Рюмка, стопочка, стакан, вот и вышел хулиган

***

— Хороши! Богатыри! Витязи, мать вашу! — полковник Кравченко поднялся со стула, оперся костяшками кулаков в столешницу и вперил тяжелый, не предвещающий ничего хорошего взгляд в стоящего перед ним офицера.

Перед столом полковника стоял начальник службы ГСМ, майор Николаенко. Вид у Николаенко был колоритный, форменная рубашка расстегнута, половина пуговиц оторвана, головного убора на голове не было, порванный галстук висел на зажиме. Сам Николаенко выглядел не лучше своего гардероба, правая щека была здорово расцарапана, а губа с левой стороны припухла и кровоточила.

«Это ему с правой засветили» — профессионально подметил Кравченко.

Лицо майора выражало вселенскую скорбь и обиду. Чуть в стороне, сбоку от стола, стоял начальник медицинской службы, майор Горобец, прозванный сослуживцами майором Пилюлькиным. В отличие от Николаенко, он был бодр и весел, лицо Пилюлькина было красным, как помидор, глаза задорно горели, было видно, что майор с трудом сдерживает смех.

— Но товарищ полковник! — промямлил Николаенко — Прапорщик Кузнецова…

— Молчать! — взревел Кравченко и грохнул кулаком по столу — Молчать, или я буду зверствовать! Отставить пререкаться со старшим по званию! Вы что себе позволяешь, негодяй! Молчать!

Видя что Николаенко собирается что-то ему возразить, Кравченко снова грохнул кулаком по столу и попытался что-то сказать, но из его горла вырвался какой-то нечленораздельный рык. Майор сообразил, что начальство лучше не злить и замолчал. Полковник прокашлялся, вдохнул пару раз полной грудью и продолжил:

— Вы посмотрите, на кого вы похожи, товарищ майор! На пугало! И не надо тут горестно вздыхать, я эти ваши раскаяния насквозь вижу! Вы с Зубенко вообще нормальные? Драку с бабой устроили! И где, где? В медицинском учреждении! Да ещё и по морде от неё получили! Вам не в армии место, а в дурдоме!

На самом деле в том, что из схватки двух похмельных майоров и прапорщика Кузнецовой, победителем вышла именно прапорщик Кузнецова, ничего удивительного не было. Прапорщик Кузнецова была из тех женщин, что останавливают коней на скаку и входят в горящие избы. С плачевными последствиями как для коней, так и для изб, коня в процессе остановки эта дама могла элементарно пришибить, а избу развалить по бревнышку. Статями она обладала богатырскими, ростом под метр восемьдесят и весом за девяносто килограмм, кровь с молоком, румяная, с толстенной русой косой. Когда её спрашивали, каким видом спорта она занимается, скромно отвечала, что легкой атлетикой, забывая правда уточнить, что легкая атлетика — это не только бег с препятствиями или прыжки, но еще и толкание ядра и метание молота. В общем, выглядела она внушительно, можно даже сказать монументально, с прапорщика Кузнецовой вполне можно было писать портрет валькирии. Кравченко внимательно осмотрел Николаенко, сравнение явно было не в его пользу.

— Товарищ майор, — Кравченко повернулся к Горобцу — Вот объясните мне, что тут творится? Эпидемия идиотизма или этих двоих заразные психи покусали? Это что вообще было? Вы в этом дурдоме один более-менее соображающий остались, давайте-ка, рассказывайте, что у вас за идиотство на вверенной территории происходит.

— Тут дело такое, деликатное. — замялся доктор.

— Да что вы за люди такие, а? — взорвался Кравченко. — Мне что, из вас все клещами тянуть? Здесь я решаю, какие дела деликатные, а какие нет! Доложите как положено!

— Ну, в общем, началось всё с майора Зубенко, у него алкогольный делирий!

— Чего? Какой еще в пень делирий?

— Алкогольный! Ну, белая горячка! Пришёл он утром на приём, к Зинаиде Петровне и начал её грузить разным бредом, про колдунов, которые стены насквозь проколдовывают, чтобы солярку и бушлаты воровать, и прочим подобным бредом. Зинаида Петровна послушала его, смекнула что дело нечисто, закрыла майора в кабинете и пошла за мной. А он, подлец такой, запасной ключ в столе нашел, халат с вешалки надел и пошел по отделению гулять.

— А с Кузнецовой эти два дебила чего не поделили?

