(Не)счастье для морского принца

Глава 1. Свадебные хлопоты

О чём должна думать невеста?

О гостях, платье; о том, примет ли богиня клятвы новобрачных, благословит ли, всё ли пройдёт гладко…

Это обычно. У нормальных невест.

Моя же подруга Таяна за час до обмена клятвами с любимым мужчиной думала только об одном. Обо мне.

— Бри, ты сошла с ума! — завопила она из окна своей спальни, стоило мне только выйти из кареты. — Какие драконы? Я не пущу тебя туда в одиночку! Он артефактор! Лучший! Ты опомниться не успеешь, как загремишь на жемчужный трон — только и останется, что стенать, как жмёт корона и бесят обязанности! Ты ведь видела принца! Коварный, опасный, хитрожо…

— Леди Феар! — возмущённо раздалось за её спиной.

— Живо иди сюда! — рявкнула Таяна, пронзила меня яростным взглядом и с грохотом захлопнула окно.

Н-да уж, приехала поддержать подругу перед торжественной церемонией. Эти сумасшедшие некромантки даже замуж спокойно выйти не могут.

— Сдам тебя Райдену, — начала я с порога. — Порядочные невесты должны думать только о возлюбленном, а ты!

— Ты мне зубы не заговаривай, — не позволила изменить тему беседы Таяна, послушно сидящая у зеркала, где над её нежным и воздушным образом продолжали колдовать три мастерицы. — Рассказывай давай, что тебе наплёл этот скользкий тип!

Я пожала плечами и присоединилась к Серене и Мире, занявшим уютный диванчик с видом на красавицу-невесту.

— И чего она на меня взъелась? Я ведь не собиралась скрывать от вас командировку в серпентарий, тьфу ты, на отбор невест для морского принца. И вообще, морские драконы всё-таки поприличнее воздушных.

— Бриджит, но ты ничего нам не сказала, а дело-то уже решённое, — мягко заметила Серена.

— Я не хотела портить свадьбу подруги своими новостями. Сейчас Таянушка — гвоздь программы, — ласково произнесла я, сложив руки на коленях, как порядочная девочка. Смотрите, какая я вся белая и пушистая, ну просто чудо, а не подруга, а вы здесь накинулись на меня с упрёками. Несправедливыми!

Но моих девчонок подобными трюками не пронять. Они и сами с усами.

— Таянушка станет первым гвоздём в крышку твоего гроба, если ты немедленно нам всё не расскажешь! — пригрозила красавица в свадебном платье. — Как ты могла так влипнуть, Бриджит?! Ты ведь с ним знакома! Он ужас какой хитрый! И всегда, абсолютно всегда добивается своего. Любыми способами! Не обманывайся его сладкими речами!

— Ну чего ты завелась? Совсем как мой папа. Написал сегодня письмо: «Отбор невест для принца — не лучшее мероприятие для незамужней девушки. Ты ввяжешься в него из любви к соревнованиям, а мне потом ищи причину для отказа. Нам не нужен дипломатический скандал», — пародируя голос и интонации папули, процитировала я.

— Всё он правильно тебе написал, — поддержала наша разумница Серена. — Тебе ведь вожжа под хвост попадёт — и отбор в морском царстве превратится в массовое избиение младенцев.

— Ладно тебе, не обижай Бри, — попеняла ей Мира. — Младенцев на королевских отборах не бывает, только гарпии и стервы. Чего их жалеть-то?

Спасибо, дорогая. Ято думала, ты меня защищаешь, а ты ратуешь за справедливость. Ох уж эти подруженьки! Ну ладно, ладно, они у меня шикарные, обожаю их.

— Мы только наладили связи с подводным миром. Столько лет ведь враждовали, — вздохнула Серена. — Вы зря недооцениваете коварство морских драконов и степень опасности для нашей Бриджит. Если что пойдёт не по плану…

— Если что пойдёт не по плану, — перебила её Таяна, — я топну ножкой, подниму всех утопленников со дна морского, царю морскому хвост на трезубец намотаю, но Бри спасу. А ты потом пригласишь его величество Килга в гости и урегулируешь конфликт. Ты умеешь. Я даже могу поприсутствовать на переговорах, чтобы он сильно не вредничал.

— Если будет с кем урегулировать эти конфликты, — заметила Мира с невинным видом.

Бедные мастерицы, явно не привыкшие к беседам аристократок в подобном ключе, испуганно переглядывались да быстро-быстро наводили марафет красавице-невесте, стремясь поскорее смыться от столь изысканного общества. Правильно, в общем-то.

— Девочки, не выдумывайте! — попыталась образумить я подруг. — Это совершенно неопасное предприятие. Моё дело — лишь помочь его высочеству Фаульсу выбрать, цитирую, «меньшее зло». И всё! Дар свахи обязывает меня помогать людям!

— Он не человек, — заметила Мира, наливая мне чай. — Он дракон, Бри. Морской дракон. Хищник. Как только он поймёт, что ты им действительно не интересуешься, тут же сделает стойку и думать забудет про остальных девиц.

— Поддерживаю. Такой сценарий наиболее вероятен, — произнесла наш стратег и политик Серена. — С другой стороны, ты была совершенно очарована Жемчужным замком и можешь честно ему сказать, что готова выйти замуж, лишь бы находиться в столь прекрасном месте. Я почти уверена, что он не рискнёт соперничать с грудой камней.

— С жемчугом, Серена! — настойчиво произнесла я. — Как можно соперничать с прекрасным, обворожительным, невероятным дворцом из чистого жемчуга? Он такой… такой!

Я задохнулась от восторга, вспомнив восхитительное произведение зодческого искусства, но продолжить не успела.

Дверь распахнулась, явив ещё одну нашу близкую подругу — Корделию ди Фиорди. Она забыла снять иллюзию и лишь отдалённо напоминала себя, но мы её мигом признали. Да и как не признать, когда вместо положенных случаю слов приветствия слышишь эпичное:

— Без меня Жемчужный дворец не воруй, попадёшься. И вообще, сперва подумай, куда мы его спрячем. Нужно подобрать безопасный мир, изучить заклинание уменьшения крупных объектов с сохранением всех пропорций, и не забывай: нам до этого ещё учиться и учиться. Не торопись. Дворец никуда не денется.

— Ну да, если и денется, то только с нашей помощью! — расхохоталась я довольно. — В общем, схожу на разведку, запишу все параметры в блокнотик и вернусь.

— Звучит зловеще, — хмыкнула Серена, сделав глоток чая. — Мне даже немного жаль морского царя. Он, бедный, не представляет, во что вляпался.

— Да, Бри, пожалей Килга, мы у него уже были. Наверняка он ещё не залечил эту моральную травму, — поддержала Таяна, поднимаясь и демонстрируя себя во всей красе. — И не стоит так пучить глаза, ты ещё не под водой и не должна смахивать на глубоководную рыбину. А про подводное правительство я пошутила. Жги по полной! Мне их вообще не жалко!

— За что вы так с Фаульсом? — удивилась Мира. — Он-то хороший, у него лаборатория! — благоговейным тоном выдвинула наша научная девочка главный аргумент.

— Нужно тебе поехать с Бри, — выдала рацпредложение Таяна. — Представь, какой сокрушительный удар будет нанесён по избалованной женским вниманием психике его высочества? Две прекрасные девушки влюблены не в него, нет! Одна мечтает спереть его замок, чтобы читать в нём любовные романы из других миров. Вторая — занять его лабораторию и неистово предаваться там научным экспериментам. Не с ним!

Скромная и деликатная Мира покраснела как маков цвет, но задумчиво прикусила губу.

— Лаборатория твоя! — пообещала я щедро. — И вдвоём веселее!

— Втроём, — удивила заявлением наш политик и стратег Серена. — С вами пойдёт журналистка — фифа Лин Акройд. Она без мыла вотрется в доверие местных и сможет прекрасно отвлекать на себя внимание, когда вам нужно будет оставаться в тени.

— Интересно, у морских драконов бывают инфаркты? — тихонечко спросила Таяна, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Будут! — пообещала я со смехом. — Ладно вам, девочки, достаточно делать из меня чудовище, я совсем не такая.

— Ага, гораздо хуже! — с готовностью подтвердила красавица-невеста, направляясь в сторону выхода. — Но мы тебя всё равно любим!

Мои дорогие читатели,

книга будет бесплатной только 1 выходные - в понедельник подам заявку на продажу.

Не забудьте добавить книгу  в библиотеку, подписаться на автора и, если книга понравится, написать добрый комментарий и поставить царский лайк! ))))))

Всем замечательных выходных и прекрасных книг!

С уважением, Ирина

Глава 2. Сбежать за 60 секунд

— Говорят, ты сваха, — обратилась ко мне на балу незнакомая девушка.

Первое, что бросилось в глаза — невероятный, непривычный образ. Тоненькая словно тростиночка красавица укутана в многослойный наряд, искусно расшитый серебром и чёрными бриллиантами, а белоснежные, с лёгким налётом синевы волосы собраны в сложную причёску, скреплённую двумя кинжалами.

Сперва я подумала, это гостья из далёкой Зармы. Но стоило встретиться взглядами с незнакомкой, как сомнения развеялись без следа. Свадьбу своей любимой некромантки посетила богиня Смерти.

И дело не в её невероятной силе или божественном сиянии, нет. Мори закрылась щитами так, что ощущалась как обычный маг. Но удивительно холодные, колючие васильковые глаза вынимали душу и замораживали тело. Казалось, горло сжимает ледяное кольцо, не позволяя говорить без разрешения.

Я неприлично выпучила глаза, но затем сориентировалась и присела в самом почтительном и глубоком реверансе, на который только способна. А способна я на многое! И тело тренировано не только танцами, но и многочисленными заданиями боевого факультета академии Сантор.

В общем, глубокий вышел реверанс. Была бы призраком, провалилась бы в подвал.

Не ожидавшая подобных акробатических трюков богиня едва не расхохоталась в голос.

— Я не по работе, — пошутила она очень даже мило. — Давай выйдем в сад, хочу проверить твой дар. Интересно. Никогда не видела настоящую сваху… вживую. Прежде они отсиживались в храме Эйри, — хмыкнула она, но на этот раз выглядела довольно кровожадно.

Мне потребовались все силы, всё воспитание, чтобы гордо задрать нос и вернуть ей вежливую улыбку. Как ни крути, а грохаться в обморок при богине невежливо, я вполне могу отложить это дело на потом. Когда вернусь к себе в спальню, выпью полбутылки вина и съем стрессоснимающий жирнющий торт, например.

Впрочем, по опыту, падать в обморок уже придётся от цифры на весах. А общение с богиней — это так… кошмарный сон.

Танцующей походкой богиня направилась к беседующему с отцом невесты Оганеру де Луару и беззастенчиво похлопала его по плечу, привлекая внимание.

Заканчивая фразу, он машинально приобнял богиню за изящный стан и прижал к себе, вызывая ступор не только у собеседника, но и у всего честного общества, вмиг сообразившего, что за босоногая красавица льнёт к страшному-ужасному советнику его величества.

Де Луар не выказал смущения и леди свою не отпустил, лишь закончил беседу и, извинившись, повёл Мори прогуляться по ночному саду. Они общались без слов и явно получали удовольствие, шокируя почтенную публику.

— Видишь, папуля, я правду говорила, — тут же подошла к герцогу Таяна. — У нас, некромантов, так принято. А ты меня журил, что я прилипла к мужу. К мужу, заметь! — она поиграла соболиными бровями и нашла меня взглядом. — Не стой столбом, Бри, иди за ними. Я замолвила за тебя словечко.

Таяна выглядела как выигравший в королевскую лотерею горожанин — светилась от счастья. У меня же не было цензурных слов. Только некромантка может додуматься так помочь!

Если бы не факт её свадьбы, я бы не сдержалась и от души поблагодарила подругу парой ледяных стрел в мягкое место. Чтобы хотя бы временно прекратила им думать!

Привлечь ко мне внимание богини Смерти! Да у половины гостей инфаркт от одного её присутствия на балу в честь новобрачных! А Таяна ещё попросила Мори мне помочь! Убейте меня!

Вспомнив, что боги читают мысли, быстренько переключилась на осознанную мыслеречь, уточнив, что пошутила. Жить хочу. Дар демонстрировать готова. Вообще на всё готова, только не на встречу с Мори за Гранью.

У меня вон сколько ещё важных дел! Довести до инфаркта морского царя, просканировать защиту Жемчужного замка, чтобы затем с Корделией его тихонечко умыкнуть со дна морского, Фаульса женить… И это только ближайшие планы!

Будто издалека услышала звонкий смех богини. Слушает меня, значит. Веселится. Это хорошо, просто замечательно. Обнадёживает.

Я расправила плечи, посмотрела свысока на впечатлительных гостей, взирающих на меня с ужасом, и с гордо задранным подбородком выплыла в сад, мечтая только об одном — не споткнуться на лестнице. Уходить нужно красиво.

У дверей меня поймал принц Фаульс. Накинул на плечи сразу два пледа. Кивнул, безмолвно выражая поддержку.

— Благодарю, — проявила я вежливость, как хорошая девочка, но язык без костей всё испортил: — Но твой пиджак мне подошёл бы больше — он словно создан под цвет моих прекрасных голубых глаз.

— Готов отдать тебе весь наряд, — шепнул паршивец, воспользовавшись тем, что нас уже никто не слышит. Мы как раз вышли на крыльцо. — Если ты снимешь свой.

Вот же Змей морской!

— Прости, Ульс, но моё платье на тебя не налезет, — с гордым видом ответила этому гаду и, сделав ему ручкой, сбежала в сад.

Ох, зря ты так, ехидное высочество! Я ведь припомню и жестоко отомщу!

Однако через пару мгновений поняла, что принц Фаульс нашёл единственный способ помочь мне справиться с окаменевшим от ужаса лицом — взбесил и отвлёк. В общем, поступил вполне дружески, хоть и в своём репертуаре.

Но это не значит, что подобные непристойные шуточки я ему спущу! Квак бы не квак!

Тысячи летающих в воздухе уютно-жёлтых сфер создавали атмосферу сказки, но я точно знала, что где-то за серыми стволами деревьев прячется Тьма. Которая, если верить Таяне, играет на нашей стороне. Или скорее мы — на её.

Отбросив сомнения и поплотнее завернувшись в пледы для гостей, направилась прямиком вглубь сада, пытаясь разглядеть в снегу следы босых ног, но Мори, как и любая богиня, обожала хулиганить и поддразнивать смертных, так что подсказок не оставила. Де Луар тоже не озаботился. Пришлось включать интуицию.

Только вот она не работала. Как и десяток выпущенных мной поисковых заклятий.

— Миленько, — произнесла я, шмыгнув носом. Вечерний морозец пробирал до костей, а ноги в бальных туфельках вообще онемели, стоило выйти за пределы тёплого дома.

Я замерла, призадумавшись. Судя по поведению необычной парочки, слухи об их любовной связи — не преувеличение, а это значит, я могу попробовать найти их с помощью дара свахи. В конце концов, именно его работу и хочет увидеть богиня Мори.

Потёрла руки, настраиваясь.

— Так, знать бы ещё, есть ли там любовь, — пробубнила себе под нос.

Отношения богини со смертным казались прихотью или взаимовыгодным сотрудничеством, смешанным с удовольствием, но отнюдь не нежными чувствами. Однако стоило прислушаться к пространству, как я отчётливо уловила отголоски бешеной страсти и яркой любви. Притом у обоих! И…

Я замерла с открытым ртом, позабыв и о приличиях, и о родившейся шуточке про великовозрастных шутников, совершенно по-детски хихикающих за ближайшей беседкой в ожидании, когда их найдут.

И тут же почувствовала, как атмосфера в саду изменилась.

Богиня прекратила играть в милую юную девушку, сбросив щиты и показав истинную сущность. Беседка каменной пылью осела у её ног, деревья почернели и посыпались мелкой стружкой, земля под ногами растрескалась, выпуская клубы белоснежного пара… И трещины поползли в мою сторону!

— Мори, дорогая, — бархатным голосом произнёс Оганер де Луар, прижимая к себе хрупкую фигурку, в буквальном смысле уничтожающую пространство вокруг. — Если она тебя чем-то расстроила, я разберусь. Не трать свои божественные нервы.

Его спокойный, умиротворяющий, даже соблазняющий голос, нежные, бережные касания немного успокоили даму, но она по-прежнему глядела на меня так, словно хотела сожрать живьём. Не разжёвывая. Со всеми косточками.

Я бы с превеликим удовольствием дала дёру, но понимала, что это бесполезно. Так что выдохнула скопившееся напряжение, состряпала на лице выражение «я профессионал своего дела» и направилась прямиком в эпицентр опасности.

— Ваша светлость, — обратилась к герцогу, прилагая все усилия, чтобы голос не дрожал, — вы не могли бы оставить нас ненадолго? И, пожалуйста, не слушайте мои мысли, они очень громкие, — попросила без экивоков, потому что дипломатия отказала напрочь.

Мори с де Луаром переглянулись так естественно и привычно, словно минимум пару тысячелетий прожили бок о бок, и он откланялся, посылая мне полный неодобрения взгляд.

Да понимаю я, понимаю, что вы — моя единственная защита. Но даже я со своим легкомыслием ни за что не стану выдавать вам планы богини. Вдруг она вам о них не сообщила!

— Умная девочка, — хмыкнула Мори, когда де Луара и след простыл. — Итак, ты нас обнаружила, и увидела то, что я не планировала показывать. Это весьма… занятно. Не ожидала.

Вот тебе и на. Успела-таки прочитать все мои мысли. Хотя чему я удивляюсь? Богиня — не простой ментальный маг.

— Приношу свои извинения. Я действительно увидела больше, чем рассчитывала, и готова принести все необходимые клятвы, которые вы потребуете, — произнесла я, опустив голову в ожидании её решения.

Богиня молчала. Долго молчала.

Несмотря на холод и совсем не подходящий погоде наряд, меня бросило в жар. Тело покрыла испарина, ещё сильнее его охлаждая. Но сейчас не до мыслей о возможной простуде. Моя жизнь висит на волоске, только вот я всю жизнь так бережно обращалась со своей шевелюрой, что она просто обязана выдержать любое напряжение!

— Ты невозможна! А ну, давай-ка посмотрим! — расхохоталась богиня звонко.

Мои волосы вдруг рассыпались по плечам, прикрыли тело светлым покрывалом, и я испуганно собрала, скрутила их в два пучка, зафиксировав браслетами.

— Простите, но в сад вышел его высочество Фаульс, — ответила я на немой вопрос Мори. — Традиции предписывают скрывать волосы от мужчин. Распущенные косы допустимо демонстрировать лишь мужу.

— Как всё запущено, — фыркнула богиня. Но больше нервировать меня ожиданием не стала, перешла к сути: — Итак, поскольку испытание ты прошла даже с лихвой, у меня к тебе вопрос. Что ты увидела? Говори прямо и открыто. Я сегодня в настроении.

— Я… — Пришлось прочистить горло, чтобы продолжить. — Я почувствовала ваши обоюдные сильные чувства. Любовь и страсть с вашей стороны. Со стороны его светлости есть ещё…

— Восхищение? — удивительно по-женски спросила богиня, склонив голову к плечу. — Обожание? Или холодный расчёт?

— Щемящая тихая нежность, боль, боязнь вас потерять, — попыталась я подобрать слова, чтобы выразить хотя бы часть чувств сильного и решительного мужчины, умудрившегося полюбить высшее создание, с которым по умолчанию любовь-любовь невозможна, максимум — бурный роман.

Глаза богини смерти довольно заблестели, тонких губ коснулась лёгкая улыбка, и я наконец смогла вдохнуть полной грудью — из воздуха исчезло дикое напряжение. Как бы ни закрывала она свою силу, природу не обманешь. Щиты работают только с людьми.

— Никому ни слова о том, что увидела, — предостерегла богиня, намекая отнюдь не на содержание беседы.

— Я… Позволено ли мне будет сообщить о вероятном прогнозе? — деликатно уточнила я. И, заметив любопытно изогнутую бровь богини Мори, продолжила: — Первой будет девочка.

— Первой? — Богиня без капли изящества приземлилась в возникшее неизвестно откуда кресло и помахала руками перед лицом, словно обеспечивая себя дополнительным кислородом.

— О нет, только не падайте в обморок! Таяна меня убьёт! А вам обеим нельзя волноваться! — испугалась я, подбежав к богине, как никогда напоминающей простую смертную женщину. — Воды? — спросила, призывая магию и создавая тонкий ледяной стакан, доверху наполненный кристально чистой водой из талого снега.

Мори взяла стакан и осушила до дна. Затем закрыла глаза и посидела так некоторое время.

— Сколько? — спросила она тихо-тихо, на грани слышимости.

— Я хорошо вижу девочку и двух мальчишек-близнецов. Ещё несколько детских фигур маячит в отдалении. Обычно это значит, что леди Судьба благоволит паре, — закончила я, испытывая огромное желание обнять и хоть как-то поддержать богиню.

Мой дар отчётливо сообщил, что по божественным меркам наша прекрасная Мори — совсем ещё молоденькая девушка и прежде не имела детей. Возможно, именно поэтому она искренне полюбила нашего коварного и меркантильного Оганера де Луара, который так же неожиданно по уши влюбился.

Да я готова поспорить на Жемчужный замок, что их роман начался совсем не с любви!

Богиня лукаво на меня посмотрела и улыбнулась.

— Чувство самосохранения у тебя напрочь отсутствует, дитя, — пожурила она меня по-матерински заботливо и нежно. — Как и у твоего морского дракона, — кивнула она в сторону Фаульса, очевидно разыскивающего меня. Только вот поставленная богиней защита делала нас невидимыми. — Молодые, дурные. Одним словом: смертные!

— Простите.

— За добрые новости тебе полагается награда, — вдруг сообщила Мори, заставив меня оторваться от разглядывания заботливого принца — он нёс мне ещё пачку пледов. Ну не котик ли? Пара мгновений, и богиня поднялась, отряхивая юбку от несуществующих пылинок. — Решено. Будешь в подводном мире, спустись в Бездну Древнего Холода, благодарность будет ждать тебя там.

В моих глазах засияли бриллианты и жемчуга, древние сокровища, золото и серебро. Награда! До чего восхитительное слово!

Я будто наяву видела огромный жёлоб, доверху наполненный драгоценностями, артефактами и запечатанными бутылками с посланиями потомкам от первых магов, пришедших в наш мир!

— О, вот ты где! — раздался счастливый голос. — А я тебя везде ищу.

Дёрнулась, нехотя выныривая во внешний мир. Богини уже и след простыл, так что я осталась без защиты, и принц смог разглядеть без вести пропавшую сваху.

Фаульс протягивал мне ещё один плед, уговаривая вернуться в бальный зал и выпить что-нибудь горячее или даже горячительное, я же никак не желала расставаться со стоящей перед внутренним взором картинкой сокровищ.

— Нет, дорогой. Это я тебя ищу! — произнесла, потирая загребущие ручонки.

— Мне уже бояться?

— Ну что ты! Я ведь милая, нежная, трепетная дева. Ты должен меня защищать! Особенно от своего страшного отца, — сообщила я, подхватывая его высочество под руку и уводя в сторону дома.

— А если я откажусь? Хотя о чём это я? Ты ведь милая, нежная, трепетная дева. У меня нет выбора. Заставишь силой!

— Ты умный мужчина, Ульс. Уверена, мы сработаемся. Кстати, что ты слышал о Бездне Древнего Холода?

Глава 3. Драконов — на мыло!

«Драконов — на мыло!

Уважаемые жители Арратора!

К моему огромному сожалению и в силу обстоятельств непреодолимой силы, не смогу освещать магический турнир в этом году. Под обстоятельствами подразумеваю бессовестное, беспринципное, наглое, безобразное поведение морского принца, выкравшего меня, а также двух красавиц академии Сантор — леди Миру де Ройс и леди Бриджит де Ларс.

Будьте предельно осторожны, совершая морские круизы, в ближайший месяц мировой океан обещает быть неспокойным.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

— Бри, зачем тебе шуба на дне морском?

Я посмотрела на удивлённую Миру, затем перевела влюблённый взгляд на золотисто-рыжую меховую красоту, которая при малейшем движении превращается в живой огонь с алыми всполохами.

— Шутишь? Как я могу её оставить без присмотра?

— Ну да, действительно, — хмыкнула подруга, пожав плечами. — Ты о шубе как о домашнем питомце.

— Она лучше! — убеждённо заверила я, прижав любимицу к груди и нежно погладив. — Не царапает, не портит мебель, не издаёт неприятных звуков и запахов. И какая она приятная на ощупь! Ах! Нет, шубейка отправится со мной — и точка! Представь, как обалдеют местные красавицы, когда увидят меня в ней! Позеленеют от зависти!

— Аргумент! А это что, учебники? — Мира прогуливалась по комнате, осматривая мой багаж, и достала из открытой коробки книгу.

— Они самые! — подтвердила я, отбирая отнюдь не учебник по этикету, как гласила обложка.

— Верю я, верю, — засмеялась подруга. — Современной девушке без эротических романов на дне морском никак. Да и там столько полезной информации!

— Зря смеёшься, между прочим, — не стала и дальше лукавить я, понимая, что Мира знает меня как облупленную и про мою страстную любовь к романам авторства одного эльфа-извращенца вряд ли когда-нибудь забудет. Я ведь заставила её прочитать целых три книги! Так как первыми двумя она не прониклась. Впрочем, третьей тоже. Ничего не понимает. — Там действительно много полезного.

— Противозачаточные заклинания? — усмехнулась Мира чуть ехидно, однако заливший щёки румянец выдал ее с головой. Какой бы современной она ни пыталась казаться, непристойные темы вызывали у неё смущение. А вот мне его как раз не хватало.

— И это тоже! Но на самом деле принц Дри описывает различные миры, расы, позы…

— Замолчи! — не выдержала она и ожидаемо отошла от моей коробки с драгоценностями, чего я и добивалась. — Иногда с тобой невозможно общаться!

Я нарочито непонимающе похлопала голубыми глазищами, затем накинулась на подругу с расспросами, что она берёт в подводный мир, как упаковывает, учитывает ли возможность промокнуть там насквозь. И Мира огорошила ответом!

— Да особенно ничего. Я написала его высочеству, и вчера он заезжал на чай. Сказал, нам уже подготовили апартаменты, гардероб и…

— Яд в кувшине? — подсказала я.

— Свод правил.

— У-у-у, это не ко мне! — отказалась я от столь почётной миссии. — У меня каникулы! Сессию я сдала, имею право и близко не подходить к унылым книжонкам и тем более ко всяким правилам! Нет-нет-нет, пожалуйста, без меня. Слушай, а чего это он к тебе приезжал, а ко мне нет? Я сваха или как? — оскорбилась я в лучших чувствах, сообразив, что меня августейшая особа визитом обделила и глазом не моргнула. Хотя у Фаульса, должно быть, этот самый глаз до сих пор неистово дёргается после моих вчерашних шуточек.

— Пожалей бедного дракона, Бри, — укоризненно попеняла мне Мира. — Он с тобой вчера весь вечер провёл.

— И что?! — изобразила я полнейшее непонимание. Вечно они все преувеличивают!

— А то! Кто ему вчера пообещал сосватать принцессу Леюшку? Ульс, бедный, чуть заикаться не начал, когда ты вспомнила ту ведьму болотную.

— Вообще-то Леюшка — дочь Водяного Царя и достойная кандидатура, — веско произнесла я, хотя про себя откровенно веселилась.

О, это незабываемое лицо! Изумление, страх, ужас! Чего только на нём не было, стоило лишь вспомнить зеленоволосую и серокожую царевну.

Хотя о чём это я? На лице принца Фаульса было написано очень много чувств, однако чего на нём точно не было, так это энтузиазма!

— Нельзя быть такой безжалостной. Зачем ему плотоядная русалка? — в очередной раз пожурила меня Мира. Как хорошо всё-таки, что она разбавит нашу безумную компанию. Голос разума. Один на троих. Ведь Лин — та ещё заноза в… неприличном месте.

— Уничтожать недругов! — моментально нашлась я. — Нет улик — нет преступления. Идеальная жена! С такой и в огонь и в воду!

— И в Жемчужный замок, — лукаво добавила подруга.

— Вот замок как раз-таки для этой мымры болотной жалко. Он такой красивый, изящный…

Мы услышали, как сработала магическая охрана — в дверь постучали. Ждать, когда придёт слуга и доложит о госте, не стали — подбежали к окну, распахнули его и высунулись едва ли не по пояс.

На крыльце стояла фифа Лин Акройд собственной персоной. В кислотно-зелёном лаковом пальто, на невероятно высоких и острых шпильках, в безумной шляпке она выглядит как никогда инородно. Хотя эта дама всегда выглядит инородно, чуждо нашему миру.

Эпатажная, хитрая и коварная дамочка заслуженно возглавляет самую скандальную рубрику «Столичного Вестника» и вызывает у жителей Арратора нервный тик вкупе с заиканием. Одиозная личность, ничего не скажешь.

— Терпеть её не могу, — призналась Мира, когда гостья вошла в дом, а мы закрыли окно, вновь оставшись наедине и под магической защитой. — Она такая странная, пронырливая и вообще какая-то не такая. Представь, какие новости она будет передавать в Вестник из подводного царства.

— Выгодные правящей верхушке, конечно, — убеждённо произнесла я. — Фифа — не простая горожанка. Она прибыла к нам из другого мира. Это особо не афишируется, так что никому не рассказывай.

— Совсем никому, даже Серене? — несчастно вздохнула Мира.

— Серена в курсе. Таяна, кажется, тоже. Кори точно знает. Крис — не уверена…

— Да уж, Бри, умеешь ты хранить секреты.

— Как и все девочки! — беззаботно согласилась я. — Ты же понимаешь, секрет — это тяжкая ноша, а девочкам тяжёлое поднимать нельзя.

— В одиночку, — подсказала Мира.

— Ага! — радостно согласилась я, направляясь к двери. — Так, предупреждаю сразу: у нашей фифы масса талантов, о которых мы можем даже не подозревать. Эйнар сказал, она сильный маг, но, так как Лин работает на него лично и на Арратор в целом, мы обязаны во всём ей помогать и не лезть не в своё дело. Не представляю, правда, как это возможно, но нужно постараться.

Мира тут же поджала губы. В отличие от всей нашей девичьей банды подружек, она единственная не отличается интересом к людям и сплетням. Её искренняя любовь — травы, зелья, пыльные лаборатории и занудные учебники.

Ну ладно, лаборатории не пыльные, а хорошо оснащённые. Но во всём остальном я ни капли не погрешила против истины.

Мы спустились в малую гостиную, куда дворецкий уже провёл яркую гостью, и нашим взорам предстала неожиданная картина — визитёров было двое. Несколько обескураженная фифа и неясно как просочившийся в дом принц Фаульс.

Судя по отчётливому запаху йода и соли, он нагло телепортировался к нам прямо из дома!

— Ну что, леди, готовы?

— Нет! — дружно ответили все три дамы, и я в том числе.

— Перед смертью не надышишься, — сообщил прописную истину Ульс и активировал артефакт с крупной жемчужиной в центре.

— Не-е-е-ет! — протянула Мира.

— Только посмей! — пригрозила фифа, хотя было уже поздно.

— Шуба! — расстроилась я не на шутку. И, выпорхнув из телепорта в Жемчужном дворце, рявкнула: — Это тебе с рук не сойдёт!

Глава 4. А ларчик просто открывался

«Магофот проглотил анкилот!

Уважаемые читатели, вынуждена сообщить, что мой любимый магофот пострадал во время транспортировки, так что сводки с морских полей будут исключительно в текстовом виде, пока я не смогу урегулировать данный вопрос.

Невест принца ещё не видела, но есть подозрение, что наша умница и красавица, талантливый зельевар и просто восхитительная леди Мира де Ройс произвела на его высочество наилучшее впечатление. До самого ужина пара находилась в лаборатории и мило беседовала!

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

— Дамы, вам всем были направлены официальные уведомления о дате и месте переноса, — бессовестно соврал Ульс, играя на публику.

Я зло обвела взглядом сотрудников телепортационного зала. Доблестные воины в сверкающих доспехах слегка побледнели.

— Это… невеста? — спросил самый молодой и неопытный у старших коллег, понизив голос.

— Великая Бездна! Надеюсь, нет, — ответил ему близстоящий бравый вояка куда тише. Да только разъярённая девушка — всё равно что могучий воин в пылу сражения. Подмечает всё и сразу!

Развернулась к ним стремительной и юркой змеёй, зыркнула сурово.

— Будущая королева! — припечатала убойной фразочкой, ещё и бровями поиграла.

— Я согласен! — быстренько проговорил довольный дракон, хватая меня за руку и утягивая в сторону выхода. — Пойдём скорее к его величеству, сообщим радостную весть. Я всегда говорил, что без свахи на отборе не обойтись, а ты — лучшая! Только появилась в подводном царстве, а я уже почти женат! Ну не чудо ли?

Я открыла рот, ошарашенная подобным заявлением. Вспомнила, как Ульс бегал за мной по всей столице, то пирожными угощал, то уговаривал, то подарки слал… И ведь знал, зараза такая, с какой стороны подойти! Раздобыл совершенно новый роман эльфийского принца Дри. У нас в Арраторе о нём ещё даже не слышали! Ну как можно было устоять? А потом не побоялся саму богиню смерти, прибежал с пледами меня греть…

Даже моя завышенная самооценка совершенно трезво оценивает отношение ко мне морского принца. Он не влюблён. Лишь заинтересован во мне, и то меркантильно, а не матримониально!

Эта подводная драконья задни… простите. Этот морской дракон любит только артефакты и не скрывает своих извращённых пристрастий. Девушки ему нужны постольку-поскольку, и желательно из тех, что вовремя исчезают, не мешая заниматься любимым делом. Двумя любимыми делами — артефакторикой и выносом чужих мозгов…

— О нет! Мои книги! — завопила я, останавливаясь так резко, что едва не лишилась руки — Фаульс мчался жениться на всех парах и не желал меня отпускать.

Хитрожо… Хитроза… Этот скользкий и юркий прохвост и тут моментально сориентировался.

— Дорогая невестушка, в апартаментах тебя ждёт полное собрание сочинений твоего любимого писателя! — произнёс он, довольно натурально имитируя влюблённый взгляд.

— Я. Тебе. Не. Невеста! — отчеканила я и всё-таки спасла свою конечность от назойливого драконистого внимания.

— Зато и на разгневанную фурию уже не похожа, — легко согласился Фаульс и подмигнул. — Видела бы ты себя! Не юная леди, а богиня возмездия, честное подводное! Только явилась — уже довела десяток стражников до заикания.

Я сощурила глаза и оценила этого прохвоста. Вот как с ним работать? Вроде бы весь такой открытый и добродушный, с прекрасным и одновременно ужасным чувством юмора. Но это наносное. Хитрый и коварный драконище — вот он кто!

Чего только стоит эта его выходка! Сбил меня с курса в два счёта! Обескуражил! Выбил из седла! Когда такое вообще случалось?

И вообще, что за возмутительная наглость — копировать мои приёмы?!

— Богиней возмездия я стану, если не обнаружу в своей спальне книг и шубы, — предупредила честно.

— Бри, милая, ну зачем тебе шуба под водой? — попытался урезонить меня дракон.

Не такой уж и умный дракон, надо сказать, раз не понимает очевидных вещей!

— Чтобы производить впечатление, разумеется, — ответила ему свысока.

— О, у тебя отлично выходит и без подручных средств, — сообщил этот пренеприятный тип. — Точно говорю, впечатлённые тобой стражники уже капают валериану в коньяк.

— Шуба, Ульс! — произнесла я сурово, не позволяя ему отвлекаться от главного. — Или на первую встречу с твоими мамзелями я надеваю шубу, или…

— Снимаешь с меня скальп? — ужаснулся юморист. Однако по моему виду понял, что перегнул палку. — Извини, у меня нервное. Чем ближе я подхожу к женскому крылу, тем сильнее меня плющит.

— Конечно, под такой-то толщей воды, — включилась в разговор Мира, о которой я, бессовестная, на некоторое время позабыла. — Надеюсь, нам дадут пару дней на адаптацию и лишь затем принудят к светским мероприятиям? Я готова к посещению лаборатории в любое время, желательно сейчас.

Ах, эти тонкие намёки!

Подруга не скрывала нетерпения и едва не взвизгнула от счастья, когда Фаульс заверил, что до ужина мы совершенно свободны, а он как раз направляется в лабораторию и готов взять её с собой.

— После того, как распорядишься насчёт шубы, — напомнила я педантично. — А то знаю я вас, учёных. Как засядете в обнимку со своими котелками и колбами, так пиши пропало.

Уж к своей цели я иду, не петляя, не медля и не откладывая. Это остальные пусть переносят свои дела, чтобы сперва заняться моими. Может, эгоистично, зато работает прекрасно. И очень облегчает жизнь. Мне.

— Это, конечно, всё хорошо и замечательно, — раздался за нашими спинами недовольный голос фифы Лин Акройд, — но я осталась без магофота! Как я буду снимать фото и видеорепортажи?

Идущий впереди Фаульс замедлился, а после и вовсе остановился. Медленно-медленно выпустил руку Миры. Ещё медленнее обернулся к нам с журналисткой. Его красиво очерченные, но ни капли не пухлые губы изогнулись в ехидной, даже какой-то злой усмешке.

— Никак, драгоценная вы наша шпионка. Статьи будете передавать через канцелярию, жить под наблюдением. И вести себя соответственно.

Мы с Мирой даже рты приоткрыли от развернувшейся перед нами сцены. Но быстро исправились, сомкнув губы и плотно сжав челюсти, чтобы не влезть со своим ценным мнением туда, куда не следует. Мы здесь не ради политических интриг. И вообще, можно сказать, на отдыхе!

Так вот почему нас столь экстренно перенесли в Жемчужный дворец. Не дали подготовиться нашей фифе, тогда как сами предусмотрели всё заранее: гардероб для каждой, отдельные комнаты, доступ в лабораторию, наверняка тщательно вычищенную от вызывающих ненужные вопросы предметов. Даже книги из другого мира доставили!

Оборудовали подводную ловушку со всеми удобствами.

Хитро.

Только мы ещё посмотрим, кто кого. Уж мы-то найдём, чем удивить принца и всё морское сообщество!

Фаульс лично провёл нас к выделенным покоям, первой открыл дверь фифе, явно стремясь поскорее от неё избавиться, а затем со всей деликатностью сообщил Мире, что даст ей немного времени освоиться и зайдёт позднее, буквально через четверть часа, чтобы провести в лабораторию.

Учитывая, что его высочество только вернулся на историческую родину, разумно предположить, что ему необходимо встретиться с отцом, отчитаться, сообщить о встрече с новой властью Арратора, ведь свадьба свадьбой, но правители никогда не разделяют личное и государственное. Конечно, они встретились за закрытыми дверями. Как же иначе?

И это понимаю даже я! Хотя именно Бриджит де Ларс из девичьей банды академии Сантор славится своенравием, эгоизмом и определённой степенью капризности. Шикарный образ, я вам доложу. Очень полезный.

Но вежливая, деликатная, скромная красавица Мира и не думала проявлять тактичность, когда до мечты остался всего один шаг.

— Я уже вполне освоилась, — заявила наша научная девочка. — И вообще, что я, дворцов не видела, чтобы к ним привыкать и осваиваться? Веди меня в лабораторию! Понимаю, что у тебя дела, так что можешь оставить меня там…

— И забыть, — хмыкнул Фаульс.

— Да, ей можно было вообще покои не выделять, — вставила я. — Раскладушку рядом с комодом для ядов поставить — и всё. Счастливее человека не найдёшь.

— Но тогда я не смогу туда попасть, неприлично. — Ульс хоть и поддержал шутку, но намекнул — шиш вам.

Мира так и не вошла в свои покои, застыв в дверях. Подняла на мужчину полный надежды взгляд. И, к слову, в нём было столько страсти, что хоть сейчас на обложку любовного романа. Только вместо хищного, ушлого, коварного Ульса приставить какого-нибудь надёжного, сильного и заботливого.

Дар свахи затрепетал на кончиках пальцев — так и хотелось составить список качеств мужчины, подходящего подруге. Но не сейчас, не сейчас. Сперва я должна обеспечить подруге доступ в лабораторию её мечты.

— Так она на то и рассчитывает, — со смехом сдала я Миру с потрохами. — Кстати, дорогой друг, возможно, так и следует поступить. У тебя отбор невест на носу, негоже прятаться между колб и минералов.

Принц посмотрел на меня как на предателя, но я только похлопала голубыми глазками и нежно-нежно, как увидевший яблоко анкилот, улыбнулась. Помню, при первой встрече с этими милыми созданиями мы с девочками спустили едва не половину личного резерва. Ну до того милые! Ничего им не жалко! Ни боевых заклинаний, ни ядов, ни метательных кинжалов!

Не дождавшись от меня ни грана понимания, Ульс обернулся к Мире.

— Никаких раскладушек, я люблю работать ночью. Да у меня и времени больше нет. Пощадите, красавицы! Единственное место, откуда великосветских пиявок можно выгнать под предлогом опасного эксперимента! Вы должны меня понять!

Дракон скорчил ну до того потешную мордаху, что, не знай я его лучше, поверила бы и пожалела. А вот Мира повелась. Она вообще у нас добрая. Когда у неё не отбирают учебники и справочники зелий, конечно. Но, поскольку мы лишились только любовных романов, рассчитывать на её поддержку не приходится.

— Никаких экспериментов в моей лаборатории, — заявила она, сурово посмотрев на принца. — Ты обещал мне круглосуточный доступ и полный набор ингредиентов.

— Это моя лаборатория, — ревниво напомнил Ульс. — Я обещал тебе её лишь временно. И не говорил, что сам не буду там присутствовать.

— Бри, — особым голосом произнесла Мира, послала мне многозначительный взгляд и ушла рассматривать свои комнаты, напомнив его высочеству: — Четверть часа. Или я найду её сама.

— Ты туда не попадёшь.

Талантливейший зельевар не посчитала нужным тратить слова на самонадеянного владельца лаборатории, лишь хмыкнула и прикрыла дверь, оставляя нас с Ульсом наедине.

— Она ведь пошутила? — напряжённо уточнил он.

— Мира? У неё, конечно, прекрасное чувство юмора, но пользуется она им редко. И точно не в разговорах о науке, — радостно припугнула я. — Но не будем об этом.

— Будем.

— Договорились. Мы обсудим это сразу после того, как я надену СВОЮ ШУБУ! — рявкнула я.

Фаульс демонстративно закатил глаза, но меня было не пронять. Если он ещё не понял, что леди Ларс относится к той категории людей, которым проще дать, чем не дать, то ему сильно не повезло.

— Бри, ну ты ведь взрослая девочка, — мягко начал он увещевательную беседу.

— С ней это не работает, — сообщила Мира, приоткрыв дверь своей спальни. И радостно вопросила: — Ты уже пришёл за мной? Я готова!

— Бездна! Вы здесь всего пять минут! — в сердцах выдал Ульс, но быстро взял себя в руки. Принц всё-таки. Ему положено быть паинькой с иностранными гостьями. — Конечно, леди Ройс, я вас проведу. К сожалению, вынужден буду оставить вас в одиночестве. Надеюсь, вы не посчитаете это…

Я смотрела им вслед и разочарованно поджимала губы. Ну до чего жаль, что они не пара. Два помешанных на экспериментах и опытах создания. Она, вся такая милая и спокойная, он — ушлый и опытный… Нет, не подходят друг другу. Даже с натяжкой не подходят. Хотя, конечно, брак теоретически возможен. Он будет любить власть, она — его лабораторию, они будут мило беседовать и станут друзьями, но любовь романтическая никак невозможна.

А ведь мы провели здесь всего пять минут, но успели многого достичь!

Во-первых, лучше узнали его высочество.

Во-вторых, довели его до выканья и соблюдения всех правил этикета.

В-третьих, Мира уже сияет от счастья и, кажется, совсем не тоскует по Серене. Будучи лучшими подругами, они обе тяжело переносили расставание. Но у Серены слишком много забот во дворце, у Миры — учёба и новые зелья. Всё-таки правильно, что она отправилась со мной!

Так, что у нас ещё из достижений?

Я вошла в свои покои, и мысли яркими бабочками вылетели из головы, оставив лишь волшебную пыльцу очарования.

— Святая Эйри! — восхищённо выдала я, с трудом подбирая челюсть с пола. — Да уж, меня здесь явно ждали!

Кто-то явно меня сдал, иначе как объяснить совершенно нереальный дизайн помещения? Жемчужные стены дают мягкое ровное тепло и свет, вместо потолка — огромный прозрачный купол с невиданным мне магическим эффектом — словно я нахожусь не глубоко-глубоко под водой, а у поверхности, где через пару метров кристально чистой воды ярко светит солнце, пронизывая лучами огромные покои для одной-единственной, но желанной гостьи.

— Черепаха! — вскричала я от неожиданности. — Ой, медуза! Какая красивая! Ещё одна! Ничего себе, как их много! А рыбки!

Я чувствовала себя счастливым и беззаботным ребёнком, и не сразу заметила, что, помимо необычных стен и волшебного купола, в комнате есть ещё один сюрприз — огромный бассейн, наполненный кристально чистой водой.

Что может быть лучше для водного мага? Ни-че-го!

Взвизгнув, я принялась за одежду, безжалостно сбрасывая её на пол, и, наряженная лишь в собственную красоту и артефакты, нырнула в прохладную воду.

Блаженство!

Вода из подземных источников была мягкая и нежная, наполняющая силой, завораживающе ласковая и немного скользкая. Восхитительная! Я плавала до тех пор, пока мышцы не начало тянуть от усталости, а затем вынырнула на поверхность, перевернулась на спину и с улыбкой проследила взглядом за величественной черепахой, которая вновь решила проплыть мимо. Или, возможно, не уплывала.

— Правильное решение — отправиться сюда, — произнесла я тихо и довольно. Так прекрасно я не чувствовала себя уже много-много лет, возможно, даже совсем никогда: голова была пустой и звонкой, тело — расслабленным и довольным. Я вдыхала морской воздух, чуть солоноватый, с лёгкой горькой нотой, и никуда не торопилась.

А стоило бы!

Выступающих из воды частей тела коснулся прохладный сквознячок, я удивлённо повернула голову и… столкнулась взглядом с прозрачными льдисто-серебряными глазами принца.

Тихо скрипнула дверь за его спиной, отрезая нас от остальных жителей дворца.

— Я хотел поговорить, — произнёс Ульс хрипло. Прочистил горло коротким кашлем и повторил: — Хотел поговорить. Сейчас, если не возражаешь.

Я бы сказала, что от удивления и неловкости едва не утонула, но списать трагедию на хитрого морского принца всё равно не удастся — у него совести даже меньше, чем у меня, страшный дефицит в наше время, что сказать! Пришлось спрятаться под толщей воды и помочь себе небольшим заклинанием.

— Обычно говорят, что руки по локоть в крови, но ты, Бриджит, как всегда впереди планеты всей, погрузилась сразу по шею, — пошутил Ульс, направившись к шкафу, откуда извлёк расшитое жемчугом роскошное белоснежное одеяние из тончайшего шёлка и свёрнутое в рулончик махровое полотенце. — О, сменила цвет воды на бирюзовый? Одобряю. Он идёт тебе куда больше красного. Ну давай, выходи, — развернув полотенце, пригласил он.

У меня было что сказать этому невоспитанному гаду, но я решила сперва облачиться в приличествующую случаю одежду, а затем убивать паршивца не только взглядом, но и ядовитым словом. Всё же, при всей своей смелости, вести беседы в столь деликатном положении я не могу.

— Закрой глаза, — потребовала я.

— Ну, Бри-и-и, — обижено протянул он, но послушно зажмурился.

Я быстро выскочила из воды и нырнула в тут же сомкнувшиеся вокруг моего стана объятия.

— Отдай полотенце! — попросила, когда поняла, что этот негодяй начал меня нагло то ли вытирать, то ли щупать, то ли всё одновременно. — И руки свои убери!

— Если я плохо вытру, ты наденешь халатик, он промокнет и будет выглядеть на твоём шикарном теле настолько неприлично, что в отборе невест больше не будет необходимости — я выберу тебя, и дело с концом, — пригрозил Фаульс, безуспешно стараясь не пускать в голос благостные нотки.

Вот же зараза озабоченная! И это принц морской! Образец подражания для целого подводного мира!

— Выбирай! Но не удивляйся, если в один прекрасный день ты проснёшься под какой-нибудь ламинарией и в обнимку с акулой, а я в это время буду прогуливаться по своему прекрасному Жемчужном замку, расположенному на землях моего папочки, — пропела я ехидно. — Но как примерная жена, конечно, не стану отказывать тебе в визитах.

Его пальцы непроизвольно сжались, оставив отметины на моём нежном, не тронутом грубым мужским вниманием теле. Он притиснул меня к твёрдой груди, зафиксировал так, что ни повернуться, ни вырваться, а затем склонился к моему лицу, обжёг дыханием.

— Моя жена будет жить со мной здесь, на дне.

— Очень ей сочувствую, — беззаботно отозвалась я, стараясь не реагировать на интимные прикосновения. — А теперь выпусти меня, гад морской, иначе я за себя не отвечаю!

— И что же ты мне сделаешь, маленькая принцесса? — осведомился Ульс неожиданно ласково. Подозрительно ласково! Аж мурашки по коже побежали.

— Напомню о наших договорённостях, — ответила скопированным у своей нянюшки тоном. — Ты пригласил меня как друг, а сам ведёшь себя как… неподобающе, — подобрала я слово, не оскорбляющее наследного принца подводного мира. — Я недовольна.

Ох, ну какая же я молодец иногда! Прямо сама собой горжусь. Могу же, когда хочу… одеться.

Объятия ослабли. Совсем немного. Но этого оказалось достаточно, чтобы развернуться в кольце его рук и, пронзив взглядом паршивца, стащить с его плеча белоснежный шёлк дамского одеяния.

— Отвернись! — потребовала я. — А ещё лучше — выйди.

— К невестам? Ни за что! — Ульс сделал огромные глаза. — Бри, милая, ну ты ведь не станешь меня выгонять к ним? Я и так еле-еле умудрился избежать встречи с этими злю… гадина… невестами. Тьфу на них!

— Ага, то есть ты ворвался ко мне, спасаясь от потенциальных жён! — сообразила я и расхохоталась. — Ну даёшь! Не ожидала от тебя. Ты ведь принц! Негоже мужчине…

— Если мужчина и может позволить себе кого-то бояться, то только женщину! — патетично возвестил Фаульс и, сделав вид, что ему ужасно страшно, прижался своей наглой рожей к моей шее. Вроде как спрятал. Прохладную после бассейна кожу обожгло горячим дыханием. Интимное прикосновение оказалось невероятно приятным и немного возбуждающим.

Святая Эйри! О чём я думаю?

Срочно! Срочно спасаем ситуацию!

— Да-да. А я, значит, не женщина, — нарочито обиженно произнесла я, безуспешно пытаясь отодрать от себя дракона-прилипалу. У него там что, присоски, как у осьминога?

— О, ты прекрасная девушка, отрада глаз. И вся такая приятная на ощупь, — моментально согласился Ульс, вновь возвращаясь к дружескому тону и наконец чуть отстраняясь. О приличном расстоянии, разумеется, и речи не шло.

Хотя содержание его слов оставляет желать лучшего, я прекрасно понимаю, как моя неземная красота четвёртого размера влияет на мужчин, и не обижаюсь. Даже посчитала его реакцию своеобразным комплиментом. А если учесть, что гад чешуйчатый имел счастье увидеть её без какого-либо прикрытия… Ну что с него взять? Сражён и дезориентирован!

А я здесь ещё и коленями обнажёнными щеголяю! И бёдрами тоже. Полотенце Ульс выбрал коротковатое, ещё и елозил им туда-сюда по моему телу. А ножки у меня, может, даже красивее груди. Стройные, с красивым рельефом и без лишнего жира. Спасибо тренерам боевого факультета академии Сантор за ещё одно убойное оружие против здравого смысла у мужчин.

— Эй, эй, эй! Поосторожнее. Отворачивайся, изверг, дай мне одеться. Обещал ведь не приставать. И дня не прошло, как я здесь, а ты уже и посмотрел, и пощупал. Вот хотела бы за тебя замуж, заставила бы жениться.

Воспользовавшись его временным благодушием, быстро спряталась за широкой мужской спиной и нацепила что-то вроде лёгкого летнего платья без завязок, с широкими рукавами и длиной до колен. Н-да уж, достал, наверное, самое непристойное, что нашёл.

— Это ночная сорочка? — уточнила на всякий случай.

— Домашнее платье, — ответил Ульс, оборачиваясь без предупреждения и ощупывая меня взглядом. — Тебе идёт.

Не успела и глазом моргнуть, как этот извращенец шагнул ближе и поправил на мне платье, а по факту нагло и бессовестно погладил грудь и талию! Приятно так погладил. Ласково. И как-то неожиданно жарко… в других местах.

Отступила, шлёпнув бесстыжего принца по руке.

Фаульс, казалось, тихо дуреет рядом со мной и всё ещё видит обнажённую красавицу в бассейне, а не относительно одетую — рядом с собой.

Я взмахнула рукой, чтобы соорудить огромное зеркало. Всё же очень здорово, когда в твоей спальне бассейн с водой, из которой можно лепить всё, что вздумается. Отличная идея. Дома поставлю себе фонтан в спальне. И в гостиной тоже. И в библиотеке. И как раньше не додумалась?

Одного взгляда в зеркало оказалось достаточно, чтобы оценить наряд. Безукоризненно прекрасный, но столь же невероятно неприличный, особенно учитывая, что надет он на обнажённое тело и подчёркивает… вот прям всё. Бедный дракоша. Конечно, от такой неземной красоты у любого крыша поедет, даже у избалованного женским вниманием принца. Природа одарила меня идеальными пропорциями, и я тщательно за ними следила и совершенствовала.

И тем не менее его поведение недопустимо!

— Слушай, это, конечно, не моё дело, но холостые мужчины, говорят, держат возле себя таких специальных дам, чтобы не бросаться на всё, что имеет изящные изгибы, — произнесла, маскируя смущение ядовитым тоном.

— Как тебе не стыдно? — возмутился Ульс. — Ты же девушка!

— Мне стыдно? — вспыхнула я. — То есть ты врываешься в мою спальню, а увидев, что я не готова к общению, не уходишь, более того — пристаёшь, лапаешь и угрожаешь свадьбой! И это мне должно быть стыдно?! Серьёзно?!

Он прищурился, губы поджал. Неужели не верил, что я действительно ни капли в нём не заинтересована? Вот ведь самооценка!

Проклюнувшаяся не вовремя совесть царапнула мыслишкой, что у меня самооценка соответствует фаульсовской, а то, может, и превосходит её. Но я проигнорировала крамольные высказывания. Гадость какая! Всё у меня с самооценкой замечательно!

— Неужели совсем не хочешь стать принцессой? — спросил Ульс таким тоном, что кожу пронзили ледяные иглы страха.

Так, ну это уж совсем непорядок!

— Прости, Ульс, но я давно и безнадёжно влюблена в другого мужчину, — произнесла с достоинством. И плечики так расправила, чтобы точно не сомневался: вот она я вся — уверенная в собственных чувствах. И на твои притязания плевала с самой высокой башни.

— И что же это за мужчина? — вкрадчиво уточнил дракон. — Уж не император ли архов, перед которым ты крутила хвостом во время Зимнего бала?

Я распахнула глаза. Это что вообще такое? Ревность? Или его закусила моя незаинтересованность? Ну даёт.

Но ведь когда мы были в Арраторе, он себе подобного не позволял. И вёл себя вполне дружески. И вообще не намекал ни на что такое.

А вдруг заманивал в ловушку?

С другой стороны, когда бы он успел в меня втрескаться? И вообще, у него где-то избранная есть. Странно только, что он её не чувствует. Но это уж точно не я. Мы с ним виделись-то всего несколько раз, сто лет назад. А то, что сошлись характерами — так это из-за схожести характеров.

Я попыталась вспомнить, касалась ли я когда-нибудь его высочества, но в памяти чего только не было. Но касаний никак не припоминаю. Да и дар мой никак на него не откликнулся, а должен был. Так что волноваться не о чём. А бедная девушка, его избранная, наверное, сообразив, как влипла, сделала ноги из нашего мира и носа назад не кажет, лишь бы не связываться с этим извергом и тираном. Посмотрите-ка, как он на меня смотрит. Б-р-р-р.

— А если и так? — кокетливо спросила я, отойдя подальше и усевшись в огромное кресло в форме тропической раковины.

— Архов изгнали из нашего мира боги, — напомнил Ульс с серьёзной физиономией.

— Это не значит, что я не могу сама навестить прекрасного Нарна, — ответила с лукавой улыбкой, но тут же перешла на официальный тон: — А теперь, ваше высочество, давайте вернёмся к делу. Вы хотели поговорить об отборе невест и дать мне свои пояснения и рекомендации. Вот и приступайте. Как говорится, сделал дело — женись смело!

Ульс мученически вздохнул и закатил глаза. Будто это ему поможет! Ха!

Глава 5. Модный приговор

«Эффектно!

Мода подводного мира — это… Впервые в жизни у меня нет слов, дамы и господа!

Надеюсь, редакция в ближайшее время сможет передать мне магофот, и я порадую вас репортажем с фотографиями местных красавиц в необыкновенных нарядах.

Добавлю немного интриги: даже мне неловко быть столь… обнажённой.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Собраться на мероприятие, не зная моды подводного мира — затея не из лёгких. Для кого-нибудь — наверняка. Но не для нашей честной компании.

Я надела самый шикарный наряд из предложенных придворным дизайнером и даже не собиралась переживать, не чрезмерно ли.

Чрезмерно! Здесь никаких сомнений!

Чрезмерно обтягивающий и сексуальный. Чрезмерно открывающий грудь. Чрезмерно расшитый драгоценным жемчугом.

Но такой красивый!

Возможно, моя нянюшка упала бы в обморок или схватилась за нюхательные капли, увидев меня в этом произведении озабоченного искусства. Но я вспомнила житейскую мудрость, что со своим уставом в чужой монастырь не лезут, и, если совсем откровенно, страшно хотела пойти в этом платье.

Ну а что? Фигура есть, наглость появиться в таком наряде тоже присутствует. Да и когда еще выпадет шанс?

Даже если это нелепый розыгрыш, я выгляжу так эффектно, что все попадают! Особенно если накину сверху необычную иномирную шубу из мягкого, золотистого меха, который при каждом движении обжигает алым. В нашем мире животных с двухцветным мехом нет, а уж под водой — тем более!

Кстати, о шубе. Уже почти вечер, до мероприятия не более получаса, а её всё нет. Как и обещанной служанки.

И Миры!

— А-а-а! — завопила я в ужасе и выбежала из спальни.

— Что случилось? — спросила Лин, выглянув из своих покоев. И выглядела эта… нехорошая женщина тоже невероятно эффектно! Вот ведь негодяйка! — Мира пропала?

— Пропала! — фыркнула я. — Если бы! Наверняка ещё не выходила из лаборатории!

Лин выпучила глаза и даже приоткрыла накрашенный алой помадой рот, став немного похожей на красивую рыбку. Специально ведь нанесла такой макияж!

Впрочем, она всегда была модницей, так что её вид — не в пику мне. Но, надо признать, в серебряном платье, обтягивающем как вторая кожа, и лимонных шпильках она выглядит убийственно. Притом не только для мужской психики. Я тоже немного пострадала. Думала ведь, буду единственной звездой вечера.

— Так, я уже готова, могу сходить за ней.

— Пойдём вместе, — решила я. — Вдвоём больше шансов увести её силой от любимых колб. Она говорила, Фаульс к её приходу раздобыл несколько колб мастера Валедиуса.

— Это тот, что подарил её высочеству Серене набор бутылочек на свадьбу? Признаться, я была шокирована, когда она бросилась его обнимать и целовать при всём честном народе, едва сдерживая слёзы. Ято думала, какой идиотский подарок для принцессы, но она действительно обрадовалась, — выдала Лин хорошо поставленным голосом.

— Он самый. Его колбы особенные. Они никогда не взрываются, как-то сами сбрасывают давление, что-то там ещё делают. Я, признаться, не специалист, знаю только, что зельеваров от них за уши не оттащишь.

— Если Фаульс действительно оснастил свою лабораторию этими банками, у нас проблемы, — без малейшего почтения к магическим артефактам произнесла Лин. Зато точно уловила суть!

Где находится лаборатория, долго гадать не пришлось: за первым же поворотом обнаружилась стража, которая любезно нас провела до самой двери. Запертой.

Я постучала. Затем Лин. Затем мы вместе. Ответа не было.

— Она не выходила, — сообщил нам один из стражников, стараясь не пялиться никому из нас в декольте. Что довольно сложно, с такими-то нарядами.

— Где его высочество? — уточнила я деловито.

— У его величества, — ответил нам самый быстрый и сообразительный из мужчин. — Но к ним нельзя.

— Опаздывать к столу тоже нельзя, — отрезала я.

— Давай лучше я пойду, а то ты немного на взводе, — предложила Лин. — Кроме того, у тебя больше шансов выкурить Миру.

С удивлением посмотрела на эту смелую и красивую женщину. Да после слов Фаульса о шпионаже я бы на её месте… Хотя ладно. Чего лукавить? Меня бы они тоже вряд ли остановили.

Я кивнула и продолжила колотить в дверь лаборатории, громко призывая подругу и уже не на шутку волнуясь, не случилось ли чего. Мало ли, какие эксперименты она вздумала проводить там!

Стук каблуков Лин стих довольно быстро: видимо, кабинет подводного правителя находился не так далеко от лаборатории сына. Так что я рассчитывала на скорый приход Фаульса и звала не очень громко.

— Ты так по мне скучала? — бархатным голосом спросил Ульс, обнимая меня за бёдра и бессовестно прижимаясь к обтянутой белой тканью… стратегической окружности.

Я не слышала, как он подошёл, и откровенно испугалась. Дёрнулась. Прежде чем мозг сообразил, кто здесь такой юморист, сработали отточенные множеством тренировок инстинкты. И я со всей силы зарядила морскому принцу острым локтем в живот! Ещё и замахнулась второй раз, чтобы добить обидчика локтем в челюсть, но тут он уже успел оторвать свои лапы загребущие от моих неприкосновенных частей тела и спастись.

— Это я, Бри, я, — произнёс он сдавленно. — Прости. Больше не буду подкрадываться.

— То-то же! А теперь давай прекращай строить из себя мученика и открывай демонову дверь! Мире ещё переодеться нужно, — выдала я скороговоркой и закончила коронной фразой: — Где моя шуба, Фаульс?

— Ты святого доведёшь, — простонал он. — Ну зачем тебе под водой шуба?

— Если ты с первого раза не понял… — начала я, но сообразила, что мы здесь не одни, а свидетелей моего наглого обращения с их принцем лучше не оставлять.

Я бросила суровый взгляд на стражников, и тех словно ветром сдуло.

— Ну даёшь! — расхохотался Фаульс, открывая мне дверь. — Хотя я их понимаю.

— Не заметно! — выдала я. — Только и делаешь, что липнешь ко мне. Ощущение, будто тебе своих невест мало. Может, добавим ещё три десятка?

Пока его высочество показушно имитировал разбитое сердце, обморок и инфаркт, я прошла в лабораторию и увидела Миру. Та в мою сторону даже не смотрела и на шаги никак не отреагировала.

— Что с ней? — испугалась я.

Смех Ульса оборвался. В лаборатории воцарилась оглушающая тишина.

— Что. С моей. Подругой? — рявкнула я, оборачиваясь к нему.

— С кем? — раздался за моей спиной заинтересованный голос Миры.

Я стремительно развернулась, бросилась к этой озабоченной зельями, ухватила за плечи.

— Ты меня напугала! Нельзя же так пялиться в одну точку и ни на что не реагировать!

— Ой, ну что ты, Бри! Всё хорошо. Ты посмотри, какая красота получилась, — возбуждённо зашептала Мира, разворачивая меня к колбе с загадочно мерцающим бледно-розовым зельем с перламутровыми блёстками.

— Это что? — уточнила я деловито. Обычно наш зельевар предпочитала практичные рецепты просто интересным, натура у неё такая. Значит, раз сварила, точно пригодится.

— Успокоительное, — радостно ответила Мира. — То самое, иномирное. Помнишь, я рассказывала о нём! У меня не было ингредиентов, а здесь… О, Великая! Бриджит, у него здесь есть всё! — лихорадочно сияя глазами, восхищалась она. — Всё! Зелья, травы, минералы, металлы из других миров!..

Я закатила глаза. Конечно, она рассказывала! Даже не сомневаюсь, что не один раз. Но я и зелья существуют в параллельных вселенных. Ну не слышала я ничего, каюсь. А успокоительное — это хорошо, это очень хорошо. Жаль, мало сварила.

— Мира, тебе нужно срочно переодеться и спуститься к ужину, — начала я, надеясь на здравый смысл у помешанной на зельях красавицы.

На меня посмотрели как на предателя. Затем обиженно заблестели глазами и демонстративно хлюпнули носом. Не сработало. Посмотрели умоляюще. Похлопали ресничками. Улыбнулись с надеждой и тоской во взгляде.

Я махнула рукой и повернулась к его высочеству, мол, давай ты попробуй.

Стратегическая ошибка!

На мужчин-то все эти уловки действуют! Это я непреклонна как скала.

— Ульс, а мы можем сделать вид, что я вообще не прибывала в твой замок? — нежным-нежным голосочком спросила Мира, прижав к груди тонкую руку с изящными пальчиками. — Я здесь тихонечко посижу. И вообще никому-никому не буду мешать. Могу даже не выходить до окончания визита.

Я прямо-таки всем существом ощутила, что этот доверчивый и снисходительный к женским слабостям принц согласится на что угодно, если с ним общаться в таком тоне. Он весь подался вперёд и перенял этот её немного безумный взгляд помешанного на исследованиях учёного. Рот приоткрылся, собираясь разрешить Мире всё, что она пожелает, но мне нужны были союзники, а Мире — опыт общения с разными мужчинами. И ради счастья подруги я не буду идти на поводу у её страхов, особенно надуманных. Не так уж она не хочет замуж. Это она остальным пусть рассказывает сказки, но дар свахи не обманешь.

— Та-а-ак! — протянула я грозно. — Живо. Все. На выход! Немедленно!

И ножкой топнула.

Мира обиженно поджала губы, но направилась к выходу. Буркнула только: «Понаберутся дурных манер у всяких некроманток. Хотя ещё не ясно, у кого манеры хуже». Зато пошла одеваться!

— Она ведь ничего такого не хотела, — попытался вступиться за зельевара такой же сумасшедший учёный.

— Мы прибыли с официальным визитом, — напомнила я, включив стервочку. — И вам, ваше высочество, тоже не мешало бы переодеться.

Задрав подбородок повыше, направилась вслед за подругой. Идти старалась плавно и грациозно — смотрит ведь. Ну и что, что он мне в женихи не нужен? Заинтересованный и возбуждённый мужчина способен на всякие разные подвиги, а уж ято ему предоставлю возможности для героизма. Что я, себя не знаю, что ли? Богиня смерти прямым текстом отправила меня за наградой в Бездну Древнего Холода, но название настолько не внушало доверия, что лучше прокатиться туда с кем-нибудь сильным, опытным и смелым. Принц сгодится.

Если я не найду другую кандидатуру, конечно.

Скрывшись за поворотом, припустила бегом в комнату подруги. Тут уж не до дефиле. Нужно успеть её не просто нарядить — заставить надеть то, что на дне морском считалось одеждой, а у нас в Арраторе — в лучшем случае ночной сорочкой для первой брачной ночи.

Кружево, кружево, кружево… Сплошные дырочки, а не одежда! Ну и драгоценности, конечно. Единственное, что усмиряет любую скромность…

— Я это не надену! — в ужасе вскричала Мира, стоило мне появиться на пороге её спальни. — Ты видела это непотребство?

— Я его даже надела, — сообщила немного обиженно. Что за подруга такая? Не заметить, как шикарно я выгляжу! Хотя о чём это я? Там ведь были колбы Валедиуса с редким иномирным зельем. Конечно, ей не до подруг. — Как по мне, весьма эффектно. Выбери самое приличное, надень и пойдём. Волосы я тебе быстро соберу. Со служанками здесь какой-то караул — я свою так и не дождалась.

— Бри, я не пойду в этом. Я это даже не надену! На моей фигуре это будет выглядеть…

— Особенно аппетитно, — закончила я и попыталась утешить стеснительную подругу: — Не дури. Здесь такая мода. И магофота у Лин нет, никто не узнает, как ты выглядела. Примерь вон то янтарное платье, у него верх закрытый.

— А спина голая! — сорвав платье с вешалки, предъявила Мира это безобразие.

— Ух ты! — восхитилась я не на шутку. — Ты давай надевай моё, а я — это!

— Да сейчас! — Она прижала платье к груди и убежала за ширму. — Ужасная мода, просто ужасная. Или голый верх, или голый…

— Зад, — подсказала я ехидно, зная, что это шокирует впечатлительную красотку по самое не хочу. И немного примирит с действительно неприличным в Арраторе нарядом.

Но мы-то не в Арраторе!

Я принялась заговаривать ей зубы, всячески нахваливая её смелость и фигуру, а также через предложение напоминая, что мы должны выглядеть так, чтобы местные девицы мгновенно поняли, кто здесь самый красивый, нарядный и смелый.

Аргументам противостоять было невозможно, так что Мира быстро сдалась и всё-таки вышла из-за ширмы, заставив меня уронить челюсть.

— Вот это да-а-а, — протянула я в восхищении. — Мира, да ты… Вот это фигура! Просто… Да я сейчас умру от зависти!

Подруга зарделась, но явно была приятно удивлена моей реакции.

— Спасибо. Это всё из-за тренировок в академии. Я, наконец, немного похудела.

— Немного? Ты и не была толстой. Может, кое-где чуть в теле. Но, Тёмная Бездна! Я убить готова за такую фигуру, как у тебя сейчас! И такую грудь. Мне бы чуть-чуть поменьше, а то мужчины забывают со мной здороваться или и вовсе делают это во множественном числе. И речь не об официозе. Они общаются не со мной, а с ними.

Я указала взглядом на две пикантные возвышенности, которые сегодня даже избалованного женским вниманием морского дракона практически отправили в нокаут.

И это он ещё хорошо держится! Явись я в подобном наряде пред светлы очи наших боевых магов в академии, чувствую, там случился бы коллективный инфаркт. Или что понеприличнее. При этом спроси потом парней, кто довёл их до такого состояния, и они даже внешность мою описать не смогут, не то что имя назвать. На лицо никто и не посмотрит.

Я быстро уложила её локоны цвета молочного шоколада в простую, но элегантную причёску и посмотрела в зеркало.

— Мы красавицы, — произнесла довольно.

— Ужасно неприлично одетые, — вздохнула Мира, поднимаясь со стула и приглашающе открывая дверь.

— Учитывая, что шубу мне так и не доставили, скорее раздетые, — ещё горестнее вздохнула я, но отчаиваться не стала. — За это я отомщу Ульсу позднее. А пока, дорогая подруга, нам нужно оценить фронт работы и хорошо повеселиться.

— Умоляю тебя, Бри: веди себя прилично, — попросила скромная и хорошо воспитанная леди в янтарном платье, первой спускаясь по перламутровой лестнице, ведущей к входу в нужное нам помещение.

— Я по-другому не умею, — с достоинством произнесла я, чем вызвала у подруги истеричный смех. — Ну ладно тебе, зато со мной не скучно.

— О, здесь никаких сомнений! Нужно было, наверное, передать успокоительное зелье поварихам, чтобы сразу добавили в еду.

— Думаешь, поможет? — хмыкнула я довольно и первой вошла в столовую, да только едва не сбилась с шага. На меня смотрел его величество Даниарарг Третий, правитель Дааярда, приглашённый гость и друг его высочества Фаульса собственной персоной.

— Должно, — ответила мне Мира на вопрос, про который я и думать забыла. А затем она увидела его. — Ой.

Я посмотрела на коварного ящера, явно наслаждающегося нашим смущением. Размечтался, дорогой!

— Так, — бодренько начала я, потирая руки. — Выходит, у меня целых два подходящих для брака дракона!

Даниарарг Третий побледнел.

То-то же, дорогой! То ли ещё будет!

Глава 6. Ни одного свободного угла!

«Я глубоко шокирована!

Не уверена, что эту статью пропустит канцелярия его величества Килга, но буду надеяться на лучшее. Он невероятный мужчина и, уверена, выше стереотипов о журналистике.

Итак, ближе к делу.

Жемчужный замок — не только произведение искусства и древней магии, но также пристанище для сомнительных личностей. Я побеседовала с некоторыми конкурсантками, и — Святая Эйри, как такое может быть? — часть девушек никогда не слышали о соперницах!

Скажите, как такое возможно? Аристократия всех стран обычно как минимум общается на светских мероприятиях, здесь же, несмотря на радушие его величества, бывали далеко не все. Более того, их фамилии никому ничего не говорят!

Я в недоумении и приложу все усилия, чтобы разгадать тайну красавиц!

Кстати, его высочество по-прежнему держится в стороне от потенциальных невест, однако всё своё время проводит с гражданкой Арратора, леди Мирой де Ройс.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

— Многоуважаемая госпожа сваха, — официально начал его величество Даниарарг, при этом по-свойски подхватывая нас с Мирой под руки и нагло уволакивая от стола в уголочек.

Я про себя выдохнула: хорошо, Фаульс давным-давно выдал нам специальные браслеты, и всякие драконьи морды теперь не имеют на нас никакого неприличного воздействия! Вот был бы номер, если бы мы с Мирой сейчас поплыли, смотрели на собеседника глупым влюблённым взглядом и во всём соглашались.

— Что, ваше величество? Тоже хотите обратиться к моему дару? Ну так не скромничайте, не скромничайте, — ласковой лисой откликнулась я. — Да и после того, что вы, многоуважаемый господин дракон…

Я хотела произнести эпичную гадость — припомнить бесстыжему ящеру, как он едва не сделал мою подругу Таяну полностью подчинённой его воле игрушкой. Да, не ради собственного удовольствия, на благо страны. Но кого это волнует? Явно не меня. Однако Мира вовремя распознала яд в моём голосе и быстро перебила, не позволив закончить предложение, которое запросто могло стать причиной серьёзного конфликта. А ведь все заинтересованные стороны уже урегулировали вопрос. Одной мне не спится спокойно.

Да я тебе такую жену найду, мерзкая ящерица, такую!..

От сдерживаемых злых слов мои ноздри раздувались так, что, будь я магом огня, запросто могла бы выдохнуть две струи чистого пламени. Хорошо, моя вода — стихия хоть и коварная, но сдержанная. Изредка.

Как по заказу, стоило только подумать о невесте для дракона, в дверном проёме появились две первые красотки. И выражения на красиво накрашенных лицах были настолько стервозными, что я едва не отступила назад, лишь бы не общаться с этими барракудами.

И это ято!

Хотя я с виду-то милая и нежная фиалка. А эти — сожрут, костей не оставив.

— А вот и невесты пожаловали, — раздалось откуда-то сбоку, однако из-за мощной фигуры дракона я не разглядела говорящего.

— Кстати, Дарг, — обратилась к правителю Дааярда по-свойски, ещё и за руку немного потянула, привлекая внимание. — Как тебе эти красавицы? У левой шикарнейшая фигура. А какое платье! Ну, то, что можно принять за платье. Там ткань вообще есть? Мне, наверное, нужны очки, потому что я не вижу ни клочка. От этой учёбы и мелкого шрифта…

— Здесь и лупа не поможет. А зрение у тебя садится от чтения под одеялом, — наставительно сообщила Мира. Хорошо, не стала уточнять, что я при этом читаю!

Дарг прочистил горло коротким кашлем, посмотрел на меня измученно.

— Бри, будь лапочкой, скажи, что они — не мои суженые, — попросил немного жалобно, сразу позабыв и про официальный тон, и про наш чуть не случившийся конфликт. Бедного правителя драконьей империи женить хотят решительно все — от матушки до ненавистного Совета, и он всегда нервно реагировал на любой намёк, а ко мне и вовсе подходить боялся, как узнал о даре свахи.

А жизнь нас всё сводила и сводила!

Будь он не таким гадом, я бы, может, даже рассказала ему, что мы специально его подкарауливали всем своим дружным женским коллективом, и так же дружно тиранили, делая разные матримониальные намёки. Да я ради этих случайных встреч отменила не одно свидание и пропустила целых четыре бала!

Но как воздержаться от чудесной мести за нашу Таянушку?

Она, конечно, его давно простила, ведь дурацкий поступок дракона свёл её с любимым мужчиной. Но мы с девочками не настолько великодушны!

— Бри! — поторопил с ответом Дарг.

— Не твоя, — утешила я его, затем дождалась, когда мышцы руки под моими пальчиками расслабятся, и закончила: — Но я ещё не всех посмотрела. И иногда вижу пары не сразу.

Изводить повелителя драконов под замечательным и безобидным предлогом было чудесно, однако гости стремительно наводняли столовую и занимали свои места. Нас никто не приглашал к столу, не провожал и не подсказывал, куда садиться, так что мы с Мирой дисциплинированно стояли рядом с Даргом, надеясь, что рано или поздно о нас вспомнят.

Драконья же морда, видимо, поняв наше затруднение, и не пытался помочь. Что наверняка было мелкой и гадкой местью. Уж о традициях подводного мира он сто процентов знает всё, недаром лучший друг принца Фаульса.

— Куда ни плюнь — в принца попадёшь, — пробубнила я, вызвав у дракона закономерное «Что?». — Да ничего. Это я о своём, о женском. Об охоте.

— Скорее травле, — хмыкнул Дарг.

Гадёныш наслаждался нашим обществом, несмотря на то, что терпеть не мог шутки в свой адрес. Близкое знакомство в прошлом, когда он притворялся простым драконом без неприличного аксессуара в виде короны и попросил называть его «просто Даргом», не прошло даром. Наши подруги упорно ему «тыкали» даже после возвращения с практики, где они познакомились, а мы подхватили это панибратское отношение, и как-то так повелось…

Как сказала Серена, Фаульс и Дарг на самом деле в восторге, что могут общаться с кем-то вне официальных протоколов, так что с нашей стороны жестоко лишать их такой возможности.

А мы и не пытались!

— Может, пойдём уже? — спросила Мира напряжённо.

— Куда? Сядем к невестам, и нас радостно включат в их ряды? Скажут, традиция у них такая? — буркнула я. — Нет уж, подождём Фаульса, пусть он усадит нас согласно протоколу.

— Которого у них здесь, кажется, вообще нет, — озвучила она мои мысли.

Даниарарг Третий Противный старался не ржать, но мелкая дрожь выдавала его с головой, заставляя не на шутку раздражаться. А мне это категорически не рекомендуется. Вот вообще. Я начинаю бедокурить.

— Чувствую твою избранную, Дарг, — заявила я, не отрывая взгляда от одной из девиц за столом. С ней мы были уже знакомы, и если кого и сватать повелителю драконов, то только её! Красавицу-русалку из Арратора. — Ты будешь доволен, это весьма подходящая партия.

— Вряд ли, — не согласился его величество Гад Крылатый.

— Во-первых, она принцесса, — зашла я с козырей, никак не комментируя его заявление. — Во-вторых, хороша собой. В-третьих, с характером…

— Святая Эйри! Ты что, сватаешь ему принцессу Леюшку? — ужаснулась Мира, моментально разгадав мой замысел. — Бри! Это слишком жестоко!

Она выглянула из-за Дарга, посмотрела неодобрительно. Её чуть раскосые каре-зелёные глаза выглядели на редкость круглыми и даже капельку злыми. Такой Миры я ещё не видела.

— Что не так? — возмутилась я. — Она правда ему подходит. По статусу. По вредности.

Именно этот момент выбрала принцесса Леюшка, чтобы увидеть нас и, радостно скаля все свои острые зубищи, выскользнуть из-за стола и рвануть для радушного приветствия.

— Ах вы две скользкие, гадкие, коварные магички! — заверещала она издалека. — Своих женихов мало? Возвращайтесь в Сантор! Мы и без вас здесь разберёмся! Ещё конкуренток нам не хватало!

Леюшка была одета по последней моде: её серую кожу украшал минимум тёмно-фиолетовой ткани и максимум драгоценностей, а зелёные волосы собраны в замысловатую причёску и закреплены нитками с мелким речным жемчугом. Очень симпатично.

Ну чем не невеста для Даниарарга Третьего? Пусть глаза разует. Ишь, какой привереда! В человеческом облике у неё грудь почти как у меня. Запрёт в ближайшем болотце, будет навещать раз в год ради появления наследника…

Леюшка визжала и визжала, привлекая внимание, я же всерьёз раздумывала, кто получится у летающего дракона и русалки. Хвостато-крылатое чудовище? Дракон с рыбьей чешуей? Дык это почти морской дракончик.

— Зайди ко мне в лабораторию, дам тебе успокоительного, — нежным голосочком проговорила Мира, когда русалочий ультразвук ненадолго стих. — Отбор невест — такое утомительное мероприятие.

Пока Леюшка хватала ртом воздух, я быстренько включилась в беседу:

— Да, дорогая, непросто жить нам, простым женщинам. Вот когда у тебя есть жабры, можно закатывать многочасовые истерики и не прерываться.

— И кричать на остальных конкурсанток с чувством, с толком, с расстановкой и без ограничений, — добавила Мира.

— И не говори, дорогая. Леюшка, милая, уймись. Мы здесь совсем по другому делу. У нас практика, — соврала я, не моргнув глазом.

— Помню я вашу практику! Едва реку мою не вскипятили, затем чуть не накормили отравленными студентками! Да вас нужно запереть как особо опасных элементов с криминальными наклонностями!

Леюшка и не думала сдерживаться — орала как базарная баба, всплёскивала руками и разве что слюной в нашу сторону не брызгала. Я же решила, что просто обязана воспользоваться подвернувшейся возможностью поддразнить Дарга.

— Уверена, став королевой, принцесса Леюшка сможет быстро найти общий язык с Советом Дааярда. Вы ведь как-то упоминали яркие темпераменты его участников, — обволакивающим, мягким тоном произнесла я, поглаживая локоть дракона. — Кроме того, вы будете иметь возможность всю жизнь пенять матери, что она заставила вас жениться, а это дорогого стоит.

Дарг посмотрел на меня как на врага народа, но промолчал. А вот её высочество, смекнув, что к чему, мигом приняла стратегическую позу «грудь вверх, живот — к позвоночнику, одну ножку отставить, чтобы изгиб был красивее» и сладко-сладко, будто не она здесь визжала и сыпала проклятиями, запела сиреной:

— Добро пожаловать в Подводный мир, девочки. Очень рада вас видеть. Вы не представите меня вашему спутнику?

— Спутник, возможно, сам преставится, — хмыкнула Мира, нарочно убрав одну букву и полностью исказив смысл слова.

— Не исключено, — подтвердил Дарг. — Знал бы, что здесь будете вы, кра… кровопиц…

— Красавицы, — подсказала я.

— Змею… тьфу…

— Феюшки, — выдвинула Мира свою версию слова с буквой «ю» в центре.

— Интриганки! — обозвал нас бесстыжий Дарг, явно испытывая облегчение от того, что подобрал относительно вежливое слово.

Мы тут же приосанились, натянули на лица радостные улыбки, глазками захлопали, подтверждая: «Да, мы такие, и очень гордимся этим!» Дарг поник, поняв, что такими мелочами нас не пронять.

— Раз уж все забыли о вежливости, — вступила Леюшка, словно она только что не вела себя неподобающе, а была образцом для подражания и воплощением этикета, — представлюсь самостоятельно. Я — принцесса Леюшка, дочь Водяного царя и единственная его наследница. И раз вопрос сразу встал о возможности супружества, хочу вас уверить, что…

— Не встал! — быстро проговорил Даниарарг Третий, бессовестно выталкивая меня вперёд. — Госпожа сваха сказала, что мы с вами не пара. А я женюсь только на моей истинной.

— Но постойте. Я слышала как раз обратное, — заявила Леюшка, не собираясь отступать.

— Ой, Дарг, прости, нас зовут! — прощебетала я, вытаскивая руку из его захвата. — Мира, пойдём! Нас ждут великие дела!

— Согласна. Не будем им мешать, это невежливо.

Мы коварно бросили настырного ящера на ещё более настырную русалку и радостно сбежали за пределы столовой, чтобы уже там, скрывшись за широкими дверьми, насмеяться вдосталь.

Только вот судьба сегодня к нам явно не благоволит — присмотренный тайный уголок был занят. И не кем-нибудь, а самим правителем Подводного мира.

Этот суровый, желчный и гадкий мужчина вовсю тискал нашу фифу Лин Акройд!

— Будто другого места во всём дворце не сыскать, — от удивления Мира произнесла эту фразу вслух. Я же вела себя выше всяких похвал — онемела от шока и никак не выдала наше появление. Хотя это уже утратило свою актуальность.

Парочка тут же отлипла друг от друга. Посмотрела на нас затуманенными взглядами. А затем его величество, ни капли не смущаясь свидетелей, поправил на фифе платье, не постеснявшись провести широкой ладонью по точёному бедру.

— Что за молодёжь пошла нетерпеливая? — философски изрёк он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Нет чтобы как приличные люди дождаться официальной встречи.

— Милый, не ругай девочек. Им и так не по себе. Они такие хорошие и светлые, совсем ничего такого не имели в виду. Наверняка оказались здесь случайно, — защебетала Лин, хлопая ресничками и поглаживая царя по плечу.

— Да, — отмерла я. — Приносим извинения. Мы сами хотели здесь спрятаться.

— Чтобы отсмеяться, — уточнила Мира. И, повинуясь заинтересованно изогнутой брови повелителя, дополнила объяснение: — Мы отомстили Даниараргу, оставив его наедине с принцессой Леюшкой.

— Жестокие, — хмыкнул Килг. — Но так ему и надо. А теперь живо за стол, девочки. Я появлюсь через несколько минут. Ты, драгоценное моё сокровище, тоже иди. Я должен появиться последним, когда все займут свои места.

Мы с Мирой переглянулись, а драгоценное сокровище морского царя покраснело и быстро поцеловало его в щёку.

— Я буду по тебе скучать, — пообещала она тоном, каким, должно быть, обещают разные неприличности после свадьбы.

Килг прижал руку к сердцу и многозначительно посмотрел, и мы вынуждены были едва ли не силой спасать журналистку из его драконьих лап.

— У неё нет браслета, — произнесла Мира, удерживая Лин за правую руку.

— А у него есть жена, насколько я помню, — произнесла я жёстко, чтобы кое-кто излишне влюблённый прозрел и протрезвел.

Драконы оказывают на женщин воистину ужасное воздействие! Дамы теряют контроль над собственным телом и делают всё, что им прикажут. Ящеры же вовсю пользуются пикантной особенностью и ни капли не раскаиваются — нечем. У них ведь ни стыда ни совести.

— Нам нужно срочно раздобыть для неё ещё один амулет. Хотя как? Фаульс нам-то их делал несколько месяцев. Если только у него есть ещё варианты, — вздохнула Мира, не особо надеясь на успех.

— Очень сомневаюсь.

Мы быстро привели в порядок одурманенную Лин, поправили волосы, магией подчистили следы синяков на тонкой нежной коже и в целом встряхнули, объяснив, что случилось.

Однако, к нашему удивлению, Лин и не думала падать в обморок от произошедшего.

— Ну, хороший роман ещё никому не помешал. А я одна уже… дайте подумать. Господи! Ой! Святая Эйри! — быстро исправилась она, окончательно приходя в себя. — В общем, уже даже не помню, когда была с мужчиной. В прошлой жизни, не иначе.

Глава 7. Обидеть сваху может каждый. Выжить после этого…

«Восхитительные новости!

С официальным визитом в Подводное королевство прибыл его величество Даниарарг Третий.

Невесты сбились с ног, выбирая между двумя высокопоставленными и очень красивыми драконами. Сильными, высокими, мужественными…

Может, мне тоже принять участие в отборе? Жаль, короной не вышла. Она у меня небольшая и ненастоящая — для девичьих пижамных вечеринок. С принцессами подводного мира не тягаться. Тем более одна из них уже пообещала откусить мне ноги, и выглядела так, словно намеревается это сделать в прямом смысле! Зубы — во! (Простите за некрасивый рисунок, я всё ещё жду магофот.)

Наша сваха наблюдает и хмурит брови, но молчит.

Поверили? Разумеется, она не молчит, но мы живём по соседству, и я беспокоюсь о своей безопасности!

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша,

с морского поля боя

фифа Лин Акройд».

— Как хорошо, что вы с Мирой прибыли вдвоём, — шептал мне Фаульс между переменой блюд. — Посадил вас справа и слева от себя, и всё, можно есть спокойно. Никто тебе ничего не подсыплет, никто не начнёт щупать за колени и задавать провокационные вопросы.

— Что за нравы! — возмутилась я, словно у нас в Арраторе было по-другому. И, дождавшись, когда принц радостно закивает, надела маску праведного негодования на лицо и добавила: — Своими словами, ваше высочество, вы оскорбляете леди Ройс. Она лучшая по ядам и зельям, притом не только в академии Сантор. Мира — победительница турнира. И что угодно подсыпать или подлить может настолько незаметно…

Фаульс поперхнулся. Посмотрел на меня с ужасом. Затем уставился на тарелку, провёл над ней рукой, совершенно очевидно заставляя кольца-артефакты снова поработать.

Нет, ну а что, он всерьёз думал, я буду ему помогать после того, как он лишил меня любимой шубы? Да я, может, сюда ехала только с целью побыть законодательницей мод!

С невестами помогу. Даже моя вредность не сможет помешать дару сделать своё дело. Но идти на поводу у мерзкого, жадного, противного чудовища, не понимающего женских чаяний! Да ни за что!

— Не знаю, что и сказать, — выдавил Ульс.

— Я подскажу! — Радостно отложила вилку и развернулась к собеседнику, приготовившись вещать. — Для начала стоит принести свои самые искренние…

— Не стоит! — перебил он и потянулся к бокалу с вином. — Не стоит, леди Ларс. Давайте спокойно поедим.

— Спокойно? — Я состряпала зловещее выражение лица. — И, кстати, бокал бы вам лучше не трогать.

Фаульс отдёрнул руку, я же, спрятав ехидный смешок, отправила в рот кусочек чего-то непонятного с тарелки. Вкусно и без малейших примесей. Действительно хорошо, когда настоящий специалист по ядам и зельям, включая многие иномирные, следит за твоей тарелкой.

И вкусно!

Нужно будет прогуляться на кухню и лично выразить восхищение повару.

Посмотрела на злющего принца и машинально додумала мысль: «… если доживу»

— Не смотри на меня так, пожалуйста, а то твои невесты подумают, что я щупаю твоё колено, — попросила с милой улыбкой. О, какая страшная-ужасная вертикальная морщинка разрезала межбровное пространство.

— Ох, дошутишься, — пообещал Ульс, вдруг улыбнувшись так радостно, что я поняла: перегнула палку. Меня ждёт жестокая мужская месть.

— Дорогой, ну что ты, что ты, — защебетала я совсем другим голосом. — Давай лучше посмотрим на твоих рыбин.

— Пиявок.

— Нет, пиявки некрасивые, а эти очень даже ничего, — заявила я справедливо. — И они так блестят, словно рыбья чешуя. В общем, рыбины им больше подходят.

— Тогда пусть будут муренами, — предложил Фаульс. — Они змееподобные и больно кусаются.

— Ну, Леюшка кусается совершенно точно. Она плотоядная. Кстати, хочу заметить, что от неё я тебя уже спасла.

— Серьёзно? — не поверил дракон.

— Абсолютно.

— Да не может такого быть. Она же из этих… мурен самая ядовитая и прилипчивая.

— Есть такое. Но у меня был железный аргумент, — произнесла я и нарочно отправила в рот ещё порцию еды, чтобы мой собеседник умирал от любопытства как можно дольше. Ведь пока я ем, я глух и нем.

— До чего вкусно! — пробормотала я, стоило только прожевать еду. — Невозможно удержаться.

Живенько съела ещё кусочек, за ним ещё один, и ещё. Пока у бедного Фаульса не закончилось терпение.

— Бриджит! Что за аргумент? — требовательно вопросил он. И снова брови свои чёрные насупил, словно я — провинившаяся студентка, а он — мой преподаватель. Ах, ах, ах, какие мы строгие!

— Дарг, — коротко ответила я.

Ульс застыл, глядя перед собой. Затем моргнул. Медленно так, заторможено. Затем моргнул ещё раз и только тогда более-менее пришёл в себя. Лицо его приняло совершенно неописуемое выражение: смесь веселья, ужаса, злорадства и облегчения. И это лишь самые яркие эмоции!

— Аргумент действительно убойный, — произнёс он, позабыв о еде и вине. — Но… Бри, не слишком ли? Дарг ведь… Он не так снисходителен к обворожительным дамам, как я.

— И я отвечаю ему тем же! — радостно подтвердила я. — На любые пакости отвечаю взаимностью. А этот гад чешуйчатый…

— Попрошу не употреблять это ругательство, я тоже чешуйчатый.

— О! — Мои глаза вспыхнули от восторга. — Ульс, а я ведь не видела тебя в драконьем облике!

— И не увидишь.

— Ну почему? Ты некрасивый? Похож на рыбу? Или змея? Или ты малюсенький, как дракончик из комиксов про розовую драконицу Софи? Ты видел его, кстати? Новинка! Недавно вышел. Нарисовали наши студенты, — гордо похвасталась я.

— Я не некрасивый и похож… тьфу ты! Дракон как дракон, в общем. Давай есть, — попытался увильнуть от темы принц морской.

Но я уже умираю от любопытства и готова практически на всё, лишь бы поскорее довести дракона до трансформации.

А что для этого нужно?

Правильно — сумасшедшая степень бешенства! А уж доводить я умею. В этом я профи.

Стоит их только раззадорить, как они начинают частично покрываться чешуёй, показывают истинный цвет глаз, а значит, и магии. А если совсем взбесить, оборачиваются полностью.

Столько полезной информации! Да и просто интересно.

— Бриджит, у тебя на лице крупными буквами написано, что мне кранты. Давай вернёмся к этому вопросу, когда останемся наедине, — предложил разумный вариант его высочество.

Я прекратила фантазировать на тему трансформаций, представляя Фаульса в разных неприличных расцветках (а почему тогда он стесняется?), и вернулась к трапезе, как порядочная леди.

Только вот окружающие люди и нелюди не отличаются подобными замечательными качествами.

— Леди Ларс, — обратилась ко мне одна из мурен. На ней было ослепительно белое платье, как и у меня, поэтому девица изначально мне не нравилась. — А вы не могли бы нам рассказать о жизни в Арраторе? — начала она деликатно и благовоспитанно, чтобы закончить гадостью: — Я думала, дамы вашего возраста обычно имеют пару ребятишек и мужа, а не участвуют в отборах невест.

И так это прозвучало… наивно-наивно, искренне, мол, я вся такая прелесть какая дурочка, ничего ужасного не имела в виду.

Но… Дамы. Моего. Возраста.

Дамы!

Она бы ещё выдала: «пожилые матроны»!

То есть я выгляжу не на свои девятнадцать, а зрелой женщиной? Ах вот ты как! Мойва облезлая!

В голове пронеслось сто тысяч вариантов колкостей, одна ядовитее другой. Однако я поняла, что опущусь до её уровня, если начну огрызаться. Определённо, это меня не украсит.

Но поставить на место девицу стоит однозначно. А ещё лучше — использовать её, чтобы приструнить всех мурен сразу, обезопасить нас с Мирой и заполучить целый косяк угодливых рыбёшек.

Лучшая месть — это практическая польза от её выходки.

— Ваше высочество, — обратилась я к Фаульсу сдержанно и спокойно, как настоящий профессионал своего дела. Говорила нарочито чётко, внятно, но не громко, понимая, что сейчас к каждому моему слову прислушиваются, практически впитывают. — Как официально приглашённое лицо с уникальным даром свахи, сообщаю, что данную леди можно исключить из отбора. Она не соответствует вашим требованиям.

— Что?! — взвизгнула «леди», подскакивая и переворачивая бокал с красным вином.

Алые брызги летят на её соседку, та орёт ещё громче, вскакивает, хватает свой бокал и обливает обидчицу.

— Не соответствует, — нежным голосом подтвердила Мира негромко.

Я посмотрела на его высочество взглядом «Я же говорила!» и вернулась к еде, притом ела с наслаждением от каждого кусочка, никак не реагируя воцарившуюся за столом тишину, когда две сумасшедшие девицы пришли в себя и в ужасе замолчали.

Ужасно хотелось посчитать, сколько же продлится это невиданное явление — два десятка молодых… ну, пусть будут леди, так уж и быть, молчат. Но если бы я начала считать, то выглядела бы напряжённой, а так я с лёгкостью и воздушностью порхающей над цветочным лугом бабочки блаженствую от еды и не теряю присутствие духа.

— Согласен. Я не желаю видеть дурные манеры ни за столом, ни во дворце, — неожиданно для всех поддержал его величество Килг.

Невесты разом побледнели. Не исключено, что вспоминали о своём поведении в чертогах Жемчужного дворца, и что им было чего стыдиться.

И я не о манерах!

Стыдно должно быть за своё глупое поведение! Нормальные девушки изо всех сил скрывают дурной характер до брака, а не демонстрируют его направо и налево.

Это мне здесь всё можно, я сюда не для замужества прибыла. Ещё и фифа оказалась не такой мерзкой дамочкой, как мы думали. Не сдаст, когда вернётся. О Мире вообще молчу, надёжнее ещё поискать.

Твори и вытворяй — не хочу!

Я мило улыбнулась его величеству и посмотрела на Фаульса. Тот сидел с загадочным выражением лица. Создалось стойкое ощущение, что они с отцом общаются с помощью телепатии или просто отлично понимают друг друга, и единственное их разногласие лежит в области брачных клятв и детишек.

Килга можно понять. Он свой долг выполнил — сына «родил». Настал черёд Фаульса.

С другой стороны, его величество и сам мужчина хоть куда. Вон как нашей фифе показывал небо в алмазах! Та до сих пор сидит и стреляет в него многозначительными взглядами. И он, кажется, отвечает ей взаимностью. И именно из-за неё так неожиданно добр и человечен.

А ведь он жил ещё во времена фурий! Имел бурный роман с одной из них, долго страдал. Затем из чувства долга женился, даже, кажется, не раз. Но его дети по разным причинам не выживали. Фаульс — первый.

Неудивительно, что Килг — один из жесточайших правителей нашего мира. Зачерствевший и суровый, древний, мощный, страшный.

И, судя по его жарким взглядам на фифу Лин Акройд, совершенно бессовестный дамский угодник. У него ведь жена есть!

Кстати, где она?

Любопытство меня поедом ело, но за столом допрашивать Фаульса я не стала. Интуиция тихонько царапала изнутри, подсказывая, что лучше выбрать для разговора более удобное время, и я прислушалась к ней.

И ужасно страдала! Дико! Невыносимо!

Но справилась!

Почувствовала себя настоящей героиней!

Бывают ведь терпеливые женщины. Где-то. Не в нашей стране. Не в нашем мире. Наверное.

В любом случае я этой добродетелью (уверена, мифической) не обладаю, поэтому на балу едва ли не силком утащила Фаульса в ближайший свободный уголок.

— Какой кошмар. В твоём дворце даже спрятаться негде — ни ниш, ни балконов. Где секретничать? — довольно агрессивно предъявила я морскому дракону главную недоработку их архитекторов.

Совесть моя тут же подняла голову и ехидно подсказала, что такой дворец нам не подходит, так что пора бы уже закатать свою капризную нижнюю губу и прекратить мечтать о жизни в Жемчужном замке. Проще уж построить новый. Свой.

Но для этого нужен жемчуг!

А я как раз нахожусь там, где его и производят…

— Можем прогуляться, — предложил Ульс, хмыкнув.

Вот за что люблю этого мужчину, так это за его лёгкий нрав и снисходительность к женским слабостям. Жаль, не ко всем. Дворец-то он мне не отдаст. Но слабость к этой шикарной горе жемчуга у меня просто фантастическая! Едва удерживаюсь, чтобы постоянно не касаться стен кончиками пальцев.

— С радостью. Удиви меня! — выдала я свою коронную фразу, после которой половина мужчин терялась, вторая — делала какие-нибудь потрясающие глупости, окончательно лишая меня романтических иллюзий на их счёт.

— Запросто. Пойдём.

И Ульс коснулся стены, подпитав личной силой. Спустя пару сумасшедших ударов сердца, на её месте оказалась вода.

Казалось, она сейчас хлынет внутрь, затопит всё, намочит моё платье… Нет, я однозначно удивлюсь, конечно, никто и спорить не будет! Но не будет ведь принц дружественного нам подводного мира уничтожать таким образом сухопутную делегацию? Не будет.

Я быстренько состряпала самое обыденное выражение лица, даже гран скуки добавила, чтобы кое-кто не мнил о себе слишком много. Как раз успела принять нужный вид до того, как довольный Ульс обернулся.

— Это портал? — спросила с лёгким намёком на любопытство, подошла и даже не побоялась — пальчиком потрогала. — Ой, вода. Ну надо же.

— Пойдём, — решительно произнёс Ульс, взяв меня за руку и утягивая… прям туда! В толщу тёмной, страшной, глубокой воды.

— Прошу заметить, молодой человек, что ваша гостья не обеспечена жабрами или иным способом дыхания, — напомнила я, строгим тоном маскируя подкатывающую панику.

— На такой глубине это не главное, — хмыкнул принц Гадский. — Здесь сумасшедшее давление, человеческий организм, пусть и магический, с ним не справится. Поэтому мы прогуляемся под специальным заклинанием. Не бойся.

О, волшебные слова!

Прямо-таки заклинание! По крайней мере, в моём случае.

— Я ничего не боюсь, — произнесла важно и, расправив плечики, направилась в гущу событий. И руку Фаульса старалась не сжимать, хотя отчётливо чувствовала, что отвратительно влажные от ужаса ладони меня выдали с головой. — Надеюсь, мои туфельки на каблуках не пострадают? Мы будем идти по магическим дорожкам?

— Туфли лучше снять, — посоветовал Ульс, но я уже пересекала прохладную и страшную преграду.

Глава 8. Деловые планы

«Мы не позволим ущемлять их права!

Дно — это не только Подводный мир, но и аллегория, обозначающая уровень обращения с дамами.

Перламутровые жемчужницы организовывают кооператив, защищающий их право на прекрасный внешний вид, а также обеспечивающий защиту от поборов! Почётным председателем избрана леди Бриджит Ларс.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша,

шокированная донельзя

фифа Лин Акройд».

Мне пришлось призвать всё своё мужество, я бы даже сказала — всю свою дурь, чтобы сделать это. Но, как говорится, назвался груздём — полезай в корзину. Хотела удивляться — пожалуйста.

В следующий раз буду умнее.

«Не будешь», — хмыкнула язва-во-мне.

«Не буду», — согласилась я.

— Это что такое? — восхитилась вслух, прекратив внутреннюю болтовню.

— Дно, — хмыкнул Ульс, специально игнорируя все потрясающие магические ухищрения, позволяющие мне гулять между водорослей, кораллов и любопытных рыбёшек, не замочив даже носков туфель! При этом каблуки утопали в песке по-настоящему!

Я побегала вокруг небольшого скопления кораллов, разгоняя рыбёшек, помахала руками, а затем ущипнула вредного морского принца за плечо.

— Ай! Ты чего?

— Проверяю, не снится ли мне всё это.

— Дык себя щипай!

— Себя жалко! — расхохоталась я, пребывая в невероятно прекрасном настроении. — Здесь так красиво! И совсем не темно. А я могу потрогать водоросли или тогда мой пузырь с воздухом лопнет?

— Можешь. Но ощущения будут не те. Со мной, когда я в таком же пузыре, ты можешь взаимодействовать. Пузыри объединяются в один, это очень удобно.

— Даже не стану спрашивать, для чего, — пошутила, на всякий случай отбежав подальше от подозрительного принца.

— Ой, Бри! — Фаульс закатил глаза и продолжил: — Во всех остальных случаях ты лишь ощутишь небольшую твёрдость и всё. Ты можешь брать с собой камушки, погладить кита, но только через магическую преграду. Она достаточно надёжна, так что никто тебя не покусает и током не убьёт, — обрадовал меня он. Затем, подумав, добавил: — Киты не едят что попало, так что это исключено. А вот живоглотики теоретически могут проглотить с пузырём. Они, конечно, людьми не питаются, но…

— Это ято что попало? — возмутилась, замерев от такого хамского заявления. — Нет, ну ты думай, что говоришь.

— Прости, Бри. У нас принято шутить так о людях. Это не о тебе конкретно. Вырвалось.

Я только глазами на него захлопала. Это что же получается? Мы у них здесь герои анекдотов?

Только вот долго сердиться не смогла — чувство справедливости взяло верх. У нас тоже хватает анекдотов про все расы. Вполне логично, что жители подводного мира так же ехидничают в наш адрес. И чего я взъелась?

— Ладно, пойдём гулять. Посмотрим, как здесь у вас всё устроено, — решила я сменить гнев на милость. — Только вот туфли нужно вернуть.

— Нежелательно часто переходить через стену. Я это сделал, чтобы произвести на тебя впечатление.

— Ах, ах, посмотрите на него, — пропела я, отгоняя от лица настырную ярко-розовую неоновую рыбёшку. — Что ещё ты планировал сделать? Надеюсь, не поцеловать меня?

— Если это намёк…

— Размечтался! Прости, что-то я совсем расслабилась и болтаю что попало. Мы с тобой друзья, друзей целовать нельзя. — Я подняла указательный пальчик вверх, и противная рыбёшка тут же в него впилась. Попыталась впиться. Хорошо, я в специальном коконе. — Я вот что хотела у тебя спросить. А куда делась нынешняя королева?

Фаульс резко посмурнел. Даже наши волшебные коконы, казалось, стали излучать меньше света.

— Её больше нет.

— Ой, прости, — заволновалась я и подбежала к другу, чтобы обнять и утешить. — Извини, пожалуйста. Я совсем не подумала. Это фурия, да? Она ведь гостила у вас до переворота в Арраторе. Фурии не терпят конкуренции.

— Её убил отец. Своими руками, Бри. Не обманывайся его показным благодушием.

— Уверена, она ему приказала, — заявила пылко. — Я знакома с бывшей королевой Арратора. Изольда умела управлять мужчинами так, как не дано ни одной женщине. Недаром у фурий нет своих мужчин. Они их видят насквозь, вот и извели, не иначе.

— Ладно, не будем об этом. Не самая приятная тема. — Ульс заставил себя расслабиться и улыбнуться. — Пойдём, лучше покажу то, что тебе точно понравится.

— И что же это может быть? — заинтересовалась я немного наигранно, ведь даже мне не так легко переключиться с ужаса на воздушную непосредственность. — Затопленный корабль, наполненный золотом-бриллиантами? Вряд ли. Вы бы уже давно… спасли сокровища, — выкрутилась я с формулировкой. Не обвинять ведь морского принца в хищении чужого добра. Хотя, наверное, оно всё-таки уже принадлежит подводному миру. Я не сильна в политике и юридических тонкостях.

— Мы не обчищаем корабли, Бри, — мягко заметил Фаульс. — И не стоит подбирать слова. Мы тоже не одобряем подобное поведение. Кроме того, у нас достаточно своих сокровищ, мы их любим куда больше, чем ваши драгоценности. Всё, что выросло на нашей территории, дороже любой редкости с суши.

— Я понимаю. Мне так же дорога моя шуба, но что-то ты не спешишь меня радовать, — не упустила возможности уколоть его.

Всё это время мы продвигались, освещая небольшую площадь дня, но дорога ухудшилась. Ульс взмахнул рукой, и вода враз стала сама излучать голубоватый свет!

Я обомлела от царящей повсюду красоты. Водоросли взмывали к небу тёмно-зелёными узкими лентами, красиво покачивались, скрывали ярких рыбок и морских коньков. Разноцветные кораллы притягивали внимание не только расцветкой, но и активной светской жизнью: столько всякой разной живности кружило вокруг, не иначе, у них там тоже свой бал. Юркие рыбёшки проплывали мимо, некоторые — делая почётные круги вокруг нас с его высочеством. И это было так невозможно прекрасно и удивительно, что я и не заметила, как начала гулять вокруг и разглядывать всё, до чего только мог дотянуться взгляд или добежать ноги. И так увлеклась, что удалилась от Ульса на приличное расстояние.

Зато что я там нашла!

— Какие вы огромные! — восхитилась, увидев крупные ракушки, в которых должны рождаться прекрасные драгоценности. Я выросла у моря и немного разбираюсь в них. — Интересно, а жемчуг у вас есть? Здесь такая приличная глубина, ныряльщикам точно не добраться, значит, должны быть крупные экземпляры.

Я с предвкушением потёрла руки и подошла к первой красавице-раковине. Она почти зелёная от налипших водорослей, но в моих алчных глазах прекраснее не найти!

— А ну-ка, дорогая, дай доброй тёте посмотреть, что там у тебя есть, — приговаривала я, помогая себе магией воды, которая, по счастливой случайности, не задерживалась в моём коконе с воздухом. — Открывайся, моя хорошая. О-о-о! Жемчужина! Жемчужина! — заверещала я, прыгая козой вокруг раковины, которая воспользовалась моей радостью и быстренько захлопнулась. Ещё и так плотно, что и ножом вряд ли вскроешь, не то что магией.

— Нашла жемчужницы? — в момент оценил мои ужимки и прыжки подошедший Фаульс. — Смотри, что я тебе хотел показать. Пришлось немного задержаться. Надеюсь, ты не обижаешься на это… досадное недоразумение.

Ах, посмотрите, какие мы вежливые! Деликатно намекнули, что ято как раз об этикете и слыхом не слыхивала, раз бросила своего спутника и убежала, заприметив сокровище получше каких-то рыбок и кораллов.

Ну простите! У меня шубный стресс по чьей-то вине. Его может излечить только жемчужная лихорадка. Если такого термина ещё не изобрели прежде, то с этого момента он вступает в силу! Срочно приложите ко мне три мешка жемчуга, пусть вытягивает все хвори!

Да ну что же за мерзкая ракушка?

— Что там у тебя? — пропыхтела я, не отрываясь от противного моллюска, скрывающего от меня огромную, с черешню, не меньше, жемчужину удивительного кремово-розового цвета. Уже и так и сяк пыталась нащупать её слабое место, превратить воду в ледяной стилет и безжалостно добыть моё коровище!

— Бриджит, я хочу подарить тебе подарок, — настойчиво произнёс Фаульс.

— Да-да, сейчас, минуточку, — я пыжилась и силилась, как гном, нашедший в скале огромный драгоценный камень. Варварские методы добычи не подходят, можно повредить свою прелесть, щепетильные и медленные — тем более, ведь можно с ума сойти от ожидания! Но доставать надо!

— Бриджит, да оторвись ты от них! — возмутился Фаульс. — Все моллюски подчиняются мне, стоит только…

Я тут же бросила жадину-ракушку, подбежала к нему и ухватила за кафтан.

— Прикажи им отдать мне жемчуг! — потребовала возбуждённо.

— Сейчас не сезон, и эта плантация…

— Святая Эйри! И как я раньше не поняла, что вы его не просто добываете? Вы разводите ракушки, выращиваете жемчуг и строите из него дворцы, да? — Мой мозг уже обдумывал, как лучше организовать поставки жемчуга на берег, каких рабочих нанять для строительства моего личного Жемчужного Замка… Но один нюанс всё портит. — Ульс! Я хочу себе такую плантацию. Как её заполучить?

Я впилась взглядом в ушлого дракона и точно уловила момент, когда он решил меня поддразнить. Ну вот, сейчас снова заведёт волынку о свадьбе. Попробуем сыграть на опережение!

— Кстати, если ты ещё думаешь о том, чем заплатить мне за помощь на отборе, это, — я обвела рукой бесконечную плантацию жемчужниц — отличный вариант.

— Бриджит, ты невыносима, — мученически простонал и закатил глаза Фаульс. Но я молчала, не подтверждая и не опровергая данный факт, так что ему пришлось пойти на уступки. — Открыть створки! Досмотр! — сурово приказал он вредным моллюскам.

У меня глаза разбежались! Я была готова лично собирать «урожай», но его высочество, злющий как подводный демон, прошёл вглубь, посмотрел на предъявленные ценности и недовольно скривился.

— Эта плантация ещё не готова. Ты достойна большего.

— Чего она достойна? Всего царства морского? — неожиданно пропищала раковина, которую я так тщательно пыталась открыть немногим ранее.

Голос у неё был скрипучий и противный, как и она сама, и раздавался, кажется, сразу в ушах, потому что на телепатию это совсем не похоже. Может, эффект кокона, конечно, не знаю.

— Эй, эй, эй! Попрошу здесь без намёков. Я не невеста, — возмутилась я. — Я здесь в гостях.

— Знаем мы таких гостей, — фыркнула жемчужница. — Одной замок построй, другой на платье собери чёрного жемчуга, третьей на тиару — розового… Никакого нам спокойствия. И за что это всё? Мы-то чем провинились?

Я удивлённо захлопала глазами.

— Это что же получается! — голодной флакцией глядя на Ульса, начала я. — Вы тут эксплуатируете бедных ракушек и ничего не даёте им взамен?

— Ракушкам? — У него глаза на лоб полезли. — А что им нужно?

— Ну явно не только одни обязанности, но и какие-никакие права! — Я от возмущения топнула ножкой и едва не попала пяткой в морского ежа. Хорошо, кокон защищает от таких напастей.

— Да! Да! Да! — заверещали моллюски вразнобой.

— Хватит уже нас эксплуатировать! — грозно защёлкала створками моя несостоявшаяся добыча. — Мы собрались переезжать!

Думаю, в этот момент мы с Фаульсом замерли с одинаково обескураженными физиономиями. Я так и представила, как жемчужницы собирают пожитки в узелки, показывают нам языки и отбывают в долгое путешествие…

— А вы случайно не в Бездну Древнего Холода переезжаете? — с надеждой уточнила я, вспомнив об обещанной богиней награде.

— Святой Кальмар! — воскликнула жемчужница. — Нет конечно! Что мы, совсем без мозгов? Нас пригласили пожить в соседнем море, оно теплее, состав воды приятнее, еды больше.

— Это что ещё за разговоры? — недовольно рыкнул Фаульс.

— Вот именно, — поддакнула я. — Что за разговоры? Эти милые леди, между прочим, выбирают место, где им больше нравится, где вкуснее и сытнее. Теплее, в конце концов! Мы, девочки, знаешь ли, чувствительны к температуре. Кстати, красавицы, всё южное побережье — это земли моего отца. Если вдруг чего, милости прошу. Сделаю вам персональное море, обеспечу всем необходимым. Буду лично загонять вам планктон из Нарнового моря, Фаульсу он уже всё равно не нужен будет в таких количествах.

— Бриджит! — возмутился принц морской.

