Хелен Бьянчин

Мой властелин

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Что ты сделал?!

Кайла не верила своим ушам. Ее лицо побледнело от ужаса.

– Думаешь, мне было легко пойти к Дуардо Альваресу и попросить его? – Слова Джекоба обрушились на Кайлу подобно удару хлыста.

Дуардо Альварес.

Одного упоминания имени этого человека было достаточно, чтобы у нее по спине побежали мурашки. Плохие парни часто преуспевают в жизни – теперь это предприниматель-миллиардер, владеющий недвижимостью в крупнейших городах мира. А еще он ее бывший муж и последний человек на земле, который мог бы помочь ей или ее брату.

– Какого черта ты это сделал?!

– У меня не было выбора! – Лицо Джекоба выражало такую муку, что у Кайлы внутри все сжалось.

О боже!

В последний раз она видела Дуардо на похоронах своего отца. Тогда, убитая горем, Кайла была как в тумане. С тех пор они больше не встречались. Да Кайла и не хотела этого.

– Черт побери, Джекоб! Как ты мог?!

Брат не ответил. Но у нее не было времени продолжать этот разговор. Через девять минут она должна быть на станции, иначе опоздает на поезд.

Кайла накинула куртку, повесила на плечо сумку и, резко повернувшись, посмотрела на брата.

– Мы поговорим позже.

Джекоб протянул ей листок бумаги.

– Это номер Дуардо. Позвони ему ближе к полудню.

Скорее верблюд пролезет сквозь игольное ушко!

– Пожалуйста!.. – Джекоб посмотрел на нее темными глазами, полными отчаяния, и она положила листок в карман.

– Ты хочешь слишком многого. – Не сказав больше ни слова, она покинула их маленькую двухкомнатную квартирку.

Кайла шла по улице в дешевом пригородном районе, по обе стороны тянулись обветшалые стандартные дома. Как это не похоже на ее прежнюю жизнь!

Пять лет назад семья Бенджамина Энрайт-Смита занимала почетное место в высших кругах сиднейского общества. Двадцатидвухлетняя Кайла, получившая степень по управлению бизнесом, занимала в компании своего отца чисто формальную должность с приличным жалованьем.

Представительница золотой молодежи, она не пропускала ни одной вечеринки, тратила бешеные деньги на наряды, много путешествовала и меняла кавалеров как перчатки.

Это продолжалось до тех пор, пока в ее жизни не появился Дуардо Альварес. Тридцатилетний мужчина, умудренный жизненным опытом, подающий надежды коммерческий делец и, по слухам, выходец с самого дна нью-йоркского общества, олицетворял собой все то, чего родители Кайлы не хотели для своей дочери. Именно поэтому она, избалованная богачка, привыкшая действовать всем наперекор, заинтересовалась им.

Запретный плод сладок. Она поставила себе цель завоевать Дуардо. Для того чтобы удержать его, ей понадобилось недюжинное самообладание. Добившись своего, Кайла, очевидно в момент чистого безумия, приняла его предложение полететь с ним на Гавайи и выйти за него замуж.

Спустя семьдесят два часа их брак распался.

Причиной стал ультиматум, предъявленный ей отцом… и сердечный приступ, унесший жизнь ее матери Бланш. В этой ужасной потере Бенджамин обвинил свою дочь, открыто назвав ее брак с Альваресом девчоночью прихотью.

Осуждение отца больно ранило девушку, и так мучавшуюся угрызениями совести из-за того, что ее скоропалительный брак убил Бланш. Мать всегда была ее доверенным лицом и подругой. Она часто выступала в роли буфера в столкновениях между упрямой Кайлой и самоуверенным Бенджамином.

После похорон матери Кайла старалась поддерживать отца и брата, когда ей самой так нужно было утешение единственного человека, который мог облегчить ее горе, – ее мужа.

Результаты вскрытия показали, что Бланш уже давно была больна, но Бенджамин отказался принять медицинские данные, продолжая обвинять в смерти жены Дуардо Альвареса. Это было тяжелое время, и сердце Кайлы разрывалось на части. Она опасалась за рассудок отца и осознавала, что Джекобу, как никогда, сейчас нужна материнская любовь и поддержка. Разве в такое время могла она думать о своей личной жизни?

Кайла боялась одного: Дуардо может, наконец, потерять терпение. Ультиматум Бенджамина: «Если ты оставишь этот дом, то больше никогда не переступишь его порог!» – не давал ей покоя.

Семья. Ее мать считала семейные ценности неприкосновенными.

И вот в один не самый лучший день Бенджамин представил Кайле письменное доказательство того, что Дуардо Альварес собирался прибрать к рукам компанию Энрайт-Смитов и она просто оказалась пешкой в его игре.

В тот день внутри нее что-то умерло.

Она отказалась отвечать на звонки Дуардо, и тогда он выдвинул свой ультиматум: «Выбирай. Либо я, либо твоя семья». Кайла просто сняла обручальное кольцо и протянула его человеку, имя которого она все еще носила. А затем, застыв, проводила его долгим неподвижным взглядом.

Через несколько месяцев империя Дуардо Альвареса поглотила компанию Энрайт-Смитов. Он приобрел славу безжалостного хищника, преследовавшего загнанную жертву до конца.

У Кайлы пропало всякое желание ходить на вечеринки, и, в конце концов, друзья перестали ее приглашать. Теперь мир беззаботного веселья, утраченный ею, вызывал у нее лишь боль, какой она не пожелала бы и врагу.

Единственными светскими мероприятиями, которые посещала Кайла, были скучные деловые обеды, на которых она была вынуждена наблюдать за тем, как все ниже опускается ее отец. В течение года компания Энрайт-Смитов обанкротилась и была куплена за бесценок не кем иным, как Дуардо Альваресом.

К этому времени все имущество семьи было уже продано с молотка: дом, «бентли», драгоценности Бланш, произведения искусства…

Пресса подняла вокруг этой истории грандиозную шумиху. Бенджамин не вынес краха и покончил с собой. Смерть отца повергло Кайлу и ее брата в отчаяние.

Но отчаяние отчаянием, а надо было как-то жить дальше. Денег не было. Кайла хваталась за любую работу. Последние три года днем она трудилась в офисе, а вечерами и по выходным подрабатывала в местном ресторане официанткой. Это обеспечивало им с Джекобом крышу над головой и предоставляло возможность потихоньку расплачиваться с долгами.

Джекобу было девятнадцать лет, когда он бросил университет и потерял всякую надежду стать врачом. Теперь он вкалывал не меньше сестры. Но, видно, судьба решила обойтись с братом и сестрой еще более сурово. В порыве отчаяния Джекоб как-то зашел в казино и, пристрастившись к игре, стал завзятым игроком. И однажды проиграл крупную сумму. Из-за этого никто из знакомых больше не давал им в долг. Банковский кредит они взять не могли, потому что у них не было поручителя. Все, что у них было мало-мальски ценного, пришлось продать…

Войдя в метро, Кайла помчалась вниз по эскалатору, но поезд ушел прямо у нее из-под носа. С чувством фатализма она лишь посмотрела, как он исчезает в тоннеле.

Девушка усмехнулась про себя. А ведь день только начался!

Было неразумно искушать судьбу, даже шутя. А если добавить к этому еще и цинизм, все может обернуться против тебя, думала Кайла, отвечая на шквал звонков, улаживая разногласия между двумя агрессивно настроенными коллегами и успокаивая клиента, который угрожал, что обратится в другую организацию, если не будут учтены его требования.

После ленча, состоявшего из йогурта, который Кайла быстро проглотила прямо за рабочим столом, последовал ряд циркулярных вызовов.

Было уже начало шестого, когда она закрыла свой ноутбук, порадовавшись, что очередной рабочий день подошел к концу.

Но не вечер, устало подумала Кайла, вешая на плечо сумку.

За сорок пять минут ей нужно сесть на поезд и добраться до итальянского ресторана в торговом центре. Работа официанткой давала ей право на бесплатный ужин, который она съедала в перерыве между приемом заказов. К тому же ресторан находился неподалеку от ее дома, и ей не нужно было пользоваться общественным транспортом.

Зазвонил телефон на ее столе, и Кайла немного помедлила, прежде чем поднять трубку. Кто бы это ни был, она уделит ему несколько минут.

– Слава богу, что я тебя застал!

– Джекоб? – Что-то произошло. Она ощущала это почти физически.

– Сегодня я не приду домой, – отрывисто произнес он. – Я в больнице. У меня перелом коленной чашечки.

– В какой больнице? – Кайла застонала про себя, узнав, что это находится на другом конце города. – Я приеду сразу же, как только смогу.

– Позвони Дуардо, Кайла. Надеюсь, мне не нужно разъяснять, зачем.

Когда он повесил трубку, ее прошиб холодный пот.

Брату сломали колено в знак предупреждения? Что последует за этим? Переломанные ребра, отбитые почки? Как долго эти головорезы будут ждать, прежде чем преподнести Джекобу следующий урок? Несколько дней? Неделю?

Как бы то ни было, ее финансовое положение за это время не изменится. Одному богу известно, когда Джекоб сможет вернуться к работе. Теперь к их расходам прибавятся еще и счета за лечение. Без его жалованья им придется туго.

Кайла закрыла глаза, затем снова открыла.

Листок бумаги, который ей утром дал Джекоб, лежал в кармане ее куртки. Достав его, она набрала номер Дуардо и стала ждать.

– Альварес.

Услышав звук его голоса, она на мгновение лишилась дара речи.

– Это Кайла, – наконец с трудом выговорила она заплетающимся языком. Господи, как она сможет все это выдержать? Молчание на том конце провода еще сильнее нагнетало обстановку. – Мне нужна твоя помощь.

Согласится ли он или оборвет разговор?

– Приезжай ко мне в офис через десять минут. – Дуардо продиктовал ей адрес и положил трубку.

Она еще раз набрала его номер, но наткнулась на автоответчик.

Дуардо решил заставить ее понервничать, и – будь он проклят! – ему это удалось.

Поняв, что находиться одновременно в трех разных местах невозможно, Кайла позвонила в ресторан и предупредила управляющего персоналом о своем опоздании. Чего ей сейчас не хватало для полного счастья, так это выслушивать гневную речь на итальянском. Правда, в конце ей все же выразили сочувствие по поводу несчастного случая, произошедшего с ее братом.

Выйдя на улицу, Кайла посмотрела на свинцовое небо. Почему бы не начаться дождю? Это было бы подходящим завершением дня!

Словно прочитав ее мысли, на землю упали первые капли, которые постепенно превратились в стену ливня. Похоже, дождь зарядил надолго.

Здорово! Она будет похожа на мокрую курицу, когда предстанет перед своим бывшим мужем.

Накрывшись вечерней газетой, Кайла за десять минут добежала до офисного здания из стекла и стали и, выбросив в урну промокшую бумагу, вошла в отделанный мрамором вестибюль и поднялась на лифте на верхний этаж.

Офис «Альварес Холдинге» занимал целый этаж. Кайла разглядывала толстые тонированные стекла, роскошную мебель и новейшее оборудование.

В приемной сидела безупречно ухоженная молодая женщина. Наверное, по совместительству позирует для журнала «Вог».

Оставь свой цинизм! – приказала себе Кайла. В наше время имидж – это самое главное, а Дуардо Альварес может себе позволить все, что угодно.

– Кайла Смит. – Некоторое время назад она отказалась от двойной фамилии. – У меня назначена встреча с… – Она немного помедлила. Это деловая встреча, не личная. – С мистером Альваресом.

На лице секретарши появилась заученная вежливая улыбка.

– Мистер Альварес задержался на совещании. – Она указала Кайле на уютное кресло. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Кайла почувствовала, что от напряжения вся превратилась в комок нервов. Хоть бы все поскорее закончилось!

Но время тянулось медленно, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы каждую минуту не смотреть на часы. Она рассеянно листала рекламный проспект, не останавливая взгляд ни на тексте, ни на фотографиях.

Как долго еще придется ждать?

Дуардо нарочно тянет время, чтобы заставить ее нервничать?

Если бы она только могла отсюда уйти, мрачно подумала Кайла… Однако своим уходом она ничего не добьется. Девушка напомнила себе, что она здесь не ради себя.

– Кайла.

Услышав свое имя, она подняла голову.

– Мистер Альварес ждет вас.

Вставай и изобрази на своем лице вежливое равнодушие. Впрочем, последнее невозможно, учитывая нервное напряжение, в котором она находилась.

Она видела Дуардо по телевизору, натыкалась на его фото в газетах и глянцевых журналах, но со времени их последней встречи прошло несколько лет.

Интересно, он изменился? – спрашивала она себя, следуя за секретаршей по широкому коридору к внушительной двустворчатой двери.

Успокойся. Ты должна сохранять самообладание.

Кого она обманывает? Кайла нервничала, как школьница перед первым свиданием, и в этот момент ненавидела его, себя… а больше всего злилась на ситуацию, которая привела ее сюда.

Секретарша тактично постучала, затем открыла дверь и, сообщив боссу о приходе Кайлы, удалилась.

Кайла застыла на пороге при виде высокой широкоплечей фигуры в темном костюме, силуэт которой вырисовывался на фоне большого окна. С такого расстояния в вечерних сумерках было трудно разглядеть выражение лица мужчины.

Когда он направился к ней, у девушки перехватило дыхание.

От Дуардо Альвареса исходила сила, которой хотели бы обладать многие мужчины, но обладали лишь единицы. Суровые, точно высеченные из камня черты его лица свидетельствовали о жестком и безжалостном характере, о том, что этот человек представляет собой силу, с которой нужно считаться.

– Входи и закрой за собой дверь. – В его протяжном тоне слышались нотки цинизма, он уже оценивающе разглядывал ее изящную фигуру, светлые волосы, мокрые от дождя.

А где же «привет»? А чего ты, собственно, ожидала… любезностей?

– Во-первых, ты должен знать, что я не хочу здесь находиться.

– Я все понял. – Он указал ей на кожаное кресло. – Присаживайся.

И позволить ему возвышаться над ней?

– Я лучше постою.

Выражение его лица не изменилось, однако она почувствовала, что он готовится к нападению.

– Во-вторых, у меня мало времени. – Черт побери, она не собиралась оправдываться!

Дуардо подошел ближе, и она заметила мелкие морщинки в уголках его темных глаз. Да и щеки его показались ей более впалыми, чем раньше, а эти губы…

Остановись, приказала она себе.

Одна черная бровь вопросительно поползла вверх, и Кайла обнаружила, что с трудом может говорить.

– Джекоб в больнице. – Гордость не позволяла ей опускать голову. – Уверена, тебе не надо говорить – из-за чего.

С каждой секундой тишина становилась все более напряженной.

– Твой брат никуда не спешит. – Он немного помедлил. – И ты тоже.

Ее голубые глаза сверкнули.

– Прошу прощения?

Подавлена, но не напугана, подумал Дуардо. Она не разочаровала его.

– Давай обойдемся без притворства. – Когда дело касалось притворства, он мог дать ей сто очков вперед. – У вас огромный долг, с которым вам не разделаться до конца жизни. Эти ублюдки преподали ему первый урок за то, что он поздно им заплатил. Кроме меня у вас нет никого, к кому вы могли бы обратиться.

Она зло посмотрела на него.

– Осознание этого доставляет тебе удовольствие?

– Если тебе что-то не нравится, можешь уходить, – обманчиво спокойно сказал он.

– А что будет, если я это сделаю?

– Ты больше никогда не войдешь в эту дверь. Дуардо произнес это тоном, не допускающим дальнейшего обсуждения, и Кайла поняла, что он не шутил.

Она представила себе Джекоба, лежащим в гробу вместо больничной койки, и от страха у нее по спине побежали мурашки.

– Джекоб сказал мне, что ты в курсе нашей… ситуации.

Кажется, с ним все так просто не пройдет. А почему, собственно, должно быть иначе?

– Ты хочешь, чтобы я вам помог, – спокойно произнес Дуардо, увидев гнев бессилия в ее голубых глазах. Это не доставило ему никакого удовольствия.

– Да.

Он ждет, что она станет его умолять? Ради спасения Джекоба Кайла была готова пойти на это, потому что у нее не было иного выбора.

– Нам нужны деньги. – Черт побери, как же это тяжело! – Чтобы заплатить долги, иначе они вырастут как снежный ком и все повторится.

Разумеется, Дуардо прекрасно об этом знал. Ее брат разговаривал с ним, и не нужно было обладать большим умом, чтобы догадаться, что дела их плохи.

Кайле хотелось плакать, но сильные женщины всегда держат под контролем свои эмоции.

– Пожалуйста, – произнесла она надтреснутым голосом.

– У меня есть несколько условий.

– Что ты предлагаешь? – У нее внутри все сжалось.

– Я заплачу все ваши долги и оплачу обучение Джекоба в университете.

Заветная мечта ее брата, наконец, исполнится, но Кайла твердо себе уяснила, что за все в этой жизни надо платить. Пусть Дуардо назовет свою цену.

– В обмен на что?

– Я хочу вернуть то, что однажды принадлежало мне. – Немного помедлив, он закончил: – Тебя. В качестве жены.

Кровь отхлынула от ее лица, и Кайле на несколько секунд показалось, что комната закачалась из стороны в сторону.

Стать его женой?

Внезапно ей захотелось сесть, однако это могло быть расценено как проявление слабости, а она не хотела доставлять ему такого удовольствия. А еще Кайла не могла ничего поделать с тем, что ее сердце учащенно забилось при мысли о сильном мускулистом теле, которое когда-то вызывало у нее восхищение. За короткое время их брака Дуардо открыл ей мир чувственных наслаждений, и она почувствовала, что любит и любима. Даже сейчас ей снились эротические сны, главное место в которых занимал он.

Кайла уставилась на Дуардо, чувствуя исходящую от него пугающую силу.

– Это месть, Дуардо?

Он не спешил с ответом.

– Всему есть своя цена. – Его темные глаза буравили ее. – Таковы мои условия, – обманчиво мягко произнес он. – Можешь принять их или отвергнуть.

Вверить ему свою жизнь, позволить овладеть ее телом, играть роль его жены…

– Как долго это продлится? – сорвалось с ее губ.

– Поживем – увидим.

Пока она ему не надоест? Это все равно, что ходить по лезвию бритвы.

Она не может на это пойти. Но разве у нее есть выбор?

У нее стучало в висках, когда она отчаянно боролась с искушением повернуться и уйти из его кабинета… из его жизни.

Дуардо прекрасно все понимал и нарочно медлил, чтобы помучить ее.

– Я тебя ненавижу. – Казалось, эти слова, произнесенные шепотом, вырвались из глубин ее души.

– За то, что я потребовал у тебя снова стать моей женой?

– За то, что ты обращаешься со мной, как с вещью.

– Осторожнее, querida. – Ласковое обращение прозвучало как насмешка.

Она чуть не сказала ему, чтобы он шел к черту.

Лишь мысль об искалеченном Джекобе, лежащем в больнице, заставила ее сдержаться.

Есть только один способ покончить со всем этим кошмаром. Только один человек может ей помочь.

– Ты хочешь, чтобы я расписалась кровью?

Дуардо не стал притворяться, что не понял.

– Под своим согласием?

– Да, черт побери!

Он сократил расстояние между ними.

– Что-то не вижу никакой благодарности с твоей стороны.

– А чего ты ожидал? Что я упаду на колени к твоим ногам?

– Это наводит на кое-какие воспоминания. – Его циничная усмешка вогнала ее в краску.

Нельзя терять достоинство. Взяв себя в руки, Кайла ледяным тоном спросила:

– Ты закончил? Мне нужно навестить Джекоба, а затем идти на работу.

На полпути к двери она бросила на него взгляд через плечо.

– Ты свяжешься со мной, когда уладишь все формальности?

Дуардо не пошевелился, но у нее было такое ощущение, что он готовился к прыжку.

– Наше соглашение вступает в силу немедленно, – непринужденно заявил он.

– Что?!

Достав из кармана сотовый телефон, он протянул его ей.

– Позвони в ресторан и скажи, что увольняешься.

Когда Кайла открыла рот, чтобы возразить, он сердито посмотрел на нее.

– Давай, Кайла, иначе это сделаю я.

Она отказалась взять телефон, и Дуардо, сделав один за другим два звонка, оставил ее без работы. Значит, Дуардо знал оба ее рабочих номера!

– Ублюдок, – отрывисто бросила она, наблюдая за тем, как он убирает телефон и направляется к ней.

Кайла была абсолютно не готова к тому, что он сделал. Положив одну руку ей на затылок, другой Дуардо обнял ее за талию и притянул к себе. А затем поцеловал ее, тем самым, заявив о своем праве обладать ею.

На несколько головокружительных секунд Кайла забыла, кто она и где находится. Пока их губы были слиты воедино, для нее существовал только этот мужчина, его чувственная сила и ее собственное желание принадлежать ему.

О боже, что она делает!

Осознание этого заставило Кайлу вырваться из ее объятий, а он и не попытался ее удержать.

Ее глаза сверкали от ярости, щеки горели, грудь вздымалась.

– Теперь тебе есть, за что меня проклинать.

Кайла открыла рот, но не произнесла ни звука и снова его закрыла. Ей хотелось снова прижаться к нему, ощутить физическую и эмоциональную поддержку.

Но с какой целью?

Она посмотрела на Дуардо. Его дыхание было ровным. Как он может оставаться таким спокойным?

– Ну что, пойдем?

Джекоб, больница… Как она могла об этом забыть? Кайла быстро вышла в коридор вслед за Дуардо, который попрощался с секретаршей и вызвал лифт.

Пока они спускались вниз, Кайла дрожала от злости, гнев затмевал здравый смысл. Она говорила себе, что должна испытывать облегчение. Ее финансовый кошмар скоро закончится. Но когда она подумала, что ее ожидает, нервы зазвенели подобно натянутым струнам.

Наконец лифт остановился, двери раскрылись, и Кайла обнаружила, что они находятся в подземном гараже.

Ей нужен был вестибюль, и она нажала соответствующую кнопку, но Дуардо помешал ей.

– Ты поедешь со мной.

– Ни за что. – Ее глаза сверкали от ярости.

– В больницу, – мягко пояснил он. – А после этого мы перевезем твои вещи ко мне домой.

– Черт побери! Я…

– Ты пойдешь сама или мне тебя отнести? Выбирай.

По выражению его лица Кайла поняла, что он не шутит. Ее так и подмывало бросить ему вызов, но вместо этого она послушно проследовала за ним, опустилась на пассажирское сиденье его новенького «астон-мартина» и всю дорогу хранила ледяное молчание.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Джекоб лежал под капельницей в большой палате. Его больная нога была зафиксирована с помощью шины.

В первые несколько секунд брат показался ей бледным, подавленным и даже испуганным, но, увидев спутника Кайлы, он мгновенно повеселел.

Дуардо Альварес. Их благородный рыцарь в блестящих доспехах. Впрочем, прозвище «ангел тьмы» подошло бы ему больше, цинично подумала Кайла.

– Привет. – Наклонившись, чтобы поцеловать брата в щеку, она уловила еле слышное «слава богу».

В считанные минуты по распоряжению Дуардо Джекоба перевели в отдельную палату и установили там круглосуточное дежурство.

Вот какую власть дают деньги, подумала Кайла.

Пришла медсестра, чтоб сделать Джекобу укол обезболивающего, и Кайла неохотно попрощалась с братом.

– Я приеду завтра утром до того, как тебя увезут в операционную.

Было уже начало восьмого, когда они покинули больничную стоянку. Уже начало темнеть, и бледное небо на горизонте окрасилось в розовый цвет, который постепенно превращался в оранжевый.