— А она к врачу на приём пришла, сидит у кабинета, ждет доктора. Выходит Зубенко в халате. Спрашивает, «Вы на приём?» А она тут недавно, всех людей еще не знает, приняла его за доктора и отвечает «Да, на приём». Он ей «Ну пойдемте». Заводит в кабинет, говорит, «Раздевайтесь». Она разделась, он её осмотрел. Она его спрашивает «Ну что?» А этот придурок возьми да и ляпни «А я откуда знаю, это вам к врачу надо, я сам на прием пришел». И хихикает, придурок. А Наталья Сергеевна у нас женщина горячая, осерчала, да и врезала ему. Тот бежать. Она его в коридоре догнала и давай мутузить. А товарищ майор — Горобец кивнул на надувшегося Николаенко — полез друга своего спасать. Ну, ему тоже и досталось. А Зубенко, пока она его товарища лупила, убежал и спрятался.

Кравченко плюхнулся назад в кресло и заржал.

— Ой дебилы! А Зубенко, он же вроде не пил?

— Ну так не пил, а потом снова запил! Да как с такими товарищами, и не пить? — Горобец посмотрел на Николаенко, тот в ответ обиженно надулся и запыхтел.

— Где Зубенко сейчас?

— Так мы его поймали и в подсобке заперли, от греха подальше. Связали на всякий случай.

— Значит так, товарищ медик! Вы у нас за здоровье личного состава отвечаете, в том числе и за психическое, вот и решайте проблему! Не сметь пререкаться со старшим по званию! — Кравченко, видя что медик собирается возразить снова грохнул кулаком по столу. — Распустились тут, понимаешь! Звоните своим коллегам во Владимирск, договаривайтесь и везите его в госпиталь, тамошним эскулапам. Пускай они его в чувство приводят!

— Товарищ полковник, ну куда я поеду? И как я за Зубенко услежу, если ему вот такие — медик снова кивнул на надувшегося Николаенко — постоянно наливают! И вообще, уже конец рабочего дня!

— Звоните, договаривайтесь! — отрезал Кравченко — Вы мне что, этого припадочного предлагаете до понедельника тут оставить? А если у него совсем крыша съедет? Или мне самому его везти? Нет уж, договаривайтесь, ищите возможности, но чтобы сегодня же этот алкаш был в госпитале! Всё, идите!

Пилюлькин тяжело вздохнул и вышел из кабинета. Кравченко повернулся к Николаенко.

— Так, теперь вы, товарищ майор! Вы значит дружку своему наливаете, хотя знаете, что у майора проблема с выпивкой! — Кравченко задумался. — Вот вы его в госпиталь и повезёте! Молчать! Вы его в госпиталь повезете и вы его с рук на руки докторам сдадите! И смотрите у меня, если сбежит, я вас вместо него этим психам сдам!

— Да как же я его повезу-то?

— Раком! На машине! Я распоряжусь, вам с роты охраны пару бойцов выделят! Всё, я сказал! Приказы не обсуждаются, приказы выполняются! Идите, приводите себя в порядок и выполняйте приказ! Чтобы через полчаса его тут не было!

Поникший Николаенко горестно вздохнул и вышел из кабинета.

Кабан с Щербатым стояли возле входа в санчасть. Двадцать минут назад их вызвал ротный и поставил задачу, выдвинуться в санчасть, в распоряжение майора Горобца и майора Николаенко. Непосредственную боевую задачу им поставит майор Горобец, известный в народе как Пилюлькин. Если в двух словах, они должны выполнить сопровождение и доставку майора Зубенко в лечебное учреждение. Приболел бедняга, а вот лечиться, сволочь такая не хочет, не осознаёт своего бедственного положения, поэтому и с сопровождением. Старший команды майор Николаенко. Планы на выходные пошли прахом, но пряником оказались два дня за лентой. Ну, ради такого можно и заморочиться, а то уже немного подзадолбала экзотика. Все уже было готово к отправке, машина стояла возле входа, насупившийся Зубенко сидел в салоне, недовольный, страдающий похмельем Николаенко сидел рядом с водителем и посматривал на часы. Наконец, из здания санчасти выбежал бодрый и довольный Пилюлькин и протянул Николаенко папку с сопроводительными документами.

— Чего так долго? — недовольно пробурчал Николаенко.

— А куда вам спешить? — по-еврейски, вопросом на вопрос ответил Пилюлькин.

— Туда! — пробурчал Николаенко — Раньше сядешь — раньше выйдешь! Дела у меня, может?

— А, ну если дела, то да! — Пилюлькин повернулся к подошедшим Кабану с Щербатым. — Так, бойцы, боевую задачу вам уже поставили? Ладно, тогда напоминаю, к делу отнестись серьёзно, глядеть в оба, чтобы товарищ майор не сбежал и доехал до госпиталя в лучшем виде! Не ухмыляйся Кабан, пьяницы, они весьма изобретательны, особенно когда нужно скрыться из-под контроля или добыть выпивку. Кстати, насчет выпивки! Товарищ майор будет просить купить ему выпить, пива там или водки, может денег предложить. Если узнаю, что кто-то по доброте душевной или еще по какой причине ему что-нибудь купит, глаз на жопу натяну и моргать заставлю! И это, если бузить начнет, вы там его не прибейте, аккуратнее, больной человек все таки. Все ясно? — Пилюлькин сурово посмотрел на солдат.

