар! – звал он его. – Аладар, где ты?

Тут Олеандр заметил, что дверь в комнату Анабель приоткрыта. Он аккуратно заглянул внутрь. Возле пустой колыбели, грустно склонив голову, сидел Аладар. В руках он держал корону Анабель. Услышав скрип двери, он поднял глаза. Они были полны печали. Олеандр смущенно потупил взгляд в пол, чтобы не встречаться с ними.

– Почему ты не сказал мне? – спросил тихо Аладар.

Олеандр молчал, по-прежнему смущенно разглядывая плитки пола.

– Почему ты не сказал мне?! – крикнул резко Аладар, заставив Олеандра вздрогнуть. – Ты же обещал о ней позаботиться! Как это произошло?!

– Это произошло ночью, – начал оправдываться Олеандр. – Кто-то незаметно прокрался в ее комнату…

– Нет-нет, – напряженно повторял Аладар, мотая головой и пытаясь не слушать его. – Ты лжешь!

Это резкое заявление заставило Олеандра замолчать. Аладар поднялся на ноги и со злости отшвырнул корону в угол комнаты. Олеандр бросил в ее сторону испуганный взгляд.

– Это ты виноват в ее смерти! – закричал в ярости Аладар, подступая к Олеандру. – Это ты убил ее!

– Аладар, нет, – замотал головой Олеандр. Он испуганно попятился от своего брата. – Я бы никогда ничего подобного не сделал…

– Лжешь! Это ты во всем виноват! – Аладар схватил Олеандра за одежды и притянул ближе к себе, уставившись ему прямо в глаза. Тот интенсивнее замотал головой, не в силах сопротивляться. Аладар был немного выше его и превосходил его в силе.

– Аладар, не надо… – попросил Олеандр, крепко вцепившись руками в его руки. – Мне правда жаль, что так вышло… Но я здесь ни при чем…

– Как это ты ни при чем? – возразил Аладар. – Ты обещал мне, что позаботишься о ней! Это ты во всем виноват!

– Аладар, не будь подобен убийце Анабель, – произнес Олеандр. – Ты ведь не такой.

Аладар немного расслабил руки. Он грустно посмотрел на перепуганного Олеандра, который не сводил с него своих широко открытых глаз. Аладар отпустил его, поникнув и смирившись с правдой.

– Ты прав… – согласился он. – Ты здесь ни при чем. Я сам во всем виноват. А она ведь меня предупреждала…

Аладар закрыл рукой лицо, не сдержался и заплакал. Олеандр медленно приблизился к нему в нерешительности. Аладар вдруг притянул его к себе и обнял. Олеандр сначала испугался, что он хочет снова схватить его за одежды для не самых приятных действий, но почувствовав, как тот прижал его к себе, успокоился. Олеандр тоже обнял Аладара в ответ, сочувствуя ему.

– Я понимаю… – прошептал он. – Мне очень жаль, что так вышло…

Глава 4. Свирель и Аристарх.

Анабель умерла от смертельной раны, нанесенной клинком. Убийца прокрался в ее комнату ночью – об этом Аладару рассказала служанка, которая услышала подозрительные звуки из ее комнаты, а когда зашла внутрь, то увидела на полу мертвое тело, пустующую колыбель, в которой обычно спала Селена, и настежь распахнутое окно. Видимо, убийца сбежал через него. Преступник убил Анабель и украл Селену. Аладару хотелось верить, что Селена еще жива, и он незамедлительно приступил к ее поискам. От служанки больше сведений он добиться не смог. Та была подавлена и напугана до полусмерти. Олеандр сказал Аладару оставить ее в покое и в ближайшее время не напоминать ей об увиденном: он все равно больше ничего от нее добиться не сможет. Аладар был вынужден смириться с этим.

Аладар обыскивал каждый уголок своей небольшой страны Астры, которой он правил с тех пор, как был изгнан из Адара Аскольдом, но все его попытки были тщетными. Как бы он ни старался – Селена пропала без вести.

Пока Аладар был занят поисками своей дочери и восстановлением сил, чтобы снова атаковать ненавистного врага, Олеандр заканчивал обучение магии у своего наставника Композитора. Композитор был Духом Счастья. Его внешность отличалась от человеческой. Он был выше обычного человека, вместо ног у него были раздвоенные копыта, как у фавна, а также хвост.

Олеандр должен был вот-вот познать истоки самой могущественной магии, но его обучение неожиданно прервалось из-за того, что Композитор вынужден был тратить все это время на воспитание Свирель, девочки, которая была глухой и по этой причине не ладила со сверстниками. Да, Композитор содержал целый сиротский приют, где воспитывалось много детей разных возрастов. Олеандр сперва никак не хотел мириться с тем, что его обучение прервется, но потом тоже был вынужден отказаться на какое-то время от обучения. Ему следовало тратить это время на воспитание неожиданно появившегося сына Аристарха. Впрочем, Олеандр ничего не имел против. Он очень любил своего малыша и хотел дать ему все самое лучшее.

Аристарх рос необычным ребенком. Он очень быстро научился говорить и говорил порой такие вещи, о которых не знал даже сам Олеандр. Когда Олеандр спрашивал у него, откуда он это знает и что же это значит, Аристарх отвечал, что не знает ответа ни на первый, ни на второй вопрос. Аристарх, в отличие от Олеандра, был человеком, а не эльфом. Он очень любил зеленый цвет и предпочитал носить зеленую одежду. Это было его еще одной странностью: Аристарху не исполнилось и трех лет, но он уже отдавал предпочтения чему-то. Он словно был малышом с интеллектом взрослого человека, но его странности проявлялись не всегда. Большую часть времени он вел себя так, как и полагается детям его возраста. Однако, помимо всех странностей, которые уже были перечислены, у Аристарха была еще необычная способность: разговаривать со своей совестью. Аристарх говорил с ней вслух и мог это делать даже в присутствии других существ. Его это нисколько не смущало. И Аристарх всегда отвечал и за себя, и за свою совесть так, словно их было двое.

Аристарх рос вместе со Свирель и большую часть времени проводил с ней, поэтому они очень сдружились. Композитор научил Свирель говорить и читать по губам, и потому ей было несложно понимать Аристарха. Но Аристарх говорил с ней мало. В основном он молча слушал ее. Свирель любила пересказывать ему истории, которые рассказывал ей Композитор и священнослужители храма. Тот охотно слушал ее.

Аладар же отчего-то возненавидел Свирель всем сердцем. То ли оттого, что она напоминала ему о потере, то ли оттого, что она не могла заменить ему эту самую потерю. В общем, здесь было что-то личное. Но это кончалось не всегда хорошо, поскольку Аладар часто изливал на Свирель весь свой гнев. Аристарху нередко приходилось за нее заступаться, чтобы Аладар ничего ей не сделал. Свирель же не понимала этих приступов гнева и ничем не оправданных обвинений. Она не любила и боялась Аладара. Зато она очень любила Олеандра, который относился к ней также хорошо, как и к своему сыну Аристарху.

Кстати, об Олеандре. Олеандр, как вы помните, был братом-близнецом Аладара. Правда, отличия у них во внешности все же присутствовали. О них говорилось выше, но братьев даже с этими значительными чертами все равно многие путали, особенно когда те облачались в одежду священнослужителей. Она была у них совершенно одинаковая. Однако, была у Олеандра все же своя отличительная черта. У него на левом плече красовалась татуировка цветка. Если ее было видно, то сразу было понятно, что это Олеандр. А вообще, братьев отличал характер. Если Аладар был вспыльчивым и мстительным, то Олеандр был спокойным и равнодушным ко всему. У него был очень мягкий характер, благодаря которому он и мог так легко поладить с детьми.

Глава 5. Неожиданные известия.

Возле алтаря, закрыв глаза и сложив ладони вместе, стоял Аладар. Ну несложно догадаться, что он молился. В храме помимо него находились еще Свирель и Аристарх. Они оба заметно подросли. Свирель исполнилось десять лет, а Аристарху двенадцать. В данный момент они выполняли порученную им Композитором работу. Аристарх очищал от воска подсвечники, а Свирель чистила ритуальные кубки и чаши. Они старались это делать как можно тише, чтобы не мешать Аладару. Но тот все равно время от времени бросал в их сторону недовольный взгляд, если слышал шумный всплеск воды или слишком громкий удар лопатки об металл подсвечника.

Свирель, стараясь как можно тише – но вы понимаете, как ей было трудно это сделать, поскольку она себя не слышала – подошла к алтарю и сняла с подставки хрустальную чашу, наполненную до краев горячим маслом. Чаша была довольно большой и тяжелой. Свирель следовало быть осторожной, чтобы не расплескать ее содержимого и не разбить ее. Она медленно развернулась и направилась обратно к своему месту. Ничего не предвещало беды, но неожиданно Свирель запнулась и выронила чашу из рук. Та, столкнувшись с поверхностью пола, разлетелась на миллионы мелких осколков. В разные стороны разбрызгалось масло. Аладар сердито отскочил от Свирель, но несколько капель все же попало на его мантию. Свирель застонала от того, что ее руки забрызгало маслом и теперь на тех местах появились ожоги.

– Неуклюжая! – крикнул злобно Аладар. – Под ноги смотреть надо!

Свирель виновато опустила голову. Аладар же еще несколько минут не переставал на нее кричать, будто она слышала его. Аристарх не выдержал и встал между ними, загородив собой Свирель.

– Перестаньте, пожалуйста, – сказал спокойно он. – Она ведь это ненарочно. Это вышло случайно.

– Случайно?! Да это просто виновата ее косорукость! Это же надо было такой родиться!

– Благодарите Илларадрусса, что она вас не слышит, – ответил сердито Аристарх. – Вы оскорбили ее. Это очень низко с вашей стороны!

– Тебе ли указывать мне, мальчик! – разозлился еще больше Аладар. – Я лучше тебя знаю, что низко для меня, а что нет!

Тут в дверях храма показался Олеандр.

– Что у вас тут такое? – спросил он. – Я слышал какие-то крики.

Он приблизился к ним.

– Осторожно! – предупредил его Аладар. – Не поскользнись!

Олеандр остановился, осмотрев залитый маслом пол.

– Что у вас тут произошло? – спросил он.

– Кое-кто разбил одну из хрустальных и самых дорогих чаш храма, – проговорил сердито Аладар, бросив злобный взгляд на Свирель.

– Пап, она это не специально! – поспешил добавить Аристарх.

Олеандр задумчиво покачал головой.

– Ну я думаю в этом нет ничего страшного, – заключил после короткого раздумья он. – Это не повод кричать и ругаться в храме.

– Она оскорбляет наш храм! – возразил Аладар, подойдя совсем близко к Олеандру. – Ей здесь не место! Я хочу, чтобы она убралась отсюда раз и навсегда!

Олеандр серьезно посмотрел в глаза Аладару.

– Боюсь, это решать не тебе, – сказал он.

– Вот как, значит! – проговорил зло Аладар, отступив от него. – Мои слова здесь уже больше не имеют никакого значения для вас!

– Тихо, Аладар, успокойся! – поспешил остановить его Олеандр. – Не здесь и не сейчас! Послушай, нам надо поговорить наедине.

– Боишься, что эти милые дети услышат все, что я о них думаю?! – не прекращал Аладар.

Олеандр вздохнул. Он повернулся к Аристарху и Свирель, которые смущенно стояли в стороне.

– Аристарх, вы бы не могли со Свирель освободить на время помещение, – попросил он.

Аристарх молча кивнул и, взяв Свирель за руку, поспешил убраться.

Аладар и Олеандр остались одни в храме. Аладар, презрительно хмыкнув, отвернулся от Олеандра, важно задрав голову. Олеандр же спокойно сел на колени возле разбитой чаши и взял один из крупных осколков, внимательно изучая его со всех сторон.

– Чаша долголетия, – догадался по осколкам он. – В налитое в нее горячее масло опускают дары Духу Войны Сангинарию, когда просят у него помощи в предстоящей битве.

– Ты издеваешься?! – огрызнулся Аладар.

– Нет, просто констатирую факты, – ответил Олеандр, поднявшись на ноги. Он подошел ближе к Аладару и тихо произнес: – На молитвы Сангинарию наложено табу.

– Может быть, оно и наложено в храме Элдараса, – сказал все тем же высокомерным тоном Аладар, – но мы с тобой сейчас в храме Белой Луны, и мы поклоняемся Илларадруссу.

– Ты правда думаешь, что заточенный в темнице Дух услышит твои молитвы и поможет тебе?

– Да!.. Нет… Я не знаю! Это не имеет значения! Главное, что я хоть что-то делаю для того, чтобы одержать победу.

– Но ведь ты признаешь бессмысленность этого, – отметил Олеандр.

– В любом случае, на моей стороне Илларадрусс. Он поможет мне. Уж он-то меня услышит.

– Мы с тобой сыновья Элдараса, – напомнил ему Олеандр. – Ты правда считаешь, что он захочет помогать нам?

– Да. Разве он может отказаться от поклонников, коими являются сыновья его противника?

– Нет, наверное…

Со стороны входа в храм послышался смех. Олеандр и Аладар обернулись. В дверях, навалившись на косяк и скрестив на груди руки, стоял Володар. Аладар, злобно сверкая глазами, двинулся в его сторону и уже было потянулся за мечом, но Олеандр его остановил.

– Погоди, – сказал он. – Узнаем, чего он хочет.

– Мне послышалось, или вы говорили что-то про Духа Войны? – спросил Володар, приближаясь к ним.

– Тебя это не касается! – отрезал Аладар. – Чего тебе здесь надо?!

Володар подошел совсем близко к ним, широко улыбаясь.

– Я посчитал нужным сказать вам о том, что совсем недавно возле ущелья Водолея видели вашего покорного слугу Ратмира, – проговорил он.

На миг брови Аладара поползли наверх, но он почти тут же опустил их обратно, стараясь скрыть свое удивление.

– И только за этим ты притащился сюда?! – сказал важно он.

– Аладар, но разве ты все это время не пытался разыскать своего друга? – спросил Олеандр. – Неужели новость о том, что он жив, тебя не радует?

– Почему я должен ему верить? – в свою очередь спросил Аладар. – Может, он лжет!

– Может и лжет. Мы ведь начали уже считать Ратмира погибшим, – заметил Олеандр. – Следовало бы проверить, правда это или нет.

– А что, если он хочет завести нас в ловушку? – Аладар подозрительно посмотрел на Володара. Володар все так же безмятежно улыбался. – Нет, я так не могу рисковать.

– Ты не можешь, – согласился Олеандр.

Аладар медленно повернулся к нему лицом, непонимающе посмотрев на него.

– О чем ты? – спросил он.

– Ты не можешь рисковать, но тебе и не нужно, – пояснил Олеандр. – Убедиться в правдивости его слов могу я.

– Олеандр? – бросил растерянно Аладар.

Он неспешно подошел к своему брату и положил ему руку на плечо, посмотрев ему прямо в глаза. Володар по-прежнему стоял за его спиной и с улыбкой наблюдал за ними.

– Нет, я не хочу, чтобы ты уходил, – сказал Аладар. – Я не хочу потерять и тебя.

– Аладар, мы не можем вечно сидеть сложа руки, – заметил Олеандр. – Пора уже начинать действовать.

– Нет, я не отпущу тебя! – Аладар схватил Олеандра за руку, поскольку тот уже повернулся лицом к выходу из храма. – Я запрещаю! Я не позволю тебе…

– Аладар! – раздраженно бросил Олеандр, высвобождая руку.

Аладар, поймав на себе злобно сверкающие глаза брата, грустно вздохнул и потупил взгляд в пол. Олеандр какое-то время продолжал сверлить его взглядом, но постепенно его лицо приняло сочувствующее выражение, поскольку Аладар выглядел очень жалко. Он вздохнул, приблизился к Аладару и обнял его.

– Ну прости… – сказал Олеандр.

Аладар сердито высвободился из его объятий и оттолкнул его от себя. Олеандр рассеянно развел руками. Аладар нахмурился и сердито скрестил руки на груди.

– Аладар… – произнес Олеандр.

– Хватит меня успокаивать! – воскликнул Аладар. – Хватит! Это не помогает!

Он отвернулся. Олеандр хотел что-то сказать, но не смог подобрать подходящих слов, потому промолчал. Володар уже не улыбался и просто, сложив руки за спиной, спокойно продолжал следить за братьями. Аладар молчал, по-прежнему стоя спиной к Олеандру. Тот не мог видеть его лица, а потому не понимал, что именно в данный момент оно выражало.

– Аладар? – спросил Олеандр.

– Не уходи, – ответил Аладар. – Не бросай меня одного! Я хочу, чтобы ты остался.

Его слова прозвучали так, словно он говорил не с Олеандром, а с тем, кого Олеандр не видел. Олеандра это немного смутило. Он, вздохнув, положил Аладару руку на плечо.

– Аладар. – Он развернул Аладара к себе лицом. – Я вернусь. Я тебе обещаю.

– Не обещай того, чего не сможешь исполнить, – ответил Аладар.

– Я вернусь! – возразил Олеандр и прошептал, чтобы Володар не смог расслышать, Аладару на ухо: – Жди меня у Адара, вместе с Композитором и войском, через три дня, включая сегодняшний.

– Через три дня? – спросил Аладар.

– Да, – кивнул Олеандр. – Я встречусь с тобой ровно через три дня. Можешь не волноваться за меня. Со мной все будет в порядке.

Они обнялись. Володар расплылся в милой улыбке.

– Да поможет тебе Илларадрусс! – воскликнул он.

Оба брата нахмурились и сердито посмотрели в его сторону.

– Уйди уже отсюда, а, – приказал ему Олеандр. – Свободен!

– Но чем я вам помешал? – спросил смущенно Володар.

– Своим присутствием, – ответил Аладар. – Ты нас раздражаешь! И не смей произносить имя нашего покровителя, осквернитель!

– Почему? – спросил расстроенно Володар.

– Сперва взгляни на себя, а потом уже задавай такие вопросы! – ответил Аладар. Володар опустил взгляд, непонимающе осматривая свою одежду. – Тебя ведь наказали за то, что ты предал веру?

– Я всего лишь хотел помочь своему сыну! – ответил обиженно Володар.

– Твой сын принадлежал другой религии! Ты предал своего бога!

– А сам ты будто бы не предал его! – ответил Володар, еле сдерживая себя от слез.

– То, что я его сын, еще не значит, что я должен ему служить!

Володар, не найдя подходящих слов, обиженно развернулся и поспешил удалиться из храма. Аладар удовлетворенно хмыкнул.

Володар вышел из храма. Резкий порыв холодного ветра заставил его обнять себя. Володар в данный момент был обижен на весь мир. Особенно его задели слова Аладара касательно крыльев, которых он лишился после той роковой битвы. Да, Володару их отрубили в храме Горящего Солнца за то, что он помог поклоннику другой религии. В храме были ужасные и несправедливые обычаи. После этого случая Милантэ наконец согласилась сменить религию, и Аскольд позволил ей жить во дворце. Однако это не изменяло того факта, что Володар лишился того, что было ему так дорого и чем он так гордился.

Он вышел на край обрыва. Ветер пытался унести с собой его волосы и плащ, заставляя их развеваться. Внизу простирался лес, а за ним чернел Адар. Володар задумчиво посмотрел на эту картину, ненавидя ее всем сердцем. Как бы ему хотелось родиться в другом мире, где все между собой равны. Где нет несправедливых законов! Володар пнул камень, который стремительно полетел с обрыва вниз. Он какое-то время следил за его полетом, а затем подошел к одиноком дереву и залез на него.

Володар просидел на его ветвях очень долго, проклиная свою судьбу. Он даже не заметил, как к нему подошла Милантэ.

– И долго ты там сидишь? – крикнула она ему.

Володар вздрогнул и чуть не свалился с дерева, но, заметив Милантэ, облегченно вздохнул.

– Это ты, – произнес он. – Зачем же так пугать?!

– Извини, не хотела, – извинилась Милантэ. – Я думала, ты видел, как я пришла.

– Нет, не видел, – ответил рассеянно Володар.

– Ты часто стал избегать встреч со мной и все больше уединяешься, – заметила Милантэ.

– Нет, с чего ты это взяла?.. – хотел возразить Володар, но поняв, что она права, смущенно спросил: – Это заметно?

Милантэ закивала головой.

– Я чувствую себя униженным… – сказал Володар, обняв себя.

– Но ведь это не так, – возразила Милантэ. – Ты вовсе не унижен. Священнослужители не стали к тебе хуже относиться. Мне даже кажется, наоборот.

– Ты правда так думаешь? – Володар грустно посмотрел на нее.

– Да. Давай, спускайся!

Володар смущенно посмотрел на нее, но все же спустился вниз.

***

Аристарх зашел в комнату к Олеандру. Он навалился на косяк, наблюдая за тем, как Олеандр суетится и куда-то собирается. Олеандр его даже не заметил, продолжив укладывать вещи.

– Пап, – окликнул его Аристарх, чтобы он обратил на него внимание.

Олеандр обернулся.

– А, это ты, Ари, – заметил он Аристарха, а затем вернулся к своему занятию.

– Пап, куда ты собираешься? – спросил Аристарх.

– У меня есть важное дело, – ответил Олеандр, застегивая ремни на своей дорожной сумке. – Я должен немедленно отлучиться.

– Можно нам с тобой? – поинтересовался Аристарх, надеясь на то, что отец согласится.

– Никак нет, – помотал головой Олеандр. – Я отправляюсь один.

Аристарх нахмурился.

– Ты всегда так говоришь! – сказал сердито он. – Ты никогда не хочешь брать нас с собой! Если ты куда-то уходишь, то всегда в одиночку!

Олеандр замер на месте и медленно обернулся. Аристарх хмыкнул, отвернув от него лицо. Олеандр вздохнул и сел на колени, чтобы оказаться одного роста со своим сыном. Он взял его за плечи, заглянув в его большие карие глаза.

– Ари, послушай, – сказал он, – так нужно. Иначе быть не может. Этот мир всегда поступает с нами так, как мы этого не хотим. Но придется смириться с тем, что есть. Давай, будь умницей! – Олеандр поцеловал его в лоб и поднялся на ноги.

Аристарх грустно посмотрел на него. Олеандр взял свои сумку и посох и вышел из комнаты.

Глава 6. Сыновья Володара.

Аристарх, обиженный на своего отца за то, что тот не взял его с собой, ушел в сад. Он ходил среди деревьев, со злости пиная мелкие камешки, попадавшиеся под ноги. Аристарх что-то сердито бубнил себе под нос, срывая головки красивых цветов и разрывая их в клочья. Заметив прямо по курсу скамейку, он решил присесть, не переставая при этом причитать. Он сердито засунул руки в карманы и насупился, уставившись в землю.

– Перестань! – сказал он вдруг сам себе. – Если он хочет куда-то отлучиться, значит, это так нужно!

– Но ведь это нечестно! – возразил сам себе Аристарх. – Он мало уделяет времени нам!

– Не смей говорить так! – прошипел в ответ сам себе он. – Он заботится о нас, а ты неблагодарный!

Из глубины сада послышался вскрик. Аристарх тут же соскочил со скамейки и стал прислушиваться. Послышался возмущенный голос Свирель:

– Убери от меня свои руки! Убери!

– Свирель! – крикнул Аристарх и побежал в ту сторону, откуда доносились ее крики.

Аристарх нашел Свирель возле беседки. К девочке приставали двое парней. Одному на вид было лет пятнадцать, второму двадцать. Свирель, прижавшись к дереву, плакала. Парень, что был помладше – смеялся над ней, поддразнивая ее. Второй стоял немного в стороне и равнодушно наблюдал за ними. Лицо его при этом не выражало абсолютно ничего. Аристарх, внутри которого тут же вспыхнул гнев, подошел к ним и толкнул одного из парней в грудь.

– Эй! – воскликнул недовольно мальчик, перестав смеяться и важно задрав голову. – Как ты смеешь!

– Это как ты смеешь! – ответил Аристарх. – Не стыдно?! Сколько тебе лет?!

– Никто не может вставать на пути принца Аарона, сына Володара! – сказал важно юноша.

– Что она тебе сделала? – спросил Аристарх, обняв Свирель и успокаивая ее. – За что ты так издеваешься над ней?

– Она глухая! – ответил с улыбкой Аарон. – Это же смешно!

– Это не смешно! – возразил Аристарх.

– У нас в храме таких существ лишают жизни, чтобы они не мучились. Такие существа наказаны богами. Они не должны жить.

– Не смей так говорить! – процедил сквозь стиснутые зубы Аристарх.

– Почему это? – удивился Аарон. – По-твоему я не прав? Меня всю жизнь учили этому.

Аарон отдернул рукав, и Аристарх увидел, что у парня нет кисти правой руки. Свирель испуганно сильнее прижалась к Аристарху. Аристарх уставился на Аарона широко открытыми глазами.

– Что? Тебе нечего возразить? –ухмыльнулся Аарон, расправляя рукав обратно.

– Это мерзко! В вашем храме отвратительные законы! – крикнул Аристарх, попятившись от него.

– А чем в вашем лучше? – спросил Аарон.

– У нас, по крайней мере, не лишают конечностей ни за что ни про что, – ответил Аристарх.

– Вообще-то моему брату руку отрубили не просто так, – влез в их разговор второй юноша. Говорил он абсолютно без выражения, словно его речь была записана заранее.

Аристарх переключил взгляд на него. Юноша, в свою очередь, уставился на Аристарха своим пустыми, бледно-голубыми глазами. От этого взора все внутри Аристарха похолодело. Он съежился, робко посмотрев на собеседника исподлобья.

– Мой брат украл золотую чащу из храма, чтобы помочь нашей больной матери, – продолжил юноша. – И его жертва не была напрасной. Благодаря его жертве наша мать исцелилась.

– А ты вообще кто? – осмелился спросить Аристарх. – Почему ты защищаешь его?

– Я принц Альтаир, – ответил юноша. – Я его брат.

– Ты придерживаешься его мнения?

Прежде чем ответить, Альтаир какое-то время сверлил Аристарха своим холодным взглядом. Но это была скорее не задумчивость, а просто Альтаир всем своим видом хотел показать глупость вопроса Аристарха. Но так, как тот ожидал от него внятного ответа, Альтаир медленно произнес:

– Нет, я не придерживаюсь ничьего мнения. У меня есть свой мозг, чтобы рассуждать логически и строить на основе этого выводы.

– То есть, у тебя на первом месте стоит интеллект? – уточнил Аристарх. Альтаир ничего не ответил. Аристарху от этого молчания стало неловко, и он добавил: – А как же душа?

Альтаир задумался. Он не знал, как правильно ответить на этот вопрос.

– Моя душа? – тупо переспросил он. – Она внутри… – Альтаир прижал руку к груди.

Аристарх непонимающе поднял одну бровь.

– У всех душа внутри, – заметил он.

– Нет, она сокрыта за частью души моего отца, – пояснил Альтаир. – Я не знаю, какая она. С тех пор, как отец вставил в мое сердце свой Цилатрон, он сокрыл мою душу глубоко внутри меня, и я теперь ничего не чувствую. Ни боли, ни грусти, ни радости… Я абсолютно пуст.

Аристарх задумчиво уставился в землю. Он не знал, что возможна жизнь без эмоций, без чувств, да и вообще без души. Аристарх снова поднял глаза на Альтаира. Отчего-то ему стало жаль его.

– И каково это? – спросил он.

– Не знаю, – ответил Альтаир. – Я же не помню жизни с чувствами и эмоциями. Я не знаю, что это такое.

– Так, слушай, мы представились тебе, кто мы такие – теперь, будь любезен, скажи нам, кто ты вообще такой? – потребовал нетерпеливо Аарон, негодуя от того, что про него забыли.

– Мы? – переспросил Аристарх, указав рукой на себя. – Аристарх, сын Олеандра.

Аарон удивленно вскинул брови. Альтаир же все так же оставался равнодушен. Аарон, последовав примеру своего брата, тут же попытался скрыть свое удивление.

– Погоди-ка, – сказал он, – ты сказал, что ты сын Олеандра?

– Да, – кивнул Аристарх.

– Ну нет, – усмехнулся Аарон, задумчиво приложив палец к губам. – Я-то надеялся, что мне это послышалось. Это же просто невозможно!

– О чем ты? – спросил Аристарх, не понимая его странного поведения.

– У Олеандра нет сыновей, – ответил Аарон.

Аристарх непонимающе осмотрел себя, будто бы проверяя, действительно ли он существует.

– Да нет, – сказал он. – Вот он я, реальный.

– Ты не сын Олеандра, – возразил Аарон. – Потому что у Олеандра нет сыновей и не будет.

– С чего ты это взял? – не понял Аристарх, обидевшись на его слова.

– Да потому что! – воскликнул Аарон, а затем добавил: – Вот ты знаешь, кто твоя мама?

Аристарх задумчиво посмотрел по сторонам. Он не раз задавал этот вопрос своему папе, но тот никогда внятного ответа не давал. Папа всегда старался избегать этой темы разговора.

– Нет… – не сразу ответил Аристарх.

– Ну вот видишь! – хмыкнул удовлетворенно Аарон.

– Это еще ничего не доказывает! – возмутился Аристарх. – Он наш отец! Он вырастил нас!

– Но это же не значит, что он твой родной отец! – заметил Аарон.

– Ты лжешь! – вскипел Аристарх. – Это все неправда!

– Почему? – развел руками Аарон. – Почему ты не хочешь смотреть правде в глаза?

– Ложь! – крикнул Аристарх. – Ты лжешь!

– Почему я лгу?! – разозлился в свою очередь и Аарон. – Может быть, это тебе всю жизнь лгали!

Аристарх не выдержал и набросился на Аарона, повалив его на землю. Они вместе покатились по траве. Свирель испуганно вскрикнула.

– Мальчики! – крикнула она им. – Сейчас же прекратите!

Альтаир равнодушно смотрел на них.

Аарон уперся руками в грудь разъяренному Аристарху, который навис над ним и крепко держался руками за его шею. Аристарх был вне себя от ярости.

– Да успокойся же ты! – выдавил Аарон, пытаясь пересилить паренька.

Аарон замахнулся кулаком и со всей силы въехал Аристарху в нос. Аристарх отшатнулся от него, закрыв руками лицо. Из носа у него брызнула кровь. Но, казалось, это его остановило ненадолго. Он почти тут же снова набросился на Аарона. Они снова покатились по траве, колотя друг дружку кулаками.

– Да прекратите же вы! – снова крикнула Свирель, пытаясь образумить мальчиков.

Наконец, их остановил от всего отреченный Альтаир. Он медленно приблизился к ним, схватил Аарона за плечи и силой поднял с земли, оторвав его от Аристарха. Аарон попытался вырваться.

– Пусти меня! – завопил он. – Я с ним еще не закончил!

– Успокойся, брат, – сказал спокойно Альтаир. – Так не решаются споры. К тому же, это нечестно. Он младше тебя.

Свирель села на колени возле Аристарха. Тот сидел на земле, сверля взглядом Аарона и вытирая рукавом с лица кровь, вытекшую из носа. Свирель положила ему руку на плечо.

– Ари, ты в порядке? – спросила она.

– Нет, – бросил Аристарх.

– Да в порядке он! – огрызнулся Аарон, по-прежнему сдерживаемый Альтаиром. – Мелкий гаденыш!

– Сам такой! – отозвался Аристарх.

– Тихо, успокойтесь! – сказала спокойно Свирель.

– А тебя вообще кто спрашивал! – накричал на нее Аарон. – Дудка глухая!

Аристарх вскочил на ноги, загородив собой Свирель.

– Свирель! – прорычал он. – Ее зовут Свирель!

– Не имеет значения! – ответил Аарон.

– Да как ты смеешь!

Аристарх снова хотел наброситься на него, но его остановила Свирель. Она обняла его, не позволяя ему приблизиться к юноше.

– Ари, не надо! – умоляла она. – Успокойся!

– Но он оскорбил тебя! – возразил Аристарх.

– Не надо, я прошу тебя! – настаивала Свирель. – Сделай это ради меня!

Аристарх какое-то время еще пытался сопротивляться, но потом все же сдался. Он вздохнул, расслабленно опустив руки.

– Ладно, – сказал он. – Ради тебя.

Свирель отпустила его. Аристарх исподлобья сердито посмотрел на Аарона. Аарон тоже немного утихомирился, но Альтаир его по-прежнему не отпускал.

– И как же понять, кто из нас прав? – спросил Аристарх.

– Конечно же прав я! – ответил Аарон, смерив Аристарха презирающим взглядом. – Кто вообще может сомневаться в моих словах! Все факты налицо!

– То есть, ты прав, потому что ты думаешь, что ты прав? – уточнила Свирель. – Какие у тебя доказательства?

– А какие у него доказательства? – Аарон попытался вырваться, но Альтаир не собирался его отпускать. Аарон сердито высвободил руки, бросив ему: – Да хорош уже! Не трону я его!

– Есть более радикальный способ узнать, кто из вас прав, – заметила Свирель.

– Да? – отозвался Аарон, равнодушно посмотрев на девочку. Он не воспринимал ее слова всерьез. – И какой же?

– Зеркало Правды в Ледяном Дворце Истины, – ответила Свирель.

– Ты говоришь о дворце, что находится за Лесом Одиночества? – уточнил Альтаир.

– Да, – кивнула Свирель. – В том дворце находится Зеркало Правды, которое показывает правду тем, кто ее жаждет.

– То есть, ты предлагаешь нам отправиться в эдакую даль, чтобы понять, кто из нас прав? – спросил Аарон.

– Ну да… – ответила смущенно Свирель.

– Ну что же, я согласен! – воскликнул Аарон. – Чтобы доказать этому недоростку, что я прав, я готов пойти и на это.

– Мы тоже согласны! – тут же отозвался и Аристарх.

– Вот и отлично! – радостно захлопала в ладоши Свирель. – И у меня появится шанс узнать, кто мои настоящие родители!

– Эм… – протянул Аристарх. – Свирель…

Он взял Свирель за руку и отвел ее в сторонку. Он оглянулся на Аарона с Альтаиром, а затем снова посмотрел на Свирель.

– Свирель, а как же Композитор, – прошептал Аристарх. – Не думаю, что он так просто отпустит тебя.

– Композитор отправится вместе с Аладаром атаковать Адар, – ответила Свирель. – Так что моего отсутствия он даже не заметит.

– Но это небезопасно! – воскликнул Аристарх.

– Ты предлагаешь мне остаться? – спросила разочарованно Свирель. – Но я хочу с вами.

– Эй! – воскликнул Аарон, услышав их разговор. – Малявка с нами не пойдет! Ей там не место.

Аристарх бросил злобный взгляд в его сторону. Затем он снова перевел его на Свирель, которая грустно опустила голову. Аристарх задумчиво с некоторой грустью смотрел на нее какое-то время, обдумывая.

– Она пойдет с нами! – заключил наконец он.

Свирель подняла голову.

– Ты идешь с нами, – повторил Аристарх.

Глава 7. Дракон в пещере.

Тихонько журчал ручей, протекающий прямо внутри огромного ущелья Водолея. Ущелье выглядело так, словно какое-то огромное создание ударило по земле своими острыми когтями, оставив на ее лице глубокий шрам. Постепенно этот шрам зарос деревьями и другими красивыми и необычными растениями, став одним из самых прекрасных мест на Элиадросе.

Олеандр остановился, чтобы немного передохнуть. Он положил на землю свою дорожную сумку и склонился к ручью, чтобы утолить жажду. Тут он услышал позади какой-то шелест, словно за кустами кто-то передвигался. Олеандр обернулся. Шелест тут же смолк. Олеандр, пожав плечами, повернулся обратно.

Послышались крадущиеся шаги по песку. Олеандр замер, прислушиваясь. Он медленно потянулся к посоху, убранному за спину. Шаги смолкли. Олеандр какое-то время помедлил, а затем, резко развернувшись, вскочил на ноги. Он взмахнул посохом и сшиб с ног своего преследователя, приставив к его горлу посох. Олеандр склонился над ним и тут же узнал в нем Володара. Володар испуганно замотал головой.

– Это всего лишь я! – воскликнул он.

– Володар? – произнес Олеандр, непонимающе подняв одну бровь. – Что ты здесь делаешь?

– То же, что и ты, – ответил Володар. Он смущенно посмотрел на посох Олеандра. – Убери его, пожалуйста, от меня.

Олеандр отвел посох в сторону. Володар облегченно вздохнул. Он поднялся на ноги, стряхивая с одежды песок. Олеандр не сводил с него глаз.

– Зачем ты крался? – спросил он.

– Крался? – переспросил удивленно Володар. – Я не крался.

Поймав на себе укоряющий взгляд Олеандра, он смущенно опустил голову и отвернулся. Олеандр с помощью посоха развернул его обратно и, уткнув ему конец посоха в подбородок, поднял его голову.

– Нет, ты крался! – настаивал он на своем.

Володар испуганно посмотрел на Олеандра, но поняв, что тот его так просто не отпустит, со вздохом ответил:

– Я не хотел с тобой сталкиваться, а потому попытался незаметно пройти мимо.

Олеандр медленно опустил посох, задумчиво посмотрев в землю.

– А я уж было подумал, что ты преследуешь меня, – сказал он. – Хотел узнать, зачем.

Олеандр убрал посох обратно за спину. Он наклонился и подобрал свою сумку. Володар смущенно закусил губу.

– Олеандр… – произнес он, нервно загибая пальцы.

– Да? – откликнулся равнодушно Олеандр, не поворачиваясь к нему лицом. Он повесил сумку на плечо и принялся застегивать ее.

– Я подумал, раз уж мы встретились, может будем искать его вместе? – предложил Володар, с каждым словом говоря все тише и тише и постепенно вжимая голову в плечи от смущения.

Олеандр обернулся и равнодушно осмотрел его с ног до головы. Этот взгляд смутил Володара еще больше. Он опустил глаза в землю.

– Нет, – ответил Олеандр. – Зачем? Иди своей дорогой, а я пойду своей.

Олеандр развернулся и пошел вдоль берега. Володар нервно посмотрел по сторонам, пытаясь придумать аргумент в свою пользу.

– А что, если я скажу, что обыскал уже ущелье? – выпалил вдруг он.

Олеандр остановился. Он медленно развернулся, удивленно посмотрев на Володара. Володар в ответ с надеждой посмотрел на него широко открытыми глазами.

– Обыскал уже все ущелье? – уточнил Олеандр.

– Да, кроме одного места, – кивнул Володар.

– И никаких результатов?

Володар помотал головой:

– Ратмир умеет хорошо скрываться, – ответил он.

Олеандр задумался, уставившись на медленно извивающиеся между камней волны реки. Это неожиданное заявление ввело его в ступор. Он даже не знал, как теперь ему быть.

– Что за место ты оставил в стороне? – спросил он.

Володар смущенно поковырял песок носком сапога.

– Пещеру гномов… – не сразу сказал он. Похоже, ему было стыдно за то, что он обошел это место стороной.

– Так, наверное, именно в ней и скрывается Ратмир! – воскликнул Олеандр, найдя хоть одну зацепку для поиска друга своего брата.

– Ты уверен? – тихо спросил Володар, стесняясь собственных слов.

Олеандра смутил вопрос Володара и тон, с которым он его задал. Олеандр непонимающе посмотрел по сторонам.

– А что не так? – сдвинул брови он.

– Неужели ты ни разу не слышал об этой пещере и об озере возле нее? – произнес удивленно Володар.

Этот вопрос смутил Олеандра еще сильнее. Ему стало как-то неловко оттого, что всю работу за него проделал его собеседник, а еще оттого, что этот самый собеседник знал об этой работе куда больше его самого. Олеандр сконфуженно почесал затылок.

– Нет… – ответил стыдливо он.

– Что? Вообще ничего? – не переставал удивляться Володар.

– Вообще ничего, – согласился Олеандр.

– Странно, что ты не слышал ни одной легенды о ней, – заметил Володар.

– Я все-таки больше разбираюсь в области магии, а не истории, – поспешил добавить Олеандр. – Так что с этой пещерой не так?

– Ну… – протянул Володар. – Говорят, что там обитает могущественное древнее существо.

– Дракон, что ли? – уточнил Олеандр.

– Вполне возможно, – пожал плечами Володар. – Почему бы и нет.