— Что Бриджит? — в тон ему ответила я. — Ты посмотри, как они живут! Бедненькие! Их ведь никто не моет, не чистит. Вон, все водорослями покрылись, кораллами поросли. А они вообще-то девочки! Зеркала где? Где пилки от налипающего мусора, средства для ухода за собой? Ты совсем не думаешь о прекрасных жемчужницах! Если уж эксплуатируешь, то и заботься!

— Да! Да! Заботься! — поддержали ракушки хором.

Я прекрасно понимала, что мелю чушь, но идея заполучить огромную популяцию жемчужных моллюсков свела меня с ума! И ведь не проблема их всем озвученным обеспечить!

Мире только поставь задачу изобрести безопасное средство для удаления водорослей и наростов: она в два счёта его придумает, ещё и поблагодарит за интересное задание и испытание её мастерству зельевара.

Зеркал дома навалом, поделюсь, с меня не убудет. Ой, да докуплю! Я совсем не жадная!

Приходить в гости и болтать с ракушками, рассказывать им последние сплетни для хорошего настроения и ускоренного жемчугоделания в обмен на лучший жемчуг во Вселенной — это вообще одно сплошное удовольствие! Я прямо-таки чувствую, что мы уже с ними сошлись характерами!

И будет у меня свой собственный Жемчужный замок. Не стану его строить огромным, а то потом ведь придётся выходить замуж, переезжать, перевозить как-то свою прелесть. Или лучше у папы оставить?

Ладно, отложу вопрос до лучших времён. Посмотрю сперва, что за муж, можно ли ему доверить такое сокровище или разумнее оставить своему роду.

— Никто. Никуда. Не. Переезжает, — практически по слогам, чтобы до нас, бестолковых, дошло, произнёс Фаульс. — Я не подтверждаю.

Мамочки, вот это мощь! Я, конечно, подозревала, что принц морской, ещё и дракон — это не милый зайка, прыгающий вокруг меня на задних лапках, но к такому не была готова. Суров. Б-р-р-р!

С другой стороны, он первый и единственный принц, выживший в непростых условиях подводного мира. Это уже о многом говорит.

Моллюски своего повелителя хорошо знали и быстро заняли прежние места, даже больше не щёлкали створками, показывая спрятанные внутри богатства.

Однако меня суровым тоном было не пронять. Да и вообще, все эти невероятно суровые и жёсткие мужчины совершенно беззащитны перед хрупкими блондинками. И хорошо, что они об этом не догадываются. Пусть и дальше самообманываются, а мы, девочки, будем нежно, тщательно и аккуратно вить из них верёвки. Длинные-предлинные!

— Милый, не стоит так жестоко обходиться с леди, — защебетала я, взяв принца под локоток. — С ними нужно любовью и лаской. Можно ведь договориться так, чтобы всем было хорошо. Давай я этим займусь, а? У тебя так много дел. Зачем вообще нужны друзья, если на них нельзя положиться в таком простом, но важном деле?

Я подняла взгляд и похлопала ресничками, зная, что так мои голубые глаза выглядят особенно наивно.

Но Ульс на то и гад морской, хитрый, коварный драконище, чтобы распознавать женские ухищрения.

— Нет.

Я прижалась к нему чуть сильнее, заставляя наши защитные пузыри слиться в один. Потёрлась щекой о мужское плечо, прижалась грудью к твёрдому локтю и ещё раз обратила к нему умоляющий взор.

Ну же, давай! Ну я ведь знаю, что ты неравнодушен к милым и ласковым девушкам. Дар подсказывает, да и весь вычитанный в книжках опыт — тоже.

— Бриджит, — попытался укорить меня Фаульс, но голос его звучал мягко и чуть устало, словно он уже сдался на милость победительницы Бри.

— Я бы могла за ними присматривать, следить, чтобы их не обижали, не заставляли много работать. А ведь от этого напрямую зависит качество жемчуга! Может, как строительный материал быстро слепленный жемчуг и хорош, но для изысканных украшений и твоих любимых артефактов нужны самые лучшие, крупные, идеальные экземпляры. Уверена, грамотный уход, обеспечение безопасности этим милым девочкам, приятная женская компания — и они начнут радовать тебя каждой партией.

— Особенно если добавить нам ещё магии воды, — подсказала «моя» жемчужница.

— Я могу и магией их снабжать! — вызвалась я быстренько, увидев проблеск интереса в прозрачных драконьих глазах, когда соблазняла его рассказом об артефактах. — За небольшой процент от прибыли.

Фаульс усмехнулся.

— Бриджит, ну ты ведь девушка, зачем тебе утруждать себя работой и тем более коммерцией? — деликатно намекнул он на то, что моё предложение неприлично.

Но когда меня смущало чужое мнение?

— А мне это в удовольствие! Хобби! Вязать я не люблю, шить тоже, музицирование — вообще не моё. А гулять по дну мне понравилось. И Мире, уверена, будет интересно поучаствовать, да и зелья специальные разработать для прекрасных перламутровых дам. Ну давай, решайся же!

Я посмотрела на него с такой надеждой, что даже камень не устоял бы.

— Хорошо. Дерзай. До конца отбора они твои. Или до конца визита в Подводный мир, — уточнил Ульс так, словно меня из этого самого мира со дня на день выдворят.

Размечтались!

У меня тут такое шикарное дело нарисовалось! Да даже если сам Килг в ультимативной форме потребует от меня возвращения домой, я устрою здесь революцию, но ракушки свои не отдам! Призову тяжёлую артиллерию — своих девочек. И мы им покажем, где раки зимуют!

На крайний случай попрошу Корделию организовать нелегальный переезд моллюскам в мои владения. Быстро сообразить им небольшое море — не проблема, благо Полин вышла замуж за мага земли, он нам в два счёта устроит разлом. Уж поживёт папенька без поля для гольфа. Эта игра вообще иномирная, никому, кроме него, не интересная. А воду я нагло позаимствую у гадов-негодяев, которые меня изгнали!

В общем, два запасных плана подготовила, даже настроение как-то сразу улучшилось.

Подтвердила Фаульсу, что готова к труду и обороне, займусь всем сегодня же и начну пока с Миры и зелья.

Ракушки восхищённо захлопали створками, запищали что-то вроде «вот теперь заживём», а я прижалась на мгновение к тёплому и уютному дракону и вздохнула от полноты чувств.

— А теперь показывай подарок! — велела я довольно. — Это что-то крупное? Драгоценное? Красивое? Романтичное? Подсказывай же мне скорее! Хочу угадать.

— Это крупное, сверкающее золотом, красивое, изящное… ну, насчёт романтики не уверен, у вас, девушек, иногда представления о романтике расходится с мужскими.

— Колье! — Я едва не запрыгала от удовольствия. Только воспитание помогло сдержаться.

— Нет.

— Тиара?

— Нет.

— Ожерелье?

— Ну я же сказал, что нет. Думай, Бри. А то не отдам.

Я тут же насупилась и недовольно посмотрела на этого гада. Это что вообще за дела? Что он себе позволяет?

— Отберу! — пригрозила я, надвигаясь всем своим изящным телом с неизящным бюстом на этого юмориста. — И вообще-то колье и ожерелье — это не одно и то же. Колье имеет явно выделенную центральную часть.

— Это не то и не другое!

— Ну не сирену же ты мне решил подарить, — пошутила я, размышляя о других вариантах.

— Ну-у-у. Не совсем. Мурену. Так, кажется, ты обозвала гарпий с отбора. Так вот, мурены — замечательнейшие создания. И ты поймёшь это, когда с ними познакомишься.

Я посмотрела на Фаульса со смесью ужаса и отвращения, стараясь сильно не морщиться.

— А почему не сразу морскую змею?

— Боюсь, вы с Мирой отравите половину дворца.

— Ну что ты, дорогой! Только тебя! — рявкнула я.

Глава 9. Так начинается шторм…

«Несите нюхательные соли и успокоительные зелья. Вкладывайте деньги в акции лекарских учреждений, работающих с нервнобольными, они гарантированно поднимутся на несколько пунктов!

Принц Фаульс скомпрометировал леди Бриджит Ларс на глазах у всего дворца!

Леди Бри ответила ему тем же!

Простите, остальные новости позднее — рука дрожит, глаз дёргается, не могу писать. Леди Мира де Ройс по дружбе поставила меня второй в очередь на успокоительное зелье, сейчас варит для его величества Килга. Продолжим, когда оно подействует.

Держите за нас кулачки!

И напоминаю!

Пожалуйста, граждане отдыхающие и рыболовы! Не выходите в море! Здесь небезопасно! Ситуация нестабильна и в любой момент может измениться в худшую сторону.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Что вы знаете о неловких ситуациях?

Я — высококлассный специалист по их организации для других, но иногда умудряюсь влипнуть и сама. Сегодня то самое редкое исключение со вторым вариантом, но виноват в этом исключительно гад морской!

Тьфу ты! Дракон морской, вот.

Принц недоразвитый! Идиот! Козёл глубоководный!

А как его ещё обозвать, если он… Он!

Леди не пристало даже знать такие слова, но если бы мой лексикон не был столь обширен, я бы их выдумала!

Но обо всём по порядку.

Во-первых, он подарил мне живую рыбину. И нет, не для ужина или чучела «Я была на рыбалке и поймала страшилище. Смотрите все!». И она страшная! Правда, ужасная!

Во-вторых, этот нелюдь чешуйчатый умудрился привязать её ко мне своей повелительски-издевательской властью и лишь затем сообщил о том, что это редкий, сильный и могущественный фамильяр.

И здесь бы радоваться и прыгать от счастья до небес, но, разумеется, не всё так просто. Ведь есть и в-третьих! Фамильяр работает только под водой! Морской водой!

И всё!

И не важно, что он магический, связан со мной редчайшей связью и по идее, по логике, да по всем законам природы и связи мага и фамильяра, должен следовать за мной всюду! В огонь, воду, да хоть на планету, где нет ни единой молекулы воды! Но нет. Не в этой жизни. Не для Бриджит де Ларс!

Но ко всем прочим прелестям существует ещё четвёртая причина придушить этого дарителя! Злостная рыбина, мстительная, коварная и вообще подозрительно напоминающая змеюку, умеет читать мысли связанного с ней мага!

Только этого мне не хватало!

Услышав мои радостные мысли, чудо природы громко фыркнуло, развернулось к жемчужницам передом, к нам хвостом, и только мы его и видели! И вернётся теперь эта гадина морская или нет, история умалчивает. При этом нового фамильяра я завести не смогу. Никогда в жизни. Вообще. Ни при каких обстоятельствах.

Я покосилась на сияющего дарителя шикарных подарков. Скорчила зверскую рожу.

Это что вообще за свинство? Кто так делает?

Нет, я понимаю, что веду себя как неблагодарная гадина…

А если и так, то я лишь соответствую собеседнику!

Но до кое-кого длинного умная мысль доходит медленно-медленно. То есть не доходит вообще! И он тоже морщит лоб до вертикальной морщинки между бровями и зыркает глазищами.

— Я дал тебе одного из десяти редчайший фамильяров и ты ещё недовольна? — угрожающе надвигаясь на маленькую, хрупкую и беззащитную меня, процедил Фаульс.

— А я тебя о нём не просила! — попыталась отбиться я, испытывая одновременно чувство вины и злость на этого паршивца, который вообще не умеет делать подарки. — Лучше бы шубу мою доставил во дворец!

— Я и доставил! — рявкнул он, приближаясь ко мне. Я машинально попятилась. Быстро так попятилась, словно у меня глаза на затылке. Даже ни разу не запнулась по дороге. — Она у меня в спальне!

За три удара сердца я успела обрадоваться возвращению шубы своей законной владелице, разозлиться на Ульса за то, что не отдал её до мероприятия, смутиться, что он держит её в своей спальне, испугаться грозного вида и насупиться из-за всего сразу.

В голове было сто тридцать три вопроса, но я чихать хотела на мотив чудовищного преступления — сокрытия шубы, разумеется! Пусть думает себе всё, что заблагорассудится, только шубу мою отдаст. Поэтому упёрла руки в бока, соорудила ещё более грозное выражение лица, чем у него, глаза сузила, прошипела ядовитой змеёй:

— Ты вернёш-ш-ш-шь мою прелесть немедленно.

— И не подумаю, — посмел ответить негодяй, состряпав ехидную рожу и скрестив руки на груди.

Настал мой черёд наступать. Стремительной коброй накинулась на Ульса, тесня его в сторону дворца.

— Ты её отдашь! Или я отберу её силой! Или попрошу Миру сварить любовное зелье, которое сработает даже для такого скользкого ящера, как ты, и опою вас с Леюшкой на пару! И эта зелёная ведьма отдаст мне шубу в счёт оплаты долга!

С каждым словом его чешуйчество отступал всё ближе к дворцу и изо всех сил, паршивец эдакий, старался не хохотать.

Нет, ну я понимаю, что миниатюрна, если сравнивать с этой длинной жердью, по недоумению обвешанной мышцами! Но всё же! У меня зато грудь выдающаяся. И запросто может работать тараном или даже оружием массового поражения.

Ну ладно, ладно, будем справедливы. Он просто ужасно высокий, а длинные люди часто кажутся излишне худыми, даже обладая внушительной мускулатурой. Фаульс на ощупь твёрд и приятен, но, поскольку мы подружились, как мужчину старалась его не рассматривать.

Да и что там рассматривать? Всё целомудренно скрыто одеждой. Вот если бы полуголая мода распространялась и на мужчин тоже! Но нет. Снова вселенская несправедливость. Они, значит, могут разглядеть каждую жиринку на женском теле, чисто символически прикрытом ошмётками ткани. А нам, девушкам, как обычно приходится подключать фантазию.

И лично моя сейчас рисует этому гаду рога и шипастый хвост! И клыки вместо этих ослепительно белых зубов. И капающий с них яд!

Нет, ну он всё-таки начал хохотать!

— Ты что, не воспринимаешь всерьёз мои угрозы? — спросила я, замерев от удивления. Глаза мои, наверное, были размером с золотую монету.

— Не-а. Ты безумно милая, Бри, — отвесил комплимент Ульс, даже не пытаясь скрыть улыбку от уха до уха. — И добрая. Притворяйся сколько угодно, но ты — само очарование.

Чего?

Это что вообще за оскорбление? Я здесь вообще-то в амплуа жрицы богини мести! А он! Никакого уважения к театральному искусству! Хотя что с него взять? Родился на Дне. Вырос на Дне. Учился на Дне. Будем снисходительны.

Или не будем?

Я моментально перестала хмуриться и ласково-ласково улыбнулась. Нежно так. Застенчиво.

Фаульс сделал ещё шаг назад, упираясь лопатками в стену дворца.

Нет, ну он сам желал видеть очаровательную девушку. У меня сейчас все скулы треснут от усердия! Вон как стараюсь!

Похлопала ресничками, подумала о грустном, чтобы глаза заблестели от непролитых слёз, показывая мою чувствительность. То, что она как шкура анкилота — толщиной с ладонь, — не играет роли.

— Бриджит, ты начинаешь меня пугать.

— Я? — Коснулась рукой груди. — Да я ещё даже не начинала! И не думай, что твои комплименты заставят меня позабыть о цели.

— Ну что ты, что ты! — возмутился он нарочито искренне, даже не забыл принять обиженный вид. Мол, ах, леди Бри, как вы могли такое подумать? Да я! Да ни за что на свете!

Играет, гад. Вижу же, что играет.

Я тоже так умею!

Сделала последний шаг к нему, упёрла палец в пуговицу на мундире, заглянула в мерцающие в полумраке глаза.

В голове вызревала речь. Одна из лучших в моей жизни. Страстная, пламенная, наполненная аргументами и примерами.

Однако по тактике и стратегии у морского принца наверняка была твёрдая пятёрка, ведь он умудрился меня полностью дезориентировать и попросту лишить дара речи! Но ненадолго…

Одно утешение — у свидетелей безобразной сцены тоже слов не было!

Подводная зараза, то есть его высочество Фаульс Хитрожо… Вредномордый взял и открыл проход во дворец. Только вот незадача — вместо уединённого коридора, сразу в бальную залу. Видимо, чтобы закружить меня в танце и отвлечь от беседы. Или от посягательств на его спальню с запертой там бедной и одинокой шубкой.

Только коварный драконище не учёл один немаловажный факт — лишённая драгоценных иномирных мехов дама не всегда владеет собой должным образом. А уж та, над миниатюрностью и безопасностью которой потешаются всякие дылды в коронах, вообще имеет право на многое!

В тот самый момент, когда его высочество решил улизнуть в мир танцев и светской болтовни, я совершенно по-простому, страшно неприлично и нагло схватила его за мундир и потянула на себя. Ульс же тянулся совсем в другую сторону, можно сказать, пятился. Силы, к моему сожалению, были неравны, так что пред светлы очи прогрессивной общественности мы явились как актёры театра. Скандального такого. Непристойного. Кошмарно, возмутительно неаристократичного.

Он — с моими туфлями в руке!

И когда только я их ему отдала? Или я их бросила на дно морское, а он озаботился? Решительно не помню, как они у него оказались! Но лучше бы этого не случилось! Кошмар! Кошмарище!

И я… босиком и с внушительным куском ткани в стиснутом от ужаса кулаке. Кажется, я неосознанно использовала магию. Против наследника престола Подводного мира. Самое запрещённое из запрещённого при любом дворе! Прилюдно!

Здорово, Бри! Отлично! Просто прекрасно!

— Даже для тебя это перебор, Бриджит! — с ужасом произнесла Мира, подбегая и накладывая иллюзию на мои обнажённые ступни, которые я поневоле демонстрировала всем желающим. Повезло, что мы просочились сквозь стену в относительно непопулярном месте бальной залы — рядом с повелителем, а к нему не особо-то приближались подданные. — Избавься от ткани.

Я послушно разжала кулак, а затем — рот.

Зря.

— Я же говорила, ваше высочество, мои туфли вам малы! — прошипела, сверкая глазами.

И в голосе ни намёка на шутку. А ведь это должна была быть именно шутка! Только так можно было хотя бы немного сгладить эффектное появление. Но вышло оскорбление чистой воды — непристойный намёк на ещё более скандальные обстоятельства, чем наше явление народу!

— Ш-ш-ш-што? — прошипел его высочество совершенно по-змеиному. Вот не зря я его за глаза обозвала змеем, не зря. Может, он и не дракон вовсе, а змеюка ядовитая? Водятся ведь такие на морском дне, я точно знаю. А эта, похоже, ещё глотает дурных девиц, не разжёвывая.

— Бри, немедленно извинись! — Мира сжала моё запястье с такой силой, что едва не сломала руку. Зато сознание немного прояснилось. Самую малость.

— Простите, ваше высочество. Дурная шутка. Я больше так не буду.

— Будете, — сквозь зубы произнёс его величество Килг, дав команду музыкантам играть громче. Так хоть танцующие и находящиеся в другой части зала не могут нас видеть и слышать. И не уверена, что это хорошо. Им ведь расскажут! И как расскажут! Лучше бы, наверное, увидели своими глазами. Народ любит преувеличивать.

Мне хватило короткого взгляда в сторону повелителя, чтобы принять пристойный вид: поднять подбородок, расправить плечи, вернуть первозданный вид наряду и причёске. И лишь после этого произнести самое пространное извинение в моей жизни, потому что наше с Фаульсом появление само по себе вызвало фурор, а уж мои слова и вовсе привлекли внимание всех рядом стоящих. И репутация наша с его высочеством ой как подмочена.

С другой стороны, мы на дне морском. Здесь всё мокрое.

Но утешение не сработало. Я повела себя недостойно. Притом настолько, что даже сама это понимаю и — о, ужас! — раскаиваюсь. В глубине души. Очень глубоко.

И ладно бы Фаульс себя скомпрометировал больше моего. Но ведь он выглядит пострадавшей стороной, а я — порочной девицей с пристрастием к прогулкам без обуви и скоростному раздеванию мужчин. На публике!

Килг дослушал мои извинения, развернулся и ушёл под руку с фифой Лин Акройд, щебечущей словно тропическая птичка. Надеюсь, она быстро поднимет ему настроение и сгладит впечатления.

Ох, а ведь она под угрозой! Я так и не узнала, что там с убийством предыдущей жены. Нужно сперва во всём разобраться, потом отпускать журналистку замуж. И я ведь точно вижу, что их союз может быть невероятно успешным! Они созданы друг для друга. Но…

Отвлекшись на свои мысли, совершенно позабыла о стоящем рядом принце Фаульсе. И когда развернулась в его сторону, заметила неладное. Тот небольшой кусочек ткани, что я… позаимствовала, был только от верхней части костюма. Но сейчас отчётливо видно прореху не только в мундире, но и в рубашке, притом она увеличивалась прямо на глазах, обнажая торс.

— Ваше высочество, боюсь, ваша рубашка… — Я искренне собиралась сообщить ему о проделках кого-то из перевозбудившихся при его виде невест, но Ульс не позволил мне закончить.

— Вам мешает, леди Ларс? Я надеялся, вы более терпеливы…

— Что?! — возмутилась звонко. — Вы на что намекаете? Да вы… Да вы! Да как вы смеете?!

Впервые в жизни я настолько растерялась, что не могла подобрать ни одного приличного слова. Да у меня отшибло дар речи!

Хотя вру. На дне морском со мной это случается по три раза на дню. И это мы только прибыли!

В моих любимых любовных романах героини, попадая в столь ужасные ситуации, всегда находили нужные слова. Однако я лишь хлопала ресницами и сверкала глазами. И может, даже хорошо, что делала это молча, потому что сегодня язык меня подводит на редкость усердно и талантливо — нарочно не придумаешь.

— Я намекаю? Я не намекаю, леди Ларс. Я говорю прямо: полностью разделяю ваше страстное стремление, но…

Если бы в моём родовом древе засветился хотя бы один дракон, даже три тысячелетия назад, сейчас бы эта сильно разбавленная кровь пробудилась и заставила меня обернуться огнедышащей тварью. Потому что именно так я себя и чувствую! И страстно желаю откусить дурную голову с ядовитым языком, пожевать и выплюнуть! Она явно ядовитая! От такой даже у дракона будет язва желудка.

— Что. Вы. Только что. Сказали. Ваше. Высочество? — процедила сквозь зубы, стараясь не брызгать слюной от ярости.

Признаюсь, была уверена, что Фаульс рассмеётся, как делал обычно, включит обаяние на полную и конфликт будет исчерпан. Он всегда так делал! Всегда! Но именно сегодня, в самый неподходящий момент, в самом неподходящем месте, которое только можно было придумать, и он закусил удила. И впервые с момента нашего знакомства позволил себе перейти черту.

— Я сказал, многоуважаемая леди Ларс, что ваше желание раздеть меня вызывает во мне совершенно аналогичные стремления. И, вы знаете, поскольку мы уже шокировали общество, я не намерен их игнорировать.

В следующее мгновение я оказалась на широком мужском плече! В перевёрнутом виде! С голыми ногами! А иллюзия Миры, чудесные туфельки на каблуках, осталась на паркете. Видимо, от нервов она перепутала вектор в заклинании и привязала обувь не к моим ногам, а к полу. Но винить её за это я не могу. А вот себя, сразу и за всё — сколько угодно!

— Ваше высочество! — возмутились невесты дружно.

— Поставьте сваху на место! — потребовал кто-то из мужчин.

— Остановите их! Он унесёт её в спальню, и она будет окончательно скомпрометирована! — заорала громче всех принцесса Леюшка. — Мы останемся без жениха!

А дальше, сквозь угрозы, проклятья и требования остановиться, я услышала, как она тихо закончила фразу:

— Я зря его, что ли, раздевала? Артефакт потратила.

Так вот кто здесь настоящая преступница! Вот кто меня подставил!

Я заколотила руками по… ну, будем считать, что по спине. В конце концов, это её закономерное продолжение, так что… почти она.

— Предварительным ласкам я тебя научу, — пообещал Фаульс.

— Ты ведь слышал, что сказала Леюшка! Это она тебя раздевала! Не я! Отпусти же меня немедленно! Ульс! — шипела я, напрочь позабыв об этикете.

— Ничего не знаю, ничего не слышал, — ответил этот паршивец, однако голос его уже звучал вполне весело.

Перебесился.

Значит, можно добиться от него адекватного поведения. И желательно до нашего торжественного посещения спальни. Вот уж откуда не будет хода назад без обручального колечка или браслета, что тут у них на Дне в почёте!

А сейчас ещё можно всё исправить! Списать на наши дружеские проделки. Наврать, что я уже обручена. Ой, да ну что, это первый случай в истории, когда на балу скомпрометировали наследного принца и девицу? Я вас умоляю!

— Ваше высочество, я даю вам слово, что своими ушами слышала, как она призналась в содеянном, — произнесла я вежливо и деликатно, хотя это уже никак не могло спасти ситуацию.

— А у вас есть чужие?

— Что? — не поняла я.

— Чужие уши есть? Дополнительные?

— Очень смешно, — фыркнула я в… спину. Это спина. Точно говорю: она! — А теперь не будете ли вы столь любезны…

— Не буду.

— Мы шокировали общество Подводного мира, — попыталась достучаться до упорно следующего в спальню принца.

— Уверен, вам не привыкать.

— Ваше высочество!

— Не переживайте, леди Ларс, пальму первенства у вас никто не отберёт.

— Ваше высочество!

— Ну что мы всё на «вы» да на «вы»? Леди Ларс, после столь небывалой близости в этом нет никакой необходимости, — продолжал издеваться его высочество Гад Морской.

А я внезапно осознала, что он решил воспользоваться удачно подвернувшимся случаем и проучить меня за все предыдущие проделки. Дать возможность осознать цену каждого сказанного слова.

Жестокая наука.

И не уверена, что действующая в моём случае.

— Ваше высочество, вы не могли бы меня отпустить? — произнесла я так, словно не висела через плечо принца дружественного Арратору государства. Не леди, а само приличие. Да я таким кротким голосочком даже с папой не говорила, если нужно было что-то у него попросить! — Нам необходимо придать себе надлежащий вид и вернуться в бальную залу, дабы принести извинения его величеству и всем присутствующим. Ещё раз.

— Да, ваше высочество, отпустите, пожалуйста, леди Ларс, — попросили женские голоса за спиной. Невестушки не отставали, только как остановить разбушевавшегося принца — не знали. А мне не удавалось.

Между тем рубашка Ульса расползлась окончательно, и я чувствовала и видела обнажённую спину. Красивую такую, рельефную. Загорелую. И заклинание коварной Леюшки поползло вниз, к брюкам!

Ещё немного — и девицы с ума сойдут от счастья наблюдать полуголого принца и набросятся на нас.

— Леди! — немного истерично обратилась я к невестам. — Надеюсь, вы понимаете, что в ваших интересах придумать достойное оправдание нашему отсутствию. Лично я замуж за вашего принца не собираюсь!

— Хвала Бездне! — воскликнули несколько девиц слаженно и дружно.

— Если меня долго не будет, можете выбить дверь! — продолжала я быстро давать указания, понимая, что мы уже почти пришли и дальше может не выдаться возможности.

— Пусть попробуют, — хмыкнул Фаульс.

— Леди Ларс, мы не можем. Он ведь наш правитель, — протянула одна из девиц.

— Это запрещено законом, — поддержала вторая.

— Мы придумаем достойное оправдание вашему отсутствию, — заключила третья. — Пойдёмте, девушки, назад. Сообщим, что проследили, как его высочество запер леди Ларс в её спальне, чтобы она хорошо подумала о своём поведении.

Я скорчила недовольную гримасу, однако затем облегчённо выдохнула. Девчонка права — лучшего оправдания и не придумаешь. Только, это что же получается? Нас все бросили, и я сейчас прямым ходом попаду в святая святых — мужскую спальню?

Стоило только подумать об этом, как его высочество скрипнул дверью и пронёс меня в помещение, наполненное морской свежестью и прохладой. И это необыкновенно приятно, ведь я вся полыхаю от стыда! Сделала глубокий вдох и в следующее мгновение оказалась на скользком покрывале, обнимающем гигантскую кровать морского дракона.

Только вот руки и ноги отчего-то не слушались.

— Лежи здесь и думай о своём поведении, леди Колючка! — строго произнёс Фаульс, отворачиваясь.

Я хотела ответить колкостью, но язык тоже не слушался! Этот гад меня сковал путами и лишил дара речи! Гад!

Я недовольно вытаращила глаза, но затем удивлённо поморгала и закрыла их. Заклинание Леюшки как-то слишком уж поспешно лишило Ульса одежды.

Он, разумеется, и не думал пугаться, верещать как девица и прятаться. Спокойно прошёл к шкафу, где взял новый комплект одежды и скрылся в соседнем помещении. Мою скромность спасало лишь то, что он не совершенно обнажён — на нём всё ещё оставались сапоги. Ну и то, что я делала вид, будто не подглядываю, конечно.

— Не перестанешь так смотреть, я вернусь, — донеслось из недр предположительно ванной комнаты.

И вообще, что за шкаф у принца? В порядочных замках есть целые гардеробные. Это Ульс такой простой или он просто переделал гардеробную под мини-лабораторию?

И о чём я только думаю?

О чём угодно, только не об обнажённом мужчине!

Как бы я ни хорохорилась, а смутилась знатно. Язвить и без смущения осматривать полуголых красавчиков я могу только при наличии публики. А вот так, наедине… Сама удивлена, что такая скромница.

Фаульс появился при полном параде. Белоснежный мундир, те же сапоги и лента через плечо. Ах, ах, посмотрите, каков! В прошлый раз так не принаряжался. А всё для того, чтобы наказать меня отсутствием танцев.

Я поджала губы.

— Вернусь после бала. Не скучай, — выдало это чудовище и хлопнуло дверью.

Я вздохнула и вдруг поняла, что дышится что-то слишком легко. Нигде ничего не давит. Не сковывает. Опустила взгляд на своё платье и с ужасом увидела, как его разъедает демоново заклинание гадины Леюшки! Притом сразу сверху и снизу. Везде, где контактировало с одеждой принца.

Если бы я могла что-то сказать… Но я лишь закрыла глаза и застонала, представив картину явления Фаульса после бала.

Мне конец.

Конец.

А папа предупреждал!

Глава 10. Ночная жизнь при дворе

«Успокоительные зелья — лучший помощник любого придворного!

Допивая третий бокал зелья (а это ровно шесть порций адекватности и невозмутимости) скажу, что в этом Подводном мире тоска смертная!

А так всё многообещающе начиналось! Думала, состоится скандал, а то и не один!

В итоге, все чинно и благородно отужинали и оттанцевали, никто никого не скомпрометировал, не вызвал на дуэль. А всё потому, что леди Бриджит Ларс вовремя удалилась и передала через невест принца свои искренние извинения, которые его величество благосклонно принял. (Ещё бы! Я вылила ему в вино целый графин успокоительного! Только умоляю, не выдавайте меня!)

Его высочество же до конца мероприятия являл собой образец учтивости, и впервые с момента прибытия невест во дворец уделил должное внимание всем девушкам, станцевав с каждой по танцу, чем неимоверно обрадовал его величество.

Всё-таки насколько уникален дар сватовства! Порой он заставляет леди Ларс действовать нестандартно, однако это всегда работает!

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Как вызвать ненависть девушки? Лишить её возможности блистать на балу.

Как вызвать бешенство у юной леди? Запереть её в своих апартаментах, лишив возможности блистать на балу.

Как организовать себе быструю и болезненную смерть? Сделать вид, что тебе и в голову не пришло, будто хитрое заклинание, разъедающее одежду, не перекинулось на даму, которую ты нёс на собственном, заражённом пожирателем ткани плече!

Я прошла все стадии ненависти и к принцессе Леюшке, и к Фаульсу, и ко всему Подводному миру, и даже к бедным-несчастным жемчужницам, которые так меня отвлекли, что я вовремя не сообразила, что уготовил меня наглый подводный гад! Жемчужниц я простила почти сразу, остальным же такой радости ждать не приходилось.

Одежда исчезала с бешеной скоростью, словно Леюшка запустила заклинание с эффектом ускорения, но самое обидное — оно пожирало и покрывало подо мной, и простыни, и даже матрас. И если женскому самолюбию могла польстить отвисшая челюсть вернувшегося хозяина спальни, узревшего картину «Обнажённая Бри возлежит на шелках», то его громогласный хохот при виде «Девица возлежит на деревянных полатях в ошмётках ткани» однозначно не мог меня вдохновить.

Ставки росли. Мне требовалось срочно вернуть себе надлежащий вид, и желательно сделать это как можно быстрее, ещё и вернуться на бал с триумфом во взгляде — малолетняя девица сняла путы самого принца морского. На невестушек я точно произведу впечатление, а это то, что нужно. Пусть побаиваются!

Однако время шло, количество ткани убывало, я всё глубже проваливалась в матрас, потому что заклинание гадины Леюшки не расходилось в стороны, а полностью сосредоточилось на ткани подо мной, когда ткань на мне закончилась.

В общем, я как всегда в своём репертуаре — была на дне, но нашла куда провалиться.

Настроение моё, разумеется, опускалось в самую глубокую впадину мирового океана и далее ввинчивалось в дно, продолжая стремиться вниз.

О раскаянии с моей стороны и речи идти не могло! Это всё Фаульс виноват! Зараза ехидная!

Как он мог лишить меня бала?

Как мог смущать непристойными предложениями?

И ладно бы рядом никого не было. Но ведь и Мира, и его величество Килг всё слышали. И если правитель Подводного мира удалился, не желая созерцать неприличие (а мог бы прекратить этот бардак одним взглядом!), то Мира слишком хорошо воспитана, чтобы вмешиваться. Спасибо ей за то, что хотя бы иллюзией прикрыла мой неподобающий вид, да пару раз одёрнула.

Как теперь спасать репутацию, ума не приложу, но думать об этом буду завтра, с помощью Миры и фифы Лин Акройд. Здесь, что называется, одна голова — хорошо, а три — лучше.

Я так сильно бесилась, что упустила возможность выбраться из образовавшейся подо мной ямы, перевернувшись, — магические путы особо не позволяли шевелиться, а теперь я упиралась в «стенки» ямы.

Распутать заклинание Ульса я не смогла, даже не нашла конца плетения, так что в какой-то момент просто закрыла глаза и расслабилась, а следом и заснула. Сон мой был крепок и спокоен, как и совесть, но тренированный организм чутко отреагировал на едва различимый скрип двери — я открыла глаза и прислушалась.

— Надо же, выбралась, — удивился Ульс.

Я сама так удивилась, что ничего не сказала, а после стало поздно — он удалился в ванную комнату и, судя по звуку, принимал душ. Посмотрите, какой чистюля! Небось, его невесты слюной забрызгали. Хотя эти невестушки, скорее, выделяют яд, чем столь примитивную жидкость.

Оценила своё положение. Ну надо же! Заклинание Леюшки прогрызло матрас почти насквозь и остановилось, а я лежу на твёрдом дне «лодочки».

И Фаульс просто меня не увидел!

Я едва не рассмеялась, до того дурацкая вышла ситуация, но вовремя сообразила, что сейчас окажусь в полной власти морского дракона, который наверняка немного выпил и может повести себя неприлично.

От мысли о поцелуях бесстыжего принца загорелась кожа. Неужели… вдруг…

Нет!

Он — не герой моего романа.

Я здесь сваха, а не невеста. И жить на Дне — нетушки! Тем более я не хочу лишиться замечательного друга. Лучше оставить всё как есть. Наши откровенные шутки и острые шпильки в бок — куда интереснее, чем унылый аристократический брак с кучей обязанностей.

К недостаткам Ульса также относится и трон. И пусть большинство девушек так не считают, мы с подругами давно пришли к выводу, что безмерное количество обязанностей и ограничений не стоит короны. Лучше найти мужа, который будет тебя обожать и баловать.

А не ставить в неудобное положение!

Или, точнее, класть.

Душ всё ещё шумел, когда матрац неожиданно дёрнулся и скрипнул.

— Бездна, как же утомительны эти балы, — произнёс Фаульс. Он сидел на краю кровати спиной ко мне, и оставалось только гадать, почему он не увидел столь примечательную «начинку» матраца. Издевается?

— То есть я должна вас поблагодарить, ваше высочество, за то, что избавили меня от столь утомительного мероприятия? — процедила я. И тут же строго добавила: — И не вздумайте оборачиваться! Сперва снимите с меня путы!

— Бри, а чего это ты обращаешься ко мне на «вы»? — зевая, спросил Ульс. И обернулся.

Я сделала то, что должна делать приличная девица в подобных случаях. Завизжала! Да так, что Ульс скривился, зажмурился, уши прикрыл руками.

То-то же!

— Отвернись немедленно! — завопила я, переходя с ультразвука на простой человеческий крик.

— Орёшь громче дельфинов, — пожаловался Ульс, но выполнил требуемое. Я мгновенно поостыла.

— Немедленно сними путы! — потребовала, откашлявшись. Пить хотелось неимоверно, особенно после упражнений в вокале.

— Прости, Бри, не могу, — вздохнул Ульс и… улёгся рядом!

— Ты! Что ты себе позволяешь? — захлебнулась я воздухом. — Ульс! Ваше высочество! Драконище противный, живо избавь меня от кандалов!

— Я же говорю, — сонно зевнула эта треклятая ящерица, — не могу.

— Отчего же это?!

— Ты ведь на меня накинешься, скомпрометируешь. А я так устал, что нет никаких сил сопротивляться, — зевая, ответил Фаульс.

И засопел!

Засопел!!!

Я выпучила глаза, как глубоководная рыба, поморгала, снимая напряжение. Как-то это оказалось неожиданно неприятно. А затем внимательнее присмотрелась к спящему мужчине.

— Не мог ближе к краю моего лежбища заснуть, гад, я ведь так ничего не вижу, — пробурчала недовольно, так как лежала на целый корпус ниже дракона и наблюдала лишь очертания его руки. И всё! — Вот уж наказание так наказание.

Я лежала и бурчала под нос, пока вдруг не вспомнила, что мне вообще-то подарили фамильяра! А это магическое создание! Правда, мерзкое и неуправляемое…

Мы в академии Сантор ещё не изучали все тонкости формирования связи, поэтому я попробовала мысленно призвать свою рыбину. Она ведь у меня телепат.

«К моему огромному сожалению!» — откликнулась мурена.

«Как-то не задалось знакомство», — вздохнула я.

«И не моя в том вина», — ехидно откликнулась она.

«А не нужно читать все мои мысли!»

«Да я бы с радостью их не читала! Тем более там нет ничего интересного и достойного моего внимания!» — оскорбилась мурена в лучших чувствах, ещё и меня обидела.

«Так, юная леди!» — невольно использовала я «ругательный» тон моей мамули.

«Юная? — Мурена громогласно расхохоталась. — Дитя, я пережила семнадцать магов. И тебя переживу. Я древнейшее создание глубин, постарше Килга буду. Так что не смеши мои плавники!»

Я онемела. Подарок, достойный королевы. Жаль, подводный. С собой на сушу не заберёшь.

«Уважаемая мурена!» — сменила я тон.

«Меня зовут Ода, называй так», — велела мурена.

«Необычное имя».

«Не хватало мне ещё сообщать тебе имя! — фыркнула она. — Все недалёкие маги, когда находят меня, произносят: “О, да!”, вот я и решила взять его временным именем. Для тебя!»

Я нахмурилась. А это уже натуральное оскорбление. То есть паршивка даже не планирует устанавливать со мной полноценную связь. Нет, её, безусловно, привязали ко мне силой, но всё же… Это как-то невежливо. Ещё и недалёкой меня обозвала. Не уважает.

Она слышала мои мысли, но никак не комментировала, и я решила не забивать себе голову ерундой. Всё равно ведь не собираюсь оставаться в Жемчужном дворце дольше необходимого, так что рано или поздно придётся разорвать неприятную нам обеим связь. А сейчас мне нужна помощь, и попросить её больше не у кого. Никто не рискнёт зайти в спальню морского принца.

«С воспитанием на Дне, я смотрю, не очень. Ну да ладно, спишем твоё поведение на возрастные изменения», — совершенно машинально послала я ехидную мысль, хотя только что подумала об ином. Язык как помело!

«Что?» — возмутилась мурена.

«Из уважения к твоему почтенному возрасту не стану комментировать проблемы со слухом», — откликнулась я мгновенно.

Нет, ну а что она хотела? Я от неё тоже не в восторге.

«Да ты! Ты!» — шипела рыбина так, что я морщилась от неприятного звука, который эхом отражался от моей многострадальной черепушки. Ментальное общение с фамильяром только установилось, и пока приходится тратить немало силы, направляя её непосредственно в мозг, не привыкший к подобным нагрузкам.

«Я такая же заложница установленной связи, как и ты! По факту, твой принц лишил меня возможности обзавестись фамильяром, ведь я не собираюсь жить под водой. Так что, уж будь добра, прекращай строить из себя великомученицу, войди в моё положение и помоги снять эти демоновы путы. Или Фаульс меня скомпрометирует, я выйду за него замуж, и ты от меня никогда не избавишься!» — выдала как на духу.

«Ошибаешься, милочка», — пропела эта гадина, но заклятье сняла. Я смогла наконец пошевелить конечностями и аккуратно растереть запястья.

«Почему это я ошибаюсь? Спасибо, кстати», — вспомнила я о вежливости.

«Пожалуйста. Потому что!» — «ответила» мурена и испарилась из моей головы, бросив наедине с морским принцем, который мирно посапывал рядом. Или делал вид?

Осторожно приподнялась и махнула пальцем, левитируя в своё логово небрежно брошенную в кресло рубашку. Теперь можно укутаться в тонкую ткань и чувствовать себя более уверенно.

Села на жёстких деревяшках и первым делом оценила спящего Ульса. Он идеально контролировал дыхание — казалось, крепко спит. Но кто поверит этому хитрому гаду? Точно не я!

Впилась взглядом в расслабленное лицо. Идеальные пропорции, прямой нос, тёмные брови вразлёт, красивой формы губы. Они казались твёрдыми и тёплыми на вид. Но достаточно расслабленными для спящего. Или нет?

Обнажённые плечи принца притягивали взгляд, но я мужественно удерживала свои любопытные глазки в пределах лица, подозревая, что кое-кто сейчас распахнёт свои ледяные очи и подловит меня на подглядывании. Для дальнейшей инспекции мужского тела мне нужно убедиться в безопасности действа.

Любого другого мужчину я бы уже рассмотрела во всех подробностях, но Ульс обладал удивительной способностью жалить словами, и я не хотела давать ему такую шикарную возможность надо мной издеваться.

С другой стороны, он ведь всё равно не удержится от шуточек, так что я имею полное право, даже должна сделать это! Чтобы не было так обидно! А то в прошлый раз он слишком быстро удалился, а я была столь шокирована, что отвела взгляд. Эта девичья стыдливость — ужасная штука. Мешает здоровому любопытству!

Взгляд мой спустился от твёрдого подбородка к солнечному сплетению, да там и замер.

Одно дело разглядывать обнажённого мужчину шокировано и внезапно, совсем другое — нарочно, к тому же находясь с ним в одной постели и будучи не сильно одетой. Краска стыда обожгла лицо, шею, грудь. Я судорожно вздохнула. В лёгкие проник аромат чистой кожи и морской свежести. Приятный.

Прикрыла глаза и попыталась вернуть себе привычную самоуверенность. Негоже Бриджит де Ларс, самой дерзкой аристократке Арратора, поддаваться слабости. Открыла глаза, деловито осмотрела предоставленный судьбой экземпляр, а затем встала и на цыпочках пробралась к шкафу, к большему количеству одежды. Можно, конечно, рискнуть и пойти, прикрывшись иллюзией, но если в коридоре меня застанут в накинутой на обнажённое тело мужской рубашке, пиши пропало.

Решено!

Включаем смелость, выключаем стеснительность. Ульс всё равно спит. Да и он, в конце концов, взрослый, опытный мужчина, с него не убудет, если я немного полюбуюсь! Тьфу ты. Я ведь в научных целях, вот.

Мужественно распахнула глаза и опустила их к плоскому животу.

— Я так и знал, — ехидно пропел Ульс, поймав меня с поличным.

Однако я не вздрогнула от страха и вообще никак не отреагировала на его коварство. Мой ум занят совсем другим вопросом!

— Где они?

— Кто?

— Куда они пропали, Ульс?

— Э-э-э, о чём ты? — всерьёз озадачился мой образец для исследований, усаживаясь и натягивая на бёдра одеяло.

Нахмурила брови и посмотрела на этого скромнягу.

— У мужчин должен быть рельефный живот! — заявила я, совершенно уверенная в своей правоте.

— Глупости какие.

— Ничего не глупости. В академии Сантор у всех мужчин рельефные животы, в книгах у всех мужчин рельефные животы, а у тебя какой-то неправильный! Может, тебя показать Серене? Она превосходный лекарь и может тебе помочь.

Я похлопала ресницами и даже положила руку на плечо морского принца, хотя это было в высшей степени непристойно. Но непристойностью больше, непристойностью меньше — это совершеннейшая ерунда, учитывая, где, с кем и в каком виде я сейчас нахожусь. Или информация не выйдет за пределы спальни Ульса, или нам уже ничего не поможет. Можно позволить себе свободу действий.

— Знаешь, Бри, что в тебе меня всегда поражает? — задумчиво произнёс драконище.

— Что я слишком образована для столь красивой молодой девушки? — Я ни на секунду не усомнилась в верности своих умозаключений.

Ульс откашлялся и изогнул тёмную бровь. Ехидничает, гад.

— Ты всегда можешь удивить, — ответил он вполне нормально. — Ты непредсказуема и при этом добра.

— Ты меня плохо знаешь.

— Я прекрасно разбираюсь в людях.

— Скорее ты хорошо знаешь подводных жителей. Хладнокровных и коварных. Способных притащить невинную девицу в своё логово и нагло не давать ей спать! А ведь завтрак по протоколу в семь утра! — От одной мысли о раннем подъёме настроение ещё сильнее испортилось. — Что это вообще за издевательство? Или вы изменили свод правил ради прекрасных гостий?

— Зришь в корень, — ответил Ульс на последний вопрос.

— Видишь, я тоже прекрасно разбираюсь в людях и нелюдях. Может, получше некоторых.

— И тем не менее знаний тебе недостаёт настолько, что ты решила восполнить пробелы в образовании за мой счёт? — изо всех сил сдерживая улыбку, спросил Фаульс.

— Меня интересует только рельеф твоего тела. С научной точки зрения.

— Конечно-конечно, — протянул он.

— Можешь не ехидничать, это действительно так, — тоном заучки произнесла я. — Я провожу сравнительный анализ, и поверь, он не в твою пользу. Парни Сантора уделяют своему физическому развитию куда больше времени и сил, — закончила я триумфально, ещё и нос задрала.

— Желаешь меня потренировать? — хмыкнул Ульс.

— Да. Сразу после завтрака. Придётся тебе засучить рукава и поработать! — объявила я, наклоняясь в сторону его высочества. Взгляд того, однако, сорвался в моё декольте, да так там и задержался.

— С удовольствием. Могу начать прямо сейчас, — мурлыкнул он.

— Не уверена, что ты сделаешь всё правильно, если я не проконтролирую, — сообщила строго, представляя, как грозный принц морской самолично приводит в порядок территорию, где проживают жемчужницы. Пропалывает грядочки с водорослями, убирает валуны, устанавливает зеркала для подводных модниц.

— Ты можешь мне доверять!

С этими словами Ульс потянулся ко мне, намереваясь…

Вот это я выдала! Дурында наивная!

Глупая слепая курица!

Я открыла рот, чтобы сообщить этому озабоченному, что его бесстыжие мысли пошли в неверном направлении, однако не учла, насколько быстрыми могут быть движения самого опасного хищника планеты. Его руки сомкнулись на моей талии, и меня легко, словно пушинку, подтянули и усадили на мужские колени. Твёрдые губы устремились к моим, беспомощно распахнутым в удивлении.

Возможно, он уже праздновал победу, но, как минутой ранее заметил сам же Ульс, я всегда могу его удивить!

Магичить в подводном мире — сплошное удовольствие, особенно когда ты — маг воды. Как я. А когда в спальне есть целый бассейн и ты можешь использовать его…

Нет, я точно организую себе такой же, когда вернусь домой!

Даже заклинание читать не пришлось — внутренний источник насытился с избытком и только рад был помочь. Выплеснул чистую стихию в момент, заморозил, усилил. Губы ненасытного морского принца наткнулись на кусок льда!

Он недовольно открыл глаза и нахмурился. Лёд с шипением превратился в облако пара, и, когда тот рассеялся, наши взгляды столкнулись. Схлестнулись не на жизнь, а на смерть.

Его невероятные прозрачные глаза — хищные, злые, коварные, с тёмными омутами расширившихся зрачков — так и манили упасть на дно океана. Подчиниться. Сдаться на волю победителя.

Но в эту игру могут играть двое.

Мы застыли в немом противостоянии.

Руки на моей талии налились тяжестью, пальцы скрючились, впиваясь в мягкое и податливое, беззащитное женское тело… у нормальных девушек. Со мной же такие фокусы не проходят. Я не только леди Сваха, я боевой маг академии Сантор!

Добавила томного блеска во взгляд, прикусила нижнюю губу, чуть подалась вперёд в стремлении коснуться нежными округлостями его напряжённого, жаждущего тела, а затем положила руку на его грудь и толкнула, заставляя откинуться, упасть на матрац.

Ульс лишь на мгновение удивился, но тут же расплылся в похабной улыбке, принимая меня за опытную, развращённую девицу, знающую, как доставить удовольствие ему и себе.

Я не отводила лихорадочного взгляда от его лица, ноготком вырисовывала узоры на твёрдой мужской груди, но не позволяла себя обнять, притянуть, подмять… соблазнить!

— Смотри! — приказала тоном владычицы морской. — Руками не трогай!

— Как скажете, моя прекрасная леди, — мурлыкнул его высочество, намереваясь по полной насладиться представлением.

Однако у меня запланирована несколько иная программа!

Сделав вид, будто намереваюсь снять рубашку, плавно и естественно переместилась на пол. Послала ещё один полный страсти взгляд, а затем, точно уловив момент, когда дракон поплыл, щёлкнула пальцами, запуская тщательно подготовленную гадость, из-за которой, собственно, мне и пришлось вести себя как куртизанка. Плетение требовало времени.

Вместо океана нежности и страсти на разгорячённого Ульса обрушился океан… пресной воды. Прохладной, чистой. Смывающей порочную ухмылку с наглой драконьей морды. Отрезвляющей.

Воспользовавшись эффектом неожиданности, быстро спеленала Ульса сразу несколькими заклинаниями, связав руки, ноги, наложив сверху стазис для надёжности и заклеив рот. А затем прошла к шкафу, где раздобыла красивый мужской халат и радостно в него закуталась.

— Сладких снов! — произнесла нарочито сахарным голосочком. Затем подумала мгновение и вернула воду с кровати в бассейн. Ещё не хватало простудить морского принца. Меня же невесты его загрызут! Лишь после этого накинула невидимость и бесшумно вышла в коридор. Однако к себе в комнаты не пошла.

Мира на стук не откликнулась, зато дверь спальни фифы приоткрылась, и вездесущая Лин кивнула, приглашая к себе.

— Ты одна? — уточнила подозрительно. После происшествия в спальне принца я преисполнилась недоверия к миру и населяющим его существам.

— Разумеется! — фыркнула Лин, пропустив меня в свои покои и тихонько притворив дверь за моей спиной. — Что случилось? Ты… ты как? Он тебя не обидел?

— Меня? — удивилась я не на шутку. А затем, неожиданно и для себя и для собеседницы, обессиленно упала в кресло. — Простите, Лин, тяжёлый день, отвратительная ночь, и, кажется, я сегодня вляпалась как никогда прежде.

— Он тебя соблазнил? — навострила ушки Лин.

— Нет конечно. Мы с ним не так давно знакомы, но как-то сразу подружились и постоянно издеваемся друг над другом. В общем, у нас не романтические отношения.

— Что тогда произошло?

— Я сделала вид, что соблазняю его сама, затем вылила на него воду из бассейна и сбежала, — безэмоционально сообщила я, медузой растекаясь по креслу.

Лин с размаху упала на небольшой диванчик. Поморщилась. Похлопала ресницами, переваривая полученные сведения.

— Всю воду? — шёпотом спросила она.

— Да нет. Четверть, может, даже треть, — откликнулась я сонно. — Я у тебя здесь посплю, ладно? Боюсь идти к себе. Придушит ведь.

— Действительно вляпалась. Чувствую себя старой бабкой, но так и хочется сказать: «Ох уж эти невинные девицы! Поначитаетесь любовных романов, потом ведёте себя как…»

Лин что-то говорила, однако я её уже не слышала. Достаточно впечатлений и информации для одного дня!

Глава 11. Не буди лихо, пока оно тихо

«Ни дня без инфаркта!

Утро в Жемчужном дворце началось с исчезновения его высочества, а закончилось выселением леди Свахи и изгнанием невест.

По личному распоряжению его высочества, нашей замечательной и талантливой Бриджит де Ларс выделен отдельно стоящий дом.

По личному распоряжению его величества, к ней на постой определены все претендентки на роль принцессы.

По мнению мужчин, так девушки смогут лучше познакомиться и подружиться.

Мы же не сомневаемся — выживут сильнейшие. А если учесть, что дом ранее принадлежал всем известной морской ведьме…

Скучать не придётся, дорогие друзья!

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

— Совсем с ума сошла? Фифа мне всё рассказала! Бри, как ты могла? — со скоростью выпущенного во врагов боевого заклинания шептала Мира, пока мы спускались к завтраку. — Я всю ночь нервничала, переживала, глаз не сомкнула.

— Сомкнула. Я стучала, ты мне не открыла, — упёрлась я.

— Может, ненадолго сон и сморил, но это не отменяет того факта, что ведёшь ты себя здесь ужасно! — зашипела она.

— Я всегда себя так веду! — огрызнулась недовольно.

Я страшно не выспалась, дико перенервничала, ещё и от любимой подруги слышу не слова поддержки, а упрёки. И самое ужасное, что они справедливы. Это раздражает больше всего.

— Нет, Бри. Вы с его высочеством Фаульсом совершенно невыносимы. Вам нельзя общаться. Он для тебя, а ты для него — тот самый друг, с которым родители просят не дружить. Настоятельно просят. Потому что это угроза жизнью и здоровью! Если мы здесь останемся, боюсь, это плохо кончится.

От последних слов Миры я вздрогнула, остановилась. Развернулась к ней. Закусила губу.

— Я буду держать себя в руках. Постараюсь. Приложу все усилия, — произнесла серьёзно и строго. — Не волнуйся, я тебя не подведу.

— За меня не волнуйся, — выдохнула Мира, вновь подхватив меня под руку и продолжая движение в сторону еды. — Но с принцем вам нужно общаться поменьше, особенно наедине. Фифа, конечно, на нашей стороне, но информация что вода, всегда просочится. Зачем тебе сплетни в Арраторе?

— Ты права. Как всегда права. Просто в Санторе уже целый месяц относительно спокойно, я заскучала. А здесь столько новых впечатлений!

— Ты очень эмоциональная и деятельная, — нашла определение моему сумасбродству деликатная Мира. — Тебе нельзя скучать.

— В присутствии леди Ларс слово «скука» обретает исключительно положительное значение, — ехидно заметила фифа Лин Акройд, появляясь из стены.

Я оценила её взлохмаченный вид и махнула рукой, возвращая причёске прежнюю строгость, за что Лин без капли стеснения поблагодарила.

— Это небезынтересное заключение с полным правом вы можете адресовать и себе, — справедливо парировала Мира.

Лин звонко расхохоталась, привлекая к нам внимание, и я проследила за всеми обернувшимися. Кажется, никто не смотрит на меня осуждающе, все лишь вежливо кивают, а невесты и вовсе заговорщически подмигивают. Контакт налажен, а случившееся вчера не повлекло за собой неприятности. Отлично!

Однако выводы я сделала преждевременно.

Ульс не явился к завтраку.

За столом повисло неловкое молчание. Ненадолго. Стоило его величеству нахмуриться, придворные мигом сориентировались и завели неспешную беседу, правда, напряжённо поглядывая в сторону недовольного монарха.

— Надеюсь, он не проводит без меня эксперимент в лаборатории, — заволновалась Мира.

— Думаю, с вашим появлением его высочеству не до экспериментов, — хмыкнула Лин.

— И всё же я немного волнуюсь. Наверное, стоит отправиться туда и проверить.

Девушки посмотрели на меня в ожидании предположений, но я лишь пожала плечами и уткнулась в тарелку. Не рассказывать ведь им, что я вчера натворила на самом деле! Они за урезанные сведения меня едва не линчевали, а что будет, признайся я во всех прегрешениях? Нет, я себе не враг.

— Не нравится мне всё это, — прошептала Мира, подразумевая мою реакцию. Догадалась, значит.

— Да, подозрительно, — легко согласилась Лин. — Не представляю, что могло заставить его нарушить протокол.

— А я хорошо представляю, кто это мог быть, — с нажимом произнесла Мира.

— И чего вы на меня так смотрите? Я вообще ночевала у Лин. Считай, была под присмотром и сделать ничего предосудительного не могла, даже если бы ходила во сне, — раздраженно ответила я, понимая, что все присутствующие нагло подслушивают, о чём мы ведём речь.

— Это так, — подтвердила Лин, работая на общую легенду по спасению моей репутации. — Я отпустила её только утром, чтобы переоделась к завтраку.

Я подняла взгляд на его величество Килга и поняла, что тот прекрасно осведомлён, где я провела часть ночи. Подозреваю, это потому, что наша журналистка тоже полночи отсутствовала в своих покоях. Надеюсь, их бурный роман принесёт свои плоды.

Один из слуг наклонился к его величеству и что-то прошептал, после чего торопливо удалился. У меня же так сильно стучало в ушах, что я ни слова не расслышала. Я посмотрела на Миру, и та едва заметно качнула головой — показала, что тоже ничего не поняла. Видимо, мужчины прикрылись щитом.

До чего тяжело без магии! Нет, я, конечно, понимаю, почему её запрещают использовать в домах королевских особ… Чувствую, в Жемчужном замке введут запрет на магию и в личных покоях. Надеюсь, никто не прознает, благодаря кому.

Я состряпала беззаботное выражение лица и приступила к десерту, но внезапно воцарившаяся тишина заставила меня оторваться от изысканного лакомства. Вилка выпала из ослабевших пальцев.

— И как это понимать, леди Ларс? — требовательно спросил Килг.

Его холодные, колючие словно льдинки глаза пронизывали насквозь. Казалось, он заглядывает в самые дальние уголки памяти, и ему очень не нравится то, что он там видит.

— Прошу извинить мою неловкость, — поправила вилку, судорожно размышляя, что на самом деле произошло. Неужели Ульс не смог снять путы и до сих пор возлежит на своей кровати, связанный по рукам и ногам, обнажённый, злой, как тысяча демонов, и ждущий помощи со стороны?

С трудом верится. Точнее, совсем не верится. Я использовала простые заклинания, такие снять может любой маг, даже совсем новичок. Не сразу, но всё-таки.

Выходит, дело в ином.

Я выиграла себе несколько мгновений на размышления благодаря вилке и приготовилась к нападкам, так что следующую фразу его величества встретила спокойно и сдержанно, как полагается аристократке. Мира наверняка довольна.

— Я об ином.

— Боюсь, не понимаю, что вы имеете в виду. Его высочество не сообщал мне о своих планах, и я так же, как и все присутствующие, надеялась встретиться с ним за завтраком.

— И что же вы хотели обсудить? — тут же сменил тон Килг. Теперь его голос звучал обманчиво успокаивающе, обволакивающе. Змей морской! Хитрый и коварный!

— Поскольку мы недавно прибыли, я планировала задать ему несколько вопросов не только касательно отбора невест, но и об условиях нашего проживания, — решила начать с безопасной темы. Однако именно здесь дракон и навострил уши.

— Так, так, так. Выходит, вас не устраивают ваши покои?

Уж не намёк ли это на то, что я провела часть ночи в покоях его сына? Или…

Представила, как властелин подводного мира глубокой ночью решил навестить свою новую фаворитку, но в её покоях увидел препятствие в моём лице. Да уж. Оба варианта не способствуют взаимопониманию с повелителем.

— Напротив! Они великолепны! Как маг воды я наслаждаюсь каждым мгновением, проведённым у личного бассейна! — заверила я со всей страстью. — Непременно оборудую подобный у себя дома. У нас принято ставить небольшие фонтаны, но они не идут ни в какое сравнение с тем, что придумали вы, — сделала я пусть не очень тонкий, но комплимент дизайнерскому решению его величества.

— Тогда объясните, по какой причине его высочество самолично занимается переоборудованием дома морской ведьмы под ваши требования? — строго спросил Килг, однако я видела, что моя похвала возымела эффект, и он уже не столь грозен и напряжён.

Дом морской ведьмы?

Выселяет. Из моего любимого Жемчужного дворца.

Поздравляю вас, леди Ларс, вы довели Ульса до ручки.

А ведь ещё и суток не прошло!

Ох, до чего же права Мира. Я совершенно невыносима.

Но не признавать ведь это перед всем двором!

— Вчера я познакомилась с жемчужницами и обещала им помочь с некоторыми бытовыми трудностями. Предполагаю, его высочество посчитал, так мне будет удобнее. Надеюсь, вы не станете возражать, — смиренно произнесла я, надеясь, что на том разговор и закончится.

— Для этого не обязательно переезжать из дворца. Впрочем, делайте как вам удобнее. Желание наших прекрасных гостий — закон. И всё же позволю себе заметить, вам стоит больше общаться с участницами отбора, — неожиданно дипломатично и мягко завершил мысль его величество. Я поняла, что это очень толстый намёк, и сейчас мне непременно надо правильно ему ответить.

Но что он от меня хочет? Мне бы малюсенькую подсказку!

— Я от лаборатории ни ногой, — прошипела Мира, разгневанная неожиданным поворотом дел.

— А мне велено присматривать за леди Ройс, — тут же сориентировалась Лин. — Мы останемся здесь, а вы с красавицами-невестами можете отправиться в отдельно стоящий дом и лучше познакомиться.

А вот и намёк. Прямой, как вектор в заклинании.

Его величеству явно надоели капризные девицы, ещё и в таком количестве.

Что ж, не стану противиться обстоятельствам. Хотя не уверена, что жизнь с потенциальными невестами безопаснее, чем в одном замке с Фаульсом.

— Мы можем отправиться в новый дом все вместе, — с энтузиазмом произнесла я, надеясь, что не сильно пожалею о своей внезапной податливости.

— Отличная идея, — похвалил Килг. — Заодно посмотрите, как девушки ладят с бытовыми трудностями жемчужниц. Будущая королева обязана знать всё о проблемах подводного мира и уметь решать их максимально эффективно.

Он отложил столовые приборы и, милостиво кивнув придворным, чтобы продолжали трапезу, удалился.

— Не могу поверить, что нас сослали в дом морской ведьмы! — воскликнула принцесса Леюшка. — Но ведь он зачарован и опасен!

Я обернулась к Мире и Лин.

— Яблочко от яблоньки недалеко падает, — произнесла тихо. — Фаульс решил выселить меня, а его величество и вовсе не разменивается по мелочам — избавляется ото всех неугодных.

— Завтра во дворец прибывает делегация из Зармы, — сообщила Лин. — Воспользуйся этой информацией и успокой девиц. Если тебе будет совсем грустно, мы найдём способ тебя вытащить.

— Воспользуетесь личными связями? — уточнила Мира.

— Разумеется. А теперь прошу меня извинить, для новой статьи мне нужно собрать ещё немного информации.

Фифа грациозно поднялась и удалилась, оставив нас наедине с разгневанными претендентками на брачные браслеты морского дракона.

— Итак, что вы можете сказать в своё оправдание? — требовательно осведомилась одна из девиц, имя которой я так и не удосужилась запомнить. — Вы вообще собираетесь работать?!

Я внимательно присмотрелась к девице, а затем и вовсе активировала дар. Что это ещё за норовистая лошадка? Кажется, мы с невестами ещё вчера условились не ругаться лишний раз. По крайней мере, на виду у других!

Нужно отправить к кандидаткам Миру: она даже мне мозги вправила, притом ей на это потребовалось всего пару минут. Жаль, сейчас придётся выкручиваться самой, а я так зла, что не до конца контролирую себя.

Посмотрела на сидящую рядом подругу. Мира едва заметно приподняла бровь, показывая, что если я сейчас выдам очередную глупость, она до конца визита запрётся в лаборатории принца и сделает вид, что её здесь нет. Этого допустить я не могу!

— Вы желаете обсудить и осудить принятое его величеством решение? — ледяным тоном процедила я, заодно обвела показательно пустым взглядом присмиревших невест. Да, дорогие, ради вас я и пальцем не пошевелю. И не должна шевелить!

— Но мы должны быть рядом с принцем! — продолжала настаивать девица. — Вы обязаны блюсти наши интересы! Вас вызвали для помощи нам!

— Во-первых, юная леди, меня никто не вызывал. Меня пригласили. Надеюсь, вы в состоянии уловить разницу между наёмной рабочей силой и другом его высочества, которому он доверяет, — ядовито закончила я.

— Бри, — шепнула Мира, едва заметно коснувшись моей руки.

— В любом случае не вижу смысла тратить на вас своё время и объяснять причины, побудившие меня переехать из дворца. Вы не подходите под одно из главных требований его высочества, — отчеканила я уже куда более спокойно. И, заметив, что девица готовится разразиться очередной гневливой тирадой, прямым текстом намекнула на аргумент против её кандидатуры: — Печать Синей Звезды в вашем случае — лишняя предусмотрительность. Я ежедневно отслеживаю ваше физическое состояние. Вы…

Я сделала паузу и уставилась на строптивицу. Девушка поперхнулась приготовленными словечками и моментально стушевалась. Посмотрела испуганно. Сжалась. Ладно, не буду совсем жестокой, прикрою. Наверное, я слишком добра и романтична, но губить судьбы девушек — не моя миссия.

— Вам стоит обратиться к семейному лекарю, день-два — и будете здоровы. Но пока я вынуждена снять вас с отбора за несоответствие.

Красавица кивнула и больше не дерзила. Понимала — отбор для неё закончен.

И когда только успела лишиться невинности, а главное — с кем? Ведь невесты жили в специально выделенном, защищённом от мужчин крыле, за ними тщательно следила охрана, да и сами девушки держали руку на пульсе — рады были испортить сопернице репутацию.

Нехорошая ситуация. Особенно если учесть, что они при дворце Килга уже пару недель и до моего прибытия подобного не происходило. Вчера я их действительно проверяла, придраться было не к чему.

Может, его величество потому и решил отселить девиц из дворца?

Об этом определённо стоит подумать.

Глава 12. Дом морской ведьмы и прочие неприятности

«В Жемчужном дворце чемоданное настроение!

Признаюсь, я неимоверно заинтригована, как всё обернётся. Ходят слухи, выделенный свахе и невестам домишко имеет скверный характер и в первые же сутки заставил съехать наследницу морской ведьмы, а её родственницу выселил и того быстрее — ведьмочка бежала, бросив пожитки у входа!

Сейчас дом вновь распахнул свои двери, однако подводные жители уверены: это не к добру.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

— Ничего себе скорость! — Мира не смогла сдержаться, когда мы зашли в мои покои после завтрака и увидели собранные чемоданы. Даже руками всплеснула.

— Если бы ты отправилась со мной в дом морской ведьмы, я бы тебе рассказала, почему меня выселяют из дворца с такой скоростью, а так — терпи до возвращения в Арратор, — съехидничала я, созерцая пустые полки демонстративно распахнутых шкафов и комодов.

— Злыдня ты.

— И ничего не злыдня. Ты же знаешь, как тяжело я переношу переезды. В меня словно дух проказ и озорства вселяется. Серена сказала, моя нервная система очень… Не помню термин, в общем, я легко перевозбуждаюсь, но при этом совершенно здорова, и помочь она мне не может, лишь посоветовала загружать себя делами по самый потолок, чтобы энергия уходила в мирное русло, а не как обычно. А какое мирное русло наедине с двумя десятками мурен? — выдала я с бешеной скоростью. Мира даже головой потрясла в попытке утрясти полученные сведения.

— Ты обещала жемчужницам помочь и невест проверить, вот сразу после переезда и займись.

— Отличный план! — похвалила я радостно. — Надеюсь, после этого нас не выселят ещё дальше, например, в Арратор. У меня куча дел.

— Ты не посмеешь! — вскричала Мира испуганно и даже несколько разгневанно. — Я только начала эксперимент, Бри. Веди себя как положено молодой и хорошо воспитанной леди! Хватит уже! Мы не в Санторе, а при дворце! При дворце, Бри! Мы — представители Арратора и должны вести себя не как студентки, а как иностранная делегация, прибывшая с дипломатической миссией. С достоинством! Никаких проказ!

Мира говорила, говорила и говорила, да так жёстко и доходчиво, что я неожиданно прониклась. Ещё сильнее, чем утром.

— У тебя случайно нет дара убеждения? — спросила подозрительно, отметив, что эта мысль появляется всё чаще. То ли я веду себя ужаснее обычного, то ли Мира так держится за лабораторию Ульса, то ли кое-кто всё-таки скрывает ещё один дар.

— Нет. У меня лишь есть желание закончить эксперимент. И если для этого придётся тебя запереть в шкафу и до конца отбора всем врать, что ты приболела и лежишь у меня под присмотром, выздоравливаешь, я это сделаю!

Тёплые каре-зелёные глаза подруги сейчас сверкали изумрудами и выглядели необыкновенно эффектно. Она сто баллов вперёд дала бы любой из представительниц подводного мира, если бы участвовала в отборе. И выиграла бы даже без помощи и связей со стороны. Мира — идеальная невеста и, уверена, будет идеальной женой.

Но Ульс… Достоин ли он столь прекрасной девушки?

Он безусловно умён, симпатичен, хорошо сложён, за словом в карман не лезет и так же любит свою лабораторию, как и Мира. Идеальная пара. Была бы, если бы не…

И дело даже не в том, что они не истинная пара. Ульс прямо сообщил, что не женится на истинной. Его брак может быть только политическим, и отбор, в какой-то степени даже видимость отбора — лишь способ правящей семьи лучше присмотреться к конкурентам в борьбе за власть.

Судя по тому, как вывели из игры одну из девушек, борьба началась без особой подготовки и с применением грязных методов. Наверняка Килг и Ульс мотают на ус каждый шаг девиц. Мне же нужно сосредоточиться на самих девушках и назвать наиболее подходящую, чтобы они не тратили их драгоценное время!

А Мира… Она слишком хороша для Подводного мира. Слишком добрая. Слишком скромная. Слишком милая. Её здесь сожрут глубоководные хищники — глазом не моргнут. Ей нужен мужчина спокойный, целеустремлённый, внимательный, заботливый и непременно снисходительный к её любви к зельям.

Я вздохнула. Поди найди мужчину, который не боится быть отравленным собственной женой, а уж профессиональным зельеваром со специализацией на ядах — тем более.

Ничего, пристрою Ульса и тут же возьмусь за нашу красавицу и умницу Миру. Хоть она и твердит всем, что замуж не собирается, у неё и так куча дел, но ято знаю правду. Мира очень любит детей. В ней столько нерастраченной любви! Ей нельзя быть одной! И я ей помогу!

— Не нравится мне, как ты на меня смотришь, — вдруг заметила она.

— Да просто смотрю. Точнее, думаю, как тебя попросить отправиться со мной в дом морской ведьмы. Может, у неё есть какие-нибудь интересные подводные ингредиенты… — начала я соблазнение зельевара.

— Ни слова больше! Мы отправляемся немедленно! Чемоданы вели доставить вечером!

— Вместе с невестами, — хмыкнула я.

Но Мира уже ничего не слышала — схватила меня за руку и едва ли не бегом направилась к выходу из спальни, волоча меня, словно дракон — похищенную принцессу.

— Постой! У меня есть ещё одно дело. Нужно сходить к Ульсу и забрать мою шубу. Её вчера доставили, а я была… я так увлеклась устройством его судьбы, — быстро исправилась, увидев служанку одной из девиц, — что позабыла о просьбе вернуть её.

— Мы не пойдём к принцу, — прошипела Мира. — С ума сошла?

— Без шубы я отсюда не уйду, — воинственно прошипела я в ответ.

— Он тебя убьёт!

— Не убьёт. Ты же знаешь, что мы с ним подружились.

Мира только глубоко вздохнула. Она прекрасно знала, что порой я превращаюсь в подобие ледокола и на всех парах несусь к цели.

Его высочества в спальне не оказалось. Я покрутила головой и запустила пару десятков снежинок-шпионов по коридору, чтобы убедиться в отсутствии соглядатаев.

— Ты ведь не будешь незаконно проникать в его спальню и воровать? — возмутилась Мира.

— Ну что ты! Я лишь заберу то, что принадлежит мне.

— Бри, так нельзя! Я найду Ульса и попрошу вернуть тебе шубу.

— Я не готова ждать ещё сутки. Я на ней сплю! Я привыкла, что она рядом! Она такая приятная, мягонькая, пушистая. Словно на облачке лежишь.

— Она будет у тебя вечером, — продолжала настаивать Мира.

— Ты плохо знаешь любовь Ульса к издевательствам над бедной мной, он ни за что её просто так не отдаст.

— Тогда тем более не стоит идти к нему в спальню, особенно когда его нет. Это неприлично, в конце концов. Бри, ты обещала вести себя достойно.

Я замерла, недовольно закусив губы и стиснув кулаки. Ну почему, почему Мира всегда права? И почему я это понимаю как-то очень отдалённо, так, что своевременно никогда не доходит, только с сильным запозданием? Обычно когда наступают последствия.

Развернулась и быстрым шагом пошла прочь от заветной двери, пока здравый смысл не покинул меня снова. И так уже выселяют из дворца. Незачем усугублять.

— Браво! — полным сарказма голосом выдал Ульс, ещё и поаплодировал, гад.

Оказывается, он стоял неподалёку и наблюдал за нашими препирательствами.

Ну здорово. Без шубы осталась, ещё и опозорилась! Замечательный сегодня денёк!

— Рада, что удалось развлечь вас, ваше высочество, а также заслужить вашу похвалу, столь же редкую, сколь и искреннюю, — произнесла, изящно приседая, склонила голову и замерла, как полагается при виде монаршей особы.

Драконище проклятущий издевательски молчал, не позволяя мне выпрямиться и удалиться. Но на помощь пришла Мира.

— Ульс, эксперимент закончится ближе к вечеру. Я отправлюсь с Бри в дом морской ведьмы и вернусь к этому времени. Не трогай, пожалуйста, зелье в котелке с витой змейкой на ручке — там яд для трансформации королевского металла, — произнесла она, безошибочно найдя интересную для артефактора тему.

— Конечно, Мира, — мягко и непривычно доброжелательно произнёс его высочество Фаульс Первый Противный.

— Далеко этот дом? Может, нам следует поторопиться? — уточнила Мира, намекая, что пора бы нас отпустить. Из-за моей выходки с официозом мы не можем взять и просто разойтись. Не положено. Тем более есть свидетели — охрана курсирует, делая вид, что не подслушивает, но мы-то знаем правду.

— Дом рядом, но вам потребуется некоторое время для… Впрочем, сами увидите, — закончил Ульс зловеще. И наконец отпустил нас.

Я выпрямилась и танцующей походкой удалилась от него на безопасное расстояние. Пока не успокоюсь окончательно, лучше не беседовать с этим извергом. И шубу не просить. Зелья для сна выпить или ещё что, но быть паинькой хотя бы сутки.

Мы спустились в телепортационную, однако нас известили, что дом морской ведьмы не оснащён стационарным порталом, и придётся идти ножками по дну морскому или воспользоваться морским транспортом.

— Что это? — схватившись за сердце, уточнила Мира.

— Вы отпустите нас в пузырях воздуха? — поинтересовалась я куда спокойнее, ведь уже опробовала и оценила плюсы подводной магии.

— Пузыри не рекомендованы из-за необходимости погружения на большую глубину. Дом морской ведьмы находится в Зелёной впадине, на полпути ко дну. Вам выделили трёх осьминогов, они будут работать на вас до конца визита в Жемчужный дворец, — с почтением произнёс служащий и прикоснулся к перламутровой стене, которая вмиг истончилась и продемонстрировала нам красивых, величественных созданий со страшными красно-оранжевыми щупальцами и неожиданно милыми розовыми присосками.

— А как на них ездить? — шёпотом спросила Мира.

— О, это довольно легко и удобно. Нет более комфортного вида транспорта, поверьте! — с энтузиазмом заверил дежурный. — Мы заключим вас в воздушные сферы, вы сядете на специальное приспособление, а осьминоги плавно опустят вас в Зелёную впадину и останутся жить рядом с домом в ожидании следующих рейсов. Я бы доставил вас акулами, но его высочество предупредил, что вам этот вариант вряд ли понравится.

— Даже не уверена, что хуже, — вздохнула я, с ужасом разглядывая нечто, отдалённо напоминающее большой крюк. Если на этом полагается сидеть, то… куда деть платье? — Нам нужно было надеть брюки?

— Нет, что вы. Сидения трансформируются в небольшие кресла, когда вы подойдёте, — заверил нас парень, безукоризненно вежливый и желающий помочь и успокоить.

Мира подошла к прозрачной стене и приложила руку напротив одной из присосок.

— Я… Бри, ты знаешь…

— Ингредиенты, Мира! Редкие! Уникальные, — зашла я с козырей.

Она по-прежнему стояла, в ужасе созерцая размер щупальца, на котором каждая присоска была больше её ладони. Признаться, мне тоже не по себе, но я заранее смирилась с тем, что путешествие неизбежно, и активно искала в нём хоть одну положительную сторону.

— Да, ингредиенты. И ты мне их привезёшь, ты ведь меня любишь. А я… Прости, я не могу на них сесть, — развернувшись ко мне, произнесла Мира. — Это для меня слишком. Не рискну.

— Может, попробуете прокатиться на акуле? — тихонечко осведомился дежурный по транспорту. — Я выберу вам самую спокойную. Арлишка, к примеру, вальяжна и любит поболтать в дороге. И она приятная на ощупь, вам будет не страшно. Можете представить, что едете на морской лошади. Только ей не говорите, эта девочка считает, что она самая прекрасная и чудесная, не стоит её разубеждать.

— С зубами в три ряда, — буркнула Мира.

— Нет, что вы! — возмутился парень. — У нас нет таких акул. Обычно у них от пяти рядов зубов и больше. Ой! — сбился он, сообразив, что ни капли нас не успокаивает. — Но я вам дам Арлишку, она питается планктоном и совершенно не опасна для людей. Она великолепна! И такая болтушка, что вы позабудете о страхе! Можете, кстати, даже вдвоём на ней поехать, Арлишка запросто вас увезёт. И к ней не рискнёт приблизиться никакая живность: выглядит она весьма внушительно, хоть добрейшее создание. Слово даю, вам нечего с ней опасаться. Она бесподобна.

Мы с Мирой переглянулись. Это звучит куда лучше, чем осьминоги. Нет, они, конечно, очень красивые, внушительные, и к ним точно не приблизится ни одна тварь морская. Но ещё они страшные. Ужасно страшные. Хотя по глазам видно, что умные. Так что мы тоже не хотим к ним приближаться! Максимум — через стекло, как сейчас.

— Мы познакомимся с Арлишкой! — выпалила я, пока Мира колебалась. — Вдвоём не так страшно. Кроме того, может, Арлишка расскажет нам, как подружиться с домом ведьмы и где раздобыть ценные ингредиенты для зелий моей подруги.

— Вряд ли она что-то знает, но попробуйте. Чем Райган не шутит, — пожав плечами, произнёс наш собеседник.

— А кто такой Райган? — поинтересовалась Мира слабым голосом.

Её нельзя назвать трусихой, в ответственные моменты она никогда не подводила и всегда сохраняла максимальную осторожность, что не раз спасало наши буйные головушки. Но сейчас ситуация вышла из-под контроля. Слишком много неучтённых факторов. В океане мы беззащитны. И если я, как маг воды, чувствую себя вполне комфортно, Мире с её зельями на глубине оставалось лишь надеяться, что другие не подведут, а доверием аристократия Арратора никогда не славилась. Хочешь сделать хорошо — сделай сам. Её тревоги оправданы и понятны.

— Райган — мифическое существо, обитающее в Бездне Древнего Холода, — простодушно сообщил парень. — Что-то вроде огромного осьминога, только у него вместо части присосок гигантские острые когти, а вместо клюва — акулья пасть.

Я сглотнула. И туда меня богиня смерти Мори отправила за подарком! Как мне теперь не думать о Райгане? Надеюсь, Мори его не оживила специально для меня? Говорят, чувство юмора у богов своеобразное.

— Бри…

Я быстренько взяла себя в руки. Буду решать проблемы по мере их актуальности, а сейчас моя главная задача — уговорить подругу отправиться со мной на разведку. На столь ответственные мероприятия опасно ходить одной, но не с невестами же за плечом! К таким спиной повернуться страшно. Уверена, они надеются, что я не смогу даже войти в дом морской ведьмы. Может, даже вещи не собирают — ждут радостных вестей о моём провале. И я буду не я, если эти их надежды не разрушу самым жестоким образом!

— Мира, и не думай отказываться! Представь, какой это опыт! Незабываемый! — принялась я за убеждения. — Да все девчонки обзавидуются! А если Арлишка сдаст нам места необычных подводных растений и прокатит туда, представь! Ты сможешь написать самый лучший диплом по зельеварению в истории академии Сантор!

— Или по ядам, — неуверенно, но уже с энтузиазмом произнесла Мира.

— Именно!

— Кстати, мне вот интересно, а эти когти на щупальцах Райгана отваливаются, сменяясь, как зубы у акулы? По идее, все мифические существа — это уникальные носители древней магии, значит, их части могут быть использованы как ингредиенты для сильнейших зелий, ядов, лекарств. Если бы мы смогли туда отправиться и проверить. Вдруг он когда-то действительно существовал, и на морском дне таятся его останки? — замирая от восторга, всё сильнее воодушевлялась лучшая отравительница Сантора. Ну ладно, специалист по ядам и зельям. Но отравительница — веселее! Потому что ужасно не подходит нашей доброй и спокойной красавице. — И если я их найду…

— Она только что боялась спускаться на самом безопасном виде транспорта — осьминоге, — обратился ко мне недоумевающий дежурный, воспользовавшись тем, что Мира полностью погрузилась в свои фантазии и оборвала речь на полуслове, явно представляя себя в лаборатории, в обнимку с чёрными когтищами подводного монстра.

— Не волнуйтесь. Как и ваш принц, Мира неравнодушна к экспериментам, а так абсолютно безопасна. Как Арлишка! — заверила я.

— Я понял, что как его высочество, потому и переживаю. Хочется верить, Райган так и останется мифическим созданием, а не вымершим, — поделился он своими тревогами.

— Мне тоже. Но я ни за что не ручаюсь.

— Зовите же скорее Арлишку! — потребовала Мира, вынырнув из счастливого будущего и увидев, что мы всё ещё напрасно теряем время во дворце. — И скажите, пожалуйста, как далеко до этой бездны? Сколько дней мне запланировать для путешествия? У меня сейчас идёт один важный эксперимент, он скоро завершится, и я не знаю, начинать ли следующий.

— Я… я не р-рас-располагаю… — начал заикаться бедный мальчишка, прежде явно не видевший вдохновлённых учёных-практиков, которым и море по колено, и монстры — не монстры, а ценные источники не менее ценных ингредиентов.

— Ясно. Поговорю с его высочеством по возвращении. Бри, чего ты стоишь? Живо на выход, Арлишка уже заждалась! — поторопила Мира, первой просачиваясь в небольшой узкий коридорчик, где мы должны были облачиться в пузыри и состыковаться с огромным морским чудовищем, терпеливо замершим у выхода.

— Люблю пунктуальных дам, — прогудело в голове утробным и низким голосом. — Добро пожаловать на борт!

— Сердечно благодарим за приглашение, — пропела Мира. — Уважаемая Арлишка, вы совершенно великолепны! Какой красивый у вас окрас. Простите, не знаю, как правильно назвать это великолепие. Никогда не видела акул, но вы прекрасны.

Я еле удержала челюсть на месте, она так и стремилась упасть на пол. С грохотом.

Ущипните меня. Мира подлизывается к акуле!

И она ни капли не великолепная. Она огромная! Гигантская! С приплюснутой мордой и глазами размером с яблоко. Но окрас и правда модный — красивый белый горошек на её тёмно-серой туше выглядит эффектно.

— Благодарю вас, леди. Я не разбираюсь во внешности людей, но вы мне кажетесь хорошим человеком, — воспитанно ответила акула на восторги Миры. И воспитания ей хватило даже для того, чтобы транслировать голос и в мою непутёвую головушку. Сама деликатность!

«Даже акулы ведут себя лучше некоторых», — ехидно пропел внутренний голос, но я его привычно затолкала поглубже — чтобы не отсвечивал. Я и так полна противоречивых чувств.

— Приятно слышать. А вы знаете, что моя подруга — маг воды? Мы можем попросить её по пути собрать для вас самый вкусный планктон, — щебетала Мира. — Бриджит очень добрая и никогда не откажет.

— Проверим по дороге, — важно заявила акула, однако тембр её голоса изменился — она явно заинтересована щедрым предложением. — Заодно расскажете, что там произошло на балу. Говорят, леди сваха довела нашего принца до танцев с невестами.

— Ой, довела! — протянула Мира, бросив на меня восторженный взгляд.

Дорога будет долгой. Очень долгой. Уверена, они успеют перемыть мне все косточки ещё до начала погружения в Зелёную впадину.

Глава 13. Переезд в дом морской ведьмы

«Гигантские осьминоги, огромные плотоядные крабы и акула — прекрасные спутники для арраторских красавиц, ничего не скажешь!

Прошло ровно семь часов с момента погружения студенток академии Сантор в Зелёную впадину, а у меня до сих пор нет вестей. И нет возможности к ним спуститься! Хотя если они через час не вернутся, я готова буду оседлать даже демона, лишь бы спасти наших прекрасных девушек.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Арлишка доставила нас к дому морской ведьмы в целости и сохранности, даже нервная система не пострадала. Но если бы она говорила не мысленно, а вслух, за барабанные перепонки я бы не поручилась. Эта акула не затыкалась!

Прежде я думала, что розовое недоразумение, которое Таяна притащила из Тёмных Земель, — самое болтливое создание на земле. И под землёй. Драконица Софи — тысячелетнее умертвие, которое питается всеми видами магии и при перенасыщении начинает много болтать. Потому в академии Сантор, где студенты круглосуточно хулиганили, выбрасывая в пространство огромное количество силы, она не отличалась сдержанностью в высказываниях.

Но Арлишка! Она переплюнула всех! Даже меня!

И вообще я кое-что поняла о подводном мире. Прежде я была уверена, что жители океана — спокойный и сдержанные, невероятно сильные, древние… в хорошем смысле. Однако все, кого я встретила под водой, ведут себя дерзко, буйно, ярко реагируют на любую провокацию. Да сам царь морской подаёт им пример! Они с фифой Лин Акройд не трудятся сдерживать чувств, и об их страстном романе знает каждый осьминог, а эти создания живут на огромной глубине и встречают друзей раз в сто лет.

Может, именно потому Ульс так спокойно реагирует на мои выходки.

Хотя сослать друга в домишко морской ведьмы — поступок, максимально далёкий от спокойствия. Потому что я чуть с Арлишки не свалилась, когда увидела эти хоромы.

Прекрасная акула высадила нас у ворот, украшенных перламутровым жемчугом, кораллами и раковинами, часть которых, кажется, заселена. А небольшие воротца охраняли два огромных, с человеческий рост, краба.

Я сглотнула, увидев, как мощно и угрожающе выглядят их клешни.

— Мы несъедобные, можешь не облизываться, — раздалось в голове.

— Я от страха, — призналась честно и откровенно, но не позволила себе и дальше праздновать труса. — Вы выглядите очень внушительно. Вас должны были предупредить, что мы сегодня въедем в дом. Сперва я, затем невесты принца.

— Нас предупредили, что вы попытаетесь, и если вам не удастся договориться с домом…

— А там есть ценные ингредиенты для зелий? — влезла Мира, которая первой спустилась с круглого бока Арлишки и сейчас рассматривала причудливый заборчик, за которым густо произрастали необычные водоросли.

Я тоже присмотрелась к странной на вид гигантской растительности. В месте, где у обычного листика центральная жилка, у этих подозрительных водорослей были дырочки. Много-много заметных невооружённому глазу отверстий.

— Словно меткий стрелок упражнялся с луком, — произнесла Мира, видимо, думая о том же.

— Думаешь, иномирное растение? — заинтересованно уточнила я.

— Уверена. Так что иди на штурм дома. Да поживее. Мне уже не терпится.

Я посмотрела на эту требовательную красавицу. Воодушевлённая, с блестящими глазами, она ничего не боялась. Даже подошла и посмотрела на крабов-охранников внимательно, словно мысленно расчленяя их и перетирая хитин на зелья, мясо — на салат… Мира хозяйственная.

Крабы попятились, упёрлись в воротца.

— Дом морской ведьмы принимает не всех, — дрожащим голосом начал один из них. Какой впечатлительный, посмотрите на него. Мы ведь ещё ничего не делаем.

— Его высочество велел заселить туда невест. Уверена, эти ведьмы дадут фору любой злобной старушенции, так что там им самое место, — выдала я, потирая руки.

— А я думала, сюда сослали прежде всего тебя, — включилась в беседу Арлишка, которая и так слишком долго молчала. Минуты три!

— Меня не сослали. Мне дали свободу действий. Отсюда я смогу беспрепятственно, без согласований с охраной дворца и прочих проволочек, путешествовать и помогать жемчужницам.

— Она пообещала им уход и защиту прав, — тут же сдала меня болтливая акула. — Ещё и его высочество отругала за то, что не заботится о подданных должным образом. У прекрасных жемчужниц ни зеркал нет, ни защиты от хищных моллюсков.

Ой, да Арлишка-то у нас ядовитая. Сарказм так и льётся, так и льётся.

— Да их в основном осьминоги жрут, — хмыкнул один из крабов. — Но вообще идея хорошая. А вы, леди сваха, жалобы от остальных жителей подводного мира принимаете?

— Или только от выгодных вам? Жемчужницы ведь наверняка обещали вам гору блестяшек, — добавил второй.

— Не в бровь, а в глаз, — снова ответила за меня хвостатая паршивка.

— Предлагаю пройти в дом, там расположиться и побеседовать, — решила я брать быка за рога. Вдруг сработает.

Однако крабы проход во двор не открыли. Лишь чуть сильнее расступились, позволяя рискнуть и подойти ближе к небольшим воротцам, на которых не разглядеть ни замка, ни крючочка какого. Но ближе были и их страшные клешни! И доверия они совсем не вызывают.

— Отойдите подальше, — попросила я по-хорошему.

— Нет! — дружно ответили мне.

— Ну, я предупредила.

— Только травку не повреди! — заверещала Мира, хватая меня за руку. — Бри, она мне нужна! Хотя бы немного! Помни, я единственная твоя подруга в этом подводном царстве, ты должна меня беречь всю: и нервную систему, и…

— …ручки загребущие, — пошутила я.

— Я, между прочим, для вас всех стараюсь! — оскорбилась Мира в лучших чувствах.

— Я и не спорю.

Вести светские беседы с крабами больше не стала. По их бесчувственным мордам сразу видно — содействия от них ждать не стоит, а вот предательства — очень даже! Так что договариваться бесполезно. Не доверяю я им. Не доверяю.

Сформировала боевое заклинание высшего порядка и снесла ворота вместе с частью такой драгоценной растительности. Вошла гордым захватчиком в чужие покои. Крабы засеменили следом, но уже куда покорнее, Арлишка тоже не удержалась и вплыла во двор. Все молчали.

Я подошла к двери. Тёмная от влаги древесина поросла зеленью, как и камни, из которых сложен дом, так что сам домишко вблизи выглядит очень даже симпатично. Другое дело, что он крохотный, и я с трудом представляю, как буду запихивать в него невест Ульса. И как они при этом будут орать. Наверное, стоит подобрать себе другое жильё. Может, маленький домик на ближайшем острове…

— Хорошо, что здесь ещё много… — бубнила за спиной Мира, собирая образцы растений.

Я же стояла перед дверью, запертой и магией, и на обычный замок, и думала, как попасть в дом, не нарушая защиты, как я это сделала с воротами. Какая-никакая защита нам всё равно нужна. Варварскими методами дальше действовать нельзя.

Потому я приложила обе руки к двери и громко произнесла:

— Добрый день, уважаемый дом морской ведьмы. Пустите на постой, сделайте милость.

Дом зашатался. Да так, что сверху полетели небольшие камешки и куски древесины.

— У меня такое ощущение, что дом смеётся, — заметила я громко, чтобы болтающие Мира с Арлишкой услышали.

— Конечно! — подтвердила акула. — Дом разумный. Его потому все и боятся. Он и сожрать может. У него и зубы есть. Зелёная впадина как образовалась?

— Как? — шёпотом уточнила Мира, прижимая к груди огромный тюк, набитый травой. У неё таких наверняка ещё много, только под другие ингредиенты.

Посмотрела бы я на гружёную Арлишку! Чувствую, та будет много и долго ругаться на обратном пути, но пока пусть пребывает в неведении. Так всем спокойнее.

— Шло великое сражение за престол. И против его величества Килга, тогда он был обычным ледяным демоном с амбициями, выступал великий воин трёх морей, Аасгув. Тот привёл с собой целую армию огромных хищных созданий, которые были во много раз больше меня и дрались так, что море доверху наполнилось их жертвами.

— Так а что с домом-то и впадиной? Как она образовалась?

— Ну так это одно из тех существ! Килг приложил его хорошенько, да столько магии вбухал, что вместо того, чтобы умереть, исполин превратился в огромный подводный риф. Все эти кораллы, водоросли держатся на его рельефной коже.

— А он… он не может проснуться? — напряглась Мира.

— Кто его знает? Всё может быть. Но морские ведьмы, тогда их было много, тут же облюбовали начинённое магией существо. Затем, конечно, враждовали, и выжила только одна. Её звали Лаарга. Страшная была женщина. Красивая, но страшная. Килг по ней лет триста сох, пока не втрескался в фурию, — без зазрения совести выдала собственного повелителя Арлишка.

— Умерла? — шёпотом уточнила я.

— Лаарга-то? Да конечно! Ушла в другой мир. Оскорбилась, что Килг принял Ульса, а ей не позволил родить ему ребёнка. Правильно сделала, в общем-то, — заключила Арлишка и резко одумалась. Поняла, что наболтала лишнего.

А нам только того и нужно было! Информация всегда пригодится. Тем более такая интересная!

— Арлишка, милая, так выходит, здесь долгое время было что-то вроде места силы, да? — поинтересовалась Мира осторожно. — А затем сила закончилась, и Зелёная впадина превратилась в часть морского дна, обычную и доступную остальным? Ведь здесь мы видели разных живых существ, и только дом Лаарги по-прежнему хорошо защищён, в остальных местах я не вижу избытка магии.

— Так и есть. Лаарга забрала с собой столько энергии, сколько смогла унести, — подтвердила наши подозрения Арлишка.

Итак, обиженная на повелителя ведьма уходит, оставляя в его владении свой дом, зачаровав от посторонних, но есть одно большое «но». Дом принимает не только Килга по праву владельца подводных территорий, но и его сына, которого, по идее, Лаарга должна ненавидеть или как минимум недолюбливать.

Что же за особенность такая у Ульса, что Килг позволил ему выжить, тогда как остальных детей уничтожал или не позволял им рождаться? Возможно, она же позволила ему войти в дом ведьмы и, как мне сообщили утром, подготовить всё к моему прибытию.

Зная его вредный характер, я поспешила увидеть эту «подготовку» без свидетелей, потому что уверена — меня ждёт какая-то гадость. Он просто обязан мне отомстить. Так выглядит дружба двух созданий с дурацким чувством юмора!

— Арлишка, а что говорила Лаарга, когда уходила? Разрешала ли жить в этом чудесном доме? И если он живой, давала ли ему наставления и советы?

— Позвольте-ка подумать! — воодушевилась акула.

— Что тут думать? Велела никого не впускать и не выпускать, кроме тех людей и нелюдей, кто задумал плохое против королевской власти, — прогудели хором крабьи голоса.

Кажется, у них один мозг на двоих. Иначе не знаю, как объяснить подобное единодушие.

— Выходит, если я желаю выдать замуж за принца злую и противную мурену, то имею полное право жить в доме Лаарги! — заключила я, поглаживая неожиданно тёплую и гладкую дверь. — Открывайся, мой хороший. Пришла плохая девочка Бри. Она замышляет коварное! И скоро пригласит в дом ещё и девиц, которые только и мечтают, что разграбить королевскую казну: платья новые купить, украшения. Килга свести с ума болтовнёй и плохими манерами…

Дверь стала ещё теплее. Работает схема!

— Уважаемый домик, мне очень нужно попасть внутрь. Я не хочу жить во дворце. Оттуда у меня нет доступа к прекрасным жемчужницам, которым я обещала переезд на постоянное место жительства в моё поместье. Я организую им прекрасный заливчик с чистейшей водой, а они меня обеспечат красивейшим жемчугом. Его величеству это, безусловно, не понравится, но моллюски вправе выбирать свою судьбу, и они выбрали меня!

Дверь гостеприимно распахнулась, а дальше произошло и вовсе немыслимое! Огромные водоросли, охраняющие дом, сомкнулись вокруг дома, а затем и вовсе пропустили через себя магию, накрыв нас прекрасным куполом, из-под которого стремительно начала убывать вода.

— Я за ворота! — быстро сориентировалась Арлишка. И уже оттуда крикнула: — Не забудьте выйти и всё-всё-всё мне рассказать, когда обустроитесь!

— Мы тоже, пожалуй, вернёмся к месту несения службы, — важно сообщил один из крабов.

Мы с Мирой только диву давались. Задирали головы, восхищённо оглядывая магический полог, рассматривали представший в ином виде дом — теперь он из розового гранита, удивительно тёплый, уютный, манящий познакомиться с внутренним убранством.

— Благодарю за приглашение, — вежливо произнесла я, погладив тёплую стену. Такой магии я прежде не видела, даже не знаю, к какой стихии её правильнее отнести.

Камни явно привезены из южных карьеров; заключённый в них огонь, оберегающий, согревающий и уничтожающий при необходимости, — явно драконий. Как они спаяли магию земли и драконье пламя?

Но и это ещё не всё.

Разумный дом под водой, построенный на разумном древнем монстре. Это магия жизни и магия смерти в одном флаконе. Как?

И таких противоречий в доме морской ведьмы, уверена, встретится ещё немало.

Только вот, что мне сейчас делать? Как выжить в такой нервной, непонятной, опасной обстановке? Дом Лаарги я сильно недооценила.

Поборола внутренних демонов и переступила порог. Я со всем разберусь — или я не Бриджит де Ларс!

Дом встретил неожиданно миролюбиво и добродушно. Застелил полы коврами, что на дне морском казалось необыкновенным и даже почти невозможным, накинул на стол белоснежную скатерть, уставил деликатесами. За одной из дверей гремела посуда — видимо, готовился пир горой к прибытию невест.

— До чего здесь необычно и чудесно! — Мира гуляла по просторному светлому дому, заглядывая в каждую комнату.

— Может, всё-таки переберёшься? — пошутила я, зная, что лаборатория Фаульса приковала невидимыми цепями леди-зельевара. Там ведь у неё какой-то эксперимент ещё! Вообще безнадёжный случай.

— Сомневаюсь, что в этом доме есть лаборатория, доверху набитая ингредиентами различных миров, — пошутила Мира.

Но дому эта шутка не понравилась.

Свет померк, словно в погожий день коварный ветерок пригнал чёрные тучи и собрал все над нашими головами.

— Немедленно извинись перед домом! — потребовала я.

— Приношу свои самые искренние извинения. Это была шутка. Я зельевар и отравительница по профилю, не могу долго находиться вдали от любимых колб и котелков. Если вы найдёте в себе великодушие и простите мою страстную увлечённость предметом беседы… — завела Мира великосветский разговор так испуганно и нервно, что дом, кажется, простил её, не дослушав, а дальше и вовсе раскатал ей узкую ковровую дорожку тёмно-зелёного цвета, словно приглашая следовать за бесконечным рулоном.

Я, разумеется, пошла за подругой. Дом оказался не просто большим. Огромным!

Мы шли и шли, спускались по лестницам, ныряли во влажные, поросшие тёмной зеленью гроты, пока не попали в огромное светлое помещение, стены которого были полностью заставлены шкафами и комодами из неизвестного материала. Потолок светился перламутром, а полы были сделаны из серого гранита, усеянного воронками взрывов.

— Это что же за опыты здесь проводили? — Я определённо чувствую себя здесь не в своей тарелке. Мы на глубине. На большой глубине! Если что случится, нас никто не спасёт.

— Не знаю, но ты посмотри на эти колбы! Какие необычные! — с придыханием произнесла Мира.

Словно зачарованная она ходила по лаборатории и открывала шкафчики, лари, коробочки. Медленно-медленно, будто не веря своему счастью. А когда открыла шкаф, доверху набитый книгами, и вовсе взвизгнула так, что у меня от ужаса едва не остановилось сердце.

Я из любопытства тоже прогулялась по помещению, но святости места не почувствовала и вообще хотела поскорее отсюда уйти. Однако Мира уже сидела в кресле морской ведьмы и увлечённо читала драгоценный талмуд.

— Мира, — позвала я. — Мира, нам пора идти. Нужно подготовить всё к приезду невест.

— Да-да, — отмахнулась от меня подруга. Даже не уверена, что она поняла смысл моих слов.

— Мира, тебе пора возвращаться к эксперименту в лабораторию Ульса, — напомнила я немного ехидно. Взгляда от лица взбудораженного зельевара не отрывала. Обожаю, когда она выглядит столь увлечённо, ведь Мира — образец спокойствия и настолько оживляется очень редко.

— Угу.

— Мира, ау! Приём! — повысила я голос.

И это возымело эффект. Мира подняла на меня осоловелый взгляд, потрясла головой, а затем уставилась, но всё равно непонимающе — мол, чего я, жестокая и противная, хочу от неё, когда она так занята.

— Я останусь здесь. Попроси, пожалуйста, домик, чтобы он организовал мне тут спальное место. Что угодно сойдёт — хоть кресло побольше.

— Мира, ты можешь спускаться сюда по своему желанию. Живи в доме!

— Эти книги нельзя выносить за пределы лаборатории, она так зачарована. А ты видела, сколько их? Как думаешь, мы можем сказать, что я заболела, потому не буду являться на светские мероприятия?

В голосе подруги звучало столько надежды, что я просто не смогла её разочаровать.

— Скажу, что дом взял тебя в заложники и не отпускает, пока ты ему не сваришь специальное зелье, восстанавливающее гранит и мрамор, — придумала я. И тут же громко и чётко проговорила: — Уважаемый домик, это только упрочит твою репутацию. Это такой хитрый стратегический приём.

Перламутровый потолок моргнул магическим освещением, подтверждая договорённость. Как я поняла, главное здесь — соблюдать некоторые правила. Надеюсь, успею в них разобраться до того, как кто-то успеет вляпаться по самое не хочу.

Кто бы мог подумать, что мне доверят жизни и здоровье двух десятков самых именитых девиц подводного мира! Килг явно издевается над своими противниками. И Ульс ему не уступает. Это ведь он попросил меня вести себя так, чтобы всем кругом было страшно от моего энтузиазма! И сам же избавился от меня, когда я выполнила его просьбу!

И шубу, кстати, не вернул, гад.

Но за это я ещё отомщу!

Невесту, конечно, противную выбирать не буду. Как бы ни злилась на этого паршивца, но ведь мы друзья. Своеобразные, конечно, но друзья. По духу. По ужасному чувству юмора.

С ним так легко, как ни с кем. Что бы я ни вытворяла, он может посмеяться и потом третировать меня втихую, не позоря перед другими.

Но где-то ведь я перегнула палку настолько, что даже он не выдержал. Только где?

Дурацкая шуточка с бассейном, конечно, меня не украшает, ну так и он вдосталь надо мной поиздевался. Я лишь отомстила. Глупо и по-детски, но почему бы и нет, раз он сам мне всё это разрешил. Не просто рекомендовал дать себе волю и смутить умы невест, нет. Просил!

И теперь я виновата во всех смертных грехах!

Ладно, разберёмся потом. Сейчас нужно организовать прибытие невест.

Я помахала Мире ручкой, она рассеянно кивнула. Помощница моя! И смех и грех. Даже не представляю, кого можно подобрать ей в мужья, чтобы она была счастлива. Но определённо пора заняться этим вопросом, а то Мира сама ни за что не дозреет. Этих книг ей хватит надолго, и пока она их не дочитает, у меня есть время на раздумья.

— Уважаемый дом, у нас с тобой много дел. Нужно подготовить комнаты ужасно вредным и капризным девицам так, чтобы они не поубивали друг друга, пока они под нашим с тобой присмотром, — обозначила я задачу. — И ты найди, пожалуйста, возможность со мной общаться. Тебя ведь давно покинула Лаарга, может, тебе нужна какая-то помощь? Ремонт, к примеру? Избавиться от наросших кораллов, полить специальным удобрением волшебную травку во дворе, ещё что-нибудь? И нужно что-то решить с Мирой — не может ведь она жить в лаборатории, она человек, ей нужно бывать на свежем воздухе. Под водой нам непросто. Я, маг воды, и то испытываю неудобства, уж не представляю, как тяжело ей.

Передо мной возникла ковровая дорожка и пригласила наверх. Очень высоко! Гораздо выше основного холла, куда мы попали, открыв входную дверь.

Взобравшись по многочисленным пролётам, состоящим из ступеней разного размера, я дышала как загнанная лошадь. Чувствовала себя примерно так же.

— И куда ты меня привёл, дорогой? — пропыхтела я, открыв очередную тяжёлую дверь, которую мне никто не догадался распахнуть. Коврик спокойно же бежал сквозь неё. Видимо, красивая иллюзия. Удивительно, сколько силы в этом доме.

Я распахнула дверь, а затем невоспитанно открыла рот.

— О-о-о!

Я находилась на вершине каменной скалы, выступающей из моря. Розовато-рыжей, немного поросшей травой, которая сейчас пожухла, напоминая выброшенные на берег водоросли.

— И что же ты хотел мне сказать, домик? — произнесла я, а затем замерла с открытым ртом. — Великие Боги! Ты показал выход! Отсюда ведь работают все виды телепортов! Постой, я надеюсь, ты не намекаешь, что мне стоит отсюда сбежать? — Прислушалась к ощущениям. Нет, дому я явно понравилась, хоть он и не говорит мысленно, но я его чувствую буквально кожей, и его настроение, и в какой-то степени мысли. — А, то есть ты предлагаешь показать выход Мире, чтобы она могла приходить в лабораторию и читать книги, сколько ей угодно? Спасибо тебе огромное! Ты самый лучший дом в мире!

После моих искренних восторгов и комплиментов дом вернул меня в холл, который немного переменился. Огромное строение превратилось в небольшой трёхэтажный дом, а лестницы, по которым я сегодня вдоволь набегалась, скрылись за стенами так надёжно, что если бы их кто и смог найти, то только моя подруга Корделия со своим криминальным даром видеть сквозь стены и чувствовать сокрытое.

Я вышла во двор и поняла, что совершенно не представляю, как мне вновь вернуть себе на голову тот самый пузырь с воздухом, чтобы выйти за ворота. Мысленно позвала Арлишку, попросив вернуться в Жемчужный замок и пригласить принцесс в дом морской ведьмы.

Арлишка, конечно, тут же забухтела, что это нечестно — оставлять её без рассказа, как мы здесь обосновались, но я пообещала быть хорошей девочкой и рассказать всё в подробностях, когда мы отправимся на ужин во дворец.

А дальше начался конец света!

Начали прибывать невесты!

— Домик, крепись. Эти извергини доведут любого. Но наша задача — вернуть их всех назад, родителям, оставив одну в невестах у Килга. Тебе они понравятся. Одна хуже другой. Красивые, конечно, но характеры… Чисто мурены.

— Эй-эй-эй! — как торговка на базаре заверещала моя Мурена Фамильяровна. — Попрошу не оскорблять мой вид!

— Объявилась! — хмыкнула я.

— Это вы мне? — уточнила одна из невест, которая только что из акулы-молота превратилась в прекрасную девушку в кожаном платье, непристойно обтягивающем её идеальное тело. Мода у них здесь, конечно! Интересная.

— Разумеется, нет. С фамильяром беседую, — ответила честно.

А как же без честности, когда наличие у меня фамильяра должно напугать девиц до дрожи в плавниках, щупальцах или что там у них ещё? С фамильяром я сильнее, опытнее, даже могущественнее. Должна быть! Но обо всех обстоятельствах я этим красоткам докладывать не собираюсь!

Немного лупоглазая красавица вытаращила глазищи ещё сильнее. Прониклась.

Я дождалась прибытия всех девиц. Оценила их внешний вид — ощущение, что они ожидали встретить не только меня, но мужчину своей мечты. Ну или его высочество Фаульса Противного, на крайний случай. А уж сколько каждая привезла тюков с нарядами! А слуг!

Боюсь, красавицы, вынуждена вас сильно разочаровать: правила в этом доме устанавливала не я, так что… Ну ладно, ладно, я с домом заодно. Но он меня не сдаст!

— Приветствую вас на вверенной мне территории, — неожиданно по-военному начала я. Хмыкнула. Да уж, общение с этими муренами — та ещё боевая операция. — Вынуждена вас огорчить: слуги и питомцы на территорию дома не допускаются. Не знаю почему. Так сообщил дом, — тут же свалила я с больной головы на крепкую зачарованную крышу особняка.

— Вы общаетесь с домом? — уточнила вторая акула, куда более крупная и зубастая, чем акула-молот.

Выглядела девушка так, что, появись она при арраторском дворе, все без исключения холостые мужчины попадали бы к её ногам, а большая часть женатых мечтала бы к ним присоединиться. Сегодня на ней красовалось практически «голое» платье, украшенное лишь загадочно мерцающими в магическом свете бриллиантами. Именно таких красоток рисуют молодые люди в период полового созревания. Распущенные волосы мягкими волнами спускались почти до ступней. Босых ступней! С идеально наманикюренными ноготками цвета перламутра.

Если и жениться для галочки и рождения наследников, то лучшей кандидатуры не сыскать. Такой генофонд!

Я вдруг вспомнила, что у нашей принцессы Серены пять братьев — и все до сих пор не пристроены. И почему это вдруг? Дар отзывается или моя романтичная, но при этом ужасно меркантильная натура?

— Как тебя зовут?

— Аврора, — низким грудным голосом ответило прекрасное видение, которое совсем недавно было монстром глубин.

— Аврора, вы можете существовать вне океана?

— На суше? — уточнила она удивлённо. — Ну, я бывала в Арраторе и Баррагоре, но постоянно жить вдали от моря не смогу. А вы что-то почувствовали?

— Да. Я думаю, нам стоит в рамках отбора совершить путешествие в Арратор. Мне нужно увидеть вас рядом с одним из братьев принцессы Серены.

— Если вы говорите о Йорге де Вилле, то мы знакомы, — ледяным тоном процедила Аврора. — Я не рассматриваю его кандидатуру. Ни при каких обстоятельствах. Он третий сын.

Я прислушалась к дару. Он никак не отреагировал на имя Йорга, однако лишь усилил моё желание свести акулу с одним из братьев. Жаль, я с ними не знакома, тогда бы точно могла сказать, с кем она уже связана.

— Это точно не он, — заверила я. — Но мы ещё поговорим. А пока проходите в дом, устраивайтесь. У каждой из вас личная комната. Что делать со слугами и питомцами, решайте сами. Я, как и вы, нахожусь в доме на правах гостьи, потому не могу ничем помочь. Комнаты расположены на трёх этажах, все выглядят по-разному, так что…

Договорить не успела. С девушек моментально слетел светский лоск и они побежали к дому, забыв дать распоряжения слугам.

Я погладила тёплый розовый камень дома.

— Терпи, мой хороший, это ненадолго. Кстати, можешь отобрать у них часть магии для личных нужд! — вдруг придумала, как извлечь пользу для самого особняка. — Если они будут шалить и мешать друг другу жить, смело штрафуй их частью силы! И тебе хорошо, и мне спокойнее.

Камень под пальчиками нагрелся ещё сильнее. Дом одобряет.

Вот и отлично. Минус одна проблема.

Я посмотрела на слуг и замерших без хозяек питомцев. Кого здесь только нет! Даже растения — и те замерли в ожидании распоряжений своих владелиц.

— Дворик здесь чисто символический, так что, господа хорошие, прошу всех на выход. Растениям также придётся удалиться. У нас здесь живёт зельевар, поверьте, ничем хорошим это вам не грозит, — честно предупредила я и вернулась в дом. Через несколько мгновений невестушки опомнятся и сообразят, что багаж в свои комнаты им придётся доставлять самостоятельно.

— Внимание, внимание! — произнесла я, усилив голос магией. — Надеюсь, вы выбрали спальню по душе. Теперь же вам необходимо переместить багаж со двора. Обращаю ваше внимание, что двор осушен и очищен временно: в любой момент травяной купол вернётся в первоначальное состояние, и ваши вещи…

Мне не дали договорить. С топотом, грохотом, воплями и криками девушки заторопились на выход, сталкиваясь, ругаясь, пронзая друг друга яростными взглядами.

А ведь можно было просто открыть окна и левитировать чемоданы туда. Но, видимо, девицы не знакомы с этим полезным заклинанием, а я им помогать не собираюсь.

— Леди, напоминаю, что будущая принцесса должна вести себя достойно, — соловушкой пропела я. А затем придумала маленькую пакость, которая могла обезопасить всех присутствующих. — В доме действует комендантский час. Двери спален будут закрыты до приглашения на лёгкий ужин перед поездкой в Жемчужный замок. Видела я, как вы жадно смотрите на еду; поверьте, жалкое зрелище. Подобного я не допущу. Если уж и делать вид перед двором, что вы едите словно крошечная фея, то без взгляда «я сожру всё, до чего дотянусь, как только окажусь в своей спальне».

Невесты покраснели все как одна.

— У нас не принято много есть за столом, — просветила Аврора.

— У нас тоже. Потому я и решила поделиться с вами опытом сухопутных леди, — со смешком ответила ей. — Идите, барышни, собирайтесь. И, пожалуйста, очень вас прошу! Не обсуждайте дом и за всё его благодарите. У него своеобразный характер.

— Леди сваха, — обратилась ко мне одна из девушек, на которую я прежде и внимания не обращала. Она такая худенькая и серенькая, почти прозрачная, что я ненароком подумала, не медуза ли она. Но это, конечно, не может быть правдой.

— Называйте меня Бри. У нас здесь женское царство, можем сбросить маски и пожить словно девчонки в общежитии академии, — предложила дружески.

Ну а что? Может, они не так уж плохи!

— И на «ты»? — выпучила глазищи леди Медуза.

— Без проблем, — легко согласилась я, вызвав у девушек ступор. — А что здесь такого? Мы с вами одного возраста, не под присмотром его величества и его высочества, можем немного расслабиться.

