Михаил Герт

Тяжёлая дорога домой. Три психологических рассказа

Имбирный пряник

Морозный предновогодний вечер. Тёплый свет, исходящий от фонаря, неумолимо напоминает о произошедшем. Сегодня на занятиях в честь праздника ученикам были выданы имбирные пряники. Все кроме Него съели подарки. Хруст недавно выпавшего снега, будто пытающийся отвлечь разум от размышлений о содеянном, был безуспешен. На деле, вообще всё, что бы не происходило в природе, являлось безрезультатным.

Небо, сходно холсту художника, залилось различными оттенками фиолетового цвета. Короткий путь по аллее стал для него бесконечным, расширяющимся подобно вселенной. Как же Он посмел не съесть пряник? Размышляя о том, что о Нём подумают, он плёлся по брусчатке, прикидывая всё более и более вычурные теории. Что если у Него непереносимость глютена, или ему не нравится вкус, нет, Он брезгливый, или не ест хлеб, как это делают все обыкновенные люди, или может… «Да! Вот, что они и подумали обо мне! Я не съел намеренно, чтобы выглядеть отличающимся» – словно молния пришло ему на ум.

Снежные хлопья висели в воздухе, будто кто-то остановил время. Предпраздничная суета не как не могла отвлечь его от раздумий – они поглощали его, перемалывали. Вдруг страшное подозрение настигло разум. Вероятно, прохожие смотрят на него, смотрят на его руки и видят пряник в форме ели, или, ещё ужаснее, сзади идут одногруппники, подшучивают над его причудливостью. Обернувшись назад и осознав с явным облегчением, что не преследуют, Он сунул пряник в карман рюкзака и наконец прошёл всю аллею.

До дома оставалось менее ста метров. Пройдя под большим старым вязом, Он вышел на вытоптанную людьми дорогу, по диагонали ведущую к дому. Разбушевавшаяся в последнее время погода занесла всю тропу мягким снегом, так, что, не зная местности обнаружить её не представлялось возможности. Будучи человеком, часто слоняющимся по улице в одиночку и обращающим внимание на все мелкие детали, Он, ни разу не оступившись, дошёл до подъезда.

«Стой!» – крикнул Он сам себе. «Нельзя заносить пряник домой. Что скажут родители!» Перед ним встала непростая дилемма: оставить пряник на улице, выбросить или съесть его. Пряник, полежав в его старом немытом рюкзаке, немного раскрошился и приобрёл неприятный вид. Однако сделать выбор было далеко не простой задачей. Нравственные ценности не позволяли ему просто так избавится от дарёной пищи. Преступить или… Собрав всю силу в кулак, Он решился.

Подойдя к тротуару, Он, быстрым движением руки, выхватив "проблему", положил её на тротуар и, чтобы хоть каким-нибудь образом отвлечься, отправился в ближайший магазин, заиндевевший к вечеру от резкого похолодания. Хруст снега отдалялся, имбирный пряник остался один лежать на бордюре. Прошло две, нет пять минут и к прянику подошла собака и, взяв изделие в пасть, помчалась прочь, будто кто-то за ней гнался…

Разворот от дома

«Надо только хорошенько выспаться, или пореветь минут десять, или съесть целую пинту шоколадного мороженого, а то и все это вместе – лучшего лекарства не придумаешь»

Рэй Брэдбери. Вино из одуванчиков

Знойное начало июня. Теплый воздух колышет одинокие деревья и посеянную в поле пшеницу. Солнечные лучи, прорезая воздушную гладь, обличали странствующие пылинки. Безоблачная синева неба и немного вышедшая будто из своей спальни луна наполняли нас той самой летней надеждой, приходящей когда-то в мае и всегда исчезающей в сентябре. Шум колёс велосипедов, старательно заглушая рёв машин, оставлял нас наедине с бесконечным полем.

Возможно, блаженным был момент, если бы чувство усталости и непреодолимой жажды не настигало ежеминутно нас. Проехав около 10 километров по почти полному бездорожью, наконец, мы приблизились к выезду на шоссе – прямому пути домой. Решительные движения ног разбрасывали щебень, небрежно раскинутый на импровизированной дороге. Мне почти получилось почувствовать сладость победы над степью, как мой напарник развернулся и подозвал меня, спросив нет ли здесь здания с голубой крышей.

Такими знаниями я не обладал, но друга это, кажется, совсем не смутило и, сделав резкое движение, он направился обратно в необъятные сибирские просторы. Логичным решением было спросить куда и с какой целью мы едем, что и было сделано. Развернувшись, мой друг, имея безэмоциональный вид, проговорил, что-то около «скоро увидишь». Такой расклад дел мне не понравился, поэтому я стал докучать его множественным расспросом, который так и не увенчался успехом.

