Кабинет доктора Либидо

Том VI (Н — О — П)

Александр Сосновский

Н

Назимова

Алла (Nazimova Alla) (1879–1945), русско-американская театральная и киноактриса.

А. Назимова. 1922

Родилась 22 мая 1879 в Ялте. Урожденная Мириам Эдес Аделаида Левентон (Miriam Edez Adelaida Leventon). Третий ребенок в семье богатого фармацевта Якова Левентона и его жены Софьи Горовиц. После развода родителей несколько лет провела у родственников в России и Швейцарии. Рано обнаружила артистические способности: в семь лет хорошо играла на скрипке, декламировала, рисовала. В 1894 поступила в Одесское филармоническое училище. Вопреки воле отца и старшего брата в 1898 отправилась покорять Москву. Брала уроки в театральной студии К. Станиславского; была принята в труппу Московского художественного театра. Псевдоним Назимова позаимствовала у героини популярного в то время романа А. Яблоновского «Дети улицы». В 1899 вышла замуж за актера Сергея Аркадьевича Головина (1879–1941). Хотя фактически замужество продолжалось недолго, официально брак так никогда и не был расторгнут.

Некоторое время Н. гастролировала по российской провинции. Благодаря замечательной внешности и несомненному таланту добилась признания у публики. Вместе с актером Павлом Николаевичем Орленевым (1869–1932) совершила ряд гастрольных поездок по Европе в 1903 и Америке в 1905. В Нью-Йорке, район Ист-Сайд, партнеры пытались создать русскоязычный театр, однако потерпели неудачу. П.Н.Орленев вернулся в Россию, а Н. осталась в Соединенных Штатах, которые стали ее второй родиной. По некоторым данным, в России у Н. остался ребенок, отцом которого являлся С.А.Головин или П.Н.Орленев.

Н. дебютировала на бродвейской сцене в 1906. На протяжении десяти лет успешно исполняла роли в пьесах Г. Ибсена и А. Чехова. В 1916 начала работать в кино и быстро сделала головокружительную карьеру. За короткий срок снялась в ряде фильмов, имевших большой кассовый успех («War Brides», 1916; «Toys of Fate», 1918; «The Red Lantern», 1919; «Camille», 1921 и др.). Пользовалась покровительством всемогущего кинопродюсера Льюса Д. Селзника. В 1917 Н. получала ок. 13 тысяч долларов в неделю, в то время как Мери Пикфорд всего только 3 тысячи. В 1918 Н. даже собиралась организовать собственное кинопроизводство. Однако, ее проекты («A Doll’s House», 1922; «Salome», 1923) принесли крупные убытки. К 1925 Н. стала испытывать материальные трудности и вернулась на театральную сцену. В 1927 приняла американское гражданство. В 1930—1940-ые изредка появлялась на киноэкране в качестве приглашенной звезды. Среди наиболее известных ролей этого периода — сеньора Августа Гальярдо в фильме Тайрона Пауера «Blood and Sand» (1941).

Личная жизнь Н. оказалась весьма бурной и запутанной. Обладала бисексуальной направленностью полового влечения. Охотно протежировала молодым начинающим актерам и актрисам, с некоторыми вступала в близкие отношения. К числу фавориток Н. относились Петси Миллер (Patsy Ruth Miller, 1904–1995), Анна Мэй Вонг (Anna May Wong, 1905–1961) и др. С 1912 по 1925 Н. состояла в браке с киноактером Чарльзом Брайантом (Charles Bryant, 1879–1948), который не скрывал своей гомосексуальной ориентации.

В 1921 Н. сыграла Маргариту Готье в фильме «Camille». Главную мужскую роль исполнил Р. Валентино, чья первая жена Д. Акер являлась любовницей Н. Для участия в съемках Н. также пригласила Н. Рамбову. По утверждению биографа Э. Лейдер, между Н., Р. Валентино и Н. Рамбовой образовался любовный треугольник, который завершился женитьбой Р. Валентино на Н. Рамбовой.

Н. являлась одной из создательниц и активных участниц т. н. кружка кройки и шитья — избранного голливудского сообщества лесбиянок в 1920—1930-ые. В него входили актрисы Г. Гарбо, М. Дитрих, Т. Банкхед, К. Корнелл, Пепи Ледерер (Pepi Lederer, 1910–1935), Петси Келли (Patsy Kelly, 1910–1981), Юдит Андерсон (Judith Anderson, 1897–1992), Лоретта Тейлор (Laurette Taylor, 1884–1946), Луиза Брукс (Mary Louise Brooks, 1906–1985), Пегги Фирс (Peggy Fears, 1903–1994), Беатрис Лилли (Bea Lillie, 1894–1989), дочери мультимиллионеров Анна Вандербильт, Мерион Морган и др.

Желтая пресса с удовольствием смаковала подробности тайной жизни кинозвезд. Так, актриса Лилиан Ташман (Lilyan Tashman, 1896–1934) прямо в туалете пыталась соблазнить жену босса Голливуда Ирен Майер Селзник. Режиссер Дороти Арзнер (Dorothy Arzner, 1897–1979) демонстративно носила мужские пиджаки и короткую стрижку. Д. Кроуфорд (Joan Crawford, 1905–1977) однажды призналась: «Я думаю, что все мои режиссеры влюблялись в меня, но только Дороти Арзнер довела дело до конца!».

В разные годы к числу партнерш Н. принадлежали М. Адамс, Д. Уайльд, Е. Ле Галльен, сценаристка Джун Матис (June Mathis, 1889–1927) и др. В 1916 близкой подругой Н. стала М. Акоста. В мемуарной книге «Here lies the Heart» она писала: «Бесси Марбери дала мне билет на дневной спектакль Аллы Назимовой „Военные невесты“ в Театре принцессы… Я видела фотографии Назимовой — она была красива и экзотична, но я хотела видеть и слышать воочию… Я заранее создала ее образ в своем воображении… Я мечтала о встрече и была убеждена в ее великой душе и великом таланте. Увидев Назимову… я срочно отправилась назад к Бесси и объявила…, что должна обязательно познакомиться с ней».

После бенефиса М. Акоста отправилась к Н. за кулисы: «Она сняла свою меховую шапку, но еще оставалась в театральном костюме. У нее были густые темные волосы, стоявшие вокруг головы. Огромные фиолетовые глаза, подобные которым я никогда не видела… Она протянула мне руки и сказала, что слышала обо мне от Бесси и Джейн… Мы немедленно обнялись. Я чувствовала себя совершенно непринужденно, как будто мы знали друг друга всегда… Она попросила, чтобы я проводила ее домой.

— Разве вы не устали после беготни и прыжков вокруг Медисон сквер Гарден? — спросила я.

— Слава Богу, нет! — ответила она. — Я сильна, как лев и нуждаюсь в схавтке с тигром. Мы отправились вместе, чувствуя огромную симпатию друг к другу».

В 1919 Н. выстроила на бульваре Сансет роскошный особняк, который обошелся ей в громадную по тем временам сумму 65 тысяч долларов. Дом был окружен зарослями экзотических деревьев и растений, получивших название Сад Аллы (The Garden of Allah). Здесь же находился плавательный бассейн с цветной подсветкой в форме Черного моря. С 1917 по 1922 постоянными гостями Н. были актеры Ч. Чаплин, Дуглас Фербенкс, Гарольд Лдойд, Бастер Китон, Фатти Арбакль, Глория Свенсон, Бебе Даниелс, Грейс Дармонд, Джекки Куган, Дороти и Лилиан Гиш, писатели Руперт Хьюджес, Элинор Глин, режиссер Рекс Инграм и мн. др. Укрывшись от посторонних глаз, звезды Голливуда могли полностью расслабиться и свободно употреблять запрещенный алкоголь.

В середине 1920-ых ряд фильмов Н. провалился в прокате. В 1925 компания Метро-Голдвин-Майер отказалась возобновить с ней контракт. Благосостояние Н. пошатнулось. Она намеревалась приспособить свой особняк под доходный гостиничный комплекс, однако, стала жертвой аферистов, которые скрылись с документами и деньгами. В 1927 Н. лишилась имущества и очутилась в одной маленькой квартире своего бывшего владения. В 1929 к ней присоединилась старинная подруга и компаньонка Глеска Маршалл (Glesca Marshall, 1907–1987).

Последние годы Н. вела весьма скромный образ жизни, изредка принимая старинных поклонников. Среди них была и ее крестная дочь — молоденькая старлетка Нэнси Девис, будущая первая леди Америки Нэнси Рейган. В 1936 у Н. был диагностирован рак груди и она перенесла операцию мастэктомии.

Н. умерла 13 июля 1945 в больнице Доброго самаритянина в Лос-Анджелесе от тромбоза венечных сосудов. Останки преданы земле на Лесном кладбище мемориального парка в Глендейле, Калифорния.

Вклад Н. в киноискусство увековечен именной звездой на Аллее славы в Голливуде. Ее образ неоднократно воспроизводился в кино: «The Legend of Valentino» (1975) с Алисией Бонд; «Valentino» (1977) с Лесли Карон; «Return to Babylon» (2004) с Лаурой Херринг. Композитор Доминик Ардженто написал большую партию Н. для своей оперы“ Dream of Valentino» (1993).

Лит.: Graham Sheilah. The Garden of Allah. New York, 1970; Lambert Gavin. Alla Nazimova: a biography. New York, 1997; Madsen Axel. The sewing circle: female stars who loved other women. Robson Books, 1998; Schanke Robert A., Marra Kim. Passing performances: queer readings of leading players in American theater history. Ann Arbor, 1998; Golden Eve. Golden images: 41 essays on silent film stars. Jefferson, 2001; Menefee David W. The first female stars: women of the silent era. Westport, 2004.

Нейра

(Neaira) (IV в. до н. э.), древнегреческая гетера.

Достоверные биографические данные отсутствуют. Н. осталась в памяти потомков благодаря речам политика Аполлодора на афинском форуме. Тексты его выступлений содержат много информации о практической стороне проституции в древних греческих полисах и личной судьбе Н.

Предположительно Н. родилась ок. 400 до н. э. в одной из отдаленных областей Греции, вероятнее всего, Фракии. Рано осиротела. Ок. 390 до н. э была куплена некоей Никарет, содержательницей публичного дома в Коринфе. В те времена Коринф считался главным центром торговли живым товаром; существовал даже глагол «korinthiazein», обозначавший «прелюбодействовать».

Долгое время Никарет выдавала Н. за свою малолетнюю дочку, благодаря чему цена на товар возрастала. Клиентами заведения были видные политические и общественные деятели, философы, атлеты, актеры и поэты, например, Ксенокид и Гиппарх. Некоторые из них брали на себя расходы по содержанию своих постоянных партнерш. Известно, что в середине 380-ых до н. э. оратор Лизий за свой счет возил Метенейру и других девушек Никарет на празднование Элевсинских мистерий. В 378 до н. э. Н. также посетила Афины во время Панафинских игр на деньги богатого и знатного покровителя Сима Фессалийского.

В 376 до н. э. Никарет решила продать Н. сразу двум владельцам: Тиманориду из Коринфа и Евкрату из Лефкады. Подобные сделки отнюдь не являлись чем-то необычным во времена античности. Новые хозяева заплатили ок. трех тысяч драхм, что в пять-десять раз превышало стоимость квалифицированного раба и в пять-шесть раз годовой доход чернорабочего. Каждый из них получил право поочередно пользоваться телом Н. по своему усмотрению.

Спустя год или два, Тиманорид и Евкрат обзавелись собственными семьями и содержание Н. стало для них обременительным. Они согласились дать ей свободу за две тысячи драхм при условии, что она навсегда покинет Коринф. Н. нашла спонсора в лице своего прежнего клиента Фриниона. Он заплатил требуемый выкуп и увез Н. в Афины. По утверждению Аполлодора, Н. отличалась крайним распутством и предавались любовным утехам в общественных местах. Рассказывали, что Н. так напилась по случаю завершения Пифийских игр летом 374 до н. э., что публично вступила в связь с гостями и рабами, прислуживавшими за столом. После очередной оргии, полководец Стефанос силой отобрал Н. у Фриниона и увез к себе на родину в Мегару.

По-видимому, Н. не испытывала настоящей любви к Стефаносу, однако предпочла обрести покой под его надежной защитой. Через несколько лет пара вернулась в Афины. Аполлодор сообщает, что к этому времени у Н. уже было трое детей: сыновья Проксен и Аристон и дочь Стрибела, известная также как гетера Фано. Узнав о возвращении Н., Фринион обратился в суд с требованием восстановить справедливость. Тяжба разрешилась взаимным компромиссом. Н. осталась со Стефаносом, а Фринион получил материальную компенсацию за период ее отсутствия.

Десять лет спустя Н. оказалась жертвой вымогательства со стороны своего зятя Фрастора. Он обвинил Н. в нарушении действующего законодательства, по которому гражданам других полисов запрещались браки с афинянами. Фрастор требовал значительную сумму отступных и угрожал развестись с Фано, которая была беременна на шестом месяце. На этом злоключения Н. не кончились. В середине 350-ых до н. э. в ее дом проник некий Эпейнет из Андроса. Слуги застигли его в спальне во время полового сношения с Фано. По закону, глава семейства Стефанос имел полное право убить насильника и прелюбодея. Однако, он отпустил Эпейнета, получив с него выкуп в три тысячи драхм. Оказавшись на свободе, Эпейнет тут же обратился в суд. Он утверждал, что дом Н. является замаскированным борделем, а Фано — всего лишь одной из проституток. Судьи встали на его сторону, поскольку хорошо знали о прежней профессии Н.

Между 343 и 340 до н. э. против Н. и Стефаноса выступал трибун Феомнест. Он требовал лишить детей Стефаноса афинского гражданства. Основанием служила дурная репутация Н. и юридически недействительный брак со Стефаносом. Н. хотела лично выступить в суде в свою защиту, однако по закону женщине это было запрещено. Сохранившиеся источники не сообщают, чем закончился этот процесс. Известно только, что правовой статус детей Н. так и остался неопределенным.

Долгое время считалось, что судебные речи против Н. принадлежат знаменитому древнегреческому оратору Демосфену (N 59 в «Corpus Demosthenes»). Однако, ныне установлено, что их автором является Аполлодор («Apollodoros against Neaira». Ed. K.A. Kapparis. Warminster, 1992). Имя Н. упоминается также в поэме Филетера «Охотница».

Лит.: Paoli Ugo Enrico. Die Geschichte der Neaira und andere Begebenheiten aus der alten Welt. Bern, 1953; Hamel Debra. Trying Neaira: the true story of a courtesan’s scandalous life in ancient Greece. New Haven, 2003; Due Otto Steen. Borgerret og prostitution: to anklagetaler fra det klassike Athen. København Museum Tusculanums Forl., 2003; Glazebrook Allison. The Making of a Prostitute: Apollodoros’s Portrait of Neaira. Article. Arethusa, no. 2, 2005; Bakewell G. Forbidding Marriage: Neaira 16 and Metic Spouses at Athens. Article. Classical Journal, no. 2, 2009; Gilhuly Kate. The feminine matrix of sex and gender in classical Athens. Cambridge, New York, 2009.

Нерон

Клавдий Цезарь Август Германик (Nero Claudius Caesar Augustus Germanicus) (37–68), римский император, последний из династии Клавдиев.

Родился 15 декабря 37 в Анциуме, городе в семидесяти километрах южнее Рима на берегу Тирренского моря. Урожденный Луций Домиций Агенобарб (Lucius Domitius Ahenobarbus). Единственный сын сенатора Гнея Домиция Агенобарба и Агриппины. Во времена Тиберия отец Н. обвинялся в измене, прелюбодеянии и кровосмешении. По свидетельству Светония, отвечая на поздравления с рождением сына, он заявил, что «от него и Агриппины ничто не может родиться, кроме ужаса и горя для человечества». В 40 Гней Домиций Агенобарб умер от водянки. В 50 Н. был усыновлен императором Клавдием. До 28 лет воспитывался философом Сенекой.

В результате энергичных интриг Агриппины, 9 июня 53 Н. женился на дочери Клавдия Октавии (Claudia Octavia, 42–62). Занял престол 13 октября 54 при поддержке преторианских гвардейцев. За время своего правления Н. добился определенных дипломатических и торговых успехов. Вел успешную войну с парфянами (58–63), подавил восстание британцев (60–61), значительно укрепил внешнеполитические связи с Грецией. Возвел ряд монументальных сооружений, в т. ч. арены для проведения гладиаторских боев и спортивных состязаний. В 65 заподозрил в измене своего учителя Сенеку и вынудил его к самоубийству. В дальнейшем Н. фактически отстранился от управления государством.

Особенно ярко деспотический произвол Н. проявился в его личной жизни. По словам Тацита, к своей первой жене Октавии Н. «испытывал… неодолимое отвращение». В 55 любовницей молодого императора стала вольноотпущенница Клавдия Акта. В 58 Н. увлекся Поппеей Сабиной (Poppeia Sabina, 30–65). Дочь скромного квестора Тита Оллия. Получила неплохое образование. Отличалась весьма привлекательной внешностью. Тацит утверждал, что в выборе мужей и любовников руководствовалась не чувствами, а корыстолюбием и властолюбием. Первый муж Поппеи, всадник Руфрий Криспин являлся префектом преторианской гвардии. В браке, который продолжался с 45 по 58, Поппея родила сына. Руфрий Криспин лишился своей должности в 51 по настоянию Агриппины. В 58 Поппея вышла замуж за сына консула и будущего императора Отона. Н. отправил его наместником в Лузитанию, чтобы беспрепятственно встречаться с Поппеей.

В 62 Н. развелся с Октавией, якобы, по причине ее бесплодия и уже через несколько дней женился на Поппее. В январе 63 в семье родилась дочь Клавдия Августа, умершая спустя четыре месяца. Н. окружил жену неслыханной роскошью, присвоил ей божественный титул Августы (возвеличенной). Поппея пользовалась огромным влиянием на Н. По утверждению Иосифа Флавия, она исповедовала иудаизм, к которому приобщила также и Н. Поппея добилась физического устранения находившейся в ссылке Октавии. Ее обвинили в заговоре и прелюбодеянии: «Октавия, дабы располагать флотом, соблазнила Аникета, и, побуждаемая преступностью этой связи, пресекла беременность». 9 июня 62 Октавия была казнена по приказу Н. Светоний отмечает, что «К этому злодеянию была добавлена еще более отвратительная свирепость: отрезаную и доставленную в Рим голову Октавии показали Поппее».

К 65 Н. заметно охладел к Поппее Сабине. Во время пьяной ссоры он ударил беременную жену ногой в живот, после чего она скончалась. Протрезвев, Н. горько раскаялся в содеянном. Он велел забальзамировать тело Поппеи и воздвигнуть в ее честь храм. Успокоив свою совесть, в 66 Н. женился на Статилии Мессалине (Statilia Messalina, ок. 35 — не ранее 75). Статилия происходила из семьи консула; до встречи с Н. четыре раза выходила замуж. Последний муж Марк Вестин Азиатик в 65 покончил жизнь самоубийством, опасаясь ревности Н. Статилия сопровождала Н. во время его поездки в Грецию.

По описанию античных историков (Тацит, Светоний, Кассий Дион), Н. предавался самому низменному разврату, невзирая на половые, родственные или сословные ограничения. Подобно Тиберию и Калигуле, он открыто вступал в гомосексуальные связи. Соблюдая весь ритуал римского законодательства, женился на евнухе Споре, которого одел как императрицу. В другом случае, Н. сам исполнил роль невесты вольноотпущенника Пифагора (по другим данным — Дорифора). Согласно Светонию, «собственное тело он столько раз отдавал на разврат, что едва ли хоть один его член остался неоскверненным».

Н. неоднократно покушался на жизнь своей матери. Жестоко преследовал христиан, обвинив их в поджоге Рима. Вместе с тем, пользовался симпатиями римского плебса за устройство гладиаторских боев, театральных представлений и т. п. Н. охотно участвовал в различных поэтических и музыкальных конкурсах, в которых неизменно выходил победителем. О степени популярности Н. косвенно свидетельствует тот факт, что после его смерти трижды появлялись самозванцы, т. н. лже-Нероны.

В 68 Н. был низложен в результате предательства своего ближайшего окружения. Недовольные ограничением прав, сенаторы возвели на престол бывшего наместника в Испании Гальбу. Префект преторианцев Нимфидий Сабиний покинул Н. в самый ответственный момент. Узнав о смертельном приговоре, Н. предпочел покончить жизнь самоубийством. По легенде, он жалобно оплакивал свою участь: «Какой великий артист погибает!» («Qualix artifex pereo!»). 9 июня 68 с помощью своего писца Эпафродитоса Н. нанес себе смертельный удар мечом. Его последними словами были «Вот она, верность».

Личности и судьбе Н. посвящен целый ряд произведений искусства: оперы Монтеверди, Генделя, Рубинштейна; романы Лиона Фейхтвангера «Лженерон», Макса Галло «Нерон. Царство Антихриста», Эдварда Радзинского «Театр времен Нерона и Сенеки» и др.; фильмы Винсента Дауна («Нерон и Поппея. Оргия власти», 1981), Пола Маркуса («Римская империя. Нерон», 2004), и др.