Кайле хотелось лишь одного – вернуться домой, принять душ и лечь спать. Но этого в ближайшее время не случится, и постель, в которую она сегодня ляжет, будет его, а не ее.

От одной этой мысли ее бросило в жар, и она уставилась в окно, чтобы отвлечься. Загорелись неоновые вывески, соперничая в яркости с уличными фонарями, и в том месте, где несколько автомагистралей объединились в одну, чтобы пересечь Харбор-Бридж, движение транспорта уплотнилось.

Через некоторое время Дуардо остановил машину в незнакомом ей месте и выключил мотор.

– Для чего ты привез меня сюда?

– Поужинать. – Расстегнув ремень безопасности, он вылез из машины.

– Я не голодна.

Он обошел капот автомобиля и открыл ей дверцу.

– Выходи, Кайла.

Девушка не пошевелилась, и он нагнулся, чтобы расстегнуть ее ремень.

Когда его рука коснулась ее груди, у нее перехватило дыхание. Он был так близко, и она на несколько секунд застыла, словно завороженная.

Спорить с ним было бесполезно, к тому же Кайла была очень голодна. Она вспомнила, что с самого ленча ничего не ела.

С этой мыслью девушка вылезла из машины, и они вошли в маленький ресторанчик, где метрдотель, дружелюбно поприветствовавший Дуардо, провел их к уединенному столику.

Кайла отказалась от вина и выбрала суп, отбивную с жареным картофелем и свежие фрукты. Ожидая заказ, она съехидничала:

– Ты предпочтешь тишину или бессмысленный разговор?

Дуардо насмешливо посмотрел на нее.

– Ты могла бы рассказать мне о том, как жила последние несколько лет.

– Зачем, если тебе все и так уже известно? – Она взяла стакан с минеральной водой и сделала глоток. – Ты нанял кого-то, чтобы следить за каждым моим шагом?

Откинувшись на спинку стула, Дуардо пристально посмотрел на нее.

– Кажется, интересоваться делами бывшей жены не является преступлением.

Официант принес суп и свежий хлеб. Когда он удалился, Кайла окинула Дуардо презрительным взглядом.

– Не жены, а женщины, на которой ты женился, преследуя корыстные цели, – возразила она.

Выражение его лица стало еще более суровым, в глубине темных глаз появилось что-то пугающее.

– Может, ты объяснишь, что означают твои слова? – От его ледяного тона у нее по спине побежали мурашки.

– Как будто ты сам не догадываешься. Отец представил мне письменное доказательство того, что ты хотел нас разорить.

– Это было невозможно.

– Ты лжешь! Я видела письма.

Эта сцена отчетливо запечатлелась в ее памяти. Именно в тот момент и умерла ее любовь к нему. Бумаги с именем Дуардо. Громкий голос Бенджамина, осуждающий ее. Кайла невидящим взором просмотрела текст, после чего отец швырнул бумаги на пол своего кабинета и растоптал их.

– Ты не можешь отрицать, что достиг своей цели, прибрав к рукам компанию моего отца. – Ее понесло, и она не могла остановиться. – Тебе доставляло удовольствие наблюдать за тем, как он разоряется?

Он по-прежнему пристально смотрел на нее.

– Банкротство Бенджамина дало мне возможность сделать выгодные инвестиции. Я бизнесмен.

Не сделай этого я, его компанию купил бы кто-нибудь другой.

– Разумеется, – саркастически заметила Кайла.

За этим последовала напряженная тишина. Официант забрал их суповые тарелки. К супу Кайла почти не притронулась.

– Это произошло уже после нашего развода. Напряжение стало почти осязаемым.

– Я тебе не верю.

– Ты не допускаешь, что твой отец мог сфабриковать обвинения против меня и подсунуть тебе так называемые доказательства?

Ее глаза расширились от гнева.

– Он не стал бы этого делать. – Она слегка повысила голос. – Я была его дочерью!

Принесли главное блюдо.

– И самым ценным из всего, чем он обладал. – Вздохнув, Дуардо продолжил: – Поэтому он был готов пойти на все что угодно, чтобы устранить меня.

Взглянув на красиво разложенную еду у себя на тарелке, Кайла внезапно почувствовала тошноту.

– Ты ошибаешься.

– Я тоже могу представить тебе доказательства. – Дуардо взял вилку и, подцепив кусочек мяса, отправил его в рот. – Будет интересно сравнить их с документами Бенджамина, правда?

Если только они существуют. Когда Кайла попросила у отца бумаги, он сказал, что они находятся у его поверенного.

Который так и не смог их найти…

Неужели ее отец прибегнул к хитрости, чтобы разрушить ее брак? У Кайлы это в голове не укладывалось. Должно быть, из-за потери Бланш у него помутился рассудок.

– Ешь, – спокойно сказал ей Дуардо.

– Я не голодна. – Кайлу всю трясло, и тошнило от одного вида еды. Она отодвинула тарелку.

Сегодня был тяжелый день, и он еще не закончился. Ей хотелось убежать отсюда, от этого неприятного человека, от его предложения – от всего.

– Даже не думай об этом. – В его тоне слышалась угроза, и, поддавшись необъяснимому импульсу, она схватила свой стакан с водой и выплеснула его содержимое в лицо Дуардо.

Словно в замедленной съемке, Кайла наблюдала за тем, как он взял со стола салфетку, как к нему бросился официант… Подхватив свою сумочку, она выбежала из ресторана.

Оказавшись на улице, Кайла подняла руку, чтобы поймать такси, – и вскрикнула, почувствовав у себя на плечах чьи-то сильные руки. В тусклом свете уличного фонаря его лицо напоминало маску, за которой скрывался едва сдерживаемый гнев.

– Ты делаешь мне больно! – Это был крик отчаяния, вырвавшийся из глубин ее души.

На миг напряжение, повисшее в воздухе, достигло предела, и, сделай один из них хотя бы малейшее движение, посыпались бы искры.

Взяв ее лицо в ладони, Дуардо властно повернул его к себе.

– Мне нужно время, – пробормотала она.

– Время ничего не изменит.

– Пожалуйста.

Он провел кончиком пальца по ее губам.

– Нет.

Кайла больно укусила его, и он, выругавшись себе под нос, поднял ее и взвалил себе на плечо.

– Отпусти меня!

– Черта с два!

Сжав руки в кулаки, она начала молотить ими по его спине, но это оказалось бесполезно. Подойдя к своей машине, Дуардо открыл пассажирскую дверцу и опустил девушку на сиденье.

Он был так близко, когда застегивал ее ремень безопасности…

– Если ты пошевелишься, я не отвечаю за последствия.

Она ненавидела Дуардо за то, что по его милости оказалась в таком дурацком положении.

Однако… что, если он сказал ей правду? И ее отец солгал ей, преследуя собственные цели?

Кайла недоверчиво покачала головой. На нее слишком много всего навалилось.

Дуардо обошел автомобиль и сел за руль. В тускло освещенном салоне было трудно разглядеть выражение его лица, и Кайла тупо уставилась в окно.

– Я хочу видеть твои документы на приобретение компании моего отца.

Она должна знать!

– Я попрошу моего нотариуса сделать для тебя копию.

«Астон-мартин» тронулся с места. Кайла молча смотрела на пролетающие мимо дома и размышляла.

Дуардо предоставил ей возможность освободиться от долгов, исполнить мечту ее брата. Кроме Джекоба у нее никого не было, и брат заслуживал этот шанс.

Так же, как она. Кайла закрыла глаза, затем снова открыла.

В противном случае…

Не думай об этом. Это ни к чему не приведет. Сейчас для нее существовало лишь настоящее, и она должна смело смотреть ему в лицо.

Дуардо остановил машину на узенькой улочке в пригороде, где жила Кайла.

Рядом с ее домом был припаркован дорогой автомобиль, и он остановился, чтобы поговорить с водителем, а затем вошел в подъезд вслед за Кайлой. Несмотря на тусклое освещение, от него не укрылась убогость обстановки: обшарпанная деревянная лестница, отваливающаяся штукатурка и слабый, но отчетливый запах гнили.

За дверью с двумя замками располагалось небольшое помещение с ободранной мебелью. Это было не жилище, а место для ночлега.

– Собери все, что тебе нужно.

Кайле не понадобилось много времени, чтобы уложить в одну сумку свои скудные пожитки, а в другую – вещи Джекоба.

– Хозяин квартиры…

– Спенс все уже уладил. – Дуардо указал ей на маленький складной столик. – Положи сюда ключи.

В ее глазах застыл немой вопрос, когда он взял обе сумки.

– Я сделал несколько звонков из больницы. Ну, конечно – людям, которым он платил за то, чтобы они в случае необходимости появлялись по первому его требованию.

У богатства… огромного богатства, поправилась она, есть явные преимущества.

Через несколько минут они спустились вниз. Почти мгновенно на пороге возник высокий мужчина, который взял у Дуардо сумки и положил их на заднее сиденье своей машины.

– Это Спенс, – пояснил Дуардо Кайле. – Пойдем.

Было уже слишком поздно, чтобы передумать. А она могла бы?..

Да! И нет.

Она не заметила, что Спенс сел за руль, пока не увидела отъезжающий автомобиль. В котором находилось все, что у нее было.

Кайла бросила на Дуардо яростный взгляд, но в темноте от этого было мало толку.

– Ты умеешь читать чужие мысли?

– Ты хочешь с этим поспорить? – В его спокойном голосе все-таки слышались металлические нотки.

– Нет.

Подойдя к своей машине, Дуардо открыл пассажирскую дверцу и стал ждать, пока Кайла залезет внутрь. Она послушно проскользнула на сиденье. Это было началом обмана, в котором ей предстояло жить, пока Дуардо не сжалится над ней.

Что ему нужно? Теплое и податливое тело в постели? А что, если она забеременеет?

Кайла застонала про себя. Она не пила противозачаточные таблетки, потому что в этом уже давно не было необходимости.

– Тебе нечего сказать?

Кайла пристально посмотрела на его суровый профиль.

– Замышляю план мести. – (От его мягкого смеха ей стало не по себе.) – Не веришь?

– Нет, почему же. Думаю, что ты, по крайней мере, попытаешься.

– Можешь в этом не сомневаться!

«Астон-мартин» въехал в пригородный район Пойнт-Пайпер. Обшарпанные дома-коробки уступили место многоэтажным зданиям и особнякам, окруженным коваными изгородями.

Как писали газеты, Дуардо жил в роскошном особняке с видом на внутреннюю гавань. Собственно купил он его, еще, когда они были женаты, но Кайла никогда не видела этот дом.

Он тогда затеял грандиозную перепланировку, нанял бригаду рабочих, а затем потратил целое состояние на его обустройство. Это была настоящая крепость с высокотехнологичной системой охраны, куда постороннему человеку проникнуть было невозможно.

Причудливые фонари освещали безукоризненно подстриженные газоны, клумбы и извилистую дорогу, ведущую к особняку. При виде всей этой роскоши Кайла занервничала.

Когда они вышли из машины, на пороге появилась стройная пожилая женщина.

– Это Мария, – тихо пояснил Дуардо.

Спенс, Мария…

– Ее муж Джозеф ухаживает за садом. Они, как и Спенс, занимают отдельное помещение над гаражом.

Познакомившись с экономкой, Кайла вошла в холл – мраморный пол, красивая лестница, ведущая на второй этаж, полированная темная мебель и многочисленные резные двери.

– Вам кофе или чай? – спросила Мария. – Спенс отнес ваши вещи в комнату хозяина.

У Кайлы, словно что-то оборвалось внутри. Она даже думать не хотела о спальне Дуардо, не то что туда входить.

– Чай, если можно, – ответила она. – Но нельзя ли мне сначала принять душ?

Дуардо указал на лестницу.

– Конечно.

У дома было два крыла. В одном находились комнаты для гостей, а в другом, с видом на гавань, – покои хозяина.

Кайла очутилась в просторной комнате с большим альковом, в котором стояли два кресла и старинный стол. На полке встроенного шкафа блестел экран телевизора. К комнате примыкали две ванные комнаты и две гардеробные.

Кайла старалась не смотреть на кровать… очень большую кровать.

– У тебя красивый дом.

– Это комплимент?

– А ты сомневаешься, что я могу тебя похвалить?

Дуардо снял пиджак и повесил его на стул, затем развязал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– Когда закончишь, спустись вниз и открой вторую дверь слева, – сказал он, направляясь к выходу.

Оставшись одна, Кайла испытала огромное облегчение. Для нее будет настоящим блаженством вымыть волосы, высушить их феном, завернуться в мягкое полотенце и лечь в уютную постель…

Не в силах устоять перед искушением, она быстро разделась и, войдя в душевую кабину, включила горячую воду.

Ароматный шампунь и гель для душа оказались просто божественными. Кайла уже давно не позволяла себе такой роскоши. Интересно, Дуардо распорядился приготовить все это специально для нее или для одной из своих любовниц? Безусловно, его богатство и положение в обществе притягивали женщин как магнит.

Наконец Кайла закрыла кран, вытерлась и, надев халат, занялась волосами.

Постель еще никогда не казалась ей такой манящей, и она, отогнув край покрывала, мечтательно коснулась подушки.

Ей следует сначала распаковать вещи. Впрочем, разве это сейчас так уж важно? Ее гардероб настолько скромен, что на раскладывание и развешивание вещей ушло бы всего несколько минут. К тому же совсем не хотелось одеваться. Еще меньше – спускаться вниз.

Чувствуя на своих плечах тяжесть всего мира, девушка безвольно скользнула под одеяло.

Она никуда не пойдет! Дуардо сам найдет ее. С этой мыслью Кайла уснула.

Кайла не знала, что в полночь он зашел в спальню и долго смотрел на нее спящую, не слышала, как он принимал душ и ложился в постель.

Только когда на рассвете ее рука наткнулась на что-то твердое и теплое, Кайла встревожилась, не сразу поняв, где находится.

Она знала только, что это была не ее постель, и ей ужасно хотелось убежать.

Девушка услышала свое имя, затем какой-то шорох, и через несколько секунд комната наполнилась мягким светом.

Дуардо выругался про себя, когда увидел ее спутанные волосы, горящие щеки, вздымающуюся грудь и страх в сверкающих голубых глазах.

– Ты забыла, где находишься? О боже!

– Да, – с трудом вымолвила она.

Он лежал слишком близко. Кайла чувствовала тепло его тела, неповторимый чувственный аромат, присущий только ему. Она физически ощущала его присутствие, и в этом было что-то первобытное. Чарующее, гипнотическое…

Вдруг она почувствовала острую необходимость увеличить расстояние между ними и отодвинулась на край кровати.

Он мог легко дотянуться до нее, привлечь ее к себе, накрыть ее губы своими. Утешить ее, соблазнить… и пробудить в ней огонь желания.

Дуардо часто так поступал в те чудесные три дня на Гавайях. Оказавшись способной и прилежной ученицей, она таяла как воск в его умелых руках.

Сколько ночей она провела без сна, проклиная себя за то, что позволила ему уйти? За то, что ей не хватило смелости поступить против воли отца.

Сейчас она снова оказалась в постели Дуардо и ненавидела его за это.

– Спи.

Как будто это было возможно!

– Тебе нужна помощь? – протянул он.

– А у меня есть выбор? – с нескрываемой горечью произнесла Кайла.

– Пока да.

– Надо же – как мне повезло!

– Цинизм тебе не к лицу.

– Как жаль. – Кайла встретилась с ним взглядом. – Сейчас мне не до любезностей.

Его мягкий смех чуть было не лишил ее остатков самообладания.

– Помнится, когда-то ты была достаточно словоохотлива в это время суток.

Он имел в виду – после умопомрачительного секса. Когда она лежала, прижавшись щекой к его груди. Это было время мечтаний, любви, надежды.

– Меня удивляет, что ты об этом помнишь, – съехидничала она, – учитывая, сколько женщин побывало в твоей постели после меня.

– Думаешь, их было так много?

При мысли об этом у нее разрывалось сердце.

– Ради подобной чести они, наверное, выстраивались в очередь.

– Это комплимент, Кайла?

– Простая констатация факта.

– Основанная на собственном опыте?

– Это провокационный вопрос, Дуардо? – Он ни за что не должен догадаться, что после него у нее никого не было. Он был ее первым мужчиной. И единственным. Не будь Кайла так близка к истерике, она и сама бы с удовольствием посмеялась над собой.

– На который ты предпочитаешь не отвечать.

– Ты правильно понял.

На его губах появилась слабая улыбка.

– Ты закончила?

Кайла без зазрения совести повторила его слова:

– Пока да.

– Тогда давай не будем терять даром время… – Она тупо уставилась на него, словно не понимая.

– И поспим, – с усмешкой добавил он, поворачиваясь на другой бок.

И, слава богу, уверяла себя Кайла, пытаясь унять, бешено колотящееся сердце.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ее разбудил солнечный свет, просачивающийся в комнату сквозь занавески. Кайла лежала одна на просторной кровати. Посмотрев на часы, она вскочила с постели.

Больница… Она обещала Джекобу, что будет там до того, как его увезут в операционную! Быстро умывшись и почистив зубы, девушка решила, что не будет завтракать, а перехватит что-нибудь по дороге.

Кайла надела джинсы, топ и жакет, собрала волосы в узел на затылке и немного подкрасилась. Вернувшись в спальню, она обнаружила, что перед зеркалом стоит Дуардо и завязывает галстук.

Гладко выбритый, одетый в безукоризненно скроенный костюм, он выглядел, как и полагалось преуспевающему бизнесмену. И слишком привлекательно для любой женщины.

Особенно для нее.

– Почему ты меня не разбудил? – проворчала Кайла.

– А где же доброе утро? – В его протяжном произношении с нью-йоркским акцентом слышалась насмешка, и она яростно посмотрела на него.

– Из-за тебя я могу опоздать.

– Мария приготовила для тебя завтрак.

– У меня нет…

– Я только что звонил в больницу, и мне сказали, что Джекоба начнут оперировать не раньше девяти.

– …на это времени, – закончила она.

– Ты должна поесть. – Дуардо окинул взглядом ее худенькую фигуру. Как часто ей приходилось отказываться от еды? – Спенс отвезет тебя.

Кайла открыла рот, чтобы возразить, затем снова закрыла.

Выражение его лица не изменилось.

– Это его работа. – Дуардо достал из кармана пиджака сотовый телефон и протянул его ей. – Он твой. Необходимые номера уже запрограммированы в телефонной книге.

Убрав телефон в сумку, висевшую у нее на плече, Кайла вопросительно посмотрела на Дуардо, когда он взял со стола несколько бумаг.

– Чтобы получить разрешение на вступление в брак, понадобится твоя подпись. – Он протянул ей ручку и показал, где она должна была расписаться. – Я оставлю тебе копию добрачного соглашения. В полдень у тебя назначена встреча с моим поверенным, чтобы подписать оригинал.

Вот это да! Кайла почувствовала, как у нее внутри все сжалось. Дуардо уже успел уладить все формальности, но она почему-то не горела желанием его благодарить.

Спокойствие, она должна сохранять спокойствие.

– Я так поняла, ты уже назначил дату бракосочетания?

– Да, на завтра. Священник проведет службу прямо здесь.

– Завтра? – У Кайлы в горле внезапно образовался комок, и она сглотнула.

Дуардо достал из кармана бумажник, вынул оттуда несколько купюр и передал ей.

– Сегодня я открою на твое имя банковский счет с кредитной картой. Спенс привезет тебе на подпись необходимые бумаги.

– Ты не боишься, что я могу скрыться с деньгами? – беспечно спросила она.

Дуардо прищурился.

– Предупреждаю тебя, ты далеко не уйдешь. У нее по спине побежали мурашки.

– Я заключила с тобой договор, – тихо произнесла она, – и для меня ставки слишком высоки, чтобы его нарушить.

Дуардо взял свой дипломат и ноутбук.

– Увидимся вечером.

– Поздно вечером, – уточнила Кайла. Увидев, как его брови поползли вверх, она пояснила: – Остаток дня я проведу с Джекобом в больнице.

– Спенс отвезет тебя туда днем.

– Я могу воспользоваться общественным транспортом.

– Однако ты этого не сделаешь, – произнес он тоном, не допускающим возражения, но Кайла проигнорировала его слова.

– Почему нет?

Ей так хотелось сохранить хоть чуточку независимости.

Дуардо пристально посмотрел на нее.

– Ты собираешься предъявить мне ультиматум?

Кайла слегка запрокинула голову.

– Да.

– Тогда мы все обсудим за ужином.

– Хорошо.

Не сказав больше ни слова, девушка спустилась вниз по лестнице. Дуардо последовал за ней. Она всем своим существом ощущала его близость, но даже не удостоила его взглядом, когда они пересекли холл и разошлись в разные стороны.

Войдя в столовую, Кайла с улыбкой поприветствовала суетившуюся Марию.

Апельсиновый сок, кофе, каша, фрукты, омлет… При виде этого пиршества у девушки разыгрался аппетит, и ей захотелось попробовать всего понемножку.

В течение последних пяти лет она утром перекусывала чем-нибудь по дороге на станцию. На то, чтобы посидеть и получить удовольствие от еды, у нее не было времени.

Когда Кайла допила кофе, появился Спенс, и она, поблагодарив Марию, проследовала за ним к машине.

Было уже почти половина восьмого, когда они подъехали к главному входу в больницу.

– Встречаемся на этом месте через сорок пять минут. Дуардо распорядился, чтобы я отвез вас за покупками, а затем на встречу с его поверенным.

За покупками?

– Вы, наверное, шутите?

Спенс пристально посмотрел на нее.

– Вы против того, чтобы я вас сопровождал?

– Конечно, нет. – Посмотрев на часы, Кайла ослепительно улыбнулась ему. – Тогда увидимся в девять пятнадцать.

Она поднялась на верхний этаж и без труда нашла палату Джекоба.

– Доброе утро, братишка. – Кайла наклонилась над ним и поцеловала в лоб.

– И тебе тоже.

Из-за воздействия болеутоляющего его голос был сонным и хрипловатым. И у нее защемило сердце.

Он был всем, что у нее осталось в этой жизни. Единственный человек, который после смерти матери всегда находился рядом. Они вместе делили горе, боролись с отчаянием и пытались сохранить достоинство, когда их отец пустился во все тяжкие. И когда им угрожала нищета, Джекоб, как и она, начал работать, не покладая рук, чтобы выжить.

Она обнаружила, что синяк у него на щеке стал более заметным. Сколько еще их было? При мысли о предстоящей операции к горлу подступала тошнота. Кайла боялась, что в случае неудачи ее брат навсегда останется, хромым и не сможет заниматься спортом.

Собственно, именно его благополучие было единственной причиной, по которой она приняла предложение Дуардо.

– Как ты себя чувствуешь?

На его губах появилась слабая улыбка.

– Я почти ничего не чувствую.

– У тебя все будет хорошо, – искренне заверила Кайла брата.

Он пожал ее руку.

– Спасибо.

Слезы застилали ей глаза, и она часто заморгала.

Через несколько минут появилась Медсестра, измерила ему пульс, температуру и давление, а затем вызвала санитаров, чтобы отвезти пациента в операционную.

– В конце коридора есть комната для посетителей. Внизу кафетерий. – Медсестра посмотрела на часы. – После операции его привезут в палату не раньше, чем через пять часов.

Джекоб улыбнулся Кайле, когда санитары выкатили его кровать из палаты.