Первое время наш путь пролегал через знакомые места. Вот, этот крупный камень, издалека похожий на голову древнего существа, решившего здесь отправиться бороздить вечность. Вот, эта одинокая берёза, занесённая в такую даль от своих собратьев неизвестно каким образом. Вот, этот след от колеса, получившийся от неудачного поворота руля. Но со временем курс сменился ближе к незнакомому колку, радом с которым стоял голубой дом.

Колея, сделанная когда-то автомобилями, ухудшалась и ухудшалась. Всё больше кочек, всё больше звенел мой потрёпанный временем велосипед. Двигаясь стремительно около крохотного леса, мы резко остановились. Напарник сошёл с велосипеда и пошёл через лес. Я направился за ним.

В голову приходили самые бредовые идеи о том месте, к которому идём.

Под действием ветра, берёзы и клёны издавали спокойную песню, шелестя друг о друга своими нежными листьями. Пение птиц словно вторило им. Ступни бесцеремонно переламывали сухие ветки под ногами. Мы заходили всё дальше в чащу. Запах летнего леса. Солнце оставляло на земле тёмные пятна – тени от возвышающихся долговязых деревьев.

Мы подошли к дереву, на котором весел автомобильный ароматизатор. Осмотревшись, я осознал, куда мы пришли. Около моих ног, в расстоянии примерно двух метров была могила домашнего животного. Спустя около трёх минут безмолвия, мы сели на велосипеды и отправились домой. Жажду и усталость сняло как рукой. Вскоре мы молчали ещё минут 30. Подавленный вид обоих заставлял меня всё больше погружаться в печаль. Такие темы обычно выводят меня из колеи, что и произошло. Видимо, заметив, как на меня подействовало случившееся, товарищ сказал невольно с тоскливым лицом: «Прошло уже 364 дня». Ведь действительно, я буквально недавно видел её, весело бегающую по двору. Всё что я сумел промолвить было: «ясно…».

Я искренне попытался поддержать напарника, ведь понимал, насколько грустно ему было в тот момент. Не знаю, подействовало это или нет, но, выехав на трассу, мы переключили наше внимание на автомобили и хоть как-то отвлеклись.

Данный случай не покидал мой разум до сих пор. Спустя месяц я всё ещё обдумываю, что требовалось сказать или сделать, чтобы утешить друга и себя.

Июль. 2022 год

Любовь нашего времени

Лето 2021 года. Первое поистине полезно проведённое лето. Я устроился на первую в своей жизни работу – практику в институте проектов, приобрёл полезные знакомства, навыки, а потом, просто много находился на свежем воздухе. Однако таково лето было не для всех, не для моего приятеля, в частности.

У меня есть знакомая, с которой я дружу ещё с далёкого детства. Не помню точно сколько мне было лет в тот момент, когда мы познакомились, но вообще около года. Грубо говоря, знаком я с ней с самого рождения. Примерно в начале мая я узнал, что она на днях рассталась со своим парнем, и, чтобы оказать поддержку, предложил ей погулять в нашей компании, что и привело её к знакомству с Немцем. Понятия не имею как такие противоположно разные личности сошлись, но вскоре они были уже парой.

Любовь у них были крайне странная: они мало беседовали, вечно ссорились по пустякам и времяпрепровождение их было наполнено эфемерными занятиями. Конечно, читатель вправе возразить, что у каждого своя любовь и определить критерии невозможно, однако между ними было мало привязанности и симпатии, в особенности, со стороны девушки. Их отношения были похожи на катание на американской горке: то они жить без друг друга не могут, то хотят расстаться.

Как же они смогли быть парой на протяжении целого сезона? Дело в том, что Немец обладает очень инфантильным характером. Любой зачиненный ею скандал вначале встречался с явным неодобрением, но в последствие принимался как должное и парень уступал. Всё это приводило к частой манипуляции с её стороны.

Конец августа. Друг и я едем в автобусе домой и читаем сообщение Немца: он уже не может дождаться восемнадцатилетия, так как они с девушкой собираются сразу пожениться. На днях они решили сходить на концерт. На сей раз вагонетка слетела с рельс и направилась прямиком в пропасть. Она познакомилась на нём с каким-то рослым парнем и на следующий день они расстались. Словно рукавицы поменяла она Немца на нового знакомого. Всё, что осталось от неё у моего давно отдалившегося от нас приятеля, будто надеющегося на вечные отношения, это сожаление и плохие привычки.

Content

Михаил Герт
Тяжёлая дорога домой. Три психологических рассказа