Лит.: Franzero Charles Marie. The life and times of Nero. London, 1954; Bishop John. Nero: the man and the legend. New York, 1965; Charles-Picard Gilbert. Augustus and Nero. New York, 1968; Grant Michael. Nero. London, 1970; Warmington B.H. Nero: reality and legend. New York, 1970; del Pilar Bueno María. Nerón y Popea. Barcelona, 1973; Walter Gérard. Nero. Westport, 1976; Bradley K.R. Suetonius’ Life of Nero: an historical commentary. Bruxelles, 1978; Sørensen Villy. Seneca, the humanist at the court of Nero. Chicago, 1984; Griffin Miriam T. Nero: the end of a dynasty. New Haven, 1985; Дуров В. С. Нерон или Актер на троне. Санкт-Петербург, 1994; Elsner Jaś, Masters Jamie. Reflections of Nero: culture, history, & representation. Chapel Hill, 1994; Barrett Anthony A. Agrippina: mother of Nero. London, 1996; Shotter D.C.A. Nero. London, 1997; Holland Richard. Nero: the man behind the myth. Stroud, 2000; Champlin Edward. Nero. Cambridge, 2003; Waldherr Gerhard H. Nero: eine Biografie. Regensburg, 2005; Vandenberg Philipp. Nerón: el emperador artista. Barcelona, 2005; Malitz Jürgen. Nero. Malden, 2005; Горский А. С. Нерон: Денди, которого считали сатаной. Санкт-Петербург, 2005; Koopmans Andy. Nero. San Diego, 2006; Avvisati Carlo. Poppea: cronaca di un omicidio presunto tra potere, intrighi e passioni. Roma, 2006; Madeo Liliana. Ottavia: la prima moglie di Nerone. Milano, 2006.

Нзинга Мбанде

(Nzinga Mbande) (иногда Зингуа: Zingua) (1583? —1663), королева средневековых африканских государств Ндонго и Матамба.

Точная дата рождения неизвестна. Родилась ок. 1583. Принадлежала к одной из самых больших и древних этнических групп, проживавших на территории современной Анголы. Дочь короля Килуанжи и его второй жены Кангелы. По воспоминаниям, родилась с обмотанной вокруг шеи пуповиной. Согласно африканским верованиям, такие люди обладают гордым и надменным характером. Местная колдунья предсказала, что однажды девочка станет вождем своего племени. Помимо Н. в семье были еще ее старший брат Мбанди (1579–1617) и младшие сестры Мукамбу (1584—?) и Кифунжи (1587—?).

В конце XVI в. центральная и юго-западная Африка подверглись безжалостной колонизации французами и португальцами. Резко возросли объемы работорговли. Над туземным населением возникла реальная угроза истребления. Одним из оплотов сопротивления белым завоевателям явился отец Н. Килуанжи. В своей борьбе он не мог опереться на старшего сына — толстого и ленивого юношу, который не проявлял никакого интереса к управлению государством.

Зато Н. превзошла все ожидания отца. Он воспитал ее по образцу мужчины-воина. Н. с детства прекрасно стреляла из лука, проявляла чудеса настойчивости и неутомимости на охоте. Обладала незаурядным природным умом и хитростью, в дальнейшем позволившими добиться больших успехов в дипломатии. Однако, отношения с братом были безнадежно испорчены. Н. открыто высказала все, что о нем думает в присутствии придворных и наложниц. За неслыханную дерзость отец вынужден был отправить дочь в изгнание, но быстро простил, уступая многочисленным просьбам. Н. являлась всеобщей любимицей. Многие современники, в т. ч. политические и военные противники, считали единственным недостатком Н. то, что она была женщиной.

На тринадцатом году жизни, в 1595 Н. была выдана замуж за сына вождя соседнего племени Азезе. Несмотря на малолетство обоих супругов, брак оказался удачным. В начале 1600-ых у них родился сын. Однако, вскоре после этого Азезе погиб в бою. В 1617 умер король Килуанжи и трон наследовал его сын Мбанди. Жизнь Н. оказалась в опасности. Однако, наследник престола неожиданно скоропостижно скончался. Ходили упорные слухи, что Н. отравила своего брата. Воспользовавшись отсутствием вождя, португальцы напали на столицу племени Кабасу и сожгли ее дотла. Н. с близкими людьми бежала в горы и возглавила вооруженную борьбу против колонизаторов.

Начиная с 1624, Н. безоговорочно правила своим племенем в изгнании. На протяжении почти сорока лет она разными способами удерживала свои позиции перед лицом превосходящих сил противника. Н. лично участвовала в боевых действиях, которые неоднократно сменялись переговорами. Условия перемирий не соблюдались ни той, ни другой стороной, взаимные уступки служили лишь для затяжки времени. В целях политической мимикрии Н. даже обратилась в христианство и приняла имя донна Анна де Соуза (Dona Anna de Sousa) в честь своей крестной матери, жены португальского губернатора. С 1626 она использовала это имя в официальной переписке наравне с титулом королева Андонго (rainha de Andongo).

Нзинга Мбанде. Литография XIX

На своем родном языке Н. требовала называть себя королем (muchino), без указания мужского или женского пола. Потерпев поражение от португальцев на реке Кванза, Н. отступила на восток. В середине 1630-ых завоевала государство Матамба и стала его правительницей. Она держала под своим контролем важнейшие пути работорговли. В 1641 Н. заключила союз с голландцами, высадившимися в Анголе и разгромившими португальскую армию. В 1657 Н. подписала мирный договор со своим извечным врагом Португалией. Она устала от сражений и позволила на своей территории деятельность христианских миссионеров. Монахи-капуцины Антониу ди Оливейра де Кадорнега, Джованни да Кавацци Монтекукколо и Антонио да Гаэта Наполи составили довольно подробные, хотя и тенденциозные жизнеописания Н.

Ей приписывали такие варварские ритуалы, как каннибализм и жертвоприношение детей. Документальных подтверждений на этот счет не имеется. Несмотря на неоднократные покушения на свою жизнь, Н. дожила до восьмидесяти лет и умерла своей смертью 17 декабря 1663 в Матамба. Похоронена с королевскими почестями в леопардовой шкуре с луком и стрелами в руках. В настоящее время Н. считается национальной героиней ангольского народа. В ее честь установлен памятник и названа главная улица в столице Анголы Луанде. Образ Н. воплощен в пьесе Элизабет Оркердсон Мазруи «Nzinga, the Warrior Queen» (2006).

Еще при жизни Н. сложились легенды о ее непомерной сексуальной активности. Во многом этому способствовал созданный ею самой образ женщины-воительницы, предпочитающей мужской стереотип поведения. Определенную лепту внес также маркиз де Сад. В своей книге «Философия в будуаре» он утверждал, что Н. приняла закон, по которому любая женщина под страхом смерти обязана дать удовлетворение любому мужчине, если он того захочет. Сама Н., якобы, имела в своем распоряжении целый мужской гарем. За право вступить с ней в связь, воины бились в поединках, хотя знали, что после ночи наслаждений их ждет казнь на костре.

Лит.: Gaeta da Napoli Antonio. La Meravigliosa Conversione alla santa Fede di Christo delle Regina Singa… Naples, 1668; Cavazzi Giovanni Antonio da Montecuccolo. Istorica descrizione de tre regni Congo, Matamba ed Angola. Bologna, 1687; Cadornega António de Oliveira de. História geral das guerras angolanas (1680—81). Lisbon, 1940–1942; Brásio António. Monumenta Missionaria Africana (15 volumes). Lisbon, 1952–1988; Heintze Beatrix. Fontes para a história de Angola no século XVII. Wiesbaden, 1985–1988; Black Women in Antiquity. Ivan Van Sertima (ed.). Transaction Books, 1990; McKissack Patricia. Nzingha: Warrior Queen of Matamba, Angola, Africa, 1595. The Royal Diaries Collection, 2000.

Нианкхнум

См. ХНУМХОТЕП и НИАНКХНУМ

Нижинский

Вацлав Фомич (Nizhinskiy Vatslav Fomich; франц. Nijinsky; польск. Niżyński) (1890–1950), русский танцовщик и хореограф.

Родился 12 марта 1890 в Киеве. Сын обрусевших поляков Фомы (Томаша) Нижинского и Элеоноры Береды, которые гастролировали в русской провинции с небольшой балетной труппой. В 1900 поступил в Императорскую балетную школу в Петербурге. Рано проявил блестящие профессиональные способности. В 1907 был принят солистом в Мариинский театр, где исполнял ведущие роли. Быстро добился признания публики и художественных критиков, которые называли его «восьмым чудом света». Еще в юности обнаружил повышенную сексуальную возбудимость, уличался администрацией в занятиях мастурбацией. Находился в связи с известным покровителем артистов и спортсменов князем Павлом Дмитриевичем Львовым. Князь снимал для Н. квартиру, обеспечил модным гардеробом, покупал дорогие подарки, материально помогал его матери и сестре. Однако, через некоторое время охладел к своему протеже и передал его другому содержателю, графу Тишкевичу.

Поворотным моментом в судьбе Н. стала встреча с С. Дягилевым в 1909. Их творческий союз, основанный на интимной близости, принес замечательные плоды. С. Дягилев умело направлял карьеру Н. В 1909 труппа С. Дягилева во главе с Н. и Анной Павловой впервые отправилась на гастроли в Париж. Успех превзошел все ожидания. Н. блистал во всех представлениях («Павильон Армиды», «Карнавал», «Клеопатра», «Спящая красавица», «Жизель», «Шехерезада» и др.).

В 1911 Н. вернулся в Санкт-Петербург, намереваясь продолжить работу в Мариинском театре. Однако, был уволен после жалобы вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Она сочла его сценический образ неприличным, поскольку Н. появлялся на сцене без обязательной в то время раковины, одеваемой под балетное трико. С. Дягилев с удовольствием принял его в свой новый проект Русский балет, где Н. создал свои самые главные шедевры. Н. танцевал ведущие партии в «Видении розы» К. Вебера и «Петрушке» И. Стравинского; сам поставил и исполнил несколько постановок («Весна священная», «Тиль Уленшпигель» И. Стравинского и др.).

В. Нижинский. 1910-ые

Наибольшим успехом пользовалась композиция «Послеполуденный отдых фавна» («L’apres-midi d’un faune», 1912) на музыку К. Дебюсси. Н. создал образ, далекий от традиций классической хореографии. Он предстал перед публикой в облегающем трико, с гроздью винограда на гениталиях, которая постоянно смещалась при каждом движении. Сам танец, по существу, имитировал половой акт с шарфом нимфы. Большинство критиков усмотрели в нем непристойность и оскорбление морали. В защиту Н. публично выступили Огюст Роден, Одилон Редон, М. Пруст. Игорь Стравинский не без ехидства заметил по поводу этого спектакля: «Разумеется, Нижинский имитировал любовь только с шарфом нимфы. Разве Дягилев позволил бы большее?»

Н. неоднократно давал С. Дягилеву повод для ревности, заводил связи со случайными партнерами. Любовники бурно выясняли отношения при посторонних и даже прибегали к рукоприкладству. Н., несомненно, любил С. Дягилева, но все больше тяготился его диктатом. Развязка наступила в 1913, когда Русский балет отправился на гастроли в Южную Америку.

С. Дягилев отказался от путешествия по морю, поскольку испытывал суеверный страх нахождения на воде. Во время длительного перехода через Атлантику, Н. поддался настойчивым уговорам своей давней поклонницы Ромолы Пульски (Romola Pulszky, 1891–1978), венгерской графини и танцовщицы. По прибытии в Буэнос-Айрес они заключили официальный брак. Не исключено, что Н. таким образом пытался разорвать мучительную связь с С. Дягилевым. После возвращения в Европу С. Дягилев сразу уволил обоих из труппы. Женитьбу Н. он расценил как предательство. До конца жизни С. Дягилев продолжал заботиться о бывшем любовнике, хотя никогда более не возобновлял с ним интимных отношений.

Р. Пульски обеспечила Н. определенный материальный достаток, родила двух дочерей. Однако, по мнению современников, она не смогла по достоинству оценить масштаб его творческой личности. Р. Пульски всеми силами старалась оградить мужа от контактов с С. Дягилевым, которого считала причиной всех его несчастий. Она не только не смогла стать музой Н., но в значительной степени способствовала развитию у него глубокой депрессии. В своем дневнике Н. грустно отметил: «Моя жена — несветящая звезда…»

В 1919 у Н. случился тяжелый нервный срыв, после которого его профессиональная карьера практически закончилась. Известный психиатр Э. Блейлер диагностировал у него шизофрению. На протяжении последующих тридцати с лишним лет Н. был вынужден скитаться по клиникам и санаториям Швейцарии, Франции, Англии. Р. Пульски повсюду сопровождала мужа. Одной из главных своих задач она считала его излечение от гомосексуализма. Опубликованный позднее дневник Н. свидетельствует, что добиться этого ей не удалось.

Н. скончался 8 апреля 1950 в Лондоне от почечной недостаточности. В 1953 его прах был перезахоронен на кладбище Монмартр в Париже.

Судьбе Н. посвящен ряд произведений искусств: пьесы Роберта Макдоналда «Chinchilla» (1977); Гленна Блюмштейна «Nijinsky: God’s Mad Clown» (1980); Вальдемара Заводзински «Niżyński» (2005); фильмы Тони Ричардсона «Nijinsky» (1970) с Р. Нуреевым в заглавной роли; Герберта Росса «Nijinsky» (1980) с Джорджем де ла Пена; Пола Кокса «The Diaries of Vaslav Nijinsky» (2001) и др.

Лит.: Bourman Anatole, Lyman Dorothy. The tragedy of Nijinsky. New York, London, 1936; Magriel Paul David. Nijinsky. New York, 1946; Reiss Françoise. Nijinsky, a biography. London, 1960; Buckle Richard. Nijinsky. New York, 1971; Beaumont Cyril W. Vaslav Nijinsky. New York, 1974; Kirstein Lincoln et al. Nijinsky dancing. New York, 1975; de Pulszky Nijinsky Romola. Nijinsky and the last years of Nijinsky. New York, 1980; Parker Derek. Nijinsky: god of the dance. Wellingborough, 1988; Nijinsky Tamara. Nijinsky and Romola: biography. London, 1991; Ostwald Peter F. Vaslav Nijinsky: a leap into madness. New York, 1991; Stanciu-Reiss Françoise, Pourvoyeur Jean-Michel. Ecrits sur Nijinsky. Paris, 1992; Kopelson Kevin. The queer afterlife of Vaslav Nijinsky. Stanford, 1997; Дневник Вацлава Нижинского. Воспоминания о Нижинском. Москва, 1995; Нижинская Бронислава. Ранние воспоминания. Москва, 1999; Neumeier John et al. Nijinsky, Tanzlegende und Visionär. Hamburg, 2000; Acocella Joan Ross. Genius and madness: the case of Nijinsky. Lincoln, 2001; Нижинская Ромола. Вацлав Нижинский. Воспоминания. Москва, 2005; de Sardes Guillaume. Nijinsky: sa vie, son geste, sa pensée. Paris, 2006.

Нин

Анаис (Nin Anaïs) (1903–1977), франко-американская писательница и актриса.

Родилась 21 февраля 1903 в Нейи, Франция. Урожденная Angela Anaïs Juana Antolina Rosa Edelmira Nin y Culmell. Отец — кубинский пианист и композитор Хоакин Нин; мать — певица Роза Калмелл французско-датского происхождения. Детские годы Н. прошли в Барселоне. После развода родителей, вместе с матерью и братьями Торвальдом и Хоакином переехала в Нью-Йорк. В 16 лет бросила школу и поступила в модельное агентство.

3 марта 1923 в Гаване Н. вышла замуж за банкира и любителя искусства Хью Паркера Гуилера (Hugh Parker Guiler, 1898–1985). В конце 1940-ых муж занимался продюссированием экспериментального кино под псевдонимом Ian Hugo. В 1924 супруги поселились в Париже. Н. успешно дебютировала в печати литературоведческим эссе ("D.H.Lawrence: An Unprofessional Study»). Приобрела известность в художественных и артистических кругах. Была близка со многими известными деятелями культуры, проживавшими тогда в Париже (Д. Барнс, Сальвадор Дали, Гор Видал, Пабло Неруда, Лоренс Даррелл и др.).

Супружество Н. сложилось неудачно. По собственным воспоминаниям, она вышла замуж девственницей. Отношения с мужем были далеки от гармонических: «Он был слишком большим для меня. И потом, он всегда кончал слишком быстро, почти сразу, а я не успевала. Фактически, в течение многих месяцев у меня не было глубокого оргазма. Я только чувствовала поверхностное раздражение клитора, который он возбуждал руками, но ничего более. Удивительно, только год спустя в Париже я испытала глубокий оргазм» (Diary, 1943). Сексуальная неудовлетворенность побудила Н. на поиски других партнеров. В 1928 находилась в связи с писателем Джоном Эрскином, затем — со своим кузеном Эдуардо Санчесом. Увлекалась психоанализом Зигмунда Фрейда; тесно сотрудничала с его последователями Отто Ранком, Рене Алленди, создателем театра ужасов Антоненом Арто и др.

В 1932 Н. сблизилась с писателем Генри Миллером (Henry Valentine Miller, 1891–1980), будущим классиком эротической литературы и его женой Джун (June Mansfield Miller, 1902–1979). Именно Г. Миллер привил Н. вкус к сексуальным экспериментам типа группового секса: «Мне нравится… свобода от осторожности и ревности. Здорово. Люди наслаждаются радостно и естественно, не заботясь об оправданиях и обвинениях» («Fire»). Позднее их отношения отразились в романе Н. «Генри и Джун» («Henry and June», 1986) и одноименном фильме режиссера Филиппа Кауфмана (1990) с Марией де Медейрос в главной роли.

Впрочем, Г. Миллер также не стал для Н. идеальным партнером.: «При всей той огромной радости, что дал мне Генри, реального оргазма я так и не ощутила. Вместо настоящей кульминации наступала рассредоточенная по всему телу судорога». По мнению критики, в романе художественный вымысел тесно переплетался с реальностью. Впоследствии Н. признавала, что Г. Миллер первым открыл в ней женщину. В 1934 Н. финансировала издание первого романа Г. Миллера «Тропик рака» («Tropic of Cancer»).

В 1936 Н. познакомилась с Гонсало Море (Gonzalo Moré,?), перуанским поэтом, придерживающимся леворадикальных взглядов. Как любовник, Г. Море оказался совершенной противоположностью Г. Миллера. Он требовал от Н. абсолютного подчинения и подавления сексуальной активности. Примитивное мужское доминирование быстро разочаровало Н., предпочитавшей значительно большую свободу действий. Позднее она воспользовалась характером Г. Море при создании образа горячего испанского мачо в рассказе «Hilda and Rango».

В 1939, спасаясь от угрозы надвигающегося нацизма, Н. вместе с мужем вернулась в Нью-Йорк. В 1941 в Провайнстауне встретила некоего оперного певца, который называл себя Chinchilito: «Он медленно раздел меня, расстегивая многочисленные кнопки и заколки. Потом возвысился на ветру, обнаженный и весело улыбающийся. Он был богоподобен в своем физическом великолепии. Тонкая талия и бедра, поджарое тело, широкие плечи. Золотая белокурость… Это было великолепно. Я впервые испытала подлинный оргазм» («Unpublished diary», 1941–1943).

Поиск идеального любовника закончился в 1947, когда Н. встретила актера Руперта Пола (Rupert Pole, 1919–2006), приемного внука архитектора Ллойда Райта. 17 марта 1955 она вышла за него замуж в Кварцсайте, штат Аризона, США. Это замужество оказалось счастливым. Уже находясь в семидесятилетнем возрасте, Н. призналась в своем дневнике: «Мы занимаемся любовью по нескольку раз в неделю. Иногда наши любовные ласки становятся настолько сильными, что я кричу: Достаточно, это слишком много!»

А. Нин. 1920-ые

В США Н. снялась в нескольких фильмах: «Ritual in Transfigured Time» (1946) режиссера Майи Дерен; «Bells of Atlantis» (1952) Х. Гуилера; «Inauguration of the Pleasure Dome» (1954) Кеннета Анджера в роли богини Астарты и др. Н. стала одной из первых женщин-писательниц, работающих в жанре эротической литературы. Романы Н. отличаются предельным уровнем откровенности и посвящаются самым запретным темам, например, инцесту («House Of Incest», 1936). Больший успех выпал на долю романов «Под стеклянным куполом» («Under a Glass Bell», 1944), «Шпион в доме любви» («A Spy in the House of Love», 1954) и др.

В 1940-ые, сильно нуждаясь в деньгах, Н. написала серию порнографических рассказов, впоследствии вошедших в сборники «Дельта Венеры» («Delta of Venus») и «Маленькие птички» («Little Birds»). По договору она получала гонорар из расчета доллар за страницу. Н. относилась к своей работе, как к вынужденной необходимости и никак не предполагала, что книгам уготована широкая популярность. «Дельта Венеры» впервые была издана в 1978, затем неоднократно переиздавалась на многих языках мира. В 1995 режиссер Залман Кинг снял по ней одноименный фильм.