— Так точно, ясно, товарищ майор! — синхронно кивнули бойцы.

— Тогда полезайте в машину и ехайте! Вон, товарищи майоры уже устали ждать!

Доехали быстро и без приключений, Зубенко всю дорогу молчал, пялясь в окно и время от времени обиженно зыркал на своего товарища. Сидящий рядом с водителем Николаенко этого не видел, страдающий похмельем майор кемарил практически всю дорогу, проснулся он только во время проверки документов перед переходом. Без проблем доехали до города, а вот когда до госпиталя осталось совсем немного, начались неожиданные проблемы.

Темно-синяя тойота, виляя из стороны в сторону влезла перед буханкой, после чего водитель японки нажал на тормоз и оттормозился прямо перед идущей за ним машиной.

— Да что он творит, полудурок! — сержант Антоха, водитель буханки, еле успел затормозить, стукнул по рулю и хотел добавить что-нибудь ядреное, но покосившись на сидящих в салоне офицеров удержался и принялся яростно давить на клаксон. Из окна тойоты высунулась рука с выставленным средним пальцем, водитель тойоты попытался перестроиться в другой ряд, после чего резко выкрутил руль и снова нажал на тормоз. Качественные японские тормоза не подвели, тойота резко клюнула носом и встала как вкопанная. Антоха вцепился в руль, изо всех сил нажал на тормоз, но было поздно, затормозить буханка не успела и въехала в зад иномарке.

— Убью падлу! — сержант Антоха рывком отстегнул ремень и полез из машины. Двери тойоты распахнулись и на дорогу выбрался водитель, через пару секунд, из машины с трудом вылез пассажир. Водителя тойоты изрядно покачивало, судя по шатающейся походке и собравшимся в кучу глазам он был изрядно навеселе.

— Ты чо ёпта, военный! — заорал он рассмотрев водителя — Ты чо, козел, в глаза долбишься? Ты чо, не видишь, тут пацаны отдыхать мчат! Ты кому бибикаешь?

— В натуре! — поддержал его пассажир и прыгнув вперед, попытался ударить Антоху ногой, но не удержался на ногах и упал на дорогу. Впрочем, это не сказалось на его боевом настрое, не вставая на ноги, на четвереньках, он метнулся вперёд, врезался в Антоху и вцепившись ему в ноги, свалил на землю. Его товарищ, радостно подвывая бросился вперёд и попытался пнуть сержанта ногой, но попал своему товарищу в бок, затем тоже не удержался на ногах и завалился на лежащих сверху, размахивая кулаками и вереща — Вован, держи его падлу, щас я ему втащу!

Кабан с Щербатым выскочили из машины и бросились сержанту на помощь, Кабан схватил водителя тойоты за воротник, рывком поднял его на ноги и влепил звонкую затрещину. Щербатый тем временем оттаскивал за ноги второго дебошира, тот цеплялся пальцами за асфальт, рычал и пытался укусить Антоху за ногу. Водитель тойоты дергался в руках Кабана, лягался и пытался ринуться на помощь своему товарищу. Николаенко, пару минут, молча смотрел на эту дикую картину, соображая что делать, затем встрепенулся и полез из машины наружу, вытаскивая из кармана телефон. Наконец, Щербатому удалось оттащить пассажира в сторону и усадить на газон, туда же Кабан вытолкал водителя тойоты и усадил рядом.

— Вы чо, вояки? Вы чо, в натуре? — загундосил обиженно водила.

— В натуре у лягушки хрен зелёный! А ну заткнулись оба! А ну сел! — рявкнул Кабан и толкнул в грудь пытавшегося вскочить на ноги водителя, после чего сунул ему под нос свой увесистый кулак. Водитель плюхнулся обратно на газон и испуганно втянул голову в плечи, уставившись на внушительных размеров кулак, покачивающийся возле носа.

Майор Николаенко стоял у обочины и вызывал ДПС, пьянчуги сидели на газоне, орали в два голоса, выкрикивали угрозы и обещали устроить большие проблемы. Время от времени то один, то второй пытались вскочить на ноги и добраться до Антохи. За всей этой суетой, из салона машины, с интересом наблюдал майор Зубенко. Когда это ему надоело, он стал разглядывать висящий на крючке китель Пилюлькина. Взгляд его зацепился за петлицы, с медицинскими эмблемами. Пару минут от молча их рассматривал, затем его осенила гениальная мысль, лицо Зубенко исказила злобная усмешка и он воровато оглянулся по сторонам.