Акула Аврора хмыкнула, явно подумав, будто я только и делаю, что расслабляюсь. А я, может, не расслабляюсь, а внимание отвлекаю! Фифа Лин Акройд прикрывает нас с Мирой, а мы — её. Но они пусть думают так, как им нравится.

— Хорошо, — решилась Медуза. — Его величество сообщил, что, как только вы обживётесь, начнётся отбор, и разные задания, и много чего ещё. Но вы уже выгнали несколько девушек. Выходит, вам выдали совсем-совсем неограниченные полномочия?

Я улыбнулась: на «ты» она так и не смогла перейти. В некоторых морских семьях воспитание — не пустой звук. Да и вопрос девушка задала довольно скользкий.

— Его величество согласовал все ваши кандидатуры и отдал выбор в руки его высочества. Как вы знаете, мы с его высочеством давно знакомы, он доверяет моему мнению и видел в деле мой дар. Я честно вам скажу прямо сейчас: ни одна из вас не является его избранной, здесь никаких сомнений. Потому мне поручено задействовать дар и выбрать девушку, наиболее подходящую лично его высочеству. По многим характеристикам. Не только по тому, как вы проявите себя на традиционных испытаниях.

— То есть, если я не могу плавать так быстро, как остальные, у меня всё равно есть шанс? — уточнила Медуза столь тихо, что я бы её не услышала, если бы в холле не стояла такая тишина.

— Да. Шанс есть у всех, кто подходит под требования отбора. Я планирую выбрать несколько кандидатур, но итоговое решение — за его высочеством.

Аврора сделала шаг вперёд, и я почувствовала угрозу. Всё же знать, что перед тобой кровожадный монстр глубин — то ещё удовольствие.

— Меня тревожит один вопрос, — произнесла она скользко, словно была угрём, а не акулой. — Он связан со вчерашним вечером, когда мы все покинули бал...

Я поняла, что момент настал. И резко осознала, почему нас всех спровадили подальше из дворца. Фаульс спасал меня от гнева отца, а Килг спасал Фаульса от невест. Ведь они прознали, что принц уже встретил избранную, а значит, вне артефактов бальной залы он теперь доступен для их матримониальных хитростей!

А всё из-за того, что он пронёс меня на руках до своей спальни.

Великие боги, ну когда я начну думать головой?!

Впрочем, Ульс тоже не подумал, и очень зря.

А ведь этому каждую девочку учат с младых ногтей! Нельзя касаться половозрелого дракона! Нельзя ни в коем случае!

Драконы воздействуют на девушек очень сильно и пользуются этим в своих низменных целях. Ни одна девушка не в силах отказать. Это магия их расы. Их сила и наша девичья слабость.

Впервые я встретила Ульса в замке кадтангов — древней, почти уничтоженной расы, — когда мои подруги-некромантки смогли пройти Тёмные земли и проникнуть внутрь. Схватила его по неосторожности за руку — сбегала из-под подозрительного взгляда его светлости главы тайной канцелярии.

И небо не перевернулось!

Я не обмякла от этого касания, не поплыла. И мигом сообразила, что он уже встретил избранную, о чём сразу же и заявила.

Ульс вцепился в меня клещами и заставил проверить всех девушек, присутствующих в замке кадтангов, однако никто из моих подруг не был его избранной. Затем он последовал за мной в Арратор, в Сантор, чтобы мы проверили остальных. Но и там нас ждало разочарование.

Слово за слово, встреча за встречей, мы сдружились. И, конечно же, когда его отец приказал несчастному, совсем не готовому к браку дракону срочно жениться и обзавестись потомством, он позвал меня на помощь.

И я шикарно ему отплатила за доверие! Сдала девицам одним своим присутствием… ну ладно, своим ужасным поведением. И теперь они могут на него вешаться с утра до вечера. Ведь если дракон теряет магию обольщения всех девиц подряд, она уже не защищает его… ни от чего. Он сам превращается в жертву.

Обычно ведь как выходит? Дракон соблазнил девушку, сообщил, что это не он, а звериная магия, и был таков. Никто не мог принудить его жениться.

Но если он был в сознании, пусть даже в весьма условном, к нему применялись все правила этикета! И главное правило: скомпрометировал — женись!

Я буквально видела, как эта мысль доходит до каждой из девушек, как расцветают их лица коварными улыбками, как зарождаются планы, не сулящие добра Фаульсу, и покрывалась липким потом.

Теперь я должна спасти этого… Спасти друга. Буду говорить прямо.

— Не обольщайтесь, девушки. Я ношу браслет архов, он защищает меня от любых посягательств на мою честь. Даже сами архи не вправе меня тронуть, что уж говорить про драконов.

Легко коснулась запястья, на котором на несколько мгновений проявился удивительной работы браслет.

Фальшивый!

Все браслеты, что у нас были, мы отдали тем девушкам, которым они нужны больше всего. Мне не досталось ни одного. Да и я, признаться, тогда всерьёз увлеклась императором архов. За что была жестоко наказана отцом.

А я всего-то однажды села ему на колени. А нечего было сидеть в кресле невидимым и подслушивать девичьи разговоры!

Ну, ещё на балу провоцировала его на мне жениться, и именно это услышал папа. На мою беду. Серена мне потом рассказала, что подлечила его сердце — не смогла пройти мимо, увидев его мучения.

Мы с Сереной тогда здорово разыграли общественность и поразили своим коварством бессмертную расу архов, заставив тех сыграть по нашим правилам, однако дома мне, конечно же, влетело. Для профилактики!

Папины наставления — это папины наставления, они всегда работают. Я до сих пор не хочу замуж! Велено доучиться в Санторе, и я так и сделаю! Явно не буду здесь нянчиться с подводным миром веки вечные. Выполню свой гражданский долг по налаживанию связей между Арратором и владениями Килга, женю Ульса — и снова в мою любимую академию магии!

Я замерла, почувствовав, как ехидно царапнула изнутри интуиция.

Что, демоны меня раздери, происходит? Почему у меня такое ощущение, будто я никогда не вернусь домой?

Глава 14. Приказано обезвредить

«Держим кулачки!

Из дома морской ведьмы пришли хорошие вести — наши студентки справились! Им удалось попасть в дом морской ведьмы без протекции монаршей семьи.

Невесты принца скрипят зубами, но пакуют чемоданы. Я же, пользуясь случаем, упражняюсь в остроумии. Сдержаться совершенно невозможно! Они столь искренне возмущены, так ярко выражают свои эмоции. Немного непривычно, но интересно.

Не знаю, как вы, дорогие друзья, но я всегда была уверена, что подводные жители — спокойные, сдержанные, терпеливые. Однако наблюдаю противоположную картину. Каждая из девушек — вулкан страстей! Про мужчин вообще молчу.

Хотя о чём это я?

Молчание — это, безусловно, золото, но в Подводном мире в ходу совсем иная валюта!

Мои прекрасные читательницы, ожидайте. Я готовлю для вас подборку самых восхитительных мужчин, с которыми мне удалось познакомиться!

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Двадцать избалованных девиц в доме — к несчастью. В доме морской ведьмы поселились двадцать две девушки. И если Миру можно смело вычеркнуть из числа избалованных, то я запросто могу сойти за десятерых. И несчастий себе принести за десятерых тоже могу. Что я, себя не знаю, что ли?

Дому явно не понравились гостьи. Когда я вышла из своей комнаты, чтобы сбегать и проверить, как устроилась Мира, вместо шикарного летнего особняка из розового мрамора увидела лачугу. По-другому это серое и унылое строение назвать было нельзя.

— Прости, мой хороший. Я постараюсь поскорее закончить с отбором. По крайней мере, свою часть работы выполню, — пообещала торжественно. И попросила проводить меня в лабораторию, где с удивлением увидела совершенно иной интерьер!

— Какие хоромы! — восхитилась, обозрев во много раз увеличившееся пространство, оформленное в спокойных природных тонах, любимых Мирой.

Тёмно-коричневая мебель с зелёно-золотой обивкой, деревянные панели на стенах, причудливые светильники в виде медуз, испускающие тёплый и приятный свет в зонах отдыха и куда более яркий — у рабочих столов и над письменным столом. Почти мужской кабинет, если убрать мягкие разноцветные подушечки и пледы.

— А? — откликнулась Мира, удостоив меня вторым коротким взглядом за визит. Всё её внимание сосредоточено на котелке с варевом, от аромата которого мне стало дурно.

— Красота, говорю, у тебя здесь. Я переживала, как ты устроилась и не надо ли чего, но вижу, дом тебя принял и полюбил. Ты поела?

— Поела? — переспросила Мира, не отводя взгляда от булькающей субстанции.

— Мира, ау! — рявкнула я. — Не убежит твоё зелье!

Оказалось, как раз наоборот: оно вот-вот должно дойти до кондиции, так что я предупредила подругу, что сбегаю из дома к жемчужницам, принцессы-невесты заблокированы каждая в своей комнате, а ей непременно стоит перекусить. На что получила рассеянное: «Да-да, иди, конечно-конечно».

Доверия к словам этой леди у меня не было, так что попросила домик позаботиться об увлечённых работой зельеварах. И сбежала.

Арлишка радостно подсказала, как соорудить кислородный пузырь, раза с тридцатого у меня получилось сделать его должным образом. Через четверть часа я уже восседала на громадине-акуле и на всех парусах неслась исполнять обязательства.

Жемчужницы устроили настоящую истерику!

— Где наши щётки? Где обещанные зеркала? — вопили они, недовольно щёлкая створками. Некоторые из них прыгали, наступая на меня и норовя ущипнуть за ногу, но волшебный пузырь стойко держал оборону.

— Так, милые дамы, попрошу выслушать меня! — Я повысила голос магией, собралась с духом и выдала: — Его величество велел мне переселиться в дом морской ведьмы, а также перевезти туда невест принца. К сожалению, это отняло больше времени, чем планировалось, потому я не успела лично проконтролировать доставку необходимого вам оборудования, но, как только у меня выдалась свободная минутка, тут же направилась к вам. Клянусь, я сегодня только позавтракала, а мне уже скоро переодеваться к ужину и развлекать почтенную публику и его величество. Множество дел, но я стою здесь. Не забыла про вас, не спряталась от ответственности!

Я словно настоящий полководец вещала, размахивала руками, раздавала обещания и напоследок сообщила, что уже готовлю пути к отступлению всего их семейства во владения моего рода. И не сразу поняла, что они давно молчат.

— Я сказала что-то не то? — уточнила, подозрительно оглядывая присмиревших жемчужниц.

— Вы живёте в доме Лаарги? — спросила предводительница ракушек так тихо, что я едва разобрала.

— Да. Дом меня принял, — произнесла с достоинством, ведь мне есть чем гордиться.

— Мы терпеливо ждём своей очереди, — смиренно произнесла всё та же главная жемчужница и первой отступила назад.

— Зельем Мира займётся в ближайшее время, а пока я, как и обещала, немного помагичу, чтобы вам легче жилось. Готовьтесь к подзарядке! — задорно произнесла я. Нужно срочно возвращать себе расположение моллюсков! Мой переезд в дом морской ведьмы не приблизил меня к ним, а отдалил. Только почему?

— Это мы с удовольствием, — тут же оживились подводные жадины, раскрывая створки.

Пользоваться водной магией под водой — особый вид искусства. Сила рвётся, тянется наружу, словно внутренний источник желает сбежать, воссоединившись со стихией. Требуются немалые усилия и недюжинная концентрация, чтобы не допустить излишней траты энергии.

Осторожно огладила каждую ракушку невесомым течением, наполненным силой, затем добавила личной магии и провела ещё раз. И ещё. Привыкайте, мои хорошие, к щедрости Бриджит де Ларс. Привыкайте к моей силе, привкусу моей магии, выращивайте жемчуг, который будет изначально ко мне расположен.

— Вкусно, но мало, — проговорила вредная предводительница, едва ворочая языком.

— Не жадничай, — ответила ей подружка, едва приоткрывая створки.

— Кажется, вы объелись, дорогие. В следующий раз буду осторожнее.

— А когда будет следующий раз? — спросила маленькая, но вся заросшая кораллами и водорослями ракушка. Её речь завершилась сытым иканием, и она смутилась, спряталась за товарок.

— Как много времени вам нужно на то, чтобы переварить эту порцию? — по-деловому осведомилась я.

Силы я вложила не так уж много, всё-таки моллюски — создания некрупные. Но всё же перестаралась. Или вода где-то схитрила и вытащила из меня больше, чем нужно.

Прислушалась к внутреннему источнику. Резерв доверху. Здесь сложно рассчитывать силы, вода сама помогает, иногда такое ощущение, что и добавляет.

— Неделя, ик! — сообщила главная леди, которую я легко отличала от всех остальных по наросшему на неё симпатичному кораллу с двумя рожками. Она немного подумала и честно добавила: — Можно и быстрее, но тогда жемчуг может получиться неровным.

Надо думать! Они же как пьяные. Нужно тщательнее контролировать силу.

— Нет, ну так надолго я вас, конечно, не оставлю, буду навещать. Но кормить магией буду раз в неделю, — произнесла тоном строгой учительницы. — И не думайте спорить. Ваше здоровье важнее аппетита. А скажите-ка мне, любезные, почему вас так смутил мой переезд в дом Лаарги? — Решила воспользоваться их сытым и довольным состоянием и расспросить. Терпеть не могу строить догадки без возможности их подтверждения, желательно моментального.

Ракушки помолчали. Полежали. Возможно, пообщались между собой. А затем в моих ушах раздался скрипучий голос.

— Лаарга жила здесь веками, тысячелетиями. Но она ушла. Куда, зачем — никто не знает. Или знает, но молчит. Её почитали как морскую богиню. Она жила ещё до Килга, следила за спокойствием под водой, разрешала споры. К ней можно было ходить за советом и просто на чай. Она была справедливой, невероятно сильной, смелой и честной. Дом принял тебя и невест его высочества, а значит, понял, что она никогда не вернётся, и смирился, — грустно закончила ракушка.

— Но в её дом вхожи Килг и Фаульс.

— Дом иногда временно привечает нуждающихся, а повелителей не может не впустить. Но он не раскрывает всех своих секретов. Тебя он принял настолько, что позволил заехать остальным девушкам, которые, уверена, не раз пытались пробиться сквозь его защиту. Дом Лаарги — лакомый кусочек для многих. Она не вернётся.

— Видимо, у неё была достойная причина для переезда, — заключила я, стараясь не думать о недавно услышанной другой теории. Вдруг жемчужницы смогут прочитать мои мысли? Не знаю, почему для одних это секрет, а для других — нет, но я вмешиваться в чужие тайны не буду.

Хотя бы попытаюсь!

По дороге домой я, разумеется, уточнила, почему Арлишка знает о причинах побега Лаарги, а жемчужницы — нет, и получила ответ, что каждому дано знать столько, сколько он может переварить.

Как по мне, жемчужницы могли переварить всё, а что они не переваривали, то покрывали многочисленными слоями перламутра и превращали в невиданную красоту. Но акула дала понять, что не намерена развивать тему — замолчала.

— Я и не знала, что ты так умеешь, — пошутила я спустя несколько мгновений тишины в голове. Но почувствовала себя неловко и решила исправить ситуацию: — Прости, пожалуйста, я ведь не местная и не знаю всех тонкостей подводной жизни. Спрашиваю обо всём, что интересно. Если перегибаю палку, то не специально.

— «Вода скрывает много тайн. На дне морском покоятся ответы. Но свет во тьме найдёт лишь тот, кому не безразличны наши беды», — неожиданно проникновенно и печально процитировала Арлишка.

— Так-так-так, подожди-ка. На дне — это в Бездне Древнего Холода? Где живёт монстр с когтями и присосками?

— Возможно. Не знаю, Бриджит, — вздохнула акула. — Это последние слова, которые произнесла Лаарга перед тем, как закрыться в своём доме. Мы думали, она ушла на какое-то время. Обиделась на его величество, оскорбилась. Хотела побыть в тишине и покое, восстановиться. Она иногда так делала.

— Все мы порой нуждаемся в одиночестве.

— Да. Затем мы почувствовали, что она ушла. Дом захлопнул свои двери, будто ожидая возвращения хозяйки, так что все подводные жители ждали, надеялись и верили. Она очень хорошая, и мы все её любили.

В голосе акулы было столько затаённой боли, столько искренней тревоги, что я заподозрила неладное.

— Вы думаете, Килг убил её, как остальных своих женщин?

— Откуда ты знаешь? Впрочем, не важно. Нет, Лаарга была сильнее его. Наверное. Но она полюбила этого демона-искусителя и начала вести себя как простая женщина, а он… Килг обожает женщин и не терпит отказов. Да и кто ему здесь откажет? Они с Лааргой разошлись, но её любовь никак не угасала. Он к ней приплывал, конечно. На ночь, две. Иногда они исчезали вместе на какое-то время, устраивали романтические каникулы или что-то вроде. Нам не докладывали. Потом она щедро делилась силой и одаривала подводных жителей своим вниманием, зельями, путешествовала, помогала нуждающимся. Меня она вылечила после того, как дельфины едва не убили — я тогда была совсем крошкой. И платы не взяла. А у нас здесь, Бри, за всё нужно платить. Службой, драгоценностями, территориями, сведениями.

Арлишка рассказывала и рассказывала, но речь звучала не складно, как обычно, а наоборот. Словно обрывки воспоминаний и эмоций.

Я поинтересовалась, сколько лет самой акуле и как давно ушла Лаарга, однако та обошлась типичными шуточками про женский возраст и ничего толкового не ответила.

К дому мы подплыли практически в слезах: до того Арлишка страдала и переживала, что и мне передались её настроения. Однако во дворе я взяла себя в руки и смело вошла в холл.

— Домик, как у нас дела? Всё хорошо? Все живы? Ужин готов? — спросила, привычно касаясь прохладной каменной стены, которая моментально нагрелась. — Отлично. Выпускай мурен. Тьфу ты, девушек, конечно.

Двери в спальни невест открылись одновременно. Недовольные заточением красавицы с гордо поднятыми головами прошествовали за стол и уже там сцепились. Претензии были совершенно надуманные и необоснованные, потому выглядели девицы ну очень глупо.

Я молча созерцала весь этот беспорядок и только диву давалась — до чего ужасно выглядит дурное поведение! И как-то даже пересмотрела некоторые свои привычки. Буду, наверное, впредь придерживаться этикета как положено, а то совсем расслабилась в академии магии. Там-то чем громче и веселее, тем лучше!

Что ни говори, пока я училась в королевской академии магии, подобного себе не позволяла. Магии там учили совершенно бестолково, но по части дипломатии и этикета тренировали всерьёз. В академии же Сантор мы с девочками попали на боевой факультет. А мальчишки-боевики этикета придерживаются только в исключительных случаях! Вот и мы… позволили себе вольность болтать всласть, не особо сдерживаясь.

Но я не в академии. Практически на вражеской территории.

Мысли потекли полноводной рекой, тревожно бурлящей, неспокойной. Что ни говори, а подводное царство нами совершенно не изучено, оно хранит множество тайн, о которых на суше слыхом не слыхивали. И интуиция подсказывает: часть из них мне удастся раскрыть. Только вот какой ценой?

— Бри, ты сегодня неимоверно задумчива и печальна, — обратилась ко мне леди Медуза. Нашла в себе силы обращаться ко мне на «ты», надо же.

— Соскучилась по дому, — солгала не моргнув глазом. — Хочу поскорее вернуться домой, но сперва выполню свои обязательства. Может, вы мне расскажете больше об отборе?

— Отбор — пережиток прошлого, — фыркнула прекрасная Аврора. — Давно пора отойти от него. Ясно ведь, кто победит.

— Кто? — уточнила я, стараясь убрать ядовитый сарказм куда подальше.

— Аврора уверена, что Фаульс выберет её, — желчно произнесла девушка, сидящая по правую руку от невероятной красавицы. Её зовут Кася, так что за глаза я её прозвала Касатка. И её любовь к чёрно-белой гамме подтверждает мою догадку. — Однако мы-то знаем, что ему важны не только внешние данные, но и ум, и умение вести себя. А его величество и вовсе предъявляет к невестке повышенные требования.

— Одно из которых — вовремя умереть, — вдруг фыркнула Медуза.

За столом воцарилось молчание. Девушки с ненавистью переглядывались, я же в ужасе переваривала сказанное. Так вот почему Ульс так недоволен браком! И вот почему рад, что жениться придётся не на избранной!

— Странные у вас порядки. — Я постаралась произнести эту фразу максимально беззаботно, однако никто из невест не стал развивать тему. Пришлось провоцировать и дальше. — Может, вы мне объясните, что к чему? Если вы не хотите выходить за Ульса…

— Хотим! — хором, словно долго тренировались, выдохнули девушки, включая Медузу.

— Обязательство перед семьёй?

— У вас на суше ведь тоже так, — пожала плечами Аврора. — Девушки — расходный материал. Красивые девушки — путь к большей власти и влиянию. Пока представительница рода замужем за принцем, пока вынашивает детей, её семья неприкосновенна. Если повезёт, она доживёт до естественной смерти.

— Когда такое было? — фыркнула Леюшка себе под нос, однако я услышала.

— Если ей позволят забеременеть, если позволят жить во дворце, если позволят открывать рот, — желчно перечислила Медуза.

— Сидела бы так же тихо, как прежде, не выступала — и сошла бы за умную, — толсто намекнула хищная Аврора, что сухопутным вроде меня выдавать секреты не стоит.

— А ты ей рот не затыкай, — возмутилась Касатка. — Правду говорит. А сваха — всё равно что лекарь. Ей не только можно, но и нужно сообщать сведения, касающиеся отбора и наших традиций. Она помочь пытается.

— И раз она видит твоего суженого, того, с кем ты будешь счастлива, стоит послушать её. Познакомься с братом их принцессы, не дури. Свалишь всё на… — Медуза посмотрела на меня, замерла не мгновение, решаясь, и закончила: — На дар леди Свахи. Мы подтвердим. С судьбой не спорят.

— И его величество одобрит этот брак в свете последних событий. Раз мы дружим с сухопутными, твои клятвы с братом принцессы лишними не будут, — озвучила мои мысли Касатка.

Да уж, у нас на суше подобных разговоров не было. И весьма интересно наблюдать за тем, как ведут себя девушки без присутствия надзора в виде родни, друзей и повелителя.

Хотя есть ли у них вообще друзья?

Подводный мир — сплошная борьба за выживание!

Сидят девушки, одна другой прекраснее, а ведь любая из них в истинном обличье — чудовище. Кровожадное и жестокое, как Аврора. Несимпатичное, злое и мстительное, но хитрое, как Леюшка. Не хищное, но крупногабаритное, а потому опасное для многих, как Касатка…

Кстати, Леюшка, кажется, набралась уму-разуму. Молча ест и мотает на ус, фразы вставляет короткие, строго по делу, ни с кем не спорит. И чего вообще прибыла в океан, если она пресноводная леди? Надеется, у неё больше шансов выжить, так как Килг в её реку не сунется? Так он наймёт кого-нибудь!

Я улыбнулась, сообразив, что мы с ней выбрали одинаковую стратегию. Молча наблюдаем за развитием ситуации и без особой нужды не вмешиваемся.

Нет, ну надо же! Отбор уже пошёл мне на пользу!

Ужасно захотелось побежать к Мире и похвастаться столь значимым достижением, но требовалось переодеться к ужину, а для этого — оставить невест без присмотра. Ох, зря я бегала к жемчужницам. Сейчас бы не попала в такую неловкую ситуацию.

Хотя я ведь здесь главная.

— Девушки, с вашего позволения поднимусь к себе. Пожалуйста, продолжайте ужин. Единственное важное уточнение — без скандалов, обвинений и прочих неприятных моментов. Отравления, слабительное в компот, смертоубийства — моментально караются вылетом с отбора. Надеюсь, вы меня поняли.

Я замерла, сообразив, что они в глубине души, может, на то и рассчитывают. Спишут перечисленные преступления на свой буйный нрав, хищную натуру или ещё что-нибудь, а я буду виноватой. Спровоцировала! Вполне вероятно, изгнанные мной невесты сейчас танцуют и пьют вино на радостях, а вовсе не грустят.

Посмотрела на девушек едва ли не обречённо. Как с ними совладать после полученных сведений? Где у них слабые места?

— Ничего не обещаем, — издевательски выдала Медуза.

И я её называла тихой серой мышкой! Вот уж внешность обманчива. Сегодня она определённо в ударе. Опять же, наше совместное проживание отдельно от мужчин и семей девушек явно пошло на пользу — я вижу их настоящих, что невероятно полезно и важно.

Обвела взглядом самодовольных девиц. Все как одна довольно скалились, понимая, что своей откровенностью загнали меня в угол.

Вот ведь мурены!

Но и мы не лыком шиты!

Мысленно попросила у дома помощи и наложила на девиц самый мощный стазис, какой только могла. Едва заметным звёздным плетением сверху на девушек упала ещё одна сеть — помощь особняка. Он явно не хотел, чтобы они здесь хулиганили, предпочитая держать их под замком. Вот и отлично. Если моё плетение они могли вскрыть, то теперь шансов просто не осталось.

— Значит, посидите и подождёте меня, — произнесла я со льдом в голосе. — И торопиться я не стану. Впредь будете умнее.

С идеально прямой спиной поднялась и вышла из столовой. Вот стервы! Гадюки! Кобры подводные! А я думала каждую из них пристроить в надёжные руки их избранных, если вдруг найду таковых… несчастных! Пусть здесь сами женятся и размножаются, без помощи богов и меня, проводницы их воли!

И чего я такая добрая и наивная?

Нужно менять стратегию. А то будут тут всякие хвостатые развлекаться за мой счёт!

Разгневанная, я надела одно из непристойно шикарных обтягивающих платьев. Бледно-голубое, почти белое, больше напоминающее многовековой лёд за Полярным Кругом, чем утреннее, едва прихваченное цветом небо. Бриллиантовое колье, к нему такой же браслет, обладающий рядом скрытых свойств.

Готова.

Глаза сверкают жестокой сталью. Я сама — словно разящий клинок, стремительная, опасная и бесчувственная.

Отличный образ для этого вечера.

Пусть его величество видит моё отношение к великому исходу красавиц из Жемчужного замка. Ненастоящее отношение! Потому что знакомство с домом морской ведьмы и мечта Миры — глубоководная лаборатория — те самые бесценные сокровища, о которых мы даже мечтать не смели. Могла ли я получить больший подарок, чем радость моей близкой подруги? Даже запасной выход на сушу из-под воды не доставил такого удовольствия, как её счастливый взгляд. Он, конечно, полностью прилип к котелкам, ретортам и книгам, но у каждого свои погремушки.

Однако стоило выглянуть в окно, как я живо изменила своё мнение насчёт подарков. Ведь мои милые жемчужницы, мои красивые, умные, прекрасные, замечательные создания тоже передали мне подарок. И какой! У ворот плавал открытый сундучок, доверху наполненный идеально круглыми, крупными жемчужинами. Очень крупными!

Когда я бежала вниз, в мозгу билась только одна мысль. Надеюсь, это подарок мне, а не какой-нибудь невесте, потому что не представляю, как смогу добровольно расстаться с такой красотой!

Увидев меня, крабы схватили зачарованный сундук за ввинченные с боков кольца и швырнули из моря на островок суши, где мы с невестами сейчас обитаем. Я упала на колени и схватила первую жемчужину, судорожно представляя, что с ней сделаю, ведь она слишком крупная для украшений.

Но как же не похвастаться таким добром? Его должны видеть все!

Жемчужными булыжниками платье не расшить, в тиару не вставить, на шею повесить можно, конечно, но выглядеть это будет… так себе. Так, может, сохранить их для моего будущего Жемчужного домика? Особняка… Нет, лучше небольшого дворца. Или замка? Его ведь нужно будет хорошо защищать!

И нужно найти толкового архитектора, который придумает проект под мои желания. Чтобы с каждой новой порцией жемчуга я добавляла, достраивала…

Перед глазами рос вверх огромный перламутровый дворец, сказочный, волшебный. И лишь когда он пронзил белоснежное облачко шпилем главной башни, я сообразила, что пора выныривать из воздушных фантазий.

— Это мне? — уточнила на всякий случай у крабов и Арлишки, наворачивающей круги перед воротами.

— Это Мира попросила — ей нужно для зелий, — ответила Арлишка.

— Д-д-для зелий? — начала заикаться я. — Растворять такую красоту? Вы с ума сошли! Есть же мелкий жемчуг! Кривой! Некрасивый! Ну, в теории. Бывает же какой-нибудь не подходящий для ювелирного дела жемчуг. Достаньте его! Этот я ни за что не отдам! Он прекрасен!

Я обняла сундучок и волком посмотрела на недоумевающих морских жителей, которые тут же принялись объяснять мне, что эти крупные жемчужины совершенно ни на что, кроме светильников, не годятся, а Мире будет удобнее работать с «яблочками», и мне ещё принесут, если надо.

Если надо!

На последней фразе я выпрямилась. Согнала с лица выражение «убью всех, но ни с кем не поделюсь», да и вообще вспомнила, что аристократкам так себя вести не полагается. Хорошо, невесты сидят под заклятием стазиса и ничего не видят. Фух.

— Вы привыкли, что жемчуг — расходный материал, но мы… пощадите. Не такую ведь красоту изводить. Для зелий сойдёт любой жемчуг, хоть раздробленный, кривой, косой, без перламутра. Мира будет его растворять. Уверена, у неё дрогнет рука, если выдать ей, — погладила идеально круглый и приятный на ощупь шарик, — это произведение искусства. И это неуважение к работе жемчужниц! Они старались, столько слоёв наложили!

— Его высочество велел обеспечивать вас всем самым лучшим. Как можно доставить вам раздробленный жемчуг? — ужаснулся краб.

— По нашему требованию. Так и скажите: «Девушки не смогли уничтожить красивый жемчуг, попросили мелкий, который не жалко ничего не понимающим сухопутным». Этот сундучок я могу оставить себе?

— Конечно. Мы сейчас передадим жемчужницам, чтобы собрали для вас… требуемое, — дипломатично закончил второй краб, хотя я кожей чувствую — не одобряет.

— И можно Мире такой же сундучок? — наивно похлопала я глазами. Нет, ну Ульс велел обеспечивать, так пусть обеспечивают. С Мирой я, конечно, без проблем поделюсь, для неё мне ничего не жалко, но нужно проверить границы дозволенного и не упустить свой шанс.

— Разумеется. Доставим вместе с тем жемчугом, что вы запросили, — краб кивнул и первым заторопился на выход, пока я не попросила ещё что-нибудь «некрасивое» и «не самое лучшее». Второй вежливо попрощался и тоже сбежал за воротца.

Арлишка зависла ровно напротив моего лица, открыла огромную пасть… Затем услышала мои панические мысли, что туда можем без проблем поместиться мы вместе с жемчугом, закрыла зубастый страшный рот и развернулась так, чтобы я видела её красивый большой глаз.

— Его высочество уже перебесился, — выдала она. Не представляю, в какой стране, в каком из миров можно сказать про повелителя, что он «перебесился», но Арлишку это ничуть не смутило. Да и это было то самое слово, что отражало его состояние. — Он ещё прислал тебе цветы с извинениями, но пока ты воспитывала невест, мы их сожрали.

— Красивые? — спросила я со вздохом. Цветы бы не помешали. Я очень люблю красивые букеты.

— Вкусные, — важно ответила Арлишка, которая вообще не должна есть… О, так они не сдержались из-за тех крох магии, что добавляли флористы. Магия жизни — редкость на Дне.

— Очень, — хором добавили крабы, выглянув из-за ворот.

— Ладно, попрошу ещё, — вздохнув, пообещала я пожирателям букетов, а затем встрепенулась. — Арлишка, а откуда был доставлен букет? Из Арратора?

— Нет, из Баррагора. Наши драконы дружат с воздушными.

— Я тут подумала…

Постаралась очистить мысли от всего того, что лучше не слышать подводным телепатам. Сконцентрировалась только на самой просьбе. Ох, спасибо тебе, Серена, за науку. Не зря жизнь нас с тобой столкнула, не зря.

— Я могу написать письмо папе с просьбой вызвать в поместье мага земли. Он будет магически выращивать цветы и присылать мне букеты. Для вас.

— А мы тебе что? — поинтересовалась Арлишка. — Бесплатные вкусняшки только на удочке. Давай, делись.

— Вообще, если совсем откровенно…

— Именно так и давай, — важно кивнула она.

— Я бы хотела иметь возможность отправлять папе почту без контроля со стороны тайной канцелярии Килга. Клянусь вам, что я никакой не шпион, ничего не расследую, не копаю под действующую власть. Просто под водой я чувствую себя неуютно, потому что не могу ни ходить по магазинам, ни встречаться с людьми, ни обмениваться почтой. Это очень… неприятно. Хочу глоток свободы. У вас здесь слишком строго. Я страдаю.

— Все страдают, — откликнулась Арлишка. И прозвучало это так, что, будь она человеком, точно пожала бы плечами. — Если ты будешь зачитывать письма нам троим перед отправкой, уверена, ничего ужасного не случится. Прости, Бри, но мы не можем совсем без проверки…

— Хоть так, — согласилась со вздохом.

— И писать будешь при нас, на нашей бумаге, — добавили крабы. — Мы можем выходить на сушу ненадолго, этого времени как раз хватит.

— Без проблем! — радостно откликнулась я, хотя в таких записках не особо-то есть смысл. Я-то думала попросить Миру зачаровать бумагу, чтобы она содержала двойное послание. Ничего, придумаю что-то ещё.

С другой стороны, я могу воспользоваться этой возможностью и показать его величеству Килгу, которому наверняка донесут содержание моих писем, какая я пустоголовая, а значит, ни капли не опасная девица. Серена дала на этот счёт совершенно однозначные указания — боялась, что они меня не отпустят, если поймут, какая я умница и красавица на самом деле.

Ну ладно, Серена говорила чуть по-другому, но смысл примерно тот же. Она вообще не хотела меня отпускать и, когда мы оказались наедине, пожурила. Так, как умеет лишь одна она. Признавая мою непоседливую натуру и при этом подыскивая пути отступления, опять же, для моей непоседливой натуры.

— Мы теперь хорошо дружим с драконами, но, Бри, умоляю, помни, что драконы собирают любые сокровища! Любые! Это не только драгоценности, артефакты, оружие и прочее. Это в том числе и люди! С необычными, но полезными навыками. Вспомни столицу драконов. В Баррагоре живёт множество простых людей, но если копнёшь глубже, у каждого талант на миллион. Ты и так обладаешь редчайшим талантом видеть связанные судьбы. Ещё хоть что-то, малюсенький талантик — и они не сдержатся.

— Ты не доверяешь не Ульсу, да? Килгу, — вычленила я главное из её речи. Наш политик и дипломат не любила говорить прямо.

— Да. Нет оснований. Я изучила всё, что о нём известно, и пришла в ужас.

— Почему?

— Потому что о нём ничего не известно, Бри. Откуда он явился на самом деле, мы не знаем, а в ту легенду, что написана в книгах, я не верю. Как захватил власть — тоже сомнительная история, больше похожая на приглаженную и отполированную выдумку. Фурии заставили его заключить договор с сухопутными, и там уже появляются крохи правдивой информации, но опять же! — Серена повысила голос, однако оборвала свою речь, задумавшись.

Я потерпела некоторое время, не мешая работе мысли, но надолго меня не хватило.

— Серена, ау! Что там с крохами информации по Килгу?

— Я боюсь, что ты отправляешься на самое опасное задание, какое себе только можно вообразить, Бри.

— Да какое это задание? Я сама вляпалась. Меня ведь Ульс попросил, а я и рада полюбоваться на Жемчужный замок. Не включая мозг, — признала, понурив голову, но только для красоты. С раскаянием у меня дела всегда обстояли плохо.

— Я хотела обойти этот вопрос, чтобы не ранить тебя своими словами, — мягко сообщила Серена, прижав меня к себе в порыве чувств. — Ты такая светлая и хорошая, Бри. Но иногда такая бестолковая.

— Согласна по всем статьям! И спасибо, что щадишь мои чувства. Так что там с Килгом и заданием? — быстро перевела я разговор в безопасное русло. Неприятно, когда тебе напоминают о твоём несовершенстве.

— Бриджит, — обратилась ко мне Серена так серьёзно, как никогда прежде. — Сейчас Килг сотрудничает с нами, но для тебя он — враг. Ему нельзя доверять. Ни мысли, ни эмоции — ничего. Я знаю, что ты любишь общение и не можешь без него, а Мира, тут уж сто процентов нет сомнений, сбежит в лабораторию Ульса и лишит тебя возможности выговариваться в нужном объёме, потому прошу…

— Молчи? — с ужасом спросила я.

— Ну что ты? — возмутилась Серена. — Я же не пыточных дел мастер! Да и не сможешь ты.

— Не смогу. Я на это физически не способна, — произнесла, гордо задрав подбородок. Хотя, конечно, гордиться было нечем.

— Вот я и подумала, что мы можем обернуть твои слабые стороны таким образом, чтобы они помогли тебе вернуться домой.

Она выглядела так лукаво, что я поневоле улыбнулась. Беременность её ничуть не портила, да и как по мне, Серена стала даже приятнее, живее. Сдержанная и почти идеальная, прежде она никогда не позволяла себе лишних эмоций, слов, советов. Теперь же она относилась к нашей женской банде подруг-аристократок с материнской заботой и теплом. Немного необычно, но приятно.

— И что мне нужно делать? — спросила я, изобразив примерную ученицу.

— Всё, что хочешь. Твоё поведение должно быть для Килга таким травмирующим, чтобы он был рад от тебя избавиться. В хорошем смысле этого слова.

— Поняла. То есть, выходит, если я вдруг доведу старичка до инфаркта, мне за это ничего не будет? — обрадовалась я, хитренько поглядывая на подругу.

— Старичка? — фыркнула та. — Не обманывайся, Бри. Килг ещё нас переживёт. И интуиция мне подсказывает, что все наши интриги против него — детские игры в песочнице. Поэтому прошу тебя ещё раз: быстро заверши дела и вернись целой и здоровой. И Миру не забудь. Я отправляю с вами фифу Лин Акройд не просто так…

Серена прикусила губу, понимая, что мне, возможно, не стоит доверять эту тайну. Пока она взвешивала аргументы «за» и «против», я решила помочь ей определиться. Мне ведь было ужасно интересно!

— Она не из нашего мира, — сообщила я, показывая, что… секреты я хранить не умею, и доверия мне нет.

Выражение лица Серены стало просто неописуемым.

— Это государственная тайна, Бри. Не будь ты моей близкой подругой, я бы тебе слова не сказала. Но на карту поставлены ваши жизни. Твоя, Миры, фифы. Вами я не могу и не хочу рисковать. Фифа Лин Акройд имеет скрытый талант. Талант редкий в нашем мире. Ты знаешь всего двух…

— Великие боги! Она умеет телепортировать людей без привязки к координатам?!

— Да. Если вам придётся бежать, твоя магия поможет поднять вас из-под толщи воды, а её — приведёт вас прямо во дворец.

— Сюда запрещено телепортироваться.

— Если очень хочется, то можно, — подмигнула Серена, поднимаясь. — Бри, на тебе огромная ответственность. Делай что хочешь, но вы должны сбежать оттуда при любых обстоятельствах. Все трое.

От её слов мороз прошёл по коже. Интуиция буквально визжала, что её высочество как всегда права. Не дай я слова Ульсу, она бы наверняка заставила меня остаться в Арраторе и продолжить обучение, но… Сама виновата.

— Серена, а как же Фаульс?

— Он — самая большая загадка, Бри. Не знаю, что и думать. Сведения противоречивы.

Я вздохнула, вспомнив тот разговор. Хочу я или нет, но дело сделано. Я на Дне. Нужно собраться с силами и устроить ещё одно представление для его величества царя морского. И решить, стоит ли сообщать фифе Лин Акройд, что у меня есть выход на поверхность. По идее нужно, но она столько времени проводит с Килгом…

Так, отставить панику. Берём себя в руки, сводим с ума общественность, пристраиваем Ульса в хорошие плавники или щупальца и осторожно, деликатно… ну ладно, беспринципно и нагло уводим всех жемчужниц в поместье папули. Надо его хоть предупредить, что ли.

Глава 15. Бри начинает скучать и вспоминает, что Мира не замужем, а Дарг свободен

«Эффективное воспитание!

Не знаю, что сделала с невестами леди Ларс, но сегодня девушки выглядят и ведут себя великолепно. Двор очарован. Его величество Килг доволен и не скрывает этого.

Жемчужный дворец готовится к началу испытаний невест, и, честно признаться, я с огромным нетерпением жду разгадки этой тайны, потому что на данный момент ни я, ни леди Сваха не представляем, с чем предстоит столкнуться. Кажется, отборы здесь… своеобразные! Как и сама жизнь под водой.

Надеюсь, все выживут.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

В Жемчужный дворец я прибыла последней и всё равно не торопилась пройти в обеденный зал. Пусть невесты немного порезвятся без присмотра, а то я сегодня была строга как никогда. И собираюсь по возвращении в дом ведьмы запереть всех по комнатам до завтрака.

Мои иллюзии разбились как волны о скалы: дружеских отношений с муренами-невестами не завести, они готовы к жёсткой конкурентной борьбе, так что не стану и пытаться. Время и силы мне понадобятся для других целей.

Единственное, что я успела сделать до ужина, так это найти Фаульса рядом с его рабочим кабинетом.

Удивительно, но он вовсе не выглядел разгневанным или недовольным. Напротив, улыбнулся мне, вежливо поцеловал ручку.

— Не вздумай меня касаться на людях, — прошипела тихонько. — Невесты уже заподозрили, что ты потерял драконью неприкосновенность. Я попыталась убедить их, но уверена — кто-нибудь рискнёт проверить, они недоверчивые. Берегись.

— Спасибо, — заговорщически прошептал Ульс в ответ. — Ты нашла выход?

— Какой выход? С невестами? — не сообразила я, занятая разглядыванием его мундира. Очень вовремя не сообразила! Прямо-таки повезло. — Да! Представь, эти мурены вздумали мне угрожать! Но я попросила дом запереть их в спальнях, а затем, когда потребовалось отлучиться, и вовсе наложила на девиц стазис, — произнесла ровно в тот момент, когда в коридоре появился Килг. С фифой Лин Акройд под ручку, конечно.

Фифа выглядела как королева. Струящееся по идеальной фигуре платье цвета морской волны, высокая причёска, украшенная драгоценностями, несколько интересных артефактов, которые она зачем-то выставила напоказ.

Хм.

Хм…

Она попала в переплёт и хочет, чтобы я догадалась, в какой?

Но я ничего не смыслю в таких намёках!

Мы должным образом поприветствовали появившуюся пару, и Килг не сразу позволил мне поднять взгляд на его персону. Недоволен.

— Итак, леди Ларс, вам был выделен прекрасный объект для освоения. Вы уже закрепились в доме?

— Да, благодарю вас, ваше величество.

— Дом открыл вам все двери? — скучающим тоном спросил повелитель, однако я не обманывалась — прощупывает.

— Думаю, да. Он совсем крошечный. Я, конечно, не спускалась в подвал и не поднималась на чердак. Если они там есть, конечно. Но всем невестам досталось по отдельной комнате, они размещены с комфортом… доступным в доме морской ведьмы. Без излишеств, — добавила я с намёком. — Девушки недовольны.

— Тем, что вы наложили на них стазис? — спросил Килг с улыбкой в голосе, которой и в помине не было на суровом лице.

— Девушки непокорны и своевольны. Я посчитала, что они представляют угрозу друг для друга, потому воспользовалась безвредным заклинанием стазиса. К сожалению, не могу похвастать выдающимися магическими талантами, потому вынуждена была использовать именно это заклинание. Если вы считаете, что я превысила полномочия, прошу сообщить. Впредь подобное…

— Вы вольны делать с ними всё, что пожелаете, — равнодушно бросил Килг и отправился в обеденный зал.

Боюсь, выдержка мне отказала, и в этот момент мои глаза напоминали Арлишкины — стали такими же большими и идеально круглыми. Хорошо, дар речи изменил напрочь, а челюсть свело от ужаса — хоть не опозорилась, застыв с открытым ртом.

— Ты бы себя видела, — хмыкнул Ульс. — У нас другие порядки и обычаи, привыкай. По сути, ты здесь общаешься с хищниками, которые лишь делают вид, что они цивилизованы.

— А ты? — спросила слабым голосом и задрала голову, чтобы посмотреть в прозрачные глаза морского дракона.

— И я не исключение, — мягко произнёс Ульс, взяв меня за руку и направившись вслед за Килгом и Лин. Несмотря на мою просьбу не прикасаться, не компрометировать свою защиту от коварных девиц, жаждущих замужества.

— Ты должен мне всё объяснить, — прошипела недовольно.

— Я навещу тебя, когда ты вернёшься в Арратор, и расскажу всё, что смогу, — пообещал Ульс тихо и торжественно. — А пока получай удовольствие от визита, познавай новое, читай. Кстати, твои любовные романы, шуба и подарки от моей щедрой персоны уже направляются в дом морской ведьмы.

Я замерла, позабыв о дыхании. Затем и вовсе вырвалась из цепкого захвата, развернулась к Ульсу, подняв счастливое, но недоверчивое лицо.

— Шуба? Книги? Дорогой, ты не заболел? Постой, проверю, нет ли температуры! — Заботливо приложила ладонь к тёплому лбу. — О, Великие боги! А вдруг тебя прокляли? Или опоили невиданным зельем, и ты не ведаешь, что творишь!

— Бриджит, — укоризненно протянул Ульс.

— Нет, нет, нет, не останавливай меня. Я должна убедиться, что с тобой всё в порядке. Дело-то серьёзное. Нет, ну вы посмотрите на него. Вернуть шубу и книги — это уже подозрительное поведение, но отдать их! Нет, это решительно на тебя не похоже!

Я размахивала руками, вздыхала, ахала и охала, прижимала руки к сердцу, делала вид, что ощупываю принца магией, как лекарь пациента, и изо всех сил старалась не расхохотаться.

— Могу всё вернуть назад, на сушу, — предложил изверг-принц.

— Не вздумай! — тут же всполошилась я. — Я уже вижу, что тебе легче!

— Разве что немного веселее. Ладно, шутки шутками, но я вернул тебе имущество, чтобы ты не чувствовала себя несчастной в доме ведьмы. Не совсем понял, что к чему, но Арлишка попросила передать, что с тебя десять букетов. Это она о чём?

Я всё-таки выпуталась из захвата морского принца и пошла отдельно, чтобы не нарушать договорённостей. Даже если ему на них всё равно, мне — нет. Мужчины часто недооценивают женщин, а потом страдают. Своему другу совершить подобной глупости я не позволю.

Драконы — это драконы. Все знают об их сути, об их невероятном воздействии на женщин, порабощающем волю, воспламеняющем кровь. Молодым девушкам с детства бесконечно напоминают, что нельзя прикасаться к дракону вне зоны действия защитных артефактов, которые обычно устанавливают лишь в бальных залах; что в общении необходимо соблюдать бдительность, ни в коем случае не оставаться наедине. Ведь ящер никогда не откажется от возможности соблазнить красивую женщину. И ему за это ничего не будет!

Страшная несправедливость, я считаю!

Вина всегда на плечах женщины, поскольку она добровольно зашла в клетку хищника.

Драконья суть защищает их мужчин от меркантильных девушек. Однако Ульс умудрился лишиться своей неприкосновенности, встретив избранную. Его магия не воздействует на девушек, не затягивает их против воли в пучину страсти. Теперь вся ответственность сугубо на нём! Соблазняй — не хочу!

Ох, чувствую, порезвятся девчонки. И не спасёт переселение в дом ведьмы. Найдут возможность пробираться к бедному-несчастному Ульсу. Трогать его своими холодными, скользкими, гадкими щупальцами…

И куда это меня понесло? Стоп, стоп, стоп.

О чём там мы говорили? Кажется, о требованиях Арлишки.

По пути к столу успела объяснить Ульсу, как сильно девушки любят букеты, даже если они — акулы, заодно просветила о гастрономических пристрастиях его подданных к магии земли и жизни. Про лабораторию и Миру решила сильно не врать — сказала, что Мира нашла пару интересных книг и из дома ни ногой, пока их не дочитает, просила заняться их экспериментом самостоятельно.

— Даже интересно, какая такая книга могла её настолько впечатлить, что она не вернулась в лабораторию? — явно подозревая меня во лжи, медленно протянул Ульс. И раскусил нас в два счёта: — Её впустила лаборатория Лаарги?

Ну вот. Ну чего он такой пронырливый? Теперь попробуем сохранить лицо, не завравшись окончательно.

— Мне кажется, да. Она сказала, её ни для кого нет, она плохо себя чувствует и приносит извинения, — сообщила я полуправду и поделилась опасениями, уже совершенно правдиво и серьёзно: — Не представляю, как будем её оттуда выкуривать.

Заканчивала фразу, уже усевшись на стул, который мне любезно отодвинул повелитель небесных драконов. Он и не делал вид, что не подслушивает, о чём речь.

— Попросим Дарга пригласить её в Баррагор, конечно. У них при академии наук есть бесподобная лаборатория, — мечтательно протянул Фаульс, кивнув другу. — Она такая… такая! Нет слов!

— Неужели лучше твоей? — ехидно спросила я, тоже кивнув Даргу, который пока крутил головой, пытаясь вникнуть в предмет нашей беседы, куда неожиданным образом загремел и он собственной персоной.

— Во много раз! У воздушных драконов масса труднодоступных ингредиентов. Они ничего не продают, по-братски не делятся. — Ульс многозначительно стрельнул глазами в Дарга. — Зато они укомплектовывают все лаборатории столицы так, что… — Тут у него сорвался голос от восторга и воспоминаний.

— Да, наши лаборатории считаются лучшими из лучших. Кроме того, в библиотеках Баррагора хранится множество древних книг и летописей, — тут же напыжился Даниарарг Третий.

Я чуть было не выдала, что его пыльные талмуды меня вообще не интересуют, а вот в свет, поговаривают, уже вышла новая книга моего любимого эльфа из другого мира. Это совсем другое дело! Но вдруг посмотрела на Дарга иным взглядом.

Прежде как-то всё было некогда. А сейчас подопечные девицы присмирели и вели себя тише воды, ниже травы, видимо, переваривая мою систему воспитания. Или им уже доложили о фразе Килга в коридоре, что их жизни в моих руках. А я такая рассеянная, такая рассеянная… Это я только в жемчуг могу вцепиться сильнее, чем акула в добычу.

Ну ладно, девицы под присмотром. Не такая уж я безрукая, даже напротив, очень ответственная и деятельная, вот!

Других отвлекающих факторов тоже нет. Килг мило беседует с фифой. И вообще все подозрительно спокойны и вежливы сегодня, даже скучно.

Самое время заняться насущными проблемами друзей!

Мира всё ещё не замужем, избранного её я не чувствую, может, его и нет в нашем мире. Или вообще нет, не всем ведь повезло. А повелитель драконов — во-первых, повелитель, во-вторых проштрафился. Таяна нам всё рассказала! Как этот ирод хотел её захомутать, вечной клятвой связать…

Подруги страшно злились и сразу невзлюбили Дарга, я же спокойно отнеслась к некоторым моментам.

Во-первых, драконы — не люди. У них другие нормы морали и другие ценности.

Во-вторых, всем известно, что делал он это не из любви к Таяне или насилию над личностью, а ради своей страны. Любая из нас поступила бы так же, поправ собственные интересы. Страна превыше всего. Мы служим родной земле и населяющим её людям, прежде чем они отвечают взаимностью.

В-третьих, девочки уже ему жестоко отомстили. Мало того, что Баррагор лишился магического озера, так ещё и Таяна призвала богиню смерти Мори помочь ей, когда находилась на их территории. Бедные дракончики до сих пор, наверное, в себя не пришли. С магией смерти у крылатых сложные отношения.

А ещё я слышала, что мама повелителя страстно жаждет женить сыночка!

Задумалась, представляя, будет ли Мира счастлива с этим скользким типом красивой наружности. Янтарные глаза Дарга зачаровывали, а дикая энергетика прямо-таки кричала, до чего он силён и могуч.

Но характер…

Я его ещё плохо знаю.

Но лаборатории… Для Миры, возможно, они куда важнее всего остального: она ведь света белого не видит, когда увлекается, а увлечена экспериментами она почти всегда. Красивый, влиятельный, невероятно притягательный мужчина, возможно, заставит её хоть ненадолго оторваться от книг и реторт?

— Друг, о чём вы говорили и почему леди Сваха смотрит на меня так, словно отбор не для тебя, а для меня? — состроив испуганное лицо, спросил Дарг.

Ехидный. Чувство юмора — это хорошо.

— Мне тоже так показалось. А ещё на мгновение почудилось, будто тебе поставили какую-то жирную галочку.

— «Годен»? — шёпотом уточнил Дарг.

— Именно.

— До этой галочки ещё далеко, пока я лишь отметила ваше чувство юмора, — ответила с достоинством.

— У меня его нет! — быстро проговорил он, делая страшные глаза в надежде на помощь друга, который, не стесняясь, трясся от смеха.

— Позвольте, но у вас прекрасное чувство юмора. Теперь же добавлю к нему ещё один плюс — вашу поразительную скромность, — произнесла я без капли издёвки. Поиздеваться очень хотелось, но сдерживалась изо всех сил.

— Скромность? — Дарг нахмурился и посмотрел на меня как на сумасшедшую. — Уверены?

— Да, — заявила я, царственно кивнув головой. — Так же отмечу вашу самокритичность, умение держать лицо…

— Нет у меня подобных достоинств, — возмутился Даниарарг Третий, едва не поперхнувшись водой, которую как раз пытался проглотить.

— Есть. А ещё вы отличный друг, красивый мужчина и повелитель прекрасного Дааярда, преданный идеалам своей родины. Дааярд… Так ведь называется ваша потрясающе красивая страна?

— Да, — мрачно подтвердил Дарг, понимая, что меня с пути не сбить. Затем повернулся к другу и со вздохом произнёс: — Ульс, кажется, мой визит затянулся. Пора и честь знать.

— Ни капли, — получая огромное удовольствие от нашего диалога, воспротивился принц морской. И щедро попытался спихнуть на друга хотя бы часть гарема: — Кроме того, ты обещал совету и матери присмотреться к девушкам, вот и присматривайся.

Мне потребовалась небольшая передышка, чтобы стереть с лица довольную и страшно коварную улыбочку, так что их пикировка пришлась как нельзя кстати, и когда Дарг обернулся ко мне, я воплощала собой спокойствие и непоколебимость.

— Вы обратили внимание на свойственную мне, как и многим холостым мужчинам, боязливость, связанную с браком? — произнёс он, надеясь понизить свою матримониальную значимость в моих глазах.

— Это лишь говорит о наличии у вас здравого смысла и осторожности, — напрочь разрушила его иллюзии безжалостная сваха в моём лице. До чего же бедный-несчастный дракоша не хочет жениться, что готов сам себя опорочить! Хм. — Вы знаете, мне кажется, я придумала отличную идею для вас.

— Так, слово «невеста» в предложении не звучит, можно выдохнуть, — пошутил Дарг. — Итак, прекрасная леди Ларс, что же за идея пришла в вашу светлую голову? Позвольте, кстати, заметить, что сегодня вы выглядите особенно великолепно. Ответственность за жизни девушек вам к лицу.

Посмотрела подозрительно на этого пронырливого гада. И откуда он всё знает? Мы ведь только переговорили на этот счёт с Килгом! В подводном царстве информация передаётся быстрее, чем лесной пожар захватывает новые территории.

— Намекаете, что я выгляжу как почтенная дама? — процедила недовольно.

— Нет, выглядите как умная и коварная леди, которая привлекает лишнее внимание того, кого не следует.

И он бросил многозначительный взгляд на Килга!

Да что здесь происходит сегодня? Все намекают, намекают, и никто не говорит нормально, а я их не понимаю! Сперва фифа с выставленными напоказ браслетами-артефактами, теперь Даниарарг, прямо рекомендующий мне вести себя как глупая, избалованная девица…

Великие боги! Ульс спрятал меня в доме морской ведьмы, чтобы я не выдала себя, свою полезность подводному обществу, а Килг его обыграл, спровадил вслед за мной девиц, чтобы посмотреть, как я справлюсь с непростым, заносчивым, ядовитым бременем.

И я справилась!

Сдуру! Ведь самым правильным шагом было бросить там девиц и вернуться во дворец, проявив малодушие, которое Килгу точно не понравится.

Ну почему я не стратег? Почему понимаю всё в самую последнюю очередь? Задним умом крепка. Бестолочь.

А ведь и Ульс, и Дарг пытаются меня мягко подтолкнуть в нужном направлении, даже поддерживают легкомысленную беседу, которая для меня на самом деле важная и нужная, очень значимая, ведь я намереваюсь пристроить Миру в хорошие лапы! Точнее, лучшие лаборатории Дааярда — в её нежные, но хваткие ручки.

Только у Миры спрошу, нужен ли ей дракон. Потом. Сперва должна сама убедиться, что Дарг — тот самый. Пусть и не созданный специально для неё — не всем суждено быть с избранным, тут уж ничего не поделаешь. Зато я точно знаю, что Мира и лучшие лаборатории созданы друг для друга, в этом никаких сомнений. Не оставаться ведь ей жить в доме морской ведьмы!

Итак, мне нужно беззаботно и весело ответить Даргу на его заявление про умную девицу.

— Всё-таки я нащупала в вас и минусы, — заявила, состроив самодовольную мордашку.

— Не может быть! — наигранно испугался он. — Умоляю вас, откройте же эту тайну!

— Вы льстите дамам, — не стала я томить его ожиданием. — Впрочем, лично я не против, поскольку меня обычно называют легкомысленной. А ведь я совсем не такая!

И почему половина сидящих за столом поперхнулась? Правду ведь говорю.

Янтарные глаза Даниарарга Третьего довольно блеснули — я всё делаю правильно.

Спасибо тебе, конечно, дорогой друг, за очередное напоминание, что при Килге стоит держать ушки на макушке. Но от брака тебя это не спасёт.

— Я бы не назвал вас легкомысленной, скорее энергичной, живой, обаятельной, — продолжил заваливать меня комплиментами дракон. Наивный!

— Благодарю вас. Безумно приятно, — ответила я кротко, даже глазки на мгновение потупила, чтобы затем уставиться на него совсем другим взглядом, можно сказать, рабочим. — А теперь ближе к делу!

— О нет, только не это, — простонал Дарг. — Ульс, умоляю, отвлеки её на себя. У тебя здесь, в конце концов, отбор или как? Почему все дамы делятся на две категории: те, что хотят за меня замуж, и те, что хотят меня женить? Может, на мне проклятье?

— И я нашла в вас ещё один несомненный, жирный и красивый плюс — вы любите маму и не забываете о ней, — нашлась я, стараясь не расхохотаться.

Все, кто знает повелителя драконов и его грозную, страстно желающую пристроить любимого сыночка в цепкие девичьи руки матушку, едва не расхохотались — даже его величество Килг спрятал улыбку за бокалом. Совершенно очевидно, Фаульс с Даргом настолько хорошо дружат, что в Жемчужном дворце Дарг чувствует себя почти как дома, а местные принимают его за своего.

Да уж, Даниараргу Третьему не нужно строить из себя дурочку, бестолковую и опасную своим несуразным, непредсказуемым поведением. А мне приходится!

— Вы жестоки, — вздохнул Дарг.

— Дар свахи иногда активируется несвоевременно, — развела я руками, снимая с себя ответственность. — Сопротивляться бесполезно.

— Поверь, это действительно так, — подтвердил Ульс. — И подозреваю, леди сваха дошла до той же мысли, что я озвучил вчера. Тебе нужно срочно жениться, не то матушка тебя съест прямо во время моей свадьбы, ты её знаешь. Кроме того, дар свахи позволит Бриджит выбрать идеальную невесту. Идеальную для тебя, — с нажимом закончил он.

— Хотелось бы избранную, — признался воздушный дракон и подмигнул красавице Авроре.

— В её сторону даже не смотрите, она занята, — брякнула я, не подумав. Великие боги, ну когда я научусь сперва включать мозг, потом открывать рот? Это должно работать именно в таком порядке!

— Предлагаете исключить леди Аврору из отбора? — моментально встрепенулся Килг, заставив девушку-красавицу побледнеть, а её семью недовольно нахмуриться.

— Ни в коем случае, ваше величество, — заверила я, прилагая усилия, чтобы голос не звучал встревоженно. — До выбора его высочества ни одна девушка по собственной воле не покинет проект. Сперва мы закончим отбор для его высочества Фаульса, затем я дам волю своему дару и в отношении его лучшего друга.

— Разумно, — похвалил Килг. — А теперь предлагаю закончить ужин и переместиться в бальную залу. Завтра начинаются испытания невест, и девушкам будет не до танцев.

В его голосе мне почудилась кровожадность, но я вежливо кивнула. Особенно ещё потому, что фифа Лин Акройд едва заметно вздрогнула. Неужели бурный роман перешёл в нечто, пугающее эту отважную, даже отчаянно дерзкую женщину?

Не нравится мне всё это. Очень не нравится.

Пока невесты по очереди очаровывали Фаульса, бессовестно прижимаясь к нему во время танцев, я сообщила Даргу свою мысль:

— Совершенно очевидно, что вам необходимо жениться в самом ближайшем будущем. Подходящей кандидатуры у вас нет, наличия избранной я также не чувствую, а мы с вами общаемся довольно долго и не в первый раз, так что ошибки быть не может. Остаётся единственный выход — брак по договорённости.

— Вы меня без ножа режете.

— Потому что права? Или потому что красивая молодая девушка не строит вам глазки, а пытается пристроить в хорошие руки? — рассмеялась я.

— В ваши? — заинтересовался его величество Даниарарг.

— Что вы! Мы с вами совершенно несовместимы. У меня есть на примете одна девушка, которая вам подойдёт точно, а вот вы ей — здесь у меня немало сомнений. Кроме того, есть подозрение, что вы не сможете очаровать её настолько...

— Чтобы выманить из лабораторий подводного царства? — сообразил Дарг.

— Вроде того. Мира — невероятно умная, деликатная, красивая и хорошо образованная девушка. Ей это будет не в радость, но она с достоинством будет править страной и никогда не поставит вас в неловкое положение, никогда не выдаст, надёжна как скала. И она — лучшая подруга её высочества Серены.

— Самый серьёзный аргумент, хотя и предыдущие небезынтересны.

— Также она поладила с Ульсом и не станет препятствовать вашей с ним дружбе.

— Логично.

— Есть нюансы. Боюсь, для Миры ваш статус — огромный минус, а на вашу ослепительную внешность она вряд ли обратила внимание. Так что, если вы заинтересованы в её кандидатуре, придётся приложить немало усилий.

Дарг всерьёз задумался. Уверена, для него указанные нюансы выглядят жирными плюсами, ведь драконицы наверняка жаждут выйти за него замуж ради власти, денег и влияния, радуясь при этом, что повелитель — молодой и красивый мужчина.

С другой стороны, Дарг много лет дружит с Фаульсом и отдаёт себе отчёт, что невеста-учёный вряд ли сможет его полюбить больше, чем хорошо оснащённую лабораторию, полную редкими материалами.

А Даниарарг, уверена, не потерпит конкуренции со склянками и собранными в полнолуние травками.

Как же я хочу посмотреть на завоевание века! Возможно даже больше, чем на приготовленные для мурен испытания!

Дар легонько зашевелился, и я прикрыла глаза, сосредоточиваясь на ощущениях. Пока ничего. Но что-то точно есть!

Ну что же, азарт в глубине янтарных глаз чёрного дракона уже вспыхивает золотыми искрами. Кажется, Лин за время командировки под воду сделает не один успешный репортаж!

Я посмотрела на красавицу-журналистку. Она поймала мой взгляд и осторожно погладила браслет у локтя.

— Ваше величество, а вы не подскажете, что за украшение носит фифа Лин Акройд? Мне кажется, я никогда не видела таких камней. Странное сочетание.

— А? — Дракон был занят захватническими планами и не сразу сообразил, о чём я, затем бросил короткий взгляд на журналистку и спокойно пояснил: — Это традиционный браслет морских драконов. Оберег или что-то вроде того. Защищает вашу фифу от отравлений, проклятий и прочих неприятностей. Полезный артефакт.

— Не нравится мне всё это, — тихо пробормотала я, приседая. Танец как раз закончился.

— Доверяйте интуиции, — посоветовал Дарг, целуя мне руку на прощание.

Глава 16. Невесты-мурены начинают кусаться

«Смертельный отбор, или Не хочу замуж за морского демона!

Как стало известно редакции, испытания для невест связаны с риском для жизни, потому живущих под водой девушек с детства тренируют не хуже, чем парней в военных академиях Арратора.

Возможно, звучит не так шокирующе, ведь вы не видели невест. Утончённых, красивых, молодых и талантливых девушек в обтягивающих полупрозрачных платьях. Но поверьте моему слову — они прекрасны, словно рассвет над океаном, и столь же смертоносны, как разрушающие приморские города цунами.

Посмотрим, чья возьмёт в первом этапе соревнований.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Я дважды участвовала в студенческих соревнованиях, где в ход шли различные уловки и хитрости, но такого жесткого, даже жестокого соперничества никогда не видела. Теперь ясно, почему невесты, все как одна, сразу после бала отправились в спальни без напоминаний и крепко проспали всю ночь.

Ни одной выходки!

Ни одной озвученной гадости!

Ни единой постной или надменной мины!

Даже не знаю, что удивляло больше.

За завтраком девушки молча ели, притом так сосредоточенно, словно собирались на войну. Никто никого не подначивал, не задирал. Никто не подлизывался и не язвил.

В Жемчужный замок мы отправились столь же дисциплинированно, как курсанты военных академий отправляются на задание. В какой-то момент даже почудилось, будто невесты — маленькая армия. Агенты специального назначения.

Оказалось, приблизительно так и было. И первое задание в очередной раз утвердило меня в мысли, что подводное царство — по-настоящему жуткое, жестокое и опасное место. И яркое, светлое, оформленное в позитивных цветах жемчужное жилище правителя не имеет ничего общего с его тёмной, словно самая глубокая бездна, душой.

Испытания проходили за пределами дворца, на приличной глубине, где вместо уже привычного мягкого белого песочка были острые и скользкие камни, останки давно затонувших кораблей, водоросли и даже несколько подозрительно знакомых статуй.

— Мне кажется или это пропавшие статуи победителей тысячелетней войны? — тихо спросила фифа, с которой мы наконец оказались рядом. За утро Килг покинул её буквально на несколько мгновений, поэтому обменяться сведениями мы не успели, но Лин умудрилась положить в мой карман записку. Осталось лишь вернуться в дом морской ведьмы и узнать страшную тайну, связанную с защитным браслетом. Я никак не могла сложить паззл и ломала голову, что же Лин хотела сказать, нарочно выпятив защитный артефакт. Берегись? У меня всё хорошо, я под защитой? Караул, мне нужна помощь?

Сейчас царь морской восседал с нами в одном пузыре, так что за рамки светской беседы мы не выходили, эмоции показывать опасались.

— Они самые, — подтвердил он наши подозрения относительно статуй. — На них охотились северные варвары, так что мы забрали их к себе для лучшей сохранности.

Мы с Лин кивнули, признавая правоту его величества, и тот перевёл взгляд на замерших перед нами невест. Они были в человеческом обличье, как и все остальные жители Жемчужного замка, а также их гости. Почему — непонятно. Ради нас? Сомневаюсь.

Скорее всего, это давняя традиция, ведь на Дне жизнь подчинена строгому регламенту, хотя с виду может показаться, что всё ровным счётом наоборот.

— Ваше величество, а какое первое задание и что должна буду сделать лично я? — поинтересовалась осторожно.

— Вы, леди Ларс, нужны как сторонний наблюдатель, не знакомый с политическими подводными течениями, а потому беспристрастный и честный, — милостиво объяснил Килг, так и не сообщив, чего ожидать от первого испытания.

— Есть ли кандидатуры, на которые мне стоит обратить особое внимание? — продолжила я проявлять чудеса дипломатии, однако глупо похлопать ресничками не забыла.

— Нет, вы вольны действовать так, как считаете нужным. Наслаждайтесь. Хоть Фаульс пригласил вас для дела, всё же помните, вы — желанная гостья.

Лин сжала мою руку, как мне показалось, в ужасе, но её голос был полон веселья и кокетства, когда она обратилась к повелителю:

— А я желанная гостья?

— Нежданная, но очень желанная, — с очевидным непристойным подтекстом ответил Килг.

Он был в отличном настроении и общался со всеми необычайно любезно, и чем больше он радовался, тем пасмурнее становилась фифа. Когда она в очередной раз коснулась нового браслета, моя душенька не выдержала.

— Лин, какой красивый у тебя браслет! Это подарок? Никогда не видела столь изящных вещиц, при этом он напоминает защитный артефакт.

— Так и есть, — вставил Килг и с нежной улыбкой посмотрел на фифу, которая включила обаяние на полную и глядела влюблённым, абсолютно дурным взглядом. Вот ведь актриса! Не то что я. Нужно брать с неё пример.

— Признаюсь, меня немного тревожит, что вы подарили Лин защитный артефакт. Все знают, что мы здесь в гостях. Зачем местным девушкам устранять временную конкурентку в борьбе за ваше сердце? — задала я вопрос, непонимающе пожимая плечами, разводя руками, хлопая глазками.

Килг уставился на меня — что щипцами вцепился. Однако роль недалёкой простушки мне даётся куда проще остальных, так что я с достоинством выдержала это испытание.

Нет, ну а сколько мне ещё ждать? Вдруг Лин в своей записке написала совсем не об этом!

— Я всегда защищаю то, что… мне дорого, — произнёс он с запинкой. И так, словно намеревался сказать: «то, что принадлежит мне».

Лин вновь обратила к нему красивое лицо и с придыханием защебетала какие-то глупости, при этом сжав до хруста мою многострадальную ладонь.

Итак, вывод следующий: я — гостья, фифа — уже почти местный житель. Ещё бы разобраться, в каком статусе Килг планирует её здесь оставить. Лин это не только не устраивает, но и пугает, что не может не тревожить.

А вдруг…

Я посмотрела на эту парочку. Килг выглядит уверенным в себе и невероятно довольным, даже самодовольным, фифа — влюблённой и беззаботной. И оба играют.

Из тех сведений, что мне удалось раздобыть, родилось чудовищное предположение: он решил сделать её очередной женой, а фифа, наша пронырливая и умная журналистка, узнала, что случилось со всеми его предыдущими супругами, и отнюдь не радуется возможности надеть украшенную жемчугом корону. И правильно делает.

Только… что теперь делать мне? Нужно умудриться выкурить Миру из лаборатории, фифу — из лап Килга, и при этом не вляпаться самой. А ведь последнее — практически моё призвание.

Я вздрогнула, когда услышала усиленный магией голос Килга, открывающего турнир.

— Испытание первое. Гейзеры, огненные разломы, водовороты. Будущая принцесса должна ориентироваться не только в модных туалетах, — закончил он ехидно. Посмотрите-ка, какой шутник! Однако моя улыбка испарилась после следующей фразы: — Все выжившие получат один квадрат свободных от налогов земель.

— Выжившие? — слабым голосом спросила фифа Лин Акройд.

— Разумеется. Нет, у нас, конечно, есть некроманты, но оживлять невест для дальнейшего участия в отборе как-то глупо, — в своём стиле пошутил Килг, отбив всякое желание продолжать разговор.

Закрыла глаза, пытаясь обуздать эмоции. Я на задании. Это чужой, чуждый мир со своими законами и правилами, я не вправе навязывать своё мнение.

Молчи, Бри, молчи.

Однако, стоило мне только прийти в себя, как я увидела тщательно скрываемый ужас на лицах девушек. Бледные, но стойкие, смелые. Делают хорошую мину при плохой игре. Вот за что им всё это?

У нас в Арраторе девушек также считали разменными монетами. Выдавали замуж ради денег и влияния, иногда за стариков, не способных продолжить род, что значило для будущих вдов только одно — они не получат никаких привилегий, только новый брак с очередным стариком. За редким исключением. Но с каждым годом подобное случалось всё реже и реже. У нас есть обязанности, но есть и права!

А здесь… Убивать на потеху публике лучших из лучших... Нет! Такого не было.

Тем временем испытание началось. Девушкам не позволили принять изначальный облик, гарантирующий лучшую скорость и маневренность, оставили в пузырях, ещё и правила озвучили — ни при каких обстоятельствах не позволять пузырю лопнуть. Представить, что они спасают сухопутного жителя и не могут его бросить.

Мы с Лин превратились в две каменные статуи.

Килг — зло во плоти!

И это, называется, он хочет мира с Арратором? Да это почти объявление войны, ведь он настраивает против нас подводное сообщество! Готовит почву для недоверия и ненависти. Для мести! Ему-то они за сей прекрасный отбор мстить не рискнут и не станут, но в случае гибели любой из девушек… выход эмоциям будет нужен словно воздух. Подводные жители невероятно вспыльчивы и агрессивны.

Что же делать? Что делать?

Я не уверена, что девушки вообще умеют пользоваться этими пузырями! Зачем они им? Это я бегаю к жемчужницам утром, в обед и вечером, подбадриваю, умасливаю, склоняю на свою сторону. А девицам достаточно принять родной и привычный облик, чтобы оказаться в нужное время в нужном месте. И их сейчас практически лишили возможности выжить.

— Ваше величество, — обратилась я к Килгу. — Как мы сможем оценить издалека, на что способны девушки и как они себя поведут в опасной ситуации? Полоса препятствий уходит далеко за пределы видимости. Для оценки моральных качеств невест желательно наблюдать их реакции в непосредственной близости. Позволите ли вы мне пройти этот путь по линии наблюдения? Вижу ваших людей, расставленных на протяжении маршрута, я могла бы следовать с ними.

— О, милый, я тоже хочу! Позволь! — защебетала Лин, прижимаясь грудью к его локтю. — Мне для репортажа нужны эмоции и интересные факты! Пожалуйста! А я за это…

Она принялась соблазнять его томным шёпотом и я деликатно отвела взгляд и попыталась не подслушивать. Безуспешно, конечно. Вся моя суть протестовала против соблюдения правил этикета в данном случае. Интересно ведь! Несмотря на многочисленные прочитанные любовные романы и общее представление о тесном общении мужчины и женщины, я довольно наивна и не имею практического опыта. А тут вот он — лишь ушки поверни в нужную сторону.

Как бы я ни старалась, а почувствовала, как краска заливает лицо. Лин — дама страстная и раскованная, знает, чем соблазнить Килга. Он дал добро, приставив нескольких крабов для страховки.

— О, милый, благодарю тебя! — зашептала Лин так, словно к нам не надсмотрщиков приставили, а десяток лучших модисток с лучшими тканями наперевес. — Ты так печёшься о моей безопасности. Никто никогда так обо мне не заботился. Это невероятно приятно!

Голос её — словно мёд. Так и льётся в уши. Надеюсь, Килг реагирует на него так же, как и его крабы. Вон, у тех уже глазки масленые. Да только повелителя морского женскими хитростями, кажется, не удивить. Нам снисходительно махнули, позволяя удалиться, что мы тут же сделали. И оказались в прямом смысле слова на поле боя!

Полоса препятствий для девушек возникла словно из ниоткуда. Только что они стояли на твёрдой, относительно ровной земле, в следующее мгновение взлетали вместе с пузырями воздуха — вместо песочка, камней, кораллов и водорослей текла лава или трескалась земля, выпуская брызги пузырьков воздуха, образовывая опасные разломы-ловушки.

Приоткрыла рот, забыв о дыхании. Сердце замерло от ужаса при одном взгляде вниз, на хрупких девушек в тонких, наполненных воздухом сферах. Насколько они прочные? Выдержат ли высокие температуры? А прокол острой каменной глыбой? Это ведь не мелкие камешки, на которые порой наступаешь.

Леюшка едва успевает проскочить разлом, Касатка падает, спотыкаясь о внезапно выросшую из земли корягу, Аврора влетает в неё на полной скорости, пытается перепрыгнуть… неудачно. И тоже летит кувырком, едва не попадая в новую лужу оранжевой лавы, края которой ещё даже не успели потемнеть.

Вода бурлит, мешая обзору. Нагревается, темнеет от пепельной взвеси, мутнеет.

Подкрутила зрение магией и увидела его величество Килга. Довольного, как сто тысяч демонов. Жестокое выражение его лица, кровожадный взгляд, кривящиеся в ухмылке губы — эта картина никогда не сотрётся из моей памяти.

Полыхающая в венах ненависть кислотой разлилась по телу, призывая дар выплеснуться, показать всем, где раки зимуют. Организовать водоворот, заморозить лаву — да что угодно! Я на это способна.

Глаза стали прозрачными, по коже поползла изморозь. Когда-то я на нервах заморозила целый замок, и что сейчас устроит дар, сама не представляю. Но так безмерно зла из-за безумной несправедливости, так недовольна происходящим, что ненадолго потеряла контроль.

Источник в груди довольно бурлит, тащит из окружающего пространства крупинки силы, по чуть-чуть, незаметно для окружающих. Он осторожный и коварный, полная моя противоположность. И это здорово выручает в моменты, когда я на эмоциях. Словно моя внутренняя вода позволяет успокоиться, осознать, что мы с ней собираемся натворить. Присматривает за бестолковой мной.

Вздрогнула. Пришла в себя.

Я на вражеской территории, здесь Мира и Лин, за которых я несу ответственность. Кроме того, я представитель дружественного государства, которое всё ещё надеется установить добрососедские отношения с подводным царством. Даже если невесты поубивают друг друга и падут смертью храбрых, я не имею права вмешиваться. Подведу слишком многих людей. Целую страну! Имею ли на то право?

С другой стороны, Килг не намерен ни с кем дружить, это совершенно очевидно. Он враг, каких поискать! Точнее, искать таких врагов совсем не хочется, они сами с усами, находятся регулярно и без посторонней помощи.

Так как же поступить?

Только я обуздала эмоции и начала соображать, как в нашем с Лин пузыре очутились два противных дракона, один из которых схватил меня за плечи и прижался горячими губами к уху.

— Бри, ку-ку! Как слышно меня? — пошутил Ульс, очевидно пытаясь меня вытащить из психованного безумия. И как заметил? Глазастый какой, посмотрите на него.

— Я в порядке.

— Отлично. А теперь медленно и осторожно прекрати тянуть силу из океана. Ещё немного, и это почувствует его величество. Хорошо, вы далеко от него, и я успел тебя спасти. Больше так не попадайся. Он чувствует всё, абсолютно всё, что происходит под водой. Представление внизу его не отвлекает, поверь.

— Очень хочется хоть ненадолго оказаться над водой, — вздохнула я и отстранилась. — Напоминаю в очередной раз: не прикасайся ко мне. Ты сам себя подставляешь.

— Ерунда, — отмахнулся Ульс, словно не опасался матримониальных планов невест. — А теперь смотри представление. Оно устроено специально для вас с фифой.

— Смотреть, как погибнут девчонки? — вспыхнула я тут же. — Никакого желания!

— Эти девчонки тебя удивят, — хмыкнул он. — Поверь мне.

Я недоверчиво опустила взгляд, а затем и вовсе направила пузырь пониже — чтобы лучше рассмотреть, как невесты справляются с препятствиями. Мастерски!

Казалось, они огибают внезапно вырастающие каменные скалы до того, как земля трещит по швам, пропуская острые пики. Перепрыгивают ручейки лавы до их появления. Превращают пузыри в зеркальные шары за миг до появления ослепляюще-ярких вспышек. Даже мы с Лин уже пару раз протёрли глаза. Ужасно неприятные лучи.

А ведь вначале они были ошеломлены и не готовы! Спотыкались, падали, разве что не ревели. Ну ладно, перегибаю. Плакс среди невест нет.

— Как? — спросила едва слышно.

— Под водой с детства тренируют интуицию. Плюс работают животные инстинкты. Люди давно утратили эту способность, — пояснил Даниарарг Третий.

— То есть они выживут? — уточнила с надеждой.

— Если повезёт, — сквозь зубы ответил Ульс.

Надо же, этот добродушный хитрец совсем не одобряет происходящее. Может, даже бесится не меньше моего, только лучше скрывает эмоции.

— Но зачем? — вскрикнула Лин, заметив, как прихрамывает одна из девушек. — К чему эта жестокость?

— Вы знаете, как выбирают повелителей драконы, когда прерывается действующая королевская линия? — произнёс Дарг холодно. И, не дожидаясь ответа, продолжил: — Он бьётся со всеми желающими. Не до первой крови. Не до второй. Не до момента, когда кто-то сдастся. Насмерть. Каждый бой заканчивается смертью. Каждый. Без исключения.

— Сдавшихся тоже убивают, если такие вдруг появляются. Хотя не припомню ни одного случая в истории, это само собой разумеющийся факт, — вставил Ульс, не отводя взгляда от бегающих под нами девушек.

Он забрал у меня управление пузырём, и теперь наше вместилище передвигалось под водой плавно и спокойно, но при этом на высокой скорости. В какой-то момент у меня даже голова закружилась. Но Ульс старался контролировать всё происходящее внизу, так что я сделала глубокий вдох, чтобы не отвлекать его своим состоянием. Фифа от этих манёвров тоже слегка позеленела.

— Драконы не так многочисленны, как люди, но все как один храбры сердцем и духом. И не терпят слабость. Ни в каком виде, — пояснил Дарг. — Под водой законы ещё более…

— Жестокие? — подсказала я, сдавив большой палец. Кажется, Серена говорила, что это помогает от тошноты.

— Для людей — да. Испытание показывает, достойны ли девушки уважения общества. Готовы ли пожертвовать собой ради других. Насколько бесстрашны. Насколько умеют подстраиваться под обстоятельства.

— Звучит красиво, на деле — ужас и кошмар, — вздохнула Лин. — Доброта, сопереживание, сочувствие — те моральные ценности, которые должны быть в каждом живом создании, не только в простом человеке. А одарённые магией тем более должны, обязаны обладать высокими моральными качествами, подавать пример…

— Во мне сочувствия с избытком, смотреть на этот ужас не могу, — призналась, мужественно не отводя взгляда от взлетевшей на очередном остром пике Леюшки. Она не успела вовремя его перепрыгнуть и сейчас беспомощно висела недалеко от нас — переводила дух. Чёрные отметины на теле явно говорили, что не на всех этапах полосы ей везло. Ещё и хвост умудрилась где-то поранить, а ведь её пузырь с воздухом невредим. Как она умудрилась?

Невесты преодолели треть пути, а у меня уже текли ручейки холодного пота от волнения за их жизни. Я готова была обмахиваться платочком, как полуобморочная дама, чью дочь только что скомпрометировали, но приходилось проявлять лучшие моральные качества, как рекомендовала Лин, и делать вид, что всё замечательно, а я не на грани нервного срыва.

— Не стоит их жалеть, Бриджит, — произнёс Ульс едва слышно. — Ты судишь привычными категориями, но океан — не суша, здесь иные правила и жизнь иная. Поверь, тебя ещё не раз неприятно удивят.

Я посмотрела на него и удивилась затаённой горечи, прозвучавшей в его словах. На мгновение почудилось, будто столь глубокие эмоции не вяжутся с его характером, но я вспомнила слова мудрой Серены, что лёгкие в общении, смешливые и улыбчивые люди далеко не всегда поверхностные, чаще наоборот. Они носят в себе много боли, тайн и умеют накрепко запирать эмоции.

— Не сомневаюсь, — ответила так же тихо. — Но невесты меня мало волнуют, Ульс. Больше всего я надеюсь, что мне не придётся неприятно удивиться твоему поведению.

Он промолчал. Дарг и Лин тоже никак не прокомментировали услышанное, наблюдая за невестами, которые вошли в раж и с огромным энтузиазмом проходили препятствие за препятствием, ещё и переговариваться умудрялись!

Наш воздушный пузырь переместился к финальной черте и развернулся так, чтобы мы видели лица несущихся в нашу сторону невест. Девчонки по-прежнему были в человеческом обличье, все как одна улыбались, но выглядели при этом словно злые и голодные акулы, напавшие на след беспечной окровавленной жертвы.

Я поневоле сделала шаг назад, стукнулась лопатками о каменную грудь Ульса, коротко извинилась. И увидела, как моя любимица Аврора в одно мгновение затаила дыхание, сбросила воздушный пузырь, развернулась к противницам и выбросила в них десяток невидимых сетей-липучек, а затем как ни в чём не бывало вернула себе воздушную оболочку, сделала глоток воздуха и побежала к финишу, перепрыгивая и огибая препятствия. Остальные девчонки упали сломанными куклами, некоторым и вовсе не повезло приземлиться в лавовые реки.

Пока я беспомощно хлопала ресницами, а коварная акула подбегала к финишу, из-за выросшей на наших глазах скалы выбежала Кася, моментально оценила ситуацию и послала Авроре в спину убойное заклинание. Красавица-акула плашмя упала наземь, обнимающий её тело воздушный пузырь лопнул, а волосы вырвались из причёски и затрепетали тёмными водорослями, привлекая внимание мелких рыбёшек, которым лавовые реки нипочём.

Кася не праздновала победу, но и бежать к финишу не торопилась. Оценила ущерб, нанесённый другим девчонкам коварной Авророй, пересчитала пострадавших, ни одной не помогла, но спряталась за один из уступов скалы, ещё и пузырь словно подтянула к себе, уменьшила, чтобы не выдавал её местонахождение.

Мы поднялись повыше, чтобы наблюдать ситуацию сверху, и едва не расхохотались. Не пострадавшие от действий Авроры девчонки так же хитро, как и Кася, не рвались к финишу, а спрятались и пытались, каждая из своего укрытия, напасть и обезвредить конкуренток.

Но больше всех развеселила Леюшка. Она сильно отставала от остальных девчонок и наверняка была уверена, что придёт последней. Однако тоже успела вовремя сориентироваться и, воспользовавшись неприметным зеленовато-серым цветом кожи, распустила зелёные косы, вплела в них длинные, мягко колышущиеся водоросли и осторожно, медленно-медленно поползла к финишу, держась на максимальном отдалении от остальных. Притом ползла настолько медленно, что подрагивающие водоросли не отвлекали на себя внимание, а действительно служили надёжным прикрытием.

— Удивительно, — хмыкнул Дарг.

— Могу замолвить за вас словечко. Мы с ней хорошо знакомы, уверена, она не откажется от такого жениха, — пошутила я, зная, как нервно бедный дракон реагирует на матримониальные посягательства на его честь и достоинство, а также лапу, сердце и корону.

Но в этот раз его было не пронять.

— У меня уже есть невеста, уважаемая леди сваха. И пора бы нам перейти на «ты». В конце концов, я женюсь на вашей лучшей подруге, — самоуверенно выдал драконище, вызвав у Лин приступ удушья.

— Мира? — только и смогла выдохнуть она. — Бри, ты хочешь отдать прекрасную Миру повелителю драконов? Она такая светлая, добрая, хорошая! Ей не нужно в политику, поверь. Особенно после тех ужасов, что они здесь рассказали.

— Кхе-кхе, позволю себе заметить, что вы обсуждаете меня в моём присутствии, — съехидничал Дарг, пронзая Лин ледяным взглядом. Но той всё нипочём.

— Я отдаю себе в том отчёт, поверьте. Вы толстошкурый, переживёте, — отмахнулась фифа, которая в принципе не особо церемонилась с окружающими. Но здесь-то повелитель дружественной страны! Даже я веду себя… относительно прилично.

— Миру его величеству никто не обещал, более того — я пока не уверена, что она заинтересована в этом браке, и потому ей ничего не говорила. Однако я узнала, что в Баррагоре самые лучшие лаборатории и огромное количество ценных редких ингредиентов, которых даже у Фаульса нет.

— Ах, лаборатория. Нет, ну это, конечно, всё объясняет, — успокоилась Лин. — Другое дело, как его величество справится с настолько страстной в отношении науки женой? — Она хитренько похлопала глазками и вернула нас к соревнованиям: — Смотрите, Леюшка почти доползла.

Стоило ей произнести последнюю фразу, как перед русалкой вспыхнула ослепляющая ловушка. Мы дружно зажмурились и отвели взгляды, не желая страдать от неприятных ощущений, но невесты, находясь в боевом состоянии, увидели несчастную Леюшку и одновременно запустили в неё целый ворох различных заклинаний. Русалка обмякла — кажется, потеряла сознание. А остальные девицы вычислили, кто где находился и устроили настоящую бойню.

Их не смущали ни зрители, ни воздушные пузыри, ни запреты Килга: невесты разошлись так, что одна за другой приняли истинный вид и завязали кровавое сражение, не щадя ни себя, ни соперниц. Вода окрасилась в алый, и бедная фифа побледнела.

— Ненавижу кровь, — прошептала она слабым голосом.

— Я тоже не люблю. Представь, что в воду упал арбуз, — попыталась поддержать я журналистку.

— Не надо, — простонала она. — Мне… мне нехорошо.

— Я вас проведу к его величеству, — предложил Дарг.

— Ей бы в свои покои, — вставила я.

— Невозможно, — объяснил Фаульс, когда бедняжка Лин удалилась в сопровождении главы дружественной державы. — Фифа — официальная фаворитка повелителя, а это значит, никто не имеет права оставаться с ней наедине.

— Но ведь фаворитка — не жена.

— Не жена. Но может понести ребёнка от его величества. По её реакции на перемещение пузыря и слабости при виде крови, предполагаю, что уже понесла, — тихо просветил меня Ульс. А затем, дождавшись, когда Дарг будет передавать бледную фифу его величеству и тот отвлечётся, прикрыл нас щитом и добавил: — Бри, сегодня не закрывай окно, приду в гости. Нужно поговорить. Срочно.

— К-конечно! — быстро согласилась я, запнувшись от мысли, что и наше положение значительно усложнилось. — Разве можно так быстро забеременеть?

Покраснела, сообразив, какой вопрос задала. Во-первых, выдала своё полное невежество, во-вторых, это просто-напросто безумно неприлично! Хотя наше общение с принцем морским приличным никогда не было: как-то быстро мы с ним сошлись и с самого начала знакомства позволяли себе вольности. Но он мужчина, а подобные тонкости можно обсуждать только с дамами!

Однако я никогда никого не спрашивала, а большинство моих любимых романов заканчиваются свадьбой и первой брачной ночью. Откуда мне знать, как дальше развиваются события?

Это, конечно, не оправдание.

Но Ульс — это Ульс. Мужчины вообще спокойнее реагируют на кошмарно непристойные темы. Он взял и ответил!

— Можно. Но в случае с его величеством не нужно. Я в первый же день передал ей специальное зелье… от последствий, скажем так, но женщины порой весьма неосторожны, когда дело касается чувств. Надеюсь, я ошибся и катастрофу ещё можно предотвратить. Фифа — дама разумная. А на кровь у многих людей реакция.

— Да, многие дамы падают в обморок, — подтвердила я.

— И перемещения в пузыре вам непривычны, это вполне может быть естественная реакция. Мы ведь никогда не проверяли, как люди ведут себя под водой на большой скорости.

— Мне тоже стало нехорошо, — вновь вставила я.

— Возможно, я слишком подозрителен. Всегда просчитываю в первую очередь самые нежелательные варианты развития событий, — признал Фаульс. — И твой дар! Ты бы ведь почувствовала, понеси она дитя.

Я замерла. Прислушалась к себе. Посмотрела на фифу. Ничего. Только вот интуиция царапала ржавой иголочкой, разнося заразу по крови.

— Всё плохо, — выдохнула я. — Всё очень и очень плохо. Считай, у нас катастрофа. Я не вижу её даром вообще! Но мне кажется, твои подозрения верны. Считай это обычной женской интуицией. Что будем делать?

— Жди ночью в гости, покрутим ситуацию вместе. Я должен тебе признаться…

— Я победила! — завопила во всё горло Медуза, отвлекая внимание на себя. — Победила! Ура! Земли наши!

Она как раз перепрыгнула через распростёртую Аврору и подбегала к финишной прямой, у которой её ждал царь морской в истинном страшном обличье, с трезубцем и словно вросшей в череп короной. Его огромный, мощный стан завершался таким же крупным и сильным хвостом с зелёно-золотистой чешуёй.

— Размечталась! — проскрипела раненая Леюшка и накинула на неё полог невидимости со встроенной в заклинание сеткой. Серая и неприметная Медуза вовсе исчезла из поля зрения. Хромая, баюкая раненную руку, постанывая и покряхтывая, дочь речного царя пересекла финишную прямую. — Ну что там, где мой ненаглядный суженый-ряженый, судьбой предсказанный? — потребовала она Ульса в ультимативной форме.

— Иди, — хмыкнула я. — Исполняй свой долг!

— Смотри, чтобы он не стал супружеским, — попросил Ульс нарочито испуганно. — Умоляю, Бри, будь милосердна!

Он снова улыбался, шутил и выглядел довольным жизнью, однако теперь я знаю — всё совсем не так, как кажется. И хоть мы всегда находим, над чем посмеяться, в подводном царстве придётся и поволноваться, и слёзы пролить.

Главное, скучно не будет!

Глава 17. Побег — дело хлопотное и опасное

«До чего же он великолепен!

Сделаю небольшое отступление и расскажу вам о повелителе подводного мира, мои дорогие читатели.

Возможно, до вас дошли слухи, что моя скромная персона невероятно увлекла морского царя. Если нет, довожу до вашего сведения — это чистая правда! Более того, его величество подарил мне специальный защитный браслет, и теперь я — неприкосновенное лицо. Как вам, а? Неплохо для простой журналистки?

Не знаю, сколько будет длиться отбор, но лично я получаю от него необыкновенное удовольствие.

Хорошо-хорошо, подловили. Не от отбора. От общения с невероятным, потрясающим, грозным и могущественным правителем подводного мира.

Держите за меня кулачки!

Ой, чуть не забыла. В сегодняшнем состязании победила принцесса Леюшка. Та самая, что когда-то пыталась съесть наших арраторских студенток. Уже готовлю отдельную большую статью!

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

После более плотного знакомства с невестами я пребывала в расстроенных чувствах. Как по мне, всех коварных, играющих нечестно девиц стоило исключить из отбора незамедлительно, однако его величество Килг сообщил, что у меня странные представления о власти, об умении добиваться своего, и велел не пороть горячку.

То есть удары в спину — это норма жизни под водой? Тогда мне здесь совсем не нравится!

— Вы ведь не хотите оставить его высочество без вариантов? Или, возможно, сами желаете занять место его невесты? — подозрительно довольно спросил Килг, увидев, как я насупилась. — К слову, ничего не имею против.

— Благодарю за оказанную мне честь, ваше величество, однако вынуждена признать, что жизнь под водой для меня затруднительна. Кроме того, я воспитана в иных ценностях и мыслю иными категориями. Боюсь, для роли принцессы подводного мира я никак не гожусь — слишком слаба по вашим меркам.

— Согласен, — миролюбиво кивнул Килг. — Однако имейте в виду, если ваши желания изменятся, я не стану препятствовать. Для меня важнее личное счастье сына. Да и я на покой не собираюсь, вместе мы сможем защитить вас от любой угрозы.

— Реальной? — выдохнула я преувеличенно испугано.

— Теоретической, — успокоил меня он.

На деле, конечно, я пришла в ужас от его заявлений, ведь уже немного разобралась, что здесь к чему. И Килг врёт мне напропалую, рассчитывая, что имеет дело с глупой, избалованной девчонкой.

В какой-то мере он прав. Но не до конца.

Среди арраторских аристократов дураков никогда не водилось.

Они не выживают.

«Сухопутное» общество тоже специфическое. Каждый защищает свой род по-своему. К примеру, мой отец безошибочно считал и оценил мой характер, затем дал определённую свободу для его формирования, однако стоило мне немного подрасти, как со мной провели беседу, объяснив плюсы и минусы легкомысленного поведения. Папа уверил, что плюсов гораздо больше, если девушка скрывает умственные способности за весёлым смехом и лукавым взглядом. Оказавшись на Дне, я поняла, насколько он был прав. От меня и раньше многого не ждали, так что лишний раз не дёргали и не ограничивали, но здесь мои видимые беспечность и несколько неразумное поведение — почти стопроцентная защита от лишних проблем.

Недаром Серена посоветовала не пытаться произвести хорошее впечатление!

Удивительно, до чего она мудра в своём возрасте. Аналитик наш.

После натянутого ужина во дворце и ещё более натянутого, чрезмерно вежливого прощания с невестами я попросила дом запереть девиц и сбежала к Мире. В отличие от меня, та пребывала в совершенном восторге от визита и на все мои рассказы только разводила руками, кивала и смеялась.

— Бри, милая, ну вот такие они. А что ты хотела от хищников? — философски вопрошала она. — Подумаешь, ударили в спину. Как я поняла, у них так принято. Не стоит брать линейку, когда тебе нужно налить кувшин молока. Методы измерения разные. У нас почётно соблюдать одни правила, у них — другие. Ты лучше посмотри, что я нашла! — Она подсунула мне под нос книгу с гербарием, но тут же переключилась: — Ой, кстати, твоё зелье для моллюсков готово. Только помни: необходимо очищать их лично и следить, чтобы средство не разъело сами раковины. Это важно!

— Спасибо. Ты самая лучшая! — искренне похвалила я, листая книгу с высохшими лепестками. — Так что это за книга? Или тебе важны лепестки-ингредиенты? Мне кажется, они от обычной розы.

— Верно! — восторженно подтвердила Мира. — Но какой розы!

— Какой? Обычной садовой. Вроде бы. — Я демонстративно понюхала один жёлто-розовый лепесток.

— Дело не в том, Бри! Ну что ты такая недогадливая? Эти лепестки наполнены магией жизни!

— Ну, мне сегодня именно такие подарили, вот я и не удивляюсь. Букеты часто составляют с добавлением магии жизни, так они дольше живут. Арлишка с крабами, правда, сожрали букет до того, как я его увидела, но у меня скоро будут ещё поступления красоты. Правда, тоже для них. Подкупаю союзников.

В общих чертах рассказала, как налаживаю связи с местными, и что дом показал мне выход на поверхность, так что у нас есть путь отступления, и что фифа Лин, возможно, беременна. А напоследок сообщила, что его величество Дарг готов предоставить Мире круглосуточный доступ во все лаборатории не только Баррагора, столицы драконов, но и в самые отдалённые научные центры и лаборатории всей страны — Дааярда.

— У них ведь есть граница с орками, — моментально переключилась Мира с одной темы на другую. — Значит, должны быть очень редкие ингредиенты. Особенно меня интересует сиреневый металл, из которого делают шаманские бусы. Таяна принесла мне из Тёмных Земель одну такую бусину, но её оказалось недостаточно. Наверняка у них такие есть!

— Я почти уверена в этом.

— А что Дарг хочет за этот доступ? Вряд ли дракон позволит обычному магу… Бри, ты что, пообещала меня в жёны этому прохвосту?

Я села за стол и пододвинула к себе чашку с чаем, который Мира машинально разлила, положив туда полсахарницы, хотя я вообще терпеть не могу сладкие напитки. Пить эту бурду я не собиралась, но мне нужно было несколько мгновений передышки. Так что я поводила ложечкой по дну, сосредоточиваясь.

— Я ему ничего не обещала. Вы не избранные. Лишь обратила его внимание на тот факт, что жена-учёный не станет его донимать балами и платьями, и утешит его любимую матушку на старости лет.

— Ты мне зубы не заговаривай. К браку ещё дети прилагаются. Как ты предлагаешь мне растить детей и путешествовать по Дааярду… С проверками можно. Инспекция им наверняка не повредит. И ведь правящей семье полагаются няньки. И я бы маму свою забрала, а то ей от отчима житья нет — тот почти все наши земли уже распродал, изверг. Ой, так ведь драконы могут меня доставлять для сбора ингредиентов и в горы, и в соседние страны, где нет телепортов.

Я молчала, пока Мира искала плюсы в подобном браке. И их неожиданно обнаружилось так много, что я просто обалдела, когда она под конец заявила, что замуж за чешуйчатого в любом случае не пойдёт.

— Но почему?!

— Да потому что в Санторе у меня доступ к ингредиентам из разных миров, а в Баррагоре будут только травы и минералы нашего мира. Я не готова лишиться столь ценных поставок. Вообще я подумываю остаться в Санторе преподавателем и обязать путешествующих по мирам боевиков доставлять книги и ингредиенты для моей лаборатории.

Я застонала. Ну что за девушка?

— Мира, а как же любовь?

— К дракону? Шутишь? Они ведь помешаны на своих жёнах и их защите, страшно ревнивы, к тому же невероятно сластолюбивы. У меня нет столько времени, — твёрдо заявила помешанный на своей работе зельевар.

В свою спальню я вернулась с огромным кувшином зелья для жемчужниц и желанием выговориться, ведь с подругой так и не удалось нормально поболтать. Её ничто не интересовало, кроме лаборатории, остатков магии жизни в найденных в книге лепестках… И, к сожалению, в список интересов также не входит Дарг. Единственное, что она выделила в моих словах, так это возможное состояние фифы.

— Поскольку твой дар молчит, — заметила она, смешивая разноцветные растворы в маленькой пузатой колбе, — сделаем специальный состав, который поможет Лин определить, в положении она или нет. Думаю, ты не разобрала, беременна ли она, из-за того браслета, что ей подарил Килг. В подводном царстве много неизвестных нам артефактов, а также немало осколков первоначальной магии. Именно её я уловила в лепестках. Как она в них оказалась, ума не приложу, если честно. Розы появились у нас лишь с приходом фурий, то есть около тысячи лет назад. Но тогда уже не было первоначальной магии!

— Да, магия жизни осталась лишь в виде осколков, только с цветами и работать. Ну, ещё с животными можно, — согласилась я, припоминая всё, что помню из истории сотворения миров и истории магии.

— Возможно, лекарский дар — это и есть концентрация тех остатков изначальной магии, что ещё сохранились в нашем мире, — заметила Мира, отвлекаясь на бурлящую жидкость в очередной колбе. — В общем, забирай раствор, отдашь фифе — она знает, что с ним делать, уже не девочка. А мне пора работать.

— Ты хоть иногда спи, а? Пожалуйста. Ради меня.

— Да сплю я, сплю. Хватить уже со мной носиться, как с маленькой. И Даргу скажи: ни за что!

Я не стала с ней спорить, это совершенно бесполезно. Но, переодеваясь в домашнее платье, обдумывала каждое её слово. Как же мне не хватает рассудительной и спокойной Миры! Она нашла бы ответы на все те вопросы, что роятся в моей бестолковой, буйной головушке. Но сейчас подруга опьянена, одурманена новыми загадками, зельями, травами.

Очень не вовремя.

Фаульс всё не шёл, и я решила немного почитать. Книги и шубу доставили до моего возвращения с соревнований; первым делом расставила бумажные драгоценности на полке, а шубку повесила в шкаф и, каюсь, не стала запирать. Иногда подходила и касалась шелковистого, нежного ярко-рыжего меха, который имел свой маленький секрет — прилегающая к коже часть шерстинок была алой, словно роза, и вспоминала, как надетая на мою фигурку шуба во время движения превращалась в неукротимое пламя, переливающееся, грозное, безумно привлекательное.

Как не любить такую красоту?

Не выдержала. Сняла шубу с вешалки, положила на колени. Сверху — книжку.

Любовные романы всегда неимоверно увлекали и завораживали, мягкий мех под пальцами настраивал на шаловливый лад. Когда в оконном проёме появилось мужское лицо, я даже не вскрикнула. Была настроена на приключения!

Его высочество принц морской бесшумно пробрался ко мне в спальню и тут же накастовал целую гору заклятий, защищающих от всего на свете.

— Защитные сферы вижу. Но где цветы? — огорошила его вопросом.

— Цветы? — растерялся Фаульс.

— Цветы, — подтвердила я, отложив книгу, и поднялась, удерживая шубу на руках. Моё золотце должно висеть в шкафу, а не пылиться на кресле. — Ты заявляешься к девушке в непристойное время и не приносишь цветы. Как такое вообще возможно? — возмутилась я, закрыв шкаф со своей драгоценностью. А то знаю я этого чешуйчатого, ещё заберёт мою красоту, будет снова шантажировать. Нет-нет-нет, шубкой рисковать не стану.

— Ну-у-у, я ведь не на свидание, — попытался оправдаться Ульс.

— Это ты так будешь отцу объяснять, когда он спросит, что ты делал у меня ночью? — вошла я в раж. Героиня романа, который я читала, была той ещё язвой, и настроение книги поневоле передалось и мне.

— Я здесь на задании его величества. Пришёл узнать, насколько хорошо тебя принял дом, — подмигнул мне Ульс.

— Тем более стоило взять цветы. Сказал бы папуле, что действуешь по его схеме, — намекнула я на роман повелителя с фифой Лин Акройд.

— Желаешь забеременеть? — хмыкнул Ульс, падая в нагретое мной кресло и уютно там устраиваясь.

— Ночей не сплю, ага, — фыркнула я. — А теперь к делу. Вот зелье для фифы, оно покажет, беременна она или нет. Я почему-то не могу определить её состояние, что странно. Обычно дар свахи осечек не даёт.

Прикусила губы изнутри, чтобы не похвастаться, что даже беременность богини смерти увидела! Какой бы болтушкой я ни была, сдавать богиню — перебор.

— Ты её не касалась, — здраво заметил Ульс. — Если она беременна, срок настолько маленький, что без касания ни лекарь, ни сваха не увидит.

— Тоже верно. Но иногда я вижу беременность даже до её наступления. Правда, обычно это случается с истинными парами. И всё же!

— Не всё так просто, Бри. Килг — не простой морской дракон. Он вообще не дракон, если быть совсем точным. Ты ведь видела его в истинном обличье, должна была догадаться.

Я посмотрела на этого великого специалиста по намёкам. Вроде бы взрослый уже мальчик, точнее не мальчик вовсе, языку обучен, даром речи боги не обделили. Почему не сказать по-человечески: Килг — не тот, за кого себя выдаёт? Он — мерзкий и противный божок, к примеру. Дух воды. Ещё кто-то.

Кем он, кстати, может быть?

— Хвост у него был вполне русалочий. А у морских драконов хвосты как выглядят? — уточнила, потому что подводным миром никогда не интересовалась.

— Бри, он под иллюзией! Как ты не заметила, у тебя ведь есть небольшой дар?

— Откуда ты знаешь? Я никому о нём не сообщала! — От удивления я повысила голос.

— Ты знаешь, какая раса может почувствовать наличие скрытых даров? — как у маленького ребёнка спросил Ульс.

— По обрывкам сведений, то есть по слухам, дары могут распознать демоны. Но в нашем мире… — Я замолчала, вспомнив, как на втором курсе мы с девчонками вычислили в Санторе настоящую демоницу. — Они могут проникать в наш мир. Точнее, их могут проводить в наш мир высшие расы: фурии, архи, другие, о которых мы, хвала богам, не знаем, — закончила я, уже совсем не уверенная в своих словах.

— Верно, — протянул Ульс и посмотрел многозначительно, предлагая развивать мысль.

— Килг был любовником фурии. Но ведь он появился до прихода фурий в наш мир!

— Не-а. Просто из тех, кто мог его изобличить, никто не выжил.

— Это ложь, чтобы всех запутать. То есть он демон из другого мира? Выходит, он — запертый в нашем мире демон? Да? Я правильно поняла? Сейчас ведь у нас ни архов, ни фурий нет!

— Если ты к тому, может ли он вернуться на историческую родину, то ты права — не может. Демоны не способны самостоятельно путешествовать по мирам, их организмы не перестраиваются под новые миры, как человеческие. Перенести телепорт перенесёт, но не научит дышать воздухом иного мира, не защитит от болезней. Организм демона устроен сложнее вашего. Но здесь Килг по собственной воле.

— А ты… выходит, ты наполовину демон? Ульс! — шокировано воскликнула я. — Великие боги! Так вот почему он убивал всех своих жён и детей! Дети не приживались в чужом мире, они слишком слабые, а жёны… надоедали, да? Разочаровывали? Не могли подарить того ребёнка, который смог бы полноценно существовать под водой? Так?

— Да.

— А ты? — Я не выдержала, подбежала к нему, но цепляться за него не стала, как и садиться рядом. Это друга Ульса я могла ухватить за грудки. А что делать с полудемоном? Мамочки!

— А я выжил.

— Но как? Почему? То есть ты наполовину демон? Или… только не говори, что настоящий, полноценный демон. Ты — сын морской ведьмы, да? Или она тоже демонесса? Демоница? Великая, да как же называются женщины этой расы? — вскричала я в расстроенных чувствах, пытаясь переварить слишком много информации одновременно.

— Бри, Бриджит, успокойся, — попросил Ульс, поднявшись, и обнял меня. — Демоны — такая же раса, как и… некоторые остальные.

— Жестокие, кровожадные, страшные!

— Я не такой.

— Ты бракованный демон! Полудемон! Целый демон! Какой ты, Ульс?!

Я не выдержала и вцепилась в лацканы его пиджака. Заставила наши взгляды столкнуться. Не позволила юлить и выкручиваться.

Ульс горой возвышался надо мной, и теперь я смогла оценить его совсем по-другому. Мы привыкли, что драконы крупнее людей. Шире. Выше. Мощнее. Но Ульс даже для дракона слишком высокий. И из-за роста кажется худее, чем он есть на самом деле. Я-то видела его без рубашки! Там стальные мышцы, весьма внушительные!

Но высокий рост и видимую худобу мы списывали на его принадлежность к племени морских драконов, которых никто никогда не видел!

Никто.

Никогда.

Сколько лжи в нашем мире!

Куда ни плюнь — везде подлоги, обман, коварство, злость и жестокость.

И эти его прозрачные глаза. Удивительные. Морские. Как кристально чистая, прозрачная вода, которая иногда отливает зеленью, иногда лазурью, а иногда наливается багровыми закатными тонами.

А ведь глаза демонов — отражение их силы. По легендам, пришедшим из других миров, демоны иногда владеют несколькими стихиями сразу. У них могут быть разноцветные глаза. Или глаза могут менять цвет — под используемую стихию. Но вот такой прозрачный, кристально чистый взгляд — может, тоже иллюзия? Нет, я слышала о таком, и совсем недавно, но… просто не может быть.

— Ты… твои глаза…

— Я маг жизни. Как и Лаарга.

— Она бежала, оставив тебя одного, или?..

Не смогла произнести страшное. Ульс ведь сказал мне на первой нашей подводной прогулке, что предыдущую жену Килг убил собственными руками. Вдруг и с Лааргой случилось нечто подобное?

— Мы планировали уйти вместе, но удалось только мне. Я заставил её дать клятву, что она не вернётся, не станет вновь заложницей чувств.

— Великие боги, так вот почему Лин так млеет от его величества! Демоны ведь вызывают в женщинах самые яркие и… — я помедлила, смутившись, — непристойные желания. Это реакция тела. Драконы действуют по-другому. Подчиняют сознание.

— Всё верно.

Выдохнула. Теперь понятна моя реакция на самого Ульса. При первом знакомстве я случайно схватила его за руку и не почувствовала ничего драконьего, но нашла случившемуся разумное объяснение: ящер встретил избранную и теперь не представляет опасности для девушек.

Но он не ящер!

И я — не начитавшаяся любовных романов девица.

Ульс будоражит во мне различные непристойные фантазии из-за своего происхождения, своей сути. Порой в его присутствии я чувствую себя весьма неловко и страшно корю себя за неуместные при общении с другом мысли.

А ларчик просто открывался! Правду говорят: всё гениальное простое. Мы часто ищем сложные ответы, когда достаточно честно и открыто посмотреть правде в глаза.

Нужно было незаметно прикоснуться к Даргу, затем к Ульсу, и сравнить ощущения. Но кто же по собственной воле на такое пойдёт?

Я пойду. Пошла бы ради эксперимента. Под присмотром Миры, допустим.

Быстро прокрутила в голове воспоминания последних дней и наши столкновения с Ульсом. Вспомнила, как сомлела фифа при первой встрече с морским царём. Выходит, этот хитрый демон с красивыми прозрачными глазами, что сейчас смотрит лукаво, но удивительно по-доброму, явно кое-что недоговаривает.

Как обычно!

Если сверить увиденное, услышанное и прочитанное, по всему выходит, что демоны используют свои способности в отношении дам исключительно по желанию. Килг специально соблазнил фифу, не оставив ей ни малейшего шанса. А Ульс при первой нашей встрече был слишком озабочен найденными во дворце исчезнувшей расы редчайшими, даже уникальными артефактами, что не среагировал должным образом, когда я в него вцепилась!

Элемент неожиданности — страшная вещь! Живёшь себе, врёшь всем подряд, что ты дракон, вызываешь у случайно прикоснувшихся к тебе дам правильную реакцию, а тут — бац! — невоспитанная аристократка с хваткой анкилота цепляет тебя за руку и пытается оторвать от невиданного артефакта! Конечно, как тут вспомнить про соблазнительную драконью способность, когда ты весь в мечтах и вообще не здесь?

«Да уж, леди Ларс, вы производите поистине сногсшибательное впечатление!» — хмыкнула про себя. Но Ульс продолжал внимательно следить за мной, и я вернулась к первоначальной теме беседы.

— Ульс, но если Лаарга любила Килга, смогла родить ему здорового ребёнка, почему вы хотели сбежать? С виду всё выглядит достаточно… нормально. Полноценная семья из двух сильных магов, демона и ведьмы, и долгожданного, наверняка безумно любимого сына. Из-за фурии?

— Отчасти. Килг и Лаарга были красивой и сильной парой, но не могли сосуществовать вместе. Она — сама жизнь. Светлая, невероятно сильная ведьма. Не демоница, как ты подумала. — Он улыбнулся невероятно тепло и ласково. Прежде я не видела столь нежного выражения на обычно лукавом лице. — Килг же — только не пугайся, прошу! — демон кровавой мести.

— Она, наверное, болела после его визитов, — догадалась я.

— Именно. И болела сильно. Из-за него она начала свои исследования по лекарской части. Я практически вырос в её лаборатории и пристрастился к экспериментам. Она делала зелья, я — артефакты, но даже вдвоём мы не смогли полностью защитить её от воздействия его магии. Их невероятно тянуло друг к другу, но, как я понял с возрастом, с её стороны это была зависимость, болезненная и неправильная, почти полностью искусственная. Килгу посчитал её полезной для себя, для подводного мира и привязал насильно.

— Жестоко.

— Именно. Истину она узнала сама, когда изучала механизм воздействия демонов на женщин. В её лаборатории полно книг, в том числе тех, о которых Килг даже не догадывается. Лааргу любили все, помогали чем могли, шли против воли царя. Кто-то нашёл книгу из другого мира… Написанное в ней почти сломало маму. Она заперлась в доме, не выходила, ни с кем не общалась, даже со мной. Несколько лет.

— Кошмар. Ужас. Не представляю, как ей было тяжело.

— Заточение пошло ей впрок. Она излечилась от влияния демона и решила бежать, придумала отличный, как ей казалось, план. Звала меня.

Ульсу было нелегко делиться историей своей семьи. В какой-то момент он сгрёб меня в объятия, прижал к себе, опустился назад в кресло и зарылся носом в мои растрёпанные локоны.