Самым значительным произведением Н. явился уникальный дневник, объемом более тридцати тысяч машинописных страниц («The Journal of Love. The Unexpurgated Diary of Anaïs Nin», 1966). Документ охватывает почти шесть десятилетий ее жизни, знакомит с множеством известных персонажей, которые предстают в самых интимных своих проявлениях. Еще до появления в печати книга стала бестселлером. На сегодняшний день дневник Н. является одним из наиболее читаемых произведений подобного жанра. Общий тираж ее проданных книг превышает три миллиона.

В 1973 Н. получила звание почетного доктора Филадельфийского колледжа искусств; в 1974 избрана членом Национального института искусства и литературы США. Последние годы жизни провела в Калифорнии.

Н. скончалась 14 января 1977 в Лос-Анджелесе. Ее тело было кремировано, а пепел развеян над заливом Санта-Моника.

Лит.: Wendell Evans Oliver. Anaïs Nin. Carbondale, 1968; Snyder Robert. Anaïs Nin observed: from a film portrait of a woman as artist. Chicago, 1976; Cutting Rose Marie. Anaïs Nin: a reference guide. Boston, 1978; A literate passion: letters of Anaïs Nin and Henry Miller, 1932–1953. San Diego, 1987; Barillé Elisabeth, Powell Elfreda. Anais Nin: Naked Beneath the Mask. Lime Tree, 1992; Riley Fitch Noel. Anaïs: the erotic life of Anaïs Nin. Boston, 1993; DuBow Wendy M. Conversations with Anaïs Nin. Jackson, 1994; Bair Deirdre. Anaïs Nin: a biography. New York, 1995; Herron Paul. Anaïs Nin: a book of mirrors. Huntington Woods, 1996; Franklin Benjamin. Recollections of Anaïs Nin. Athens, 1996; Arrows of longing: the correspondence between Anaïs Nin and Felix Pollak, 1952–1976. Athens, 1998; Roth Pierpont Claudia. Passionate minds: women rewriting the world. New York, 2000; Duxler Margot. Seduction: a portrait of Anaïs Nin. Boulder, 2002; Raphael Maryanne. Anais Nin: the voyage within, a biographical novel. New York, 2003; Tookey Helen. Anaïs Nin, fictionality and femininity: playing a thousand roles. New York, 2003.

Новарро

Рамон (Novarro Ramon) (1899–1968), американский киноактер.

Родился 6 февраля 1899 в Дуранго, Мексика. Урожденный Хосе Рамон Джил Саманьего (José Ramón Gil Samaniego). Сын обеспеченного врача-дантиста. Двоюродный брат киноактрисы Долорес дель Рио. В 1910 семья бежала от мексиканской революции в США и обосновалась в Лос-Анджелесе. В юности испытывал материальные трудности, брался за любую работу. В качестве статиста дебютировал в фильме «Little American» (1918).

Режиссер Рекс Инграм и его жена, актриса Алиса Терри предложили начинающему актеру взять псевдоним Novarro. Они рассматривали его как альтернативу Р. Валентино. Н. исполнял роли романтических злодеев и любовников в фильмах «Prisoner of Zenda» (1922), «Trifling Women» (1922) и др. Первого значительного успеха добился в заглавной роли в фильме «Скарамуш» («Scaramouche», 1923). Широкую известность принесло Н. участие в фильме «Бен-Гур» («Ben-Hur», 1925).

Однако, конкуренцию с Р. Валентино Н. все-таки не выдержал, постоянно оставаясь в тени его славы. Лишь после внезапной смерти Р. Валентино в 1925, Н. занял ведущую позицию в амплуа героя-латинос, на которую претендовали также Антонио Морено и Рикардо Кортес. Гонорары Н. на студии Метро Голдвин Мейер достигали значительной по тем временам суммы десять тысяч долларов в неделю. Часть средств Н. вложил в недвижимость. Он успешно снялся в фильмах «The Student Prince» (1927), «Across to Singapore» (1928) и др. Н. обладал неплохо поставленным голосом, благодаря чему сумел без особых проблем переключиться на новые звуковые технологии («Devil-May-Care», 1929). Впрочем, его работы в звуковом кино оказались менее удачными («The Barbarian», 1933; «Call of the Flesh», 1930; «The Sheik Steps Out», 1937 и др.). В 1935 студия Метро Голдвин Майер отказалась продлить с ним контракт. Н. перешел на телевидение и лишь изредка появлялся на киноэкране.

В реальной жизни Н. являлся чуть ли не полной противоположностью своему экранному образу. Гомосексуальность Н. ни для кого в Голливуде не являлась секретом, хотя от публики этот факт тщательно скрывался. Всемогущий кинопродюсер Луис Б. Мейер предлагал организовать для Н. фиктивный брак, чтобы отвести от него всякие подозрения, но актер категорически отказался. По рассказам близких друзей, ревностный католик Н. сильно страдал из-за своих наклонностей, но преодолеть себя не мог.

Жизнь Н. оборвалась трагически. 30 октября 1968 он был найден мертвым в своем особняке на Голливудских холмах. Тело лежало на кровати со следами жестоких побоев. Полиция быстро нашла убийц. Братья-мормоны Пол и Том Фергюсоны (двадцати двух и семнадцати лет соответственно) полностью признали свою вину. Н. сам пригласил их к себе в дом через частное агентство для занятия сексом. Братья собирались ограбить хозяина и в течение нескольких часов избивали его, чтобы узнать, где он прячет деньги. Так ничего и не добившись, они скрылись с 20 долларами, найденными в кармане купального халата. По всей вероятности, Н. умер, захлебнувшись собственной кровью. По слухам, убийцы затолкали ему в рот муляж пениса, доставшийся в подарок от Р. Валентино. Достоверность этого факта вызывает сильное сомнение, поскольку Н. не был близко знаком с Р. Валентино. В середине 1970-ых братья Фергюсоны досрочно освободились, однако в дальнейшем опять неоднократно попадали за решетку за различные уголовные преступления.

Н. похоронен на кладбище Кальвари в Лос-Анджелесе. Его заслуги перед киноискусством оценены персональной звездой на Аллее славы в Голливуде.

Лит.: Королевич Влад. Рамон Новарро. Москва, 1926; Montagut Max. Ramon Novarro. Paris, 1927; Rappart Hugo. Ramon Novarro: ein Lebensroman. Fiction. Wien, 1928; Ellenberger Allan R. Ramon Novarro: a biography of the silent film idol, 1899–1968: with a filmography. Jefferson, 1999; Néstor. Ramon Novarro. Buenos Aires, 19??; Berumen Frank Javier Garcia. Ramon Novarro: the life and films of the first Latino Hollywood superstar. New York, 2001; Soares André. Beyond paradise: the life of Ramon Novarro. New York, 2002.

Нуреев

Рудольф (Nureyev Rudolf; иногда Nureev) Хаметович (1938–1993), танцовщик балета и хореограф.

Родился 17 марта 1938 в поезде дальнего следования Иркутск-Владивосток. Урожденный Рудольф Хәмит улы Нуриев (Rudolf Xämät ulı Nuriev); в некоторых публикациях встречается также Нуриев. Сын политрука Красной Армии и его жены-домохозяйки. Детские годы провел в деревне под Уфой. Семья вела полунищенское существование, страдала от деспотизма и рукоприкладства отца. С семи лет мальчик занимался в кружке народного танца; в одиннадцать начал брать уроки у А. Удальцовой, бывшей солистки балета С. Дягилева. В 1954 поступил в труппу Уфимского оперного театра, а через год отправился на стажировку в Ленинград. В 1958 окончил балетное училище имени Вагановой и сразу был принят солистом в ленинградский театр оперы и балета имени Кирова. За три года исполнил ряд ведущих партий, стал лауреатом Международного фестиваля молодежи в Вене. Отличался высоким самомнением, вспыльчивым и нетерпимым характером. Часто конфликтовал с коллегами и администрацией.

В 1961 Н. был включен в состав труппы, отправлявшейся в турне по Европе, взамен получившего травму ведущего солиста балета К. Сергеева. В Париже Н. нарушил негласные правила общения с иностранцами, чем вызвал недовольство сотрудников КГБ. Они потребовали, чтобы Н. немедленно вернулся в СССР, якобы, для участия в концерте в Кремле. Понимая, что насильственное возвращение грозит непредсказуемыми последствиями, Н. решился на крайние меры. 16 июня 1961 в парижском аэропорту Ле Бурже он отдал себя в руки французских властей и сделал ставшее широко известным заявление о том, что он «выбирает свободу» («leaped to freedom»).

Причины отказа вернуться на родину, естественно, носили не политический, а глубоко личный характер. Н. опасался, что в СССР может оказаться за решеткой за свою гомосексуальную ориентацию. К тому же, считал, что крупный талант в полной мере может быть оценен только на Западе. В Советском Союзе бегство Н. вызвало широкий общественный резонанс. Против него было возбуждено уголовное дело по обвинению в измене Родине. Постановлением суда Н. был лишен гражданства и заочно приговорен к семи годам заключения.

На Западе Н. мгновенно стал знаменитостью. Средства массовой информации называли его настоящим героем. Уже через неделю Н. подписал свой первый крупный контракт с Гранд Балетом маркиза де Кюваса и танцевал ведущую партию в «Спящей красавице». 21 февраля 1962 он дебютировал в Ковент Гарден с Лондонским королевским балетом. Партнершей Н. была прима балерина Марго Фонтейн. Публика без конца прерывала их выступление аплодисментами, которые в общей сложности продолжались дольше, чем сам спектакль. Н. сохранил дружеские и творческие отношения с М. Фонтейн на долгие годы.

С 1964 по 1988 Н. руководил балетом Венской государственной оперы. В 1982 принял австрийское гражданство. С 1983 Н. являлся директором Парижского Оперного Балета. В течение нескольких десятилетий триумфально гастролировал по всему миру. Поднял до мирового уровня класс национальных балетов Австралии и Канады. К наиболее крупным достижениям Н. относятся партии в «Ромео и Джульетте», «Манфреде», «Щелкунчике» и др. Неоднократно снимался в фильмах-балетах («Сильфиды», 1962; «Дон Кихот», 1973; «Валентино», 1977); успешно выступал в бродвейских мюзиклах. Свои весьма значительные гонорары Н. инвестировал в живопись, антиквариат, объекты недвижимости. Роскошную квартиру Н. в Париже посещали его личные друзья Жаклин Кеннеди, Мик Джаггер, Э. Уорхол и др.

На Западе Н. в полной мере воспользовался предоставленной ему сексуальной свободой. Биограф Д. Солуэй писала: «Рудольф долгое время не признавал себя гомосексуалом. Со временем он стал обращаться за сексуальным удовлетворением только к мужчинам. «С женщинами надо так тяжко трудиться, и это меня не очень удовлетворяет, — говорил он спустя годы Виолетт Верди. — А с мужчинами все очень быстро. Большое удовольствие». О неистощимом темпераменте Н. ходили легенды. С легкой руки Р. Аведона, в прессе распространились слухи об огромных размерах его полового члена.

Первым серьезным увлечением Н. за рубежом стал датский танцовщик Эрик Брюн (Erik Belton Evers Bruhn, 1928–1986). Он принадлежал к классической школе танца; был старше Н. на десять лет и никогда ранее не вступал в однополые контакты. Еще до знакомства с ним, Н. высоко оценивал мастерство Э. Брюна. Близость между ними установилась сразу и продолжалась до середины 1960-ых. Отношения омрачались частыми изменами Н., который никогда не отличался постоянством. К тому же, между партнерами всегда существовало профессиональное соперничество.

По воспоминаниям близкой подруги Э. Брюна, балерины Сони Аровой «Рудольф во всем превзошел Эрика. Брюн ведь работал и до появления Нуриева; имел успех, карьеру, и внезапно все внимание обратилось на Рудольфа, Рудольфа и Рудольфа. Думаю, что Брюн глубоко переживал это и чувствовал себя обиженным». В 1967–1972 Э. Брюн был директором Королевского шведского Балета, а с 1983 — художественным руководителем Национального балета Канады. В последние годы жизни пристрастился к алкоголю и старался избегать общения с журналистами. Н. никогда не забывал Э. Брюна, оказывал ему материальную помощь, когда тот заболел раком.

За три десятилетия у Н. было несколько сотен кратковременных и случайных связей. Вместе с тем, среди его партнеров встречались и весьма известные личности: Ф. Меркьюри, Элтон Джон, Жан Маре (предположительно) и др. В начале 1970-ых Н. познакомился с Уоллесом Поттсом (Wallace Bean Potts, 1947–2006), преподавателем физики Технического университета в Джорджии. Прекрасно воспитанный молодой человек, страстный поклонник балета. Он мгновенно влюбился в Н. и не смог противостоять его мощной энергетике. Последующие семь лет он жил в загородном доме Н. неподалеку от Лондона. Впоследствии У. Поттс занялся кинорежиссурой, собрал много архивных документов о Н. Умер в 2006 от рака лимфатических узлов.

Самые продолжительные отношения сложились у Н. с молодым американцем Робертом Трейси (Robert Tracy, 1955–2007). Сын школьного учителя, выросший в штате Мессачусетс. Закончил университет в Нью-Йорке. В 1978 обучался в балетной школе Джорджа Баланчина, где его впервые увидел Н. Вскоре переселился в его нью-йоркскую квартиру, в которой провел с небольшим перерывом ок. 14 лет. Первые два с половиной года состоял в непосредственной близости с Н., что, по оценкам биографов, является рекордом для склонного к промискуитету Н. В дальнейшем исполнял обязнности секретаря и компаньона хозяина. По собственному признанию, Р. Трейси оказался «одним из дюжины начинающих танцовщиков, исполняющих роли лакея».

В конце 1970-ых в творчестве Н. произошел заметный спад. Сказывались огромные физические нагрузки, связанные с выступлениями на сцене и изнурительной погоней за удовольствиями. В 1982 у Н. появилась тенденция потери веса тела. В 1983 у него и Р. Трейси было диагностировано заражение вирусом СПИДа. В течение нескольких лет Н. скрывал свой диагноз от широкой публики, ссылаясь на общее недомогание. Он прибегнул к новейшим экспериментальным методам лечения, но они не дали результата. Из-за упадка сил Н. был вынужден резко сократить исполнительскую деятельность, отказаться от ряда выгодных предложений.

В ноябре 1987 Н. получил разрешение побывать в СССР. Во время прощального визита он посетил своих родственников в Уфе, последний раз станцевал на сцене Кировского (тогда уже Мариинского) театра в Санкт-Петербурге. Выступление носило чисто символический характер, поскольку Н. был уже неспособен переносить большие нагрузки. К 1990 состояние Н. настолько явно ухудшилось, что скрывать заболевание СПИДом стало невозможным. Тем не менее, Н. продолжал периодически выступать. Последний раз он появился перед публикой в 1992 в балете «Баядерка» на сцене парижского Пале Гарнье. Тогда же заслуги Н. перед Францией были отмечены званием Кавалер ордена искусства и литературы.

Н. скончался 6 января 1993. Похоронен на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем. В 1995 Верховный суд Российской федерации реабилитировал Н. по делу об измене родине.

Лит.: Gruen John. Interview with Rudolf Nureyev. English, 1972; Péres Louis, Todd Arthur. Rudolf Nureyev. New York, 1975; Vollmer Jurgen, Devere John. Nureyev in Paris: Le jeune homme et la mort. New York, 1975; Bland Alexander. Fonteyn and Nureyev: the story of a partnership. New York, 1979; Barnes Clive. Nureyev. New York, 1982; Bois Mario. Rudolf Noureev. Paris, 1983; Warfield Nancy. Nureyev: the Valentino years. N.D. Warfield, 1985; Rodgers Richard, Hammerstein Oscar, Round Roy, Robbins Jerome. Rudolf Nureyev, Rodgers & Hammerstein’s The King and I.N. Miami, 1989; Brown Howard. Nureyev. London, 1993; Trombetta Sergio. Rudolf Nureyev. Milano, 1993; Watson Peter. Nureyev: a biography. London, 1994; Stuart Otis. Perpetual motion: the public and private lives of Rudolf Nureyev. New York, 1995; Robinson Simon, Robinson Derek. A year with Rudolf Nureyev. London, 1997; Petit Roland. Temps liés avec Noureev. Paris, 1998; Solway Diane. Nureyev, his life. New York, 1998; Crippa Valeria, Fassey Ralph. Nureyev. New York, 2003; Soutar Carolyn. The real Nureyev. New York, 2006; Kavanagh Julie. Rudolf Nureyev. London, 2007; Dollfus Ariane Noureev l’insoumis: biographie. Paris, 2007; Синенко Сергей. Рудольф Нуреев: истоки творчества, превратности судьбы: художественно-документальное повествование. Китап, 2008; van Dantzig Rudi. Remembering Nureyev: the trail of a comet. Gainesville, 2008; Meyer-Stabley Bertrand, Mugellini Elga. Rudolf Nureyev: biografia di un ribelle. Torino, 2009.

О

Оден

Уистен Хью (Auden Wystan Hugh) (1907–1973), англо-американский поэт.

Родился 21 февраля 1907 в Йорке, Англия. Младший из трех сыновей в семье ревностных протестантов врача Джорджа Огастуса Одена и его жены, медсестры Констанс Розали Бикнел. Отец мальчика знал несколько иностранных языков, собрал большую домашнюю библиотеку. С восьми лет ребенок обучался в частной школе Грэшам, отличавшейся строгим внутренним распорядком. Рано проявил интерес к музыке и литературе. Собирался стать геологом; коллекционировал минералы. В 1925 поступил в Крайст-Черч колледж Оксфордского университета. Учился вместе с К. Ишервудом, который в дальнейшем стал его наставником и близким другом. До конца 1930-ых поддерживал с ним личные и творческие отношения. В студенческие годы О. создал свои первые литературные произведения.

Осенью 1928, после окончания колледжа О. отправился в Берлин, являвшийся в то время главным центром гомоэротической субкультуры в Европе. Ок. девяти месяцев посвятил изучению немецкой истории и культуры. Вернувшись на родину, работал учителем в частной школе в Глазго. В 1934 познакомился с юным Майклом Йетсом (Michael Yates, 1919–2001), впоследствии известным театральным художником. О. считал мальчика одной из главных своих привязанностей, посвятил ему трогательную колыбельную песню («Lay your sleeping head, my love…»).

В середине 1930-ых О. приобрел широкую литературную известность. Опубликовал поэтические сборники «Poems» (1930), «Look, Stranger!» (1936), ряд путевых заметок («Письма из Исландии», 1936), художественных рецензий и эссе. Возглавлял литературную группу (т. н. «Бригада Одена»), в которую входили С.Д.Люис, С. Спендер, Л. МакНейс и др. Вместе с композитором Б. Бриттеном успешно работал для кино.

На протяжении всей жизни О. придерживался левых политических убеждений. В 1937 ок. двух месяцев воевал на стороне республиканцев во время гражданской войны в Испании. В 1938 побывал в зоне китайско-японского военного конфликта. В 1938 О. фиктивно женился на дочери Т. Манна Эрике, чтобы обеспечить ей получение британского гражданства. О. вполне обоснованно опасался преследований со стороны пришедших к власти нацистов. В январе 1939 вместе с К. Ишервудом эмигрировал в США. Многие современники в Великобритании расценили этот поступок О. как предательство.

О. настойчиво, но безуспешно пытался преодолеть свои гомосексуальные влечения. Внутренняя борьба нашла отражение в некоторых его произведениях («Letter to a Wound», 1932). Весной 1939 О. встретил начинающего восемнадцатилетнего поэта Честера Каллмана (Chester Kallman, 1921–1975). Родился 7 января 1921 в еврейской семье в Бруклине. Закончил Мичиганский университет, Между Ч. Каллманом и О. установился прочный, фактически семейный союз («marriage», по собственному выражению О.). Известно, что пара даже устроила настоящий медовый месяц. Их союз выдержал немало испытаний и продержался до 1941.

В Америке О. создал свои наиболее значительные работы: сборники «Another Time» (1940), «The Double Man» (1941), «For the Time Being» (1944) и др. В 1946 О. принял американское гражданство. В 1947 удостоен Пулитцеровской премии, а в 1954 — Боллингеновской премии.

В 1948 О. вернулся в Европу и обосновался в местечке Ишиа, Италия. В 1951 у него в гостях побывали Г. Берджесс и Д. Маклин, которые вскоре бежали в СССР. Английские спецслужбы обвинили О. в пособничестве советской контрразведке. О. вынужден был оправдываться и доказывать свою непричастность. В 1958 он поселился в Кирштеттене, Австрия. Совместно с Ч. Каллманом написал ряд оперных либретто, в т. ч. для И. Стравинского («The Rake’s Progress»). В конце 1950-ых — первой половине 1960-ых О. занимал профессорскую кафедру в Оксфорде, выступал с лекциями, продолжал литературную и общественно-политическую деятельность.