Пока возле машины шли разборки, никто не заметил, как сидящий в машине Зубенко снял китель, повесил его на крючок, а вместо него одел китель Пилюлькина, с медицинскими эмблемами. Затем он схватил портфель, неосмотрительно оставленный майором на сидении, вытащил из него папку с сопроводительными документами, быстро пролистал бумаги, залез в карман лежащей на сидении куртки Николаенко, вытащил из карманов бумажник, достал из него удостоверение Николаенко и сунул его себе в карман, после чего вернул бумажник на место. Папку с документами он сунул за пазуху.

— Вот так вот! Будешь знать, как своего дружбана в психушку сдавать! — довольно прошипел он, откинулся на сиденье и сделал вид, что спит. Сопровождающие, занятые разборками с экипажем пьяной тойоты, этих манипуляций не заметили.

— Товарищ майор, может пока менты едут, мы товарища майора в госпиталь по-быстрому доставим? — обратился к Николаенко Кабан — А то, пока менты приедут, пока разбираться будем, протоколы, вся херня, потом пока товарища майора сдадим, пока они его оформят! Весь день пройдёт!

— Ты чего, боец! Я же старший в машине! И как мы его туда доставим, пешком что-ли? А Антоха тут один останется? А если эти гоблины бычить начнут или разбегутся?

— Так тут до госпиталя осталось всего ничего, с полкилометра! А там по-быстрому сдадим товарища майора и вернемся! А тут Щербатый останется, присмотрит, чтобы эти утырки не бузили, выпишет им по башке, ежели чего!

Николаенко задумался. Логика в словах бойца конечно была. Ждать ГАИ и разбираться не хотелось, хотелось махнуть пивка или водочки и завалиться спать.

— Ну давай попробуем! — решился Николаенко. — Только со мной Щербаков пойдет, а ты тут останешься, ты вроде поздоровее, с тобой эти черти точно дергаться не станут. Давай, друг любезный, вылезай! Сдаваться пойдем! И куртку мою захвати.

— Сам захвати, предатель! — Зубенко вылез из машины, потянулся и злобно уставился на Николаенко.

— Ну подумаешь, ранимый какой! Пить меньше надо! — пробухтел Николаенко, подошел к машине, забрал из неё куртку и накинув на плечи зашагал в сторону госпиталя. Про лежащий на сидении портфель он забыл. — Пошли!

— Вот и пей меньше! — прошипел Зубенко ему вслед, сложил руки за спиной и поплелся следом. Замыкал процессию Щербатый, готовый в любой момент пресечь попытку бегства, если запойный майор её предпримет.

До госпиталя дошли минут за десять, а вот перед входом возникла проблема, Зубенко заартачился.

— Не пойду! Не пойду, пока здоровье не поправлю! Сдаёшь меня, так хоть налей, имей совесть Михалыч! Даже перед расстрелом стопку наливали и сигарету давали выкурить!

— Мляха, да чего я тебе тут налью-то? У меня что, бар с собой? Я тебя вообще-то лечиться везу!

— Да иди ты в жопу, благодетель! Тебе жалко что ли? Что я, тебя не знаю, что ли? У тебя всегда с собой есть, махнем по сотке и пойдешь меня сдавать! Чё ты как этот самый! Ничего мне не будет, все равно тут под капельницу сразу положат!

— Хрен с тобой! Не надо нам никаких кафе! — махнул рукой Николаенко и обернулся к Щербатому — Боец, ты ничего не видел, понял?

— Так точно, ничего не видел! — ухмыльнулся Щербатый задумавшись, чего бы стребовать за это с майора. Подумав, он решил, что теперь-то майор точно обязан отпустить их пораньше.

Николаенко сунул руку в карман и вытащил небольшую, плоскую фляжку, отвинтил крышку и протянул Зубенко.

— Глотай! Только без фанатизма, а то знаю я тебя! Нахаляву все вылакаешь!

— Ага, ты не просто предатель, ты еще и жмот! — Зубенко сделал глоток, выдохнул и вернул фляжку назад. Николаенко тоже приложился к фляжке, занюхал рукавом, и с шумом выдохнул.

— Эх, крепка совецкая власть! — майор повернулся к Щербатому и сказал — А тебе боец не положено! — сунул фляжку в карман, повелительно махнул рукой и направился к проходной. Зубенко с Щербатым потопали за ним. С проходной Николаенко позвонил главврачу, майору Правдину, тот обещал подойти в течение десяти минут. У входа в отделение Щербатый начал отпрашиваться, мол, все уже, практически на месте, тут делов-то, дождаться главврача, сдать пациента и все, все свободны. Ну что тут случится уже, госпиталь все-таки! Опохмелившийся и подобревший Николаенко подумал, махнул рукой и отпустил. Офицеры зашли в приемный покой, а Щербатый помчался назад к проходной.