Я чувствовала себя странно. Неловко. Немного неудобно. Но перечить не стала. Пусть выговорится. Для этого ведь и нужны друзья. А родные, безопасные и тёплые объятия нужны даже демону, особенно в такой ситуации.

— Почему ты не ушёл? — выдохнула тихо-тихо. — Килг ведь никогда не сложит с себя полномочия и не уйдёт. У демонов сын должен убить отца, чтобы занять трон, а ты — демон с магией жизни. Уму непостижимо, как так вышло. Ты не сможешь его убить. Он всегда будет у власти, всегда будет представлять опасность для Лаарги, ведь демон мести ничего не забывает. Не может забыть.

— Всё так, ты права, Бри. Килг — чудовище, но он мой отец. И чистокровный древний демон, жестокость заложена в него природой. Это ведь как ваши магические дары — кто-то лечит, кто-то разговаривает с растениями, кто-то повелевает громом. Демоны тоже не выбирают свои способности. Килг не может стать милым и добрым.

— Это, конечно, так, но…

— …но против себя не пойдёшь, — закончил фразу Ульс не так, как я планировала. — Подводный мир нуждается именно в таком правителе. Жестоком, страшном, сильном. Я мог бы, конечно, организовать переворот, объединить оппозицию под своим крылом — они только рады, поверь. Но, Бри, они не умеют быть верными. Меня бы предали сразу. Они под отца-то постоянно копают. Кто бы что ни говорил, но Килг на своём месте. Так лучше для всех нас: и для подводных жителей, и для сухопутных. Поверь, мне виднее.

— Килг знает, что ты планировал сбежать с мамой? Она вообще сбежала? И как? Неужели он её не преследовал?

Я с ума сходила от обилия вопросов, не знала, какой задать первым, не могла дождаться, когда Ульс закончит с одним из них, чтобы тут же задать второй.

Не знаю, почему он решил сознаться во всём, но лично я совсем не против. Только вот коварная интуиция шептала, что за доверие морского принца придётся заплатить высокую цену. Как бы хорошо он ко мне ни относился, но демон — это демон. Дружба с ним — всегда игра на выживание.

— Он знает обо всём, Бри. Ему несколько тысяч лет, так что все интриги и заговоры, что плетёт оппозиция, для него детские игры. Килг попал сюда из мира демонов не случайно: подозреваю, натворил дел и сбежал. А мама… — Ульс немного отстранился, взял себя в руки и продолжил более официально: — Лаарга ушла в другой мир. У нас нет возможности общаться, но я знаю, что с ней всё в порядке. А Килг её ищет, конечно. И никогда не остановится. Но пока я не претендую на трон, он слишком занят, чтобы сосредоточиться на задаче целиком и полностью.

Последняя фраза — вот, что самое главное во всём сказанном. Тон, с которым он произнёс её. Выражение удивительно прозрачных глаз.

Итак, Килг, как любой демон, не доверяет собственному сыну. И поскольку Фаульс ведёт себя нетипично — не собирает оппозицию, не пытается свергнуть и убить собственного отца, — бедному кровожадному высшему демону приходится держать ухо востро. Сидеть, словно приклеенный, на красивом жемчужном троне и бдеть. Может, надеяться, что сынок зашевелится. А затем убить его со спокойной совестью и отправиться за бывшей возлюбленной, посмевшей подмочить его репутацию.

Нет, ну шикарно!

Нужно непременно сообщить Серене. Та обожает подобные хитросплетения и непременно оценит.

— Ульс, но тогда я совершенно ничего не понимаю. Зачем этот отбор? Зачем я здесь? Объясни по-человечески. Пожалуйста.

— Это нелегко.

— Но ты должен, — с напором произнесла я. — Ты пригласил нас с Мирой в гости, однако не прошло и суток, как выселил за пределы дворца. Учитывая вышесказанное, ты нас спас. Я ведь правильно понимаю, дом Лаарги сейчас принадлежит тебе, и ты каким-то образом договорился с ним, чтобы он нас принял и защитил от Килга?

Ульс кивнул, но объяснять происходящее не торопился. Ждал, когда я своим умом дойду, видимо.

Что же, если он так в меня верит, я постараюсь.

— Миру ты убрал из дворца, так как Килг заинтересовался её выдающимися способностями по части зельеварения? — задала наводящий вопрос.

— Мира слишком тихая и спокойная, он бы ею не заинтересовался, тем более на фоне фифы. Но я понял, что Мира — твоё слабое место. Ради неё ты готова на многое. И отвлекаешься на её нужды. Проще всего было эти нужды удовлетворить в полном объёме.

— Ты оставил меня без подруги.

— Я оставил тебя бедокурить и хулиганить, чтобы ты развеялась, получила удовольствие, шокировала Килга настолько, чтобы он рад был вернуть тебя в Арратор, когда придёт время, ну и переселила жемчужниц поближе к своему поместью, — с улыбкой сообщил Ульс.

Я посмотрела на этого хитреца. И снова он соблазняет меня жемчугом, умасливает красивыми речами вместо того, чтобы дать развёрнутые ответы на мои вопросы.

— Зачем тебе я на этом отборе? — спросила требовательно и в какой-то мере холодно.

Сложно, конечно, спорить с мужчиной, у которого ты неприлично восседаешь на коленях, но я из тех людей, которые себе стараются не врать. Мне приятна такая близость с ним. В ней есть что-то пикантное и в то же время родное. Мы, конечно, не брат с сестрой, но рядом с Ульсом я всегда чувствую себя надёжно и уверенно. Даже, может, самоуверенно.

В общем, сижу и сижу. Кто вообще об этом узнает и осудит? Лично я никому не скажу!

Разве что Мире. И Таяне. И Серене, конечно, проболтаюсь. И Кори… Ой, да Корделии можно доверить личную сокровищницу, она никогда не предаёт друзей. Главное, не рассказывать нашей некро-драконице Софи: у той язык как помело, она за блестяшку Родину продаст.

— Ты нужна мне невероятно, Бри. Даже не представляешь, насколько. Мне нужен далёкий от подводных интриг и политических течений человек, который сделает непредвзятый выбор. Это требование совета. По факту, это требование оппозиции.

— Какая разница, ты или я озвучим решение? Каждый понимает, что я назову нужное тебе имя. Не понимаю логики.

Ульс закатил глаза.

— Не назовёшь. Дар свахи тебе не позволит.

До чего меня бесит это мужское самомнение!

— Да ну. Не может такого быть, — решила сопротивляться я из принципа. Ну ладно, из вредности.

— А ты когда-нибудь пробовала солгать в данном вопросе?

Ульс выглядел чуточку ехидно, и это меня раздразнило ещё сильнее. Хотелось доказать, что он не прав, но чувство справедливости не позволяло.

— Попробую, — произнесла, признавая, что не всё знаю о собственном даре. — Серена и Эйнар не… не… не… Они созданы друг для друга. О-о-о!

— Я был прав.

— А я и не отрицала. Лишь проверила твои слова, поскольку не владела полной информацией о своём даре. Эксперимент удался. Ты прав. Теперь рассказывай дальше. Кому нужна моя правда? Неужели оппозиция безоговорочно примет мой выбор?

Я едва не прыгала на его коленях. Затем сообразила, что это выходит уже за рамки даже моей бессовестной натуры, и попыталась осторожно переместиться на пол, но лже-дракон вернул меня назад, ещё сильнее прижал к себе.

— Примет. По сути, Бри, твой дар — благословение для подводного мира. Если бы ты отказалась и не прибыла на отбор, началась бы кровавая бойня.

— Она и так началась! — Вздрогнула от воспоминаний этого утра.

— Это ерунда. Девчонки развлеклись и потешили своё самолюбие, показали, на что способны. Испытание шокировало лишь вас с фифой. Если бы я сделал выбор самостоятельно, и кто-либо из совета наморщил нос, проявляя недовольство, от его рода не осталось бы и следа. Точнее, напротив. Остался бы кровавый след. Ненадолго. Килг не приемлет сопротивления. Пригласив тебя, я спас как минимум несколько родов — Авроры, Каси, Леюшки, да почти всех девчонок. Они не умеют сдерживать эмоции и точно бы пострадали.

Вот тебе и два демона у власти — один хочет всех убить, второй — всех спасти. Не знаю, плакать или смеяться, честное слово.

— Не хочу показаться эгоистичной, но ты ведь меня знаешь…

— Ты не так эгоистична, как думаешь, — с усмешкой заметил Ульс. — Ты вообще не эгоистична, Бри. Ты очень добрая и светлая. Немного балованная. Но чудесная.

— Спасибо. Но комплиментами ты не отделаешься.

— Цветы? Конфеты? Шубы? — хохотнул он, притянув меня к себе и вновь погрузив в это подозрительное состояние лёгкого возбуждения.

— Во-первых, отпусти меня.

— Никто не видит.

— Ты демон! Великие боги! Ульс! — дошло до меня с огромным таким запозданием. — Так ты вообще не дракон! Ни капельки! Мамочки!

— Да ты что? Надо же! — очень натурально удивился этот паршивец.

— Получается, тебя можно спокойно касаться, главное — чтобы ты не использовал своё… Я не знаю, как там демоны искушают дам?

— Показать?

Вырвалась, отскочила подальше от этого мурлыкающего гада. Затем и вовсе спряталась за диваном, ещё и подушку вперёд выставила, словно она могла защитить меня от напора чудовищно сильного создания.

— Держись от меня подальше, извращенец! — рявкнула строго.

— Чего это я извращенец? — притворно обиделся Ульс.

— Потому что! — объяснила я со всей доступной мне логикой.

Ульс двинулся в мою сторону, демонстрируя открытые ладони — мол, смотри, какой я весь безопасный, совсем не страшный и вообще лапочка. Только меня не пронять!

— Стой! Я уже поняла, что всё происходящее с тобой — фикция. Притом ещё час назад. Но сейчас вдруг дошло окончательно. Я ведь ничего не знаю про демонов. У вас бывают избранные или истинные пары? Предначертанные? Ещё какие-нибудь? — затарахтела я, пытаясь остановить приближение внушительной фигуры. С опасными соблазнительными способностями!

— Нет. Мы сами строим свою судьбу.

— У, — протянула я, наморщив нос. — Неинтересно.

— Напротив. Элемент неожиданности делает любые отношения пикантнее.

— Так, стой где стоишь! — приказала я грозно, когда он сделал ещё пару шагов.

Ульс поднял руки вверх, но выглядел так, словно сейчас умрёт от смеха. Ну что за чудовище? На него ни накричать нельзя, ни поссориться с ним. Какой-то он слишком идеальный и классный!

Мамочки, что я такого тут себе навыдумывала? Конечно, он не классный! Он вообще полудемон! С ведьмовской силой.

Демон с магией жизни — да я бы ни в жизнь до такого не додумалась!

Меня затрясло от смеха.

— Что такое? — не понял он внезапную смену настроения у прекрасной меня. — Чего хохочешь? Я тоже не против посмеяться.

— До меня только что дошло, что ты кровожадный демон с магией жизни. Скажи кому — не поверят! — всхлипывая и в прямом смысле загибаясь от хохота, выдала я. — Ой, не могу.

— Я не кровожадный, — заметил Ульс. — У меня вообще совершенно иная магия, отличная от отцовской.

— Какая? Заставлять людей корчиться в муках от хохота? — пошутила я.

— Что-то вроде того, — подозрительно довольно мурлыкнул Ульс, и желание хохотать испарилось, словно его и не было.

— Ты плохой демон? — задала я дурацкий вопрос. О чём тут же пожалела.

— Ну что ты, я белый и пушистый, милый и мирный демон, — ответил мне этот…

И как его теперь называть? Я уже привыкла величать Ульса «драконищем поганым», «ящером», «чешуйчатым злыднем». Про себя, конечно. Теперь, выходит, придётся придумывать новые прозвища.

— Ладно, сделаю вид, что поверила. И всё равно я эту информацию из тебя вытрясу.

— Для личного пользования, — вставил Ульс. — Я доверился тебе как другу и рассчитываю, что ты сохранишь мою тайну.

Мой шумный, ужасно несчастный вздох, должно быть, услышали на суше. Тайны — это определённо не моё. Нет, я их умею хранить. Правда-правда. Но только совместно с кем-нибудь надёжным! С надёжным десятком-другим подруг!

— Ты демон издевательств над болтливыми девушками, — заклеймила я его раз и навсегда. — Самый жестокий и бесчеловечный.

— Хорошо, можешь поделиться с Мирой, если она выйдет замуж за Дарга. Он в курсе. А она умеет хранить секреты, ты сама говорила, — смилостивился демонюка, сделав ещё один маленький шажок в мою сторону.

— Спасибо. Но я пока не стану торопиться разжаловать тебя из ранга самых жестоких. А пока давай вернёмся к нашему главному вопросу — что делать с фифой, если она беременна?

Ох, надеюсь, мысли о беременности немного охладят этого негодяя. Вон какие широкие уже зрачки. Да и я дышу гораздо чаще обычного. Всё-таки демоны — не самые надёжные собеседники. В книгах о них пишут охотно и много, и всё описанное ужасно напоминает правду!

Они действительно такие… такие…

Колени дрогнули, ослабели. Руки безвольно упали вдоль тела…

Так, стоп!

Потрясла головой. Нахмурилась. Мой собеседник сделал вид, что вообще здесь ни при чём и ничего не заметил. Сама деликатность! Гад рогатый!

Ой, а рога у него есть? Может, именно поэтому он никогда не представал предо мной в истинном облике?

— Уверен, это уже случилось, и потому Килг надел на неё защитный браслет. Это древнее изобретение, оно поддерживает её здоровье, защищает от ядов, проклятий и много чего ещё.

— От моего внимательного взора тоже. Я не увидела, беременна она или нет, потому Мира сделала специальное зелье. Передай ей его, пожалуйста, прямо сегодня.

Я прошла к шкафчику, куда убрала пузырёк, а когда обернулась Ульс стоял почти вплотную и протягивал руку. Длинные, красивые пальцы осторожно забрали флакон с зельем, не коснувшись моих подрагивающих от возбуждения пальцев, и я заподозрила неладное.

— А чего это ты меня не касаешься? — спросила, прищурившись.

И без стеснения отбежала на несколько шагов в сторону.

На всякий случай! Мало ли!

Тут с драконами-то еле уживалась, теперь ещё с демонами учиться контактировать! Вернусь в академию Сантор, попрошу зачесть это приключение как практику по налаживанию контактов с особо опасными расами.

— Ты ведь впечатлительная, красивая девочка и наверняка вообразила, как сильно я на тебя действую в роли демона, — поигрывая бровями, сообщил лорд Коварство. — Так что показываю всеми силами, насколько оберегаю тебя от самого себя. Хотя я совсем не страшный.

— Очень смешно! — фыркнула я, хотя именно так и подумала. И вообразить успела многое! Но кто же в таком признаётся? — Так что будем делать с фифой?

— Если она потеряет дитя, он её убьёт.

От его жестоких, но правдивых слов меня точно прошило электричеством. Глаза распахнулись в ужасе.

— Лин не заслужила такого. И она — друг его высочества Эйнара. Нельзя допустить, чтобы…

— Бри, Килг плевать хотел на добрососедские отношения с сухопутными. Это вам нужен безопасный морской путь, не нам. Для вас это заведомо проигранная война. Ты ведь понимаешь, что он может всю питьевую воду спрятать в специальные полости под землёй? Далеко не каждый водный маг сможет пробить скважину и выкачивать воду для населения. Погибнут растения, животные, следом и люди.

Я застыла, глядя в напряжённое и сосредоточенное как никогда лицо морского принца.

Он говорил не угрожающе, лишь сообщал порядок возможных действий отца, которого хорошо знает.

— Ты ведь понимаешь, что мы можем призвать архов? — спросила тихо.

— Архам путь в наш мир заказан, и ты об этом знаешь, — напомнил Ульс о недавних событиях, в ходе которых богиня Мори изгнала могущественную древнюю расу, запретив им совать любопытный нос в наши дела и забирать магически одарённых девушек в качестве оплаты за труды тысячелетней давности.

— Император архов не прочь на мне жениться, — произнесла я тихо-тихо. И ещё тише продолжила: — Если я соглашусь, богиня позволит ему прийти на какое-то время. Император архов готов был мне достать Жемчужный дворец и подарить на свадьбу, и если я попрошу изгнать в другой мир Килга и его приспешников, он это сделает с превеликим удовольствием.

От подобной перспективы стало дурно. Нет, я не боюсь архов и их порядков. И приблизительно знаю, чего ожидать. Да и в себе не сомневаюсь — я из тех людей, что всегда придумают, как применить свои таланты и хорошо устроиться.

Но Ульс… Я не желаю ему ничего плохого. Совсем не желаю. Напротив!

С подругами и родными расставаться надолго или даже навсегда тоже не хочу.

Но если они прижмут меня к стенке, придётся. И я это сделаю. Никуда не денусь.

— Я знаю, Бри. Именно поэтому Мира в безопасности. А фифа Лин Акройд тебе не подруга, ты не пойдёшь ради неё на подобное. Ты способна перегрызть любому глотку только за дорогих тебе людей. Или за весь Арратор.

Он прав. И, как оказалось, хорошо меня изучил.

Только вот фифа Лин Акройд оказалась дамой непростой и весьма самостоятельной! На следующий день исчезла без следа.

Из-под многочисленной стражи.

Из-под взора могущественного тысячелетнего демона.

И куда пропала, никто не догадывался и не мог догадаться. Кроме меня. Но это та тайна, которую я ни за что не сообщу никому, тем более Ульсу. Потому что он демон, а демонам доверять нельзя, это знает каждая порядочная девушка. Даже после тех его слов, о которых буду вспоминать до конца моей жизни, потому что ничего более романтичного я ещё не слышала!

Прикрыла глаза и словно наяву увидела приближающегося ко мне Ульса. Высокий, красивый, невероятно строгий и серьёзный… Он говорит страшные вещи, но завершает речь так, что хочется броситься ему на шею. Обнять крепко. Впиться в твёрдые, тёплые губы бешеным поцелуем.

— Ты способна перегрызть любому глотку только за дорогих тебе людей. Или за весь Арратор, — произносит он. — А я… — он делает паузу, но не останавливается, приближается вплотную, сильными руками обнимает мою талию. — А я убью за тебя, Бри. Любого. Даже против собственной сути.

Глава 18. Таинственное исчезновение фифы Лин Акройд и его последствия

Я не знала, как можно доверять Ульсу после его признаний. Он по-прежнему оставался моим другом, тем, с кем можно посмеяться, обсудить проблему, но он не мог оставаться моим доверенным лицом. Демоны — не та раса, совсем не та раса.

Но самое страшное — я не могу доверять себе в его присутствии. Потому что остановить разыгравшуюся фантазию удалось с трудом.

Ульс словно понял, что мы на краю обрыва. Отступил сам. И видно было, что решение далось ему с трудом. И на этот раз я точно знаю, почему он так сдержан. Ради моей безопасности. Мира — моя слабость точно так же, как я — слабость самого морского принца. И, уверена, Килг это осознал раньше нас обоих.

Мы не смогли договорить. Обсудить всё, что собирались. Наметить планы. Но я узнала так много тайн, что переварить их оказалась не в силах. Упала на кровать, стоило только Ульсу откланяться и удалиться через окно. Закрыла глаза. И не успела успокоиться и уснуть: когда посреди ночи в холле раздался дикий грохот, я выскочила на лестницу и всем запертым в спальнях любопытным громко сообщила, что это я, сонная и бестолковая, споткнулась и упала.

Лишь затем я увидела растрёпанную и мокрую фифу.

Лин Акройд выглядела необычно и непривычно. Я даже не сразу её признала. Было ощущение, что вместо журналистки вижу свою мамулю. Эта коварная женщина изменила цвет волос и глаз на мои, видимо, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Выглядите шикарно! — шёпотом сделала я ей комплимент.

— Бриджит, здесь безопасно? — прошептала она, испуганно озираясь по сторонам. — Я в бегах!

— Невесты заперты, Мира в лаборатории, дом говорит только со мной и Ульсом, но он не сдаст.

— Знаю, принц в тебя влюблён по уши и не станет мешать, — скороговоркой проговорила Лин и прямым ходом направилась в кухню, безошибочно вычислив её по запаху запечённого с травами и овощами мяса.

— Не говорите глупостей, — отмахнулась я, так как уже обдумала тот самый «романтичный момент».

Это не любовь. У Фаульса слишком развито чувство долга перед народом подводного мира и перед друзьями. Он меня сюда пригласил, чем подставил, теперь мучается и пытается повернуть ситуацию в наиболее безопасную сторону. Да и если бы любил, сказал бы прямо. Ведь так?

— Никогда этим не страдала, — отрезала Лин в своём неподражаемом стиле. — Мне нужна еда, одежда и выход на поверхность. Чёртов Килг…

— Какой? — удивилась я.

— Это ругательство из моего мира. Ты ведь знаешь, что я не из Арратора, — уверенно заявила она.

— Знаю.

— Вот и не удивляйся. У меня иногда проскакивают незнакомые вам слова, обычно когда я устала, расстроена или шокирована. Такое случается раз в сто лет, но Килгу удалось меня удивить, — поделилась Лин, выгружая из холодильного ларя остатки ужина.

— Вы узнали, кто он?

Лин почти по талию находилась в холодильной камере, так что ответила не сразу. Возможно, обдумывала, что мне стоит сообщить, а что нет.

— Этот дракон какой-то неправильный, Бри. Давай на «ты», ладно? У меня нервный срыв, вообще не до этикета.

— Я только «за». Мы и были на «ты».

— Так вот, не знаю, в курсе ли ты, но я уже была замужем, неудачно, кроме того, я не могу иметь детей. Точнее, в том своём мире не могла. Здесь можно было сходить к её высочеству Серене и попросить меня подлатать, она бы не отказала. Но мы нормально познакомились после того, как она понесла своих драконят, так что совесть мне не позволила отвлекать беременную женщину на свои болячки.

Фифа так и не села за стол, начала есть стоя у ларя, удерживая тарелку на весу. Видно было, что она невероятно голодна, настолько, что даже не пытается вкушать пищу хотя бы относительно изящно. Но я её не виню. Сама до сих пор в шоке от полученной информации. Не представляю, каково ей!

— Понимаю, — вставила, деликатно не обращая внимания, что кое-кто говорит с набитым ртом. — Но от Килга вы… ты забеременела.

— Да, чёрт возьми! Да! — закричала Лин. Затем вздрогнула всем телом, испуганно посмотрела на дверь.

Чуткий и заботливый домик тут же продемонстрировал нашему вниманию толстую перламутровую защиту и, как мне показалось, подсветил её в укор мне, недогадливой. Ведь в первую очередь стоило наложить сто слоёв различных пологов, затем беседовать. Лин тоже пребывала не в самом своём адекватном состоянии, и не сообразила.

А ведь мы должны были поставить защиту машинально!

Правду говорят, что эмоции мешают жить. Иногда — чрезмерно.

— Спасибо, милый домик, — произнесла я, погладив шершавую тёплую каменную кладку. — Ты самый лучший!

— Ты на самом деле разговариваешь с домом? — удивилась Лин, округлив непривычно голубые глаза. — Думала, фигура речи. Как занимательно. Впрочем, мне всё равно. Бри, я должна отсюда выбраться. Я пробралась в кабинет Килга, порылась в кое-каких документах. Ты не поверишь, но у него есть планер!

— Что есть? — вновь не поняла я.

— Господи, да как же это у вас называется? — раздражённо выдохнула она. — В общем, книга со списком дел! Не важно!

— Что вы там нашли?

— Архивные записи. И я просто в шоке — он был женат раз двести! У него отдельный журнал, в котором записаны все его женщины! Все, Бриджит! И на всех он женился! И на мне собирался!

— Какой… п-порядочный, — запнулась я, подбирая слово.

— Это слово применимо к нему только в одном случае — если называешь его порядочной сволочью! — в сердцах высказалась Лин. — Почти всех своих жён он убил. Остальные умерли своей смертью. И знаешь, что там написано? Про тех счастливиц, что умудрились умереть без его участия?

Лин выглядела возбуждённо, и это её возбуждение сильно отдавало сумасшествием. Мне стало не по себе, но я попыталась войти в её положение и понять, до чего ей сейчас непросто, плохо, горько и больно. Понятно, отчего она не может сдержать эмоции. Ситуация, мягко говоря, нестандартная. Даже такая железная леди, как фифа, может дать слабину.

— Что там написано?

— Что он недоволен! Он недоволен и сожалеет, что они умерли не от его рук, ведь ему было за что им отомстить! Там к каждому случаю прилагался список на три листа! Ты понимаешь, Бри? Понимаешь? — едва удержавшись от крика, потребовала ответа испуганная и шокированная женщина.

— Он ненормальный? — выдохнула я, не сразу сообразив, что это вполне естественное поведение демона кровавой мести.

— Да! Псих! Маньяк! Серийный маньяк, убийца! Господи, какой кошмар! Как я умудрилась в это всё вляпаться? Сидела бы в редакции, печатала сплетни! Великие боги!

Несчастная фифа отставила тарелку и вцепилась в светлые локоны. Никогда прежде не видела я столь честных, неподдельных и бурных эмоций. И весь этот бешеный коктейль невозможно было перечислить: боль, ярость, злость, страх!

— Он демон. Демон кровавой мести. Я сегодня узнала, — сообщила страшную тайну Килга расстроенной журналистке.

— Отлично! Просто замечательно! То есть мне от него не сбежать?

Лин поникла. Сильная, уверенная женщина словно стала ниже ростом. Осунулась. Проявила слабость. Буквально на мгновение.

И тут же выпрямила спину, приподняла подбородок, сосредоточилась. Умница!

— Учитывая, что вы владеете магией телепортов, шанс есть, — деликатно заметила я. Делать вид, что не знаю, кем и как она работает на самом деле, не стала. Я дружу с её нанимателем, его высочеством Эйнаром, мужем моей подруги Серены, для неё наша дружба — не секрет.

— Телепорты, к сожалению, под водой работают неисправно. Кроме того, я не могу телепортироваться наверх, так как тут же умру. Мы находимся слишком глубоко под водой, а возвращение на сушу должно быть постепенным, чтобы организм перестроился, — сообщила мне Лин то, что я и так знала. — И напоминаю: мы перешли на «ты».

— Прости, не привыкла ещё. Пойдём!

Я подскочила со стула, на котором сидела, пока Лин жадно поглощала пищу, и направилась к ближайшей стене.

— Подожди, нужно уничтожить следы моего пребывания в вашем доме, — проявила разумную осторожность Лин, словно не она несколькими мгновениями ранее постоянно срывалась на крик, рискуя выдать своё присутствие.

Лёгкими касаниями магии она прошлась по всей кухне, затем выглянула в холл, где тоже навела порядок, и лишь после этого вернулась ко мне, всячески демонстрируя готовность идти, куда я поведу. Без расспросов! Удивительная женщина!

Я приложила руки к тёплой стене дома, мысленно попросила проверить и уничтожить следы Лин в холле и кухне, если они всё же остались, и провести нас наверх.

Стена послушно открыла нам проход. Мне показалось, что в этот раз путь наверх занял гораздо больше времени, и ощущения меня не обманули. Вместо одинокого куска скалы в безбрежном океане мы с Лин увидели милый каменистый пляж, освещённый лишь тусклым светом луны.

— Нужно было взять Миру и не возвращаться под воду, — первое, что сказала Лин на суше.

— Нельзя. Мы должны качественно прикрыть твой отход.

— Я сейчас в Арратор, потом сбегу в другой мир. Может, к архам. Мне передать что-нибудь Нарну или, может, Серене и Эйнару? Твоим родителям?

— Нет. Беги. Не задерживайся нигде. Килг по доброй воле заперт в нашем мире, так что у тебя есть шанс. Беги туда, где никогда не слышали о демонах. Никогда! — взбудоражено посоветовала я.

— Точно никому ничего не сообщать?

— У тебя нет на это времени, Лин. А у меня есть способ связи с внешним миром. Не очень надёжный, но есть.

— Я тебя недооценила. Ты молодец, — похвалила Лин, открыв голубую арку телепорта. Она уже почти вошла в него, как вдруг отступила и обернулась: — Бриджит, если тебе тоже придётся сбежать в другой мир, никогда не иди к архам. Никогда! Обещай мне!

— Почему? — удивилась я не на шутку, ведь и сама журналистка озвучила именно это направление для побега.

— Я уже опытная дама и знаю, как обращаться с мужчинами. Хоть иногда и попадаю впросак. — Она грустно и самокритично хмыкнула. — Но тебе делать в мире архов нечего. Они хуже Килга во много раз, поверь.

— Но что же мне делать? — выпалила я, как обычно не подумав.

— У Эйнара есть координаты моего мира. Если захочешь настоящей свободы, прогуляйся туда. И, Бри...

— Да?

— Спасибо тебе!

Она не стала ждать вежливого ответа, нырнула в арку телепорта, я же вернулась назад, притом куда более быстрым путём. Видимо погружаться под воду можно быстрее, чем возвращаться на сушу. Или дом так спасал нас от преследования, не знаю. Да и сил нет разбираться. Единственное, чего я сейчас хочу по-настоящему, — упасть и заснуть.

Стоило только вернуться и лечь в постель, как за окном раздался ор. И в голове тоже! Крабы требовали пустить их в дом незамедлительно. И не только их.

Недовольная, я выползла из-под подушки и, сладко зевнув, отдала дому команду пропустить всех желающих, сама же вышла им навстречу, надевая халат. И никак не ожидая, что несколько десятков стражников во главе с самим царём морским уже находятся внутри!

Сонно похлопала глазами и сделала шаг назад.

— Здравствуйте, — произнесла вежливо, хотя находилась в ужасном положении. На мне лишь тонкая ночная сорочка и такой же тонкий шёлковый халатик, полы которого не прикрывают щиколотки. Позорище! Почему я не надела халат из толстой, грубой ткани? А лучше — домашнее платье!

— Где она? — спросил охранник, стоящий ближе всего ко мне.

— Кто? — стараясь подавить рвущийся зевок спросила я, но не выдержала, прикрыла рот рукой. Организм настоятельно требовал отдыха и сейчас словно нарочно подставлял. С другой стороны, я выгляжу только проснувшейся, что мне на руку. И Лин тоже.

— Ваша журналистка, вот кто! — заорал Килг так громко и страшно, что в доме, кажется, даже похолодало на несколько градусов. Не любят его здесь. Ой как не любят. Сам дом его не выносит, ощущаю всей сутью.

Сделала шаг назад и скрестила руки на груди, прикрывая пышную грудь. Я, конечно, люблю быть в центре внимания, но исключительно в одетом виде. Охраннички же, бесстыжие, не скрывали, куда пялятся. Один лишь Килг смотрел на моё лицо. И благодаря его спутникам оно преисполнено смущения.

— Я… я не понимаю, — пробормотала, заикаясь, но затем изменила политику. Включила капризную девицу: — Фифа осталась в Жемчужном замке, а мы с девочками заперты в лачуге морской ведьмы совсем без слуг, без друзей, без возможности путешествовать и принимать гостей. Что ей у нас делать?

— Где девицы? — рявкнул Килг.

Так, переигрываю.

— Заперты в своих спальнях. Выпустить? — спросила немного испуганно и сделала ещё пару шагов назад. — Вы позволите мне вернуться в свою спальню и переодеться? Прошу вас.

— Ждать здесь! — приказал он грубо. И с ватагой сторожевых акул, ну или кто они там, отправился прочёсывать дом.

Девчонки злились, орали и сопротивлялись мужскому произволу, но, услышав голос повелителя, мигом присмирели. Их выгнали из спален, потому мы все дружно направились в кухню, где заварили чай и сделали бутерброды. Притом на голодные взгляды мужчин ехидно отвечали, что они при исполнении и не должны отвлекаться на позывы организма.

— А то у ваших организмов не останется никаких позывов, — заявила добрая Леюшка.

— Да и организмов не останется. Пойдут на корм донным рыбкам, — с милой улыбочкой добавила Кася.

Я пила чай и прислушивалась к происходящему, а потому отчётливо поняла, что мы в чём-то прокололись.

— Живо привести её сюда! — заорал Килг так, что на столе заплясала посуда, а одна чайная пара вовсе грохнулась и вдребезги разбилась.

— И почему мне кажется, что это по твою душу, леди сваха? — с жестокой ухмылкой произнесла Леюшка.

— Понятия не имею. Я так же, как и вы, спокойно спала в доме и если и путешествовала, то только в красивых романтических снах.

Леюшка накаркала. Охранники пришли именно за мной.

Я сделала глоток чая, с гордо поднятой головой поднялась и прошла на выход.

Килг стоял во дворе дома, который был освещён белоснежным магическим светом так ярко, что я поморщилась.

— Вы хотели меня видеть, — произнесла, склонившись в традиционном подводном реверансе.

— Мы нашли записку в кармане вашего платья. Объяснитесь, — потребовал он.

— Записку? — удивилась я, приняв вертикальное положение и подняв голову. В руках морского царя был белоснежный листок. О котором я напрочь забыла! — Клянусь жизнью, ваше величество, я не имею ни малейшего представления, что написано в этой записке. Если в ней вообще что-то написано. Видимо, кто-то подложил мне её. Другого объяснения не вижу. Я готова подтвердить свои слова клятвой на артефакте.

Смело и решительно посмотрела в страшное в своей ярости лицо Килга. Я уверена в своих словах и ничего не боюсь! Вот так!

Он протянул руку с запиской, но держал её в перевёрнутом кулаке. Ничего не понятно! И чего он от меня хочет?

— Мне… взять записку? — произнесла, протянув руку навстречу его огромной лапе.

— Прикоснись к рубину и дай клятву, — велел он с таким выражением лица, словно камень через мгновение испепелит моё лживое тело.

Я проделала необходимое, ещё сильнее распрямила плечи и всерьёз задумалась, как стоит поступить. С одной стороны, ужасно интересно, что написано на клочке бумаги, из-за которого я только что рисковала жизнью. Сформулируй я по-другому одну из фраз — и, чувствую, остались бы от Бриджит де Ларс ножки да рожки. С другой стороны, страшно бесить Килга.

Но когда я проявляла трусость?

— Простите моё любопытство, ваше величество, но вы не откажете в любезности? — начала я, вновь протянув руку в сторону записки. — Я так понимаю, записка или написана моим почерком, или адресована мне, верно?

— Верно, — подтвердил Килг, не уточнив, какое из утверждений имеет в виду.

— Вы позволите ознакомиться с содержимым?

— А вы не догадываетесь? — Жестокая и холодная интонация пробирала до костей, но я держала спину прямо и не собиралась давать слабину в присутствии морского царя. Хотя мне было не просто страшно — жутко.

— Подозреваю, записка связана с исчезновением фифы Лин Акройд. Если это так, я бы хотела её прочитать. И мне необходимо сообщить в Арратор о случившемся. Так ведь положено, да? — спросила дрожащим голосом.

И да, позволила неуверенности отразиться на лице, надеясь, что Килг считает моё беззвучное послание: «Я ещё молодая девушка, не дипломат, совсем не умею вести важные переговоры на уровне глав государств, да и не являюсь главой. Мне страшно, я не знаю, что делать и куда бежать. Пожалуйста, помогите!»

— Не беспокойтесь, леди Ларс. Уверен, фифа найдётся в ближайшие несколько дней, и вам не придётся сочинять сложные деловые письма, — утешил меня Килг неожиданно умиротворяющим голосом. Убаюкивающим! Я едва не уснула как боевая лошадь — на ходу. — У меня к вам лишь один вопрос, после которого вы можете спокойно вернуться ко сну. Где леди Ройс?

Любая другая на моём месте упала бы в обморок сразу после вопроса. Меня же спасли дикая усталость, недосып и снотворные демоновы речи, из-за которых я едва держала глаза открытыми.

До меня просто не сразу дошёл смысл вопроса! А когда дошёл, в ответе уже не было смысла.

— Здравствуйте, ваше величество, — поздоровалась с иголочки одетая Мира. — Приношу свои извинения за доставленные неудобства. Я была в… простите, это неприлично… У меня небольшие проблемы со здоровьем. К сожалению, организм никак не может привыкнуть к жизни на глубине, и зелья не помогают.

Мира приложила руку к животу и покраснела ещё сильнее.

— Вы тоже не видели журналистку? — спросил Килг.

— Клянусь своими экспериментами, что последний раз видела её в Жемчужном дворце, — с готовностью сообщила Мира. — Я в настоящее время особо ни с кем не общаюсь. И прежде с фифой мы не были подругами.

— Клятвы экспериментами достаточно, — неожиданно по-человечески хмыкнул Килг и вышел за пределы освещённой зоны, по всей видимости направившись во дворец. Или ещё куда-то.

— Фифа пропала, да? — спросила Мира, не стесняясь подглядывающих из окон невест и окружающих нас охранников, которые всё ещё прочёсывали территорию, в том числе и вокруг дома.

— Сама в шоке, — ответила честно. — Но она у нас дама взрослая и самостоятельная, так что убиваться её отсутствию я не буду. Пойдём спать. Завтра второй этап испытаний. Надеюсь, фифа найдётся в библиотеке Жемчужного замка — я бы на её месте не упустила свой шанс.

Громко зевнула и решительно направилась в спальню, волоча за собой не сопротивляющуюся Миру. С этой девушкой я разберусь утром. А вот дом, который заставил её выйти из лаборатории, непременно похвалю сегодня!

Глава 19. Грандиозные планы и их реализация

Иногда достаточно поделиться проблемой, чтобы она стала не такой страшной.

Воспользовавшись тем, что Мира выбралась из любимой лаборатории и способна воспринимать информацию, я быстро увела её в свою спальню, где рассказала обо всём случившемся. Кроме ситуации с фифой Лин Акройд. Не потому, что боялась за Лин и хотела сохранить её тайну, нет. Мире можно доверить что угодно. Но сейчас моя главная задача — обеспечение безопасности самой Миры, ведь Килг — не просто злой и ужасный царь подводного мира, он демон кровожадной мести, а значит, не умеет прощать. Никого и никогда. Мире лучше не участвовать в этом деле вообще, и ради неё я буду молчать.

Мысль пристроить подругу в заботливые руки мамы повелителя драконов, которой сам демон нипочём, если речь идёт о возможном долгожданном браке любимого сынули, манит всё сильнее. В битве титанов я бы однозначно поставила на драконицу.

— Мира, я бы хотела, чтобы ты приняла приглашение Дарга и отправилась в Баррагор, — закончила я свою пламенную речь. Хотя она скорее водянистая. Я буквально захлёбывалась словами и эмоциями, делясь накопившимся. — Побег фифы поставил нас под удар, но уйти домой мы не можем. Однако у тебя есть возможность выйти из всей этой истории без лишних проблем.

— Не можем, — согласилась Мира, обдумывая идею. — Но я не готова расстаться с лабораторией. Здесь столько сведений! Столько ингредиентов! Бри, ты не представляешь, насколько я хочу остаться! — вновь завела она шарманку.

— Жить под водой? — Я не скрывала скепсиса и даже скривилась от подобной перспективы. — Ты понимаешь, что Килг здесь на веки вечные? Ничего не изменится.

— Нет, жить под водой я не хочу. Я хочу эту лабораторию, — твёрдо произнесла обычно тихая и спокойная леди Ройс. — Честно признаться, не верю, что все научно-исследовательские академии Дааярда способны заменить её одну. Она великолепна!

— Может, просто проверишь, что там у драконов? Одним глазиком, а? Ради меня. Я уже всё узнала! Дарг не ночует в Жемчужном дворце, всегда возвращается домой, у них настроен прямой переход, так что ты при желании можешь ходить с ним туда-сюда. Кстати, сам Ульс восхищён их лабораториями, очень хвалил. Умоляю, прими приглашение на бал в Баррагоре и останься там с визитом хотя бы на несколько дней. Для твоей же безопасности. Только потребуй личный защитный браслет от повелителя драконов, на него вряд ли действует обычный! — опомнилась я, сообразив, куда собираюсь отправить лучшую подругу.

В логово красавцев, помешанных на чистых-невинных леди!

Хм, может, присоединиться?

Жаль, не могу. В подводном мире именно я — приглашённая звезда. Мира и Лин, по сути, могут делать что хотят, мне же придётся выбрать невесту для Фаульса, и лишь потом я смогу расстаться с зубастым сообществом.

Настроение внезапно сильно испортилось. Не отвлекали даже матримониальные планы пристроить повелителя драконов в нежные руки подруги. Да и, надо признать, в глубине души я уверена, что ничего у них не выгорит. Просто хватаюсь за соломинку, пытаясь спасти подругу от Килга и подводного общества, которому не доверяю ещё больше, чем драконам.

Как всё-таки несправедливо устроена жизнь. Бедный Ульс вынужден жениться для того, чтобы заткнуть оппозицию. Точнее, чтобы спасти этих дурных оппозиционеров от собственного папули, который не выносит никакого сопротивления. Столько семей может пострадать из-за амбиций их глав.

Неожиданно поняла, что мне совсем не жаль незнакомых осьминогов и акул, рвущихся к власти. Я вообще им не сочувствую и никак не могу начать воспринимать так же, как остальных живых созданий. А если вдруг даю слабину, то начинаю заботиться о тех же невестах. Они же моментально умудряются разочаровать меня и заставить пожалеть о хороших мыслях и поступках в их адрес.

Хотя Аврору я обязана познакомить с братом Серены. Чувствую, что должна. А он, кажется, как раз в столице драконов. Серена говорила, что встречала его там: он то ли дипломат, то ли агент, то ли всё вместе взятое.

Всё-таки нам нужно в Баррагор. Сердцем чувствую. И не только им. Есть ещё более точное мерило, не называемое в приличном обществе. То, на котором сидят.

В голове вызревает план. Ужасно дерзкий, отчасти неприличный, сумасшедший и дикий, но рабочий!

Взбудораженная, подбежала к стене и начала вливать в дом бьющую фонтаном энергию. Вдруг потом не будет возможности его поблагодарить? Если повезёт и всё получится, я очень быстро окажусь на свободе. То есть в любимой академии Сантор, конечно.

Прижалась лбом к тёплому камню, поделилась идеей, извинилась на случай, если не смогу вернуться; намекнула, что, если он будет рад меня видеть, достаточно лишь сделать ещё один выход на поверхность — во владениях моего рода. Показалось, дом хихикал. Что неудивительно, его ведь создали ведьмы. Дамы с потрясающим чувством юмора.

Мира сидела на моей кровати, пила отвар из горьких трав и думала, кусая губы. Казалось бы, простой выбор: одна лаборатория здесь или много — в Дааярде. Но содержимое играет главную роль. Есть ли у драконов книги из других миров? Есть ли травы? И главное — сейчас у неё под рукой имеются зелья Лаарги, она радостно разбирает их на составляющие и записывает необычные рецепты, которых нет ни в одной книге. И ведь их не вынести! Магией прибиты, прикручены, приклеены к дому.

Вспомнила, как Мира прощалась с лабораторией в мире архов, куда мы загремели вместе с Таяной и Сереной, выполняя задание академии Сантор на втором курсе. Такого разочарования я в жизни не видела. Она не хотела уходить и готова была проститься с лучшей подругой, с семьёй, с родными землями и возложенной на неё ответственностью единственной наследницы рода, что для любого аристократа — наивысшая ценность.

Мира — прирождённый зельевар. Это её призвание. Её дар. Её страсть.

Может, я не права, что заставляю её уходить?

Стена, в которую я перекачала всю лишнюю энергию и добавила немного своей, нагрелась, привлекая внимание. Так, дом хочет дать подсказку.

С готовностью приложила лоб к тёплому мрамору и открыла сознание, выбросив посторонние мысли.

Картинка, картинка, картинка.

Глаза мои вспыхивают восторгом, и я вливаю часть личного резерва домику в качестве благодарности. Низкий поклон, так сказать.

— Всё, я уверилась! Прогуляться к Даргу — не такая плохая идея. Он обычно прибывает в Жемчужный дворец с утра, так что до завтрака я успею вытребовать с него приглашение на бал для девиц-участниц отбора и для нас с тобой. Подозреваю, Килг будет рад ненадолго избавиться от нас, чтобы спокойно заняться поиском фифы. В нашем случае ему переживать не о чём, мы от него никуда не денемся: у нас семьи, земли, обязанности. Далеко не сбежим. Это Лин — перелётная птичка. А делегация из Зармы, похоже, получит от ворот поворот: уже два дня как прибыли, да не встретились, — вспомнила я ещё один удивительный момент, возможный только в Жемчужном дворце. Килг ни с кем не церемонился.

— Что ты задумала, Бри? — подозрительно нахмурившись, спросила Мира.

— Полноценно отдохнуть от мужского произвола, потанцевать, вскружить голову какому-нибудь красавчику. Тренировать нужно все свои навыки! Особенно книжным девочкам вроде нас. Ну что ты на меня так смотришь? Я ведь тоже обожаю книги. Да, любовные романы! — гордо задрав подбородок, ответила я на скептическую улыбку Миры. — Но это не мешает им быть книгами с полезными сведениями, верно? А сейчас ложимся спать, завтра много дел.

— Я сбегаю в лабораторию на минуточку.

— Ни за что. Домик, милый, заблокируй входы и выходы для этой прелестной леди. Для её же блага! — повысив голос, добавила я, глядя на раздосадованную отравительницу-зельевара. — Если можешь, останови течение времени в лаборатории.

Мягкое освещение в комнате на мгновение погасло, показывая, что команда принята к исполнению.

— Ого, — удивилась Мира.

— Вот тебе и ого. А теперь спать. Ложись первая, я укрою тебя специальным восстанавливающим снотворным заклинанием. Эти круги под глазами от недосыпа тебе совершенно не нужны! — сообщила строго. — Прости, что командую, но с тобой иногда по-другому никак. Я слишком рада, что тебя удалось выкурить из лаборатории, и шанса вернуть тебе часть растраченного здоровья не упущу. Здесь у нас нет Серены с её лекарским даром.

Мира вздохнула, но легла и укрылась одеялом. Выглядела при этом ужасно недовольно, хоть и понимала, что я совершенно права. Может, стоило раньше поступить подобным образом? Дождаться окончания очередного эксперимента, оглушить и в той же лаборатории уложить спать? Иногда доброта и мягкость — действительно слабость. Надеюсь, я не начну лучше понимать Килга.

Через мгновение Мира уже крепко сопела носом безо всяких снотворных, но я выполнила задуманное, ведь до завтрака оставалось совсем мало времени, а нам с утра необходимо развить бурную деятельность. Точнее, мне. Эту спящую красавицу я из-под одеяла не выпущу ещё долго!

Задумано — сделано.

Подозреваю, дом позаботился и обо мне, потому что встала я как никогда бодрой, чего обычно не случалось, когда ложилась ближе к утру и вставала не в обед.

— Выглядишь отвратительно хорошо, — выдала комплимент Леюшка, вставшая до завтрака. Она уже сделала причёску, макияж, принарядилась и разогрела целую тарелку еды из холодильного ящика, так что я нагло слямзила бутерброд и села рядом, сцеживая зевок в ладошку.

— Слушай, скажи честно: зачем тебе этот брак? — спросила её так, словно мы — лучшие подруги. — Остальные ещё спят, если хочешь, могу снова запереть комнаты, чтобы поболтать.

— Запирай, — согласилась Леюшка, вгрызлась мелкими острыми зубами в бутерброд с мясом.

— Готово!

— Я не раз думала поговорить откровенно, но ты не умеешь хранить секреты, — пожурила она. — Так и не решилась.

— Но тем не менее сейчас ты готова, — утвердительно произнесла я, хотя совсем не была уверена в своих словах.

— Да. Ты дружишь с его высочеством, он тебе доверяет, а ещё ты такая пронырливая, что рано или поздно узнаешь всё сама. Особого секрета нет. Для морских девиц замужество — это власть. Для меня — возможность хорошенько развлечься и побесить их.

Я посмотрела на эту бесстыжую. Сидит и врёт напропалую. И чего я от неё ждала?

— Можешь не продолжать. Ложь — плохая приправа к бутербродам.

— А ты не так проста, как кажешься, — хмыкнула Леюшка. — Впрочем, я ещё по Сантору поняла, что с вашей женской бандой связываться себе дороже. Ну что же. Хотела правду? Будет тебе правда. Ты когда-нибудь слышала об азартных играх?

Вопрос прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула. Отложила еду в сторону, пытаясь осмыслить последнюю фразу. А затем с ужасом посмотрела на русалку.

Когда-то давно, я стащила из библиотеки книгу. Вся запрещённая детям литература стояла на верхних полках, и дотянуться туда с помощью лестницы не было никакой возможности. Отец регулярно говорил, что когда я подрасту и изучу левитацию, тогда и дорасту во всех смыслах до этих книг. Но я никогда не отличалась терпением, и когда родители уехали на сезон балов, разобрала стеллаж и по нему, как по лестнице, взобралась наверх, где заменила книги сверху на книги нижнего яруса.

Потом, конечно, вернула всё как было, уничтожила улики. Но половину книг успела перечитать до возвращения семьи.

И одной из этих книг была, как мне тогда показалось, история несчастной принцессы. Но лишь потому, что всё моё детское внимание сосредоточилось именно на ней! А ведь там было ещё много чего! Интриги, предательства, жестокость, кровь, насилие.

Но всё «не особо интересное» я на время забыла. И сейчас Леюшка словно открыла дверь в заблокированные мной чертоги разума.

— Ты хочешь сказать, вы все — ставки? Семья ставит жизнь одной из девушек ради возможности прийти к власти? — выдохнула я в ужасе.

— А ты ждала чего-то другого? — хмыкнула Леюшка, откусив бутерброд так непринуждённо, словно мы обсуждали фасон платья, а не потенциальную смерть всех невест, кроме одной. Которая, впрочем, тоже должна будет умереть, если не родит Килгу внука. — Не вышла замуж — отправилась в Бездну Древнего Холода на корм чудовищу. В случае победы семья невесты получает определённое политическое влияние, в случае проигрыша — дорогой подарок, который иногда даже интереснее призрачного голоса в Совете, который всё равно пляшет под дудку его величества. — Она хмыкнула и вернулась к бутерброду, с интересом наблюдая за моей шокированной физиономией. — До нас, невест, как ты понимаешь, никому нет дела. Мы — расходный материал.

От потрясения в голове прояснилось.

Так вот почему они так себя ведут. Словно ничего не боятся, даже Килга! Им бояться уже практически нечего.

И вот почему сражаются столь ожесточённо и нечестно. Для меня это обычный отбор, для них — возможность выжить. Почему не дружат, хотя, казалось бы, все одного возраста и есть о чём поговорить.

Великая Бездна! Так вот для чего на самом деле пригласил меня Фаульс! Он хочет, чтобы я пристроила девушек замуж до окончания отбора! Спасла им жизни!

Но почему сразу не сказал?

«Не имел права», — возникла в голове чья-то подсказка.

«Домик, ты?»

«Почти», — хмыкнул голос и исчез.

Такие ехидные комментарии я улавливала регулярно, но пока не догадалась, кто это мог быть. Но никому не признавалась и прислушивалась к ним с изрядным недоверием.

Всё-таки я не создана для настолько сложных задач. Моё дело — женить, сватать, веселиться и сводить с ума окружающих. Чувствую прямо-таки своё призвание. Возможно, по последним двум пунктам даже больше, чем по первым.

— У тебя есть мужчина, за которого ты бы хотела выйти замуж? — спросила я, поднимаясь из-за стола и дожёвывая бутерброд на ходу.

— Куда ты? — вскрикнула Леюшка, тоже подскакивая. — Замуж я вообще не хочу. А что, придётся? За принца? — оживилась она.

— Посмотрим. Собирайся, пойдёшь со мной в Жемчужный дворец и выполнишь одно важное задание. У меня куча дел, а нам надо поговорить, так что объединим приятное с полезным.

— Скорее бесполезное, неприятное и ненужное, но мне всё равно нечем заняться, — в своей манере выдала зелёная паршивка, хотя видно было — лопается от любопытства.

Стыдно сказать, но иногда я чувствую непонятное родство с неприятной и склочной русалкой. Возможно, дело в том, что она вытворяет всё что хочет, а меня это бесит — и особенно сильно именно потому, что я зачастую поступаю так же.

Впору задуматься, конечно. Но некогда.

Я разблокировала комнаты, велела ошарашенным девицам срочно готовиться к балу в Баррагоре, накинула ещё одно сонное заклинание на Миру. Поесть она ещё успеет, а поспать — неизвестно. Пусть восстанавливается.

За следующие несколько часов я успела выполнить немыслимое количество дел!

Отвела Леюшку в библиотеку Жемчужного дворца искать книгу «по истории подводного мира» (про ту самую принцессу, поставленную семьёй на кон ради власти).

Нашла Дарга и попросила срочно пригласить всех на бал.

— Леди Ройс завершила череду важных экспериментов и сейчас отдыхает. Боюсь, если мы не успеем организовать вечер танцев в сжатые сроки, она с новыми силами примется за…

— Я вас понял, леди Ларс. Если вы согласуете с повелителем Жемчужного дворца следующий этап проверки для невест, рассчитывайте на моё полное содействие. И вы можете обращаться ко мне на «ты», — с улыбкой проговорил довольный дракон.

Ох, что-то он готовит нашей Мире! Надеюсь, до вечера не умру от любопытства.

Мысли морскими коньками поскакали в романтическую плоскость, но я взяла себя в руки, а затем и вовсе очнулась, посмотрела на повелителя драконов и нагло выпросила у него почтовую шкатулку. Которую никто не проверяет и не отслеживает!

И как раньше не догадалась?

Дарг ведь душечка, когда ему что-то от тебя нужно.

В общем, не прошло и часа, как я отправила пять записок, каждая из которых была откровенно шпионской. Донесения-донесения-донесения, немного сплетен и истерическая просьба к Серене срочно подсказать мне, в верном ли направлении я двигаюсь.

Активным деловым девушкам боги определённо благоволят: я успела получить ответ от Серены, который прочитала и тут же уничтожила. Научена горьким опытом общения с Килгом! Одной промашки достаточно! Мне теперь до смерти страдать и мучиться, что же такого написала Лин, и не подставила ли я её тем, что забыла про записку.

Следующим важным шагом был разговор со страшным-ужасным демоном. Но сегодня мне море по колено, так что я бесстрашно напросилась на аудиенцию и положила на стол белоснежный лист с несколькими пунктами.

— Хм, — удивился Килг, просматривая написанное идеальным почерком послание (переписанное сто раз из-за десятка клякс в каждом предыдущем). — Бал у повелителя Дааярда, ну надо же.

— Считаю, девушек нужно проверить в незнакомой обстановке с незнакомыми людьми. Это идеальная возможность увидеть их истинные таланты и сущность. Признаться, взяла на себя смелость сообщить им новость с утра. Поскольку я покинула дом морской ведьмы, нужно было их надёжно занять полезным делом. Но если вы против, скажу, что это была проверка и они её не прошли — выказали слишком много эмоций, когда я сообщила, что бал — фикция.

— Разумно. Вы знаете, что подводные девицы перед мужским обаянием драконов так же беззащитны, как и сухопутные? — спросил Килг, вцепившись в меня взглядом словно клещами. — Подобные случаи уже были.

— Если часть девушек пострадает от внимания драконов, так тому и быть. Из отбора я их безжалостно исключу, — пообещала с неодобрительной гримасой. — К тому же, если вам необходимо укрепить взаимоотношения с воздушными драконами с помощью родственных связей, это неплохая возможность. Но я, признаться, не хочу выходить за рамки полномочий. Как скажете, так и сделаем.

— А его высочество что думает на этот счёт? — Коварный демон ухмыльнулся так жестоко, что меня прошило насквозь ледяными иглами страха и ужаса.

— Я получила предварительное согласие его величества Даниарарга, затем направилась к вам для согласования нюансов и принятия вами решения. Его высочеству сообщу по факту. Он изначально дал понять, что полностью полагается на дар свахи. Я не подведу, — сообщила со всей ответственностью.

Интуиция Килга сигнализировала, что я задумала какую-то пакость, но он всё ещё никак не мог сообразить, какую. А потому внимательно следил за моей реакцией, вслушивался в каждое слово. И задавал неудобные вопросы!

— Какую книгу сейчас разыскивает дочь морского царя в библиотеке, куда только вам дали доступ? — задал он вопрос тихо и грозно, явно рассчитывая выбить меня из колеи. Но я встала рано и подготовилась на славу. Спасибо Серене, которая в двух словах умеет дать дельный совет и успокоить заодно.

— Один женский роман про морскую принцессу, — ответила с улыбкой. Глаза заволокло поволокой приятных воспоминаний, и я честно поделилась с его величеством, зная: он в любом случае считает всё, что не удалось закрыть: — Я нашла книгу ещё ребёнком, потому плохо запомнила. Там была очень красивая история любви под водой. Захотелось перечитать. Атмосфера располагает.

Перед глазами так и стояли романтические сцены из книги, о которой сейчас говорила. Но Килга уловками не обмануть.

— Её досмотрят.

— Ну… — Я непонимающе развела руками. — Пусть досматривают, конечно, я не стесняюсь своих увлечений и не думаю, что в любовном романе есть тайные сведения. Если есть, они явно не в тех сценах, что я хочу перечитать.

Короткий, тут же подавленный смешок. Отыграно весьма и весьма неплохо. Жаль, нет дара актрисы. А может, напротив, хорошо, ведь демон чувствует, что я не прибегаю к дару, не лгу. И моя жадность до книг, страстное желание перечитать понравившееся — совершенно искренние.

Серена первым делом написала: «Не вздумай ему врать! Никогда! Ты — юная девушка с романтическими представлениями о любви. Позволь себе мечтать даже в его присутствии, покажи разумную степень легкомыслия. На поверхности всегда должна быть розовая вата, а всё тайное — глубоко внутри, чтобы без допроса ни один маг не проник. Мужчины перескакивают подобные глупости, это тебе на пользу. Думай о своих любимых книгах, найди в Килге черты любимых героев. Пусть решит, что ты потихоньку в него влюбляешься, это сделает его менее бдительным. Только умоляю! Действительно не влюбись!»

— Чувствую подвох в ваших словах, леди Ларс. Для чего вы всё это организовали? Прикрыть бегство фифы? Если мы с его величеством Даниараргом согласуем вечернее мероприятие, невесты пройдут досмотр и стационарный телепорт. Вы не сможете пронести фифу в чемодане, — пошутил он с улыбкой, хотя от всей его фигуры ощутимо несло холодом.

Не зря Арлишка назвала его ледяным демоном.

Ой, так она, выходит, знает о его сущности.

Лёд — злой, холодный, жестокий. Идеальная стихия для демона мести.

Так, об этом думать нельзя. Продолжаем беседу и представляем красивый бал у драконов, шикарных мужчин и роскошные платья.

— Признаться откровенно, под водой я чувствую себя тревожно. Леди Ройс и вовсе почти слегла, сегодня в очередной раз не вышла к завтраку. Видимо, люди не созданы для жизни под водой.

— Какое тонкое наблюдение, — произнёс Килг с сарказмом.

— В связи с этим я подумала, что стоит немного ускориться с принятием решения.

— Ещё, — потребовал он продолжения. Я замялась.

— Позвольте говорить откровенно? — попросила, смутившись.

— Настаиваю на этом.

— Вы наверняка заметили, что…

— Наверняка, — отрезал повелитель, перебив всю мою заготовленную речь. — Леди Ларс, позвольте заметить, что мы с вами в разных весовых категориях. Попытку манипулировать подобными фразами я чувствую до того, как вы успеваете продумать её в своём девичьем легкомысленном умишке.

Я вытаращила глаза на этого… демона.

— Оскорбляете, — произнесла коротко, побоявшись окружить суть изящными формулировками, если даже фраза «вы наверняка заметили» вызвала в нём столь яростную реакцию.

— Говорю прямо, — парировал Килг. — Вы юны и неопытны, потому рекомендую не пытаться юлить и играть словами. Я вас насквозь вижу.

Совершенно инстинктивно прикрыла грудь руками, но дурацкая, страшно неуместная и неприличная реакция сыграла мне на руку. Он расхохотался.

— Не настолько насквозь, — успокоил, махнув рукой и не прекращая смеяться. — Вы, признаться, порой совершенно невыносимы, но не помню, чтобы кто-то так меня веселил.

Присела в реверансе, потому что уже просто-напросто боялась открывать рот в его присутствии. Шутки шутками, но то, что позволял себе его величество в отношении представителя дружественной страны, — за гранью. Окончательно убедилась, что о безопасности и каких-то гарантиях с его стороны не может быть и речи.

Когда мне приказали чётко, внятно, коротко обозначить свою позицию, выдала как на духу:

— Хочу домой. Невесты ужасные, ведут себя отвратительно. Признаться, я бы хотела найти его высочеству более приятную невесту, но, поскольку выбирать придётся меньшее из зол, прислушаюсь к дару свахи и сделаю это. Я не нашла компромисс с совестью и вряд ли найду, но я должна сдержать обещание.

— И вы готовы уйти? Вот так сразу? Не умыкнув у меня плантацию жемчужниц? — с хитринкой в смеющихся глазах спросил Килг. Кажется, поверил и успокоился.

Хорошо, великие и ужасные мужчины невысокого мнения о романтически настроенных юных девушках. В подобных случаях это выгодно только нам, изящным созданиям, призванным нести в мир добро, красоту и своё собственное мнение. Жаль, приходится оплетать мужчин воздушной паутиной из уловок.

Я покраснела с ног до головы и решила не врать — всё равно не сработает.

— Ульс разрешил. Велел построить для него уютный гостевой дом и проложить к нему жемчужную дорожку.

— Я ни на что не намекаю, — неожиданно дружески произнёс Килг, — но с его матерью у нас приблизительно так и завязались отношения. Она страстно любила драгоценные и полудрагоценные камни, а меня видеть не желала. Поэтому я обменял несколько кораблей жемчуга на лучшие самоцветы и бриллианты, построил небольшой домик на берегу моря и проложил туда дорогу из аметистов. И ждал.

— О, — протянула я, прижав руки к груди, — какая красивая история! И она пришла? Хотя, конечно же, она пришла.

— Разумеется.

— А там можно побывать? — с надеждой произнесла я, позабыв обо всех своих планах.

— Теоретически да. Если снять проклятье, которое она оставила, бросив меня с ребёнком, — жёстко произнёс демон. Именно демон. Его глаза вспыхнули аметистовым огнём!

— Если женщина жестоко мстит, уходя, значит, она любит глубоко и сильно, но ей очень больно, — произнесла я тихо. — Простите, что растревожила неприятные воспоминания.

И демон… кивнул. Просто кивнул — и всё! Так, словно ему тяжело обсуждать эту тему дальше.

Великие боги, да он любит Лааргу до сих пор! Ну надо же!

— У тебя, Бриджит, очень подвижное лицо, — перешёл на «ты» его величество. — Тебе нельзя выходить замуж за политика, запомни это раз и навсегда.

— Спасибо. Я и не собиралась, честно признаться.

— А я думал, ты хочешь замуж за Ульса.

Вот это провокация!

— Я бы рассмотрела его кандидатуру, — произнесла важно, — если бы он не был подводным жителем. Но, поскольку это совершенно невозможно, мы будем с ним дружить.

Килг закатил глаза, поражаясь моей логике, или, возможно, наивности, а затем позволил удалиться, подтвердив, что согласен на бал.

Из кабинета повелителя вышла едва живая. Ноги не держали, руки тряслись, зубы стучали. Если бы не специальные заклинания, наложенные ещё в спальне, — наверное, ещё обливалась бы потом.

По коридору маршировала охрана, но я всё равно прижалась спиной к стене и закрыла глаза.

Чихать я хотела, что кто-то сейчас видит меня слабой. Пусть бы сами пережили то, что пришлось мне, а потом бы язвили и навешивали ярлыки.

Казалось, Килг разобрал меня по частям, словно механизм, и собрал обратно, забыв смазать детали. Я выдержала столько его эмоций, что сейчас сама себе напоминала лопнувший кувшин, из которого утекли все жидкости, оставив лишь несколько капель беспомощности и десяток-другой — растерянности.

Странно было осознать, что древний и жестокий демон способен на чистые, светлые эмоции. Удивительно понять, что он сильно и искренне любит Фаульса, желает ему добра. А ведь демоны совсем не такие! Особенно ледяные и кровожадные.

И я бы внушила себе, что меня нагло и безжалостно обманули, но внезапно проснувшийся прямо во время разговора с Килгом дар совершенно оглушил, показывая его истинные чувства. И теперь я не знаю, что и думать.

Демоны ведь не могут обманывать настолько хорошо? Или могут?

— Бри, я нашла! — заверещала Леюшка, размахивая книгой. — Правда, оттуда демонстративно удалили несколько страниц, — добавила она, протянув мне тонкую книжечку с нарисованным на ней монстром. — Я её, кстати, тоже читала, так что могу рассказать недостающий фрагмент. Память у меня отличная. Не знаю, зачем тебе понадобилась именно эта история — в ней ничего интересного, сплошные розовые сопли для тринадцатилетних девочек.

Нет, ну конечно, как же не дать комментарий моей любви к романтике? Леюшка — это Леюшка, нужно принимать её в том виде, что имеем.

Я посмотрела на книгу. Сколько в ней описано боли, сколько переживаний! Даже сейчас я помню глубокие чувства героини, раздирающие её противоречия. Семья или любимый. Долг или личное счастье. Как же это знакомо каждой молодой аристократке. А ведь столько веков прошло! И, откровенно говоря, мало что изменилось. И вряд ли изменится.

А так бы хотелось!

Но в нашем мире это совершенно невозможно.

В Зарме женщины не имеют права голоса вообще, разве что крутят-вертят мужьями за дверьми спален да дают советы.

В Дааярде до сих пор проводятся бои за лучших самок. В данном контексте слова приличнее не подобрать. Драконы не отказались от своей животной части, от инстинктов, где самка непременно подчиняется самцу, как слабая — сильному. Они приняли животную суть, живут с ней и всем довольны.

В Арраторе у девушек чуть больше прав. Во многом потому, что у власти долгое время стояла королева-фурия. Злая, жестокая, категоричная, но женщина. И за несколько сотен лет её правления мужчины привыкли подчиняться женщине, признали её авторитет, что немного сказалось и на остальных сферах жизни. К нам стали прислушиваться, с нами стали советоваться, но женщина по-прежнему может быть только «шеей», которая крутит «головой».

А я не люблю уловки!

И хотела бы жить с любимым человеком без ужимок и фальши. И быть себе хозяйкой!

Под водой это невозможно, Килг зря разбередил мою фантазию. Ульс — он такой…

Я вздохнула, с силой прижала к себе книгу с чудовищем на обложке и выдохнула скопившееся напряжение.

Мне стоит многое обдумать, во многом себе признаться, но сейчас я к этому не готова, а потому трусливо спрятала появившиеся мысли подальше, в закрома.

Сперва дела, бал, возвращение в любимую академию Сантор, а там уже пореву в подушку и тщательно всё… Нет, не обдумаю. Забуду. Может, попрошу Серену заблокировать мне воспоминания. Она умеет, она лекарь.

Глава 20. Драконий бал

Я чувствовала себя курицей-наседкой, стоя перед телепортационной в Жемчужном дворце. Странное ощущение для девушки, которой ещё не исполнилось двадцати. И, признаться, подозреваю, что невестушкам передали мою кляузу на их поведение, потому что выглядят они немного обиженно. Хотя, возможно, я к этому не имею никакого отношения.

Зато слушают меня безоговорочно и не отпускают язвительных комментариев!

Надеюсь, они не лопнут! Столько сдерживаться-то!

Леюшка вон, похоже, уже на грани. Она, как и я, плохо умеет держать язык за зубами. Но среди ехидных речей и колких оскорблений всегда можно услышать много полезного, так что я на неё зла не держу, напротив, даже поощряю словесный поток.

Его величество, как мы и думали, остался присматривать за своим королевством, однако помимо Ульса отправил с нами доверенное лицо. Неприятного и скользкого, словно угорь, Гувса Латинса. Интуиция моментально насторожилась в его присутствии, так что этот подозрительный тип мне не понравился.

— Напоминаю, что ваша задача — сберечь сокровище Подводного мира, — пафосно начал он свои нотации.

— Моя задача — найти невесту принцу, — отрезала я, не пытаясь понравиться Латинсу. — А сберечь их — по всей видимости, ваша. Не стоит перекладывать с больной головы на здоровую. Лично я иду наблюдать и танцевать.

Пока Гувс открывал и закрывал рот, словно выброшенная на берег рыбина, я прошла к девочкам и с видом наставницы порекомендовала им поправить ту или иную деталь одежды или причёски. Отличный повод удалиться подальше от надзирателя и побесить волнующихся невест.

Когда появился его высочество Фаульс, девушки сделали вдох и забыли выдохнуть. Вместо традиционного белоснежного мундира на нём был стильный чёрный фрак с милой деталью — на всех пуговицах вышит крохотный, едва заметный трезубец.

У меня всегда было прекрасное зрение, но я не поверила своим глазам, увидев вышивку — у нас ведь так не делали, — поэтому согнулась, чтобы убедиться в отсутствии галлюцинаций. Коварный Ульс не замедлил поиздеваться.

— Леди Ларс, я тоже неимоверно счастлив вас видеть. Кланяться вовсе не обязательно, достаточно кивнуть, мы ведь с вами друзья, — патокой лились его слова.

— Это и был кивок! — ляпнула я первое, что пришло в голову. И, конечно, послала ему недовольный взгляд, когда выпрямилась. Тоже не без приключений! Едва ногу не сломала, оступившись.

Ульс, конечно, успел схватить меня за руку, но я была настолько раздосадована оплошностью — специально ведь отметила эту ступеньку, когда разговаривала с Гувсом! — что лишь коротко и сухо его поблагодарила.

В отличие от меня, Гувс Латинс ничего не забывал и не упускал. Вмиг оказался тут как тут.

— Вы не реагируете на его высочество? — протянул он заинтересованно.

— Разумеется, не реагирую. У меня пять защитных артефактов, один из которых гарантирует мою полную безопасность даже от архов, — выдала я заранее заготовленный ответ для подобных ситуаций. И очень обрадовалась, что этот разговор случился в присутствии недоверчивых невест, которые уже не раз припоминали мне полёт по Жемчужному замку на плече у принца.

— Даже так? Интересно.

Гувс отступил с поклоном. Я же сосредоточила всё внимание на Ульсе.

Его внешний вид сегодня выше всяких похвал, и я с удовольствием оглядела роскошный, удивительно гармоничный и стильный наряд.

— Красив, — с видом знатока оценила я фрак.

— Благодарю за комплимент, прекрасная леди. Насколько я помню, вы сами настаивали, чтобы я выглядел… — он прочистил горло коротким кашлем, а затем громко, чтобы услышали даже охранники в конце коридора, произнёс: — …конфеткой.

Не знаю, как ехидный демонюка не захохотал при этом, потому что я залилась краской и уставилась на него в суеверном ужасе.

Что за коварный гад! Нельзя ведь так смущать! Я просто пошутила!

— Во-первых, — начала сурово, — я сделала комплимент фраку, ваше высочество. Во-вторых, конфетка из вас… ядовитая и невкусная. С привкусом девичьих слёз.

Ульс согнулся к моему уху, а затем и вовсе коснулся его тёплыми губами. Выдохнул едва слышно: «Ты не пробовала». И… ушёл!

Ушёл в телепортационную, чтобы дать команду отправляться. И, на моё счастье, невесты не стали любоваться моим лицом, убежали вслед за ним — так не терпелось попасть на бал.

— С ним бесполезно спорить, — заметил Гувс очень по-человечески, как-то даже тепло, что ли. — Если вы выиграли в споре с его высочеством, знайте, что он вам поддался. Он никогда не проигрывает. Это его особенность.

— К чему вы это сказали? — спросила, пытаясь переварить и сумасшедшую реакцию тела на контакт с принцем, и подозрительные слова надзирателя.

— Вы весьма занимательная особа и привлекли его внимание. Я лишь решил вас предупредить. Для общего блага.

Гувс последовал в телепортационную, я же дала себе несколько мгновений, чтобы принять должный вид. Выражение лица наверняка выдавало моё удивление. Да какое удивление? Шок!

Что происходит? Откуда все эти намёки?

То Килг рассказывает историю про дом, куда заманил Лааргу, то Гувс делает непонятные предупреждения. А сам Ульс и вовсе едва ли не целует моё ухо при посторонних!

Бездна! Да я возмущена лишь тем, что на нас смотрели, остальное — словно в порядке вещей.

Нужно делать ноги! И срочно!

Тем более нам с Мирой уже не нужно прикрывать арраторскую шпионку.

Итак, мои главные задачи: исключить из отбора или спихнуть замуж как можно больше девиц, познакомить Аврору с братом Серены, если он будет на балу. А он будет! Об этом я тоже написала Серене, надеюсь, она успела с ним связаться. Так, что ещё? Оставить Миру в Дааярде под присмотром матушки Дарга и надеяться на лучшее.

Мамочки! Жемчужницы! Я совсем про них забыла!

Как я могла?

А ведь они значились в списке дел на сегодня!

У меня, несомненно, была уважительная причина про них забыть — разговор с Килгом, после которого я выползла ни жива ни мертва. Но я им обещала! И мне нужно было именно сегодня заняться их перемещением! Вдруг всё получится лучше, чем я изначально запланировала!

— Ладно, в крайнем случае ещё немного здесь продержусь, — утешила себя чем смогла.

В арку телепорта вошла последней, удивившись, что меня не дождались. Но именно это позволило мне не входить в бальную залу замка драконов официально. И даже более того! Решить одну проблему почти сразу!

Я увидела брата Серены. Правда, не старшего.

Он узнал меня и сразу подошёл, предлагая взять его руку и пуститься в пляс.

— Леди Ларс, какими судьбами? — пропел он бархатно. Сам же захватил, словно в силки, и, мило расточая улыбки окружающим, спросил: — Что за спешка? Серена велела мне явиться на бал, найти тебя и во всём помогать.

— А где ваш старшенький?

— Очаровывает дракониц, конечно, — расхохотался Сайтон. — Но ты не ответила на мой вопрос.

— Привела твоему брату избранную, — ответила серьёзно. — Вторая задача — пристроить как можно больше девиц в драконьи лапы, или хотя бы их немного опорочить, чтобы выгнать с отбора. Мне нужен уважительный предлог для каждой.

— Неужели влюбилась в морского принца? — с искренним любопытством спросил брат Серены.

Так и хотелось завопить: «И ты туда же?» Но я лишь посмотрела на него многозначительно (читай: высокомерно и гадко), и он тут же проникся, извинился.

Вот что значит воспитание! Не то что в Подводном царстве! Сплошные язвы и ехидны, ещё и гордятся этим.

— Это спасательная операция. Так что если можешь помочь — помогай.

Мы переглянулись и заговорщически кивнули друг другу.

Прогуливаться под ручку с хорошо образованным, воспитанным и приятным кавалером — настоящее удовольствие. Ещё большее удовольствие — то, что этот кавалер знает почти всех присутствующих и безжалостно выдает холостяков, через слово напоминая, что лично он ещё слишком молод для подобного, так что мне, такой милой и замечательной, в его сторону пока не стоит смотреть.

— И не мечтай. Если вдруг я замечу твою избранную — побежишь к ней как миленький. А то выдадут её замуж, и что потом будешь делать?

— Ладно, но только если это избранная, — с тяжёлым вздохом согласился Сайтон.

— Теперь мне захотелось женить тебя из вредности, чтобы не обесценивал мой дар, — пригрозила бессовестно и грозно.

Голубые глаза увеличились раза в два. О, этот ужас суеверный! Была бы поэтом, написала бы стихи, честное слово.

Мы весело расхохотались и направились к старшенькому де Вилю. Он мило беседовал с эффектной драконицей, которая едва ли не насиловала его взглядом. Однако у меня всего один вечер на всё про всё, так что соблюдать негласное условие не разбивать пары, я не могла.

Впрочем, Макс де Виль, старший брат Серены и Сайтона, явно обрадовался нашему приближению и, представив даму по всем правилам, быстро от неё избавился, пообещав, кажется, всё, что она хотела. Но в этом я до конца не уверена. Хитрец прикрылся щитом и на всякий случай сделал его непрозрачным. Правильно, в общем-то. В академии Сантор нас учили читать по губам, другое дело, что я ужасно бездарна в данной науке.

— Леди Ларс, надеюсь, вы пошутили, что моя избранная — акула? — начал он с места в карьер.

— Признаться, тоже на это надеюсь. Мой дар утверждает, что вы как-то связаны, но сквозь толщу воды сложно сказать, потому я решила устранить это досадное препятствие и устроила бал в Баррагоре, — ответила вежливо.

Несмотря на всю его обходительность и удивительное обаяние, старший братец Серены показался мне матёрым политиканом и жестоким человеком. И вряд ли я ошиблась. Такой по головам пойдёт и не поморщится.

Заявление о моей причастности к балу не сильно удивило мужчин: они дружно кивнули, признавая мои таланты. Приятно, однако.

— Предлагаю незамедлительно проверить вашу теорию, — перешёл к делу Макс. Нам с Сайтоном оставалось только кивнуть. — Прогуляемся.

Аврора нашлась у коктейлей и, увидев меня, едва ли не побежала навстречу. Моих спутников удостоила лишь коротким кивком, затем вырвала меня из рук опешившего Сайтона и накрыла щитом-куполом.

— Здесь очень много наблюдателей! И наши семьи, и его величество — они буквально обложили со всех сторон. Мы все под колпаком! — выдала она как на духу. — Ты ведь сказала флиртовать и веселиться, целоваться при желании и наслаждаться свободой. Как теперь это делать? Бри, умоляю тебя, придумай что-нибудь! Я не хочу возвращаться!

— Плох тот мужчина, что не найдёт способа скомпрометировать понравившуюся девицу, — выдала я, поражаясь, чему учу других. И сама в это верю!

— Тоже верно, — согласилась леди-акула и, сняв купол, улыбнулась братьям: — Здравствуйте.

Я представила всех как полагается, при этом тщательно следила за ощущениями, когда пальцы Авроры коснулись руки Макса.

Хм.

Хм.

— А ну, ты попробуй, — попросила Сайтона. — Коснись Авроры.

— Ну что? — первой не выдержала акула, пока я стояла и пыталась осознать увиденное.

— Не знаю как, но я чувствую нечто совсем иное, — произнесла неуверенно. — Вы точно не избранные. Странно…

Сайтон и Аврора пожали плечами, а затем и вовсе отправились танцевать. Но Макс чутко уловил все мои интонации, проанализировал, округлил глаза, получив ответ, а затем решился и озвучил своё предположение:

— Леди Ларс, удивлён и восхищён силой вашего дара. Вы почувствовали в этой леди сильно разбавленную кровь моего рода.

— Как вы догадались? — прошептала, хлопая ресницами.

— У меня больше данных для анализа, — с улыбкой успокоил он. — Два столетия назад одно наше торговое судно затонуло во время шторма. На нём путешествовала Анамара де Виль. Вероятно, её спасли, но не вернули на сушу. Она была очень сильным магом. Ценным. Если вы понимаете, о чём я.

— Я совсем не подумала о подобной возможности. Чувствовала, что должна познакомить Аврору именно с вами. Не с Сайтоном или Сереной. С вами. Это меня и сбило.

— Вашу догадку могли подтвердить лишь два человека: я и мой отец. Эта часть истории нашего рода переписана намеренно. Бабушка тогда сильно болела, и семья скрыла от неё гибель любимой дочери. Сказали, что она без памяти влюбилась и сбежала в закрытую тогда для посещения Зарму. Когда у Серены проявился дар, бабушку окончательно излечили, но историю переписывать не стали. Сейчас у неё опасный возраст. Сами понимаете, когда маг живёт больше двух столетий, случиться может любое, даже лекарь вроде Серены не спасёт.

— Надо же, как бывает. Маги живут долго, может, Анамара всё ещё жива? Хотя под водой огню тяжелее, конечно. — Вспомнила, что не всем так повезло, как мне. Я обожаю свою стихию и считаю её самой полезной. В подводном царстве так и есть.

— Я поговорю с Авророй, пока она здесь. Это в любом случае полезная и нужная информация. Благодарю вас, леди Ларс. Признаться, думал, напрасно потрачу время, но вы меня приятно удивили.

Посмотрела на этого правдоруба. Ну кто такое говорит девушке?

— Раз уж мы с вами встретились, и вы для меня не чужой человек, а брат Серены, — объяснила я свою позицию, увидев взлетевшие брови мужчины, — я всё же проверю вас, вдруг знаю вашу избранную. Дайте вашу руку, пожалуйста.

Смелый, уверенный в себе, властный мужчина на мгновение дрогнул. И я не выдержала — рассмеялась. До чего они иногда предсказуемы! А ведь Максу не двадцать лет. Он прилично нас старше, к тому же первый сын и наследник; ему давно полагается продолжить род умненькими мальчиками и девочками, способными спалить полстраны под настроение. Про огонь де Вилей ходили легенды. Единственная причина, по которой Макса не отправили под венец для скорейшего продолжения рода, — четверо младших братьев. Везунчик.

Макс смерил меня холодным взглядом, но исполнил требуемое.

— Признаю, у вас действительно есть достойный повод для смеха. Мне определённо стоит над собой поработать, — произнёс он спокойно. Умение признавать ошибки у них семейная черта.

— Серена в этом очень на вас похожа, — с мягкой улыбкой заметила я, легко касаясь его руки. — Святая Айоль! — выдохнула, забыв закрыть рот. — Простите.

— Что?

— Великая, что я натворила?!

Я испытала самый настоящий ужас. Следом подкатила паника. Караул! Спасите! Только не это! Что угодно, только не это! Мамочки!

— Леди Ларс? Леди Ларс? Бриджит, что случилось? — проявил волнение и Макс.

В голове всё ещё сменялись кадры из будущего, когда я подняла на него глаза. Не знаю, как я при этом выглядела, но Макс взял меня за плечи и легонько потряс, помогая вернуться в реальность.

— Простите, — выдохнула, моргая и опуская голову, чтобы скрыть обуревающие меня эмоции. — Вы знаете, мы так много шутили на эту тему, что мне не приходило в голову проверить. Никогда. Ни разу. Даже удивительно. Ваша избранная — Мира де Ройс. Только есть одно «но».

— Какое? Она не замужем и не связана обязательствами. Девушка — лучшая подруга моей сестры, я слышал о ней много хорошего, к тому же Серена не раз настаивала, чтобы мы познакомились. Выходит, девушка достойная. Вполне подходящая кандидатура. Не вижу причины для паники.

Я посмотрела на этого здравомыслящего мужчину, склонного анализировать каждое слово.

— А она есть! На ней собирается жениться его величество Даниарарг Третий. Более того, он уже переговорил с матушкой, и та одобрила кандидатуру Миры.

Макс задумался на несколько мгновений. Ну до чего всё-таки Серена на него похожа! Даже больше, чем на отца с матерью. И умом похожи, и характерами. Лекарский дар подруги, конечно, делает её добрее и мягче, но мы с девочками прекрасно знаем, что Серена изнутри стальная. Её не сломить, не согнуть. Для нашей дружной женской компании она не только надёжная опора и поддержка, но и качественный, сильный пинок в случае чего.

А Макс… Я его совсем не знаю, но картина будущего, нарисованная даром, не просто красива. Она великолепна! В семье де Вилей всегда безмерно уважали женщин, защищали их и позволяли развивать таланты, более того — всячески тому способствовали. А это именно то, что нужно Мире.

Глава 21. Эффектные девушки, фейерверки в глазах и немного жестокости

Как найти избранную дракона за один бал, на котором она, возможно, не присутствует? И когда у тебя бездна дел!

Невестам я задание дала: они могут скомпрометировать себя без моего участия, использовав подручные средства. Драконы — те ещё бабники, их даже использовать не надо. Нужно просто не отбиваться! Тем более невестушки — красавицы хоть куда.

Я приосанилась. Ну точно курица-наседка. И смех и грех.

Сайтон и Аврора уже удалились. Макса тоже не видно. Возможно, братья разыграют интересную сцену или и вовсе умыкнут девицу в родовое поместье, за неё можно не переживать. Сайтон в курсе её проблем с подводной семьёй: я рассказала всё, что успела, а он парень неглупый. В роду де Вилей таких не водится. Про Макса вообще молчу — он обучал Серену, а значит, ему любая задача по плечу.

Но остаётся ещё Леюшка! Если её лишать возможности участвовать в отборе, то лишь за неумение сдерживать ядовитый язык. На роль принцессы морей и океанов она не годится, привыкла, что в реке ей всё позволено, и ведёт себя как дикарка. Но в личной беседе она очень просила исключить её одной из последних или вместе со всеми, иначе дома её не примут. И как это сделать — ума не приложу.

Возможно, другая на моём месте наплевала бы на чувства девиц, спасла их жизни удобным ей способом и с чистой совестью вернулась домой, но я не могу так поступить. Хоть невесты меня не полюбили, не приняли, не раз пытались подставить, я несу за них ответственность. Это мой долг. Я дала слово. Я могу сколько угодно быть легкомысленной в других вопросах, но во всём, что касается ответственности за других, никогда не позволю дать себе слабину и пойти против собственных убеждений.

Я отдаю себе отчёт в том, что всех не спасу. Но приложу все усилия, чтобы максимально сузить список жертв.

Вздохнула и взглядом нашла Ульса. Тот секретничал с другом, повелителем Дааярда, и усердно делал вид, что не замечает окруживших их дам. Драконицы выглядят так, словно вышли на тропу войны. Яркие, красивые, эффектные. В классических бальных платьях с полуобнажённой грудью, специально приподнятой к носам мужчин.

Но мои невестушки явно их затмевали. Как ни пыталась я заставить их нарядиться по дааярдской моде, злодейки лишь коварно ухмылялись и, перебирая в сотый раз одежду в шкафах, доставали всё более откровенные наряды.

Например, Мася щеголяет в платье, страшно напоминающем морскую пену. Воздушную, почти прозрачную. Поскольку даже для Жемчужного дворца это явный перебор, я ещё в доме морской ведьмы демонстративно схватилась за сердце и попросила выдать успокоительное зелье, которое пить бы побоялась в любом случае. Компания не та. Но Мася заверила, что в Баррагоре наденет на себя ещё один интересный магический эффект, а пока закутается в кружево и никого, совсем никого не будет смущать своим внешним видом.

Не знаю, чем я думала, когда соглашалась.

Нет, она не обманула. Магический эффект действительно есть. И, признаться, великолепный. Я даже взяла на заметку. Но! Он её вообще не прикрывает!

Хулиганка разлила вокруг себя не магическую, а настоящую воду и превратила её в морскую пену, которая послушно взбивалась у её босых — дайте мне что-нибудь от инфаркта! — ног. С тихим, приятным плеском. Который вообще никого не мог умиротворить!

Возможно, там ещё пробивался крик чаек и шум настоящего прибоя, но у меня так звенело в ушах, так громко стучало сердце, что подобные нюансы не уловила.

В любом случае Мася подготовилась на славу!

Где она пряталась до эффектного появления без шали, я не знаю. Возможно, опустошала цветочные вазы, добывая воду, или выкачала подземный источник прямо через паркет (если что, сама будет возмещать убытки дружественному государству). Но её появление произвело невероятный фурор.

Драконицы схватились за сердце, драконы, не справившись с собственными чувствами и реакциями, накинули иллюзию на нижнюю часть тела, я же лишь взяла у официанта бокал иномирного шампанского и направилась к Ульсу. Проходя мимо Маси, спокойно бросила:

— Выглядишь сногсшибательно.

— Знаю, — довольно ответила она, наслаждаясь всеобщим вниманием.

Мои шаги гулко раздавались в тиши бального зала. Аристократы Дааярда едва нашли в себе силы поднять упавшие при виде Маси челюсти и вспомнить, что для жизни им нужно дышать. Лишь когда я подошла к Даргу и Ульсу, идеальная тишина превратилась в шумный гул. Очнулись.

— Обошлось без инфарктов — уже хорошо, — начала я беседу.

— Это ты придумала, чтобы всех отвлечь от какой-то интриги? — с живыми интересом уточнил Ульс.

— Хотела бы сказать «да», но, к сожалению, я не настолько дальновидна. Стратегического мышления во мне не обнаружено. Итак, господа, надеюсь, вы решили важные государственные проблемы, поскольку мне нужна ваша помощь. Кстати, Дарг, боюсь, я тебя зря обнадёжила в отношении Миры. Чувствую, не выйдет у вас ничего. Специально посмотрела, когда ты целовал ей руку. Она не дрогнула. Вообще ни капельки, — попробовала я обойтись малой кровью. Вдруг получится.

— Женщину нужно раскрыть. Тем более такую… заинтересованную наукой, — не пошёл на попятный Дарг.

— Мира не созрела. Ей нужно дать несколько лет, как мне кажется, — деликатно намекнула я. — У каждой из нас свой возраст. Но я не оставляю надежды найти твою избранную.

Дарг перевёл янтарный взгляд с танцующих на мою скромную особу. Ладно, вру. Прекрасную особу.

— Не играй со мной в игры, Бриджит, у меня нет на это времени. Скажи прямо, что случилось.

Как дать слабину, не промолвив ни единого слова? О, в этом я великий специалист. Зная коварство крылатых, посмотрела на Ульса в надежде получить подсказку, как следует поступить. И это я! Бриджит де Ларс! Да я принимаю самостоятельные решения с колыбели!

Уже набрала воздуха, чтобы честно и откровенно ответить Даргу про найденного Мире избранного, как вдруг Ульс, делая вид, будто высматривает знакомых, посмотрел сперва в одну сторону, затем в другую.

Нет.

А ведь он прав. Натура правителя Дааярда как у всех хищников: убегают — догоняй. Хорошо, не успела ничего ляпнуть.

— Я привела Миру на бал в надежде, что смогу оставить её на попечение вашей матушки, потому что в Подводном мире к ней присматривается его величество, — выдала я первое, что пришло в голову. — Миру принял дом, открыл ей дверь в лабораторию; возможно, своей страстью к науке Мира напоминает его величеству Лааргу… Поймите, у меня нет другого шанса её спасти! Если невесты могут себя запросто скомпрометировать и жить дальше, Мире этот вариант не подходит. Я немного… слукавила в отношении вас и моей подруги. Вы не пара. Я ощущаю это так же ясно, как то, что… мои девицы снова что-то натворили?!

Увидев вытянувшиеся лица собеседников, которые смотрели совсем не на меня, в ужасе обернулась.

Хорошее сравнение я привела, правильное. Невестушки не подвели. Нахулиганили на славу. А ведь я за ними не приглядывала всего пару минут!

Портить себе репутацию они решили по-другому. Без мужчин. И тем более без драконов. Да и что там уже портить?

Спокойно вынести повышенное внимание к сопернице леди не могли. Обступили выскочку плотным кольцом, нахмурили брови, а затем Леюшка зло топнула по эффектно разбивающимся о босые ступни Маси волнам. И произвела ещё более эффектное действо.

Я не знаю, сколько воды раздобыла и использовала Мася для заклинания, но невест окатило с ног до головы. Макияж не поплыл — девушки не сухопутные, привыкли пользоваться водостойкой косметикой. Но их платья…

Скажем так: наряды невест шокировали драконов в своём изначальном виде, сейчас же тонкие кружева и полупрозрачные ткани превратились в морскую пену и прикрывали самую малость. У некоторых — даже не все стратегические места.

Я прикрыла глаза и спиной прижалась к стене. Невыносимо. За что мне всё это? Да вот так безжалостно и единовременно?

Я ведь просила их, умоляла! Максимум — вытащить драконов за пределы действия артефактов, желательно оставаясь при этом на виду! Достаточно стандартной девичьей «поплывшей» реакции, чтобы я обвинила их в излишней легкомысленности и несоответствии почётной должности «временно исполняющей обязанности жены наследного принца».

Паршивки требовали ещё поцелуев, а то и продолжения банкета, так что я лишь дала рекомендацию думать мозгом и не забывать, что благодаря великолепной и изобретательной мне (ну не скромничать ведь!) у них все шансы выжить, а значит, совсем плевать на репутацию не стоит, лучше сохранить хотя бы немного, на будущее.

Но обнажиться перед всем честным народом!

Точнее, перед извращугами-драконами!

Я медленно-медленно начала стекать по стеночке, но она неожиданно придержала меня за талию и шепнула голосом Ульса:

— Не сейчас, Бри. Тебе ещё Миру спасать.

Никакая другая фраза в этом мире так не отрезвила бы, клянусь! Поблагодарила кивком заботливого друга, выпрямилась в его бесстыжих, не желающих меня отпускать лапах и пошла отчитывать девиц, изо всех сил стараясь не обращать внимание на сумасшедший градус напряжения и похоти, волнами идущей от мужчин.

Пока шла — вспомнила, как ведьма, которую мы с девчонками сосватали любимому тренеру, отчитывала своих юных подопечных. Она говорила тихо-тихо, еле слышно, но при этом голос её напоминал раскалённый лёд, обжигающий и жестокий, разящий точно в цель, причиняющий боль. И работал на сто процентов. Попробую её методику. Кажется, в данном случае она самая уместная.

Выпрямила спину ещё сильнее. Подняла подбородок ещё выше.

Лицо — камень. Губы сжаты в тонкую линию. Специальное заклинание наряжает меня в кокон холодной водяной пыли, настолько мелкой, что окружающие на всякий случай отступают, не понимая, отчего им вдруг стало так холодно.

Я не печатаю шаг для пущей наглядности. Иду плавно и бесшумно, как надвигающаяся мягкой поступью леди Смерть.

И невесты вытягиваются в струнку. Замирают. Ужасаются.

Прекрасные актрисы. Чего только не сделаешь, чтобы выжить.

— Исключены за несоответствие.

Мой голос звучит так тихо и равнодушно, что сама диву даюсь. Девушки падают на колени, тянут ко мне руки, по прекрасным лицам аккуратно текут слёзы. Ни тебе красных носов, ни всхлипываний. Здесь они недоработали, конечно. Ну да ладно, спишем на особенности подводных жителей, если кто вдруг засомневается.

— Это я виновата. Не стоило пользоваться таким заклинанием. Недальновидно, — попыталась выкрутиться и Мася, но её вина не столь очевидна, чтобы Килг не заподозрил нас в сговоре, исключи я её. Он и так всё поймёт и лишь сделает хорошую мину при плохой игре. И то не факт!

— Всё приходит с опытом, — ответила философски. — Итого осталось две финалистки — вы и леди Аврора. Вашим семьям достанутся целые океаны вне зависимости от итогов отбора, можете собой гордиться.

Я направилась к официанту с шампанским, понимая, что все взгляды прикованы ко мне, даже несмотря на полуголых коленопреклонённых девиц.

Мне нельзя оступиться, споткнуться, дрогнуть.

Я — леди. Я — Бриджит де Ларс. Я — представитель Арратора. Я — студентка академии Сантор. Я — друг наследного принца Подводного мира.

Слишком много ответственности, на мой взгляд, но деваться некуда.

Легкомысленность загнала подальше, хотя она буквально вынуждала учинить дебош. Я на дух не выношу особо нервные моменты, всегда шучу, веселюсь и хохочу над любыми неурядицами. Но сегодня нельзя! Категорически запрещено!

И потому хочется ещё больше!

Магический источник всегда был заодно с моей безголовой сущностью и недовольно заклокотал, требуя хотя бы колдануть что-нибудь эдакое.

Мне срочно нужно сбросить пар!

Очень срочно!

Непринуждённо подошла к официанту и взяла бокал с шампанским. Попыталась сделать глоток, но наполненная пузырьками золотистая жидкость превратилась в пену и полилась из бокала белоснежным водопадом.

Ой-ой-ой-ой-ой. Мне конец. Позорище!

Бедный-несчастный официант замер, не понимая, как ему поступить: то ли предложить мне ещё один бокал, то ли отобрать этот. Так что я сама протянула опустевший хрустальный сосуд и на мгновение закрыла глаза, мысленно приказывая источнику не отсвечивать, когда не просят.

Нет, я всё понимаю. Можно быть не в ладах с собой, но не настолько же! Здесь я главная!

Махнула рукой, убирая пену, и подмигнула официанту, словно это лишь невинная шутка, а не утрата контроля над силой.

— Никто ничего не видел из-за вашей юбки, — тихо прошептал он, не представляя, какую тяжеленную плиту снял с моих хрупких плеч одним предложением.

Вот, кстати, ещё один плюс в пользу классических бальных платьев. Была бы наряжена по подводной моде, опозорилась бы на весь Дааярд. Хотя и здесь можно было бы выкрутиться, сказать, что мне не даёт покоя успех наряда Маси, так что и я решила добавить немного морских волн у своих ног. Шито белыми нитками, но определённо снизит градус напряжения.

Поблагодарила деликатного мужчину и пошла дальше — к матери повелителя драконов. Присела в тронном реверансе, выдала заготовленную речь, принесла извинения и получила милостивый кивок. Можно сказать, с поставленными задачами справилась.

Почти, но не совсем.

— Я всерьёз думаю взять вас в жёны, — вдруг выдал Даниарарг Третий, когда невест увели в специально выделенные комнаты, последствия локального цунами ликвидировали и вновь заиграла прекрасная музыка. — Не откажете мне? — задал он вопрос, протягивая руку явно для танца. Но первая фраза заставила проявить бдительность.

— От танца не откажусь, — ответила с довольной улыбочкой.

— Вы великолепно держались. Я под впечатлением.

— Благодарю, ваше величество.

— Дарг, — напомнил повелитель, что в данной ситуации мы можем перейти к дружескому общению, тем более он с самого начала общения поставил специальный щит.

— Дарг, — исправилась я и поспешила снизить свою ценность в качестве невесты повелителя: — Но ты просто не видел, что произошло дальше. У тебя, кстати, прекрасно вышколенная прислуга. Официант с шампанским буквально спас меня от позора: мой источник взбушевался и превратил шампанское в пену, затопив пол.

— Это нынче в моде, — рассмеялся Дарг.

— В одной иномирной книге я читала про пенные вечеринки. Возможно, невесты принца…

— Бывшие невесты.

— Они самые. Возможно, они тоже начитались любовных романов и решили ввести новую моду. Начав с твоего дворца, чтобы не портить свой.

— Идея интересная, но больше подходит для заведений, куда приличным девушкам дорога заказана, — пошутил он.

— Ты нарочно пытаешься заставить меня покраснеть, — пожурила я этого мальчишку.

— И мне всё удалось. А теперь давай признавайся, что не так с Мирой, — потребовал он совсем другим тоном.

Мы продолжали танцевать как ни в чём не бывало, но смотрели друг на друга, словно два противника. Однако на его стороне и опыт, и сила. Я на его фоне лишь слабая и беззащитная девушка. Которая умеет этим пользоваться.

Но интуиция вдруг подняла голову и прямым текстом приказала слушать себя, а не советы окружающих, и не врать повелителю действительно дружественной Арратору страны. Верному другу Серены и Эйнара. Почти брату Ульса… Коварного Ульса, который говорит и делает то, что выгодно лишь ему.

Демонам нельзя доверять. Драконам тоже, но если интуиция велит сделать исключение, не стоит противиться. Может, правда — единственный способ спасти Миру от нежеланного брака, но при этом обеспечить ей необходимую защиту.

— Драконы — создания страстные и… активные во всех аспектах своей жизни, — максимально деликатно начала я. — Но вы удивительно нетерпеливы с женщинами.

— Это часть нашей натуры, — не стал спорить Дарг.

— Мире нужен мужчина, который, как ты сказал, сможет её раскрыть. И не только раскрыть. Залечить раны. Уверить в своей надёжности. Научить жить в реальной жизни, не сбегать от неё в лаборатории и библиотеки. Всё на самом деле непросто, и на решение этой проблемы потребуется немало времени; возможно, на это уйдут годы. Я опасаюсь, что ты не сможешь дать ей необходимое именно из-за той самой части, которую сейчас упомянул.

Он нахмурился.

Я стоически молчала, понимая, что Дарг не посмеет задавать вопросы. О чужих травмах детства говорить неприлично, а он всё-таки повелитель целого народа, его воспитывали куда более строго, чем леди-сваху.

Ну ладно, хорошо меня воспитывали. Это я изо всех сил не воспитывалась!

Но мне и не нужно повелевать целой страной, так что у меня убедительная отговорка.

Дарг думал настолько долго, что нам пришлось станцевать ещё один танец. Напряжённый и не воздушный. Он вглядывался в моё лицо, хмурился, злился, затем успокаивался и вновь начинал себя накручивать. Что творилось в его голове — не знаю, но интуиция меня не подвела.

— Я сделаю как ты просишь, хотя хищная натура требует действовать. У нас прекрасные целители душ, великолепные горы, леса, реки. Природа лечит лучше любого целителя, стоит только ей довериться, услышать её исцеляющее дыхание. Но в ближайшие годы я буду занят другим. Поход твоей подруги Таяны в Тёмные земли вскрыл такие нарывы, что моя главная задача сейчас — Дааярд.

— Я думала, вы уничтожили большую часть оппозиции ещё в Тёмных Землях, — произнесла я заинтригованно.

— Когда выламываешь деревья, в земле остаются корни. Мы всё ещё копаем.

— А в Зарме уже всё выкопали? Можно хотя бы на их счёт не волноваться? — воспользовалась я возможностью узнать закрытую информацию из первых рук.

— У них изначально ситуация была проще, действующие лица — не политики и столпы государства, представители древних родов, а обычные продавшие душу торговцы. Зарма расправилась с предателями в два счёта, — ответил Дарг, не вдаваясь в подробности.

— Это хорошо. Как хорошо и то, что ты принял решение отпустить Миру. Спасибо тебе за это. Я от своих слов не отказываюсь: если почувствую твою избранную, моментально дам знать.

— Ловлю на слове, — с улыбкой заметил красавец-мужчина, а затем посерьёзнел. — Бри, раз ты мне открылась и доверилась в вопросе Миры, я тоже расскажу одну тайну, — проговорил он, уже выводя меня за пределы танцевального круга.

— Да?

Я подалась вперёд и вверх, не в состоянии сдержать порывистую часть своей натуры. Ну же, говори скорее! Я готова внимать. Даже уши, кажется, развернулись в сторону дракона. Тайны я обожаю страстно! Да и какая девушка может устоять против такого соблазна?

— Прогуляемся, — предложил Дарг, второй рукой фиксируя мою ладонь на своём локте.

Мы степенно шли по огромной открытой галерее с прекрасным видом на столицу Дааярда. Закатные лучи превращали город с многочисленными башенками и площадками для приземления гигантских ящеров в сказочную страну, и я не заметила, как поплыла.

Мы удалились от защищающих бальную залу артефактов!

Мамочки!

Ну я и дурында!

Глаза заволокло туманом, тело отяжелело, янтарные глаза повелителя драконов внезапно показались невероятно красивыми, манящими, а губы — твёрдыми и жаркими, желанными.

— Далеко ли собрались? — раздался сбоку холодный голос Ульса, однако эффекта ледяного водопада не случилось. Я по-прежнему влюблённо смотрела на красивейшего из мужчин, на сурового, могущественного дракона, обременённого властью и силой, многочисленными воздушными и наземными ритуальными боями защитившего право повелевать.

И это так романтично!

Жестоко, но мужественно и прекрасно.

И Дарг… Он такой! Такой!

Колени ослабели настолько, что я едва не повисла в объятиях дракона, который и не думал смущаться присутствием свидетеля, продолжая прижимать меня к своему жаркому, твёрдому телу.

— Отпусти её, Дарг, — потребовал Ульс, вызвав у меня лишь недовольство. И чего он здесь командует? Невежливо мешать влюблённым!

— Она очаровательна. Сам не могу понять, что в ней так манит. Не характер точно, — спокойно ответил Дарг.

Почему спокойно? Он держит меня в объятиях. Меня! Он не может быть спокойным, его должны обуревать сильнейшие чувства!

Вздрогнула всем телом, покрутила головой. Прислушалась к защитному браслету Ульса, который изо всех сил тянул меня назад, сражаясь, по сути, с моими же восторженными представлениями о драконах и их влиянии на девушек. И сладкая розовая вата, облепившая тело и разум, вдруг превратилась в липкую паутину драконьего воздействия. Магического!

Не может быть!

Неужели?

Поверить не могу!

Пока рядом Ульс, думать головой было легче, и я решила срочно проверить неожиданную теорию. Вспомнив формулы, которым учили в академии Сантор, приняла Дарга за источник угрозы, высчитала расстояние, приблизительную силу воздействия, затем использовала базовую защиту против ментальной атаки, соединила в нужной последовательности и получила кривенький, но заточенный против повелителя драконов щит.

Усилий потребовалось немало, поэтому я тяжело (вроде как страстно) вздохнула, прислонилась лбом к груди Дарга, а сама быстренько направила часть личной силы вместе с кривым заклинанием-щитом в мои любимые древние артефакты-браслеты, которые на самом деле никогда не являлись абсолютной защитой против драконов, ведь механизм их влияния на человеческих девушек совсем не изучен. Считалось, что это не искусственный, а природный эффект, воздействие сильной расы на более слабую. Но нет! Коварные ящеры умудрились окрутить нас так здорово, что никому и в голову не приходило проверить!

Да и как проверять, когда ты таешь и ничего не соображаешь? Когда больше тысячелетия их раса окружена романтическим ореолом? Когда есть столько книг про героических, страстных, красивых и сильных драконов, сходящих с ума по простым человеческим девушкам?

Мы сами додумали всё, что не доработали драконы!

Видимо, присутствие демона и его магия помогли протрезветь угодившей в коварную западню стрекозе-свахе. Только… мне нельзя выдавать своё состояние Даргу, иначе меня никто и никогда не выпустит отсюда живой! А я должна всё рассказать Серене! Это слишком важно!

— У меня замечательный характер, — прошептала я, стараясь говорить страстно и в то же время эротично. Кажется, именно так ведут себя девушки под воздействием драконов.

Усиленный артефактами щит работал вполне неплохо, но, опять же, не на сто процентов. Я то таяла и млела, то приходила в себя. Но как экстренный вариант сработал очень хорошо, мне есть за что себя похвалить.

— Конечно, милая, — подыграл мне Дарг. И тут же обратился к Ульсу: — Не мешай. Тебе там двух девиц подобрали, и одну, кажется, сейчас умыкнут. Спасай невесту!

— Отпусти Бриджит! — потребовал он совсем другим тоном. Злым и бешеным. Рычащим.

Всё, сцепились два самца. За прекрасную меня. До чего романтично!

Сознание вновь поплыло. Да что же это такое? Щит, милый, на помощь!

Я прильнула к Даргу, но при этом изо всех сил пыталась мысленно тянуться к Ульсу, его браслету и призывала свой экспериментальный образец противостоять беспринципной драконьей магии. Помогает не очень. От дракона пахнет невозможно приятно. До такой степени, что я вновь уткнулась носом в тёмную ткань и сделала глубокий вдох.

Щит неожиданно вновь заработал, позволяя мне очнуться и обалдеть от собственных действий. Какой кошмар! И всё на глазах у Ульса. Куда приятнее было бы обниматься с ним. С ним я хочу обниматься.

Эй, щит, ау! Не хулигань! Это тщательно спрятанные эмоции, не лезь куда не просят. Мне нельзя в него влюбляться!

Даже протрезвела от ужаса, сообразив, что уже поздно. Я слишком много времени провела с коварным морским принцем и, кажется, вляпалась туда, куда… очень надеялась не вляпаться.

— Свою работу она почти выполнила, так что…

— Нет. Её работа не окончена и контракт не закрыт. На её попечении две девушки, которых мы все бросили на произвол судьбы.

Я выпрямилась в руках Дарга, посмотрела умоляюще. Пальцы сжались, пиратскими крюками пытаясь зацепиться за одежду и удержать, не позволить отдалиться. При этом мозг работал как часы.

— Так нельзя, — прошептала, добавив слёз в голос. — Нельзя. Мы должны их спасти. Это моя обязанность, Дарг. Ты ведь понимаешь.

— Удивительно, — пробормотал Дарг, тщательно всматриваясь в моё лицо, однако я поддалась драконьей магии и смотрела на него преданно, страстно, но с огромным сожалением связанного долгом человека.

— Контракт с демоном, дорогой друг, — напомнил Ульс ехидно. — Она дала слово Килгу.

Меня резко отпустили и даже сделали шаг в сторону.

Дарг поклонился и вернулся в бальную залу, ничего не объясняя и никак не оправдываясь. Ульс же, напротив, подошёл ближе.

— У меня нет слов, Бри. О чём ты думала? — недовольно спросил демон в мужском обличье. И впервые при общении с ним я чётко осознала, с кем имею дело. Даже в его внешности что-то неуловимо изменилось. Или, возможно, всё-таки в повадках, так сразу не сообразить.

Прижала ледяные пальцы к воспалённым вискам, закрыла глаза, сделала несколько глубоких вздохов, не наполненных ароматом соблазнительного драконьего тела. Любовным зельем вместо парфюма он пользуется, что ли? Кошмар!

Так, кажется, прихожу в себя. Иди-иди, Дарг. Чем ты дальше, тем я сообразительнее.

Ульс подошёл и коснулся моего лба; остатки сладкого сиропа испарились без следа, и я благодарно кивнула. Но ответила в своей манере:

— А мне кажется, в твоей сокровищнице все слова мира и ты совершенно их не экономишь.

Отодвинувшись, привела наряд и причёску в должный вид. С этими драконами шпилек не напасёшься. Не знаю, каким образом — приступов дикой страсти не было, — но пара прядей всё равно оказалась не на своём месте.

— Я так понимаю, ты сообщила ему правду про Миру, — легко вычислил Ульс, а вот я пока не могла понять, каким образом он это сделал. — У Дарга политика простая: если он решил жениться, он сделает это незамедлительно. Пока не передумал.

— Или пока матушка не принудила его взять в жёны подходящую лично ей кандидатуру, — хмыкнула я, направляясь в бальный зал.

— Именно. Поэтому, потеряв одну невесту, он живо присмотрел другую. А уж завлечь барышню, обменяв тайну на тайну, как это принято в вашем женском сообществе, — вообще классика жанра. Как ты вообще не догадалась, что это ловушка?

— Я ему не подхожу в качестве жены.

— Твой дар свахи ему подходит. Он редкий и необычный. И очень ценный.

— Дарг неоднократно говорил, что моё поведение…

— Корректируется, Бри, — не дал закончить Ульс. — Поведение влюблённой женщины легко корректируется, а тот факт, что твои браслеты против его… обаяния, — нашёлся он с корректным словом для вопиющей драконьей наглости, — не работают, он только что ещё раз проверил. Для надёжности. Дарг никому не доверяет и тем более не верит на слово красивым девушкам.

— Иногда верит, — заупрямилась я. — И я думала, твой браслет меня защитит.

— Где угодно, только не во дворце Дарга, Бри. Силы неравны.

Мы подошли к дверям, ведущим в мир танцев, и остановились. Переступать черту, где вновь придётся тщательно следить за своими манерами, за каждым словом, за невестами, ревнивыми драконицами и перевозбуждёнными драконами, ой как не хотелось!

Ещё глоточек свежего воздуха. Мгновение свободы от условностей.

— Не важно. Главное, не доверяй драконам, Бри.

— А демонам доверять можно? — спросила, уставившись на него с самой серьёзной миной. — Или они умеют только соблазнять невинных девушек, не пуская на отборы невест, чтобы не сделать ставкой в жестокой азартной игре, а затем держать их на коротком поводке, не позволяя уйти?

— Ты прочитала книгу моей мамы? — удивился Ульс.

— Мамы? Ты про Лааргу? Это она написала книгу? — Я выпучила глаза. Я живу в доме настоящей писательницы! Надо же! — Когда она всё успела-то?

— Ну, ей не одна сотня лет, — пожал плечами он, обаятельно улыбнувшись.

Так, кому-то что-то от меня нужно. Только вот кое-что в книге не совпадает с тем, что я узнала от остальных жителей подводного мира. И кто мне солгал? Или художественный вымысел сильно дополнил реальную историю?

— Подожди, но если Лаарга…

— Я расскажу тебе историю родителей при других обстоятельствах, не у двери в бальную залу, договорились? — мягко напомнил об обязательствах Ульс.

— Подожди! У меня столько вопросов! — запротестовала я, но всё бесполезно.

— Потом. Сперва ты должна разобраться с невестами. Ещё две остались.

Метнула в противного принца сердитый взгляд и направилась прочь, да только бурлящее недовольство потребовало и его облить кипятком на прощание.

— Желаю тебе скомпрометировать какую-нибудь глупую девицу и избавиться уже от этого отбора! — выпалила в сердцах, ещё и скорчила зверское выражение лица.

Так ему!

Надоел!

С тайнами своими, с двоякими намёками, с непонятными советами! Ну его!

Нырнула в потайную дверь для прислуги, чтобы не привлекать лишнее внимание танцующих и бдящих из углов. Постояла немного за портьерой, приходя в себя, и лишь затем с независимым видом вышла в свет и направилась к окошку.

Чем дальше я удалялась от его высочества гада морского, тем ярче осознавала произошедшее.

И снова Ульс показал себя предусмотрительным и заботливым другом, спас меня от Дарга. Понял, что я не выдержу и не воспользуюсь советом утаить от повелителя драконов секрет Миры. А ведь придержи я эту тайну, не подставила бы себя под удар. Миру-то дракону никак не соблазнить. Вообще. С этого дня она не чувствительна к чарам ящеров. Не знаю, кто придумал эти коварные заклинания обольщения-подчинения, но они совершенно не действуют в отношении нашедших друг друга пар. А слово матери повелителя драконов гарантирует ей максимальную безопасность. Да и Дарг не станет подходить к моей подруге, зная, что этим подставит любимую родительницу.

И всё равно Ульс — тот ещё гад!

Почему ничего нельзя сказать сразу? Прямо? По-человечески?

Демоны, наверное, так не умеют.

Я нашла своего любимого официанта с шампанским и взяла бокал.

— Надеюсь, я правильно поступил, выдав ваше местонахождение его высочеству Фаульсу? — шёпотом спросил официант.

— О, так это были вы! Ещё раз огромное спасибо! Если бы я могла, непременно выдала бы вам медаль за спасение попавших в беду девушек, — поблагодарила от всего сердца, а затем повнимательнее присмотрелась к молодому человеку. Что-то в его лице показалось мне знакомым. Память подсказок не давала, и я решила не привлекать лишнее внимание к подозрительному официанту, вдруг это шпион Арратора. Может, Серена отправила кого-то присмотреть за мной. Мало ли! — Возможно, я могу отблагодарить вас по-другому?

— Я действую в интересах одной леди, — доверительно сообщил он. — Она хочет познакомиться с его величеством Даниараргом, но ей это никак не удаётся. Если бы вы могли помочь им познакомиться…

— А она хочет выйти за него замуж? — уточнила, замышляя нехорошее.

— Да. Она стоит у окна. Брюнетка в тёмно-зелёном платье. Крессинда.

— Красивая. И с характером, — оценила явно стервозный нрав барышни.

В моей голове начал формироваться план. Мерзенький такой. Гаденький. Но драконище поганый, точнее, Даниарарг Третий, заслуживает любой мести!