О. скоропостижно умер 29 сентября 1973 в Вене; похоронен в Кирштеттене.

Поэмы О. «Похоронный блюз» и «1 сентября 1939» получили широкую известность благодаря радиопередачам, кино- и телевизионным фильмам, сделанным на их основе. В 2007 английская служба МI-5 рассекретила часть своих архивов, после чего обстоятельства жизни О. вновь привлекли внимание общественности.

Лит.: Hoggart Richard. Auden; an introductory essay. London, 1951; Greenberg Herbert. Quest for the necessary; W.H. Auden and the dilemma of divided consciousness. Cambridge, 1968; W.H. Auden, 1907–1973, by Staffordshire County Library, Stafford, 1873; Spender Stephen. Wystan Hugh Auden. New York, 1974; Osborne Charles. W.H. Auden, the life of a poet. London, 1980; Carpenter Humphrey. W.H. Auden, a biography. Boston, 1981; Miller Charles H. Auden, an American friendship. New York, 1983; Levy Alan. W.H. Auden: in the autumn of the age of anxiety. Sag Harbor, 1983; Callan Edward. Auden, a carnival of intellect. New York, 1983; Farnan Dorothy J. Auden in love, New York, 1984; Ielasi Massimo et al. W.H. Auden a Forio. Napoli, 1984; Rowse A.L. The poet Auden: a personal memoir. New York, 1988; Johnson Wendell Stacy. W.H. Auden. New York, 1990; Davenport-Hines R.P.T. Auden. New York, 1995; Clark Thekla. Wystan and Chester: a personal memoir of W.H. Auden and Chester Kallman. New York, 1996; Smith Stan. W.H. Auden. Plymouth, 1997; Page Norman. Auden and Isherwood: the Berlin years. New York, 1998; Mitchell Donald. Britten and Auden in the thirties: the year 1936. Woodbridge, 2000; Isherwood Christopher. Christopher and his kind. Minneapolis, 2001; Garrett Izzo David. W.H. Auden encyclopedia. Jefferson, 2004; Kirsch Arthur C. Auden and Christianity. New Haven, 2005; Sharpe Tony. W.H. Auden. London, 2007.

Ожельска

Анна (Orzelska Anna Karolina; иногда Оржельска или Оржельская) (1707–1769), польская графиня.

Родилась 23 ноября 1707 в Варшаве. Внебрачная дочь Августа II Сильного и Г. Ренар-Дюваль. До шестнадцати лет жила в Париже с матерью и ее мужем Франсуа Дрианом. Из полной безвестности ее извлек сводный брат граф Фридрих Рутовский. В 1723 он представил Анну ко двору короля. Август II был поражен красотой девушки и явным фамильным сходством с самим собой. 19 сентября 1724 он признал свое отцовство и удостоил Анну титулом графини Ожельска.

О. быстро усвоила легкие нравы саксонского двора. Несмотря на юный возраст, она охотно участвовала в многочисленных любовных приключениях, пила и курила табак. О. превосходно скакала верхом, увлекалась охотой и танцами. Нередко появлялась на балах в мужском костюме, а иногда даже в военном мундире. Сплетники утверждали, что она находилась в связи со своим отцом, но никаких доказательств на сей счет не имеется.

В 1728 во время визита в Дрезден прусского короля Фридриха-Вильгельма I О. познакомилась с его сыном, будущим Фридрихом II Великим. По словам Вильгельмины фон Байрейт, сестры Фридриха II, О. оказалась первой (и, вероятно, единственной) любовницей кронпринца. Он действительно был увлечен О., посвящал ей стихи и музыкальные произведения собственного сочинения. Зимой 1729 О. тайно встречалась с Фридрихом в Берлине, возможно, с неким шпионским заданием.

10 августа 1730 О. вышла замуж за Карла-Людвига, герцога Шлезвиг-Гольштейн-Зондербург-Бека, получив при этом от отца приданое в триста тысяч талеров. В этом браке родила сына Карла-Фридриха (1732–1772), впоследствии генерал-майора саксонской армии. В 1733 О. развелась с мужем и поселилась в Венеции.

Достоверные сведения о последнем периоде жизни О. не сохранились. По воспоминаниям современников, до конца дней сохранила желание нравиться мужчинам и заводить любовные интриги. О. умерла 27 сентября 1769 в Авиньоне, Франция.

Лит.: Czaplinska Maria. Orzelska Anna Katarzyna. Polish Biographical Dictionary, Volume XXIV, 1979; Сальватор С. Дон Жуан на троне. Москва, 1993; Fraser David. Frederick the Great: King of Prussia. New York, 2000.

Ози

Алиса (Ozy Alice) (1820–1893), французская актриса и куртизанка.

Родилась 6 августа 1820 в Пасси-сюр-Сен, Париж. Урожденная Жюли-Жюстин Пиллуа (Julie-Justin Pilloy). Обучалась актерскому мастерству у драматурга и антрепренера Ж.-П. Бернара. Дебютировала в 1840 в парижском театре Варьете. Выступала на сценах театров Батиньоль, Водевиль, Порт-Сен-Мартен, Палас Рояль и др. Получила известность исполнением куплетов и комедийных характерных ролей. Охотно позировала для художников, в т. ч. Тома Кутюра («The Supper After the Fancy Dress Ball») и Теодора Шассерио («La baigneur»), с которыми находилась в близких отношениях. Современники отмечали ее очарование, остроумие и практическую хватку. Сумела покорить сердце молодого герцога д’Омаль (Duc d’Aumale, 1822–1897), пятого сына последнего французского короля Луи-Филиппа I.

В 1855 О. закончила артистическую карьеру и полностью перешла на содержание богатых покровителей. Согласно распространенной в то время терминологии, она принадлежала к т. н. «la haute bicherie» — прослойке самых изысканных и образованных куртизанок. На пике популярности с О. могла конкурировать одна только М. Дюплесси. Благосклонностью О. пользовались состоятельные банкиры, отпрыски аристократических семейств, крупные политики, в т. ч. президент Второй республики Наполеон III Бонапарт. Среди ее любовников было немало представителей художественной богемы: поэт-парнасец Теофиль Готье, который прозвал О. современной Аспасией; теоретик искусства для искусства Теодор Банвиль и др.

Т. Кутюр. Ужин после костюмированного бала (Алиса Ози). 1855

Согласно сохранившемуся историческому анекдоту, О. в довольно оскорбительной форме отказала сыну Виктора Гюго Шарлю: «Шарль, вы были действительно очень милы, но я нахожу вас несколько небрежным. Ваш галстук плохо повязан, ваше белье никогда не бывает свежим. Наконец, вы не следите за осанкой». Обиженный Ш. Гюго пожаловался на О. своему отцу. Тот решил выяснить: «Скажите, что он должен сделать, чтобы вернуть ваше расположение?». О. ответила: «Дайте бедному Шарлю свою бородку и чистые рубашки. Это все, о чем я прошу». Писатель заинтересовался О. и вскоре сам стал ее любовником. Он посвятил ей несколько восторженных четверостиший.

К концу жизни О. благополучно растратила свое солидное состояние и лишилась всех влиятельных друзей. Умерла 3 марта 1893 в Париже. Над могилой О. на кладбище Пер Лашез установлено надгробие работы Леона Фагеля с гравировкой Гюстава Доре.

Лит: Loviot Louis. Alice Ozy. Paris, 1910; Auge Lucy. Une muse romantique, Alice Ozy et Theodore Chasseriau. French, 1925; Vaudoyer Jean-Louis. Alice Ozy ou, l’Aspasie moderne. Paris, 1930. Paris, 1930; Vergani Orio. La Ninfa addormentata. [A biography of Alice Ozy. With plates, including portraits]. Milano, 1945; Celarie Henriette. Alice Ozy: dame de beaute, dame galante. Paris, 1953; Richardson Joanna. The courtesans; the demi-monde in nineteenth-century France. Cleveland, 1967.

Олдуани

Вирджиния (Oldoini Virginia) (1837–1899), итальянская графиня.

Родилась 22 марта 1837 во Флоренции, Тоскана, Италия. Двоюродная сестра графа ди Кавура, премьер-министра в правительстве Виктора Эммануила II, короля Пьемонта, Савойи и Сардинии. В юном возрасте вышла замуж за графа Франческо Верасис де Кастильоне (Frncesco Verasis de Castiglione), родила сына Джорджио. Впоследствии по фамилии мужа именовалась без указания титула Ла Кастильоне.

В 1855 О. прибыла в Париж, имея поручение повлиять на некоторые политические решения императора Франции Наполеона III (1808–1973). О. настолько преуспела на дипломатическом поприще, что вскоре стала любовницей императора. На протяжении двух лет О. пользовалась расположением французского монарха; находилась в дружеских отношениях с видными государственными деятелями Европы (Отто фон Бисмарк, Адольф Тьер, Августа фон Сакс-Веймарская и др.).

По отзывам современников, О. отличалась «божественной красотой»; предпочитала пышные и яркие туалеты, запечатленные на полотнах Д. Уоттса (1857), М. Гордиджани (1862) и др. Начиная с 1856, придворные фотографы П.-Л. Пирсон и Л.-Э. Майер создали более четырехсот фотографий О. в оригинальной постановочной манере. О. позировала в необычных маскарадных костюмах, например, дамы червей. Иногда снималась в рискованных и двусмысленных позах, демонстрируя ноги и др. части своего тела. Недовольный экстравагантным поведением жены, граф Ф. Кастильоне был вынужден потребовать развода.

Л.-Э. Майер. Ноги Вирджинии Олдуани. 1863

Миссия О. закончилась в 1861, когда Италия объединилась в единое королевство. Графиня ненадолго вернулась на родину, а затем окончательно переселилась во Францию. В 1871 О. тайно встречалась с О. Бисмарком с целью добиться уступок для французов после поражения во франко-прусской войне.

О. болезненно переживала приближение старости и утрату привлекательности. Последние годы жизни провела добровольной затворницей в своем доме на Вандомской площади в Париже. На стенах не висело ни одного зеркала, а окна были задрапированы темными тканями. О. покидала свое убежище крайне редко и только в вечернее время.

О. скончалась 28 ноября 1899, похоронена на кладбище Пер Лашез в Париже.

Горячий поклонник О., граф Робер де Монтескье в течение тринадцати лет собирал материалы для ее биографии, которую издал в Париже в 1913 (Robert Montesquiou-Fezensac. «La divine comtesse: etude d’apres Madame de Castiglione»). Большинство фотографий О. с 1975 хранятся в Метрополитен Музеуме в Нью-Йорке. В 1955 во Франции вышел художественный фильм «Графиня де Кастильоне» с Ивонн де Карло в заглавной роли; в 2006 телевизионный фильм совместного франко-итало-испанского производства с Франческой Деллера в роли О.

Лит.: Loliee Freederic Auguste. Le roman d’une favorite. La comtesse de Castiglione, 1840–1900, d’apres sa correspondance intime inedite et les «Lettres des princes». Paris, 1912; Henrisch Elena, Nigro Costantino. Virginia di Castiglione, la contessa della leggenda attraverso la sua corrispondenza intima, diari e documenti inediti, 1837–1899. Firenze, 1936; Hermant Abel. La Castiglione la dame de caeur des Tuileries. Paris, 1938; Mazzucchelli Mario. La contessa di Castiglione (L’imperatrice senza impero). Milano, 1968; Decaux Alain. La Castiglione. Paris, 1972; Beverini Adriana, Spagiari Pia. Virginia Oldoini: i giorni e il mito della contessa di Castiglione: catalogo. La Spezia, 1999; Apraxine Pierre, Demange Xavier, Heilbrun Franc? oise, Falzone del Barbaro Michele. La divine comtesse: photographs of the Countess de Castiglione. New Haven, 2000; Corgnati Martina, Ghibaudi Cecilia, Apraxine Pierre et al. La contessa di Castiglione e il suo tempo. Cinisello Balsamo, 2000; Petacco Arrigo. L’amante dell’imperatore: amori, intrighi e segreti della contessa di Castiglione. Milano, 2000; Dufresne Claude. La comtesse de Castiglione. Paris, 2002; Pettenati Amedeo. La belle des belles: vita di Virginia contessa di Castiglione. Torino, 2008.

Оливье

Лоуренс (Olivier Laurence Kerr) (1907–1989), английский актер и режиссер.

Родился 22 мая 1907 в Доркинге, графство Суррей, Англия в семье англиканского священника Джерарда Керра Оливье и его жены Агнес Луис (урожденной Крукенден). Дядя со стороны отца, барон Сидней Оливье в конце жизни занимал посты губернатора Ямайки и госсекретаря в Индии. Мальчик вместе со старшими братом и сестрой получил строгое религиозное воспитание. В двенадцатилетнем возрасте тяжело пережил смерть горячо любимой матери. Обучался в школе Всех святых на Маргарет Стрит в Лондоне, затем — в школе Святого Эдуарда в Оксфорде. Посещал занятия хора, выступал в детской театральной самодеятельности. В 1917 поступил в Центральную школу речи и драмы. Впервые появился на сцене в тринадцать лет в роли Кетрин в пьесе У. Шекспира «Укрощение строптивой». Школьным товарищем О. в этот период был Денис Блеклок (Denys Blakelock), впоследствие актер и открытый гомосексуалист.

В 1926 О. был принят в труппу бирмингемского Репертуар театра. Вскоре познакомился и близко подружился с Н. Коуардом, находившемся тогда на пике славы. Принимал участие в постановке его пьесы «Частная жизнь» («Private Lives»). Крупным достижением О. стало исполнение роли Ромео в трагедии У. Шекспира. Он мгновенно заслужил репутацию одного из самых блистательных актеров шекспировского репертуара. Параллельно начал сниматься в кино, однако главным занятием своей жизни всегда считал театр.

25 июля 1930 О. неожиданно женился на начинающей актрисе Джилл Эсмонд (Jill Esmond, урожд. Jill Esmond Moore, 1908–1990). В своей автобиографии О. вспоминал, что супружество началось крайне неудачно: в первую брачную ночь он оказался так скован, что не сумел провести половой акт. Тем не менее, союз продолжался ок. десяти лет и в 1936 увенчался рождением сына Тарквиния. В середине 1930-ых — начале 1940-ых О. в остром соперничестве с Д. Гилгудом блестяще исполнил главные роли в шекспировских пьесах «Гамлет», «Отелло», «Макбет», «Король Лир» и др.

С. Дали. Портрет Л. Оливье в роли Ричарда III. 1955

В 1937 на съемках фильма «Пламя над Англией» («Fire Over England») О. познакомился с актрисой Вивьен Ли (Vivien Leigh, 1913–1967). Обоим сопутствовал огромный успех у зрителей. О. снялся в фильме Уильяма Уайлера «Грозовой перевал» («Wuthering Heights», 1939). В свою очерель, В. Ли получила премию Оскар за роль Скарлетт в фильме Виктора Флеминга «Унесенные ветром» («Gone with the Wind», 1939). Молодые актеры стали мировыми знаменитостями. Они собирались пожениться, но Д. Эсмонд и Герберт Ли Холман (Herbert Leigh Holman), первый муж В. Ли, не сразу согласились на развод.

В середине 1930-ых О. тесно общался с актером старшего поколения Генри Эйнли (Henry Hinchliffe Ainley, 1879–1945), который был его партнером в фильме «As You Like It» (1936). Биограф Терри Коулман обнародовал пятнадцать писем из их личной переписки, объясняющих характер их отношений. Г. Эйнли фамильярно называл О. «милый Ларри», а подписывался: «Твоя сладкая кошечка, Генриетта» («Your sweet little kitten, Henrietta»). В одном из писем Г. Эйнли сочувствовал жене О.: «Как Джилл должна ненавидеть меня за то, что я отнял тебя у нее!». Впрочем, сын О. Тарквиний впоследствии оспаривал подлинность автографов отца.

29 января 1940 О. развелся с Д. Эсмонд, но в дальнейшем сохранил с ней дружеские отношения. В 1965 бывшие супруги вместе присутствовали на свадьбе сына. 31 августа 1940 О. и В. Ли зарегистрировали свой брак. Церемония прошла в очень узком кругу. Из голливудских звезд присутствовали только актеры Кетрин Хепберн и Герсон Канин. В 1941 О. и В. Ли снялись в фильме Александра Корды «That Hamilton Woman» (в русском прокате «Леди Гамильтон»), в котором создали яркие образы романтических возлюбленных. Между тем, некоторые современники, в частности, герцогиня Кентская Марина, утверждали, что как раз в это время О. находился в связи с американским комическим актером и певцом Денни Кеем (Danny Kaye, урожденный David Daniel Kaminsky, 1913–1987). Д. Кей был известен своими любовными похождениями и даже получил от Н. Коуарда прозвище «похотливый» (randy). Однако, Д. Кей всегда отрицал свою близость с О.

Во время Второй мировой войны О. записался в Королевские военно-воздушные силы. Получил чин лейтенанта, хотя он не принимал участия в боевых действиях. По утверждению биографа Майкла Манна, О. являлся секретным агентом МI-5 на территории США. В 1944 О. вернулся к активной творческой деятельности. Экранизировал пьесу У. Шекспира «Генрих V» (1944). В дальнейшем О. неоднократно создавал киноверсии произведений У. Шекспира («Гамлет», 1948; «Ричард III», 1956; «Отелло», 1966).

Супружеская жизнь О. омрачилась болезнью В. Ли. В 1945 ей был поставлен диагноз туберкулез. Спустя год у В. Ли произошел выкидыш. Она впала в глубокую депрессию и до конца дней страдала приступами маниакального психоза, который наложил отпечаток на все ее поведение. Чтобы заглушить чувство жестокой ревности, В. Ли начала злоупотреблять алкоголем и заводить случайные связи.

В 1947 О. получил рыцарское звание, а в 1948 стал членом совета директоров театра Олд Вик. Под его началом труппа с громадным успехом гастролировала в Австралии и Новой Зеландии. Во время турне В. Ли постоянно мучилась бессонницей. Она изводила мужа бесконечным выяснением отношений, отказывалась выходить на сцену. Потеряв над собой контроль, О. прилюдно дал ей пощечину. Позднее он с горечью констатировал: «Я потерял Вивьен в Австралии». Тем не менее, супруги нашли силы не раздувать скандал и скрыть его от прессы.

В 1950 В. Ли снялась в роли Бланш Дю Буа в экранизации пьесы Теннеси Уильямса «Трамвай желание». В 1951 за эту роль она получила своего второго Оскара. Однако, в отношениях с О. наступил очередной кризис. По воспоминаниям актера Девида Найвена, в Голливуде О. был сильно увлечен партнером В. Ли Марлоном Брандо (Marlon Brando, род 1924): «Брандо и Ларри плавали голые в бассейне. Ларри целовал Брандо. Или, может быть, наоборот. Я повернулся и пошел назад к Вивьен. Я уверен, что она знала о происходящем, но она промолчала».

Супруги все больше отдалялись друг от друга, хотя и продолжали творческое сотрудничество. В 1951–1952 они представили нью-йоркской публике пьесу У. Шекспира «Антоний и Клеопатра», высоко отмеченную критикой. В январе 1953 В. Ли отправилась на Цейлон для съемок в фильме «Elephant Walk». В разгар работы она впала в очередную депрессию и была срочно заменена Элизабет Тейлор. По возвращении, В. Ли призналась, что у нее был роман с актером Питером Финчем (Peter Finch, 1916–1977). В 1955 О. и В. Ли играли в спектаклях «Двенадцатая ночь», «Макбет» и «Тит Андроник» в Стратфорде-на-Эйвоне. У В. Ли все чаще случались нервные срывы, ее моральное и физическое состояние вызывали тревогу. В своей автобиографии О. вспоминал: «Она умело скрывала свое психическое состояние ото всех, кроме меня». В 1958 В. Ли снова изменила мужу, на этот раз с актером Джеком Маривалем (Jack Merivale, 1917–1990). Груз взаимных обид и недоверия оказался слишком тяжелым. Супруги развелись 6 января 1961.

Уже 17 марта 1961 О. женился в третий раз. Его новой избранницей стала актриса Джоан Плоурайт (Joan Ann Plowright, род. 1929). По всей вероятности, этот брак принес О. долгожданное успокоение. Жена постаралась оградить его от малейших бытовых забот и создать максимально творческую атмосферу. У супругов родилось трое детей: Ричард Керр (1963), Тасмин Агнесс Маргарет (1963) и Жюли-Кейт (1966). Д. Плоурайт с пониманием относилась к мимолетным увлечением мужа. Уже после смерти О., отвечая на вопрос о его бисексуальности, она сказала: «А если бы это было и так, что же из этого?». В радио-итервью в августе 2006 Д. Плоурайт также не стала отрицать связей О. с мужчинами: «Гений отличается от обычных людей. Он не живет обычной жизнью. Ему свойственны крайности, не доступные вашему пониманию».