Когда она вышла из здания, Спенс уже ждал ее Они сели в машину и отправились в Дабл-Бэй. Там находились дорогие бутики, в которых она делала покупки в своей прошлой жизни. Здесь можно было потратить целое состояние на наряды от известных кутюрье, обувь, драгоценности и всевозможные аксессуары.

– В первую очередь вам нужно выбрать свадебное платье, – сказал Спенс, припарковывая автомобиль рядом с одним из магазинов.

Она должна делать вид, что радуется? Насколько хорошо Спенс осведомлен о ее отношениях с его боссом?

Достаточно. Иначе и быть не может.

– Мне нужны более четкие указания.

Он не стал притворяться, что не понял ее.

– Это будет скромная церемония.

Значит, никаких гостей. Что ж, это все упрощает. Ей не нужно белое подвенечное платье и фата.

Может, следует остановить свой выбор на черном цвете? Впрочем, она сомневалась, что Дуардо оценит ее шутку.

Кайла нашла подходящий наряд в первом же бутике. Это было бледно-кремовое платье в стиле двадцатых годов с расшитым бусинами подолом и верхом без рукавов. Оно было элегантным и хорошо на ней сидело.

Платье разительно отличалось от того длинного белого наряда со шлейфом, в котором она выходила замуж в первый раз.

Тогда это было по любви, и она с нетерпением ждала первой брачной ночи, чтобы оказаться в объятиях Дуардо. А сейчас… сейчас при одной мысли об этом ее бросало в дрожь.

Смогла бы она закрыть глаза и притвориться, что ей доставляет удовольствие заниматься с ним любовью?

Не думай об этом, нашептывал внутренний голос. Действуй.

Глубоко вдохнув, Кайла бросила критический взгляд в зеркало. Да. Платье отлично подходило для скромной церемонии.

Взглянув на ценник, она на мгновение застыла.

Как все изменилось. Пять лет назад Кайла даже не задумалась бы над этим.

А сейчас Спенс, стоявший рядом с ней, протянул продавщице кредитную карту Дуардо, и та упаковала покупки.

Мельком взглянув на витрину магазина дамского белья, Кайла собиралась пройти мимо, но Спенс задержал ее и проводил внутрь.

Девушка словно оказалась в пещере Аладдина. Здесь было целое море тонкого шелка, атласа и кружева. Она могла бы провести среди всей этой красоты целый день, но вместо этого быстро выбрала один комплект белья, несмотря на то, что Спенс уговаривал ее посмотреть что-нибудь еще.

Выпив кофе в одном из уличных кафе, они отправились к поверенному Дуардо. Когда Кайла подписала добрачное соглашение, юрист вручил ей конверт.

– Дуардо распорядился, чтобы я передал вам эти копии.

На мгновение она удивилась, но затем все поняла. Это были документы на приобретение Дуардо компании ее отца.

Было уже начало третьего, когда они вновь оказались возле входа в больницу.

– Я отвезу ваши покупки домой и попрошу Марию отнести их к вам в комнату.

– Спасибо. – Кайла потянулась к дверной ручке. – Я очень вам признательна.

Спенс искренне улыбнулся ей.

– Всегда к вашим услугам.

Палата Джекоба была пуста, и Кайла разыскала медсестру, которая сказала ей, что операция заняла немного больше времени, чем ожидалось, и Джекоба привезут в палату только через час.

Тогда девушка спустилась в кафетерий, где, заказав прохладительный напиток, провела время, рассеянно листая рекламный буклет.

Ее мысли блуждали. Что ждет ее сегодня ночью?

Надо взять себя в руки. Ведь она уже спала с Дуардо. Черт побери, она всю прошлую ночь пролежала рядом с ним… и проснулась с мыслью о том, что, стоило ему только коснуться ее, она бы растаяла, как воск, в его объятиях.

Бессмыслица какая-то. Тело и разум должны быть заодно, однако у нее они, кажется, отделились друг от друга, потому что у них разные нужды…

Тут Кайла сообразила, что не позаботилась о самом главном. Она нашла аптечный киоск и купила противозачаточные таблетки.

Вернувшись в палату Джекоба, она нашла брата там – его только что привезли из реанимации.

– Ваш брат находится под воздействием болеутоляющего, – сообщила ей медсестра. – В течение некоторого времени он будет сонным. – Это было явным преуменьшением, потому что Джекоб на мгновение пришел в себя, улыбнулся сестре, а затем снова отключился. – По-моему, сейчас было бы разумнее для вас отправиться домой, а завтра утром снова приехать, – добавила она.

– Отличная идея, – прозвучал с порога знакомый мужской голос.

Дуардо…

Он смотрел на Кайлу сквозь полуопущенные веки.

– Я разговаривал с хирургом. Операция прошла успешно.

Ей не хотелось уходить.

– Но время для посещений еще не закончилось.

– Джекоб вряд ли проснется до утра.

Двое против одной. Здравый смысл победил, и Кайла, поднявшись, обратилась к медсестре:

– Пожалуйста, если он проснется, скажите ему, что я была здесь.

– Конечно.

Затем они с Дуардо молча спустились вниз и прошли на стоянку к его «астон-мартину».

– Тебе не нужно было за мной приезжать.

– Я думал, с разногласиями покончено. Кайла сердито посмотрела на своего спутника, но в тусклом вечернем свете это не произвело на него никакого впечатления.

– Надо же, какие мы заботливые! – Она немного помедлила. – Или ты просто выполняешь свой человеческий долг, а, Дуардо?

– Садись в машину, Кайла. – Его голос был обманчиво мягким. – И прикуси свой острый язычок.

– Это угроза?

– Понимай, как хочешь.

Должно быть, она сошла с ума, раз пытается взять над Дуардо верх. Этого не случится… только если он сам не позволит. А это произойдет не раньше, чем рак на горе свистнет!

Кайла проскользнула на пассажирское сиденье и пристегнула ремень безопасности. Они молча ехали по пригородным улицам. Девушка занервничала, когда впереди показался Дабл-Бэй – район эксклюзивных бутиков и дорогих ресторанов. Сюда приезжали, чтобы показать себя.

– Я не голодна, – солгала Кайла, бросив критический взгляд на свою одежду: джинсы и жакет в подобной обстановке были неуместны.

Дуардо припарковался на стоянке и заглушил мотор.

– Нам обоим нужно поесть. – Он оценивающе посмотрел на нее. – Ты отлично выглядишь.

У меня есть одно преимущество, решила Кайла несколько минут спустя, когда метрдотель заискивающе поприветствовал их и проводил к столику. Она была с Дуардо Альваресом, а это говорило о многом.

Кайла отказалась от вина и выбрала салат и свежие фрукты, а Дуардо заказал ассорти из морепродуктов.

– Мы вроде бы собирались поговорить, – сказала Кайла. – Может, начнем?

Дуардо насмешливо посмотрел на нее.

– Давай сначала поедим, хорошо?

Она может вести светскую беседу. У нее за плечами был многолетний опыт.

– Я должна поблагодарить тебя за то, что ты предоставил в мое распоряжение Спенса. Мы ездили за покупками.

– Надеюсь, ты осталась довольна. – Дуардо откинулся на спинку стула.

– Как любая женщина на моем месте, – ответила Кайла.

Официант принес их заказ, но аппетит у нее уже пропал. Ей казалось, что остальные посетители таращатся на нее, гадая, что за женщина находится рядом с Дуардо Альваресом. После их свадьбы любопытство окружающих только усилится.

На поверхность всплывет грязная история пятилетней давности, сплетники приправят ее новыми пикантными подробностями, и ей придется жить в постоянном эмоциональном напряжении под пристальным взглядом общественности.

Ей придется много притворяться и улыбаться, но она с этим справится.

– Что-то ты притихла.

Кайла отодвинула в сторону тарелку и сделала глоток воды.

– А ты хочешь, чтобы я без умолку трещала, Дуардо?

– Не совсем. – Ему было непривычно и вместе с тем приятно сидеть напротив женщины, которая не пыталась с ним флиртовать.

– Тогда мы могли бы перейти к вопросам, которые нам нужно обсудить.

Дуардо насмешливо посмотрел на нее.

– Ты составила список?

– А ты нет?

Официант принес блюдо со свежими фруктами, и они заказали кофе.

– У тебя целый штат прислуги, которая круглосуточно присматривает за домом, – начала Кайла. – Поэтому мне бы хотелось снова начать работать. Хотя бы неполный день. – Не дождавшись его ответа, она продолжила: – Мне нужно знать, где будет выздоравливать Джекоб. Я не хочу…

– Дуардо! Amico!

Дуардо поднялся и обменялся рукопожатием с мужчиной. Это был пожилой господин лет пятидесяти семи, которого сопровождала молодая женщина.

Дуардо непринужденно представил их Кайле.

– Дорогая, это Бенито Торрес и его жена Самара.

Дорогая?

Бенито, снисходительно улыбаясь, указал на Кайлу.

– А кто эта очаровательная молодая леди?

– Она скоро станет моей женой.

Взгляд Самары немного посуровел или ей это показалось?

– Как вам удалось поймать Дуардо? – весело спросила женщина, но в ее улыбке было что-то фальшивое.

– Очень просто: отказалась ложиться с ним в постель!

Понимайте это как хотите… Самара недоверчиво рассмеялась.

– Как… старомодно. – Она коснулась ярко накрашенным ногтем руки Дуардо и захлопала покрытыми тушью ресницами. – И… рискованно, не так ли?

– Наш друг увлекся, querida, – протянул Бенито, – и не хочет ни с кем делиться.

Когда они ушли, Кайла спросила Дуардо:

– Это одна из твоих бывших любовниц?

– Нет.

Он сказал правду? Впрочем, разве это имеет какое-либо значение? Она убеждала себя, что ей все равно. И знала, что лжет.

Официант принес кофе, и Кайла сделала глоток.

– Мы обсуждали важные вопросы, – напомнила она Дуардо.

– Я так понимаю, ты не хочешь быть светской львицей и проводить все время в магазинах, салонах красоты и на званых обедах.

– Не совсем.

– Тебе больше незачем работать.

Кайла отпила кофе и поставила чашку на блюдце.

– Неужели ты не понимаешь? – Ее глаза сверкали от ярости. – Я не хочу быть обязанной тебе за каждый цент!

Дуардо откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на нее.

– Ты будешь получать ежемесячное содержание.

– Деньги на тряпки, – цинично согласилась она, зная, что больше никогда не станет тратить немыслимые суммы на наряды от известных кутюрье, в которых щеголяли модницы, принадлежащие к его социальному кругу. – Джекоб….

– После больницы переедет в квартиру.

– Какую еще квартиру? Где? – Она думала, надеялась, что ее брат будет восстанавливаться после операции в доме Дуардо. Черт побери, его дом достаточно просторен, чтобы разместить там нескольких гостей!

– В Роуз-Бэй.

– Не хочешь ли ты сказать, что она принадлежит тебе?

– Все здание, – насмешливо пояснил он.

– Ему понадобится уход, физиотерапия.

– У него все это будет. До тех пор, пока Джекоб сам не сможет передвигаться, Спенс будет возить его. – Дуардо допил свой кофе.

– Значит, разделяй и властвуй? Он задумчиво посмотрел на нее.

– Твой брат получит возможность жить своей жизнью. Конечно, если ты ему позволишь.

– Когда он полностью поправится, – с вызовом ответила Кайла, увидев в глазах Дуардо искорки смеха.

Подозвав официанта, Дуардо расплатился по счету.

– Ты устала?

– Нет, – мягко ответила девушка, поднимаясь. В замкнутом пространстве автомобиля она физически ощущала присутствие Дуардо. Чувствовала, как по всему ее телу разливается приятное тепло.

Так не должно быть! Черт побери, она не хочет испытывать подобное. Не хочет принадлежать ему.

Так уже было однажды. Пусть недолго, но Кайла так и не смогла забыть. В те безмятежные счастливые дни он многому научил ее… слишком многому, думала она, когда они направлялись в сторону Пойнт-Пайпер.

Поэтому она хотела только этого мужчину. Гипнотического экстаза, дикого, первобытного желания, чувственной магии, когда тела и души соединялись в гармонии, как половинки единого целого.

Это был не просто секс…

Возьми себя в руки!

Все это осталось в прошлом, а сейчас, при сложившихся обстоятельствах, она должна подумать о том, как ей жить под одной крышей с Дуардо Альваресом. Спать с ним.

У нее по спине побежали мурашки. Она еще не пришла в себя после развода. Как можно надеяться на то, что теперь она выживет в браке без любви?

Прервав размышления, Кайла обнаружила, что машина въехала в гараж. Это было просторное помещение, в котором стояли золотистый «лексус» и темно-синий «БМВ».

Дрожащими пальцами она расстегнула ремень безопасности и вылезла из автомобиля. Уже в холле Дуардо ослабил узел галстука и снял пиджак.

– Мне нужно просмотреть электронную почту и сделать несколько международных звонков.

– Хорошо.

Кайла поднялась к себе, разделась и пошла в душ. Затем, завернувшись в махровый халат, включила телевизор и уселась в одно из удобных кожаных кресел. Переключая каналы с одного на другой, девушка остановила свой выбор на сериале «Закон и порядок».

Именно здесь и нашел ее Дуардо, спящую, с распущенными волосами, похожими на покрывало из серебристого шелка.

Несколько минут он стоял, прислушиваясь к ее дыханию, ощущая ее ранимость. Ее скрытую силу.

Какое противоречие…

Она оказалась такой легкой. Слишком легкой, решил Дуардо, подняв ее на руки и направившись к кровати.

Вдруг она зашевелилась и проснулась.

– Что ты делаешь? – Кайла помнила, что смотрела телевизор. Затем, должно быть, уснула.

– Несу тебя в постель.

– Нет. – Но было уже поздно: он подошел к кровати. – Пожалуйста. – Его лицо находилась всего в нескольких дюймах от ее лица, и она обнаружила, что полы ее халата распахнулись, и что он тоже переоделся. – Отпусти меня.

Дуардо подчинился. Его глаза сузились при виде румянца, вспыхнувшего на ее щеках, когда она запахивала халат.

Он казался таким сильным, таким мужественным… Ее захлестнула волна желания, когда она вспомнила, какими были его прикосновения. Как он ласкал губами мочку ее уха, пульсирующую жилку на шее, затвердевший от желания сосок.

Как он любил исследовать самые сокровенные уголки ее тела, целовать их, распаляя ее, – до тех пор, пока она не просила о пощаде. Как она, смакуя каждую минуту божественного экстаза, постанывая от удовольствия, выгибалась ему навстречу…

Это была настолько изысканная, чувственная магия, что ее нельзя было описать словами.

Как и те прекрасные несколько дней, когда она всем сердцем любила его и думала, что это взаимно.

Но все это лопнуло как мыльный пузырь. Любви больше не существовало, и то, что было когда-то между ними, ничто не могло теперь воскресить.

Осознание этого придало Кайле смелости, и она произнесла слова, не дававшие ей покоя все это время:

– Я хочу, чтобы ты пользовался противозачаточными средствами, когда мы будем заниматься сексом.

Выражение его лица не изменилось, хотя у нее создалось впечатление, что за этой маской спокойствия скрывался гнев.

– Почему?

Она посмотрела на него с бесстрашным равнодушием.

– Незапланированная беременность была бы большой несправедливостью по отношению к нам обоим.

Перед ее внутренним взором предстал образ мальчика, как две капли воды похожего на своего отца. Образ крепкого темноволосого сорванца.

Сейчас же перестань думать об этом!

– Ты беспокоишься о своей фигуре?

– Нет, – поспешно ответила Кайла, и его глаза сузились.

– Думаешь, что я до этого пренебрегал безопасным сексом?

Мысль о том, что он доставлял чувственное удовольствие другим женщинам, была невыносимой.

– Конечно, вряд ли последние годы ты жил как монах.

– А ты, Кайла? – обманчиво мягко спросил он. Будь он проклят! Она ни за что на свете не доставит ему радости узнать правду.

– Развод освободил меня от клятвы верности.

– Ты не ответила на вопрос.

Кайла пристально посмотрела на него.

– У тебя не было никакого права его задавать.

Дуардо приблизился к ней, но она продолжала настаивать на своем, несмотря на то, что ей хотелось убежать от него подальше.

– Есть еще кое-что, – добавила она, не обращая внимания на мускул, дергавшийся у него на щеке. – Мы оба должны сделать анализ крови.

Ей доставляло удовольствие доводить его до крайности.

– А разве моего слова недостаточно?

Кайла не знала, что сказать.

Не дождавшись ее ответа, Дуардо подошел к туалетному столику, достал оттуда листок бумаги и протянул ей.

Ей понадобилось всего несколько секунд, чтобы убедиться в том, что он полностью здоров.

Ей следует благодарить его или осуждать? Ни то, ни другое, решила Кайла, раздраженная тем, что Дуардо снова оказался на высоте.

– У тебя еще есть ко мне вопросы?

Его голос был обманчиво мягким, и у нее по спине пробежал холодок.

– Пока нет.

– Хорошо. – Запустив руку в ее волосы, Дуардо наклонился и накрыл ее губы своими.

Он с бесстыдной легкостью играл с ней, пробовал ее на вкус, дразня, поглаживал кончиком языка ее язык, пока из ее груди не вырвался приглушенный стон.

Кайла сжала руку в кулак и толкнула его в плечо, но это оказалось бесполезным. Их тела не соприкасались, однако она словно полностью растворилась в нем. Дуардо умел делать так, что она теряла способность трезво мыслить, и для нее все переставало существовать, кроме него и желаний собственного тела.

Он засунул руку под ее халат, погладил напрягшийся живот, спустился ниже.

– Я тебя ненавижу, – прошептала Кайла.

Ее губы дрожали, голубые глаза стали огромными, как два прозрачных озера.

– Могу себе представить. – Он убрал за уши выбившиеся пряди ее волос, а затем взял ее за подбородок. – Но себя ты ненавидишь еще больше.

Затем Дуардо перебрался на другой край кровати, снял халат и, скользнув под одеяло, выключил торшер. Комната погрузилась в полную темноту.

Кайле захотелось швырнуть чем-нибудь в него, и она взяла подушку, чтобы обрушить ее на его голову.

Сильные пальцы обхватили ее запястье.

– Даже не думай об этом.

– Отпусти меня.

– Положи подушку.

– Черта с два!

В одно мгновение Дуардо вырвал у нее подушку, а затем схватил Кайлу и уложил ее на себя.

– Не надо… – Мольба, сорвавшаяся с ее губ, была прервана, когда он завладел ее ртом в голодном страстном поцелуе.

Распахнув ее халат, он принялся ласкать ее грудь, а затем скользнул рукой вниз по ее животу к заветному чувствительному бугорку.

О боже!

Она не хотела этого. Не хотела испытывать первобытный восторг от каждого его прикосновения.

Потому что иначе она пропадет, влекомая неистовым желанием принадлежать ему. Духовно, эмоционально, физически…

Ее тело захлестнула горячая волна, и Кайла, мотая головой из стороны в сторону, невольно простонала.

Тогда он вошел в нее, одновременно накрыв ее рот своим, и Кайла вся расслабилась и приняла его. Немного помедлив, он задвигался, увлекая ее за собой, пока их тела не закачались в едином ритме.

Затем Дуардо перекатился на спину, и она оседлала его, принуждая погрузиться еще глубже. Их слитые воедино тела набирали ритм, пока окружающий мир не разбился на множество разноцветных осколков.

У Кайлы на глаза навернулись слезы, но она, сделав над собой усилие, сдержала их. Желание дать волю эмоциям было так велико, что она дрожала всем телом, когда Дуардо обводил кончиком языка ее груди и нежно покусывал соски.

Ее горло сдавил спазм, и она тяжело сглотнула. Они все еще были единым целым, и она чувствовала жар его тела, слышала биение его сердца.

По ее щеке скатилась одинокая слеза и упала ему на плечо. Обнаружив на лице Кайлы высохшие ручейки, Дуардо нежно провел по ним кончиками пальцев. Затем он прижал девушку к себе и положил ее голову себе на грудь.

Она почувствовала, как его губы коснулись ее лба, затем он накрыл их обоих одеялом и успокаивающе погладил ее по спине.

– Давай спать.

Разве это возможно после того, как он испытала такое незабываемое удовольствие?

И все же, как только ее дыхание выровнялось, она забылась блаженным сном.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Почувствовав, как затекли ее мышцы, Кайла лениво потянулась и закрыла глаза, отдавшись воспоминаниям.

Черт побери, она все чувствовала прикосновения его губ, его рук. Приятное тепло, магию умопомрачительного наслаждения. Ведь это все, что между ними было. Физическая близость двух человек, которых влекло друг к другу.

Кого она пытается обмануть? – подумала Кайла, вставая с постели и направляясь в ванную.

Одетая в слаксы, майку и сандалии, с собранными в хвост волосами, она спустилась в столовую и обнаружила, что Дуардо уже уехал в город.

– Мы с вами отправляемся за покупками, – сообщил ей Спенс, когда она закончила завтракать.

– Опять? Вы, наверное, шутите. Он наклонил голову.

– Так распорядился Дуардо. Кто она такая, чтобы спорить?

– Давайте сначала навестим Джекоба, – сказала Кайла, вставая.

– Мы должны вернуться домой не позже трех. Церемония назначена на пять часов.

Свадьба.

О боже! К концу дня она станет Кайлой Антонией Альварес. Во второй раз.

– Конечно, – спокойно произнесла девушка, хотя ее нервы были натянуты как струна.

С течением дня это состояние не прошло, а лишь усилилось. Джекоб по-прежнему находился под влиянием перенесенного наркоза и все время спал. А Кайла так нуждалась в поддержке! К кому же обратиться? К мужчине, который скоро должен был стать ее мужем? Если бы их свадьба имела для него какое-то значение, он не стал передавать ей указания через Спенса.

Кайла еще никогда не чувствовала себя такой одинокой.

Когда девушка вернулась домой, выглаженное свадебное платье уже лежало на ее кровати, и она поблагодарила Марию.

– Вчера, разбирая ваши покупки, в одном из пакетов я обнаружила вот это. – Экономка протянула ей большой конверт. – На нем ваше имя.

Поняв, о чем идет речь, Кайла нахмурилась.

Это были документы, подтверждающие, что Дуардо завладел компанией ее отца на законных основаниях.

Разрезав конверт, Кайла достала бумагу.

Самое главное – это даты. Сам текст можно было не читать, но она все равно просмотрела его. К горлу подступила тошнота, когда Кайла поняла, что отец ей лгал.

Она закрыла глаза, затем снова открыла. Если Бенджамин солгал насчет этого… значит, эта ложь могла быть не единственной.

Боже милостивый!

Все же она должна была себя в руки, потому что до свадьбы оставался всего час, а ей нужно было еще принять душ, уложить волосы, нанести макияж и одеться.

Было уже половина шестого, когда Кайла надела кремовое платье и начала возиться с застежкой.

– Позволь мне тебе помочь, – предложил Дуардо, и их пальцы соприкоснулись, когда он взялся за замочек молнии.

Он двигался бесшумно, словно кошка, она даже не слышала, как он вошел.

Застегнув молнию, Дуардо повернул Кайлу к себе лицом и понял, как она внутренне напряжена. Ее расширившиеся голубые глаза тревожно смотрели на него.

Не говори банальностей и не прикасайся ко мне, молча взмолилась она, внезапно почувствовав себя уязвимой.

– Дай мне двадцать минут на то, чтобы принять душ и переодеться, а затем мы вместе спустимся вниз.

Кайла сомневалась, что сейчас было самое подходящее время, но не могла больше ждать.

– Я должна перед тобой извиниться. Он пристально посмотрел на нее.