Офицеры уселись на скамью возле дверей, Зубенко продолжал дуться и молчал, громко чавкая жвачкой, Николаенко думал о том, что после госпиталя, неплохо бы посетить какое-нибудь заведение, пожрать шашлычка и пропустить еще пару раз по сто грамм. Затем его приперло в туалет. Он огляделся по сторонам, заметил двух сержантов, подошел к ним, попросил присмотреть за пациентом и пошел в туалет.

Через пару минут, в помещении, в сопровождении дюжего сержанта, появился главврач. Зубенко вскочил со скамьи, вытащил из-за пазухи папку с документами, одернул форму и шагнул навстречу.

— Здрав желаю, товарищ майор! Мы вам звонили сегодня! — и протянул руку.

— Майор Николаенко? — спросил медик.

— Так точно! — Зубенко махнул перед носом врача удостоверением, прикрыв пальцем фотографию, после чего протянул папку. — Вот документы на больного!

— А где сам больной? — спросил медик листая папку.

— Да в туалете! — Зубенко мотнул головой.

— Ну и как он?

— Да плохо, товарищ майор. — покачал головой Зубенко. — Запойный. Буйный. Драку устроил сегодня, в санчасти.

— Ну, это бывает. Это мы лечим! — ответил медик.

— Бывает. — согласился Зубенко — Вы уж постарайтесь! Офицер он хороший, вот только с водочкой дружит! И это, товарищ майор, он у нас шибко хитрожопый! Заливает — что та Шахерезада, такие сказки рассказывает, закачаешься! Сегодня к примеру пытался убедить вызванных для сопровождения солдат, что майор Николаенко это он! А меня, стало быть, нужно санитарам сдавать!

— Да? — медик удивленно поднял бровь. — Ну, с пьяницами такое бывает, чего только от них не услышишь. Они ради выпивки или чтобы от врачей сбежать, еще и не такого насочинять могут!

— Во-во! — кивнул Зубенко. — Да вы вон, ребят спросите, вон сидят! Он и им сопровождающим представился! И это, вы бы позвали ещё кого, а то мало ли, в драку полезет!

— Ничего, сейчас еще пара бойцов подойдет!

— Ага, хорошо! Я с вашего позволения до проходной дойду? А то меня там боец ждут, просил его с товарищем отпустить пораньше, а то у него там с транспортом проблема, ждать долго придется! Тут ведь и так нехорошо вышло, сорвали ребят перед выходными, отдыха заслуженного считай лишили! Пять минут!

— Ну конечно идите!

Не успела дверь за майором захлопнуться, как из туалета вышел Николаенко, судя по его довольному виду, фляжку он добил. Увидев выходящего из приёмного покоя майора Зубенко, он с воплем — Ловите алкоголика! — рванул вперед, но был перехвачен дюжим сержантом.

— Спокойно, спокойно! Не надо никого ловить, Зубенко! — главврач попытался успокоить Николаенко, но тот продолжал вырываться и орать, брызгая слюнями.

— Да это он Зубенко, он! Это он алкоголик, а не я! Да пусти ты меня, дурак с поросячьей мордой! Да верните вы его назад, уйдет же! Наряд вызовите!

— Вызовем, обязательно вызовем и задержим! — Главврач тем временем выглянул в коридор и махнул рукой бегущим на шум бойцам. Дюжий сержант тем временем с трудом с трудом удерживал разошедшегося майора. В приёмный покой ворвались два здоровых солдата, исполняющие обязанности санитаров и сходу ринулись в бой. Втроем им удалось свалить на пол и скрутить брыкающегося майора, продолжавшего орать — Это вы кого вызвали? Вы чо, угораете? Настоящего алкаша ловите, придурки! Пустите суки!

— Ох буйный, товарищ майор! А несет-то от него, как из бутылки, видать причаститься где-то успел, вот и буйствует! — обернулся к медику один из бойцов. Николаенко тем временем собрался с силами и взревев словно раненый буйвол попытался подняться на ноги, но один из бойцов подбил ему ноги, а сержант навалился сверху и Николаенко снова рухнул на пол.

Зубенко тем временем немного постоял у входа, послушав доносившиеся оттуда вопли, хихикнул и припустил к проходной, перед КПП он замедлил шаг, сделал серьезное лицо и вышел на улицу.

— Дырку вам от бублика, а не майора Зубенко! — майор повернулся в сторону госпиталя, показал проходной кукиш и весело насвистывая зашагал по улице.