– Но ведь они вымерли.

– Видимо не все, – предположил неуверенно Володар.

Олеандр равнодушно осмотрел его. Володара опять же смутил этот взгляд, и он поспешно отвел глаза в песок. Олеандр, в свою очередь, все это время не переставал на него смотреть.

– Володар, – позвал он его.

Володар поднял на него свои печальные глаза.

– Ты серьезно веришь во все это? – спросил Олеандр.

– А ты нет? – ответил вопросом на вопрос Володар.

Олеандр нахмурился.

– Нет, – помотал головой он. – Тебе не кажется, что это глупо?

– Нет, никогда так не думал, – признался Володар.

Олеандр со вздохом закатил глаза. Он расстегнул сумку и вынул из нее карту. Володар взволнованно посмотрел на него.

– Ты же не собираешься… – произнес он.

– Да, я отправлюсь именно туда, – перебил его Олеандр. Он развернул карту и принялся искать глазами на ней ту самую пещеру.

– Но как же легенды и сказания, что ходят вокруг нее! – всплеснул руками Володар.

– Это все слухи, – ответил Олеандр, посмотрев на него поверх карты. – Я не вижу повода верить им.

– Но ты ведь даже ни разу не видел это место вблизи! – не переставал сопротивляться Володар.

– А ты?

Володар смутился.

– Нет, – ответил он.

– Ну вот видишь! – Олеандр принялся сворачивать карту обратно в трубку. – Сходить и проверить это место повод как раз-таки есть. – Он указал рукой в сторону. – Нам туда, – а затем, заметив изумленное выражение лица Володара, добавил: – Ну, если ты до сих пор хочешь пойти со мной.

– Я? – тупо спросил Володар, а затем, встряхнув головой, поспешно ответил: – Да, конечно!

– Тогда не стой, как статуя, – поторопил его Олеандр и быстрыми шагами двинулся в глубь ущелья. Володар побежал вслед за ним.

Пещера оказалась недалеко от того места, где Олеандр и Володар встретились, а потому добирались они до нее не так уж и долго. Правда, эльфы не сильно-то торопились. Они не спеша проходили под кронами высоких и изящных деревьев, в листве которых, удобно пристроившись, пели маленькие пестрые птички. Олеандр и Володар неторопливо перешагивали через торчащие из земли корни деревьев. «И почему это я раньше сюда ни разу не ходил!» – спросил сам у себя Олеандр, осматривая раскинувшуюся впереди поляну. Заметивший его олень поспешил убраться, зашуршав листвой и цепляясь своими изящными рогами за ветви деревьев. «Поистине сказочное место!» – продолжил свои мысли Олеандр, глядя ему вслед.

Олеандр подошел и сорвал один из цветков, название которого он не знал. Ну ему это было как-то и не важно. Главное, что цветок был красивым. Он с наслаждением вдохнул его аромат, довольно улыбнувшись. К нему приблизился Володар. Олеандр нахмурился.

– Такое чувство, будто тебя вообще ничего не заботит, – заметил Володар.

– А тебе-то что? – бросил сердито Олеандр.

– Ничего… – развел руками Володар. – Это, конечно, твое личное дело, но разве у тебя не три дня на все про все?

– У меня еще есть время, – ответил Олеандр, бросив цветок на землю. Он важно задрал голову и прошел мимо Володара. Володар, не зная, что сказать, снова развел руками и поспешил следом за ним.

Наконец, впереди показались очертания пещеры. Пещера была довольно большой и напоминала собой голову какого-то огромного хищника, который разинул свою зубастую пасть. Кристаллические наросты на сводах пещеры напоминали как раз те самые острые зубы. На дне пасти было небольшое озеро с кристально чистой водой. Вода тихо подрагивала от ветра.

Олеандр вышел на берег озера, равнодушно осматриваясь по сторонам. Следом за ним, тихими неуверенными шагами вышел Володар, испуганно оглядываясь.

– Может уже перестанешь? – попросил Олеандр.

– Перестану что? – спросил Володар.

– Так странно вести себя, – пояснил Олеандр. – Мне начинает это слегка действовать на нервы.

– Оу, – смутился Володар. – Прости… Просто, я боюсь.

– Да чего ты боишься! – закатил глаза Олеандр. – Нет здесь никого! Мы одни здесь! – Он сказал это так громко, что его слова отдались эхом. Птицы, сидевшие на неровностях пещеры, тут же разлетелись в разные стороны.

Володар испуганно вздрогнул, вжав голову в плечи, но, поняв, что это всего лишь птицы, облегченно вздохнул. Олеандр снова закатил глаза.

– Видишь? – подтвердил он.

– Это еще ничего не доказывает, – заметил Володар, бросая испуганный взгляд на своды пещеры. – Это существо может где-то прятаться и выжидать удобного момента.

– Удобного момента для чего? – спросил равнодушно Олеандр.

Володар пожал плечами. Олеандр глубоко вздохнул, а затем сказал:

– Смотри, – и с этим словом зашел прямо в воду.

Володар испуганно выпучил глаза, внимательно наблюдая за каждым его движением. Олеандр же, постояв немного на месте, развернулся лицом к Володару и развел руками.

– Ну, и чего ты боялся? – спросил он.

Но тут Олеандр сам заметил на воде волны, образовавшиеся оттого, что кто-то двигался под ней. Он сперва посмотрел под ноги, а затем медленно поднял глаза на Володара. В данный момент Олеандр пожалел о том, что не послушал своего спутника и начал разделять его страх.

– Володар, – тихо произнес он. – Что это за…

Но он не успел договорить. Позади него вздыбились волны, доставая чуть ли не до самого потолка пещеры. Олеандр испуганно оглянулся. Его окатило водой с ног до головы. Следом за волнами из воды показалась огромная голова дракона, отражающая тысячи солнц своей слепящей синей чешуей.

Глаза. Большие сверкающие голубые глаза, словно озера, готовые вобрать тебя в себя и унести в бесконечность. В них запечатлелось много событий, произошедших столетия назад. Эти глаза видели многое. Стоило Олеандру только заглянуть в них, как они унесли его далеко-далеко в прошлое. Он увидел кровь на клыках, разрывающих на куски плоть врагов. Он видел, как эти самые враги живьем сдирали эту прекрасную сверкающую чешую. Боль, страх, ненависть, вражда, беспомощность, безжалостность, угнетение… Все вместе смешалось внутри Олеандра. Он ощутил себя на месте дракона.

Олеандр хотел отвернуться, но дракон не позволял ему этого, словно червь, заползая все глубже в его сознание.

Володар, как только показался дракон, тут же спрятался за валуном. Его сердце бешено колотилось. А ведь он предупреждал! Он говорил! Володар боялся даже хотя бы выглянуть из своего убежища. Ему хотелось верить, что это все ему лишь привиделось. Но спустя несколько секунд любопытство пересилило страх, и он все же выглянул.

Олеандр напряженно смотрел в глаза дракону. Володар заметил, как сильно он стиснул зубы, сопротивляясь его воле. Олеандр взглядом умолял дракона перестать. Он выглядел настолько вымученным, словно только что сразился с этим самым драконом. Но тот вовсе не собирался его так просто отпускать. Володару показалось, что они разговаривают, хоть они оба и не открывали ртов. Они общались как-то иначе. Словно на другом языке и другими средствами.

Олеандр застонал. Дракон наклонил голову, по-прежнему не сводя глаз с него. По щекам Олеандра потекли слезы. Он замотал головой.

– Нет! – вдруг закричал он. – Нет! Нет!

Дракон оскалился. Олеандр задрожал. Дракон медленно отпустил его сознание, не найдя в нем больше ничего интересного. Олеандр закатил глаза, покачнулся и упал. Его поглотил поток тьмы и на какое-то время он вообще перестал ощущать себя живым.

Глава 8. Легенда о двух братьях.

Аристарх, Свирель, Аарон и Альтаир решили остановиться. Уже стемнело, и передвигаться дальше по лесу было просто невозможно. Местом для перерыва они выбрали уступ, поскольку всем хотелось находиться подальше от деревьев, среди которых мог сновать невесть кто. Аарон повернулся к Аристарху.

– Ты, – ткнул он в него пальцем.

– Что мы? – огрызнулся Аристарх.

– Иди за хворостом: огонь развести нужно, – приказал Аарон.

– А почему это сразу мы? – возразил Аристарх. – Сам иди и принеси!

– Мы здесь находимся из-за тебя, – ответил Аарон. – Так что давай, пошевеливайся!

Аристарх посмотрел на Свирель, а затем снова перевел взгляд на Аарона.

– Но мы не хотим оставлять Свирель наедине с вами! – ответил Аристарх, скрестив руки на груди.

– Ну так бери ее с собой! – ответил Аарон. – Пускай прогуляется.

– А почему ты сам не можешь сходить? – спросил Аристарх, а затем вдруг загадочно улыбнулся и медленно протянул. – Аааа… Ну, ладно. Раз ты боишься, мы сами сходим.

– Чтобы я боялся! – воскликнул возмущенно Аарон. – Просто не подобает принцу самому все делать!

– Ой, да не нужно ничего объяснять! – отмахнулся Аристарх. – Просто признайся, что ты боишься!

– А вот и не боюсь! – прорычал Аарон. – И я это тебе сейчас докажу.

– Да что ты, – отмахнулся Аристарх. – Не стоит. Мы сами сходим.

– Нет, я схожу! – сказал Аарон и тут же устремился в чащу леса.

Аристарх усмехнулся и побежал вслед за ним. Свирель и Альтаир остались на месте.

Аристарх бежал до тех пор, пока не перестала слышаться шуршащая под ногами Аарона листва. Паренек остановился, восстановив дыхание и непонимающе осмотревшись по сторонам. Кругом было так темно, что деревья казались лишь призрачными силуэтами. Аристарх подумал, что как-то неосторожно он сейчас передвигался среди них сломя голову. Он ведь мог и случайно налететь на одно из них.

Лес окутала тишина. Аристарх, как бы он ни хотел в этом сам себе признаваться, не на шутку испугался. Он громко задышал. Сердце его забилось быстрее. Аристарх прижался спиной к дереву. Он не знал, что же ему теперь делать. Он ведь еще ни разу не гулял по лесу в одиночку, тем более в такой темноте! Как же это было глупо – побежать в чащу леса в такую темень!

Аристарх услышал какое-то подозрительное шуршание поблизости. Это напугало его еще больше. Он крепче впился пальцами в ствол дерева. Аристарх решил, что сейчас благоразумнее всего будет позвать принца, какую бы ненависть он к тому ни испытывал.

– Аарон… – прошептал он. – Аарон…

Тут неожиданно на него резко кто-то набросился и повалил на землю. Аристарх испуганно вскрикнул, пытаясь выбраться из-под нападающего, но тот уперся ему рукой в грудь, не позволяя вскочить на ноги. Послышался смех. Очень знакомый смех. Приглядевшись, Аристарх вдруг понял, что это и есть Аарон. Глаза Аарона светились в темноте, как два красных рубина.

– Видел бы ты свое лицо! – проговорил, не переставая смеяться, Аарон.

– Ты с ума сошел! – воскликнул Аристарх. – У нас чуть сердце не остановилось! Слезь с нас!

– Неа, – ответил Аарон. – Сам попробуй выбраться. Или что? У маленького… Э… – Аарон нахмурился, пытаясь припомнить его имя. – Как там тебя? Сил, короче, не хватает?

Аарон опять засмеялся, наблюдая за тщетными попытками Аристарха выбраться. Тот очень нелепо замахал руками, пытаясь сбросить Аарона с себя.

– Это уже не смешно! – захныкал Аристарх. – Ну, хватит! Перестань!

Аарон ловко сделал кувырок назад, освободив тем самым Аристарха. Аристарх приподнялся на локтях. Два красных огонька горели теперь рядом с ближайшим деревом.

– Как ты делаешь это? – спросил Аристарх.

– Делаю что? – донесся голос Аарона из темноты, со стороны огоньков.

– Как ты можешь так легко передвигаться в темноте? – пояснил Аристарх. – Ты ведешь себя, словно кот.

Аарон ничего не ответил и лишь довольно усмехнулся. Вдруг оба огонька погасли. Это, видимо, он повернулся, чтобы удалиться.

– Нет! – тут же крикнул испуганно Аристарх, вытянув вперед руку. – Не бросай нас!

Огоньки вернулись на место. Аристарх опустил неловко выставленную перед собой руку. Он шумно сглотнул слюну. Огоньки не сдвигались с места. Аарон чего-то выжидал.

– Что? Страшно? – донеслось из темноты.

– Пожалуйста, не уходи, – попросил Аристарх.

– Тяжело в темноте, да? – продолжил Аарон. – И что же дальше? Возьмемся за ручки?

Аристарх поднялся на ноги.

– Нет, – ответил он. – Просто не отходи далеко.

Аарон снова засмеялся.

– С чего бы это вдруг? – спросил он. – Почему я должен заботиться о тебе?

– Но мы не сможем без тебя, – застонал Аристарх. – Совсем одни в этом мрачном лесу.

– Ничтожество, – сказал важно Аарон. – Как ты жалок! Мне даже смотреть на тебя противно!

Тут послышались какие-то шорохи. Аристарху показалось, что среди кустов промелькнула какая-то тень. Он испуганно посмотрел туда, а затем снова повернулся в сторону огоньков. Огоньки же смотрели в сторону кустов. Казалось, Аарона тоже взволновали эти шорохи.

– Это еще что за черт? – выругался он.

Послышался шелест, и огоньки полетели в сторону кустов. Аристарх испуганно сжался.

– Может, лучше не надо? – произнес неуверенно он.

– А тебя никто не спрашивает, – ответил Аарон, продолжая красться по темноте к кустам. Он старался идти как можно тише, но устилающая землю листва ему этого не позволяла.

Аарон остановился, вглядываясь в тьму. Аристарх продолжал стоять на месте, не сводя глаз с огоньков. Послышалось рычание. Аарон вскрикнул. Аристарх услышал, как Аарон упал и покатился по земле. Кто-то набросился на него. Какое-то существо, которое принц пытался сбросить с себя. Аристарх слышал рычание этого существа. Он отчаянно пытался разглядеть дерущихся, испуганно закрыв рот руками. Аарон вдруг застонал.

– Укусила меня! – закричал он. – Ах ты маленькая тварь!

Шелест листвы постепенно стал стихать. Рычание немного поутихло. Казалось, существо успокоилось, да и Аарон перестал сильно дергаться. Что-то заставило его перестать сопротивляться. Он, не в праве больше бороться, лишь тихо застонал. Существо же, наоборот, довольно замурлыкало.

Аристарх сощурился, пытаясь лучше разглядеть их. Существо вдруг засветилось. Аристарх в ужасе отступил на несколько шагов.

Существом оказался руноми. Со своими перьевыми крыльями и маленькими рожками на голове этот зверек походил на маленького дракона. Его шерсть была белого цвета. Руноми хоть и был небольшого размера, но яд в жале на конце его хвоста был смертелен. Никто не хотел бы столкнуться с ему подобными.

Руноми излучал белый свет, а глаза его горели голубым. Он довольно извивался возле шеи Аарона, лизал его лицо, зарывался в его волосы мордочкой. Наверное, руноми давно не видел людей. Ему приносило наслаждение ласкаться к обезвреженному человеку.

«Интересно, – подумал Аристарх, – что заставило Аарона перестать сопротивляться?»

Аарон снова застонал. Аристарх вдруг заметил, что жало на хвосте Руноми задрожало. Похоже, Руноми готовился вонзить его в шею Аарона. Просто выбирал место и момент получше.

Аристарх не знал, что же ему делать. Не мог же он так просто бросить принца, как бы он того ни ненавидел. И тут Аристарх решился на смелый и весьма рискованный поступок.

– Эй! – крикнул он, подойдя к Аарону ближе.

Руноми тут же обернулся, прижавшись грудью к принцу. Он осмотрел Аристарха с ног до головы и недовольно зарычал. В мгновение ока он сорвался с места и набросился на Аристарха. Аристарх попятился, запнулся об корень дерева и упал. Аристарх отполз от руноми на какое-то расстояние. Руноми подкрался к нему ближе. Аристарх нервно сжал руками траву и вырвал несколько клочков. Он громко и часто задышал, не сводя с руноми широко распахнутых глаз. Руноми же задергал носиком, нюхая воздух. Они какое-то время смотрели друг на друга, а затем руноми резко сорвался с места и полетел прочь. Это было неожиданно.

Аристарх какое-то время сидел в недоумении. Почему руноми улетел? Что заставило его так просто отступить? Аристарх поднялся на ноги и, водя перед собой руками, попытался определить в какой стороне находится Аарон. Поскольку источник света скрылся, лес снова окутала темнота и Аристарх опять ничего не мог разглядеть. Правда теперь он не видел даже вытянутых вперед рук.

Снова послышались шорохи. Сердце Аристарха забилось быстрее. Он испуганно осмотрелся, пытаясь понять, с какой стороны доносится звук. Вдруг в его ногу вцепились чьи-то зубы. Аристарх упал и неведомое огромное существо поволокло его за собой. Он пытался ухватиться за что-нибудь руками, но за что он ни хватался, руки соскальзывали, а существо все ускорялось.

Вдруг оно резко выбежало из леса на край обрыва. Здесь было не так темно, как в лесу, поскольку в этом месте луне не мешали деревья проливать свой свет на землю. Аристарх наконец смог разглядеть того, кто утащил его с собой.

Это был белый волк. Он отпустил ногу Аристарха и отошел от него на несколько шагов. Волк встал напротив мальчика, не сводя с него ярко красных глаз. Аристарх медленно выставил перед собой дрожащую руку. Волк сердито зарычал, и прижался грудью к земле. Аристарх нервно задышал.

– Тихо… – прошептал он. – Мы не сделаем тебе ничего плохого. Пожалуйста…

Волк зарычал громче и вдруг набросился на него. Аристарх испуганно вскрикнул и закрылся руками. Но волк не допрыгнул до мальчика. Аристарх услышал глухой удар и визг волка. Волк приземлился неподалеку от него на траву, прокатившись еще какое-то расстояние по ней.

Аристарх убрал руки и увидел его. Волк, чья голова была прошита насквозь копьем, теперь неподвижно лежал рядом с ним. Неподалеку, навалившись на дерево, стоял Аарон. Он хотел подойти к Аристарху ближе, но сделал всего несколько неровных шагов и упал. Аристарх был настолько напуган и поражен, что не мог вымолвить ни слова. Он даже не смел пошевелиться.

Мальчик вдруг заметил, как возле волка заметались искры. Их становилось все больше и больше до тех пор, пока они полностью не закрыли собой волка. Затем искры начали постепенно рассеиваться.

На месте волка теперь лежал тот самый руноми, что недавно собирался убить Аарона. Копье лежало рядом с ним. Руноми резко распахнул глаза и вскочил на лапы. Он отряхнулся, расправил крылья и тут же полетел прочь. Аристарх испуганно вжал голову в плечи, провожая его взглядом.

Аарон приподнялся и сел на траве, навалившись спиной на камень. Аристарх перевел взгляд на него и еще какое-то время молча его разглядывал.

– Ты спас нас, – не выдержал наконец он.

Аарон просто отмахнулся рукой.

– По сути отплатил тебе, – ответил он. – Ничего удивительного. Ты спас мне жизнь, а я спас тебе в ответ.

Аристарх задумчиво отвел взгляд. Как-то это все равно было странно. Он снова посмотрел на Аарона. Тот перебирал пальцами травинки.

– Аарон… – произнес неуверенно Аристарх.

– Да? – откликнулся тот.

– Зачем ты притворяешься? – спросил Аристарх.

– В смысле? – не понял Аарон.

– Ну, ты пытаешься показывать себя с плохой стороны, – пояснил Аристарх. – Но ведь на самом деле ты не такой. Зачем ты притворяешься?

Аарон грустно опустил брови и отвел взгляд от Аристарха. Он не хотел об этом говорить, но ведь скрывать это уже не имело никакого смысла. Он печально вздохнул.

– Свет… – произнес он.

– Что?

– Свет, – повторил Аарон. – Так меня назвали при рождении.

Аарон снова замолчал. Аристарх ожидающе на него посмотрел.

– И что означает это имя? – спросил он.

– Дар Илларадрусса, – ответил Аарон. – Способность видеть свет во тьме. Как в настоящей тьме, так и в образной. Проводник чистых душ.

– Почему же тебе дали другое имя?

– Мой отец, – пояснил Аарон. – Он принадлежал другой религии. Мои родители не могли жить вместе из-за вражды между религиями. Но, когда отцу отрубили крылья, мама все же согласилась принять его религию. Это было тяжело для нее. Маме несколько лет пришлось привыкать к ее ритуалам и обычаям. И, однажды – мне тогда было десять – она сильно заболела, совершив какую-то ошибку во время ритуала. Я не мог смотреть на то, как она страдает, и именно тогда я и решился украсть золотую чашу. Я знал, что за это мне достанется, но ради мамы я был готов пойти на все.

Аристарх с сожалением посмотрел на Аарона. Аарон поджал ноги и обнял колени, уложив на них голову.

– Так почему? – спросил Аристарх.

– Религия вынудила, – ответил Аарон, глубоко вздохнув. – Скрывай внутри себя все чувства и никому не показывай их. Никто не должен знать, что происходит внутри тебя. Ты – часть мира, который вооружился против тебя. Если мир сражается против тебя, так и ты сражайся против него.

– Глупо, – вдруг выпалил Аристарх. – Это неправильно!

Аарон удивленно посмотрел на него. Аристарх серьезно посмотрел на него в ответ.

– Почему неправильно? – не понял Аарон.

– Если кто-то к тебе плохо отнесся, это не значит, что все в мире плохие, – ответил Аристарх. – Это не значит, что ты должен быть таким же.

– Я не могу иначе, – пожал плечами Аарон. – Меня всю жизнь учили этому. Мне сказали, что я должен равняться на своего брата. Альтаир вообще ничего не чувствует. Он просто идеал для подражания.

– Ты действительно хочешь стать таким же, как он? – удивился Аристарх.

– В том то и дело, что нет, – вздохнул Аарон. – Я наоборот хочу ему помочь. Что-то подсказывает мне, что я должен вернуть ему то, что он утерял в детстве. Не дать ему ошибиться.

***

Аристарх сидел в стороне ото всех, под деревом, вертя в руках какие-то металлические детали. Аристарх был умелым мастером. Он создавал удивительные вещи без помощи магии. Как он это делал и где этому научился – для всех оставалось загадкой. Аарон и Свирель сидели возле костра на бревне. Рядом с ними, навалившись плечом на дерево, стоял Альтаир.

Аарон потупил глаза в землю.

– Свирель… – начал неуверенно он. Он сказал это так, чтобы Свирель смогла прочитать по губам.

Свирель заглянула в его красные глаза, которые переливались рыжеватым оттенком от пламени костра.

– Да? – сказала она.

– Прости за то, что было… – проговорил стыдливо он. – Мне неловко оттого, что это случилось именно с тобой.

– Забудем, – оборвала она его.

Наступила минута неловкого молчания. Тишина нарушалась лишь потрескиванием горящих веток. Аарон прочистил горло, пытаясь придумать слова, с которых можно было бы возобновить разговор.

– Аристарх сказал, что на тебя напал руноми, – вдруг сказала Свирель. – И что он едва не убил тебя.

Аарон неловко посмотрел по сторонам, почесав затылок.

– Ну, да… – протянул неуверенно он.

– А знаешь ли ты, откуда они взялись? – поинтересовалась Свирель, подозрительно сощурив глаза.

Этот взгляд напряг Аарона. Он отшатнулся немного назад, поскольку Свирель вытянула шею, уставившись ему прямо в лицо.

– Нет, – ответил он.

– Хм… – Свирель отодвинулась немного от него.

Аарон облегченно вздохнул, вернувшись в прежнее положение. Он посмотрел на Свирель, которая не сводила теперь глаз с искр, вылетающих из костра и растворяющихся в ночном воздухе.

– И что? – спросил он, ожидая объяснений этого странного взгляда.

Так как Свирель не смотрела на него, она не поняла, что он обращался к ней. Тогда Аарон слегка дотронулся до ее руки. Свирель перевела взгляд с костра на него.

– Ты что-то хотела мне сказать? –напомнил он.

Свирель прижала руку к себе, бросив смущенный взгляд на руку Аарона.

– Есть одна легенда, – ответила она. – Ее еще называют легендой о двух братьях.

– Легенда о двух братьях? – влез в их разговор Альтаир. – Я всегда считал, что половина ее выдумана.

– А вот и нет! – выкрикнул из-за дерева Аристарх. – Она вся правдивая.

– Думай как хочешь, странный мальчик, а я все же предпочитаю верить проверенным источникам, – ответил абсолютно без выражения Альтаир.

– Так ты знаешь ее? – спросил у него Аарон.

– Да, я слышал ее в детстве от мамы, еще до того, как… – Альтаир развел руками.

Аарон снова посмотрел на Свирель.

– А я не слышал, – сказал он. – Может, расскажешь мне?

Свирель смущенно поковыряла кору бревна.

– Ну, если ты хочешь… – протянула она.

Альтаир сел рядом с Аароном, не сводя глаз со Свирель. Аристарх выглянул из-за дерева, внимательно наблюдая за братьями. Свирель еле заметно улыбнулась. Ей понравилось то, что она смогла заинтересовать таких взрослых для ее возраста собеседников.

– Давным-давно, – начала она, – жили два брата. И были они оба несчастливы. Обратились они как-то к Илларадруссу, богу Звезд и Луны – где им счастья отыскать. Тот ответил, что есть в землях Элиадроса некий Источник Счастья на грани Сна и Реальности. Сказал он, что только этот источник может даровать то, чего так жаждут они. Найдя его, они ощутят чувства, которых прежде еще никому не приходилось испытывать. То, что сладко, как слезы звезд, и тепло, как лучи восходящего солнца. Братья тут же ринулись на поиски источника.

Но оказалось, что не так-то просто отыскать его. Несколько лет блуждали братья по разным закоулкам необъятных земель Элиадроса, пока однажды не наткнулись на одно из самых странных и причудливых мест. Вода, песок и деревья в нем вызывали какие-то непривычные чувства. Один из братьев зашел в воду, чтобы в полной мере испытать эти новые чувства и вдруг наткнулся на свирель. Ему еще никогда прежде не доводилось видеть таких странных вещей. Что-то подсказало ему, и он тут же принялся играть на ней. Сердце его мгновенно наполнилось теплом и радостью. Он весь прямо-таки засиял, излучая непривычную для себя магию.

И принес он в мир Элиадроса музыку, за что и был прозван Композитором Счастья. Но брат его, который не получил ничего, возненавидел музыку всем сердцем, узнав, какую популярность из-за нее приобрел Композитор. В гневе, он явился к Илларадруссу и закричал:

«– Ты же сказал, что я найду свое счастье в источнике! Отчего же я не чувствую себя счастливым?!»

И отвечал ему Илларадрусс:

«– Ты не чувствуешь себя счастливым лишь потому, что очень самолюбив»

«– Скажи мне, есть ли какой-то способ избавиться от музыки?» – вопрошал брат Композитора.

«– Есть, – отвечал отец Элиадроса. – Только стерев музыку с лица Земли сердце твое не наполнится радостью, а душа не возликует»

«– Неважно! – говорил его покорный слуга. – Скажи мне, как это сделать?»

«– Далеко отсюда, в других измерениях, обитают некие существа Руноми, – отвечал Илларадрусс. – Они способны поглощать музыку и то, что она дарует»

Не теряя ни минуты брат Композитора тут же решил их создать.

Он создал целые тучи этих ужасных существ, и они тут же ринулись в Элиадрос, поглощая все хорошее в городе за городом, истребляя всюду радость и счастье и оставляя лишь ужас и горе. Но брат Композитора никак не мог насытиться страданиями других, а потому продолжал год за годом уничтожать все самое прекрасное в Элиадросе, пока однажды не столкнулся лицом к лицу с Композитором. Композитор находился в глубокой печали и как только он увидел, в каком состоянии находится его брат, запел.

Песня его была не похожа на те, что распевали обычно существа на улицах города. Она лилась из его рта то как бушующее пламя, то как еле дрожащие волны ручья, свиваясь и звеня. Она то падала в бездонную пропасть, то вздымалась до небес.

Руноми окружили Композитора, завывая и рыча. Они слышали музыку, но не могли поглотить ее, поскольку она была полна скорби.

«– Брат, – говорил Композитор, окончив свою грустную песню. – Мне не хватает тебя. Ты много лет избегал меня, но я не могу чувствовать себя счастливым без тебя. Вернись ко мне, молю тебя!»

Песня Композитора растопила сердце брата и проникла в самую его душу, и он тут же осознал, какую ужасную ошибку совершил. Он не смог простить себе всего вреда, что учинил жителям Элиадроса, и он тут же побежал прочь. Он не мог смотреть в глаза брату, после всего случившегося. Он хотел сбежать от них.

Брат Композитора прибежал обратно к Источнику Счастья. Там он упал на колени и ударился в слезы. Долгие годы он каялся на берегах источника, пытаясь вымолить прощение у него, поскольку сам себя простить он был не в силах. Раскаяние его было настолько искренним, что воды источника расступились перед ним, пропуская его на другой берег.

С тех самых пор стал жить он в Стране Снов и воплощать мечты существ. Существа прозвали его за это Создателем Сновидений. Говорят, что братья теперь видятся во сне и ничто не может сравниться с их счастьем.

Свирель окончила свой рассказ, посмотрев на братьев в ожидании их реакции. Альтаир остался все также равнодушен, а Аарон оценивающе покивал головой.

– Хорошая легенда, – сказал он. – Но она действительно звучит как-то не очень правдоподобно.

Аристарх выглянул из-за дерева, бросив на принца уничтожающий взгляд. Но Аарон его даже не заметил, поскольку сидел к Аристарху спиной. Аарон смущенно засунул руку в карман, нащупывая ей что-то.

– Свирель, я хочу в знак извинения кое-что тебе подарить, – сказал он.

Свирель заинтересованно уставилась на его руку, засунутую в карман. Аарон медленно и неуверенно извлек из кармана маленькую шкатулку. Свирель восторженно улыбнулась, что весьма свойственно для девочек ее возраста, увидевших красивую вещицу. Она потянула руку за шкатулкой, но Аарон прижал шкатулку к себе.

– Можно? – спросила Свирель, решив, что он именно этого ожидал от нее.

– Да, – вздохнул Аарон и положил шкатулку ей в руку.

Свирель повернула маленький ключик. Шкатулка завелась. Крышка ее открылась, и перед глазами Свирель закружилась маленькая балерина. Из шкатулки так же звучала простенькая мелодия, но Свирель не слышала ее.

– Какая красивая! – воскликнула она, завороженно глядя на крутящуюся фигурку. – Спасибо!

Свирель обняла Аарона. Он смущенно посмотрел по сторонам.

– Оу, – протянул он. – Да не за что.

Он решил не говорить ей о том, что шкатулка вообще-то музыкальная, чтобы не расстраивать. Пусть девочка лучше радуется. Аарон обнял Свирель в ответ.

Глава 9. Книга драконов.

Олеандр пришел в чувства. Он медленно открыл глаза и увидел над собой свод пещеры. Сам же он лежал на каменном полу. Его одежда и волосы насквозь промокли, отчего ему вдруг стало жутко холодно, конечности ужасно болели. У Олеандра родилось такое чувство, словно он только что сразился с десятком драконов.

Олеандр посмотрел в сторону. У входа в пещеру на камне спиной к нему сидел человек в плаще. На голову человека был накинут капюшон. Он держал в одной руке меч, а в другой камень. Лезвие меча изрыгало искры, со скрипом проезжая по поверхности камня. Этот странный тип немного обеспокоил Олеандра. Олеандр как можно тише поднялся на ноги и почти тут же ударился головой об потолок.

– Оу… – застонал он, схватившись за ушибленное место.

Рука незнакомца, которой он держал меч, тут же замерла в воздухе. Олеандр застыл, испуганно уставившись в его сторону. Он не знал, чего можно ожидать от него. Незнакомец же какое-то время сидел неподвижно, будто чего-то выжидая.

– Тебе не следовало приближаться к пещере, – проговорил наконец он, не оборачиваясь.

– Что я ему сделал? – осмелился возразить Олеандр.

– Ты разбудил его, – ответил незнакомец. – Не стоит нарушать покой спящего дракона. Их в землях Элиадроса осталось не так уж и много.

Олеандр задумчиво посмотрел в сторону. Этот незнакомец заинтересовал его: он явно знал об этих местах и его обитателях намного больше самого эльфа.

– А ты кто вообще такой? – спросил Олеандр.

Незнакомец несколько секунд молчал, обдумывая, а затем усмехнулся.

– Неужели из-за этих шрамов я стал так неузнаваем? – произнес он.

Незнакомец поднялся с места и приблизился к Олеандру. Оказалось, что он чуть ли не на голову выше эльфа. Олеандр испуганно попятился от него, помня о мече в его руке. Незнакомец же спокойно потянул руку к капюшону и резко сдернул его. Перед Олеандром предстало лицо Ратмира, только не того, которого Олеандр знал прежде. Этот был намного старше того Ратмира и намного мужественнее. По его лицу расползались уродливые шрамы. Один из шрамов проходил через то место, где по идее должен находиться левый глаз. У Ратмира же глаза не было, и в том месте у него просто зияла дырка. Это выглядело жутковато.

Олеандр не сразу смог собраться с мыслями. Это было для него очень неожиданно. Он не рассчитывал, что всерьез разыщет Ратмира. Он удивленно уставился на человека. Ратмир же надменно ожидающе посмотрел на него в ответ. Он убрал меч в ножны и скрестил руки на груди.

– Ратмир… – выдавил из себя Олеандр. – Но как такое возможно? Мы все считали тебя погибшим… Десять лет. Десять лет прошло с нашей последней встречи. Где же ты все это время пропадал?

– Я не хотел привлекать к себе внимание, – ответил Ратмир. – Мне нужно было кое в чем разобраться. Было много вопросов, требующих ответов.

– Что за вопросы? – поинтересовался Олеандр.

Ратмир отошел немного в сторону, задумчиво уставившись на неровную поверхность стены. Он провел рукой по ней.

– Во время того рокового сражения… – произнес он. – Когда Аскольду почти удалось одолеть меня, и он склонился надо мной, у него что-то блеснуло на груди. Что-то зеленое. Я пригляделся и понял, что это ограненный камень. – Ратмир повернулся лицом к Олеандру. – Онитрикс. Я не мог ошибиться, это был безусловно он. Камень, дарующий безграничную власть своему носителю. Меня тогда это очень удивило, ведь камень этот был единственным в своем роде. Я думал, что он был уничтожен еще в Эпоху Драконов.

– Погоди, – остановил его Олеандр. – Извини, что перебиваю, но мне весьма интересно то, как тебе удалось выжить?

Олеандр смущенно осмотрел Ратмира. Ратмир вздохнул.

– Везение, – сказал равнодушно он. – Мне просто повезло.

Ратмир засунул руку под плащ. Олеандр не сводил с него взволнованного взгляда. Ратмир вынул из-под плаща отрубленный рог Аскольда. Он бросил его Олеандру. Олеандр поймал рог и удивленно его осмотрел.

– Как только я отрубил Аскольду рог, его магическая сила ослабла, – пояснил Ратмир. – Он на какое-то время отвлекся, пытаясь унять внезапно появившуюся боль. Я забрал его рог и поспешил скрыться с поля битвы. Я был не в состоянии продолжать бой.

Олеандр сердито посмотрел на Ратмира.

– Ты бросил моего брата, – заметил он.

Ратмир подошел ближе к Олеандру и серьезно посмотрел ему в глаза своим единственным уцелевшим глазом.

– Я не мог поступить иначе, – сказал он. – Я должен был узнать об этом больше.

– Но почему мы не могли узнать об этом вместе? – спросил Олеандр. – Зачем нужно было скрываться?

– Я понял, что не могу доверять всем, – ответил Ратмир, – именно поэтому я старался держать информацию в секрете.

– И много же тебе удалось ее откопать? – поинтересовался Олеандр.

Ратмир задумчиво посмотрел по сторонам. Он прошел глубже в пещеру и прижался ухом к стене. Олеандр непонимающе посмотрел на него. Ратмир провел рукой по стене, пытаясь что-то нащупать. Олеандру это показалось странным. Он подумывал о том, не сошел ли Ратмир, оторванный от общества, в компании одного только дракона, с ума? Ратмир закрыл свой единственный глаз.

– Ты в порядке? – спросил Олеандр.

– Кладезь вековых знаний, – произнес Ратмир. – Я чувствую ее. Магия, пропитанная тысячелетиями кровавых боен. Магия из иного мира. Магия высших существ. Она здесь… – Ратмир открыл глаз и осмотрел стену.

Олеандр поднял одну бровь. Он все же склонялся к версии о том, что у Ратмира не все дома. Олеандр подумал, что не поздно ли еще бежать. Мало ли чего взбредет в голову этому человеку?

– Водолей, распахни врата! – воскликнул вдруг Ратмир.

Он толкнул стену. Она с грохотом раскрылась, словно каменные врата. Из прохода в глаза Олеандру тут же ударил яркий свет. Олеандр зажмурился и прикрыл глаза рукой. Ратмир повернулся к нему лицом, расплывшись в улыбке.

– Думаю, что здесь информации предостаточно, – сказал он. – Следуй за мной. – Ратмир хотел было зайти внутрь, но остановился и бросил Олеандру через плечо: – Да, пусть твой рогатый друг не прячется за камнем.

Ратмир прошел внутрь. Олеандр посмотрел в сторону камня, из-за которого вышел Володар. Володар смущенно потупил взгляд в пол. Олеандр поспешил зайти следом за Ратмиром. Володар неуверенно последовал за ним.

Олеандр замер на пороге в изумлении. Ему прежде еще ни разу не приходилось видеть настолько много золота. Пещера была наполнена горами этого драгоценного металла и не только. Повсюду стояли подсвечники с горящими свечами, а на стенах висели факелы, которые и освещали все эти нагромождения сокровищ. Свет их отражался от поверхностей драгоценностей и бил прямо в глаза. Впереди виднелись золотые врата алтаря, испещренные настолько древними рунами, что Олеандр даже не знал их расшифровки. Он прошел внутрь, восхищенно осматриваясь. Чего здесь только не было: рубины, сапфиры, древние монеты… Помимо сокровищ в пещере еще находились древнейшие рукописи. Володар был удивлен не меньше Олеандра.

Ратмир развел руками, встав спиной к алтарю и лицом к своим спутникам.

– Этот храм некогда построили гномы, – сказал он, и его голос отдался эхом от стен пещеры. – Как ни странно, но они посвятили его Элдарасу. В храме уже несколько веков не проводятся службы. Он теперь используется в качестве сокровищницы дракона. Как вы поняли, сокровища охраняет Водолей.

Олеандр подошел к одной из чаш, наполненной драгоценными каменьями. Он взял рукой пригоршню и пересыпал ее из одной руки в другую, наблюдая за перекатывающимися камнями наполненными восторгом глазами. К нему подошел Ратмир и смерил его недовольным взглядом.

– Только попробуй стащить что-нибудь! – пригрозил он ему. – Водолей отгрызет тебе башку за это.

Олеандр тут же испуганно высыпал камни обратно в чашу. Ратмир отошел от него. Олеандр заметил на одной из гор золота браслет. Он тут же схватил его и осмотрел. В браслет был вправлен Цилатрон. Олеандр усмехнулся.

– О, Цилатрон… – произнес с довольной улыбкой он.

Ратмир осмотрел пол. Его взгляд уткнулся в большую толстую книгу с золотым переплетом. Он поднял ее. С книги со звоном на пол посыпались монеты. Ратмир подошел к аналою[1] и водрузил том на него. Он открыл книгу и принялся листать. Олеандр и Володар подошли к нему, заинтересованно уставившись на пожелтевшие от старости страницы книги.

– Что это? – спросил Олеандр.

– Сказания древних летописцев, – ответил Ратмир. – Эту книгу написал Композитор Счастья еще в Эпоху Драконов. Книга полностью написана рунами драконов. Я потратил много времени на то, чтобы расшифровать их.