– Я просмотрела бумаги и убедилась, что Бенджамин мне лгал, – произнесла она дрожащим голосом. – Прости меня.

– Извинения приняты, – тихо сказал Дуардо, снял пиджак и скрылся в ванной.

Через девятнадцать минут он был готов. Кайла так нервничала, что каждую минуту смотрела на часы.

Спенс, Мария, Джозеф и священник ждали их в гостиной. На маленьком столике, покрытом скатертью, стоял букет роз и свеча.

Произнеся вступительную речь, священник объявил Дуардо и Кайлу мужем и женой. Обмен кольцами завершал церемонию, и у Кайлы перехватило дыхание, когда она обнаружила, что это те же самые кольца, которыми они скрепляли свой первый брак.

Он сохранил их? Но почему?

Дуардо наклонил голову и легонько коснулся губами ее губ. В этот момент она заметила, как блестят его глаза. Интересно, что он сейчас чувствует? Удовлетворение собственника? Или торжество мстителя? Кайла подозревала, что и то, и другое.

Они вместе зажгли свечу, расписались в свидетельстве о заключении брака и поблагодарили священника.

Спенс принес бутылку шампанского и, наполнив бокалы, произнес тост, а Мария поставила на стол поднос с канапе.

Вскоре священник ушел, а следом за ним и слуги.

– На семь часов я забронировал для нас столик в ресторане. Мы отпразднуем нашу свадьбу наедине.

Было бы что праздновать, невесело подумала Кайла, поднимаясь к себе. Впрочем, уж лучше ужинать в ресторане на виду у других, чем дома наедине с ним.

Взяв подходящую к платью сумочку, девушка положила в нее губную помаду, носовые платки и пару банкнот.

«Никогда не забывай брать с собой деньги, дорогая, – часто говаривала ее покойная мать, – особенно если куда-то идешь с мужчиной».

Деньги на такси, подумала Кайла, спускаясь вниз.

Вечером Дуардо предпочитал передвигаться по городу на «астон-мартине». Сегодня он повез ее в ресторан эксклюзивного отеля «Ритц-Карл тон».

Что он задумал? Хочет выставить ее напоказ?

Метрдотель проводил их к уединенному столику, и они сделали заказ.

Изысканная еда, дорогое вино… Кругом богато одетые элегантные люди, готовые платить высокую цену, чтобы быть в центре внимания.

И Дуардо один из них. Правда, для него это была игра, вызов, брошенный всему миру: смотрите, мол, кем я был и кем стал. Доказательство того, что деньги открывают любые двери.

Однако глубоко под маской преуспевающего, уверенного в себе предпринимателя прятался мальчишка, познавший суровые законы нью-йоркских улиц. Это читалось в его жестком взгляде, в пугающей безжалостности, скрывающейся за ледяным спокойствием.

Она стала свидетелем этого три года назад, когда вернула ему кольцо.

– У меня что, внезапно выросли рога? – насмешливо протянул Дуардо, и она невозмутимо посмотрела на него.

– Я еще не успела тебе их наставить. От его мягкого смеха она вздрогнула.

– Надеюсь, не собираешься делать это в ближайшее время?

– Нет.

Мысль о том, что ей снова придется появляться в обществе в роли жены Дуардо, не вызывала у Кайлы особой радости. Она знала, что улыбки и дружелюбие окружающих будут такими же фальшивыми, как и их лживый брак.

– Может, все же попробуешь улыбнуться?

– А разве для этого есть причина?

– Нас хотят сфотографировать. Черт побери, началось!

– Не беспокойся, – заверила она его, – в обществе я всегда буду вести себя так, как того требуют приличия.

Фотограф сделал снимок и, увидев у них на пальцах обручальные кольца, поздравил их, а его спутник записал что-то в своем блокноте.

Завтра сообщение об их повторном браке появится во всех газетах.

Подождав, пока представители прессы уйдут, Кайла спросила:

– Игра на публику, Дуардо?

– Нет.

Могла она ему верить? Впрочем, разве это имело какое-то значение?

– Это как нельзя кстати, – произнес он с едва скрываемой насмешкой, – потому что завтра вечером мы должны будем появиться вместе на благотворительном аукционе.

Неужели?

Мысль о том, что ей после долгого перерыва снова придется появиться в обществе, пугала.

– Предварительная информация, которая увеличит или уменьшит количество сплетен?

Положив вилку, Дуардо ответил:

– Думаю, это послужит обеим целям.

Вне всякого сомнения. У нее на губах появилась готовая улыбка, но глаза оставались серьезными.

– Замечательно.

– Ты справишься.

Да, она справится. Но в ее памяти сохранилась отчетливая картина того, как ее отец скатывался вниз по общественной лестнице. Отложенные, затем отмененные деловые ужины, все уменьшающееся число приглашений. Давние друзья, которые больше не хотели иметь ничего общего с Бенджамином Энрайт-Смитом и его семьей.

На собственном горьком опыте Кайла убедилась, что жизнь – это постоянная борьба за выживание в жестоком мире.

Сделав глоток вина, она поставила на стол бокал.

На благотворительном аукционе соберутся представители высших слоев общества. Женщины, потратив целый день на приготовления к этому мероприятию, будут из кожи лезть, лишь бы превзойти друг друга красотой платьев и дороговизной ювелирных украшений.

– Мне придется добавить к своим покупкам вечернее платье.

Дуардо откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на нее.

– Ты позаботишься об этом завтра.

– Приобретение жены-трофея может дорого тебе обойтись.

Его глаза сузились.

– Если бы мне была нужна жена-трофей, ты бы сейчас здесь не сидела.

У нее кровь застыла в жилах, когда она представила себе, как они с Джекобом, отчаявшись, меняют имена и переезжают в другой город, где живут в постоянном страхе, что их вот-вот обнаружат…

У Кайлы пропал аппетит, и она отодвинула в сторону тарелку. Она не знала, что сказать в ответ, и испытала огромное облегчение, когда Дуардо попросил официанта принести счет.

Глядя в окно автомобиля, Кайла вспоминала свою первую брачную ночь. Как они с Дуардо кормили друг друга десертом, не замечая ничего вокруг.

Как бродили босиком по белому песку Вайкики-Бич, наслаждаясь каждой минутой в обществе, друг друга, а затем вернулись в номер отеля и всю ночь занимались любовью под шепот прибрежных волн…

Она подарила ему свое тело, свою душу… любовь. И верила, что это было взаимно. Тогда больше ничего не имело значения. Пока не вмешалась реальность, и Кайла не сделала неправильный выбор.

Сейчас она вернулась к мужчине, который украл ее сердце. Только с тех пор все изменилось. На этот раз им двигала не любовь, а месть.

Когда Дуардо с помощью пульта дистанционного управления открыл ворота, вдоль подъездной дороги к дому загорелись огни.

Войдя в фойе, он спросил у Кайлы:

– Может, шампанского или кофе?

– Нет, спасибо, – ответила она, поднимаясь по лестнице.

Ей было все равно, последует он за ней или нет, и она, не оглядываясь, прошла в спальню.

Сняв платье и туфли, Кайла быстро приняла душ и надела халат. Вернувшись в спальню, она включила телевизор, нашла интересную программу и села в кресло. Поглощенная документальным фильмом, она потеряла ощущение времени.

– Не можешь уснуть?

Она вздрогнула и, обернувшись, обнаружила, что он переоделся в халат.

– Ты давно пришел?

– Несколько минут назад.

Не успела она и глазом моргнуть, как Дуардо взял Кайлу на руки и опустился в кресло, держа ее на коленях.

– Что ты делаешь? – Кайла попыталась освободиться, но у нее ничего не вышло.

Он обхватил ее за плечи и прижал к себе.

– Тебе нужно, чтобы я ответил на этот вопрос?

Кайла почувствовала, как его теплая ладонь скользнула под ее халат и задержалась на груди. Ее сердце учащенно забилось, и она разозлилась на саму себя за то, что так реагирует на его прикосновения. Хуже всего было то, что он об этом знал.

– Отпусти меня.

– Тебе неудобно?

Ее глаза сверкали от ярости.

– Не играй со мной!

– Ты думаешь, это игра?

Ее ярость только усилилась.

– Да!

Он приподнял ее подбородок, и его рот накрыл ее губы в опустошительном поцелуе, который заглушил ее немой протест.

Кайла стиснула пальцы в кулак и неистово толкнула его в грудь, но все оказалось напрасно. Дуардо лишь на секунду оторвался от ее губ, а затем продолжил свое чувственное вторжение, не переставая ласкать ее до тех пор, пока она не застонала и не начала отвечать на его ласки.

Только почувствовав под собой матрас, Кайла поняла, что он отнес ее на кровать.

Искушение заставить его потерять самообладание было непреодолимым, и Кайла, подождав, пока Дуардо не начнет засыпать, начала свою собственную игру.

Легко, словно крыльями бабочки, она прикоснулась пальцами к его мускулистому животу, затем обвела контур пупка и спустилась ниже, туда, где находилось средоточие его мужественности. Нежно погладив его чувствительную плоть, она почувствовала, как он возбуждается.

На ее губах появилась мечтательная улыбка, но вдруг его сильные пальцы обхватили ее запястье.

– Думаю, тебе лучше остановиться. Месть оказалась чертовски приятной.

– Дорогой. – Ласковое слово, сорвавшееся с ее губ, было не чем иным, как насмешкой. – Я только начала. Что, не в силах это вынести?

Из его горла вырвался еле слышный звук… приглушенный стон или смешок?

Кайла сказала себе, что ей все равно. Дуардо отпустил ее руку.

– Только потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Подмяв Кайлу под себя, Дуардо мощным рывком вошел в нее, и они, доведя друг друга до предела в этом первобытном эротическом ритуале, испытали состояние свободного полета.

Кричала ли она? Кайла ничего не помнила, кроме чарующей магии умопомрачительного секса и того, что за ним последовало.

Его руки нежно поглаживали ее тело, губы касались ее виска. Она не хотела двигаться, да и не могла.

С ее губ сорвался стон разочарования, когда Дуардо подхватил ее на руки, вынес из спальни и погрузился вместе с ней в ванну, наполненную теплой ароматной водой.

Кайла не стала открывать глаза.

– Это сон, правда?

– Гмм…

Все было просто великолепным: вода, мягкое полотенце, которым Дуардо вытер ее, удобная кровать, душистое постельное белье.

И руки, которые нежно обнимали ее, пока она спала.

– Вставай. Уже десять часов.

Кайла засунула голову под подушку – и застонала, когда подушку убрали.

– Разве? – пробормотала она. – Я думала, еще только девять.

– Поднимайся, – прозвучал знакомый мужской голос, и, перевернувшись на спину, она открыла глаза.

Дуардо выглядел отдохнувшим… и чертовски мужественным.

– Сначала завтрак, – протянул он, – а затем шопинговая терапия.

Подняв руку, Кайла откинула назад прядь волос.

– Я уже устала ходить за покупками.

– Благотворительный аукцион. Вечернее платье. Ты забыла?

– О, это настоящий ад…

– Возможно. Но сама по себе благотворительность очень достойное занятие. К тому же я уже обещал, что приду. – Он наклонился и положил руку на одеяло. – Спенс ждет тебя.

Кайла быстро позавтракала, и они сразу же поехали в больницу. Ортопед сообщил ей, что доволен тем, как идет процесс восстановления. У Джекоба, который, наконец, окончательно пришел в себя после наркоза, было хорошее настроение, и он искренне поблагодарил сестру за то, что она сделала ради него.

– Это уже входит в привычку; – сказала Кайла Спенсу, когда они вошли в один из бутиков в Дабл-Бэй.

К полудню они покинули торговый район, нагруженные яркими пакетами.

– Теперь домой? – устало спросила Кайла, уложив покупки на заднее сиденье «лексуса».

– Не совсем. Нам еще нужно заглянуть в ювелирный. Дуардо хочет, чтобы вы что-нибудь себе выбрали – из того, что он отобрал.

Возражать было бесполезно. Кайла знала, с какой целью все это делалось. Как жена Дуардо Альвареса, она должна соответствовать определенным ожиданиям.

Час спустя девушка уже рассматривала изысканные бриллианты во всевозможных оправах. Немного поразмыслив, она выбрала пару сережек, ожерелье и подходящий браслет.

– Мистер Альварес распорядился, чтобы я преподнес вам вот это. – С загадочным видом человека, готовящего сюрприз, ювелир достал бархатную коробочку и открыл ее.

Кайла взглянула на изящный кулон, серьги и браслет, и у нее внутри, словно все оборвалось.

– Откуда это у вас? – произнесла она не своим голосом.

– Мистер Альварес, кажется, приобрел этот гарнитур на аукционе. – Он благоговейным жестом коснулся украшений. – Ваш супруг передал их мне совсем недавно, чтобы я в случае необходимости укрепил камни в оправе.

Когда-то эти сапфиры принадлежали ее матери. Это был подарок Бенджамина на день ее рождения.

Ювелир, казалось, почувствовал ее беспокойство.

– Они вам не нравятся?

– Они очень красивые.

Это были любимые украшения Бланш. Вот только для чего Дуардо их купил?

– Кстати, мистер Альварес выбрал для вас еще кое-что.

Ювелир протянул Кайле брошь-часы, циферблат которых был обрамлен сапфирами и бриллиантами.

Кайла молча наблюдала за тем, как ювелир тщательно все упаковывает и вместе с сертификатами кладет в блестящий пакет.

Когда она вернулась домой, было уже почти пять часов. Узнав у Марии, где находится Дуардо, она решительно направилась в его кабинет.

Дуардо оторвался от столбиков цифр на мониторе компьютера, повернулся в кресле и, увидев воинственный блеск в глазах жены, приготовился к ссоре.

– День прошел удачно?

Его мягкий тон лишь помог Кайле укрепиться в своем намерении.

– Я хочу тебя поблагодарить. – Она помедлила. – За сапфиры. За часы. – Ее голос звучал слишком вежливо. – В них жене миллиардера будет не стыдно появляться в обществе.

Дуардо откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на нее.

– У тебя появилось отвращение к драгоценностям?

Ее глаза метали молнии.

– Нет.

– Тогда я не вижу, в чем здесь проблема.

– А тебя не волнует, что я вижу?

– Нисколько.

Ей захотелось его ударить, но она сумела сохранить ледяное спокойствие.

– Ты купил драгоценности моей матери.

Он немного прищурился.

– Да.

– Почему?

Дуардо поднялся.

– Тебе так важно это знать?

– Да, черт побери. – Она посмотрела на пресс-папье, лежащее на столе, мысленно взвешивая его.

– Не стоит этого делать. – За обманчивой мягкостью крылась угроза.

У нее в голове роилась куча противоречивых мыслей, и Дуардо прочитал каждую из них на ее лице.

– Ты заслуживаешь иметь драгоценности твоей матери.

Она все еще не верила ему. Не могла верить.

– Значит, ты планировал снова на мне жениться еще тогда?

Его взгляд посуровел.

– Это никогда не подвергалось сомнению. Кайла вскинула подбородок.

– А мой отец? – Она не могла больше сдерживаться. – Это ты спровоцировал его падение?

– Бенджамин сам себя погубил.

У нее внутри все клокотало от гнева, но Дуардо намеревался использовать это в своих целях. Запустив руку в ее волосы, другую он положил ей на талию и привлек к себе.

Не успела Кайла и слова произнести, как он накрыл ее губы своими, вторгся языком в глубь ее рта и продолжал эту сладостную пытку до тех пор, пока не почувствовал, что она сдалась, пока не услышал приглушенный стон отчаяния, вырвавшийся из ее горла.

Когда Дуардо наконец отпустил девушку, он обнаружил, что ее глаза затуманились, а губы, припухли от поцелуев… и устоял перед искушением довести дело до конца.

Кайла почти качалась под его испытующим взглядом. Напряжение было так велико, что одно неосторожное слово или движение могло все испортить.

Она решила вести себя так, словно ничего не произошло.

– Когда нам нужно выходить? Дуардо посмотрел на часы.

– Через час с четвертью.

– Обещаю, что к этому времени буду полностью готова. – С этими словами Кайла направилась к двери.

ГЛАВА ПЯТАЯ

– Дуардо, дорогой.

Кайла увидела пожилую матрону, которая послала ее мужу воздушный поцелуй и кокетливо захихикала.

– Значит, это твоя жена. – Она повернулась к Кайле. – Я рада с вами познакомиться, моя дорогая. В жизни вы гораздо красивее, чем на фотографиях в газете.

Для сегодняшнего вечера Кайла выбрала платье из темно-синей тафты с облегающим корсажем и длинной юбкой. Насыщенный цвет выгодно оттенял ее кремовую кожу, изумительно контрастируя с пепельными волосами. Туфли на каблуках прибавили ей несколько сантиметров роста. Драгоценности Бланш явились последним штрихом в ее образе.

– Спасибо.

– Хитрец Дуардо тщательно вас от всех скрывал.

Дуардо взял ее руку и поднес к губам.

– Не без оснований. Он был на высоте.

– Мы ждем вас обоих на ужине, который устраивает фонд борьбы с лейкемией.

– Это большая честь для нас, – ответил Дуардо, обезоруживающе улыбаясь.

– Она просто невыносима, – тихо заметила Кайла, когда женщина оказалась вне пределов слышимости.

– Ты так считаешь? – Он сделал вид, что удивлен.

– Мы все время должны притворяться.

– Тебе это кажется сложным?

– Я буду стараться, – усмехнулась она. Дуардо выглядел потрясающе в своем черном смокинге, белой рубашке и черном галстуке-бабочке. Итальянские ботинки ручной работы, золотые запонки, элегантные часы и дорогой одеколон были отличным довершением его облика.

Но не одежда привлекала к нему внимание, а он сам. Под внешней оболочкой искушенного в житейских делах человека скрывалась неистовая натура. Настороженность, прячущаяся в глубине его темных глаз, одновременно пугала и завораживала.

Несомненно, многих женщин возбуждало подобное сочетание, и Кайла не была исключением. В глубине души она всегда восхищалась этим человеком, который в юности был вынужден преступать закон, чтобы выжить.

– Ты определенно умеешь делать сюрпризы, – насмешливо произнес мужской голос, и Кайла обернулась. Его обладатель был ей незнаком, и, судя по первому впечатлению, ему нельзя было доверять.

– Прими мои поздравления.

– Макс, – ледяным тоном произнес Дуардо. Одна бровь вопросительно поползла вверх.

– Ты не представишь меня своей очаровательной спутнице?

Сквозь внешнюю любезность мужчины проглядывало лицемерие.

– Моя жена, Кайла. – Он немного помедлил. – Макс Стейн, муж актрисы Марлены.

Макс поклонился.

– Марлена нездорова. Она приносит вам свои извинения и поздравляет вас с недавней свадьбой. – Макс приторно улыбнулся. – Урожденная Энрайт-Смит и твоя бывшая жена. Интересно.

Они с Кайлой обменялись рукопожатием. Его невыразительный взгляд пронзил ее, когда он нарочно задержал ее руку в своей.

– Спасательная миссия или месть?

Кайла выдернула свою руку и с обожанием посмотрела на Дуардо.

– Мне сказать ему, дорогой? Или ты сам это сделаешь?

Она нежно коснулась щеки мужа, и он накрыл ее ладонь своей.

– Конечно, скажи, querida.

Кайла повернулась к Максу и мягко сказала:

– Настоящая любовь. – Глаза Макса сузились, и она продолжила тем же легкомысленным тоном: – Возможно, вам еще предстоит ее испытать.

Мужчина театрально поклонился.

– Очень рад за вас.

– Спасибо. – Ее тон был воплощением благопристойности.

Подождав, пока не уйдет Макс, она встретилась взглядом с мужем.

– Ты не жалуешь его.

Выражение лица Дуардо не изменилось.

– У меня есть причины не доверять ему.

– Он один из твоих приятелей?

– Мы знакомы еще со времен Нью-Йорка.

– Понятно.

Он криво усмехнулся.

– Сомневаюсь, что ты поняла.

– Вы были конкурентами?

– Можно сказать и так.

Все было гораздо сложнее. В то время как он сам уже давно стал законопослушным гражданином, Макс под личиной внешней респектабельности продолжал водить компанию с подозрительными типами.

Если бы не отец Марлены, он давно бы порвал отношения с этими людьми. Дуардо был многим ему обязан и считал делом чести отблагодарить его. И он не остался в долгу. Благодаря его протекции, Марлена стала той, кем являлась теперь.

– Поздравляю вас, мои дорогие.

Обернувшись, Кайла увидела сногсшибательную брюнетку, лицо которой показалось ей смутно знакомым.

– Элис, – тепло поприветствовал ее Дуардо.

Ну конечно. Это была известная фотомодель, лицо крупной косметической компании. Высокая, невероятно стройная, яркая.

Элис бросила на Кайлу сверкающий взгляд.

– А я уже начала тревожиться за него.

– Правда? – Что еще она могла сказать?

– Целая куча деловых партнеров, а любовниц раз-два и обчелся, – верещала красотка. – Увидимся позже. – Элис скрылась в толпе, оставив после себя аромат изысканных духов.

– Это она так хотела меня подбодрить? – с улыбкой произнесла Кайла, увидев искорки смеха в темных глазах мужа.

– Двери в зал только что открыли. – Он положил руку ей на талию. – Может, войдем?

Стол, к которому их проводили, находился на самом виду, и у Кайлы внутри все упало, когда она обнаружила, что за ним сидели Марджори Маркхэм и ее муж. Эта женщина была главным источником сплетен и могла приукрасить любой факт так, что никто не разобрал бы, где правда, а где ложь.

В зал вошли Бенито и Самара Торрес, и после обмена дружескими приветствиями Самара села рядом с Дуардо. Оставшиеся шесть мест заняли судья, его жена, богатый наследник со своим компаньоном и мать с дочерью.

Такое эклектичное смешение гарантировало интересный разговор, основанный на внешней учтивости, цинично подумала Кайла и напомнила себе, что это всего лишь игра.

Официанты разлили по бокалам напитки, затем председатель благотворительного фонда произнес вступительную речь и пожелал гостям приятного вечера.

– Я сомневалась, что вы придете. Думала, вы отправились в свадебное путешествие, – сказала Самара. – Насколько я помню, в первый раз у вас не было медового месяца. – Она поднял бокал и произнесла тост: – За жениха и невесту.

О боже… А ведь вечер еще только начался!

– Они провели его на Гавайях, – с довольным видом сообщила Марджори. – В первый раз вы поженились там, – обратилась она к молодоженам.

– В самом деле, – произнес Дуардо бархатным тоном, за которым скрывалось предупреждение, что эта тема запретна.

К счастью, официанты принесли горячее, и все переключились на еду.

Кайла всем своим существом ощущала близость Дуардо, который время от времени касался ее руки и награждал теплой улыбкой. Разумеется, он делал это для видимости, напомнила она себе. Однако, глядя на него, всякий раз Кайла без труда представляла себе, как его губы касаются ее губ, как их тела переплетаются в порыве страсти…

Между основным блюдом и десертом прошел благотворительный показ мод. По подиуму дефилировали худые как щепки модели в дорогих нарядах от заграничных кутюрье.

Мать и дочь что-то отметили в своих программках.

– Вот это платье – мое, – заявила Самара. Бенито Торрес снисходительно улыбнулся при виде темно-синего шифонового платья с многослойной юбкой, в то время как дочь бросила на Самару сверкающий взгляд, в котором читалось: «Даже и не мечтай!»

Кайла давилась от смеха, глядя на женщин, которые наперебой повышали ставки, желая заполучить единственный экземпляр наряда.