Как-то сразу вдруг вспомнилась ситуация с моей подругой Таяной. Он ведь не просто хотел поработить её, лишить воли, влюбить в себя искусственно, он произнёс слова древнего заклятья, связав узами подчинения. Причинил реальный вред. И не важно, что самой Таяне это пошло на пользу. Если бы не доблестный поступок красавца Райдена, она бы оказалась игрушкой в лапах дракона, а не счастливой замужней женщиной.

И с чего я вдруг решила простить наглого дракона?

Хотя это риторический вопрос. Я прекрасно знаю почему. Потому что романтично настроенная дурында! Решила, что могу посадить Миру на красивый чёрный трон с серебряными завитушками, несколько тысяч лет назад зачарованными на удачу, силу и здоровье, заставить самого повелителя драконов служить ей, добывать редкие ингредиенты из труднодоступных мест и вообще всячески её баловать. Даже заклинание одно интересное нашла. Хитрое такое. Для невлюблённых драконов.

— Твоя леди владеет магией иллюзии? — спросила с самым невинным видом, сделав глоток шампанского.

Следивший за мной Ульс даже вздрогнул.

Кажется, переигрываю. Делаем заинтересованный вид, а то в скучающий он тоже не поверит. Проклятый демонюка слишком проницателен!

— Насколько мне известно, нет. Но у неё вполне приличный актёрский дар. И связей хватает. Если нужно, найдёт специалиста по иллюзиям.

— Тоже неплохо. Я планирую в ближайшее время удалиться и на её месте немного поиграла бы с цветом волос, глаз, платья, — намекнула, что леди вполне могла бы заменить меня на посту за столом, а уж дальше соблазнить дракона и поставить перед фактом свадьбы — дело техники.

Мы переглянулись и, кивнув друг другу, разошлись в разные стороны. Я прогулялась, инспектируя, где и чем занимаются невестушки Фаульса, узнала, куда пропала Мира, морально поддержала Масю, а затем изящно увильнула от матушки Дарга.

Бедная драконица. Уже на любую девицу согласна. Казалось бы, родила прекрасного дракончика, умного, сильного, талантливого. Внуки не за горами. Но нет! Характер у сыночка прекрасной дамы до того противен, что все порядочные девицы бегут от него как от огня! И корона не спасает!

Ну ладно, не все. Мы с Мирой и Таяна — скорее исключение из правил. Вон та же Крессинда как мотылёк летит на пламя янтарных глаз. Имя-то какое у неё неприятное. Ну точно они с Даргом Противным нашли друг друга!

Я злорадно улыбнулась. Месть — сладкое чувство. Оно горячит кровь и делает разум острым словно игла.

Итак, что мы имеем?

Мира и Аврора в безопасности: братья Серены увели обеих девушек, сами же делают вид, будто белые и пушистые, общаются с драконами и пьют шампанское. Жаль, подробностей не узнать — своим любопытством могу всех только подставить.

Дарг, напротив, в опасности, но помогать я ему не собираюсь. И даже мой дар не отсвечивает, хотя по идее должен — явно со мной заодно. А вот нечего нас с ним силой принуждать к замужеству! Мы не хотим! У нас другие планы!

Мася, единственная кандидатура в жёны морского принца, кажется, решила не отставать от «подруг» и завершить отбор полнейшим безумием — опорочить себя так, чтобы кандидатур у Ульса не осталось вообще. Напропалую строит глазки симпатичному молодому дракону, ещё и кивает в сторону коридора, где защита не действует — проверено. Не мне её осуждать и останавливать. Каждый борется за свою жизнь как может. Килгу скажу, что отходила от последствий беседы с коварным повелителем крылатых и была не в силах проконтролировать последнюю невестушку. Надеюсь, не придушит меня сгоряча.

А вот Леюшка, чудо серо-зелёное, похоже, нашла себе воздыхателя из людей. Который смотрит на неё таким взглядом, словно готов съесть целиком. Не в гастрономическом плане, а в очень неприличном и страстном. Извращенец. И я не о внешности. Характер у речной принцессы такой, что любой нормальный человек будет бежать, сверкая пятками и не оглядываясь. Но, как говорится, совет да любовь.

Ульс… Ох, не знаю, как относиться к этому гаду. Стоит мне только обвинить его в нехорошем, как тут же оказывается, что он был прав и защищал меня. Мистика! И вообще я про него думать не хочу. Совсем!

Хотя как не думать? Мне ведь нужно отсюда сбежать так, чтобы Дарг не заметил. Завершу только все необходимые приготовления. Как говорится, месть — блюдо, которое нужно подавать холодным, а у меня ещё само блюдо не готово!

Неспешно прогуливаясь, добралась до окна, где стояла девица со стервозным лицом и неприятным именем. Вернула рядом стоящему «официанту» пустой бокал и поблагодарила, а затем и вовсе сделала несколько комплиментов прекрасному вечеру, шампанскому и моим собеседникам, позволяя девице считать нужные интонации. Голос сложнее всего подделать, чтобы соблазнить Дарга, но актёрский дар ей в этом поможет.

Великая Богиня, до чего я докатилась! Я ведь милая и добрая. Всегда была. До того, как меня обманом утащили с бала и попытались соблазнить. И обидели Таянушку. И покушались на руку и сердце Серены, если память мне не изменяет.

Да это не дракон, а зло во плоти какое-то! Так что его не жалко! Пусть Крессинда соблазняет его на здоровье! Самым жестоким образом! Читала я один роман про непристойности, так вот в нём главная героиня приковала героя к кровати и всячески над ним издевалась до начала любовных игр. Возможно я что-то не поняла и это была их составляющая, но, как по мне, раскалённый воск, плети и укусы — не очень эротично. Хотя для Дарга ничего не жалко! Я даже готова пожертвовать ту книгу Крессинде в качестве свадебного подарка, чтобы издевалась над своим драконом с чувством, с толком, с расстановкой. С жестокими играми и поркой. Должен ведь кто-то хорошенько отлупить этого гада!

— И что ты замыслила? — спросил Ульс, подкравшись так неожиданно, что я едва не подпрыгнула от ужаса.

— Так заметно?

— Более чем.

Я заметила стоящего неподалёку Даниарарга и честно ответила:

— Подумываю, что кое-кого действительно стоит наказать свадьбой.

Ульс ощутимо напрягся. От его высокой фигуры повеяло недовольством и холодом. Надо же, всё-таки папочкина наследственность даёт о себе знать. А говорил, что милый и добрый.

— Пойдём потанцуем, а затем я вернусь и поговорю с его величеством. Хорошо так поговорю. Качественно! — пообещала, посмотрев в сторону Дарга, и понадеялась, что Крессида всё услышала и приняла к сведению.

Шансов, откровенно говоря, у неё почти нет, но вдруг. Мало ли.

В любом случае Дарг получит от меня «привет» и сделает выводы. Со свахой шутки плохи!

Ульс не стал спорить и допрашивать, вывел меня в центр зала и закружил в танце.

И до чего все-таки приятно с ним танцевать! Даже о делах говорить не хочется. Но надо!

Я напряглась в его руках, и Ульс тут же установил щит, предлагая начать откровенную беседу.

— Мне срочно нужно покинуть бал. Пожалуйста, помоги! — прошептала так, словно мы не ссорились часом ранее. Хорошо, он снисходительно относится к переменам моего настроения и не язвит по этому поводу.

— Что ты задумала, Бри? Правду! — потребовал Ульс.

— Ты остался без невест: сегодня они все выйдут из игры, как ты и хотел, — ответила, глядя ему прямо в глаза. — Я исключила всех, кого могла, Масю выгонит сам Килг или его соглядатай, она настроена серьёзно и уже подготовила почву.

— Спасибо.

— Я обязана поговорить с Килгом, чтобы мой договор с демоном был завершён.

— Ты давала обещание мне, так что я с удовольствием освобожу тебя от всех клятв, как только бал завершится и Килг признает отбор несостоявшимся, — с улыбкой подбодрил меня Ульс.

— Есть нюанс. Сегодня я разговаривала с Килгом, — призналась как на духу.

— Нет.

— Да.

— И что ты ему пообещала? — со вздохом спросил Ульс.

— Ничего особенного. Мы очень мило поговорили, он даже рассказал мне, как заманил Лааргу в свои объятия. Очень красивая история, — поделилась я с улыбкой, хотя на самом деле в ужасе вспоминала разговор с древним демоном. Я была в таком неуравновешенном состоянии, что он мог меня где-то подловить и связать обязательствами, а я бы не заметила.

Ульс не ответил. Не произнёс ни слова. Дыхание его не сбилось, не стало неровным, однако я точно уловила момент, когда под кончиками пальцев вместо упругих мышц почувствовалась сталь. Напряжён. Взволнован.

Кажется, пора всё из него вытрясти. Принудительно! И, хочет он того или нет, я получу ответы на все свои вопросы.

Глава 22. Танец над бездной

Разговор с настоящим демоном — то ещё удовольствие, особенно если он говорить не собирается. Хотя любой разговор с демоном — хождение по раскалённым углям.

Ульс и на этот раз остался верен себе — поступил так, как посчитал нужным. Из Баррагора он меня увёл, притом очень хитренько, тайными тропами. Сперва мы, словно воришки, выбрались из дворца, затем пробежали через половину города, и лишь тогда этот шифровальщик открыл портал. Он вёл не в жемчужный дворец (хвала богам), но и не в дом Лаарги, куда я очень хотела попасть!

Мы оказались на небольшом каменном островке без растительности, но с узенькой полоской песка.

— Куда ты меня привёл? — уточнила, оглядываясь по сторонам. — Хоть светлячок зажечь можно? Ночь совершенно безлунная, страшно.

Я выросла у воды и не раз купалась ночью, но сегодня, после всех нервных потрясений, даже рядом с Ульсом чувствую себя уязвимо. Было желание прижаться к нему, почувствовать тепло тела, успокоиться, но я не позволила себе проявить слабость. И так уже вляпалась в ситуацию с Даргом, на сегодня достаточно. Побуду умненькой Бри.

Вода вокруг острова замерцала, а затем и вовсе засветилась. Ульс призвал планктон и, похоже, добавил магии в воду. Подобных заклинаний я не знаю, но расстраиваться этому не собираюсь. Выучу ещё.

Быстро скинула туфли и едва не замурлыкала от восторга, когда натруженных ступней коснулся бархатистый прохладный песочек. А уж когда по щиколотку вошла в светящуюся воду, моему счастью и вовсе не было предела! После бала нет ничего лучше ледяной воды, особенно когда вода — твоя родная стихия, заживляющая, исцеляющая.

Отдала океану напряжение, страх, боль, злость, сама же в два счёта напиталась прекрасными эмоциями и преисполнилась благодушия. Хотелось вовсе скинуть одежду и поплавать, но не с демоном под боком.

— Ты так и будешь молчать? — спросила Ульса, который стоял незыблемой скалой, кажется, даже ни разу не пошевелившись с момента прибытия на чудесный островок. — Объясни, что я такого сказала? Я проанализировала свой разговор с его величеством и уверена, что обещаний не давала. Не на сто процентов, конечно, но на девяносто девять — точно.

Вода зарядила невероятно, и мир казался замечательным, а страхи — надуманными и глупыми. Я уверена, что всё прекрасно, а будет ещё лучше.

— Я не чувствую на тебе никаких обязательств. Надзиратель Гувс, скорее всего, уже подтвердил твоё решение Килгу, и теперь все девушки исключены из отбора. Наш договор расторгнут, — произнёс он тихо.

— Это ты прислушивался к ощущениям, потому молчал? — радостно спросила, подбежав к Ульсу и ухватив его за руку. — Зайди тоже в водичку, она великолепна!

— Бри, у нас нет повода радоваться.

— Ой, какой серьёзный голос! — захихикала я, дурея от количества воды, заряженной его силой. Мои артефакты едва не лопались от набитой в них энергии, по телу прохладными змейками скользила сила, которую я притянула, но не смогла впитать; волосы намокли и стекли на плечи тяжёлыми волнами, сбросив балласт в виде украшений и заколок. Но это страшное, непозволительное нарушение приличий — распущенные перед мужчиной косы — ничуть не смущали. Я искрила силой и счастьем и совершенно ничего не боялась!

Планктон погас, и мы вновь оказались на страшном безлюдном островке с бархатистым песком. Сладкий дурман испарился, словно его и не было.

— Прости, я отвлёкся и забыл проконтролировать работу планктона, они тебя зарядили сильнее, чем следовало, — объяснил Ульс, хотя протрезвевшая я и так сложила два плюс два.

— Так что случилось? — уточнила, понимая, что умудрилась во что-то вляпаться. — Почему ты так ярко отреагировал на мой рассказ про беседу с его величеством, если не чувствовал на мне никаких оков? Я ведь правильно понимаю, Дарга ты нагло обманул, чтобы спасти меня, а меня припугнул, чтобы вела себя надлежащим образом?

— Боюсь, твои откровенные разговоры с Килгом выбили у меня почву из-под ног. Не понимаю, как трактовать его поведение, и меня это пугает, — признался Ульс.

— А какие варианты? — поинтересовалась, стараясь не рисовать в голове страшные картины.

— Их десятки, а то и сотни. Отец непредсказуем. Нам нужно определиться, как поступить. Возможно, тебе не стоит возвращаться в Жемчужный замок. Наверное, это самый правильный шаг.

— Я ещё многого не сделала. Меня ждут жемчужницы. Кстати, его величество в курсе, что я замышляю, и не против. Потом я обещала наладить поставку букетов на дно, крабы и акулы их очень любят из-за магии жизни… Ой, так это их Лаарга, наверное, приучила к своей магии жизни, вот они и скучают. А ты не делишься! — тут же обвинила жадного демонюку.

— А я по официальной версии ей не сын и магией жизни не владею. Бри, для демона такой дар — позор!

— А почему? Дар жизни — это ведь куда сильнее и полезнее, чем просто стихия. Тебе подчиняются растения, животные, птицы, грибы, люди, рыбы… Ульс, а демоны? — вдруг сообразила я. — Ты как-то управляешь отцом? С помощью этой магии, да? Потому он не… ну, не сделал с тобой то, что должен был?

— Отчасти. Он не смог меня убить по многим причинам. Должен был, обязан, ведь я — единственная угроза. Будь мы в мире демонов, я был бы союзником в борьбе против других демонов, и моя жизнь представляла бы ценность, но не здесь, не под водой. Два демона в одном мире — перебор. Но отец не смог. А затем принял.

Ульс произнёс последнюю фразу тихо-тихо, но я поняла, прочувствовала её силу, её суть.

Принял.

Демон принял собственного ребёнка, а значит, по всей видимости, и полюбил тоже.

И как-то внезапно всё встало на свои места.

Странное поведение обоих мужчин, странная оппозиция, странные отношения с жителями подводного мира…

Я совершенно не принимала во внимание, что Подводный мир по сути своей — то же самое, что полноценный другой мир, со своими правилами, законами, своей этикой. Мне всё время казалось, будто можно арраторской линейкой измерять происходящее под водой. Я сравнивала их девиц и наших. Их законы и наши.

Но это в корне неверно!

Под водой царит великий и ужасный древний демон. Жестокий, кровожадный, злой и страшный. Победить его не может никто. Никакая оппозиция, никакие чудовища. По-настоящему достойных противников он давно уничтожил, о них и воспоминаний толком не осталось.

Но откуда тогда эта горстка идиотов? По-другому оппозицию, действующую в Жемчужном замке, я назвать не могу.

Скорее всего, его величество играет ими, как шахматисты — фигурами на доске. Чтобы не заскучать.

Но и у великого гроссмейстера подводного мира есть уязвимая точка — сын. Сын с уникальным даром. Сын от любимой женщины.

Разве мог он его убить?

Убить того, кого полюбил всем сердцем?

Нет.

Не сына Лаарги.

Возможно, именно этот аргумент куда весомее редкого дара жизни, позволяющего Ульсу контролировать окружающих.

И что там сказал Гувс? Наследный принц добивается всего, чего хочет. Значит, у Килга не было шансов. Ни единого шанса убить собственного сына-конкурента. Как причудливо сплетены в клубок обстоятельства. И до чего интересно тянуть за ниточку, чтобы его размотать!

А сам Ульс? Он ведь хотел бросить отца и уйти с матерью, когда под воду вновь вернулась фурия. Но остался, чтобы прикрыть её побег. Пожертвовал свободой ради мамы. И что-то мне подсказывает — история повторяется. Он ищет варианты отпустить меня так, чтобы у Килга не осталось вопросов и претензий. А они есть!

— Мы спустимся в Бездну Древнего Холода: ты должна забрать подарок богини, его нельзя игнорировать, — вдруг ошарашил новостью Ульс. — Затем я отправлю тебя в Арратор. Жемчужницы переедут к тебе, когда Килг поутихнет, координаты им передам.

— А ты?

На мгновение показалось, что Ульс сделает разделяющий нас шаг и поцелует меня. Прижмёт к себе крепко-крепко, сильно, так, чтобы сердца застучали в унисон, коснётся тёплыми губами моего приоткрытого в ожидании рта, вскружит голову… Дальше фантазия заканчивалась.

Я не хочу жить под водой.

Не хочу общаться с неприятными мне созданиями, хищными и жестокими, опасными и неверными, злыми и бесчестными.

Не хочу ежесекундно бояться Килга и происков его советников и врагов.

У нас с Ульсом нет будущего. Мы не избранные. Мы просто друзья. Друзья, которые, возможно, хотели бы много большего, но обстоятельства оказались выше их желаний и возможностей.

— Давай закончим с делами, — с натянутой улыбкой произнёс он. — Ныряем!

По щекам внезапно хлынула горячая влага, нос заложило, и я побоялась ответить вслух, чтобы не дать петуха. Мужественно взяла Ульса за руку и первой сделала шаг на глубину, словно это я приглашаю его совершить настоящее безумие — нырнуть к страшному чудовищу и отобрать у него подарок богини, — а не покорно следую за ним. Жуть какая!

В крови начала клокотать энергия, предвкушая хорошую схватку. Легко не будет, чувствую. Но сейчас главная задача — выжить! Об остальном подумаем позднее.

Спускаться в тончайшем пузыре на дно океана рядом с — ну нет, не любимым, а просто с замечательным мужчиной… да, вот так — это не так страшно. Точнее, страшно, но больше из-за того, что романтично.

Друзья и романтика — бред полнейший, конечно. О чём я вообще? Начиталась книг и думаю о глупостях.

Порядочные девушки лежали бы в обмороке, а не наслаждались компанией принца, который им никогда не достанется. А я пялюсь то на Ульса, то на проплывающих мимо грациозных, красивых, страшных, милых, смешных, величественных созданий и восхищаюсь невиданной, первозданной красотой природы. Ульс вновь подсветил воду, и мы словно парили в невесомости вместе с чудесными видениями.

— Невероятно! — произнесла я, когда мимо нас неспешно и важно проплыл-продефилировал чудовищных размеров кит. Кажется, один только его глаз больше меня! Схватила Ульса за руку, не в силах выразить весь спектр обуревающих эмоций. — Какой он… какой! Он великолепен!

— Возьму себе на заметку прогулку ко дну, она располагает к близости и поцелуям, — проговорил Ульс, вернувшись к привычному ехидному тону. Хорошо, не бархатно-соблазнительному! Слишком уж я под впечатлением.

— Непременно возьми, — в тон ему ответила я. — После неудачного отбора тебе придётся прилагать немало усилий, чтобы сорвать поцелуй с уст любой девушки. Представь, какие про тебя пойдут слухи после сегодняшнего бала, ведь сбежали все! Бедный, бедный наследный принц!

— Слухов не будет, — хмыкнул Ульс и добавил без тени сомнения: — И девушки по-прежнему будут рваться в мои объятия.

— Ах-ах!

— Все, кроме одной, — с намёком произнёс он, и меня обожгло кипятком. Ошпарило. Воздух в пузыре стал удушливо-влажным и жарким, тропическим.

Да ну что же это такое? Кошмар! Сущее наказание!

Ау-у, мы вообще-то под водой, здесь прохладно! Организм, ку-ку? Ну что ты творишь? Не подставляй!

Мозг тут же выдал оправдание бесстыжей реакции тела. Это всё увлечение книгами! Я начиталась неприличностей про демонов и теперь не могу не думать о том, что они вытворяют с доверчивыми красавицами в горизонтальной плоскости. И под водой тоже. Ведь можно, скажем так, танцевать под водой? Размножаются ведь как-то морские создания.

Тьфу ты, снова я за старое. Мы с Фаульсом друзья. Друзья и ничего более! И вообще, мы спускаемся прямиком в пасть чудовищу, а я думаю… не о том, о чём стоило бы.

— Давай лучше объясни, что и как делать в Бездне, как скрываться от чудовища… Или ты можешь на него воздействовать, потому беспокоиться не о чем? — спросила с надеждой.

— Не пробовал, но в теории это возможно. Проверим на практике.

— Это ведь наверняка очень опасно, — очнулась я.

Очень своевременно! Как раз на полпути к бездне. Нет, это хорошо, конечно, что мозг включился и начал думать, но мне явно стоит научиться им пользоваться заблаговременно, а не когда отступать уже поздно.

Думала ведь я про путешествие в бездну раньше? Думала. Но как я это делала!

«Спущусь, надеру щупальца монстрику, отберу свой подарок и на свободу!» Или иногда: «Подружусь с чудовищем, получу в подарок ещё чего-нибудь ценное и классное, и домой!»

И именно сейчас, когда под ногами уже зияет бесконечная чернота, я вдруг (внезапно, какая неожиданность!) сообразила, что план мой попахивает безумием. А если учесть, что подарок сделала сама богиня Смерти, так и вовсе самоубийством.

Нет, ну мало ли, как выражает благодарность Мори! Это Таяну она любит, ну так моя подруга — некромантка, жрица богини, так сказать, а я простая, бедная и беззащитная сваха со склонностью находить приключения на все свои округлости.

— Разумеется, там опасно. Но я иду на этот риск ради твоих прекрасных глаз, — вновь перешёл к соблазнительному тону паршивец, ещё и дёрнул меня на себя.

Я очень пыталась быть хорошей девочкой и не обнимать негодяя за плечи, но… оно как-то само. Его руки на моей талии, мои — поглаживают твердокаменные плечи. Единственное, на что меня хватило — не вцепиться в него, не прижаться. Я лишь легко-легко, почти невесомо, кончиками пальцев касаюсь шершавой ткани. Не обнажённого тела. К сожалению.

Тьфу ты! Да ну что за день такой ужасный? Сплошные нервы и испытания!

Спрятала руки за спиной, сцепила в замок, чтобы не дать им возможности и дальше хулиганить. Ещё и демонов пузырь подталкивал наверх, до такой степени, что грудь уже находится ровно напротив ехидной физиономии коварного захватчика моей талии. И он туда бессовестно заглядывает! Разве только свой любопытный нос ещё не сунул в ложбинку!

— Что-то я не хочу вниз, — пропищала, беспомощно заглядывая в прозрачные глаза Ульса, хотя находилась выше него и, по идее, должна была ощущать себя чуть «сверху», «над», «главнее». А по факту очутилась в полной его власти и побаивалась. Побаивалась слишком многого! Себя, в первую очередь. — Давай вернёмся на остров или лучше сразу в Сантор.

— Что я вижу? — с наигранным изумлением произнёс Ульс. — Неужели это проблеск здравого смысла? Не может быть!

— Ну тебя, — надулась я жабой. Страх улетучился, и я недовольно сложила руки на груди, закрывая доступ жадному взгляду. Но из-за этого прижимаясь к Ульсу ногами ещё плотнее! Час от часу не легче.

— Бри, дорогая, моя красивая, умная и сообразительная Бри, — начал откровенно льстить Ульс, пока его руки меняли положение — одна обнимала меня за бёдра, вторая бережно и нежно пыталась устранить досадное недоразумение на моей груди. Любят мужчины прекрасный вид, а я тут… загораживаю!

— И не пытайся! — Сжала руки ещё сильнее.

Ульс не задумался ни на мгновение, не задержался. Шаловливые пальцы в момент оказались на моих сверхчувствительных к щекотке рёбрах, и я завопила, меняя позу, открываясь, теряя контроль, чем и воспользовался коварный демон.

Я оказалась в его объятиях. Тёплых и надёжных. Крепких. Доверчиво застыла, глядя в невероятные серебряные глаза, сверкающие на глубине. Черты узкого лица немного расплывались, дрожали, словно он вот-вот перейдёт в истинную форму. Ту самую, настоящую!

Мысли о щекотке и поцелуях сменили друг друга молниеносно. Итак, что там у нас за демон такой? Покажите мне его всего!

Глава 23. Погружение в бездну

Спорить с Ульсом бесполезно, этот урок я усвоила давно. Но до чего хотелось убедиться, что я ошибаюсь! И каждый раз наступаю на одни и те же грабли. И наступаю… и наступаю.

А всё потому, что хитрец умудряется обволакивать очаровательными манерами, красивыми словами и погружать в иллюзию, будто ты умнее его и вот-вот окажешься на коне. По факту всегда происходит обратное: Ульс получает то, что хочет, ты же в собственных глазах падаешь ниже подвалов тайной канцелярии или — и это в лучшем случае! — выглядишь несмышлёным ребёнком.

До чего бесит!

Стоило мне переключиться с темы поцелуев на его истинную суть, как закончилось и то и другое. И я до конца не уверена, что больше расстраивает.

— Бри, как бы тебе ни хотелось прижиматься ко мне и дальше, к сожалению, вынужден констатировать страшную нехватку времени.

— Что?! — Я едва не задохнулась от бешенства. Да как он смеет?

— Поверь, я так же, как и ты, не желаю ни на мгновение разрывать этот прекрасный контакт тел. Более того: я жажду продолжения. Страстно и бешено. Неукротимо. Неустанно. Понимаю твоё желание, разделяю его…

— Придушить тебя! — рявкнула, обнимая его шею руками и надавливая, будто это не пустая угроза. Однако крепкая шея неожиданно оказалась будто сотканной из металлических прутов вместо хрупких, беззащитных вен. И окутана непробиваемой драконьей кожей.

Демонюка поганый! Никак к нему не подобраться, вы посмотрите!

— Признаться, я слышал о данном методе достижения наивысшего наслаждения, кажется, даже от тебя, но прежде не испытывал на себе, — продолжал издеваться Ульс. — Погоди, милая, у нас бездна времени, всё успеем, — заверил он меня тоном отца семейства, утешающего деточку, что парк аттракционов закрылся и доступ к сладкой вате появится лишь завтра.

Гад гадский!

Убрала руки за спину, ещё и сделала вид, будто вытираю их о платье.

— Ах-ах! — вернул мою любимую фразу Ульс и нарочно прижал меня посильнее к упругому, горячему телу.

— Отпусти, — прошипела коброй.

— Тебе ведь одной будет страшно. Как я могу?

И вновь играет. Этот невинный образ оскорблённой добродетели ему совсем не подходит. Да у демонов таких честных глаз не бывает даже в момент рождения! А кое-кому, не будем тыкать пальцем, пора обуздать эмоции и проявить вторую часть своей натуры — целеустремлённость и непробиваемую уверенность в собственных силах. И ведь необходимо всего ничего — отключить эмоции и не думать об обнимающих бёдра руках, о тёплом дыхании, опаляющем кожу груди. Я смогу. Справлюсь.

Выпрямилась, насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах, застыла струной, голову приподняла, хотя прежде приходилось склонять её для разговора с Ульсом.

— Страшно сегодня будет не мне, — произнесла тихо и спокойно, твёрдо.

Меня бережно поставили на дно пузыря и демонстративно расправили складки на платье. Когда шаловливые пальцы потянулись к лифу, я треснула по ним со всей силы.

— Не время дурачиться, — произнесла строго. — Расскажи, что нас ждёт в Бездне.

До чего деловой тон. Классно звучит!

— Бездна Древнего Холода — уникальное место, таинственное и загадочное. Лаарга спускалась сюда за редкими ингредиентами, когда они заканчивались, но каждый раз прощалась со мной так, словно не вернётся. Я был неподалёку, ждал её у края, но она взяла с меня честное слово, что я не стану понапрасну рисковать своей жизнью. Но я всё же был здесь. Так вышло.

— И сейчас ты идёшь туда снова, — резонно заметила я.

— Если рисковать жизнью, то только ради твоих красивых глаз. Невероятный цвет, — с придыханием произнёс принц.

— Очень редкий. Называется «голубой», — съязвила в ответ.

— Не злись, Бриджит. Прекрасная, неприступная Бриджит, — вздохнул Ульс печально. — В тебе всё невероятное и непередаваемо восхитительное.

— Особенно характер, — вставила я, хмыкнув, хоть и знала, что морского принца стандартной шуточкой не пронять.

— А меня всё устраивает!

Посмотрела на Ульса, который выглядел так, словно в очередной раз веселился и шутил, однако глаза его были серьёзными и грустными. Неужели его так же, как и меня, обуревают совсем другие чувства? Вовсе не дружеские и милые?

Да вряд ли. Если верить Гувсу, Ульс получает всё, что хочет, и если он хочет меня, по-настоящему хочет, то я бы уже давно была в его объятиях.

Ульс просто любит словесные пикировки с остроумными девушками. Таких мало, потому он никак не отвяжется от забавной и острой на язык меня. Вот и всё.

— Меня не устраивает жизнь под водой, мода, знаешь ли, неинтересная, — сообщила, надев привычную маску легкомысленной кокетки. — Однако Жемчужный замок — по-прежнему моя голубая мечта, так что если его величество решит переехать в другое величественное строение, готова принять в своих землях эту груду камней.

Разговор оборвался неестественно и резко. Мы оба испытывали неловкость, и лишь пузырь продолжал движение, нечувствительный к образовавшейся внутри него атмосфере. Сверкающий волшебный планктон путешествовал с нами, однако сгустившаяся темнота поглощала его мерцание. Становилось всё темнее, страшнее. Холоднее.

Я не выдержала и, несмотря на все свои убеждения и показательные обиды, причудливо смешанные с образом деловой дамы, прижалась к Ульсу, который заключил моё дрожащее тело в тёплые объятия, ещё и по спинке погладил, утешая, успокаивая. До чего он всё-таки хороший и добрый. Что бы я ни вытворила, что бы ни сказала, он никогда не держит зла и оберегает, прежде чем подшучивает и язвит.

— И куда подевалась моя маленькая храбрая девочка? — ехидно прошептал он мне на ухо. — Или она выпускает ядовитые колючки лишь в мой адрес?

— Ну тебя, — отмахнулась, не испытывая ни капли стыда. — Нас ждёт монстр глубин, а ты дурачишься. Он нас точно не убьёт? Скажи, что нет, пожалуйста.

— Не могу ничего гарантировать. Если бы подарок оставила любая другая богиня, у нас была бы надежда, а вот что в голове у богини смерти — уму непостижимо. Может, мы с тобой погибнем смертью храбрых, и она заявит некромантке Таяне, что смерть столь одиозных персон — подарок и благо для подводных и сухопутных жителей.

— Да уж, — вздохнула, обнимая его и проверяя, не пропал ли заряд артефактов. Мало ли что. Под водой я не чувствую себя в абсолютной безопасности даже рядом с демоном. Хотя с ним я не могу быть в безопасности по умолчанию. Но кто же знал, что он не относительно безобидный морской дракон? Хотя не стоит врать себе. Если бы я в Арраторе узнала секрет истинной сути Фаульса, объявилась в Жемчужном замке с ещё большей охотой! Я себя знаю. Сперва действую, затем думаю. От того все беды.

— От подарков богов не отказываются. У тебя не было выбора, ты должна была сюда прийти. А я уже так, за компанию, — прошептал Ульс, легонько касаясь моего уха тёплыми губами. Однако чем глубже мы погружались, тем меньше я думала о романтике и больше — о том, до чего я бестолковая, безответственная и недальновидная.

Пузырь вдруг завибрировал, а затем явно изменил траекторию движения, отклонившись вправо. Мы словно обходили препятствие по широкой дуге. И когда я завертела головой, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь, кроме относительно светлого пятна планктона, на расстоянии вытянутой руки от меня открылся глаз. Гигантский глаз! Куда больше, чем у всех моих акул вместе взятых!

— А-а-а-а! — заорала я, позабыв обо всём на свете и едва не забираясь на голову Ульса. По крайней мере, цепляясь за него со страшной силой и абсолютно инстинктивно. Забраться повыше, сбежать, уплыть — что угодно, только подальше от эпицентра кошмара!

— Не ори, — приказал Ульс строго. — Честь и достоинство, — напомнил куда тише.

Чудовище не моргало и пока не двигалось. В серебристой радужке, словно в зеркале, отражалась обезображенная страхом физиономия и паникующая фигура в моём платье, и я с запозданием провела параллели. Выпрямилась в объятиях Ульса, даже руки от него отцепила. Что было весьма нелегко! Хорошо, он стальной, не то бы после моей истерики обзавёлся переломами рёбер как минимум.

Я сделала шаг от принца и присела в глубоком тронном реверансе. Вопли воплями, но я всё-таки воспитанная девушка и должна помнить о манерах даже в самых экстремальных ситуациях. Таяна так с зомбиками подружилась, может, вежливость и под водой работает, не зря ведь Ульс прямо сообщил, как следует себя вести.

— Приношу свои извинения за недостойное поведение, — произнесла кротко. — Мы прибыли в ваши владения по распоряжению богини Мори.

Чудовище моргнуло. На этом мои дипломатические способности истончились.

Колени мелко задрожали, зубы слиплись от ужаса, впаялись друг в друга. Но я упорно стояла в неудобной позе, потому что главное правило этикета для девушек: «Не знаешь, как действовать в определённой ситуации, придерживайся самых строгих правил. Даже если перед тобой слуга, общайся с ним словно с королём дружественной страны, не допускай ни малейшей возможности проявить неуважение или снисходительность».

Однако вежливость не сработала.

В следующее мгновение наш пузырь оказался в плену чудовищных размеров щупальца с бледно-розовыми присосками. И лопнул. Выпустив наружу весь воздух и нас с Ульсом заодно.

Я не успела и глазом моргнуть, как оказалась в новом пузыре. Он был куда меньше прежнего, но плотнее и с мутными стенками, а ещё, что самое удивительное, легко управлялся моим желанием. Если бы я знала о подобных «транспортных средствах», выпросила бы себе давным-давно такое чудо.

Осторожно, стараясь не привлекать внимание чудовища, продолжила движение вниз, пока Ульс отвлекал на себя внимание монстра глубин. Как я ни силилась разглядеть его видоизменившуюся фигуру, ничего не выходило. Приказ сфере сделать стенки прозрачными не дал результата. Оставалось лишь надеяться, что у моего спутника всё хорошо, ведь он подводный житель. И демон, а они, говорят, весьма прочные господа.

Мой пузырёк целенаправленно спускался вниз, оставив позади побоище, на которое мне изящно закрыли глаза. Возможно, Ульс был прав, лишив меня возможности созерцать сражение, которое я лишь чувствовала по колебаниям своего транспорта. Однако если бы я видела, что на самом деле происходит, не было бы так страшно. А так плыву себе и гадаю, победил он чудовище, не победил, нырнёт за мной оно или он? И как быть, если вдруг на меня снова нападут? В силу своей неопытности я не успею создать защитную сферу, способную выдержать сумасшедший объём воды сверху.

А если… если чудовище победит?

Паника сформировала огромный горький комок в горле. Дыхание стало поверхностным и прерывистым, на лбу выступила испарина. Планктона вокруг уже не было, и казалось, будто я нахожусь не под водой, а в густой чёрной мгле, которой нет ни конца ни края.

С каждым ударом сердца я острее чувствовала ситуацию. Как глубоко забралась. В каком беззащитном положении нахожусь. И рядом нет никого, совсем никого, кто мог бы помочь, избавить от страшных мыслей и панических реакций тела.

Я закрыла глаза, села на пол пузырька и сжалась в комочек. Чтобы окончательно не потерять возможность мыслить, принялась вспоминать прочитанные книги, посещённые мероприятия, чудовищный отбор невест в подводном царстве. Килга, Ульса, Жемчужный замок. Своих подруг, родителей, богов…

Я прожила короткую, но интересную жизнь, и мне совсем не хочется, чтобы она заканчивалась.

И Ульс… Великие боги, как же я надеюсь, что он справился! Или хотя бы не пострадал!

А если…

Нет, не буду об этом думать. Он непременно выживет, ведь он добивается всего, чего хочет. И если он хочет мне помочь, он поможет. И я должна быть достойна его защиты. Он дал мне пропуск в Бездну, дал время, и я не подведу, не предам его доверие.

Поднялась во весь рост, расправила плечи, задрала подбородок. Справлюсь. Если богиня Мори послала испытание, которое необходимо пройти в одиночестве, в самом страшном месте планеты, значит, именно я — тот самый маг, который способен с этим справиться.

Вспомнила строки из книги Лаарги: «Внешние страхи не могут быть страшнее тех, что уже живут в нас. Победишь своих демонов — остальные не страшны».

Губы растянулись в ухмылке. Сказка ложь, да в ней намёк, умным девицам урок.

Что там писала Лаарга? Она боялась глубины, темноты и неподвластных её магии чудовищ. Практически полное описание Бездны Древнего Холода. А ещё она боялась Килга, как оказалось, истинного демона. Но она с самого начала знала, с кем имеет дело и на что идёт.

Итак, если я погружусь в Бездну, то смогу побороть собственные страхи, а заодно найти путь к спасению от коварного демона, от которого, кажется, и спастись невозможно. Сбежать — точно, ведь дар кровожадной мести принуждает выслеживать и убивать врагов.

Но Лаарга сбежала и до сих пор не наказана! А Килг сидит себе в Жемчужном замке и в ус не дует. И кто бы что ни говорил о невозможности путешествий демонов по другим мирам, отчего-то я очень сомневаюсь в том, что это правда. Скорее искусная ложь, в которую поверили все, кто должен был поверить. По мнению Килга, разумеется.

Я подняла голову. Великие боги, помогите Ульсу справиться с чудовищем. Или хотя бы дайте возможность уйти без повреждений!

Сердце колотилось как сумасшедшее, ведь переживало не только за меня везучую, но и за демона, и, признаться откровенно, даже за чудовище. Почему-то мне его невыносимо жаль. Оно такое одинокое. Сколько тысяч лет, интересно, грустит в этой неуютной бездне? Почему Лаарга не смогла помочь ему сбежать, бросила на произвол судьбы?

— Нет телепортов таких размеров! — рявкнуло в голове грозно и страшно, да так громко, что организм едва не выдал самую девичью реакцию — обморок, затем подумал, что вполне можно обойтись тошнотой, но и здесь я быстро сжала большой палец, чтобы не испортить тот минимальный комфорт, что был в сфере. Обойдёмся без этого! Держимся и превозмогаем!

— Здравствуйте, — проявила я вежливость, стараясь не рухнуть в обморок от осознания, что чудовище уже освободилось и беседует со мной. — Меня зовут Бриджит. А тебя?

Я решила сразу перейти на «ты»: протокол поведения со знатными особами дал сбой при первом знакомстве, вряд ли поможет и сейчас.

— Айаурргх! — рявкнуло в голове так, что я поневоле присела, зажимая руки ушами и пытаясь таким образом приглушить громкость. Безуспешно.

А имя-то какое… словно из мира архов, наших бывших захватчиков и повелителей.

— Ох, какой ты громкий, — посетовала, поднимаясь и отряхивая платье, хотя мусора и пыли в сфере, конечно, нет. Зато, разглаживая несуществующие складки, я немного успокаивалась.

— Так лучше? — поинтересовался Айаурргх уже нормальным голосом.

— Всё ещё грозно, очень достойно и важно, немного страшно, но для человеческого уха — словно музыка, — польстила я со всей доступной сейчас деликатностью. — А ты и есть тот самый житель Бездны, которого всем стоит опасаться? Только тебя почему-то подводные жители называют Райган.

Шарик с заключённой внутрь девицей вдруг дрогнул. Ощутимо так. Страшно. И стал совершенно прозрачным и чистым. Таким, что я смогла отчётливо разглядеть чуть мерцающего то ли осьминога, то ли безумно на него похожее существо потрясающих воображение размеров.

А вот Ульса рядом нет!

— Он самый, — ответил Айаурргх, сжав в щупальце шарик и легонько им поиграв.

Активировала заклинание левитации и прикрылась дополнительной защитной сферой, чтобы меня не било о стенки шарика, пока чудовище развлекается. Затем вспомнила контрабандные иномирные шары, в которых парил снег, если их перевернуть, и выбросила сноп серебряных искр, имитирующих снег. Айаурргх восхищённо рыкнул и затряс сферой ещё активнее. Не на ту реакцию я рассчитывала! Сама-то я на полчаса застыла с открытым ртом, когда увидела чудо без капли магии.

— Прости, что не участвую в мероприятии, боюсь, мой хрупкий человеческий организм не выдержит, — объяснила, почему и я не болтаюсь по всей сфере. — Но рада немного тебя развлечь. Тебе здесь, должно быть, невероятно скучно?

Я безумно хотела спросить, что стало с Ульсом, но боялась. Боялась разгневать повелителя бездны после того, как смогла самую чуточку его задобрить. Но и за морского принца тоже боялась. И это явно читалось в мыслях, поскольку Айаурргх ответил на невысказанные вопросы, проигнорировав озвученные.

— Он жив и здоров. Сулил любые богатства, если я сохраню тебе жизнь, — ответил он, разглядывая меня своим страшным глазом. Сфера приближалась к нему и отдалялась, словно он разглядывал её содержимое и всё ещё раздумывал, как поступить с новой игрушкой.

Я сложила руки лодочкой, закрыла глаза и создала сразу десяток прозрачных «мячиков», наполненных снежными хлопьями разного размера и цвета, в последний даже получилось вдохнуть иллюзию — десяток разноцветных тропических рыбок.

Моя сфера покачнулась и продолжила падение, потому что Айаурргх, обрадованный новой игрой, выбросил старую игрушку ради десятка новых. Однако не успела я обрадоваться, как вновь оказалась в плену.

Хотя и радоваться-то здесь совсем нечему! Даже если бы он меня отпустил. Всё равно ведь ненадолго.

Щупалец у существа оказалось гораздо больше, чем положено хорошо воспитанному осьминогу, так что он подхватил все сферы, включая мою и принялся их разглядывать, трясти и недовольно переминаться. По крайней мере, именно так я трактовала его странные движения.

По телу чудовища ползли искры электричества, подсвечивая пространство, и я отлично видела, что мы висим на огромной скале, на самом её краю. И вокруг ни души! Попрятались!

— Почему рыбки только в одном? — недовольно предъявил пустые сферы Айаурргх, приблизив их ко мне почти вплотную.

Я кивнула и сосредоточилась, а затем наполнила их разными иллюзиями — не только морского толка. В сферах теперь летали птицы, ползали и прыгали насекомые, мычали коровы и играли клубочками котики.

— Так лучше? — спросила, отряхивая руки после хорошо сделанной работы. В этот раз я не пожалела силы и получше проработала «начинку».

— Да! Так что там ты говорила про подарок Мори? — поинтересовался Айаурргх как бы между прочим.

— Она велела спуститься в Бездну Древнего Холода и забрать там подарок, — послушно повторила ответ. — Её благодарность за оказанную мной услугу.

— Ну пойдём. Даже самому интересно, что ты там найдёшь, — хмыкнул повеселевший монстр глубин, ныряя с обрыва, на краю которого мы находились.

Я в очередной раз порадовалась, что заключила себя в ещё одну сферу. Мало ли что. На такой глубине меня просто расплющит толща воды — ничего не останется.

Айаурргх выглядел величественно и грозно. Во время движения по его гигантскому телу бежали особо яркие разряды электричества, освещая его и всё вокруг. Я с ужасом и в то же время с детским любопытством выхватывала из тёмной воды улепётывающих от нас чудовищ, которые на фоне моего спутника выглядели лишь мелкими игрушками. И даже их зубы размером с мою ладонь, а то и больше, не внушали ужаса. Всё познаётся в сравнении.

Чем ниже мы спускались, тем ярче светился мой спутник. Во всех его щупальцах по-прежнему находились сферы и я, как создатель с полным доступом, наполнила их светом прямо на расстоянии. Это ненадолго замедлило спуск — Айаурргх внимательно рассмотрел все десять шаров, но комментировать не стал и продолжил стремительное падение.

В академии Сантор нас учили многому, в том числе подсчитывать расстояние пройденного пути. Но вот незадача! На суше меня смущал и отвлекал Ульс, на глубине пугал… всё пугало, и я не установила специальные точки-зацепки. И теперь не знаю, насколько глубоко нахожусь. Даже приблизительно! А значит, не могу рассчитать условия для создания подходящей защитной сферы, если вдруг эта лопнет.

— Выдержит, — подбодрил Айаурргх. — Не бойся, ребёнок. За тебя пообещали столько мяса, что ты можешь быть спокойной. Твоё малюсенькое тельце наверняка больше хрустит, чем насыщает.

«Сяду на диету!» — подумала истерично, однако чудище с грозным древним именем услышало и затряслось от смеха.

— Но мясо, конечно, так не развлекает, как твои мысли, — заметил он, явно запугивая.

«Меня не надо запугивать, и так уже почти седая», — ответила мысленно, совсем того не планируя. К сожалению, я всегда была остра на язык и за словом в карман не лезла, и сейчас ответы генерировались раньше, чем я успевала их обдумать и преподнести в более вежливой форме. Или и вовсе промолчать!

— Все женщины седеют на дне, — философски заметил Айаурргх, — особенно сухопутные. Вам здесь не место.

— Согласна. Потому и нахожусь здесь сейчас. Как иначе сбежать от Килга? Сперва закончить все свои дела, затем делать ноги.

— Ну, это для вас есть пути, а под водой испокон веков повелось, что девицы приходят на край бездны и вызывают меня. Одаривают подарками, обещаниями, приносят жертвы, а затем прощаются с семьями и делают шаг вперёд, — совершенно серьёзно ответил он. Ещё и таким тоном, что я подумала о том способе, который считала не выходом из безвыходной ситуации, а уделом слабых духом. И не уважала.

— И погибают? Ты ведь это имеешь в виду? Но разве смерть — хороший вариант? Как по мне…

— Иногда отличный, — вздохнул Айаурргх. — Я вот бессмертный. Думаешь, мне не надоело влачить жалкое существование? Тоска. И девицы в последние годы почти не приходят, не развлекают. Хорошо, демонюга тебя привёл, хоть какое-то разнообразие.

— Ты знаешь, кто он такой? — удивилась я не на шутку. — Была уверена, это тайна за семью печатями.

Монстр и не думал отвечать на вопросы. Зато рассказывал интересные вещи!

— У нас в подводном царстве тишь и благодать. Килг плетёт свои интриги на сотни миров, так что уже давно не разносит всё в щепки, даже противников не изводит так, как прежде. Хотя какие у него остались противники? Смех один, — поделился Айаурргх, продолжая движение. — Его сын иногда заглядывает по старой памяти, но я держу данное Лаарге слово и не пропускаю его туда, куда не следует. Но видишь, как ты ему дорога, раз лично показал путь и попросил не обижать.

Оу, так то сражение и есть «попросил»? Надо же, какой необычный способ общения.

Или они и не дрались вовсе? Так, припугнули меня, чтобы была смирной… Ведь неспроста моя сфера стала настолько мутной, что сквозь неё я совершенно ничего не видела, пока не оказалась в щупальцах чудовища.

Почему нельзя было сказать: «Бри, дорогая, не волнуйся, Айаурргх — мой добрый друг, тебе ничего не угрожает, потому я веду тебя в Бездну со спокойной душой!»

Дождёшься от этого гада. Как же!

С другой стороны, подарки богов достаются дорогой ценой. Моя подруга Таяна, к примеру, за жизнь любимых людей отдала богине Мори сразу троих дочерей. Не в рабство, конечно. Отдала богине право решать, за кого девчонкам выходить замуж.

А мне достался подарок (не совсем, но почти, вот-вот уже) за красивые глазки, можно сказать. Кто в такое поверит? Да никто! Кроме меня, наивной. Ульс же куда опытнее и хитрее, догадался, как усложнить путь и сделать его более важным. Богиня непременно это оценит.

Ещё бы знать, что там внизу!

И понимать, о чём говорит Айаурргх.

— Я по-прежнему в недоумении, что происходит, честно признаться. Так Бездна — это верная смерть или выход? Только не говори, что два в одном. Я не хочу умирать. Подарок, конечно, в духе богини смерти, но… это как-то чересчур.

— А ты недоверчивая, — загоготал Айаурргх, позабыв о контроле звука, и меня вновь едва не стошнило от силы звуковой волны. Пришлось обмахиваться ладонями и колдовать себе холодный освежающий пар. — Прости, забываю, какие вы, людишки, хрупкие.

— И невкусные, — добавила на всякий случай, хотя мне всё ещё было дурно.

— А вот это неправда. Вполне ничего. Сочные, — не согласился он.

Я распахнула глаза и потрясла головой, прогоняя остатки звуковых волн из черепушки. Условно, конечно, но ощущение именно такое.

— Когда ты вернёшь меня на сушу, я лично доставлю тебе столько мяса, сколько скажешь, — произнесла твёрдо. В конце концов, моя жизнь в моих руках, а они у меня шаловливые и деятельные, вот пусть и займутся полезным — организуют запас провианта Айаурргху.

— Не пытайся, красавица, — вновь заклокотало чудовище, уже куда тише, хоть и всё равно громко. — Ты не появишься на суше. Богиня дарует красивым и талантливым девушкам новую жизнь. Ту, для которой они созданы.

Я сглотнула. Звучит это по меньшей мере загадочно и страшно, но в то же время немного… интересно? Завораживающе? Маняще?

— Постой, то есть Бездна — это телепорт в другой мир? Ты это хочешь сказать?

— В тот мир, для которого ты создана. Здесь ты могла родиться по воле богов или из-за предназначения, и если богиня тебя отпускает, ты выполнила свою миссию на этой земле.

— Что это значит?

— Ну вот, к примеру, я рождён в мире архов, но когда они завоёвывали новые миры, то раскидали нас, несчастных, осваивать территории. Те, кому суждено было вернуться, вернулись, а мне сказали: «Айаурргх, этот мир тебя не отпускает, значит, ты создан для него или должен закончить здесь все свои дела. Которых всё нет и нет», — вздохнул монстр глубин. — Так я и остался здесь в заточении. И не могу сбежать, даже если захочу. Тем более Мори закрыла путь в мир архов.

Я даже глазами похлопала.

— Постой, то есть ты здесь со времён завоевания мира архами?! И действительно бессмертный? Но ведь для нашего мира, где нет бессмертных существ, ты — бог! Почему ты не захватил океан, не потребовал даров, развлекать тебя, вкусно кормить и вообще всячески баловать? — возмутилась я не на шутку. — Да Килг против тебя что дитя…

— А он и не против меня, — хмыкнул Айаурргх, перебив мою пламенную речь. — Мы заодно. Но больше ни о чём не спрашивай, я не могу распространяться. Удивительно, до чего ты занимательная леди, едва не выболтал тебе всё, что не следует.

Я вновь принялась хлопать глазами, притом так долго, что показалось, будто меня заклинило.

— Голова лопнет думать, — пожаловалась монстру и честно призналась: — Я не из тех умников, которые правят мирами и умеют плести и разгадывать интриги.

— Я тоже. Потому и не хочу править. Мне куда уютнее и приятнее сидеть на глубине, — поделился Айаурргх. — Но, чтобы не скучать, порой помогаю власть имущим вашего мира. И моего уже тоже. Кстати, мы почти на месте. Должен предупредить: твой молодой демон прорвался и, несмотря на запрет, мчит сюда на всех парах.

— В истинной форме? — поинтересовалась я, радуясь и тому, что Ульс жив, и тому, что скоро его увижу.

— Конечно. Он отдал тебе свою личную глубинную сферу и по-другому теперь не может здесь передвигаться, — сдал демона с потрохами Айаурргх.

— Жаль, не смогу с ним попрощаться по-человечески, — вздохнула я. — И с родителями. И с девчонками. Знала бы, что не вернусь…

— В доме Лаарги есть специальная шкатулка, так что спокойно напишешь всем письма и затем уйдёшь, — ошарашил милый монстрик. — Можешь даже с демоном своим попрощаться. Я сегодня добрый.

— Ты ведь говорил, Ульсу сюда нельзя, — заметила я, хотя по-прежнему ничего не понимала. Более того — теперь я не понимала больше прежнего!

— Он нырнул за тобой, нарушив приказы отца и данные матери обещания. Впервые. Прежде даже не пытался.

— И?

— Нет, и правда не солгала — впрямь не очень сообразительная девица. Даже хорошо, что я тебя не съел. Не приведи Бездна, стал бы таким же остолопом! — съехидничал монстр.

— Не смешно.

— Не смешно, но точно! Он нарушил все запреты, а значит, получил пропуск в Бездну. Лаарга и Килг сделали единственное исключение из правил — если он нырнёт по любви. Как по мне, Фаульс, конечно, мог выбрать девицу посообразительнее, — добавил Айаурргх, испортив шикарное заявление. — Но кто я такой, чтобы раздавать советы и сводничать?

Вместо различных романтических иллюзий перед моим внутренним взором вдруг возникла мясная похлёбка. Огромный такой чан, в котором плескались и овощи, и сто видов мяса, и коренья, и зелень, и специи, и сливки. Когда я увидела это блюдо впервые, то поразилась количеству ингредиентов. Когда попробовала — восхитилась вкусом, понимая, до чего невероятно трудно его сбалансировать.

И сейчас в голове моей происходит нечто, страшно напоминающее кипящую мясную похлёбку, только на той стадии, когда ингредиенты уже закинули, но блюдо ещё не оформилось. И каждая новая специя превращает похлёбку то в острое блюдо, то в солёное, то и вовсе в несъедобное.

— Мне кажется, я скоро сойду с ума, — простонала, сжимая виски. — Слишком много противоречивой информации.

— Ты просто невнимательная, — выдал вердикт Айаурргх. — Так, смотри, почти на месте. Видишь это озеро на дне?

Я распахнула глаза и вперилась взглядом куда велели. Вместо ожидаемой пучины, наполненной мутью или косточками доверчивых девушек, внизу расстилалось магическое озеро овальной формы.

— Вижу.

— Я швырну тебя туда, но ты не бойся, не разобьёшься. Сферу сверни в любой пустой артефакт, может, в будущем пригодится. Если захочешь вернуться, воспользуйся ею, и я тебя не трону. В ней часть силы Лаарги, считай, пропуск в мои владения.

— Спасибо огромное! — искренне поблагодарила древнее создание, которое и монстром-то теперь язык не поворачивается назвать.

— Дальше найди дом Лаарги и дорогу к телепорту. Я там не был, поэтому не подскажу, что к чему.

— Ты ведь сказал, что Ульс тоже скоро прибудет, я не могу уйти, не попрощавшись. Может, лучше здесь подождать?

— Не факт, что он доплывёт. Да выживет он, выживет, — успокоил Айаурргх, услышав мои мысли. — Но глубина сумасшедшая даже для его расы, без сферы может не справиться. А тебе я так скажу: прощание с демоном — так себе идея, конечно, но кто я такой, чтобы раздавать советы? И прибудет он не так скоро, как тебе хочется, ты наши-то скорости не сравнивай, — будто бы обиделся мой чудесный монстрик.

— Прости, — шепнула я, отчаянно надеясь, что у Ульса всё получится, мы увидимся и поговорим.

Удивительно, до чего милым оказался Айаурргх! Прелесть просто! И чего его все боятся?

— Прощай! — выдал он, швырнул мою сферу ровнёхонько в центр волшебного озера. И, пока я летела, добавил: — А, кстати, чуть не забыл предупредить: самые страшные испытания ждут тебя за чертой. Я — лишь привратник. Но не бойся. Сейчас не бойся. Бояться будешь там.

И он злорадно расхохотался.

Глава 24. Таинственный остров

Иногда состояние шока — спасение. Напутствие Айаурргха заставило замереть от осознания совершённой глупости, поэтому в подводное озеро я влетела не зажмурившись. И заметила тоненькую, почти незаметную арку телепорта.

Обычно телепорты — это огромные стационарные ворота, древние, напитанные силой под завязку. Их ставят там, где в воздухе витают обрывки магической энергии: возле детских садов, академий магии, неподалёку от мест романтических свиданий и площадей. Или над подземельями, где допрашивают и казнят преступников.

Второй вариант — места силы. Их мало, они невероятно ценны, на таких строят дворцы и храмы, за них сражаются. Наша принцесса Серена на недавно открытом месте силы приказала возвести госпиталь имени прежнего короля Феликса. Она не теряет надежды помочь ему восстановить здоровье и до сих пор проводит с ним немало времени, несмотря на заботы и беременность.

Третий вариант — телепорты стихийные, что к этому озеру точно не относится, ведь оно находится на одном и том же месте и работает всегда.

Выходит, Айаурргх действительно привратник и лишь активирует спрятанный на чудовищной глубине артефакт. Без него сюда не попасть. Занимательно.

Все эти мысли пронеслись в непутёвой блондинистой головушке за считанные секунды, и я почти подобралась к разгадке до того, как собственными глазами увидела подтверждение недовыстроенной теории.

Итак, подтверждение номер один: Айаурргх действительно работает на Килга. Хоть в чём-то не солгал. Дальше пока утверждать не берусь.

Меня вышвырнуло на высоченную каменную скалу, с которой открывался потрясающий вид на ту самую хижину с аметистовой дорожкой, про которую не так давно мне рассказывал морской царь. Судя по непривычно зеленоватому небу с тремя лунами, тёмно-синему океану, не блестящему, а словно бархатному, и красно-коричневому песку, ловушка для красивой морской ведьмы находилась в другом мире.

Ну здорово. Выходит, про почтовую шкатулку можно сразу забыть. Айаурргх солгал, чтобы я не сопротивлялась, поверила в свою удачу и добровольно прыгнула куда велено.

А я уже и тексты писем придумала!

Мамочки! Так это я не смогу предупредить Серену и девочек, что драконы — гады и лицемеры, и совсем не силой своего обаяния и сути воздействуют на человеческих девушек! И похвастаться, что я успела провести целое мини-исследование на эту тему за один-единственный бал в Баррагоре! Приврать, что рисковала собой и выводила в коридор четверых разных драконов, проверяла их воздействие на себя, несчастную-горемычную! Что ни говори, с повелителем драконов на его территории, в его месте силы, опыт совсем недостоверный. Целое место силы против малюсенького защитного браслета — так себе сражение, скажем прямо.

И теория подтвердилась! Драконы — коварные гады! Особенно повелитель, конечно. Он-то знал все нюансы и явно обрадовался, когда я сама напросилась в гости с невестами.

Великие боги, до чего я порой недальновидна и глупа! А ведь Корделия не раз и не два говорила мне, что я замечаю то, что другие не видят, слышу то, что другие упускают, улавливаю малейшие изменения во внешнем виде или голосе. И должна всем этим богатством пользоваться! А у меня талант есть, а опыта нет!

Стыдно. Ужасно стыдно, но я приложу все усилия, чтобы не позволять собственному легкомыслию ставить меня в столь невыгодное положение. Если выживу.

Ветер бросил в лицо сладковатый аромат морепродуктов и пряный — подгнивающих на берегу водорослей. Я вздрогнула и очнулась, вынырнула из океана самобичевания.

— Да, Бри, влипла ты, — произнесла вслух, пытаясь подбодрить себя голосом. — Надеюсь, меня сюда отправили не на перевоспитание.

Я представила, как живу в маленькой хижине, старею, сморщиваюсь, становлюсь менее легкомысленной, но злой, нелюдимой и вредной.

— Б-р-р-р! Нет уж! Если сюда есть вход, значит, и выход найдётся. А если Айаурргх не солгал и сюда прибудет Ульс, так и вообще прекрасно. Вдвоём мы точно разберёмся с этой загадкой.

Я покрутила головой, внимательно всматриваясь в пространство, усиливая магией зрение. На горизонте ни единого островка или континента. Затем вспомнила наставления любимого тренера Морта и запустила простейшие поисковые маячки — малюсенькие шарики с личной силой. Им не требуется уйма внешней энергии, они привязаны ко мне постоянно и от меня же подпитываются. На любом расстоянии, что самое главное в данном случае. Если здесь есть большая земля, они её найдут и подадут знак, лишь затем растворятся.

Так, чему ещё полезному учили нас в Санторе? Спускаться со скалы — занятие привычное, Морт нас прилично гонял по пересечённой местности, и даже скалолазание для учащихся академии Сантор — не пустой звук. Но здесь может быть подозрительная живность и ловушки. Учитывая, что их разрабатывали демон и ведьма из другого мира, просто не будет.

Я присела, положила руки на камень и, как объясняла одногруппница и подруга Кори, прислушалась к ощущениям. У меня нет её дара, но азам выживания, которые знал любой северянин, она нас научила. В академии все знания выдавали строго по программе, так что мы с девочками крутились и вертелись как могли, в том числе и натаскивая друг друга в тех сферах, где были сильнее и опытнее.

Нащупала подземный источник воды, отправила туда щедрую порцию личной силы, которой маги пользовались в самую последнюю очередь, приберегая для подобных ситуаций, а затем помогла водичке просочиться в каждую трещинку маленького, уютного, но пока безумно страшного и неизученного острова. Затем всю собравшуюся на скалах влагу превратила в пар и прощупала ещё и воздушное пространство.

Ага! Ловушки есть, и их немало, но ни одной в воздухе!

— Хм, а может, и это ловушка? — преисполнилась я подозрительности, напомнив себе в очередной раз, что Лаарга и Килг — древние и хитрые создания. Наверняка их защита рассчитана на самых разных существ, не только на маленьких талантливых свах.

Заморозила кусок скалы, оторвала её, раздробила, отдохнула немного после сложных трудов, а затем левитацией запустила каменную дробь в воздушное пространство. С высоты, надо признать, весьма удобно!

Что тут началось!

Часть камней взорвалась, другая — покрылась инеем, третья — сгорела. Я и не знала, что камень может гореть и рассыпаться пеплом!

От ужаса бросило в холодный пот.

Миленько. Выходит, мне придётся сидеть на вершите скалы до тех пор, пока не умру от голода, холода или торжественного выхода из океана какого-нибудь чудовища.

Посмотрела вниз, на голодное, ревущее море. Оно словно жаждет поглотить моё бездыханное тело, сожрать его, изничтожить. Растворить артефакты, напитаться чужой силой. Устелить дно белоснежными косточками.

Я села на прохладный камень и задумалась.

Если цель погружения в Бездну — пройти сюда и умереть, накормив собой океан, то… Глупо. С тем же успехом меня мог сожрать Айаурргх.

Меня доставили сюда с другой целью. Разумной целью! Логичной. Тщательно продуманной, выверенной.

Если принять за правду всё сказанное осьминогом-мутантом с извращённым чувством юмора, выходит, что отсюда есть путь в «мой» мир. Очень странное заявление, учитывая, что я родилась и выросла в «своём» мире.

Но если я появилась в Арраторе лишь для того, чтобы выполнить предназначение?

Что-то безумно важное… Не личное…

Ведь распоряжаются судьбами всех живых существ боги, а значит, это предназначение — важный винтик в огромном механизме их планов.

Что такого я сделала в последнее время, раз меня пнули в Бездну?

— О, боги, — простонала, закрыв глаза. — Великие боги! За что? Ну я ведь помогала, от всего сердца помогала.

Айаурргх сказал правду: я действительно выполнила своё предназначение в этом мире. И это совсем не поиск истинных пар и сводничество! Богам нет дела до простых смертных, пока те не становятся участниками их великих планов, которые касаются не просто одного маленького мира, а целой системы!

Покусала губы, вспоминая один тяжёлый и страшный день, когда я спасла Корделию из-за Грани. Призвала её из другого мира. Вытащила за волосы, можно сказать. Корделию, благодаря которой сейчас восстанавливается целый мир! Мир её предков. Прекрасный Крадор, в котором кроваво-красных корундов так много, что на день рождения Кори пообещала мне сделать из них трон, чтобы я не так сильно грустила по Жемчужному замку!

И ведь благодаря Корделии наш мир очистили от недружелюбной и вредоносной расы айнад, закрыли северным варварам возможность вернуться в свой мир, откуда, вполне вероятно, их изгнали боги. Благодаря ей воскресили ещё один мир — Аэнор. Там, конечно, работы не на один век, но богам нужны новые и старые миры, в которых их будут прославлять…

Наша Кори — ключевой винтик в огромной системе божественных планов, а я… маленькая, но очень важная шестерёнка. А учитывая всё, что Кори пришлось пережить, даже не могу ей завидовать!

Так, мысли ушли не туда. Думаем о богах.

Я нужна была, чтобы Кори исполнила все пророчества, спасла миры и вернулась из-за Грани. Почему-то именно я и только я могла вытащить её оттуда.

Потому что хорошо её знаю. По-настоящему. Ту самую Кори, что есть на самом деле, а не ту, что она демонстрирует окружающим. Мой дар свахи позволяет лучше понимать людей и их поступки. И ещё я наблюдательная, хоть и редко этим пользуюсь. Даже то, что Айаурргх проболтался сегодня про свою связь с Килгом, — часть моего дара.

А ведь это весьма забавно. Все знают, что я плохо умею хранить секреты, но доверяют мне их с завидной регулярностью. И весьма охотно!

Но… что же это получается? Неужели мне действительно придётся уйти в какой-то другой мир?

Я не хочу!

Решила немного посидеть на своём относительно безопасном пятачке скалы, подождать Ульса, но заметила, что небо начало темнеть. А это значит, нужно срочно попасть в дом. Только он защитит от ночных страхов и напастей, укроет, даст ответы.

Попробовала рассуждать логически. Как бы я организовала оборону острова?

Понять бы ещё, от чего его нужно защищать. И от кого.

Улучшенным магией зрением всмотрелась в пространство вокруг домика. Следов животных нет, полоса пляжа нетронутая, растительность дикая, неухоженная, очень своеобразная, на нашу, арраторскую, не похожая, но сам дом сияет словно новая монетка — зачарован под завязку. Даже если я смогу спуститься, не факт, что получится войти.

Море вспенилось, забурлило, зашипело, накатив на раскалённый непонятно чем песок, и выпустило в пространство так много пара, что пейзаж стал напоминать картины древних художников: тушь, мягкое прикосновение кисти, много воды на тонкой рисовой бумаге. Серо-чёрные разводы в белёсом мареве.

— Как красиво, — прошептала восхищённо, прижимая руки к груди.

Пар поднимался, уплотнялся, с картины мира исчезали тёмные тона, и я в ужасе поняла, что сейчас окажусь в бесконечной непроглядной белизне. И это куда страшнее, чем нынешняя моя ситуация, ведь я не увижу ничего! И именно этим могут воспользоваться притаившиеся хищники!

Сердце застучало как сумасшедшее, разгоняя адреналин по венам. Я поднялась во весь рост, расправила плечи и приготовилась к бою, переживая, что спину никто и ничто не прикрывает. Долго там будет плыть этот Ульс? Доплывёт ли? Справится ли с хитрым и коварным чудовищем?

Зря я об этом подумала. Теперь поводов переживать стало ещё больше, и не уверена, что за себя волнуюсь сильнее.

Коварный монстр мог и его заболтать. Не зря, видимо, Лаарга запретила Ульсу…

Так, стоп.

Что мне говорил монстр?

Что единственный билет в Бездну для Ульса — влюбиться без памяти и нырнуть за любимой. То есть за мной.

Несмотря на повышенную влажность и нарастающую прохладу, меня бросило в жар. Нет, ну до чего приятно позволить себе поверить в чувства морского принца. И всё это так романтично, лучше, чем пишут в моих любимых книгах…

Так, стоп! Бриджит де Ларс, включите здравомыслие.

Морская ведьма и демон. Какая романтика? Может ли она быть? То, что Лаарга описывала в своей книге, запросто могло быть художественным вымыслом!

А если нет?

В голове моментально выстроилась целая история любви: Килг путешествовал по мирам (не с его характером сидеть в двух стенах, даже если эти стены — мировой океан, маловато ему, не тот размах, амбиции-то у демона ого-го), увидел прекрасную Лааргу, перенёс самоцветы в заранее заготовленное место, организовал ловушку. А дальше — головокружение, страсть, возможно, всё-таки любовь, долгие годы сложных отношений, появление фурий в Подводном царстве, неоднократные попытки побега со стороны Лаарги, снова страсть, беременность и осознание, в какую ловушку она на самом деле попала.

Дальше — больше.

Килг отбирает у неё сына, отпуская туда, куда она так стремилась.

Уж не сюда ли?

— Отпуская ли? — спросила я пространство, прощупывая его на предмет подкрадывающихся существ. Никого.

Интуиция подсказала ответ на озвученный вопрос: разумеется, да, она не сбежала, Килг её отпустил. Потому и не гоняется за ней по всем мирам. Ведь всё прочее меркнет, растворяется целиком и полностью, когда на первый план выходит кровожадная суть, взывающая к мести. Он бы нашёл и уничтожил, или притащил бы за волосы в Жемчужный замок и наказал, или придумал бы что-нибудь ещё более жестокое.

Кто бы что ни говорил, как бы ни врал мне и себе, но Килг отпустил Лааргу, и она ушла. Ушла, бросив ребёнка на отца. Зная, что маленькому демону не выжить в войне с большим.

Не раз я видела примеры, как мать защищает дитя. Жизнью рискует, своей, чужой — без разницы. Предаёт чужие идеалы, свои. Лишь бы спасти кровинушку.

В Арраторе весьма суровые законы, но даже в них есть целый список послаблений для матерей, совершивших преступление ради детей.

Почему же Лаарга так поступила?

Ну не верю я, что она плохая. Что бросила единственного и долгожданного сыночка без надежды на светлое будущее. Это против женской природы. Против того, что я читала в её книге, в которую она вложила не только бездну смыслов, но и часть своей души, часть своей любви. К сыну, к демону, которого полюбила всем сердцем… или со всей силой наложенного на неё заклятья. Уж простите, Килгу не доверяю, подозреваю его до последнего — даже в своём не написанном, но продуманном романе.

Вымысел вымыслом, но эмоции в тексте не скрыть. Книга Лаарги насквозь пропитана слезами, написана кровавыми чернилами, собранными из ран её души. Не может так написать безжалостное существо. Никак не может!

Пока я прокручивала в голове услышанные, увиденные, прочитанные события, формируя их в единую картину, туман поднялся ко мне плотным белым маревом, скрыв всё, кроме ярко светящих лун.

Безбрежные белоснежные облака отражали бледный свет и завораживали необычной, инопланетной красотой.

Мысли увязли в светящейся пене, в её невероятно лёгких, воздушных очертаниях. Я словно угодила в изящную паутину и не могу, не желаю из неё выбраться, созерцая бесконечное великолепие природы, её величие.

В голове ни единой мысли. Я смотрю, любуюсь, кручу головой, полной грудью вдыхаю аромат соли и водорослей. На этот раз он с заметной прохладной ноткой, почти не пряный…

— Бри! Бриджит! — раздаётся знакомый голос, но я не могу сообразить, что от меня хотят, зачем отрывают. Любуюсь и любуюсь. — Бри, очнись! Это я, Ульс! — продолжает надоедливый голос. — Только не это. Нет. Бри! Бри, как давно?

Я не отвечаю.

Мне безумно нравится это место. Тихое, спокойное, умиротворяющее. Здесь так приятно было находиться до появления этого… Кого? Его не было, а потом он появился и начал мне мешать. Неприятный тип. Гад какой-то.

— Ульс? — шепчу, удивляясь, до чего странно звучит голос. Хрипло, слабо. И горло отчего-то болит. И в теле странное… — Что со мной?

— Как ты меня напугала: на себя не похожа. Пойдём отсюда, поторопись, Бри, прошу тебя, — непривычно суетливо говорит Ульс.

— Нельзя, ловушки, — шепчу, всё ещё не соображая до конца, что происходит. Но точно знаю — уходить опасно. Безопасно только здесь.

— Иллюзии! Все ловушки — иллюзии. Ты разве не чувствуешь магию этого мира? — удивлённо спрашивает Ульс, а я силюсь понять, что он имеет в виду, но безуспешно. — Тебя совсем высосали местные. Ну даёшь! Ты ведь знакома с иллюзиями. Ладно, потом объясню.

Меня подхватывают на руки и несут вниз. Прямо в этом белом мареве, где не видно ни зги. Где невозможно понять, идёшь ты к обрыву или по тропинке к дому. Но в объятиях Ульса тепло и спокойно, надёжно. И хоть я не до конца помню, кто он, как ко мне относится, как я отношусь к нему, — обессиленно закрываю глаза и кладу голову на широкое плечо.

Мне комфортно и тепло, мерное покачивание убаюкивает. Стоит услышать долгожданный скрип двери, как я проваливаюсь в спасительный сон, так и не вспомнив, зачем мне была нужна эта дверь, этот дом.

Пробуждение не из приятных — мне страшно холодно. Безумно. И воздуха так мало, словно я попала внутрь айсберга и дрейфую в безбрежном северном океане. А ноги отчего-то ошпаривает кипятком, и я кричу, хотя краем сознания цепляю странный каркающий звук и даже осознаю, что это звучит мой голос.

А дальше приходит убаюкивающее: «Спи, спи, моя хорошая. Спи, драгоценная» — и я вновь ныряю в пучину неведения, без снов, мыслей, но и без боли тоже.

Каждое пробуждение хуже предыдущего. Меня то кипятят в раскалённой лаве, то сжигают в огне, то оставляют в чёрном пространстве без воздуха, то я барахтаюсь в быстро затвердевающей смоле и превращаюсь в истукана. И нет ни единой мысли, ни единого всплеска сознания. Даже страха нет. Есть боль. Много, очень много боли, в которой я теряюсь. Растворяюсь. Горю и умираю.

— Доброе утро, соня!

Всю свою недолгую жизнь нежилась в кровати перед пробуждением, но сейчас всё кажется таким странным и ненатуральным, что подскакиваю, вмиг генерируя защитные щиты и боевые заклинания высшего порядка, до которых в академии Сантор ещё учиться и учиться. Но кто втихаря не читал книгу заклинаний, когда родители не видели? Любой ребёнок подтвердит: дай только волю, малейшую секундочку — ты уже сидишь с высунутым языком и спешно перерисовываешь в тайную тетрадочку понравившиеся схемы и руны, переписываешь заклинания, а затем зубришь их и мечтаешь проверить на практике.

— Это сон? — подозрительно спрашиваю у довольного, словно солнышко, морского принца. Выглядит он, кстати, так себе. Взъерошенный, осунувшийся, глаза запали. Разве что улыбка сверкает словно тысяча солнц.

— Ты в безопасности, можешь опустить щиты и не грозить здесь водяными змеями, они меня любят, — смеётся Ульс и смотрит с такой щемящей нежностью, какую я ни за что бы не позволила себе представить ни в одной из фантазий. Даже в самой сокровенной.

Выходит, не сон. Наверное.

— Это точно не очередная иллюзия? — спрашиваю, прищуриваясь и развеивая заклинания, однако щиты не снимая. Мало ли.

Ульс хмыкает, а затем стекает в стоящее рядом с моей кроватью кресло, падает в него без сил. Тонкие пальцы касаются бледного лица, прикрывая его, да только я полна сил и энергии. Отлично вижу, что он устал, расстроился и пытается это скрыть, чтобы не тревожить меня.

Нет, ну точно Ульс. Точно не сон. Всё как обычно: я дурю, он улыбается и позволяет мне всё на свете.

Но сейчас он совсем без сил. Удивительно. Что случилось-то?

Трясу головой, пытаясь сбросить липкую паутину наваждения, прояснить сознание. Не получается. Я будто внутри толстой сферы, в пузыре, из которого не могу найти выход.

— Ульс, со мной происходит что-то странное, я сама не своя. Всё происходит словно во сне, а я не могу проснуться.

Он тут же собирается с духом, словно тащит из артефактов последние крохи силы, поднимается и идёт ко мне.

— Давай отнесу тебя к морю, тебе там легче.

Слова его не расходятся с делом. Меня бережно подхватывают на руки и выносят из домика Лаарги.

— Я могу идти сама, — шепчу, пусть хочется и дальше прижиматься к нему, такому родному, своему. Великие боги, до чего же я рада, что он пришёл! Что он рядом!

— Не здесь, — непонятно отвечает он.

Меня погружают в неожиданно тёплую и ласковую воду, оставляя на поверхности лишь лицо. Тело наливается силой, такой привычной и родной, удивительно своей…

— Что это? Почему? — шепчу, не открывая глаз, настолько мне хорошо.

— Т-ш-ш, засыпай. Засыпай, моя хорошая, — убеждает Ульс. И я покорно проваливаюсь в сладкую дрёму. — Вот так.

Сон не зря называют лучшим лекарем. Просыпаюсь совсем другим человеком.

— Доброе утро! — вещаю бодро и усаживаюсь в кровати. Вижу спящего в кресле Ульса. — Ой, — шепчу машинально, зажимаю рот руками, не позволяя вырваться словесному потоку.

До конца не ясно, сон это или явь. Странное состояние не покидает, поэтому я осторожно сползаю вниз, касаюсь босыми ступнями неожиданно горячего деревянного пола.

Почему он такой… раскалённый?

Бегу к окошку, выглядываю. Знакомая картина — беспросветная белизна. В прошлый раз тоже так было. Пляж без видимой причины раскалялся и пытался вскипятить море, погружая остров в облако пара. Что-то вроде местной ночи.

Пяткам весьма неприятно, и я обращаю внимание на то, что Ульс, как и я, без обуви. И почему не просыпается?

В теле бурлит энергия, клокочет, рвётся наружу. Бегу к Ульсу, не в состоянии спокойно сделать разделяющие нас несколько шагов.

— Ульс, просыпайся! — зову его безуспешно. Никакой реакции. — Ульс, ты шутишь? Хочешь, чтобы я тебя пощекотала? — Тянусь к телу, которое при первом же контакте с моими шаловливыми пальчиками стекает на горячий пол, где и застывает в неудобной позе. — О…

Сердце остановилось от ужаса. Мир взорвался.

Сковывающая моё сознание сфера раскололась на миллиард крошечных частиц, позволяя вернуться в реальность. В жестокую реальность, в которой больше нет Ульса.

— Нет! — крикнула я в пространство. — Только не это! Не так!

Покрутила головой, ожидая волшебства. Надеясь, что явится богиня, язвительно ответит: «А так!» — а затем всё вновь станет замечательно и прекрасно.

Но нет. Никого не было. Только он и я. Мы. Точнее, только я, если ощущения не врут.

Стоп.

Что сказал Ульс в прошлый раз? Здесь сплошные иллюзии или что-то такое. В общем, глазам верить нельзя, ощущениям, возможно, тоже. Одни мои сумасшедшие сны чего стоили! Надеюсь, это были сны!

Но как увидеть истинное положение вещей? Как убрать наносное и понять, что есть реальность? И как вновь не попасться на крючок коварного мира, в котором пространство меняется так же быстро, как смещаются цветные стекляшки в детском калейдоскопе?

Дверь тихонько скрипнула, пропуская настоящего Ульса. Надеюсь, настоящего.

Посмотрела на погибший вариант, затем вновь обратила взор к вошедшему.

— И как мне проверить, кто из вас настоящий? — спросила, пытаясь не сойти с ума.

— Это я, Бри, — устало выдал «вошедший» и пошёл к кровати, на которую упал кулем.

— Что ты делал в тумане? — спросила въедливо и подозрительно. Никакой уверенности, что это настоящий Ульс, у меня нет.

— Искал дом Лаарги, — ответил он сонно.

— Но мы ведь…

— Не в нём, — коротко ответил Ульс. — Включи «ястребиный глаз», — посоветовал он, после чего буквально отключился.

Заклинание наизусть я не знаю, но когда-то видела, потому прошла к книжной стенке и попыталась найти в библиотеке не-Лаарги (а чьей?!) подходящий справочник. И мне повезло! Здесь есть точь-в-точь такой же томик, как был в поместье моего рода.

Стоило только открыть книгу, как улыбка стекла с лица. Это не просто такой же справочник. Это тот самый справочник! Или скорее справочник из моих воспоминаний.

Выходит, кто-то или что-то вытягивает из моей памяти информацию и создаёт подходящий антураж. Килг рассказал о домике с дорожкой из самоцветов — готово, принимайте работу, хозяйка! Вспомнила книгу заклинаний — вот она! В ней даже заполнены те самые страницы, на которые я в детстве обратила внимание; на остальных нет текста, лишь серые полосочки, имитирующие наличие содержания.

А Ульс? Как вычислить, настоящий ли… Не хочу думать, что мёртвый вариант и есть тот самый, поэтому… пусть лучше я здесь окажусь совсем одна, чем с… Не буду и всё тут!

Переключила внимание на справочник. Несколько раз прочитала заклинание, надеясь, что всё написано верно. Сосредоточилась, призвала личную силу и громко, чётко, последовательно, в правильном ритме произнесла заветные слова.

И застыла с открытым ртом.

Психика медленно-медленно справлялась с увиденным.

— М-м-м-м-мамочки, — прошептала я еле слышно, искренне надеясь, что провалюсь в обморок. Прямо сейчас было бы уместно. Более того — желательно. — Только не это, пожалуйста. Нет.

Глава 25. Не стоит прогибаться под изменчивый мир…

Наши демоны живут внутри. Мы носим их в себе, словно тщательно оберегаемые драгоценные вазы, магией протираем с них пыль и бережно храним, опасаясь лишний раз потревожить. Тогда как, возможно, стоит набраться мужества, достать эту вазу и вдребезги разбить о каменную брусчатку, полюбоваться мерцающими осколками и ощутить небывалое чувство свободы. Свободы, не пустоты.

В мире столько прекрасного. Наполняй себя чем пожелаешь: счастьем, радостью, воспоминаниями, приключениями, приятными событиями. Но нет же. Я тщательно лелеяла детский страх, ещё и заперла его так далеко, что почти о нём забыла. Почти, но не совсем.

Я безумно боюсь темноты. Любой. Но никогда ни единой живой душе не признавалась в этом и делала всё, чтобы никто не узнал о моей слабости. Магам непозволительно бояться такой мелочи. Дети аристократов — не исключение. И я окружала себя светом, мерцающими иллюзиями, ночниками. Да что говорить, даже одежду носила сверкающую, чтобы в темноте разуму было за что зацепиться. Достаточно было малюсенького источника света, чтобы я могла не выдать себя. Я концентрировалась на звёздах, на лунных дорожках, если находилась у воды, на таинственно сверкающей драгоценной броши партнёра по танцам, утащившего меня в тёмный закуток…

Но абсолютная тьма — это страшно. Безумно страшно. Так, что хочется умереть на месте. Провалиться. Исчезнуть.

Но есть ещё один вариант страшной темноты. Самой панической. Безысходной.

Тьма, наполненная чудовищами.

И именно в ней я оказалась.

Мы не были ни на каком острове. Мы по-прежнему на дне бездны. В хитро сделанном пузыре. Прозрачном и тонком. Таком, чтобы нас прекрасно видели окружающие сферу монстры.

И сейчас исчезло всё: дом Лаарги, оба Ульса, пляж со скалами, три луны. Я стою на морском дне, в окружении самых страшных кошмаров — тех, что вылезают из темноты по ночам.

И самое ужасное — я их не вижу, но точно знаю, что они есть, они рядом. Живые, настоящие, не плод воображения. Сфера наполнена разными звуками: пронзительным коротким писком, длинным раскатистым рычанием, подозрительным гулом, бульканьем, хлюпаньем, плеском. Порой раздавался странный скрип — такой обычно издают мачты деревянных шхун. Но откуда на дне такой звук?

И ни грана света. Ни проблеска серебряной чешуи, ни электрических разрядов на теле глубоководного чудовища. Ничего.

Ничего, кроме страха — изнуряющего, иссушающего, истончающего.

Я боялась шевельнуться, издать звук, привлечь внимание подводных жителей. Хотела грохнуться в обморок, можно даже не изящно, а так, кулем с мукой, но желаемого забвения ждать не приходилось — мозг соображал удивительно чётко.

А если и это — иллюзия? Многослойная и хитрая? Я ведь помню переход телепорта, он был. Точно был.

Решила проверить на практике, потому что других идей нет, а эта кажется разумной и вполне вероятной. Начала произносить слова заклинания, как тут же вокруг засветились, выдали себя подводные жители. Страшные слизни, гигантские разноцветные многоноги, отдалённо напоминающие привратника, полупрозрачные голодные облака с заключёнными внутрь электрическими всполохами. Прямо на моих глазах, пока я дрожащим голосом читала заклинание ястребиного глаза, такое милое облачко за один удар моего испуганного сердца многократно увеличилось в размерах и схватило гигантского многонога, тут же его парализовав и начав переваривать. На счастье — светясь от радости, словно гигантский ночник.

Как бы ни пытались монстры меня запугать, сейчас я как никогда адекватна и собрана. Стало почти светло — это раз. Я поверила в идею с иллюзиями и никого не боюсь — два. Что бы там ни пряталось за несколькими слоями иллюзий, бояться этого не собираюсь — три.

А чего мне бояться, если я только что пережила свой самый большой страх? Платье на мне вымокло от холодного пота и напоминало, что мне не привиделось, не показалось, всё так и было. Я жива и здорова, а остальное — ерунда, справимся!

Коварное место, читающее мысли и вытягивающее страхи из глубин подсознания, сдалось ещё до того, как я дочитала заклинание до конца. Заменило один слой на другой. Весьма неприятный. Затем на третий. Откровенно жуткий. Но я раз за разом читала заклинание «ястребиный глаз», пока не стёрла все приготовленные мне варианты издевательств.

И оказалась в гроте из красивого розового мрамора.

— А это уже больше похоже на правду, — прошептала вслух.

Я лежала на огромном тёплом валуне, вокруг мягко плескалось море, вдалеке кричали чайки. Ничего подозрительного или гаденького. Пока.

Торопиться на выход не стала. Подумала, как отделить зёрна от плевел и больше не попадаться на коварные происки местности. Если принять во внимание, что Ульс в моих фантазиях — голос разума, стоит вспомнить его слова. Он удивился, когда я попалась в ловушку иллюзий, значит, я должна была пройти это испытание играючи.

Итак, иллюзии. Они создаются с помощью воображения и тщательно прорабатываются, ведь если смухлевать в мельчайшей детали, иллюзия покажется подделкой. А я обладаю живым воображением и, к примеру, читая книгу, тщательно продумываю каждую мелочь. Останавливаюсь на интересных сценах, дорисовываю костюмы, причёски, антураж, даже если сцена прописана лёгкими мазками кисти.

И именно эта особенность сработала против меня.

Когда Килг рассказывал о домике Лаарги, я представила всё настолько подробно, что коварному месту ничего не стоило меня обмануть.

Итак, теперь я буду думать обо всём максимально поверхностно и обтекаемо, чтобы не попадаться в ловушку собственной фантазии. Стол — это просто стол, а не произведение искусства с резными ножками и…

Я не успела привести самой же себе мысленный пример, как оказалась в помещении, где стоял стол, который я прорисовывала.

— Я в гроте! — произнесла вслух, проверяя, сработает ли этот метод. Не читать ведь «ястребиный глаз» каждое мгновение.

И снова меня окружают розовый мрамор, ласковое море и свежий бриз.

— Коварное ты местечко, милый грот, — хмыкнула, усаживаясь на валун, магией сняла платье и соскользнула в воду. — Но пора и честь знать. Пойду проверю, вдруг это ты подшучиваешь надо мной, несчастной.

Слова отразились от мраморных сводов, но ответа не последовало. И хвала богам! Сама не верю, что говорю это, но общения с необычными собеседниками хватило за глаза. Если с кем и хотелось сейчас пообщаться, то только с… Список начал разрастаться, словно снежный ком. Ульс, родители, все мои девочки, друзья детства, враги… О, да, я бы многое хотела сказать в лицо Даниараргу Третьему и лично удостовериться, что ему очень не повезло в семейной жизни!

Дар шевельнулся, напоминая, что мы с ним созданы для устройства счастливых пар, а не наоборот, но к крылатому повелителю у меня слишком много претензий, и чем дольше мы знакомы, тем длиннее становится список причин наказать ящера.

Голову занимал ворох мыслей, потому я не сразу поняла, что никак не могу выбраться из совсем небольшого грота. А ведь я отлично плаваю. Обернулась к валуну, левитацией подхватила платье и отправила его в полёт к выходу из симпатичного, но такого коварного грота.

Платье шёлковой птицей выпорхнуло на свободу и послушно зависло, ожидая хозяйку.

— Правильно ли я понимаю, что задание ещё не пройдено? — спросила вслух и, признаться, понадеялась на ответ. Грот не посчитал нужным отразить мои слова, потому я вернулась к валуну, осушила тело и облачилась в платье. — Так, с чего бы нам начать? Со знакомства? Знать бы ещё, с кем знакомиться… Ладно. Здравствуйте! Мир вашему дому! Доброе утро! Меня зовут Бриджит, я маг воды и сваха. Прибыла из Арратора, точнее, из Подводного мира, где царит страшный-ужасный Килг.

Я билась и билась с бессовестным гротом, ябедничала на Килга, надеясь, что здесь он тоже отметился и не снискал любви, на коварного привратника; объясняла, что меня отправила сюда богиня, но каждый раз попытки уплыть не давали результата. И это бесило.

Ярость — не лучший советник, потому я решила кардинально изменить стратегию и опустилась на тёплый камень. Будем медитировать и обращаться к источнику: он мудр и безмятежен, поможет очистить разум и найти выход, который должен быть невероятно простым. Будь по-другому, Ульс категорически запретил бы мне погружаться в Бездну даже ради тысячи подарков Мори. А он лишь опасался, не видел повода не рискнуть. Возможно, из рассказов мамы знал куда больше. И верил в меня.

В академии Сантор нас научили хитрой уловке, как быстро приходить к источнику, не настраиваясь по полдня. Пройти по тропе стихии — это не медленно и спокойно путешествовать, соблюдая все нормы и правила, восстанавливая душевное равновесие, подготавливаясь умом и телом к встрече, как пишут в открытых источниках. Это нырнуть в стихию с головой, коснуться дна, довериться. Она никогда не подведёт, не предаст. И пригласит к себе сама. Откроет путь.

Однако в этот раз я отчего-то погружалась на дно своего внутреннего океана очень долго. Едва ли не столько же, сколько в прошлом путешествовала с хитрым многоногом к озеру-телепорту. И это позволило провести аналогию и задуматься: так, может, богиня Мори подарила мне не вещественный подарок, не путешествие в другой мир, а избавила от страхов и подсказала, как прокачать собственный источник?

Расти есть куда!

Многие знания утрачены в войнах, остались лишь записи, притом косвенные, не подтверждённые. К примеру, в легендах и преданиях описаны случаи, когда маги растворялись в стихии, становились духами, путешествовали под землёй, в небе, в океане, проходили сквозь лесные пожары, а затем принимали человеческий облик и радовались жизни, удивляя окружающих новыми гранями силы.

Отец утверждал, что основатель нашего рода прошёл инициацию океаном, был сильнейшим стихийником своего времени и, что самое главное, оставил записи. Только вот никому больше из наших не удалось освоить это умение. Жаль, не удалось прочитать его дневник. Папа обещал дать доступ только при условии, что я достойно завершу обучение в академии или выйду замуж за кого велят. А сама я, как ни пыталась, его не нашла.

А вдруг я смогу освоить это умение самостоятельно? Точнее, с помощью богини!

Может, для того, чтобы слиться со стихией, нужно испытать на своей шкуре и страх темноты, и тяжесть ответственности. Притом не только за каждое действие, но даже за любую мысль! Шуточки грота с иллюзиями наглядно показали, во что может вылиться…

О боги!

Я замерла на полпути к личной бездне, зависла, словно муха в паутине. Кажется, Корделия что-то такое говорила… Про силу, про долг, про то, что северяне привязаны к земле собственной кровью, что её стихия не терпит пререканий и обуздать её непросто… Нет, не то.

Я закусила губу и, видимо, сделала это не только мысленно. Меня пробкой вытолкнуло из воды в реальность, и я вновь оказалась в розовом гроте со склонностью хулиганить.

— И я сейчас тобой воспользуюсь! — нашла я способ всё узнать, радостно потирая руки. — Давай, милый, воссоздадим тот мой разговор с Корделией.

Словно по мановению волшебной палочки, я оказалась в любимой академии. Забавно, я думала, тот разговор был в дворцовом парке, но нет. Моя память хранила всё куда более тщательно и достала нужное воспоминание, перенеся нас с Кори в парк академии Сантор. Мы были в чёрных спортивных костюмах; судя по наспех очищенной, но примятой ткани, только-только вернулись с тренировки и ещё не дошли до душа.

— Я боюсь инициации, Бри, не потому, что у меня есть шикарный пример перед глазами, — призналась Кори, прямо намекнув, что речь про Таяну, которая не могла обойтись без спецэффектов даже во время простого завтрака, не то что во время столь важного мероприятия. Что академия с ней только не пережила! Воспоминаний для мемуаров у каждого теперь с лихвой, впрочем, как и седых волос.

— Ну ты ведь не наша некромантка, всё будет шикарно, — попыталась я утешить Кори, которая выглядела более чем взволнованно. Её источник пробуждался, и преподаватели велели тщательно отслеживать происходящие изменения.

— Ты не понимаешь, Бри. У тебя вода, это относительно безопасная стихия. Огонь же… Его почти невозможно контролировать.

— Может, довериться ему?

— Огонь выжрет и уничтожит. И меня и окружающих. Ты думаешь, не было смертей во время инициации огненных магов? Возьми справочник в библиотеке, почти девяносто процентов неудачных инициаций — у огневиков. Мы самые опасные. Ещё пятьсот лет назад огневиков заставляли инициироваться на необитаемых островах, в окружении вражеской стихии. Может, потому среди нас теперь так мало действительно сильных магов. Но мой огонь… Бри, я гораздо сильнее многих. Я чувствую, что это будет слишком опасно для окружающих. Огонь уже довольно бурлит в груди, собираясь спалить дотла всё, до чего дотянется. Он голоден. Я чувствую это. Но если скажу преподавателям… Не знаю, что делать.

— Тогда не инициируйся. Остановить процесс легче, чем пережить… точнее, не пережить…

— Шутишь? Ди Фиорди никогда не давали слабину, и я не стану первопроходцем. Так, поделилась переживаниями, — тут же переключилась Кори на свой обычный вид, стерев признаки тревоги с лица. — Пойдём! Думаю, я нашла выход. Поговорю с де Луаром. Уверена, он что-нибудь придумает, чтобы моя… кхе-кхе… инициация не была напрасной.

— Стоп! — громко произнесла я, останавливая иллюзию, и розовый грот послушно стёр следы академии Сантор, вернув меня в реальность. — Спасибо, дорогой. Итак, что мы имеем? — спросила у каменных сводов, потому что рассуждать вслух интереснее. — Вполне вероятно, мы неправильно проходим инициацию, потому и погибаем. Может, нужно всё-таки, как я и говорила Корделии, довериться стихии? Раствориться в ней? Дать себя уничтожить и возродить, вроде как в тех легендах, где маги становились духами стихии, а затем находили путь к человеческому обличью?

Древние маги потому и были такими сильными, что не бежали от инициаций, не боялись их… Может, и тогда часть погибала, как сейчас, но те, кто выжил, становились лучшими.

Моё лицо озарила улыбка.

Если у меня всё получится — а я не сомневаюсь, что так и будет, — я стану первым полностью принявшим стихию магом за много столетий. И мне будет не страшен даже Килг!

Я расхохоталась жестоко и коварно, триумфально и очень по-женски. Ну, дорогие мои, берегитесь.

— А ведь я смогу возглавить Совет магов и помочь Серене править, — произнесла заинтересованно. — Мне ведь все сказали: не лезь в политику, Бри, ты не сможешь, это не твоё. А я в детстве мечтала быть самым главным магом. Может, исполнить детскую мечту? То-то все обалдеют!

Я рассмеялась, на этот раз весело и звонко.

Сейчас мне совсем не хочется лезть в политику, но в будущем — очень даже может быть!

Пока рано делить шкуру неубитого медведя — нужно закончить то, что начала. И я смело нырнула в личную бездну, чтобы встретиться с источником и позволить ему провести ту инициацию, что задумана богами изначально. Не многоступенчатую и относительно безопасную. Полную!

Неспроста говорят, что удача любит храбрых, а в любой храбрости есть толика безрассудства. Многие журили меня за легкомысленное отношение к жизни, но сейчас именно оно стало моей силой. В этот раз я без труда преодолела путь до самого дна. Источник словно помогал мне, притягивал, манил. Обычно я представляла его не большим, но глубоким прудиком с лилиями, но сегодня увидела озеро, к которому меня не так давно сопроводил Айаурргх.

Если он привратник с той стороны, то с этой отпирают дверь личная сила и смелость.

Очистить мысли. Не колебаться. Если идти к победе, то до конца, не терзая себя лишними размышлениями и не отступая назад. Все решения приняты.

Настроиться на слияние, позволить ему случиться, раствориться в воде.

Рванула навстречу мерцающему телепорту, посылая перед собой щедрую порцию личной силы. Сейчас не время экономить. Я так чувствую. Я знаю.

Я отдала себя всю без остатка, словно подсоединившись к озеру-телепорту и работая батарейкой. Поток силы превратился в мощный ручей, на волнах которого я сейчас скользила вниз. Тело стало удивительно лёгким, невесомым. Но это не мешало ему на всех парах мчаться вниз, пока не произошло… растворение в глади подводного озера, такого спокойного и безмятежного.

Я парила в его глубине, непроглядно тёмной и вязкой, но отчего-то совсем не страшной, а уютной и родной. Такой удивительно своей, что сердце щемило от нежности и восхитительно спокойной радости принятия.

Сделала глубокий вдох. Выдохнула.

Умиротворение и покой. Нега. Блаженство.

Я дома. Я там, где мне самое место.

И в то же время я вдруг поняла, что слово «дом» откликается по-другому. Здесь я не дома, а в гостях у любимой стихии. Я — лишь крохотная её часть. Но у меня есть дом, где меня ждут.

Перед глазами пролетели обрывки воспоминаний: отчий дом, Королевская академия магии, дворец, академия Сантор. А затем я увидела Ульса. Он стоял рядом с Жемчужным замком, который почему-то находился в землях моего отца, именно там, где я и мечтала. Даже обсуждала с сопротивляющимся родителем, где его поставлю, если мне всё удастся.

План был, конечно, смешным, выглядел по-детски наивно, глупо и, признаться, именно так, как обозвал его папуля — «непозволительно дерзким и политически опасным». Но тогда я была настолько очарована Жемчужным замком, что не желала замечать очевидного, готова была даже выйти замуж за арха, если он перенесёт нас с замком в свой мир.

Странно, что сейчас я вижу свою мечту в том самом месте, которое выбрала. Снова магия иллюзий? Очень вряд ли.

В любом случае я погостила у источника, пропиталась его силой, его спокойствием, мощью. Пора и честь знать.

«Отпустишь меня?» — подумала с улыбкой, хотя в глубине души мне совсем не хотелось торопиться на выход.

А дальше произошло нечто удивительное. В тот же миг я оказалась рядом с Айаурргхом, который меня не видел и не чувствовал! Вообще! И это монстр, который хвалился своими органами чувств! Он сидел на краю обрыва, где не так давно запугивал меня, и играл с теми шариками, что я ему подарила, подбрасывая их вверх, а иногда специально бросая в сторону бездны, кувыркаясь своим массивным телом в её чаше, подхватывая маленькие мерцающие драгоценности и возвращаясь на насиженное место. Словно дитя балуется, честное слово.

Посмотрела на своё тело. Выгляжу как обычно, разве что платье липнет к ногам и тянет вниз… Должно тянуть, сковывать. Но ничего такого не чувствую.

— Хм…

Глава 26. Тонкости подводной дипломатии и убийственные новости

— Кто здесь? — тут же встрепенулся Айаурргх, пряча подаренные игрушки под мантию, чем едва не вызвал у меня приступ неприличного хохота.

Я изо всех сил пыталась себя не выдать, чтобы дождаться, когда он вновь достанет цацки, и умыкнуть парочку — подшутить. Но не выдержала, рассмеялась.

— Это ты! Получилось, да? Ура! Я так ждал, так ждал! У Лаарги так и не вышло инициироваться, может, потому что она не из нашего мира, но у тебя были все шансы. Я в тебя верил!

— Да, это я, — не стала вредничать. Уж больно искренне Айаурргх обрадовался моему успеху.

— А он сразу сказал, что у тебя выйдет.

— Кто? Килг? — припомнила я, как он выдал, на кого работает.

— Ага! Велел не пускать Фаульса, не мешать тебе, ждать до последнего. Тот взбесился, конечно, хоть мы в два голоса объясняли, что к чему.

— И где сейчас Ульс? Во дворце? — спросила, моментально переключившись с темы на тему.

— В каком? В новом? В старом? — хохотнул Айаурргх ужасно довольным тоном.

— В новом дворце? — удивилась я не на шутку.

— Ну да. Жемчужный-то замок Фаульс подарил твоему папе. Сказал, что это гарант твоего возвращения и доказательство серьёзности его намерений, — радостно сдал он своего принца. — Килга чуть удар не хватил. Это его любимый дворец! Не знаю, что творилось на суше, но у нас здесь с первого дня твоего отсутствия очень весело. Я даже передумал уходить, хотя мне открылся портал.

— Да ты что! — воскликнула я, подразумевая сразу всё. Пока эта каша из информации не укладывается в голове!

Выходит, Килг с Ульсом поссорились из-за меня. Всерьёз.

Великие боги, умыкнуть дворец у собственного отца!

Нет, я точно стихийное бедствие. Не зря папа иногда меня так называл.

Но то, что Жемчужное сокровище теперь моё…

Я расплылась в зубастой улыбке, как обожравшийся яблок анкилот.

Жаль, конечно, что нам с Корделией не дали возможности поупражняться в запрещённых науках, но вариант с подарком даже лучше. И вообще забавно. Говорят же, что нужно озвучивать свои желания и мечтать, не стесняясь. Я требовала Жемчужный замок в качестве свадебного подарка от императора архов, а получила от любимого мужчины.

«Стоп, стоп, стоп, леди Ларс. Мы с тобой признаем его любимым только после выяснения всех обстоятельств, а пока он — морской принц и совсем не герой нашего романа», — напомнил мне здравый смысл обо всех препятствиях для благополучного исхода. Может, за время моего отсутствия некоторая их часть была сметена яростью влюблённого в меня демона, но я должна убедиться, что имею право дать волю чувствам. У меня куча обязательств перед своим родом.

— Видимо, моим истинным предназначением была твоя инициация, — несомненно, подслушав все мои мысли, продолжил Айаурргх как ни в чём не бывало. — Так что домой я теперь могу вернуться в любой момент, но пока решил задержаться, подождать, чем закончится ваша история. Под водой никогда не было так весело, даже в кровавые времена.

— Здорово, что я смогла вас развлечь. Айаурргх, а сколько времени меня не было, что ты успел получить столько положительных эмоций? Ещё и Жемчужный дворец… Даже два. Это ведь не так просто даже для архов, а Ульс всего лишь демон.

— В смысле «всего лишь»? — обиделся он, позабыв про первый вопрос. — Архи — те же демоны, только немного другие. А так наши демоны ничуть не хуже! Просто их мало. Пока мало.

Айаурргх подозрительно замялся и с бешеной скоростью принялся выливать на меня реки информации — кто женился, родился, кто строил новый дворец, как бесился Килг. Но я зацепилась за ту его запинку и не стала распыляться на остальные новости.

— В смысле «пока»? — заинтересовалась я, поневоле переняв у Айаурргха манеру общаться.

— Ничего не скажу, пока не выйдешь замуж. Кстати, твой отец дал согласие, ваши монархи подтвердили, Килг радуется больше всех, даже не прибил Фаульса за демарш с Жемчужным замком. Просто построил новый, раз в семь больше, — быстро выдал он. — В общем, все ждут только тебя.

Наученная горьким опытом, решила не торопиться. Тщательно обдумала сказанное — ведь, как оказалось, в каждой фразе древнего создания есть смысл или подсказка. Даже в обманных маневрах.

Итак, о чём он умолчал?

— Сколько времени меня не было? — требовательно спросила, проявившись в виде мерцающего силуэта напротив огромного глаза.

О, получилось. Здорово! Выходит, не так сложно быть частью стихии. С другой стороны, я для этого создана. Другое дело, что была лишена возможности полноценно инициироваться — по воле кого-то особо хитрого или чрезмерно пугливого.

Голосую за первый вариант. Хитрецов у нас хватает.

— Ну, я точно не знаю…

— Айаурргх! Сколько?

— Чуть больше года! — отрапортовал он, ещё и издевательски приложил щупальце к своей голове.

Хорошо, сейчас я проявляюсь в виде иллюзии, и та по-прежнему смотрит на Айаурргха с хмурым выражением лица, но главное — я не потеряла бдительность и не оказалась раздавлена толщей воды. И меня не отбросило в другую часть океана от его телодвижений!

На глубине мне в любом случае стоит оставаться в виде бесплотного духа. Для собственной безопасности. Всё-таки, как бы я ни любила воду, свою стихию, подводным жителям я не доверяю.

Чуть больше года.

Год! Целый год! И ещё немного сверху!

Но… как? Как такое возможно? Я думала, меня не было от силы пару-тройку дней, ну, неделю. Но год с лишним!

— Мне казалось, прошло куда меньше времени, — произнесла спокойно. — Но я слышала о мирах, в которых время течёт быстрее.

— Из нашего мира ты, скорее всего, вообще не уходила. Это озеро инициации. Как оно себя поведёт — всегда загадка, бывали случаи, когда оно в прямом смысле выплёвывало магов. Сейчас здесь редко бывают водные маги, но когда-то я знатно развлекался и всегда побеждал Килга в спорах, кто выживет, а кто нет. Опыт!

— То есть отборы невест для правящей семьи — это не способ тебя хорошенько накормить? — пошутила с улыбкой, ещё и пальчиком пожурила монстра-обманщика.

— Я питаюсь от озера, а вы действительно невкусные, — в тон мне ответил Айаурргх. — Да и все отборы — натуральная фикция. Фаульс такой же упрямый, как и Килг. Сказал, не женится, значит, ругаться и спорить бесполезно. Его высочество согласился провести этот отбор лишь для того, чтобы Килг не разнёс оппозицию окончательно.

— Это ослабляет магические семьи, — произнесла я, сообразив, почему ни Килг, ни Ульс на самом деле не хотят уничтожать оппозицию.

— Именно. В мире всегда должен быть баланс. Как только под водой становится меньше сильных родов, у драконов тут же начинают активно рождаться водные маги. Они хоть крылатые, а легко путешествуют и в воде, и в воздухе, рыбу нашу жрут, сокровища добывают. У меня в Бездне знаешь сколько кораблей с богатствами? Всё Килг принёс, чтобы не разграбили. Он ненавидит мародёрство и считает эти суда памятниками погибшим.

— Это… достойно. Некроманты, наверное, под водой не в почёте, да?

— Наоборот. Раньше много их было, Килг разрешал поднимать погибших и спрашивать их волю, передавать семьям имущество и самих зомби, чтобы их похоронили согласно традициям. У демонов уважительное отношение к смерти и загробному миру.

— Почему же теперь он изменил политику? — заинтересовалась я не на шутку. А ведь сколько моих сограждан погибло! Сколько древних артефактов! Сколько информации! Книги, наверное, не воскресить, но вдруг?

— Из-за мародёров. Их много и среди драконов, и среди людей, Бри. Даже фурии до такого никогда не опускались, а уж как их все не любили! — Огромное тело Айаурргха содрогнулось от отвращения. — Так что мы всё прячем в бездне, куда не добраться ни тем, ни другим. Помимо меня здесь полно охранников. Голодных и злых, — предостерёг он. И тут же добавил, предугадывая дальнейший вопрос: — И водить экскурсии я не собираюсь.

— Но для недавно затонувших судов мы ведь можем сделать исключение?

— Станешь женой морского принца, задашь ему вопрос.

Я хмыкнула.

Надо же, как много интересной информации. Оказывается, не так уж дружны ящеры с подводным миром. А с виду и не скажешь. Вполне вероятно, Серена об этом знает — не зря один из её братьев постоянно находится в Баррагоре.

— Об этом знаешь только ты, но, учитывая обстоятельства, подумай, стоит ли обо всём рассказывать подруге, — мягко влез со своим ценным мнением Айаурргх.

— Я не собираюсь жить и править под водой: здесь вполне хватает одного Килга, ему помощники не нужны. Тем более он меня недолюбливает.

— Шутишь? Думаешь, из-за нелюбви он лично помогал тебе выбраться из озера инициации? Только он мог пробиться к твоему сознанию и вытащить тебя из озера боли. Повезло, что Килг хорошо тебя знает и вообще смог найти, это вообще-то уровень архимагистра, притом с огромным опытом и знаниями предков. А сколько это времени заняло, ты даже не представляешь! А сил! Подозреваю, это был второй случай в его жизни, когда он растратил почти весь резерв. Он здесь недели две медитировал, причём в то время, когда в Жемчужном дворце гостило ваше посольство. Они и сейчас, кстати, у нас, никак не успокоятся, ждут тебя. Хорошо, все знали, что в Бездну тебя отправила Мори, а не мы, не то и до войны бы доругались.

Так, войны не случилось, это главное. Можно со спокойной совестью вернуться к личным вопросам.

— Как он мне помогал? Инициацию проходят в одиночку или со старшим членом семьи. И ты сам говорил, что телепорт может выбросить куда угодно — и в другой мир, и к источнику. Как он мог меня найти? Это ведь невозможно.

— Официально пробиться к источнику, конечно, нельзя, — заметил Айаурргх с намёком, но раскрывать всех возможностей Килга не стал. — Да и можно сказать, что так оно и есть, ведь в древних источниках силы выживают единицы. К ним редко приходят, минуя богов… — Айаурргх сделал небольшую паузу, и я додумала продолжение фразы самостоятельно: минуя богов или нас с Килгом. Вот уж устроили себе развлечение! — В Бездну тебя отправила Мори, значит, ты должна была вернуться быстро и без особых проблем, но когда мы не дождались тебя… Лучше тебе с Килгом поговорить, наверное, у него-то на тебя были совсем другие планы.

— Нет. Сейчас.

— А ты изменилась, принцесса. Стала требовательной и более жесткой, разумной. Это хор-р-рошо, — пророкотал Айаурргх.

Я посмотрела на хитреца. Думает отвлечь меня комплиментами. Как же! Нет, я их, конечно, по-прежнему люблю, но, учитывая обстоятельства, не хочется тратить время даже на столь приятные отвлечения от цели. Нужно срочно выведать как можно больше, а затем, с новыми данными, переваривать информацию.

Про Килга и так ясно: он меня хорошо знал. Демоны видят суть. И он — отличный телепат. Видимо, у него есть какой-то скрытый дар, или он на короткой ноге с богами. Наши боги любят одиозных персон. Интересно только, какие именно у него были на меня планы и почему они изменились?

Подумать только, год! Целый год прошёл. Уму непостижимо. Но нужно как-то постичь и справиться. Обидно только, что всё самое интересное произошло без меня. С другой стороны, будь я здесь — осталась бы без Жемчужного замка.

— Айаурргх, я жду. И напоминаю, что ты у меня в долгу. Запугивал и издевался, когда должен был обеспечить безопасность, а может, объяснить, что к чему, помочь настроиться перед инициацией. Тебе меня доверили! — произнесла, удивляясь, как непривычно звучит мой голос. Надеюсь, я всё-таки стану прежней Бри. Эта холодная леди мне нравится, но не так, как прежняя я.

— Станешь-станешь, когда примешь человеческий облик, — утешил монстр, вновь без труда прочитав мои мысли. — Ты теперь почти вечная, кстати. Не неубиваемая, но что-то около. При прямой опасности на суше можешь превратиться в жидкость и спрятаться глубоко под землёй, в грунтовых водах. И выйти там, где тебе нужно. Как по мне, это умение стоит любого риска.

— Шутишь? — восхищённо проговорила я, представляя, как прячусь в вазе с цветами и безнаказанно подслушиваю любые разговоры. Боевые действия — это не ко мне, а вот небольшой чисто женский шпионаж, свежие сплетни, заговоры — это я с радостью!

— Правду говорю. Духи живут долго; столько, сколько им хочется. Ты и в человеческом виде проживёшь дольше остальных магов. Ещё один плюс инициации в изначальном источнике.

— Не уверена, что, когда моё человеческое тело развалится, захочу остаться духом и жить в океане.

— В океанах, — произнёс Айаурргх подозрительно кротко. И замолчал, явно призывая меня развивать мысль дальше.

— Других миров? — оживилась я не на шутку.

— Именно. Наше озеро — это телепорт, который отправляет туда, куда тебе суждено. Кто-то попадает в другой мир, кто-то инициируется, а кто-то умирает. В общем, каждому своё. Но бесплотные духи способны беспрепятственно путешествовать между мирами, ты это оценишь, вот увидишь. Я знаю, что говорю. Кстати, если ты не заметила, я милый и хороший, являюсь препятствием лишь для тех, кто пытается нырнуть в бездну без веской причины или по глупости, — обелил себя он. И тут же припечатал: — Больше не услышишь от меня ни слова, иначе Килг мне щупальца в узел завяжет и скажет, что так и было. Иди лучше к нему, пока тебя не нагнали последствия инициации.

— Но… А как же Ульс?

— Ты можешь делать всё, что вздумается, но если хочешь узнать сокрытое, просочись сперва к Килгу. А Ульс… Сама подумай, какие у тебя шансы его допросить? Там будут сплошные поцелуи, — содрогнувшись от омерзения, закончил Айаурргх.

— Вполне привлекательная перспектива!

— То есть даже в виде духа ты всё равно девочка, ясно, — напоказ разочаровался он.

— А бывает по-другому?

— Всякое случается. Ну всё, иди, а то мне потом голову открутят за болтливость.

— А Килг меня чувствует? Ну, что я вернулась? — уточнила, надеясь, что Айаурргх не станет вредничать и ответит. — Если, как ты утверждаешь, он помог мне с инициацией, то мог поставить какой-нибудь маячок.

— Сомневаюсь, что это возможно, с учётом обстоятельств вашей последней ментальной встречи, но ничего не исключаю. Спроси у него сама.

И хитрощупальцевый монстр просто сбежал! Притом не постеснялся проорать издалека, едва не взорвав мозг: «Ты обещала мне ещё кучу подарков, если вернёшься!»

— Нет, ну здорово, конечно. Мало того, что вылил на меня океан информации, ничего толком не сказав, ещё и обязал напоследок.

Чтобы не оставаться в долгу, сделала гигантский шар, наполнила его разноцветными пёрышками и розовыми блёстками, подсветила стенки сферы и запустила вдогонку беглецу, который моментально изменил траекторию движения, рванув навстречу подарку.

— Ты хорошая, — довольно пробормотал Айаурргх, подхватив шар. — Но розовые блёстки — слишком примитивная месть.

— Ты вообще не должен распознавать цвета.

— Это кто тебе сказал? — возмутился он. — Я разумное создание с бо́льшим количеством органов чувств, чем у некоторых… — Он помолчал, явно оценивая, стоит ли со мной ссориться, или в будущем я могу быть ему полезна хотя бы как создатель игрушек. — …чем у некоторых существ. Не все ведь такие милые, добрые и чувствительные, как мы с тобой.