Так вот почему Олеандр не мог перевести надписи на алтаре. Руны драконов. Конечно! И почему он сам об этом не догадался?

Язык драконов считался самым сложным языком в землях Элиадроса. Его знали лишь мудрейшие из мудрейших. Олеандр не знал его. Он, конечно, изучал этот язык с Композитором, но только так, поверхностно.

Ратмир пролистал еще несколько страниц и остановился на развороте, где был изображен зеленый ограненный камень.

– Вот оно! – воскликнул он. – Сказание об Онитриксе. – Ратмир принялся переводить руны, проводя пальцем по строкам: – Случилось это во времена правления великого императора Олодра. Олодр являл собой общее творение Элдараса и Илларадрусса. Он был полукровкой: наполовину драконом, наполовину эльфом. – Ратмир перевернул страницу. На следующем развороте был изображен эльф с драконьими рогами, крыльями и хвостом. – Но драконы невзлюбили Олодра за его странную внешность и прогнали с трона.

Ратмир снова перелистнул страницу. На следующем развороте был изображен тоже наполовину дракон наполовину эльф, но у этого не было рогов. Крылья, хвост и волосы были золотого цвета. Ратмир нахмурился, пытаясь разобрать руны. Олеандр и Володар напряженно ждали, когда он продолжит.

– Тогда боги создали другого эльфа с поразительно красивой внешностью, – перевел наконец Ратмир. – Алиод. Так, кажется, звали его. Если я правильно понял. Олодр возненавидел своего брата, поскольку завидовал ему. Именно тогда он и выковал Онитрикс – камень, дарующий безграничную власть над другими. – Ратмир перевернул страницу. На следующем развороте был изображен Олодр, отдающий Онитрикс черному дракону. – Только Олодр не стал забирать камень себе, а отдал его дракону… – Ратмир нахмурился, пытаясь прочесть руну. – Алькольну. Ну и имена… – Ратмир покачал головой. Он снова перевернул страницу. На следующем развороте был изображен черный дракон, восседающий на троне. – Дракон с радостью принял подарок и прогнал Алиода с его законного места, положив начало ужасному правлению. Но Олодр рано радовался. Среди драконов нашелся тот, кто сумел одолеть Алькольна. И звали его Арито. – Ратмир открыл следующий разворот, на котором был изображен ярко зеленый дракон, держащий на языке Онитрикс. – Арито раз и навсегда изничтожил злосчастный камень. Как ему это удалось сделать, остается лишь гадать…

Ратмир умолк, разглядывая нарисованного дракона. Олеандр многозначительно покивал головой и отошел от аналоя немного в сторону, сложив руки за спиной. Володар посмотрел на рисунок в книге, а затем поднял глаза на Олеандра.

– И что ты хотел этим сказать? – спросил Олеандр.

Ратмир поднял на него недовольный взгляд.

– Что-то подсказывает мне, что кто-то создал точную копию Онитрикса, – сказал он.

– И что с того? – Олеандр равнодушно посмотрел на него.

Ратмир резко захлопнул книгу. Володар испуганно вздрогнул, поскольку Ратмир сделал это очень неожиданно. Ратмир подошел ближе к Олеандру. Он уставился ему в глаза своим единственный оком.

– А то, что события нашей эры в точности повторяют события эры драконов, – проговорил злобно он.

Олеандр испуганно отшатнулся от него. Он потупил глаза в пол. Олеандру стало неловко от того, что он ляпнул такую глупость, а поэтому он поспешил сменить тему разговора.

– Может, раз уж мы встретились, ты пойдешь с нами и поделишься своими подозрениями с Аладаром? – сказал он, от неловкости начав гнуть пальцы.

Ратмир какое-то время не сводил с него сурового взгляда, а затем медленно произнес:

– Безусловно, Олеандр.

Глава 10. Зеркало правды.

Аарон, Альтаир, Аристарх и Свирель с рассветом двинулись дальше. Свирель шла впереди всех – она хоть немного знала дорогу, в отличие от всей остальной компании. Мальчики устало плелись позади. По словам Свирель, они должны были уже давно достигнуть дворца, но впереди виднелась только бесконечная тропа с рядом одинаковых деревьев, а потому оптимизма как такого вокруг путешественников не витало.

Но тут Свирель вдруг сорвалась с места и убежала вперед, скрывшись в густой листве. Аристарх приостановился в недоумении.

– Свирель, куда ты? – произнес, растерявшись, он, позабыв о том, что Свирель не может его услышать.

Свирель же выбежала на край ущелья. Она восторженно громко засмеялась. Аристарх, Аарон и Альтаир поспешили вслед за ней. Они тоже выбежали на край ущелья. Внутри ущелья под их ногами искрился в солнечных лучах огромный дворец, сделанный полностью изо льда. Аристарх и Аарон удивленно, но в то же время восторженно посмотрели на него.

Дворец был невероятно красив. Гигантские резные колонны, вокруг которых извивались драконы, тоже сделанные полностью изо льда. Их глаза хищно светились и казалось, что они вот-вот оживут. Башни и башенки торчали из дворца в разные стороны, что придавало ему загадочный вид. Их было невероятно много.

– Ого! – вымолвил пораженно Аарон. – Как он красив! Ничего прежде подобного не доводилось видеть!

– Все-таки работа ледяных эльфов, – похвастала Свирель.

– А они что, правда существуют? – спросил Аарон.

Свирель в ответ звонко засмеялась. Она выбрала место, где склон был более пригодным для спуска и потихоньку стала спускаться. Аристарх обеспокоенно поспешил за ней. Аарон и Альтаир переглянулись, а затем тоже стали спускаться вслед за ними. Свирель не раз спотыкалась и чуть кубарем не катилась в пасть ущелья, но Аристарх всегда вовремя успевал подхватывать ее.

Когда они уже наконец спустились на дно ущелья, Свирель почувствовала, как, оказывается, возле ледяного дворца холодно. Она передернула плечами и побежала навстречу ему. Аристарх, устало закатив глаза, поспешил за ней. Свирель вбежала по ступеням на крыльцо дворца и принялась толкать огромные врата. Открыть их оказалось не так-то просто, поэтому ей сперва помог Аристарх, а потом к ним присоединились и братья. Вместе они смогли сдвинуть одну из дверей на такое расстояние, чтобы можно было зайти внутрь.

Внутри дворец тоже был невероятно красив. Лучи, проникающие сквозь прозрачные стены, перекликались и создавали своеобразную золотую паутину. Внутри дворец заполняли такие же великолепные ледяные скульптуры, как и снаружи. Путники прошли в зал, восторженно осматриваясь.

Свирель снова убежала вперед. В этот раз Аристарх не побежал за ней. Он схватил Аарона за руку и отвел в сторону. Принц непонимающе на него посмотрел. Аристарх вынул из своей дорожной сумки какой-то механизм и вставил его Аарону на место отсутствующей правой руки. Аарон удивленно посмотрел на свою новую руку, загибая и разгибая механические пальцы. Он усмехнулся, не веря своим глазам.

– Ты сам это сделал? – воскликнул удивленно он. – Ничего себе!

– Да это так, – отмахнулся Аристарх, – пустяки!

– Вовсе нет, – возразил Аарон, переведя взгляд с механической руки на Аристарха. – Я думал, что потерял ее навсегда. Мне еще никто ни разу не делал таких… подарков.

– Считай, что это в знак нашей дружбы, – ответил Аристарх.

Аарон смущенно посмотрел на Аристарха исподлобья.

– Но разве мы с тобой не враги? – спросил он.

– С чего ты это взял? – не понял Аристарх.

– Ну между нашими предками существует некая вражда, – проговорил недоумевающе Аарон.

– На нас же это никакого влияния не оказывает, – заметил Аристарх. – Кто посмеет помешать нашей дружбе. – Он какое-то время помолчал, а потом дополнил: – Я буду дружить с тобой несмотря ни на что.

Все это время с них не спускал своего холодного взгляда Альтаир. Он пытался понять, что может объединять его брата и этого странного мальчика. После того случая в лесу что-то изменилось в Аароне. Альтаир, конечно, был далек от чувств, и ему было бы очень сложно понять весь этот механизм, но ему все же показалось это странным и неправильным.

Размышления Альтаира вдруг прервал голос Свирель, отдавшийся эхом от стен дворца:

– Идите все сюда! – воскликнула радостно девочка. – Я нашла его!

Мальчики переглянулись и побежали в сторону голоса. Они нашли Свирель в тронном зале. Посреди зала было расположено на небольшом возвышении большое ледяное зеркало, возле которого она и стояла. Аристарх поднялся по ступеням и подошел ближе к ней. Свирель провела рукой по глади зеркала.

– Вот оно, – произнесла она, – Зеркало Правды.

Свирель с улыбкой перевела взгляд с зеркала на Аристарха.

– Ты первый, – сказала она. – Мы все-таки из-за тебя все здесь.

Она отошла в сторону. Аристарх неуверенно встал напротив зеркала. Он приложил к его поверхности руку и медленно закрыл глаза. Аристарх почувствовал соприкосновение с сознанием зеркала. С древнейшим сознанием. Зеркало было словно живым. Оно многое повидало за всю свою жизнь. Оно знало куда больше, чем все духи Элиадроса вместе взятые. Аристарх громко и часто задышал, выпуская изо рта клубы пара.

– Мы хотим знать правду, кто он для нас? – прошептал он.

Зеркало вдруг засветилось. Аристарх распахнул глаза и испуганно отдернул руку. На глади зеркала постепенно начало появляться изображение. Сперва появились очертания белых стен, затем окон и мраморных колонн. Аристарх сразу узнал храм Белой Луны.

Посреди зала появилось турнальто[2]. На стуле рядом с турнальто появилась маленькая девочка. Она радостно забрякала по клавишам. Свирель смущенно улыбнулась, узнав в девочке себя. Рядом с девочкой появилось необычное существо. Оно было ростом намного выше взрослого человека. Вместо человеческих ног у него были раздвоенные копыта, а также оно имело хвост. Это был не кто иной, как Композитор Счастья. Он улыбнулся и погладил девочку по волосам. Неподалеку от них появился Олеандр. Он нахмурился, скрестив руки на груди.

– Учитель, – сказал он, – когда возобновятся наши уроки?

Композитор даже не повернулся в его сторону. Он продолжал смотреть на Свирель и что-то говорить ей. Олеандр подумал, что Композитор специально его игнорирует и собирался уже взорваться и вывалить наружу все, что он о нем думает, но Композитор внезапно ответил:

– В ближайшее время уроков точно не будет.

– Почему? – возмутился Олеандр.

Композитор обернулся на него.

– Ну сам подумай, – сказал он, – мне нужно растить Свирель: я никому не могу доверить воспитание глухого ребенка. Так что имей терпение, Олеандр.

Олеандр закусил губу, раздраженно посмотрев в пол перед собой. Он нервно сжал руки в кулаки, медленно прошел мимо Композитора и Свирель и вышел на улицу, предварительно громко хлопнув дверью.

Изображение стало постепенно преображаться. Стены храма начали зеленеть. Свирель, Композитор и турнальто исчезли. Теперь перед Аристархом предстал сад возле храма. По нему передвигался раздраженный Олеандр.

– Черт! Черт! Черт! – ругался он.

Олеандр обломал ветку яблони и со злости сломал ее пополам.

– Проклятый ребенок! Проклятый Композитор! Чтоб вы все сквозь землю провалились! – Олеандр пнул ствол дерева, но почти тут же пожалел об этом. – Ау! – Он схватился за ушибленное колено.

Тут послышался детский смех. Олеандр удивленно осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, откуда он доносится. Он приблизился к кустам роз и раздвинул их в стороны. В траве под деревом сидел маленький мальчик. Он радостно махал ручками, заставляя тем самым мелкие камушки летать над собой и собираться в разнообразные фигуры животных. Олеандр восторженно осмотрел летающие предметы и засмеялся. Мальчик же даже не обратил на него внимания, продолжая играть. Тогда Олеандр подошел ближе к нему и склонился над ним.

– Как ты это делаешь? – спросил он, заглянув мальчику в его большие карие глаза. – Откуда ты, прелестное создание?

Мальчик опустил руки и вместе с ними опустились камешки. Он звонко засмеялся и вдруг вцепился руками в длинные волосы Олеандра.

– Ау! – воскликнул Олеандр, пытаясь высвободить локоны. Мальчик же стал тянуть за них сильнее. – Что ты делаешь? Отпусти!

Олеандр высвободил волосы из рук ребенка и выпрямился. Он недовольно посмотрел на него. Мальчик же жалобно поднял на него печальные глаза и протянул к нему руки.

– Ну нет, – замотал головой Олеандр. – Нет!

Олеандр развернулся было, чтобы удалиться, но ребенок неожиданно заплакал. Олеандр обернулся на него. Мальчик посмотрел на эльфа мокрыми от слез глазками. Брови Олеандра медленно опустились и его лицо приняло сострадающий характер.

– Нет, не надо, – сказал он. – Пожалуйста, перестань.

Но мальчик заплакал еще громче. Олеандр подошел к нему ближе и склонился над ним.

– Ладно. Хорошо, хорошо. – Олеандр взял ребенка на руки и выпрямился. – Я здесь, видишь? Все хорошо. – Олеандр сильнее прижал ребенка к себе. Мальчик удовлетворенно зарылся лицом в его волосы.

Изображение постепенно погасло и Аристарх увидел свое отражение. Он приложил руку к поверхности зеркала, как бы прося изображение остаться. Аарон и Свирель удивленно смотрели в его сторону. Они тоже видели все, что только что происходило в зеркале.

– Ого, – нарушил образовавшуюся тишину Аарон. – Не знал, что все настолько серьезно.

Аристарх нервно сжал руки в кулаки.

– Он нам лгал! – крикнул он. – Он нас обманывал!

Аристарх отошел от зеркала и сел на ступени. Он нахмурился и обиженно обнял себя. Свирель и Аарон испуганно посмотрели в его сторону.

– Мы верили ему… – прохныкал Аристарх. – А он нас обманывал!

Аристарх опустил голову и закрыл лицо руками. Свирель сострадающе посмотрела на него, медленно подошла к нему и села возле него. Она положила ему руку на плечо. Аристарх повернулся лицом к ней.

– Аристарх, – произнесла Свирель, заглянув ему в глаза, – мне кажется, что он делал это лишь из любви к тебе. Он хотел, чтобы ты был счастлив. Он твой настоящий отец, в отличие от тех людей, что бросили тебя. Он действительно любит тебя.

Аристарх не сводил со Свирель своих печальных глаз.

– Ты правда так считаешь? – спросил он дрожащим голосом. По нему было видно, что он вот-вот готов расплакаться.

Свирель молча кивнула. Она вдруг обняла его. Аристарх, не сразу, но тоже обнял ее в ответ. Он не сдержался, и по его щекам все же потекли слезы. Он сильнее прижался к девочке. Свирель погладила его по голове.

Глава 11. Тот, кто всем управляет.

К Адару медленно шествовало войско, во главе которого был Аладар на белом коне. Рядом с ним шел Композитор. За ними сверху на вершине холма наблюдал Ратмир. К нему подбежал запыхавшийся Олеандр. Он уперся руками в колени, восстанавливая дыхание.

– Что происходит? – спросил Ратмир, непонимающе глядя на войско Аладара.

– Аладар собирается атаковать Адар, – ответил Олеандр. – А что?

– Нужно немедленно его остановить! – воскликнул Ратмир и побежал вниз по склону холма.

Олеандр устало закатил глаза.

– О боже! – вздохнул он. – Не так быстро!

Олеандр пустился вслед за Ратмиром. Оказалось, что внизу все застилал густой туман. Олеандр, как только спустился с холма, чуть не потерял Ратмира из виду. В тумане он едва разглядел его высокий размытый силуэт. Ратмир, казалось, тоже плохо ориентировался в тумане. Он остановился на месте, оглядываясь по сторонам.

– Ни черта не вижу! – всплеснул руками он. – Такое чувство, что кто-то нарочно нагнал сюда этот туман. Олеандр! – воскликнул вдруг Ратмир и приблизился к эльфу.

– Что? – произнес испуганно Олеандр.

– Ты ведь хорошо разбираешься в заклинаниях? – спросил Ратмир. – Ты можешь разогнать этот туман?

– Нууу… – протянул смущенно Олеандр. – Ты уверен, что это прям так необходимо?

Ратмир недовольно посмотрел Олеандру в глаза.

– Олеандр, убери его сейчас же! – приказал он, вцепившись эльфу в ворот одежды.

– Ладно, ладно! – тут же встрепенулся Олеандр, высвободив ворот и попятившись от Ратмира.

Олеандр присел и приложил руки к земле. Он медленно закрыл глаза и принялся монотонно проговаривать заклинание. Туман постепенно начал рассеиваться. Олеандр открыл глаза. Перед ним и Ратмиром теперь открылось войско, движущееся прямо на них.

Ратмир прошел мимо Олеандра навстречу войску. Он остановился на каком-то расстоянии от воинов, дожидаясь, когда те тоже остановятся. Его длинные волосы и плащ трепал ветер, что придавало его образу еще больше суровости.

Аладар, завидев впереди фигуру, затормозил своего коня, вглядываясь. Он разглядел лицо Ратмира и удивленно вскинул брови, не веря своим глазам. Аладар тут же приказал воинам остановиться. Он спрыгнул с коня.

– В чем дело, Аладар? – спросил рассеянно Композитор.

Аладар побежал навстречу Ратмиру.

– Ратмир! – крикнул он ему. – Это ты?

Аладар вплотную подбежал к другу. Он, теперь уже убедившись наверняка, что это именно он, расплылся в улыбке.

– Ратмир! – воскликнул радостно Аладар. – Ты жив!

Аладар обнял его. Ратмир развел руками, а затем тоже обнял эльфа в ответ. Аладар слегка отступил от Ратмира.

– Я думал, ты умер, – сказал он серьезно. – Как такое возможно?

– Это долгая история… – ответил уклончиво Ратмир. – Сейчас не время.

– Ты прав, – кивнул Аладар. – Ну уж с тобой-то мы разгромим проклятого Аскольда…

– Нет-нет, Аладар, – остановил его Ратмир. – Этого мы делать не будем.

Аладар непонимающе посмотрел на него.

– Это еще почему? – спросил он.

– Потому что не Аскольд наш главный противник, – ответил Ратмир. – Он так, пешка в этой игре.

Аладар попятился от Ратмира и испуганно осмотрел его с ног до головы.

– Не понимаю, – произнес он.

– У нас куда более хитрый и умелый противник, – продолжил Ратмир. – Тот, кто воссоздал Онитрикс. Тот, кто убил Анабель. Тот, кто не участвовал ни в одной из битв, но являлся их инициатором.

– О чем ты говоришь? – воскликнул Аладар, окончательно запутавшись. – Что ты хочешь этим сказать?

– Я говорю о том, кто все это время играл с нами в игру, – ответил Ратмир. – О том, кто был ведущим в ней.

– И кто же это? – спросил растерянно Аладар.

Ратмир какое-то время помолчал, а затем медленно произнес:

– Тот, кто всегда находился рядом с тобой. Не так ли, Олеандр? – Ратмир повернулся лицом к рядом стоящему эльфу.

***

Свирель приблизилась к зеркалу. Она медленно и неуверенно протянула руку и приложила ее к холодной поверхности. Она закрыла глаза и прошептала:

– Хочу знать правду: что стало с моими родителями.

Зеркало засветилось. Свирель открыла глаза и убрала руку, не сводя с зеркала напряженного взгляда. Послышался шум дождя и раскаты грома. На поверхности зеркала постепенно появились очертания детской комнаты, за окном которой лил дождь. Посреди комнаты появилась колыбель, а рядом с ней эльфийка, которая тут же принялась качать ее. На столе, неподалеку от эльфийки, появилась музыкальная шкатулка, из которой полилась медленная и спокойная мелодия. Свирель, конечно, не слышала ни шума дождя, ни мелодии из шкатулки, но саму шкатулку Свирель узнала сразу. Впрочем, Аарон, к своему большому удивлению, тоже узнал ее.

– Это же… – произнес растерянно он.

Эльфийка перестала качать колыбель и поднялась со стула, на котором только что сидела. Она подошла к столу и захлопнула крышку шкатулки, оборвав тем самым мелодию. Она вздохнула. Тут вдруг из темного угла на свет вышел Олеандр. Эльфийка испуганно вздрогнула.

– О боже! – воскликнула она. – Олеандр, зачем же так пугать? Что ты вообще тут делаешь в столь позднее время? Ты следишь за мной?

Эльфийка сердито осмотрела Олеандра с ног до головы. Олеандр как-то подозрительно держал правую руку за спиной, что заставило ее напрячься. Но тут Олеандр неожиданно расплылся в широкой и хищной улыбке. Это было как-то неестественно для него, из-за чего эльфийка бросила на него пугливый взгляд и сделала шаг назад.

– Привет, Анабель, – сказал Олеандр и его осветила яркая вспышка молнии.

– Олеандр… – произнесла испуганно Анабель, не сводя с него широко открытых глаз.

Олеандр наклонил голову набок, тоже осматривая Анабель с ног до головы.

– Я загадаю загадку, – сказал он. – «Я являюсь в конце жизни. Я всегда прихожу тогда, когда посчитаю нужным. А также меня может принести другой».

Олеандр перестал улыбаться. Он медленно вытащил руку из-за спины, в которой сверкнул кинжал. Анабель бросила на кинжал полный ужаса взгляд и попятилась от Олеандра.

– Чего ты хочешь? – прошептала она.

– Неужели ты до сих пор так ничего и не поняла?! –процедил Олеандр, глядя исподлобья на Анабель полным ненависти взглядом. – Я хочу отомстить ему за все!

– Олеандр, пожалуйста… – замотала головой Анабель, не сводя с кинжала глаз.

– Теперь меня уже ничто не остановит, – ответил Олеандр. – За что вы все его так любите?! Почему мне никогда не доставалось столько любви?! На его месте должен был быть я! За что вы все меня так ненавидите?

– Олеандр, это не так, – сказала Анабель. – Тебя я тоже люблю…

– Лжешь! – оборвал ее Олеандр. Анабель испуганно вздрогнула. Олеандр грустно посмотрел в пол перед собой и спросил: – Почему тогда ты выбрала его? Почему он, а не я?

Анабель ничего не ответила. Она лишь пугливо задрожала, шумно вдыхая воздух через рот. Олеандр снова поднял на нее суровый взгляд.

– Как я ненавижу его! – проговорил зловеще он. – Он мне за все ответит! Я отберу у него всех, кто его так любит, чтобы он ощутил себя на моем месте!

Анабель замотала головой.

– Олеандр, прошу! – взмолилась она. – Не делай этого! Я знаю, что ты не такой!

– Ты плохо меня знаешь! – прорычал в ответ Олеандр, подступив ближе к ней, а затем он дополнил вполголоса: – Ты вообще ничего обо мне не знаешь! Я убью тебя, а затем и ее. – Олеандр кивнул в сторону колыбели.

Анабель посмотрела на колыбель, а затем перевела испуганные глаза на Олеандра.

– Олеандр, нет! – крикнула она. – Прошу, только не ее! Пожалуйста! Она же еще ребенок!

Анабель вцепилась руками в ворот его одежды, умоляюще уставившись ему в глаза. Олеандр равнодушно на нее посмотрел и вонзил кинжал ей в бок.

Свирель не выдержала и ударила кулаками по зеркалу. По его поверхности тут же побежали трещины. Она заколотила кулаками, разнося зеркало вдребезги. Аристарх подбежал к ней и попытался оттащить ее от зеркала. Свирель начала яростно вырываться.

– Это неправда! – закричала она. – Нет! Этого просто не может быть!

Из ее глаз брызнули слезы. К Аристарху подбежал Аарон и помог ему оттащить Свирель на безопасное расстояние от зеркала. Аристарх усадил девочку на пол и погладил ее по голове.

– Свирель… – произнес он. – Что случилось?

– Неужели ты не понял? – простонала Свирель, не прекращая заливаться слезами. – Аладар – мой отец, Анабель – моя мать, а Олеандр – мой дядя, и он убил ее. – Свирель закрыла лицо руками. – Я не могу поверить, что он сделал это!

Аристарх непонимающе посмотрел на Аарона, а затем снова на Свирель, не прекращая при этом рукой перебирать ее волосы. Он убрал ее руки от лица и заглянул ей в глаза.

– С чего ты это все взяла? – спросил он.

– А ты что, сам не видел?! – крикнула Свирель, нахмурившись.

– Но зачем Олеандру убивать Анабель? – не понял Аристарх.

– Он за что-то мстит моему папе, – ответила Свирель. – Я не знаю, за что.

Альтаир, про которого все едва не забыли, приблизился к Аарону, положил ему руку на плечо и прошептал на ухо:

– Отойдем в сторонку?

Аарон испуганно вздрогнул, не сразу сообразив, в чем заключалась просьба Альтаира. А затем он встряхнул головой и кивнул. Они отошли немного в сторону от Аристарха и Свирель, где те не могли их слышать.

– Ты слышал, что сказал Олеандр? – спросил Альтаир.

Аарон задумчиво посмотрел в сторону Свирель.

– Д-да… – ответил неуверенно он.

– Он же просто-напросто использует нас для своих целей! – сказал Альтаир. Заметив, что Аарон все также продолжает смотреть в сторону Свирель, он схватил его за плечи и развернул лицом к себе. Аарон непонимающе осмотрел его, Альтаир же продолжил своим ледяным тоном: – Тебе не показалось странным, что он так просто подарил безграничную власть нашему дедушке? Он же делает это все, чтобы отомстить своему брату. Он использует нас. Вскоре мы станем ему не нужны, и он просто сметет нас со своего пути! Ты меня понимаешь?

Аарон задумчиво посмотрел в стену за спиной Альтаира. Он высвободил плечи и отошел немного в сторону от брата.

– Черт возьми! – воскликнул он. – А ведь ты прав! Я не позволю ему управлять мной, как вздумается! Он мне еще за все ответит!

Часть II.

Глава 12. Глаза истины.

Аладар уставился на Олеандра широко открытыми глазами, совершенно не понимая, о чем говорит Ратмир.

– Что все это значит? – потребовал разъяснений он.

Ратмир не сводил с Олеандра своего серьезного взгляда. Олеандр сперва растерялся, не зная, что предпринять, а затем все же собрался с мыслями, выпрямился и надменно посмотрел на него в ответ.

– Ладно, Ратмир, ты очень хорош собой, – сказал он. – Потратил десять лет на то, чтобы раскусить меня! Посмотрим, сколько времени тебе потребуется, чтобы остановить меня!

За спиной Олеандра до сих пор висел густой туман. Из него вдруг появился Аскольд, гремя своей тяжелой броней. Вслед за ним начали появляться воины в черной броне. Олеандр расплылся в злобной улыбке. Он взял из-за пояса отрубленный рог и вставил его Аскольду на место. От рога посыпали искры, и он мгновенно восстановился. Аскольд забросил свой цеп на плечо и его глаза зловеще сверкнули. Олеандр снова повернулся лицом к Аладару и Ратмиру и с улыбкой развел руками.

– Ну что же, – произнес он. – Ты все испортил, Ратмир. Так что, к сожалению, мне придется убить вас всех сразу. – Он медленно поднял руку и указал в сторону войска Аладара. Аладар и Ратмир напряженно за ним следили. – Вперед! Уничтожьте их!

Аскольд и его воины тут же устремились вперед. Ратмир мгновенно обнажил свой меч. Аладар замешкал. Его едва не задел цеп Аскольда. Благо, к нему вовремя успел подскочить Композитор. Он с помощью магии сумел отбросить Аскольда на какое-то расстояние от них. Композитор обернулся на Аладара.

– Что происходит? – спросил он. – Почему Олеандр на стороне Аскольда?

– Хотел бы и я знать на все ответы! – крикнул Аладар.

На него снова устремился Аскольд. Аладар успел вовремя отскочить в сторону и цеп императора тяжело упал в траву, разбросав в стороны комья земли. Аскольд бросил злобный взгляд в сторону Аладара.

– Ты умрешь быстрее, чем успеешь что-либо узнать! – прорычал он.

Аладар поднялся на ноги, не сводя с Аскольда испуганного взгляда. Аладара собой загородил Ратмир. Аскольд, узнав Ратмира, разозлился еще больше.

– Это снова ты! – произнес он. – Ну на этот раз я не позволю тебе так просто уйти!

Аскольд устремился на Ратмира. Тот, потянув Аладара за собой, ловко выскочил из-под удара. Ратмир подобрал с земли щит. Аладар тоже обнажил свой меч. Аскольд снова взмахнул цепом. Аладар и Ратмир разбежались в разные стороны от него.

Тут Аладар заметил Олеандра, который со стороны наблюдал за ними. Как только глаза Олеандра встретились с глазами брата, он тут же поспешил убраться. Аладар побежал вслед за ним. Олеандр побежал сквозь туман, Аладар не отставал от него ни на шаг. Олеандр забежал в распахнутые ворота Адара. Аладар за ним. Но, как только Аладар ступил на территорию крепости, он тут же потерял Олеандра из виду. Он сбавил шаг.

В Адаре тоже разгуливал туман. Улицы были абсолютно пустыми. Кругом было настолько тихо, что Аладар отчетливо слышал свое дыхание. Он испуганно осмотрелся по сторонам, крепче сжав обеими руками меч. Это было как-то неестественно. Он не знал, чего можно ожидать от своего брата и от этого места. Он остановился, не переставая осматриваться.

– Не меня ищешь? – донеслось вдруг позади него.

Аладар резко обернулся. В нескольких шагах от него стоял Олеандр. Олеандр медленно расплылся в широкой и жутковатой улыбке, глядя на Аладара безумными глазами. Аладар побежал к нему навстречу, но Олеандр почти тут же растворился в тумане. Он засмеялся и его смех отдался эхом. Аладар вновь осмотрелся по сторонам, пытаясь понять где скрывается Олеандр.

– Ничтожество! – Аладар обернулся и снова увидел его. – Ни на что не способен без своего друга-человека.

Аладар замахнулся мечом, но Олеандр снова исчез. Аладар зарычал от злости, не переставая вглядываться в туман.

– Глупец! – донеслось из тумана. С какой именно стороны Аладар не смог понять, поскольку голос звучал сразу с нескольких сторон: – Что ты хочешь этим доказать? Что ты герой, а я негодяй? Но не кажется ли тебе, что это не так? Чем ты лучше меня?

Аладар двинулся вдоль улицы. Он подошел ближе к одному из домов и увидел в его окне свое отражение. Отражение вдруг наклонило голову и улыбнулось ему. Аладар тут же взмахнул мечом и разнес стекло вдребезги. Олеандр вновь засмеялся.

– Выходи! – крикнул Аладар. – Ты трус! Это нечестно!

– Это смотря, что именно! – послышалось в ответ. – Я знаю, что в такой ситуации я заставляю тебя дрожать, а твое сердце биться вдвое быстрее. Ты боишься меня!

Аладар сглотнул слюну и попытался выровнять свое дыхание. Ему и вправду было некомфортно от того, что он абсолютно не знал, чего ему ожидать в ближайшую секунду. Олеандра же, казалось, веселила его растерянность, и он с наслаждением продолжил:

– Страх, потерянность, несобранность, недопонимание того, с чем связался. Ты словно муха, запутавшаяся в паутине.

– Покажись! – закричал Аладар, еще сильнее стиснув рукоять меча.

Олеандр ничего не ответил. Тишина окутала улицу. Аладар напряженно ждал, но тишину так ничто и не нарушало, кроме его шумного дыхания. Он выставил меч перед собой, повернувшись вокруг своей оси.

– Олеандр… – прошептал испуганно он, пытаясь понять почему тот замолчал.

И тут туман вдруг расступился в стороны, освободив дорогу к замку. Аладар испуганно вздрогнул, но заметив, что это всего лишь туман, медленно и неуверенно двинулся вперед, не переставая на каждом шагу осматриваться по сторонам.

Постепенно, он подошел вплотную к воротам замка и те сами собой распахнулись, пропуская гостя внутрь. Аладар зашел в замок, и ворота тут же со скрипом захлопнулись за его спиной. Их тяжелый хлопок эхом отдался от стен замка. Аладар в очередной раз осмотрелся. Он сделал шаг и тот тоже отдался эхом и, из-за обитающей в замке тишины, прозвучал очень четко. Аладар застыл на месте в неуверенности.

Вдруг один из стоявших у стены доспехов зашевелился. Аладар испуганно отступил от него, замахнувшись мечом. Доспех же поднял руку и указал ей в сторону. Он так застыл и больше не шевелился. Аладар еще какое-то время не сводил с него широко открытых глаз.

– Что это за глупые игры?! – закричал перепугано он. – Олеандр!

– Тихо, Аладар, – донеслось в ответ скучающим тоном. – Не надо ныть. Просто иди вперед, если хочешь знать правду.

Аладар вновь испуганно осмотрелся, вжав голову в плечи.

– Не бойся! – продолжил голос Олеандра и в нем послышались нотки злорадства. – Я не причиню тебе вреда… – После короткой паузы, он дополнил: – Пока что. Иди вперед. Выбора у тебя все равно нет.

Аладар очень медленно двинулся в ту сторону, в которую указывала рука доспеха. Ему еще прежде не приходилось испытывать такого страха. Олеандр пугал его гораздо больше Аскольда. Он был настолько непредсказуем, насколько это только было возможно. Аладар просто не мог поверить в то, что совсем недавно обнимал его, боялся его потерять, что совсем недавно они были так близки! Олеандра будто подменили. Он стал совершенно неузнаваем. Аладар никогда не знал его таким, отчего ему и становилось так страшно.

Аладар зашел в тронный зал и увидел перед собой Олеандра, который сидел на троне, сложив ногу на ногу. Он довольно улыбался. Одной рукой он подпер щеку, а второй двумя пальцами раскачивал свой излюбленный посох. От такой наглости Аладаром овладела ярость, и он замахнулся мечом. Олеандр без труда, выпустив из посоха пучок магии, выбил меч из его рук.

– Как невежливо! – заметил он. – Гость с оружием бросается на хозяина дома.

– Спасибо, что хоть не пес! – крикнул злобно в ответ Аладар.

Олеандр, приложив палец к губам, заинтересованно посмотрел на его разгневанное лицо.

– Что, уже не боишься меня? – спросил он.

Аладар яростно посмотрел на него исподлобья, стиснув руки в кулаки. Олеандр четко слышал его нервное дыхание.

– Чего тебе нужно от меня?! – прорычал Аладар. – Чего ты хочешь этим добиться?! Власти?!

Олеандр нахмурился и сел прямо. Он надменно посмотрел на Аладара.

– Нет, – ответил он. – Власть мне не нужна. Да, я заполучил ее… – Олеандр помолчал какое-то время, а затем с отвращением бросил: – Снова. Но не она моя главная цель.

– А чего же ты хочешь?!

Олеандр равнодушно посмотрел на Аладара.

– А сам не догадываешься? – спросил скучающе он.

Тут вдруг послышался цокот копыт. Аладар медленно обернулся и увидел в дверях Композитора. Эльф удивленно вскинул брови. Олеандра же появление Композитора нисколько не удивило. Он лишь довольно расплылся в злобной улыбке.

– Здравствуй, учитель! – сказал он.

– Олеандр… – произнес озадаченно Композитор, приближаясь к трону. – Зачем ты это делаешь?

– Я могу это делать, потому и делаю, – ответил важно Олеандр. – Мне надоело, что меня постоянно смешивают с грязью! Теперь пришел ваш черед.

– О чем ты говоришь?! – воскликнул нетерпеливо Аладар.

– Ты так хочешь знать, братец? – ответил Олеандр. – Что ж, я тебе расскажу. – Он какое-то время помолчал, обдумывая, а затем начал: – Как первый сын Элдараса императором Элиадроса должен был быть я, но народ невзлюбил меня за мою внешность. Ты ведь знаешь, что я раньше выглядел иначе. Они прогнали меня! Спустя какое-то время я сумел-таки изменить свою внешность, но было уже поздно. – Олеандр бросил злобный взгляд на Аладара. – Появился ты! Народу не был нужен такой, как я, когда есть такой, как ты! Они любили тебя, потому что, по их мнению, не было никого прекраснее. Но я тебя возненавидел. Всем сердцем. Я завидовал тебе. Завидовал любви, которая окружала тебя. Почему мне ее никогда не доставалось столько.

Композитор грустно посмотрел на Олеандра. Лицо Аладара же имело все то же удивленное выражение.

– И именно тогда в моей голове зародился план мести, – продолжил Олеандр. – Но действовать я собирался аккуратно, без лишних подозрений. Для начала я решил забрать у тебя то, что бесило меня больше всего. Всеобщую любовь. Любовь всех жителей Элиадроса. С помощью литературных источников и знаний, – Олеандр указал рукой в сторону Композитора, – полученных от моего учителя, я сумел воссоздать точную копию некоего артефакта Онитрикса – камня, дарующего безграничную власть своему носителю. Только я не стал забирать его себе, мне он был ни к чему, я отдал его Аскольду, сыну Илларадрусса, и он занял твое место. Я знал, что ты непременно захочешь заполучить свой трон обратно и каждая твоя попытка будет кончаться неудачей. – Он засмеялся. – Но на этом я не остановился. Я решил, что физических мучений тебе будет недостаточно. Я решил, что ты должен испытать и душевные.

Аладар печально посмотрел перед собой.

– Анабель… – прошептал он.

Аладар поднял глаза на Олеандра. Тот расплылся в улыбке.

– Это я убил ее, – кивнул он.

Аладар отвел взгляд в сторону и задрожал, хотя в замке не было холодно. Он обнял себя, крепко стиснув зубы. Он застонал и по его щекам потекли слезы. Композитор с сожалением посмотрел на Аладара, а затем перевел глаза на Олеандра. Олеандр, заметив слезы на щеках своего брата, засмеялся.

– За что?! – крикнул Аладар. – За что ты так со мной?! Что я тебе сделал?! Ты сволочь!

Олеандр поднялся с места, не прекращая заливаться смехом. Он медленно и важно стал спускаться по ступеням к Аладару. Композитор тут же подскочил к Аладару и прижал его к себе. Олеандр остановился в нескольких шагах от них и с улыбкой развел руками.

– Учитель, ты же это сейчас несерьезно? – сказал он. – Что ты собираешься делать?

Композитор напряженно смотрел на него, не отпуская Аладара, который до сих пор не прекращал плакать. Олеандр наклонил голову набок, не сводя глаз с учителя.

Вдруг послышались быстрые шаги. Взгляды Композитора и Олеандра тут же устремились в сторону входа. На пороге показался Ратмир. Его лицо и одежда были забрызганы свежей кровью. Он сжимал в руках секиру, рукоять которой была сломана пополам. С ее лезвия также капала кровь. Ратмир замахнулся и резко запустил ее в Олеандра. Олеандр тут же пригнулся, и секира вонзилась в колонну позади него. Он обернулся на колонну и понял – по тому, насколько глубоко секира вонзилась в нее – что Ратмир только что едва не лишил его головы. Олеандр выпрямился, повернулся лицом к Ратмиру и развел руками.

– Еще чуть-чуть, – сказал он и криво улыбнулся. – Ну давай же! Покажи мне, что еще ты умеешь!

Ратмир медленно двинулся вокруг Олеандра. Олеандр поворачивался по своей оси вслед за ним, не сводя с него своих красных глаз. Ратмир резко подскочил к колонне и выдернул из нее свою секиру. Олеандр изящно изогнул одну бровь, задумчиво взглянув на своего противника. Ратмир сильнее сжал рукоять секиры, злобно глядя на Олеандра в ответ.

– Ну раз она тебе так люба, – пожал плечами Олеандр. – Чего же ты ждешь? Убей меня, если сможешь.

Олеандр оскалился. Ратмир какое-то время стоял на месте, чего-то выжидая. Его руки нервно скользили по рукояти секиры. Собравшись с силами, он все же предпринял попытку, взмахнул секирой и прыгнул в сторону Олеандра. Олеандр неожиданно исчез и появился позади него. Секира Ратмира вошла глубоко в пол. Как только Ратмир приземлился, то он тут же обернулся на Олеандра и испуганно отшатнулся от него, но похоже тот вовсе не собирался ему отвечать. Олеандр схватился за живот, закашлялся и изо рта его побежала кровь. Он бросил злобный взгляд на Композитора. Композитор же важно задрал голову и надменно посмотрел на него.