– Это платье я заказал в качестве подарка для своей жены, – лениво протянул Дуардо, и все четыре женщины уставились на него.

– Правда? – Самара первой пришла в себя и обратилась к Кайле: – Примите мои поздравления. За это платье я продала бы душу дьяволу. – Она выразительно посмотрела на Бенито, в то время как дочь тихо сказала матери: «Это несправедливо».

– Как это щедро с твоей стороны, дорогой, – мягко произнесла Кайла, в душе ненавидя весь этот спектакль, в котором она играла роль жены-трофея.

– Это доставило мне удовольствие. – Он улыбнулся, не оставив никаких сомнений в том, какого рода удовольствие он имел в виду.

Ну, надо же! Какой изощренный способ нажить врагов. Если бы три женщины могли бы убивать взглядом, Кайла была бы уже мертва.

После десерта на сцену вышел популярный певец и исполнил несколько песен. Кайла едва не застонала от облегчения, когда настала пора ехать домой.

– Тебе нечего сказать? – насмешливо спросил Дуардо, выезжая на шоссе.

Она серьезно посмотрела на него.

– Я устала говорить. – И улыбаться тоже. К тому же у нее начинала болеть голова.

Первый вечер в обществе, проведенный в качестве жены Дуардо, закончился. Она держалась с достоинством. Правда, вечер был далеко не последним, и пройдет какое-то время, прежде чем их брак перестанет быть главной темой для сплетен.

– Пожалуйста, скажи мне, что в ближайшее время мне больше не придется идти в логово ко льву.

– Неужели это было настолько ужасно?

Не совсем, просто она растеряла весь свой прежний опыт.

– Кажется, в обществе полностью отсутствуют приличия, – сухо заметила она и, увидев, как он скривил губы, добавила: – Женщины летят на тебя, как пчелы на мед.

– Тебя это беспокоит?

Еще как, но Кайла не собиралась ему об этом говорить.

– А это должно меня беспокоить?

Дуардо заехал в гараж и заглушил мотор.

– Нет, потому что ты лучше, чем те женщины.

– Это комплимент, Дуардо?

– Неужели так трудно допустить, что я могу сделать тебе комплимент?

Кайла пристально посмотрела на него.

– Да, трудно.

Она открыла дверцу. Включив сигнализацию, Дуардо последовал за ней в дом. Оказавшись внутри, они поднялись наверх.

– Какие-то трудности? – мягко спросил Дуардо, наблюдая за тем, как Кайла возится с замочком ожерелья.

– Я справлюсь, – упрямо сказала она.

– Позволь мне.

Их пальцы соприкоснулись, и ее словно обожгло пламенем. Послышался щелчок, и Дуардо положил ожерелье на туалетный столик.

Он снял пиджак, галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки, затем протянул руку к молнии на ее платье.

– Я сама могу раздеться, – холодно произнесла она, глядя в его потемневшие глаза.

– И лишить меня этого удовольствия? Молния расстегнулась, и платье упало на пол. Кайла стояла посреди спальни в одних трусиках, прикрывая руками обнаженную грудь.

Дуардо провел рукой по плавному изгибу ее талии.

– К чему такая стыдливость?

На ее щеках вспыхнул румянец, глаза неистово засверкали.

– Не играй со мной.

– Ты думаешь, я играю?

– А разве нет? – пролепетала она, когда его рука скользнула под ее трусики и стянула их.

Не сводя с нее глаз, Дуардо быстро разделся.

– Я не хочу этого, – произнесла она дрожащими губами.

Ложь. Каждая нервная клеточка в ее теле звенела от желания, заглушая голос разума.

Узкие черные плавки не могли скрыть того, как Дуардо возбужден, и у нее внутри все сжалось, предвкушая его вторжение.

– Нет? – почти насмешливо произнес Дуардо. Ее глаза засверкали голубым огнем, когда он взял ее лицо в свои ладони и провел кончиком языка по ее губам. Кайла отпрянула, заставив его прикусить ее нижнюю губу. Она приоткрыла рот в знак немого протеста, и его язык бесцеремонно ворвался внутрь. Он не оставил ей никакого шанса, и в знак протеста она начала кулаками колотить Дуардо по спине.

В ответ на это он рывком стянул с себя плавки и, приглушенно застонав, приподнял Кайлу за ягодицы и раздвинул ей бедра.

У нее перехватило дыхание, биение сердца отзывалось стуком в висках.

– Ты ведешь нечестную игру, – еле слышно прошептала она, когда он покрывал поцелуями ее шею.

– А чего ты ожидала?

Дуардо немного опустил ее, и она вскрикнула, когда он начал медленно погружаться в глубину ее женского естества. Затем он задвигался быстрее, и она подхватила его ритм, желая раствориться в нем без остатка.

Остальной мир перестал существовать. Кайла потеряла ощущение времени и пространства, но одно ей было известно точно – она принадлежала ему.

И только ему.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Каждый день нужно проживать со смыслом, подумала Кайла, отложив в сторону утреннюю газету.

А ведь еще совсем недавно, когда дни стремительно проходили один за другим, она мечтала о свободном времени, когда не нужно будет бежать с одной работы на другую и есть на ходу.

Ее помощь по дому не требовалась: Мария прекрасно справлялась со своими обязанностями.

Хождение по магазинам Кайлу тоже не привлекало. Теперь у нее была одежда на все случаи жизни.

Со светскими визитами Кайла решила повременить, хотя уже получила несколько приглашений на званый обед. Нося гордое имя Энрайт-Смит, она часто посещала подобные мероприятия, пока ее жизнь не перевернулась с ног на голову и так называемые друзья не стали ее избегать.

Звонок сотового телефона прервал ход ее мыслей.

– Это Спенс. Я хотел спросить, понадобятся ли вам сегодня утром мои услуги?

Кайла быстро приняла решение.

– Не могли бы вы отвезти меня в город? – Она посмотрела на часы. – Через сорок минут.

– Машина будет ждать вас у входа.

Ей не понадобилось много времени, чтобы облачиться в черный деловой костюм, нанести макияж и собрать волосы в узел.

В резюме Кайла указала свою девичью фамилию, но без претенциозного Энрайт – просто Смит.

Выйдя из машины на одной из оживленных улиц в деловой части города, она поблагодарила Спенса и сказала:

– Домой я вернусь на такси. Он покачал головой.

– Нет. Так распорядился Дуардо. Позвоните мне, когда закончите свои дела, и я за вами приеду.

Мысль о том, что Спенс был у нее на побегушках, казалась ей нелепой. У нее есть водительские права. Ей нужен личный автомобиль!

– Днем? После того как я навещу Джекоба в больнице?

– Вы не забыли о кинофестивале, который начинается сегодня вечером?

Кайла закрыла глаза, затем снова открыла.

Сегодня состоится премьера испанского фильма, на которой будут присутствовать представители консульства Испании и весь свет сиднейского общества.

– Я помню. В семь часов коктейль, в восемь – начало фильма.

Ей нужен ежедневник, чтобы записывать туда все предстоящие мероприятия. Кайла быстро подсчитала в уме. Агентства по трудоустройству, ленч, больница…

– Тогда ждите меня в четыре часа у входа в больницу. Если что-то изменится, я вам позвоню.

– Будьте осторожны.

Его слова имели скрытый смысл или ей это только показалось?

Возьми себя в руки, сказала себе Кайла, наблюдая за тем, как «лексус» вливается в поток машин и скрывается из виду.

В первом агентстве по найму, она сразу же прошла собеседование, во втором ее попросили зайти через час. Итак, у нее есть время, чтобы выпить лимонад, позвонить Джекобу и побродить по универмагу.

Перекусив в одном из кафе, она приехала в больницу с приятным ощущением того, что оба собеседования прошли успешно. Ей обещали перезвонить на следующий день.

Настроение Кайлы улучшилось еще больше, когда брат сообщил ей, что его колено почти не болит.

Было уже почти пять часов, когда Кайла приехала домой. Поднявшись в спальню, она резко остановилась при виде большой блестящей коробки, лежащей на кровати.

Там оказалось изысканное шифоновое платье того же оттенка, что и сапфиры ее матери. Значит, Дуардо не шутил… Интересно, он купил его из-за этого? – думала она, относя наряд в гардеробную.

Вернувшись в спальню, она обнаружила там Дуардо, расстегивающего рубашку. При виде его у нее едва не подкосились ноги. Оливковая кожа, рельефная мускулатура… Настоящее воплощение силы и мужественности.

– Привет, – вежливо произнесла она. – Платье доставили, пока меня не было дома. Оно прекрасно. Спасибо тебе.

Дуардо наклонил голову и пристально посмотрел на жену.

– Как прошел твой день?

Его вопрос не был обычным проявлением вежливости или это плод ее воображения?

– Замечательно. – Неужели Спенс доложил ему о каждом ее шаге? – Я провела время в городе, перекусила, навестила Джекоба. – Она сказала правду, кое-что опустив.

Дуардо расстегнул пряжку ремня и брюки.

– Через пятнадцать минут мы будем обедать.

У нее есть время, чтобы подумать о наряде для вечера и уложить волосы. Она остановила свой выбор на красном шелковом платье на тонких бретельках и жакете того же цвета.

Мария приготовила паэлью из морепродуктов, но Кайла предпочла овощной салат.

– Ты не голодна?

Положив вилку, Кайла невозмутимо посмотрела на него.

– Если ты позволишь, я пойду переоденусь и наложу макияж.

– Я буду через пять минут.

Она уже почти закончила, когда открылась дверь и в комнату вошел Дуардо. При виде мужа у нее внутри все затрепетало.

Прошло три года, но он по-прежнему действовал на нее так же, как в день их первой встречи. В нем было что-то колдовское, что будоражило ее чувства и заставляло терять контроль над собой.

Он был властителем ее тела, души, разума, и противиться этому было бесполезно. Какое-то безумие. Любовь не входила в планы Кайлы, однако ее влекло к нему, словно беспомощного мотылька к пламени.

Она выживет… или сгорит и погибнет…

Ты выживешь, подсказал ей внутренний голос. Другого ответа и быть не может.

– Ну что, мы идем? – уверенно спросила Кайла, улыбаясь.

Когда Дуардо подошел к ней, она заметила, как в его темных глазах промелькнуло что-то странное.

Фильм, который они смотрели, сорвал бурные аплодисменты на Каннском кинофестивале. Кайле он понравился, несмотря на то, что она не всегда успевала прочитать субтитры на английском.

После сеанса в фойе подали кофе. Большинство гостей разошлись, но некоторые задержались.

– Вы не хотите остаться и выпить кофе? – предложила Самара Торрес Дуардо и Кайле.

– Извини, у меня рано утром самолет, – ответил Дуардо. – Может, как-нибудь в другой раз.

Самара недовольно надула губы, что свидетельствовало о вздорном характере.

– Пожелай нашим друзьям спокойной ночи, querida, – с едва скрываемой насмешкой произнес Бенито. – Мы обязательно найдем еще кого-нибудь, чтобы развлечь тебя.

– Бенито во всем ей потакает, – протянул Дуардо, когда они шли к стоянке.

– Как великодушно с его стороны.

– Она удовлетворяет его потребности.

– По-моему, это лишняя информация, – с усмешкой сказала Кайла.

Они дошли до машины, и Дуардо, отключив сигнализацию, открыл ей дверцу.

Когда «астон-мартин» слился с потоком транспорта, лобовое стекло затуманилось от мелких капель дождя. Радуясь, что ей не нужно поддерживать пустой разговор, Кайла откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

Дуардо упоминал об утреннем рейсе. Куда он летит, и сколько времени будет отсутствовать?

Разве это имеет значение?

Она сказала себе, что ей все равно… хотя прекрасно знала, что это ложь.

Они приехали домой в двенадцатом часу. Кайла думала, что Дуардо, прежде чем лечь в постель, будет просматривать электронную почту и фондовый опцион.

Она разделась, сняла украшения и направилась в ванную. Когда же вернулась в спальню, обнаружила там Дуардо, расстегивающего рубашку.

– Ты не хочешь мне что-то сказать?

Ее глаза расширились от удивления, когда он подошел к ней. От его близости у нее перехватило дыхание.

– Не понимаю, о чем ты.

Дуардо приподнял ее подбородок, и ей пришлось посмотреть на него.

– Позволь мне тебе напомнить, – мягко протянул он. – Сегодня ты проходила собеседование в двух кадровых агентствах.

Кайла была так поражена, что едва могла себя контролировать.

– Тебе это известно, потому что…

– Все вокруг только и говорят, что о нашем повторном браке, – сказал он. – Как долго ты предполагала сохранять инкогнито?

– Пока не найду работу.

Дуардо пристально посмотрел на нее.

– Тебе нет нужды искать работу.

– Неужели ты не понимаешь? – Ее глаза сверкали от гнева. – Я хочу работать. – Она глубоко вдохнула. – Хочу каждый день делать что-то полезное. Черт побери, мне не нужно твое одобрение!

– Хорошо, потому что ты его не получишь. Кайла сжала руки в кулаки и едва удержалась от того, чтобы его не ударить.

– Ты сделаешь так, чтобы меня никуда не взяли? Дуардо Альварес обладал достаточной властью, чтобы это сделать.

– Не приписывай мне того, чего я не говорил.

– Тебе следовало бы жениться на подхалимке, которая наслаждалась бы ролью светской львицы, – яростно выпалила она.

– Вместо этого я женился на мегере.

В его тоне слышалась неприкрытая насмешка, и Кайла набросилась на него. Но Дуардо крепко схватил ее за запястья.

– Хочешь объявить мне войну?

На победу она могла и не рассчитывать. Он расправится с ней без всякого сожаления.

– Да, черт побери!

Дуардо оставался спокойным, но в глубине его темных глаз промелькнуло что-то, от чего у нее по спине пробежал холодок.

Время словно остановилось. Напряжение было настолько велико, что любое неосторожное слово или движение – и воздух между ними заискрится.

На карту было поставлено слишком много. Кайлу раздражала ситуация, в которой она оказалась, и речь шла не только о работе. Ее возмущало, что Дуардо был намного сильнее ее.

Но больше всего ее раздражало собственное тело – оно предательски реагировало на его близость. Это было несправедливо.

Дуардо наблюдал за тем, как на ее лице отражаются различные эмоции.

Он мог протянуть руку и привлечь ее к себе, заставить ее принадлежать ему самым первобытным способом. И он сделает это, но чуть позже.

– Тебе так важно работать?

У Кайлы замерло сердце.

– Да.

– А если я предложу тебе место в одной из своих компаний…

Кайла не дала ему закончить:

– Я откажусь!

– Ты собираешься со мной спорить?

– Это неизбежно. – Пожав плечами, Кайла встретилась с ним взглядом. – Мы придерживаемся противоположных точек зрения.

– В самом деле.

Предложение Дуардо было таким заманчивым. Никаких собеседований, гибкий график, высокая зарплата… Но чувство гордости помогло ей устоять перед этим соблазном.

– Я занимала чисто номинальную должность в отцовской компании, и коллеги постоянно перешептывались за моей спиной, считали пустышкой.

Да, для Кайлы важно бросить вызов, добиться успеха. И Дуардо похвалил ее про себя. Любая из его знакомых женщин при подобных обстоятельствах пошла бы по пути наименьшего сопротивления.

– А как ты смотришь на то, чтобы открыть собственное дело?

Кайла посмотрела в его глаза и не увидела в них ни капли цинизма.

– Ты, наверное, шутишь. – Она едва осмеливалась дышать.

Заняться созиданием, найти применение своим способностям… В течение некоторого времени Кайла была одержима этой мечтой, которая оказалась несбыточной из-за огромных долгов и недостатка средств.

Его слова воскресили в ее памяти образ уютного магазинчика, где продавались бы вышитые полотенца из тончайшего египетского хлопка, дорогое мыло, ароматические масла и свечи, всевозможные флакончики и баночки, способные удовлетворить запросы самых привередливых клиентов…

Дуардо наблюдал за тем, как меняется выражение его лица. Знает ли она, как легко он может читать ее мысли? Что ее горящие глаза и приоткрытые губы красноречивее всяких слов?

Издав истерический смешок, Кайла небрежно пожала плечами.

– Сомневаюсь, что это возможно.

Дуардо провел кончиком пальца по ее дрожащей нижней губе.

– Почему нет?

Кайла выразительно посмотрела на него.

– Потому что у меня нет на это средств.

– Я никогда не отказывался вложить деньги в какое-нибудь перспективное предприятие.

Ее сердце учащенно забилось.

Черт побери, что она теряет?

Слова полились из ее уст сами собой, когда она начала делиться с мужем своими идеями, а он, выслушав, произнес:

– Узнай расценки, найди поставщиков и представь мне бизнес-план.

И все? На мгновение она лишилась дара речи.

– Ты ведь шутишь, правда?

– Тебе понадобится свой кабинет. Я распоряжусь, чтобы Спенс освободил одну из комнат внизу и обставил ее надлежащим образом.

Кайла хотела, чтобы предприятие было полностью ее детищем.

– Есть одно условие. – Она пронзила его взглядом. – Если все получится, я верну тебе вложенные деньги.

– Ладно.

– Спасибо.

– У тебя еще есть ко мне вопросы?

– Пока нет.

– Хорошо. – Дуардо наклонил голову и накрыл ртом ее губы. И Кайла прильнула к нему, смакуя его ласки.

Сейчас она могла раствориться в нем и поверить, что у них все по-настоящему и их объединяет нечто большее, чем просто секс. Словно в счастливые дни их короткого медового месяца.

И пусть утром она снова столкнется с суровой реальностью и все страхи и сомнения выползут наружу. Но пока она находится в крепких объятиях Дуардо, все это не имеет значения.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Проснувшись, Кайла обнаружила, что лежит одна в большой постели. Посмотрев на часы, она досадливо простонала и пошла, принимать душ.

Дуардо уже, наверное, сел на самолет до Мельбурна, где проведет весь день на переговорах и, следовательно, будет недоступен. Поэтому перечень поставщиков может подождать до завтра, решила Кайла, надевая джинсы и топ.

Когда она завтракала на террасе, вошел Спенс. В руках у него была папка.

– Дуардо просил передать вам вот это.

В папке находился перечень фирм-поставщиков вместе с каталогами продукции, а также список сдающейся в аренду недвижимости в престижных районах.

Кайла указала на стул.

– Выпейте со мной за компанию кофе. Она удивленно просматривала бумаги.

– Мы только вчера вечером обсуждали эту идею. Когда же он успел?..

– Это минутное дело, если есть компьютер и доступ к нужным файлам. – Спенс размешал сахар в чашке и сделал глоток кофе. – После завтрака мы выберем помещение, а затем встретимся с архитектором и дизайнером.

– Сегодня?

– Кажется, вы удивлены. Кайла печально улыбнулась.

– Я не ожидала, что это произойдет так быстро.

– Дуардо известен как человек действия. Вне всякого сомнения.

– Когда мы едем?

– Сразу же, как только вы будете готовы.

– Только не в центр, – сказала Кайла, когда Спенс свернул на Хэд-Роуд. – Там и так слишком большая конкуренция.

– Согласен. У меня на примете есть два подходящих здания в Дабл-Бэй.

О таком она могла только мечтать. Кайла надеялась, что помещение находится в одном из старых коттеджей, превращенных в бутики. Они располагались в ряд по обеим сторонам улицы в самом центре престижного пригородного района.

– Вы, наверное, меня разыгрываете, – восхищенно произнесла она, когда Спенс свернул на ту улицу и подъехал к одному из коттеджей. – Это место мне полностью подходит. Я представляла себе небольшой магазинчик, одну комнату, но это… – У нее не было слов.

Коттеджи были расположены близко друг к другу. В них не было прихожих, а комнаты располагались анфиладой.

– Срок аренды истек, и семья, жившая в этом доме, решила его продать.

Чтобы обеспечить себе достойное будущее.

Цены на недвижимость в этом районе были заоблачными.

– Давайте войдем внутрь, – сказал Спенс, открывая ей дверцу машины.

Деревянные полы, дорогие восточные ковры, две комнаты, которые в случае необходимости можно было соединить в одну, кладовка в задней части, отделанная под старину ванная.

Это было то, что надо.

Поумерь свой энтузиазм, приказала себе Кайла. Это рискованное начинание, требующее большого количества денег. Денег Дуардо.

Что, если у нее ничего не получится? Что, если в этом районе не нужен магазин принадлежностей для ванной комнаты?

Управлять бизнесом – занятие не для малодушных. Клиентура может оказаться непостоянной.

Когда они вышли на улицу, Спенс проницательно посмотрел на нее.

– У вас есть какие-то сомнения? Довериться ему или солгать?

– Это как раз то, что надо.

– Отлично. – Он достал сотовый телефон. – Хотите посмотреть второе помещение? Если нет, то я позвоню дизайнеру интерьеров и сообщу, что мы уже едем.

Ни одно помещение не могло сравниться с этим.

– А как же измерение, план этажа?

– У меня все есть. Нужны только ваши идеи и рекомендации дизайнеру. Затем он пришлет вам варианты эскизов по электронной почте, а вы выберете нужный и, в случае необходимости, внесете изменения.

– И все? – Кайла пыталась скрыть свое изумление.

– И все, – с улыбкой повторил Спенс. – Он работал вместе с Дуардо над рядом проектов.

Этот день явно не похож на другие.

– Бывший хозяин покинет дом в конце этой недели, – сообщил ей Спенс на обратном пути. – Если вы решите сделать перепланировку, вам нужно будет подать заявление в городской совет.

В этот момент у него зазвонил сотовый.

– Да, я скажу ей, – сказал Спенс и отключил связь. – Это Дуардо. Он останется в Мельбурне на ночь. Возникли какие-то непредвиденные обстоятельства, и переговоры продлятся завтра.

Кайла ничуть не расстроилась. Ей нужно было просмотреть документы, подумать над оформлением, выбрать поставщиков…

Вернувшись, домой, Кайла обнаружила, что в комнате, находящейся рядом с кабинетом Дуардо, была сделана перестановка. Там стояло несколько шкафов с ящиками, стол с ноутбуком, принтером и телефоном и вращающийся стул.

Спенс положил на стол папку.

– Все это в вашем полном распоряжении, – сказал он. – Ноутбук подключен к Интернету с помощью беспроводной связи, так что вы можете пользоваться им где угодно.

Это было выше всяких ожиданий.

– Спасибо вам за все, что вы для меня сделали, – поблагодарила его Кайла.

Разумеется, он всего лишь выполнял распоряжения Дуардо, но это ничего не меняло. На Спенса можно было во всем положиться.

– Всегда к вашим услугам.

Когда он ушел, Кайла осмотрела мебель и включила компьютер, который был уже снабжен необходимым программным обеспечением.

Неудивительно, что Дуардо Альварес стал миллиардером, если он привык так серьезно браться за дело. Тогда почему она была так удивлена? Он и раньше не любил тянуть резину. Разве их поездка на Гавайи и скоропалительный брак не доказывают это?

А сейчас?

Внезапно ее охватило чувство пустоты. Неужели он спокойно ждал, пока у нее не останется выхода, кроме как обратиться к нему? Была ли повторная женитьба на ней изощренной местью?

Она была убеждена в этом с самого начала.

И все же…

Зазвонил ее сотовый телефон. Включив соединение, она машинально пробурчала «привет» и услышала в ответ знакомый протяжный голос:

– Ты чем-то расстроена?

– Я потрясена.

Раздался бархатный смех.

– Все прошло по плану?

– Даже лучше. – Она помедлила. – Спасибо тебе.

– Ты сможешь отблагодарить меня, когда я вернусь домой.