Разбор ДТП завершился на удивление быстро, повреждений у машин не было, за исключением пары царапин, пьяных хулиганов, которые снова начали бузить, увез экипаж ППС, так что силовая поддержка сержанту Антохе больше не требовалась. Щербатый с Кабаном сочли свою миссию выполненной и уже собрались свалить по своим делам, когда Щербатый заметил валяющийся на сиденье портфель Николаенко.

— Во, смотри Кабанина, Николаенко портфель оставил!

— Во олень! Как он Зуба сдавать будет?

— Давай отнесем, а то будет этот похмельный там до вечера тупить! — хохотнул Кабан. — Антоха! Мы пойдем мэйджору портфель отнесем!

— Ага, давайте! Я потом к госпиталю подъеду! — кивнул водитель.

Щербатый с Кабаном не спеша дошли до госпиталя, прошли через проходную, дошагали до приёмного отделения и встали разинув рты.

Два дюжих медбрата выкатывали из дверей каталку, к которой был примотан майор Николаенко. Майор был зафиксирован толстыми и прочными ремнями, во рту его был кляп, так что он мог разве что бешено вращать глазами и мычать. Рядом с каталкой шел майор медицинской службы, в наброшенном на плечи халате.

— Товарищ майор, а куда это вы его? — спросил Кабан.

— Куда-куда, на Кудыкину гору! Тыс какой целью интересуешься, боец?

— Так это, мы же с товарищем майором к вам зампотыла запойного привезли, на лечение сдавать.

— С каким это майором, с этим что ли? — медик остановился и сделал знак санитарам. Санитары остановились и неподвижными истуканами замерли рядом с каталкой.

— Ну да, это майор Николаенко, сопровождающий! А где второй? — оглянувшись спросил Кабан.

— Так на проходную пошел. — задумчиво пробормотал медик, задумался и рявкнул — Убег, падла! Этого отвязать! Быстро!

Медбратья кинулись отвязывать Николаенко, а Кабан с Щербатым бросились к проходной, но было уже поздно, когда они выскочили на улицу, майора Зубенко уже и след простыл.

— На автовокзале его нет! — объявил Щербатый, подойдя к машине.

— Точно? Пропустить ты его не мог?

— Обижаете, товарищ майор! Мы с Коляном там как ищейки, каждый закуток обнюхали, даже в автобусы заглядывали! Нет там его!

Колян, один из солдат — медбратьев кивнул, подтверждая сказанное.

— Вот жопа! Вот же козел алкоголический! — заорал Николаенко потрясая кулаками. — И этот ваш главврач, тоже дебил! Ему на своём отделении лечиться надо, а не руководить! Бляха, ну надо было такое отчебучить, психа алкоголического отпустить!

После того как разобрались, что примотанный к каталке военный — сопровождающий, а не допившийся до розовых чертей запойный майор, а пациент спокойно ушел в неизвестном направлении, в госпитале поднялся изрядный кипиш. Николаенко рвал и метал и даже хотел дать главврачу в морду, но выдвинувшиеся вперед дюжие медбратья, габаритами не уступающие сопровождающим его Кабану и Щербатому, сбили его порыв. Немного поорав, Николаенко успокоился и засел с доктором разрабатывать план поимки коварного Зубенко. Шум они пока решили не поднимать, ибо факт побега пациента, да еще таким экзотическим способом, сулил им обоим серьёзными неприятностями, поэтому поиски решили вести своими силами.

Были сформированы три группы, две пешие, в которые входили Кабан, Щербатый и два санитара с отделения и мобильная группа на автомобиле, для этой группы были выделены еще двое бойцов и сержант. Эта группа курсировала между местами наиболее вероятного появления майора Зубенко. Таких мест было несколько. Основными были автомобильный и железнодорожный вокзал, так как Николаенко предположил, что запойный майор скорее всего попытается добраться до дома, а жил он в небольшом городке, находящемся в трех десятках километров от Владимирска, добраться туда можно было двумя способами, по железной дороге, на поезде или электричке и на автобусе. Правда, был еще вариант с такси, но Николаенко сомневался, что прижимистый Зубенко пойдет на такие траты.

Медик предложил добавить к этим местам все близлежащие питейные заведения, так как считал, что широкая душа ушедшего в запой пациента потребует продолжения банкета и он отправится в ближайший кабак, праздновать свой побег. Николаенко подумал и согласился, после чего дал распоряжение пешим группам, по пути к объектам не пропускать питейные заведения, дабы иметь возможность изловить коварного пьяницу, если тот и в самом деле решит отпраздновать свою победу над медициной. После короткого и сумбурного инструктажа, группы отправились по маршрутам, а Николаенко отправился в ближайшее кафе, где решил организовать штаб поисковой команды. Медик вернулся на отделение и держал связь с поисковиками и Николаенко по телефону.