– Ну ты и тварь! – хрипло проговорил Олеандр, вытирая кровь с подбородка.

– Это было нечестно, – заметил Композитор. – Ваши силы неравны. Ты используешь магию, а он нет.

– Каждый использует то, в чем он силен, – ответил Олеандр.

Ратмир резко выдернул свою секиру из пола и замахнулся ей на Олеандра. Тот успел вовремя поставить поперек ее лезвия свой посох. При столкновении секиры и посоха в разные стороны полетели искры. Ратмир сильнее надавил на секиру, намереваясь сломать посох пополам. Олеандр, заметив это, ловко извернулся и вышел из-под Ратмира. Секира скользнула по рукояти посоха и слетела с него. Олеандр повертел посох колесом и ударил им Ратмира в живот. Конец посоха вспыхнул и Ратмир отлетел от Олеандра на несколько метров, ударился о стену и расслабленно скатился по ней на пол. Олеандр снова закашлялся.

– Да черт с тобой! – выругался он, отплевываясь кровью.

Вдруг его резко что-то резануло по плечу. Олеандр тут же развернулся, схватившись за рану. Перед ним стоял Аладар, с меча которого капала кровь. Олеандр посмотрел сперва на свое плечо, а затем снова на Аладара. Аладар взялся за меч обеими руками, глядя на Олеандра исподлобья. Олеандр усмехнулся. Он снова провертел посох колесом, а затем взялся за него обеими руками. Аладар ринулся в сторону Олеандра, но тот ловко ушел из-под его удара. Меч Аладара лизнул поверхность колонны, выбив из нее искры. Олеандр засмеялся. Аладар развернулся к нему лицом, бросив на него испуганный взгляд. Олеандр с довольной улыбкой похлопал в ладоши.

– Похвально, друг мой! – сказал он. – Ты стал чуточку храбрее. Ну так. Самую малость.

Аладар зарычал и снова ринулся на Олеандра. Тот вновь разразился смехом и с легкостью избежал удара его меча. Лезвие оставило неглубокую царапину на стене. Олеандр изящным движением откинул свои белые локоны назад, выпрямившись.

Пока Олеандр отвлекся на Аладара, к нему со спины подкрался Ратмир. Но неожиданно напасть у него не получилось. Олеандр каким-то образом догадался о том, что Ратмир стоит сзади, и, резко развернувшись к нему лицом, отбил его удар секиры посохом. Олеандр развернулся так, чтобы в поле его зрения находились одновременно и Аладар, и Ратмир. Он с улыбкой развел руками.

– Как ты сказал? Нечестно? – спросил он у Композитора. – А двое на одного, значит, честно?

Аладар замахнулся мечом на Олеандра. Тот закрылся посохом, но с другой стороны на него набросился Ратмир. Лезвие меча Аладара скользнуло по посоху, Олеандр сделал изящный разворот, вновь провертел посох колесом, закрывшись от секиры Ратмира. Посох подцепил собой секиру и, от быстрого вращения, вырвал ее из рук Ратмира и отбросил в сторону.

Пока Олеандр защищался от Ратмира, Аладар резким взмахом меча выбил посох из его рук. Посох отлетел далеко в сторону и забрякал по полу, выпуская в разные стороны искры. Аладар приставил лезвие меча к горлу Олеандра. Олеандр попятился и уперся спиной в колонну. Он поднял руки, как бы в знак того, что он сдается. Аладар злобно посмотрел ему в глаза. Олеандр, в свою очередь, расплылся в улыбке, равнодушно взглянув на Аладара.

– Хорошо, малыш, ты победил, – сказал он.

Аладар шумно вбирал в себя воздух через рот, все также не сводя с Олеандра злобно сверкающих глаз. Такое спокойное поведение Олеандра разозлило Аладара еще больше. Им овладела ярость, и он всеми силами пытался сдерживать себя от желания лишить своего противника головы. Олеандр ухмыльнулся.

– Ты за все мне ответишь! – сказал сурово Аладар.

Вдруг снова по залу эхом стали разноситься быстрые шаги. Взгляды Композитора, Ратмира и Аладара тут же устремились в сторону входа. На пороге показалась Свирель, а следом за ней запыхавшийся Аристарх. Олеандр заметил, что Свирель сжимает в руках ту самую шкатулку. Это немного удивило его, но он тут же поспешно попытался скрыть свое удивление. Увидев в руках Аладара меч, направленный в сторону Олеандра, Свирель крикнула:

– Папа, стой!

Композитор при виде Свирель удивленно вскинул брови:

– Свирель, что ты здесь делаешь?

Аладар был удивлен не меньше Композитора, когда услышал адресованные ему слова.

– Как ты меня назвала? – спросил он ее.

Олеандр расплылся в широкой и хитрой улыбке.

– А разве ты не знал, – произнес он, и Аладар медленно перевел взгляд со Свирель на него, – что Свирель твоя родная дочь?

Аладар удивленно выпучил глаза и вновь посмотрел на Свирель. Та не сводила с него ожидающего взгляда. Олеандр разразился смехом.

– Селена? Но этого же просто не может быть! – произнес потерянно Аладар, выронив меч из рук и схватившись за голову. – Нет!

– Заклинание, – сказал, не переставая смеяться, Олеандр. – Заклинание, не позволяющее тебе узнавать в ней родную кровь. Все очень просто. Все-таки магия – это мое главное преимущество.

Все чувства внутри Аладара смешались. Он не знал, радоваться ли тому, что он наконец нашел свою дочь или пребывать в ярости от того, что он столько лет не знал о том, что она находилась совсем рядом.

Пока все отвлеклись на детей, Олеандр ловко проскочил мимо Аладара. Он подобрал с пола свой посох и повернулся лицом к своим «гостям». Композитор, Ратмир, Аладар, Свирель и Аристарх повернулись в его сторону. Почти тут же окно позади Олеандра разлетелись вдребезги и внутрь запрыгнул Володар с арбалетом наготове. Следом за этим окном начали разбиваться другие. Через них в зал постепенно стали пребывать воины в черной броне, тоже с арбалетами.

Аладар и его сторонники сбились в кучу, упершись друг другу в спины. Воины окружили их, направив на них свои арбалеты. Свирель испуганно закрылась руками и сильнее прижалась к Аристарху. Аристарх пугливо осмотрел воинов, сильнее обняв Свирель. Ратмир прижал детей к себе, злобно осматривая воинов. Аладар пребывал в отчаянии и смотрел в одну точку пустыми глазами. Композитор в ожидании посмотрел на Олеандра.

– Как вовремя! – произнес радостно Олеандр, пританцовывая приблизившись к Аладару.

– Прикажешь открыть огонь? – спросил Володар.

– Дай подумать, – ответил Олеандр, задумчиво приложив палец к губам.

Аладар поднял на него глаза. Олеандр наклонил голову набок, посмотрев на Аладара в ответ полными восторга глазами.

– Нет, пожалуй, – произнес он, проведя рукой по волосам Аладара, что того очень смутило. – Время еще не пришло.

Олеандр попятился от Аладара и встал возле Володара. Он вновь широко улыбнулся и развел руками.

– Ну что вы стоите? – сказал он Аладару и остальным его сторонникам. – Бегите, пока я вам это позволяю.

Черные воины слегка отступили от них, освобождая им проход. Ратмир и Композитор переглянулись. Свирель, увидев путь к свободе, тут же побежала прочь из зала. Аристарх устремился за ней. Композитор обеспокоенно поспешил за детьми. Аладар и Ратмир, не видя иного выхода, тоже поспешили скрыться.

Глава 13. Музыкальная шкатулка.

Володар со вздохом опустил арбалет и равнодушно посмотрел на Олеандра.

– Ты дал им уйти, – сказал он.

Олеандр медленно повернул голову в его сторону, растянув на лице широкую улыбку. Володар слегка попятился от него, смутившись этой странной улыбки и странного взгляда, брошенного в его сторону.

– Я знаю, – ответил Олеандр.

– Зачем? – спросил Володар, бросив быстрый взгляд по сторонам.

Олеандр подошел ближе к нему и, заглянув ему в глаза, спросил:

– Откуда у Свирель моя шкатулка?

– Шкатулка? – Володар непонимающе поднял одну бровь. – При чем здесь она?

Улыбка с лица Олеандра постепенно сползла, и он хмуро посмотрел на Володара. Володар попятился от него. Олеандр резко вцепился рукой ему в ворот одежды и притянул его к себе.

– Как моя шкатулка попала в руки к Свирель?! – требовательно спросил он. – Я отдавал ее тебе!

– Я не знаю! – воскликнул испуганно Володар, вцепившись руками в его руку. – Я не знаю, как она к ней попала! Я отдавал ее Аарону!

Олеандр еще какое-то время продолжал сверлить Володара взглядом, а затем резко разжал пальцы, освободив ворот его одежды, и отвернулся от него. Володар пугливо посмотрел на эльфа.

– Ничего доверить нельзя! – прошипел Олеандр.

– А что в этой шкатулке такого? – испуганно поинтересовался Володар. – По мне, так обычная шкатулка…

Олеандр снова повернулся к нему лицом. Володар вжал голову в плечи, смущенно посмотрев на него.

– Нет, это не просто музыкальная шкатулка, – ответил Олеандр. – От нее многое зависит. – Он принялся расхаживать по залу. – И по твоей вине к нашим врагам попало мощное оружие.

– В таком случае, почему ты просто не подошел и не отобрал ее? – развел руками Володар.

Олеандр остановился.

– Я? – произнес растерянно он.

Олеандр стыдливо отвернулся от Володара, в неловкости стиснув зубы. Володар вскинул брови, удивленно посмотрев на него.

– Все в порядке? – спросил он.

***

Аладар, Ратмир, Композитор, Свирель и Аристарх скрылись в лесу. Войско Аладара было разгромлено. Он видел тела своих воинов, устилающие поле возле Адара. От этого ярость внутри него возрастала. Но тут он резко остановился на поляне и, не в силах больше продолжать бежать, уперся рукой в дерево. Он согнулся чуть ли не пополам, восстанавливая дыхание после быстрого бега. Остальные, последовав его примеру, тоже остановились. Свирель села под деревом. Аристарх встал возле нее. Ратмир навалился спиной на дерево. Лишь Композитор не чувствовал ни капли усталости. Ему, как духу, все же была чужда физическая утомленность. Аладар бросил на него злобный взгляд.

– Ты знал! – крикнул вдруг он.

Все повернулись в его сторону. Композитор удивленно вскинул брови.

– Ты знал и ничего мне не сказал! – продолжил Аладар, не сводя с него злобно горящих глаз.

– Нет же, Аладар, – помотал головой Композитор. – Я ничего не знал. Меня, как и тебя, провел Олеандр.

– С каких пор я должен тебе верить?! – прорычал Аладар, приблизившись к Композитору. – Откуда мне знать, что ты не лжешь мне?

– Аладар, Композитор говорит правду. – Ратмир встал между ними. – Олеандр обвел всех нас вокруг пальца.

– А тебе я почему должен верить?! – крикнул в ярости, брызгая слюной, Аладар.

Ратмир недоумевающе посмотрел на него. Он был крайне изумлен таким странным поведением своего старого друга. Он даже не сразу сообразил, что на это следует ответить.

– Неужели из-за Олеандра мы все утеряли твое доверие? – проговорил медленно Ратмир, рассеянно разведя руками.

Этот вопрос заставил Аладара крепко призадуматься. Он раздраженно переводил взгляд с Композитора на Ратмира и обратно. Наконец он не выдержал и, схватившись за голову, воскликнул:

– Я уже не знаю, кому верить! – с этими словами Аладар побежал прочь.

Композитор хотел было побежать за ним, но Ратмир схватил его за локоть и помотал головой. Композитор остался стоять на месте. Ратмир же со вздохом закрыл рукой лицо и снова устало навалился спиной на дерево.

– Напрасно я так просто отдал рог Аскольда Олеандру, – произнес после некоторого молчания он. – Ведь именно за ним он столько лет охотился.

Композитор посмотрел на него, удивленно распахнув глаза.

– Ты хочешь сказать, что он бездействовал эти десять лет вовсе не потому, что хотел уделять больше времени Аристарху? – Он бросил беглый взгляд на Аристарха. Юноша, заслышав свое имя, заинтересованно посмотрел в их сторону.

Ратмир глубоко вздохнул.

– Вот этого я никак понять не могу, – ответил он. – Любит ли на самом деле Олеандр Аристарха или нет? Может, это тоже обман.

Аристарх печально опустил голову. Он отвернулся от духа и человека, обняв себя. Сначала выясняется, что он его не настоящий сын, а теперь еще это! Но не может же все быть настолько плохо!

Свирель поднялась с места и сочувствующе погладила Аристарха по волосам. Она печально вздохнула, решила не докучать ему и удалилась с поляны. Она отправилась искать Аладара. Как никак, а все-таки после таких новостей хотелось бы забыть прежние обиды и поговорить, как дочка и отец.

Свирель нашла Аладара на опушке леса. Тот сидел на камне, печально склонив голову. Она подошла к нему и села рядом. Аладар так и не поднял голову, продолжая смотреть в землю.

– Я сейчас не в том расположении духа, чтобы отвечать на твои вопросы, – сказал он.

Свирель молча кивнула. Они какое-то время сидели в тишине. Аладар постепенно погрузился в свои мрачные мысли, игнорируя сидящую рядом девочку. Свирель же не сводила с него глаз. Она по-прежнему держала в руках шкатулку и в неуверенности вертела ее.

Наконец Свирель все же решилась, повернула ключик и аккуратно положила шкатулку в руки Аладару. Шкатулка постепенно раскрылась и по лесу стала разноситься мелодия. Но Аладар вдруг крепко сжал шкатулку в руках, соскочил с места и со всей силы швырнул ее в траву. Шкатулка крякнула при ударе, прокатилась по траве и замолкла. Свирель тоже соскочила с места. Она бросила взволнованный взгляд на шкатулку, а затем перевела его на Аладара. Он злобно, но в тоже время как-то испуганно смотрел в сторону шкатулки.

– Что? – спросила обескураженно она. – Что не так?

– Эта шкатулка… – Аладар указал рукой в сторону шкатулки и как-то грустно посмотрел на Свирель. – Откуда она у тебя?

Свирель смутил этот вопрос. Ей как-то не очень хотелось называть имя внука злейшего врага Аладара, поэтому она решила уклониться от ответа:

– Так ли это важно?

Аладар вздохнул, печально прикрыв глаза.

– Эту шкатулку я подарил Анабель, – сказал он. – Но, как только Олеандр убил ее, шкатулка пропала вместе с тобой.

Свирель это показалось немного странным. Зачем Олеандру потребовалось уносить шкатулку с собой? Какую важность она могла играть для него? Может, эта шкатулка не так проста, как кажется на первый взгляд?

– А откуда ты ее взял? – поинтересовалась Свирель, подняв на отца задумчивый взгляд.

Аладар решил, что у него теперь нет смысла что-либо скрывать от Свирель. Их все же связывает одна нить. Он слегка улыбнулся, только сейчас заметив в этих детских больших глазах все же некоторую схожесть с глазами Анабель.

– Аскольд, – ответил он. – Мне отдал ее Аскольд.

Это внезапное заявление ввело Свирель в ступор. Она открыла было рот, но даже не знала, какой вопрос следует задать. Она тупо уставилась на Аладара. Аладар усмехнулся, положил ей руку на плечо и склонился, заглянув ей в глаза.

– Да, мы когда-то с Аскольдом были лучшими друзьями, – сказал он.

– Но… – Свирель развела руками. – Почему?

Аладар перестал улыбаться и серьезно посмотрел на нее.

– Я не знаю, – сказал он. – В нем что-то резко изменилось… Он словно озверел, явился ко мне во дворец и прогнал меня.

Аладар нежно провел рукой по волосам Свирель.

– Как же я был глуп! – проговорил разочарованно он. – Я ведь так увлекся этой бессмысленной борьбой, что даже не узнал тебя, а ты всегда была рядом…

– Скажи, а если бы я оказалась не твоей дочерью, ты бы изменил свое отношение ко мне? – спросила Свирель.

Аладар слегка отступил от нее и потупил взгляд в землю.

– Нет, наверное, – честно признался он, но тут же добавил: – Но ты не подумай обо мне плохого! Я понимаю, что вел себя неправильно по отношению к тебе. – Аладар какое-то время помолчал, после чего спросил шепотом: – Ты простишь меня?

Свирель не сводила с него своих загадочных глаз, а затем вдруг резко подскочила к нему и обняла его. Аладар тоже обнял ее.

Глава 14. Два брата.

Аарон и Альтаир стояли на уступе над Аладаром и Свирель и наблюдали за ними сверху. Аарон оперся руками на рукоять молота, задумчиво глядя на Свирель. Заслышав новость о том, что шкатулка и так принадлежала ей, он разочарованно произнес:

– Значит, моя шкатулка не послужила подарком для Свирель?

– Все именно так, – ответил Альтаир своим привычно холодным тоном.

– Какая досада!

Аарон выпрямился и принялся мерить землю шагами и раздосадовано размахивать молотом. Альтаир повернулся в его сторону и равнодушно посмотрел на него. Аарон, после нескольких взмахов, вдруг остановился и задумчиво уставился в землю перед собой.

– Интересно, – медленно произнес он, – а как все-таки шкатулка попала к папе?

– Это же очевидно, – сказал Альтаир. – После убийства Анабель Олеандр забрал шкатулку себе, и после этого дал ее на хранение отцу.

– Гад! – прорычал озлобленно Аарон. – Пользуется дружбой моего папы!

– Нашего, – поправил Альтаир.

– Вот именно! – согласился Аарон, а затем, немного помолчав, сказал: – Нам нужно что-то делать. Это не может продолжаться вечно!

– И что ты предлагаешь? – поинтересовался Альтаир.

Аарон задумался, уставившись на башни замка, торчавшие из-за верхушек деревьев. Ветер трепал его длинные смоляные волосы и ярко красный плащ. Альтаир не сводил с него своего ледяного взгляда. Простояв так какое-то время, Аарон наконец произнес:

– Предлагаю пробраться в замок и вызвать Олеандра на поединок!

После этого заявления, лицо Альтаира не изменилось. Оно оставалось все тем же, словно это было не лицо, а маска.

– Это будет неразумно с нашей стороны, – ответил абсолютно равнодушно он.

– Это еще почему? – не понял Аарон.

– Ваши силы неравны, – пояснил Альтаир, оценивающе осмотрев Аарона с ног до головы. – Во-первых, он эльф, а ты всего лишь человек. Во-вторых, он намного старше тебя. В-третьих, он использует магию, против которой тебе нечего предоставить. В-четвертых, он сын бога. Это тоже дает ему некоторое превосходство над тобой. Так что Олеандру не составит труда одолеть тебя.

Аарон взял свой молот обеими руками и, выслушав доводы Альтаира, лишь усмехнулся и сказал:

– Это мы еще посмотрим!

Аарон двинулся в сторону Адара. Альтаир остался стоять на месте, уставившись на своего брата своими пустыми глазами.

– Аарон, стой, – произнес он. – Ты поступаешь неразумно!

– Пускай Олеандр могущественный маг, пускай он эльф, пускай он даже сын бога, зато я сын его лучшего и единственного друга, – ответил Аарон, продолжая продвигаться вперед, так ни разу и не оглянувшись на брата.

– Его это не остановит, – заметил Альтаир. – Аарон, это очень глупо. Нужно сперва разработать какой-то план действий, взвесить все за и против, а потом уже идти к нему.

Аарон ничего не ответил. Он лишь ускорил шаг, а потом вовсе перешел на бег. Его фигура постепенно стала удаляться. Альтаир все также продолжал стоять на месте и смотреть ему в спину.

– Идиот, – заключил он.

***

Аарон толкнул врата и ступил внутрь. Не выпуская из рук молота, он осмотрелся по сторонам. Тронный зал оказался пуст. Аарон медленно двинулся вперед, но как бы он ни старался идти как можно тише, из-за гробовой тишины, наполняющей зал, шаги звучали очень четко, отдаваясь эхом от стен.

Аарон вдруг остановился на месте. Ему показалось, что он что-то слышал. Он крепче сжал рукоять молота и бросил беглый взгляд на стены.

– Олеандр! – крикнул он. – Выходи! Я знаю, что ты здесь.

В ответ ничего не последовало, лишь эхо повторило окончание его фразы несколько раз. Аарон разочарованно опустил молот, вновь осмотревшись. Тут трон вдруг со скрипом начал медленно разворачиваться лицом к нему. Аарон испуганно отступил от трона на несколько шагов, приняв оборонительную позицию. Трон развернулся полностью, и перед Аароном предстал восседающий на нем Олеандр. Эльф сжимал в одной руке свой любимый посох, а второй рукой поглаживал его. Лицо Олеандра было абсолютно равнодушным. У Аарона появилось смутное чувство, что Олеандр ожидал этой встречи и обо всем уже знает. Олеандр же, поймав на себе изумленный взгляд юноши, расплылся в белозубой улыбке.

– Ну, здравствуй, Аарон, – сказал он.

Аарон нахмурился, заметив эту довольную улыбку на лице своего врага, и тут же кинулся в его сторону. Но, не успел Аарон сделать и пары шагов в этом направлении, как Олеандр ловко перекинулся через спинку трона, сделав кувырок назад. Молот тяжело обрушился на пустой трон, проломив его деревянную основу и грохнувшись на каменный пол. Аарон, поняв, что его враг избежал удара и может в любую секунду ответить, без промедления вскинул молот и отскочил от трона, скрывшись за одной из колонн.

Олеандр засмеялся и медленно выпрямился, откинув рукой назад непослушные белые пряди. Он расплылся в широкой злорадной улыбке и двинулся вдоль зала.

Аарон сильнее прижался к колонне. Он отчетливо слышал каждый стук своего бешено колотящегося сердца. Его пугали мысли о том, насколько Олеандр превосходит его в силе. Может, Альтаир был прав и ему не стоило сюда заявляться? Но ведь Олеандр держит у себя во власти дедушку и отца. Лишь от мысли об этом злость внутри юноши покрывала собой страх.

Аарон сильнее стиснул рукоять молота. Он только сейчас заметил, что его левая рука, обтянутая перчаткой, вспотела. Годы, прожитые без правой руки, вынудили его натренировать левую руку, которой ему приходилось все делать, и теперь он в большей части держал молот именно ей. Аарон судорожно вздохнул, прикрыв глаза.

Олеандр двигался абсолютно бесшумно, что пугало Аарона еще сильнее, но эльф дал о себе знать, начав говорить:

– Как некультурно, Аарон, – сказал он. – Я с тобой разговариваю вежливо, а ты бросаешься на меня с оружием.

«Если по-другому ты не понимаешь», – промелькнула мысль в голове Аарона, но вслух произнести ее он не решился.

Так как собеседник ничего не ответил, Олеандр продолжил:

– Аарон, к чему эти глупые игры? Признай же, что Аладар проиграл. Ты ведь на его стороне?

Олеандр сделал выразительную паузу, чтобы услышать ответ от юноши. Но Аарон молчал. Слова Олеандра заставили его задуматься. А все-таки на чьей он стороне? Неужели на стороне того самого Аладара, с которым он ни разу в жизни не встречался? Или он вообще принадлежит к какой-то третьей стороне? Хотя, если подумать логически, то и он, и Аладар действуют исключительно против Олеандра, а, следовательно, у них единая сторона сопротивления.

– Аарон? – произнес Олеандр, все также ожидая, когда юноша ему ответит.

Аарон краем глаза заметил голубой плащ, стелящийся по полу, а значит Олеандр остановился совсем близко от колонны, за которой он прятался. Аарону не потребовалось никаких слов. Он просто резко выскочил из-за колонны, обрушив на Олеандра свой молот, но Олеандр ловко успел блокировать его удар, выставив поперек молота свой посох. При столкновении двух орудий в разные стороны брызнули искры.

Аарон отпрыгнул от Олеандра, высвободив молот и закинув его за голову. Олеандр с улыбкой провертел посох колесом и посмотрел в лицо своего противника горящими восторгом глазами. Аарон предпринял новую попытку, но как только молот оказался в опасной близости к голове Олеандра из посоха вырвалась молния и отшвырнула молот, а вместе с ним и юношу назад. Аарон, пролетев какое-то расстояние, столкнулся спиной с твердой поверхностью пола и прокатился по ней еще какое-то расстояние. Молот, разумеется, отлетел еще дальше, громко брякнув об плитку и выбив из нее искры. Олеандр засмеялся, снова повертев свой посох. Он взглянул на Аарона, слегка наклонив голову набок.

Голова Аарона закружилась и из глаз брызнули искры. Он застонал и медленно приподнялся, упершись руками в пол. Он исподлобья злобно посмотрел на Олеандра, схватившись одной рукой за голову. Олеандр же улыбнулся шире, все также продолжая стоять на месте и ничего не предпринимая. Аарон бросил беглый взгляд на свой молот, а затем снова посмотрел на Олеандра. Олеандр молча помотал головой. Аарон все равно начал медленно подниматься на ноги, рассчитывая сделать резкий прыжок в сторону своего орудия.

– Аарон, лучше не надо, – порекомендовал Олеандр. – Давай обойдемся без глупостей.

Но Аарон его не послушал. Олеандр, своим спокойным поведением только больше разжигал внутри Аарона ненависть и ярость. Аарон сделал ловкий кувырок и прямо во время него схватил с пола свой молот и вновь принял оборонительную позицию, по-кошачьи сверкнув глазами. Олеандр развел руками, повертев в одной руке посох колесом.

Аарон снова бросился в его сторону. Олеандр, в свою очередь, не прекращал рукой вращать посох и, когда Аарон оказался близко, закрылся им как щитом. Молот ударился о вращающийся посох, и молот и Аарона отбросила назад белая вспышка, но на это раз юноша успел в полете сделать кувырок и приземлиться на ноги, заскользив по гладкому полу. Олеандр остановил посох и с довольной улыбкой похлопал в ладоши.

– Впечатляет, – сказал он. – Но боюсь этого недостаточно. Пора уже остановиться и признать то, что ты ничего не сможешь мне сделать.

Аарон ни за что в жизни не позволил бы себе так просто сдаться, а потому он опять кинулся в сторону Олеандра. Олеандра же, казалось, развеселил такой настрой молодого человека, и он разразился смехом, выставив перед собой посох. По посоху пробежалась волна голубых молний, и из его конца вырвался поток магии. Он ударил юношу в грудь и швырнул его, словно тряпичную куклу, в стену. Сейчас удар был куда сильнее, чем в первый раз. Аарона едва не размазало по стене. Пальцы его руки невольно разжались и молот грохнулся на пол. Вслед за молотом по стене скатился и сам Аарон. Конечности ужасно заныли, а перед глазами все поплыло. Аарон застонал.

Олеандр сложил руки за спиной и медленно и важно приблизился к нему. Аарон, заметив его приближение, лег на живот и попытался дотянуться левой рукой до рукояти молота. Олеандр, обратив на это внимание, разочарованно закатил глаза. Он резко наступил Аарону на руку, что вызвало у того новый поток острой боли. Аарон застонал громче.

– Ну почему нельзя просто признать свое поражение?! – сказал Олеандр. – Почему, даже находясь в таком отчаянном положении, ты продолжаешь сопротивляться?

У Аарона в ответ изо рта вырвалось что-то невразумительное. Нет, не ругательства, а просто невнятное мычание. Олеандр, вздохнув, медленно убрал ногу с его руки. Аарон тут же обиженно прижал ее к себе. Олеандр усмехнулся, опустился на колени возле него и приблизился к его уху. Аарон зажмурил глаза, задышав чаще. Он ощутил себя поверженным, сломленным, раз Олеандр смог настолько сильно приблизиться к нему. Аарон не мог понять почему, но в данный момент Олеандр пугал его. Олеандр каким-то образом заставил его почувствовать себя крайне неловко. Побыть, так сказать, не собой.

– Ты совершаешь ошибку, – прошептал Олеандр, погладив Аарона по волосам. – Я ведь вовсе не хочу причинять тебе вреда. Нет, Аарон. Мне нравятся в тебе твои упрямство и жажда сражаться. Ты был бы весьма полезен мне. Мне ни к чему калечить или убивать тебя. Нет. Зачем мне это? Аарон…

«Ни за что! Ни за что! – повторял в мыслях Аарон. Он всеми силами пытался противиться. – Олеандр не прав! Хотя, я ведь побежден. Олеандр уже одержал верх! Что я могу сделать теперь против него? Ничего! Лишь подчиниться ему, как это сделали отец и дедушка… – лишь только вспомнив о них, Аарон тут же воспрял духом: – Нет! Ни за что! Так не должно быть!»

Но вслух Аарон не произнес ни слова. Он лишь крепче стиснул зубы, пытаясь всеми силами это терпеть.

– Аарон, – продолжил Олеандр. – Отбрось эти глупые мысли. Примкни к сильнейшему, то есть ко мне.

Олеандр приподнялся, уставившись в лицо Аарону. Аарон же неторопливо и неуверенно открыл глаза, и они тут же встретились с хищными глазами Олеандра. Олеандр медленно растянул на лице улыбку, ожидая ответа от юноши. Аарон нахмурился. Несмотря на то, что его одолевала дрожь, и на то, что он до смерти боялся Олеандра, он всеми силами пытался показывать обратное. Аарон не хотел, чтобы Олеандр чувствовал над ним превосходство.

– Да пошел ты к черту! – прошипел он.

Улыбка с лица Олеандра постепенно сползла. Он разочарованно опустил брови и выпрямился, важно задрав голову и надменно взглянув на Аарона.

– Вот как! – сказал он. – По-хорошему, значит, не хочешь?

Аарон молчал, сверля Олеандра укоряющий взглядом. Олеандр наклонил голову набок, теперь уже глядя на Аарона скучающим глазами.

– Мне жаль тебя, Аарон, – произнес он. – Ты столько возможностей упускаешь…

Олеандр отвернулся от юноши, поправив ворот плаща. Аарон приподнялся. Это все, на что у него в данный момент хватило сил. Он посмотрел в ожидании на Олеандра. Убедившись в том, что эльф пока не собирается оборачиваться, Аарон потянулся к молоту, но тут внезапно Олеандр свистнул. Аарон тут же резко отдернул руку, испуганно осмотревшись по сторонам. Он понял, что это был подан знак кому-то. Только вот кому?

Зал окутала тишина, прерываемая только взволнованным шумным дыханием Аарона, который не переставал пугливо осматриваться. Через мгновение послышался тихий шелест крыльев и в зал через дверной проем влетел руноми. Он сделал несколько кругов под потолком и приземлился на плечо Олеандру. Олеандр повернулся лицом к Аарону. Он расплылся в милой улыбке и погладил руноми по голове. Руноми довольно заурчал, зарывшись мордочкой в его волосы.

– Нортер, хороший мальчик! – ласково сказал Олеандр, а затем посмотрел на Аарона. Тот сел и тут же отполз к стене, с ужасом уставившись на Нортера. Олеандр усмехнулся и спросил: – Знаком с ними?

Аарон снова ничего не ответил, не переставая испуганно следить за ласкающимся существом. Нортер повернул голову в его сторону. Он вдруг сердито зашипел и сильнее впился когтями в одежду Олеандра. Нортер обвился вокруг шеи эльфа, пытаясь найти укрытие от человека. Олеандр непонимающе принялся оглядываться на своего питомца.

– Что такое? – произнес рассеянно он. – Что случилось, Нортер? Ты знаешь его?

Нортер внезапно слетел с плеч Олеандра и устремился на Аарона. Юноша испуганно закрылся правой рукой. Нортер, злобно зарычав, вдруг вцепился зубами в перчатку и резко сдернул ее с руки человека. Аарон недоумевающе уставился на него. Нортер же подлетел к своему хозяину, бросил перчатку ему под ноги и вернулся на плечо, не переставая злобно рычать.

Олеандр перевел непонимающий взгляд с Нортера на Аарона и обратно. Он наклонился и поднял перчатку, пытаясь понять, что хотел сказать ему Нортер. Аарон все это время не переставал взволнованно следить за ним. Олеандр внимательнее осмотрел перчатку и тут до него дошло, что не так с ней. Он посмотрел на Аарона озадаченными глазами.

– Погодите-ка, – произнес он. – Твоя рука…

Олеандр подошел еще ближе к Аарону и схватил его за правую руку. Аарон попытался противиться, но эльф оказался сильнее его. Олеандр повернул его руку ладонью к себе, внимательно изучая пальцы, собранные из шестеренок. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, чья это работа. Работу, сделанную руками этого человека, Олеандр не мог спутать ни с чьей.

– Аристарх… – только и смог вымолвить он.

Олеандр на какое-то время растерялся. Аарон, поняв это по его встревоженному взгляду, резко выдернул свою руку из ослабших пальцев. Олеандр приоткрыл рот, уставившись на юношу абсолютно потерянными глазами. Аарон, ощутив над ним превосходство, растянул на лице кривую улыбку. Значит, бой еще не проигран! Значит, шанс еще есть! Надежда всегда умирает последней!

– Я не понимаю… – сказал Олеандр.

– Чего не понимаешь? – воскликнул в ответ Аарон. – Откуда я знаю Аристарха? Мы познакомились с ним недавно. Ах, да! – Аарон сделал паузу, не переставая смотреть на Олеандра восторженными глазами. – Ты же не знаешь, а вот Аристарх все знает. Он знает о том, что ты не его отец. Знает о том, что ты все это время лгал ему. Он больше уже не будет относиться к тебе так, как относился прежде! Он ненавидит тебя, Олеандр! Также, как тебя ненавидели и ненавидят все!

Изумление Олеандра тут же сменилось яростью. Он бросил на Аарона полный ненависти взгляд.

– Ты лжешь! – крикнул разгневанно он и ударил юношу посохом по лицу. Удар оказался таким сильным, что Аарон упал набок. Он закрыл рот руками, поскольку именно по нему пришлась основная сила удара. Аарон застонал, ощутив во рту привкус крови. Он поднял злобный взгляд на Олеандра. Олеандр же не сводил с него своего уничтожающего взгляда.

– Что, трудно смириться с правдой? – спросил Аарон и по его подбородку побежала струйка крови. – Трудно смириться с тем фактом, что ты чудовище. Не снаружи, так внутри.

– Заткнись! – рявкнул на него Олеандр. Нортер, который по-прежнему сидел у него на плече, встревоженно прижал уши, испуганно заскулив.

Аарон заметил, что руки Олеандра, сжимающие посох, задрожали. Это могло означать только одно – Олеандр волновался. Он был напуган. Безусловно. Потерян. Выбит из колеи.

– Что, все планы рушатся на глазах, Олеандр? – продолжил Аарон. – Обидно, что шкатулка попала в руки к твоему врагу.

– Замолчи! – крикнул Олеандр. Аарон услышал дрожь в его голосе. Олеандр уже просто не мог скрывать этого. Он ничего не мог сделать, ведь Аарон говорил правду. Ему оставалось лишь только отрицать.

– Ты проиграл, Олеандр! – сказал Аарон, наслаждаясь потерянностью своего противника. – Почему нельзя просто признать поражение? Почему ты продолжаешь сопротивляться?

Эти слова окончательно вывели Олеандра из себя. Еще к тому же Аарон вдруг рассмеялся. Олеандр снова ударил его по лицу. От удара из носа юноши хлынула кровь, но он не прекратил заливаться смехом.

– Прекрати! – крикнул разгневанно Олеандр. – Не смей!

Аарон перевернулся на спину, посмотрев на Олеандра полуприкрытыми глазами. Олеандр навис над ним, шумно вбирая в себя воздух через рот. Аарон растянул на лице улыбку.

– Ну же! – сказал он. – Ударь сильнее! Чего ты мелочишься? Что это с тобой, Олеандр? Где твоя былая мощь?

Аарон вновь разразился смехом. Глаза Олеандра вспыхнули, и он замахнулся посохом, по которому устрашающе заискрили молнии. Нортер испуганно слетел с его плеча. Аарон перестал смеяться и серьезно посмотрел в глаза Олеандру. Он был готов пойти на все лишь бы только не сдаваться. Аарон знал, Олеандр не станет его убивать. На это смелости у него точно не хватит! Молнии зловеще отражались в красных глазах юноши, но он не сдвигался с места, продолжая глядеть на Олеандра.

Тут Олеандр резко опустил руку с посохом и, издав тихий стон, прижал ее к себе. Аарон заметил, что на пол упало несколько капель крови. Он непонимающе нахмурился. Олеандр повернул руку так, что Аарон смог увидеть воткнутый в ее запястье сюрикен. Только при виде этого сюрикена все внутри Аарона тут же вспыхнуло каким-то неземным восторгом. Он без промедления устремил свой наполненный радостью взор в сторону входа.

На пороге стоял Альтаир. Он смотрел на Олеандра и Аарона своими пустыми и холодными глазами. В руках юноша сжимал гвизарму[3]. Аарон был бесконечно рад тому, что Альтаир все же придержался его стороны и пришел вслед за ним.

Олеандр выдернул сюрикен из руки и отбросил его в сторону. Он вдруг растянул на лице широкую фальшивую улыбку и повернулся лицом к новоприбывшему. Альтаир и Аарон внимательно следили за каждым его движением, не зная, чего от него можно ожидать.

– Альтаир, – произнес медленно Олеандр. – Очень умный и рассудительный юноша. Хладнокровный и отреченный от мира сего. Ты следуешь только зову своего интеллекта, но никак не души, потому что у тебя ее нет.

Олеандр двинулся в сторону Альтаира спокойным и размеренным шагом. Альтаир все также равнодушно наблюдал за ним.

– И что же ты здесь делаешь? Тебе ведь не место рядом с такими, как он. – Олеандр указал рукой в сторону Аарона. – Тебе никто не нужен. Такие как ты, Альтаир, обречены на одиночество.

Олеандр подошел вплотную к Альтаиру и, встав за его спину, положил ему руку на плечо. Альтаир никак не среагировал на это. Он вообще не двигался и походил больше на статую, чем на живое существо. Олеандр приблизился к его уху.

– Ты всегда будешь изгоем в этом мире, – прошептал он. – У тебя нет эмоций. Ты не испытываешь ни к кому любви. Просто пустое место.

Аарон взволнованно посмотрел на Альтаира. Альтаир же оставался неподвижен, вперив свой пустой взгляд в пол. Аарон неуверенно поднялся на ноги, не сводя с Альтаира встревоженного взгляда. Он испугался за своего брата. А что если доводы Олеандра окажутся действенными?

– Альтаир… – неуверенно позвал он его.

Альтаир никак не среагировал на его зов. Олеандр, обратив на это внимание, довольно осклабился. Он погладил Альтаира по голове.

– Но знаешь, все может сложиться иначе, – заметил он. – Просто, нужно прислушаться к тому, кто сможет по достоинству оценить твои интеллектуальные способности…

Альтаир, неожиданно и для Аарона, и для Олеандра, резко высвободил плечи из рук эльфа, ловко развернулся и приставил острие своего оружия к его шее. Олеандр, разведя руками, непонимающе уставился на него. Альтаир в ответ посмотрел на него своим ледяным взглядом.

– В одном ты прав: я умен и рассудителен, – сказал он, – и именно поэтому я не стану слушать тебя. Аарон мой брат, и на подсознательном уровне я знаю, что мы с ним непосредственно связаны между собой. Мы должны помогать друг другу, и только так в землях Элиадроса будет поддерживаться гармония.

– Глупец! – перебил его раздраженно Олеандр. – О какой гармонии может идти речь во времена господства войны?

– Эта война развязалась из-за тебя, – ответил Альтаир. – Аладар твой брат…

– И что с того? – закатил глаза Олеандр. – Он лишь своим появлением на свет уже испортил мне всю жизнь. Я ненавижу его! – Он глубоко вздохнул, прикрыв глаза и какое-то время молчал. После чего вновь посмотрел в глаза юноши и спросил: – Альтаир, ты действительно считаешь, что поступаешь разумно?

– Да, – твердо ответил Альтаир.