Перед ее внутренним взором сразу же предстала эротическая сцена.

– Думаю, у меня получится.

– Ну вот, теперь я всю ночь не смогу уснуть. Может, присоединишься ко мне?

– Мне некогда заниматься сексом по телефону. Я должна работать.

На том конце вновь послышался мягкий смех.

– Жаль. Спокойной ночи, querida. – Он положил трубку, прежде чем она успела ответить.

Было уже поздно, когда Кайла захлопнула ноутбук и поднялась наверх. Она очень устала и поэтому сразу же отключилась. Ей снились мучительные сцены из прошлого, когда ей приходилось работать целыми днями, чтобы расквитаться с долгами.

Проснувшись на рассвете, Кайла не сразу сообразила, где находится. Образы, увиденные во сне, были такими яркими, что ей показалось, будто она вернулась в крошечную квартирку, где они жили с Джекобом.

Дрожащими пальцами девушка включила торшер и облегченно вздохнула, обнаружив, что находится в доме Дуардо, В его спальне.

Проведя рукой по волосам, она все вспомнила. Новый бизнес. Деньги. Боязнь финансового провала.

Несмотря на ранний час, она поняла, что больше не сможет заснуть. Если бы Дуардо был здесь, они бы занялись сексом…

При мысли об этом Кайла разочарованно вздохнула и поднялась с постели. Сейчас она оденется, спустится вниз, сварит кофе и пойдет в кабинет работать.

Прервавшись лишь на завтрак, к полудню Кайла вдвое сократила перечень поставщиков. Роскошные аксессуары стоят дорого, зато в качестве они во много раз превосходят те, что продаются в универсальных магазинах.

Дизайнер прислал ей по факсу предварительные эскизы, с которых она сняла копии. На одном из них она дорисовала старинную ванную. Полотенца, аккуратно сложенные в стопки, образцы которых висели на стенах, чтобы покупатели могли убедиться в качестве ткани; полки с баночками всех форм и размеров, содержащими всевозможные соли для ванн и масла.

Эта картина в мельчайших подробностях стояла у нее перед глазами, Кайла даже чувствовала аромат, наполняющий комнаты.

Мочалки, губки, расчески, баночки с разноцветными ватными шариками, красивые шапочки для душа, разноцветные ароматические свечи. Сочетание старинного и современного. Раскрашивая эскиз цветными карандашами, Кайла почувствовала, как он оживает у нее на глазах.

Она была немного разочарована, когда Мария позвала ее обедать, но все же пришла в столовую. Поблагодарив экономку за вкусный обед, Кайла отнесла в кабинет чашку кофе и начала составлять бизнес-план.

Еще ей необходимо найти торгового агента и нанять персонал. А также приобрести личный автомобиль. Она не может постоянно рассчитывать на Спенса.

Наконец Кайла принялась подсчитывать возможную прибыль, убытки, затраты на уплату налогов.

За этим занятием и застал ее Дуардо.

Кайла была так поглощена работой, что не заметила, как он вошел.

Ее пальцы бегали по клавиатуре компьютера, на столе лежали стопки бумаг. Высунув кончик языка, она сосредоточенно смотрела на монитор. Узел волос на затылке выглядел так, словно вот-вот развалится.

Вдруг она подняла голову, и на ее лице появилась испуганная улыбка.

– Привет.

Дуардо подошел к ней и провел рукой по ее плечам.

– Давай закругляйся.

– Я уже почти закончила.

– Работа никуда от тебя не убежит.

– Дай мне две минуты.

– Одну, – твердо произнес он, наблюдая за тем, как ее пальцы бегают по клавиатуре.

Наконец она выключила компьютер и довольно вздохнула, когда он принялся массировать ей шею и плечи.

– Спасибо, – произнесла Кайла. – Спасибо за все. Дом в Дабл-Бэй просто замечательный. – Он остановился и обнял ее за плечи. – Все произошло так быстро… – Она резко замолчала, когда Дуардо поднял ее на руки. – Что ты делаешь?

– Несу тебя в постель.

Она обняла его за шею.

– Последние несколько лет я работала гораздо больше, чем сейчас.

– Я не ставлю под сомнение твою выдержку и силу воли.

– Отпусти меня, – упрашивала Кайла, когда он начал подниматься по лестнице.

– Сейчас.

Войдя в спальню, Дуардо опустил ее на пол и поцеловал в губы.

Кайла ответила на его поцелуй. От него пахло одеколоном, смешанным с ароматом мужской кожи.

Боже, это так чудесно, подумала она.

Наконец освободившись от всего, что им мешало, они опустились на постель, и их тела переплелись друг с другом в едином порыве страсти. Она больше не принадлежала себе, погружаясь в мир блаженства, пока вокруг ничего не осталось, кроме слепящих вспышек света.

Это было невероятно. Кайла не могла найти более подходящего слова, чтобы описать переполнявшие ее ощущения.

Когда-то она называла это любовью. Была убеждена, что первобытное вожделение, которое кидало их в объятия друг друга, не может быть ничем иным.

Господи, какой же наивной дурочкой была она тогда…

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Сегодня был ее первый званый ужин в качестве жены Дуардо. Кайла выбрала классическое черное платье, облегающее изгибы ее стройной фигуры. К нему она надела бриллиантовую подвеску и серьги, подаренные мужем.

Дуардо, как обычно, был просто неотразим в безупречно скроенном костюме, накрахмаленной белой рубашке и шелковом галстуке. Чисто выбритый, элегантный… и принадлежащий ей.

Она носила его имя, спала в его постели и в темные ночные часы была почти готова поверить в то, что прошлое исчезло и впереди их ждало счастливое будущее. Но так ли это?

Дуардо остановил машину возле красивого загородного дома с видом на гавань. Помимо хозяев, партнера Дуардо и его жены, в гостиной было еще десять человек, шестерых из которых Кайла знала раньше. Среди остальных здесь была театральная актриса Марлена с мужем Максом, которого Кайла уже видела, и известный писатель со своим литературным агентом.

Богатые люди, беззлобно подумала Кайла, ухоженные, приученные с пеленок играть определенную роль. Они посещали частные школы, проводили каникулы за границей, владели иностранными языками. Когда-то она была одной из них. Пока обстоятельства не изменились, и она на горьком опыте не познала, что так называемые друзья весьма ненадежны.

Теперь, когда она стала женой Дуардо Альвареса, они вновь встречали ее с распростертыми объятиями. Это было искреннее желание видеть ее или притворство? Кайла не была уверена, что хочет знать ответ на этот вопрос.

Сколько времени пройдет, прежде чем ее спросят, почему они с Дуардо повторно поженились?

Под маской вежливости будет прятаться любопытство.

Шампанское и светские разговоры. Она с этим справится. У нее за плечами большой опыт, к тому же рядом будет Дуардо.

Ей было интересно разговаривать с писателем о его последней книге, задавать ему вопросы о творческом процессе.

Когда его позвал кто-то из гостей, Кайла направилась к хозяйке, но ее остановила актриса.

– Марлена, – вежливо сказала Кайла.

– У Дуардо есть билеты на мою вечернюю премьеру.

– Мы будем с нетерпением ждать вашего спектакля, – ответила Кайла.

– С тех пор как Дуардо ушел от вас, он не пропускал ни одной моей премьеры.

Кайлу так и подмывало уточнить, что это она ушла от него, но она лишь вежливо улыбнулась.

– Правда?

– Он один из моих самых преданных поклонников.

Марлена хочет, чтобы она поверила, будто их связывает нечто большее, подумала Кайла. Но зачем?

Как будто ты не знаешь, презрительно усмехнулась она про себя.

– Querida, – послышался поблизости знакомый протяжный голос, и Кайла с улыбкой обернулась. Дуардо взял ее руку в свою и поднес к губам.

Этот жест выражал глубокую привязанность. Правда, при этом его глаза вопросительно смотрели на нее.

Он обратился к ее собеседнице.

– Марлена.

Одна только улыбка этой женщины могла вызвать бурные аплодисменты.

– Дорогой, я только что сказала Кайле, что ты один из самых моих преданных поклонников.

– Правда? – Это был самый безобидный ответ, который он только мог придумать. – Марлена, ты простишь нас? – продолжил он.

– Ты прервал наш разговор на самом интересном месте, – тихо произнесла Кайла, когда они направлялись к остальным гостям.

– Марлена любит… – он помедлил.

– …тебя? – закончила за него Кайла.

– …разыгрывать драму на публике, – ответил Дуардо.

– Значит, игры на сцене ей мало.

– Напомни, чтобы я занялся тобой, когда мы останемся наедине.

Кайла обольстительно улыбнулась.

– О, дорогой, зачем ждать?

Она пожалела, что приняла его вызов, когда он приник к ее губам в эротичном поцелуе, который вогнал ее в краску, и оскорбил ее чувства.

Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы изобразить на лице улыбку и положить ладонь ему на щеку. Дуардо слегка повернул голову и прижался губами к ее руке.

Кайла с трудом удержалась от того, чтобы не сказать «ты победил». Но это только испортило бы спектакль. Вот только для кого он предназначался? Для Марлены?

Последовал ужин, состоявший из десятка разнообразных блюд, каждое из которых было достойно всяческих похвал, впрочем, как и обслуживание. На подготовку к этому мероприятию, включающую выбор блюд и напитков, должно быть, ушло несколько дней.

Подобным умением славилась ее мать в то время, когда бизнес Бенджамина процветал, и не было необходимости считать каждый цент.

Кайла была рада, что Бланш не довелось быть свидетелем падения Бенджамина. Она бы не перенесла, если бы от нее отвернулись те самые люди, которых она считала друзьями. Если бы ей пришлось покинуть ее роскошный особняк с видом на гавань.

– Нашему сообществу всегда нужны достойные люди, которые не жалеют ни времени, ни средств для больных и нуждающихся. Вы хотели бы нам помогать, милочка?

Поставив свой бокал, Кайла внимательно посмотрела на хозяйку дома.

– Я должна обсудить это с Дуардо. Мы еще не решили, чем я буду заниматься днем.

– Дорогая, – с притворной мягкостью произнесла Марлена, – зато ни у кого не может возникнуть сомнений насчет того, чем вы занимаетесь ночью.

Кайле показалось, что она слышала, как остальные гости затаили дыхание.

Марлена собирается вести грязную игру? На глазах у всех?

– И это говорите мне вы? – спокойно произнесла Кайла.

Актриса предпочла не отвечать, и агент писателя решил разрядить обстановку, сменив тему.

Кайла испытала облегчение, когда вечер подошел к концу.

– Ты не собираешься обвинять меня? – спросила она Дуардо по дороге домой.

– Не понимаю, о чем ты.

– Я не сдержалась.

Мрачно посмотрев на нее, Дуардо остановил машину возле светофора.

– Ты побила Марлену ее же оружием.

Да, она это сделала, но не испытала никакого удовлетворения. Более того, Кайла нажила себе врага, который непременно нанесет ответный удар.

Остаток пути прошел в тишине. Когда они приехали домой, Кайла сразу же направилась к лестнице.

– Я скоро приду.

– Не спеши. Я должна подготовиться к выполнению своих ночных обязанностей. – Эти опрометчивые слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела подумать.

– Кайла. – Одно-единственное слово таило в себе предостережение.

Она даже не обернулась и через несколько секунд удивленно вскрикнула, когда сильные руки схватили ее за талию.

– Отпусти меня!

Дуардо продолжил подниматься наверх, и она принялась молотить кулаками по его спине, но это оказалось бесполезно.

– Изверг! Что ты, черт возьми, делаешь?

Он вошел в спальню и тихо закрыл дверь, затем опустил свою ношу на кровать. Кайла потеряла, по дороге одну туфлю и скинула вторую.

– Давай проясним одну вещь. – Его голос был слишком спокойным, и она представила, как внутри у него все кипит от гнева.

– Ты сделал меня своей женой, а не своей шлюхой? – Она выгнулась дугой. – И за это я должна быть тебе благодарна?

Наверное, она сошла с ума. На мгновение его глаза угрожающе потемнели.

– Ты хочешь, чтобы я показал тебе разницу?

Он рывком расстегнул ее жакет и отбросил его.

– Не надо. – Ее щеки загорелись, когда она безуспешно пыталась высвободиться.

Вслед за жакетом на пол полетела ее остальная одежда.

– Дуардо, – испуганно взмолилась Кайла, наблюдая за тем, как он раздевается. – Ты не можешь хотеть этого всерьез, – прошептала она, когда он притянул ее к себе.

Тогда он грубо и алчно впился ртом в ее губы, не обращая внимания на то, что может поранить зубами ее нежную кожу, его язык стремительно ворвался в глубь ее рта. Подобного она никогда прежде не испытывала и не хотела, чтобы это когда-либо повторилось.

Но пытка еще не закончилась. Она прочитала это в глазах Дуардо, догадалась по напряженным мускулам его лица.

В этот момент она начала кусаться и лягаться, но все безуспешно. В течение нескольких бесконечных минут он просто смотрел на нее; его грудь тяжело вздымалась.

Боже милостивый. Он не может сделать этого… не станет.

Кайла замерла, словно загипнотизированная, не в силах пошевелиться. Она чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, и пыталась сдержать их, чтобы окончательно не унизиться перед ним.

– Ложись спать, – отрезал Дуардо, – прежде чем я сделаю что-нибудь, о чем потом буду жалеть.

Он отпустил ее, собрал с пола свои вещи и начал одеваться.

Работа. Ему нужно погрузиться в мир цифр, графиков и прогнозов. Просмотреть электронную почту, сделать необходимые звонки.

Все что угодно, лишь бы отвлечься от того, что только что произошло.

Бесшумно закрыв за собой дверь, Дуардо покинул спальню и спустился к себе в кабинет. Включив компьютер, он начал проверять данные.

Было уже поздно, когда он закончил работать и поднялся наверх.

В тусклом свете лампы он обнаружил, что кровать пуста. Заглянув в ванную, он переоделся в халат и прошел по всем комнатам. Кайлы не было ни в одной из них.

У него внутри все похолодело. Она не выходила из дома, иначе охранная система дала бы сигнал, что кто-то открывал входную дверь.

Дуардо спустился вниз, заглянул в кухню, столовую, гостиную, ее кабинет, затем в гараж. Осталась только комната отдыха. Войдя туда, он обнаружил, что телевизор и стереосистема выключены.

Где же она?

Он уже собирался, было уходить, как вдруг услышал какой-то шорох.

Затем он увидел ее. Кайла сидела в кресле, поджав под себя ноги, и спала, а на коленях у нее лежала кошка, которая обычно ночевала в кладовке.

Кошка настороженно прищурилась, но, когда Дуардо провел рукой по ее мягкой шерсти, довольно замурлыкала.

– Прости, малышка, – пробормотал он, аккуратно взял кошку и отнес ее в кладовку.

Затем он вернулся в комнату отдыха и долго смотрел на спящую жену, а затем отнес ее в спальню.

Именно там при свете лампы он обнаружил следы высохших слез на ее щеках и сразу почувствовал отвращение к самому себе. Беззвучно выругавшись, он уложил жену на кровать и накрыл одеялом. Она так и не проснулась, лишь свернулась калачиком, словно защищаясь.

– Роr Dios.

Это он довел ее до такого состояния? Из-за нескольких слов, брошенных в гневе?

– Mierda.

Дуардо осторожно лег рядом с ней, нежно обнял ее… и почувствовал, как она отпрянула, проснувшись. Его губы ласкали ее висок, затем коснулись уголка ее рта.

– Доверься мне, querida. И чувствуй. Просто…чувствуй.

Он ласкал ее припухшие губы с такой нежностью, что ей хотелось плакать. Его руки гладили ее шею, плечи, грудь. Затем он склонился над ней и взял в рот затвердевший сосок.

У него внутри все перевернулось, когда он почувствовал, что Кайла отвечает на его прикосновения. Тогда он обнял ее за талию и покрыл поцелуями ее живот.

Кайла закрыла глаза, а тело ее словно отделилось от разума и погрузилось в мир чувственных наслаждений. Оно выгнулось как струна и потянулось навстречу его ласкам. Но этого ей было мало. Она хотела почувствовать его внутри себя, сомкнуться вокруг него, принадлежать ему.

И он, конечно, знал об этом.

Из ее горла вырвался приглушенный стон, когда он медленно проник в нее, а затем совершил вместе с ней свободный полет туда, где были только они, а все остальное не имело значения.

Если Дуардо хотел произвести на нее впечатление властью, которую он над ней имел, то ему это удалось. Но это был всего лишь секс. Любви, которая когда-то была между ними, больше не существовало.

Но ради того, чтобы выжить, Кайла должна принимать все как есть и не оглядываться назад. Так будет лучше для ее здоровья, благополучия и душевного состояния.

Все остальное не имеет значения. Кайла уснула, прижимаясь к мужу; его губы касались ее виска.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Ничего не случится, мысленно заверяла себя Кайла, входя под руку с Дуардо в фойе театра.

Марлена, играющая на сцене, не представляла для нее никакой угрозы. А если они случайно и столкнутся в толпе, то другие гости разрядят обстановку. Неужели эта лицемерная особа когда-то была любовницей Дуардо?

Впрочем, это уже не имело никакого значения:

Однако Кайла знала, что лгала самой себе, потому что боялась узнать правду.

Несмотря на то, что ее постоянно отвлекали другие гости, она всем своим существом ощущала близость Дуардо, неповторимый аромат его тела, исходящую от него сексуальность.

Он действовал на нее так, как ни один мужчина до него. Что это? Простая химическая реакция или что-то более сложное? Должна же быть причина, по которой двух людей влечет друг к другу с такой силой, что они не обращают внимания на остальных.

Раздался звонок, и все заняли свои места. Затем погас свет и поднялся занавес.

Великое наследие Шекспира, воплощаемое в жизнь актерами, могло доставить огромное наслаждение зрителю. Особенно если он чувствовал силу произносимого слова и умел сопереживать. Кайла была хорошо знакома с творчеством Шекспира, любила ходить в театр и могла отличить хорошую игру от плохой.

Она была вынуждена признать, что Марлена вжилась в свою роль. Ее игра на сцене была так убедительна, что даже самый строгий критик не стал бы к ней придираться.

Что в этой женщине привлекало Дуардо? Ее талантливая игра на сцене? Или способность играть любую роль в жизни – от наивной скромницы до легкомысленной кокетки?

Марлена наслаждалась своей ролью. Казалось, что, когда она смотрела в зрительный зал, все ее внимание было обращено к Дуардо. Она словно играла для него одного.

Кайла сказала себе, что это не имеет значения, однако прекрасно знала, что это ложь. При мысли о том, что Марлена была любовницей Дуардо, ее сердце разрывалось на части.

И не только она, подумала девушка. Через его постель прошли многие женщины.

Кайла закрыла глаза, а затем снова открыла.

Прекрати. Думать о прошлом бессмысленно.

Сосредоточься на спектакле.

Но разве это возможно, когда ты прямо перед собой видишь свою соперницу?

Когда объявили антракт, Кайла почувствовала облегчение. Зажегся свет, и она поймала задумчивый взгляд Дуардо.

– Марлена очень хорошо играет свою роль, – сказала она.

Его рот слегка искривился.

– Звучит так, будто ты удивлена.

Кайла посмотрела на него с мягким укором.

– Я просто выразила свое восхищение.

– Ее талантом?

– На сцене, – уточнила она.

В его глазах загорелись искорки смеха.

– Ну, разумеется.

Дуардо умел читать ее мысли.

Часто ли он замечал, что в ней борются противоречивые чувства? Обращал ли внимание на то, что в ночной темноте грань между любовью и ненавистью становится туманной?

Кайла пыталась сохранять самообладание. Хороший секс – это еще не любовь. Она не может позволить себе любить его…

В этот момент свет снова погас, заиграл оркестр, возвестив о начале третьего акта.

Следующие полтора часа Кайла наслаждалась действием на сцене и испытала разочарование, когда в конце последнего акта занавес опустился. Раздались громкие аплодисменты, и актеры вышли на поклон, после чего зрители начали расходиться.

– Марлена пригласила нескольких друзей за кулисы.

Отказаться было невозможно. Более того, она не станет доставлять актрисе удовольствие своим отсутствием.

Настало время улыбаться, сказала себе Кайла.

У входа за кулисы стояли охранники и менеджеры, которые умело, отделяли гостей Марлены от поклонников, надеющихся проскочить незаметно.

Кайла увидела Макса, и у нее по спине пробежал холодок. Несмотря на улыбку, его серые глаза оставались холодными. Он напоминал затаившегося хищника. Хвалебные речи были произнесены, цветы подарены. Настало время для поцелуев, улыбок и смеха.

Дуардо наклонился, чтобы поцеловать актрису в щеку, но она повернулась таким образом, что его губы коснулись ее губ.

Увидев довольный блеск в глазах Марлены, Кайла поняла, что оказалась совсем не готова к мукам ревности. Но если это так ее взволновало, значит, Дуардо ей небезразличен. Осознание этого причинило ей острую боль, потому что неразделенная любовь никому еще не приносила счастья.

Помахав всем рукой, актриса, звонко смеясь, пошла в гримерку переодеваться. Раздав избранным гостям приглашения на званый вечер, охранники начали теснить толпу к выходу.

– Мы пойдем на вечеринку? – спросил Дуардо жену.

Кайла небрежно пожала плечами.

– А почему нет?

Если бы у нее была хоть чуточка здравого смысла, она бы отказалась.

Вечеринка проходила в коктейльном зале одного из отелей в центре города. У входа люди Марлены встречали пришедших гостей и провожали в зал.

Шампанское текло рекой, официанты в униформе разносили холодные закуски, гости общались с актерами.

Марлена вышла в зал через полчаса. На ней было изысканное вечернее платье, из прически не выбивался ни один волосок. Ее муж быстро отошел в сторону, чтобы все внимание гостей досталось его жене.

Хотя на вечеринке присутствовали и другие актеры, Марлена затмила всех. Она была звездой и привлекала к себе всеобщее внимание. Каждая кокетливая улыбка, каждый взмах ресниц и выразительный жест был обращен к присутствующим мужчинам.

Особенно к одному из них. К Дуардо Альваресу.

Это была игра, которую Марлена вела ради собственного удовольствия. Несомненно, новую жену Дуардо она восприняла как вызов, подумала Кайла.

Один раз она уже атаковала ее. Когда будет следующий?

Ей не пришлось долго гадать. Впоследствии Кайла решила, что сама намеренно ускорила события, отправившись в дамскую комнату.

– Я уже начала было думать, что вы приросли к Дуардо.

Бросив быстрый взгляд в зеркало, Кайла увидела позади себя Марлену. Мурлыкающий тон актрисы заставил ее насторожиться.

– Наверное, это он прирос ко мне.

– О, дорогая, не заблуждайтесь на этот счет.

Кайла увидела зловещий блеск в ее глазах.

– Вероятно, у вас есть основания так утверждать? – с вызовом бросила она.

– Дуардо… – актриса намеренно сделала паузу, – мне небезразличен.

– И вы думаете, что это взаимно?

Марлена полюбовалась своими накрашенными ногтями.

– Он очень сексуальное животное, – саркастически заметила она. – Я сомневаюсь, что вы…

– Способны его удовлетворить?

– Совершенно верно, дорогуша.

– А вы, конечно, готовы бескорыстно предложить ему свои услуги?

– В любое время, – промурлыкала актриса.

– А ваш муж не будет возражать?

– Мы с ним обо всем договорились.

– Как… – теперь настала очередь Кайлы делать эффектную паузу, – интересно.