— Да ладно, товарищ майор, на автовокзале нет, значит на паровозе ехать решил, стопудово. Значит на вокзале он! Ща Кабан с Саней его прихватят!

— Да хорошо бы! — вздохнул Николаенко. — Мляха, не дай боже вскроется, дрюкать-то за этот идиотизм меня будут!

Однако, ожидания не оправдались, на вокзале Зубенко тоже не было. Кабан с Саней внимательно изучили расписание, прошлись через залы ожидания, заглянули в кафе, обошли все ближайшие забегаловки, но беглеца так и не нашли. Николаенко начал впадать в отчаяние.

— Расписание внимательно смотрели, не мог он уже уехать?

— Да нет, товарищ майор, не мог! Он по времени не успел бы! А если позже поедет, Саня его там прихватит!

— А может он на такси рванул, товарищ майор?

— Да какое такси, у него денег с собой столько нет! Да и не поедет он, его на такси ехать жаба задушит!

— Значит ныкается где-то! — уверенно предположил Кабан.

— Где-то, знамо где! Сидит где-нибудь, колдырит! — Николаенко уселся на скамейку и обхватил голову руками — Убью падлу!

— Да ладно вам переживать, споймаем гада! Сто пудов споймаем! — Кабан решительно стукнул кулаком по ладони.

— Хорошо бы! Ладно парни, давайте еще раз пройдемся! Вы по маршрутам, а я вокруг госпиталя пройдусь!

В поисках прошел весь день, к расстройству Николаенко, беглого майора они так и не нашли. Кабан с Щербатым продолжили обходить питейные заведения, а медбратья разделились и пасли вокзалы, автомобильный и железнодорожный. Николаенко ходил чернее тучи и раздумывал, как бы поделикатнее доложить Кравченко о происшествии, с минимальным для себя ущербом. Самым лучшим выходом было перевести стрелки на майора медика, хотя, Николаенко готов был поспорить на зарплату, ушлый медик думал о том же, о чем и он, как бы прикрыть свою задницу и перевести стрелки на него самого.

Задумавшийся Николаенко достал сигарету, остановился и принялся рыться в кармане, в поисках зажигалки. Он шел мимо небольшого сквера, с другой стороны улицы, в баре, расположившемся в здании весёлого синего цвета, что-то шумно праздновали. Банкет был в самом разгаре, кто-то наяривал на гитаре и пьяным голосом завывал:

— Уезжают в родные края, дембеля, дембеля, дембеля!

Николаенко прикурил, усмехнулся, с душой певец голосит, немузыкально, зато громко, сделал пару шагов и остановился как вкопанный. Голос был до боли знаком. Николаенко развернулся, перешел через дорогу, подкрался к раскрытому настежь окну и осторожно заглянул внутрь. Вот он, родимый!

За одним из столов, в компании трёх дембелей, сидел Зубенко, в расстегнутом кителе, с зажатой в зубах сигаретой и гитарой в руках. Зубенко азартно бил по струнам и умудрялся петь, не вынимая изо рта сигарету. Трое хорошо разогретых дембелей вразнобой пытались ему подпевать.

— Попался, голубчик! Добегался! — злобно ухмыльнулся Николаенко, вытащил из кармана телефон и стал набирать номер.

— Кабанов? Нашел я его! Бухает, родное сердцу, прав лепила оказался! Давай, свистай Щербатого и дуйте сюда!

Николаенко посмотрел на фасад дома, продиктовал адрес, нажал отбой и встав немного в стороне продолжил наблюдать. Увлеченный Зубенко его не замечал, продолжая азартно наяривать на гитаре. Минут через пять подошли Кабан с Щербатым, а еще через пару минут подъехала машина.

— Значит так, бойцы! Вы заходите внутрь и выводите его наружу, потом сажаем его в машину и везем докторам!

— А вы, товарищ майор?

— А я буду осуществлять руководство операцией и страховать вас на улице!

— Ага, понятно! Ну чо, Щербатый, пошли брать гада! — Кабан с Щербатым зашагали ко входу.