Олеандр снова вздохнул.

– Жаль, – произнес он.

Олеандр резко взмахнул своим посохом, подцепив его концом наконечник гвизармы Альтаира, и швырнул ее ввысь на несколько метров. Гвизарма, свершив свой непродолжительный полет, грохнулась на пол далеко от своего хозяина. Олеандр, не теряя ни секунды, ударил Альтаира посохом в грудь. По посоху пробежала волна энергии и оттолкнула юношу от эльфа на несколько метров. Альтаир, пока свершал этот недолгий полет, успел во время него сделать несколько кувырков в воздухе, после чего столкнулся с каменной стеной и медленно и расслабленно скатился по ней на пол.

Олеандр торжественно улыбнулся, но он рано обрадовался. Он совсем забыл об Аароне, который тут же набросился на него с молотом со спины. Эльф не сразу успел обернуться и поставить магический щит, а потому молот все же задел его прекрасное лицо. От удара Олеандр повалился на пол, схватившись за челюсть, по которой пришлась основная сила удара. Но челюсть не сильно пострадала, поскольку магический щит, хоть и был поставлен поздно, все же смягчил удар. Олеандр злобно взглянул на возвышающегося над собой юношу, пытаясь остановить кровь.

– Аарон, – пропыхтел невнятно он. – Я про тебя уже и забыл.

Аарон сурово посмотрел ему в лицо, замахнувшись своим молотом для нового удара. К нему вмиг вернулись силы сразу после того, как Олеандр сделал непростительную вещь. Тронул самое дорогое: его родного брата.

– Никто не смеет калечить моего брата! – прорычал Аарон.

Он уже собирался обрушить на своего врага молот, как вдруг ему помешал Нортер, который неожиданно набросился на него и вцепился когтями ему в лицо, громко и злобно зарычав. От такой внезапной атаки Аарон едва не выронил из рук молот. Он попытался стащить разозленное животное одной рукой со своего лица, но тот только сильнее впился когтями ему в кожу. Аарон застонал от боли. Он сильнее сжал рукой шкуру Нортера и оторвал его от себя. Нортер зарычал громче, недовольно заболтав лапами в воздухе. Аарон озлобленно отбросил его в сторону. Нортер ударился спиной об колонну, но все же удержался на крыльях. Он жалобно заскулил.

Аарон взглянул перед собой. Олеандра не было на прежнем месте. Аарон тут же устремил свой взгляд в сторону Альтаира и не ошибся. Олеандр, поставив юношу на ноги, обвил одну руку, в которой сжимал кинжал, вокруг его шеи, а второй рукой перебирал его белоснежные волосы. Альтаир же смотрел на все это своим привычно спокойным взглядом, будто ничего такого и не происходило. Он даже не пытался вырваться. Олеандр, уловив на себе взгляд Аарона, расплылся в улыбке.

– Бросай молот на пол! – приказал он.

Аарон нахмурился, сильнее стиснув рукоять молота. Он был уверен, что Олеандр не сделает этого. Не сделает! Он слишком труслив!

От долгого ожидания улыбка с лица Олеандра постепенно сползла. Он посмотрел на Аарона исподлобья.

– Бросай молот! – рявкнул он. – Или с ним случится что-то неприятное!

– Блефуешь! – крикнул в ответ Аарон.

Олеандр удивленно вскинул брови. Он медленно наклонил голову набок и прижал кинжал к щеке Альтаира. Аарон продолжал стоять на месте, не сводя с него напряженного взгляда. Его руки нервно скользили по рукояти молота.

– Да неужели? – прошипел Олеандр.

Он надавил на лезвие, и по щеке Альтаира заструилась кровь. Альтаир равнодушно посмотрел на нее так, будто это и не его кровь вовсе. Это было немного неожиданно для Аарона. Он удивленно выпучил глаза, испуганно уставившись на брата. Но как? Он не мог…

– Бросай молот! – приказал Олеандр.

Аарон растерялся, его пальцы сами невольно разжались, и молот грохнулся на пол. Олеандр удовлетворенно улыбнулся.

Глава 15. Кого стоит бояться.

– Олеандр! – донесся вдруг женский голос позади трона.

Олеандр, Альтаир и Аарон тут же устремили взгляды в ту сторону. На пороге входа, расположенного позади трона, показалась Милантэ. Ее длинные черные волосы были взлохмачены, а глаза горели злобой. Она двинулась в сторону эльфа и своего сына быстрым и уверенным шагом.

– Что это ты себе позволяешь?! – прорычала злобно она.

Олеандр тут же убрал руки от Альтаира, поднял их в знак того, что он сдается, и растянул на лице белозубую улыбку, отступив от юноши.

Милантэ подошла к Альтаиру, взяла его за руку и притянула к себе. Она внимательно осмотрела его окровавленные лицо и одежду, а затем перевела недовольный взгляд на Олеандра, который по-прежнему улыбался. Милантэ отпустила руку Альтаира и подошла ближе к эльфу. Олеандр наклонил голову набок, все также довольно улыбаясь. Милантэ неожиданно для него слабо улыбнулась в ответ, обнажив белые зубы, и вдруг резко врезала кулаком ему по лицу. Олеандр едва удержал равновесие, схватившись за и так уже искалеченную челюсть. Затем он медленно отнял руки от лица и увидел на них капли собственной крови. Он снова улыбнулся, подняв глаза на Милантэ.

– Как же ты все-таки грациозна! – сказал он. – И как всегда прекрасна!

Милантэ нахмурилась и врезала ему еще раз, только в этот раз сильнее. От этого удара Олеандр уже не удержался на ногах и повалился на пол. Милантэ нависла над ним.

– Не смей мне льстить, мерзавец! – прошипела она.

Олеандр вытер рукавом кровь с подбородка и поднял на нее глаза.

– В этот раз было больнее, – заметил он.

– Могу добавить еще!

Милантэ замахнулась. Олеандр тут же прижался к полу, закрывшись рукой, но удара не последовало. Милантэ опустила руку и отошла от него. Она вернулась обратно к Альтаиру. Девушка вынула из кармана платок и вытерла им кровь с его лица. Альтаир все это время равнодушно наблюдал за ней. К ним подошел Аарон. Милантэ тут прижала обоих сыновей к себе, бросив недовольный взгляд на Олеандра. Олеандр поднялся на ноги, снова растянув на лице улыбку. Он не сдержался и вдруг расхохотался. Милантэ не сводила с него своего злобного взгляда.

– Глаза б мои тебя не видели! – сказала она.

Олеандр прикрыл рот рукой, пытаясь перестать смеяться, но из этого ничего не вышло.

– Ты бы еще на руки их взяла, – сказал он. – А то мало ли. Точно маленькие дети!

Олеандр вновь залился смехом. Аарон вслед за Милантэ тоже нахмурился и вырвался из ее объятий. Он сжал руки в кулаки, посмотрев на Олеандра исподлобья.

Вдруг в зал сломя голову ворвался Володар. Он бежал так быстро, что едва не столкнулся с Олеандром, но все же успел вовремя затормозить. Лицо его было раскрасневшимся от быстрого бега, а глаза бегали из стороны в сторону и не могли сосредоточиться на одном месте. Олеандр перестал смеяться и со слабой улыбкой осмотрел Володара.

– В чем дело, мой милый друг? – осведомился он.

– Ратмир, – выдавил из себя Володар. Он все никак не мог отдышаться. – Он хочет выступить в роли парламентера.

Улыбка с лица Олеандра тут же исчезла. Лицо его помрачнело. Он непонимающе уставился в глаза Володару.

– Ратмир? – тупо спросил он. – Ну почему именно он?

Володар молча пожал плечами.

Аарон заметил искру страха в глазах Олеандра и довольно улыбнулся. Олеандр явно боялся Ратмира. Аарон был бесконечно рад тому, что все-таки хоть кого-то Олеандр да боялся.

– Ты боишься его! – крикнул Аарон Олеандру.

Олеандр медленно повернул голову в его сторону. Он равнодушно осмотрел его и тоже улыбнулся.

– Что, прости? – спросил он.

– Ты боишься Ратмира, – пояснил Аарон.

Олеандр не сводил с него глаз и все также улыбался.

– Нет, – не сразу произнес он.

– Боишься, – стоял на своем Аарон. – А иначе ты бы не выпучил так глаза, лишь заслышав его имя.

– Почему я должен его бояться? – спросил в свою очередь Олеандр, наклонив голову набок. – Он же просто человек. У него ни магических способностей, ни ловкости, что присущи только эльфам. У него лишь физическая сила, но она ничто в сравнении с магией.

– И все-таки ты боишься его, – не отступал Аарон. – Ты понимаешь, что он не просто человек. Тебе хотелось бы в это верить, но это всего лишь слова.

Олеандр и Аарон напряженно смотрели друг другу в глаза. Аарон заметил в красных глазах Олеандра крупицы потерянности. Он увидел в его глазах отражение души, которая заблудилась и не может найти выхода из лабиринта, утопшего в густом тумане. Аарону даже стало немного жаль Олеандра. Хоть с лица Олеандра так и не сходила все та же улыбка, глаза были полны скорби. Будто бы он что-то потерял. Что-то очень ценное. То, чего нельзя вернуть. Аарон слегка расслабил пальцы, сжатые в кулаки, но лицо его при этом не изменилось. Взгляд его был по-прежнему суров.

Спустя несколько секунд Олеандру надоели эти «гляделки», и он отвернулся от юноши.

– Володар, – повернулся он лицом к своему другу. – Я хотел бы остаться с Ратмиром наедине. Так что, – Олеандр бросил беглый взгляд на Милантэ и Альтаира, – не могли бы вы освободить помещение. Он же придет сюда?

– Думаю, да, – ответил неуверенно Володар, смущенно почесав затылок. – Но… – он замолк, стиснув зубы.

– Что? – спросил Олеандр.

– Ты уверен? – Володар смущенно посмотрел по сторонам.

– В чем? – не понял его Олеандр.

Володар приблизился к его уху, чтобы Милантэ, Аарон и Альтаир не могли услышать.

– Что он придет сюда с добрыми намерениями, – прошептал он.

– Ну разумеется он будет зол на меня, – усмехнулся Олеандр, нисколько не смутившись того, что троица слышит его. – Но я уже говорил, что у меня нет причин его бояться.

Аарон опять же заметил, как руки Олеандра задрожали. Получается, он все-таки действительно боялся встречи с этим человеком, просто пытался показывать обратное, чтобы доказать, что он стоит выше их, что на самом деле являлось неправдой.

Олеандр положил руку на плечо Володару.

– Идите, – сказал он. – У меня все под контролем.

– Как скажешь, – ответил Володар, осмотрев его своими печальными глазами.

Милантэ взяла Альтаира за руку, повела за собой и подала знак Аарону следовать за ними. Аарон посмотрел на Олеандра. Тот вновь растянул на лице улыбку, наклонив голову набок. Аарон, нахмурившись, тут же отвернулся от него и поспешил удалиться. Володар тоже направился в сторону выхода, но на пороге остановился и обернулся.

– Ты уверен, что тебе не нужна моя помощь? – спросил он.

– Уверен, – ответил Олеандр, нервным движением откинув назад непослушную белую прядь. – Ступай.

Володар вздохнул и вышел из зала, оставив Олеандра совершенно одного.

***

Ратмир вошел в тронный зал. Там было пусто и очень тихо. Странно. Володар ведь сказал, что Олеандр будет ожидать его здесь. Ратмир двинулся вперед, осматриваясь по сторонам. А что, если это ловушка? Олеандр наверняка где-то скрывается и выжидает подходящего момента, чтобы затем неожиданно наброситься.

Вдруг Ратмиру в грудь уткнулся конец посоха. Ратмир, разведя руками, посмотрел своим единственным глазом на грудь, а затем медленно поднял взгляд, и тут же встретился с глазами Олеандра. Откуда Олеандр взялся? Его же здесь не было. Наверное, телепортация. Ну конечно! Излюбленный трюк Олеандра. Куда же он без него.

– Ни шагом дальше! – произнес Олеандр, не сводя с Ратмира своих широко распахнутых красных глаз.

Ратмир заметил некоторое волнение в голосе Олеандра. Да и взгляд был какой-то нервный. Глаза Олеандра так и бегали по рукояти посоха и время от времени вскакивали на лицо Ратмира. Это показалось Ратмиру как минимум странным, ведь страх и такое существо, как Олеандр – вещи совершенно несовместимые. Хотя, может, Ратмир и ошибался. Он же еще ни разу не сражался с Олеандром на равных, а тут как раз выпал шанс познать Олеандра в полной мере.

– Боишься меня что ли? – усмехнулся Ратмир, осмотрев Олеандра с ног до головы.

Олеандр интенсивно замотал головой.

– Нет, – твердо сказал он.

Посох в его руке задрожал, что обрадовало Ратмира еще больше. Всего несколько минут назад Ратмира терзали сомнения, и он не был полностью уверен в том, что эта встреча закончится для него хорошо, а тут вон оно как все обернулось. Ратмир довольно осклабился.

– А мне кажется, что боишься, – сказал он.

Ратмир медленно двинулся по кругу, намереваясь обойти Олеандра. Олеандр, заметив это, начал поворачиваться по своей оси вслед за ним, не сводя с него посоха и испуганного взгляда.

– Не приближайся ко мне! – воскликнул вдруг он.

Ратмир улыбнулся еще шире, ускорив шаги. Олеандр закусил губу, окончательно растеряв всю свою храбрость. Он выглядел сейчас таким беспомощным в глазах Ратмира.

– А иначе что? – поинтересовался Ратмир. – Трусливый зайка, поджав хвостик, убежит в свою норку?

Теперь Ратмир стоял спиной к трону, а Олеандр лицом. Олеандр так и не сводил с груди Ратмира своего посоха. Ратмир все с той же улыбкой вдруг резко вцепился в посох рукой. Олеандр потянул посох на себя и попытался вырвать его из рук противника, но Ратмир оказался сильнее. По посоху побежали молнии, однако сделать Олеандр ничего не успел, поскольку Ратмир резким движением вырвал посох из его рук. Ему не составило это труда, потому что Олеандр был растерян и его пальцы непрочно держали посох. Они ослабли от страха. Ратмир равнодушно осмотрел посох, а затем швырнул его в сторону. Посох забрякал по каменному полу.

Олеандр, потеряв единственную вещь для защиты, рассеянно опустил руки и разочарованно посмотрел в сторону посоха, а затем перевел испуганный взгляд обратно на Ратмира. Ратмир, разведя руки в стороны, двинулся на него. Олеандр пугливо попятился, и на лице его появилось жалкое подобие улыбки.

– Ратмир, я думаю, мы можем договориться, – забормотал он, продолжая пятиться. – Мы же с тобой цивилизованные существа, а не какие-нибудь варвары. Мы можем попытаться найти общий язык… – Олеандр врезался спиной в колонну.

Ратмир вплотную подошел к нему и навис над ним. Олеандр поднял на него потерянный взгляд и сильнее прижался к колонне. Ратмир был выше Олеандра, а от того, что Олеандр еще и весь сжался, Ратмир выглядел по отношению к нему просто огромным.

– Но ты же не станешь делать глупостей? – спросил испуганно Олеандр. – Только не в нашей ситуации.

– Я так хотел верить в то, что на самом деле ты не такая подлая тварь, – признался вдруг Ратмир, грустно опустив брови. – Я так надеялся, что это все неправда. – Он какое-то время помолчал, опустив взгляд в пол, а затем медленно поднял его обратно. Злобно горящие глаза Ратмира встретились с перепуганными глазами Олеандра. Ратмир тихо произнес: – Но я ошибся.

Олеандр хотел что-то ответить, но Ратмир резко схватил его одной рукой за шею и оторвал от пола. Олеандр рассеянно осмотрелся, заболтал ногами в воздухе, вцепился руками в руку Ратмира и попытался вырваться, но ничего из этого не вышло. Ратмир был намного сильнее его. Олеандр стал с трудом втягивать в себя воздух через рот. Он почувствовал, что задыхается. Ратмир заинтересованно наблюдал за ним, а затем вдруг, словно какую-то бесполезную вещь, отбросил его в сторону.

Олеандр упал на пол и ударился своей и так уже поврежденной челюстью об его жесткую поверхность. Он застонал и изо рта у него снова побежала кровь. Олеандр, пошатываясь, кое как поднялся на ноги. Он отплюнулся кровью, и вместе с ней он выплюнул один из своих белоснежных зубов. Ратмир вновь двинулся на него. Олеандр испуганно попятился.

– Ратмир, не надо, – забормотал испуганно он. – Это не решит наши проблемы. Пожалуйста, не надо. Тебе же хуже будет!

Олеандр споткнулся об свой длинный плащ и упал на спину. Ратмир подошел вплотную к нему и схватил его за ворот одежды. Он оторвал эльфа от пола, снова заставив его повиснуть в воздухе. Ратмир приблизился к его лицу и прошептал:

– Да неужели?!

Он снова отшвырнул его от себя. В этот раз Олеандр приземлился неподалеку от трона. Он снова застонал, устало приподнялся и его взгляд тут же встретился с валяющимся в нескольких шагах посохом. Ратмир приблизился к нему. Олеандр резко вскочил на ноги, сделал кувырок вперед, во время которого схватил рукой свой посох, и встал лицом к своему противнику, приняв оборонительную позицию.

– Не подходи! – крикнул он, сжав посох обеими руками.

Ратмир посмотрел на посох и злорадно улыбнулся.

– Думаю, посох тебе не поможет, – заметил он.

Ратмир сделал шаг в сторону Олеандра. В этот самый момент дверь позади Олеандра вдруг резко распахнулась и в зал ворвались воины в черной броне. Они, словно стая воронов, окружили Олеандра, тем самым загородив его собой, и обнажили мечи.

Самым последним в зал ступил Аскольд. Сопровождаемые звяканьем цепи, его тяжелые шаги отдавались эхом по залу. Теперь Ратмиру он показался еще грознее, чем прежде. Но Ратмир не показал своего испуга перед лицом врага. Он равнодушным взглядом осмотрел возвышающегося над собой Аскольда с ног до головы.

Олеандр, посмотрев по сторонам, растянул на лице широкую улыбку. Весь его страх вмиг куда-то пропал.

– Что же ты теперь будешь делать, Ратмир? – поинтересовался он. – Ты один.

Ратмир вдруг в ответ тоже растянул на лице улыбку, взглянув на Олеандра исподлобья. Это слегка смутило Олеандра. Он непонимающе нахмурился.

– Нет, Олеандр, – произнес Ратмир. – Я не один.

После этих слов позади Ратмира на входе показались Аладар, Композитор, Аристарх и Свирель. Олеандр хотел было засмеяться и крикнуть, что он и его воины превосходят их в количестве, но восторг его угас, как только он заметил в руках Свирель злосчастную шкатулку, которая рушила все его планы.

– К черту! – Олеандр тут же растолкал воинов и устремился в проход, из которого они вышли.

Ратмир хотел было устремиться вслед за ним, но прямо перед его носом на пол грохнулся цеп Аскольда. Ратмир поднял взгляд. На него из щелей шлема в ответ посмотрели пустые черные глаза.

– Я с тобой еще не закончил, человек, – прогрохотал Аскольд.

Глава 16. И развеялись чары…

Цеп Аскольда вновь взмыл в воздух, а затем, сделав несколько оборотов, едва не обрушился на Ратмира. Человек успел как раз вовремя перекатиться в сторону. Ратмир обнажил меч, но правда сильно полагаться на него он не собирался, поскольку меч против цепа был абсолютно беспомощен. Меч ему мог помочь разве что защищаться от кружащих вокруг черных воинов. Хотя, в этом у него не было необходимости. Здесь был весьма кстати меч Аладара, который в руках эльфа быстро и изящно рубил тела врагов.

Ратмир бросил беглый взгляд на Композитора. Тот спрятал у себя за спиной Свирель и Аристарха, выставив перед собой руки и тем самым с помощью магии создав щит, не позволяющий воинам причинить им вреда. Правда, одному из них все же удалось поразить Композитора в живот копьем. На что Композитор просто растянул на лице невинную улыбку, выдернул копье и вместе с ним отбросил нападавшего в сторону.

Аскольд напомнил Ратмиру о себе, ударив человека цепом в плечо. Так как Ратмир все же успел вовремя перехватить взглядом летящий в свою сторону колючий шар цепа и увернуться, удар был не таким мощным, как того хотелось бы Аскольду. Ратмир едва не выронил меч из рук. Он зашипел от боли, схватился за рану рукой и тут же поспешно скрылся за одной из колонн. Ратмир сильнее прижался к ней, пытаясь продумать план дальнейших действий.

«Цеп, – размышлял он. – Нужно что-то сделать с ним, а иначе никак. Вот если бы цеп застрял где-нибудь, мне бы не составило труда поразить Аскольда мечом в грудь. Только вот как это сделать?»

Оружие Аскольда ударило по колонне, выбивая из нее искры и куски мрамора. Удар был настолько мощным, что в ушах Ратмира зазвенело, однако колонна устояла, хоть и слегка покачнулась. Еще один такой удар она не выдержит. Нужно срочно что-то делать.

В голову Ратмиру не пришло ничего лучше, чем просто отпрыгнуть от нее. И как раз вовремя! Аскольд нанес следующий удар. По колонне побежали трещины, и постепенно, словно змеи, они переползли на потолок. Колонна, затрещав, с грохотом обрушилась и вслед за ней обвалилась часть потолка. Камни едва не похоронили под собой Ратмира. Лишь каким-то чудом ему удалось их избежать. Какая-то часть камней все же задавила собой сторонников Аскольда, что было Ратмиру и Аладару только на руку. Поднялась завеса пыли, закрыв собой обзор Ратмиру. Ратмир зажмурился, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Он закашлялся.

Пыль постепенно осела и Ратмир увидел силуэт Аскольда. Аскольд медленно приближался к нему, переступая через камни, обвалившиеся с потолка. Он волок цеп за собой по полу. Ратмир с трудом поднялся на ноги. Рана на плече по-прежнему давала о себе знать. Он стиснул зубы и крепче сжал рукоять меча. Аскольд взмахнул цепом. Ратмир тут же пригнулся, и цеп пролетел над его головой, оцарапав стену позади него. Не успел Ратмир поднять голову обратно, как цеп, сделав оборот вокруг Аскольда, снова устремился на него. Ратмир пригнулся еще раз и цеп вновь пролетел над ним.

Ратмир уловил взглядом тот кусок потолка, что был побольше остальных. Он, не теряя ни секунды, сделал кувырок в его сторону и прижался к нему спиной. Цеп Аскольда ударил по камню. Камень потрескался. Ратмир сильнее прижался к нему, пытаясь что-нибудь придумать. Цеп. Цеп. Еще один удар разнес кусок потолка на более мелкие кусочки. От удара Ратмир прокатился по полу в сторону. Он застонал от вновь появившейся острой боли в плече. Аскольд засмеялся над ним, замахиваясь цепом для нового удара.

Ратмир заставил себя вновь подняться на ноги, несмотря на то, что у него все плыло перед глазами. Меч он выронил из руки сразу после того, как Аскольд разнес камень, и теперь он никак не мог отыскать его взглядом.

Не успел Ратмир обернуться лицом к своему противнику, как в грудь его тут же ударил цеп и отбросил его в стену. В голове что-то громко зазвенело, картинка перед глазами постепенно погасла, и Ратмир расслабленно скатился по стене на пол.

– Ратмир! – воскликнул отчаянно Аристарх.

Аскольд медленно развернулся лицом к нему и снова засмеялся. Он не спеша двинулся в их сторону, опять же зловеще волоча цеп по полу. Композитор отступил на несколько шагов. Дети сильнее прижались к нему, с ужасом уставившись на приближающуюся фигуру.

На них обратил внимание Аладар, которого плотным кольцом окружили воины Аскольда. Он уже с трудом от них отбивался, а они, обратив внимание на его слабость, подступали все ближе и ближе к нему.

– Композитор! – окликнул он духа.

Композитор не обратил внимания на его оклик. Он напряженно смотрел в пустые глаза Аскольда. Аскольд подходил все ближе, сопровождая каждый тяжелый шаг скрежетом цепи. Сейчас даже Композитор со своим двухметровым ростом выглядел по сравнению с ним маленьким.

– Сделай что-нибудь! – крикнул Аладар.

– Не могу, – ответил Композитор. – Это древняя магия. Онитрикс слишком могущественный артефакт, чтобы я мог противостоять ему в одиночку.

– Композитор! – вдруг взвизгнула Свирель, указав рукой на Аскольда.

Аскольд резко взмахнул цепом и запустил его в них. Композитор, прижав к себе Свирель, отскочил в сторону, Аристарх прыгнул в другую сторону. Шар цепа тяжело грохнулся на пол, слегка проломив его и разбросав в стороны мелкие осколки плитки. Свирель растерянно осмотрелась по сторонам.

– Ари! – крикнул она, заметив, что он находится на расстоянии от них.

Аскольд повернулся к Аристарху лицом, забрякав тяжелым цепом, звенья которого устрашающе выкатывались меж пальцев его руки, облаченной в стальную перчатку. Сердце Аристарха бешено заколотилось, и он с ужасом осмотрел орудие возвышающейся над собой черной фигуры. Он испуганно отполз от Аскольда.

Аскольд сделал еще несколько шагов в его направлении и опять резко взмахнул цепом. Как только цепь растянулась, и шар, вращаясь с бешеной скоростью, подлетел к голове Аристарха, который в страхе весь сжался и закрылся руками, шар вдруг что-то с силой откинуло назад. Он перелетел через голову Аскольда и приземлился позади него, проехав какое-то расстояние и углубившись в пол. По инерции Аскольд откатился от Аристарха вслед за цепом, со скрежетом заскользив ногами по гладкому полу. Аскольд едва не упал. Он не ожидал такой внезапной атаки со стороны мальчика. Он удивленно посмотрел на Аристарха.

Оказывается, Аристарх не просто закрылся руками, он их скрестил, создав тем самым магическую защиту. Его глаза и ладони излучали бледный зеленый свет, что еще раз это подтверждало. Шар столкнулся с этой невидимой стеной и потому отлетел назад. Аристарх медленно выпрямился. Его ладони и глаза погасли, и он в страхе взглянул на Аскольда так, будто даже и не понял того, что только что произошло.

Аскольд озлобленно зарычал и потянул цепь на себя, намереваясь возобновить атаку, но цеп внезапно не поддался. Аскольд дернул еще раз. Цеп крепко засел в полу. Аскольд изо всех сил потянул его на себя.

Композитор, заметив беспомощное положение противника, тут же выставил руку вперед, из нее вырвалась молния и ударила в одно из звеньев цепи, разорвав ее. Композитор – это было совершенно неожиданно для него – восторженно и в то же время удивленно осмотрел свои руки.

– Все-таки не всю мою магию блокирует твой проклятый Онитрикс! – воскликнул радостно он.

– Молчать! – прорычал озлобленно Аскольд.

Он топнул ногой, и от нее по полу поползли трещины, излучая зеленый свет, точно такой же, как и Онитрикс. Все вокруг зашаталось, и Композитор со Свирель снова упали. Аладар и окружающие его воины едва удержали равновесие. Аскольд круто развернулся лицом к Аристарху. Его глаза зло сверкнули. Он, громко звеня броней, направился к нему. Аристарх пугливо попятился.

– Человеческое отродье! – прогрохотал Аскольд. – Что за магия способна противостоять моей?! Непозволительно такой мелочи как ты сопротивляться такому как я. Посмотрим, что еще ты умеешь!

Аристарх беспомощно осмотрелся по сторонам, выставив перед собой руки. Он попятился, споткнулся о камень и упал. Аскольд все также продолжал наступать на него. Теперь он выглядел еще более устрашающе. Аристарх отполз на какое-то расстояние, все также осматриваясь по сторонам в поисках защиты. Сердце забилось с новой силой, ударяя, словно молотки, по вискам. Аскольд возвышался над Аристархом, словно огромный хищник над раненой беспомощной жертвой, готовый поглотить ее. Аскольд засмеялся.

Композитора и Свирель отделяла от них огромная трещина в полу, и она с каждым мгновением продолжала расширяться. Все вокруг снова зашаталось. Композитор, Свирель, Аладар и воины Аскольда с большим трудом удерживали равновесие. Аскольд же как ни в чем не бывало продолжал шагать по направлению к Аристарху.

Аристарх, не придумав ничего лучше, схватил обеими руками валяющийся неподалеку камень и швырнул его в голову Аскольду. За камнем последовал зеленый шлейф, и камень, пролетев довольно большое расстояние, на которое без магии у Аристарха бы просто не хватило сил его кинуть, столкнулся со шлемом Аскольда и каким-то волшебным образом сорвал его с головы темного владыки.

Впервые Аристарху представилась возможность увидеть лицо своего врага. Каменное, суровое, белое, как мел. Пустые бездонные глаза на фоне этой белизны выглядели так неестественно и жутко, что от одного только их пронизывающего насквозь взгляда внутри Аристарха все похолодело. Аскольд растянул на лице улыбку, которая тоже выглядела очень неестественно.

– И это все? – осведомился он. – Может у тебя в запасе остались еще какие-нибудь фокусы, способные спасти тебе жизнь?

Аристарх попятился и уперся спиной в стену. Отступать было уже больше некуда. Он поднял на Аскольда растерянный взгляд. Аскольд подошел вплотную к нему. Он медленно склонился над Аристархом и потянулся к нему рукой.

– Не смей! – крикнул Композитор. Он запустил в Аскольда молнией, но она врезалась в магический щит, поставленный Аскольдом на линии трещины. Аскольд бросил на Композитора торжествующий взгляд и резко схватил рукой Аристарха за шею. Он оторвал юношу от пола и прижал к стене.

Аристарх задергался и попытался вырваться. Аскольд сильнее сжал пальцы руки. Аристарх почувствовал, что задыхается. Он закряхтел и начал шумно вбирать в себя воздух через рот.

Аристарху прежде еще ни разу не приходилось испытывать такого страха. Страха перед лицом смерти. Нет. Только не сейчас. Так все закончиться не может. Должен быть какой-то выход!

Улыбка с лица Аскольда исчезла. Теперь он смотрел на Аристарха пустым ничего не значащим взглядом. В его суровых бездонных глазах Аристарх увидел свою беспомощность. Увидел то, во что он постепенно начинал погружаться. С каждой секундой, он приближался к этой жуткой черной бездне.

Пальцы Аскольда все сильнее продолжали сдавливать шею…

– Аристарх! – воскликнула обреченно Свирель.

Все опять затряслось. Трещины с пола, словно змеи, поползли на стены. Они ползли все выше и выше и постепенно охватили собой потолок. Потолок наконец не выдержал и начал обваливаться.

Один из кусков едва не придавил собой Свирель. Она успела отскочить в сторону. Свирель не очень удачно приземлилась на ноги и выронила из рук шкатулку. Шкатулка запрыгала по каменному полу, врезалась в стену, грохнулась обратно на пол и раскрылась. Зазвучала ее простенькая мелодия, отдаваясь эхом от стен замка.

Аскольд вдруг замер. Его пальцы слегка ослабили хватку. Он рассеянно посмотрел на Аристарха, а затем медленно и неуверенно повернул голову в сторону шкатулки. Аристарх непонимающе взглянул сперва на шкатулку, а затем перевел взгляд на Аскольда. И тут он заметил, что глаза Аскольда в это мгновение стали другими. В них отразилось что-то. Какая-то искра печали. Скорбь по тому, чего не вернешь…

Аристарх, не теряя ни секунды, потянулся руками к Онитриксу. Проделывать подобное было очень тяжело, поскольку Аристарх был по-прежнему прижат рукой Аскольда к стене, к тому же еще и за шею. Руки едва коснулись камня. Аристарх поднапрягся и, издав сдавленный хрип, вытянул руки настолько, насколько смог. Руки коснулись камня, но, сколько бы Аристарх ни старался, он никак не мог обхватить его руками, чтобы выдернуть из груди Аскольда. Аристарх разочарованно застонал, поглаживая ограненную поверхность пальцами.

Аристарх был расстроен, но еще больше разгневан. Олеандр, мало того, что лгал ему все это время, так еще так просто позволил Аскольду убить его. Это уже не входило ни в какие рамки! Олеандр делал непозволительные вещи! Но признавать печальнее всего было то, что какие бы ужасные вещи не совершал Олеандр, любовь к нему внутри мальчика не угасала. Олеандр был самым близким к нему существом. Аристарх просто не мог поверить, что Олеандр в одно мгновение так резко изменился.

От таких мыслей из глаз Аристарха невольно потекли слезы. Им полностью овладела ярость. Он, повинуясь голосу совести, озлобленно зарычал, и крепко впился пальцами в камень. Он напряг все свои силы и резко выдернул Онитрикс из груди Аскольда. Рука Аскольда тут же отпустила шею Аристарха. Аскольд и Аристарх вместе повалились на пол.

Замок прекратил сотрясаться. Воины Аскольда перестали атаковать Аладара и удивленно переглянулись, абсолютно не понимая того, что только что произошло и где они вообще находятся.

Аристарх приподнялся и сел, навалившись спиной на стену. Он пытался восстановить дыхание, нервно вбирая в себя воздух через рот. Он сильнее прижал к себе Онитрикс, словно тот был живым существом. Аристарх посмотрел на Аскольда.

Аскольд преобразился. Рога с его головы отпали, впрочем, как и броня с тела, поскольку Аскольд значительно уменьшился в размерах. В нем больше не ощущалась та неземная мощь. Он стал таким жалким по сравнению с тем непобедимым воином, коим был до этого. Аскольд приподнял голову и взглянул на Аристарха сквозь пряди длинных черных волос. Его глаза полностью изменились. Они больше не выглядели, как бездонные пропасти. Они приобрели свои оттенки души. Бесконечно печальной и одинокой.

Глава 17. Дух войны.

Олеандр несся по коридору как угорелый. Он все время оглядывался назад в страхе, что Ратмир сейчас ринется за ним, но Ратмир никак не появлялся. Однако это ни капли не успокаивало эльфа. Олеандр так спешил, что даже не заметил идущего по коридору Володара и врезался в него. Они вместе от толчка повалились на пол. Володар удивленно посмотрел на взволнованное лицо своего друга, который не переставал оглядываться назад.

– Все прошло не очень гладко? – осторожно спросил он у него, все так же сидя на полу.

– Что? – произнес рассеянно Олеандр. Мысли в его голове мешались, и он не сразу понял смысл заданного вопроса.

– У тебя такой потрепанный вид, – заметил Володар, оценивающе осматривая его. – Что там произошло?

Он поднялся на ноги, не сводя глаз с друга.

– О чем ты? – продолжал свое Олеандр, но потом, когда до него наконец дошел смысл сказанного Володаром, он с глуповатой улыбкой спросил: – Что, правда так заметно?

Володар вздохнул и протянул Олеандру руку. Олеандр взялся за нее, и Володар помог ему подняться на ноги. Володар бережно отряхнул его одежду от пыли. Олеандр снова оглянулся назад. Володар, поймав его взгляд, устремил глаза в ту же сторону.

В коридоре было пусто – вдалеке были слышны лишь лязг металла о металл и крошащийся камень. Володара это немного взволновало. Он резко развернул Олеандра за плечи лицом к себе и заглянул ему в глаза. Володар прежде еще ни разу не видел Олеандра настолько напуганным и потерянным. От этих широко распахнутых красных глаз ему самому стало как-то не по себе.

– Олеандр, – спросил испуганно он. – Что там такое происходит?

– Полный капец там происходит! – воскликнул Олеандр, высвободив плечи. – Мне конец! Тебе конец. – Он ткнул концом посоха Володара в грудь. – Нам всем конец! – Он развел руки в стороны. – Мой гениальный план полетел ко всем чертям собачьим! И все из-за этой треклятой шкатулки! Следовало ее сразу уничтожить! И почему я только этого не сделал! Какой же я дурак!

Олеандр подошел к стене и принялся биться об нее головой. Володар удивленно наблюдал за ним. Он не понял ничего из того, что только что сказал Олеандр. Да при чем здесь эта шкатулка?! Володар нахмурился, подошел к Олеандру и оттолкнул его от стены, чтобы тот перестал биться о нее головой.

– При чем здесь эта шкатулка? – спросил недовольно он. – Что за чертовщина здесь вообще творится?! То я нахожу тебя калечащим моих детей, то самого тебя побитым и напуганным до полусмерти! Что с тобой вообще происходит в последнее время? – было заметно, что еще чуть-чуть и Володар расплачется. Настолько ему было обидно от того, что Олеандр так плохо относился к нему, как к другу. Олеандр никогда не выдавал ему своих секретов, и ничего никогда не давал взамен на то, что Володар всегда делал для него. Это было несправедливо!

Олеандр вскинул брови и с небольшой долей удивления посмотрел на своего друга.

– Володар, друг… – начал он.

Тут вдруг замок резко сотрясло. Стены зашатались, и с потолка осыпалась крошка. Володар и Олеандр не удержались на ногах и упали на пол. Замок по-прежнему продолжало ужасно трясти.

– Что, думаешь слово «друг» что-то изменит в наших с тобой отношениях! – крикнул обиженно Володар.

– А что случилось-то? – не понял Олеандр.

Замок вновь сотрясла какая-то ужасающая сила. Появилось такое чувство, словно он съехал со своего места в сторону. Олеандр и Володар сильнее прижались к стенам друг напротив друга. Володар не сводил с Олеандра злобного взгляда, нервно скрипя ногтями по гладкой поверхности стены. Олеандр, в свою очередь, тоже нахмурился оттого, что не понимал, на что злится Володар.

– Почему ты не можешь просто сказать мне, что там творится? – сказал Володар. – Что, так трудно ответить?

– И только поэтому ты злишься на меня? – крикнул недовольно Олеандр. – Ну знаешь ли, у меня есть более веские причины злиться на тебя, поскольку то, что там творится, творится по твоей вине.

Володар непонимающе поднял одну бровь.

– При чем здесь я?! – воскликнул он. – Меня там даже не было! Как я могу быть виноват в том, чего я даже не знаю!

– Та чертова шкатулка! – Замок снова зашатался. Олеандр подполз ближе к колонне и обнял ее, чтобы удерживать равновесие было удобнее. – По твоей вине она попала в руки к Свирель, и теперь им не составит труда одолеть мою армию.

– Я давал ее на хранение сыну! – ответил Володар. – Я доверяю ему даже больше, чем тебе.

– Что ж, я тебя поздравляю! – засмеялся Олеандр. – Ты доверился не тому человеку! Твой милый сынок желает мне смерти. Да и не только он. Альтаир тоже хочет, чтобы я умер. Всегда знал, что нельзя доверять твоим детям. Терпеть не могу предателей!

– Тебя что-то не устраивает? – поинтересовался сердито Володар. – Хорошо подумай, Олеандр, кто останется на твоей стороне, если я вдруг решу бросить тебя.

Олеандр задумчиво уставился в пол. А ведь никого не останется. Володар – последний и единственный верный его сторонник. Как-то не очень хочется терять его. Олеандр вздохнул и решился все же выдать какую-то часть информации:

– Стоит услышать Аскольду музыку из музыкальной шкатулки, как чары Онитрикса ослабнут, – сказал он.

– Вот как… – произнес Володар и покивал головой. – А почему ты так уверен в том, что они вообще догадаются ее завести?

Олеандр смущенно закусил губу и посмотрел по сторонам.

– Я хотел бы, чтобы они додумались до этого и победили твоего отца, но в то же время и не хочу, чтобы это произошло, – ответил он.

– Ты хочешь, чтобы они победили моего отца? – переспросил удивленно Володар.

– Да…

– Но… – Володар запнулся, совсем сбившись с толку. – Почему?

Олеандр снова вздохнул и поднял на Володара жалобный взгляд.

– У них мой сын, – ответил он. – Я не хочу, чтобы он пострадал, но в то же время, если они одержат победу… Думаю, ты сам знаешь, что случится. – Олеандр отмахнулся рукой, а после дополнил: – Но ты должен понять меня. У тебя же тоже есть дети, которых ты любишь.