Ой, подлиза. Хитрюга дальновидный!

— Что есть, то есть, — согласилась с улыбкой. — Проведёшь меня до края бездны?

— Зачем? Ты пока не оформилась, так что можешь перемещаться мгновенно, только координаты знать надо, как при построении порталов, — обрадовал Айаурргх. И после небольших препирательств, с ним по-другому никак, выдал координаты нового замка морского царя.

Как я ни пыталась, больше никаких сведений вытрясти из Айаурргха не удалось, потому решила узнавать всё по старинке и переместилась к замку.

Первый опыт путешествия в виде морского духа оказался весьма неприятным. Настолько, что меня, не имеющую телесной оболочки, замутило! Я пока не разобралась с новой ипостасью, но, кажется, у неё есть органы чувств. Потому что я и запахи ощущаю, и голова кружится.

Нужно ещё поэкспериментировать, освоиться, может, подслушать что-то интересное, а затем возвращаться. В конце концов, ждали год, ещё немного подождут. Да и новый Жемчужный замок не особо манит. Да, красивый, да, современный, но не тот.

Сердце радостно подпрыгнуло. А ведь моя мечта сбылась! Ульс лишил папочку дома ради меня!

Если Айаурргх не солгал… Может, Килг его разнёс от ярости, когда поссорился с единственным сыном, характер-то у демона не сахар.

Хотя многоног оказался вполне порядочным монстром. Говорит в основном правду, но так, чтобы у тебя создалось совершенно неправильное впечатление. К этому нужно привыкнуть и все его слова делить на два.

Немного порассуждала, стоит ли сейчас сбегать домой и хотя бы папу предупредить, что я жива-здорова. Наверняка ведь ему наплели с три короба… С другой стороны, если они нашли правильные слова, папа ждёт. Хоть и волнуется.

Нет, нужно разведать обстановку, навестить отчий дом и, если папули не будет, воспользоваться почтовой шкатулкой, разослать всем сообщения и лишь затем возвращаться под воду.

Мимо меня проплыла Арлишка. Важная и коварная. Ищет пропитание. По мне пробежала волна дрожи, и я поразилась, до чего чувствительна, не имея никаких очертаний. Может, это фантомные ощущения? Серена как-то рассказывала, что у некоторых людей остаются боли в конечностях, которых уже нет: они чувствуют руки-ноги, безуспешно пытаются их использовать. У нас этот факт не исследован, но Серена — это Серена, она нашла в лекарских справочниках из других миров, что это такое, и придумала, как с этим бороться.

Вода будто остыла, до того стало зябко. Я в ужасе замерла, прокручивая в голове сумасшедшую мысль — а что, если у меня больше нет тела? Совсем нет. И никогда не будет. Вдруг из-за вмешательства в инициацию что-то пошло не так, и теперь я — лужа воды?

Всё показалось неважным и незначительным на фоне дикого ощущения, что мне конец. Я не могу, не хочу жить под водой! Это не моё! Одно дело слиться со стихией и жить на суше, другое — оказаться в заточении водного мира! Понятно, что в будущем этим всё и закончится — вряд ли я захочу вот так сразу умереть, когда закончится срок сухопутной жизни. Но не сейчас! Не теперь!

А родные, а друзья? А Ульс?

Я чувствовала, как по щекам, которых нет, текут слёзы, и ещё больше пугалась. В морской воде я не могу ощущать слёзы! Они не могут течь по щекам! Их нет! Ничего нет!

Несвойственная мне паника захватила полностью. В голове бушевал ураган, поднимал огромные цунами, стирал города. Я полностью погрузилась в пучину страха и боли, но не могла даже обхватить себя руками и покачать, как дитя малое. У меня нет тела! И даже когда я поднялась повыше, на безопасную для людей глубину и попыталась его создать, ничего не вышло.

Взбесилось и море. Зашумело-загудело, набирая силы для удара. Изменились подводные течения, вода ушла от берега, собираясь в единый кулак, готовясь отомстить суше за мои страдания. Но мне так больно и страшно, так бесконечно одиноко и паршиво, что я не смогла остановить истерику вовремя. И лишь спустя несколько мгновений осознала, что натворила.

Цунами.

Я отправила не берег смертоносную волну. Которая обрушится на мой дом. Никак не защищённый, потому что в этом секторе цунами не бывает — большую землю защищает гряда необитаемых островов. Но сегодня они не спасут. Это не простое землетрясение. Это я. Стихийное бедствие рода Ларс.

— Великие боги! — пробормотала, закрывая глаза.

Какие слёзы, какие страдания! Сейчас не до этого!

С нечеловеческой скоростью рванула, обгоняя потоки воды, раздумывая, как остановить поток. Я только инициировалась и не знала о новых возможностях, не умела ими пользоваться. Как цунами организовала — до конца не понимаю.

«Всё ты знаешь», — не согласилась интуиция.

— Что же, что же, что же? — шептала, приближаясь к берегу, на котором величественно мерцал замок, о котором я столько мечтала. Солнце ещё не село и можно было рассмотреть строение во всей красе, но времени не доставало.

Коснулась ногами песчаного дна, явственно ощущая каждую крупинку, каждый камешек, каждую неприятно струящуюся по воде водоросль, но сами ноги так и не появились. Сбылся мой худший кошмар — я не могу вернуть себе человеческий вид.

— Не «не могу», а пока не умею, — пробормотала, безуспешно пытаясь трансформироваться. — Итак, задача номер один — избавиться от воды. Или я могу как-нибудь предупредить людей в доме? Может, папа увидит, что происходит, и придёт? Таких отливов прежде не было.

Поскольку иллюзии по-прежнему повиновались, я быстро создала несколько сотен фейерверков и последовательно выпустила из воды, добавив звуковое сопровождение. По идее, они должны быть видны из окон.

Что ж, следующая часть балета самая сложная — показать им цунами.

Решила объединить две важные задачи и заодно дать знать родным, что жива, что это я подсказываю; что сейчас произойдёт и что это не шутка. Потому для цунами выбрала отвратительно-розовый цвет, который очень любила в детстве. Ещё один маленький секрет, за который готова удушить, даже шутки на эту тему не признаю.

Разыграть представление, находясь в воде — сложная задача, но мне удалось. Правда, и силы растеряла немало. Торопилась. Высчитывала векторы как попало. Но главное — получилось.

Прислушалась к голосам в доме. Папа отдал распоряжения, организуя спасение жителей близлежащих деревень, велел слугам подготовить дом к удару стихии, а самим уйти телепортом в столичный дом.

А голос такой довольный, словно ему не о катастрофе сообщили, а… А, ну да, о возвращении блудной дочери. Я бы тоже радовалась. Наверное. Особенно если бы она не притащила в дом стихийное бедствие. Которым они, кстати, сами же меня с детства обзывали. Накликали!

Одна мысль, что папа рядом, а домашние в безопасности, немного успокоила.

Но дальше случилось то, о чём я не могла даже мечтать. Я точно уловила, когда из домашнего телепорта вышел Ульс собственной персоной! Я почувствовала его всем своим отсутствующим телом, узнала и по шагам, и по флеру магии, чего прежде не замечала. Ещё одно умение? Ладно, потом разберусь.

— Объявилась? — звонко спросил он, бегом направляясь к пляжу.

— Да! С цунами.

— Так и должно быть. Вы можете отправить людей в Жемчужный замок, они будут в безопасности, он защитит от любой угрозы, — уже явно находясь недалеко от меня, проговорил Ульс. — Вам тоже лучше наблюдать оттуда. Мы не имеем права ей помочь, это завершение инициации.

— Нет. Я буду рядом с дочерью.

— Вы маг воды и можете рассчитать силу цунами. Вода ушла от берега слишком далеко, нас ждёт полноценная катастрофа, но самой Бри сейчас ничто не угрожает. Лучше, чтобы она не отвлекалась на вашу безопасность. Прошу. Пожалуйста, — подобрал он верные слова, входя в воду по пояс. — С ней буду я.

С белоснежной пеной, с бриллиантовыми брызгами волн я рванула ему навстречу. Безумно хотелось обнять и папулю, прижаться к нему, закрыть глаза и сделать вид, что это не я, оно само. И проблему решите как-нибудь без меня, пожалуйста. Но я уже не маленькая девочка, и Ульс совершенно прав. Папе здесь не место. Я буду отвлекаться на него, тогда как мне нужно полностью сосредоточиться на завершении инициации.

Тоже новость, надо сказать. Ято была уверена, что уже всё хорошо. Или почти так.

Глава 27. Жестокие уроки и демоны

— Бри, милая, я рядом. — Ульс опустил руки в воду. — Иди ко мне и попытайся встать. Не важно, в каком виде, брызги воды или скульптура изо льда, туман, водяной силуэт. Как угодно, чтобы я отличал тебя от воздуха. Хоть водоросли левитацией подними. До завершения инициации я тебя не вижу и не чувствую, ты ещё не до конца ушла от Источника. Это нормально и правильно, закономерно, ничего не бойся.

Я соткала полупрозрачную, плохо проработанную иллюзию, чтобы не растрачивать лишние силы.

— Отлично. Теперь попробуй наполнить её водой, — терпеливо произнёс Ульс, хотя радость в его голосе выдавала истинные чувства. — Всё получится, не бойся. Я знаю, что нам делать, готовился к твоему возвращению, всю библиотеку перерыл. Вот, да-да, именно так, молодец. Умница! — щедро похвалил он мои совсем незначительные успехи. — Теперь убирай иллюзию и оставляй водную версию себя. Голосом пока не пользуйся: тебе сейчас понадобятся все силы, чтобы обуздать волну.

— Как? — магией иллюзий озвучила я вопрос, несмотря на запрет.

— Бри, — укоризненно пробормотал Ульс, — я не имею права подсказывать. Это финал твоей инициации. Ты либо потеряешь всё и переродишься новым человеком, магом без рода, либо справишься с последствиями своих эмоций и примешь дар богов. Напоминаю, это не иллюзия. Это твой реальный мир, где правят бал реальные чувства и мысли.

Шокированная его словами, заглянула ему в лицо. Очень непривычно, но довольно удобно быть водой. Я сделала свою фигуру повыше и смогла посмотреть на него прямо, не задирая, как обычно, голову. И видела его ничуть не размыто. Вполне хорошо. Вот ведь занимательная магия.

— Не имею права, — шепнул он, кивая. — Остановись. Выдохни. Обдумай мои слова.

Я замерла.

Действительно, стоит взвесить каждое его слово, ведь Ульс — не просто мой добрый друг, но настоящий демон, хитрый и изворотливый. Он уже мне помог и подсказал всё, что нужно для разгадки. Понять бы только, что конкретно он имел в виду!

Я слышала гул воды за спиной, чувствовала стремительное приближение волны-убийцы. Скоро мы увидим её гребень…

А вдруг дом не выстоит?! Люди выживут, но дом! Родовое поместье, библиотека! Мои книги! И та самая, заветная, с автографом любимого писателя! Да мне её доставали через вереницу миров!

Я вздрогнула и на мгновение обрела форму. Почувствовала на талии руки Ульса. Горячие. Твёрдые. И вновь рассыпалась водой, слилась с океаном, позабыв держать форму.

Второе возвращение в «прозрачную девушку» далось куда проще и быстрее.

— Никаких эмоций и лишних мыслей, Бри, — скомандовал Ульс. Грозно так. Словно главнокомандующий на плацу.

Я опустила взгляд и, несмотря на сложные обстоятельства, улыбнулась. Он до сих пор сжимает руками воздух вместо моей талии, словно не может отцепиться, оторваться. Не верит, что я снова исчезла.

Соскучился! И переживает.

Так, никаких эмоций. Может, это и есть подсказка?

Не успела толком обдумать его слова — за спиной воцарилась тишина. Как говорит моя подруга Таяна: «Тишина на кладбище бывает лишь в двух случаях — перед восстанием мёртвых и после их упокоения». И сейчас тишина кажется устрашающей, голодной, предвкушающей многочисленные жертвы.

Таяна рассказывала, что перед инициацией у неё был сумасшедший выброс эмоций, разрушительных и мощных, словно её магия многократно их усилила, довела до пика.

Выходит, что инициация, как любая обрядовая процедура, требует строгого соблюдения всех этапов.

И ведь об этом писала Лаарга! Только речь шла вроде как о другом!

Итак, если верить морской ведьме, первый этап любой процедуры — очищение. Эмоциями, болью, кровью, реагентами в колбе — зависит от ситуации. Второй этап — подготовка сознания к слиянию со стихией или даром, доведение субстанции до нужной кондиции, если говорить словами зельеваров. Третий — обучение. Его я прошла, но как-то… так себе, в своём репертуаре. Увидела и услышала всё, что нужно, но дойдёт до меня спустя время… которого нет. Четвёртый этап — закрепление. Пятый — принятие.

О боги! А ведь я думала про цунами, когда начала паниковать. И чему научилась в Заозёрье, так это реальности иллюзий. Если мы верим, мы созидаем. Сейчас я силой мысли и всплеском эмоций взбудоражила мировой океан. И это, по меркам Лаарги, четвёртая ступень — закрепление изученного. Только в реальном мире!

Я рассыпалась брызгами в мужских руках, стала океаном, слилась с ним, ощутила надвигающуюся волну, её яростную жажду смерти. Она, словно демон кровавой мести, мчится к берегу, норовя уничтожить всё на своём пути, собрать кровавую дань, напомнить, кто здесь главный, сильнейший.

Но не сегодня. Не из-за меня.

Закрыла глаза и представила, как поднимаюсь из воды в своём обычном облике — человеческом. Что руками касаюсь воды, так, как это делал Ульс, взывая ко мне. Почувствовала на талии его руки. Успокаивающе тяжёлые, тёплые. Вдохнула горьковатый аромат соли и любимые ноты хвои — дар леса на ближайшей к нам скале.

— Ты главная, — тихо произнёс Ульс, побуждая действовать. — А я рядом. С тобой. Сделай это. Очисти разум, прими море сердцем, телом, душой. Прикажи повиноваться.

— Я не главная, я — часть стихии, — ответила мягко. — И мой океан никогда не причинит вреда ни мне, ни моей семье. Он рад моему возвращению, а я рада ему, я люблю его. Он это знает.

Я направила личную магию через кончики пальцев в воду и признавалась океану в любви, словно читала заклинание. Сейчас не существует окружающего пространства, лишь я и вода, вода и я. Мы.

Ласковые волны растворяли мою силу, превращали в белоснежную пену, собирались вокруг меня вихрем, заключив в плен искристых брызг. Позабыв о жертве на берегу.

Вихрь нарастал и усиливался, вода кружила вокруг меня всё сильнее, быстрее; со дна поднимался золотистый песок, следом — ракушки и мелкая рыбёшка, камешки и водоросли. Ураган «Бриджит» набирает силу стремительно и бесповоротно.

— Напряжение нужно перенаправить, — вновь подсказал Ульс, который, по своим же словам, не должен был этого делать. — Тебе придётся выбрать жертву. Принести дар морю. Оно столь же кровожадно, сколь и его обитатели.

— Но…

— Жертва, — твёрдо произнёс он. — Хочешь, не хочешь — не важно. Необходимо принести жертву, заплатить.

Беспощадные слова заставили очнуться, вынырнуть в реальность из бешеного круговорота, оглядеться.

Моему дому ничто не угрожает, стихия подчиняется, сама я ещё не оформилась до конца в человека, но вижу силуэт — брызги личной силы облепили невидимое пока тело, и закатное солнце подсветило их, превратив в невероятно эффектную статую из розового кварца. Часть дела сделана. Пора заканчивать основное испытание.

Только вот… какая жертва устроит океан?

— Арратор ни с кем не воюет и прицельно бить не в кого. Судя по размеру воронки и скорости волны, небольшая гряда необитаемых островов не подойдёт. Искать подходящий безопасный берег нет времени, — рассуждала я, за каждый аргумент удостаиваясь поддакивания Ульса, который всё это время стоял за спиной и не отпускал талию моей эфемерной версии. И эта его поддержка придала уверенности в своих силах, заставила рассуждать здраво. — А вот драконы меня раздражают! — закончила я, мстительно сузив глаза и превратившись в кровожадного демонёнка.

— Бри! — возмутился Ульс, поневоле сжав моё недооформленное тело.

— Да, драконы. Если у Даниарарга Третьего Гнусного есть замок — хочу, чтобы его смыло с лица земли! — рявкнула раздражённо. И обрела плоть. В один момент.

Посмотрела на руки. Мои родные! Непрозрачные!

— Ох, Бриджит, — простонал Ульс, притягивая меня к себе и зарываясь носом в мокрые пряди, вдыхая аромат просоленной насквозь кожи и наверняка тугих, словно металлические пружины, волос.

— Я не раскаиваюсь и не собираюсь, — пробормотала, в ужасе думая, что я не мылась больше года и сейчас нахожусь в мужских объятиях. Позорище какое!

А волосы! Волосы, должно быть, тусклые и слипшиеся после морской воды.

И платье… От него вообще что-то осталось? Чужие руки я ощущаю так явственно, словно ткани на мне совсем нет.

— Бри! — Ещё сильнее прижал к себе моё хрупкое тело морской принц. К которому у меня, кстати, бездна вопросов! Даже поцелуи подождут. — Море приняло твою жертву и вернуло мне тебя.

Ага, чумазую, неухоженную. Страшную!

Набралась смелости и опустила взгляд. Платье на месте. Значит, можно не падать в обморок; духи воды умеют возвращать себе не только тело, но и одежду. А вот артефактов нет. Дорогих и редких. И семейных реликвий тоже, что весьма досадно. Но главное — я жива. А артефакты… мне здесь в любви признаётся лучший артефактор современности, так что вопрос решаемый, хотя бы отчасти.

Ой. А предложений-то мне никто не делал! И в любви по-человечески не признавался!

И вообще всё самое интересное прошло без меня. Непорядок.

Отдохнули здесь в тишине и покое, расслабились, пока меня не было, — и хватит.

— Размечтался, — ответила ехидно. — Не помню, чтобы ты делал мне предложение, признавался в любви, ухаживал…

— Но…

— Ухаживал как положено! Минимум год! — быстро проговорила я, почувствовав, как кое-кто наглый разворачивает меня к себе для поцелуя. Рука взлетела, прикрывая его рот. — И даже не думай меня отвлекать. Ты обещал всё рассказать, также я хочу поговорить с твоим отцом и выяснить напрямую некоторые моменты, а ещё… Нет! Не думай вырываться. И прежде, чем ты меня поцелуешь, пройдёт минимум год.

Прозрачные глаза Ульса округлились и стали похожими на две серебряные монеты с затейливым узором. Демон настолько не ожидал услышать подобного, что на мгновение выдал свою суть. Долю секунды. Удар сердца. Но я успела заметить вытянувшийся до узкой полоски зрачок.

Мы стояли и молчали. Прижатые, притиснутые друг к другу. Не отрываясь смотрели — и не могли насмотреться. И я знаю, что его чувства — искренние и сильные. Чувствую. И даром, и сердцем. Но я буду не я, если так просто сдамся во власть собственных чувств.

— Требую романтики, — заявила, освобождая его уста. — Красивых ухаживаний. Таких, чтобы дух захватывало.

— Бри, — выдохнул Ульс неожиданно хриплым и каким-то не своим голосом.

— И я хочу доучиться в академии Сантор! — сообщила самое главное.

— Ты пропустила год и уже не попадёшь в группу к своим девочкам, — напомнил Ульс, вернув себе обычный тон.

Замерла в его объятиях. Притихла. Только сердце колотилось как ненормальное, выбивая в ушах чёткий ритм.

Прошло больше года. Я пропустила две или даже три сессии. Будь это Королевская академия магии, можно было бы сдать экзамены и восстановиться на нужном факультете, но Сантор — это Сантор. Там один пропущенный экзамен — боль и страдания, а три сессии… Нет, совершенно невозможное испытание. Не для меня.

— И тем не менее я всё-таки хочу закончить академию. Кроме того, многоуважаемый морской принц, — продолжила нарочито официальным тоном, — я не из тех девушек, что готовы выйти замуж ради выгоды и политики. Потрудитесь уверить меня в ваших чувствах, а также продемонстрировать истинную суть.

Несмотря на серьёзность требований, растеклась в довольной улыбке. Кое-кто не хотел показываться в истинном виде, но теперь ему придётся!

— Рано радуетесь, многоуважаемая леди Ларс, — ни на мгновение не выпуская меня из объятий, произнёс Ульс столь же почтительным тоном. Ещё и голову склонил, выказывая то самое уважение. Однако я точно знаю, что далее последует издёвка или ещё какая-нибудь гадость. Общаться нормально мы не умеем. — Однако вынужден вас огорчить. К вашей искренней печали и моей радости.

— О, не сомневаюсь, — прищурившись, пробурчала себе под нос. — И?

— Как истинная дочь прославленного рода водных магов, вы обязаны выйти замуж за того, на кого укажет ваша семья. Боюсь, они не оставили вам выбора, предпочтя мою кандидатуру всем остальным…

Ульс втянул носом воздух так, словно готовился выдать нечто неприятное, так что я без труда догадалась, о чём речь.

— …смертникам? — закончила фразу, не скрывая ехидства.

— Благодарю. Вы буквально читаете мои мысли, леди Ларс, — вновь с поклоном произнёс он, притом поклонился так низко, что мои волосы упали в солёную воду. Меня-то из объятий никто не выпускал!

А затем Ульс сделал то, чего я совершенно не ожидала! Не от него!

Он погрузил в воду моё тело. Живое человеческое тело! Только сформированное. Восстановленное сумасшедшей ценой. Вот так сразу. Без предупреждения.

Потеряв контроль над ситуацией, открыла рот. Туда тут же проникла солёная вода, ободрала горечью горло, затопила огнём ноздри, заставила закашляться.

На мгновение показалось, будто он хочет меня убить, но интуиция приказала не паниковать. Сделать вдох. Затем выдох.

Я — вода. Вода — я.

Стоило только расслабиться, довериться воде, её ласковым объятиям, бережно принять её дар, как я открыла глаза и увидела искажённое прозрачной преградой лицо. На мгновение, на долю секунды. Размазанный силуэт огромного и мощного демона, который почти моментально вернул себе прежнюю форму, поднял меня из воды и заточил в твердокаменные объятия.

— Молодец, — похвалил Ульс. И, не дав мне вымолвить ни слова, нырнул в воду и принял страшный облик морского дракона.

Если бы я могла смеяться под водой — непременно так и поступила бы, потому что мы практически являем собой картину «Морской дракон и дева», что висит в галерее королевского дворца Арратора. Только на картине дева была похищена против воли, а я с огромным удовольствием путешествовала под водой, проверяя новые способности. В какой-то момент даже приняла форму духа, заставив Ульса обеспокоенно замереть.

Покружила вокруг него, проверяя, насколько хорошо он меня чувствует, но Ульс не отреагировал. Потому я подплыла вплотную и заглянула ему в глаза, улыбаясь от мысли, что нахожусь в полнейшей безопасности.

И тут же убедилась в обратном!

Тело предало меня, но не так, как пишут в любовных романах, а куда более реально и неприятно — оно появилось из воды, материализовалось, и его тут же парализовало! Хищные лапы морского создания вцепились в тонкую талию, и мы продолжили движение точь-в-точь как на картине, о которой я так некстати вспомнила.

Хотелось, конечно, треснуть наглеца чем-то тяжёлым, но я решила, что его самоуправство может быть оправдано, и стоит подождать прибытия в пункт назначения, а там уже определяться со своими чувствами.

И тут же поразилась сама себе! Неужели это я такая разумная и сдержанная? Нет, ну вы только посмотрите! Вода действительно хорошо промывает мозг и очищает тело от гормональных бурь. Только вот будем откровенны: мне ещё далеко до состояния полного спокойствия. Хорошо, начало положено. Сама мысль, что я когда-нибудь хоть немного угомонюсь, окрыляет.

Словно почувствовав изменения в моём состоянии, Фаульс снял стазис и продолжил движение, снижая скорость, побуждая и меня попробовать передвигаться под водой. Только вот я не морской дракон, у меня нет ни хвоста, ни лап с перепонками…

Великие боги! А вдруг мыслеформа и здесь сработает? Вдруг под водой я могу быть кем угодно? Иллюзии знаю, наполнять их стихией уже умею! Если Ульс и Килг запросто дурачат всех своим видом, то и я могу!

Попробую! Кто не рискует, тот не побеждает.

Закрыла глаза и в деталях представила красивую драконицу. Не такую страшненькую, как все кругом. Посимпатичнее. С ресничками! И, разумеется, не землисто-зелёную, грустненькую. И не серую. С красивой алмазной чешуёй…

Нет, будет не так эффектно, если появиться на людях: алмазы блестят не так красиво, как обработанные камни. Бриллиантовая драконица — хороший ведь выбор? Я бы взяла бледно-розовый оттенок, чтобы красиво выделяться на фоне изумрудного Ульса, но не хочу повторять за нашей Софи. Эта некродраконица весьма ревниво относится к своей внешности и ни за что не простит подобной наглости.

Так, представить представила, но почему не выходит трансформироваться? Потому что это не мой истинный вид? Или я должна наполнить его водой так же, как делала при инициации?

А вдруг я не смогу вернуть себе человеческий облик?

Паника подкралась незаметно и затопила разум в одно мгновение. Но не оставаться ведь водным духом, чтобы сохранять спокойствие. Нужно научиться контролировать эти переходы и связанные с ними эмоциональные бури.

Словно почувствовав мои метания, Ульс остановился и выпустил меня из объятий, кивнув страшной мордой — мол, давай, дерзай. Я не стала противиться, тем более и самой безумно интересно провести эксперимент. Вновь закрыла глаза и, спокойно погружаясь всё глубже под воду, восстановила в памяти созданный образ, наполнила его силой и солёной водой, добавила личной силы и… нет, полноценным драконом так и не стала. Скорее заточила водную сущность в созданную оболочку.

Восторг!

Бешеные эмоции моментально улеглись. Холодный разум водного духа воспринимал происходящее совсем по-другому, и я вдруг поняла, что натворила.

Я послала волну-убийцу туда, где её не ждут. Где могут погибнуть люди!

Великие боги! Что же теперь делать?

Стрелой вынырнула из воды, осмотрелась. Прислушалась к ощущениям. Волна ещё не дошла до берега, но я буквально чешуёй ощутила её радостный гул.

Ульс вынырнул из воды в обычном своём облике, предлагая и мне последовать его примеру, но я без слов поняла, что он ведёт меня именно туда — к побережью Дааярда, которое я приговорила к зверскому испытанию. Чтобы я собственными глазами увидела последствия своих действий.

Ещё один урок.

Ещё более жестокий, чем тот, что преподало мне Заозёрье.

Но я не могу. Не могу позволить воде уничтожить безвинных существ.

Ради чего? Ради моей инициации? Для её завершения?

Я вспомнила слова отца: он повторял их не раз за мою короткую, но яркую жизнь.

«Запомни, дочь. Титул — это прежде всего ответственность. За жизни доверившихся тебе людей, за их земли, за их здоровье. Наше богатство не в сокровищнице, только в людях. В их вере в нашу силу и справедливость. Мы и только мы — гарант их безопасности. Дома можно отстроить, артефакты — купить, а жизнь можно только сохранить. Именно потому аристократы всегда возглавляют армии, а не прячутся за спинами простых бойцов. Мы — щит и меч народа».

И сейчас я как никогда прочувствовала его слова. Их силу и вес. Их суть.

Я не вправе делить людей на хороших и плохих. Не вправе выбирать, кому жить, а кому умереть. Если и приносить жертву, то лишь ту, на которую способен; ту, на которую имеешь право. А я готова пожертвовать только одной жизнью ради сохранения сотен жизни. Своей. Во имя великой цели, как и завещали предки.

Осваивать способ перемещения из точки в точку было некогда, и я припустила в сторону берега со всех драконьих сил. Гибкое тело извивалось, отталкивалось от воды, неслось, обгоняя ветер. Я пока не представляю, как остановлю сумасшедший механизм, который умудрилась раскрутить и завести, но не сомневаюсь, что мне это удастся. Ценой жизни или полной потери сил — не важно. Я эту кашу заварила, я и расхлебывать буду.

С берега доносились тревожные звуки, на возвышенностях вспыхивали сигнальные огни, драконы уже парят в воздухе, но я знаю, что в Дааярде проживает очень много простых людей, которым драконы ни за что не помогут. Потому что мерзкие ящеры — те ещё гады! И другие расы ни во что не ставят. А я…

Так, самобичевание сейчас ни к чему, раскаиваться буду потом. Когда спасу людей.

Вперёд, только вперёд.

Ноги коснулись дна, я обогнала волну-убийцу, гребень которой уже закручивался белыми барашками. Не очень высокий, но это лишь первая ласточка, за которой последуют ещё несколько. Сумасшедший объём воды смоет постройки, уничтожит всё, до чего только сможет дотянуться. А возможности океана почти безграничны, когда дело касается равнины.

Опустила руки в воду и попробовала вновь закрутить её вокруг себя, но ничего не вышло.

— Слишком поздно, — сообщил Ульс.

Он стоял рядом в привычном мне обличье и смотрел на стремительно приближающийся гребень первой волны.

— Что делать? Что мне делать, Ульс? Я не хочу! Я не готова! Я не должна была так поступать! — закричала, чувствуя, как по щекам ручьём бегут слёзы. — Скажи, что сделать! Я готова принести в жертву себя, но не их. Не безвинных людей!

Его лицо потемнело, заострилось. Зрачки вытянулись, выдавая дикие эмоции, которые Ульсу обычно удавалось отлично скрывать.

— Бри, — рыкнул он. — Дааярд может смыть к демоновой бабушке, но ты останешься в безопасности! Это урок. Он жестокий, но необходимый.

— А я уже извлекла его! — закричала, чтобы он услышал. Шум волн заглушал все звуки вокруг, сжирал их, прятал в глубине океана.

— Нет.

— Не смей мешать! — разъярилась я и почувствовала, как волна вильнула в мою сторону, словно увидевший яблоко голодный анкилот.

— Не спорь с океаном! — надвигаясь на меня горой, вырастая в плечах и ввысь, потребовал Ульс.

— И не собираюсь, — заявила твёрдо. — Океан любит эмоции. Я ему их предоставлю. Во мне их столько, что грех не поделиться. Какие-то ущербные ящеры никогда не дадут ему столько, сколько могу предоставить я.

— Не сомневаюсь, — буркнул он, склонившись ко мне. — Но инициация — это боль, разрушение и жертвы. Это плата за силу. Это кровь.

— В моём случае — скорее расплата за излишнюю недальновидность.

— Не без этого, — невозмутимо подтвердил Ульс, замирая рядом. — И это прекрасный урок.

— Не такой ценой! Как ты можешь вот так стоять и смотреть? А как же твой дар? Может, он что-то способен сделать?

— Снова перекладываешь с больной головы на здоровую, Бри. Вода уже затопила прибрежную зону, а ты всё ещё не смирилась.

Я смотрела на Ульса и не понимала его. Прошёл лишь год, а передо мной стоит незнакомец. Мой Ульс не стал бы безразлично созерцать катастрофу, он попытался бы предотвратить её или хотя бы спасти максимум жизней. Но почему он стоит здесь? Почему ничего не предпринимает?

Может, всё-таки даёт мне шанс? Ждёт до последнего?

С берега раздался дикий хруст — лодки дааярдцев врезались друг в друга, в пирс, в причальную стену. Доски лопались, трещали, вливались в общий поток, делая волну-убийцу ещё опаснее.

— Стоп! — приказала я громко. Не контролируя силу, не анализируя поступки. Почувствовала, как надо. Или вспомнила? — Сюда! Живо!

— Ещё четыре волны, — напомнил Ульс. И по его тихому голосу поняла, что всё делаю правильно. А ведь он прямо сказал, что я должна командовать, а не дружить с океаном, но я, как обычно, не послушала, не доверилась. Бестолочь.

Перенаправить мощь океана так, чтобы не навредить, оказалось непросто, и я сделала первое, что пришло в голову — швырнула первую, яростно клокочущую волну во вторую, только подбирающуюся к берегу.

— У рыбок будет головокружение, — пошутил Ульс. — Что сделаешь с последующими?

— Одну отправлю на север, вторую на юг, третью закручу в омут и пока оставлю как есть. Пойдёт?

Я посмотрела на него в надежде получить инструкцию, но Ульс и не думал помогать… больше, чем уже помог.

— Бриджит, ты не раз заявляла о своей самостоятельности. Неужели за год ты так изменилась, что без меня не можешь и шагу ступить?

И сколько ехидства в голосе! Сколько довольного, мурлыкающего превосходства!

Ульс как никто умеет быстро и качественно меня взбесить.

Выпустила через ноздри ярость, включила мозг, обдумала сказанное им ранее и эту коварную провокацию. Он ведь снова мне подсказывает, притом без зазрения совести. Хотя какая совесть у демонов? У них и слова-то такого в словаре нет.

Итак, он напомнил об эмоциях. Я обещала их океану, значит, надо отдать.

Выходит, в Заозёрье моей задачей было контролировать воображение, здесь же — тщательно следить за словами, мыслями, поступками и эмоциями. Урок на уроке. Хорошо, рядом есть толковый наставник.

Легла в воду, приняла форму духа, отдала волнам команды рассредоточиться и никого не обижать, затем попробовала выдавить из себя хоть каплю эмоций — и поняла, что не могу. Не выходит. Нет во мне никаких феерических взрывов и всплесков. Я страшно перенервничала, прооралась, устала, и внутренние резервы совершенно пусты.

Вынырнула на свежий воздух, быстрее прежнего обрела человеческую форму, посмотрела на Ульса. Он стоял и невозмутимо ждал моих действий. И не подсказывал!

— Пропали эмоции, — пожаловалась со слезами в голосе.

— Так бывает. — Ульс философски пожал плечами.

— Я обещала океану эмоции, а сама на них не способна. И не знаю, что делать.

Признала, что требуется помощь. Как сложно-то! Уф!

— Ты обещала жертву, Бри. Жертву. Эмоции — это добровольно отданный дар, не более.

Мы стояли в бурлящей воде, которая осторожно лизала берег, но не рисковала нападать на него. Однако и не уходила, ждала дальнейших распоряжений. Хоть мне и удалось перенаправить часть волн, ослабить их, здесь по-прежнему сосредоточено слишком много опасной силы. И что с ней делать, я совершенно не представляю.

— Жертва — это ведь добровольно принесённый дар. Почему эмоции не могут…

— Потому что океан любит кровь, Бри. Он — хищное создание. Жестокое и кровожадное. Ты думаешь, почему Килг выбрал подводный мир, когда сам он сухопутный? Они на одной волне, как у вас, студентов, модно говорить. И не смотри на меня так, тебе я погибнуть не дам. Ищи другие варианты. Думай.

— Не думается! — Я повысила голос и отчётливо услышала в нём панику и отголоски безнадёжности. Мне не хватает знаний и опыта, я совершенно ничего не знаю о природных явлениях, о стихии, к которой имею самое прямое отношение.

— Самый простой вариант ты уже отменила.

— А если всё-таки эмоции? — никак не отпускала я вариант отделаться малой кровью, точнее, совсем без неё.

Ульс закатил глаза, показывая, что утомился по сто раз объяснять одно и то же, но я всё равно решила рискнуть. Поскольку у меня объявился жених и, более того, находился под рукой, вполне можно раскачать эмоции поцелуями. А там уж мы поссоримся, как обычно, поспорим, я заряжусь энергией под крышечку и выдам океану столько эмоций, что он, словно гигантская грозовая туча, начнёт создавать молнии.

Подняла взгляд, закусила на мгновение губу, сделала первый шаг.

— Хм, а неплохой вариант, — похвалил Ульс. Но вместо того, чтобы впиться в мой рот обжигающе-горячим и требовательным поцелуем, нырнул в зелёные воды и с сумасшедшей скоростью рванул в неизвестном направлении. Притом не столько плыл, сколько перемещался с помощью артефактов-телепортов. Один, второй, третий…

Удивительно, но они не высасывали энергию, а заряжали ею. Когда Ульс наконец остановил стремительный бег сквозь порталы, мы оба светились от переизбытка силы, словно глубоководные создания.

Не успела я опомниться, как меня вынесли на берег и утащили в небольшой, но очень симпатичный домик, спрятанный между скалами.

— Мы где? — попыталась я разведать обстановку, но меня держали так крепко, что я оставила попытки спуститься на землю и лишь крутила головой.

— В безопасном месте.

— Это остров? Что это за дом? Твой?

— Слишком много вопросов, моё счастье. И все они подождут. Сперва мы закончим… с делами, — непривычно гортанным голосом произнёс морской принц.

Я открыла рот для очередной порции вопросов, да так с ним и застыла. Ульс начал меняться. Не так, как порой случалось, когда он терял контроль над эмоциями или запугивал. Он решил проявить истинную суть, познакомить меня с ней.

Но как это относится к жертвоприношению? Мы ведь не в океане. Дом, конечно, совсем у воды, но всё же…

Глава 28. Демоническая романтика

Я была знакома с демонессой, которую бывшая королева Арратора Изольда использовала в качестве шпионки, но настоящего демона в истинном обличье созерцала только на обложках книг, где художественного вымысла наверняка куда больше, чем истины. Не могут ведь они действительно быть такими огромными, мощными и мускулистыми? Или могут?

Вытаращила глаза, услышав треск ткани.

— Ты… э-э-э, Ульс, она ведь вся не разойдётся, да? — пролепетала, боясь поднять взгляд выше мужской груди, показавшейся на том месте, где совсем недавно была рубашка. — Ты… ты что?

Пуговицы ещё стучали по деревянному полу, ткань трещала, а у меня внезапно пересохло во рту. Это что же получается? Он сейчас окажется совсем без одежды?

— Ты хотела эмоций и впечатлений, — в отличие от угрожающей мощи увеличившегося тела, голос звучал мягко и обволакивающе, но мне было откровенно не по себе.

— А одежду… её, наверное, стоило снять? — запинаясь и прочищая горло кашлем, кое-как выдавила я.

— Вероятно.

Нет, ну вы на него посмотрите! Снова подтрунивает!

Подняла возмущённый взгляд и застыла с открытым ртом. На меня смотрели удивительно-серебряные глаза. Очень и очень знакомые.

— Ульс! — От ужаса я сделала пару шагов назад. И мне это даже позволили, не удержали. — У тебя глаза как у короля Феликса!

— И какие выводы ты сделала? — мягко спросил демон, протянув руку, которую мне, по его мнению, надлежало принять.

Огромную лапищу! С длинными сильными пальцами. Ни капли не напоминающими тонкие и ловкие пальцы лучшего артефактора современности. Такими только шеи ломать.

— Не знаю! — вымолвила относительно спокойно, даже удалось не спрятать руку за спину, хотя очень хотелось. Но уроки этого дня калёным железом отпечатались в сознании. Сперва думаем — затем делаем. — Боюсь предполагать.

— В роду короля Феликса были демоны, вот и весь секрет, — хмыкнул Ульс. — Ты же не думала, что аристократы Арратора — это сплошь и рядом жители этого мира? Аристократия — по большей части осколки первых рас. В тебе тоже есть демонова кровь, кстати. Только она ещё не пробудилась, ты слишком юна для этого.

Я замерла, разглядывая его. До чего необычно выглядит знакомая до боли усмешка на незнакомом лице, обрамлённом иссиня-черными волосами. Он был своим и чужим. Родным и чужеродным. Я не знала, как реагировать, что говорить и делать; инстинкты предательски молчали.

Мысль, что в крови арраторских аристократов намешано немало чужеземного, не удивляла. А вот новые грани таланта морского принца заставили задуматься.

— Тебе подчиняется ещё и металл? — спросила, привыкая к внешнему виду мужчины, которого, как прежде считала, хорошо знаю.

— Металлы, камни, всё живое. И вода, конечно. Не так мощно, как у тебя, — добавил Ульс, явно пытаясь утешить представительницу низшей расы без десятка скрытых талантов.

— Бр-р-ри! — рявкнул вдруг он. — Ты не низшая! Ты равная.

— Я ничего не говорила. Подумала. Выходит, ты и мысли читаешь, — заметила грустно. Ещё один шаг назад. Ещё один недоверчивый взгляд. Мы отдаляемся всё сильнее, хотя барьеры лжи и недомолвок рушатся один за другим.

Его лицо темнеет, серебряные глаза превращаются в раскалённые добела угли, ярко выделяясь на фоне смуглой кожи. И эти плечи… огромные. Необъятные. Не прикрытые даже клочком ткани. Они так и притягивают взгляд, предлагают опустить его ниже, спуститься по плавным изгибам идеального тела. Но я держу себя в руках. И стараюсь не думать… вообще ни о чём.

— Обычно нет.

— Почему же сегодня да? — уточнила враждебно. И недоверчиво, да. Ведь может, может, мы были на одной волне с морским принцем лишь из-за того, что он точно знал, что я хочу от него услышать? И на самом деле никакой общности не было?

— Твоя инициация ещё не завершена, ты словно распахнутая книга. Для источника силы, для мира, для меня. И нет, Бриджит, прежде я не подслушивал твои мысли. С первой нашей встречи. И не собирался. И сегодня бы не стал.

— Почему?

Он сделал небольшой шаг навстречу. Я отступила.

— Сложно ответить однозначно. И ты не поверишь.

Ещё один шаг, малюсенький, крохотный, плавный и естественный, максимально незаметный. Но я вновь отдаляюсь, не позволяю сократить дистанцию.

— Ответь, а там посмотрим.

— Ты меня оглушила. Напрочь.

— Декольте? — произнесла спокойно, про себя же разочарованно фыркнула.

— Улыбкой. Когда мы впервые встретились, ты заговаривала зубы де Луару и воспользовалась мной как ширмой. Ещё и насмерть ранила новостью, что у меня есть избранная. Тогда я в ужасе подумал, что это не ты.

— А потом?

— А потом прошло время, и я очнулся. Понял, что дал маху. Нужно было тебя ещё оттуда умыкнуть, а из Арратора не получалось. Ты почти безвылазно сидела в Санторе. Отношения между королевскими домами были натянуты до предела, улучшения не предвиделось, так что я решил действовать как частное лицо.

— Ты говорил, у демонов нет избранных, — припомнила давний разговор. — Значит, твой испуг был ненастоящим.

— Я много чего говорил, чтобы ты не сбежала, но никогда не лгал, Бри. Демоны так же, как и люди, сперва чувствуют, потом думают. Другое дело, что обычно сдерживают свои порывы. А я не смог. Не с тобой. Ты ведь веришь мне?

— Я… да, но… Не знаю. Когда ты в таком виде, я тебя даже по имени назвать не могу. Непривычно. И не подходит тебе. Этому образу. Ты ведь на самом деле такой вот огромный, да? — затараторила я, найдя достойный предлог, чтобы рассмотреть его. Притом прежде я уже не раз видела полуобнажённых мужчин, в академии Сантор боевики не утруждали себя этикетом, но их тела, рельефные, красивые и сильные, не производили настолько сногсшибательного эффекта.

— Это я и есть. Ты ведь хотела знать всё, — с привычным ехидством ответил незнакомый, неродной голос.

— Штаны мог бы и оставить. Теперь я не могу тебя нормально рассмотреть, — пробубнила под нос.

— Великие боги! Неужели у Бриджит де Ларс не хватает наглости и смелости? — воскликнул Ульс, заставив меня зло сощурить глаза.

Эмоции захлестнули, и я в одно мгновение оказалась рядом с массивной фигурой демона. Такой загорелой, гладкой и привлекательной. Но… Тьфу ты! О чём я думаю?

— Обо мне, — ехидно подсказал он.

— Хватит подслушивать! — рявкнула сурово и ткнула пальцем в грудь.

Заметила, что маникюр выглядит не лучшим образом, с ужасом поняла, что я и сама наверняка выгляжу как чучело болотное после марш-броска через мировой океан и десяток телепортов. Сделала шаг назад, щёлкнула пальцами, активируя заключённое в любимое кольцо заклинание полной боевой готовности — от кончиков ногтей на пальцах ног до идеально уложенных локонов. Машинально отметила, что несмотря на то, что артефакты пропали, всё сработало как надо. Возможно, они не потеряны, а незримо присутствуют. Но в этом я разберусь чуть позднее, сейчас нужно отчитать кое-кого вредного и противного. И ужасно соблазнительного.

Да ну ё-моё!

— Мне нравится ход твоих мыслей, — прошептал демон, заключая мою талию в плен своих огромных ручищ.

И у меня в ответ было много слов — колких, едких, уничижительных. Но я не стала произносить ни одно из них.

Задрала голову, заглянула в нереально серебряные глаза, в строгое, симметричное лицо с острыми скулами и жесткой линией губ. Он куда красивее иллюстраций в любовных романах. И при этом живой, настоящий. И он здесь, со мной, а не в вымышленной реальности.

— Никак не поверю, что ты настоящий, — прошептала едва слышно, поднимаясь на цыпочки.

Пол под ногами мягко завибрировал, и я удивлённо замерла, отстранилась от Ульса, чтобы осмотреться. Точнее, попыталась это сделать. Но мне не позволили.

— Итак, твои требования: год ухаживаний, романтика, признания в любви, официальное предложение руки и сердца и всё рассказать, — неожиданно по-деловому перечислил он, удерживая меня в объятиях.

Дом продолжал мелко трястись, но Ульс делал вид, что ничего особенного не происходит, потому я решила не пугаться.

— Ещё окончить академию, — напомнила педантично, потому что это давало мне ещё три года свободы. Не вполне уверена, что она мне нужна, но я только вернулась из Заозёрья, узнала, что для всех прошло больше года, тогда как по моим ощущениям — дня три-четыре максимум. И самое ужасное — от меня все чего-то ждут, а я пока в себя не пришла и вообще не готова к этому «чему-то»! И не ясно, как закончится инициация. И как на самом деле она протекала. Может, я чуть не погибла, и из Заозёрья меня вытащило только одно — желание демона меня увидеть. У Ульса ведь они все сбываются. А я сама… сам никто и звать ничем. И совсем недостойна…

Мысли пролетели бешеным ураганом. Вероятно, бедный морской принц, не приученный к общению с истеричными женщинами, даже обладая способностью читать чужие умозаключения, ничего не разобрал, потому что продолжил так же спокойно и уверенно:

— Поскольку рассказать правду я смогу только после брачных клятв, начнём с первых пунктов.

— А ещё я должна узнать тебя получше! — добавила взволнованно.

Интуиция заорала дурниной, что с демонами шутки плохи и он точно уже придумал нечто такое, что перевернёт всё с ног на голову. И не ошиблась.

Но я была в таком шоке, что едва ли не впервые в жизни — не впервые! Далеко не впервые! И всё из-за одного-единственного демона! — слушала молча и не перебивала.

— Итак, первое — длительные ухаживания не менее года. Условие выполнено. Я начал за тобой ухаживать ещё в Арраторе, переговорив с твоим отцом, поскольку изначально он тебя под воду не отпускал. В Жемчужном замке я уделял тебе много времени, не единожды скомпрометировал, лишился по твоей воле всех невест, за что ты, как сваха, несёшь полную ответственность и обязана выставить свою кандидатуру на роль невесты. Таков обычай.

Я выпучила глаза, как глубоководная рыба. Расплющенная новостями! И с минуту только хлопала ресницами, пытаясь выдавить хоть слово.

— М-м, я не знала.

— Незнание законов не освобождает от ответственности, — с улыбкой кровожадного анкилота сообщил Ульс. И продолжил бить по нервной системе аргументами: — Подводный дом подчинился традициям, заключил все необходимые договоры с Арратором, дал клятвы твоему роду, также — и это, замечу, было лишь моё желание порадовать тебя — передал Жемчужный замок в полное твоё владение в качестве свадебного подарка.

— За это спасибо, — произнесла я вежливо-вежливо. Правда, горло пришлось прочистить.

— Так что все необходимые формальности соблюдены, сроки выдержаны, — не позволяя добавить в голос тень триумфа, закончил Ульс. — Следующее…

— Немного страшно, — призналась, делая круглые глаза, словно нахожусь в полнейшем ужасе. И до него мне совсем недалеко — шажок максимум.

Но это не сработало. Я отчётливо поняла, что бесконечное терпение Ульса оказалось вполне конечным в том, что касается меня. И час расплаты за мои деяния наступил или вот-вот наступит.

— Следующим пунктом у нас идёт романтика. Мы находимся на необитаемом острове в самом труднодоступном море этого мира, о котором ты наверняка мечтала, читая различные книги, — с откровенным намёком произнёс Ульс.

Одна секунда. Короткое «ах». Осознание. Шок. Ощущение безграничного счастья и бездна надежды на то, что я права в своих умозаключениях.

— Рассветное море из легенд? — выдохнула недоверчиво и в то же время почти уверенная в своей правоте. — То, в котором с восходом солнца купаются боги? Которое целует солнце и в котором прячется луна?

— Оно самое. И это остров…

— Остров возлюбленных! — закончила я фразу, прижимая руки к груди. Что было весьма непросто сделать из-за близости к обнажённому мужскому телу. Но сейчас подобная близость не смущала и не трогала. Не до того!

— Да. Остров, который на ночь погружается под воду, позволяя влюблённым остаться незримыми для всех поисковых заклинаний. Изначально его называли островом любовников. Здесь грешили боги. В этом самом доме. Он трансформируется под любые желания. Можешь представить Жемчужный дворец, и мы в нём окажемся.

Я застыла с открытым ртом, позабыв об этикете. Древние легенды, романтичные и страшные, красивые и жестокие, пугающие и вдохновляющие, словно оживали в устах морского принца.

— Это невероятно! — Вдохнула полной грудью аромат волшебного места, но почувствовала лишь запах кожи моего демона. Он пах неожиданно непривычно — жжёной карамелью и перцем. Удивительное и безумно приятное сочетание.

— Романтично, — настойчиво произнёс Ульс.

— Да! — выдохнула воодушевлённо.

Хотелось прикоснуться к стенам волшебного строения, выбежать на воздух, рассмотреть всё внимательно, впитать часть древнего волшебства кожей. Но разговор ещё не окончен.

— Рад, что мы не расходимся во мнениях по столь важному поводу. Итак, с романтикой всё хорошо. Считаем требование выполненным. Следующий пункт — признание в любви и официальное предложение руки и сердца. Поскольку предложение уже озвучено, одобрено семьями и закреплено обменом свадебных подарков, не уверен, что есть смысл повторяться.

— Издеваешься? — насупилась я, мгновенно позабыв, что хотела сотворить из этого домишки волшебный замок из сказок, пока он не ушёл под воду. Ведь именно потому всё трясётся?

Попыталась вырваться из огромных лапищ, но меня лишь плотнее прижали к обнажённому телу. Хорошо, я в платье, хоть какая-то преграда и защита. Номинальная, но всё же. Так легче.

Мысль оформить замок в розовых тонах, с бесконечным количеством воздушных белоснежных рюш и страз, прельщала всё сильнее. Просто в пику демону.

— Ни в коей мере. Ты у нас девушка романтичная, так что я не стану делать тебе предложение вот так, без подготовки. Место неподходящее…

— Подходящее.

— Встреча какая-то неромантичная…

— Романтичная!

— С инициацией, опять же, не закончили.

Я посмотрела в бесстыжие серебряные глаза. И снова он нарочно меня провоцирует. И я, словно послушная овечка, ведусь на его уловки, выдавая истинные желания.

Или… может, мы не соперничаем, а действуем заодно?

Разве я хоть на мгновение расстроилась новости, что стану его женой? Нет.

Разве я против? Ни капли.

Разве не мечтала об этом, когда нельзя было мечтать? Да! Тысячу раз да!

И все наши сложные, противоречивые встречи в Жемчужном замке говорили прямо о наших тайных желаниях — мы думали только друг о друге, хотели быть вместе. А Ульс так и вовсе даже вида не подавал, что другие девушки ему интересны, лишь со мной проявляя заботу и чувства, лишь мне уделяя время. И будь я хоть чуточку трезвее, сообразила бы сразу, к чему это его поведение.

И моё…

Если зажмуриться и признаться как на духу, я млела от Ульса с первой встречи, думала о нём, вспоминала. Именно его представляла, читая непристойные сцены в любовных романах.

Но внушила себе, что придумала образ идеального мужчины, с которым не могу быть вместе, чтобы безопасно любить его на расстоянии, пока учусь и не имею права на вольности!

Врушка.

Положила руки на широкие плечи, кончиками пальцев погладила горячую гладкую кожу. Вздохнула, хотя планировала быть строгой, сильной и уверенной в себе, когда открою рот. Затем осознала, что он слышал все мои мысли… И пусть! Я не собираюсь ничего менять.

— Инициация? — произнесла, словно только сейчас о ней вспомнила. Да на самом деле так и есть, чего греха таить? — Если ты меня сейчас же не поцелуешь, я придушу тебя и отдам морю в качестве жертвы, — пригрозила совершенно серьёзно, но через мгновение испортила эффект, закусив губу от предвкушения.

— На что только ни пойдёшь ради спасения собственной жизни! — патетично воскликнул Ульс. И, в два счёта вернув себе прежний, хорошо знакомый мне вид, подхватил меня на руки и отнёс на скромную, довольно узкую кровать, прикрытую пёстрым самодельным одеялом.

— Я не это имела в виду! — воскликнула, сообразив, что это чудовище неведомым мне образом умудрилось лишить меня всей одежды разом! — Поцелуй — это не… не… не…

— Поскольку я не могу отказать тебе ни в чём, сделаю единственное, что заставит тебя променять Сантор на мою скромную персону, притом по твоему же желанию, — бархатным голосом произнёс он, склоняясь над моим обнажённым телом.

— Ульс!

— Сперва спасу жизнь поцелуем, затем расквитаемся с океаном и я готов выслушать любые твои предложения, моя принцесса, — произнёс Ульс, обжигая меня горячим дыханием.

Его губы накрыли мои и я со всей отчётливостью поняла, что не собираюсь спорить, сопротивляться. Что безумно соскучилась по нему. Невероятно. Сильно. Остро. Так, словно прошёл не один год. Словно я всю жизнь искала его, стремилась, жаждала найти. На страницах книг, в мире снов, в воображении. Среди незнакомых людей. Во дворцах, на улице, в разных мирах. Но не находила. Не могла найти, увидеть, почувствовать. Поймать взгляд. Шлейф его аромата. А когда случилось чудо, и мы встретились, — закрыла глаза, отгородилась мыслями о долге, страхами, сомнениями. Не поверила. Обманула себя.

И лишь сейчас оказалась там, где мне нужно быть. Где суждено находиться. С тем, с кем должно.

И это место, такое невозможно сказочное, прекрасное, невероятное, сейчас казалось домом, уютным и родным, безопасным. А всё происходящее — правильным и своевременным. Безумно нужным, важным. Бесконечно восхитительным.

И когда он на мгновение отстранился, позволяя нам сделать судорожный вдох, один на двоих, жаркий, поспешный, сама потянулась навстречу его губам. Сама обняла за шею. Погладила ножкой его ногу. И первой улыбнулась после поцелуя, такого нежного и трогательного, что я совершенно растаяла.

— Думала, ты набросишься на меня, как в книгах. Дикая страсть, бешеные эмоции и всё такое, — произнесла с хрипотцой в голосе.

— Не дразни меня, принцесса, — попросил Ульс, целуя моё плечо. — В первый раз я буду любить тебя нежно и бережно, так, как положено невинной барышне.

— Ты для этого сменил истинную суть? Чтобы мне было не так… страшно? — быстро нашла замену слову «больно». Но он и так всё слышал. Возможно, понимал, даже не читая девичьих мыслей. Ужасно непристойных, надо признать.

— Тебе не будет больно или страшно, Бри. Никогда. Ты отмечена моей кровью. Создана для меня. Для того, чтобы быть со мной. Ты — наивысший подарок богов. Я буду беречь тебя, любить и баловать… — Его рука ползла по моему телу, лишая способности дышать и думать, оглаживала бедро, сжимала его, впиваясь короткими ногтями в тонкую кожу. И я трепетала. Едва улавливала сказанное. Выгибалась. Ластилась. Тянулась навстречу. И в итоге впилась губами в его губы, прерывая поток слов, которые сейчас не нужны. Я заставлю его произнести их ещё тысячу раз. Потом. Не сейчас.

— О, Бри, — простонал он, сжимая меня в объятиях.

— Продолжай, — велела, закрывая глаза и выгибаясь навстречу его губам, его рукам. — Продолжай меня любить.

— Вечно, — пообещал Ульс.

Дом неспешно уходил под воду, скрывая нас от всевозможных поисковых заклятий, отрезая от мира и посторонних глаз, оставляя наедине. И мой демон не торопился. Ни капельки. Неспешно целовал и гладил податливое тело, покусывал его, царапал, сжимал. Безжалостно долго и сладко. Невероятно непристойно. Заставляя выстанывать его имя, биться в сильных руках, требовать. Обливаться краской стыда и нетерпеливо колотить кулаками по широким плечам.

Он не останавливался. Не давал перевести дух, прийти в себя хоть на мгновение, осознать происходящее. Я с головой погрузилась в мир эмоций, чувств, ощущений. И то безмерно его любила и восхищалась выдержкой, то ненавидела и бесилась в неторопливой агонии страсти.

— Не могу, — простонала, чувствуя, как по щекам текут горячие слёзы. — Не могу больше.

— Тш-ш, ещё немного, — попытался непонятно утешить Ульс.

— Сейчас! Немедленно! — потребовала, прижимаясь к нему всем телом, впиваясь пальцами в плечи, чувствуя, как острые ногти пронзают атласную кожу, причиняя ему боль, и испытывая при этом толику мстительного удовольствия.

Ульс не стал терпеть самоуправство, впился зубами в моё плечо, заставляя вскрикнуть, удивиться, но не вынырнуть из бездны горячечного восторга, а погрузиться, увязнуть в нём ещё сильнее.

— Непослушная девчонка, — прошептал он, обжигая дыханием воспалённую, невероятно чувствительную к каждому касанию кожу.

— Видели глазки, что покупали, — ответила ехидно и рассмеялась, не понимая до конца, от радости или злости. Невообразимый коктейль эмоций бурлил, перемешивался, взбалтывался и постоянно дополнялся новыми ингредиентами, рождая новые ощущения, взрывая мир серебристыми брызгами, рассыпая фейерверками.

— О, да, — протянул Ульс. — И я полностью, абсолютно доволен выбором.

— Естественно! — самоуверенно заявила я, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие от этого его признания и от того, что мы перешли от ласковой части к куда более удивительной и сладкой — неистовому противостоянию умов, тел, чувств.

Он словно нарочно заставлял меня испытать все грани эмоций, достать из-под вороха цивилизованных чувств тщательно подавляемые, заполированные, закатанные в тайные подвалы подсознания ощущения, мысли и желания. Позволить себе быть не только милой и легкомысленной, но и необузданной и дикой, жестокой и мстительной, коварной и злой. Яростной. Непобедимой и беспощадной.

— Прими истинный вид, — произнесла неожиданно даже для себя. — Хочу быть с тобой настоящим.

— Не страшно?

— Жутко, — призналась откровенно.

— Мне будет сложнее сдерживаться, — предупредил Ульс, трансформируясь в огромного и мощного, сильного, немного непривычного, но моего демона.

Женская суть затрепетала от столь близкого контакта с представителем древней расы, откликнулась каждой клеточкой, каждой мышцей, каждым нервом. Покорилась, принимая чужую власть. Подчинилась грубой силе. Но лишь на несколько бесконечно долгих мгновений.

— Даже не пытайся, — предупредила, без толики стыда целуя горячую кожу его груди. — В нашей семье главной буду я.

Ульс захохотал, раскатисто и гулко, прижал меня к себе. Поцеловал в щёку.

— Знаешь, почему наша раса до сих пор одна из сильнейших во всех мирах?

— М? — протянула я, носом прижимаясь к его щеке и до отказа наполняя лёгкие присущим лишь моему демону ароматом.

— Потому что мы никогда не спорим с богами и любимыми женщинами. В вас наша сила. Наше бесстрашие. Наша неуязвимость.

Глава 29. Бушующее спокойствие

— Макс, мы уже сто раз это обсуждали. Я не пойду замуж, пока не вернётся Бри.

— А если она не вернётся?

— Вернётся, вот увидишь, — спокойно ответила жениху, хотя в глубине души не на шутку переживала за подругу.

— Если она уже за Гранью…

— Таяна проверяла — нет её там.

— А если она угодила…

— Это проблемы тех, к кому она угодила. Вот увидишь, Бри — счастливица. Попугает всех немного, даст отдохнуть от себя, соскучиться, понять, как нам без неё, оказывается, грустно и больно, а затем эффектно вернётся.

Разговор повторялся каждую встречу и заканчивался лишь одним способом — если я отвлекала этого настойчивого тирана поцелуями. Сама! Тянулась к нему, обнимала, прижималась к твёрдым губам ласковым касанием. Здесь он, конечно, таял, а я, каюсь, всё ещё привыкала. К крепким объятиям, жарким и смелым, к безумным, головокружительным поцелуям, к любому прикосновению. И иногда теряла над собой контроль, получала удовольствие. Но иногда дёргалась, вырывалась, пряталась. Испуганно и нервно. И всегда, абсолютно всегда видела, как бледнеет кожа любимого мужчины, как он замирает, опасаясь причинить мне боль, как обуздывает эмоции и бережно, бесконечно нежно касается кончиков моих пальцев, напоминая, что это он. Спрашивая разрешения обнять и утешить, дать почувствовать себя в безопасности.

Месяц проходил за месяцем, встреча за встречей, и я потихоньку становилась смелее, сама жаждала прикосновений и объятий, печалясь, что Макс может забирать меня из Сантора лишь тайно, в нарушение всевозможных правил, и совсем ненадолго.

Но чем чаще мы виделись, тем настойчивее Макс требовал согласия стать его женой. И чего только при этом не обещал! Кажется, потребуй я сокровища драконов, в Дааярде не осталось бы и медной монеты.

Только вот, как я могу выйти замуж без подруги-свахи? Когда судьба её не определена, не прописана наперёд? Это ещё хорошо, что муж моей драгоценной Серены так опасался за здоровье беременной возлюбленной, что приказал срочно отстроить в столице Арратора храм прорицателей и ежедневно ей отчитываться о состоянии души нашей Бриджит. А уже Серена передавала сведения мне. И мы надеялись. Верили. Ждали изо дня в день.

— Мира, давай хотя бы официально обручимся. Ты сможешь приезжать ко мне на каникулы, а не прятаться от своей семьи в лабораториях. Приезжай с подругами, они, кажется, хотели за что-то отомстить драконам, — вновь попытался купить меня Макс.

— Вернётся наша сваха, тогда и обручимся, — ответила, отвернувшись от любимого к морю. Он смотрел так, что хотелось согласиться, но я знала — рано. Я ещё не готова. Да, Макс — невероятный, безмерно заботливый мужчина и сдержит своё слово — не тронет меня, пока сама не позволю. Но в моём понимании брак — это когда между мужчиной и женщиной нет преград, а мои страхи всё ещё при мне.

Макс тоже повернулся лицом к морю и задышал в такт прибою, явно пытаясь успокоиться.

— Серену бы обрадовали, — тихонько произнёс он.

— Она и так рада. И я прячусь не столько в лабораториях, сколько в королевской детской. Серене сейчас непросто с малышами, и она как никогда рада моему присутствию.

— Мира, ты знаешь, как мы все тебя любим, — произнёс Макс, сделал небольшой шаг в сторону — ко мне. Оценил мою застывшую позу, вернулся на место.

— Далее последует «но», и я не хочу его слышать, — произнесла твёрдо. — Я дождусь Бри. Она нас свела, она должна быть на обручении. Так правильно.

— Милая, мы не ведаем божественных путей. Возможно, она живёт в другом мире, в котором время течёт иначе или живут дикари без магии, принявшие её за богиню…

— Это не важно. Она вернётся сама или её выгонят из мира, закрыв за ней все порталы на амбарный замок, — слово в слово повторила я шутку Серены.

— Я не прошу выходить за меня прямо сейчас, Мира. Я буду ждать столько, сколько нужно, как и обещал. Но мне было бы легче, если бы ты обозначила срок моих мучений, — со вздохом закончил Макс.

— Манипулируешь, — заметила с улыбкой. Когда он строит из себя бедного-несчастного, это выглядит довольно комично. Не с хищным клювом притворяться воробьём.

— Говорю честно, просто хотел добавить немного эмоций. Позволь хотя бы обнять тебя и вместе полюбоваться океаном. Мне уже скоро возвращать тебя академии и идти на бал, где на меня будут гроздьями вешаться озабоченные драконицы… — Макс нарочно сделал паузу, чтобы заставить меня ревновать, но я промолчала, и он бесшумно переместился. Обнял большими сильными руками, аккуратно-аккуратно, словно боясь раздавить, затем мягко коснулся щеки губами. — С ума меня сведёшь, Мира. Если бы в Санторе разрешили романы преподавателей со студентами, я бы бросил здесь всё и уже был с тобой. Довела меня… Великие боги, я готов был даже наняться младшим помощником садовника и высаживать цветы под твоими окнами, лишь бы видеть хоть изредка, хоть раз пять в день… до обеда.

— Не взяли? — Я едва не рассмеялась, хотя ситуация казалась довольно романтичной.

— Прилетел разъярённый де Луар и, потрясая папкой с доносами, едва не разнёс мой баррагорский дом в щепки воплем, что я должен думать не о девицах, а о деле, — с улыбкой в голосе поделился Макс.

— А ты?

— А я сказал, что думаю только об одной девице. На что он, немного успокоившись, сообщил, что подобным демаршем лишь доставлю тебе проблем, поскольку тебе придётся оторваться от учёбы, дабы отгонять от меня желающих замуж девиц: у тех разведка работает лучше государственной, и меня вычислят в течение получаса.

— Ты, конечно, тут же испугался, — пошутила, прижимаясь к нему спиной и испытывая желание поцеловать и утешить, но дать волю чувствам себе не позволила. Не хочу перебивать, пусть рассказывает дальше.

— Безумно, ага, — хмыкнул Макс. — На самом деле немного протрезвел. Удивительное чувство эта любовь. Не думал, что способен на такие… несвойственные мне поступки.

— И не говори, — согласилась, вспомнив, как, получив весточку от любимого, доверила ничего не смыслящей в зельях Крис проконтролировать завершение длительного эксперимента.

Я безумно ждала момент, когда над котелком набухнет пузырь, в котором будут летать серебристые искорки, и планировала использовать необычный опыт других миров для разработки собственного дипломного проекта по зельям. Теперь придётся повторить эксперимент, выпросив горсть редкого ингредиента у ужасного придворного садовника. А ведь можно было перенести время свидания всего на час! Час! Но нет. Я выбрала Макса, хоть и знала, что этот самый час мы будем препираться по вопросу помолвки.

Мы помолчали, наслаждаясь шумом прибоя, криком чаек, уютными объятиями, и я поразилась, до чего хорошо с ним быть в тишине. Удивительно.

Я никогда не была угрюмой молчуньей, но всё же любила, когда болтают остальные, и с моими девчонками из академии практически отвыкла от тишины и спокойствия. В дружной компании всегда было шумно и весело. А здесь тихо, хорошо, по-домашнему. Так, как было в моей семье до гибели отца и появления ненавистного истеричного отчима.

Не в первый раз я поймала себя на мысли, что именно с Максом де Вилем, старшим братом моей подруги Серены, думаю о будущем как о чём-то реальном, осязаемом. Пытаюсь представить, как мы будем завтракать, обедать и ужинать, выезжать на балы, работать, обсуждать различные дела, растить детей.

— Ты вздрогнула, но не отстранилась. О чём подумала? — тихо прошептал Макс.

— О детях, — выдохнула еле слышно.

— Рассказать, как принято воспитывать маленьких де Вилей? У нас есть целая система, разработанная тысячу лет назад и дополненная последующими поколениями.

— Ого, серьёзный подход, — заметила с улыбкой. Слышать это было и интересно, и волнительно. К сожалению, волнительно — в плохом смысле. Отчим был настолько суров, что одно слово «воспитание» будило во мне самые ужасные мысли и воспоминания.

— У нас принято не любить детей, а обожать и поклоняться им, баловать, задаривать игрушками. Они — наивысшее счастье и сокровище рода.

— Звучит прекрасно, но слишком невероятно. Я хорошо знаю Серену и уже неплохо изучила тебя, вы дисциплинированы и ответственны настолько, что порой кажется, будто росли в военной академии. А что касается ума — здесь явно не одна прочитанная книга и измученный вопросами преподаватель.

— А ты не дала мне закончить, — пожурил Макс специально для того, чтобы вновь коснуться моей щеки поцелуем.

— Какой приятный штраф, — отреагировала на «наказание», после которого вновь захотелось обернуться к нему, встать на цыпочки и потребовать больше ласки и любви. Но вновь подавила это чувство.

Мужские руки тяжело опустились на талию, чуть сжали. Явно чувствует то же, что и я, но продолжает думать о моих страхах, не движется дальше. А зря! Возможно, я уже дозреваю или даже созрела для полноценных поцелуев. По закону подлости я становилась смелее именно перед возвращением в Сантор.

— Так вот, — справившись с эмоциями, продолжил Макс. — В нашем роду дети растут в любви. Они всегда точно знают, что можно обратиться с любым вопросом, с любой проблемой к любому члену семьи и получить честный ответ или помощь. Всегда. Что любовь эта безгранична и бесплатна, и что быть одним из де Вилей — великая честь.

— И потому необходимо соответствовать остальным, — догадалась я о причине невероятной целеустремлённости Серены и Макса. Они никогда не отступали, не боялись принимать на себя ответственность, двигались только вперёд, не оглядываясь. Зная, что за спиной нерушимая стена — поддержка рода.

— Именно. Серена, наверное, рассказывала тебе, как мы её тренировали и помогали с обучением.

— Да.

— Мальчиков воспитывают строже, но смысл тот же. Поверь, тебе совершенно не о чем беспокоиться. В семье де Вилей тебя обожают и ждут не дождутся, когда ты вольёшься в наши ряды. Если беспокоишься о своих землях и хочешь оставить их матери…

— Нет. Это моя земля, — едва не рыкнула я, вдруг сообразив, что коварный де Виль всё-таки нашёл, чем меня соблазнить. Как только я стану замужней дамой, смогу полноценно распоряжаться наследством отца.

— Я совершенно ни на что не намекаю, — ужасно довольным тоном произнёс обнимающий меня хитрец. — Ни капельки.

— Да-да, я так и поняла.

— По логике вещей сейчас должна явиться твоя подруга Бриджит и завопить: «Ты что, решила выйти замуж без меня?» — пошутил Макс и громко рассмеялся.

Его смех отразился от каменной стены, эхом разлетелся по пустым улицам, и лишь тогда мы осознали, что вокруг царит подозрительная тишина. Неестественная и странная. Ни чаек вокруг, ни людей, ни драконов. Даже море отчего-то больше не обнимает пляж, не украшает его бриллиантовыми брызгами. И где оно вообще?

— Куда пропала вода? В прошлый раз здесь не было такого сильного отлива, — заинтригованно произнесла я, пытаясь разгадать неожиданную загадку.

— То, что пропала живность — плохой знак. Прежде в Дааярде не было цунами, но отчего-то мне кажется, всё свидетельствует именно об этом. Пора уходить.

Макс попытался увести меня с пляжа, но я не тронулась с места, ещё и пошла навстречу волнам.

— Бри вернулась. Я чувствую её.

— Милая, нам нужно идти. Это небезопасно.

— Если что, спасёмся левитацией, — отмахнулась я и направилась к воде. Затем и вовсе перешла на бег.

Макс понял, что спорить бессмысленно, и молча бежал рядом. Мы проваливались в усыпанный ракушками, водорослями и разноцветными камнями песок, но не останавливались до тех пор, пока не приблизились к воде.

Я скинула туфли и зашла в воду по пояс, закрыла глаза, попыталась почувствовать Бри, позвать её, но лишь ощутила, как вода затягивает глубже.

— Бри-и-и-и-и! — закричала так громко, как только смогла. — Бри-и-и-и-и, сюда! Иди ко мне!

— Милая, она тебя не слышит. Я так подозреваю, это цунами — продолжение её инициации, не вижу других причин морю гневаться. Естественных условий для цунами в данном регионе нет. Гряда островов в открытом море защищает и это побережье, и арраторское. Инициация — дело личное, так что уходим!

— Но, Макс.

— Мы ничем ей не поможем, а ты простудишься, море уже совсем холодное.

— Я не такая неженка, как может показаться.

— Пожалуйста, не спорь и позволь о тебе позаботиться, — терпеливо произнёс Макс, протянув руку.

Против обыкновения, он смотрел не на меня, и я обернулась, заинтригованная донельзя. И ничего хорошего не увидела! На бешеной скорости к берегу неслась гигантская волна с белоснежным гребнем и, как мне от ужаса показалось, голодно рычала.

— Взлетаем? — спросила у любимого, хватая предложенную руку.

Без лишних слов телепортационный кристалл был извлечён из кармана, безжалостно раздавлен и подброшен вверх.

Я задрала голову, поражаясь, что телепорты открываются горизонтально, и в следующее мгновение вынырнула из пола в чужой спальне.

— Почему не Сантор? — уточнила, не скрывая чудовищного напряжения. Казалось, страх и ужас сковали всё тело, превратили в мрамор. Даже дышать нормально была не в состоянии.

— Не уверен, что тебе следует туда отправляться в таком виде.

— Платье можно высушить и очистить заклинанием.

— Мира! — неожиданно резко и громко выдохнул Макс. Затем сделал разделяющий нас шаг и обнял меня, прижал к себе. — Цунами — не просто большая волна, это вся мощь и сила океана, безжалостная ярость. Я испугался за тебя. Прости, не могу сейчас отпустить. Мне нужно ещё несколько мгновений, чтобы осознать простую мысль — ты в безопасности. Пожалуйста, позволь мне это.

— Я не чувствую себя в безопасности в чужом доме, — проговорила, не двигаясь.

— Этот дом тебе не чужой.

— В чужой спальне, — продолжила гнуть свою линию.

— Через гардеробную — твоя комната. Можешь привести себя в порядок, принять горячую ванну и отдохнуть. Я велю подать ужин и настойку от простуды, а затем, когда ты будешь готова, отправлю в Сантор, хорошо?

— Обычно ты предлагаешь отужинать вместе, — удивилась необычному поведению Макса.

— Хотел о предположительном возвращении Бриджит сообщить Серене, чтобы она проверила информацию в храме. Я думал быстро всё провернуть, пока ты будешь отдыхать, и обрадовать подтверждёнными новостями.

— Замечательный план. Тогда я, разумеется, приму твоё предложение. В Санторе у нас даже почтовых шкатулок нет. Когда ещё узнаю правду! Хотя я почти уверена, что права.

От прекрасных новостей плечи расслабились, и я перестала походить на деревянный столб, ожила.

Меня провели в спальню через полупустую и тёмную гардеробную и, даже не попытавшись сорвать поцелуй, высушили заклинанием платье, зажгли камин и оставили в одиночестве.

Я заинтересованно прогулялась по комнате под весёлое насвистывание Макса за стенкой, потом замерла на месте. У него есть повод радоваться. Бри вернулась, а значит, я не смогу и дальше уклоняться от обручения и свадьбы.

Мысль заставила побледнеть и испуганно ухватиться за спинку кровати.

Мне придётся выйти замуж.

Замуж!

Я закрыла глаза и вспомнила пьяного отчима, пришедшего в мою спальню, когда мне было всего тринадцать.

— Я говорил тебе не грубить моим друзьям! — ревел он. — Ты подрываешь мой авторитет.

— Они ко мне приставали! — закричала я в ответ. — Твой дружок трогал мои колени, пока вы ели рыбу и пили вино!

— Ну и потерпела бы! Тебе велено было молчать и улыбаться! Такой серой мыши, как ты, радоваться надо, что хоть кто-то обращает на тебя внимание!

— Выйди из моей спальни! Немедленно!

— А то что? Пожалуешься матушке? — ухмыльнулся отчим и сыто рыгнул. — Так она не поверит. Что бы я с тобой ни сделал, она не поверит. Что бы ни случилось, она обвинит только тебя. Что стоишь такая бледная? Ты не дура, да, понимаешь, что я прав. Помни, Мира, кто здесь хозяин, да не зарывайся. В следующий раз сиди смирно и не позорь меня.

Тогда отчим успокоился, увидев страх и обречённость в моих глазах. Он был прав. Мама всегда была на его стороне. Всегда и во всём.

Я не умела ругаться и спорить, отстаивать своё мнение в словесных баталиях, но у меня был доступ в папину лабораторию, где я начала активно экспериментировать с зельями. Отчим и его друзья литрами пили успокоительное, слабительное, снотворное… Да что только они не попробовали! Я была так зла на всю мужскую братию, что ни в чём себе не отказывала. И действовала так скрытно, хитро и коварно, что меня никто не мог заподозрить в произошедшем.

Кроме мамы, наверное. Но та молчала. Хоть на что-то хватило ей ума — и на том спасибо.

Друзья отчима постепенно вывелись из нашего дома, устав бороться с различными напастями, но отчим остался. И чем старше я становилась, тем чаще он, не стесняясь моего присутствия, рассуждал о том, как счастливо мы заживём, когда все мои дары проявятся и на них можно будет хорошо заработать. Ему не важно было, что это будут за способности, он бы радовался любой и из любой извлёк бы практическую пользу.

Когда мне стукнуло шестнадцать и встал вопрос о поступлении в академию, он устроил настоящую истерику, не желая отпускать меня в столицу.

— Это королевский приказ. Так заведено, — лепетала мама, наверняка по обыкновению заламывая руки.

— Пусть учится в местной академии и ездит из дома! — ревел он так, что в кабинете моего отца звенели стёкла. — Она должна быть под присмотром! Мы не можем лишиться…

Дальше он понизил голос, но я была достаточно взрослой, чтобы понимать его мотивы. Как единственная наследница земли и состояния де Ройсов, я была завидной партией для любого молодого человека. В Королевской академии магии, откуда мне пришло приглашение, регулярно проводились званые вечера с танцами, где молодые люди знакомились без присутствия старших членов семьи. И большинство девиц даже до второго курса не дотягивали — выходили замуж.

Отчиму такое положение вещей было крайне невыгодно. Он не желал терять доступ к превосходной кормушке, ведь мой муж запросто мог услать и его, и мою мать в отдалённое поместье и забыть о них, выделив нищенское содержание.

Я предполагала, что он найдёт подходящего — ему! — кандидата мне в мужья, но отчим решил не размениваться по мелочам и понапрасну не рисковать. И накануне моего отбытия в Королевскую Академию Магии заявился ко мне в спальню.

Он делал это не впервой, но обычно заходил, громко шагая, хлопая дверью, никого не стесняясь, и при этом орал так, что слышно было в соседнем государстве. Голос у него невероятный — хоть арии пой. Но сегодня всё было иначе.

Едва слышно скрипнула дверь. Затем половицы.

Я уже почти приготовилась ко сну и расчёсывала волосы перед тем, как заплести в косы. Личной служанки он меня давно лишил, так что я была совершенно одна.

— Собралась? — тихо спросил отчим и как-то странно хмыкнул, заметив дорожный сундук и чемоданы в углу.

Я вытянула шею, пытаясь разглядеть, не прячется ли мама за его спиной, и с ужасом поняла, что её нет.

Интуиция завопила, что ночной визит задуман не для простого разговора, ведь меня вполне можно было вызвать в кабинет. В приличное время!

— Да, — ответила, быстро собирая волосы в узел. Показывать косы мужчине ещё неприличнее, чем сидеть перед ним в ночной сорочке и халате.

— Не дёргайся. Я ведь член семьи, меня можно не стесняться.

Он стоял достаточно далеко — у камина, так что я нашла в себе силы выдать вполне невинную фразу о приличиях. Поднялась и прошла к небольшому столику с косметикой и украшениями, где взяла ленту и подвязала волосы.

От липкого мужского взгляда хотелось поморщиться, но я старалась держаться свободно, чтобы лишний раз не вызывать подозрений, и смогла провернуть задуманное — передвигая различные предметы на столике, убирая, складывая украшения в выдвижной ящичек, незаметно кинула кольцо с печаткой в почтовую шкатулку, надеясь, что в столь поздний час моя подруга не спит. По давней привычке мы каждый вечер обменивались сообщениями, и мне не нужно было вычерчивать руны получателя. Хватит и незаметного, крохотного импульса, запускающего магический механизм.

— Плохо убрали пыль, — произнесла, кастуя мелкое бытовое заклинание, чтобы замаскировать магический всплеск.

Я думала спросить его, по какому поводу явился, но сообразила, что этим лишь приближу момент истины. Как вести себя, что делать и говорить, не знала. К своему стыду, я оказалась невероятно недальновидной и не держала в комнате ни оружия, ни зелий. Боялась, если найдут хоть что-то, непременно всплывёт наружу правда о моих проделках над гостями. Хотя чего лукавить? Я не умела пользоваться оружием, а зелья умела варить лишь самые примитивные, из имеющихся ингредиентов. В борьбе за невинность они не помогут.

— Твоя мать сказала, у нас нет объективных причин, по которым ты не можешь отправиться в КАМ, чтобы не вызвать недовольство монархов, — начал разговор отчим. — Оказывается, всех наследниц демонстрируют королевской семье и лишь затем определяют их дальнейшую судьбу.

Он говорил спокойно и размеренно, чувствовалось, что он принял все необходимые решения, и мне остаётся лишь подчиниться им. Либо… Сама не знаю как, но воспротивиться. Я была типичной книжной девушкой из хорошей семьи, не умеющей за себя постоять, отчим же — участник боевых действий, да и вообще крайне задиристый тип. Куда мне с ним справиться? Я способна лишь на самые примитивные бытовые заклинания.

Мысль о бытовой магии никак не выходила из головы. Я силилась сообразить, что же пытается нашептать интуиция, но страх кричал куда громче, заглушая её намёки.

Отчим, меж тем, отлип от камина и направился в мою сторону.

— Я не могу позволить тебе привлечь внимание принца. Как ты знаешь, в принцессы берут лишь невинных девиц, так что…

Я испуганно вскрикнула и, не до конца осознавая, что делаю, метнула ему под ноги полировочное заклинание, превратив полы в идеально ровный и скользкий каток. Отчим не ожидал сопротивления от обычно покорной тихой мыши, потому не успел сконцентрироваться и полетел лицом вниз, я же, сообразив, что отступать некуда, продолжила кастовать заклинания из «дамского набора»: в момент сшила в единое полотно полы халата, к ним же присоединила рукава, лишая отчима возможности двигаться, а затем приземлила ему на голову вазу с цветами.

Именно в этот момент дверь отворилась, и в мою спальню проник ещё один мужчина.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровался он, бросив взгляд на поверженного в неравном бою с бытовой магией мужчину. — Я прибыл по просьбе Серены де Виль, чтобы доставить вас в Королевскую академию магии.

— Благодарю вас, — ответила, по привычке присев, но не нащупав пальцами юбку. — Прошу извинить мой внешний вид и… состояние помещения.

— Не стоит волноваться, я совершенно спокойно отношусь к беспорядку, — с милой улыбкой ответил мужчина. В следующее мгновение тело отчима поднялось в воздух и полетело в сторону окна, которое распахнулось, повинуясь команде вошедшего.

На мгновение показалось, мой спаситель выбросит отчима со второго этажа, но тот аккуратно переместил его на каменную мостовую.

— Спасибо, — вновь проявила я вежливость, быстро уничтожая следы преступления в спальне. — Вы позволите мне одеться?

— Это не обязательно, я перемещу вас в выделенные вам покои в академии, — ошарашил меня мужчина. А затем перед камином открылась арка телепорта, куда тут же полетели все чемоданы.

Быстро подхватила приготовленное на завтра платье, смахнула в дорожный ридикюль косметику с туалетного столика и достала почтовую шкатулку.

— Я готова. Жаль, не успела закончить с отчимом. — После того, как я самостоятельно справилась с ужасной ситуацией, чувствовала себя настоящим победителем и держалась молодцом.

— Вы пришили его руки к телу, а затем дополнительно приклеили заклинанием для железа и стекла, — хмыкнул ректор Королевской академии магии. — Думаю, он прочувствует вашу заботу с лихвой. Даже не знаю, сколько часов его будут спасать, когда найдут, но отчего-то мне его совсем не жаль.

— О-о-о, — протянула я в ужасе. — Я совсем не собиралась… Это от стресса. Я перепутала! Не высчитала векторы… Великие боги!

— Поверьте, если боги стали свидетелями этой схватки, они от вас в восторге. Лично я доволен новой ученицей своей академии. Люблю, знаете, девушек с характером. Пойдёмте, леди Ройс. Хоть я знаю координаты КАМ назубок, долго держать арку телепорта весьма утомительно.

Я не стала оглядываться по сторонам. Меня ждало прекрасное студенческое время и счастливое будущее.

Тогда я и подумать не могла, что все мои надежды будут лишь бледной копией яркой реальности.

Глава 30. О том, как важны компромиссы в жизни с демоном

Я лежала на плече у демона и рисовала узоры на широкой груди, про себя думая, до чего это неудобная поза для сна. В романах вечно всё преувеличивают.

Хотя нет. Не всё.

Про первую ночь с любимым пишут чистую правду. Я бы даже сказала, излишне скромничают в описаниях!

— На самом деле первая ночь обычно куда короче, — вторгся в мои размышления Ульс. — Но ты дала слишком много обещаний океану, и мне пришлось заставить тебя прочувствовать все эмоции. К сожалению, и неприятные тоже.

В его голосе звучало недовольство, и я тут же насторожилась. Выпорхнула из объятий, села, яростно пронзив его взглядом.

— То есть я ещё и виновата? — процедила сквозь зубы.

Губы Ульса дрогнули — сдержал улыбку.

— Я злюсь не на тебя, моя прекрасная леди, а на себя. Под утро я совершенно утратил контроль, — признал он с тяжёлым вздохом. — Это непозволительно. Я мог тебе навредить.

Посмотрела на этого ненормального с удивлением. Что у этих мужчин вообще в голове?

— Под утро было самое приятное, — произнесла с нажимом, чувствуя, как кожа розовеет от стеснения. Щёки и вовсе опалило кипятком, но я сделала глубокий вдох и повторила про себя слова Ульса:

«В любви нет ничего постыдного. Она слишком прекрасна, чтобы украшать её ярлыками и прикрывать темнотой или одеялом».

— Рад, — коротко произнёс Ульс с неожиданно хищным выражением на обычно лукавом лице. Хотя после его превращения в демона мне, похоже, придётся привыкать к новому, не столь добродушному образу.

Неожиданно почувствовала себя очень странно. Словно меня выпили до дна и тут же наполнили новой энергией, сверкающей и мощной. И совсем не ласковой. Холодной. Кожа покрылась мурашками и побледнела, в виски словно вбили два раскалённых гвоздя, и я едва не отключилась от боли.

Прижала руку к губам, сдерживая подступающую тошноту, в ужасе посмотрела на Ульса, но его черты расплывались, растекались перед моим воспалённым взором.

— Что это? — прошептала едва слышно.

— Боги, — ещё тише ответил Ульс, осторожно укладывая меня назад, к себе на плечо. — Они не сдерживают силу и не ставят блоки, когда приходят сюда. Надо признать, это случается так редко, что … А-а-а, понял. Они пришли на завершение твоей инициации. В океане сейчас огромный выброс силы, видимо, решили немного тебе помочь.

— Помочь? — непонимающе переспросила я, втянув носом аромат любимого мужчины, чтобы хоть немного отвлечься от неприятных ощущений.

— Я говорил: океан кровожадный и за любую помощь требует высокую цену. Эмоций и твоей… жертвы ему недостаточно, но смыть Дааярд он не может. Ты запретила. Вот и бесится, взбивая пену и пугая моряков. Боги заберут его ярость, лишив части энергии. Уж не знаю, кто из богов тебе покровительствует, Мори обычно благотворительностью не занимается.

— Великая богиня Айоль благословила меня за то, что я спасла Корделию, вытащила из-за Грани.

— Отец, судя по всему, об этом узнал, — хмыкнул вдруг Ульс. — Ну что, полегче?

— Да, боль прошла, осталась лишь тошнота. Ты имеешь в виду, что он узнал про благословение богини и решил, что я для тебя подходящая пара? — предположила, зевая в плечо любимого. Я настолько устала, что была не в состоянии испытывать любопытство. Невиданное дело!

— Именно. Отец изначально хотел отправить всех девиц в Бездну в назидание их семьям. Когда появилась ты, он рекомендовал выбрать себе в жёны ту, которую не жалко, чтобы не привыкать, — произнёс Ульс, прочистив горло.

— Да уж, папуля у тебя — просто чудо. Сама доброта.

— На самом деле он действительно весьма неплох, ты ещё убедишься в этом.

Я застыла в руках любимого. Нет, меня, конечно, устраивало, что в моё отсутствие все действовали в моих интересах, подстраховали меня, выполнили мои обещания, всё подготовили к моему возвращению. Но есть одно огромное «но» — я до сих пор не знаю, о чём они договорились!

— Посмотрим, — ответила уклончиво. — Меня пугает твой отец, и я всё же стою на своём — не желаю жить на дне среди всех этих монстров.

Меня вдруг едва не затрясло от ненависти к подводным жителям, к двуличным невестам, их жестоким семьям. И резко отпустило.

Потрясла головой, пытаясь сообразить, что это было, но Ульс не стал держать в неведении.

— Не бойся. Эмоциональные качели — обычное дело после полной инициации. Тебя ещё какое-то время поштормит, затем тело перестроится, и ты снова будешь той самой очаровательной и непосредственной Бриджит. Честно признаться, этот остров я выбрал не столько ради романтики, сколько для безопасности окружающих. Так что мы здесь заперты на неопределённое время.

Посмотрела на своего честного демона. Даже словосочетание звучит забавно!

— А боги не попросят освободить… — Обвела взглядом скромный интерьер и силой мысли превратила комнату в роскошные восточные апартаменты, а кровать — в огромный мягкий подиум с яркими шёлковыми подушками.

— Какая затейница, — хмыкнул Ульс, устраиваясь поудобнее и целуя меня в макушку. — Не попросят. Им ничего не стоит организовать себе ещё по острову.

— Ну да. Они же боги, — согласилась я, не скрывая восхищения. — Мне безмерно льстит, что ты привёл меня именно сюда. Чувствую себя особенной.

— Ты и есть особенная, Бри. Отмеченная богами редким даром, благословлённая великой Айоль. А самое удивительное в тебе знаешь что?

— Что?

— То, что ты понравилась моему отцу, — рассмеялся Ульс. — Он, кстати, не против, чтобы мы жили не под водой, но с этим есть небольшие проблемы, ведь жить с твоим отцом я не могу.

— О, — протянула я, сообразив, до чего неловко выглядит ситуация.

Традиционно жена живёт во владениях мужа, но я же… особенная на всю голову и отказалась быть подводной принцессой. Нет, не так. Я отказалась жить под водой. Корону-то я надену! Мне вообще очень идут подобные украшения.

Вздохнула, осознав степень своего эгоизма. По-хорошему нужно учиться идти на компромисс. Ульс и Килг уже сделали шаг навстречу, и только мне решать, сделаю ли я шаг вперёд или назад.

Меня едва не корёжило от собственной разумности и правильности, я кусала губы, переминалась, не в состоянии найти удобную позу, хотя, по сути, была зажата в тиски мощным телом демона. И думала, думала, думала, как выкрутиться из ситуации так, чтобы и пойти навстречу, и не лишиться привилегий, которые мужчины мне уже преподнесли на блюдечке с золотой каёмочкой.

— Рассказывай, — хмыкнул Ульс.

Я аккуратно выбралась из крепких мужских объятий и представила, как рядом с кроватью появился шкаф с одеждой. Левитировала оттуда шёлковый вишнёвый халатик длиной до пят и радостно в него укуталась, затем подумала мгновение и предоставила и демону одеяние.

— Лежишь здесь такой красивый, отвлекаешь, — пробурчала, краснея.

Шкаф, конечно, сразу убрала, но организовала стаканы с водой, а затем нырнула в пространственный карман и достала сухой паёк, в тысячный раз благодаря любимого профессора Тляна за полевые практики и тренера Морта за его любовь к еде — это он научил нас с девочками носить с собой не только простые сухие галеты, но и сухофрукты, шоколад, вяленое мясо.

Ульс молча наблюдал за моими попытками отвлечься и отдалить неприятный разговор, и даже не хохмил по поводу внезапно проклюнувшейся скромности. Халат, впрочем, тоже не надевал. Отвлекал изо всех сил.

Я же, вырвавшись из его объятий, испытывала жуткое смущение. После ночи любви изо всех сил пыталась вести себя смело и по-взрослому, как любимые героини книг, но не выходило, хоть ты тресни. Потому вместо того, чтобы думать о совместном будущем, пыталась успокоить собственную совесть. Вот уж кого не ждала к завтраку!

— Напоминаю, что мысли твои уже закрыты, так что не молчи. Делись. Твоё молчание меня пугает! — Ульс попытался изобразить испуг, но выглядело это настолько комично и ненатурально, что я рассмеялась.

Закрыты — но это не значит, что ты их не читаешь, милый! Знаю я этот коварный блеск глаз.

— Нет у меня никаких страшных мыслей. Я сама не знаю, чего хочу, — призналась, усаживаясь на край кровати и откусывая кусочек солёного мяса. Оно здорово подсохло, так что у меня был повод потянуть с ответом на неприятный вопрос, если таковой последует.

— Ты хочешь быть со мной, и это главное, — уверенно заявил Ульс. Так уверенно, что я моментально накалилась. Однако гадость сказать не успела — пока жевала поняла, что спорить с ним бесполезно: он читал мои мысли и всё знает. И, наверное, это к лучшему. Не поссоримся.

— Да, хочу, — ответила едва ли не через полчаса, когда разжевала деревянное мясо. Кажется, я больше калорий потратила, чем получила, честное слово. — Но у меня не было года на раздумья, а до возвращения домой я была совершенно уверена, что ты женишься на Масе или Авроре и мы можем быть только друзьями. Так что сейчас я не могу вот так сходу продумать жизнь наперёд. С учётом изменившихся обстоятельств.

— Только ли друзьями, Бри? — бархатным голосом протянул Ульс. — Помню я одну твою мыслишку, красивую такую, непристойную… Невероятно привлекательную. И давнюю.

По хитрому виду сразу поняла, о чём идёт речь. Был один-единственный момент, когда я потеряла контроль и представила, что мы тайно встречаемся, наплевав на все условности. Я и тогда страшно корила себя за недостойные мысли, и сейчас смутилась.

— Я бы не стала встречаться с женатым мужчиной, — произнесла, задрав нос. — А фантазии — это лишь фантазии. Они добавляют специй и делают жизнь ярче.

— Нет, моя хорошая, не преуменьшай значение того момента, ведь именно тогда ты поняла, что по уши в меня влюбилась. Я чувствовал твою внутреннюю борьбу, дикие метания, сомнения, обиду и ярость, разочарование в себе, своей слабости. Ты была так недовольна собой, тем, что поддалась чувствам, не справилась с управлением, что я не знал, чего хочу больше — поцеловать тебя, утешить или отшлёпать.

Я посмотрела на этого бесстыжего. Сидит, гипнотизирует взглядом. И так непристойно хорош собой, что мне совсем не хочется с ним спорить.

— А говорил, что не читал мои мысли, — уличила хитреца, ведь непристойные мысли закрались в мою голову ещё в тот вечер, когда я беседовала с богиней Мори.

Собственно, с неё всё и началось.

Тогда я подумала, что богиня может позволить себе быть с тем, с кем хочет, когда хочет и где хочет. Может ходить босиком по дворцу, обнимать за талию своего любимого де Луара, целовать его при всём честном народе и не обращать внимания на глупые условности. А я… я ничего не могу. Я уже прошляпила своё счастье. Я сваха на отборе принца, в которого умудрилась влюбиться по уши. Притом эта бесстыжая любовь захватила моё сердце без объявления войны. Я и не поняла, как это случилось! Мы ведь просто дружили! Подшучивали, смеялись… Ничего такого!

И тут это приглашение на отбор. Словно кинжал в спину.

Отказать нельзя. Друг просит помощи.

Мне только и оставалось, что держать лицо, улыбаться и поддерживать его во всём.

Когда Ульс спустился в зимний сад со стопкой тёплых пледов, чтобы спасти меня от холода и самой богини смерти, если понадобится, я дала слабину. Посмотрела на него не так, как стоило. Показала, насколько ранима. Открылась.

На долю секунды. На мгновение.

Но демону этого оказалось достаточно.

Кто же знал!

Ято думала, какая молодец, что быстро нашлась с колкостью, отвлекла его от своего потерянного вида, который легко можно было списать на общение с богиней.

Бестолочь.

— Боюсь, я не был с тобой до конца откровенен.

— Да ты что! Не может быть! — Я всплеснула руками, а затем прижала их к груди, сцепив в замок. — Это так неожиданно! От демонов ведь ждёшь кристально чистой правды! Всей и сразу!

Уставилась на этого гада, сощурив глазищи и поджав губы. И что он придумает сейчас? Чем ещё удивит?

— Дело в фамильяре, — не стал ходить вокруг да около Ульс.

— Эта рыбина мне сразу не понравилась.

— А зря. Иайана уникальна. Она пришла с отцом из другого мира, так что сильнее её в этом мире фамильяра нет. Это невероятно древнее создание, во много раз старше отца.

Я закашлялась, не в состоянии справиться с полученной информацией. Это что получается, противная мурена — фамильяр Килга или… Ну нет, это невозможно, Килг ведь жив и здоров.

— Ничего не понимаю. Если Иайана — фамильяр твоего отца, то как она смогла стать и моим фамильяром? Такого не бывает! Есть связка из одного мага и одного фамильяра. Я не слышала про исключения. Объясни, пока мой мозг не взорвался от предположений.

— Она и мой фамильяр тоже, — с хитренькой улыбочкой произнёс Ульс, взмахом руки убирая организованный мной «пикник» и придвигаясь ближе к моей застывшей фигуре. При этом одеяло, разумеется, поползло в сторону, оголяя красавца, но я, увидев подобное безобразие, оказалась быстрее и вернула его на место левитацией, вызвав у демона широкую улыбку.

— Что там ты говорил про фамильяра? — произнесла я, хлопая глазами, потому что в голове взрывались воздушные пузыри, а по венам ползла огненная лава.

Невозможно находиться рядом с этим невероятным мужчиной и помнить о теме беседы. Но я старалась! Даже вспомнила правильно… вроде бы… наверное. Не уверена. Скорее, как попугай повторила первое всплывшее слово — фамильяр.

— Иайана — не столько фамильяр, сколько хранитель рода, и служит лишь тем членам семьи, кто ей нравится. Вредная, — наконец объяснил что к чему Ульс. — Она гуляет по мирам и приходит только тогда, когда считает нужным.

— У демонов, я смотрю, даже фамильяры с характером, — пробухтела я, до глубины души обиженная нелюбовью противной мурены. Да меня обычно все любят!

— Ага, — легко согласился Ульс. — Особенно жёны.

— Ну, я тебе не жена, — начала я и замолкла на полуслове, осознавая, что на самом деле произошло в мой первый вечер в подводном царстве. — Минуточку! — совсем другим тоном проговорила, забираясь на кровать и угрожающе надвигаясь на него, как разъярённая кошка на непослушного человечишку. — То есть ты, самодовольный, самоуверенный, наглый, беспринципный…

— У тебя потрясающий словарный запас, — сделал комплимент Ульс, испуганно отклоняясь и падая на подушки. Ещё и лапы свои загребущие выставил, словно просит пощады. Так я ему и поверила!

— То есть ты с самого начала…

— Бри, милая…

— Никакая я тебе не милая! — прошипела грозно.

— Ужасно милая, — не согласился Ульс, схватил меня в охапку и подмял под себя. — Самая милая и красивая, — произнёс, целуя в щёку. — И самая желанная. Ну разве я мог позволить тебе ускользнуть?

Перед глазами поплыло. От жаркой близости, от настойчивой нежности, от блеска его глаз. Он смотрел так, что хотелось отбросить все вопросы, впиться в твёрдые губы поцелуем и вновь учинить на море беспрецедентный шторм, вздымая волны и катаясь на них до полного изнеможения.

Но краем сознания, самым далёким-предалёким малюсеньким краешком я понимала, что с демоном шутки плохи, он обведёт тебя вокруг пальца и даже не вспотеет, а ты потом будешь прыгать по его указке и радоваться, не понимая, в какую западню угодила. Знаю я этих серых кардиналов!

Не поддаваться! Довести разговор до конца, проявить твёрдость духа, заслужить уважение! Даже если потом расплавишься от нежности! Хотя мне и плавиться теперь не страшно. Просочусь через щели в полу, сольюсь с океаном, напитаюсь силой, а затем верну себе человеческий вид. Вместе со здравым смыслом, разумеется!

— Продолжай, — произнесла строго, но фразу про фамильяра озвучить не успела.

— О, это я с удовольствием! — обрадованно подтвердил Ульс, тут же впиваясь в мою шею поцелуем.

— Стоп, стоп, стоп! — потребовала, колоссальным усилием вытащив себя из оков страсти. — Отойди немедленно!

— Бри, — простонал демон в изнеможении. — Не сейчас.

Я чувствовала силу его возбуждения, дрожала от страсти, но если меня чему и научила инициация, то это верности золотого правила «сделал дело — гуляй смело».

— Сейчас. Немедленно. И я попрошу тебя не тянуть с объяснениями, не юлить, потому что… — Я залилась краской до кончиков пальцев ног, выдавая истинную причину. Да! Я стала более разумной, но это не мешает мне быть всё той же прежней Бри, которая слишком любит жизнь, чтобы откладывать все её прелести на потом.

— О, ну раз ты так ставишь вопрос, — протянул Ульс, сжимая мои бёдра и бессовестно целуя сквозь тонкий шёлк налитую страстью грудь, а затем и втянутый от возбуждения живот.

— А-а-ах! — протянула я вместо ответа, потому что терпеть сладкую пытку не было никаких сил. Мысли улетучились, испарились, как утренняя роса при виде солнышка, но теперь настал черёд демона изводить меня ожиданием.

Ульс отстранился, сел, скрестив ноги по восточному обычаю, ещё и, бесстыжий, не стал прикрываться одеялом. Его огромная мощная фигура на фоне разбросанных в живописном беспорядке цветастых подушек выглядела ещё более смуглой и грозной, величественной и безумно сексуальной, что совершенно не способствовало моему спокойствию. Я громко сглотнула, но мой демон не думал подшучивать и тем сбивать мой настрой. Напротив, подвигал плечами, разминая их после… сна, которого не было.

— Ульс, — попросила я, сама не зная, чего хочу больше — правды или продолжения сумасшедшей ночи.

Хотя кому я вру? Я прекрасно знаю, чего хочу. Всем телом ощущаю.

— Слушай и не перебивай, потому что одно твоё движение, малейшая провокация — и в твоём словесном запасе на ближайшие сутки останутся только гласные, — предупредил Ульс с самым строгим выражением лица. Я послушно кивнула, хотя желание спровоцировать его на очередной взрыв страсти стало совершенно невыносимым. — Итак, к моменту свадьбы твоей подруги Таяны я знал о своих чувствах, и после вашего разговора с Мори, когда ты потеряла контроль над эмоциями, подумала о нашем совместном будущем, — деликатно обозначил он мои тогдашние непристойные мысли, — уверился, что они взаимны.

Дом задрожал, попадали декоративные предметы, которые я нарисовала в воображении, но не закрепила. Затем с грохотом рухнул шкаф, который, оказывается, я не убрала, а сделала невидимым. Островок оторвался от морского дна и неспешно начал подъём.

— Словно кувшинка, — произнесла я, найдя сравнение, которое ещё вчера крутилось на задворках сознания. — Ой, прости. Это не провокация. Продолжай, пожалуйста.

— Первое предупреждение! — сурово проговорил Ульс, но затем улыбнулся и в быстром темпе, совершенно не скрывая желания расправиться с признаниями и заняться куда более приятными вещами, продолжил: — В тот момент я совершенно серьёзно думал, а не схватить ли тебя под мышку и не сбежать ли в путешествие по разным мирам, наплевав на свои обязанности перед подводным миром и данные отцу обещания. И тут вдруг ты спросила про Бездну Древнего Холода. Учитывая твоё хорошее настроение после беседы с богиней смерти, я сразу понял, что к чему. Полная инициация для любого мага — великое счастье, но инициация, направленная богиней — это ещё и гарантия безопасного её окончания. Так мы попали под воду.

— О, — протянула я.

— Второе предупреждение, — напомнил Ульс, оглядывая моё тело настолько плотоядно, что я заинтересовалась, не едят ли демоны невинных леди. С другой стороны, я уже не невинная леди, так что бояться нечего.

— Молчу!

Он смерил меня взглядом, явно раздумывая, не провокация ли это, но я уже переключилась на разговор и сложила руки на груди, показывая деловой настрой и собранность. Заодно и прикрывая стратегическую возвышенность. Чтобы не отвлекался.

— На тот момент у меня был план провести отбор, избавиться от невест под разными предлогами, а затем — только не обижайся! — соблазнить тебя и сделать предложение. Да, именно в такой последовательности. Не стану делать вид, что не думал повысить свои шансы любой ценой. Мне было важно не отпустить тебя в Арратор. В академии Сантор ты для меня недоступна, на каникулы домой ты не возвращаешься, предпочитая королевский дворец.

— Папа почти всегда в столице, а во дворце мои друзья, Серена и Эйнар. Разумеется, мне нет никакого смысла сидеть в удалённом от светской жизни поместье. Не было. До появления там Жемчужного замка и плантации моих красавиц-жемчужниц. Надеюсь, они довольны переездом, — не удержалась я. — Ты сам на меня посмотрел вопросительно! Я ответила на твой взгляд! — проговорила, не позволяя использовать мои слова как повод для… смены деятельности.

— Третье и последнее предупреждение! — сообщил Ульс.

— Молчу и внимаю! — торжественно возвестила я. А затем резко спрыгнула на пол и побежала к окну, чтобы успеть насладиться морскими видами, а заодно увеличить расстояние между коварным демоном и беззащитной мной. Эти его мышцы на обнажённой груди постоянно меня отвлекают! Я уже молчу про остальные части тела, совершенно ничем не прикрытые. Мне нужно сбежать! Не то я сама на него наброшусь, честное слово!

Побег мог бы оказаться удачным, если бы не одно «но». Мне было запрещено не только молчать, но и двигаться, о чём я совсем не подумала.

Хищная натура демона и отточенные годами инстинкты позволили ему предугадать мои действия и своевременно отреагировать. Стоило моим ступням коснуться прохладного пола, как край шёлкового одеяния оказался в стальном захвате. Рывок. Ласковый шёлк скользит по плечам, оголяя их. Стекает по рукам, падает на пол рубиновой лужицей. И именно в этот момент наш остров любви выныривает из зелёных океанских вод на свежий воздух. Утреннее солнце с любопытством заглядывает в комнату, озаряя всё вокруг, подсвечивая мою наготу. Будь Ульс подслеповатым, и то разглядел бы всё в мельчайших подробностях.

— Если это не провокация, то я даже не знаю, что это, — довольно мурлычет он, вмиг оказавшись за моей спиной. Горячие руки обнимают талию, неспешно опускаются ниже. Чувствую, как его нос касается ушка, проводит ласково…

— Это не то, о чём ты подумал! — быстро проговорила я, разворачиваясь в его руках, чтобы убедить продолжить разговор, прекрасно понимая, что всё. Момент упущен. У меня уже плывёт перед глазами и смотрю я на него совсем не строго. Вообще.

— Никакого желания думать, — сообщил Ульс и впился в мои губы жестким и требовательным поцелуем. Ни капли не нежным. Не заботливым. Не чутким. Он брал то, что по праву его. Я сама отдала всё, чем владела, проиграла в сражении страсти и здравого смысла. И ни капли не жалела об этом.

Не знаю, бушевало ли море, качая из меня силу, закручивая белоснежные гребни, взрываясь бриллиантовыми брызгами. Не знаю, подыгрывал ли морю ветер, радуясь шторму и возможности расправить крылья, отдаться потоку.

Я не чувствовала единения со стихией, которой была отдана богами ещё до рождения.

Сейчас я принадлежала лишь ему. Моему любимому демону. Неистовому и страстному. Беспощадно жадному до моего тела. Сладострастному и неделикатному. Сладко-жестокому и восхитительно-неутомимому.

Моему!

Мы так и не вышли на свежий воздух. Не поговорили. Не обсудили то, что следовало. Короткие перерывы лишь усугубляли нашу страсть, еда служила ей топливом, вода придавала сил, а солнечный свет не позволял отключиться и заснуть, несмотря на сумасшедшую усталость, которая испарялась, словно её и не было, при любом прикосновении к великолепному телу любимого мужчины.

— Есть что-то приятное в покорности, — произнесла я едва слышно, когда мы, обессиленные и счастливые, упали на кровать после очередного взрыва страсти. — Так уж и быть, передаю тебе пальму первенства в любовных делах.

— Забавная девочка. Ты так говоришь, будто заслужила её и она твоя, — хмыкнул Ульс, прижимая меня к себе и укладывая мою голову на плечо.

— Ты мне сам её отдашь, — проговорила с закрытыми глазами. — И не раз. Для разнообразия.

— Вполне возможно. Но не факт.

— Отберу, — шепнула, уткнувшись носом в атласную кожу любимого, и в тот же момент отключилась.

Не знаю, сколько прошло времени: сутки, двое, трое. Но, когда я проснулась, остров не притворялся спящей на дне кувшинкой и грелся на ярком послеполуденном солнышке. Ульс ещё спал, и я быстро привела себя в порядок в огромной восточной комнате для омовений. Покрутилась перед зеркалом, удалила проступившие синяки и даже почти не покраснела от воспоминаний о вчерашнем.

Ну ладно, покраснела. Но никто ведь не видел! А я не скажу!

— Или позавчерашнем, — произнесла, разглядывая синяки под глазами. — Нет, наверное, всё-таки вчерашнем.

Ещё одно заклинание — и я выгляжу словно принцесса. Красивая, молодая, яркая. С безупречной алебастровой кожей, слегка вьющимися светлыми локонами и невероятно порочными глазами. А всё потому, что только и делаю, что думаю о мужчине, который окончательно свёл меня с ума!

— Ты должна быть сильной и умной, — напомнила отражению в зеркале. — А не как вчера.

— А мне очень понравилась вчерашняя незнакомка, — донеслось от двери. — Такая раскованная, страстная…

— Тихо-тихо-тихо! — перебила я поток комплиментов, хотя готова была слушать их вечно. — Давай мы всё-таки договорим, а затем со спокойной душой продолжим… наши эксперименты.

Завершила фразу скомкано. Смутилась. Но взгляд не опустила. Отчасти потому, что кое-кто вновь щеголял в чём мать родила, а я пока была смелой лишь в процессе получения удовольствия. До и после — по-прежнему робела.

— Хорошо, я расскажу, — пошёл на поводу у требовательной меня Ульс, проходя мимо, но не обнимая и не целуя.

Я напряглась. Это было довольно странно и совсем ему не свойственно. Он ко мне тянулся всегда! На мгновение мелькнула мысль, что не стоило потакать его желанию до свадьбы, но я старалась не лгать себе и прекрасно понимала: оно было обоюдным. И Ульс никогда бы не настоял на том, к чему я была не готова. Он думал о моих желаниях едва ли не больше, чем я сама.

Нет, здесь я, конечно, здорово преувеличила. Папа меня избаловал на славу, так что я выросла себялюбивой эгоисткой, но, как утверждали подруги, доброй и милой, что всегда перевешивало. И неважно, что они немного лукавили из любви ко мне. Сказали «доброй и милой» — всё, это мои качества, никто не отберёт! Покусаю!

Итак, что случилось с демоном?

Я попыталась отключить эмоции и рассуждать как Серена. И это оказалось невероятно полезным! Ведь я тут же сообразила, что с утра все жаждут хоть ненадолго уединиться. Любовь любовью, но у организма есть другие потребности, а я нафантазировала лишь одну спальню и одну ванную! Могла бы и позаботиться о мужчине, отселить его в отдельные купели со всем необходимым.

— Я пойду быстренько окунусь в море и вернусь к тебе, тогда поговорим, — выдала первое, что пришло в голову, и сбежала, пытаясь не думать о некоторых нюансах совместной жизни.

Но как о них не думать? Эти мысли так и лезут в голову, вытесняя другие.

Выбежала из дома, преодолела небольшую полоску подсохшего на солнышке песчаного пляжа и с наслаждением нырнула в воду.

— У нас здесь купаются без одежды, — укорил меня голос, раздавшийся прямо в голове.

Я открыла глаза под водой, перенастроила зрение и с любопытством огляделась. Никого.

— Простите, — вежливо ответила неизвестному собеседнику и попыталась выйти из воды, чтобы вернуться в дом. Кто бы это ни был, пусть даже боги, я не готова купаться обнажённой при свидетелях.

Хрустальными колокольчиками зазвучал женский смех, но мне было совсем не весело — океан не отпускал. Ласковое тёплое течение не позволяло даже приблизиться к берегу!

— Кто это? — спросила вслух.

— Да я это, я! — рявкнула своим обычным мерзким тоном мурена.

— Иайана! — растягивая гласные, произнесла я, показывая, что все её шуточки с именем более неактуальны. — Рада тебя слышать! Так это ты периодически мне подсказывала, что к чему!

— Не напоминай, — фыркнула вредная рыбина.

Ну надо же, делает добро — и сама же его стесняется. У нас, оказывается, есть кое-что общее!

— Большое тебе спасибо! — произнесла с чувством и нырнула в воду, чтобы не только пообщаться мысленно, но ещё и видеть эту… красавицу.

— Выходит, он тебе всё рассказал. Простила уже? — поинтересовалась мурена с очень женскими интонациями. Любопытная!

— Простила?

— О! Так ты не в курсе! Вот это номер! — расхохоталась Иайана и исчезла из виду.

Я вынырнула из воды и решительно зашагала в сторону демона, которому сейчас придётся выложить мне всё!

Глава 31. Припереть демона к стене

Всем известно, что демоны — одна из самых древних и коварных рас. Им чужды сомнения. Они твёрдо знают, чего хотят и как это получить. А у кое-кого, не будем тыкать пальцем, ткнём сразу вилкой в сердце, ещё и дар специальный имеется. Так что у меня не было выбора, только и оставалось, что полностью влюбиться и ни в чём ему не отказывать.

Но что же он такого натворил, что даже мурена удивилась моему всепрощению?

От ужаса перехватило дыхание. Если этот гад, этот негодяй, самоуверенный, самовлюблённый наглец сделал меня своей женой без моего на то желания, ему не жить. Не прощу отсутствие шикарного платья и праздника!

Застыла перед входом в дом, положив руку на нагретое солнцем деревянное полотно двери. Ужаснулась маникюру и тому, что утром о нём даже не вспомнила. Использовала заклинание, чтобы выглядеть идеально. Лишь затем смогла вновь вернуться мыслями к загадке мурены.