За свою жизнь О. сыграл более 120 ролей. С 1963 являлся первым руководителем основанного им Национального театра, в 1970 получил пожизненное пэрство и титул барона. В общей сложности он дважды получал премию Оскар и четырнадцать раз номинировался на нее; удостаивался пяти наград Эмми по девяти номинациям, а также трижды награждался Золотым глобусом и званием победителя Британской киноакадемии (BAFTA). В 1999 Американский институт кинематографии назвал О. одним из величайших актеров всех времен и народов.

О. скончался от почечной недостаточности 11 июля 1989 в своем доме в Стейнинге, графство Западный Сассекс, Англия. Тело было кремировано и погребено в Уголке поэтов на кладбище Вестминстерского аббатства в Лондоне.

Лит.: Richard Burns introduces Vivien Leigh and Laurence Olivier. London, 1947; Fairweather Virginia. Cry God for Larry: an intimate memoir of Sir Laurence Olivier. London, 1969; Cottrell John. Laurence Olivier. Englewood Cliffs, 1975; Lasky Jesse L. Love scene: the story of Laurence Olivier and Vivien Leigh. New York, 1978; Hirsch Foster. Laurence Olivier. Boston, 1979; Kiernan Thomas. Sir Larry: the life of Laurence Olivier. New York, 1981; O’Connor Garry. Darlings of the gods: one year in the lives of Laurence Olivier and Vivien Leigh. London, 1984; Bragg Melvyn. Laurence Olivier. New York, 1985; Holden Anthony. Laurence Olivier. New York, 1988; Olivier Tarquin. My father Laurence Olivier. London, 1992; Spoto Donald. Laurence Olivier. New York, 1992; Lewis Roger. The real life of Laurence Olivier. London, 1996; Miller John. Lovers: great romances of our time through the eyes of legendary writers. Boston, 1999; Plowright Joan. And that’s not all. London, 2001; Beckett Francis. Laurence Olivier. London, 2005; Coleman Terry. Olivier. New York, 2005; Munn Michael. Lord Larry: the secret life of Laurence Olivier: a personal and intimate portrait. London, 2007.

О`Мерфи

Мария Луиза (O’Murphy Marie Louise) (1737–1814), фаворитка Людовика XV.

Ф. Буше. Обнаженная одалиска. (Портрет М. Л. Мерфи.)

Ок. 1752

Родилась 21 октября 1737 в Руане. Пятая дочь в семье королевского гвардейца Даниеля О’Мерфи де Буасфели, ирландца по происхождению. После смерти мужа, мать девочки перебралась в Париж, надеясь получше устроить будущее дочерей. О’М. быстро обратила на себя внимание многочисленных поклонников. Вызвала восхищение Казановы, который упомянул ее в своих «Мемуарах». В 1752 15-летняя О’М. попалась на глаза камердинеру Людовика XV Д. Лебелю. С согласия маркизы де Помпадур была отправлена в т. н. Олений парк — своеобразный королевский гарем в укромном уголке Версаля. Позировала художнику Ф. Буше для знаменитой серии картин «Обнаженная одалиска». При дворе О’М. была известна как прекрасная Морфиз (la belle Morphyse) или просто Луизон. В 1754 родила от короля дочь Агату Луизу де Сент-Антуан де Сент-Андре (Agathe Louise de Saint-Antoine de Saint-Andre, 1754–1774), которая в 1773 вышла замуж за маркиза де ла Шарца.

Современники отмечали вольтерьянское свободомыслие О’М., ее определенные художественные и музыкальные способности, склонность к авантюризму. Ок. 1755 О’М. пыталась вытеснить мадам Помпадур, однако, потерпела полное фиаско. По распоряжению короля, О’М. срочно удалили из двора и подыскали мужа. Им стал пехотный полковник Жак де Бофранше д’Айя (Jacques de Beaufranchet d’Ayat), небогатый дворянин из Оверни. Бракосочетание состоялось 27 ноября 1756 в Париже, после чего молодые отправились в провинцию по местожительству мужа. В качестве приданого О’М. получила от Людовика двадцать тысяч ливров, драгоценностей на тысячу ливров и еще тысячу на свадебные расходы. 5 ноября 1757 супруг О’М. погиб в битве при Росбреш, а 22 ноября того же года она родила сына Луи де Бонфранше, впоследствии генерала республики. Злые языки утверждали что, отцом ребенка был Людовик XV. Впрочем, никаких документальных подтверждений на этот счет не сохранилось.

Овдовевшая в двадцать лет, О’М. отнюдь не собиралась отказываться от радостей жизни. 19 февраля 1759 она вышла замуж за Франсуа Ле Нормана (Francois Nicolas Le Normant), владельца замка Ле Гравьер. В 1768 родила в этом браке дочь. Счастливо прожила с Ф. Ле Норманном вплоть до его смерти, последовавшей в 1782. Во время Великой французской революции О’М. слегка пострадала за грехи своей бурной молодости. Некоторое время провела в заключении, но отпущена на свободу. В 1798 О’М. в третий раз вышла замуж, на этот раз за депутата Конвента Луи-Филиппа Дюмона (Louis-Philippe Dumont), который был моложе ее на тридцать лет. Через два года развелась с мужем по неустановленным причинам.

Благополучно пережив годы террора и политической смуты, О’М. скончалась в собственной постели 11 декабря 1814 в возрасте 77 лет.

Лит.: Hemeret Georges-Leonard. Connaissez-vous ces Auvergnats celebres 1750–1850. Aux editions Creer, 1990; Sprott Duncan. Our lady of the potatoes. London, 1995; Schulz Alexander. Louison O’Morphy. Bouchers Modell fur das «Ruhende Madchen», Isny, Andreas Schultz, 1998; Pascal Camille. Le gout du roi: Louis XV et Marie-Louise O’Murphy. Paris, 2006.

Онассис

Аристотель Сократис (Onassis Aristotle Sokratis; рус. иногда Онасис; сокращенно Ari или Aristo) (1906–1975), греческий мультимиллионер.

Родился 15 января 1906 в Каратассе, пригороде Смирны (ныне Измир, Турция). Некоторые источники утверждают, что О. родился в 1900, но позднее подделал подлинную дату рождения. Сын успешного торговца табаком Сократеса Онассиса и его жены Пенелопы. Уже к 16 годам свободно говорил на испанском, английском, турецком и греческом языках. Рано проявил деловую хватку и упорство в достижении цели. За дерзость и плохое поведение несколько раз исключался из школы. В 1922 греческое население Смирны подверглось жестокому террору турок. Близкие родственники О. погибли во время устроенного турками пожара. О. вместе с родителями нашел убежище у дяди Гомера в Афинах.

В поисках лучшей доли, в сентябре 1923 О. отправился в Аргентину, имея в кармане всего лишь 60 долларов. В Буэнос-Айресе устроился телефонистом в компанию «Бритиш юнайтед ривер». По слухам, свои первые деньги О. заработал торгуя чужими секретами, которые узнавал во время дежурства на коммутаторе. Вскоре обзавелся начальным капиталом в несколько тысяч долларов. О. занялся поставками турецкого табака и очень быстро преуспел, поскольку большую часть товара доставлял в Аргентину контрабандой. По слухам, вместе с табаком занимался подпольной торговлей опиумом. О. не брезговал и другими незаконными действиями, вроде подкупа конкурентов и использования чужих товарных знаков.

В 1924 О. познакомился с Костой Гратсосом, выпускником Лондонской школы экономики и наследником богатой семьи Дракулис. Благодаря дружбе с ним О. приобрел множество полезных связей, в т. ч. с самим премьер-министром Греции Элефтериосом Венизелосом. В 1925 О. получил двойное аргентинское и греческое гражданство. В 1928 занял пост греческого вице-консула в Буэнос-Айресе. Авторитет и влияние О. значительно возросли. Официальный статус позволял ему контролировать большие денежные потоки и использовать их в личных целях. Крупно спекулировал валютой на черном рынке. К началу 1930-ых состояние О. уже оценивалось в 2 миллиона 800 тысяч долларов.

В 1932 О. приобрел первые шесть грузовых судов; в 1938 спустил на воду первый собственный танкер. В середине 50-ых он довел численность своей флотилии до нескольких десятков нефтеналивных танкеров, плававших под панамским флагом. В 1953 приобрел за миллион долларов контрольный пакет «Сосьете де Бэйнс де Мер», которое владело казино в Монте Карло и крупной недвижимостью во Франции. Огромную выгоду принес О. китобойный промысел вблизи побережья Перу. В 1957–1974 владел концессией греческой национальной авиакомпании «Олимпийские Авиалинии». Участвовал в финансовых проектах коррумпированной администрации Георгиоса Пападопулоса — главы военной хунты черных полковников. К концу жизни О. считался одним из богатейших людей мира. Его состояние, по самым скромным подсчетам, составляло 1 миллиард долларов. Реальная же стоимость всех его деловых активов, по всей вероятности, была на порядок выше.

Личная жизнь О. изобиловала множеством любовных похождений. По отзывам хорошо знавших его людей (в т. ч. итальянского кино- и театрального режиссера Франко Дзефирелли), О. обладал бисексуальной направленностью полового влечения. Еще во время оккупации Смирны встречался с неким лейтенантом турецкой армии. В дальнейшем О. снискал репутацию плейбоя и неутомимого охотника за удовольствиями. Перед Второй мировой войной был постоянным завсегдатаем злачных заведений Нью-Йорка и Лос Анджелеса. Компанию ему составляли К. Гратсос и Ставрос Ниархос по прозвищу Золотой грек. По словам биографа Питера Эванса, главной страстью О., после денег, всегда являлись женщины. С ними он предпочитал действовать также, как и в бизнесе: напористо и без лишних сентиментов. Среди любовниц О. того периода было несколько голливудских старлеток, в т. ч. Джеральдина Спреклс (Geraldine Spreckles).

В 1934 О. познакомился с Ингеборг Дедихен (Ingeborg Dedichen, 1899–1984), наследницей крупного шведского судовладельца из Гетеборга. Он воспользовался возможностью расширить свой бизнес и обзавестись полезными связями. Почти двенадцать лет И. Дедихен (Inge или Mamita, как звал ее О.) безропотно исполняла его прихоти. В этом союзе в полной мере проявился жестокий, необузданный нрав О. Он злоупотреблял алкоголем, постоянно изменял и избивал свою любовницу.

Первый брак О. также во многом был основан на деловых интересах. 28 декабря 1946 в православной церкви Нью-Йорка он обвенчался с Афиной (Тиной) Ливанос (Athina Mary Livanos, 1929–1974), дочерью греческого миллионера-судовладельца Ставроса Ливаноса. Невесте не исполнилось еще семнадцати лет и ее родители были категорически против этого брака. Однако, невеста настояла на своем. По собственному признанию А. Ливанос, «В этой игре участвовал бог любви Эрос». Очень быстро ее мнение о муже изменилось: «Настоящий дикарь, который лишь обзавелся приличным видом». За пятнадцать лет супружеской жизни в семье родилось двое детей: сын Александр (1948–1973) и дочь Кристина (1950–1988).

С 1954 главной резиденцией О. стала роскошная яхта «Кристина». На борту находились плавательный бассейн, танцевальная площадка и вместительные каюты, отделанные дорогими породами дерева. Табуреты у барной стойки были обтянуты кожей крайней плоти кита, по поводу чего хозяин позволял себе двусмысленную шутку: «Мадам, вы сейчас сидите на самом большом в мире члене». В апартаментах самого О. висели древнерусские иконы и полотна любимого художника Эль Греко.

Яхта курсировала вдоль всего средиземноморского побережья. В разное время в гостях у О. побывали видные мировые политики, члены королевских семейств, звезды экрана и т. п. О. открыто заводил любовные интрижки прямо на глазах жены. В 1960 А. Ливанос развелась с О., уличив его в очередной измене, на этот раз с оперной дивой Марией Каллас (Maria Callas, 1923–1977).

23 октября 1961 А. Ливанос вышла замуж за Джона Спенсера-Черчилля, маркиза Бленфорда (John Spenser-Churchill, Marquess of Blandford). Ее старшая сестра Евгения была замужем за Ставросом Ниархосом, другом молодости О. и его ближайшим конкурентом по нефтеналивному бизнесу. 4 мая 1970 Евгения умерла от передозировки снотворных препаратов. Овдовевший С. Ниархос сделал предложение А. Ливанос. В 1971 она развелась с маркизом Бленфордом и 21 октября 1971 стала женой С. Ниархоса. Спустя два года, 23 января 1973 в авиационной катастрофе погиб ее сын Александр. А. Ливанос очень тяжело переживала утрату. Она умерла 10 октября 1974 в Санкт-Морице, по некоторым данным, совершила самоубийство.

Между тем, О. серьезно увлекся М. Каллас. Их первая встреча произошла в 1957 в Венеции на приеме у американской журналистки Эльзы Максвелл. По словам О., по-началу он заинтересовался М. Каллас из чистого любопытства: «В конце концов, мы были самыми известными греками во всем мире». С 1949 М. Каллас была замужем за итальянским предпринимателем Джиованни Баттистой Менегини (Giovanni Battista Meneghini, 1896–1981). Близкие отношения с М. Каллас начались после их второй встречи на ежегодном балу в Венеции весной 1959. О. сопровождал М. Каллас во время турне в Лондон, затем пригласил ее вместе с мужем посетить яхту «Кристина».

После этой поездки О. и М. Каллас перестали скрывать свою близость. В ноябре 1959 М. Каллас оставила мужа и пара начала появляться в обществе вместе. Однако, в их отношениях сразу возникла напряженность. О. требовал, чтобы певица оставила сцену и полностью посвятила себя домашнему хозяйству. По словам биографа Николаса Гейджа, 30 марта 1960 М. Каллас родила от О. ребенка, который умер спустя час после рождения. Впрочем, бывший муж М. Каллас Д. Б. Менегини утверждал, что она вообще не могла иметь детей. О. продолжал заводить связи на стороне, позволял себе грубость и даже рукоприкладство. М. Каллас бешено ревновала и устраивала истерики. Ее надежды на замужество вскоре угасли.

В 1968 М. Каллас узнала из газет, что О. собирается жениться на вдове тридцать пятого президента США Жаклин Кеннеди (Jacqueline Kennedy, урожденная Bouvier, домашнее прозвище Джеки; 1929–1994). М. Каллас восприняла известие чрезвычайно болезненно, хотя и старалась не показывать вида. По воспоминаниям личного секретаря, в мае 1970 она в последний раз встречалась с О. в Париже. Последние годы жизни М. Каллас провела в добровольной изоляции в своей парижской квартире и скончалась 16 сентября 1977 от сердечного приступа.

Ж. Кеннеди впервые побывала на яхте «Кристина» в октябре 1963, за месяц до убийства ее мужа Джона Фитцджеральда Кеннеди. Затем О. неоднократно навещал ее в Нью-Йорке. После гибели мужа Ж. Кеннеди нуждалась в моральной поддержке. О. сумел завоевать ее доверие, поразить своей необыкновенной щедростью. В июне 1968 от рук убийцы погиб брат Д. Кеннеди Роберт. Ж. Кеннеди чувствовала себя совершенно незащищенной, постоянно испытывала страх за детей. Она публично заявила, что ненавидит эту страну и хочет увезти отсюда своих детей. Осенью 1968 Ж. Кеннеди приняла предложение О. стать его женой, хотя прекрасно понимала, что бросает вызов всей Америке. Известие о браке с О. вызвало шок в обществе. Обыватели не могли простить Ж. Кеннеди измены памяти мужа. Газеты писали: «Джон Кеннеди умер снова». Чтобы унять общественное мнение, О. распространил информацию, что брак носит фиктивный характер и Ж. Кеннеди по контракту не обязана выполнять супружеские обязанности.

20 октября 1968 О. обвенчался с Ж. Кеннеди в маленькой часовенке на собственном острове Скорпиос в Ионическом море. На свадьбе присутствовали только самые близкие родственники и деловые партнеры. Фотографам разрешили сделать несколько снимков, которые затем обошли весь мир. Уже на следующий день О. улетел на деловые переговоры, а дети Ж. Кеннеди вернулись в Соединенные Штаты. Только за первый год замужества она потратила ок. 15 миллионов долларов. Помимо дома на Скорпиосе в ее распоряжении находилась вилла в Клифаде, квартира в Париже, имение в Монтевидео, квартира на Пятой авеню в Нью-Йорке и др.

Много неприятностей О. доставляли повзрослевшие дети. Привыкшие к роскоши, лишенные должного родительского внимания, они оказались плохо подготовленными к реальным житейским испытаниям. Дочь Кристина откровенно недолюбливала Ж. Кеннеди и не скрывала этого. Она четырежды выходила замуж и каждый раз неудачно. О. категорически возражал против ее первого замужества с Джозефом Болкером (Joseph Bolker), 48-летним евреем у которого уже было четверо взрослых детей. О. был настолько взбешен, что лишил дочь наследства и через год заставил ее развестись. Сын Александр собирался жениться на баронессе Фионе Тиссен (Fiona Thyssen), разведенной женщине с двумя детьми, которая была старше него на шестнадцать лет. О. возлагал на единственного сына огромные надежды, которые рухнули после его гибели в авиакатастрофе в Афинском международном аэропорту.

Потеря сына очень тяжело отразилась на О. По существу, ему некому было передать управление своей громадной финансовой империей. Физические и моральные силы О. оказались подорваны. Он даже не присутствовал на похоронах матери своих детей А. Ливанос. Брак с Ж. Кеннеди явно зашел в тупик. Она жила собственной жизнью в нью-йоркской квартире на Пятой авеню и мало интересовалась проблемами мужа. О. всерьез подумывал развестись с ней и жениться на женщине, способной родить еще одного сына. Он даже нанял частного детектива, надеясь уличить Ж. Кеннеди в неверности и, таким образом, сэкономить на отступных за развод.

Этим планам не суждено было осуществиться. Здоровье О. быстро ухудшилось и его поместили в американский госпиталь в Нейи-сюр-Сен под Парижем. Несмотря на все предпринятые меры О. скончался 15 марта 1975 от осложнения, вызванного воспалением легких. Похоронен на острове Скорпиос рядом с сыном Александром.

Ж. Кеннеди ок. двух лет судилась за наследство с дочерью О. Кристиной. В результате она получила всего 26 миллионов долларов при условии отказа от притязаний на все другие виды собственности. Таким образом, Кристина Онассис стала на тот момент самой богатой женщиной в мире.

Судьбе О. посвящен фильм Уорриса Хуссейна «Onassis: The Richest Man In The World» (1988).

Лит.: Lilly Doris. Those fabulous Greeks: Onassis, Niarchos, and Livanos. New York, 1970; Sparks Fred. The $20,000,000 honeymoon; Jackie and Ari’s first year. New York, 1970; Cafarakis Christian, Harvey Jacques. The fabulous Onassis: his life and loves. New York, 1972; Dedichen Ingeborg, Pessar Henry. Onassis Mon Amour. Paris, 1975; David Lester, Robbins Jhan. Jackie and Ari. New York, 1976; Brady Frank. Onassis, an extravagant life. Englewood Cliffs, 1977; Fraser Nicholas et al. Aristotle Onassis. Philadelphia, 1977; Davis L.J. Onassis, Aristotle and Christina. New York, 1986; Feroudi Moutsatsos Kiki, Karas Phyllis. The Onassis women: an eyewitness account.. New York, 1998; Jones January. Oh, no — Jackie-O!: a theory: the unspeakable is spoken. United States, 1998; Хлебников Георгий. Аристотель Онассис. Смоленск, 1998; Gage Nicholas. Greek fire: the story of Maria Callas and Aristotle Onassis. New York, 2000; Бернатская Валерия. Онассис: любовь и бизнес. Москва, 2000; Evans Peter. Nemesis: the true story of Aristotle Onassis, Jackie O, and the love triangle that brought down the Kennedys. New York, 2004; Speiser Stuart M. The deadly sins of Aristotle Onassis. Ozark, 2005; Forestier Franc? ois. Onassis, l’homme qui voulait tout. Neuilly-sur-Seine, 2006; Kouloure? Alexia, Kouloure? Deme? tri. Me stocho tou Onasi: stop kare tou paparatso Demetri Kouloure?. Athena, 2008.

Оринда

Cм. ФИЛИПС

Отеро

Каролина (Otero Carolina) (1868–1965), испанская танцовщица и куртизанка.

Родилась 4 ноября 1868 в Понте де Валья, Понтеведра, Испания. Урожденная Августина Отеро Иглезиас (Agustina Otero Iglesias). Происходила из неблагополучной, малообеспеченной семьи. Детские годы провела в городке Сантъяго де Компостела вместе с матерью, которая работала прислугой. В 10 лет подверглась сексуальному насилию, в результате чего осталась бесплодной. В 14 лет сбежала с любовником в Лиссабон, где начала выступать в дешевых кафе и шапито.

В 1888 О. переехала во Францию. Удачно дебютировала в одном из марсельских кабаре. Вскоре получила приглашение в парижский «Фоли Бержер». Неизменным успехом у публики пользовался ее страстный танец андалузской цыганки. Восторженные поклонники наградили О. титулом La Belle Otero (Прекрасная Отеро). Наряду с Д’Алансон и Л. де Пужи, О. была признана одной из трех граций Прекрасной эпохи — двух последних десятилетий перед Первой мировой войной.