Володар печально кивнул головой. У него были все причины бросить Олеандра прямо сейчас в таком жалком положении и перейти на сторону Аладара, но отчего-то ему не хотелось этого делать. Олеандр, по его мнению, был таким несчастным эльфом, и Володару было бесконечно жаль его. Хоть Олеандр и делал порой абсолютно непростительные вещи, его можно было понять. Олеандр такое же живое существо, как и он. Олеандр тоже способен любить, бояться, ненавидеть, завидовать… И сейчас, в одно мгновение, Володар раз и навсегда решил все для себя!

Замок вдруг резко прекратил трястись, и его окутала гробовая тишина. Больше не было слышно ни лязга металла о металл, ни крошащегося камня. Все резко замолкло. Олеандр пугливо осмотрел стены, а после застонал и закрыл лицо руками.

– Это конец! – воскликнул он.

Володар решительно поднялся на ноги и уверенным шагом подошел к нему. Олеандр медленно поднял на него глаза. Володар протянул ему руку.

– Еще не все потеряно, – сказал он. – Идем.

– Володар…

– Идем, быстрее, – поторопил его Володар.

Олеандр неуверенно взялся за его руку. Володар снова помог подняться ему на ноги и поволок его за руку за собой.

Они забежали в одну из комнат, и Володар закрыл за собой дверь на ключ. Олеандр растерянно сел на подоконник, прямо под ноги изображенному на витраже Элдарасу и схватился за голову руками. Володар осмотрел получившуюся картинку, и в его голове промелькнуло, что выглядело это все довольно символично. Отец земель Элиадроса и бог Солнца, а подле его ног сидит в отчаянии его сын. И тут внезапно в голове Володара возникла идея. Он широко улыбнулся собственной сообразительности.

– Олеандр, – окликнул он друга.

Олеандр молча взглянул на него.

– Ты мог бы попросить о помощи своего отца, – продолжил Володар и указал рукой на витраж.

Олеандр оглянулся и скучающими глазами осмотрел витраж. Он повернулся обратно лицом к Володару и помотал головой.

– Нет, – сказал он.

– Почему? – спросил Володар.

– Да потому что он не станет мне помогать! – отмахнулся рукой Олеандр. – Я и сам не хочу просить его о помощи! Все мои беды были от него! Он меня создал таким уродом, что никто не хотел меня принимать в обществе! Я ненавижу его! Да и вообще ты помнишь хоть один случай, чтобы он помогал просящим?

Володар задумчиво приложил палец к губам. Ни одного случая ему прям так сразу и не вспомнилось, а потому ему пришлось согласиться с Олеандром.

– Нет, – ответил он. – Не припоминаю.

– Ну вот видишь.

Олеандр прижал ноги к себе, обнял их руками и уложил голову на колени. Он уставил печальный взгляд в пол. Володар со вздохом сел в ближайшее кресло и положил ногу на ногу. Он осмотрел комнату. В этой комнате хранились разнообразные предметы для службы в храме: свечи, чаши, кубки, лампады… Как же все-таки это все бесполезно. Боги все равно не обратят на это внимания. Их не очень-то волнует судьба Элиадроса. Значит, в чем-то Олеандр да прав. Володар взглянул на него. Олеандр все также неподвижно сидел. Володар перевел взгляд на стоящие на столе чаши. Его глаза остановились на чаше долголетия. А ведь, если так подумать…

Володар поднялся на ноги, подошел к столу, взял чашу и внимательно осмотрел ее. Олеандр повернул голову в его сторону. Володар развернулся к Олеандру лицом.

– А что насчет Сангинария? – спросил он. – Что если призвать его? Ты сын бога, ты можешь это сделать.

Олеандр спрыгнул с подоконника и подошел к Володару. Он взял чашу и повертел ее в руках.

– Дух Войны… – произнес задумчиво он.

– Боюсь, ничего у вас из этого не выйдет!

Олеандр и Володар оглянулись на вторую дверь в комнате, которая была не заперта. На ее пороге стояла Милантэ, скрестив на груди руки. Она усмехнулась и прошла в комнату.

– Сангинарий вот уже много лет заточен в темнице духов, – продолжила она. – Я, правда, думала, что вы это и без меня знаете.

Олеандр посмотрел на чашу, а затем поднял глаза на Милантэ и вдруг растянул на лице широкую подозрительную улыбку, которая смутила и Милантэ, и Володара. Они с небольшой долей удивления посмотрели на эльфа. Олеандр развел руки в стороны и подошел к Милантэ

– Да неужели? – протянул он.

Милантэ слегка отступила от него, смутившись этого подозрительного взгляда. Олеандр же не переставал наступать на нее.

– Олеандр… – произнес растерянно Володар, испугавшись за свою жену.

– Но ты ведь как священнослужительница храма Горящего Солнца можешь открыть врата в темницу духов? – спросил Олеандр у Милантэ, не обратив внимания на Володара.

Милантэ попыталась скрыть волнение. Она напряженно стиснула кулаки и важно задрала голову.

– Безусловно! – ответила твердо она, презрительно осмотрев Олеандра с ног до головы.

– Вот и договорились! – воскликнул обрадованно Олеандр.

Он подошел к Володару и вручил ему в руки кубок. Володар растеряно переводил взгляд с Олеандра на Милантэ и обратно, абсолютно ничего не понимая. Олеандр усмехнулся и похлопал его по плечу.

– Скорее, Володар, – сказал он. – Нам нужно незаметно убраться отсюда и как можно скорее.

Глава 18. Темница духов.

Олеандр толкнул врата храма и ступил внутрь. Там его уже ожидала целая толпа священнослужителей и священнослужительниц. У всех у них были длинные до пола мантии, и у всех на головы были накинуты капюшоны. Они радостно приветствовали Олеандра, махая ему руками и свечами.

Олеандра смутили такие радостные и ничем не оправданные восхищения. Он сильнее закрылся капюшоном красной мантии, которая была накинута у него прямо сверху его одежды. Священнослужители были настолько рады видеть его, что стали тянуться к нему руками. Один из них даже схватил Олеандра за рукав. Олеандр тут же вырвал рукав, бросив на схватившего испуганный и в то же время смущенный взгляд.

Кто-то положил Олеандру на плечо руку. Олеандр резко обернулся на смельчака, но оказалось, что это всего лишь Володар. Поймав на себе испуганные глаза Олеандра, Володар тут же убрал руку с его плеча.

– Все в порядке? – спросил он.

– Чего им всем нужно от меня?.. – сказал Олеандр, пугливо осматривая радостную толпу.

– Не знаю, – пожал плечами Володар, отогнав от Олеандра настойчивого маленького священнослужителя. – Может, они тебя с кем-то спутали? А может, они просто рады тому, что их храм навестил сам сын Элдараса. Храм же все-таки ему посвящен.

Олеандр молча взглянул на Володара и ускорил шаг, еще сильнее натянув капюшон на голову. Он подошел вплотную к алтарю и поднялся по ступеням на небольшое возвышение. На возвышении стоял золоченый аналой. На него была возложена большая и толстая книга, обложка которой была украшена драгоценными каменьями. Олеандр провел по обложке книги рукой.

К аналою со стороны алтаря подошла Милантэ. На ней была черная мантия с золотой вышивкой на груди в виде огромного солнца и сложным орнаментом по краям. Милантэ изучающе осмотрела Олеандра, а затем посмотрела на ликующую толпу позади него. Она пораженно с тихим свистом выдохнула и снова взглянула на Олеандра.

– Где ты достал эту мантию? – спросила она.

Олеандр взволнованно осмотрел мантию, а затем поднял глаза обратно на Милантэ. Он непонимающе посмотрел на девушку.

– Она как-то некрасиво на тебе смотрится, – пояснила Милантэ. – Велика, по-моему. Получше мантии найти не мог? – Олеандр снова рассеянно осмотрел мантию. Милантэ отмахнулась рукой. – Да, ладно. Проехали уже.

Она повернула книгу, лежащую на аналое, к себе и принялась листать ее в поисках нужной страницы. Олеандр внимательно следил за ее руками, которые очень быстро и ловко листали страницы. Милантэ хорошо знала свое дело. Она свободно ориентировалась среди сотен страниц так, будто знала эту книгу наизусть. Наконец девушка нашла нужную. Она повернула книгу обратно к Олеандру. На открытом развороте была изображена печать в виде солнца и прописано заклинание, позволяющее ее снять.

Милантэ подала знак двум священнослужителям. Они подошли с двух сторон к алтарю и разожгли огонь внутри золотых чаш с углями. Милантэ повернулась обратно к Олеандру.

– А теперь ты должен прочесть это заклинание. – Она ткнула пальцем в книгу. – И все. Больше ничего не нужно.

– А почему я? – осторожно поинтересовался Олеандр, растерянно посмотрев по сторонам. Позади него не переставала ликовать толпа.

– Только ты можешь снять печать с врат в темницу духов, – ответила Милантэ.

– Я? – изумился Олеандр. – Каким образом? Я ни разу в жизни не делал этого!

Милантэ со вздохом закатила глаза.

– Открыть врата в темницу духов могут лишь те, кто родился в обители богов или обитал там с начала сотворения мира, – пояснила Милантэ. – Ты сын Элдараса. Ты родился там, а значит, ты можешь снять печать с врат.

– Но ты же говорила, что можешь открыть врата сама, – заметил Олеандр, неловко потупив глаза.

– С твоей помощью конечно же! – воскликнула Милантэ, а затем, заметив, как растерян Олеандр, улыбнулась и положила ему руку на плечо. Олеандр вздрогнул. Она заглянула ему в глаза. – Эй, хорош хандрить. Все будет путем! Ну, мне так по крайней мере кажется.

Олеандр недоверчиво посмотрел на нее в ответ. Она вздохнула, похлопала его по плечу и отступила от него на несколько шагов. Он проследил за ней своим потерянным взглядом. Милантэ встала возле Володара. Олеандр по-прежнему не сводил с нее глаз. Милантэ усмехнулась.

– Ну что ты на меня смотришь? – развела руками она. – Действуй. Тебе всего лишь нужно прочесть заклинание. В этом ведь нет ничего сложного.

Олеандр был потерян, вовсе не потому что боялся выполнять какие-либо действия в храме отца, а потому что боялся последствий своих действий. Ну вот явится перед ним Дух Войны, и что он будет делать? Он ведь даже толком-то не знает, как выглядит Сангинарий. Раз Сангинарий – Дух Войны, то он, наверное, просто огромный и устрашающий. Станет ли Дух Войны слушать какого-то там эльфа с семейными распрями? Нет, он просто сметет его со своего пути!

Олеандру было гадко от таких мыслей. У него аж по телу побежала неприятная дрожь. Он сильнее натянул широкие рукава мантии и стиснул кулаки, чтобы унять дрожь и скрыть ее тем самым от глаз существ, радующихся за его спиной. Олеандр склонился над книгой. Перед глазами все плыло. Он никак не мог сосредоточиться на тексте. Строки попусту сливались в единые размытые черные полосы.

– Всеми планетами и мирами… – прочитал он наконец дрожащим голосом.

– Громче, – сказала Милантэ. Олеандр пугливо взглянул на нее. Она слабо улыбнулась ему. – Надо чуть погромче.

Олеандр снова уткнулся в книгу.

– Звездами и луной, – прочитал он, слегка повысив голос, который у него все также дрожал, – великим Элдаром, я повелеваю тебе: сними печать с врат и вскрой проход в темницу духов!

Олеандр выдержал неловкую паузу. Его взгляд снова пытался сфокусироваться на тексте. На лбу выступил пот, рукава мантии намокли. Он шумно сглотнул слюну. Он собрался с последними силами и громко произнес:

– Пусть благословят меня боги, и выйдет наружу тот, кого желаю я видеть пред собою!

Толпа в смятении замолкла, и его слова подхватило эхо. Олеандр смущенно осмотрелся по сторонам. Все напряженно посмотрели на врата алтаря. Странная тишина окутала зал. Милантэ и Володар непонимающе переглянулись. Прошло несколько секунд, а так по-прежнему ничего не произошло. Олеандр грустно вздохнул и расслабленно опустил руки.

Вдруг печать в виде солнца на вратах воспламенилась. Это произошло так резко, что Олеандр в испуге чуть не свалился с возвышения. Из толпы послышались удивленные возгласы. Печать начала медленно поворачиваться по часовой стрелке. Она повернулась на сто восемьдесят градусов и углубилась во врата. После этого врата тут же резко распахнулись внутрь зала и из них вырвался бешеный ветер, несший с собой пепел. Олеандр зажмурился и, чтобы защититься от ветра, сложил руку в локте над головой. Он в ожидании не сводил глаз с алтаря. Толпа тоже с интересом смотрела в ту сторону. Ветер постепенно стих. Вместо него на пороге алтаря поднялась завеса дыма. За ней не было видно абсолютно ничего.

Олеандр ощутил жар, исходящий из глубины портала. Благо, он создал вокруг себя магическую защиту, не позволяющую ему так просто сгорать на солнце. Думаю, вы знаете, что альбиносам вредно попадать под лучи солнца. Здесь, конечно, было не солнце, но что-то близкое к этому.

На пороге алтаря показался силуэт человека. Человек был очень высоким и едва не касался головой косяка алтаря. По телу Олеандра пробежала неприятная дрожь. Он слегка отступил назад. Новоприбывший ступил в зал. Дым начал постепенно рассеиваться, и на вошедшего упали лучи света, проникающие сквозь витражи окон. Они осветили лицо гостя. Оно, грубое и суровое, было испещрено множеством разнообразных рисунков. Хищные красные глаза с вертикальными зрачками-палочками заинтересованно бегали по залу. Лицо Сангинария обрамляла густая грива рыжих волос. В руках он сжимал золоченый посох. Также Олеандр заметил на его запястьях золотистые оковы с обрывками цепей.

Толпа испуганно уставилась на духа. Он улыбнулся и прошел в зал еще на два шага. Священнослужители в страхе отступили от него.

– Кто освободил меня? – спросил восторженно Сангинарий. Голос его был очень низким и напоминал собой нечто среднее между мурлыканьем и рычанием. – Кто это сделал? Ты, – он указал концом посоха на одного из священнослужителей. Священнослужитель испуганно помотал головой. Сангинарий перевел посох на другого. – Может, ты? – Этот священнослужитель тоже помотал головой. Сангинарий перевел посох на третьего. – Или нет, ты? – Третий священнослужитель тоже интенсивно замотал головой. Сангинарий опустил посох и обвел толпу своим хищным взглядом.

– Кто же тогда это сделал? – спросил он. – Кого я должен благодарить?

Сангинарий облизнул языком длинные вампирские клыки. Священнослужители испуганно отошли от него еще на пару шагов. Они дружно указали в сторону Олеандра. Сангинарий медленно развернулся лицом к эльфу и расплылся в улыбке. Олеандр так и замер на месте, не в силах пошевелиться. Вот так подстава. Его широко распахнутые глаза встретились с горящими восторгом глазами духа.

– Тебя, – промурлыкал удовлетворенно Сангинарий и направился в сторону Олеандра.

Олеандр нашел-таки в себе силы, чтобы отступить от аналоя на три шага. Сангинарий подошел вплотную к аналою. Он откинул его одной рукой в сторону, чтобы прочистить себе дорогу. Аналой с громким треском грохнулся на пол. Священнослужители в страхе отступили от Сангинария еще на несколько шагов. Сангинарий, словно скала, возвысился над беспомощным Олеандром, который в страхе весь сжался.

– С какой же целью ты это сделал? – спросил ласково дух.

Олеандр беспомощно осмотрелся по сторонам, а затем поднял на Сангинария жалобный взгляд. Ему было настолько страшно, что он просто не мог произнести что-то членораздельное. Сангинарий с широкой улыбкой на лице ожидающе смотрел на него.

– Я… – выдавил из себя Олеандр, теребя широкие рукава мантии. – Я…

– Ну? – поторопил его Сангинарий.

– Мне нужна помощь… – проговорил еле слышно Олеандр, потупив взгляд в пол.

Сангинарий склонился над ним и попытался заглянуть ему в лицо, которое скрывали длинные белые пряди.

– А почему ты решил, что я помогу тебе? – спросил он.

– Ну я же помог тебе… – произнес неуверенно Олеандр, взглянув на Сангинария сквозь длинные волосы. – Я же освободил тебя. Услуга за услугу.

Тут Сангинарий вдруг рассмеялся, что напугало Олеандра еще сильнее. Он посмотрел на стоящих в толпе Володара и Милантэ в поисках поддержки, но они выглядели не менее растерянными и напуганными. Олеандр перевел взгляд обратно на Сангинария, который не прекращал заливаться смехом.

– Может быть, я и помог бы тебе, – сказал, отсмеявшись, Сангинарий, – да только ты не освободил меня. Моя магия, как и прежде, ограничена. – Он показал Олеандру оковы на руках. Обрывки цепей на них на мгновение с помощью магии соединились между собой, а затем снова размагнитились и расслабленно повисли. – Я ничем не могу тебе помочь.

Олеандр совсем упал духом. Что же теперь делать-то? Все было зря! Нет теперь ему никакого спасения! Хотя, может, Сангинарий сможет помочь ему и без магии. Он же все-таки Дух Войны…

Сангинарий какое-то время молча разглядывал эльфа загадочным взглядом, а затем вдруг спросил:

– Мы раньше не встречались?

Олеандр удивленно вскинул брови. Это прозвучало так неожиданно и странно. Откуда ему, простому смертному, знаться с Духом Войны. Безусловно, он много о нем слышал, но чтобы встречался с ним лично… Нет. Такого точно не было. Олеандр испуганно помотал головой, после чего заметил на лице Сангинария небольшую долю удивления, которая мгновенно сменилась на сладкое удовлетворение.

– Оу, – протянул обрадованно дух. – Значит, они решили оставить это в тайне.

Эти слова заставили Олеандра напрячься. Что это все значит? Они с Сангинарием были знакомы? Но этого же просто не может быть! Невозможно! Он видел Сангинария впервые в жизни и был уверен в этом на все сто процентов.

– Я… – начал было Олеандр, но Сангинарий прервал его:

– Тсс… – Он приложил палец к губам.

– Что?

– Тихо! Замолчи!

Сангинарий осторожно приложил руку ко лбу Олеандра. Олеандр ощутил, как его мозг постепенно заволакивает, глаза сами невольно закрылись, и он мгновенно погрузился в сон.

Глава 19. Страна Снов.

Повсюду был белый туман, который застилал глаза, не позволяя тем самым Олеандру понять, где он находится. Олеандр выставил руки перед собой и попытался применить заклинание, но, похоже, в этой области его магия не работала, потому что, сколько бы усилий он не прилагал, ничего не менялось. Интересно, а куда подевался посох? Наверно, он оставил его в замке. Ну это же надо! Как это глупо! Надо было взять его с собой!

Олеандр решительно двинулся вперед и тут же врезался во что-то твердое. Он схватился за нос, которому досталось сильнее всего, осторожно вытянул руку перед собой и дотронулся до того, во что врезался. Неровная поверхность, испещренная тонкими прожилками.

– Осторожно, дерево, – произнес кто-то над Олеандром.

Олеандр поднял глаза. Туман немного рассеялся, и он различил в ветвях дерева смутный силуэт. У силуэта были большие черные глаза, которые внимательно смотрели на него.

– Ты бы руки по-прежнему держал перед собой, – посоветовал этот некто. – Тогда уменьшишь вероятность столкновения. Логично же. Если не видишь дороги, полагайся на другие свои чувства.

– Где я? – рассеянно развел руками Олеандр. – И кто ты такой?

Незнакомец слегка подался вперед, и ветки под ним громко затрещали, отчего в мыслях Олеандра промелькнуло: как они вообще до сих пор удерживали этого типа и не сломались.

– В данный момент ты находишься в алтаре храма Горящего Солнца, – ответил сидящий наверху.

Олеандр непонимающе осмотрелся по сторонам, а затем снова поднял глаза на верхушку дерева. Незнакомец так и не сводил с него глаз.

– Чего? – произнес Олеандр удивленно подняв одну бровь. – В смысле?

Незнакомец засмеялся. Ветки снова затрещали, и от этого Олеандру стало вовсе как-то неловко. Он подумал о том, как бы его собеседник от смеха случайно не свалился с дерева.

– Ты спишь, – ответил незнакомец.

– Оу, ясненько. И что мне нужно сделать, чтобы проснуться? – спросил Олеандр.

– Ничего, – ответил незнакомец. – Сам проснешься, когда придет время.

Олеандр задумчиво кивнул.

– И все же, кто ты такой? – спросил он. – И как ты посмел вторгнуться в мой сон!

Незнакомец снова засмеялся и ловко спрыгнул с дерева. Только сейчас Олеандр заметил, что незнакомец был довольно высокого роста, и эльф вновь удивился тому, как тот смог залезть на дерево и как это самое дерево его вообще удерживало. Незнакомец выпрямился во весь рост и туман возле него расступился в стороны. Олеандр изучающе осмотрел его с ног до головы.

У незнакомца были копыта и хвост – следовательно, он дух. На нем была свободная одежда с широкими рукавами. Он часто кутался в свой длинный плащ так, будто ему было холодно. Как уже было подмечено ранее, у незнакомца были большие глаза, не имеющие белка. Они были полностью заполнены черным, что придавало его виду несколько загадочности. Его юное лицо – да, незнакомцу на вид было лет двадцать – обрамляли голубые локоны. Они переливались словно волны буйной речки, такие гладкие и водянистые. Незнакомец улыбнулся и развел руки в стороны.

– Я Создатель Сновидений! – сказал радостно он. – Дух Снов и покровитель умов существ!

Создатель возвысился над Олеандром, радостно взглянув на него сверху вниз так, как король смотрит на своего верного слугу.

– Оу, – выдохнул пораженно Олеандр, а после вспомнил, что много слышал о Создателе от своего наставника Композитора. Эльф тоже медленно расплылся в улыбке. – Погоди-ка, ты тот самый дух, который спрятался за морями в своей стране и с тех самых пор не вмешивался в дела Элиадроса, даже когда тебя просили о помощи другие духи и существа?

Создатель нахмурился, а Олеандр в свою очередь тут же расхохотался. Создатель сердито фыркнул.

– Это сильное заявление, – подметил он, но это все равно не остановило Олеандра, а смущение духа развеселило эльфа только сильнее. Создатель неловко посмотрел по сторонам. – Перестань. Ты заставляешь меня чувствовать себя крайне неловко.

– Ладно, ладно. – Олеандр перестал смеяться, однако улыбка с его лица так и не сошла, но тут он внезапно вспомнил о том, что угрожает ему за пределами сна. Погодите, а ведь если Создатель – брат Композитора, то он, скорее всего, тоже враг. От этого Олеандру стало как-то страшновато находиться рядом с Создателем, и он осторожно поинтересовался у него: – Так, значит, ты брат Композитора?

Создатель молча кивнул. Олеандр задумался, пытаясь придумать вопрос, при помощи которого можно было бы узнать от Создателя то, что тот о нем знает.

– И много ты обо мне знаешь? – тупо спросил он после нескольких секунд молчания, не придумав ничего лучше.

– Полагаю, достаточно, чтобы называться твоим вторым учителем, – ответил Создатель.

– Вторым учителем? – переспросил непонимающе Олеандр.

– Думаю, ты сейчас находишься не в том положении, чтобы отказываться от моих уроков, – сказал Создатель. – Я бы на твоем месте не отказывался.

Олеандр удивленно приоткрыл рот. Так, значит, он в курсе всего?! Или он говорит только о снах? Хотя сон-то у него обычный. Ничего примечательного.

– Так ты знаешь все? – спросил Олеандр.

– Это смотря что ты подразумеваешь под всем, – ответил с улыбкой Создатель.

– И что ты теперь со мной сделаешь? – поинтересовался испуганно Олеандр.

Создатель удивленно поднял одну бровь.

– Это прозвучало довольно странно, – заметил он. – Что ты имеешь в виду?

– Ты убьешь меня? – Олеандр пугливо посмотрел на него снизу-вверх.

– Нет, глупый, – засмеялся Создатель. – С чего ты вообще это взял? Я что, похож на убийцу?

– Но ведь я… – начал было Олеандр.

Создатель отмахнулся рукой.

– Ой, да перестань! – сказал он. – Я знаю о тебе куда больше, чем ты сам о себе знаешь. И вообще, я уже сказал, что хочу преподать тебе урок.

Олеандр сделал несколько шагов назад, испуганно посмотрев на духа. Создатель со вздохом закрыл лицо.

– Да я не это имел в виду, – сказал он. – В смысле, я хочу научить тебя чему-нибудь, а если быть точнее, то сливаться со временем воедино.

– А ты так умеешь? – засомневался Олеандр.

– Разумеется, умею! – воскликнул Создатель. – А иначе как бы я тебя научил тому, чего сам не умею.

– А почему тебе так хочется научить меня чему-то? – Олеандр подозрительно сощурил глаза.

– Нууу… – протянул Создатель, смущенно почесав затылок. – Полагаю тебе это умение пригодится, когда ты проснешься.

– На что это ты намекаешь?

– Всему свое время! – тут же ответил Создатель. – Ну так что насчет урока?

– Боюсь, что мне все равно деваться некуда, – пожал плечами Олеандр, осмотрев окружающий их туман.

– Вот и договорились! – обрадовался Создатель.

Он отошел от Олеандра на несколько шагов и развел руки в стороны. Туман, как по команде, словно занавес, раздвинулся, открыв эльфу бескрайние просторы моря. Олеандр закрылся рукой, поскольку лучи солнца отразились от зеркальной глади воды и ударили ему прямо в глаза. Он поразился тому, насколько же кристально чистая была она в этом море. Создатель расплылся в улыбке, уставившись на Олеандра своими угольными глазами. Олеандру же стало как-то не по себе. Он сейчас чувствовал себя таким уязвимым. В тумане ему было хоть немного уютнее.

– Итак, – произнес Создатель, – что мы знаем о времени?

– Оно постоянно находится в движении, – тут же ответил Олеандр.

– Верно, – кивнул Создатель. – Оно постоянно движется, но при этом остается на месте также, как и мысли в нашей голове. – Он приложил пальцы к вискам. – Чтобы стать со временем единым целым, ты должен выкинуть все мысли из головы. Ну, вообще ни о чем не думать.

– А разве такое возможно? – удивился Олеандр.

– Я постоянно так делаю, – ответил Создатель.

– Оно и видно, – вздохнул Олеандр.

– Да ты попробуй! Тебе понравится!

– Да?.. – произнес с сомнением Олеандр и все же осторожно ступил в воду. Она была ему по колено. Не такое уж и глубокое оказалось это море. Олеандр, неуверенный в себе, обернулся на Создателя. Создатель не сводил с него любопытных глаз. Олеандр тут же отвернулся обратно и стиснул кулаки.

– Ну что ты вытворяешь! – воскликнул Создатель. Олеандр снова обернулся на него. – Ты же напрягаешься, а нам это сейчас вовсе ни к чему! Ты должен расслабиться. Давай! Это, думаю, сделать вообще несложно.

Звучало это действительно просто, но на деле все оказалось тяжелее. Олеандр не мог просто расслабиться. Как это сделать в такой ситуации? Во внешнем мире у него куча врагов, а еще он призвал Духа Войны и даже понятия не имеет, где в данный момент находится сам. Мало ли чего там этот дух задумал. У него была такая подозрительная улыбка на лице… Нет. Как можно просто взять и забыть обо всем этом и расслабиться?

– Представь себе, что ты рыбка, – предложил Создатель так, будто мог услышал его мысли.

– Что? – спросил удивленно Олеандр.

– Рыбки глупые, а потому беззаботные, – пояснил Создатель и сел на камень. – Плавают себе среди волн. Вот и ты представь себе, что ты рыбка, плавающая в океане. Что никто за тобой не охотится, никто не пытается тебя убить. Ты просто живешь себе и все.

– Рыбка? – Олеандр горько усмехнулся и покачал головой. – Это звучит так глупо. Ты точно Дух Снов? А то меня уже начали терзать сомнения насчет твоих слов о покровителе умов существ.

– Ты сомневаешься в моих словах? – спросил серьезно Создатель. Он бросил на Олеандра такой взгляд, от которого у того пробежала по телу неприятная дрожь. Эльф отвернулся от духа.

«Попробовать? – промелькнуло у Олеандра в голове. – Может, оно действительно работает»

Олеандр неуверенно закрыл глаза и постепенно очистил сознание. Подул легкий ветерок и взъерошил его волосы. Олеандр почувствовал, как вместе с ветром в его голову забралось чье-то постороннее сознание. Такое чистое и такое быстрое. Олеандр просто не успевал за ним, но он решил и не прилагать усилий. И действительно, стоило ему бросить все попытки, как чужое сознание тут же соединилось с его сознанием, и они стали единым целым. Олеандр ощутил небывалую мощь.

Он открыл глаза и осмотрелся по сторонам. Ничего не изменилось. Тогда Олеандр ударил по глади воды, заставив капли взметнуться в воздух, после чего по велению его сознания время стало идти медленнее. Капли словно замерли в воздухе. Олеандр провел рукой и разрезал одну из них пополам. Он рассмеялся, не веря своим глазам. Однако чужое сознание почти тут же покинуло его голову, и вода мгновенно плюхнулась обратно. Но Олеандру хватило и этого.

– Думаю, это умение поможет мне справляться с несколькими противниками одновременно, – произнес он. – Это так просто.

Олеандр обернулся, но Создателя не было на том месте, на котором он находился прежде. Олеандр рассеянно осмотрелся по сторонам.

– Учитель?

Постепенно все начал окутывать туман, подступая все ближе к Олеандру. Он застелил ему глаза, закрыв окружающую картину целиком.

Глава 20. Правда о происхождении.

Олеандр медленно открыл глаза и тут же зажмурился. Кругом было очень светло, и свет бил прямо в глаза. Олеандр хотел было закрыться рукой, но тут же понял, что не может двигаться. Какая-то сила сжимала его тело и конечности, не позволяя тем самым шевелиться. Только шея и голова не были облучены заклинанием, и Олеандра была возможность осмотреть себя и окружающую обстановку, потому то он и понял, что не связан. Довольно мощное заклинание. Олеандру еще прежде не приходилось сталкиваться с подобным. Какая-то вообще незнакомая магия, будто не из мира сего.

Олеандр откинул голову назад и понял, что он подвешен в воздухе в горизонтальном положении над столом. Вокруг него стояли какие-то фигуры в черных плащах и накинутых на головы капюшонах, закрывающих лицо. По своему телосложению они не были похожи ни на эльфов, ни на людей. Это Олеандр понял сразу. Наверное, то были огненные вампиры. Но разве они не должны быть внутри солнца? Они же вроде отвечают за его механизм.

Из тени на свет не спеша вышел Сангинарий. Он медленно расплылся в зубастой улыбке.

– Наконец-то! – воскликнул он. – Ты проснулся!

Олеандр до сих пор не мог привыкнуть к свету, который наполнял алтарь, а потому он смотрел на Сангинария полуприкрытыми глазами. Да и не очень было удобно смотреть на своего собеседника, который стоит для тебя вверх ногами.

– Что происходит?.. – произнес нерешительно Олеандр.

Сангинарий усмехнулся и двинулся вдоль зала. Олеандр пытался следить за ним, но в его положении проделывать подобное было очень трудно.

– Олеандр, знаешь ли ты, кто твой отец? – изрек Сангинарий.

– Чего? – спросил Олеандр, окончательно растерявшись. Он никак не ожидал данного вопроса, и вообще это прозвучало довольно странно. С чего это вдруг Дух Войны интересуется его родословной? – Конечно знаю. Это же нелепо! Почему ты спрашиваешь меня об этом, и почему ты подвесил меня в таком странном положении? Мне даже смотреть на тебя неудобно, не то что говорить с тобой.

– Ты уверен? – спросил Сангинарий. Он будто даже и не услышал то, что Олеандр сказал после слов «конечно знаю».

Тут Олеандра охватили сомнения. Он какое-то время молчал, а затем осторожно поинтересовался:

– А почему ты спрашиваешь? – Ему стало как-то страшновато. Что задумал этот дух?

– И кто же, по твоим предположениям, твой отец? – спросил Сангинарий. Он обходил Олеандра уже по второму кругу.

– Эм… – произнес смущенно Олеандр. Ему вконец стало совсем неловко, и он подумал, что сейчас по любому ляпнет какую-нибудь глупость. – Элдарас…

– А вот и нет! – крикнул вдруг Сангинарий. Своим неожиданным вскриком он напугал еще сильнее и так уже и без того перепуганного бедного эльфа. Олеандр стыдливо закусил губу. Сангинарий остановился на месте.

– Это было только между мной и Элдарасом, – продолжил он. – По-видимому, до сих пор никто кроме нас так об этом и не знает. Что ж, думаю, пришло время развеять твое неведение. Олеандр, твой отец не Элдарас. Твой отец я.

Данное заявление ввело Олеандра в ступор. Он хотел было что-то возразить, но от охватившего его удивления не смог произнести ничего членораздельного. Сангинарий усмехнулся.

– Ну конечно! – сказал он. – Ты удивлен. Но у тебя вряд ли вообще есть какие-либо основания верить мне.

– Действительно… – тут же согласился Олеандр. Что вообще это за бред? Не может быть такого!

– Но ты не волнуйся, – ответил Сангинарий. – Я просвещу тебя. Иначе так будет нечестно, да и вообще неинтересно.

Олеандр откинул голову назад и уставился на Сангинария, который остановился возле окна. От поступающего через окно света был виден лишь обведенный по контуру черный силуэт духа. Сангинарий повернул голову в сторону эльфа, и его красные глаза хищно сверкнули на фоне черноты.

– Я расскажу тебе все с самого начала, – произнес он и начал свое повествование: – В начале Второй Эпохи Элиадроса боги, Элдарас и Илларадрусс, решили создать нового императора, который будет править этой необъятной землей. – Сангинарий указал рукой на витраж, изображающий богов. Элдарас держал в одной руке солнце, а другой гладил дракона по голове, Илларадрусс же держал в одной руке луну, а другой рассыпал по небу звезды. – Думаю, как ты и сам знаешь, Илларадрусс создал Аскольда и хотел, чтобы тот мудро правил империей, поскольку он вложил в него не только все самые наилучшие качества лидера, но и всю свою любовь. – Сангинарий подошел к другому витражу. Олеандр с трудом смог разглядеть витраж краем глаза. Повернуть полностью голову в ту сторону в данном положении было просто невозможно. На витраже был изображен Аскольд, на голову которому Илларадрусс возлагал корону. – Элдарас вроде как даже ничего не имел против, но я, как Дух Войны, просто обязан был посеять вражду между братьями. – Глаза Сангинария вновь сверкнули, и Олеандру даже вроде как удалось уловить на его лице блеснувшую улыбку. – Тогда я сказал Элдарасу, что это нечестно. Почему Элиадросом должен править сын Илларадрусса? Выслушав все приведенные мной доводы, Элдарас согласился со мной, и именно тогда я и создал тебя. – Сангинарий указал рукой на Олеандра. – Дальше, полагаю, ты и без меня прекрасно знаешь, что народ Элиадроса невзлюбил тебя, и что вместо тебя мне пришлось создавать Аладара… Хотя, должен признать, что ты просто великолепно справлялся со своей задачей. Тут не поспоришь.

Перед Олеандром в одно мгновение промелькнули все его прегрешения. Ему стало даже как-то неловко от того, что Сангинарий обо всем этом знает, что Сангинарий все это время следил за ним. Олеандр стыдливо отвел взгляд в сторону, но затем почти тут же снова испуганно уставился на духа. Сангинарий отошел от окна, и теперь Олеандр смог разглядеть его лицо. И эльф не ошибся, Сангинарий действительно улыбался, однако улыбка с его лица постепенно сползла.

– Но я немного прогадал, – сказал Сангинарий. – Боги, вместо того чтобы злиться друг на друга, выместили весь свой гнев на мне. Они ограничили мою магию и заточили меня в темнице духов. Я теперь даже обличье свое менять не могу! – Он развел руками, намекая Олеандру на то, что он недоволен тем обликом, которое принимает его телесная оболочка в данный момент. Олеандр непонимающе сощурил глаза. Он не понимал, к чему все это сейчас излагал Дух Войны.

Сангинарий, уловив это недопонимание на лице своего собеседника, со вздохом опустил руки и усмехнулся.

– Но я кажется знаю, что нужно сделать, чтобы исправить это недоразумение, – пояснил он.

Сангинарий подошел к Олеандру вплотную и склонился над его лицом. Олеандру стало не на шутку страшно. Дух находился так близко, и у него было такое подозрительное выражение лица. Он явно задумал что-то нехорошее. Сангинарий провел рукой по щеке Олеандра. Олеандр задышал громче. Одно только прикосновение духа заставило по его телу пробежаться неприятной дрожи.

– Я полагаю, что, чтобы избавиться от этого «проклятия», мне просто нужно уничтожить источник всех проблем в империи, – сказал Сангинарий. – И да, я имею в виду тебя.

Олеандр с ужасом выпучил глаза. Он отчетливо стал слышать каждый стук своего сердца, которое забилось с бешеной скоростью. Нет, нет, нет… Что такого мог сделать он, чтобы натравить против самого себя Духа Войны? Олеандр попытался сопротивляться, но конечности были намертво скованны. От его усилий не изменилось абсолютно ничего. Сангинарий – по-видимому, он понял, что Олеандр пытается разгадать сложный механизм его заклинания – оскалил свои острые зубы в улыбке.

– Пойми, Олеандр, – промурлыкал удовлетворенно он, – от твоей смерти будет куда больше пользы, чем от твоей жизни. Если этого не сделаю я, то рано или поздно это сделает кто-то другой. В этом мире нет никого, кто стал бы бороться за твою жизнь.

А ведь Сангинарий был в чем-то прав. Куда бы Олеандр ни пошел, у него везде были враги. Все желали ему только смерти. Все, кроме разве что Володара и… Аристарха. Хотя, кто знает, как Аристарх стал относиться к Олеандру, после того, как узнал, что Олеандр все это время обманывал его.

Олеандр пугливо посмотрел в глаза Сангинарию. Чтобы что-то возразить, у него не было аргументов, да и не хватало смелости. Сангинарий взялся руками за его голову и с интересом осмотрел его лицо.

– А ты стал красивым, – заметил он. – Совсем как Аладар. Мне помнится, ты раньше выглядел иначе. Я даже сперва не узнал тебя. Хорошая маскировка. – Сангинарий погладил его волосы. – Но, боюсь, она тебя не спасет.

Сангинарий отпустил голову Олеандра, обошел его и встал с левого боку от него. Олеандр замотал головой и застонал. Сангинарий взял из рук одного из вампиров свой золоченый посох и приставил его острие к шее Олеандра.

– Ну что? – произнес довольно он. – Как ты предпочтешь умереть?

Олеандр снова застонал, совсем отчаявшись. Вот так значит все и закончится? Но этого же просто не может быть. Хотел попросить о помощи духа, а в итоге умрет от его же рук!

Но тут внезапно в зал с рыком влетел Нортер. Олеандр тут же резко повернул голову в ту сторону, едва не свернув себе шею, и сперва даже не поверил своим глазам. Нортер сжимал в лапах его посох. Руноми тут же бросил посох на жертвенный стол под Олеандра, а сам с рыком набросился на лицо Сангинарию. Олеандр невольно рассмеялся, наблюдая за тем, как Сангинарий, нелепо размахивая руками, пытается сбросить животное с себя, а то, в свою очередь, раздирает когтями его лицо до крови.

Олеандр почувствовал, что магические путы, доселе сковывающие его тело, ослабли, поскольку дух отвлекся. Олеандр сумел пошевелить правой рукой. Он без промедления убрал ее за спину и направил ее против лежащего на столе посоха. Олеандр медленно закрыл глаза и стал шевелить губами, неслышно проговаривая заклинание. Посох затрясся и мгновенно примагнитился к его руке. С посохом Олеандр без труда смог разорвать магические невидимые нити и вскочить на ноги.

Вампиры, когда в зал ворвался незваный гость, совсем растерялись, непонимающе глядя на своего повелителя, но, заметив освободившегося пленника, тут же собрались с мыслями и бросились на него со всех сторон. Олеандр вовремя вспомнил об уроке Создателя. Он снова закрыл глаза и представил себе, что все происходящее вокруг несущественно, абсолютно неважно. В его сознание тут же забралось то самое чужое сознание, быстрое и непостижимое.