Могу ли я быть замужем? Скорее нет, чем да. Точнее, это совершенно невозможно. Был объявлен отбор невест и наверняка есть правила, запрещающие объекту всеобщей страсти жениться на стороне. Это ведь не просто мероприятие, это договор между королевской семьёй и высшими родами подводного мира. А договоры нарушать нельзя.

Тогда что?

Или я мыслю совсем не в том направлении?

Я немного остыла и пошла в купальни уже куда спокойнее, на ходу рассуждая, что могла иметь в виду мурена. По всему выходило, что коварное древнее существо рыбьей наружности могло и просто подшутить.

А если нет?

Решила не забивать голову предположениями и спокойно всё узнать. В конце концов, язык нам дан и для этого тоже. Не только для…

Я открыла дверь в ванную комнату и увидела роскошного мужчину в хлопьях воздушной белоснежной пены. Он стоял ко мне спиной и намыливал голову. Пальцы действовали ритмично и чётко, плечи немного подрагивали, от чего мышцы ходили ходуном, проявляясь красивыми тенями на смуглом и безумно сексуальном теле.

— …облизывания, — произнесла, отчего-то вдруг перейдя на устную речь.

— Что? — спросил Ульс, поворачиваясь.

— Э-э-э, — попыталась я придумать хоть что-нибудь разумное, но мозг внимательно следил за тем, как мыльная пена скатывалась на пол по загорелому накачанному телу и на остальные раздражители не реагировал.

— Ты так решительно топала, что я на мгновение подумал, будто меня ждёт допрос, — пошутил Ульс, становясь под упругие струи воды, чтобы прополоскать волосы.

— Д-да, — запнулась я и похлопала глазами, пытаясь обуздать воображение, рисующее непристойные картины. — Да! Я планировала припереть тебя к стене и… А-а-а! — вскрикнула, почувствовав, как лечу навстречу довольному демону, использовавшему заклинание левитации. Очень уж ускоренное! Я такое и не знаю.

В следующее мгновение я была надёжно прижата к тёплому розовому мрамору твёрдым мужским телом, с зафиксированными над головой руками.

— Вот так? — шепнул бесстыжий Ульс, впился в мои губы требовательным и жёстким поцелуем. — Или так? — спросил, проводя языком по шее, а затем прикусывая нежную кожу и удерживая меня этим непристойно-животным, нецивилизованным, но невероятно возбуждающим жестом. — Или, может, этот вариант больше тебе по нраву? — Меня подхватили за талию, приподнимая повыше, заставляя обхватить ногами узкие бёдра, а руками — широкие плечи. — Какой выбираешь?

— Все, — прошептала, задыхаясь от страсти. — Как вчера… — добавила, млея от возможности вновь почувствовать себя беззащитной и покорной в его руках. Почему-то меня больше всего заводила именно эта его власть над моим телом, противоречие ласкового и заботливого Ульса в драконьей шкуре и дикого, необузданного, властного Ульса-демона.

— У вас отличный вкус, юная леди, — похвалил он довольно. В следующее мгновение его рука сжала мою шею. — Смотри на меня. Не закрывай глаза, — приказал он внятно и чётко. — Хочу видеть, как ты чувствуешь моё тело, принимаешь его, подчиняешься. Подстраиваешься под изгибы, тянешься навстречу. Да, вот так, молодец, — хвалил он, неспешно двигаясь, чтобы я привыкла, расслабилась и начала получать удовольствие. — Умничка. Такая послушная. Мягкая. Податливая. Ты невер-р-р-роятная, Бр-р-ри. Нер-р-реальная.

Хищный рык вибрацией прокатился по венам, пробудил каждую клеточку, взбудоражил, вскипятил кровь. Я запрокинула голову, затылком упираясь в мраморную стену. Закусила губы, закрыла глаза.

— Смотри на меня! — напомнил Ульс хрипло. — Живо!

Его пальцы сильнее сжались на моей шее, заставляя подчиниться. Одурманенная, опьянённая, полубезумная, я последовала его словам, покорилась его воле, подалась навстречу.

Шальной взгляд метался по его лицу, отмечая крепко сжатые зубы и напряжённые скулы, глубокую морщинку меж тёмных бровей. А затем я заглянула в его глаза. И пропала.

Две чёрные бездны гипнотизировали, затягивали в пучину страсти. На самое донышко. Глубоко-глубоко. Туда, откуда невозможно вернуться прежней. И в одиночку.

— Моя, — удовлетворенно припечатал Ульс, когда я обмякла в его руках и ласковой кошкой обняла за шею. — Вся моя.

— Мур. Ой, то есть твоя-твоя. Буду когда-нибудь, — добавила, немного протрезвев после взрыва страсти и найдя в себе силы оторваться от коварного демона, который снова избежал разговора, задурив мне голову. — А теперь признавайся во всех грехах! — потребовала, забирая назад свою пальму первенства. Умом! Потому что тело всё ещё льнуло к любимому мужчине, который к тому же умеет доставить ему все тридцать три удовольствия и даже больше.

Ульс нарочито глубоко и шумно вздохнул, а затем стащил с меня остатки одежды и поставил под тёплые струи воды. Я вздрогнула от соприкосновения с прохладой, и он прибавил температуру. Затем неспешно выдавил из тюбика прозрачный гель и принялся меня намыливать без помощи мочалки.

— Можешь не облизываться, я больше не попадусь на эту удочку, — произнесла твёрдо.

— Я просто помогаю тебе смыть морскую соль, — мурлыкнул Ульс, тщательно и с самой похабной улыбочкой лаская мои выдающиеся особенности.

— Думаю, на груди не осталось ни грана соли, — заметила, за ехидством пряча возбуждение. Бесстыжий демон действовал на меня как самый сильный афродизиак.

— Намёк понял! — обрадовался этот нахал и переместился на порядок ниже.

— Кыш! — произнесла я… Ну ладно, простонала. И это моё «кыш» явно напоминало «да-а-а-а», очень такое протяжное и осоловело-счастливое.

— Ни за что.

— Ещё один раз, и мы поговорим, — прошептала, запрокидывая голову, чтобы ему удобнее было меня целовать.

— Как скажешь, моя принцесса. Но тогда мы переместимся в кровать и насладимся процессом сполна. До тех пор, пока ты не скажешь «Довольно!», — поставил он условие. А затем пообещал: — А ты не скажешь.

Возможно, я бы возмутилась и поспорила. Но к тому моменту его музыкальные пальцы настроили моё тело лишь на одну волну — любовно-романтическую, полностью отключив здравый смысл.

К разговору мы смогли вернуться ровно через сутки. И снова в душе. И снова не сразу. Но в этот раз я была умнее и выскочила из воды, не дожидаясь второго захода. Демонстративно щёлкнула пальцами, очищая тело магией, надела очередной тоненький халатик и скрестила руки на груди.

— Я вас внимательно слушаю, господин демон.

Ульс, конечно, пытался меня отвлечь и задобрить, перевести тему, накормить, соблазнить за завтраком, но я была непреклонна. Даже не поленилась, создала два кресла у окна, разделила их журнальным столиком для страховки.

— Итак, мы остановились на твоей выходке с фамильяром. Признаюсь, я так и не поняла, что к чему. Почему меня принял хранитель вашего рода?

— Это древняя традиция.

— Только не говори, что мы женаты, иначе я сейчас овдовею, — предупредила строго.

— Я знаю, как трепетно ты относишься к свадьбам и ко всему, что с ними связано, так что никогда бы так не поступил, — возразил Ульс, посмотрев на меня с укоризной.

— Ты мне зубы не заговаривай и не строй из себя несправедливо обиженного. Дальше рассказывай.

— Ты такая хорошенькая, когда командуешь. Тем приятнее соблазнять тебя и наслаждаться покорностью, — перевёл он разговор, загораясь этой совсем не новой идеей и наклоняясь в мою сторону.

Я махнула рукой и левитацией передвинула кресло вместе с находящимся в нём демоном до самой стены. Затем подумала и стену тоже передвинула. Чтобы было куда отправлять его при следующих инсинуациях в мой адрес.

Ну а что? Я быстро учусь! Левитация — вообще отличное заклинание.

— Итак, я тебя слушаю. И поверь, настроена серьёзно.

— Бри… — Ульс сделал попытку встать, но я швырнула в него заклинание стазиса. Не помогло, конечно, он успел защититься. Зато убедился в серьёзности моих намерений.

— Ты не коснёшься меня, пока не расскажешь всё, что мне нужно знать. Всё, что я хочу знать, — уточнила несколько поспешно.

Ульс вздохнул, а затем его фигура на мгновение дрогнула и следом исчезла. Не успела ничего сообразить, как оказалась в крепких тисках его объятий.

— Что… как? Это ты так быстро передвигаешься? — уточнила недоверчиво.

Однако гад изворотливый и не думал отвечать. Прижался горячим поцелуем к шее, опалил жарким дыханием, опьянил терпкостью кожи. Только в этот раз я была готова. И стоило только почувствовать, как тело сдаётся под бесстыжим напором демона, — моментально приняла форму водного духа и стекла прохладной водичкой на пол, чтобы вернуть человеческий облик в кресле, изначально отданном демону.

— И так будет каждый раз, — предупредила строго. — Сперва я услышу твою историю, затем верну тебе право доставлять мне удовольствие.

Соболиные брови удивлённо изогнулись, а затем я увидела на суровом мужском лице неподдельное восхищение. Так и хотелось сказать: «А ты думал!», однако я решила выдержать паузу, чтобы усилить эффект.

— Ты неподражаема, — произнёс Ульс, прижав руку к сердцу.

— Благодарю.

Мы немного помолчали. Он явно выдумывал очередные способы отвлечь меня и избежать беседы, а я всерьёз размышляла, что лучше — надавить или дождаться его решения и действовать по ситуации?

Сегодня удача мне благоволила: спустя некоторое время Ульс вздохнул и продолжил рассказ, начатый едва ли не в прошлом веке! Столько уже всего произошло!

— Я думал сперва подготовить тебя к правде, а затем…

— Умолчать о ней, задурив голову, — закончила за него, не сомневаясь в своей правоте.

— Да, — признал он. — Я не склонен к самообману. Я изначально планировал добиться твоей любви, но когда понял, что она уже и так моя…

— Ах, ах, какой собственник, посмотрите-ка на него.

— Не паясничай. Мне непросто признаваться в содеянном, потому что гордиться здесь нечем. Дар жизни не меняет суть моей расы, Бри. Демоны — создания, которые берут своё. Всегда. Несмотря ни на что и вопреки всему. Единственное, что могло меня остановить — твоё нежелание быть моей. Но его не было. Как бы ты ни прятала мысли, твоё тело, твоё поведение выдавали тебя с головой. Ты ревновала меня к девчонкам, злилась на них, на меня, на себя, теряла голову от эмоций и легко поддавалась на провокации.

— Ах ты!.. — Я задохнулась от понимания, что всё это время он нарочно издевался надо мной, чтобы убедиться в моей любви! — А нельзя было просто спросить?

— Чтобы услышать: «Прости, Ульс, мы с тобой просто друзья и я не хочу жить под водой», а затем наблюдать твой побег? Ты ежедневно повторяла себе, что мы друзья, раз по триста.

— Это ты так не подслушивал мои мысли, — вновь припомнила ему наглую ложь, которая не на шутку меня тревожила. В целом ведь Ульс был честен, но этот момент выбивался из общей картины.

— Не я подслушивал. Иайана. Она чудовищно болтлива.

— Но ведь она не имеет права выдавать тебе мои мысли! Что вообще за бессовестное вмешательство в чужую жизнь? Я её не приглашала к диалогу! И как она вообще стала моим фамильяром, если я не являюсь ни демоном, ни членом вашей семьи?

Кожей почувствовала, что мне сейчас соврут. Однако Ульс переборол это желание и решил быть честным до конца.

— Как я уже сказал Иайана — не просто фамильяр, она хранитель рода. Безоговорочно она не подчиняется никому, и сама выбирает себе… даже не хозяина…

— Подопечного, — озвучила я страшно неприятное демону слово.

— Связного, — с нажимом произнёс он.

— И это ты, — закрыла я неприятную тему, хихикая про себя. До чего мужчины в некоторых случаях предсказуемы и забавны.

— Я. Волею судьбы. Обычно хранитель выбирает самого перспективного и сильного наследника, того, кто не просто продолжит род, а достойно пронесёт знамя рода в будущее. У Иайаны выбора нет, так что ей приходится иметь дело со мной.

— Продолжай, — проговорила холодно, понимая, что мы подобрались к той самой теме, где от Ульса можно ждать любой сюрприз. Так он хочет её обойти. На всё готов. — Почему она приняла меня под своё… под свой плавник, — перефразировала на ходу известное выражение про крылышко. — И не забудь уточнить причину, по которой я должна была на тебя обидеться.

Ульс потянулся к стакану с водой, затем медленно-медленно осушил его.

Я была начеку, ожидая чего угодно, только не продолжения беседы. Однако он меня удивил:

— Поскольку демоны часто женятся по политическим соображениям, случается, что дети от законной жены не соответствуют высоким требованиям хранителя. Если подобное случается трижды, демон обязан взять вторую жену или завести гарем.

— Или и то и другое, — произнесла я, припомнив, что нечто подобное читала в одном из романов принца Дри. — У демонов наследником считается не первый ребёнок, а сильнейший.

— Да. Тот, кого принял хранитель.

— Выходит, Иайана приняла меня как одну из твоих наложниц? — поинтересовалась я, глядя в окошко, но не видя за стеклом ровным счётом ничего. Как и самого стекла.

— Бри, у меня не было другого выхода. Я не мог назвать тебя невестой из-за идиотского отбора.

— Ты мог не привязывать меня к мурене! — рявкнула я так, что в ушах зазвенело.

— Не мог, Бри. Мне нужно было защитить тебя от отца, сделать неприкосновенной. Ты просто не представляешь, на что он способен. Для него не существует слова «нет». Есть только его «хочу». Помнишь девушку, которую ты исключила в самом начале?

Я нахмурилась, вычисляя, кого он имеет в виду и почему именно её кандидатуру. По всему выходило, речь о той девице, что лишилась невинности…

— Её соблазнил Килг?! — не сомневаясь в ответе, спросила я. Глаза мои, кажется, стали размером с блюдце от кофейного сервиза.

— Он.

— Но зачем? Что это вообще такое? Это ведь не его невеста! А если бы я не приехала, он бы со всеми так поступил? — Я была не на шутку возмущена, в голове не укладывалось, что повелитель может так вести себя с подданными! — Постой. Может, она ему нравилась, и он хотел её защитить таким образом? Помочь выбыть с отбора?

— Бри, ты слишком хорошо думаешь о людях, — хмыкнул Ульс.

— Нет, милый, я пытаюсь хорошо думать о демонах, — проговорила с нажимом. — Ради тебя, между прочим.

— Рад. Приятно. Но в отношении моего отца лучше не питать иллюзий. Он делает всё, что хочет, и не собирается меняться. Он недоверчив, подозрителен и до крайности меркантилен. Жесток. И страстно любит женщин. В основном использовать.

— И как же мы будем жить с ним в одном мире? И вообще. Я уже говорила, что мне не место под водой, Ульс, — резко перешла я к теме, которую планировала отложить в долгий ящик и не доставать, пока не прижмёт. — По крайней мере, пока у меня есть возможность не влачить существование бесплотного духа.

Мысль о странном и непривычном будущем вызывала беспокойство. Я никак не могла решить, хорошо или плохо быть духом. Путешествовать по мирам — конечно, здорово, но какой в этом смысл, когда ты не можешь выйти из воды? А я хотела потоптать чужие земли ножками и не только поглазеть по сторонам, но и примерить наряды других миров, купить местных драгоценностей, интересных вещиц, попробовать необычную еду, познакомиться с новыми расами.

— О чём думаешь? — вырвал меня из магазинных фантазий Ульс. — У тебя такое блаженное выражение лица, что, учитывая контекст беседы, я подозреваю худшее.

Непонимающе нахмурилась, затем осознала, что задала безумно важный вопрос, а сама улетела мыслями в другой мир и переключилась на финтифлюшки. Видимо, эффект от инициации потихоньку сходит на нет, и я вновь становлюсь легкомысленной особой, пусть и с небольшими изменениями.

И хорошо! Лично меня всё устраивает! Быть правильной, разумной и холодной — кошмар! Не моё это, не моё. Вот превращусь в духа воды, тогда можно. Но ни мгновением раньше!

— Думаю, сегодня нужно закончить с признаниями и предварительно обговорить, как действовать дальше. У тебя было время всё обдумать, меня же поставили перед фактом по возвращении из Заозёрья. Я, признаться, слишком взбудоражена для принятия жизненно важных решений и не владею достаточной информацией о произошедших изменениях. Ещё думаю, мне нужно встретиться с папой и подругами, прийти в себя, выспаться, поесть нормальной еды и начинать тебя изводить… Ой, увлеклась. Начинать принимать твои ухаживания и извинения.

— Мне показалось, ты не особо расстроилась статусу наложницы, — заметил Ульс, цепким взглядом всматриваясь в моё лицо.

— Не расстроилась вообще. Мне без разницы, что обо мне думает мурена, даже если она древняя и мудрая. Кстати, мудрая — точно не про неё, она такая же вредная, как и ты. В любом случае, если меня что и расстраивает, так это твоя скрытность. Терпеть не могу, когда меня водят за нос. Если бы ты пришёл в Арратор, честно мне всё сообщил, я бы побежала…

— Рассказывать всё подругам, Бри. Как ты понимаешь, делиться семейными тайнами со всей аристократией Арратора я не планировал. Напомню, что это опасно прежде всего для аристократии Арратора. Не стоит проверять силу морского царя, поверь. Отец вырезал целые планеты, прежде чем осел здесь.

От его слов стало зябко. Очень. Так, что у меня едва зубы не застучали. Странно, но холод шёл не изнутри, или мне так казалось.

Я посмотрела в окно, чтобы отвлечься от нарисованных воображением картин прошлого Килга, и сглотнула.

— Там боги, — прошептала тихо-тихо, будто существовал шанс остаться неуслышанной. — Кажется, это… Ой, Ульс! Это ведь твой отец в истинном обличье и бог войны. О чём они говорят? Ты слышишь?

— Нет конечно. Думаю, нам и не стоит знать содержание их беседы.

— Да ну ты брось! Интересно ведь!

Пробкой вылетела из кресла и приникла к стеклу, разглядывая бога, который выглядел как… бог войны. Ну вот правда. Высокий, статный, мускулистый. В удобной походной одежде, с парными клинками за спиной. Длинные иссиня-чёрные волосы заплетены в боевые косы и убраны в хвост, прихваченный у талии кожаной лентой, чтобы не мешал во время сражения. И было в его стати что-то, притягивающее женский взгляд, не отпускающее. Сила. Харизма. Мощь. Не мужчина — мечта. Разумеется, если ты романтически настроенная девушка, а не противник.

Он так и просится на обложку любовной истории. Спокойный, уверенный в себе, невероятно красивый. По крайней мере в профиль. Породистое лицо. Крупные черты.

Интересно, какого цвета глаза? У богов они светятся, если те не прикрыты щитами.

Стоило только подумать, что лучшего героя для любовного романа не придумать, я бы про такого с удовольствием прочитала не одну историю, а целый цикл, как бог обернулся и подмигнул мне!

«Маирус», — представился он мысленно.

От удивления и восторга я едва не позабыла ответить тем же.

«Бриджит, можно просто Бри», — подумала, всё ещё недоверчиво хлопая глазами. В голове гулко и пусто. Я не могла поверить, что сам бог войны снизойдёт до общения с обычной девчонкой!

«Обычная!» — хмыкнул Маирус, но общение продолжать не стал, полностью переключившись на Килга, который сегодня выглядел весьма непривычно, но был вполне узнаваем.

— Он на тебя посмотрел, — неожиданно ревниво проговорил Ульс, обнимая меня за талию и заставляя перевести взгляд с бога на него. — Что-то сказал?

Невозмутимо пожала плечами и приняла равнодушный вид.

— Да.

— Бр-р-ри, — рыкнул он. — Что он тебе сказал?

— Что я необыкновенная, — ответила, стрельнув в любимого глазами.

— Тоже мне новость, — фыркнул Ульс, на мгновение прижимая к себе ещё сильнее и целуя в висок. — Ято это давно понял. Но внимание бога — это всегда плохо, особенно если этот бог — мужчина. Ты у меня слишком красивая и с уникальным характером, он явно это отметил.

«Он прав, красавица, но тебе нечего опасаться. Я добрый», — раздалось в голове.

Почувствовала, как в памяти всплывают разные мысли — непоследовательно, быстро, не по моей воле. Сообразила, что это проделки бога, и расслабилась, не препятствуя. С богами не спорят. И не думают, что взлом памяти — подтверждение отнюдь не обещанной доброты.

«Умничка, — похвалил Маирус. — Так это ты тот ребёнок, что отмечен Айоль. Не буду спорить с матерью, отпускаю тебя с миром, красавица. Или хочешь уйти со мной? Посмотришь разные миры, примеришь наряды, драгоценности…»

Голос звучал так маняще притягательно, что я на мгновение словно потеряла контроль над собой. Но сделала, как учила Серена. Впервые в жизни послушала её наставления и применила их вовремя, а не вспомнила через год, когда в тысячный раз сожалела бы о сделанном. Закусила губы изнутри и зажмурилась до белых пятен перед глазами, пока не затошнило, полностью переключилась на неприятные ощущения. И липкая паутина чужой магии ослабела, позволяя хоть немного протрезветь.

«Я уже люблю и любима. Желаю и вам найти своё счастье», — подумала максимально вежливо, хотя за этими словами крылось ещё немало разных высказываний, часть из них — совсем наглая и дерзкая. Надеюсь, он не успел их уловить.

«Успел. Успел, моя хорошая. Как не успеть?» — ехидно вопросил бог, я же вцепилась в Ульса мёртвой хваткой и с ужасом посмотрела в окно. Однако там лишь мирно плескалось море, да изредка подавали голос чайки.

«Простите меня великодушно! Молю!»

Ответом была тишина. Угрожающая. Жестокая. Нечеловечески безжалостная.

Уткнулась лбом в грудь своего любимого демона и раз за разом пыталась уговорить бога простить моё ужасное поведение, однако Маирус не отзывался, хотя находился рядом — по-прежнему было безумно холодно, настолько, что даже в жарких объятиях я стучала зубами. Впрочем, возможно, от страха.

— Ульс, кажется, я обидела бога, — прошептала, отчаявшись дозваться бога войны.

— Маирус — не кисейная барышня. Он настоящий мужчина и воин, он не обижается, а действует. Если сейчас он молчит — значит, даёт тебе время осознать своё поведение и раскаяться.

— Не очень похоже на бога войны.

— Напротив. Война — это искусство. Это философия. Религия, если тебе угодно. Маирус — один из самых умных богов, он никогда не поддаётся эмоциям, кроме тех, что связаны с боем. И он слишком джентльмен, чтобы обижать молоденьких леди, — с улыбкой закончил Ульс. — Но расслабляться в его присутствии не стоит. Женщин он обожает. В его гареме не одна тысяча красавиц, при этом он постоянно пополняется, так что предупреди подруг.

— А за меня ты не переживаешь? — спросила недовольно.

Где ревность? Что за дела вообще? Меня тут чуть бог не выкрал и не спрятал в палатах белокаменных, а кое-кто стоит здесь и в ус не дует!

— Бри, — протянул он так, словно разговаривал с дитём. — Ты можешь быть сколь угодно легкомысленной в неважных лично для тебя вещах, но во всём, что касается непосредственно твоей очаровательной особы, непреклонна и сурова. Ты свой выбор сделала, и этот выбор — я.

— Но бог красив как… бог! Не каждая девушка сможет удержаться от такого кавалера! Точнее, не захочет.

— А ты — не каждая. Ты — моя Бри.

— Но Маирус мог забрать меня без разговоров. Ему, наверное, моё согласие и не нужно, — настаивала я, потому что святая убеждённость Ульса в моей твёрдости и сдержанности удивляла. Нет, разумеется, я не собиралась бросать его ради бога войны, хоть тот и красавец, каких поискать. Он великолепен! Мечта! Мужчина с обложки! Другое дело, что моя мечта уже начала сбываться, и места для второго возлюбленного там решительно нет.

— Ни в коем случае. Только добровольное согласие. А наш бог войны — ещё и бог чести. Он никогда не опустится до того, чтобы уводить женщину своего верного слуги.

Посмотрела на него с подозрением. Очень уж странно выглядит такое знание божественных характеров.

— И откуда ты всё это знаешь? — спросила, поджав губы.

— А как ты думаешь, где живут боги? — с очаровательной улыбкой спросил Ульс.

От этой его уверенности мне стало немного легче, и я выдохнула, расслабила плечи, хоть и не успокоилась совсем.

— Здесь?

— Нет конечно. Они путешествуют по мирам, но живут в храмах, построенных в их честь; выбирают самые удобные, какие-то любят больше, какие-то меньше. В мире демонов у Маируса не просто храмы, у него огромные территории: острова, горы, леса. Он любит охотиться и рыбачить, потому демоны отдали ему почти половину мира для его развлечений.

— Ничего себе!

Ульс рассмеялся и на мгновение прижал меня к себе крепче, вдохнул аромат моих волос, погладил по спине, словно всё ещё не мог поверить, что вот она я вся. Здесь. С ним. В безопасности его объятий.

— Миры и так принадлежат ему, любовь моя. Все миры. Но только демоны добровольно отдали большую часть земель своему богу, обустроили всё для его удобства и комфорта, ежедневно возносят ему молитвы и идут в бой по первому его требованию. Разумеется, чаще всего он живёт там, где его больше всего любят и ценят.

— О, как это по-мужски, — фыркнула я, затем осознала, что бог наверняка слушает нас. Исправилась: — С другой стороны, именно вера питает богов, так что это самое разумное решение.

«Язык как помело», — хмыкнул Маирус.

Я тут же рассыпалась в извинениях, на этот раз бесконечно искренних.

«Я приму решение и сообщу. Позднее», — пообещал он и ушёл.

Сразу стало тепло и солнечно, радостно. Всё-таки присутствие бога — то ещё испытание. Даже глоток воздуха давался с трудом.

— Фух, — выдохнул Ульс и прокашлялся. — Ты как, нормально? Он не сильно тебя измотал?

— Есть немного.

— Милая, запомни самое главное правило общения с богами: нужно их бесконечно хвалить, слушать и выставлять в лучшем свете. Только так можно обезопасить себя хоть немного.

— Так вот к чему была фраза о том, что он честен и никогда не уведёт женщину своего верного слуги! — сообразила я и рассмеялась. — Ну ты хитрец!

— Не думай, что он обманулся моими словами. Скажем, с моей стороны это был намёк. На нас у богов есть планы, Бри.

И так это прозвучало, словно всё давным-давно было предрешено, и нам с Ульсом права голоса не давали.

— Я так поняла, сейчас ты мне всё и расскажешь, да? Подготовительные работы закончены.

— Нет, — огорошил Ульс. — Не сейчас.

Сказать, что я была возмущена — ничего не сказать!

— То есть ты всё это время ничего стоящего и не собирался рассказывать! — Я буквально задохнулась от возмущения. Вырвалась из объятий и охотничьей стрелой улетела подальше от источника ярости.

Чтобы не придушить Ульса, принялась за обстановку, изменения ей не помешают. Дизайнерские решения выходили странными. Чего только не выдало моё сознание — и плётки, и раскалённые угли, и котлы с кипятком в тёмных подземельях! Со временем я несколько угомонилась и обустроила шикарный деловой кабинет с книжными полками, уголком с напитками и огромным столом, куда рискнула и добавила выдуманную почтовую шкатулку. Мало ли как здесь, у богов, всё работает. Вдруг! Поглядывая на застывшего у окна демона, написала короткую записку: «Серена, это Бри» — и кинула её в внутрь, проверяя, будет ли ответ.

Ульс молчал. Несмотря на все его минусы он прекрасно знал, когда меня не следует трогать: я быстро вспыхивала, ярко горела, но запала надолго не хватало. Но сегодня, исключительно из любви к нему, я изначально не стала орать и ругаться, решила переждать вспышку, направив энергию в мирное русло.

Попыталась!

В какой-то момент даже показалось, что у меня всё получилось, но, стоило посмотреть на терпеливо ожидающего Ульса, нервы снова сдали. После короткого, но содержательного письма папуле, рассказывающего, где я была и как прошла инициация, я села за опус его величеству Килгу Великолепному. Великолепному стратегу и потрясающему гаду, вырастившему сына, который только и делает, что соблазняет невинных дев. И ладно бы при этом рассказывал секреты государственной важности! Но нет! Ни словечечка! Совершенно непростительное поведение!

Единственное, что меня спасло от отправки записки адресату — то, что текст не шёл. Я так и остановилась на фразе: «Ваш сын меня обижает!»

Затем представила выражение лица морского царя, читающего послание сразу после какого-нибудь жутко важного государственного документа и не сразу понимающего, что это и как вообще попало в его почту, усмехнулась и немного поостыла.

А по здравом размышлении подумала: может, я всё не так поняла, он не договорил и сейчас всё мне подробно расскажет?

Свежо предание, но верится с трудом. Однако или мы научимся договариваться или я его придушу, не дойдя до храма, что будет весьма прискорбно, ведь между занятиями любовью и ссорами я продумала и фасон свадебного платья, и цветовую гамму, и предварительный список гостей. Грандиозное бы вышло мероприятие!

— Продолжай, — велела выжидающему демону и даже любезно создала для него удобное кресло. И через мгновение убрала из него шипы. Это случайность! Я не хотела! Сама не знаю, откуда они вылезли.

Ульс подошёл к столу, хмыкнул, увидев содержание неотправленной записки, а затем молниеносно схватил тонкий листок, закинул в шкатулку, вывел руну адресата.

— С ума сошёл? — возмутилась я не на шутку. — Я не планировала её отправлять!

— Эта записка его точно заставит улыбнуться.

Если бы взглядом можно было убивать, мужчина передо мной сейчас рассыпался бы пеплом.

— У меня заканчивается терпение, Ульс. Я очень стараюсь быть взрослой и разумной, но мне хочется топать ногами и истерично верещать — вот такое у меня сейчас состояние. Хватит играть в игры, — попросила немного раздражённо, зато честно. Демоны ведь любят честность. Жаль, только по отношению к себе. Сами это замечательное качество настолько ценят, что запирают в родовых сокровищницах и не используют. Или достают по большим праздникам. Раз в столетие!

— Скажем так: до того, как увидел встречу отца с богом, я был уверен, что разгадал его намерения и всё отлично продумал. Я многое подготовил в твоё отсутствие, подстраховался: защитил твою родню, подруг, которые могли попасть под удар, даже жемчужниц пристроил и обеспечил всем необходимым, чтобы у тебя не осталось незакрытых долгов. Оставалось лишь дождаться твоего возвращения и узнать, каким ты видишь наше совместное будущее, учитывая все обстоятельства. Весьма непростые. Я ведь не могу принять столь важное решение единолично, точнее, могу, конечно, но мне важно, чтобы ты была счастлива, Бри.

Ульс говорил так открыто и искренне, что я моментально раскаялась из-за своего поведения.

Знаю ведь, что он всегда думает обо мне в первую очередь! И почему я вечно на него обижаюсь? Не слушаю до конца, перебиваю, а затем сама страдаю.

— Это приятно, но тут видишь, какое дело: ято не готова к этому разговору. Мне нужно время, чтобы прийти в себя и продумать, чего я хочу. С учётом обстоятельств, которые ты упомянул. Я всегда была уверена, что у нас нет ни единого шанса быть вместе и я выйду замуж за того, за кого велит папа.

— Считай, что я — его кандидатура, — с готовностью произнёс Ульс и подмигнул. — Я понимаю, милая. Всё понимаю. Но позволь, прежде чем я всё-всё-всё тебе расскажу, сделать паузу. Она нужна и тебе и мне. Я разведаю обстановку и основательно разберусь в ситуации, ты — поговоришь с девочками, побудешь с родителями.

Он резко оборвал свою речь, и отчего-то мне показалось, что там не хватало слова «напоследок».

— Ты хочешь, чтобы мы покинули этот мир? Он ведь нам родной. Здесь наши друзья, — спросила тихо и немного грустно. Показалось, это единственный доступный вариант, и именно на нём остановился Ульс.

— Мне необходимо узнать о договорённостях отца с Маирусом, Бри. Без этого никак. Они неспроста пришли на остров: хотели, чтобы мы их увидели, провоцировали. Не исключаю, что это была своеобразная ловушка, чтобы мы действовали так, как они решили. В любом случае, Бри, я тебе обещаю, что не исключу тебя из обсуждения нашего совместного будущего и приложу все усилия, чтобы ты была счастлива и жила так, как тебе хочется. Насколько это возможно в нашей ситуации.

— Я бы хотела жить в Арраторе, чтобы видеться с моими девочками. И с папой расставаться не хочу, мы очень близки. И мой лучший друг — не смотри так грозно, это друг детства и муж Серены — тоже здесь. Если есть возможность остаться в этом мире, я соглашусь даже страдать под водой, — зажмурившись, приняла судьбоносное решение. — А что думал ты?

— У меня много идей — от путешествий по другим мирам до момента, когда ты захочешь остепениться и завести детишек, до организации международной академии наук на земле Арратора, — с тяжёлым вздохом признался Ульс. — Последнее — на самый крайний случай. Признаться, не хотелось бы.

— Но ради меня ты готов, да? — проговорила я, не в состоянии скрыть, насколько счастлива это слышать.

— Признаний не будет, — неожиданно упёрся он. — Я рассуждал логически. Рано или поздно ты захочешь детей, и им потребуется нормальный дом. Безопасный.

Я сглотнула. В отличие от подруг, я не жажду обзаводиться детишками сразу после замужества. Мне повезло — я не давала никаких обещаний богам в этом плане, так что можно и потянуть. Радостно слышать, что Ульс тоже не торопится. У всех моих подруг были полноценные романы с ухаживаниями, они вдоволь насладились отношениями. Мы же с Ульсом были всего этого лишены, и лично я планировала восполнить всё: и свидания, и поцелуи под луной, и спонтанные любовные игры, и всё то, о чём пишут в любовных романах, но стесняются озвучить вживую.

Совесть напомнила, что я — единственная наследница и надежда рода. Если родители не заведут ещё ребёнка — а вероятность заставить мою стрекозу-мамулю осесть в родовом поместье практически нулевая, — придётся рожать, притом не одного.

А кто, интересно, у нас будет?

— Ульс! — выдохнула я в ужасе. — Но ведь если я рожу демона, твой отец его убьёт!

Глава 32. Я не понимаю намёков

Иайана — крайне невоспитанное создание, даром что многотысячелетнее. И я в очередной раз убедилась в этом. Внезапно.

Я так переволновалась во время разговора о детях, что обстановка шикарного восточного дворца пропала — мы оказались в скромном домишке с одной-единственной кроватью, накрытой лоскутным одеялом. Из-за этого я не сразу сообразила, что ответил мне не любимый мужчина, а наглая мурена, хранительница рода и лучшая выносительница мозга.

— Твои дети будут демонами, бестолочь, — ехидно сообщила Иайана. — Все дети. Любые. В тебе и самой есть десятая часть их крови, потому ты такая бедовая.

— Это и хорошо, горжусь своей десятой частью, — проговорила спокойно. — Ты мне другое скажи: что делать с детьми, как быть? В ближайшее время я не собираюсь, но на будущее ты можешь предложить решение? Подсказать? Ты ведь хранительница рода и наверняка видишь, что наши с Ульсом дети будут особенными.

— И скромными. В мать, — съехидничала Иайана.

— И в хранительницу рода тоже, — польстила я немного.

Разговор с муреной впервые заставил улыбнуться. Наверное, со стороны это выглядело странно, ведь я только что озвучила предположение, что Килг убьёт собственных внуков, а уже улыбаюсь. Бедный Ульс.

— А он всё слышит, — сдала его коварная рыбина. — Ты привязана ко мне через него, так что полный мужской контроль, золотко, если мы беседуем при нём.

Бросила хмурый взгляд на демона, который олицетворял собой святую невинность. Глазками похлопал, ручками в стороны развёл. Сама честность.

Гад бесстыжий! Сформулировал признание так, что я поверила, будто это мурена ему всё доложила, а сам, выходит, слушает наши беседы в режиме реального времени. Молодец, конечно. Хвалю. Я бы тоже так делала.

— Когда мы в контакте, твои мысли слышны полностью, а не только те, что ты планируешь озвучить адресно. Я бы на твоём месте научилась концентрироваться на телепатической беседе и не выдавать себя лишними мыслями. Если дойдёте до храма и поженитесь, требуй с него признание твоего статуса.

— Но, если мы поженимся, я и так стану его женой.

— Статус в мире демонов — это нечто иное. Жёны могут быть разные, нелюбимые в том числе. Любимых женщин удостаивают статуса члена рода. Тогда мы сможем общаться без мужского взгляда, и я научу тебя… многому.

О, а это, кажется, шпилька в бок моего демона. И Ульс явно недоволен — думает, мы, девочки, споёмся за его спиной. А мы споёмся!

— Иайана, — раздался голос Ульса, но звучал он ещё более раскатисто и гулко, чем обычно. Угрожает.

— Не слушай его, милая, — игнорируя надсмотрщика, проговорила мурена. — Мужчины его рода не любят делиться планами, всё скрывают, путают следы и смыслы, так что мы должны держаться вместе. А я тебе всё расскажу! — купила она меня с потрохами единственной фразой. Но следующая и вовсе сделала меня её соучастницей и подругой на веки вечные: — И как заставить Килга без ума полюбить внуков, тоже.

— Договорились! — быстро подтвердила я, выделив часть личной силы для магического договора, чтобы нам никто не успел помешать, а сама мурена — смухлевать. — Выйду замуж, только если он даст мне статус рода. До замужества! — Я сверкнула глазами в хитрого демона, который наверняка умудрился бы что-нибудь напутать, лишь бы и дальше контролировать наши разговоры с муреночкой.

Кто бы мог подумать, что мы подружимся!

— Иайана, выходит, у нас есть все шансы жить нормальной жизнью, не опасаясь Килга и его… ну… — Боялась даже подбирать слово под присмотром двух надсмотрщиков. До чего неприятно, когда читают твои мысли!

— Да поняла я, поняла, что ты имеешь в виду. Пока ты не замужем и не дала клятву верности роду, мы не можем тебе ничего рассказать, милая. Так заведено. Сперва вступаешь в род, выходишь замуж, а потом можешь меня расспрашивать о чём угодно! Я обожаю детишек, в них столько силы! Ты даже не представляешь, на что способны демонята! Они такие лапочки!

— Мне уже бояться? — насторожилась я не на шутку.

— Нет, что ты! У тебя ведь есть я, — гордо произнесла Иайана. — Я буду забирать всю лишнюю энергию, и ты будешь воспитывать вполне обычных детей. Может, чуть более непоседливых и кровожадных. Может, повезёт и они пойдут в Ульса и его мать. О! Надеюсь, у тебя в роду нет огневиков? — спросила она, затем на мгновение замолчала. — Есть. Ну надо же, твои предки были весёлыми господами, кровушка у тебя занятная. Ну ладно, огонь — это немного неприятно, но не смертельно. Иногда. Мы разберёмся, не волнуйся. Огненные демоны самые сильные и опасные, так что дедушка Килг будет от них без ума! — Иайана зловеще расхохоталась, явно представляя, что внучата могут сотворить с дворцом любимого дедушки.

Я беспомощно посмотрела на Ульса, но тот, шокированный коварным женским сговором и откровениями хранительницы, делал каменный вид и морально не помогал.

— Мы не торопимся с детьми, — на всякий случай сообщила я мурене. И Ульсу заодно. Мало ли, вдруг он думает, что я говорю одно, а втайне замышляю обратное. Мужчины часто не доверяют женщинам в детском вопросе.

— Поставить тебе печать, чтобы ты гарантированно не торопилась? — с очень ехидными интонациями предложила Иайана, и я почувствовала, как в районе живота вырисовывается магическая руна, хотя не успела ничего подумать в ответ.

— Придушу, — рыкнул Ульс.

— Попробуй, — хмыкнула Иайана, а затем вновь обратилась ко мне: — Я пока сбегу, но ты ни о чём не беспокойся, девочка моя, эти демоны не тронут ни тебя, ни твоих детей и будут делать всё, чтобы ты была довольна и счастлива. Даже не сомневайся. Но расскажу всё после свадьбы! И помни: подругам ни слова про демонов и всё то, что тебе так хочется рассказать. Если будет сложно — зови меня, помогу и подскажу.

Она исчезла столь же внезапно, что и появилась. В голове воцарилась пустота. В душе — смятение. Не знаю, что и думать. Иайана и успокоила, и смутила, закружила-завертела, огорошила и, казалось, оболванила тоже.

— Она столь явно заманивает меня выйти за тебя замуж, что… — начала я неуверенно, подняв глаза на Ульса.

— Интуиция тебя не обманывает. Я тоже пытаюсь понять, зачем это нужно ей или отцу. К чему такая спешка? И ведь печать на тебя повесила, паршивка. Её может снять только она, к слову.

— Шантаж? — предположила, пытаясь осознать услышанное. Нет, я, конечно, действительно пока не хочу детей, но зависеть в этом вопросе от мурены — уже перебор.

— Нет. Иайана, хоть и создание Хаоса, до подобного не опускается. Она явно что-то задумала. Не могу понять что. На чьей стороне играет? Отца? Или нашей? Может, действительно радуется первой женщине за многие столетия?

— Жаль, что мы не на одной стороне, — проговорила я несчастно. — Было бы проще и спокойнее.

— Не верю, что это тебя действительно расстраивает, — хмыкнул Ульс.

— Не это. Она запретила мне рассказывать вообще всё! Совсем! Но как же мне общаться с девочками? Понятно, у нас есть друг от друга секреты, но не личные!

— Вот и рассказывай им про меня. Про то, как я в тебя влюблён, как балую тебя…

— Чем это? — фыркнула, вспомнив, как кое-кто с утра не давал мне выбраться из-под одеяла и поесть. Я едва не умерла от голода!

— Дарю Жемчужные замки, плантации жемчужниц, привожу тебя в разные красивые места, волшебные, даже сказочные!

Коварный демонюка подхватил меня на руки и понёс в кровать, которая, противореча всем законам, увеличивалась, пока не превратилась в поистине царское ложе.

— Ну ладно, согласна, — пробормотала я, имея в виду совсем не баловство. Воспоминания о страсти любимого демона воспламенили кровь и настроили на игривый лад. Однако я вспомнила о решении выбраться из этой шикарной ловушки в Арратор и добавила: — Но потом сразу в королевский дворец.

Как по заказу подала сигнал почтовая шкатулка, о которой я и думать забыла, но нам было уже не до неё. Много позже, кое-как отбившись от сластолюбивого демона, я забрала письмо и маленький, но такой нужный и своевременный подарок предусмотрительной подруги — телепорт.

Серена разделила письмо на блоки и выделила подчёркиванием тему и важность каждого, если вдруг я ограничена во времени и не могу прочитать сразу всё. Умничка наша. Не подруга — золото.

И я прочитала самое важное. Для меня. Из конца списка. Серена вечно сперва о делах и политике, но у меня другие ценности.

Мира встречается со старшим де Вилем и отказывается выходить замуж без меня. Вот это новость! Всем новостям новость!

Счастье подруги, у которой почти не было шансов раскрыть свою женственность и найти любимого, — вот что самое главное! А не сводка о расстановке сил в мире.

Прижала письмо к груди, посмотрела на возлежащего на постели Ульса, не понимая, отчего его фигура кажется такой расплывчатой и странной.

— Всё хорошо? — уточнил он, не до конца понимая мои чувства.

— Всё прекрасно! Более чем прекрасно! — выдохнула я, шмыгнув носом. — И не смотри на меня так, от радости можно и всплакнуть. Хотя я ещё не дочитала письмо, может, в нём есть повод и всерьёз разрыдаться.

Уткнулась в текст.

Корделия с Робертом уже переехали в Крадор и установили в дворцовом саду мою статую в благодарность за спасение жизни новой правительницы целого мира. Приятно, однако. Непременно нужно их навестить и посмотреть, насколько величественно и красиво я смотрюсь.

Полин родила второго сына и через неделю ждёт всех в гости.

Половина девочек повыходила замуж за неизвестных мне парней, в очередной раз подтвердив, что в академии Сантор есть какое-то проклятье, не позволяющее юным леди её оканчивать. Исключение существует только для ведьм.

— Нет, ну что за наглость? Могли бы и меня подождать! Ян, Ян, Ян… — приговаривала я, пытаясь вспомнить, откуда мне известно это имя. — Что-то знакомое. А! Да это тот хитрец-учёный, по которому все девочки в Тёмных землях с ума сходили!

— И ты? — тут же оживился Ульс.

— Нет, я в полевой практике не участвовала и парня этого видела вообще мимоходом, во дворце кадтангов. Это наши некроманточки с ним путешествовали и… я уже не помню, что-то связанное с артефактом, что ли? Да, точно, он нашёл артефакт, вызывающий в девушках неоднозначные чувства. Фредди и без артефакта какое-то время по нему сохла, но надолго её не хватило. Ну надо же, наша Катарина его окрутила. Она зельевар, не такой способный, как Мира, но всё же. Забавно.

— Что ещё пишет Серена? — полюбопытствовал Ульс, окончательно смирившись, что я уже одной ногой в Арраторе и к нему под одеяло не вернусь.

— Фредерика встречается с Дэйнором — это брат нашей Корделии, он, как и ты, обожает артефакты, но специализируется на механизмах. Фредди мужественно не выходит за него, учится в Санторе и пытается разобраться, почему за всё существование академии Сантор ни одна молодая девушка её не окончила. Дэйнор всячески пытается пополнить ею печальную статистику недоучившихся. Забавно, да?

— Ответ на вопрос лежит на поверхности, Бри, — хмыкнул Ульс. — В академии Сантор учатся аристократы, которых родители изо всех сил сталкивают лбами и таким образом знакомят. Думаю, не ошибусь, если предположу, что с каждым последующим курсом студентам дают всё больше возможности оставаться наедине. На первом курсе вы просто учитесь, на втором у вас начинаются полевые практики с совместными выездами, но под присмотром кураторов, а с третьего-четвёртого курса и парней и девушек наверняка отправляют на практику в другие миры или просто на задания. Не исключено, что с ночёвками.

— А на пятом что? Выдают пропуск в женское общежитие?

Я была настроена скептически, однако, кажется, Ульс попал точно в цель.

Кори, к примеру, вообще отправили на задание в академию, где учились практически одни мужчины. Какие были шансы у красавицы-блондинки с нежным, словно написанным художником лицом не привлечь мужское внимание? Да она шагу ступить не успела, как встретила своего Роберта. Если я не ошибаюсь, она говорила, что выпала на него из кареты, когда та дёрнулась. То есть Кори обзавелась мужчиной, не успев поступив в академию.

А отношения Таяны и Райдена? Первая же полевая практика закончилась обязательствами перед богиней смерти. Бедная Таянушка должна выдать замуж троих дочерей за тех мужчин, на которых укажет Мори. Ну ладно, Таяна — это Таяна, особый случай, она только радуется такой крёстной матери. Но любая другая точно была бы в ужасе от подобной перспективы.

Там же познакомились Майя и Анд. Сейчас она беременна и ждёт первенца. К слову, Яна наши некромантки привели с той же полевой практики и познакомили со всеми. И Катарина не упустила возможности обзавестись умным и талантливым артефактором.

— Возможно, ты прав, — произнесла я задумчиво. — Молодым людям ведь только дай волю, они сразу схватят красавицу в охапку и утащат на край света.

— Я совсем не понимаю намёков! — ухмыльнулся Ульс.

— Всё ты понимаешь. Я хочу увидеть родителей и моих девочек, а ты давай иди к отцу и решай все необходимые вопросы. И помни: муренушка мне ВСЁ расскажет! В твоих интересах сделать это первым. И это не намёк, я прямо говорю.

Первое расставание далось непросто. Мы не могли оторваться друг от друга, наглядеться друг на друга. Но я понимала, что решение проблем не стоит откладывать в долгий ящик. Да и Серена писала много чего интересного, только я не стала читать всё внимательно, чтобы мысленно не проболтаться любимому демону. Сперва мне нужно получить совет папы. Ведь моя новая жизнь будет полна приключений и тайн, а тайны я хранить не умею совсем. И это настоящая катастрофа.

Глава 33. Благословение отца и долгожданная встреча

Поскольку я решила быть дамой ответственной и взрослой, сперва отправила Серене сообщение, что загляну к отцу в Жемчужный замок, проверю, всё ли там хорошо после моей инициации, мало ли, а затем сообщу о визите во дворец. И только потом активировала телепорт под укоризненным взглядом Ульса, который очень активно проявлял недовольство из-за того, что я не далась в объятия.

А потому что я прекрасно знаю, чем это закончится! Мы так с этого острова никогда не выберемся!

Отца я нашла в бывшем кабинете Килга. Вошла на цыпочках, посмотрела на расслабленную, спящую прямо в кресле фигуру. На огромном рабочем столе лежала моя записка.

Бедный папочка! Может, он так мирно и спокойно спит впервые с момента моего исчезновения. Виски совсем седые, а ведь он ещё совсем молодой, даже первую сотню не разменял. И тёмные круги под глазами. Я не дочь, я катастрофа…

Очень хотелось подбежать и обнять, прижаться к самому близкому и родному человеку, но я лишь смотрела на папу и молча заливала слезами тёмно-синий ковёр.

Только сейчас до меня по-настоящему дошло, что испытывал он, когда исчезла единственная, любимая, если не сказать: обожаемая дочь. Да папа надышаться на меня не мог! Во многом благодаря ему я выросла такой самоуверенной и немного избалованной. Самую чуточку.

Тихонько звякнула почтовая шкатулка, и папа открыл глаза, машинально протягивая руку в её сторону. Возможно, ждал от меня весточки.

— А я… лично решила, — шмыгнув носом, пробормотала, стараясь не шаркать от смущения ножкой. Слёзы лились и лились и, кажется, не собирались останавливаться. — Хватит писем, да?

— Бри!

Папу словно подменили. Только что в кресле спал уставший, измученный мужчина средних лет, а сейчас ко мне летит настоящий боевой маг, глава рода и мой родной папулечка с явным намерением раздавить в объятиях.

Кинулась ему навстречу, прижалась крепко, больно уткнувшись носом в пуговицу. Но это неважно. Ничто не было таким важным, как то, что папа рядом, с ним всё хорошо, я жива-здорова, мы вместе.

Объятия не были долгими. Отец быстро вспомнил, что так вести себя не полагается, а потому отстранился, удерживая меня за плечи и внимательно разглядывая.

— Что-нибудь случилось из того, что я должен знать? Ты вернулась домой или?..

— У меня всё хорошо, пап. Инициация, по моим ощущениям, длилась не так долго, как я отсутствовала. Но я всё равно успела по тебе соскучиться! — добавила с улыбкой. Отец молчал, побуждая продолжить, и руки не убирал. Будто привыкал к мысли, что его дочурка дома, целая и невредимая. — Я там немного не справилась, поэтому мне помогли Килг и мурена, которая… Э-э-э. А Ульс тебе рассказал про некоторые их особенности? — От наплыва эмоций плохо соображала и не могла вот так сразу вспомнить содержание своих писем, особенно тех, что успела отправить из-под воды контрабандой.

— Да, он сообщил, что они демоны, — без толики недовольства или смущения ответил отец.

— Иайана — хранительница их рода. Мы все связаны ментально. В общем, они с Килгом как-то ко мне пробились, то ли вместе, то ли по очереди, я там была в таком невменяемом состоянии, что до конца не разобралась.

— Страшно было?

— Больно, папа. Правда, очень больно. И одиноко. Но больше всего — непонятно.

— Я тысячу раз себя проклял за то, что не дал тебе прочитать семейные хроники и записи основателя рода, — с тяжёлым вздохом признался отец. — Но кто же знал, что ты… Хотя о чём я? Я был уверен, что ты попытаешься инициироваться, именно потому перенёс все сведения в твой нелюбимый деревенский домик.

Так вот где он прятал самые интересные книги!

Шило в неприличном месте тут же зашевелилось, призывая немедленно переместиться в унылый городишко на отшибе цивилизации. Никогда не могла понять, зачем нам там особняк — хотя нет, не особняк, а скорее домишко, — и почему отец каждое лето рвётся туда, оправдываясь рыбалкой и охотой. Видимо, просматривал нужные сведения, пока я бегала по полям и лугам, собирая цветы и играя с деревенскими в прятки и жутики.

— Внезапно одолела тяга к деревенской жизни, — немного манерно произнесла я, копируя интонации мамули.

Отец расхохотался. Звонко. Радостно. Выплёскивая накопившееся напряжение.

— Все книги уже в доме, но, думаю, тебе есть чем заняться, так что чтение можно отложить на потом. Кстати, я заказал все ужасные книги твоего любимого автора, он написал целых пять штук этого… непотребства. Какой кошмар, дочь! Не думал, что ты читаешь такое! — с возмущением произнёс отец.

Но заказал! Сердце затрепетало от любви к заботливому и самому лучшему в мире папуле! Жаль только, ознакомился с содержимым. С другой стороны, я уже большая девочка, при женихе, так что могу держаться чуть более уверенно даже с папой. Тем более он меня любит и всё равно простит!

— Думаю, беседа о литературе не столь важна, как моё будущее, — произнесла я, изо всех сил стараясь не краснеть. — Лучше скажи, что мне делать с подругами? Я не умею врать и более того, я не хочу врать именно им. Но Ульс категоричен в данном вопросе, а наша мурена-хранительница всегда на связи и контролирует процесс.

— Милая, — вздохнул папа и, наконец, отпустил меня, жестом пригласив занять удобное мне место, сам же вернулся в любимое кресло. — У нашей семьи достаточно секретов, которые ты не выдаёшь, верно?

— Да.

— Считай, что Ульс и Килг — тоже твоя семья, и их секреты не менее важны, чем наши.

— То есть ты уже смирился, что дочь выйдет замуж за демона? — задала я вопрос, который в глубине души меня очень волновал.

— Я желаю лишь одного — чтобы ты была счастлива, дочь. Знаешь, сколько я получил предложений руки и сердца после твоего первого бала?

— Семь или восемь. — Я честно попыталась вспомнить о том, что когда-то представляло для меня невероятную ценность, но так и не смогла. Это был прожитый этап, и ненужная информация словно стёрлась из памяти.

— Больше сорока в первый месяц. Едва ли не все мужчины Арратора с ума по тебе сходили.

— Сколько?

Я выпучила глаза и недоверчиво похлопала ресницами, пытаясь осознать масштаб произошедшего. Не уверена, что такое вообще когда-либо случалось.

— Ты всё услышала верно. А когда ты перевелась из Королевской Академии Магии в Сантор, я и вовсе перестал считать. Если хочешь, могу поднять архив и отдать тебе коробку с письмами.

— И ты все предложения отверг? — всё ещё переваривая услышанное прошептала я едва слышно.

— Я написал, что моя дочь принимает столь важные решения для своего будущего самостоятельно и только после окончания академии, — сдержанно, но при этом ужасно важно проговорил папа.

— А мне ты говорил, что я выйду замуж за того, кого выберешь ты! — От волнения я даже повысила голос, за что тут же удостоилась хмурого взгляда и присмирела.

— Милая, я слишком хорошо тебя знаю и, честно сказать, даже не удивился, узнав, что твой Ульс — демон. Я был готов к любому повороту событий: повелитель драконов, император архов… Я бы даже глазом не моргнул, если бы ты захотела стать королевой Зармы и велела расформировать гарем. Тебе любое сумасше… любая задача по плечу, — закончил отец немного скомкано и поспешно.

— То есть ты одобряешь? — проявила я настойчивость, делая вид, что не заметила оговорку.

— Скажу честно: нет в этом мире достойного моей дочери мужчины. И даже то, что демоны пришли из другого мира, не делает их особенными. Но ты любишь его, он — тебя, его чувства прошли проверку временем и твоей инициацией… — Отец вздрогнул от воспоминаний. — Всё будет хорошо. Моё благословение у вас есть. Мне главное, Бри, чтобы ты была счастлива. Всё остальное второстепенно.

— А то, что у нас, возможно, не будет детей? — спросила ещё тише прежнего.

Отец тут же превратился в хищное и целеустремлённое создание. Скулы заострились, взгляд стал острее, пронзительнее. В воздухе повисло напряжение.

— Почему? — кратко вопросил он.

— Потому что Килг не терпит конкуренции, папа. В мире демонов всё устроено по-другому, и там они могут сосуществовать друг с другом, но в любом случае сыновья — это помощь и поддержка отцу лишь до определённого этапа, затем они превращаются в угрозу. Я сама не до конца понимаю, но то, что Ульс выжил и остался при Килге — удивительный дар моего, э, жениха. К сожалению, этот дар детям может не перейти.

— Я говорил с Килгом и, ты знаешь, он произвёл впечатление хорошего, любящего и заботливого отца. Одно то, что он вытащил тебя из Источника во время инициации, говорит о многом. Вы точно не ошибаетесь? Знаешь, иногда дети неправильно оценивают поступки родителей, поскольку не знают контекста или воспринимают через призму чужих суждений. Детишки впечатлительные.

В душе всколыхнулась надежда. Но затем я вспомнила, что это общеизвестный среди подводных жителей факт, и она вновь померкла. Но не окончательно! Ведь Иайана обещала выдать какой-то секрет и спасти наших будущих потомков.

— Пока я не разберусь во всех хитросплетениях уклада демонов, внуков не будет, — проговорила я твёрдо. — Иайана, надеюсь, поможет с решением данного вопроса, потому что Ульса разговорить я никак не могу. Он отвлекает меня, меняет тему разговора, в общем, делает всё для того, чтобы я ничего не узнала.

— Могу предположить, что он бережёт твои нервы и позволяет перестроиться организму без дополнительной нагрузки, но думаю, это скорее в духе их расы.

— И я так думаю.

Мы проговорили остаток дня и полночи, и я, кажется, заснула прямо в кабинете, как только доела поздний ужин, который нам подали.

Проснулась, конечно, в своей спальне. Той, что когда-то выбрал для меня Ульс. С наслаждением поплавала в бассейне, позавтракала и отправилась прямиком во дворец, где меня ждала Серена. И не только она!

— Бриджит! — завопила Таяна так громко, что на неё тут же зашикали. Я и пикнуть не успела, как меня схватили в объятия, сжали до хруста, с чувством поцеловали в щёку. — Наконец-то! А вы не цыкайте мне здесь, все дети с няньками да папками, никого не разбужу. Остальные уже привыкли, мы третий день здесь.

— Девочки! Как я рада вас видеть! От всей души благодарю, что вы нашли время и возможность встретиться со мной, — произнесла я, с улыбкой оглядывая (не)красавиц академии Сантор.

— Скажешь тоже! — фыркнула Таяна, обнимая меня за талию и подталкивая к остальным. — А вы чего сидите, словно призрака увидели? Давайте выражайте радость! Год рыдали, теперь эмоций не хватает?

Я посмотрела на нашу шебутную некромантку. Вот уж кто не изменяет себе.

— Мы обескуражены неожиданно вежливым поведением Бри, — проговорила Кори, поднимаясь из-за стола. — На мгновение подумала, что тебя подменили.

Она обняла меня бережно и нежно, так, словно опасалась повредить. Я не успела осознать, отчего она столь заботливая и деликатная, — поймала видение будущего наших детей.

— Ой, ну надо же, — протянула я довольно, на мгновение прижимая руку к её животу. Фрагменты совместного счастливого будущего всегда вселяли в меня веру в то, что всё будет отлично, и позволяли сохранять позитив.

— Что-то увидела? — тут же оживилась подруга, схватив меня за плечи и впившись взглядом. — Породнимся?

— Ничего не скажу, пока рано, — решила я поддразнить любопытную Корделию, но сама же и не выдержала: — Да! Мой сын умыкнёт твою младшую дочь в другой мир! Роберт будет топать ногами и снесёт мою статую — кстати, она чудесная, спасибо, — но в итоге все помирятся. Ну надо же, какое приключение! Даже интереснее наших! Видимо, детки пойдут в своих чудесных мамочек! — заявила я с чувством и подмигнула подругам. — А сейчас ты беременна сыном, кстати. Очень ответственно с твоей стороны. Я вообще всем рекомендую начинать с мальчишек, чтобы девочкам потом было за кого замуж выходить!

— Я думала, мальчишки — это наследники, и ты заботишься о сохранении власти в Крадоре, — призналась Серена, покраснев. Я же говорю: она всегда сперва о делах, а я — о любви и счастье!

И как-то разом царившее напряжение истончилось, лопнуло. Девочки обнимали меня, целовали, рассматривали, наперебой пытались рассказать об интересных событиях, расспросить, потрогать, и я с удивлением поняла, что они действительно были не до конца уверены, что к ним пришла я. Вот недоверчивые! Одна-единственная фраза, сдуру ляпнутая по этикету, и тебя не признают самые близкие подруги!

А я всегда говорила, что этикет — зло!

Мы умудрились расколотить несколько чашек, пока пили чай — с такой силой ставили хрупкий фарфор на блюдца, и, только выплеснув эмоции и очистив одежду, немного угомонились.

— Бри, фифа оставила для тебя записку, — произнесла Серена, передав мне сложенный вчетверо лист бумаги. — Она просила не искать её, чтобы их с ребёнком не обнаружил Килг. Срок был совсем маленький, но я подлечила её и… Ты знаешь, какой расы Килг?

Та-та-да-дам!

Я вспомнила, как фифа Лин Акройд рассказывала, что она не могла иметь детей, потому удивилась и обрадовалась воздействию на неё морского царя. Понять бы, знает ли Серена о главной тайне подводного мира? Лин могла ей рассказать, а могла промолчать. С другой стороны, наша принцесса — один из лучших лекарей современности, она и сама могла разобраться, что к чему. Или это невозможно? Она сказала: срок слишком маленький. А я вообще не знаю, в какую сторону свидетельствует эта фраза, я ведь про беременность ничего не знаю. Меня всегда интересовало, что происходит для беременности, а не во время.

До чего неприятно скрывать правду от друзей!

— А ты? — ответила я вопросом на вопрос, хотя терпеть не могу, когда так делают другие.

— Да, — тихо ответила Серена. — Мы понимаем, что тебе наверняка запретили раскрывать тайны их семьи, потому провели собственное расследование, раскопав в архивах все доступные сведения о демонах.

— Ты говоришь таким несчастным голосом, будто уже попрощалась со мной, — произнесла я нарочито весёлым тоном. — Всё будет хорошо, девочки! У нас по-другому не бывает!

Я вспомнила видение о будущем дочери Корделии. Такая красивая девушка, умная, с криминальным даром Кори и сильнейшим даром льда Роберта. Конечно, она не сможет сидеть в закрытом мире. Крадор — сокровищница, которую слишком долго охраняли ретрограды, не пуская туда цивилизацию, а молодёжь любит всё новое и интересное. Я почти уверена, что она первой сбежала из дома и где-то познакомилась с моим будущим отпрыском, а тот уже не упустил возможности и завоевал сердце талантливой и прекрасной, словно Кори, девушки.

— Ну, — Серена глубоко вздохнула и посмотрела на остальных.

— Ян сказал, что демоны-артефакторы — уникальное явление, — медленно, словно подготавливая меня к неприятной информации, произнесла Катарина. В письме Серена сообщала, что именно ей удалось окрутить талантливейшего артефактора и боевого мага. Ян был тем ещё заучкой и обладал поистине энциклопедическими знаниями обо всём на свете, так что никого не удивляли его познания о демонах, и то, что она говорит от его лица.

— И? Продолжай, я выдержу.

Не выношу, когда долго тянут с гадостями. Лучше быстро их услышать, покрутить в уме в поиске вариантов решения настигнувших без предупреждения проблем, а затем распрощаться.

— Артефакторика — сложная наука, которая даётся лишь тем, в ком есть хоть крохи магии жизни. У демонов этот дар на вес золота, — продолжала тянуть Катарина, и Таяна не выдержала, перебила:

— В общем, Бри, если коротко: в мире демонов такие экземпляры рождаются раз в тысячелетие, если не реже, и только они, эти носители уникальной для демонов магии жизни, могут претендовать на чёрный трон.

— Почему чёрный? — удивилась Кори.

— Да я же откуда знаю? — огрызнулась Таяна. — К слову пришлось. Кроваво-красный. Вишнёвый. Платиновый. Кто там знает, что у них в моде?

— И мы подозреваем, что именно поэтому Килг сохранил жизнь твоему мужчине, — с круглыми от испуга карими глазами произнесла красавица Полин.

Я подошла к окну. После возвращения из-под воды всё никак не могу надышаться наполненным различными ароматами воздухом, налюбоваться цветущими садами, наслушаться пением птиц. Успокоиться.

Итак, вот и ответ, почему Килг сохранил жизнь Фаульсу, почему позволил себе полюбить его, почему держит рядом, обучает и не ломает, позволяя формироваться его характеру. Почему вытащил меня из Источника, не позволив утонуть в нём или уйти за Грань. Он оберегает будущего правителя мира демонов и даёт ему возможность прожить молодость так, как хочется.

Бесшумно приблизилась Серена, обняла бережно, осушила магией набежавшие слёзы, зная, как я не люблю демонстрировать их окружающим. И как почувствовала, что я реву? Я ведь тихонечко, даже носом не шмыгнула ни разу.

— Мы с девочками предположили, что дело обстояло так: в те времена, когда между старшими расами шёл передел миров, мы достались архам, и демоны не приходили в наш мир из-за достигнутых тогда договорённостей, возможно, даже из-за специальной запрещающей вход печати. Или не хотели сражаться за мир, в котором нет ценных для них ресурсов. Не знаю, как Килг проник на вражескую территорию, возможно, это случилось ещё до воцарения архов, но сейчас мы сами по себе, и он имеет возможность вернуться домой.

— Если захочет, — выдохнула я тихо-тихо, на грани слышимости.

— Да. Но он хочет, Бри, никаких сомнений. Не зря он сохранил жизнь сыну. Сыну, который может стать императором, — убеждённо проговорила Серена.

Закрыла глаза и вспомнила, как Килг сказал, что мне нельзя быть женой политика. Быть может, уже тогда просчитывал варианты с моим участием и неучастием? И почему изменил решение? И изменил ли?

— В вашей теории много тёмных пятен, — произнесла, расправив плечи. — Знаем ли мы, как свергают императоров демонов? Уверена, вряд ли это выглядит тихо-мирно и можно прийти в тронный зал и сказать: «Здравствуйте! Новый демон с даром жизни пожаловал, освободите, пожалуйста, трон!»

Девчонки вежливо рассмеялись, но напряжение никуда не делось. Мы волновались.

— Маги живут максимум до трёхсот лет, — напомнила Крис. — Может, Килг решил дать Ульсу это время для любви?

— Вполне вероятно, — согласилась Катарина.

— И Фаульс дружелюбен, он страстно увлечён наукой, артефакторикой и занят экспериментами, а не тренировками для боя за чёрный трон, — уверенно произнесла Мира.

Девчонки начали крутить и вертеть эту идею, я же молча смотрела в окно. Серена меня не тревожила, хотя стояла так близко, что я ощущала тепло её тела.

Они не видели Ульса в настоящем виде. Там явно годы тренировок, а его фирменные спокойствие и отстранённость — скорее проявление силы, чем миролюбия. Он знает, что может постоять за себя. За меня. За целый мир, вероятно.

— Я прошла полную инициацию, — произнесла, обернувшись к девочкам, когда те на мгновение разом умолкли. — Мой дух будет жить, пока сам не захочет уйти за Грань.

— А тело? — спросила Серена. — Как пишут в древних источниках, да? Тоже будешь жить дольше?

— Приблизительно как наши некромантки. — Кивнула я в дополнение к своим словам, но не стала продолжать объяснения и рассказывать, что при желании он может вселиться в молодое тело. Много чего может. Так что я с Ульсом надолго, даже если Килг подобного не планировал. Девчонки могут воспринять подобную новость неоднозначно, ведь одним всё, а другим ничего. Лучше хранить молчание.

— Это хорошо. У нас есть шанс, — едва слышно произнесла Серена, но я услышала.

— Что ты имеешь в виду?

— Если Килг захватит мир демонов, он вернётся с армией и в наш мир тоже. Это логично и закономерно. Но если ты будешь у власти, у нас есть шанс, — объяснила Серена не только мне, но и внимательно подслушивающим подругам, которые даже не делали вид, что заняты чем-то другим.

— А если Фаульс проиграет? — спросила Мира. — Он ведь не воин.

— Боюсь даже предположить, девочки, — со вздохом проговорила Серена и положила руку на моё плечо. — Бри, боюсь, Килг не оставил тебе выбора. Если ты выйдешь замуж за Фаульса, рано или поздно тебе придётся уйти в мир демонов.

— А если не выйду?

— Думаешь, Ульс забудет про тебя? Это невозможно. Вернётся, завоюет целый мир, но всё равно заберёт тебя. Демоны ведь такие же древние, как архи, только не замороженные рыбины, а темпераментные и эмоциональные. Жаль только, и те и те кровожадны и амбициозны. Фифа Лин Акройд всерьёз раздумывала отправиться к архам, когда появилась во дворце, но мы её убедили так не рисковать, — поделилась Серена. — Если ты решишь сбежать, Эйнар проведёт тебя к ней.

И тут до меня дошло, что коварная мурена наверняка подслушивает нашу болтовню! А я, пустоголовая, совершенно забыла об этом! Не привыкла, что она молчит!

— Минуточку, девочки, — проговорила быстро и послала сигнал Иайане: — Ты здесь?

Тишина.

Я плохо помнила язык жестов, который изучала в академии Сантор, у меня была совершенно классическая студенческая память: сдал-забыл. Но сейчас хватило познаний, чтобы показать знак «шпион» и затем указать пальчиком на свою бедовую головушку.

— Точно? — спросила Таяна звонко, словно они беседовали о чём-то своём, и к моим бесстыжим слушателям этот разговор не имеет никакого отношения. — Мира, ты точно уверена?

— Э-э, — не сразу сориентировалась наш зельевар, но быстро включилась в игру: — Точно.

Я покрутила головой и покачала рукой.

— Мне кажется, Мира не уверена, — произнесла Фредерика. Я кивнула. — Но в теории это возможно, Таянушка.

Поблагодарила подруг улыбкой, сама же изо всех сил думала о том, как люблю моих девочек, как они изменились, как хорошо выглядят и ведут себя.

Ситуация с возможным слушателем заставила изменить тему беседы — мы вновь вернулись к обсуждению самых разных безопасных тем, однако Мира не выдержала и всё-таки задала один вопрос, который её давно тревожил. Будь это не так, она бы непременно сделала это наедине.

— Бри, ты надолго к нам? Помимо всего прочего я уточняю и для себя лично. Я всё это время отказывалась выйти замуж…

— …прикрываясь твоим отсутствием, — беспардонно влезла Таяна. — И мой тебе совет: заставь их пожениться, потому что Мире и хочется, и колется. Я бы Максу давно порекомендовала соблазнить её и пригрозить крестом на репутации, да и дело с концом, но я слишком хорошо воспитана.

Бедная Крис поперхнулась печеньем и еле откашлялась, настолько высокого мнения была о воспитании Таянушки. Остальные сдержались. Ну ладно, конечно, никто не смог совладать с эмоциями! Мы расхохотались как сумасшедшие, даже элегантная и хорошо воспитанная Серена не отставала от коллектива.

— Ты… ты не понимаешь, — сквозь слёзы от смеха выдавила Айрина.

— Мы так хохочем, потому что она именно так и сделала! — закончила за неё Корделия.

— Вечно вы наговариваете, — сделала вид, что надулась Таяна, но тут же важно добавила: — Это не я, это аноним.

Мы вновь начали хохотать как безумные, пока Серена не отправила магический сигнал прислуге и не заказала освежающих напитков.

— Макс до сих пор тебя не вычислил, — успокоила она Таяну.

— Вот! Я же говорила: аноним! — с триумфом произнесла наша шальная некромантка.

— Но лишь потому, что ты написала «нашу Миру» и он подозревает всех, включая меня, — закончила Серена и рассмеялась, очень музыкально и мило.

Мы бы общались до поздней ночи, но в какой-то момент всех начали вызывать няньки, мужья, родители, государственные дела. За мной же пришёл глава тайной канцелярии собственной персоной. Оганер де Луар, любовник богини смерти и главный интриган королевства.

Серена подала ему знак, сообщив о возможном ментальном контроле над моим разумом, но его светлость это совершенно не смутило. Возможно, не верит, что ум у меня есть.

Хотя, конечно, это не так. Де Луар — один из самых грамотных и внимательных людей в моём окружении, его не обмануть показательной легкомысленностью. И непоказательной тоже.

— Хотел вас пригласить прогуляться в свой кабинет, но, пожалуй, проведу для вас, леди Ларс, экскурсию в катакомбы. Вы давно хотели их… Бриджит, давай только без затоплений, разрушений и неприличных намёков показать смертников, — резко перешёл он от этикета к личным просьбам.

— Да за кого вы меня принимаете?! — возмутилась я не на шутку. Затем немного пришла в себя: — А что, у нас есть смертники? А за что они томятся в катакомбах? А кто там? А есть известные мне лица?

Вопросы сыпались, как из рога изобилия, но де Луар был непоколебим. До тех пор, пока мы не оказались в безопасной зоне, как я понимаю.

— Бри, если твои мысли кто-то действительно слушает, я ему искренне сочувствую, — с чувством произнёс он, и мои губы сковал стазис. — Помолчи хоть несколько мгновений, мне нужно прийти в себя, голова раскалывается. Как без тебя было хорошо, не представляешь.

Я выпучила глаза на этого бесстыжего и в два счёта сняла магический кляп.

— Это что ещё за новости?

— Хм. Молодец. Растёшь. А так? — В меня полетело боевое заклинание, которое я машинально отразила, не выставляя щит. Оно врезалось в специально зачарованные стены и лишь укрепило тюрьму. — Отлично, просто замечательно! Я пошутил, Бри. Очень ты меня утомила своим тарахтением. В общих чертах твою историю я знаю — Мори рассказала, Серена дополнила. Теперь давай по существу: какие подозрения, что планируешь, чем тебе помочь, как защитить?

И настолько весомо он задал эти вопросы, что я моментально почувствовала себя под защитой. Будто всё хорошо, можно переложить свои проблемы с больной головы на здоровую и забыть о них.

Моргнула.

— Вы что, воздействовали на меня? — спросила подозрительно.

— Даже так! — восхитился де Луар, разве что в ладоши не захлопал. — Извини, я не мог не проверить. Просто замечательно!

— Давайте без опытов. Я прошла полную инициацию и пока сама не знаю, на что способна, но явно на многое. Мне нужны сведения о демонах и ваши личные подозрения о планах Килга на мой счёт. Признаться, я была уверена, что прошло несколько дней, а не больше года, и обдумать всё как следует не успела.

Его светлость подал мне руку и повёл вглубь катакомб, позволяя заглядывать в пустующие, но очень интересные камеры, стены которых часто были исписаны.

— Расскажи про свой визит к демонам и про полную инициацию, пожалуйста. Взамен обещаю предоставить тебе все доступные сведения о демонах, и научу, как правильно вести себя с Килгом и Фаульсом, чтобы они не дурили тебе голову.

Я оказалась в сложной ситуации. С одной стороны, обещала ничего никому не рассказывать. С другой — демоны тоже не особо делились информацией, а мне жить с одним из них и периодически по неопытности становиться марионеткой второго!

— Про инициацию расскажу, про демонов… Я дала слово, ваша светлость, что не стану ничего рассказывать о демонах. Понимаю, что по натуре довольно болтлива, потому прошу вас, от всей души прошу, от всего сердца, пожалуйста, не применяйте те методы допроса, которые заставят меня проболтаться. Я знаю, вы так умеете, — попросила я, остановившись и с мольбой заглянув в суровое лицо человека, которому безоглядно доверила бы собственную жизнь, но не тайну своей новой семьи. — Они всё узнают, и мне запретят встречаться с девочками.

Де Луар глубоко вздохнул, а затем как ни в чём не бывало продолжил идти, разве что не насвистывал, демонстрируя полную раскрепощённость и непосредственность. А всё потому, что я рассказывала об инициации, о том, как ужасно она проходила и как я угодила в ловушку, из которой ни за что бы не выбралась без посторонней помощи.

Мы прошли один поворот, второй, третий. Я немного отвлеклась на особо интересную камеру, где были разложены различные инструменты и химические колбы, потому не заметила перемены выражения лица его светлости. Оно стало жёстким.

— Бри, ты понимаешь, какая ответственность возложена на твои плечи? — строго произнёс он. — Твоя задача — не только сохранить баланс между демонами и людьми, но и защитить целый мир, когда настанет время. И я хочу, чтобы ты была к этому готова. Разумеется, я не стану тебя подставлять, расспрашивая и выпытывая тайные сведения. Но ты должна, ты обязана научиться контролировать себя: свои движения, речь, мысли. Будешь приходить во дворец так часто, как только сможешь, мы будем учить, как ставить блоки на мыслеречь, а когда ты их освоишь, перейдём к самому интересному.

— Я знаю о своей ответственности перед Арратором и согласна с вашими доводами и выводами. Но что мы будем делать дальше? Серена сказала, они предполагают моё переселение в другой мир.

Нервно посмотрела на де Луара. Глава тайной канцелярии всегда немного пугал и в то же время внушал доверие. Может я доверяю ему так сильно ещё и оттого, что ему верит Серена, а может, из-за выбора богини. Не будет ведь она держать при себе недостойного мужчину и тем более рожать от него детей.

Ой! Об этом думать нельзя! Не в его присутствии.

Что-то меня окружает слишком много созданий, способных забраться в мои мысли!

С другой стороны, было бы что читать в моей голове, я часами могу думать о ерунде.

Коварно усмехнулась и немного расслабилась.

Оганер де Луар тоже не спешил продолжать беседу — раскладывал полученные сведения по полочкам в чертогах своего разума, и я решила быть умничкой — не тараторить, дождаться, когда он задаст вопрос.

— Ты изменилась, Бриджит, и мне нравятся эти изменения. Ты стала взрослее, научилась использовать честность и доверие как оружие, это прекрасно. С Килгом не сработает, а с Ульсом — запросто, он тебя любит и порой может руководствоваться эмоциями вместо здравого смысла.

— А что сработает с Килгом?

— Мы пока собираем сведения, Бри. Если бы ты предоставила некоторые данные, я бы дал конкретные советы; пока придётся экспериментировать. Потяни время до свадьбы. Я отправлю агентов и учеников военной академии на поиски нужной нам информации о демонах…

— Вы уже отправили. Давно. Потому Ян и сообщил девочкам про особенности демона-артефактора, — с улыбкой заметила я, сообразив, как эти сведения попали к Яну.

— Так и есть. Но ты вернулась с помощью Килга, Бри, а это определённо выходит за рамки наших представлений о демонах, особенно о таких кровожадных и жестоких, как он. Если принимать во внимание, что все его жёны и сыновья не выживали из-за… Слушай, а он случайно не любит Фаульса? Знаешь, такой человеческой любовью отца к сыну? — внезапно переключился де Луар. И, не успела я ответить, как он явно решил завершить нашу беседу и потянул меня к выходу.

— Если я ничего себе не надумала, то да, любит, — ответила осторожно.

— Хм. Хм-м! Так, Бри, иди болтай с девочками о всяких ваших дамских штучках, которые совершенно не интересны ни демонам, ни адекватным, здравомыслящим мужчинам.

Меня в прямом смысле сплавили! Совершенно невежливо! И ничего при этом не объяснив!

Впрочем, это вполне в духе его светлости.

Стоило выйти за пределы казематов, как объявилась Иайана.

— И где мы были, юная леди? — тоном строгой наставницы уточнила она.

— Меня пытались допрашивать, но не волнуйся, всё было нежно и ласково. Я столь же нежно и ласково сообщила, что ты меня подслушиваешь даже в застенках тайной канцелярии, на том всё и закончилось, — сообщила радостно. — Я ведь правильно поняла, что ты всегда со мной, если я нахожусь вне подводного царства?

— Естественно! Ты — главная ценность морского принца, его сердце. Если сам он может от меня избавляться, когда ему нужно, то тебя этому обучать не будут — иначе придётся тебе ходить с десятком воинов, милая, — тут же объяснила мурена, что к чему. — Я — меньшее зло.

Хмыкнула. Когда тебя охраняют — это одно, когда роются в голове — совсем другое. Но мы немного подружились, так что, наверное, она права. Куда проще беседовать с подругами без отряда бойцов!

— Да не зло ты никакое, Иайана, а выход! За одну только печать от внеплановых детишек я готова тебя расцеловать, замуж-то я вот прямо сейчас не хочу. Мне ещё нужно учиться, общаться с друзьями, путешествовать. А дети — это слишком ответственно и нервно.

— Расцеловать — фу, какая гадость! — Я по тону чувствовала, что хранительница скривилась, как от лимона. — Мне достаточно твоего минимального послушания.

— Обычно фамильяр слушает своего мага, — деликатно заметила я.

— Зайчик, солнышко ты моё, — пропела мурена, — мне несколько… много мне лет. А ты совсем девочка, ещё и угодила в наше милое демоново логово. Я — твоя единственная защита от мужского произвола. Кто, как не я научит тебя общаться с этими коварными созданиями и добиваться своего?

Где-то я это уже слышала!

Улыбнулась. Как говорит Серена: «Если все вокруг говорят обо одном, круг сузился, и ты в шаге от разгадки. Продолжай действовать или выжидать».

— Думаешь, с Килгом это возможно?

— Не обманывайся, деточка, Фаульс куда хитрее отца. Килг прямолинейный, с ним проще. Так что тебе придётся многое освоить, научиться изящно и — главное! — незаметно крутить-вертеть своими новыми родственниками, — весело поделилась мурена, перевернув мои представления кверху дном.

— Ты меня пугаешь.

— Не пугаю, а потихоньку учу. Девочки твои правы, Ульс действительно может стать правителем целого мира, но только в одном случае — если захочет. В вашем случае даже так: если захочешь ты.

— Почему я?

Вот уж новость! Нет, я, конечно, знаю, что мой драгоценный демон заботится о моих чувствах, и порой кажется, даже больше, чем о своих, но не до такой же степени! Это ведь целый мир! Огромный! Интересно, королева там носит корону?

— В императорской сокровищнице демонов несколько тысяч разных корон и венцов — демонам подчинено много миров, моя дорогая, — кротко и невинно заметила мурена. — Что касается озвученного вопроса — Ульс ещё молод и не вошёл в полную силу, ему дано время, чтобы наслаждаться жизнью и постигать новое, любить и путешествовать, жить для себя. Власть — это ответственность и ограничения, к ним стоит подготовиться и в каком-то смысле дозреть.

— А короны красивые? Ты можешь показать? — стараясь унять жадный блеск в глазах, попросила я. И остановилась. На всякий случай даже ухватилась за каменный столик с вазой, наполненной живыми цветами. Если покачнусь от эмоций — он точно выдержит.

Иайана с девичьим азартом начала показ демоновых мод. Принцессы и императрицы были одеты в высшей степени пристойно — закрытые, застёгнутые наглухо узкие платья из плотной ткани и огромные, стремящиеся вверх тиары и короны. Шикарные! Из драгоценных металлов и камней, из чего-то, подозрительно напоминающего кость, с изящной резьбой, искусной и великолепной. Или бриллиантовые настолько, что металла не видно. Но самый шик — коллекция из чистого прозрачного минерала с вкраплением цвета — даже не знаю, что это, с виду — словно корунды и бриллианты обрели жидкую форму и сосуществуют в одном сосуде, не смешиваясь, но перетекая друг в друга при каждом движении наряженной демоницы.

— Это самые древние короны — из слёз и крови, — пояснила мурена и предусмотрела мой следующий вопрос: — Кровь бывает разного цвета. Ты ведь не думаешь, что во всех мирах живут одинаковые существа?

— Ну, арраторцы путешествуют по разным планетам с мирными целями, потому информации о разноцветной крови я не встречала.

— Ой, да всё они знают, не говорят просто, — отмахнулась Иайана и продолжила меня… соблазнять.

От обилия драгоценных произведений искусства я немного перевозбудилась и раскраснелась. Сплошные шедевры! Иномирные. Необычные. Восхитительные!

— Нельзя так дразнить, — дыша словно загнанная лошадь, попеняла рыбке.

— Сама попросила. Но тебе туда рано, так что…

— Совсем рано? — деловито уточнила я, едва не подрагивая от желания примерить всё то изящество, что она продемонстрировала. Ещё бы при этом не было утомительных обязательств правительницы демонов!

— Всё зависит только от тебя, Бриджит, — серьёзно произнесла мурена. — Если ты захочешь завтра стать королевой нашего мира, ты ею станешь, мы с Килгом давным-давно всё подготовили. Но мой тебе совет — не торопись. Я знаю, что ты этого не хочешь. Ты смотришь на подруг без зависти и вовсе не рвёшься к власти. Пока.

— А Ульс? — спросила осторожно.

— Я не знаю его мыслей, Бри. Он уже давно не позволяет мне «лишнего», — тоном выразила недовольство Иайана. — Но одно я знаю точно: ты — единственный рычаг управления этим упрямым мальчишкой.

— Какая ты коварная, — похвалила я мурену, чётко всё разложившую по полочкам и решившую завязать со мной дружбу исключительно из меркантильных соображений. Ято прекрасно помню, как ей не понравилась при первой встрече.

— Глупости какие! Твоя кровь сильно разбавлена, но рядом с демонами она начинает кипеть и бурлить, и ты напоминаешь мне молодых демониц родного мира. Они дикие и необузданные, требовательные и эгоистичные, капризные, но при этом гордые, смелые и ответственные. Как я могу тебя не любить? На фоне пресных девиц этого мира ты — словно глоток воздуха.

Слышать это было приятно, но я напомнила себе, что Иайана хорошо меня знает, может, даже лучше, чем я себя. А значит, прекрасно понимает, с какой стороны зайти и какой комплимент сделать, чтобы он гарантированно сработал.

— Девушки подводного мира весьма своенравны.

— Послушные куклы, — отмахнулась мурена. — Подруги твои… Таяна мне понравилась, яркая. Но в ней столько древней крови, что мне даже интересно узнать больше о её предках.

— Она замужем за кадтангом и…

— Нет, моя хорошая, этих я знаю прекрасно и так бы не заинтересовалась. Подозреваю, в ней есть кровь тёмной расы, кровожадной и злой, из истинных. Возможно, в их роду отметились аэнири или фассы. Жаль, без капли крови не проверить. А ты можешь её уколоть булавкой?

В голосе мурены было столько знакомых интонаций, что я едва не рассмеялась. Но радует, что Иайана за столько тысяч лет не потеряла страсти к жизни и исследованиям. Это обнадёживает.

— Я не стану этого делать, она моя подруга. Но мне ужасно интересно, что за истинные?

— Первые расы. Самые древние. Уже почти никого не осталось, — коротко сообщила мурена, видимо раздумывая, стоит ли обижаться на меня за отказ предоставить ей порцию крови Таяны для исследований.

— А почему? — Я, наконец, отлипла от стола и пошла в сторону телепортационной, чтобы вернуться в отчий дом. — И почему они все тёмные и кровожадные?

— Потому что новые миры рождаются на крови и костях старых миров, моя хорошая. Кстати, тебе лучше вернуться не к отцу, а в новый жемчужный замок, твои демоны ругаются, — вдруг переключилась мурена на другую тему. — И срочно! Срочно, Бри! Беги к телепорту!

Глава 34. Двойное дно

В новый жемчужный замок я ворвалась словно варвар-завоеватель. Охрана даже не пикнула — тут же узнала и провела к кабинету его величества Килга.

После слов Иайаны думала, стены будут дрожать от ора, по перламутровым полам потекут кроваво-красные реки, а стражи прильнут к стенам и побледнеют настолько, что стены замка превратятся в своеобразную выставку военных мундиров — только одежду и будет видно. Если кто-нибудь из них освоит заклинание полной невидимости, не удивлюсь. Это ведь Килг в гневе!

Однако ни в коридорах, ни в приёмной не обнаружилось ничего подозрительного. Обо мне доложили и провели в кабинет, где я увидела мирно распивающих чаи-кофеи отца и сына.

Килг не изменял себе: не разменивался на стандартные фразы и лишь коротко кивнул в сторону пустующего стула, велев секретарю принести мне чашку.

Мы сидели в абсолютной тишине и пили чай, периодически переглядываясь. Я думала о чём угодно, только не о делах: разглядывала и оценивала интерьер, считала, сколько жемчуга ушло на этот дворец и напрочь игнорировала попытки морского царя вызвать у меня нужные ему воспоминания. А действовал он настолько тонко, что я могла бы и не заметить, если бы не крохотная ошибка — вызывая ассоциации, его величество не учёл моё порхающее, словно бабочка, мышление, действовал слишком последовательно и логично. У меня такого порядка в голове нет и никогда не было, так что я моментально его вычислила.

— Бриджит, моя деликатность закончилась, — честно предупредил Килг и нагло взломал моё сознание, словно опытный вор-домушник — простенький замок. Воспоминания о недавних событиях прокручивались с дикой скоростью, напомнив общение с Маирусом. Я и не думала, что Килг настолько силён!

— Довольно, — велел Ульс, и это сумасшествие прекратилось.

Меня немного мутило, я потянулась к чаю, но руки так явно дрожали, что пришлось аккуратно сложить их на коленях. Сама кротость, а не Бриджит де Ларс!

— Я не буду ходить вокруг да около, — начал Килг как ни в чём не бывало. — Арратор дал тебе верные сведения, Ульс действительно будущий император, и тебе деваться некуда, придётся соответствовать и заранее смириться со многими ограничениями. Молчишь, — хмыкнул царь. — Согласна?

— Вы не уточнили мой статус при его императорском величестве, — заметила я сдержанно, как только что втихаря подсказала муренушка.

— Повзрослела.

— Скорее подружилась с Иайаной, — не стала скрывать соучастницу. Килг уже ознакомился со всей необходимой ему информацией и о её незримом присутствии тоже знает.

— Похвально. Итак, моё предложение такое…

— Отец, — одёрнул его Ульс. — Нет.

Запрет грозовой тучей повис в воздухе. Килг едва не почернел от ярости, плечи раздулись — бесится настолько, что едва удерживает себя в человеческом облике. Зато мысли мои больше не читает — не до того ему. Как и не до общения, а мне есть что сказать. Могу даже пошутить в своей обычной легкомысленной манере, но слишком хорошо помню печать озабоченности на лицах Серены и де Луара. От моего решения зависит слишком многое, чтобы я могла позволить себе свободу действий. Если не стану императрицей, если не обрету влияние, Арратор и весь наш мир могут превратиться в руины. Демоны беспощадны.

«Действуй!» — подтолкнула Иайана.

— Сегодня мне было видение. Я стану императрицей, и один из наших с Ульсом сыновей выкрадет дочь моей подруги Корделии. Она родится невероятно сильной девочкой, с двумя уникальными дарами, — произнесла я спокойно и даже немного отстранённо. К сожалению, я видела лишь небольшой фрагмент из их жизни. И тем не менее…

Вернулась к чаю, чтобы дать мужчинам осмыслить информацию и переиграть стратегию.

Так и хотелось сказать: «Вы можете делать что хотите, но я получу своё — в этом никаких сомнений. Ради своей страны, своих людей, ради отца, подруг, ради любимых учителей в лепёшку разобьюсь, но стану императрицей. И, если очень нужно, буду жестока и кровожадна, сыграю любую роль, но мои родные и близкие не пострадают!»

«Молчи», — шепнула Иайана.

Через несколько мгновений напряжённой тишины, явно стараясь скрыть своё присутствие от мужчин, она снова подсказала:

«Думай о коронах».

Шедевры ювелиров заставили меня откинуться в кресле поудобнее и мечтательно закрыть глаза. До чего всё-таки великолепный вкус у демониц, они знают толк в украшениях.

Расслабиться, конечно, не удалось. Воздух едва не звенел от напряжения, и демоны дышали так, словно сражались не на жизнь, а на смерть, но оба делали вид, будто всё прекрасно.

— Вы договорились? — спросила немного ехидно.

Как учила нас с девочками Серена: тот, кто задаёт вопросы, управляет ситуацией. Пора показать мужчинам, что я претендую не только на роль манекена для императорских драгоценностей.

— Нет, — проговорил Ульс.

— Да, — одновременно с сыном заявил Килг. — Да, мы договорились.

— Нет, — повторил он, поднимаясь. — Я дам тебе время всё хорошо обдумать, отец.

— В этом нет необходимости, — с тяжёлым вздохом произнёс Килг и попросил неожиданно по-человечески: — Присядь. Пожалуйста.

Я почти не дышала — боялась помешать непростому общению отца и сына, в то же время сгорала от любопытства и немного опасалась. Но отступать было некуда, а значит, у меня есть только один путь — вперёд.

Да и сколько можно ждать, в конце концов? И вообще, невежливо общаться ментально, заставляя бедных-несчастных девушек сгорать от любопытства. Тем более я прекрасно знаю, что мне никто и ничего не скажет. Ни слова. Пока я не выйду замуж и не дам все необходимые клятвы. И моё здесь присутствие — лишь гарантия, что два злых демона не рассорятся на веки вечные. Именно этого опасается Иайана.

Кажется, я начинаю постигать логику их действий. Здорово! Интересно, дар подключился или сработало то, что я начала активнее пользоваться мозгом?

«Пауза выдержана. Жги!» — посоветовала мурена, не комментируя мои размышления. Значит, угадала.

«Угадала-угадала», — признала она сварливо.

Кашлянула, привлекая внимание буравящих друг друга взглядом мужчин. В мою сторону дёрнулись оба, будто я — враг, вмешавшийся в поединок. Это длилось не долее мгновения, но я заметила, как напряглись мышцы, заострились скулы, вспыхнули алым глаза. Они обуздали эмоции молниеносно, но от этой их реакции, от жестокости и силы хлестнувших по мне кнутов-взглядов я испытала физическую боль. И собралась.

— Уважаемые господа, я так понимаю, что появилась не совсем вовремя, так что, пожалуй, пойду, не стану мешать вашей приватной беседе, — намекнула на толстые обстоятельства. — Если вам интересны мои ближайшие планы… Ну, мало ли, вдруг вы решите по какой-то нелепой случайности принять их в расчёт, — метнула ещё один толстый намёк в самодовольные мужские физиономии, — сообщаю, что я намерена вернуться в академию Сантор, получить высшее образование, как обещала папе, а затем, если я по-прежнему буду фигурировать в ваших захватнических планах, мы продолжим беседу.

Я поднялась, сделала шаг в сторону и присела, глубоко кланяясь, как полагается в присутствии монарших особ. Затем безразлично скользнула взглядом по лицу любимого мужчины, развернулась и пошла к выходу. Опешившие от дамского произвола демоны не сразу поверили глазам и ушам, потому очнулись, лишь когда я потянула на себя дверь. В приёмной.

— Стоять! — рявкнул Килг.

«Иайана, уводи меня отсюда», — велела я, чтобы рыбка не ехидничала полдня, а сразу приступила к спасательной операции.

«Хлопни дверью, кинь в неё липучку, чтобы сразу не открыли, затем направо, ещё раз направо, беги до синей двери, там тебя искать не будут», — распорядилась она.

«Здесь все двери синие! — истерично отметила я. — Надеюсь, это не спальня Килга! Имей в виду, даже для такой любительницы приключений, как я, это перебор!»

«Синяя с короной! Это спальня Ульса, только туда охранки тебя пропустят, если капнешь личной магии, — выдала моя сообщница уверенно, и я выполнила всё в точности. — Прячься в шкафу!»

— Что? — удивилась я вслух.

«Мысленно общайся, бестолочь! Тебя сейчас будут искать, но рыться в вещах его высочества им даже в голову не придёт, это святотатство. Они и в спальню-то его заглянут лишь потому, что таков протокол. На твоей стороне законы подводного сообщества, деточка. Для всех порядочных существ значок короны — всё равно, что запрет на вход, въезд, подслушивание и подсматривание. Даже не знаю, с чем можно сравнить у сухопутных», — просветила Иайана.

«У нас таких значков нет. А если есть, они вряд ли меня остановят, — хмыкнула я, вспомнив, что мы творили с Корделией и её восхитительно-криминальным даром, для которого нет закрытых дверей и спрятанных сокровищ!

«Я сделала всё, как ты велела, а теперь объясни, зачем», — попросила, удобно устроившись в просторном шкафу, ещё и закуталась в тёплый халат, на котором чувствовался едва уловимый аромат любимого демона, которого на данном этапе наших отношений я готова придушить голыми руками. Но сперва поцеловать. Или придушить?

Ох, до чего сложно с этой любовью. Я всё больше начинаю понимать героинь любовных романов, а ведь раньше осуждала их за глупые метания и хотела, чтобы они поскорее включили мозг и прыгнули под одеяло к своему красавчику.

Но красавчиков много, а мы, девочки, у себя одни! Если всё время сдаваться, можно проиграть. Не по-женски это. Наша женская участь — интриговать, очаровывать, держать на расстоянии вытянутой руки и сдаваться так изящно, чтобы мужчине и в голову не пришло, что эта война давно проиграна… им.

И мне свои права ещё отстаивать и отстаивать!

Ещё и с Килгом научиться общаться не помешает.

«Научишься! Мы показали ему, что незаметно твои мысли читать он больше не может — это первая победа. То, что дальше он сделал по-своему, мы предусмотрели, и все твои художества с де Луаром и девочками я прикрыла, он ничего компрометирующего не увидел — это вторая победа. Третье — ты показала зубки и ушла. Сейчас они перебесятся и заново всё обдумают, а я тебя проведу к телепорту и отправлю в академию Сантор — этим ещё раз утрём им нос».

«А тебя не накажут? Они ведь поймут, что одна я бы не справилась».

«Меня? Шутишь? Даже если тебя сейчас найдут и допросят, Килг ни за что не поверит в моё предательство. Я и не могу его предать, это невозможно, я всегда действую в интересах рода», — несколько нелогично, на мой взгляд, завершила мысль Иайана.

«Не понимаю», — призналась откровенно.

«Я вижу различные варианты будущего и иногда подталкиваю подопечных на жизненных поворотах. Стараюсь. С демонами очень сложно, они своевольные и вредные. Кстати, это я заставила Килга тебя спасти. Убедила, что он потеряет Ульса, если тебя не станет».

«Спасибо. Огромное спасибо, Иайана, я очень тебе признательна. Пусть даже ты это сделала из личных соображений, всё равно я бесконечно благодарна и буду всегда помнить и ценить твой поступок. А можно ещё один вопрос?»

«Я знаю всё, о чём ты хочешь спросить, и там вопросов лет на тридцать вдумчивой беседы, так что нет», — хмыкнула мурена.

«Ну пожалуйста. Я сижу в шкафу и жду с моря погоды, мне грустно и скучно…», — начала канючить я, заваливая комплиментами умницу и красавицу, самую лучшую хранительницу всех миров Иайану. Она покапризничала и сдалась.

«Ты невыносима, Бри. Совершенно невыносима. И что мне в тебе понравилось?» — нарочито горестно вздохнула мурена, которая по непонятной мне пока причине не уходила, как делала абсолютно всегда, стоило мне только ей надоесть. Может, присматривала, чтобы я не вляпалась в очередное приключение?

Хотя что я здесь могу натворить? Нет, ну вообще-то могу. Но не буду. Всё-таки шкаф любимого демона — не сокровищница, там бы я разгулялась!

«Расскажи хоть немного правды. Можно вообще не политической, просто что-нибудь интересное о демонах или полезное лично мне. Я буду сидеть тихо, как мышка, и не перебивать», — пообещала торжественно и даже представила себя с кляпом во рту, чтобы развеселить утомлённую моей болтовнёй рыбку.

«Мне уже пора уходить, поэтому я дам тебе несколько ключей к разгадке тайны, о которой ты пока не имеешь представления», — озадачила меня мурена одной фразой.

«С нетерпением жду», — проговорила я спустя несколько томительных мгновений тишины.

«Первый ключ — твоя артистка фифа Лин Акройд знает, что Килг осведомлён о её передвижениях, она вернулась в свой мир и живёт в комфорте и уюте, но вряд ли совершенно спокойно. Второй — Лаарга никакая не морская ведьма, это всеобщее заблуждение. Из правды о ней ты знаешь лишь имя и то, что в твоём мире она стала женой и матерью. Третий — Килг дружит с Мори», — выдала Иайана и покинула меня, даже не помахав на прощание хвостом.

Я так и зависла с открытым ртом.

И что это значит, демон меня забери?!

Дверь в покои Фаульса тихонько скрипнула, и я затаила дыхание, ожидая, когда закончится осмотр помещения, и посторонние удалятся. Однако произошло неожиданное — створки шкафа скрипнули, и я увидела его высочество Наглую Морду собственной персоной.

— Вызывали демона? — с довольной улыбкой спросил он и наклонился, чтобы подхватить меня на руки.

— Э, — обомлела я на мгновение, но быстро вспомнила последнюю фразу и провела параллели — читает мои мысли, паршивец! Но делать изумлённый вид не стала. — Вызывали, — подтвердила, протягивая руку, чтобы помог подняться. Выпрямилась, посмотрела в глаза, гордо задрала носик и расправила плечи, а затем добавила: — На ковёр! Пройдёмте-ка, господин демон, побеседуем. И не смотри на меня так. Не в постель!

— А счастье было так возможно, — протянул Ульс, сверкнув глазами, но руку мою выпустил.

— Итак, Иайана работает по большей части на тебя.

— В какой-то степени.

— Потому что ты — будущий император?

— Нет. Потому что я — главный наследник рода. И я не принял решение…

— Кем хочешь быть, когда вырастешь? — пошутила я, чтобы немного отвлечься от непристойных мыслей. Бесстыжий демон скинул камзол, оставшись в ужасно непристойной белоснежной рубашке. Она так красиво оттеняла его кожу, что я едва держала себя в руках. Приходилось напоминать себе о деле, о разговоре и вообще о том, что нужно дышать.

— Нет, милая. Я не принял решение относительно нашего совместного будущего, поскольку мы так и не побеседовали предметно, — заявил нахал, улыбаясь очаровательно и мило, только хитрющие глаза сдали его с потрохами. Издевается.

— То есть ты меня обвиняешь, что… Да у меня нет слов! — возмутилась я, вспоминая бесчисленные попытки вывести его на откровенный разговор.

— Не верю. Ты в детстве явно проглотила словарь и с тех пор так и сыплешь буквами, — продолжал хохмить Ульс, расстёгивая верхние пуговицы рубашки.

Я сглотнула, любуясь крепкой загорелой шеей. Ну что за негодяй? Специально ведь меня отвлекает. Уже и мурашки по телу, и слюны полон рот — словно на конфетку смотрю, честное слово. Нельзя быть таким соблазнительным, когда тебя пытаются отчитывать!

Поднялась и прогулялась по мужской спальне, рассматривая интерьер и тем отвлекаясь. Ульс не тратил время на обустройство и довольствовался стандартным дизайном. Ни одной личной вещи, кроме тех, что в шкафу и в ванной комнате. Пока меня не было, явно жил в лаборатории — отвлекался.

— Итак, тема сегодняшней беседы: «Наше совместное будущее». Ваши предложения? — спросила я, бросив на демона короткий взгляд и на мгновение прилипнув к вальяжно рассевшейся в кресле, расслабленной и довольной морде.

А чего ему не радоваться? Мышку заманили в ловушку и отрезали пути к отступлению, заточив в шкафу для его личного удобства.

Иайана эта бесстыжая! Заорала дурниной, словно Ульса здесь убивают, я выключила мозг и побежала на помощь, не озаботившись элементарной страховкой. Нужно было хотя бы Серене сообщить, куда бегу. Та, возможно, остановила бы. Ей достаточно мгновения, чтобы раскусить любую хитрость.

— Бри, у нас непростая ситуация, — деликатно начал Ульс.

— Не может быть! — прижав руку к груди театрально воскликнула я в ответ. Кажется, эта сценка навечно станет нашей коронной, ведь он будет недоговаривать, а я — возмущаться. Такие уж у нас характеры.

— Замкнутый круг. Я не могу тебе рассказать ничего существенного, пока ты не станешь моей женой и не войдёшь в род. Ты не собираешься выходить замуж, пока не узнаешь всё, что хочешь, — констатировал Ульс сдержанно.

Я почувствовала себя маленькой капризной девочкой, которая сучит руками и ногами, требуя невозможного. Почему в его устах моё поведение выглядит настолько непрезентабельным? Неужели со стороны я кажусь истеричным, избалованным дитятком?

«Чаще, чем хотелось бы», — сунулась Иайана с ехидным комментарием.

Проигнорировала предательницу. Я ей доверила самое святое, что у меня есть — свободу! А она!

— Не готова идти на компромисс, — заявила упрямо.

Пусть Ульс продолжает. Чем больше аргументов я услышу, тем лучше пойму ситуацию, потому что прямым текстом мне никто ничего не расскажет. Похоже, стоит смириться с этой мыслью: вывести демонов на чистую воду без их на то желания невозможно.

— Твоё желание учиться в любимой академии меня не смущает, я согласен ждать сколько нужно. Способ видеться мы найдём.

— Это хорошо. — Впервые с момента прибытия в новый жемчужный замок я улыбнулась. Что ни говори, а мой драгоценный демон не такой уж и гад.

— Единственное — встречи будут не такими частыми, как хотелось бы, — вздохнул Ульс.

— Потерпим. — Я была непоколебима.

— Я сразу сказал, что приму твоё решение как своё. Хочешь учиться — учись. Похвальное стремление и совершенно не лишние знания. Мне в ближайшие годы придётся много путешествовать по другим мирам, так что в какой-то степени расклад с академией даже удобен. Я смогу спокойно заниматься делами, зная, что ты в безопасности и не скучаешь.

— Другие миры? — напряглась я. — С чего это вдруг тебе понадобилось путешествовать по другим мирам? Ещё и без меня.

— Хочу проверить одну теорию, весьма интересную. Ты же знаешь, я учёный и…

— Без меня нельзя! — Я встала, уперев руки в бока, нахмурилась грозно. — Даже не думай, что я отпущу тебя одного в непонятные миры с коварными красивыми женщинами.

— Бри, да ну ты чего? — Ульс от удивления хлопнул ресницами, точь-в-точь как я. Забавно, уже перенимаем друг у друга привычки. — Ты мне не доверяешь?

— Я никому не доверяю, — произнесла важно. — У меня, знаешь ли, шикарные учителя, буквально, что ни день, то урок. Сегодня, к примеру, я разочаровалась в дружбе с одной хитрющей рыбиной, которой непременно отомщу при случае, — намекнула я подслушивающей Иайане.

Ульс поднялся. Грациозно и хищно направился ко мне. А я… едва не сделала шаг назад! Вот ведь натура человеческая: видишь хищника — беги. Нетушки! Нахмурилась ещё сильнее, не отрывая взгляд от опасного создания.

— Тебе предстоит многому научиться, — бархатным голосом проговорил соблазнитель, — но для меня, Бри, ты и так идеальна. Для меня не существует других женщин, они мизинца твоего не стоят, — приблизившись вплотную, прошептал он. Но я держалась, и Ульс увидел не растёкшуюся у его ног лужу, а вполне вменяемую, подозрительную леди, потому закончил в обычной манере: — Тебе не о чем волноваться. Я уважаю себя и свой выбор, я уважаю тебя, Бри.

«И вторую такую он просто не вынесет, это гарантированный разрыв сердца или взрыв мозга. Голосую за второй вариант», — вновь встряла Иайана.

— И почему мне кажется, что далее последует очередной тонкий намёк на супружество и клятвы верности? — ехидненько вопросила я у Ульса, тогда как мурену мысленно попросила заткнуться и не вылезать, когда не просят. Уважения к морской змеюке более не испытывала, вежливость использовать не планировала.

— И не собирался, — не моргнув глазом соврал он. — Ты и так прекрасно знаешь, что брачные клятвы с добавлением магии гарантируют верность.

Я глубоко вздохнула. Кто бы знал, как меня бесит вся эта ситуация! Мне и замуж хочется, и тайны узнать, но я ужасно, до дрожи боюсь попасть в ловушку, из которой нет выхода. Подводные жители не раз продемонстрировали своё коварство, а уж демоны… О тех не слышал только ленивый. Обдурят так, что не смекнёшь, ещё и радоваться будешь.

Ситуация осложняется тем, что любая моя ошибка — угроза безопасности родного мира.

Интересно, кстати, владеет ли Ульс недоступной жителям Арратора информацией о древних расах и планах демонов? По идее, Килг должен был его готовить, а значит…

Так, так, так. Что там говорил де Луар?

— Ульс, — подняла я совершенно трезвый взгляд на любимого мужчину. — Что будет с этим миром? Мы избавились от власти архов, но, как нам сейчас кажется, остались без защиты. Много ли старших рас, способных захватить наш прекрасный мир? Интересен ли он демонам? А Крадор? А другие миры? Доставшийся Таяне и Райдену мир кадтангов слабо заселён, но находится под прямой защитой богини Мори, за него, наверное, можно не волноваться и воспользоваться им как запасной площадкой в случае великой войны, но… Мне страшно, Ульс. Я ведь никогда в жизни обо всём этом не думала, но, если стану твоей женой, придётся.

Я делилась переживаниями так долго, что Ульс подхватил меня на руки, отнёс в кресло, в котором недавно сидел, напоил водой, растёр околевшие от ужаса плечи, обнял, затем и вовсе заказал ужин и начал меня кормить. С набитым ртом я уже не могла волноваться и плакаться, потому немного притихла. Посмотрела на любимого.

— Выговорилась? — с улыбкой уточнил он и подсунул мне маленький бутерброд-канапе. — Полегчало?

— Немного. Если бы ты прокомментировал мои слова, возможно, стало бы ещё легче. Или ещё страшнее.

— Я отвечу на несколько вопросов. Ответы тебя не порадуют, но, по крайней мере, ты не будешь мучиться сомнениями, точно зная, что к чему. Можешь поделиться информацией с подругами. Я понимаю, что для тебя это важно, и не стану требовать молчания.

— Спасибо. Страшно интересно и просто страшно, — проговорила я, но кивнула, приготовившись принимать информацию.

— Старших рас не так много, Бри, и они по большей части игнорируют присутствие друг друга, давно разделив сферы влияния. Доски объявлений, где написано: «Архи ушли из такого-то мира. Добро пожаловать!» нет. Кроме того, архи прекрасно знают, как переменчивы боги, они никуда не торопятся и никого не уведомляют о произошедшем. Пройдёт время: тысяча лет, две, три — не важно, и, быть может, Мори изменит своё решение, и архи вернутся в этот мир.

— А если мы с тобой станем править империей демонов, мы сможем защитить мою родину?

— Если возникнет такая необходимость — да. Но шанс, что здесь и так будет всё замечательно, велик, ведь Мори явно покровительствует жителям.

— Это хорошо.

— Подозреваю, она собрала здесь осколки рас и пытается их возродить или создать новые, — вдруг проговорил Ульс. — Последние события явно на то указывают. Кадтанги, аэнири, фассы — ты не представляешь, насколько смешны были их шансы выжить. Практически нулевые. Но получилось ведь.

— Фассы? Я уже второй раз слышу название этой расы. Иайана заподозрила их кровь в Таяне, — поддержала беседу раздобытыми сведениями.

Ульс пересадил меня в соседнее кресло, велев ужинать и не отвлекаться, сам же направился к книжному шкафу, достав с верхней полки толстую книгу в потёртом, изрезанном, запятнанном кожаном переплёте.

— Она выглядит так, словно не раз побывала в сражениях, притом сама была их инициатором, — пошутила я. — Даже цвет толком не разобрать.

— Она не даёт себя чистить, — наябедничал Ульс, при этом нежно поглаживал корешок книги-грязнули. — Эта красавица в буквальном смысле была залита кровью, так что большинство её страниц толком невозможно прочитать, а то, что доступно, на давно утерянном языке фассов, картинок очень мало. Я перевожу потихоньку, но, признаться, далеко не продвинулся; язык сложный, и каждый знак имеет такое количество значений, что пока не закончишь страницу, не убедишься, что идёшь в верном направлении. Но я не специалист. Так, развлекаюсь на досуге.

Я протянула руки, и в них торжественно опустили тяжеленный томик. От осознания драгоценности и важности заключённых в книге сведений не сдержала эмоций и на мгновение прижала книгу к груди.

— Не могу поверить, что ты доверил мне такую ценность, — прошептала благоговейно. — Я обожаю книги! Не думай, что читаю только любовные романы. Когда я стану твоей женой, ты дашь мне доступ во все архивы, и я там зароюсь, словно мышь в муку, и буду наслаждаться…

— Чихая от пыли, потому что древние рукописи ненавидят магию.

— А я их тряпочкой, любовью и заботой очищу. Они мне покажут все свои странички, вот увидишь. И эта тоже. Иди, моя хорошая, будем с тобой знакомиться. Меня зовут Бриджит, я невеста противного демона, который всё от меня скрывает и ничего не рассказывает. Но мы ведь с тобой девочки, так что будем сплетничать.

Я болтала, нежно поглаживая боевые шрамы книги, обводя трясущимся от восхищения пальчиком проплешины от ожогов, а затем отчего-то решила провести по острому, словно нож, краю обложки. И закономерно порезалась! Алые капли упали на изрезанную шрамами кожу обложки, впитались, а затем…

— Ай! Она меня обожгла!

Книга выглядела так же, как и прежде, но мне казалось, я держу в руках сгусток огня. Первое желание отшвырнуть источник боли подавила, осторожно положила книгу на стол, подула на ладони. Ожога нет, а ощущение, что прожгло до кости. Больно и гадко.

— Занимательно, — не отводя жадного взгляда от кожаного переплёта, проговорил Ульс. — Пожалуй, стоит прогуляться к твоей подруге Таяне. Где она сейчас, ты говоришь?

Он поднял ко мне лицо, и я во всей красе оценила знакомое полубезумное состояние. Всё. С этим учёным бесполезно беседовать о чём бы то ни было, кроме Таяны, фассов и особенностей древней книги.

Или можно?

Напустила на себя невинный вид, добавила румянца на щёчки, опустила глазки в пол.

— Так по тебе соскучилась. Может, пойдём в спальню?

Покраснела по-настоящему. Всё-таки есть ещё темы, по-прежнему вызывающие у меня смущение.

— Сперва к Таяне, затем в постель, — решил Ульс, поднимаясь и подавая мне руку.

— Всё с тобой ясно, — разочарованно пробурчала я, хотя на самом деле про себя посмеивалась. Не зря ко мне тянутся учёные всех мастей — чувствуют, как я их люблю и опекаю.

Ульс даже спорить не стал. Он был охвачен идеей, а значит, скоро Райден, муж Таяны, будет бурчать и вредничать, что ему мешают обнимать жену.