Л. Раут. Ла Белль Отеро. 1910

В августе 1898 О. гастролировала в Санкт-Петербурге. Снялась в одноминутной киноленте «Valse Brillante». Партнером О. выступил один из офицеров императорской лейб-гвардии. Демонстрация фильма в мюзик-холле Аквариум вызвала грандиозный скандал, в результате которого оператор компании братьев Люмьер Феликс Месгюиш был выслан из России.

Список любовников О. изобиловал именами аристократов и крупных олигархов. К числу ее покровителей относились принц Монако Альберт, английский король Эдуард VII, короли Сербии и Испании, русские великие князья Петр и Николай, герцог Вестминстерский, Г. Д’Аннунцио и др. Из-за О. состоялись две дуэли со смертельным исходом, шестеро мужчин совершили самоубийство. По слухам, купола гостиницы «Карлтон» в Каннах были смоделированы по форме ее груди. Любовные похождения О. вызывали пересуды и зависть не только у конкуренток, но и у добропорядочных, замужних женщин.

В середине 1910-ых О. решила оставить сцену. К этому времени ее состояние оценивалось примерно в 25 миллионов долларов. О. купила особняк в Монте Карло стоимостью ок. 15 миллионов долларов. Увлеклась игрой на рулетке в местном казино. Пагубное пристрастие в конце концов разорило О. Остаток дней она провела весьма скромно и уединенно. Скончалась 12 апреля 1965 в Ницце, совсем немного не дожив до своего столетия.

Образ О. отражен в романе Рамона Шао «La passion de Carolina Otero» (2001); в фильме Ричарда Поттье «La Belle Otero» (1954) с мексиканской актрисой Марией Феликс в заглавной роли и др.

Лит.: Sampelayo Juan. Carolina Otero, bailarina del mundo. Madrid, 1944; Ruland Bernd. Hexe der Liebe. Die faszinierende Geschichte der teuersten Frau der Welt (La belle Otero). Zurich, 1966; Carbonel Marie-Helene, Figuero Javier. Arruiname pero no me abandones. La Bella Otero y la Belle Époque. Spanish, 2003.

П

Пазолини

Пьер Паоло (Pasolini Pier Paolo) (1922–1975), итальянский кинорежиссер и сценарист.

Родился 5 марта 1922 в Болонье. Сын лейтенанта итальянской армии Карло Альберто Пазолини и учительницы начальной школы Сусанны Колусси. В детстве жил у родителей матери в Казарса делла Делициа, область Фриули. Отец П., ярый сторонник Б. Муссолини, в 1926 отбывал срок за карточные долги. Начиная с 1933, семья несколько раз переезжала по месту службы отца. В семь лет мальчик выучился читать и даже пробовал сочинять стихи. После окончания средней школы в 1939 поступил на литературное отделение университета в Болонье. Часто посещал городской клуб кино. В 1941 предпринял неудачную попытку издавать поэтический журнал.

В студенческие годы П. проникся лево-марксистской идеологией, вступил в Итальянскую коммунистическую партию. Приобрел литературную известность благодаря сборникам «Прах Грамши», «Поэзия в форме розы»; романам «Бурная жизнь» «Лихие парни» и др. Создал ок. 15 киносценариев, в т. ч. к фильмам «Ночи Кабирии» (1956); «Прекрасные ночи в Болонье» (1959) и др. Как режиссер, дебютировал фильмами «Аккатоне» (1961) и «Мама Рома» (1962). Вероятно, высшим достижением П. в кино стал кинобестселлер «Евангелие от Матфея» («Il Vangelo secondo Matteo», 1964). В дальнейшем снял ряд фильмов по мотивам мировой классики («Медея», 1970; «Декамерон», 1971; «Кентерберийские рассказы», 1972; «Арабские ночи», 1974 и др.).

П. никогда не скрывал свою гомосексуальную ориентацию. Из-за преследований гомофобов вынужден был поспешно бежать в Рим. Неоднократно оказывался в центре громких общественных скандалов и судебных разбирательств. На протяжении последних двадцати лет жизни П. более тридцати раз привлекался к суду за развратные действия и непристойное поведение. Проявил склонность к промискуитету и беспорядочным половым связям. В 1963 постоянным партнером П. стал пятнадцатилетний Нинетто Даволи (Ninetto Davoli, род. 1948). Он снялся в ряде его фильмов («Uccellacci e uccellini», 1966 и др.). Российскому зрителю Н. Даволи известен по фильму Э. Рязанова «Невероятные приключения итальянцев в России» (1974). В своем творчестве П. не раз обращался к гомосексуальной теме: «Теорема» (1968) и, особенно, «Салo, или 120 дней Содома» (1975). Этот фильм вышел в прокат уже после смерти П. и представлял собой вольную вариацию на темы де Сада. По мнению одного из критиков, в нем П. запечатлел почти все извращения, включая педофилию и некрофилию.

2 ноября 1975 изуродованное тело П. было обнаружено на одном из пустырей в районе Остии. По горькой иронии судьбы, эта окраина Рима нередко становилась местом действия его произведений. Следствие установило, что перед смертью П. был жестоко избит, а затем раздавлен колесами собственного автомобиля «Альфа-Ромео». Полиция задержала семнадцатилетнего Джузеппе Пелози (Giuseppe Pelosi, род. 28 июня 1958), который на огромной скорости мчался на машине П. по встречной полосе набережной Остии. Д. Пелози, по прозвищу Pino, давно состоял на учете как гомосексуальная проститутка. На суде, состоявшемся лишь 26 апреля 1979, он полностью признал себя виновным и был приговорен к 9 годам и 7 семи месяцам заключения. Относительно мягкий приговор объяснялся чистосердечным раскаянием подсудимого. В мае 2005 в интервью телевизионному каналу РАИ Д. Пелози заявил, что П. убили трое незнакомых ему людей, говоривших на сицилийском диалекте. Свой самооговор он объяснил угрозами, поступившими в адрес его семьи.

Жестокая расправа с П. породила много слухов и предположений. Журналистское расследование доказало, что Д. Пелози вряд ли мог действовать в одиночку. В качестве наиболее вероятных версий выдвигались криминальная разборка, месть сотрудников спецслужб, а также заказ гомосексуальной мафии из высокопоставленных чиновников, опасавшихся разоблачений и шантажа. Так ли иначе, обстоятельства гибели П. до сих пор остаются тайной.

Лит: Pedriali Dino. Pier Paolo Pasolini. Roma, 1975; Muzzioli Francesco. Come leggere Ragazzi di vita di Pier Paolo Pasolini. Milano, 1975; Di Giammatteo Fernaldo. Lo Scandalo Pasolini. Roma, 1976; Estève Michel, Amengual Barthélemy et al. Pier Paolo Pasolini. Paris, 1976–1977; Bandini Fernando, Betti Laura et al. Pasolini: cronaca giudiziaria, persecuzione, morte. Milano, 1978; Palumbo Cesare. Assassiniamo il poeta: Pier Paolo Pasolini. Cosenza, 1978; Panicali Anna, Sestini S. Pier Paolo Pasolini: testimonianze. Firenze, 1982; Siciliano Enzo. Pasolini: a biography. New York, 1982; Rinaldi Rinaldo. Pier Paolo Pasolini. Milano, 1982; Rondolino Fabrizio. Pier Paolo Pasolini. Roma, 1984; Carotenuto Aldo. L’autunno della coscienza: ricerche psicologiche su Pier Paolo Pasolini. Torino, 1985; Zigaina Giuseppe. Pier Paolo Pasolini énigme et prophétie. Zurich, 1989; Casi Stefano. «Cupo d’amore»: l’homosexualité dans l’oeuvre de Pier Paolo Pasolini. Lille, 1991; Pasolini su Pasolini. Parma, 1992; The letters of Pier Paolo Pasolini. London, 1992; Schwartz Barth David. Pasolini requiem. New York, 1992; Omicidio nella persona di Pasolini Pier Paolo. Milano, 1992; Murri Serafino. Pier Paolo Pasolini. Roma, 1994; Guadagni Annamaria. Processo Pasolini. Roma, 1994; Joubert-Laurencin Hervé. Pier Paolo Pasolini. Argenteuil, 1995; Pierangeli Fabio, Barbaro Patrizio. Pier Paolo Pasolini: biografia per immagini. Cavallermaggiore, 1995; Bellezza Dario. Il poeta assassinato: una riflessione, un’ipotesi, una sfida sulla morte di Pier Paolo Pasolini. Venezia, 1996; Ponzi Mauro. Pier Paolo Pasolini; Rainer Werner Fassbinder. Hamburg, 1996; Mantegazza Raffaele. Con pura passione l’eros pedagogico di Pier Paolo Pasolini. Palermo, 1997; Bazzocchi Marco Antonio. Pier Paolo Pasolini. Milano, 1998; Witte Karsten. Die Körper des Ketzers: Pier Paolo Pasolini. Berlin, 1998; Spila Piero. Pier Paolo Pasolini. Roma, 1999; Naldini Nico. Mio cugino Pasolini. Milano, 2000; Giordana Marco Tullio. Pasolini, mort d’un poète: un crime italien. Paris, 2005; de Ceccatty René. Pier Paolo Pasolini. Paris, 2005; Moscati Italo. Pasolini passione: vita senza fine di un artista trasparente. Roma, 2005; Grattarola Franco. Pasolini, una vita violentata: pestaggi fisici e linciaggi morali. Roma, 2005; Visca Lucia. Ragazzi di nera: un cadavere di nome Pasolini. Roma, 2005; Merli Francesca Romana. Lo specchio a colori: Pasolini trent’anni dopo. Civitella Val di Chiana, 2005; Vivaldi Mariella. Le domeniche con Pasolini e altre avventure. Roma, 2005; Martellini Luigi. Ritratto di Pasolini. Roma, 2006; Pier Paolo Pasolini: Entretiens avec Jean Duflot. Paris, 2006; D’Ubaldo Marco. Pier Paolo Pasolini. Assago, 2007; Lavagnini Enzo. Pasolini: la prima Roma di Pier Paolo Pasolini. Roma, 2009; Lo Bianco Giuseppe, Rizza Sandra. Profondo nero. Mattei, De Mauro, Pasolini Un’unica pista all’origine delle stragi di stato. Milano, 2009.

Пайва

(La Païva) (1819–1884), французская куртизанка.

Родилась 7 мая 1819 в Москве. Урожденная Эстер (по др. данным — Эсфирь) Лахман (Esther Lachmann). Происходила из семьи польских евреев Мартина Лахмана и его жены Анны Амалии Клейн. 11 августа 1836 вышла замуж за портного Антуана Виллуанжа (Antoine Villoing), родила сына. Не желая мириться с полунищенским существованием, бежала из дома в Париж. На первых порах обитала в трущобном районе возле церкви Сент-Поль-Сент Луи. Зарабатывала на жизнь уличной проституцией под именем Полин Терез (Pauline Thérèse). Жила на средства своего поклонника, австрийского композитора и пианиста Генри Герца (Henri Herz, 1803–1888). Родила от него дочь и даже, по слухам, заключила тайный брак, хотя официально продолжала оставаться женой А. Виллуанжа.

Вскоре приобрела широкую известность в парижской богемной среде. Поддерживала близкое знакомство с Рихардом Вагнером, Гансом фон Бюловым, Теофилем Готье, Эмилем де Жирарденом и др. Позволяла себе крупные материальные расходы, которые привели к разорению мужа. В 1848 Г. Герц бежал от долгов в Америку, а Эстер вынуждена была переселиться в дешевую гостиницу. По совету подруги, решила поискать новых покровителей в Англии. На одном из представлений в лондонском театре Ковент Гарден познакомилась с лордом Эдвардом Стенли (1826–1893); некоторое время находилась у него на содержании.

Л. Раут. Ла Белль Отеро. 1910

В 1851, во время пребывания на водах в Бадене, встретила португальского маркиза Альбино де Пайва (Albino Francesco de Païva-Araujo,? — 1872). Он воспылал к ней такой страстью, что сразу предложил руку и сердце. Несмотря на неопределенный супружеский статус, Эстер с легкостью согласилась. Бракосочетание состоялось 5 июня 1851. По воспоминаниям директора Лувра Горация де Вьель-Кастеля, уже на следующий день П. развеяла все иллюзии маркиза: «Вы женились потому, что хотели спать со мной. Вы дали мне свой титул и я расплатилась с Вами вчера вечером. Как честная женщина, сообщаю Вам, что Ваша жена — проститутка. Поскольку Вы не можете этого перенести, мы должны развестись. Возвращаетесь назад в Португалию, а я останусь все той же шлюхой, но под Вашим именем».

П. являлась одной из самых успешных и высокооплачиваемых куртизанок периода Второй Империи во Франции. Вокруг ее имени слагались легенды. Так, Т. Готье утверждал, что П. была незаконной дочерью одного из великих русских князей. По рассказу писательницы Корнелии Отис Скиннер: «Ла Паива потребовала у банкира-любовника принести двадцать банковских билетов, по тысяче франков каждый. Она собиралась поджечь их один за другим во время любовного свидания. Банкир решил схитрить и приготовил поддельные банкноты. Однако, вид горящих денег, пусть и фальшивых, так расстроил его, что он не смог довести свидание до конца» («Elegant Wits and Grand Horizontals», Boston, 1962). Среди парижан большим успехом пользовался каламбур «La Païva — Qui paye y va» («Паива — Кто платит, тот и ездит»).

16 августа 1871 П. развелась с маркизом А. де Пайва, который застрелился спустя год. Новым мужем П. стал богатейший прусский аристократ, граф Гвидо Хенкель фон Доннерсмарк (Guido Georg Friedrich Erdmann Heinrich Adelbert Graf Henckel Fürst von Donnersmarck, 1830–1916). Свадьба состоялась 28 октября 1871 в Париже. Супруг преподнес П. два громадных бриллианта, соответственно в 102.5 и 82.4 карата. По свидетельству Г. де Вьель-Кастеля, П. вообще имела необыкновенное пристрастие к драгоценным камням. Она появлялась на публике увешанная изумрудами, алмазами и жемчугами ценой в несколько миллионов франков.

Граф Г. фон Доннерсмарк также подарил П. замок Понтшартрен во французском департаменте Сен-е-Уаз. Значительную часть средства П. вложила в строительство одного из самых фешенебельных отелей на Елисейских полях по проекту архитектора Пьера Мокена.

В 1877 П. и ее муж были заподозрены в шпионаже в пользу Германии и высланы из Франции. П. умерла 21 января 1884 в родовом замке графов Доннерсмарков Нойдек в Западной Пруссии (ныне Сверклянец, Польша). По указанию мужа, ее тело было заспиртовано и хранилось в подземелье замка. Согласно легенде, граф Г. фон Доннерсмарк часами просиживал перед хрустальной капсулой, оплакивая утрату. Рассказывают, что когда вторая жена графа Екатерина Слепцова случайно обнаружила в подвале заспиртованную мумию, с ней случился удар.

Бриллианты из коллекции П. были проданы в 2007 на аукционе Сотби соответственно за три и два миллиона евро.

Лит: Loliée Fr. «La Païva,» la légende et l’histoire de la marquise de Païva, d’après les pages retrouvées de sa vie. Paris, 1920; Dolph Ch. A. The real «Lady of the camellias» and other women of quality. New York, 1927;Boulenger Marcel. La Païva. Paris, 1930; La vie amoureuse de la Marquise de Paiva. Paris, 1954; Alexandre-Debray Janine. La Païva, 1819–1884: ses amants, ses maris. Paris, 1986; Richardson Joanna. The courtesans: the demi-monde in 19th century France. London, 2000; Rounding Virginia. Grandes horizontales: the lives and legends of Marie Duplessis, Cora Pearl, La Païva and La Présidente. London, 2003.

Палей

Наталья Павловна (анг. Paley Natalia или Natacha, 1905–1981), русская княжна, манекенщица и киноактриса.

Родилась 5 декабря 1905 в пригороде Парижа Булонь-сюр-Сен. Младшая дочь великого князя Павла Александровича Романова и О. Палей. Унаследовала от матери титул графини фон Гогенфельзен (von Hohenfelsen). Счастливые детские годы провела во Франции, окруженая всеобщей любовью. В январе 1912 вместе с родителями вернулась в Россию; поселилась в богато обставленном царскосельском дворце.

После октябрьского переворота в октябре 1917, семья П. подверглась жестоким репрессиям. Все их имущество было конфисковано. Летом 1918 мученической смертью погиб брат П. Владимир, спустя полгода был расстрелян отец. По некоторым сведениям, она сама подверглась сексуальному насилию чекистов. На протяжении всей оставшейся жизни П. испытывала невротический страх перед грубыми проявлениями полового инстинкта.

Н. Палей. 1920-ые

В январе 1919 П. вместе с сестрой Ириной бежала за границу по замерзшему льду Финского залива. В Париже поступила продавщицей в парфюмерый магазин знаменитого модельера Люсьена Лелонга (Lucien-Camile Lelong, 1899–1959). После некоторых колебаний, приняла предложение выйти за него замуж. Бракосочетание состоялось 10 августа 1927. Замужество П. широко освещалось прессой. Благодаря фотографиям на обложках журнала «Vogue» приобрела множество поклонников. П. вращалась в среде артистической и художественной богемы Парижа. Дружила с меценатами современного искусства Шарлем и Марий-Лаурой де Ноайль. Находилась в близких отношениях с танцовщиком труппы С. Дягилева Сержем Лифарем (Serge Lifar, 1904–1986), актером Шарлем Бойером (Charles Boyer, 1899–1978), дипломатом и писателем Полем Мораном (Paul Morand, 1888–1976) и др.

Весной 1932 П. познакомилась с Ж. Кокто. Он увлек ее своей яркой самобытностью, а также приобщил к употреблению опиума. По утверждению самого Ж. Кокто, их короткий роман закончился беременностью и абортом П. В адресованных ей письмах, он упрекал П. в том, что она не сохранила ребенка. Ряд биографов подвергают эту версию сомнению, поскольку Ж. Кокто являлся открытым гомосексуалистом. Осенью 1932 отношения между ними полностью прекратились. Зимой того же года П. отправилась в поездку на юг Франции, а затем в Италию.

Во время пребывания в Милане П. познакомилась с членами семейства Висконти. Будущий режиссер Л. Висконти отснял любительский фильм, в котором участвовали П., его сводная сестра Мадина и родной брат Гвидо. Участники съемок весело проводили время, валялись в одной постели, пировали на природе. По всей вероятности, именно Л. Висконти посоветовал П. всерьез заняться кинематографом. В 1933 она сыграла практически саму себя в авантюрной кинодраме режиссера М.Л’Эрбье «L’Épervier». Дебют оказался весьма успешным. В 1934 режиссер А. Корда пригласил П. в свой фильм «The Private Life of Don Juan». В 1935 снялась на американской студии RKO в романтической комедии «Sylvia Scarlett».

В 1936 П. развелась с Л. Лелонгом, а спустя год окончательно переехала в США. Близко подружилась со звездами Голливуда Кетрин Хепберн, М. Дитрих, Г. Гарбо и др. Охотно общалась с представителями гомосексуального сообщества: режиссером Джорджем Кьюкором (George Dewey Cukor, 1899–1983), К. Портером, К. Манном и др. 8 сентября 1937 П. вышла замуж за преуспевающего продюсера Джона Уилсона (John Chapman Wilson, 1899–1961). Открытый гомосексуалист и бывший любовник К. Портера не был способен к исполнению супружеских обязанностей. Возможно, именно этим он и привлек внимание П., которая не могла преодолеть последствий полученной в юности психосексуальной травмы.

Пара поселилась в роскошных апартаментах на Манхэттене неподалеку от Центрального парка Нью-Йорка. П. отклонила ряд предложений киностудий и предпочла заняться рекламным бизнесом вместе с модным американским кутюрье Мейнбохером. Карьера мужа П. долгое время складывалась удачно. Д. Уилсон продюсировал такие известные фильмы, как «Kiss Me, Kate» (1948), «Gentlemen Prefer Blondes» (в рус. прокате «Некоторые любят погорячее», 1949) и др. Однако, из-за злоупотребления алкоголем в 1950-ые лишился работы в Голливуде. Умер от цирроза печени в 1961.

Зимой 1940 П. познакомилась с немецким писателем Эрихом-Марией Ремарком (Erich Maria Remarque, 1898–1970). Их бурный роман продолжался более десяти лет, хотя неоднократно прерывался из-за ссор и временных увлечений. 5 февраля 1941 П. приняла американское гражданство. В 1947 Э.-М. Ремарк вместе с П. вернулся в Европу и поселился в местечке Порто-Ронко на озере Маджоре в Швейцарии. Их отношения постепенно ослабели и окончательно прекратились в апреле 1951, когда Э.-М. Ремарк женился на актрисе Полетт Годар. Под именем Наташа писатель создал образ П. в своем посмертном романе «Тени в раю» («Schatten im Paradies», 1971).