Олеандр открыл глаза. Все словно замерли на месте. Вампиры, Сангинарий и Нортер. Они будто превратились в статуи, правда в не очень удачных позах. Олеандр прижался к столу и проскочил под вампирами, которые замерли в прыжке. Чужое сознание покинуло его голову и все вновь пришло в движение.

Вампиры приземлились на жертвенный стол и врезались друг в дружку. Они недовольно зашипели друг на друга. У некоторых упали с голов капюшоны, и Олеандр смог разглядеть их лица. У вампиров были у кого красные, у кого рыжие волосы, кожа у них была немного темнее, чем у людей или эльфов. Глаза у каждого были красные, прям точь-в-точь такие же, как и Сангинария, но вот клыки у вампиров были немного длиннее, чем у их повелителя. Они у них торчали из-под верхней губы.

Олеандр повертел в руке посох колесом и засмеялся. Вампиры повернулись в его сторону. Он жестом подозвал их нападать. Один из вампиров обнажил меч. Красный клинок блеснул в лучах солнца. Вампир пошел в наступление. Олеандр завертел посохом быстрее. Вампир нанес несколько смертельных ударов, но Олеандр без труда отбил их посохом, после чего запустил его, словно бумеранг. Посох сбил вампира с ног и вернулся в руки к своему хозяину.

Олеандр направил посох на поверженного противника и с помощью заклинания поднял его обратно на ноги. Вампир по-прежнему сжимал в руках свой клинок. Олеандр управлял теперь вампиром, словно марионеткой. Он заставил его пойти в сторону своих сородичей. Олеандр взмахнул рукой вампира, в которой был меч, и срубил другому вампиру голову. Вампиры испуганно отступили от своего сторонника, который не переставал по велению Олеандра размахивать мечом. Они не хотели причинять вампиру вреда, поскольку он был одним из них. Вампир же в свою очередь изящным взмахом отрубил второму вампиру руку по плечо.

Но тут внезапно один из вампиров, который был самым высоким и, по-видимому, самым старшим и умным среди них, вышел навстречу марионетке. Он выставил руки вперед, и из них вырвалось какое-то мощное заклинание. Олеандр аж вскрикнул и едва не выронил посох из рук, поскольку по посоху пробежала какая-то неприятная обжигающая волна. Магия, удерживающая вампира-марионетку, ослабла, и тот без чувств расслабленно лег на пол. Главный вампир удовлетворенно улыбнулся и двинулся в сторону Олеандра. Их непокалеченных осталось всего двое. Второй вампир испуганно двигался за старшим, скрываясь за его спиной.

Олеандр закусил губу. Он не ожидал, что вампиры знают такие мощные заклинания. Он всегда считал их немного глупее людей и эльфов, ведь по сути еще в Первую Эпоху Элиадроса Сангинарий создавал их для ведения войн, а, как мы прекрасно знаем, воинам не нужно думать: они должны просто беспрекословно выполнять чужие поручения.

Вампир-маг остановился в нескольких шагах от Олеандра. Олеандр крепче сжал посох в руке, готовый к чему угодно. Вампир медленно поднял правую руку и с довольной улыбкой (после того удачно выпущенного заклинания он заметил на лице Олеандра удивление и понял, что имеет над ним некое превосходство) выпустил новое заклинание. Олеандр закрыл глаза и вновь позволил чужому сознанию завладеть им. Он открыл глаза. Все снова замерло. Олеандр пригнулся, чтобы выпущенное заклинание не попало в него и тут же выпустил в ответ свое. Чужое сознание опять покинуло его, и все пришло в движение. Заклинание Олеандра ударило вампиру в лицо, и тот упал на пол, непонимающе глядя перед собой. Пока он не успел собраться с мыслями, Олеандр мгновенно выпустил следующее заклинание. Оно опять же ударило вампира в лицо и заставило его прокатиться по полу, после чего подняло его в воздух и со всей силы швырнуло в стену. Вампир без чувств скатился на пол.

Остался последний вампир. Как показалось Олеандру, он был самым маленьким из них и, следовательно, самым юным. Вампир испуганно замотал головой, когда Олеандр повернулся к нему лицом. Олеандр усмехнулся и использовал против него усыпляющее заклинание.

Сангинарию наконец-то удалось оторвать от своего лица Нортера и отбросить его в сторону. Нортер отлетел от Сангинария на расстояние, удержался на крыльях и не упал, как того хотелось духу. Руноми недовольно зашипел, поднял с пола посох Сангинария и вылетел прочь из зала, оставив духа и эльфа наедине.

Сангинарий вытер рукавом кровь с лица, бросив недовольный взгляд в сторону, где несколько секунд назад скрылся настойчивый зверек. Олеандр, быстро взглянув на замешкавшегося духа, без промедления кинулся в ту же сторону, но не успел он сделать и нескольких шагов в том направлении, как его от пола за шиворот оторвала сильная рука.

– Ой, – невольно вырвалось у Олеандра.

– И куда это ты собрался? – спросил Сангинарий, наклонив голову набок.

Олеандр извернулся и сумел вылезти из мантии, в которую до сих пор был облачен, и тем самым высвободился из руки духа. Как только Олеандр оказался на полу, он тут же вскочил на ноги и попятился от Сангинария. Сангинарий отбросил мантию в сторону и пошел в наступление. Сердце Олеандра забилось с удвоенной силой. Оно буквально стучало о стенку груди, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу. Олеандр пугливо уставился в глаза Сангинарию. Сангинарий подошел вплотную к нему и схватил его за ворот одежды. Дух оскалился, оторвал эльфа от пола и приблизился к его шее, готовый впиться в нее. Олеандр был не в силах пошевелиться, а потому вообще ничего не мог сделать. Он лишь с ужасом наблюдал за Сангинарием, громко вбирая в себе воздух через рот. Олеандр ощутил на своей шее его горячее дыхание и в страхе выронил посох из дрожащих рук.

– Эй ты!

Сангинарий резко обернулся. Олеандр устремил свой взгляд туда же. На входе стоял Аристарх. Он держал в руках посох Сангинария, а на плече у него сидел Нортер. Аристарх сурово посмотрел на духа и приблизился к нему, направив ему в грудь посох. Мальчик был серьезно настроен. Олеандр изумился его смелости. Аристарх, конечно, не раз удивлял его своим поведением, но чтобы так… Сангинарий, по-видимому, тоже не ожидал таких решительных действий от такого маленького человека и удивленно посмотрел на него.

– Пусти его! – приказал Аристарх и ткнул Сангинария посохом.

Сангинарий тут же разжал пальцы. Олеандр никак не думал, что дух так просто сдастся, а потому не очень удачно приземлился на пол. Однако он, не теряя ни минуты, схватил свой посох и резко вскочил на ноги.

Вампиры постепенно начали приходить в себя. Насколько было известно Олеандру, они могли восстанавливаться благодаря лучам солнца, так что даже вампир, которому он отрубил голову, смог приделать ее себе на место. Аристарх непонимающе осмотрелся. Он ни разу в жизни не видел вампиров, а потому не понимал, что сейчас происходит. Пока мальчик отвлекся,Сангинарий внезапно выхватил посох из его рук. Олеандр тут же сорвался с места и устремился к вратам. Сангинарий двинулся следом за ним.

Олеандр выбежал из храма на улицу. Неподалеку его уже ожидал белоснежный единорог. Нортер радостно заржал и встал на дыбы при виде своего хозяина. Олеандр вскочил к нему на спину и поскакал прочь от храма. Толпа, сыпля разнообразными ругательствами, испуганно расступалась перед ним, поскольку его единорог понесся как ошпаренный.

Сангинарий вышел из храма, остановился на пороге и проводил свою жертву хищным взглядом. Единорог и его всадник становились все меньше и меньше.

– Где бы ты ни скрывался, я все равно отыщу тебя, – проговорил вполголоса Сангинарий.

Глава 21. Возвращение в Страну Снов.

Луна всплыла в небо и осветила мирно покачивающуюся на ветру высокую траву и медленно переставляющего по ней ноги единорога. Единорог низко опустил голову, едва не касаясь ей земли. На спине единорога, уложив голову ему на шею, сидел не менее утомленный всадник. Он едва удерживался в седле и чуть ли не спал на ходу. Наконец, единорог остановился на месте, не в силах двигаться дальше. Олеандр все же не удержался, расслабленно свалился с его спины на землю и лишился чувств.

***

Олеандр стоял по колено в воде. Неподалеку от него на камне, сложив ноги по-турецки и зажмурив глаза, сидел Создатель. По-видимому, он медитировал. Олеандр, лишь только завидев его, сразу понял, что это всего лишь сон. Он решительно приблизился к Создателю и слегка коснулся его плеча. Создатель улыбнулся и приоткрыл один глаз.

– Да, Олеандр? – сказал он.

– Должен признаться, что ты был прав, – ответил Олеандр. – И как только ты обо всем догадался?

– Просто запомни, Олеандр, что я всегда прав. Я не могу ошибаться.

Олеандр с улыбкой закатил глаза.

– А ты не преувеличиваешь? – спросил он, подозрительно сощурившись.

– Нет, – ответил серьезно Создатель.

– В таком случае, скажи, а у других есть доступ в твою страну? Ну, например, у Сангинария?

– Не каждому дано побывать в моей стране, – проговорил Создатель. – Большинство может лишь мечтать попасть сюда.

– То есть не может? – уточнил Олеандр.

– Я уже ответил на твой вопрос.

Олеандр задумчиво покачал головой, пытаясь понять, что же означает этот ответ. Создатель с улыбкой ждал от него следующего вопроса. Он будто читал мысли Олеандра и знал уже заранее, о чем тот хочет спросить. Олеандр вздохнул.

– А я могу найти твою страну в реальности? – спросил он.

– Думаю, да, – ответил Создатель, – если постараешься.

Олеандр смущенно посмотрел по сторонам, ожидая какого-то продолжения, но Создатель молчал.

– А можно инструкцию поподробнее? – попросил Олеандр.

Создатель отвел взгляд в сторону и вздохнул.

– Да куда тут подробнее! – воскликнул он. – Разве я похож на того, кто раздает инструкции? Я лет сто не был снаружи – ты думаешь, я помню где находится вход в мою страну? Нет. Ты ошибаешься! Я не помню! – Создатель приложил палец к губам Олеандра, чтобы тот его не перебивал, и уже спокойнее продолжил: – Но, а вообще, просто следуй зову своего сердца, и оно выведет тебя к Источнику Счастья. – Он перевел палец на грудь Олеандру. – И только лишь когда ты раскаешься в своих грехах, то сможешь попасть на другую его сторону, где и находится моя страна.

– Так просто? – удивился Олеандр. Он-то думал, что все будет намного сложнее, а здесь почти ничего делать-то не надо.

Все постепенно начал заволакивать собой туман. Сначала он стелился лишь под ногами эльфа, затем пополз выше и покрыл его собой полностью.

***

Олеандр проснулся оттого, что в лицо ему ударил горячий поток и пепел. Он приоткрыл глаза. Рядом горел костер, а возле костра сидел Аристарх. Олеандр удивленно вскинул брови и осмотрелся. Он сидел под деревом, навалившись на него спиной. Возле его ног игрался с яблоком Нортер. Олеандр попытался подняться на ноги, но понял, что еще слишком слаб и остался сидеть на месте. Аристарх повернул голову в его сторону.

– Ари… – произнес смущенно Олеандр. – Что ты здесь делаешь, и как ты нашел меня?

– Несмотря на то, что ты всю жизнь лгал нам, мы не перестаем проявлять к тебе любовь и заботу, – ответил задумчиво Аристарх. – Поэтому мы здесь, рядом с тобой. – Он бросил Олеандру в руки яблоко. Олеандр неуклюже поймал его и стыдливо закусил губу.

– А как вам удалось одолеть Аскольда? – поинтересовался он. – Вы убили его?

Аристарх какое-то время молчал, сурово глядя на Олеандра. В его карих глазах зловеще отражалось рыжее пламя. Он сердито отвернулся и уставился на тлеющие в костре угли, затем взял с земли палку и поковырял ей их.

– Нет, – ответил он. – Аскольд жив.

Олеандр пораженно выпучил глаза. Он-то был уверен в том, что Аскольд умер. Но как такое возможно?

– Но… – выдавил непонимающе он. – Как?

Аристарх молча засунул руку в карман и вынул из него Онитрикс. Что? Олеандр удивленно уставился на своего сына. Как ему это удалось? Эльф пораженно потянулся рукой к камню, но мальчик прижал камень к себе, бросив на руку эльфа недовольный взгляд. Олеандр опустил руку и обреченно пожал плечами.

– Как пожелаешь, – вздохнул он, а после добавил: – Не понимаю, как тебе это удалось?

– Шкатулка, – ответил равнодушно Аристарх. – Как только Аскольд услышал ее мелодию, тут же замер в недоумении. Мы полагаем, что ты знаешь об этой шкатулке больше остальных, не так ли?

Олеандр стыдливо оглядел вокруг себя траву и решил, что пора бы уже двигаться дальше, поскольку подтверждать догадки Аристарха ему не хотелось. Он, покачиваясь, поднялся на ноги. Аристарх сердито закатил глаза.

– Ну вот опять! – возмутился он.

– Что? – Олеандр притворился, что не понял причины данного возражения.

– Ты опять сбегаешь от ответа, – пояснил Аристарх. – Почему ты так боишься говорить правду?

Олеандр смущенно откусил кусок от яблока, которое все это время держал в руке, чтобы снова не отвечать на вопрос. Аристарх вздохнул.

– И что теперь? – спросил он спокойнее.

– Найду Источник Счастья, – ответил Олеандр, продолжая грызть яблоко, – и переберусь в Страну Снов. Там меня Сангинарий не достанет.

Аристарх решительно поднялся на ноги.

– Мы с тобой, – сказал он.

Олеандр вновь откусил яблоко и помотал головой.

– Нет, Ари, – ответил он. – Я пойду один.

– Ну почему? – протянул разочарованно Аристарх. – Мы нужны тебе.

Олеандр догрыз яблоко, отбросил огрызок в сторону и подошел к Нортеру. Нортер радостно катался на спине в траве. Завидев своего хозяина, он вскочил на лапки. Вокруг него заметались искры, и он мгновенно обратился в белоснежного единорога. Олеандр вскочил к нему на спину. Аристарх подошел к ним и недовольно скрестил на груди руки.

– У нас возникло чувство, что ты нас просто не любишь, – заметил он. – А все, что было до всего этого, являлось частью обмана.

Олеандр нервно усмехнулся.

– Нет, Ари… – сказал он, но не знал, как продолжить, поскольку сам не полностью понимал свое отношение к Аристарху. Он растерянно осмотрелся, пытаясь подобрать нужные слова, но, сколько бы он ни напрягался, ничего подходящего ему в голову так и не пришло.

– Олеандр? – напомнил ему о себе Аристарх, ожидающий ответа.

– Береги себя, – бросил Олеандр и потянул за узды. Единорог громко заржал, сорвался с места и понесся прочь.

– Это не ответ! – крикнул обозленно Аристарх Олеандру вслед.

Олеандр скакал все быстрее и быстрее. Он был уверен, что уж Руноми-то наверняка знает дорогу к своему создателю, а потому полностью положился на него. Однако, Олеандр никак не мог смириться с тем, что бросил Аристарха. Он ведь сам буквально несколько часов назад так боялся за его жизнь, а сейчас просто взял и бросил его одного. Но все же Аристарх оказался куда смелее и находчивее, чем думал Олеандр. Аристарх сумел забрать у Аскольда Онитрикс и не подчиниться его магии. Очень странный мальчик и единственный близкий человек, доверие которого Олеандр так легко утерял. Аристарх назвал его по имени. Он перестал считать его своим отцом, что признавать было больнее всего.

Внезапно единорог споткнулся. Олеандр перелетел через его голову и упал лицом в песок. Он застонал, признав собственную ничтожность, и медленно приподнялся. Перед его лицом на песок мерно накатывали темно-синие волны. Как? Уже? Олеандр сел на колени и обернулся. Вместо единорога на песке сидел руноми и внимательно смотрел на него. Руноми наклонил голову набок. Олеандр снова повернулся лицом к морю. Над волнами низко светила луна. Ее белый свет отражался на поверхности воды.

Олеандр неуклюже поднялся на ноги, но почти тут же упал. Он снова застонал, не сдержался и заплакал. Олеандр закрыл лицо руками, намереваясь укрыться от самого себя, от всего того, что он за всю свою жизнь свершил. Ему было больно сознаться во всем. Он так хотел верить, что это все принадлежит не его рукам. Соврать самому себе, как он всегда делал это с другими. Но, чем больше было лжи, тем больнее становилось. Она не избавляла его от этого.

– Не хотел, – прошептал сквозь слезы он. – Не хотел я. Они сами напросились! Я же никому ничего плохого не сделал! Они первые начали!

Олеандр разрыдался еще сильнее и обнял себя так, словно пытался унять боль в животе. Слезы по щекам потекли ручейками на песок. Олеандр попытался остановить их руками.

– Я был неправ, – прохрипел он. – Я думал, что, если убью ее, мне станет легче. Я думал, что если сделаю ему больно, то моя боль отпустит меня… Но я был неправ. Боль лишь усилилась…

Олеандр немного успокоился. Он шумно сглотнул слюну, закрыл глаза и принялся что-то монотонно нашептывать. Его шепот напоминал чем-то шелест листьев, и он сливался с шумом плеска волн. И чем дольше Олеандр шептал эту молитву, тем спокойнее становилось море. Вскоре вовсе все волны полегли, и море разгладилось словно полотно.

Олеандр открыл глаза. Волны вдруг будто по команде разошлись в стороны, открыв ему дорогу. Он неуверенно поднялся на ноги и снова посмотрел на руноми. Нортер все так же сидел на месте и не сводил с него глаз. Олеандр повернулся лицом к открывшемуся проходу и решительно пошел вперед.

Глава 22. Воспоминания.

Олеандр остановился. Неподалеку от него на камне сидел Создатель и с помощью телекинеза заставлял капли воды летать в воздухе. Капли собирались в разнообразные фигуры. Вот летит стая бабочек, сливается в единое целое и обращается в дельфина. Дельфин красиво переливается на солнце, падает на гладь озера, а затем вместо него из воды высовывается прозрачная голова дракона. Дракон постепенно перерастает в такие же прозрачные цветы. Олеандр удивленно приоткрыл рот. Это выглядело поистине великолепно. Цветы собрались в водяной шар, который Создатель внезапно запустил в лицо Олеандру. Олеандр сердито встряхнул головой.

– За что? – воскликнул он. – Будто бы я и так недостаточно намок!

– Это за то, что не взял с собой Аристарха, – ответил Создатель.

Олеандр закатил глаза. Интересно, откуда он знает?

– Зачем он тебе? – спросил Олеандр и скрестил на груди руки.

Создатель вздохнул и спрыгнул с камня в воду.

– Олеандр… – произнес он, но почти тут же замолк и двинулся к берегу. Олеандр молча последовал за ним.

Создатель вышел из воды и сел прямо на песок, лицом к своему ученику. Олеандр остановился на месте и посмотрел на Создателя в упор. Создатель взял горсть песка и пересыпал ее из одной руки в другую.

– Ты ведь на самом деле любишь его, – продолжил он, – но никак не хочешь с этим смириться.

– С чего ты это взял? – спросил Олеандр. Ему стало неловко оттого, что Создатель каким-то образом обо всем догадался.

Создатель усмехнулся.

– Ой, да брось! – воскликнул он. – Можно понять по твоему состоянию. Тут даже читать мысли уметь не надо. Все видно невооруженным глазом. Ты громко и учащенно дышишь, постоянно бросаешь взгляд в сторону и нервно гнешь пальцы. У подобного состояния, конечно, может быть много причин, но мне кажется, что это происходит в первую очередь, потому что ты волнуешься за своего сына.

– Он мне не сын, – проговорил стыдливо Олеандр и вдруг обнаружил, что Создатель прав. Голос дрожал и, действительно, между словами изо рта невольно выходили потоки воздуха. Немного подумав, Олеандр дополнил: – Теперь нет.

– Это потому что он тебе так сказал, да? – вздохнул Создатель.

– Откуда ты знаешь? – растерялся Олеандр.

– Я слишком хорошо знаю вас обоих и могу сам обо всем догадаться, – ответил Создатель и высыпал песок из рук, образовав возле себя горку.

Олеандр непонимающе поднял одну бровь.

– Мы с тобой познакомились несколько часов назад, – заметил он. – Как ты можешь меня очень хорошо знать, а тем более моего сына, которого ты ни разу не видел?

Создатель вдруг рассмеялся, что смутило Олеандра еще сильнее.

– Что смешного? – спросил эльф.

– Олеандр, я изучал твои сны всю твою жизнь, – ответил Создатель, не прекращая заливаться смехом. – А еще мой брат Композитор о тебе много рассказывал. Так что я знаю о тебе практически все.

Олеандр покраснел от смущения, что хорошо было видно на его бледном лице, и стыдливо отвернулся от Создателя. Он обнял себя, закусив в неловкости губу. Создатель перестал смеяться, чтобы не смущать своего ученика еще сильнее. Олеандр стоял молча, неподвижно.

– Так значит, ты все знаешь? – спросил спустя несколько томительных минут молчания он.

– Думаю, что да, – согласился Создатель.

– Почему тогда ты помог мне? – произнес рассеянно Олеандр, так и не поворачиваясь лицом к собеседнику.

Создатель долго молчал, что было несвойственно для него. Он был все это время таким общительным и с таким оптимизмом отвечал на вопросы, а потому Олеандру уже начало казаться, будто Создатель куда-то ушел. Эльф хотел было обернуться, но Создатель внезапно оказался рядом с ним и положил ему руку на плечо. Олеандр испуганно вздрогнул и непонимающе уставился в глаза учителю. Создатель смотрел на него в ответ очень серьезно.

– Потому что я знаю о тебе то, чего не знают они, – ответил он. – Я понимаю твои чувства… Боль, зависть, а после них следует и ненависть. Они не понимают тебя, потому что не знают тебя настоящего, а я знаю.

Олеандр недовольно сбросил со своего плеча руку Создателя и пугливо отступил от него на несколько шагов. Он сердито, но все же с небольшой долей испуга, осмотрел учителя с ног до головы.

– Да что ты можешь в этом понимать?! – воскликнул он.

– Многое, – ответил Создатель. – У меня тоже есть брат, которому я завидовал. Я тоже навредил жителям Элиадроса, но после я изменился, и, чтобы дать понять об этом другим, я отпустил свое прошлое. Я изменил свою жизнь. Никто уже и не помнит того ужасного меня, которым я был.

Олеандр грустно опустил брови.

– Ты другой, – проговорил еле слышно он. – Тебе они поверили, потому что ты никогда не врал, а я всю жизнь лгал. Они не поверят мне.

– Нет, Олеандр, дело не в этом, – помотал головой Создатель. – Если ты изменишься и докажешь им, что все это было лишь порывом внезапно вспыхнувшей злобы и что все это было ошибкой, они простят тебя. Несмотря ни на что.

Олеандр вдруг рассмеялся. Смех этот был очень неестественным и сквозил какой-то злобой. Олеандр словно насмехался над своей жалкой судьбой и вообще всем своим существованием.

– Глупость! – воскликнул он, не прекращая этот жутковатый смех. – Я обманывал их, выдавая себя за другого! Они решат, что я опять затеял эту идиотскую игру! Как же моя жизнь паршива! – Олеандр уже начал задыхаться от собственного смеха.

Создатель нахмурился. Он вдруг ударил Олеандра по лицу, чтобы тот прекратил смеяться. И это действительно помогло. Олеандр резко оборвал свой смех и злобно посмотрел на Создателя сквозь упавшие на лицо белые пряди своими ярко-красными глазами. Создатель не сводил с него своего надменного взгляда.

– Не говори так! – процедил сквозь зубы он.

– А что, это разве не так? – развел руками Олеандр.

– Все еще может перемениться, – заметил Создатель. – Ты ведь просто даже не пытался.

– И не буду! – крикнул в ответ Олеандр, отступив от духа на несколько шагов. – Может, я не хочу меняться! С чего ты взял, что я простил Аладара?! Ничего подобного!

Глаза Создателя злобно сверкнули, и он подступил к Олеандру, который изо всех сил пытался показывать, что не боится его. Создатель вцепился руками в ворот его одежды и оторвал его от земли.

– Да ты хоть сам понимаешь, что говоришь?! – воскликнул он и потряс несчастного эльфа. – Зачем тебе все это?! Зачем ты это делаешь?! Ты же вовсе не хочешь этого!

Создатель разжал пальцы, и Олеандр упал в песок. Создатель склонился над ним. Олеандр отполз от духа, бросив на него пугливый взгляд.

– Я знаю, что тебе нужно, – проговорил вдруг удовлетворенно Создатель.

Олеандр задрожал. Но задрожал он столько не от страха, а сколько от возрастающей внутри него злобы ко всем окружающим. Создатель протянул ему руку. Олеандр недоверчиво посмотрел на нее.

– Давай, поднимайся, – сказал Создатель.

Олеандр неуверенно взялся за его руку, и Создатель рывком поставил его на ноги. Олеандр недовольно стряхнул с одежды песок. Создатель все это время не сводил с него глаз.

– Есть одно средство, которое должно помочь тебе, – заявил он.

– Да? – произнес равнодушно Олеандр, не поднимая глаз на собеседника. – И что же это может быть?

Создатель вдруг приложил руку к подбородку Олеандра и приподнял его голову так, чтобы тот смотрел ему прямо в глаза. Олеандр растерялся, не зная, как на это реагировать. Создатель же улыбнулся и указал рукой в сторону волн.

– Вода помнит все, – сказал он. – Она поможет тебе отпустить то, что не дает тебе покоя. Уж я-то знаю.

Олеандр посмотрел на волны и перевел взгляд обратно на Создателя. В глазах эльфа блеснули искры недоверия. Создатель закатил глаза.

– Хотя бы попробуй, – попросил он. – Тебе должно стать легче.

– Выбора у меня все равно нет, – бросил недовольно Олеандр и пожал плечами.

Он двинулся в сторону волн. Создатель проводил его радостным взглядом. Олеандр ступил в воду и остановился, рассеянно глядя на свое отражение. Он закрыл глаза и расслабленно опустил голову и плечи. Вода вокруг него начала по капелькам медленно подниматься в воздух и окутывать его собой. Вскоре Олеандра полностью закрыли собой волны, и он потонул в собственных воспоминаниях.

***

В Олеандра прилетел очередной камень, от которого он закрылся своими белоснежными крыльями. Следом за этим камнем в него полетели еще несколько. Параллельно с камнями в Олеандра также прилетали разнообразных сортов ругательства.

– Убирайся прочь, демон!

– Чудовище! Ты себя в зеркало видел?!

– Нам не нужен такой правитель как ты!

Олеандр не знал, куда ему отступать, потому что его заключила в кольцо толпа недовольных горожан. Олеандр растерянно осмотрелся. Он же ничего им не сделал. За что они так с ним? Он же не виноват в том, что был создан таким. Олеандр отчетливо слышал каждый стук сердца. Ему было безумно страшно. Он прежде никогда не чувствовал себя настолько униженным и оскорбленным. Олеандр закрыл уши руками, чтобы не слышать разъяренной толпы.

– Прекратите! – закричал отчаянно он. – Что я вам сделал?!

Но тут недовольные голоса начали постепенно стихать, и Олеандр различил среди них очень знакомый голос. Он убрал руки от ушей и повернулся в его сторону. Толпа в том месте разошлась и сперва показались стражники, а следом за ними и Аладар. Он непонимающе осмотрел толпу.

– Что тут происходит? – спросил он.

Тут его взгляд уткнулся в виновника сего столпотворения. Аладар удивленно вскинул брови и приблизился к сжавшемуся Олеандру. Олеандр стыдливо поднял на него глаза.

– Олеандр? – произнес Аладар. – Что ты здесь делаешь? Прости, но я, честное слово, не ожидал тебя здесь увидеть.

– Наверное, мне не следовало сюда приходить, – ответил Олеандр. Из толпы послышались возгласы одобрения. – Ведь меня здесь никто не любит, и я здесь никому не нужен.

Олеандр печально опустил голову, уставившись в землю. Аладар протянул руку и слегка коснулся его плеча. Олеандр снова поднял на него глаза. Аладар серьезно посмотрел на него.

– Не говори так, – сказал он. – Я люблю тебя. Как брат любит брата.

Глаза Олеандра блеснули. Он удивленно приоткрыл рот.

– Правда? – спросил пораженно он.

Аладар расплылся в улыбке.

– Да, – ответил он. – Не уходи, Олеандр. Ты мне нужен.

Аладар протянул Олеандру руку. Олеандр удивленно посмотрел на нее.

– Идем, – продолжил Аладар.

Олеандр медленно потянулся рукой к руке Аладара, но не успел он ее коснуться, как в запястье ему прилетел камень. Олеандр тут же отдернул руку и бросил испуганный взгляд на толпу. Из толпы вслед за первым камнем в его сторону полетели другие. Аладар загородил Олеандра собой, и толпа перестала бросать камни.

– Да что же вы делаете?! – воскликнул Аладар.

– Пусть убирается прочь! – крикнул в ответ самый смелый парень из толпы. – Мы не хотим его здесь видеть!

– Да! – тут же подхватили его остальные. – Зачем нам такой как он, когда есть такой как ты!

Аладар обернулся на Олеандра. Тот разочарованно взглянул на него в ответ и расправил крылья.

– Олеандр, я могу все объяснить! – хотел было его остановить Аладар, но Олеандр развернулся и полетел прочь. Толпа радостно закричала и кинула ему вслед еще несколько камней.

Олеандр улетал все дальше и дальше от проклятого города и с каждым взмахом крыльев в нем все сильнее возрастали злоба и ненависть. Он ненавидел всех. От ничтожных горожан до самого Элдараса. В данный момент он испытывал ненависть даже к самому себе.

Когда вокруг совсем стемнело и на небе даже показалась луна, Олеандр долетел до леса, где доселе скрывался от противных жителей, и приземлился возле озера. Он склонился над гладью воды и увидел свое дрожащее отражение. Из озера на него посмотрели два печальных красных глаза. На голове смотрящего на него эльфа росли два изящных черных рога, а также на каждом пальце обеих рук у него имелись длинные черные когти. За спиной отражения были огромные белоснежные перьевые крылья.

Лицо Олеандра исказилось от злости, он рассерженно ударил по поверхности воды и резко отскочил от озера в сторону. Он зарычал и схватился за голову. Просидев несколько минут в таком положении, он немного усмирился и поднял глаза к небу.

– За что?! – закричал он. – За что ты так со мной?! Что я тебе сделал?! Да будь ты проклят! Слышишь?! – Олеандр вцепился в золотую цепочку на шее. – Я тебе больше не слуга!

Олеандр сорвал ее с шеи. В свете луны на конце цепочки блеснул медальон с изображением солнца. Олеандр замахнулся и швырнул его в воду. Он еще несколько секунд громко и злобно вбирал в себя воздух через рот, глядя на то место, где скрылся медальон. Постепенно брови Олеандра грустно опустились, он не сдержался и разрыдался.

Нет, он плакал не из жалости к себе, поскольку, как уже было отмечено ранее, он ненавидел себя. Олеандр плакал из-за того, что он не был таким, как Аладар, а это было единственным его желанием. Ему больше ничего не было нужно, кроме этого. Он просто хотел быть таким же красивым, как брат, чтобы его также любили, как и брата. Единственное желание. Не такое уж и большое, если подумать.

Тут вдруг в кустах послышались подозрительные шорохи. Олеандр встрепенулся и бросил в ту сторону испуганный взгляд. Куст начал шевелиться, будто был живым. Олеандр на локтях пугливо отполз от куста на какое-то расстояние. Куст зловеще затрещал и из него неожиданно выпрыгнул лохматый белый зверек. Это был руноми. Он отряхнулся и чихнул. Олеандр застонал и отвел взгляд от зверька в сторону. Он не любил руноми, поскольку они являлись поглотителями счастья, и эльф всегда старался их сторониться, поскольку боялся, что они могут только сильнее испортить его жизнь.

Руноми медленно подошел к Олеандру. Олеандр замотал головой. Руноми остановился в двух шагах от него и уставился на него своими большими голубыми глазами. Олеандр задрожал. Руноми, словно кошка, вдруг прижался к земле и резко запрыгнул эльфу на грудь. Он заставил Олеандра лечь на землю. Зверек словно читал мысли эльфа и понимал всю его боль. Олеандр не сводил глаз с умного животного. Руноми задергал носиком, нюхая воздух и вдруг снова чихнул.

Словно по команде, со всех сторон слетелась целая туча других руноми. Они выпрямили руки и ноги Олеандра и прижали их лапками к земле, чтобы эльф не мог шевелиться. Олеандр растерянно осмотрел свои руки. Поняв, что он не сможет сейчас вырваться из лап руноми, он не стал даже пытаться им противиться и просто уставился на того, что сидел у него на груди.

Руноми приблизился к самому лицу Олеандра. Олеандр решил, что если он сейчас умрет, то его смерть будет хотя бы красивой и если уж умирать, то только так. Однако руноми, казалось, вовсе и не собирался его убивать. Он вдруг высунул язык и лизнул Олеандра в лоб. Олеандр удовлетворенно закрыл глаза, ощутив приятный поток по всему телу. По его жилам пробежалась какая-то холодная жидкость. Он почувствовал, что руноми взлетел. Следом за этим руноми взлетели остальные, освободив руки и ноги эльфа.

Олеандр открыл глаза. Он медленно поднял свою руку и осмотрел ее. Уродливые черные когти исчезли. Олеандр сел и удивленно осмотрел обе руки. Он медленно и пораженно поднял их и коснулся головы. Рога тоже пропали. Ничего, кроме пушистых белых волос. Олеандр вскочил на ноги и подбежал к озеру. Из озера на него взглянула почти точная копия Аладара. Олеандр рассмеялся, не веря своим глазам. Олеандр склонился над озером, любуясь на свое отражение.

Вдруг над одним из деревьев начали скапливаться тучи. Олеандр повернулся в его сторону. В дерево резко ударила молния, расколов его пополам. Олеандр испуганно вздрогнул и сделал несколько шагов назад. Из-под коры дерева показался искусно сделанный голубой посох, с большим золотым месяцем с одного конца и с маленьким с другого. Руноми словно кролики радостно запрыгали возле Олеандра. Он медленно приблизился к дереву и осторожно вынул из него посох. Тот светился голубым и был горячим.

***

О, эти большие голубые глаза, смотрящие прямо в душу. Анабель из последних сил держалась на ногах, крепко вцепившись в руки Олеандра. Изо рта у нее ручейком побежала кровь. Олеандр отвел взгляд в сторону, чтобы не смотреть в эти полные слез и жалости глаза. Он вынул кинжал из ее тела. Эльф почувствовал, как руки Анабель постепенно ослабли, и она свалилась на пол.

Олеандр ощутил, что из его глаз тоже текут слезы. Он осмотрел свои дрожащие руки. Они были испачканы в ее крови. Олеандр выронил из руки кинжал. Тот забряцал по каменному полу и приземлился возле мертвой девушки. Олеандр навалился спиной на стол и в ужасе закрыл рот рукой. Неужели это происходит с ним? Неужели он сделал это на самом деле? Все казалось ему каким-то нереальным. Олеандр застонал и отвернулся от мертвого тела. Ему хотелось верить, что ничего не произошло. Что все как прежде. Он снова взглянул на Анабель, не выдержал, зарычал, схватился за голову и отвернулся. Его трясло. От страха. От страха перед самим собой. Теперь он чудовище, убийца. Он убил единственное существо в этом мире, которое любило его. Теперь его действительно все будут ненавидеть.

Тут ребенок в колыбели внезапно проснулся. Олеандр вздрогнул, поскольку совсем забыл о том, что он не один в комнате. Он бросил в сторону колыбели полный ужаса взгляд. Несмотря на то, что за окном грохотало и беспрестанно лил дождь, Олеандр отчетливо слышал свое дрожащее дыхание и бешено колотящееся сердце. Вообще, все остальные звуки для него словно затихли. Он слышал лишь себя и ребенка. Он растерянно посмотрел по сторонам, не зная, что делать.

Ребенок захныкал. Олеандр замотал головой. Ребенок заревел громче. Олеандр тут же подскочил к колыбели. Ребенок, завидев лицо эльфа, вдруг перестал реветь и с любопытством осмотрел Олеандра своими большими голубыми глазами. Он потянулся своей маленькой ручкой и коснулся подбородка эльфа. Олеандр взял ребенка на руки, и тут же в его голове родилась идея. Она ему не понравилась, но он понял, что не сможет поступить иначе.

– Прости меня… – застонал он. – Прости, но мне придется это сделать…

Олеандр приложил руку ко лбу ребенка и прошептал заклинание. Ребенок все это время не сводил с него глаз. Олеандру было тяжело произносить это ужасное заклинание, поскольку он вовсе не хотел причинять вреда маленькой девочке, но он знал, что подобное заклинание сможет сбить с толку Аладара, а ему не хотелось, чтобы тот узнал обо всем слишком рано. Следом за этим заклинанием Олеандр наложил второе, лишающее ребенка слуха, чтобы быть полностью уверенным, что никто ни о чем не догадается.

Олеандр убрал руку со лба маленькой девочки. Она прижалась к нему и уткнулась носом в его шею. Олеандр нежно погладил ее по голове и поцеловал в лоб.

За дверью внезапно послышались шаги и обеспокоенный голос. Олеандр пугливо обернулся на дверь. Он заметил в щели между дверью и полом тень от ног. Значит кто-то остановился возле двери. Олеандр шумно сглотнул слюну, попятился и уперся спиной в стол. Стол покачнулся и шкатулка, которая стояла на нем, грохнулась на пол.

– Госпожа Анабель? – донесся из-за двери голос служанки. – У вас все в порядке?

Олеандр, не теряя ни минуты, схватил шкатулку, набросил на плечи плащ, укутав заодно в него девочку, которая уже начала дремать на его руках, и распахнул окно. С улицы ему в лицо тут же ударили сильный ветер и дождь. Несмотря на это, он залез на подоконник и спрыгнул с него на землю. Во дворе его уже ожидал Нортер. Завидев своего хозяина, тот спрыгнул с яблони и обратился в единорога. Олеандр вскочил к нему на спину. Нортеру даже не пришлось ничего объяснять. Он просто сорвался с места и поскакал прочь от дворца.

***

Нортер остановился возле дома Композитора и устало фыркнул. Ливень все это время не прекращался, а даже, как показалось Олеандру, усилился. Лило словно из ведра. Еще все это приправлялось яркими белыми вспышками и грохотом. Олеандр спрыгнул со спины единорога и сильнее закутался в плащ. Он подошел к двери и громко постучал. В ответ из дома не донеслось ни звука. Олеандр постучал еще раз. Ему опять же никто не ответил. Тогда он яростно заколотил кулаком по двери. Кулаком только одной руки, поскольку второй рукой он держал под плащом ребенка.

– Да что же это такое?! – раздался из-за двери голос Композитора. – Иду я уже! Иду.

Следом послышался скрежет. Это Композитор поворачивал ключ в замочной скважине. Скрежет стих и дверь приоткрылась. Из-за нее выглянул сонный и лохматый Композитор. Увидев Олеандра, он удивленно вскинул брови.

– Олеандр? – произнес он. – В чем дело?

Олеандр, не произнеся ни слова, отпихнул Композитора в сторону и прошел в дом. Композитор растерянно развел руками.

– Что тут происходит? – спросил он. – И куда это ты пошел в обуви?! На улице вообще-то грязно.

Олеандр пропустил замечание Композитора мимо ушей и подошел к кровати. Он развернул плащ и уложил девочку на постель. Девочка даже не проснулась. Она очень крепко спала. Композитор изумленно выпучил глаза и непонимающе уставился на Олеандра. Он какое-то время молчал.

– Где… Откуда этот ребенок? – вымолвил наконец Композитор.

– Нашел… – ответил рассеянно Олеандр. Он старательно избегал взгляда учителя.