Я, конечно, оказалась на сто процентов права. Однако при слове «фассы» нам открыли дверь и пригласили располагаться в небольшой гостевой. Через несколько мгновений закутанная в халат, но красноречиво растрёпанная Таяна уже проводила пальчиком по острому краю обложки, а в дверь без стука ломился добрый десяток зрителей, включая де Луара и моего отца. Даже не знаю, как он здесь оказался — вот ведь интуиция у человека.

Мы затаили дыхание, наблюдая, как Таяна прижимает окровавленный палец к потёртой обложке.

Глава 35. Ожившие тайны и артефакты

Не думала, что когда-нибудь увижу такое, но книга колебалась. Мы отчётливо видели и слышали, что эта древняя «леди» раздумывает, принять ли кровь Таяны в качестве ключа, обжечь её или, ну я не знаю, обрасти шипами, ещё что-нибудь учинить. От коварной обжигальщицы я ждала чего угодно!

— Она вздыхает и кряхтит, — недоверчиво проговорила Мира. Занимательно, что наша скромница стояла рядом с Максом де Вилем, хотя была глубокая ночь. Я на мгновение едва не забыла, чем мы здесь занимаемся, пытаясь вычислить, прибыли они вместе или это совпадение. Подозрительное совпадение!

«Великая богиня! Мира заслуживает счастья! Помоги ей!» — в сердцах подумала я.

Меня едва не трясло от желания схватить подругу за руку, вытащить в коридор и допросить с пристрастием, наплевав на интриги фассов и прочих личностей. Но поскольку я теперь взрослая и ответственная, о чём мне напоминают все кому не лень, кроме демонов, нужно сперва заняться делами. Тоска какая! Хорошо, сегодняшнее дельце — исключение из правил, и мне самой интересно, что там к чему.

— А ну, друзья, разойдитесь, — строго потребовала я у дышащих в затылок. — Книженция, иди сюда!

— Бри, осторожнее, — попросил Ульс.

Но меня было не остановить, я видела только потёртую, изрезанную кожу и то, как бессовестно обложка древнего талмуда тянет из нашей Таянушки алые капли крови, не желая угомониться.

— Руку убери, — велела подруге. Та тотчас послушала и зажала кровоточащий пальчик. Я же обратилась к кровожадной книге: — А ты, моя дорогая, если хочешь получить ещё хоть каплю единственного во всех мирах носителя крови фассов, делись сведениями!

Мне бесконечно надоели интриги, домыслы и намёки. Я хотела правды. И, видимо, вредная книга почувствовала мой настрой.

Сперва мы то ли послушали, то ли услышали её несчастный вздох. Затем книга задрожала, запрыгала по столу, словно за стеной великаны разучивали деревенский танец, высоко поднимая ноги и подскакивая. Прыгая, эта лягушка бесстыжая коснулась руки Таянушки и едва не облизала остатки крови. По крайней мере они испарились, словно их не было. Таянушка сделала круглые глаза и от возмущения…

— Не топай ножкой, милая, — ласково попросил Райден.

— Я просто хотела убрать руки за спину, — бессовестно солгала шебутная некромантка, но руки убрала. И на книгу рыкнула: — А ну живо показывай, что у тебя внутри! Ни стыда ни совести!

— То-то вы с ней так похожи. Кровь фассов, оказывается, даёт такой неожиданный эффект, — пошутила я ехидно.

— Удивлена, что ты не чистокровный фасс, — не полезла за словом в карман Таяна.

— Девочки, не ссорьтесь, — попросила Серена, придвигаясь к книге. — А ты, книга, веди себя разумно. Мы поняли, что ты с характером. И, видимо, больше реагируешь на девушек, раз мужчинам не удалось тебя открыть за столько лет, верно? Может, ты дневник молодой леди? Мемуары?

— Может, книга сама — девочка, — предположила Мира. — И хочет, чтобы с ней обращались бережно и ласково. Посмотрите, как её изрезали какие-то нехорошие личности. Может, ей нужно восстанавливающее зелье? Или лечение.

Книга вновь пришла в движение, легонько подрагивая.

— Давайте я попробую, — проговорила Серена, поднесла руку к кожаной обложке и активировала лекарский дар, словно книга была живым существом.

На удивление попытка вышла удачной. На наших глазах затягивались «шрамы», стирались ожоги, трещинки, потёртости, постепенно проявлялся цвет — благородный тёмно-зелёный. Последним изменением на обложке стало тиснение.

— Пять кленовых листьев, — прошептала Мира. — Как у тебя на кольце, Серена.

— И на брачных татуировках, — заметила я, ни капли не сомневаясь в их абсолютной идентичности. — А расскажите-ка, друзья дорогие, откуда у вас это кольцо?

— Оно принадлежит моей семье с тех самых пор, когда в род вошёл арх, — рассказал Эйнар, мой друг детства и муж Серены. — До этого дня я был уверен, что брачный артефакт изобрели архи, но, по всей видимости, он попал к ним другим путём. Кольцо невероятно сильное даже по меркам архов, и оно…

— …активировалось лишь незадолго до изгнания фурии, — закончила Серена. — Мама Эйнара сказала, что это символично, но тогда я не совсем поняла, что она имела в виду. Точнее, подумала о наших с Эйнаром отношениях, а не об изменении мирового порядка.

Я посмотрела на красивую молодую пару, на плечах которых держится — ни много ни мало — королевство. Если принять за правду предположение Ульса, может ли быть такое, что Мори решила возродить расу фассов и действительно свела всех необходимых ей персон вместе?

Если кольцо с кленовыми листьями активировалось в присутствии Серены…

— Ваше высочество, попробуйте напоить книгу своей кровью, — первым сложил дважды два мой любимый демон. — Предполагаю, что в вас так же есть кровь древней расы, потому артефакт и ожил, ощутив ваше присутствие. Подозреваю, фассы умели создавать живые артефакты, и ваше кольцо, как и эта замечательная книга, тому отличный пример.

— О! — протянула Таяна и её зелёные глаза загорелись восторгом. — Поженим детишек, найдём им ещё одну симпатичную планетку, может, исконный мир фассов, выселим их туда, а сами будем пить шампанское, есть сладости и сплетничать!

— То есть у нас всё-таки есть шанс на спокойную жизнь? — спросил муж Полин.

— Шутишь? — хмыкнул Райден. — Это совершенно исключено.

— Лучше сразу смириться, — поддакнул Эйнар, заслужив от любимой жены тычок острым локтем под ребро.

— Хватит болтать, — прервала я поток мужского ехидства. — Серена, проверяем теорию. Всё как ты любишь. Режь палец!

Основательная и сдержанная Серена сперва внимательно рассмотрела книгу, даже покрутила её в руках, что оказалось совсем не лишним — на корешке обнаружился интересный элемент.

— Кажется, это для моего кольца, — удивлённо проговорила она и посмотрела на Эйнара. — Я его никогда не снимала. Как думаешь, ничего страшного?

— Нет конечно. Давай! — Её муж сгорал от любопытства не меньше нашего.

Мы затаили дыхание, когда нагретый человеческим теплом металл заполнил созданное для него углубление. В следующее мгновение кольцо исчезло, то ли растворившись в зелёной коже, то ли скрывшись под ней, зато кленовые листья на обложке наполнились золотистым светом.

— Моё кольцо, — недовольно воскликнула Серена.

— Вот видишь, а ты ещё спрашивала, почему у тебя два обручальных кольца, — заметил Эйнар, ни капли не расстроившись. — Видимо, так было суждено. Открывай!

— Мы все умираем от любопытства! — поддержала Айрина.

— В присутствии некроманток это опасно, — заметил Ульс. — Поднимут, заставят нянчить детишек. Не рискуйте.

— Согласен, — поддержал Райден. — С некромантками спокойствия не будет даже в посмертии.

Если бы именно в этот момент Серена не открыла книгу и мы с девочками в неё едва ли не нырнули, ходить бы мужчинам битыми!

— О, боги, — выдохнула Серена, оценивая первый разворот.

— Это… это что? — ужаснулась Мира.

— То, о чём ты подумала, — Фредерика и не думала терять присутствие духа. — Занимательно, конечно.

— Вряд ли, — пробормотала Серена, листая книгу. — Это не дневник богини, успокойтесь, девочки. Признаться, на мгновение тоже так подумала. Это книга учёта или справочник открытых миров.

— Но он рукописный, — заметила Таяна.

— Не обязательно, — ответила Серена, поглаживая открытую страничку. — Думаю, эта замечательная книга решила отобразить текст в том виде, который нам проще понять.

— Или руководствовалась нашими соображениями, — предположила я. После прохождения инициации и близкого, почти до сердечного приступа, знакомства с иллюзиями у меня было своё мнение на этот счёт. — Дайте-ка я попробую. Книжечка, милая, а покажи мне, пожалуйста, что ты знаешь о мире, в котором мы сейчас находимся. Серена, будь лапочкой, переверни страничку, а то мы с этой леди не подружились.

Книга потребовала ещё крови, так что пришлось закрывать её, кормить и лишь затем подтверждать моё предположение. Мы с восторгом и изумлением смотрели, как проявляется текст с рисунками, притом книга не жадничала, а показывала всё: растения, животных, людей, даже схемы прохождения магических потоков в телах одарённых богами! От первой до последней страницы она была наполнена заказанными сведениями — и, уверена, попроси мы её показать что-то в подробностях, она запросто бы продемонстрировала новые данные. Вытребовав ещё крови, конечно. Вот уж кто в прямом смысла работает за еду.

— Ты посмотри на неё. Знает ведь местный язык, а мне голову морочила, — вздохнул Ульс. — Вы не представляете, сколько я на неё времени убил.

— Тем и плохо, что большинство интересных и полезных сведений прячутся в семейных библиотеках. Жизненно необходимых сведений, — взгрустнул Оганер де Луар, глава тайной канцелярии и наш друг. — Во времена тысячелетней войны мы утратили безумное количество информации, а те крохи, что уцелели, надёжно спрятали выжившие. А ведь кто знает, может, мы смогли бы избавиться от архов гораздо раньше.

— Или сумели бы защитить себя от любой старшей расы, — многозначительно добавил Эйнар, не сводя взгляда с моего демона.

— Я работаю над этим вопросом, — дипломатично сообщил Ульс.

А я вдруг сообразила, что он неспроста решил показать мне именно эту книгу, притом сразу после того, как мы обсуждали будущее родного мира. Отлично он знал, что внутри! Хитрый демонюга нарочно организовал всеобщий «спонтанный» просмотр книги, которая поможет защитить мой родной мир, даст нам море полезных сведений и заодно позволит урегулировать сложности между государствами, чтобы я могла спать спокойно.

Вот уж кто не идёт лёгкими путями!

Логика демонов изощрена и запутана, но, кажется, я начинаю её постигать. Можно сказать, это вариант открытого демонического общения, нужно только научиться вести диалог.

— А книга… Ваше высочество, — обратилась Серена к Ульсу, но замолчала, заметив мою хитрую рожицу. — Бри?

— Он её не отдаст, разумеется, — уверенно ответила я за жадину морского принца, — но не будет против наших совместных визитов к тебе.

— Бри приняла решение доучиться в академии Сантор… — начал Ульс, но его нагло перебили.

— Издеваешься? — возмутилась Таяна, прожигая меня взглядом. — Он ведь нам не даст книгу, пока ты не получишь диплом! Хочешь, чтобы мы лопнули от любопытства, пока ты будешь грызть гранит науки? Совсем нас не любишь? Я категорически против! Иди замуж немедленно!

— Но, Таяна… — попыталась воспротивиться я.

— Ничего не знаю! Ты взрослая и ответственная девица, образование можешь получить и заочно, — отрезала она безапелляционно. — Ради страны! И ради нас!

— Вот уж от кого не ждала нотаций, — пробурчала себе под нос.

— Я, признаться, тоже хотела бы доучиться с Бри в академии, — поддержала меня Мира. — Но книга… Сведения, которые она может дать, бесценны и, возможно, невероятно актуальны именно сейчас.

— Разумная позиция, моя дорогая, — с явным облегчением в голосе выдохнул Макс де Виль. — Нам всем есть чем жертвовать. Я, к примеру, готов пожертвовать холостяцкой свободой, лишь бы твоя подруга Бриджит дала согласие его высочеству Фаульсу и тем позволила нам организовать морское посольство в столице Арратора.

— Поближе к королевскому дворцу, чтобы мы могли чаще видеться, — толсто намекнул Эйнар.

— С книгой, — разрушила всю дипломатию одной фразой Таяна. — Бри, ну соглашайся же скорее! У нас с Кори прямой переход во дворец Серены, из других миров сильно не набегаешься, сама понимаешь.

Я обиженно посмотрела на подруг. Кто бы мог подумать, что мой добрый поступок приведёт к браку! Ещё и так спонтанно.

Отец легонько кивнул, намекая, что поддерживает озвученную идею. Де Луар на мгновение выпучил глаза, побуждая поторопиться с правильным решением. А Ульс… выглядел так невинно и незаинтересованно, что разве только со стеной не сливался. Кажется, боялся даже дышать громко, чтобы не сбить меня с верного пути.

«Я тебе говорила, что Ульс куда хитрее Килга. Он перетянул на свою сторону всех дорогих тебе людей, заставив их принять нужные ему решения, — прокомментировала Иайана, посчитав, что пришла пора вмешаться. — Кстати, идею с посольством он озвучил отцу уже в день вашего знакомства и во время переговоров сломал стол, треснув по нему кулаком. Если это не любовь с первого взгляда, я даже не знаю, как она выглядит, клянусь. Стол, кстати, жалко. Его так и не смогли отреставрировать должным образом, он был древним, как клюв нашего многонога», — продолжала болтать мурена, пока я смотрела на потуги морского принца притвориться тем, кем он не является, — самой невинностью!

— Стою и думаю, меня загнали в угол или дали шанс избавиться от полевой практики с Мортом и Тляном, — вздохнула я нарочито глубоко. — Они, наверное, придумали миллион способов меня испачкать и напугать, лишить платьев и косметики, а я, паршивка такая, не вернусь в Сантор. Мне кажется, невежливо так поступать.

— Бри и вежливость. Вежливость и Бри, — ехидненько пропела Таяна любимую фразу. — Ну ладно тебе, мы все знаем, что ты терпеть не можешь физкультуру и полевую практику. А здесь, только представь, ты будешь жить в посольстве, рядом со дворцом, где есть телепорт в наши с Кори миры. Доучишься в Королевской академии магии по индивидуальной программе, как и все мы. Зато у тебя будет куча времени, чтобы издеваться… ой, чтобы предаваться лю… да что это со мной сегодня такое?

— Чтобы наслаждаться жизнью и нашей компанией, — закончила Серена, пока Таяна не сдала меня с потрохами перед всем честным народом. Хотя она уже это сделала, но, я уверена, могла и дальше копать мне могилу своей тактичностью. Папуля уже хмурится, а Ульс явно строит планы, только не ясно, любовные или издевательские. С ним не забалуешь.

А ведь я и путешествовать с ним смогу, а то собрался он по разным мирам. Без меня. Размечтался!

— Я приму решение завтра. На свежую голову, — озвучила единственно верное решение. Уж больно они все на меня насели. Я уже сама не понимаю, чего хочу.

— И ночевать будешь дома, — твёрдо произнёс папа. — До замужества. Я всё сказал.

«А отец твой ничего, — захихикала паршивка Иайана. — Считай, пнул тебя из родительского дома под венец»

«Ничего подобного», — не согласилась я.

«Посмотрим, как ты будешь грустить по ночам без любимого», — пропела она издевательски.

«Книжки буду читать! Это безопаснее».

«Ну да. Любовные романы, где героини только и делают, что подобно созревшим плодам падают в руки изголодавшихся красавчиков. И все эти великолепные описания обнажённой кожи, сладких губ, жарких объятий…»

«Заткнись! Я буду навёрстывать пропущенное в академии», — не сдавалась я до последнего, хотя паршивка пробудила во мне эмоции определённого толка.

«У тебя там столько непрочитанных книг любимого принца Дри, одна даже про демонов. Не знаю, хватит ли тебе силы воли».

Нет, ну что за искусительница? Да я из-за неё пропустила самое важное — договорились ли о чём-либо присутствующие!

Глава 36. Килг в замешательстве, или Триумф Бриджит де Ларс

У меня есть одно гадкое качество — я действую от противного.

Я всё понимала. Действительно, самым разумным и правильным шагом стало бы замужество. И дело не только в доводах подруг. Ульс заслужил кусочек счастья, учитывая, как долго он меня ждал, притом не сидел сложа руки. И я хочу быть с ним! Безумно хочу! Каждый день засыпать и просыпаться, поддразнивать друг друга, целовать между делом, но… Не могу! Не тогда, когда все тащат меня в храм едва ли не за волосы.

Папа не тревожил меня в этот вечер — проводил до спальни, пожелал сладких снов и ушёл. Ни одной нотации, ни одного совета. Чувствовал, что я на грани, и не хотел раздражать и нервировать. Всё-таки он у меня самый лучший.

Я решила полноценно отдохнуть и выбросила из головы все проблемы, бездумно поплавала в любимом бассейне, немного помагичила в своё удовольствие, а затем вдруг решила слиться с водой. Не анализируя. Захотела — сделала. И не прогадала.

Холодный разум духа действовал иначе. Он не чувствовал усталости и эмоций, потому здраво рассудил, что стоит подготовиться к завтрашнему дню и рассортировал полученные сведения по полочкам, безжалостно отметая всё, что казалось неважным. Я отмечала конкретные слова, намёки, оговорки, выражения лиц, жесты, фрагменты прочитанного и увиденного. Вспоминала свои ощущения во время разговоров. И тщательно складывала на отдельную полочку важное. То, над чем стоило поразмыслить. А затем со спокойной душой отправилась спать, зная, что утро вечера мудренее.

Утром встала раздражённая и злая. Что-то меня цепляло и дёргало. Какая-то мысль царапала изнутри, мерзко и противно, настойчиво и неугомонно, но ей никак не удавалось прорваться наружу.

— И что ты не можешь вспомнить? — своеобразно поприветствовал меня папа, когда я спустилась к завтраку и вошла в столовую, морща лицо и не отрывая взгляда от застилающего перламутровый пол синего ковра.

— Я… — Замерла, увидев приглашённых гостей. Ульс и Килг. — Доброе утро. Простите, меня не предупредили, — Смутилась тому, что одета ненадлежащим образом.

— Мы по-семейному, — хмыкнул Килг, не здороваясь.

— Доброе утро, дорогая.

Ульс выглядел превосходно, но очень подозрительно. Одежда иномирная: тёмно-серый пиджак, чёрные брюки, накрахмаленная белоснежная рубашка с непривычным взгляду острым воротничком и странным узким галстуком. Намылился уже в другой мир, паршивец, и нарочно принарядился до завтрака, чтобы я нервничала.

— Так о чём ты думала, дочь? Что пыталась вспомнить? — отчего-то настойчиво повторил вопрос папа.

И я очнулась окончательно.

— Хорошо, что ты спросил. — С важным видом опустилась на стул, словно бы ничуть не смущена близостью соседей. А посадили меня по правую руку восседающего во главе стола Килга и слева от Ульса, который не упустил возможности тихонько погладить моё колено. — Я вспомнила об одной интересной находке и связала её с двумя интригующими фактами, теперь пытаюсь переварить эту мысль. Она столь невероятная, что даже завтракать не хочется.

Против своих слов я с аппетитом принялась за еду, а вот мужчины подозрительно переглядывались и совсем не ели. Их проблемы. Лично мне для каждого прекрасного дня требуется полноценное питание, желательно вкусное и сытное, а уж при виде коварных физиономий демонов с утра пораньше и вовсе хочется заесть всё это дело трёхъярусным тортом.

— Не поделишься ли ты с нами своими измышлениями, Бри? — спустя какое-то время спросил его величество и подложил мне на тарелку кусочек сыра.

Заботливый какой. Назвал бы меня ещё доченькой — совсем бы отбил аппетит.

— Или я уже могу называть тебя «дочь моя»? — тут же ехидно уточнил он, нагло прочитав мысли, но не пересилив себя для ласкового обращения.

Подняла на повелителя морей и океанов светлый взгляд, не забыв улыбкой поблагодарить за заботу.

— Без сомнения, — подтвердила, кивнув для большей значимости. — Папа меня как только не называет, так что «дочь моя» — это милое и приятное разнообразие. Обычно я у него «катастрофа», «чудовище» и «я с тобой с ума сойду!».

— Ну, что ты, Бриджит, — смутился папа.

— Как по мне, вполне подходящие определения, — невозмутимо заметил Килг. — тоже буду их использовать. Так о чём ты думала, дочь наша? — вновь не удержался он от шуточки, явно получая удовольствие от всеобщей на неё реакции: Ульс хмыкал, я вздрагивала, папуля сжимал сильнее вилку, слуги бледнели.

— Я могу говорить откровенно? — уточнила для очистки совести, которая и так сверкала и блестела бриллиантом, ведь пользовалась я ею нечасто.

— Ты всё равно скажешь именно так, ты не любишь врать, — уверенно заявил Килг и сурово зыркнул на прислугу, которая тотчас испарилась, бесшумно прикрыв за собой двери.

Я почувствовала себя странно и прислушалась к ощущениям, не сразу сообразив, что звуки пропали неспроста. Его величество скрыл нас под пологом, но как он это сделал, осталось загадкой, ведь магические потоки даже не шелохнулись. Что ни говори, у древних рас немало секретов, а у нас — утерянных данных.

— Благодарю вас, полог очень кстати, — проговорила вежливо.

— Наблюдательная, — похвалил Килг.

Ульс вновь легонько погладил моё колено, поддерживая и успокаивая, придавая сил столь простым, но необходимым действием. Я сжала его руку под столом. На мгновение. На один вздох. Но этого хватило, чтобы взять себя в руки и настроиться. Разговор будет непростым. И реакция его величества непредсказуема. Ведь, кажется, я целиком и полностью разгадала его коварные замыслы! И промолчать не могу. Физически неспособна.

— Фифа Лин Акройд нашла в вашем кабинете, ваше величество…

— Отец, — напомнил Килг с усмешкой, как мне теперь следует к нему обращаться.

— Простите. Отец, — вежливо исправилась я, изо всех сил стараясь не корчиться в конвульсиях и не вызывать у морского царя ещё более довольную усмешку. — Фифа нашла необычный список, точнее даже, журнал учёта ваших жён.

— Виновен, — признал Килг, не скрывая удовольствия от беседы. Он чувствовал себя совершенно спокойно и расслабленно и продолжал завтрак, словно я рассказываю о погоде, а не раскрываю его замыслы.

— Затем я узнала о вашем… предназначении, — деликатно обозначила я кровавую месть в качестве дара богов.

— Умничка, — похвалил Килг и пояснил моему папе: — Я демон кровавой мести, интриг и тайной войны.

Про тайную войну и интриги я не знала, но так ещё интереснее. И этот довод прекрасно ложится в цепочку моих рассуждений.

— Продолжай, Бри. — Ульс мягко коснулся моей руки, напоминая, что я веду рассказ и нырять в океан раздумий сейчас неуместно. Поблагодарила его кивком.

— Я не видела журнал, но фифа каким-то образом поняла, что большинство перечисленных жён умерли не своей смертью, а те, что остались жить в Подводном мире, весьма вас этим расстроили.

Уф! Молодец, Бри! Сегодня ты — сама деликатность, так изящно объяснила кошмар кошмарный.

— Разумеется. Уход близких даже у демонов вызывает грусть, — совершенно безэмоционально подтвердил Килг и продолжил жевать, явно демонстрируя, что грусть у него может вызвать только закончившаяся не вовремя горчица. Я быстро пододвинула ему свой соусник, ведь слуг мы изгнали.

— А затем ушла сама фифа. Беременная. Но вы лишь сделали вид, что ищете её. — Я замолчала и подождала реакции его величества, но тот завтракал и явно ждал продолжения. — И я вдруг поняла, почему.

— Почему? — поддержал беседу папуля, видя, что я смущена и нуждаюсь в поддержке.

Спасибо тебе огромное, папуля! Продолжила, обращаясь лишь к нему, так проще.

— Потому что его величество знал, куда она ушла, папа. Так же, как он прекрасно знает, куда попали все его предыдущие двести с лишним жён, прыгнувшие в Бездну Древнего Холода, где живёт его друг и страж портала в другие миры Айаурргх — или, как его называют подводные жители, Райган, — проговорила я, испытывая одновременно облегчение и ужас от своей смелости.

Бросила нервный взгляд на Ульса, и тот улыбнулся одними глазами, поддерживая и тем придавая сил. Села прямо, сделала над собой усилие, чтобы изгнать сумасшедшее напряжение из тела и наконец глотнуть воздуха, ведь говорила, что называется, на одном дыхании.

— Продолжай, — потребовал Килг, отложив вилку. — Весьма занимательная теория.

Взгляд его величества пугал. Я видела мерцающий в холодных рыбьих глазах фиолетовый отблеск совершенно ясно и понимала, что демон кровавой мести, интриг и тайной войны начнёт безжалостно копаться в моих мозгах самостоятельно, если я протяну хоть мгновение, потому быстро и чётко принялась излагать мысли дальше.

— Я предполагаю, что дело было так: во время тысячелетней войны или чуть ранее вы, по неизвестной мне причине, ушли из мира демонов, чтобы переждать, собраться с силами и вернуться домой на других условиях. Вы дружны с богами смерти и войны, потому выбрали мир, в котором сосредоточены их интересы, понимая, что там будет безопаснее и, возможно, интереснее всего.

— В то-о-очку, — протянул Килг заинтересованно. И смотрел на меня с такой смесью удивления и восхищения, словно увидел червяка, кастующего заклятие уровня архимагистра, не меньше.

— Горжусь тобой, — шепнул Ульс на ухо.

А уж как я собой горжусь! Не лопнуть бы!

— Предполагаю, Айаурргх был обижен на бросивших его архов, потому с удовольствием начал с вами сотрудничать. Он коварный и хитрый, вам легко сдружиться, вы уважаете эти качества в других.

— Ну, это легко понять, — хмыкнул Килг, всматриваясь в меня так внимательно, словно никак не мог уловить, каким таким образом сидящее перед ним белокурое, голубоглазое и страшно легкомысленное существо женского пола смогло так быстро разгадать его замыслы. Не знаю, что он там увидел, но порцию информации мы от него получили. — Ульс, ещё будучи ребёнком, выведал от болтливого многонога всё, что хотел. Имя Райган, кстати, Айаурргх выбрал себе сам. Сказал, что он действует под прикрытием, а значит, должен быть известен в широких кругах только под псевдонимом.

— Это разумно, — похвалил мой папуля предусмотрительность чудовища из другого мира. — И идея с тем, что мифическое существо похоже на действительно обитающее в Бездне, очень умна. Если бы архи искали Айаурргха, лишь посмеялись бы с образа Райгана, нарисованного в наших книгах, решив, что глупые людишки совсем забыли, какие чудовища приходили с ними в этот мир тысячу лет назад.

— Архи самодовольны и самоуверенны, им и в голову не пришло бы проверять, так и есть, — согласился Килг. — А правило «хочешь спрятать так, чтобы не нашли, положи на самое видное место» всегда работает лучше остальных. Во всех мирах. Мы любим искать сокровища под землёй, тогда как самые драгоценные из них ходят по земной тверди.

Килг проговорил последнюю фразу назидательно и важно, а затем кивнул мне, словно именно я — драгоценное сокровище.

Всё-таки умный он демон! Вот ни убавить, ни прибавить!

Мужчины ещё немного побеседовали, давая мне время перевести дух, выпить воды, собраться с силами и продолжить бодро и уверенно:

— Вы быстро подчинили морских обитателей, обустроились невдалеке от Айаурргха и портала, внедрили нужные легенды о Бездне Древнего Холода и неспешно принялись плести свою паутину, окутывающую десятки или даже сотни других миров. Вашими жёнами становились только подходящие глобальному замыслу девушки: сильные, амбициозные, перспективные, умные, достойные и главное — хваткие и пробивные, способные вырастить и обучить ваших детей в других мирах.

Килг посмотрел на Ульса, и взгляд его был очень человечным, настороженным и цепким, словно он опасался реакции сына.

— Всё верно, милая, продолжай, у тебя отлично получается, — без капли напряжения попросил Ульс, не желая пока объясняться с отцом.

— Вам, отец, — обратилась я к его величеству как велено, уже несколько спокойнее, — нужен был не только будущий император, вам нужна была армия для того, чтобы посадить его на престол. И вы решили действовать наверняка, не полагаясь на дружественные вашему роду семьи демонов, которые могут подвести в нужный момент.

— Гениально, — выдохнул мой папуля, с восхищением и ужасом глядя на Килга. — Это гениально! Как вы вообще до такого додумались?! Нет, это уму непостижимо! Ох! — Папа не скрывал восторга и продолжил развивать свою мысль: — Если предположить, что ваши дети растут в отдалённых и не особо интересных древним расам мирах, выходит следующее: они, будучи чистокровными демонами, не встречают конкуренции среди местных и без труда захватывают власть. Так же выбирают в жёны лучших из лучших, развиваются, и с каждым годом влияние, мощь, сила вашего рода множится, обрастает различными дарами богов… О, великие боги! До чего невероятный… точнее, казавшийся таковым план! Я поражён и восхищён масштабом ваших действий, ваше величество.

Я так глубоко не копала — не хватило времени, ведь я только утром сообразила, что к чему, но папуля прав на сто процентов. Килг не разменивается по мелочам. Он планирует призвать на помощь не просто сотню-другую сыновей-демонов, он жаждет помощи сотен миров! И получит её, ведь иерархия демонов устроена так, что сыновья не могут отказать главе рода и старшему наследнику.

— Рад встретить такую поддержку от членов семьи, — кивнул папуле морской царь и великий интриган всех времён и народов Килг, сам же вновь обратил взор к Ульсу. — Ты давно догадался?

— Давно. Как только ты взял с меня обещание не ходить в иные миры, прикрывшись ситуацией с мамой, в тот самый вечер, — ответил тот, не выражая никаких эмоций.

Но они есть! Это прекрасно понимают все присутствующие.

— И ты долгие годы выводил меня на конфликт, чтобы демонстративно хлопнуть дверью и уйти, — с мягкой улыбкой любящего и всепонимающего папаши произнёс Килг. — А когда не вышло, решил поторопить события.

— Не совсем. Я встретил Бриджит и решил не прошляпить свой шанс её заполучить. И прекрасно понимал, что ты используешь мою к ней любовь как рычаг управления, потому выбрал максимально подходящую стратегию поведения, чтобы мы рано или поздно пришли к компромиссу. Мне надоела наша война. Мы её переросли.

Я хлопнула ресницами и беспомощно посмотрела на папулю. Тот кивнул, без слов сообщая, что сложности общения отца и сына объяснит мне наедине. Что ни говори, а папа куда лучше разбирается в людях и демонах, чем я. У него опыт. Но в целом я поняла: Ульс с отцом всё это время были, мягко говоря, не лучшими друзьями и нормально поговорить не могли.

И тем не менее, когда Ульсу потребовалась помощь отца, он пришёл и получил всё, что хотел. Килг всеми правдами и неправдами вытащил меня из Источника. Несмотря на то, что разгневанный сын отобрал его любимый жемчужный дворец, перевёз целую плантацию жемчужниц поближе к землям моего рода и вообще вёл себя не лучшим образом. Точнее, не так, как того хотелось бы отцу. Ято как раз одобряю действия любимого демона.

— Прекрасный выбор, сын, — похвалил морской царь так, словно этот «выбор» вместе со своим родителем не хлопал удивлённо глазками, сидя в двух шагах от него. — И я рад, что ты одобряешь мои действия. Порой нам с тобой непросто, но ты знаешь, что твоё мнение для меня всегда самое важное и значимое.

Уф, сказал. Немало им потребовалось лет для столь важного признания. Ох уж эти демоны!

Наше с папой присутствие демонов не смущало. Мы попали в категорию «своих», и относятся к нам соответственно, потому беседуют они свободно и открыто. Знают — у нас нет шанса их предать, мы уже повязаны до последнего вздоха, а то и после него. Не удивлюсь, если даже некроманты не смогут допросить нас: у демонов такая необычная магия, наверняка могут закрывать болтливые рты и в посмертии.

Мой папа всё ещё переваривал грандиозную идею Килга с неспешным покорением пары сотен миров и едва не цокал языком от восторга. Я буквально видела, как крутятся шестерёнки в его мозгу: он то склонял голову набок, то смотрел вверх, вспоминая известные ему сведения, то вновь обращал восхищённый взор на морского царя. Возможно, просчитывал варианты, как и ему принять участие в гениальной межмировой афере. Я же вдруг вспомнила о ключах Иайаны.

«Ты здесь?» — спросила у мурены.

«Разумеется», — моментально ответила та.

«Ты говорила, фифа Лин Акройд осведомлена о том, что Килгу известно её местонахождение, она живёт в комфорте и уюте, но вряд ли спокойно. Выходит, с ней уже связались его люди? Килг помогает матерям своих детей, хоть и не посвящает в свои планы?»

«Разумеется», — вновь был ответ.

«А Лаарга?»

«Спроси у Килга, пока он в хорошем настроении. А лучше — предположи. Ты сегодня в ударе», — хмыкнула мурена и исчезла, не мешая мне вести беседу.

Я наполнила бокал водой и сделала глоток, стараясь не поперхнуться. Вот это утречко! Хорошо, что я вчера была молодцом и решила выспаться. Хотя если бы не выспалась, возможно, была бы куда более дерзкой и спокойно называла Килга отцом, просто из вредности. Сейчас же это казалось ну настолько неуместным, непривычным и вообще странным, что я делала над собой грандиозное усилие каждый раз, когда требовалось к нему обратиться.

А моральных сил уже не осталось. Потому решила действовать через Ульса.

— Меня всё ещё гложет секрет твоей мамы. — Повернулась к любимому, надеясь, что мне всё расскажут.

— Стоп! — быстро проговорил Килг. — Ничего ей не говори, пусть пораскинет мозгами. Произведи на нас впечатление ещё раз, Бриджит.

Я не успела и рта раскрыть, как очнулся мой папуля и самым натуральным образом спас обомлевшую дочь.

— Это уже лёгкая задачка, с ней даже я справлюсь, — произнёс он с добродушной улыбкой, откровенно принижая свои достоинства и выставляя меня в лучшем свете. — Лаарга тоже демон. Думаю, не ошибусь, предположив, что она — жрица богини смерти или занимает высокую должность в иерархии вашего родного мира. Уж простите, не знаю, как там всё устроено, но я точно попал в цель или рядом с ней.

— Вы читали её книгу, — догадался Килг.

— Читал. Моя жена, мать Бриджит, прочитала её как любовный роман и пожаловалась на невероятно занудные политические вставки. Я не мог не заинтересоваться, ведь книга явно пришла из-под воды, а морское царство всегда было для нас закрытым и чуждым. Художественная литература, конечно, не достоверная информация, но всё же является отражением мира, в котором написана. Я знатно удивился, что вы пропустили эту книгу на сушу.

— Лаарга амбициозна не меньше моего и хотела признания. Мои люди долго вычищали тот тираж, но все книги так и не были найдены. Что касается её личности, то вы правы. Она жрица храма богини Мори. Жизнь и смерть всегда идут рука об руку, потому не удивляйтесь её дару.

Мне отчего-то казалось, что его величеству невероятно приятно беседовать о своих планах и он рад, что всё открылось, ведь с Ульсом у них были сложные отношения и нормально поговорить они не могли.

«Могли, но не хотели, — влезла Иайана в беседу. — Ульс не простил отцу уход Лаарги, а Килг сыну — попытки побега. Упрямые демоны! Что с них взять?»

— Признаться, именно роль мамы во всей этой истории была для меня загадкой до последнего времени, — честно признался Ульс. — Журнал записей твоих браков я нашёл ещё ребёнком и, как только мама ушла и ты со мной поговорил о грандиозных планах на моё будущее, быстро сложил дважды два. Разумеется, продолжал поддерживать легенду о твоей жестокости по отношению к детям и жёнам, не в моих правилах ломать чужую игру. Но мама…

Мне так и хотелось заметить, что Килг вовсе не напоминает безопасного и милого плюшевого медвежонка. Он сама жестокость! Но я мужественно молчала, понимая, что сейчас не время для дурацких шуточек.

Килг бросил на меня короткий предупреждающий взгляд, и я выпрямилась, руки на коленях сложила — просто паинька, а не девушка, мысли — невинная шутка. Любящей дочери, вот!

— Ты эмоционально вовлечён, потому не можешь трезво оценивать связанные с матерью моменты, — заметил он. — Точнее, не мог, пока в твоей жизни не появилась ещё одна важная для тебя дама.

— Вы искусно разыграли представление с побегом, где книга матери — лишь один из фрагментов хорошо продуманной легенды, — одной фразой ошеломил меня Ульс.

Я беспомощно хлопнула ресницами и с трудом подняла упавшую челюсть.

Так вот что к чему!

Выходит, Килг с Лааргой изначально были заодно! Не было никаких дорожек из самоцветов к маленькому миленькому домику, куда он её заманил. Никакой истории любви…

Мамочки! Я ведь была хорошей девочкой. За какие грехи мне досталась в свекрови тысячелетняя демоница с грандиозными амбициями?

А Лаарга? Любит ли она моего Фаульса? Может, именно потому он так болезненно воспринимает эту тему? Наверняка даже демону неприятно и тяжело осознавать, что мать родила тебя ради власти и бросила тоже ради неё.

Почувствовала, как его величество прожигает меня взглядом, устыдилась на мгновение. А затем подумала дерзко и нагло:

«Может, стоит поднять эту тему, ведь со стороны кажется именно так? А Ульс действительно слишком долго строил догадки и наверняка сомневается в чувствах матери. Ведь обычно именно мамы жертвуют всем ради детей, а не наоборот».

— Кстати, а почему к завтраку не спустилась хозяйка дома? — ехидно осведомился Килг, намекая на отсутствие моей мамули.

«Удар ниже пояса», — прокомментировала я мысленно, вслух же ответила:

— Хозяйка жемчужного замка — я, ваше величество. И я всегда рада вас видеть у себя в гостях.

«Всё равно вы не станете дожидаться официальных приглашений», — добавила про себя.

«Естественно!» — фыркнул Килг. Но совету моему внял, обратившись к сыну:

— Что касается твоей матери…

— Обойдусь без этой крайне своевременной информации.

А я угадала — для Ульса это крайне больная тема, потому он и отреагировал так остро. Тем важнее вскрыть давний нарыв и дать ране окончательно зажить. Интуиция подсказывает, что всё не так плохо, как думает мой любимый демон. Просто он слишком недоверчив. Надеюсь, я смогу это исправить.

«Тебе он верит, это мы в зоне отчуждения», — вздохнула Иайана расстроенно.

Благодарить мурену не стала. Сейчас важнее присутствовать за столом, а с ней только начни беседовать — не закончишь.

— А мне, признаться, очень интересно, — включилась я в разговор про Лааргу. — Почему она ушла из мира и не возвращалась? Почему её дом принял меня и говорил со мной? В свете последних новостей я сомневаюсь, что… Или дом живой, так как он — творение фассов? Как и та книга, что… О-о-о!

— Да. Этот мир в прошлом принадлежал фассам, — озвучил мою догадку Килг. — Они враждовали с архами не одно тысячелетие, но проиграли. Мир достался архам за много тысячелетий до вашей великой войны, но они разорили его подчистую и ушли, уничтожив всё живое. Это их обычная практика.

В повисшей тишине слышно было лишь наше дыхание. Его величество не торопился продолжать рассказ, позволяя нам выстроить собственные теории.

— Свято место пусто не бывает. Мир заселили драконы, кадтанги, люди, — предположил мой папа. — Я только никак не могу понять, почему не пришли демоны. Вы ведь как-то узнали об этом мире. Может, помогали фассам?

— Верно, помогали. Мы проиграли войну вместе и лишились права допуска в этот мир, — признал Килг. — Но мой отец сохранил записи и координаты, а также упоминание о страже глубин. Я сразу сообразил, что Айаурргха архи оставили неспроста. Они дали ему задание, которое он не смог выполнить, а затем бросили, тем наказав. Тоже их обычная практика.

— Найти выстоявший дом фассов. Тот, что подводные жители называют домом морской ведьмы, — озвучила я. — И получить доступ к библиотеке и, возможно, к уникальным ингредиентам. Только дом никого не слушал и не раскрывал своей сути, пока в мир не пришла Лаарга.

Мира даже не представляет, как ей повезло! Кста-а-ати! Выходит, в ней тоже есть кровь фассов, может, даже больше, чем у Серены, ведь лаборатория и дом её полюбили и предоставили всё для счастья исследователя и зельевара. Как занимательно. Впрочем, догадка неудивительна, поскольку аристократия Арратора по сути и есть осколки древних рас, тщательно собранные богиней Мори на удобной ей территории.

— Ты права, Бриджит, — важно произнёс Килг. — Мы с Айаурргхом быстро нашли общий язык, договорились о сотрудничестве и приступили к поискам. Не один десяток лет мы прощупывали каждую кочку, каждую глыбу. Описаний, как выглядели эти дома, не сохранилось, тогда я решил здесь обосноваться и продолжить поиски, заодно приступить к реализации главной цели.

— Я до сих пор под впечатлением, — вставил папа.

Нет, ну он точно уже нашёл свою выгоду в этом предприятии. Не зря наша семья так богата, даже несмотря на неумеренные траты прекрасной её половины.

— Благодарю.

— А как вы встретились с Лааргой на самом деле? — не выдержала я. Политические штуки — это, конечно, хорошо и всем интересно, но меня куда больше заботит состояние Ульса. И то, что сейчас рассказывает Килг, ему наверняка давно известно. А вот заверений, что мама его любит, не хватает.

— Я тебе рассказывал, — напомнил Килг, коварно улыбнувшись. — Я поймал её между мирами на одну из старинных легенд. Маги жизни нуждаются в подпитке сильнее остальных, но им не подходят стихийные источники, потому они вынуждены путешествовать между мирами, чтобы собирать необходимую энергию. Вот только есть один маленький, но существенный нюанс.

— Они слишком заметны, — впервые включился в разговор Ульс, заставив полностью отвлечься на него.

— Но сейчас ты собираешься путешествовать по другим мирам, — нашла я несостыковку и взглядом потребовала незамедлительных объяснений.

— Я достаточно опытен, чтобы это не стало проблемой, — вновь обтекаемо ответил мой любимый демон.

— Молодые демоны жизни видны как на ладони, потому их скрывают до тех пор, пока они не смогут о себе позаботиться самостоятельно, в том числе и в случае возникновения проблем, — заметил Килг, заставив меня резко обернуться к нему. — Когда они входят в силу, матереют, их невозможно вычислить даже во время портального перехода. Не волнуйся. Уже безопасно.

Неудобно меня посадили, конечно. Когда говорит один, не вижу лица другого. Я могу понять, для чего это нужно Килгу — с моей помощью он, по сути, общается с сыном. Наедине они никак не могут поговорить, слишком много обид накопилось. Но они прекрасно знают, что мой папуля видит всё, а он куда более внимательный наблюдатель, чем я, и всё мне расскажет.

«Твоему отцу уже пообещали безопасную инициацию, Бри, а после неё, когда вы определитесь с планами, и жемчужный трон», — сдала мужчин с потрохами Иайана.

Посмотрела на отца с гордостью. Ну разве он не самый замечательный папа в мире? Как им не гордиться? Подстраховался на славу! Если у меня что-то не заладится в мире демонов, я смогу забрать детей и, хлопнув дверью, уйти к папуле в подводный мир. Придётся только не забывать об Айаурргхе, вовремя дарить ему подарки и всячески задабривать, чтобы пропустил через телепорт.

— Выходит, Лааргу вы всё-таки выкрали, дождавшись у какого-то особенного источника, да? — задала я вопрос, вынырнув из собственных размышлений, а заодно закончив мысленный диалог отца с сыном.

— Да. И некоторое время мы всерьёз враждовали. Она умудрилась настроить против меня всё подводное общество, — не скрывая восхищения и гордости, произнёс Килг. — Даже Айаурргх, который был в курсе моих планов, и тот перешёл на её сторону. Она совершенно неподражаема. Шикарная женщина.

И всё-таки он в неё влюблён.

«По уши, — встряла мурена и не выдержала, по-девичьи сдала с потрохами, как только поняла, что уже можно не хранить тайну: — Но Лаарга сказала, что они не увидятся, пока сын не вырастет и не придёт в родной мир. Это такой дополнительный стимул Килгу поторопиться. И тебе, кстати, тоже. Я бы не советовала злить будущую свекровь: она спросит с тебя за каждый пропущенный год», — озвучила Иайана самый важный и весомый аргумент в пользу нашего с Ульсом немедленного обручения в храме.

— Выходит, Лаарга сейчас при дворе и готовит почву для смены власти, — произнёс мой папа как мог деликатно. — И она не против вашего плана с… другими детьми.

— Разумеется, нет, — холодно ответил Килг, вызвав у меня закономерные подозрения, что в отношениях этой парочки что-то не то. — Она так же, как и я, заинтересована в том, чтобы наш сын получил то, для чего рождён. Мы оба многим пожертвовали ради будущего счастья Фаульса. И продолжим это делать и в дальнейшем.

Прикрыла глаза, взывая к дару.

— Вы не женаты! Вообще не женаты! И никогда не были! Но тогда получается, что все эти женщины… — Я удивлённо посмотрела на его величество, затем перевела взгляд на Ульса, сообщила строго: — Даже не мечтай о гареме! У тебя буду одна лишь я, и ты это озвучишь в храме и дашь соответствующую клятву.

— Хоть сейчас, — кротко ответил хитрый демонюга, мгновенно сообразивший, что пора ковать железо, пока оно горячо.

— Не сейчас. Сперва мы немного попутешествуем.

— Милая, но я не могу взять тебя с собой! — искренне огорчился Ульс.

— Почему это? — я сузила глаза и уставилась на него словно кобра перед броском. Только пошевелись — конец тебе!

— Дорогая, но ведь у тебя экзамены в академии. Тебе нужно готовиться. Я утром написал ректору, он обещал допустить тебя к сессии, если ты успеешь закрыть долги по основным предметам за прошлый год, а зачёты тебе разрешили сдавать в течение следующего семестра.

— Так и написали?

— Цитирую: «В качестве исключения и с самыми меркантильными целями». Я уже пообещал снабдить ваш Сантор ингредиентами с морского дна, а отец — вернуть два десятка кораблей с артефактами, так что у них не было шанса отказаться.

— Так и есть, — подтвердил Килг. — Мы с Фаульсом, наконец, пришли к компромиссу в отношении тебя, Бриджит. Поскольку с замужеством ты не торопишься, я приму тебя в род в качестве младшего члена семьи; ты дашь все необходимые клятвы и сможешь спокойно доучиться, — просветил его величество меня, напрочь обалдевшую от резкой смены их политики. — А в это время Фаульс путешествует по мирам, общается со своими братьями и сёстрами, набирается сил, учится, посещает родной мир и много чего ещё. Затем ты заканчиваешь академию, вы ещё некоторое время отдыхаете, я ведь не зло во плоти, понимаю, что молодо-зелено, — состроил Килг всепонимающую физиономию и даже руку к груди прижал — мол, смотрите и восторгайтесь, какой я ответственный и любящий отец. — А затем, когда вы оба дозреете, в два счёта захватим власть и будем веселиться.

Моя буйная фантазия нарисовала реки крови в качестве веселья.

«Это интуиция», — вежливо и нарочито кротко подсказала Иайана.

Я сглотнула. Ну да, логично предположить, что демон кровавой мести наверняка не простил своих обидчиков. Кто-то ведь поспособствовал его уходу из материнского мира, и этот кто-то тысячу раз пожалеет о своей ошибке. Впрочем, демоны без меня разберутся, а я по умолчанию на стороне второго папочки.

Улыбнулась от пришедшей в голову мысли и тут же вздрогнула, заметив, с каким довольным выражением лица следит за мной Килг.

— Ну а что? — с претензией задала ему вопрос. — Я должна была думать по-другому? Разумеется, я на вашей стороне. Даже более того: я рада, что вы у нас есть. Бремя власти тяжёлое, а я девушка, мне тяжести поднимать нельзя, а Ульсу вообще всю жизнь носить меня на руках! Так что я буду вас морально поддерживать и вдохновлять юмором и красотой, — произнесла с достоинством. Помолчала пару мгновение и пообещала: — И по возможности не мешать.

Папа, бедный, едва не поперхнулся водой, которую в этот момент пил.

А я что? Я ничего. Ну не моё это — править. Пока не моё. Пусть этим занимаются те, у кого душа лежит. И первые годы правления в любом случае будут невероятно сложными, Ульс сам не справится, он ведь вырос в другом мире и ему потребуется время, чтобы освоиться в новом, притом вряд ли доброжелательно настроенном. Так что Килг у власти при сыне — это логично и закономерно, а главное — выгодно нам с Ульсом. А лично мне лучше сразу найти точки соприкосновения с родителями любимого, обговорить все нюансы на берегу, затем нырять в бездну мрака навстречу чудовищам. У меня такой опыт есть, справлюсь.

— Я услышал всё, что хотел, — произнёс Килг, поднимаясь. — Пойдёмте, Ларс, выпьем у вас в кабинете, пусть детишки наедине определятся со своими планами. Нас они всё равно слушать не станут.

Глава 37. Мой демон неисправим!

Мир обрёл звуки и запахи, когда растворился защитный полог, но я не обращала на них внимание — прислушивалась к разговору двух родителей, которые явно организовали утренне-обеденную беседу сообща. Заговорщики! Нашли друг друга! Спелись!

Впрочем, это хорошо. Даже плетя за нашими спинами интриги, они действуют в наших интересах.

«Ой, ну что за девочка! Ну какая же умница!» — восхитилась Иайана.

«Подлизывайся-подлизывайся. Я тебя ещё не простила», — напомнила о её бессовестном поведении, которое, уверена, не изменится.

«Простила! — уверенно заявило древнее чудовище. — Я слишком обаятельная и полезная, чтобы на меня долго дуться»

Спорить было бесполезно, так что я обернулась к Ульсу и переключилась на другие дела.

— Объясни-ка, дорогой друг, почему вы вдруг заявились к нам с утра пораньше?

— Кхм, — смутился Ульс, и я поняла, что он не играет. — Скажем так: пока мы приходили к компромиссу, новый дворец отца немного пострадал.

«Немного! Правого крыла просто нет, кабинет Килга затоплен, лаборатория Ульса заблокирована до окончания строительных работ. Так что они пришли поесть! А тут ты со своими догадками!» — радостно сдала демонов мурена.

— Э… ясно, — промямлила я, пытаясь не расхохотаться. А я ещё всё утро думала, ну что за сложности у Килга с Ульсом просто поговорить, это ведь так просто. Но если они новый дворец не пожалели, приходя к компромиссу, боюсь представить, во что бы вылилась полноценная ссора.

Слёзы потекли по щекам, как я ни пыталась их удержать. Я начала всхлипывать и вздрагивать, а затем не выдержала и захохотала на весь дом. И тут же оказалась в сильных мужских объятиях, надёжных и крепких, успокаивающих.

— Это нервы, — поглаживая меня по спине, приговаривал Ульс. — У нас выдалось непростое утро, но всё прошло на удивление гладко.

«Ещё бы оно прошло не гладко. Он ведь прямым текстом сказал любимому отцу, что с ним сделает, если ты хоть на мгновение испугаешься, Килг впервые за последнюю тысячу лет думал о чьих-то чувствах, я чуть со смеху не умерла — так плохо у него получалось. Но он старался! — с восторгом продолжала докладывать мурена. — Кстати, Фаульс уже гораздо сильнее отца, а после пары лет прогулок по другим мирам станет ещё сильнее. И он сделал тебе обручальное кольцо. Сам», — неожиданно сменила тему Иайана и испарилась.

А вот и удар ниже пояса.

Хотя этих ударов уже не сосчитать! Одни короны демонов, любезно продемонстрированные Иайаной, чего стоят! И эта паршивка ведь не угомонилась, подсовывала видения ювелирных произведений искусства и дальше, затем решила усилить воздействие: стоило мне закрыть глаза, как я представляла себя в коронах. И они мне шли. Очень! Но моргать было уже откровенно страшно — при очередном видении хотелось взять Ульса под руку и уволочь захватывать мою будущую сокровищницу. На мои требования прекратить коварная мурена заверяла, что она «да ни в жизнь!», это всё моя богатая фантазия, и вообще, стоило бы извиниться перед оклеветанной честнейшей рыбёшкой.

Так, я снова отвлекаюсь.

Строго посмотрела на своего демона.

— Думаешь, я не понимаю, что происходит? — отчеканила, тщательно проговаривая каждый слог.

— Ты о чём? — удивился Ульс очень натурально. Бессовестный хитрец!

— Хватит пытаться мной манипулировать, — рявкнула я. — Меня на такое не купить.

— Я и не собирался. Но когда подобное случается, заверяю, что это выходит неосознанно. Ты сама прекрасный манипулятор и видишь меня насквозь, так что с тобой я не сильно себя контролирую, — сделал своеобразный комплимент Ульс.

— Вижу! Но не значит, что не реагирую! Хотя нет, — очнулась я и вновь сузила глаза. — Всё ты делаешь осознанно, гад ты эдакий! Иайану подговорил, отцу целеуказание дал! Если это неосознанно, то я!..

— Спокойно, не кипятись, — попросил он, притягивая меня ближе к себе и не позволяя вырваться. — Бри, ты ведь меня знаешь, я не умею быть откровенным и только с тобой начал постигать эту науку. Не всё сразу. Да, признаю: я хочу, чтобы ты плюнула на этот Сантор и сбежала со мной путешествовать по различным мирам. Даже больше скажу: твои чемоданы упаковали ещё вчера.

— Что-о-о-о?

— И мы оба прекрасно знаем, что так и будет, потому что ты ужасно ревнивая, недоверчивая и не сможешь меня спокойно отпустить.

— Да ты вообще!.. — Я задыхалась от высказанной правды. Это невероятно бесит!

— А я слишком пекусь о тебе и пытаюсь подстраховать со всех сторон, — как ни в чём ни бывало продолжал Ульс. — И потому на всякий случай договорился с отцом о твоём возможном обучении в Санторе. И действительно туда написал. И уговорил его отдать затонувшие корабли. Более того, их всё равно придётся отдать, даже если ты не пойдёшь учиться, ведь правила Сантора нарушают впервые в жизни. Притом на ректорат нагло давят ещё и сверху, ведь я привлёк и вашего де Луара, и Серену с Эйнаром, а те не поскупились на обещания и угрозы, — признался Ульс в содеянном без капли раскаяния.

— Ради меня, — прошептала я. — Почему ты так много делаешь ради меня? Это ведь… Ты потакаешь моей незрелости и легкомысленности. И вообще…

— Бри, а когда ещё быть незрелой и легкомысленной, как не в молодости? — с улыбкой спросил он.

— Ну, всё равно это неправильно. Мы ведь оба знаем, что хотим быть вместе, значит, нужно сесть и договориться. Только, пожалуйста, очень тебя прошу: этот замок должен выжить! — пошутила я, но смотрела при этом совершенно серьёзно.

— С тобой мы будем договариваться иными методами, — заверил Ульс, целуя меня. Быстро и смазано. Совсем не так, как обычно. — Прости, я обещал твоему отцу до свадьбы тебя не трогать. Не удержался.

— Да вы издеваетесь! — рявкнула я, вырываясь из объятий. — То иди замуж, то иди учись, то становись императрицей и будь умничкой, то путешествуй, но сбегай без брака, то с браком, то… — Я застыла с открытым ртом. — Великая богиня! Да вы же заставляете меня анализировать каждый шаг и просчитывать варианты наперёд. Специально заваливаете вариантами, заставляя выбирать. Не спонтанно, а осмысленно.

Меня словно холодной водой окатило.

Выходит, всё это время меня коварно и тайно воспитывали.

Как дитя несмышлёное.

Которым я, впрочем, и являюсь. Если признать совсем про себя. Тихонечко. Чтобы никто не услышал.

Мурена в этот момент мудро промолчала, за что ей огромное спасибо. Держать себя в руках как никогда сложно.

— Бри, ты совершенно очаровательна, и я люблю тебя такой. Взбалмошной и искренней, хитрой и прагматичной, коварной и милой. Ты многогранна и противоречива. И это великолепно. Восхитительно, — с чувством проговорил Ульс. — Единственное, чему я хочу тебя научить — это самостоятельности. Ты привыкла полагаться на остальных и доверять мнению отца, подруг, проплывающих мимо акул и осьминогов. Но себе ты не доверяешь. Не веришь, что можешь быть умнее прочих. А ведь ты первая, кто разгадал тайну моего отца. Думаешь, никто прежде не пытался? Пытались, и не раз. Та же бабка Авроры и родственница твоей Серены, к примеру. Шикарная женщина. Она специально затопила корабль, чтобы попасть к Килгу в постель и шпионить для Арратора.

— Да ты что! — воскликнула я от неожиданности. Но, подумав, поняла, что не удивлена. Род Серены не просто так пришёл к власти. Заслужили.

— И таких примеров сотни.

— Обалдеть можно.

— Обалдеть можно от того, что ты наконец признала, какая у меня умница-разумница, — мягко заметил Ульс, пытаясь обнять меня. Но я отступила на шаг.

— «…а потому согласишься стать моей женой и будешь делать то, что я хочу», — съехидничала в ответ.

— Думаю, если ты поразмыслишь немного, то поймёшь, что в нашей паре именно я делаю всё, что ты хочешь. Более того — стараюсь предвосхитить все твои желания и потребности, чтобы в нужный момент преподнести на блюдечке с голубой каёмочкой.

Есть такое, да. Не поспоришь.

— У меня столько желаний, что ты вряд ли справишься, — предупредила честно.

— Не сомневаюсь. Зато мне будет чем заняться.

— О, это я тебе обещаю! Но замуж всё равно выйду только после…

— Окончания академии? — ехидно спросил Ульс, обнимая меня за талию и уводя в сторону телепортационного зала.

— Очень смешно. Я действительно не хочу отпускать тебя одного, но, Ульс, мы не можем путешествовать, не связав себя браком. Но я хочу нормальную свадьбу! С гостями, подарками, клятвами богам. А не так, что надела колечко-артефакт, а сама — бац! — и замужем.

— А кто тебе запретит путешествовать без кольца на пальце? — вкрадчиво уточнил мой хитрющий демонюга.

— Папа.

— Тогда предлагаю быть бессовестными и неблагодарными детьми, нарушить все правила и сбежать! — азартно предложил Ульс. И глаза его так горели, так манили, что я взяла его за руку и кивнула. И чихать хотела, что это очередная провокация, тщательно спланированная моими любимыми мужчинами.

Я сама этого хочу, даже отпираться не буду. Я не Серена и грустить по академии не стану, а мои девчонки и так останутся со мной, никуда не денутся, не сбегут. Так что буду делать то, что хочу! А хочу я многого!

Сбежать с любимым, отдохнуть, нормально выспаться, наесться иномирных вкусняшек, накупить чемодан ненужного барахла и предаваться любви сколько угодно без угрызений совести — вот мой план на ближайшую неделю. А там хоть трава не расти! Не хочу ни о чём думать и нести ответственность. Свободу свахе!

В телепортационной стояли собранные чемоданы, коробка с новыми книгами моего ненаглядного принца Дри, сверху лежал свёрток с шубой, которую я добыла в мире архов и люблю едва ли не сильнее всего своего гардероба.

Быстро схватила меховую драгоценность, надела и закуталась в божественно-ласковое оранжево-красное тепло, мурлыкнула довольно.

— Предлагаю начать с любого заснеженного мира, в котором у нас будет дом с камином и книжной полкой, — произнесла с чувством. — Нам ведь в каждом из миров подготовили жильё? Я бы не хотела вот так сразу знакомиться с твоей роднёй, сперва отдых.

— Разумеется! Но что касается камина и полки… Боюсь, я уточнил только одно: есть ли там кровать, — подмигнул Ульс.

— А я люблю читать лёжа! — сделала вид, что не понимаю намёков, и показала язык скорчившему несчастную физиономию демону. — Активируй телепорт и не забудь о защите, чтобы тебя не вычислили. Ой!

На моё восклицание Ульс не обернулся, послал магический импульс в металлические ворота перехода, явно намекая, что, каким бы то ни было это «Ой!», мы отправимся на только что выбранную им кровать. Читать, конечно же! Мы ведь не женаты и не станем нарушать родительские запреты! Ни-ни!

Хрюкнула от смеха.

— Делись энергией с телепортом, — напомнил Ульс и всё же полюбопытствовал: — Что за «Ой!» я только что услышал?

Послушно отправила часть личной силы в телепорт и только тогда ответила:

— Макс де Виль очень просил организовать им с Мирой свадьбу, пока я куда-нибудь не сбежала. Прямо так и сказал.

— Ты уже сбегаешь, — проговорил Ульс твёрдо и уверенно.

— Сбегаю-сбегаю. Я просто подумала, может, стоило повесить нашу свадьбу на них? У Миры хороший вкус, пусть бы и занялась, потом бы не так боялась своей.

Удивлённая физиономия демона стала мне наградой.

Телепорт начинал раскручивать накопленный веками заряд, готовясь проложить путь в далёкий мир, потому загудел и завибрировал, оглушил, и я не расслышала, что спросил Ульс. Ему пришлось повторить, когда подготовительная и звонкая часть работы древних портальных врат закончилась.

— Ты уверена? Ты ведь хотела самую лучшую свадьбу. Особенную.

— Она и будет особенной, — уверенно заявила я. — Я уже даже представляю, что нас ждёт: мы не желаем возвращаться в Арратор, потому что и так счастливы, путешествуя по мирам, знакомясь с новыми родственниками, навещая фифу Лин Акройд, и потому Макс де Виль находит нас на задворках цивилизации, давит на совесть и заставляет прибыть на их с Мирой свадьбу. А в Арраторе нас поджидают недовольные друзья, родители, злющий, как тысяча демонов, Эйнар и смеющаяся богиня Мори. Она и отправляет нас в храм, потому что из-за нашего безответственного поведения у Килга дёргается правый глаз, а у де Луара левый, и ей тяжело с ними общаться, она всё время хохочет, хотя ей по статусу положено быть строгой и жестокой.

— Мы не такие, — возмутился Ульс.

— Говори за себя и в прошедшем времени, — хмыкнула я и припечатала его аргументом: — Это видение нашего будущего.

— Не может быть!

— Предлагаю проверить на практике. Если получится его изменить, с меня поцелуй!

Он тут же заключил меня в жаркие объятия и склонился с очевидным намерением, но я быстро вырвалась и погрозила ему пальчиком.

— Никаких поцелуев в этом мире, мы обещали моему папе.

О, это возмущённое лицо! А вот, милый, отведай на собственной шкуре, каково это — остаться без нормального поцелуя! Я мщу, и месть моя демонически коварна и по-женски жестока!

Полотно телепорта взорвалось бледно-голубым светом, приглашая сделать очередной шаг в новый мир и новую жизнь — ту, в которой мы идём рука об руку, помогая и поддерживая, уважая и оберегая…

В моём воображении.

На практике же меня схватили в охапку и утащили в другой мир, не дав забрать чемоданы и любимые книги, не дав даже оглядеться. Из телепортационной мы молниеносно переместились в спальню и ещё быстрее оказались в кровати. Я даже рассмотреть ничего не успела.

— Я забыла книги! — попыталась я предъявить претензии своему варвару, чтобы хоть немного прийти в себя после телепорта. Перед глазами плыло и кружилось, поскольку мы забрались очень далеко от родного мира, а я всё-таки лишь на десятую часть демон, в целом же — вполне себе полноценный человек со своими слабостями.

— Они тебе не понадобятся, — пообещал Ульс, начиная раздеваться.

— И чемоданы! — настаивала я.

— Ты взяла с собой шубу, она прекрасно подходит к модному в этом мире одеянию — наготе, — уверенно заявил он и в следующее мгновение отбросил мою шубку в сторону, чтобы тут же приняться за платье.

— А где мы? — поинтересовалась, тоже начиная его раздевать. В конце концов, мы в долгожданном отпуске, имею право. Дела — потом!

— В мире, где ты на все мои предложения будешь отвечать: «Да!»

— Кондитерская? — хмыкнула я, стягивая остатки одежды и прижимаясь к демону.

— Нет. Это тот самый домик, куда мой отец заманил маму и заставил её без памяти в него влюбиться.

— Но я и так тебя люблю, — прошептала, целуя его плечо и доверчиво заглядывая в хитрющие глаза.

— Докажи. А то ты так не хочешь за меня замуж, что я начал сомневаться, — мурлыкнул бесстыжий провокатор, опрокидывая меня на белоснежные простыни. — Даже не знаю, что ты должна сделать, чтобы я вновь поверил в искренность твоих чувств.

Ну, гад!

— Шлёпнуть тебя? Придушить? — Я сузила глаза, будто страшно на него зла, на самом же деле изнемогала от желания поскорее приступить к доказательной базе.

— Удушение — это, кстати, интересная техника. Не думал, что тебе она известна, — удивился Ульс, поглаживая мои обнажённые колени.

— Я много читаю, — произнесла с таким достоинством, будто мы говорили о научных трудах.

— Восхищён и заинтригован, — произнёс мой демон патетично, даже ручищу к сердцу прижал.

— Довольно паясничать, — приказала я царственно. — Пора переходить от теории к практике.

— Слушаюсь и повинуюсь, моя прекрасная госпожа, — со смешинками в глазах пообещал Ульс. — Самая любимая и драгоценная.

— На драгоценности меня лучше не переключать, я начинаю возбуждаться в другую сторону, — честно призналась я и тут же очнулась: — А где, кстати, моё кольцо?

— Потом, — прошептал он, склоняясь ко мне. — Всё потом.

— Но, Ульс!

— Оно в кармане пиджака. Получишь позднее! — пообещал любимый, но кто его слушал! Я ужом выскальзывала из-под его мощного тела и бежала к сброшенной наспех одежде. — Бри, нет!

— Поздно! — триумфально воскликнула я, сжимая в руке самое восхитительное кольцо в мире! — О, оно прекрасно. Такое волшебное и морское… И вообще.

Я с интересом разглядывала невиданное прежде смешение магии и белого металла. В изящной створке раковины плескалась наполненная его силой бирюзовая вода, в толще которой скрывалась крохотная чёрная жемчужина.

— Великие боги, — прошептала я недоверчиво. — Это магия жизни, да? Жемчужина будет расти? Потому такая крошечная?

Ульс оказался рядом в одно мгновение, отобрал у меня кольцо и повёл к кровати.

— Ты хотела нормальную свадьбу, а не надеть на палец кольцо и — бац! - уже замужем, — проговорил он, нарочно цитируя мои слова. — Так что пока придётся воздержаться от примерки.

Кольцо опустилось на прикроватную тумбочку, магнитом притягивая мой взгляд.

— Это жестоко, — проговорила я севшим от волнения голосом.

— Я не планировал тебе его сейчас показывать. Иайане язык нужно вырвать, слишком она разошлась с откровениями. И пока ты не начала меня обвинять во всех грехах, сразу скажу как есть: да, из этого мира я планировал тебя вернуть в Арратор глубоко замужней дамой. Но всё должно было быть по-другому.

— И как же? — отчеканила я недовольно, но поглядывала при этом на кольцо. Наполненная магией жизни вода так и манила, так и притягивала, не отпускала.

— С твоего согласия, разумеется. И пламенного на то желания, — вкрадчиво произнёс Ульс и замолчал.

Я по-прежнему не смотрела на него, всё моё внимание было отдано великолепному произведению искусства. Завораживающему. Загадочному.

— На что оно способно?

— Защита, накопитель, стабилизатор энергий и эмоций, — быстро выдал Ульс заготовленную фразу.

— Скрытые механизмы? — потребовала я ответа, из последних сил отрываясь от кольца и заглядывая в лицо жениха. — Правду, пожалуйста.

— Грубо говоря, кольцо — портал в нашу семью. Со всеми вытекающими.

И тишина. До чего мы лаконичны, когда не хотим сдавать карты.

— И что там вытекает? Реки крови и слёз?

— Ну-у-у, — протянул он, нарочно провоцируя меня на злое цыканье. — Бри, это обычное обручальное кольцо с традиционными…

— Надену и забеременею? — спросила прямо.

— Только если захочешь. Я никогда не поступлю так с тобой против твоего на то желания, — твёрдо произнёс мужчина.

— Ульс, почему из тебя всё клещами тащить надо? — разъярилась я не на шутку, но и это не помогло сместить фокус внимания. Не выдержала, подошла к колечку, прикоснулась пальчиком.

Какое же оно волшебное! Так и просится в руки.

Но нельзя.

— Ладно, — смирился Ульс с неизбежным. — Одеваемся и действуем по плану.

На мои вопросы, каков план, куда и как одеваться, мне выдали из шкафа полупрозрачное, струящееся белоснежной фатой платье, помогли заплести волосы в косы и вывели из небольшого домика. Сам демон при этом одеждой себя особо не утруждал — нацепил штаны для приличия, вот и весь наряд.

— Меня точно никто не увидит в этом красивом непотребстве? — в сотый раз спросила я, ступая на крыльцо. — О!

Я замерла, позабыв и о стеснении, и о вопросе, прозвучавшем мгновение назад.

Ульс демонстративно щёлкнул пальцами, снимая с дома защитный полог. В уши грохнуло шумом, в лицо хлестнуло прохладной влагой, глаза ослепило разноцветными бликами радуги, нос обожгла морская соль.

— Где мы? — благоговейно прошептала я, задирая голову к величественным тёмным горам, с вершин которых мощными потоками вырывалась вода, белоснежной тяжестью ниспадающая в океан.

Не так я представляла себе домик морской ведьмы, совсем не так!

Я дышала и не могла надышаться, до того чистым и вкусным был воздух этого мира. Пропитанный морской солью, влагой, зелёными мхами, он казался живительным и бодрящим, наполняющим силой, укрепляющим дух.

Я смотрела и не могла насмотреться. Тысячи полноводных рек срывались с тёмных гор до горизонта. В водной взвеси то и дело взрывались волшебным цветом яркие подковы радуг.

Я никак не могла насытиться дикой яростью пресной воды, обрушивающейся в умиротворяющий плеск океана.

— Это колыбель миров, — тихо произнёс Ульс. — Здесь боги черпают энергию и отдыхают от суеты, медитируют, сливаются с источниками и восстанавливают равновесие. Здесь они готовятся к войнам и строят коварные планы. По преданию, если влюблённые обменяются клятвами у водопада жизни, а затем войдут в воды океана судьбы, их ничто и никогда не разлучит, а боги одарят их своей милостью и исполнят любые желания.

Перед внутренним взором вновь как наяву появились короны демонов, одна за другой. Невероятно красивые. Мои!

— А колечко с водой отсюда? — вновь шёпотом спросила я, оглушённая его словами.

— Из моего Источника, — окончательно добил мою слабую психику запредельной романтичностью демонюга. О таком я слышала лишь в легендах!

Я пошатнулась и вынуждена была вцепиться в руку любимого.

В голове не укладывалось: Ульс и романтика, романтика и Ульс. Он может только язвить и паясничать, но совершать безумные поступки — это не к нему. Ну правда ведь, совсем не к нему.

Я хлопала ресницами и пыталась осознать, что меня обыграли по всем фронтам. И обыграли так, что я сама хочу сдаться, подняв обе руки и оттопырив пальчик для того, чтобы на него тут же надели кольцо. Немедленно!

— Умеешь загонять в угол, — пробурчала я недовольно, но несуществующие складки на платье расправила и волосы поправила — вдруг они распушились от водной взвеси? Если уж принимать предложение руки и сердца, то при полном параде.

— Побойся богов, любовь моя, — укоризненно попенял мне Ульс. — Никто и никогда не сравнивал их благословение…

— Прошу простить, была неправа. Ну всё, давай, делай мне предложение или что ты там хотел, — поторопила, заметив, что колечко присоединилось к местному празднику жизни, и из заключённой в створку капельки вырастает крохотная, но сияющая тысячами разноцветных бриллиантиков радуга. — Это ведь и есть благословение, да? — Я указала взглядом на волшебную красотищу, что Ульс держал в руке.

— Милая, это обычное преломление и отражение солнечного света в капельках воды, — совсем неромантично объяснил он.

— Узнаю своего жениха, — ехидно выдала я, протянула ему руку, чтобы не мешкал. — Клянись мне в вечной любви и покорности и надевай кольцо.

— Обойдёшься, — хмыкнул Ульс. — Покорность больше присуща женщинам.

— Да ты что? Ну, тебе в этом плане не повезло — придётся терпеть меня!

Я пошевелила пальчиками, намекая, что кто-то слишком много говорит, сама же стояла и улыбалась, как голодный анкилот при виде корзины яблок. Сейчас это свершится! Искусно расставленная ловушка захлопнется, сделав прекрасного морского принца моим на веки вечные. Ещё немножечко, совсем чуть-чуть — и женская хитрость вновь возьмёт верх над мужскими холостяцкими заповедями. Зря мы с Мирой, что ли, вырабатывали стратегию, как правильно убегать от демона, чтобы прибежать в его объятия на своих условиях?

Ульс взял мою руку в свою, и улыбка стекла с моего лица.

Великие боги, мы стоим на краю миров, в окружении тысячи спаянных воедино водопадов, что украшены сотнями ярких и праздничных радуг, но видим лишь друг друга. Слышим друг друга. Вокруг нет ничего и никого. Только мы. И океан наших чувств. Так далеко, так надолго, так прочно запертых, что лишь сейчас, лишь здесь, с помощью богов и волшебства этого места они снесли воздвигнутые преграды, бурным потоком вырвались наружу, ошеломив нас, обездвижив. Обезоружив.

И мы не дышали. Стояли и смотрели друг на друга. Любовались. Влюблялись заново. Только уже открыто и честно. Искренне.

— Я люблю тебя, Бриджит де Ларс, — произнёс Ульс спустя бесконечное множество чудесных мгновений, наполненных любовью и тишиной.

Сердце забилось тревожно и радостно в ожидании заветного предложения руки и сердца.

— И я люблю тебя, — тихо и нежно ответила ему. — Очень люблю.

— Согласна ли ты… — Я замерла в ожидании продолжения, хотя желала мгновенно согласиться и радостно повиснуть у него на шее. Но порядочные девушки так не поступают. Нужно прожить счастливый момент целиком, не урезать его глупым поведением. — Согласна ли ты терпеть мои причуды, не мешать лабораторным опытам и экспериментам, помогать и поддерживать, прикрывать от государственных дел, заботиться, гладить мои рубашки…

— Ни за что! — твёрдо ответила я и скорчила злобную мордашку.

— Без проблем, — моментально согласился Ульс. — Тогда так: согласна ли ты, Бриджит де Ларс, стать моей женой, распоряжаться моим имуществом, украшать собой мой дом и быть мне верным другом и союзником?

— Ну-у-у, как-то так… — Скривилась, намекая, что предложение снова мимо.

— Хм. Ну что же, попробуем по-другому, — не отчаялся мой демон, а затем сделал то, о чём я мечтала с детского возраста, — встал на одно колено и взял меня за руку, протягивая кольцо!

— О, Ульс, — протянула я, прижимая свободную руку к груди. На глаза навернулись слёзы. Ну до чего он заботливый и милый!

А дальше произошло то, чего я в глубине души ожидала куда больше, чем романтических признаний и предложений. Эта бесстыжая, наглая рожа без лишних слов нацепила на мой палец кольцо, затем подхватила добычу на руки и направилась по шикарной, заботливо выложенной когда-то Килгом драгоценной дорожке в океан.

— А клятвы?! — завопила я во всю мощь лёгких, испугавшись, что без них мы благословение богов не получим.

— Клянусь соблазнять тебя при каждом удобном и неудобном случае, клянусь быть верным и преданным, клянусь любить тебя и заботиться о тебе, безмерно баловать и обожать. Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, Бри. Твоё счастье — это моё счастье, — проговорил Ульс на бегу, ни капли не запыхавшись.

— Постой, я же не успела ничего сказать! — Я застучала кулаками по широкой спине, заметив, что мы уже зашли в океан.

— А тебе и не нужно ничего говорить. В отличие от некоторых, я в твоих чувствах не сомневаюсь. — Ульс не преминул воткнуть шпильку в уязвимый женский бочок, а затем переместил меня в воду и сжал в объятиях, склонившись к моему лицу. — Жена.

Тёмный взгляд гипнотизировал и лишал воли, притягивал магнитами. С тихим стоном я встала на цыпочки и прижалась к мужу, обнимая за крепкую шею.

— Теперь ты меня поцелуешь? — прошептала, коснувшись губами его подбородка и заглянув в глаза.

— Подумаю! — заявил вредный демон. И тут же, не давая ни мгновения возмутиться, впился в мой рот обжигающе-горячим поцелуем.

Я млела и таяла, горела и сгорала, возрождалась, как феникс из пепла, и вновь тянулась к источнику опасности, но была счастлива как никогда в жизни.

Да, это не канонически прекрасное, романтичное и трогательное предложение, что я себе представляла, читая под одеялом любовные романы из разных миров. Это гораздо лучше! И по-настоящему!

Эпилог 1

Макс де Виль нашёл нас месяц спустя в одном из закрытых миров. Мы с Ульсом мирно завтракали в уютном кафе на берегу реки, обсуждая планы на день, когда вдруг я заметила, как плечи демона напряглись и тут же расслабились.

Подняла голову и увидела, как в нашу сторону твёрдым шагом направляется братец Серены. В следующее мгновение услышала звон — на моё блюдце приземлился мощный телепорт, способный переместить между мирами небольшую армию.

Медленно поставила чашку на стол и посмотрела на любимого.

— Милая, подозреваю, пора возвращаться домой, — мягко перевёл поведение разъярённого мужчины мой демон. — Поскольку я на своём примере понял, как тяжело затащить под венец даму сердца, выступаю на стороне отчаявшегося, жаждущего женитьбы холостяка.

— А что Мира? — спросила я, старательно пытаясь не вжимать голову в плечи. Макс выглядел уж слишком грозно, в его присутствии было откровенно некомфортно.

— Ждёт тебя, — отчеканил де Виль, стараясь не плеваться смертельно опасным ядом, чтобы не лишить себя шанса на счастливый брак, ведь моё присутствие — обязательное условие Миры. — А я жду, когда ты исполнишь обещание.

Ой, фу-ты ну-ты, какие мы требовательные. Я обещала помочь, но не обещала делать это вот прямо сейчас! Но Максу лучше это не озвучивать, пусть живёт в неведении.

Чувства вины я не испытывала. Если Мира не готова, бесполезно её уговаривать и заставлять. Ей нужно дать время смириться с неизбежным, принять это, и затем уже можно вовсю давить и толкать в правильном направлении. Но ни мгновением раньше.

Но, возможно, если Макс здесь, то считает, что она созрела. В любом случае, пока сама не проверю, ничего ему обещать не стану. Сперва Мирочка. Посмотрю на неё и сразу пойму, да или нет. Если она будет себе врать, то я, разумеется, открою глаза на правду и потороплю, а если нет, то придётся кое-кому нетерпеливому подождать.

— Пойдёмте, господа, — произнесла я, поднимаясь и поправляя юбку бирюзового платья.

В этом чудесном мире не носят ни корсетов, ни огромных кринолинов, ни узких, сжимающих ноги, чулок, предпочитая естественные изгибы женского тела. И, на счастье, вообще носят одежду! А то мы как-то загремели с мужем в один такой… вспоминать стыдно и смешно, честное слово. Я когда увидела рекламу показа мод, хохотала до слёз и, разумеется, силком потащила туда любимого. Мы ожидали чего угодно: бусиков, листочков на причинных местах, росписи по телу, но столкнулись с неожиданным решением местного общества. Вместо нормальных нарядов или аксессуаров модели ходили по подиуму всё такими же обнажёнными, но их тела освещали разноцветными лампами и пафосно озвучивали наименования нарядов: «Лунный свет в ледяном океане», «Краски поздней осени», «Рыжий закат», «Мечта экоактивиста». В общем, интересный визит в мир. Непростой, но интересный. Надолго запомнится.

— Рад вашему решению, — чеканя каждый слог, сказал Макс.

Ульс с тоской посмотрел на наполненные тарелки, но забрал артефакт и первым направился к выходу из небольшого уютного кафе, где галантно открыл мне дверь.

Переместились мы в телепортационный зал при дворце, так что я с чистой совестью сбежала из мужской компании на поиски Серены и девочек.

— Я вернулась! — завопила с порога, влетая в гостиную, куда меня привёл слуга.

В этот раз общего сбора не объявляли, потому я застала лишь двоих — принцессу и её лучшую подругу.

— Узнаю нашу Бри, — хмыкнула Мира. — А то в прошлый раз пришла, вся такая степенная, что мы уж думали, совсем тебя потеряли. С возвращением! Какими судьбами? Я думала, вы будете куда дольше путешествовать по мирам.

— Скорее она на это надеялась, — заметила Серена с улыбкой, после чего поприветствовала меня, заключив в тёплые и родные объятия. — Я скучала. Как ты? Хоть бы весточку прислала. Или вас занесло совсем далеко?

— Совсем! У меня всё прекрасно, я вышла замуж и совершенно, абсолютно, бесконечно счастлива и довольна! — Продемонстрировала колечко, но объяснять ничего не стала. — Расскажу потом, когда все соберутся. А пока, Мира, мы должны срочно подготовить торжество и выдать тебя замуж, у меня очень мало времени, — протараторила я со скоростью летящих во вражескую армию боевых заклинаний.

— Вот так сразу? — Мира хлопнула ресничками, но ужаса во взгляде я не обнаружила.

— Именно! Я тоже замуж не собиралась, но вышла — и очень довольна. А Макс, ты уж меня прости, доказал глубину своих чувств к тебе. Сколько ты уже его тиранишь?

— Не тираню, — запротестовала Мира растерянно. Прежде я её никогда не упрекала и не обвиняла.

Нерешительная невеста посмотрела на лучшую подругу, надеясь на защиту, но Серена покачала головой.

— Прости, моя хорошая, но Бри права в том, что вам пора узаконить отношения. И я говорю так не из-за того, что Макс — мой брат. Он выдержит, даже если ты будешь продолжать прятать голову в песок ещё двадцать лет. Просто… я ведь вижу, что ты уже готова, только по-прежнему боишься, а страх — не лучший советник. Доверься интуиции и чувствам, доверься нам.

— Доверься любимому мужчине, — вставила я важное. — Если даже демонам иногда можно доверять, то по уши влюблённым истинным парам — и подавно.

Мира округлила глаза и молча переводила взгляд с Серены на меня и обратно. Мы мужественно молчали в ожидании её решения.

«Смотри не лопни», — влезла вездесущая Иайана.

«Сама хоть раз в жизни промолчала бы и не прокомментировала моё состояние», — огрызнулась я, потому что мурена права. Я уже на грани. Но Серена молчит, а значит, Миру лучше не торопить. Они друг друга знают как облупленные.

Тишина затягивалась, меня дико распирало от желания высказаться, но я не хотела всё испортить, потому решила перевести тему, давая Мире время вдоволь поизводить себя сомнениями.

— Как дела у повелителя драконов? Бывает ли Дарг у вас в гостях? Вспоминает ли меня? — поинтересовалась, приняв невинный вид.

— Тебя забудешь! — хмыкнув, заметила Серена. — Подозреваю, путь в Дааярд тебе заказан.

Тут уже и Мира захихикала, прекратив на нас дуться.

— Бри, ты ведь ничего не знаешь! После твоего ухода из дворца Дарга одна из девиц приняла твой облик и соблазнила его, — весело продолжила она рассказ подруги. — Какое-то время была фавориткой, но тут ещё одна хитрая драконица решила попытать счастья и подсидела ту первую девицу, Крессиду, приняв её вид. А за ней ещё одна — и так по цепочке. Ты и твоя идея — легенда в Дааярде.

— Подозреваю, мастера иллюзий и школы актёрского мастерства здорово нажились, — пробормотала я, с ужасом представив уровень ненависти повелителя драконов к моей особе.

Надеюсь, на дружбе Дарга и Ульса это не отразится. Подумаешь, тихая-мирная всепожирающая ненависть. С кем не бывает?

— Так и есть! — Серена заливисто расхохоталась, и лишь когда мы немного успокоились, она уточнила подробности: — Мы-то у себя подобные махинации запретили законодательным путём, но в Дааярде есть занимательный нюанс — драконицы официально ответственны за сохранение расы, а это даёт им практически неограниченные возможности во всём, что касается личных отношений.

— Скорее ограниченные лишь их фантазией, — вставила Мира.

— Плохая у них фантазия, — хмыкнула, мстительно сузив глаза. — А вот у меня она замечательная.

Серена коснулась моей руки, привлекая внимание.

— Бри, милая, пожалуйста, не стоит. Это, конечно, смешно, когда обсуждаешь в кругу друзей, но ситуация в целом нехорошая. — Она немного помолчала, но всё же призналась: — Она неприятна тем, что твоё имя фигурирует в этой истории. Так-то мне этих драконов не жалко, я только своего люблю.

Я ласково улыбнулась подруге. Для принцессы Арратора Серена удивительно откровенна, когда находится в узком кругу. Какой бы она ни была разумной, но занудой её не назвать. И я прекрасно знаю этот лукавый прищур: подруга деликатно намекнула, что драконов можно не щадить, главное — не засветиться, как в прошлый раз.

— Мы все любим Эйнара, ведь он делает тебя счастливой, — произнесла я воодушевлённо и обернулась к Мире. — А тебя — Макс. И не думай отпираться, я знаю, что вы проводите много времени вместе, и не только днём.

Да ну что у меня за язык? Я ведь не собиралась припоминать ей ту ночь, когда мы вскрыли книгу фассов. Да и то, что они появились вместе посреди ночи, совсем ничего не значит. Может, так совпало. Может, они вообще гуляли по оранжерее и беседовали или любовались звёздами.

— Ничего такого у нас не было, — тут же смутилась Мира и покраснела как маков цвет. — Мы просто иногда… находимся вместе в одной комнате ночью. Не смотрите на меня так! Просто беседуем и обнимаемся. Мне нужно… привыкать.

Серена бросила на меня строгий взгляд, ведь именно моё страшно счастливое лицо не понравилось скромнице-зельевару. Пришлось спасать ситуацию.

— Я совсем ничего такого не думала, — заверила искренне. — Напротив! Очень рада, что вы продвинулись так далеко, учитывая твои строгие принципы. А в браке всё можно, вообще всё. И за это не нужно испытывать чувство вины. Напротив! Нам положено всеми способами делать мужей счастливыми, а им — нас. Я вот, к примеру, заказала себе драгоценностей, мехов и тканей из мира, в котором женщины на положении рабынь. Ульс отправится туда без меня, и ожиданием подарков я решила скрасить тоскливые дни без любимого. — Прижала руку к груди, показывая, до чего тяжело и грустно мне будет, но тут же хитренько улыбнулась. — Только вот скучать-то я не собираюсь! У меня в планах организовать идеальную свадьбу для любимой подруги, навестить Корделию и посмотреть на статую, воздвигнутую в мою честь. Мир должен знать своих героев в лицо. В конце концов, я спасла жизнь их королевы.

Я говорила нарочито сумбурно и от души, не позволяя Мире задерживаться на теме брака и оттого нервничать. Важен настрой, и мы ей его обеспечим, а примеры удачных браков у неё перед глазами. Да и как им быть иными, когда Арратору повезло заполучить восхитительную сваху!

Серена одобрительно кивнула. Да, я молодец. Не всегда, конечно, но делаю определённые успехи. Уж ради своих любимых девочек поднапрягусь! И распыляться не буду. Сперва Мира. Доведу её до храма, а там уже переключусь на остальных. Никому не скрыться от моего энтузиазма!

— Наверное, вы правы, — промямлила Мира так тихо, что я не поверила своим ушам. Посмотрела на Серену. Та сделала жест, призывающий к тишине. Снова молчать! За что мне такие мучения?! — Макс доказал свою любовь неоднократно. И заботится он обо мне не меньше вашего. Может, действительно…

Мира подняла на нас нерешительный взгляд, мы же с Сереной боялись даже моргнуть неправильно, лишь бы не сбить подругу с верного пути. Продолжай, милая, продолжай.

Если бы сейчас шёл экзамен по этикету, нам определённо поставили бы высший балл за идеальную осанку и «правильно застывшую фигуру». Считается, что молодые леди не должны лишний раз шевелиться, а должны восседать царственно и спокойно. Или, как в нашем случае, напряжённо и тихо, не шелохнувшись.

— Не знаю, — вдруг выдала Мира.

Ну всё, я побыла хорошей девочкой, теперь настал час шантажа. Я приберегла главный козырь как раз для подобного случая — если она будет в шаге у цели. Да, знаю, что это некрасиво, но я действую в интересах подруги, а её счастье важнее глупых условностей.

— Ульс обрадуется твоему решению, — ошарашила подруг неожиданным заявлением. — Я целый месяц уговаривала его преподнести вам в качестве свадебного подарка книгу фассов, и буквально пару дней назад он согласился, правда, при условии, что вся информация будет честно записываться и оперативно ему предоставляться. Боюсь, второй раз он на это не пойдёт, скажет, что срок действия предложения уже истёк и всё такое. Ну да ладно. Книгу в любом случае мы вам будем приносить и показывать, её ведь нужно кормить. Не переживайте, я буду хорошо о ней заботиться…

Аргументы уже заканчивались, когда Мира наконец отмерла.

— Я согласна! — быстро проговорила она. — Но ты также даёшь мне полноценный доступ в лабораторию Лаарги.

— О, — выдохнула я удивлённо. — Неожиданно.

— Ты ведь собиралась дать мне доступ, но потом забыла, — напомнила Мира, явно больше волнуясь о моём отказе, чем о собственном согласии выйти замуж. Значит, мы с Сереной были правы, и она уже давно готова к этому шагу.

— Согласую только с его величеством, Лаарга ведь когда-нибудь вернётся, — проговорила, скривив несчастную рожицу.

Разумеется, девочки тут же переключились на мои проблемы со свекровью-демоницей. Мы немного посплетничали, затем ещё сто раз повторили Мире, что выйти замуж за любимого мужчину, тем более одобренного богами и безошибочно вычисленного великолепной и самой талантливой в мире свахой, — великолепная идея. Трижды я произносила главные заклинания для замужества: «лаборатория с круглосуточным доступом» и «книга фассов». И лишь когда Мира окончательно утвердилась в своём решении, отвели её к Максу и оставили влюблённых наедине.

— Мы молодцы, — хором произнесли с Сереной и радостно улыбнулись.

— Нужно срочно организовать свадьбу, — скороговоркой произнесла Серена. — Боюсь, Макс её уже не отпустит, так что лучше подстраховаться, чтобы к утру у Миры было и платье, и цветы… Так, что она хотела на свадьбу?

— Чтобы её не было? — ехидно осведомилась я, быстрым шагом следуя рядом с нашей любимой принцессой по дворцовым коридорам.

— Нет! Подарки! С тебя книга, я попрошу Эйнара слетать к мастеру Валедиусу за колбами, они уже должны быть готовы, я давно заказала и забыла. Так, что ещё? А! Сообщить девчонкам, чтобы утром были здесь, организовать банкет, предупредить родителей… Ох, как бы нам выкрутиться с отчимом Миры? Он ведь обязательно прибудет с её мамой. Не позвать — нехорошо и неправильно.

— Наложим на них заклинание немоты — и дело с концом, — предложила я. — Пусть все думают, будто они так сильно расчувствовались. Этих нехороших людей я жалеть не собираюсь. А Мире я подарю книгу до церемонии, чтобы родителей она даже не заметила. Ты ведь её знаешь.

— Тоже вариант. Если что, план доработаем на ходу.

Мы провели в делах и заботах остаток дня и часть ночи, но к утру всё было готово. Впрочем, старший брат Серены тоже времени не терял, потому что я никогда в жизни не видела Миру такой счастливой.

— Ничего не расскажу! — тут же заявила она, стоило мне появиться в малой гостиной, где её наряжали к свадебному мероприятию.

— И не надо, — отмахнулась я и подошла к мастерице, колдующей над макияжем. — Нанесите ей побольше крема на лицо, а то оно скоро треснет от такой широкой улыбки.

— Очень смешно, — фыркнула Мира. Но глаза её светились словно два бриллианта, и я не могла ею налюбоваться.

Как всё-таки здорово, когда любящие люди обретают друг друга. Они становятся совсем другими. Открытыми и светлыми, более добрыми и внимательными, очаровательными и счастливыми.

Мой дар тихонько царапнул изнутри. Я закрыла глаза и впервые увидела далёкое будущее, в котором Мира играла с ребёнком в красивом цветущем саду. Дар подсказал, что это не дочь и даже не внучка моей подруги, а праправнучка, и что они находятся в этом красивом месте не случайно.

Девочка прыгала и бегала, веселилась, затем и вовсе решила взобраться на ближайший клён, откуда звонко призывала присоединиться любимую ба.

— Ну что ты, милая, я ведь уже не такая здоровая и ловкая, как прежде, — посетовала Мира, с бесконечной нежностью глядя на внучку.

Было странно осознавать, что она так молода внешне и уже совсем не юна. Я не находила объяснения этому явлению, пока девочка не спрыгнула с дерева и не рванула к бабуле навстречу, обняла крохотными ручонками, закрыла глаза и зашептала:

— Я же сказала, бабуленька: я не дам тебе уйти. Ты всегда будешь молодой и здоровой, чтобы рассказывать мне сказки на ночь и гулять со мной днём вместо противной нянюшки!

Тело девочки засветилось мягким жемчужным светом, локоны распрямились, отпуская голубые ленты в свободный полёт, а Мира стала ещё моложе и красивее, чем была. На щеках заиграл здоровый румянец, губы стали пухлее, глаза засияли ярче.

— Ты не должна так явно пользоваться даром, Аяста, — пожурила Мира внучку. — Мы сейчас не в твоём родном мире, и Мори будет недовольна. Она просила тебя не применять божественные силы, когда её нет рядом.

— Она сказала, что мне можно всё! — сообщила девочка, задрав носик. — И не спорь со мной, ба. Я всё-таки будущая королева фассов.

Девочка взмахнула рукой, несколько листьев клёна собрались в корону и мягко спланировали на её светлые локоны.

— Которых два десятка во всех мирах, — хмыкнула Мира, обняв девочку. — У тебя великое будущее, моя хорошая, но пока ты должна слушать родителей и прилежно учиться. Даже маленьким богиням нужно есть кашу на завтрак и учить этикет, без этого никак, да-да.

— Это ужасно скучно. Ненавижу этикет! — с удивительно знакомыми капризными нотками произнесла Аяста. Я даже глазами хлопнула. — Вот бабуля Бри мне разрешает вообще всё, даже пирожные на завтрак и короткие платья.

Я дёрнула головой от ужаса. Бабуля Бри! Звучит-то как, мамочки!

Из видения меня внезапно выбросило, и я тяжело опустилась в мягкое голубое кресло. Вот это видение! Всем видениям видение.

— Всё хорошо? — спросила внимательная Мира. — Ты побледнела. Не беременна?

— Мы пока не собираемся, у нас тур по разным планетам и куча дел, — ответила машинально.

— А я не против детей, — жизнерадостно поделилась она. — Здорово, что у нас есть Серена и не нужно ни о чём беспокоиться, всё-таки лекарский дар — это лекарский дар, наши детки будут расти под надёжной защитой от любых неприятностей.

Я мужественно прикусила язык, чтобы не сказать: «Ты даже не представляешь, какой! Ведь наши детки породнятся с самой богиней смерти!»

В кои-то веки никто не прокомментировал мои мысли. Иайана то ли лежала в обмороке, то ли заказывала шампанское, чтобы отпраздновать свой успех, ведь богиня в семье — это настоящий триумф.

Я же знала лишь одно — наше счастливое будущее гарантировано. И что бы мы ни вытворяли, мы будем счастливы. Ведь боги своих планов не меняют!

Эпилог 2

Три года спустя

— Тренер Морт из Сантора обязательно бы оценил эти ваши пирамиды, — бухтела я, спускаясь с исторического памятника родного мира фифы Лин Акройд. — Я еле дышу, а думала, в отличной физической форме.

— Ты просто не привыкла к такой жаре и отсутствию воды рядом, — смеясь, ответила Лин.

— Возможно. Наверное, мне стоило остаться с маленьким Уиллом.

— Поверь, дорогая, ему вполне хватает двух нянек и моей мамули. Надо мной она так не тряслась, клянусь тебе, — пожаловалась Лин, немного ревнуя мать к сыну.

— Зато ты можешь посещать самые красивые места планеты и не переживать, что сынишка что-нибудь натворит, — беззаботно ответила я, не желая вмешиваться в чужие отношения.

— Это потому, что в моём мире нет магии, — вздохнула она. — Я завела себе блог в Инстаграме, это у нас такая… Ладно, не важно, нет смысла забивать тебе голову. Боже, с какой радостью я бы вернулась в мой любимый Столичный Вестник, ты не представляешь!

— Я не представляю, как вы живёте без магии. Это кошмар кошмарный.

— Плохо живём, — едва не пустила слезу фифа. — Ну, ято, конечно, живу прекрасно. Знаешь, никогда так не шиковала. Сейчас у меня несколько дворцов в разных странах, счета в банках, сейфы с сокровищами и поддержка сильных мира сего. Не знаю, как Килг налаживает связи в разных мирах, но одно могу сказать точно — организатор он великолепный. Но, Бри, ни капли магии! Точнее, такие крохи, что даже чашку кофе не пододвинешь. Ужасно сложно переучиваться и, признаться, не хочется.

Она глубоко вздохнула и пошла к следующей груде камней, внимательно вглядываясь в каждый в поисках иероглифов. Я неспешно шла за ней, надеясь, что блуждания среди песков скоро закончатся, я нырну в бассейн с морской водой и вынырну после захода злого солнышка. Эта страна мне не нравится. До этого мы отдыхали в других, более симпатичных мне местах.

— Лин, а ты не спрашивала Килга, может, он не против, чтобы ты вернулась?

— Как ты себе это представляешь? — фыркнула Лин. — Я состояла на службе тайной канцелярии Арратора и, по сути, шпионила против Килга и Подводного царства. Доверия ко мне не будет ни у одной из сторон. Кроме того, Килг может заставить меня жить в Жемчужном дворце, чего я не хочу.

— Не заставит, — проговорила я уверенно и спокойно. — У его величества началась совсем другая жизнь, ему не до тебя. Если ты сможешь самостоятельно содержать вас с сыном, он какое-то время даже не узнает, что вы вернулись.

Пыталась не давиться от хохота, но выходило с трудом. Как только мы с Ульсом начали путешествовать по мирам, налаживая контакты с родственниками и собирая армию, Лаарга снизошла до общения с бывшим возлюбленным, регулярно посещая жемчужный замок.

Честно говоря, узнав, как свекровушка крутит его величеством, побаивалась с ней знакомиться, но Иайана великодушно сообщила, что нам с Ульсом опасаться нечего. Лаарга испытывает чувство вины и для сына сделает всё и даже больше. Учитывая, что муж души во мне не чает и слушает в первую очередь, свекрови придётся искать моей дружбы, а не наоборот. Такое положение вещей меня вполне устраивает, но знакомиться я не тороплюсь.

Всё равно ведь страшно!

Я и к Лин сбежала под предлогом дня рождения любимого племянника. И не спешила возвращаться. А всё потому, что Лаарга в очередной раз пришла в мой родной мир, надеясь застать в нём лягушку-путешественницу — меня.

Спасибо муренушке, предупредила! Жаль только, не заранее. Пришлось бежать к телепорту, теряя тапки и позабыв обо всём на свете. Я не то что шубу свою не захватила, я даже не оделась!

Впрочем, на моё растрёпанное и босоногое появление Лин и глазом не моргнула, лишь спросила, буду ли я кофе.

А мир Лин прекрасен! И не только тем, что у Лаарги нет сюда доступа. Честно-честно! Красивый и необычный, яркий и интересный, с огромным количеством рас и языков, с интернетом, в который я влюбилась сразу и безоговорочно. Великолепный мир!

«Лаарга рвёт и мечет. Ой, милая, наверное, стоит вернуться», — вдруг активизировалась мурена.

«Шутишь?» — с надеждой уточнила я.

«Ни капли. Она уже в Арраторе, разговаривает с Сереной, требуя, чтобы та с тобой связалась. Я молчу — делаю вид, что не слышу её», — призналась Иайана дрожащим от ужаса голосом.

Я на мгновение задумалась. Знаю я эту прохвостку-мурену. Вечно взбаламутит воду, потом смотрит, как мы выкарабкиваемся.

Что она там говорила в прошлый раз? Лаарга вынуждена будет со мной подружиться? Ну, это действительно так. Я уже не молоденькая наивная девушка, общение с Килгом меня здорово закалило.

— Лин, как насчёт идеи вернуться в Арратор всем вместе? — предложила я прыгающей по камням, как горная коза, журналистке. — Сейчас. Меня там свекровь хочет видеть, и я вдруг осознала, что нам давно пора познакомиться.

— Настраиваешься на войну? — хмыкнула Лин, спрыгнув на песок и направившись в мою сторону.

— Нет. Хочу посмотреть на её поведение, когда Ульса нет рядом, а там определюсь с дальнейшими действиями, — поделилась ближайшими планами.

— Мудро. И надеюсь, не опасно.

— Я уверена в этом.

Лин не пришлось уговаривать: в мире людей и без магии жить она уже не могла, и деньги не помогали. Единственное, о чём она попросила — чтобы мы забрали и её маму. Я не видела причины для отказа, потому мы собрались и открыли особый телепорт, сконструированный для доступа в закрытые миры.

— Готовы? — спросила я, активируя артефакт.

— Да! — откликнулась Лин весело.

— Дя! — поддержал маму маленький Уилл.

Оставила родственников на попечение Эйнара и Серены, сама же, не мешкая, переместилась в жемчужный дворец. Потому что мурена как обычно наврала с три короба, и демоницу в Арраторе не видели и не слышали.

По коридорам подводного дворца шла степенно и плавно, никуда не торопилась, хотя знала, что меня ждут с нетерпением — об этом мне сообщили все кому не лень.

Подождут.

— Посмотрите-ка, какая цаца! — процедила Лаарга, когда я вошла в кабинет Килга вслед за бледным секретарём. — И где ты пряталась?

— Добрый день, отец, — с ласковой улыбкой поздоровалась с его величеством и села в любимое кресло. — Иайана сообщила, вы хотели меня видеть.

— Ты собираешься мне отвечать? — рыкнула Лаарга.

Килг прочистил горло, видя, что я и не думаю реагировать на истерические попытки заставить меня оправдываться и отчитываться.

— Бриджит, позволь тебе представить мою возлюбленную Лааргу, мать твоего мужа и жрицу храма богини Мори. Лаарга, это Бриджит, жена нашего сына.

— Наслышана, — фыркнула демоница.

Она оказалась невероятно эффектной и красивой, и совсем не напоминала жрицу. Скорее вспыльчивую военачальницу, которая под настроение могла покрошить пару-тройку вражеских армий, чтобы немного успокоиться.

Платиновые пряди её волос словно окунули в чан с кровью, окрасив кончики в ярко-алый. Взгляд кошачьих жёлтых глаз пробирал до костей. От сумасшедшей энергетики этой женщины хотелось сбежать далеко и надолго, однако я не позволила себе слабости. Это в прошлом.

— Не могу сказать, что рада нашему знакомству, — проговорила нейтрально. — Признаться, до сегодняшней встречи была о вас лучшего мнения. Разочарована.

От повисшей в кабинете паузы зазвенело в ушах.

«Она думала, раз ты избегаешь её, ты слабая. Потому так себя повела», — попыталась оправдать поведение моей свекрови Иайана.

«Зря», — только и ответила я.

Лаарга переваривала моё поведение и делала выводы. И явно шевелила мозгами лучше прежнего.

— Характер есть — это хорошо. Упрямая — это, — она нарочно помедлила, — тоже хорошо. Уверена в чувствах Фаульса — отлично. Но ты здорово просчиталась, девочка, — протянула Лаарга, сверкая глазами. — Без меня вам не получить императорский трон, а значит, не я за тобой должна бегать.

Я неспешно нажала на звонок, дождалась секретаря и заказала чай. Так же неспешно выпила первую чашку и, пока свекровушка совсем не лопнула от ярости, перешла к делу.

— Боюсь, вы неверно оценили ситуацию. Мы с Ульсом совсем не рвёмся на чёрный трон. Нам и так хорошо. И бегать я за вами не собиралась и не собираюсь. Кстати, маленькое наблюдение: это вы навещаете наш мир каждый месяц, а не я ваш.

Я вернулась к чаю, держа спину прямо, не дёргаясь и не волнуясь. Эмоции заперла глубоко внутри. Будет возможность их выплеснуть — воспользуюсь, но сейчас никому не позволю заподозрить меня в слабости.

Лаарга метнула в Килга яростный взгляд, не понимая, что вообще происходит.

— Она вправе говорить за нашего сына? — рявкнула она.

— В полном, — донеслось от двери. — Бриджит — единственная женщина, к чьему мнению я прислушиваюсь и чьё мнение для меня по-настоящему важно.

«Иайана, спасибо», — поблагодарила я рыбку, не сомневаясь, кто вызвал сюда моего сонного и чуточку растрёпанного мужа.

«Не стоит благодарности. Ты там лучше не отвлекайся и не сдавай позиций. Для Лаарги чем ты более жёсткая, тем лучше, иначе уважения от неё не дождёшься», — посоветовала мурена.

— Сын, — выдохнула Лаарга еле слышно и разом сдала свои позиции. — Прости меня, прости, сыночек. Прости.

— Боюсь, в настоящее время я не настолько великодушен. Ты обидела и оскорбила мою жену, мама.

— Я… мне… Прости, сын. Я так долго ждала нашей встречи, а ты всё не шёл и не шёл. И женился без материнского благословения…

— Манипуляциями ты ничего не добьёшься, мне уже не десять, — холодно заметил Ульс. От его тона я с ног до головы покрылась гусиной кожей, каково же сейчас ей?

— Я официально приношу извинения за то, что обидела твою жену. — Лаарга склонила голову перед сыном.

— Извинения принято приносить лично, ты сама меня так учила.

Я боялась и слово вставить. Никогда не думала, что мой нежный и ласковый муж может быть столь холодным и жестоким. Особенно по отношению к дорогому и любимому человеку. Тем более к матери.

Но так же понимала и то, что, если он сразу не установит для неё нерушимые границы, она будет раз за разом пытаться их протаранить.

— Мне потребуется время, — призналась Лаарга, метнув в мою сторону ненавидящий взгляд.

Интересно, это в переводе с демонического на женский сколько? Два, три, четыре тысячелетия?

«Не язви. Лаарга не так плоха», — вновь вставила мурена.

— Время — это замечательно, — жизнерадостно заметила я и подняла чашку, салютуя Килгу. — Мы тоже никуда не торопимся, у нас здесь ещё множество дел. Фассов возродить совместно с богиней, к примеру. Верно, отец?

— И откуда ты всё знаешь? — со вздохом спросил Килг, но я уверена — второй папа невероятно гордится моими успехами.

— Меня любят боги, — ответила без капли стеснения. — Маирус, кстати, наконец простил меня. Сто семнадцать мечей и триста с чем-то ножей в качестве даров и жертвоприношений сработали. Спасибо за совет, отец.

— Ему понравилась ты, — рыкнул Ульс.

— Он мне тоже понравился, — ответила в тон мужу. — Но люблю я только тебя!

— Я тоже тебя люблю! — резко отозвался он и поднялся, подавая мне руку.

Мы уже выходили из кабинета, когда я услышала недовольный голос Лаарги:

— И что, он всегда будет её слушать и ставить её интересы выше наших?

— Да, — ужасно довольным тоном проговорил Килг. — И если хочешь добиться расположения сына…

Дверь захлопнулась, лишив меня информации.

— Не волнуйся, с мамой я потом помирюсь. Это вынужденная мера, чтобы показать ей, кто теперь у власти, — объяснил Ульс.

— И кто же? — со вздохом спросила я, направляясь в нашу спальню во дворце. Хотелось с головой нырнуть в бассейн, слиться с водичкой и прийти в себя.

— Ты, — хмыкнул мой любимый демон. — Неужели сомневалась?

— Нет, просто люблю, когда ты так говоришь, — призналась, начиная улыбаться. — Как думаешь, если я расскажу ей, что через пару поколений в нашем роду появится маленькая милая полубогиня, Лаарга станет ко мне лучше относиться или нам так и придётся всю жизнь враждовать?

Ульс замер. Я впервые говорила с ним о детях, не жалуясь на шум, вопли, слёзы и капризы.

— Ты? — Он положил руку на живот и прислушался к ощущениям.

— Нет! — возмутилась я. И почему-то мне вдруг стало очень-очень горько от этой пустоты внутри. От того, что сейчас он поймёт, как ошибся. Вспомнит, что на моём теле по-прежнему стоит защита Иайаны.

«Могу её снять», — кротко произнесла та.

Я посмотрела на Ульса. На то, как мужественно он скрывает свои эмоции, чтобы меня не расстроить.

«Снимай!» — велела я, обмирая от собственной смелости.

«Готово! — отрапортовала Иайана о завершении спецоперации. — Удаляюсь. Пойду посмотрю, во что сейчас модно наряжать маленьких демонят», — едва не визжа от счастья, закончила она и исчезла, оставив нас наедине.

— Прости, — пробормотал Ульс, прижимаясь губами к моему лбу.

— Это ты меня прости. Я заставила Миру избавиться от страхов, сама же спрятала голову в песок.

— В своём глазу бревна не видно, — заметил он, начиная стаскивать с меня одежду.

Я не сопротивлялась, ожидая, когда Ульс заметит отсутствие специальных знаков на моём теле. Но, как назло, именно сегодня он и не думал рассматривать меня во всей красе.

На мгновение я подумала устроить ему большой сюрприз, но здравый смысл подсказал, что есть вещи, которые стоит планировать и проживать совместно.

— Ульс.

— Ы? — промычал любимый, целуя моё плечо и не желая отрываться от столь важного занятия.

— Я попросила Иайану снять печать.

Он замер.

И всё вокруг словно остановилось.

Нет ни звуков, ни запахов. Ни-че-го!

Только бешеное биение его сердца, такое отчаянно сильное, гулкое.

И моя паника. Застилающая сознание.

Вдруг он не хочет…

Стоило этой мысли оформиться у меня в голове, как Ульс тут же строго на меня посмотрел. Затем вдруг ухмыльнулся. Коротко и быстро. Но губы так и замерли в улыбке, а затем и вовсе продолжили счастливо растягиваться. Казалось, он не в силах совладать с собственным лицом — так доволен произошедшим.

— Конечно, я не хочу детей, — солгало моё бесстыжее чудовище, так и не избавившись от широкой улыбки. — Они громко орут, вредничают, капризничают, чего-то требуют. У нас для этого есть родители, правда же?

— Угу.

— И если мы сейчас заведём детей, это же будет настоящая катастрофа: Килг будет пугать окружающих улыбкой и стараться во всём тебе угодить. От такой невероятной картины у нас половина океана успеет вымереть, не разобравшись в ситуации.

— Точно.

— Айаурргх выползет из Бездны и начнёт крушить затонувшие корабли в поисках древних артефактов, чтобы тебя порадовать. Приволочёт тебе все драгоценности со дна морского.

— Но ведь Килг не поощряет мародёрство, — заметила я, представляя тонны чудесных сокровищ.

— А кто его будет спрашивать? Ты улыбнёшься драгоценностям, и он тут же простит Айаурргху всё. Отец на самом деле обожает детей, так что боюсь представь, как он будет баловать внуков. Нет, мы решительно не можем на это пойти! — заявил Ульс, окончательно избавившись от моей одежды.

— Ты прав. Дети — это чересчур, — согласилась я, прекрасно понимая, что мы только что по-своему пришли к согласию в очень важном для нас вопросе.

— Чересчур прекрасно, — мурлыкнул он, сжимая мою талию.

— Восхитительно, — выдохнула я, начиная целовать его подбородок, щёки, губы. — И поскольку в нашей семье мои желания первостепенны…

— Да-а-а? — протянул Ульс довольно.

— Исполняй моё первое желание, — царственно произнесла я. — Хочу все драгоценности со дна морского!

— Слушаю и повинуюсь, моя царица!

Конец!

Друзья, благодарю вас за выбор моей книги! Надеюсь, приключения девушек не оставили вас равнодушными.

Порядок книг (истории Корделии, Таяны и Бри можно читать отдельно)

https://litgorod.ru/books/read/3903?chapter=1, книга 1 (Серена и Эйнар)

https://litgorod.ru/books/read/7288?chapter=1(Серена и Эйнар)

https://litgorod.ru/books/read/3270?chapter=1&page=1(история Таяны и… де Луара).Практика в Тёмных землях. Много юмора. Романтическая любовь. Сокровища и тайны.

https://litgorod.ru/books/read/7939?page=1-история Корделии и ненавистного, бесконечно влюблённого в неё Роберта. Сильные чувства, смертельное проклятье, любовь вопреки, благородство и честь.

(Не)счастье для морского принца  (история Бриджит и принца демонов, здесь же Мира найдет свою любовь) - вы читаете эту книгу.

Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить появление книги!

https://litgorod.ru/profile/587/books

Конец

Content

(Не)счастье для морского принца

Глава 1. Свадебные хлопоты

Глава 2. Сбежать за 60 секунд

Глава 3. Драконов — на мыло!

Глава 4. А ларчик просто открывался

Глава 5. Модный приговор

Глава 6. Ни одного свободного угла!

Глава 7. Обидеть сваху может каждый. Выжить после этого…

Глава 8. Деловые планы

Глава 9. Так начинается шторм…

Глава 10. Ночная жизнь при дворе

Глава 11. Не буди лихо, пока оно тихо

Глава 12. Дом морской ведьмы и прочие неприятности

Глава 13. Переезд в дом морской ведьмы

Глава 14. Приказано обезвредить

Глава 15. Бри начинает скучать и вспоминает, что Мира не замужем, а Дарг свободен

Глава 16. Невесты-мурены начинают кусаться

Глава 17. Побег — дело хлопотное и опасное

Глава 18. Таинственное исчезновение фифы Лин Акройд и его последствия

Глава 19. Грандиозные планы и их реализация

Глава 20. Драконий бал

Глава 21. Эффектные девушки, фейерверки в глазах и немного жестокости

Глава 22. Танец над бездной

Глава 23. Погружение в бездну

Глава 24. Таинственный остров

Глава 25. Не стоит прогибаться под изменчивый мир…

Глава 26. Тонкости подводной дипломатии и убийственные новости

Глава 27. Жестокие уроки и демоны

Глава 28. Демоническая романтика

Глава 29. Бушующее спокойствие

Глава 30. О том, как важны компромиссы в жизни с демоном

Глава 31. Припереть демона к стене

Глава 32. Я не понимаю намёков

Глава 33. Благословение отца и долгожданная встреча

Глава 34. Двойное дно

Глава 35. Ожившие тайны и артефакты

Глава 36. Килг в замешательстве, или Триумф Бриджит де Ларс

Глава 37. Мой демон неисправим!

Эпилог 1

Эпилог 2