– Дорогуша, Макс – гей. Где вы были все это время? – В ее глазах снова появился странный блеск. – Ах да, конечно! Работали с девяти до пяти и каждый вечер обслуживали столики в каком-то третьесортном ресторане… Кажется, это продолжалось три года? Дуардо, наверное, получил большое удовольствие от мести. После того, что он сделал с вашим отцом, ему, безусловно, было приятно наблюдать за тем, как вы катитесь по наклонной. – Она сделала паузу перед решающим ударом. – За тем, как вы, дорогуша, переступив через свою гордость, унижаетесь перед ним.

Строить предположения – занятие опасное. Бывают ситуации, когда лучше промолчать и уйти с достоинством, но, к несчастью, сейчас была совсем другая ситуация.

Кайла гордо вскинула подбородок.

– Возможно, я действительно перед ним унижаюсь. – Ее голубые глаза сверкали. – Но зачем ему жена, когда любовницы было бы достаточно?

– Может, ему захотелось наследника?

– В качестве условия сделки? – бросила Кайла, подняв брови. – Ошибаетесь, Марлена.

Прекращай и уходи. Сейчас же.

На мгновение Кайле показалось, что актриса собирается ее ударить, но та, сверкнув глазами, повернулась и быстро вышла из дамской комнаты.

Напряжение, повисшее в воздухе, можно было резать ножом. Кайле понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и вернуться в зал. Сделав глубокий вдох, она подкрасила губы, изобразила на лице улыбку и присоединилась к остальным.

Искушение покинуть отель, и поймать такси было очень велико, но Кайла устояла перед ним. Так себя повести означало бы уклониться от дальнейшей борьбы, а она не искала легких путей.

Девушка подавила истерический смешок. Легкий путь? У нее были деньги на такси, но не было ни пульта, чтобы открыть ворота и отключить сигнализацию, ни ключей от дома.

Была полночь. Мария, Джозеф и Спенс уже спали.

– С тобой все в порядке?

Кайла не знала, плакать ей или смеяться, когда услышала знакомый протяжный голос.

– В полном.

Одна бровь слегка приподнялась.

– Я вижу. – Дуардо дотронулся пальцем до пульсирующей жилки у нее на шее. – Спокойная, хладнокровная и невозмутимая.

– Мне кажется, что я тебя ненавижу.

Он приподнял ее подбородок.

– Только кажется?

Слезы ярости затуманили ее взор, и она быстро заморгала, чтобы рассеять их.

– Не играй со мной.

Дуардо провел кончиком пальца по ее дрожащей нижней губе и взял в ладони ее лицо. Его глаза были такими темными и бездонными, что она тонула в них.

– Поехали домой, – сказал он.

За всю дорогу Кайла не произнесла ни слова. Войдя в дом, она сразу же поднялась наверх. Ей хотелось побыть в одиночестве. Лучше лечь спать одной. В другой комнате.

Она так и сделает, решила Кайла, идя в ванную.

Когда, в халате и с волосами, собранными в конский хвост, она вернулась в спальню, Дуардо стоял у кровати и расстегивал рубашку. Не обращая на него внимания, она направилась к двери.

– Куда ты собралась?

– В другую комнату.

– Что ж, если ты не хочешь заниматься сексом, это твое право, но мы будем спать в одной комнате, в одной постели.

– А если я этого не хочу?

Дуардо хотелось прижать ее к себе и зацеловать до потери сознания, но он знал, «то этим ничего не решит.

– Марлена. Дамская комната, – произнес он.

– Блестящий вывод.

Кайла повернулась и напряженно посмотрела на него. В ее глазах одновременно сверкали огонь и лед.

– Я хотела уйти и поймать такси. Но этот дом заперт, словно Форт Нокс, а у меня нет ключей. – Она глубоко вдохнула. – С Марленой я могу справиться.

– Она темпераментная женщина и талантливая актриса, заключившая договор с театральной компанией, в которую я вложил средства.

Она все поняла.

– Значит, в твоих интересах быть с ней любезным?

– У нас с Марленой чисто профессиональные отношения.

Лед начал таять, но голубой огонь по-прежнему сверкал.

– Наверное, тебе следует сказать об этом ей.

– Я уже сделал это, когда она подписывала свой первый контракт со мной.

– Видишь ли, Марлена не понимает слова «нет». – Кайла насмешливо посмотрела на него. – А сейчас ты мне скажешь, что она чокнутая нимфоманка, которая при каждом удобном случае вешается тебе на шею.

– Это довольно точное предположение. Усмехнувшись, Кайла открыла дверь.

– Наше постельное соглашение остается в силе, – сказал Дуардо, но она проигнорировала его слова.

Дуардо позволил ей уйти, решив, что, когда она заснет, он принесет ее сюда.

Только в предрассветный час он отправился искать жену. Впрочем, она не пыталась от него прятаться, потому что выбрала вторую по счету комнату от их спальни.

Кайла выглядела такой умиротворенной, свернувшись калачиком и положив руки под щеку, что он чуть было не оставил ее там. Но ему очень хотелось ощущать рядом с собой ее присутствие. Положить руку ей на талию, зарыться лицом в ее мягкие волосы…

Он сделает это очень осторожно, чтобы не потревожить ее.

Кайле снился хороший сон, но вдруг откуда ни возьмись появилась какая-то тень, и она что-то недовольно пробормотала, не желая возвращаться к реальности.

Сильные руки подняли ее, и она услышала под своей щекой биение чьего-то сердца. Через несколько секунд, когда ее вновь опустили на мягкую постель, девушка окончательно проснулась.

– Ты нечестно играешь. – Сжав руку в кулак, она толкнула Дуардо в плечо, когда он лег рядом и накрыл их обоих одеялом.

– Спи.

– Мне снился такой приятный сон, – раздраженно произнесла Кайла.

Он привлек ее к себе и положил ее голову себе на грудь.

– Я сделаю так, что новый будет еще приятнее.

– Это эмоциональный шантаж.

– Спи, querida.

Удивительно, но ей действительно приснился прекрасный сон, а когда она проснулась утром, Дуардо уже уехал.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Был чудесный летний день; в лазурном небе ярко светило солнце. Кайла, одетая в джинсы и топ, спустилась вниз, чтобы позавтракать.

Когда она допивала кофе, появился Спенс.

– Мы можем ехать.

– Я буду, готова через пять минут. – Ей нужно было взять сумочку, сотовый, ноутбук и необходимые бумаги.

По дороге она просматривала список необходимых дел. Освободить коттедж от старой ненужной мебели, пригласить дизайнера и договориться с ним насчет сроков проведения отделочных работ, проверить, прибыл ли ее заказ, и составить план церемонии открытия. И это только самые важные вопросы.

Утро было очень напряженным, и она даже не прерывалась на ленч. В три часа приехал дизайнер, и они вместе внесли небольшие поправки в проект. Курьер привез коробки со свечами, мылом и маслами для ароматерапии.

В четыре часа Спенс настоял на том, что пора заканчивать.

– Я могу поработать еще часок, – возразила она.

– У нас назначена встреча. Она нахмурилась.

– Что-то не припомню…

– Так распорядился Дуардо. Собирайтесь. Кайла не стала спорить и передала ему ноутбук и образцы товаров.

– Куда мы едем? – спросила она, обнаружив, что они направляются в центр города, а не в Пойнт-Пайпер.

– Мы уже почти на месте.

Через несколько минут они вошли в агентство фирмы «Порше», где ее ждал серебристый автомобиль последней модели.

– Вы, наверное, шутите. Спенс ухмыльнулся.

– Он ваш, но если вам не нравится цвет… Цвет был просто замечательный!

– Домой я поеду на нем.

– Только для начала мы устроим ему испытательный пробег.

Хотя Кайла уже давно не сидела за рулем, она не утратила навыков вождения. Переложив свои вещи в «порше», она последовала за Спенсом.

Кайла была уже дома, когда позвонил Дуардо и предупредил, что задержится.

Поужинав, Кайла немного отдохнула и отправилась к себе в кабинет. Погруженная в работу, она и не заметила, как быстро пролетело время. В половине десятого она поднялась наверх и приняла душ, а вернувшись в спальню, обнаружила там Дуардо, развязывающего галстук.

– Как прошел твой день? – спросил он.

– Мы очень много сделали за сегодня. – Кайла улыбнулась мужу. – Спасибо тебе за машину.

– Одним «спасибо» ты не отделаешься, – насмешливо протянул он.

Внезапно Кайле в голову пришла одна мысль.

– Я отблагодарю тебя, но только сначала ты должен поужинать.

В ее улыбке было что-то загадочное.

Когда спустя полчаса он вернулся в спальню, она была наполнена мягким светом и тонким цветочным ароматом. Играла спокойная музыка. Постель была покрыта мягкими банными полотенцами. На туалетном столике стоял поднос с причудливыми бутылочками.

И среди всего этого великолепия стояла Кайла и ждала его.

– Раздевайся:

Дуардо вопросительно поднял бровь.

– Может, сама меня разденешь?

– Нет.

– Жаль.

Это была ее игра, и он будет играть по ее правилам. Пока.

Раздевшись, он с улыбкой повернулся к ней.

– Что дальше?

– Подойди к кровати и ляг на живот.

Он двигался с грацией хищника, и Кайла восхищенно вздохнула. Ей был знаком каждый уголок его мускулистого тела. Маленькая татуировка на плече, полоска шрама на боку.

Взяв бутылочку с ароматным маслом, она налила немного на ладонь и начала втирать ему в плечи, руки, спину, бедра.

Она любила прикасаться к его телу, чувствовать его силу, ласкать его.

Черт побери, что с ней творится? Она не собиралась его соблазнять…

– Можешь переворачиваться на спину, – сказала Кайла, стараясь сохранять спокойствие.

О боже. При виде его возбужденной плоти у нее перехватило дыхание, но она решила завершить начатое. Натерев маслом его грудь, она скользнула ладонью вниз по его животу, затем по ногам.

Его глаза были закрыты.

Закупорив бутылочку, она вытерла руки о полотенце.

– Поднимайся.

Вдруг Дуардо схватил ее за запястье и притянул к себе.

– Если ты когда-нибудь будешь касаться вот так другого мужчины, – вкрадчиво произнес он, – то очень об этом пожалеешь.

Когда Кайла заглянула в его потемневшие от желания глаза, по ее телу пробежала волна возбуждения, которая на мгновение словно парализовала ее. Черт побери, она сама загнала себя в ловушку!

– Я приготовила ванну, – произнесла она каким-то чужим голосом. – Осталось только зажечь свечи.

Дуардо отпустил ее руку, и девушка прошла в ванную. Через несколько секунд воздух в ванной комнате наполнился тонким ароматом. Выключив свет, она увидела Дуардо, стоящего в дверях.

– Это будет незабываемое ощущение.

– Для нас двоих? – сказал он, стаскивая с нее халат.

– Я не думаю… – Она вскрикнула от неожиданности, когда он подхватил ее на руки, перешагнул через бортик ванны и опустился вместе с ней в воду.

Дуардо был слишком близко, и ее глаза расширились от удивления, когда он взял губку и вложил ей в руку.

– Это не входило в мои планы, – беспомощно протестовала она.

– Но ведь планы при желании можно изменить, – парировал он.

Если бы!

Избегая его взгляда, Кайла намылила губку и стерла масло с его тела.

– Если что-то осталось, то ничего страшного. Оно очень полезно для кожи. – Она начала подниматься, но Дуардо опустил ее за плечи.

– Куда это ты собралась? – вкрадчиво произнес он. – Теперь моя очередь.

Он взял губку и принялся натирать ей спину.

Теплая вода, свечи, чувственный аромат создавали эротическую атмосферу. Его прикосновения были неторопливыми. Он брал в ладони ее грудь, ласкал затвердевшие соски.

Кайлу захлестнула волна новых ощущений, она испытывала непреодолимое желание принадлежать ему.

Дуардо словно прочитал ее мысли. Покрывая поцелуями ее лицо, шею и плечи, он приподнял ее за бедра и медленно погрузился в нее.

С ее губ сорвался стон наслаждения, и она, прильнув к нему всем телом, вскрикнула, когда его рот завладел ее губами. Ей казалось, что она вот-вот растворится в нем без остатка.

После этого Кайла лежала, положив голову ему на грудь, а Дуардо нежно гладил ее по спине. Ее волосы спутались, и он, аккуратно расчесав их пальцами, заправил их ей за уши.

Сейчас она была почти готова поверить, что у них все хорошо и прошедшие три года были всего лишь кошмарным сном.

Ах, если бы это только было так…

Если бы тогда она не ушла от него, сейчас бы у них, возможно, был ребенок.

Она не знала, хочет ли Дуардо детей. Является ли это частью его плана? Причиной, по которой он связал себя узами брака с нелюбимой женщиной? Может, ему просто был нужен законный наследник, который однажды продолжил бы его дело?

А что, если сказать ему о том, что она случайно забыла принять противозачаточную таблетку?

При этой мысли Кайлу бросило в дрожь, и Дуардо встал, взял ее на руки и вылез из ванны. Опустив жену на пол, он закутал ее в махровое полотенце, а затем вытерся сам.

– По десятибалльной шкале твоя продукция заслуживает всех десяти. – Дуардо наклонил голову и коснулся губами ее губ. – А ты сама выше всяких похвал.

– Спасибо.

Его рот искривился в озорной ухмылке.

– Мы можем это повторить в любое время. Кайла сглотнула.

– Только не сегодня. – Она боялась, что лопнет от переполнявших ее эмоций.

– Когда я вернусь из Нью-Йорка. Она встретилась с ним взглядом.

– Когда ты улетаешь?

– Завтра утром. Меня не будет неделю. Кайла хотела было попросить, чтобы он взял ее с собой, но вспомнила: ей нужно заниматься магазином.

– Я буду по тебе скучать. – Эти слова произвольно сорвались у нее с языка, и когда он тепло улыбнулся в ответ, ее бросило в жар.

Дура, молча побранила себя Кайла, выдергивая пробку из ванны. Сорвав с нее полотенце, Дуардо положил руку ей на талию и повел ее в спальню.

Кайла думала, что не сможет заснуть, однако быстро заснула и крепко спала до утра, не зная, что мужчина, тихо лежавший рядом, прежде чем задремать, долго с нежностью смотрел на нее.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

По мере того как прибывали коробки с товарами, работы все прибавлялось. Кайла открывала коробки, проверяла их содержимое, а затем снова запечатывала, чтобы защитить от строительной пыли.

Плотники расширили дверной проем между двумя комнатами, маляры покрасили стены, мастера по укладке кафеля переложили пол. Затем прибыли сборщики мебели.

За ходом отделочных работ следил Спенс, который сам вызвался помогать ей.

Кайла вставала рано утром и отправлялась в Дабл-Бэй. В полдень она прерывалась на час, чтобы навестить Джекоба. Она редко возвращалась домой засветло. После работы она принимала душ, ужинала, работала за компьютером и ложилась спать. Так повторялось изо дня в день.

Дуардо каждый день звонил ей и присылал SMS-сообщения в перерывах между совещаниями и переговорами.

Самыми тяжелыми для нее были ночные часы, когда во сне она тянулась к нему и просыпалась оттого, что его не было рядом. Она скучала по нему, по его сильному телу. Именно по этой причине Кайла старалась, чтобы ее голос звучал весело и непринужденно, когда они разговаривали по телефону. Хорошо, что он не подозревает, как замирает ее сердце при звуке его голоса.

Больше всего на свете ей хотелось снова оказаться в его объятиях и подарить ему свое сердце и душу.

Только на это у нее не хватило бы смелости.

Лучше она будет брать то, что он ей предлагает, а не желать недосягаемого.

К открытию магазина было почти все готово. Кайла уже позаботилась о рекламе и приглашениях, которые осталось только разослать. Завтра она оформит витрину и расставит по полкам товары.

Да, еще необходимо приготовить подарки для гостей. Кайла решила, что каждый из небольших презентов будет состоять из губки, мыла, бутылочки масла для ароматерапии и ароматической смеси из сухих лепестков.

Все шло точно по плану, и она считала дни до открытия.

Ее магазин обязательно будет пользоваться успехом. Этого она желала по многим причинам, но больше всего ей хотелось проявить себя и вернуть Дуардо деньги. Это было делом чести, самоуважения, и она не имела права потерпеть неудачу.

Среда, как и все предыдущие дни, началась с раннего завтрака, после которого Кайла поехала в магазин, чтобы расставить по полкам товар. Она умела правильно сочетать цвета, и все получилось просто великолепно.

В полдень девушка решила сделать перерыв на ленч и, закрыв магазин, перекусила в одном из кафе поблизости, а затем отправилась за пакетиками и ленточками для подарков.

Спенс должен был заехать за ней в два часа, и она надеялась, что к этому времени закончит оформлять витрину и упакует часть подарков.

– Я скоро, – пообещала ему Кайла, когда он указал ей на часы. – Вы можете ехать. Я только навешу Джекоба и к восьми буду дома.

– Я останусь.

– Зачем? В этом нет необходимости.

Его приятное лицо приняло серьезное выражение.

– Но Дуардо…

– Моя машина стоит за углом. – Она выдержала эффектную паузу. – Вы, наверное, забыли, что я в течение двух с половиной лет каждую ночь возвращалась домой со станции пешком. Со мной ничего не случится.

– Позвоните мне, когда выйдете от Джекоба.

– Обещаю.

Она заперла за ним дверь, задернула шторы и продолжила работать. Зазвонил сотовый. Это был Дуардо.

Услышав его голос, она почувствовала, как у нее внутри все наполняется приятным теплом.

– Ну, как продвигаются дела в магазине?

– Отлично. – Она вкратце рассказала ему обо всем.

Вдруг с улицы послышался автомобильный сигнал.

– Ты не за рулем? – резко спросил Дуардо.

– Это снаружи, – уверила его она. – Я сейчас в коттедже.

– Передай трубку Спенсу. Черт побери!

– Он поехал домой.

– По твоему распоряжению? Отпираться было бессмысленно.

– Да.

– Закрывай магазин и поезжай домой. Она вцепилась в телефон.

– Что ты сказал?

– Немедленно!

– Ты напрасно так беспокоишься.

Кайла чувствовала, что он с трудом сдерживает гнев.

– Кайла…

– Хорошо, я сделаю так, как ты хочешь.

Не дожидаясь его ответа, она отключилась.

Злясь на мужа, девушка собралась, было проигнорировать его распоряжение и остаться еще на полчаса, но решила, что это будет несправедливо по отношению к Спенсу. Он ни в чем не виноват. Мрачно выругавшись, она начала собираться.

В этот вечерний час еще ярко светило солнце, и его теплые лучи приятно согревали кожу. Кайла шла к машине, испытывая удовлетворение оттого, что еще один день не прошел для нее впустую.

И тут… Кто-то налетел на нее, и она чуть не упала.

Судя по походке, это был молодой мужчина, хотя она не могла сказать наверняка, потому что на голове у него был капюшон.

Пожав плечами, Кайла полезла в сумочку за пультом от машины и ключами… и вдруг почувствовала, как по ее руке течет что-то теплое.

Кровь? Но откуда?

Посмотрев вниз, она обнаружила сбоку на нижней части топа длинный разрез. Кровь, текущая из глубокого пореза на нижнем ребре, стремительно просачивалась сквозь ткань. Именно в тот момент девушка почувствовала острую боль.

Неужели этот идиот полоснул ее ножом? Но зачем? Он даже не попытался вырвать у нее сумочку.

Достав носовой платок, Кайла прижала его к ране, чтобы остановить кровь.

К счастью, в этот момент рядом с ней остановился «лексус», и из него выскочил Спенс.

– Вы очень кстати, – пробормотала Кайла.

– Что произошло? – взволнованно спросил он. Кайла приподняла край топа. Взглянув на рану, Спенс достал из кармана носовой платок и прижал порез.

– Придется накладывать швы.

Взяв у нее ключи, пульт и сумочку, Спенс помог ей забраться на пассажирское сиденье «лексуса».

Позвонив по дороге в полицию, он отвез Кайлу в частную больницу, и сидел рядом с ней, пока врач накладывал швы, а затем позвонил кому-то по сотовому и передал девушке трубку.

Дуардо.

Только этого ей сейчас не хватало!

– Со мной все в порядке, – сказала она без предисловий.

– Я в этом сомневаюсь. – От ледяного спокойствия в его голосе у нее по спине побежали мурашки. – Врач выпишет тебе болеутоляющее и снотворное. Не забудь принять их, querida. – Он немного помедлил. – Остальное тебе скажет Спенс.

– Он не может этого сделать! – возмутилась Кайла час спустя, отодвинув тарелку с едой. У нее пропал аппетит.

– Завтра вечером будут напечатаны и разосланы уведомления, – спокойно произнес Спенс. – На дверь магазина мы повесим объявление, в котором сообщим, что его открытие откладывается на две недели.

– Но…

– Никаких «но».

– Он просто смешон.

– Дуардо лишь хочет защитить вас.

Глаза Кайлы сверкнули голубым огнем.

– Это правда, смешно.

– Вы сами можете сказать ему об этом завтра.

– Что значит – завтра? Он же планировал вернуться в воскресенье.

Спенс посмотрел на часы.

– Должно быть, Дуардо уже сел в самолет.

– Готовьтесь. По прибытии он будет метать громы и молнии.

– Верно, подмечено, – усмехнулся Спенс.

Кайла небрежно пожала плечами.

– Такое могло случиться с каждым.

– Но вы жена миллиардера, знакомая многим по недавним публикациям в прессе, – возразил он. – Вы более уязвимы, чем большинство людей, и поэтому необходимо принимать определенные меры безопасности.

Которые она проигнорировала. Ее глаза затуманились.

– Вы считаете, что нападение было спланировано заранее?

– Есть люди, которые знали, что Дуардо сейчас нет в стране.

– У него есть враги?

Глупый вопрос.

Любой человек, сделавший такую карьеру, не мог не нажить себе завистников. Мужчин, которым казалось, что он их недооценивал, и женщин, которыми он якобы пренебрегал.

– Его отсутствие дало кому-то из них возможность подобраться к нему через вас.

Вы ошибаетесь, печально подумала Кайла. Дуардо женился на мне из мести. Он не любит меня.

Спенс достал из кармана маленький пакетик и протянул ей.

– Здесь болеутоляющее и снотворное. Не забудьте принять их перед сном.

– Спасибо вам за все, – сказала девушка, поднимаясь.

Больше всего сейчас ей хотелось поговорить с человеком, которому она была небезразлична. Она позвонила Джекобу и все ему рассказала.

– Как ты думаешь, почему Дуардо бросил все дела и отправился домой? – спросил ее брат.

– Чтобы отругать меня, – ответила девушка.

Ее брат издал странный смешок.

– А ты никогда не спрашивала себя, почему он на тебе женился?

Каждый день!

– Чтобы свести старые счеты.

– А не потому ли, что он никогда не переставал тебя любить?

– Ну конечно…

Он ее полюбит, когда рак на горе свистнет!

– Только слепой не замечал, что между вами было что-то особенное.

У нее внутри, словно что-то оборвалось.

– Может быть. Тогда.

– Наш отец был эгоистичным самодовольным ослом.

– Эй, – пожурила она брата. – Не говори плохо о мертвых.

– Он хотел привязать нас к себе. Я тогда был еще недостаточно взрослым, и поэтому меня все это коснулось в меньшей степени. – Джекоб помедлил. – Он разрушил твою жизнь, а затем ушел от ответственности, оставив тебя с кучей долгов и обузой в виде младшего брата.

– Не говори так!

– Но это правда.