Захват не удался. Когда Кабан с Щербатым подошли к столу и Кабан потребовал заканчивать банкет и следовать с ними на выход, Зубенко поначалу опешил и уставился на них как баран на новые ворота. Затем один из дембелей заорал — А ну, отлезь от моего кореша, гнида! — вскочил из-за стола и стал хватать Кабана за грудки. Вслед за ним, вскочили его кореша. Кабан оторвал от воротника вцепившиеся в него руки, развернул дембеля к себе спиной и мощным пинком отправил в другой конец бара. Щербатый тем временем раскидал повисших на нем дембелей, дал в пузо одному из них, схватил второго за пухлую рожу и усадил назад на стул. Все это заняло не больше пяти секунд, однако этого времени хватило Зубенко для бегства. Он бросил гитару на стол, сиганул в раскрытое окно, перебежал через дорогу и перепрыгнув через невысокое ограждение, бросился бежать через сквер. Кабан с Щербатым выскочили на улицу и кинулись в погоню.

На большой забег сил у Зубенко не хватило, через пару минут он уже выдохся, затем, обернувшись назад, посмотреть, где его преследователи, запнулся о скамейку и полетел кувырком. Когда он поднялся на ноги, преследователи уже были рядом, причем один из них обошел его сзади, отрезая ему путь к автовакзалу. Зубенко выматерился и начал пятится, но тут, из-за памятника вождю мирового пролетариата показались двое медбратьев.

— Обложили падлы! Врешь, не возьмешь! — заорал Зубенко, показал преследователям фигу и полез в фонтан.

— А ну стоять! — заорал Кабан и рванул за ним, но не успел, рука его схватила пустоту, Зубенко успел перевалиться через бортик, плюхнулся в воду и на четвереньках пополз к центру фонтана, где уселся на задницу и сидя в воде начал выкрикивать разные обидные слова, сопровождая их неприличными жестами.

— Дырку вы получите от бублика, а не майора Зубенко! — подытожил он минут через пять, устав орать.

— Вылезайте, товарищ майор! У вас помутнение сознания, вам к доктору нужно! — крикнул Щербатый.

— Это у тебя помутнение сознания! — ответил Зубенко — Вымахали две туши, поперек себя шире, а на мозги материала не хватило! Бойцы, а ну отставить ловить старшего по званию! Кругом марш и бегом в расположение части! Шагом марш!

— Ага, сейчас! Только шнурки сперва поглажу! Вылезайте, товарищ майор, не трахайте голову!

— А ну выполнять, боец! Тебе старший по званию приказывает! — Зубенко попытался брызнуть на Кабана водой, но безуспешно, брызги до цели не долетели.

— Ага, разбежался! Вы сейчас не старший по званию, а психический поциент, которого нам надо доставить доктору. Не вынуждайте, товарищ майор, помнем же! Ай, мля! Щербатый, полезли за ним, а то мы тут до утра понедельника торчать будем! Пацаны, а ведь за ним вы лезть должны, это ведь вы его упустили!

— Не, Кабан! Вы его нам сдать не успели, так что поциент пока ваш, следовательно, вам за ним и лезть!

— Жлобы мухосранские! — вздохнул Кабан, после чего они с Щербатым отдали стоящим рядом и ухмыляющимся медбратьям телефоны и документы, перелезли через бортик фонтана и стали сближаться с Зубенко, зажимая его с двух сторон. Тот вскочил на ноги.

— Не подходи! — заорал Зубенко и принялся брызгать в них водой, однако за атакой с двух направлений уследить не смог и пропустил рывок Щербатого. Тот налетел на него сзади, обхватил за туловище, поднял в воздух и потащил из фонтана. Зубенко орал и брыкался, разбрызгивая воду, но к Щербатому подоспел Кабан, а справиться с двумя молодыми бугаями при всем желании Зубенко не мог, через пару минут его выволокли их фонтана, усадили в поджидавшую недалеко машину и повезли назад в госпиталь.

— Ну чо Кабанина, чего делать будем? — спросил Щербатый, когда они с Кабаном вышли за проходную госпиталя.

Доставка беглого майора эскулапам прошла быстро и без эксцессов, ну почти без эксцессов. Расчувствовавшийся Николаенко от души засветил товарищу в глаз, но бывшие начеку Кабан с Щербатым пресекли рукоприкладство и решительно и аккуратно оттащили начальство от беглого пьяницы, а через пару минут явился главврач и санитары уволокли вяло брыкающегося Зубенко по коридору, в самые недра лечебного заведения. После чего, расслабившийся наконец-то Николаенко отпустил бойцов, а сам отправился снимать стресс в ближайший паб.

— Чего делать? Слушай, есть у меня тут пара знакомых студенток, живут тут недалеко, в общаге! Предлагаю затарится в ближайшем магазине и рвануть к ним в гости. Утомили меня эти два долбодятла, хочу вина и дев распутных!

— Ну как скажешь, погнали к девам!

Солдаты обмениваясь впечатлениями от приключения, зашагали к остановке маршруток. После дикой беготни идти пешком им было лень.

Content

Рюмка, стопочка, стакан, вот и вышел хулиган

***