В 1942–1943 П. встречалась с французским летчиком и писателем Антуаном де Сент-Экзюпери (Antoine Marie Jean-Baptiste Roger de Saint-Exupéry, 1900–1944). Меланхоличный, склонный к депрессиям А. де Сент-Экзюпери нашел в ее лице не только любовницу, но и друга, всегда готового подбодрить и утешить. В 1943 он сблизился с молодой американкой Сильвией Рейнхардт, однако продолжал переписываться с П. до самой своей гибели.

В 1960-ые П. оказалась в полном одиночестве. Алкогольные излишества привели к развитию слепоты и диабета. В 1971 П. сыграла маленькую эпизодическую роль в английском телесериале «The Persuaders». В декабре 1981 упала в ванной комнате и сломала шейку бедра. П. умерла 27 декабря 1981 в госпитале Рузвельта в Нью-Йорке; похоронена рядом с мужем на кладбище пресвитерианской церкви Юинг в Нью-Джерси.

Лит.: Liaut J.-N. Natalie Paley: La princesse dechirée. Paris, 1996; Васильев Александр. Красота в изгнании. Москва, 2008.

Палей

Ольга Валерьяновна (1865–1929), в России морганатическая жена великого князя Павла Александровича Романова (1860–1919).

П. Даньян-Буве. Портрет княгини О. Палей. 1904

Родилась 2 декабря 1865 в Санкт-Петербурге. Дочь придворного медика, действительного статского советника и камергера Валериана Гавриловича Карновича и его жены Ольги Васильевны Мессарош, имевшей венгерско-литовское происхождение. Детские годы провела в Царском селе, неподалеку от императорского дворца. Обратила на себя внимание расквартированных в селе офицеров. В 1885 вышла замуж за поручика конной гвардии Эриха фон Пистолькорса (Erich von Pistohlkors,1853–1935; русифицированное имя и отчество Эрик Августинович), выходца из знатной немецкой семьи из Дерпта (ныне Тарту). В браке родила четверых детей: Александр (1885–1944), Ольга (1886–1887), Ольга (1888–1963) и Марианна (1890–1976).

Гостеприимный дом Пистолькорсов охотно посещали члены императорской фамилии, в т. ч. дядья будущего императора Николая II Владимир Александрович и Павел Александрович. Ольга Валерьяновна пользовалась особым расположением и покровительством жены Владимира Александровича княгини Марии Павловны. Дружеские собрания в ее доме проходили очень весело. Великий князь К. Романов оставил запись об одной из таких встреч: «8 июня 1893 года. В семь часов мы с Ники поехали обедать в Красное Село, к жене конногвардейца Пистолькорс, так называемой „Маме Леле“. Там был Павел, мадам Трепова, новый командир конвоя Мейендорф и его жена …Получив от нее записки с приглашениями, мы было смутились; Ники написал Павлу; как быть? Павел просил приехать, говоря, что будет очень весело. И действительно, скучно не было…»

Великий князь Павел Александрович, младший сын императора Александра II. Командовал лейб-гвардии Гусарским полком, затем лейб-гвардии Конным полком (1890–1896), Гвардейским корпусом (1898–1902), генерал-адъютант (1897), генерал от кавалерии (1913). С 4 июня 1889 состоял в браке с греческой принцессой Александрой Георгиевной (1870–1891), которая скончалась совсем молодой, родив ему дочь Марию и сына Дмитрия. Вскоре между ним и Ольгой Пистолькорс возник страстный роман, который ни для кого не был секретом. 9 января 1897 Ольга родила сына Владимира (1897–1918), затем еще двоих дочерей: Ирину (1903–1990) и Н. Палей.

Скандальная связь вызвала бурное негодование императора Николая II и его жены Александры Федоровны. Осенью 1901 Ольга Пистолькорс развелась с мужем и Павел Александрович начал настойчиво испрашивать разрешения на брак с ней. Всякий раз государь отказывал в категорической форме. Великий князь вынужден был отправиться в добровольное изгнание за границу. 10 октября 1902 в греческой церкви Ливорно он тайно обвенчался со своей избранницей. В ответ император Николай лишил Павла Александровича всех офицерских званий и родительских прав, отчислил со службы и запретил въезд в Россию. Опальную семью поддержал только баварский принц-регент Леопольд. В 1904 он удостоил жену Павла Александровича титулом графини фон Гогенфельзен (von Hohenfelsen).

Изгнанники обосновались в роскошном особняке в парижском пригороде Булонь-сюр-Сен, ранее принадлежавшем княгине Зинаиде Юсуповой. Семейство обслуживал многочисленный штат горничных, садовников, поваров и др. В феврале 1905 Павел Александрович приезжал в Москву на похороны своего брата, московского генерал-губернатора Сергея Александровича, которого убил террорист С. Каляев. Окончательное прощение он получил лишь в январе 1912 по случаю трехсотлетия дома Романовых. Павлу Александровичу возвратили звания, восстановили на службе. Вместе с женой он поселился в своем царскосельском дворце, наполненным антиквариатом и предметами искусства.

Во время Первой мировой войны великий князь Павел Александрович командовал гвардейским корпусом. Его жена в своем дворце устроила лазарет для раненых, жертвовала крупные суммы на приобретение медицинского оборудования и медикаментов. В знак признания ее заслуг государь своим именным указом от 18 августа 1915 наградил Ольгу Валериановну Карнович-Пистолькорс титулом княгини Палей.

После захвата власти большевиками в 1917, семья П. подверглась жестоким репрессиям. Все их имущество было конфисковано. По некоторым сведениям, дочь Наталья подверглась сексуальному насилию чекистов. Сын Владимир весной 1918 был выслан сначала в Вятку, потом в Екатеринбург. 18 июля 1918 он был сброшен в шахту близ Алапаевска вместе с другими членами семейства Романовых. Павел Александрович в августе 1918 также был арестован и заключен в каземат Петропавловской крепости. П. почти ежедневно носила мужу передачи и всеми силами пыталась добиться его освобождения. В январе 1919 дочерям П. Ирине и Наталье с большим трудом удалось переправиться через финскую границу. Вскоре П. получила извещение о расстреле мужа и вместе с дочерью от первого брака Марианной также бежала в Финляндию.

В дальнейшем П. поселилась в Париже. Вела очень скромный образ жизни. По мере сил старалась помогать русским эмигрантам. В 1926 в Биарритце организовала благотворительную распродажу для сбора средств неимущим.

П. умерла в Париже 2 ноября 1929; похоронена на кладбище Коломб.

Лит: Olga Fürstin Paley: Die Tragödie einer russischen Prinzessin. Erinnerungen aus den Jahren 1916–1919. Hamburg 1923; Liaut Jean-Noël. Natalie Paley: La princesse dechirée. Paris, 1996; Князь Владимир Палей. Биография. Стихи (Вступительная статья и послесловие Андрея Барановского). Царскосельский Романовский фонд, 1997; Палей Ольга. Воспоминания (с приложением писем, дневника и стихов ее сына Владимира). Пер. с франц. Е. Л. Кассировой. Москва, 2005.

Палмер

Cм. ВИЛЛЕРС Барбара

Папесса Иоанна

(Pope Joan) (? —857), полулегендарная особа женского пола, якобы, занимавшая папский престол в 855–857 под именем Иоанна VIII.

Одно из первых упоминаний о П. И. встречается в рукописях Анастасиуса Библиотекариуса (? —886), хранящихся в библиотеке Ватикана. Жан де Мейли в хрониках XIII в. подтвердил существование П. И., но отнес связанные с ней события к 1099: «Касательно римского папы, который не записан в списке римских пап и епископов Рима, потому что был женщиной. Она выдавала себя за мужчину, благодаря характеру и талантам стала секретарем курии, затем кардиналом и, наконец, римским папой. Однажды, седлая лошадь, она разрешилась от бремени. Толпа немедленно привязала ее за ноги к хвосту и забросала камнями. Она была похоронена там же, где умерла и сверху установлен камень «Petre, Pater Patrum, Papisse Prodito Partum» («Петр, Отец Отцов, Папесса родившая дитя»).

Папесса Иоанна. Литография XIV в.

Более подробно о П. И. сообщил Мартин Опавский (на немецкий манер Мартин фон Троппау, известный также как «Мартин-поляк») в «Chronicon Pontificum et Imperatum» (XIII в.): «Джон Англичанин, родился в Майнце, был римским папой в течение двух лет, семи месяцев и четырех дней. Умер в Риме, после чего престол пустовал в течение одного месяца, пока велось расследование. Джон оказался женщиной, которая прибыла в Афон в мужском платье в сопровождении своего любовника. Там она получила знания в самых разнообразных отраслях и не имела себе равных. Впоследствие преподавала в Риме гуманитарные науки и добилась всеобщего признания. После избрания римским папой, забеременела от своего компаньона. Не рассчитала точного времени и родила прямо во время процессии от собора Cвятого Петра до Латерана, в узком переулке между церковью С-Клемента и Колизеем. Похоронена на том же самом месте. В дальнейшем папские процессии никогда не передвигались по этому переулку, как полагают, в память о том случае. Ее имя исключено из списка святых римских пап.»

В период с X и по XIV в. факт существования П. И. ни у кого не вызывал сомнения. Указания на этот счет имеются как у церковных, так и у светских авторов (Этьен Бурбонский «De septem donis Spiritus Sancti»; Бартоломео Платина «Vitæ Pontificum»; Джованни Боккаччио «De mulieribus claris» и др.). Разрозенные сведения складываются примерно в следующую картину.

По всей вероятности, П. И. являлась незаконнорожденой дочерью английского проповедника. По утверждению летописца Адама Аска (1404), в действительности П. И. носила имя Агнесса. Родилась в Майнце (Ингельхейме?), Германия. В двенадцать лет сошлась с монахом из Фульды; вместе с ним бродяжничала в мужском обличье под именем Иоанна Ланглуа. Проявила необыкновенные способности к наукам. Снискала всеобщее уважение и известность во время пребывания в мужском монастыре на горе Святой Афон в Греции. Вскоре переехала в Рим, где сделала быструю карьеру: получила должность нотария папской курии и удостоилась кардинальского сана. Умирая, папа Лев IV прямо назвал Иоанна Ланглуа своим преемником.

В середине 855 конклав кардиналов единогласно избрал Иоанна главой католической церкви. Однако, П. И. подвела ее женская природа. Согласно легенде, молодая женщина страстно влюбилась в одного из своих ближайших помощников. Она забеременела и разрешилась от бремени прямо во время прохождения крестного хода на глазах изумленной толпы. П. И. скончалась вместе с новорожденным младенцем (по другой версии — была убита оскорбленными в религиозных чувствах прихожанами). Впоследствии на месте события в переулке между собором Cвятого Петра и Латераном был установлен памятный камень, а крестные ходы всегда направлялись в обход.

Вокруг личности П. И. постоянно велись самые ожесточенные споры. Богословы и духовенство упорно отрицали ее историчность. Ряд исследователей (Д. Блондель, И. Деллингер) также считали П. И. легендой, созданной для подрыва авторитета католической церкви. Вместе с тем, существует целый ряд фактов, противоречащих подобным утверждениям. Так, на протяжении почти семи веков (с 857 по 1520) существовала процедура обязательного полового освидетельствования претендентов на папский престол. Она заключалась в том, что кандидат усаживался в мраморное кресло с прорезью на сиденьи (sedia stercoraria), а уполномоченный кардинал должен был произвести осмотр и во всеуслышанье провозгласить «Testiculos habet et bene pendentes» («Яички имеются и правильно свисают»). Одно подобное кресло ныне хранится в Лувре, другое — в музее Ватикана. Впрочем, кресла сами по себе ничего не доказывают. Согласно официальным разъяснениям, они служили в качестве унитазов для пап преклонного возраста.

Другие доказательства также носят косвенный характер и не могут внести полной ясности. Так, маршрут крестных ходов действительно неоднократно менялся. Однако, когда именно и по какой причине, достоверно неизвестно. Закладка памятного камня, о котором упоминал Жан де Мейли, ничем не подтверждается. Зато в кафедральном соборе Сиены вплоть до 1400 находился некий бюст с надписью «Johannes VIII, femina ex Anglia» («Иоанн VIII, женщина из Англии»). В средневековых папских исторических хрониках имелся пробел между 855 (год смерти Льва IV) и 858 (год смерти Бенедикта III). Более того, вслед за папой Иоанном VII сразу указывался Иоанн IX. Очевидную несостыковку церковь объяснила формальной задержкой возведения в сан Бенедикта III. Впоследствии официальные летописцы, якобы, обнаружили истинного Иоанна VIII, который правил в 872–882, но не имел ничего общего с П. И.

Со временем образ П. И. стал поистине легендарным и оброс самыми невероятными подробностями. В гадальных картах Таро П. И. имеет ранг Высшей Жрицы (Hierophant). Судьба П. И. всегда привлекала внимание поэтов и писателей: Ф. Петрарка «Жизнь пап», А. Пушкин — неоконченная пьеса «Папесса Иоанна» и др. Роман Донны Вулфолк Кросс «Pope Joan» и одноименные фильмы с Лив Ульман (1972) и Иоганной Вокалек (2009; в русском прокате «Иоанна — женщина на папском престоле»). Пьеса Кэрила Черчилля «Top Girls» (1982). Образ П. И. отразился в современной массовой культуре, поп-музыке, комиксах и др.

Лит: Scherer Georg, Pierio Nicolo. Trattato del molto R.P. Georgio Scherer, theologo della Compagnia di Iesv & predicatore del ser.mo arciduca Ernesto d’Austria, &c: nel qvale con verissime raggioni proua non esser vero, che gia sia stato in Roma una Donna Pontifice. In Vienna d’Avstria, 1586; de Rémond Florimond, Tertullian. Erreur populaire de la Papesse Jane… Lyon, 1595; Witekind Hermann. Iesvitas… falsò… negare Papam Iohannem VIII. fuisse mulierem. Ambergae, 1609; Allacci Leone. Leonis Allatii, de Ioanna Papissa fabula commentatio. Romae, 1630; Historiae Joannis VIII, Romani Pontificis: virum primùm simulantis, postea sexum suum partu in publicâ viâ edito prodentis: a Iesuitarum inprimis technis vindicatae …: accedunt in fine viri cujusd. Cl. celebrisq [ue] critici eandem in rem collectanea. Helmstadii, 1662; de Spanheim Friedrich. Histoire de la papesse Jeanne, fidelement tirée de la dissertation latine de M. de Spanheim. Cologne, 1695; Alexander Cooke, anon. Present for a papist, or, The history of the life of Pope Joan, from her birth to her death… with many curious memoirs relating to those holy fathers, the Jesuits… London, 1740; Mateos Gago y Fernández Francisco. Juana la papisa: contestación a un articulista papisero de Santander. Sevilla, 1878; Brunet Gustave. La papesse Jeanne, étude historique et littéraire. Bruxelles et Doucé, 1880; Rhoidēs Emmanouēl D., Collette C.H. Pope Joan (the female Pope) a historical study tr. from the greek. London, 1886; Thurston Herbert. Pope Joan. London, 1929; Wood Clement. The woman who was pope; a biography of Pope Joan, 853–855 A.D. New York, 1931; Harlowe Marie. The woman Pope: a prophecy of the end of the Catholic Church. Chicago, 1939; Völker Klaus. Päpstin Johanna: ein Lesebuch. Berlin, 1977; Spadanuda Luciano. La papessa Giovanna: la misteriosa donna papa nella cronoca e nei libelli dell’epoca. Valentano, 1996; Stanford Peter. The she-Pope. London, 1998; Kuhlman Erika A. A to Z of women in world history. New York, 2002; Chamberlin E.R. The bad popes. Stroud, 2003; Wilson Katharina M., Margolis Nadia. Women in the Middle Ages: an encyclopedia. Westport, 2004.

Парнок

Софья Яковлевна (Parnok Sophia; иногда Parnokh или Parnoh) (1885–1933), русская поэтесса.

Родилась 30 июля (12 августа) 1885 в Таганроге в зажиточной еврейской семье. Урожденная Парнох; позже изменила фамилию, так как, по ее словам, «букву х ненавижу». Старшая дочь в семье аптекаря Якова Соломоновича Парноха и его жены, врача Александры А6рамовны Идельсон. Мать скончалась при родах близнецов, младших брата и сестры П. Брат — Валентин Парнах, впоследствии известный поэт и джазмен; сестра — детская писательница Елизавета Тараховская. С шести лет П. начала писать стихи и разбирать сложные музыкальные партитуры. В 1894–1903 обучалась в таганрогской гимназии Императрицы Марии, которую окончила с золотой медалью. Отличалась повышенной эмоциональностью; испытала сильный стресс из-за повторной женитьбы отца на немке-гувернантке.

П. рано осознала лесбийскую направленность полового влечения. В шестнадцать лет по-юношески влюбилась в свою сверстницу Надежду Павловну Полякову. Подруга стала адресатом ряда ученических стихотворений, обозначенным инициалами Н. П. П. Отношения прервались в 1903 из-за отъезда П. за границу. Обучалась на филологическом факультете Женевского университета. Вращалась в обществе русских эмигрантов; путешествовала по Италии и Швейцарии вместе с семьей Г. В. Плеханова. Через год, из-за недостатка средств вынуждена была вернуться домой. Поступила в Петербургскую консерваторию по классу фортепьяно. Начиная с 1906, начала публиковаться в провинциальной печати.

Желая добиться финансовой независимости от отца, П. вышла замуж за литератора Владимира Михайловича Волькенштейна (1883–1974). Бракосочетание по еврейскому обряду состоялось в сентябре 1907. Вместе с мужем переехала в Санкт-Петербург. Посещала занятия на юридическом факультете высших бестужевских курсов при Петербургском университете. В январе 1909 брак П. распался, поскольку не удовлетворял ее личных потребностей. П. обосновалась в Москве и повела самостоятельную жизнь. Удивляла окружающих неординарностью суждений и внешним видом: носила мужские пиджаки и галстуки, коротко стриглась, курила сигары. Находилась в близких отношениях с подругой юности Ираидой (Раечкой) Карловной Альбрехт.

В Москве круг общения П. составляли музыканты и любители музыки: композитор М. Ф. Гнесин, поэт К. А. Липскеров, писательница Л. Я. Гуревич, издательница «Северных записок» С. И. Чацкина и др. Вскоре П. добилась определенной известности в литературной среде. Она пробовала себя в различных жанрах: писала прозу, детские сказки, оперные либретто. Под псевдонимом Андрей Полянин выступала как художественный критик. Однако, тесного сближения с признанными метрами не произошло: «Была я здесь в Литературно-художественном кружке. Ассортимент великолепный — все поэты и философы с тиком. Андрей Белый истеричен и глуп до грации, у Кречетова лоб в 1 сант. Тут же Абрамович (Арский) тоже из уважения устроил на лице тик, Бердяев с высунутым языком; на всем печать золотухи и онанизма. Вяч. Иванов сравнивал Блока с Некрасовым; все это было бы смешно, когда бы не было так мерзко».

16 октября 1914 П. познакомилась с М. Цветаевой на музыкальном вечере в доме поэтессы Аделаиды Казимировны Герцык-Жуковской. Глубокая взаимная страсть сразу охватила обеих. В этом союзе П. играла роль старшей, более активной партнерши. В глазах М. Цветаевой П. являлась обольстительницей: проклятой женщиной (femme damnee) Ш. Бодлера или молодой трагической леди У. Шекспира. На Рождество 1914–1915 М. Цветаева уехала вместе с П. в Ростов, оставив дома мужа и полуторагодовалую дочь. Друзья и родственники были в панике. Из письма Е.О.Волошиной, близко знавшей семью Цветаевой-Эфрон: «Вот относительно Марины страшновато: там дело пошло совсем всерьез. Она куда-то с Соней уезжала на несколько дней, держала это в большом секрете. Соня эта уже поссорилась со своей подругой, с которой вместе жила, и наняла себе отдельную квартиру на Арбате. Это все меня и Лилю очень смущает и тревожит, но мы не в силах разрушить эти чары».

Лето 1915 подруги провели в доме поэта М.А.Волошина в Коктебеле. П. ревновала М. Цветаеву к поэту О. Э. Мандельштаму. Та, в свою очередь, волновалась за мужа, уехавшего на фронт: «Сережу я люблю на всю жизнь, он мне родной, никогда и никуда я от него не уйду…» Несколькими строчками ниже: «Соня меня очень любит, и я ее люблю — это вечно, и я от нее не смогу уйти». Отношения сопровождались бурными ссорами и не менее бурными примирениями. Обе настаивали на соблюдении верности и предвидели драматическую развязку.

По возвращении в Москву в сентябре 1915 П. призналась в своих стихах: «Сонет дописан, вальс дослушан / И доцелованы уста». В этот период у П. обострились симптомы базедовой болезни, появились сильные головные боли и бессонница. Зимой 1915 П. и М. Цветаева на две недели отправились в Петербург. Это была их последняя совместная поездка.