– В смысле? – не понял Композитор.

– Пусть побудет пока у тебя, – отмахнулся Олеандр. – Тебе ведь не трудно за ней последить?

– Не трудно, – сказал Композитор, а затем, словно опомнившись, подозрительно сощурил глаза. – Но, Олеандр, что все это значит?

Олеандр уверенно двинулся к выходу. Композитор проводил его ничего не значащим взглядом.

– Олеандр! – воскликнул, окончательно запутавшись, он. – Назови хотя бы ее имя.

Олеандр замер возле двери и медленно обернулся на Композитора. Тот настойчиво смотрел на него.

– Свирель, – прошептал Олеандр и тут же выскочил за дверь.

***

Олеандр почувствовал, как в его рот затекает вода, а потому он резко вынырнул. Он выплюнул воду и судорожно вобрал в себя воздух через рот. Он, шатаясь, поднялся на ноги и поплелся в сторону берега. Его одежда и волосы насквозь промокли. Вода была ледяной, а потому Олеандр моментально замерз. Он сел на песок и недовольно выжал воду из волос. Создатель осторожно приблизился к нему и сел рядом. Олеандр бросил на него полный ненависти беглый взгляд и продолжил свое занятие. Создатель слегка коснулся его плеча. Олеандр вздохнул, оставил свои волосы в покое и уставился на волны.

– Тебе легче? – поинтересовался Создатель.

– Нет! – воскликнул Олеандр. – Ты заставил меня пережить это все снова! И если ты думаешь, что, показав мои чувства Аристарху, мне от этого станет легче, то ты ошибаешься!

– Мне это помогло, – смущенно ответил Создатель. – Честно. Я показал себя Композитору, он меня понял и простил. Я подумал, что тебе тоже нужно поделиться с кем-то тем, чего о тебе никто не знает. Я думал, что больше всего на эту роль подойдет Аристарх, ведь кроме него у тебя никого не осталось. Олеандр… – Он заглянул ученику в глаза.

– Они сами во всем виноваты! – вскричал вдруг Олеандр. – Я же просто хотел, чтобы меня тоже кто-то любил! За что?! Почему меня все так ненавидели?!

– Анабель любила тебя… – заметил Создатель.

– Она солгала мне! – оборвал его Олеандр. – Почему она ничего мне не сказала?! Может, если бы она во всем мне призналась заранее, все сложилось бы иначе! А она… Она просто пользовалась моими чувствами. Она просто игралась со мной!

– Олеандр, может она и была не права, но это вовсе не значит, что надо было так поступать с ней, – сказал серьезно Создатель. – Ты поступил неправильно, и ты сам это признаешь, поскольку твои чувства к ней не остыли…

Глаза Олеандра снова наполнились слезами, которые он попытался скрыть от учителя, но Создатель все равно заметил.

– Олеандр, ты что, плачешь? – произнес растроганный Создатель и потянулся было к нему рукой, но Олеандр резко вскочил на ноги.

– Убери руки от меня! – крикнул обозленно он.

Олеандр отвернулся от духа и обиженно обнял себя. Создатель поднялся на ноги и медленно приблизился к Олеандру. Олеандр не обратил на него внимания. Создатель вдруг обнял его. Эльф не стал ему противиться, поскольку был слишком подавлен и расстроен, он даже наоборот сильнее прижался к духу. Они какое-то время стояли неподвижно. Олеандр немного успокоился и перестал плакать. Он осторожно высвободился из объятий учителя.

– Мне лучше, – ответил стыдливо он. – Спасибо…

Олеандр снова уставился на волны, а Создатель расплылся в улыбке.

– Что ты собираешься делать дальше? – осторожно поинтересовался он у ученика.

– Не знаю, – сказал Олеандр. – Снаружи остался Аристарх. Я опасаюсь за него больше, чем за себя. Зря я, наверное, не взял его с собой.

– А как же Володар? – спросил Создатель.

– Володар? – повторил непонимающе Олеандр. – А с ним-то что?

– Ну он все-таки твой друг, – ответил рассеянно Создатель. – Я просто подумал…

– Что с ним может случиться? – отмахнулся Олеандр. – У него есть Милантэ и Аскольд, а еще Альтаир и Аарон. Полагаю, он под надежной защитой.

Создатель задумчиво покачал головой.

– Есть одно предсказание, – продолжил он. – «Два ангела, лишенные крыльев, вместе пройдут свой жизненный путь. В конце пути они обретут крылья, каждый по-своему: один найдет любовь, а второй поймет значение своего лучшего друга, которого он до этого презирал»

– А какое отношение оно имеет ко мне? – Олеандр вопросительно посмотрел на Создателя.

– Ну, не знаю…

– Надо же! – вдруг послышался очень знакомый низкий голос за их спинами. Создатель и Олеандр резко одновременно обернулись. Недалеко от них стоял Сангинарий и широко улыбался. Олеандр бросил испуганный взгляд на него, а после перевел глаза на Создателя.

– Как я вовремя, – продолжил Сангинарий. – Это ты хорошо придумал спрятаться от меня в Стране Снов.

– Что? – вымолвил взволнованно Олеандр. – Но как? – Он в упор посмотрел на Создателя. – Ты же сказал, что он не может попасть в твою страну!

– Не может, – ответил невозмутимо Создатель.

– Но как тогда ты объяснишь это? – Олеандр указал рукой на Сангинария.

– Да он просто спит! – усмехнулся Создатель. – Не бойся. Он не сможет тебе навредить.

– А это обиднее всего, – заметил Сангинарий. – Но я нашел твое уязвимое место. У меня твой рогатый друг.

Олеандр сперва подумал, что речь зайдет об Аристархе, но, услышав слово «рогатый», сразу понял, что речь идет о Володаре. Не зря, значит, Создатель о нем вспоминал. Но как он обо всем узнал? Олеандр взглянул на духа, тот намекнул своим взглядом на то, что он об этом и говорил.

– Если ты до заката Солнца не придешь, я убью его, – сказал Сангинарий, не переставая довольно улыбаться. – Посмотрим, насколько тебе дорога его жизнь. Выбор только за тобой, Олеандр. Ищи нас внутри Солнца. – Сангинарий взмахнул плащом и растворился в воздухе.

Олеандр неуклюже сел на песок и схватился за голову, а Создатель же отчего-то вдруг заулыбался.

– Нет, нет, нет! – затараторил Олеандр. – Как же так!

– Тебе не о чем волноваться, – заметил Создатель. – Ты же сам говорил, что Володар под надежной защитой. Так что я не вижу причин для волнения.

– Нет, я ошибся! – возразил Олеандр. – Володар в беде, и я должен ему помочь. – Он вскочил на ноги. Создатель важно посмотрел на него свысока.

– Разве? – произнес он.

Это слово смутило Олеандра. Создатель произнес его так серьезно, что Олеандр бы наверно так и поступил, но сейчас в данный момент он был другого мнения.

– По моей вине уже погибло одно существо, – заметил Олеандр. – Я не хочу допустить этого во второй раз. Как мне выбраться отсюда?

– Это же самоубийство! – воскликнул Создатель. – Ты точно этого хочешь?

– Я должен успеть до рассвета! – настаивал Олеандр. – Иначе я не смогу попасть в Солнце! Я должен успеть в него попасть, когда оно будет у горизонта! Как выбраться отсюда?

– Ну, как пожелаешь, – ответил Создатель, пожав плечами.

Глава 23. Внутри Солнца.

Аристарх сидел на берегу моря в ожидании Олеандра. Уже близилось утро, и Солнце должно было вот-вот подняться. Аристарх заволновался, поднялся на ноги и принялся нервно расхаживать из стороны в сторону. Внезапно спокойно накатывающие на берег волны словно одичали, и вода громко забурлила. Аристарх отступил от нее на несколько шагов. Воды расступились в стороны, и в конце образовавшегося коридора показался Олеандр. Он быстро приближался.

– Олеандр! – воскликнул Аристарх. – Мы все знаем. Нам очень жаль, что так вышло. Мы сочувствуем тебе.

Олеандр вышел на берег, и волны за его спиной тут же столкнулись обратно. Он словно не видел и не слышал Аристарха. Его суровый взгляд был устремлен вперед, а руки сжаты в кулаки. Нортер тут же подбежал к Олеандру и обратился в единорога. Олеандр вскочил к нему на спину. Аристарх подергал Олеандра за рукав, чтобы тот обратил на него внимание.

– Не до тебя сейчас, Ари, – ответил Олеандр, даже не взглянув на мальчика.

Аристарх недовольно скрестил на груди руки.

– Не вижу смысла за ним ехать, – заметил в свою очередь он. – Это ловушка. Сангинарий только этого и ожидает.

Олеандр удивленно взглянул на Аристарха. Аристарх не сводил с него своих мудрых глаз.

– Откуда ты обо всем знаешь? – спросил пораженно он.

Аристарх в ответ только фыркнул и закатил глаза. Олеандр вздохнул.

– Я должен ему помочь! – сказал он.

– Только хуже сделаешь, – продолжил гнуть свое Аристарх.

– У меня нет времени на размышления, – бросил Олеандр и дернул за узды. Единорог недовольно заржал и сорвался с места.

Аристарх подбежал к своей пятнистой лошади и залез к ней на спину. Он, не теряя ни минуты, поскакал вслед за Олеандром. Олеандр сперва удивился лошади, которую Аристарх невесть откуда достал, а затем и тому, как Аристарх вообще без чьей-либо помощи смог на нее взобраться и самостоятельно ей управлять.

– Ты ведь не думал, что поедешь один? – усмехнулся Аристарх.

– Знал, что ты увяжешься за мной, – ответил Олеандр. Он вспомнил, что это его приемный сын, и что Аристарх и не на такое способен.

– Да мы не о себе, – заметил Аристарх. – Мы о них.

Он указал рукой назад. Олеандр обернулся и заметил, что за ним скачет целое стадо и на каждой лошади имеется всадник. Впереди всех на белом единороге скакал Аладар, рядом с ним Ратмир со Свирель. Она крепко вцепилась в шею его лошади, боясь свалиться с нее. Позади них скакали Аарон и Альтаир на двух темных единорогах, а в самом хвосте плелись Милантэ и Аскольд на двух черных конях.

– Что? – произнес удивленно Олеандр. – Как они обо всем узнали? И что им здесь надо?

Олеандр повернулся обратно и увидел впереди медленно вылезающее из земли Солнце. Он зажмурился от яркого света, исходящего от него. Значит, он уже доскакал до горизонта. Еще несколько шагов – и он у цели.

Вдруг Нортер споткнулся и упал. Снова. Олеандр перелетел через его голову и упал на землю. Снова. Правда, в этот раз было больнее, поскольку здесь не было мягкого песка, а была лишь жесткая земля, об которую Олеандр содрал себе кожу на руках и коленях. Из носа у него брызнула кровь. Он быстро вскочил на ноги. Солнце уже оторвалось от земли. Олеандр со всех ног побежал в его сторону, на последнем шагу прыгнул и успел ухватиться за нижнюю ступень. Он заболтал в воздухе ногами и с большим трудом, но все же взобрался на ступеньки. Он поднялся по ним и остановился возле огромных ворот. Олеандр толкнул их. Они медленно и неохотно, громко скрипя, отворились. Олеандр ступил внутрь.

Перед эльфом открылся целый коридор, состоящий из больших шестерней и клапанов, которые медленно вращались и громко скрипели, приводя Солнце в движение. В конце коридора виднелось красное пламя, которое освещало все это. Олеандр почувствовал, что Солнце слегка покачивается, пол под ногами дрожал. Он медленно и неуверенно двинулся вперед. Огненные вампиры, которые сновали среди механизмов туда-сюда, остановились на месте и удивленно уставились на гостя.

Пройдя половину пути, Олеандр увидел, что коридор венчается возвышением. На возвышении вдруг показалась высокая фигура. Различить ее черт Олеандр не смог, поскольку мешал бьющий из-за ее спины яркий свет. Но он и без этого понял, кто перед ним стоит.

– Олеандр! – воскликнул Сангинарий. В его голосе послышалась небольшая доля удивления. – Я думал, ты придешь вечером на закате, а ты решил с утра пораньше.

Олеандр как-то не подумал о том, что же он будет делать, когда встретится с Сангинарием один на один, а поэтому он остановился в нескольких шагах от возвышения в нерешительности. Он неловко посмотрел на духа исподлобья. Сангинарий рассмеялся. Олеандр все же собрался с последними силами и громко спросил:

– Где Володар?

Сангинарий, услышав в его голосе дрожь, наклонил голову набок и расплылся в хищной улыбке. Его острые белые зубы ярко блеснули в алом свете.

– Он здесь, с нами, – ответил Сангинарий. – Иди сюда. Я тебе покажу. – Он жестом подозвал эльфа к себе. Олеандр сделал несколько шагов назад и испуганно помотал головой. Сангинарий усмехнулся.

– А на что ты рассчитывал? – спросил он. – Ты ведь знал, на что идешь.

Тут в зал внезапно влетел Нортер и швырнул под ноги Олеандру его посох. Сам же он сел на один из выступов механизма. Олеандр схватил посох. Сангинарий удивленно посмотрел на зверька, а затем перевел глаза на эльфа.

– Хорошо, – произнес недовольно он. – Придется поступить по-другому.

Сангинарий двинулся в сторону. Олеандр понял, что скорее всего в той стороне находился Володар. Олеандр без промедления вбежал по ступеням на возвышение. С другой стороны возвышения далеко внизу кипела лава. Сангинарий не солгал, и Володар действительно был тут. Он сидел без сознания навалившись спиной на большую шестерню. Сангинарий повернулся лицом к Олеандру.

– Другое дело, – сказал удовлетворенно он.

– Отпусти его, – попросил Олеандр. – Ты обещал, что не тронешь его.

– Обещал? – Сангинарий рассмеялся. – Мне помнится, я говорил, что убью его, если ты не придешь, но отпускать его уговора не было.

А ведь действительно! Какая хитрая уловка! Аристарх был прав. Следовало все хорошо обдумать, прежде чем сломя голову нестись спасать своего друга, а теперь они оба обречены. Сангинарий двинулся на Олеандра. Олеандр отчетливо слышал в ушах стуки собственного сердца. Он сильнее сжал посох и попятился от духа. Куда ему тягаться с таким могущественным существом… Сангинарий, заметив, что Олеандр окончательно растерялся, улыбнулся еще шире и сделал в его направлении еще несколько шагов. Олеандр дрожащей рукой выставил посох перед собой и направил его конец в грудь духу. Сангинарий остановился и развел руками.

– Это шутка? – спросил он. – Ты ведь это сейчас несерьезно?

Олеандр закусил губу и попытался скрыть одолевавший его страх. Сангинарий сделал еще один шаг. Олеандр не выдержал и внезапно выпустил из посоха электрическим шаром Сангинарию в грудь. Сангинарий при столкновении с заклинанием упал на спину. Он засмеялся.

– Похвально, – заметил он. – А я-то уж подумал, что ты не окажешь мне должного сопротивления.

Сангинарий поднялся на ноги, и в его руке из воздуха появился его золоченый посох. Олеандр провертел свой посох колесом и поставил вокруг себя магический щит.

– Похоже, в магии ты хорошо разбираешься, – подметил Сангинарий, и на его лице блеснула улыбка. Это улыбка олицетворяла скорее восхищение, чем злорадство, что показалось Олеандру немного странным.

– Ну давай, – продолжил Сангинарий. – Я хочу посмотреть, что еще ты умеешь.

Олеандр резко выпустил из посоха электрический столб в Сангинария, но дух успел отскочить в сторону и выпустить в ответ свое заклинание. Огненный столб едва не задел эльфа, но тот успел закрыться щитом. Пока Олеандр отвлекся на пламя, Сангинарий внезапно оказался вплотную к нему и сбил его с ног своим посохом. Олеандр упал на спину, и Сангинарий направил ему на шею конец своего посоха. Олеандр испуганно посмотрел на духа.

– Неплохо, – сказал Сангинарий, – но, думаю, этого недостаточно, чтобы одолеть меня. Глупо было приходить одному.

– Я не один, – произнес еле слышно Олеандр, внезапно вспомнив о своих преследователях.

Сангинарий непонимающе поднял одну бровь. Олеандр повернул голову в сторону коридора. Сангинарий повернулся туда же. В коридоре показались Аладар и остальные. Пока дух отвлекся на незваных гостей, Олеандр вскочил на ноги и отступил от него на несколько шагов. Вампиры посмотрели сперва на толпу новоприбывших, а затем перевели вопросительные взгляды на Сангинария. Сангинарий усмехнулся.

– Разберитесь с ними, – приказал он им.

Вампиры тут же радостно побросали свою работу и, достав мечи, набросились на Аладара и остальных. Сангинарий повернулся обратно лицом к Олеандру.

– Кажется, мы немного отвлеклись, – сказал он.

Олеандр запустил посох словно бумеранг в лицо Сангинарию, но Сангинарий ловко отбил его своим посохом. Посох вернулся в руки к Олеандру. Олеандр удивленно посмотрел на духа.

– По крайней мере, ты попытался, – заметил Сангинарий.

В это время Аладару и Ратмиру приходилось отбиваться от наступающих со всех сторон вампиров. И сколько бы они не косили врагов, казалось, что тех становится только больше. Свирель и Аристарх прятались за спинами Аладара и Ратмира. Неподалеку от них Альтаир сражался своей излюбленной гвизармой, а Аарон – молотом.

– Только идиот мог додуматься освободить из темницы Духа Войны! – воскликнул Аарон и со всей силы ударил молотом в грудь самого назойливого вампира. Тот отлетел от него на несколько метров.

Аскольд даже не вступил в бой. Он отделился от толпы сразу, как только увидел приближающихся вампиров. Его даже не заметили. Он уловил взглядом в толпе Милантэ. Та ловкими и изящными движениями отбивалась от врагов двумя клинками, которые доселе находились у нее за спиной под плащом.

– Милантэ! – окликнул ее Аскольд.

Милантэ повернула голову в его сторону. Ей не потребовалось никаких слов: она и так все прочитала по его лицу. Она молча кивнула головой и ловко проскользнула между вампирами наружу из плотного круга сражающихся. Аскольд и Милантэ вместе побежали в сторону возвышения.

Они вбежали по ступеням наверх и незаметно проскользнули мимо Сангинария и Олеандра, от которых во все стороны летели искры. Аскольд и Милантэ подбежали к Володару. Милантэ села на колени и дотронулась до лба эльфа. Она какое-то время не шевелилась. Затем она подняла глаза на Аскольда.

– Он спит, – заключила она. – Какое-то мощное заклинание. Ну я, вообще, не разбираюсь в магии…

– Отойди, – невозмутимо приказал Аскольд.

Милантэ поднялась на ноги и отступила от спящего, освободив место Аскольду. Аскольд склонился над сыном и взялся за его голову обеими руками. Он принялся шептать какое-то заклинание.

Сангинарий выпустил из посоха огромный огненный шар. Олеандр прижался к полу и шар пролетел над ним, не задев его. Шар врезался в огромную цепь, удерживающую пласт стены, на котором они стояли. Цепь разорвало, и пласт накренился, удерживаемый теперь только одной цепью. Олеандр с трудом удержал равновесие, едва не свалившись в лаву.

Володар резко распахнул глаза и уставился в глаза отцу ничего не понимающим взглядом. Он осмотрелся по сторонам.

– Где я? – произнес он. – Что происходит?

– Даже не знаю, как тебе объяснить, – усмехнулась Милантэ. – Мы внутри Солнца.

– Олеандр! – воскликнул вдруг Володар, резко вскочил на ноги и побежал в сторону сражающихся.

– Володар, куда ты? – вымолвил растерянно Аскольд.

Володар остановился в нескольких шагах от Сангинария и Олеандра, которые по-прежнему стояли на пласте. Он заметил, что вторая цепь с трудом удерживает пласт. Володар машинально поднял с пола какую-то тяжелую деталь и швырнул ее в вышку с лавой, расположенной прямо над цепью. Деталь угодила в одну из ножек вышки, вышка покосилась, и лава из нее пролилась прямо на цепь. Цепь моментально расплавилась. Пласт полностью оторвался от стены. Он раскрылся, словно раздвижной мост в замке перед рвом.

Сангинарий успел вовремя запрыгнуть на поверхность пласта, которая доселе была прижата к стене, а Олеандр же лишь сумел ухватиться руками за край и висел теперь прямо над лавой. Сангинарий приблизился к Олеандру и с усмешкой посмотрел на него сверху вниз. Олеандр запыхтел, пытаясь взобраться на пласт, который устрашающе покачивался, поскольку цепи, которые должны были поддерживать его с двух свободных углов, были разорваны, и пласт держался лишь одной своей стороной за стену. Также Олеандру мешал посох, который он так и не выпускал из правой руки.

– Какая жалость! – воскликнул Сангинарий. – Даже не знаю, будет ли это честным, если я сейчас тебя просто сброшу в лаву, а? А все остальные решат, что это была чистая случайность.

Олеандр внезапно вцепился Сангинарию в ногу и уронил его на пол. Сам же Олеандр с помощью левитации поставил себя на пласт. Сангинарий при падении выронил из руки свой посох. Тот прокатился по постоянно пошатывающейся поверхности и свалился с пласта прямо в лаву. Как только Олеандр коснулся ногами пласта, Сангинарий потянул его за плащ, и Олеандр тоже упал на пол. Олеандр также выронил свой посох, только этот посох остался на пласте.

– Да отвяжись ты! – воскликнул Олеандр.

Сангинарий вцепился рукой в шею Олеандру, медленно выпрямился и вытянул руку так, что эльф оказался прямо над лавой. Олеандр впился пальцами в руку Сангинария, тщетно пытаясь вырваться из мертвой хватки. Олеандр почувствовал, что задыхается. Он широко распахнул глаза, с ужасом уставившись в глаза духу.

– Это было неплохо, – заметил Сангинарий абсолютно спокойным тоном. – Честно, я восхищен, но боюсь, как бы ты ни старался, я не изменю своего решения! Ну? Твое последнее слово?

Вдруг в спину Сангинария толкнул Володар, который спустился к ним на веревке. Сангинарий упал на живот. Во время падения он разжал пальцы, и Олеандр стремительно полетел вниз. Веревка оказалась длиннее, чем рассчитывал Володар, а потому она очень быстро полностью размоталась, и Володар вообще оказался ниже Олеандра, а Олеандр как раз вовремя успел схватиться за веревку. Володар и Олеандр вместе повисли на ней.

– Да уж… – произнес Володар, задумчиво взглянув на лаву. – Это я как-то не рассчитал.

Олеандр попытался подняться выше, но веревка вдруг от тяжести слегка надорвалась. Олеандр понял, что лучше не делать резких движений, чтобы веревка окончательно не порвалась. Он взглянул на Володара.

– Боюсь, эта веревка долго двоих не выдержит, – заметил он.

Володар снова опустил взгляд на лаву. Олеандр печально вздохнул, взглянув туда же. Но не может же вот так все закончиться?

– Жаль, что у нас нет крыльев, – произнес он. – Они бы нам сейчас очень пригодились.

– Да уж, – согласился Володар. – Мои крылья – мое достояние. Как же я был слеп!

– Ты о чем? – не понял его Олеандр.

– Я всегда думал, что с крыльями я стою чего-то большего. Что они показывают меня, как храброе существо. Как же я был глуп, ведь они не играли в этом никакой роли! Меня, что с крыльями, что без них, всегда унижали, считали ничтожеством. Даже отец. А ведь слава и восхищение окружающих – это далеко не главное. Я не замечал тех, кто был всегда рядом со мной. Кто действительно ценил меня. Я приобрел другие крылья, гораздо лучше прежних, но понял это так поздно.

Слова Володара тронули душу Олеандра. А ведь действительно. У Володара есть жена и дети, которые любят его несмотря ни на что, и Володар принял его, Олеандра, в свою семью. Володар был одним из немногих, кто действительно уважал и ценил его, а Олеандр был так неблагодарен ему. Он просто использовал друга для своих целей! Олеандр едва сдержал слезы.

– Володар… – прохрипел он.

– Мне очень хотелось, чтобы ты тоже почувствовал это, – продолжил Володар. – Ты всегда был для меня невероятным существом, и я хотел быть таким же, как ты.

– Нет! – простонал Олеандр, уткнувшись лицом в стену, чтобы не смотреть в глаза Володару. – Не говори так!

Он ощутил себя самым омерзительным другом, какой только мог быть у Володара. Еще омерзительнее на душе у него становилось от мысли о том, что Володар хотел стать таким же как он. Это было самое ужасное, что он когда-либо слышал из уст своего единственного друга.

– Наверно, ты никогда не сможешь это ощутить, – грустно подметил Володар. – Впрочем, как и я.

Олеандр в испуге замер, едва не разжав пальцы от удивления. Он задрожал и непонимающе взглянул на Володара. Володар не сводил с него своего полного решительности взгляда.

– Володар? – произнес растерянно Олеандр.

Володар расслабил руку.

– Володар, нет! – закричал отчаянно Олеандр, поняв намерение своего друга. – Володар! Не надо! Пожалуйста!

Володар медленно отпустил веревку и стремительно полетел в объятья смерти. Олеандр с глазами, полными страха и сожаления следил за непродолжительным полетом своего друга. Он отчетливо слышал биение сердца. Его руки дрожали.

– Володар, нет! – не переставал кричать он, хотя Володар уже не мог его слышать.

Альтаир замер на месте, ощутив, что связь с отцом порвалась. Он судорожно схватился за сердце, выронив из ослабевших пальцев гвизарму. Все окружающее словно замедлилось. Альтаир плохо слышал и видел, что происходит вокруг, но зато он отчетливо слышал сердцебиение и как сам шумно вбирает в себя воздух через рот. Альтаир почувствовал, что находится на грани между существованием и пустотой.

Но тут в реальность его вернул знакомый голос. Это Аарон звал его. Альтаир попытался найти брата взглядом. С большим трудом ему это удалось, но стоило ему только повернуться в ту сторону, как тут же в его грудь прямо в цилатрон вонзилась стрела. Альтаир задрожал и ничего не значащим взглядом посмотрел на грудь. Одежда окрасилась в красный, и это кровавое пятно с каждым мгновением увеличивалось.

– Альтаир! – закричал Аарон, разорвав все границы между жизнью и смертью.

Альтаир посмотрел на него потускневшими глазами. По его подбородку побежала струйка крови. Он не удержался на ногах и упал. Его вовремя успела подхватить Свирель. Она аккуратно уложила Альтаира на пол, а его голову положила к себе на колени. Свирель провела своей маленькой рукой по его лицу. Альтаир напрягся, пытаясь что-то сказать Свирель, но из его рта доносилось лишь невнятное бульканье.

– Отец… – вымолвил с большим трудом он. – Ум… Он… Умер…

Олеандр разрыдался, снова уткнувшись лицом в стену. Это опять произошло по его вине. Сангинарий был безусловно прав на этот счет. От него, Олеандра, одни лишь только беды! Хотя… Подождите, но ведь, если бы не Сангинарий, Володар бы не умер. Еще большая ненависть к духу вспыхнула в душе Олеандра. Он крепко стиснул зубы, сильнее вцепился руками в веревку и принялся взбираться наверх. Проклятый дух должен получить по заслугам! Олеандр поднялся на какое-то расстояние, но его руки внезапно соскользнули, и он съехал по веревке обратно вниз. Но он не собирался сдаваться и предпринял новую попытку, однако та тоже не увенчалась успехом. Руки его намокли от пота, и Олеандр не мог ими крепко держаться за веревку. Они просто скользили. Сделав еще несколько тщетных попыток, Олеандр озлобленно зарычал и обреченно крикнул:

– Да будь ты проклят!

Он прислонился лбом к стене. Сангинарий не стал обрубать веревку, потому что он с куда большим наслаждением наблюдал за тем, как жертва предпринимает бессмысленные попытки выбраться, чтобы в конце концов сдаться и умереть.

Володар отдал свою жизнь, чтобы Олеандр еще мог прожить свою, и, если Олеандр умрет, то его жертва окажется напрасной. Этого не должно случиться! Сангинарий должен за все ответить! Олеандр поднял вверх полный ярости и ненависти взгляд и снова принялся взбираться. Наконец, ему удалось добраться до вершины. Он вцепился руками в край пласта и принялся залезать на него. Сангинарий стоял в нескольких шагах от Олеандра и смотрел на него удивленным, но в то же время немного испуганным взглядом.

– Хорошо, смелости и решимости тебе не отбавлять, – признал он. – Но это вряд ли тебе чем-то поможет.

Олеандр залез на пласт и выпрямился. Вдруг он почувствовал, как им овладевает неземной разум. Он даже не попытался ему сопротивляться и позволил овладеть собой. Глаза Олеандра вспыхнули еще большей злобой.

Олеандр хотел было двинуться в сторону Сангинария, но тут он вдруг ощутил, как из его спины начали расти крылья. Олеандр зарычал, поскольку это был весьма болезненный процесс. Он сложился чуть ли не пополам, всеми силами пытаясь сдержать крик. Он услышал, как под натугой порвалась одежда на его спине. Сангинарий испуганно отступил от него на несколько шагов. Олеандр же чувствовал, как отрастает каждое перо на крыле. Это длилось всего несколько мгновений, и, когда крылья полностью выросли, Олеандр снова выпрямился. Он двинулся в сторону Сангинария, глядя на него горящими огнем глазами.

– Сангинарий, – проговорил Олеандр очень низким и глубоким голосом. Этот голос не принадлежал существу или духу. В нем крылись безграничные власть и мощь. Он принадлежал богу. – Тебе удалось вырваться из темницы духов. Похвально. Вот только я не позволю тебе снова наводить здесь свои порядки. Ты не посмеешь убивать тех, кого я создал.

– Элдарас… – вымолвил растерянно Сангинарий и попятился от Олеандра. Олеандр не переставал наступать на него. – Ты неправильно понял. Я ни в коем случае не хотел вредить твоему творению. Я наоборот хотел помочь. Мой сын – он как паразит. По его вине умерло много существ. Я же хотел убить его, чтобы вернуть прежнюю гармонию в Элиадрос.

Сангинарий врезался спиной в стену. Он так сильно сжался от страха, что стал ниже ростом Олеандра и смотрел на него теперь снизу верх. Лицо Олеандра же приняло равнодушный характер, и этот холодный, ничего не значащий взгляд напугал Сангинария пуще прежнего.

– Почему я должен тебе верить? – спросил Олеандр все тем же неземным голосом.

– Я… Я не знаю, – признался Сангинарий.

Олеандр вдруг замахнулся рукой. Сангинарий зажмурился, готовый к удару, но Олеандр просто схватился за оковы на его руках и разорвал их. Сангинарий открыл глаза и удивленно осмотрел свои руки, а затем снова взглянул на эльфа. Олеандр все также не сводил с него своего пустого взгляда.

– Я поверю тебе, – сказал он, – но только попробуй нарушить свое слово. В этом случае тебя ожидает наказание куда страшнее темницы духов. Ты меня понял?!

Сангинарий с улыбкой кивнул ему. Элдарас хотел было уже отпустить тело Олеандра, но остановился и сказал напоследок Сангинарию:

– Олеандра не трогай. Вообще-то мы договорились с тобой, что это мой сын, так что я запрещаю тебе причинять ему какой-либо вред.

– Ладно, – развел руками Сангинарий.

Олеандр почувствовал, как Элдарас покинул его. Ему даже стало немного обидно от того, что он лишился всей этой мощи, что он снова стал прежним, никому ненужным эльфом. Сангинарий выпрямился во весь свой рост и посмотрел на Олеандра с зубастой жутковатой улыбкой. Олеандр отступил от него на несколько шагов. Он, конечно, помнил о словах Элдараса, но все же. Мало ли на что способен этот дух. Сангинарий же подошел к Олеандру вплотную и взъерошил ему рукой волосы.

– Удачи тебе, цветочек! – сказал он. – Посмотрим, сколько еще минут тебе осталось жить. – с этими словами Сангинарий растворился в воздухе.

Затем дух появился на возвышении. Он с улыбкой осмотрел сражающихся и громко крикнул:

– Отставить!

Вампиры, эльфы и люди удивленно оглянулись на него. Сангинарий развел руки в стороны.

– Возвращайтесь к своей работе, – приказал он вампирам.

Вампиры тут же, с разочарованными вздохами, повинуясь, убрали мечи в ножны и разошлись по углам, освободив героев из плотного кольца.

Свирель взялась рукой за стрелу и выдернула ее из груди Альтаира. От цилатрона отпало несколько осколков. Альтаир вновь попытался что-то сказать, но из этого ничего не вышло. Свирель склонилась ближе к нему, чтобы попытаться прочитать слова по губам, но Альтаир вдруг схватил ее обеими руками за голову. Свирель испуганно уставилась на него, даже не пытаясь сопротивляться. Она заметила, что в его доселе пустых, ничего не отражающих глазах блеснули искры желания жить и чувствовать.

Свирель ощутила, как в ее уши проникает какая-то магия, и через мгновение она поняла, что слышит громкое и неровное дыхание Альтаира. Также она слышит собственное взволнованное дыхание. Руки Альтаира ослабли и отпустили голову Свирель. На лице Альтаира на миг блеснула улыбка, а затем он медленно закрыл глаза.

– Альтаир? – произнесла пораженно, но в то же время растерянно Свирель и потрясла его. – Альтаир!

– Альт! – закричал с надеждой Аарон и подбежал к Свирель. Его возглас прозвучал для нее очень громко и неожиданно. Свирель пугливо оглянулась на него. Аарон сел на колени рядом с ней и потряс своего брата. – Альт! Брат! Альт!

Свирель положила на его руку свою. Аарон остановился и взглянул на девочку. Лицо Свирель было непроницаемым.

– Аарон, он больше не встанет, – сказала серьезно она.

– Нет, – простонал Аарон. – Неправда!

Свирель положила руку на плечо юноше и сочувствующе опустила брови. Аарон застонал и вдруг прижал Свирель к себе. Свирель обняла его в ответ. Он не плакал. Нет. Аарон никогда не плакал. Даже в самых отчаянных ситуациях.

Хоть Альтаир и был почти незаметным, Аарон привык к его постоянному присутствию рядом. Альтаир его дополнял, а теперь Аарон почувствовал себя пустым. Словно у него отняли часть него. Они с Альтаиром были единым целым. Аарон всю свою жизнь прожил рядом с братом. Он не мог поверить, что теперь брата нет. Что он теперь останется один. Опустошенный. Брошенный…

На возвышение взлетел Олеандр. Все присутствующие повернулись в его сторону. Олеандр смущенно посмотрел по сторонам.

– Извинений, я так полагаю, будет недостаточно? – сказал он.

Все сердито нахмурились, а Аладар и вовсе побежал на Олеандра с обнаженным мечом. Олеандр вяло взмахнул посохом, но Аладар ловко выбил посох из его руки и приставил острие меча к его горлу. Олеандр развел руками и равнодушно взглянул на своего брата. Аладар же смотрел на него в ответ исподлобья горящими злобой глазами. Он не двигался. Олеандр ожидал от него каких-то дальнейших действий, но Аладар ничего не предпринимал. Они стояли так несколько минут, глядя друг другу в глаза.

– Чего ты ждешь? – спросил наконец Олеандр. – Убей меня! Ты же этого хотел?

Лицо Аладара в это мгновение переменилось с ненависти на жалость. Он медленно опустил меч и помотал головой.

– Нет, – сказал он. – Я не убийца, и не буду подобен ему.

Аладар убрал меч в ножны.

Глава 24. Еще не конец.

Солнце только начало вылезать из-за горизонта. Было раннее утро. Маленькая синяя птичка подлетела к решетчатому окошку темницы и села на подоконник. Из-за прутьев было трудно что-то разглядеть, и Олеандр смог увидеть лишь первые лучи, упавшие на птичку. Олеандр просунул руку между прутьев и схватил птичку. Он опустился на кровать и погладил маленькое существо. Птичка удовлетворенно зачирикала. Олеандр провел рукой по ее крылышкам.

Кстати, крылья, что выросли у Олеандра в Солнце, имели необычную способность моментально вырастать, когда это было необходимо самому Олеандру, а также, когда они были ему не нужны, врастать обратно. Так что Олеандр сидел сейчас на сбитой постели без крыльев. Вообще, Элдарас сказал, что эти крылья даровал Олеандру Володар в знак их вечной дружбы.

Олеандр услышал, как вдалеке открылась тяжелая стальная дверь. Он спрыгнул с постели и подбежал к решетке. Вдалеке в коридоре показался стражник, а рядом с ним Ратмир. Олеандр тут же подбежал к окну, отпустил птичку и лег на постель, сложив руки за голову. Ратмир приблизился к его камере. Олеандр всем своим видом пытался показывать, что намерения Ратмира ему абсолютно безразличны.

– Олеандр, – произнес Ратмир.

– Почему бы тебе не пойти отсюда куда подальше? – бросил недовольно Олеандр, даже не взглянув в его сторону.

– Ты ведь даже не выслушал меня, – вздохнул Ратмир.

Олеандр сперва повернул голову в его сторону, а затем и вовсе сел на кровати. Он скучающе осмотрел человека с ног до головы.

– Интересно, о чем такой как ты может вести беседу с таким, как я, – сказал он.

– Не знаю, но мне кажется, что тебе должно это понравиться, – проговорил смущенно Ратмир.

– Не могу даже представить себе, что же это может быть, – пожал плечами Олеандр.

– Мы тут купили корабль, – ответил Ратмир, – и просто подумали, может, ты захочешь с нами.

Олеандр задумчиво нахмурился и уставился в каменный пол перед собой. Ратмир ожидающе смотрел на него своим единственным зеленым глазом.

– А с вами, это с кем? – спросил Олеандр и поднял на Ратмира подозрительный взгляд.

– Ну со мной, Аристархом и другими… – ответил Ратмир.

Олеандр вдруг соскочил с кровати и приблизился к решетке.

– А Аладар там будет? – поинтересовался он.

Ратмир непонимающе уставился в глаза эльфу. Олеандр же настойчиво ждал от него ответа.

– Нет, – сказал Ратмир. – Аладару некогда. Он же император. Тем более насчет тебя мы с ним не договаривались. Он вообще ничего об этом не знает.

– Хм… – Олеандр задумчиво приложил палец к губам. – Дай-ка подумать… Нет. Не стоит утруждаться. – Он отошел от решетки.

– Почему? – произнес разочарованно Ратмир. – Ты зря отказываешься. Неужели тебе не надоело здесь сидеть?

– А чем снаружи лучше? – заметил Олеандр. – И вообще, ты хотел меня убить. Почему я должен тебе верить?

– Ладно, – вздохнул Ратмир. – Как надумаешь, скажи.

Он просунул между прутьев большую широкополую черную пиратскую шляпу. Та бесшумно упала на пол. Ратмир развернулся и ушел.

Олеандр косо взглянул на подарок. Он подошел и поднял шляпу с пола. Из нее вывалилась маленькая записка. Олеандр поймал ее и развернул. На записке был изображен красивый трехмачтовый кораблик, а внизу значилась надпись: «Крыло Феникса». Олеандр перевернул листочек. На его обратной стороне зелеными чернилами было выведено: «Этот корабль некогда принадлежал Володару. Я думаю, ты захочешь на нем поплавать». Олеандр сразу же узнал почерк Аристарха. Он расплылся в улыбке, подошел к решетке и выглянул из-за нее.

– Эй, ты! – окликнул он стражника. – Передай Ратмиру, что я согласен.

Олеандр просунул голову обратно и надел шляпу.

– Это еще не конец, – прошептал он.

2 Августа 2021 года

Примечания

1

Аналой – высокий столик с покатым верхом, на который в церкви кладут иконы, книги.

2

Турнальто – музыкальный инструмент, по форме напоминающий рояль, но имеющий помимо клавиш трубы, струны и колокольчики. На турнальто обычно играют два человека: один нажимает на клавиши, играя тем самым на трубах, а второй дергает за струны, заставляя тем самым звенеть колокольчики.

3

Гвизарма – древковое оружие, вид алебарды с длинным узким, слегка изогнутым наконечником, имеющим прямое, заостренное на конце ответвление.

Content

Саша Серебро
Вероломный друг империи. Книга 1

Примечания