Немного помедлив, Кайла сказала:

– Я думаю, что Дуардо женился на мне из мести.

– Ты ошибаешься.

– Не думаю.

– Потому что он ждал, когда ты первая к нему обратишься? – Кайла не ответила, и он продолжил: – Он мог прогнать тебя, но не сделал этого.

Однако Дуардо выдвинул свои условия и приставил ко мне Спенса.

– Он вернул тебе все, что у тебя было. Кроме его любви.

– Он отложил открытие магазина, – возразила Кайла.

– Это благоразумно, потому что тебе понадобится время, чтобы выздороветь и оправиться от шока.

– О боже. И ты туда же! – раздраженно воскликнула она.

– Я очень рад, что теперь есть, кому о тебе заботиться, – сказал Джекоб. – Спокойной ночи, сестренка. Постарайся не забивать себе голову всякими глупостями и позвони мне утром. Обещаешь?

– Хорошо. Спокойной ночи.

Посмотрев на часы, Кайла обнаружила, что уже десять. Приняв душ, она выпила таблетки, которые дал ей Спенс, и легла спать. Снотворное быстро подействовала, и она крепко заснула.

Проснувшись следующим утром, Кайла почувствовала себя лучше. Мария заботилась о ней, словно наседка о цыпленке, Джозеф справился о ее здоровье, Спенс был очень внимателен к ней. Она была глубоко тронута их искренним участием.

Потягивая кофе на террасе, она поговорила по сотовому с братом. В девять часов приехал следователь и задал ей целую кучу вопросов.

После этого Кайла решила немного поработать у себя в кабинете. Чтобы делать дальнейшие заказы, ей было необходимо узнать, сколько времени может пройти между заказом и поставкой. Состоятельные клиенты не любят, когда их заставляют ждать.

Именно там и нашел ее Дуардо. Какое-то время он стоял в дверях, наблюдая за ней. Его раздирали на части противоречивые чувства, которые ему с трудом удавалось контролировать.

Несмотря на бледность, Кайла довольно хорошо выглядела. Он надеялся, что этой ночью ей спалось лучше, чем ему в кресле самолета.

Ее внимание привлек какой-то шорох. Подняв голову, она встретилась взглядом с Дуардо, который направлялся к ее столу.

– Что ты, черт возьми, делаешь?

Кайла всем своим существом ощущала напряжение, повисшее в воздухе.

– И тебе тоже добрый день.

– Немедленно выключи компьютер!

Весь день Кайла ждала этого момента, и наконец он настал.

– Тебе незачем было торопиться. Со мной все в порядке. Правда.

– Ну конечно. А эти темные круги у тебя под глазами всего лишь плод моего воображения.

– Тебе самому не помешало бы посмотреться в зеркало.

На его щеке дернулся мускул.

– Может, начнем сначала?

– Ты предлагаешь вести вежливый разговор на нейтральную тему?

Обойдя стол, Дуардо наклонился и выключил ноутбук.

– Нет…

Он был так близко. Сильный, мужественный, неотразимый. Ей казалось, что, если он коснется ее, она просто не выдержит и бросится в его объятия.

Ее глаза расширились, когда Дуардо взял в ладони ее лицо и запечатлел на ее губах нежный поцелуй, который привел ее в полное смятение. Когда он отстранился, Кайла могла только смотреть на него влажными от набежавших слез глазами.

Дуардо помог ей подняться и, взяв за руку, вывел из кабинета.

– Дуардо…

– Мне нужно принять душ и переодеться.

– И для этого тебе нужна я?

– Для начала прикуси свой острый язычок.

Они пересекли холл и направились к лестнице.

Оказавшись в спальне, Дуардо начал раздеваться.

– Всего пять минут, хорошо? – С этими словами он пошел в ванную.

Кайла села на кровать и прислушалась к шипению воды.

Ей не следовало оставаться. Сидеть здесь, и ждать его было глупо, но ее тело не желало подчиняться велению разума.

Дура. Если ты уйдешь, он снова найдет тебя.

Девушка подошла к высокому окну, выходящему в сад с яркими клумбами и безукоризненно подстриженными кустарниками. Вода в бассейне мерцала в ярких солнечных лучах. На перекладину лесенки сел разноцветный попугай, попил воды, затем расправил крылья и улетел.

Кайла скорее почувствовала, чем услышала, как Дуардо подошел к ней. От его теплого дыхания у нее на виске зашевелились волоски. Когда он коснулся губами ее шеи, кровь закипела в ее жилах.

– Полежишь со мной, гмм?

– Но сейчас еще день, – возразила Кайла.

– Ну и что?

– Ты должен, как следует выспаться.

– Я обязательно это сделаю. Позже. – Дуардо развернул ее лицом к себе. Махровый халат облегал его широкие плечи и подчеркивал узкую талию. – Сначала, – продолжил он, расстегивая пуговицы на ее блузке, – я должен посмотреть. – Он аккуратно отклеил нижние полоски лейкопластыря, на которых держалась повязка.

Рана была не очень глубокой, но кончик лезвия задел сухожилие и ребро.

Кайла знала, что он видит. Разрез, швы, слегка припухшую сморщившуюся кожу. Рана скоро заживет, и со временем от нее ничего не останется, кроме тонкой белой полоски шрама.

В глазах Дуардо сверкнула первобытная жестокость, и, прежде чем вернуть на место пластырь, он мрачно выругался себе под нос.

– Обещаю, что переверну небо и землю, но найду того, кто это сделал.

Сердце девушки бешено заколотилось.

Ни один человек не приходит в такую ярость… если только он не тревожится за жизнь любимого человека.

Может, Джекоб прав? При этой мысли у нее закружилась голова.

Остановись и спустись с небес на землю. Дуардо ни разу не сказал, что любит тебя.

Но и она тоже не сделала этого.

Он приподнял ее подбородок.

– Не хочешь ничего мне рассказать?

О том, что я тебя люблю, и никогда не переставала любить?

– Тебе не следовало прерывать из-за меня поездку – вместо этого произнесла Кайла.

– Шшш.

Коснувшись ее щеки, Дуардо запустил руки ей в волосы и поцеловал ее с такой нежностью, что она всем телом прижалась к нему, словно боясь его потерять.

– Ну что, полежишь со мной? – прошептал он. Ее затуманившийся взгляд сказал ему больше, чем все слова на свете.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Было чудесное утро. Они пили кофе на освещенной солнцем террасе.

Кайла налила себе вторую чашку и, откинувшись на спинку кресла, посмотрела на мужчину, сидящего напротив нее.

После ночного сна Дуардо выглядел бодрым и энергичным. Ей нечасто доводилось завтракать вместе с ним в будни, и она наслаждалась его обществом. Сегодня Кайла ожидала, что ее муж, как обычно, рано уедет в офис, но он был рядом с ней и, похоже, никуда не спешил.

Интересно, он стал таким внимательным к ней из-за того нападения?

Прошлая ночь была особенной. При одном воспоминание о ней у Кайлы внутри все наполнилось приятным теплом. Дуардо знал, как доставить ей удовольствие…

Посмотрев на него, она чуть не растаяла под его взглядом, в котором промелькнула страсть.

– Допивай кофе, – лениво протянул он. – Тебе еще нужно упаковать вещи. Через час Спенс отвезет нас в аэропорт.

Она недоуменно посмотрела на него.

– Ты, должно быть, шутишь?

– Мы летим в Брисбен, а затем едем в Нусу.

– С какой целью? – Она замолчала, а затем рискнула предположить: – Впрочем, она довольно очевидна.

Дуардо поднял бровь.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты хочешь увезти меня из города.

– Ты против того, чтобы провести несколько дней в моем обществе?

– Квинсленд? Нуса? Солнце, песчаные пляжи, дорогие рестораны… Разве можно быть против?

– Отлично. Тогда пошли собирать вещи.

Полет прошел спокойно, а в Брисбене Дуардо взял напрокат автомобиль.

Кайла уже много лет не была на Солнечном побережье и обнаружила, что оно сильно изменилось. Здесь появилось много новых курортов, жилых домов и магазинов.

Чудеса, подумала она, когда вместе с Дуардо вошла в одно из современных зданий на Гастингс-стрит и поднялись на лифте в пентхаус с видом на океан. В изысканно обставленной квартире было две спальни с ванными, кабинет, гостиная и кухня, оснащенная последними достижениями бытовой техники.

– Здесь очень красиво, – искренне похвалила апартаменты Кайла.

– Спасибо.

– Это одно из твоих приобретений? Дуардо наклонил голову.

– Дом был построен совсем недавно, и мне показалось, что это хорошее вложение средств.

Это ее ничуть не удивило. Его предпринимательские способности ни у кого не вызывали сомнений.

– Давай распакуем чемоданы, переоденемся и сходим куда-нибудь поужинать.

– Отличная идея.

Прогулявшись по дощатой дорожке вдоль пляжа, они зашли в ресторанчик с морской кухней, расположенный в конце улицы.

Приятная обстановка, отличная еда и дорогое вино стали достойным завершением чудесного вечера.

Было так просто сказать «я люблю тебя», когда Дуардо раздел ее и отнес в постель, но она почему-то этого не сделала.

Дни плавно перетекали один в другой. Они спали допоздна, завтракали в разных ресторанах, ходили по магазинам, ездили в Малени – живописную местность с зелеными холмами и деревушками с многочисленными ремесленными лавками.

Иногда Дуардо садился за компьютер, а она, уютно устроившись в кресле, листала журнал или смотрела телевизор.

Ночи были просто необыкновенными. Кайла хотела, чтобы они никогда не кончались. Все было так, словно последних трех лет не существовало, и, вернувшись в воскресенье, вечером домой, девушка загрустила.

Завтра Дуардо снова вернется к работе, и она до вечера его не увидит.

Она чувствовала какое-то странное беспокойство, ей хотелось проверить, как идут дела в бутике.

– Только на пару часов, – умоляла она Дуардо следующим утром за завтраком.

– Нет.

– Я попрошу Спенса остаться со мной.

– Он теперь всюду будет тебя сопровождать.

– Ты хочешь приставить ко мне телохранителя? Он пристально посмотрел на нее.

– До тех пор, пока тот, кто напал на тебя, не окажется за решеткой.

Его тон был решительным… и угрожающим. Дуардо поднялся, надел пиджак и поцеловал жену в губы.

– Береги себя.

Кайла немного поработала у себя в кабинете, а после обеда попросила Спенса отвезти ее в больницу к Джекобу. Верный страж не отходил от нее ни на шаг.

– Вам не кажется, что вы меня чересчур опекаете? – заметила она, когда они вечером ехали домой по загруженным улицам.

– Одного промаха было достаточно. Второго не будет.

Дуардо вернулся домой к ужину. Поев, он отправился в свой кабинет, а Кайла поднялась в спальню, немного посмотрела телевизор и легла спать.

Ее разбудил звонок сотового телефона. Открыв глаза, она увидела, как Дуардо потянулся за трубкой и нажал на кнопку.

Было уже далеко за полночь. Кто, черт побери, мог звонить в такое время?

– Да, – отрезал Дуардо. – Конечно. Уже выезжаю.

– Что случилось?

Он поднялся с постели и быстро надел футболку, джинсы и носки.

– Мне нужно ненадолго уехать. Попробуй снова уснуть.

– Думаешь, я смогу это сделать, не зная, куда и зачем ты отправился?

Она все равно скоро узнает правду, и будет лучше, если он сам обо всем ей скажет.

– Звонили из полиции. Произошел пожар.

Ее лицо побледнело, глаза расширились от испуга.

– У меня в магазине?

Дуардо надел кроссовки и завязал шнурки.

– Да.

– Я еду с тобой!

Кайла уже поднялась и надевала нижнее белье.

– Ты останешься дома.

Она потянулась за джинсами и кофтой.

– Попробуй меня остановить. Либо мы поедем вместе, либо я последую за тобой. Выбирай.

– Кайла…

Надев кроссовки, девушка достала из ящика комода ключи от «порше».

– Выбирай, черт побери!

Дуардо схватил ее за запястье.

– Дай их мне. Я поведу.

Когда они въехали в Дабл-Бэй, в воздухе запахло едким дымом, и Кайла увидела впереди две пожарные машины и два полицейских автомобиля с горящими мигалками.

– Подожди меня здесь.

– Черта с два! – Она открыла дверцу в тот момент, когда он заглушил мотор.

– Если ты хоть на шаг отойдешь от меня, я запру тебя в машине.

Пожарные держали огонь под контролем. К коттеджу тянулись длинные толстые шланги, повсюду была вода. В темноте слышались голоса, но из-за шума машин они были почти неразличимы.

Дуардо представился и выслушал отчет полиции об инциденте.

– Мы задержали молодого человека, убегавшего с места преступления. Он сейчас в участке.

Кайла попыталась определить величину ущерба. При свете прожекторов было видно, что окна коттеджа почернели от дыма, половина крыши обвалилась. Она вряд ли могла надеяться на то, что хоть что-то из товаров уцелело.

Все происходило как во сне. Мужские голоса отдавали распоряжения и обменивались информацией. Дуардо переговорил со своей личной охраной. Затем полицейские огородили коттедж желтой лентой и уехали вслед за пожарными.

– Нам больше нечего здесь делать.

Дуардо отвел Кайлу к машине, усадил ее на пассажирское сиденье и, взяв в ладони ее лицо, поцеловал ее в губы.

А затем, пристегнув ремень безопасности, он завел мотор и выехал на шоссе. Кайла невидящим взором уставилась в окно.

– Кто мог это сделать? – задумчиво произнесла она.

– Если тот парень, которого задержала полиция, причастен еще и к нападению на тебя, мы скоро узнаем, кто ему заплатил. – Он был так в этом уверен, словно вина того типа была уже доказана.

Кайла не знала, что сказать. Она была слишком подавлена.

Кто и за что ей мстит? За то, что Дуардо женился на ней? Это не имело смысла.

Остаток пути прошел в тишине. Когда они вошли в спальню, Дуардо посмотрел на ее напряженное лицо и еле слышно выругался.

– Querida, может, ляжешь в постель?

– За что?.. – только и смогла она выговорить.

Он взял ее руку в свою и поднес к губам.

– Кирпич, раствор, деревянные перекрытия. Товар. Все может быть заменено. Все.

– Но это был мой магазин! Моя мечта…

Дуардо снял с жены одежду, разделся сам, лег рядом с ней и баюкал ее до тех пор, пока она не уснула.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Кайла выругалась себе под нос, когда зазвонил ее сотовый. Она машинально нажала на кнопку и представилась.

После пожара в ее магазине прошло два дня. Все это время она безвылазно проторчала у себя в кабинете, собирая документы для получения страховки и заново составляя планы. Бумажная работа отвлекала ее от мрачных мыслей.

– Кайла? – Голос любимого мужчины вернул ее к реальности. – Спенс отвезет тебя ко мне в офис.

Почему Дуардо разговаривает с ней таким официальным тоном?

– Прямо сейчас?

– Да.

Затем она услышала щелчок, и связь прервалась.

Ну вот. Ни здравствуй тебе, ни до свидания… Ее так и подмывало перезвонить ему и послать его к черту.

Она уже хотела был набрать номер, как вдруг раздался стук в дверь.

– Войдите.

Это был Спенс.

– Машина ждет вас у входа.

– Вы не хотите ничего мне объяснить?

– Дуардо сказал, что дело не терпит отлагательств.

– Я поняла, – Кайла раздраженно посмотрела на него. – Подождите, я только схожу за сумочкой.

Они без помех добрались до офиса Дуардо и, оставив «лексус» в подземном гараже, поднялись на лифте на верхний этаж. Там их встретила секретарша, которая сразу узнала Кайлу.

– Они ждут вас.

Они?

Когда Кайла вошла в кабинет Дуардо, ее глаза расширились от удивления при виде женщины, сидевшей напротив него.

Марлена.

Дуардо поднялся и, подойдя к жене, коснулся губами ее губ.

Это что, молчаливое извинение за его резкость?

Спенс остался стоять у двери.

У Кайлы возникло дурное предчувствие.

– Право же, Дуардо, – укоризненно произнесла актриса. – Наши с тобой дела не касаются ни твоей, – она нарочно помедлила, – жены, ни твоего мажордома.

Дуардо взял руку Кайлы и поднес к губам.

– Ты ошибаешься, – спокойно ответил он.

– Нельзя ли решить этот вопрос побыстрее, дорогой? Ты заставил меня ждать целый час. Я прочитала новый контракт и полностью с ним согласна. Почему ты мне не дашь просто подписать его и уйти?

– Потому что я отзываю контракт и объявляю его недействительным.

– Прошу прощения?

Отпустив руку Кайлы, он взял со стола копии документа и, порвав их на четыре части, выбросил в мусорную корзину.

– Ты сошел с ума?! – театрально воскликнула Марлена.

Дуардо снова взял Кайлу за руку. Что, черт возьми, здесь происходит?

– Я могу освежить твою память, – обманчиво мягко произнес он. – Брайан Макинтайр. Две тысячи долларов. Твои указания навредить моей жене.

Я должна была догадаться, чьих это рук дело! – подумала Кайла.

– Пять тысяч долларов. Пожар, устроенный посреди ночи в магазине моей жены.

– Ради бога, как ты мог в это поверить? – Марлена в ужасе прижала ладонь к груди. – Мы же друзья. Больше, чем друзья. Я не смогла бы…

– Зато Макс смог. Это благодаря ему долг Джекоба увеличился во много раз. Это Макс устроил нападение на Джекоба. Нападение на Кайлу. Пожар. – Каждое слово звучало как приговор.

– Макс не стал бы этого делать!

– Полиция уже задержала его.

– Нет! Я подам в суд…

– Думаю, это придется сделать мне. Брайана Макинтайра задержали рядом с местом преступления, и он готов рассказать в суде обо всем, чтобы только спасти собственную шкуру.

Марлена вскочила.

– Я тебе не верю. – Она направилась к двери. – Я ухожу, и ты больше никогда обо мне не услышишь.

Стоявший у порога Спенс не пошевелился, и актриса истерично заявила Дуардо:

– Скажи своему прихвостню, чтобы он пропустил меня!

Он не сделал этого.

– На банке из-под горючей жидкости, найденной на месте преступления, были обнаружены отпечатки пальцев Брайана Макинтайра. Его признания достаточно, чтобы выдвинуть против тебя обвинение.

– Ты не можешь этого сделать!

– Еще как могу.

– Макс сделал это ради меня!

– Но на этот раз перегнул палку.

– Я хотела тебя, – отчаянно произнесла актриса. – Нам было бы хорошо вместе!

– Между нами ничего не было, Марлена. – Голос Дуардо звучал как-то необычно. – Я был в долгу перед твоим отцом. Я дал ему обещание и сдержал его.

Актриса расплакалась.

– Никому, – обманчиво мягко произнес он, – слышишь, никому, кто попытается навредить женщине, которую я люблю, это не сойдет с рук. Ты меня поняла?

Он сделал знак Спенсу, тот открыл дверь, и в кабинет вошли двое полицейских.

– Что вы делаете? – взвизгнула Марлена, когда один из них защелкнул на ее запястьях наручники.

– Арестовываем вас, мэм. Я советую вам спокойно пройти вместе с нами. – Полицейские взяли ее под руки. – Устраивать сцены бесполезно.

Кайла ошеломленно наблюдала за тем, как они покидают кабинет. Спенс вышел вслед за ними и тихо закрыл за собой дверь.

Некоторое время она просто стояла, затем повернулась лицом к Дуардо.

– Что ты сказал? – охрипшим от волнения голосом произнесла она.

– Ты все слышала.

У Кайлы в горле внезапно образовался комок. И она сглотнула.

– Думаю, ты должен сказать это еще раз.

Дуардо не стал притворяться, что не понял, о чем идет речь.

– Женщина, которую я люблю, – мягко произнес он.

Ему хотелось заключить ее в объятия и целовать до тех пор, пока не развеет все ее сомнения и страхи. И очень скоро он это сделает.

Но сначала они должны поговорить.

– На что бы там ни намекала Марлена, между нами были чисто деловые отношения.

Кайла. Он обожал эти прекрасные голубые глаза, дрожащие мягкие губы. Por Dios… всю ее.

– Я восхищался ее актерским талантом, но не грязными играми, которые она вела за пределами сцены.

Наконец Кайле все стало ясно.

– Макс подыскивал ей мужчин?

– Да.

– Но ты оказался недоступен, – сделала вывод она.

– Да.

Когда Кайла облизала губы, он почувствовал, что пропал.

– Я вернул тебя. В свою жизнь… в свою постель. И больше никто никогда не сможет тебя у меня отобрать.

Девушка почувствовала, как на глаза у нее навернулись слезы. Он говорил чистую правду.

– Я была такой идиоткой. Позволив тебе уйти, я совершила самую большую ошибку в своей жизни.

– Бенджамин…

– Был эгоистичным, самодовольным ослом. – Она подняла руку, затем снова опустила. – Это слова Джекоба.

Подходящая характеристика, подумал Дуардо, но не сказал этого вслух.

– Ты хотел отомстить? – Она должна была задать этот вопрос.

– Видя, что ты погрязла в долгах?

– Да.

– Ты приняла бы мою помощь, если бы я тебе ее предложил?

Гордость заставила бы ее отказаться.

– Нет, – честно призналась она.

– Стоило бы тебе только обратиться ко мне, и я бы помог.

Только она этого не сделала. Вместо этого отчаянно боролась, работала не покладая рук; чтобы сводить концы с концами. Пока не оказалась в безвыходном положении.

При виде слез, блестевших в ее голубых глазах, у него сжалось сердце.

– Иди сюда.

Его нежность лишила Кайлу остатков самообладания, и слезы медленно покатились по ее щекам.

– Я очень тебя люблю. И никогда не переставала любить. Даже когда ненавидела.

Улыбнувшись, Дуардо приподнял ее подбородок.

– Ты любовь всей моей жизни, – тихо произнес он. – Мое сердце, моя душа. Воздух, которым я дышу. – Он поцеловал ее в кончик носа. – И так будет всегда.

Он почувствовал, что она улыбается, когда его губы прижались к ее губам в нежном поцелуе, который согрел ее душу.

Обняв жену одной рукой за талию, а другую запустив в ее волосы, Дуардо целовал ее до тех пор, пока они оба не начали задыхаться.

Его красноречивый взгляд говорил о том, что одними поцелуями дело не кончится.

– Ты сегодня рано вернешься домой? Он обольстительно улыбнулся.

– Это намек на то, что в противном случае ты собираешься освободить мой стол и заняться со мной любовью прямо на нем?

– И позволить твоим подчиненным стать свидетелями того, как их босс теряет над собой контроль? – Она провела кончиком языка по его нижней губе. – Это погубило бы твою репутацию.

Дуардо протянул руку и нажал кнопку внутриофисного переговорного устройства.

– Отмените все мои встречи до конца дня и направляйте все важные звонки на мой сотовый. Позже я их просмотрю.

Гораздо позже.

Он забрал свой ноутбук и дипломат, и они с Кайлой покинули офис.

Только когда они сели в машину, она сказала:

– Есть еще кое-что. – На ее губах играла шаловливая улыбка. – Ты любишь детей?

Дуардо свернул на обочину и резко затормозил. При мысли о том, что она ждет его ребенка, он почувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Кайла рассмеялась.

– Что ты делаешь?

– Вот это.

Он взял в ладони ее лицо и так нежно поцеловал, что у нее не осталось никаких сомнений.

– Я так понимаю, это означает «да»?

Его счастливая улыбка была красноречивее всяких слов.

– Поехали домой.

Content

Хелен Бьянчин
Мой властелин

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