Из письма М. Цветаевой: «В феврале 1916 года мы расстались. Почти что из-за Кузьмина, то есть из-за Мандельштама, который не договорив со мною в Петербурге, приехал договаривать в Москву. Когда я, пропустив два мандельштамовых дня, к ней пришла — первый пропуск за годы, — у нее на постели сидела другая: очень большая, толстая, черная…»

Новой подругой П. стала Людмила Владимировна Эрарская (ок. 1890–1964), в то время актриса театра К. Незлобина. Высокая, темноволосая женщина восточного типа, Л. В. Эрарская резко отличалась от М. Цветаевой как внешне, так и внутренне. Она обладала выраженной женственностью, светскими манерами, а, главное — не писала стихов, т. е. не создавала духа соперничества или, по выражению М. Цветаевой, «поединка своеволий». Тем не менее, по воспоминаниям очевидцев, П. до конца жизни хранила фотографию М. Цветаевой.

В конце лета 1917 П. вместе с Л. В. Эрарской уехала из Москвы в Крым. Подруги остановились на даче А. К. Герцык в Судаке. Революция и последовавшая за ней гражданская война задержали П. в Крыму на пять лет. Для нее это были трудные годы: «У меня туберкулез легких, и я еле волочусь от слабости…» И далее: «Я уже совсем настроилась помереть в Судаке». Чтобы добыть средства к существованию, П. приходилось служить секретарем, бухгалтером и даже возделывать огород. Тем не менее, вместе со своими друзьями (М. Волошин, актриса Е. А. Буткова, художник Л. Квятковский и др.), П. продолжала писать стихи и акварели, музицировать и даже выпускать рукописный журнал. В Судаке П. познакомилась с композитором А. А. Спендиаровым и написала либретто оперы «Алмаст», которая позднее пользовалась большим успехом.

П. вернулась в Москву в начале января 1922. Опубликовала несколько стихотворных сборников («Розы Пиерии», 1922; «Лоза», 1923; «Музыка», 1926; «Вполголоса», 1928). В 1930-ые П. в основном занималась переводами и организацией литературных вечеров. Заботилась о Л. В. Эрарской, у которой развилось психическое заболевание. Из-за проблем со здоровьем Л. В. Эрарская вынуждена была уйти из Московского театра кукол. В 1925 подруги окончательно расстались. П. посвятила Л. В. Эрарской несколько любовных стихотворений и вспоминала о ней с большой нежностью: «Никогда, даже после моей смерти, не перестанет болеть моя душа о ней» (из письма к близкой подруге Екатерине Казимировне Герцык от 11.01.26).

В 1923 П. познакомилась с Ольгой Николаевной Цубербиллер (1885–1975), профессором математики Московского государственного университета. С сентября 1925 по весну 1928 жила вместе с ней в одной квартире. Несмотря на полное различие характеров и темпераментов, П. считала О. Н. Цубербиллер «благословенным» и «бесценным другом», которого она «недостойна» и к которому испытывала «вечную благодарность и любовь». «Лучшего человека я не знала в жизни», — призналась П. в одном из писем.

В 1936–1965 О. Н. Цубербиллер заведовала кафедрой Высшей математики; в 1943–1966 — возглавляла кафедру геометрии. Автор задачника по аналитической геометрии, который выдержал множество изданий и по сей день используется студентами высших учебных заведений. После смерти П. О. Н. Цубербиллер являлась хранительницей ее рукописей. С конца 1930-ых О. Н. Цубербиллер находилась в близких отношениях с оперной певицей и эзотериком Конкордией (Корой) Евгеньевной Антаровой, написавшей трехтомный теософский роман «Две жизни». Скончалась О. Н. Цубербиллер 28 сентября 1975; похоронена рядом с К. Е. Антаровой в Москве на Новодевичьем кладбище.

Летом 1930 на премьере оперы «Алмаст» в Большом театре П. познакомилась с исполнительницей главной роли Марией Петровной Максаковой (1902–1974). П. пережила недолгое увлечение певицей, посещала все ее спектакли, особенно восхищаясь созданным ею образом Кармен.

Последней любовью П. зимой 1931–1932 стала Нина Евгеньевна Веденеева (1882–1955) — преподаватель физики в МГУ, а затем заведующая лабораторией Института кристаллографии АН СССР. Немолодым женщинам пришлось преодолеть целый ряд моральных и психологических трудностей на пути к сближению. Седая Муза, как называла П. Н. Е. Веденееву, вдохновила ее на создание стихотворных циклов «Большая Медведица» и «Ненужное добро», ставших высшим достижением ее любовной лирики:

Выпросить бы у смерти

Годик, другой.

Только нет, не успеть мне

Надышаться тобой.

Лето 1933 П. проводила в селе Каринском под Москвой. Неожиданно ее самочувствие резко ухудшилось. 26 августа 1933 П. скончалась от сердечного приступа. Похоронена в Москве на немецком кладбище в Лефортово.

Лит: Karlinsky Simon. Russia’s Gay Literature and History (11 th—20 th Centuries) /Gay Sunshine, N 29/30. San Francisco, 1976; Полякова С. В. Незакатные оны дни: Цветаева и Парнок. Ann Arbor, 1983; Полякова С. В. Поэзия Софии Парнок. В кн.: София Парнок. Собрание стихотворений. СПб, 1998; Lewis Burgin Diana. Sophia Parnok: the life and work of Russia’s Sappho. New York, 1994 (рус. перевод: СПб, 1999); Deluy Henri. Sans lui (by Marina Tsvetaeva; Sofiia Parnok). Paris, 1994; Bliss Eaton Katherine. Enemies of the people: the destruction of Soviet literary, theater, and film arts in the 1930s. Evanston, 2002; Castle Terry. The literature of lesbianism: a historical anthology from Ariosto to Stonewall. New York, 2003.

Петр I

Великий (1672–1725), первый российский император.

Родился 30 мая (9 июня) 1672 в Теремном дворце московского Кремля. Первый сын царя Алексея Михайловича от его второй жены Натальи Кирилловны Нарышкиной. В 1676 потерял отца и был отдан под опеку своему сводному брату Федору Алексеевичу — сыну Алексея Михайловича от первой жены Марии Ильиничны Милославской. Не отличавшийся крепким здоровьем Федор Алексеевич скончался в апреле 1682. В ходе обострившейся борьбы за власть клану Нарышкиных удалось возвести на престол десятилетнего Петра.

Однако, Милославские продолжали настаивать на кандидатуре Ивана Алексеевича — другого сына Алексея Михайловича от первого брака. Их поддержали недовольные своим положением стрельцы. Под угрозой погромов и кровопролития патриарх Иоаким предложил провозгласить Ивана старшим царем, а Петра — младшим и назначить при них регентшей царевну Софью Алексеевну. 25 июня 1682 Иван V Алексеевич и П.I Алексеевич венчались на царство в Успенском соборе московского Кремля.

Юный царь много времени проводил в селах Воробьеве и Преображенском, где создал свое потешное войско, состоявшее из сверстников по мальчишеским играм. Здесь же располагался созданный Петром Всешутейший, Всепьянейший и Сумасброднейший Собор — пародия на православную церковь. Он успешно осваивал инженерную и военную науку, а в свободное время устраивал веселые пирушки и попойки. Петр охотно посещал Немецкую слободу, сблизился со своими будущими сподвижниками Францем Лефортом, Патриком Гордоном и др. Одной из его многочисленных подружек того времени историки называют дочь почтового чиновника Елену Фадемрех.

Обеспокоенная разгульным поведением сына, Наталья Кирилловна решила женить его на Евдокии Лопухиной (1669–1731). Родилась 30 июня (9 июля) в семье боярина Федора Авраамовича Лопухина, стрелецкого головы, позже окольничьего и стольника царя Алексея Михайловича. Урожденная Прасковья Илларионовна; имя было сменено при бракосочетании. Венчание П.I и Е.Ф.Лопухиной состоялось 27 января 1689 в церкви Преображенского дворца под Москвой. Как заметил историк М.И.Семевский, «…по русским понятиям, женатый человек считался совершеннолетним, и Петр в глазах своего народа получил полное нравственное право избавить себя от опеки сестры».

Царевна Софья Алексеевна всеми силами пыталась удержать власть. Ее кознями был организован т. н. Стрелецкий бунт, жестоко подавленный П.I. Соправитель П.I царь Иван V фактически самоустранился от государственных дел. Начиная с 1689, П.I начал править единолично. Он продолжал проявлять интерес к наукам и заграничному образу жизни. Первым из русских царей П.I совершил длительное путешествие в страны Западной Европы (т. н. Великое посольство, 1697–1698). По возвращении, он развернул коренные реформы российского государства и общественного уклада.

В первой половине 1690-ых семейная жизнь П.I разладилась. Царица Евдокия, воспитанная в домостроевских традициях, не разделяла реформаторских взглядов мужа. Боярин Борис Иванович Куракин, женатый на ее сестре Ксении, вспоминал: «И была принцесса лицом изрядная, токмо ума посреднего и нравом не сходная к своему супругу, отчего все счастие свое потеряла и весь род свой сгубила… Правда, сначала любовь между ими, царем Петром и супругою его, была изрядная, но продолжалася разве токмо год. Но потом пресеклась; к тому же царица Наталья Кирилловна невестку свою возненавидела и желала больше видеть с мужем ее в несогласии, нежели в любви. И так дошло до конца такого, что от сего супружества последовали в государстве Российском великие дела, которы были уже явны на весь свет…»

Род Лопухиных, оказавшийся «на виду» по случаю, Б. И. Куракин характеризовал весьма нелестно: «… люди злые, скупые ябедники, умов самых низких и не знающие нимало в обхождении дворовом… И того к часу все их возненавидели и стали рассуждать, что ежели придут в милость, то всех погубят и государством завладеют. И, коротко сказать, от всех были возненавидимы и все им зла искали или опасность от них имели». Евдокия оказалась замешана в Стрелецком бунте; в дальнейшем продолжала общаться с политическими противниками мужа.

В царской семье родилось трое сыновей: Алексей (1690–1718), а также Александр и Павел, умершие в младенчестве. Ок. 1691–1692 у П.I начался роман с А. Монс и отношения с женой еще более ухудшились. П.I пытался уговорить Евдокию принять добровольный постриг, но она отказалась, ссылаясь на малолетство сына. 23 сентября 1698 Евдокию под конвоем отправили в Суздальско-Покровский монастырь, где она была пострижена под именем Елены. В 1709 или 1710 Евдокия стала жить как мирянка и сошлась с майором Степаном Глебовым, которого знала с детства.

Посланный для розыска капитан-поручик Скорняков-Писарев доставил прелюбодеев в Москву. 20 февраля 1718 в Преображенском застенке состоялась очная ставка С. Глебова и Е. Лопухиной. Майор не стал отпираться: «И сошелся я с нею в любовь через старицу Каптелину и жил с нею блудно». Старицы Мартемьяна и Каптелина, выступавшие свидетельницами, показали, что своего любовника «инокиня Елена пускала к себе днем и ночью, и Степан Глебов с нею обнимался и целовался, а нас или отсылали телогреи кроить к себе в кельи, или выхаживали вон». Повинилась во всем и сама Евдокия: «Я с ним блудно жила в то время, как он был у рекрутского набора, в том и виновата».

С. Глебова обвиняли также в государственной измене и подстрекательстве народа «против Его величества». Но этой вины он за собой не признал. Австрийский дипломат Плейер писал на родину: «Майор Степан Глебов, пытанный в Москве страшно кнутом, раскаленным железом, горящими угольями, трое суток привязанный к столбу на доске с деревянными гвоздями, ни в чем не сознался». С. Глебова посадили на кол и он мучился четырнадцать часов, прежде чем умереть. По слухам, Евдокию заставили присутствовать при казни и не позволяли закрывать глаза и отворачиваться.

В 1718 Евдокия Лопухина была переведена в Ладожский Успенский монастырь, где провела семь лет под строгим надзором. Согласно легенде, перед отправкой она прокляла новую столицу Петра: «Месту сему быть пусту!». В 1725 Евдокию отправили в Шлиссельбург, где держали в строгой изоляции. С воцарением своего внука Петра II она была с почетом возвращена в Москву и жила сначала в Вознесенском монастыре в Кремле, затем в Лопухинских палатах Новодевичьего монастыря. Ей было дано большое содержание и особый двор. Имеются свидетельства, что в 1730 Евдокия Федоровна отказалась от престола, предложенного ей членами Верховного тайного совета. Умерла 28 августа (7 сентября) 1731 при правлении императрицы Анны Иоанновны, которая относилась к ней с большим уважением. Похоронена в соборной церкви Новодевичьего монастыря.

В 1703 в разгар Великой Северной войны, результатом которой стало значительное расширение территорий России в Прибалтике, П.I встретил свою будущую жену Марту Самуиловну Скавронскую (1684–1727). Точные сведения о ее происхождении и молодых годах не сохранились. По одной из версий, родилась на территории исторической области Видземе, входившей тогда в состав шведской Ливонии в семье латышского или литовского крестьянина. По другой версии, будущая императрица родилась в Дерпте (ныне Тарту, Эстония) в семье местных земледельцев. В юности прислуживала в доме пастора Глюка, где обучилась грамоте и рукоделиям. В возрасте 17 лет вышла замуж за шведского драгуна Иоганна Крузе (Johan Cruse), который вскоре отправился на войну и пропал без вести.

25 августа 1702 русская армия захватила шведскую крепость Мариенбург (ныне Алуксне, Латвия) и подвергла город жестокому разграблению. В качестве военной добычи Марта Скавронская досталась самому фельдмаршалу Б.П.Шереметеву. Несколько месяцев спустя любимец П.I А. Д. Меншиков силой присвоил девицу себе. Осенью 1703 П.I впервые увидел М. Скавронскую.

По описанию Ф. Вильбуа, царь «остановился у своего фаворита Меншикова, где и заметил Екатерину в числе слуг, которые прислуживали за столом. Он спросил, откуда она и как тот ее приобрел. И, поговорив тихо на ухо с этим фаворитом, который ответил ему лишь кивком головы, он долго смотрел на Екатерину и, поддразнивая ее, сказал, что она умная, а закончил свою шутливую речь тем, что велел ей, когда она пойдет спать, отнести свечу в его комнату. Это был приказ, сказанный в шутливом тоне, но не терпящий никаких возражений. Меншиков принял это как должное, и красавица, преданная своему хозяину, провела ночь в комнате царя… На следующий день царь уезжал утром, чтобы продолжить свой путь. Он возвратил своему фавориту то, что тот ему одолжил. Об удовлетворении царя, которое он получил от своей ночной беседы с Екатериной, нельзя судить по той щедрости, которую он проявил. Она ограничилась лишь одним дукатом, что равно по стоимости половине одного луидора (10 франков), который он сунул по-военному ей в руку при расставании».

Веселая и добродушная М. Скавронская пришлась П.I по душе. В 1705 он отправил ее в село Преображенское в дом своей сестры царевны Натальи Алексеевны. В 1707 или 1708 М. Скавронская приняла православие и получила имя Екатерина Алексеевна Михайлова, поскольку крестным отцом был царевич Алексей Петрович, а фамилию Михайлов использовал сам П.I, когда хотел сохранить инкогнито. Еще до замужества Екатерина начала рожать государю детей. В общей сложности их было одиннадцать человек, но большинство умерло в младенчестве. Среди выживших были дочери Анна (1708–1728) и Елизавета (1709–1762), будущая императрица Елизавета I.

По воспоминаниям Г.-Ф. Бассевича, тайного эмиссара герцога голштинского Карла-Фридриха, Екатерина оказывала на государя благотворное воздействие: «Звук голоса Катерины успокаивал Петра; потом она сажала его и брала, лаская, за голову, которую слегка почесывала. Это производило на него магическое действие, он засыпал в несколько минут. Чтоб не нарушать его сна, она держала его голову на своей груди, сидя неподвижно в продолжение двух или трех часов. После того он просыпался совершенно свежим и бодрым».

В личных письмах П.I проявлял необычную для него нежность: «Катеринушка, друг мой, здравствуй! Я слышу, что ты скучаешь, а и мне не безскучно…». Официальное венчание П.I с Екатериной Алексеевной состоялось 19 февраля 1712 в соборе Исаакия Далмацкого в Петербурге. В 1721 П.I принял титул первого императора Российской империи. 7 (18) мая 1724 он короновал жену как императрицу и свою соправительницу в Успенском соборе Кремля. Это было второе на Руси восшествие на престол женщины, после М. Мнишек. Екатерина оставалась верной подругой государя на протяжении двадцати лет. Только под конец жизни отношение П.I к жене несколько омрачилось из-за подозрений в ее связи с камергером В. Монсом.

Несомненно, главным приоритетом для П.I всегда являлась государственная политика. Он создал мощную Российскую империю, завоевал выход к Батийскому морю, поднял экономику страны и др. П.I привык действовать решительно и прямо. Этого стиля он придерживался и в интимных отношениях. Большинство мемуаристов и историков изображают П.I прямолинейным и грубоватым солдафоном, весьма мало заботящимся об удовлетворении женщины. Нередко в адрес П.I звучали упреки в холодном, расчетливом цинизме и неразборчивости в выборе подруг.

По рассказу К. Валишевского, во время пребывания П.I в Копенгагене в 1716, он имел беседу с датским королем: «Король. — Я слышал, брат мой, что у вас тоже есть любовница? Царь. — Брат мой, мои любовницы обходятся мне недорого, а на вашу вы тратите тысячи талеров, которые могли бы употребить с большею пользою». К числу временных фавориток П.I относились М. Гамильтон, А. Чернышева, польская княжна Елизавета Синявская и др.

Ок. 1706–1708 П.I приблизил к себе Варвару Михайловну Арсеньеву (1676-ок.1730). Младшая дочь стольника и якутского воеводы Михаила Афанасьевича Арсеньева. Родная сестра Дарьи Михайловны Арсеньевой, жены А. Д. Меншикова с 1706. Со слов Ф. Вильбуа, впервые государь овладел ею при довольно необычных обстоятельствах: «Петр любил все необыкновенное. За обедом он сказал Варваре: „Не думаю, чтобы кто-нибудь пленился тобою, бедная Варя, ты слишком дурна; но я не дам тебе умереть, не испытавши любви“. И тут же при всех повалил ее на диван и исполнил свое обещание». К. Валишевский добавляет: «Нравы тогдашнего общества допускали правдоподобие этого рассказа. Я уже указывал на странные отношения того времени между любовниками; на дикое извращение чувств и смешение связей».

В. М. Арсеньева жила в петербургском дворце А. Д. Меншикова, где имела собственные покои, т. н. Варварины Палаты. Не исключено, что некоторое время П.I пользовался ее расположением наравне со своим бывшим денщиком. В дальнейшем В. М. Арсеньева разделила судьбу своей сестры и отправилась вместе с А. Д. Меншиковым в ссылку. Ок. 1729 она была насильно пострижена в монахини под именем Варсонофья. Не вынесла тяжелых испытаний и скончалась спустя год в Горицком девичьем монастыре.

По иному складывались отношения П.I с княжной Марией Дмитриевной Кантемир (1700–1757), дочерью молдавского господаря Дмитрия Константиновича и его жены Кассандры Кантакузен. Сестра одного из первых русских поэтов Антиоха Кантемира. Детские годы девочка провела с родителями в Стамбуле. Была прекрасно образована: знала несколько иностранных языков, обучалась основам математики, астрономии, риторики, философии, увлекалась античной и западноевропейской литературой, историей, рисованием и музыкой. В конце 1710 семья вернулась в столицу Молдавского княжества Яссы. Князь Д. К. Кантемир являлся союзником П.I во время турецкой кампании. Потерпев неудачу, лишился большинства своих владений. Вместе с семьей переехал в Россию: с 1711 жил в Харькове, с 1713 — в Москве и подмосковной резиденции Черная грязь.

В 1720 отец Марии овдовел и женился на княжне Настасье Трубецкой. Их гостеприимный дом в Санкт-Петербурге посещали зарубежные дипломаты, лица из ближайшего царского окружения, а также сам П.I. Он не на шутку увлекся молодой княжной и выражал явное недовольство, когда долго не видел ее. По всей вероятности, связь Марии с П.I началась зимой 1721 с молчаливого согласия ее отца. В этот период она отказала сватавшемуся к ней князю Ивану Григорьевичу Долгорукову. В 1722 М. Д. Кантемир последовала за царем в персидский поход, но вынуждена была задержаться в Астрахани по причине беременности.

Со слов Л. Майкова: «Пока происходила эта экспедиция, в Астрахани, на государевом рыбном дворе, где было отведено помещение для Кантемирова семейства, совершилось издалека подготовленное темное дело. Княжна Мария преждевременно разрешилась недоношенным младенцем. Есть известие, что эти роды были искусственно ускорены мерами, которыя принял Поликала, врач семьи Кантемиров, состоявший также при Царицыном дворе, — руководил же действиями Поликалы не кто иной, как приятель князя Димитрия П. А. Толстой. Ему не впервой было играть двойственную роль: сближая княжну с Петром, он в то же время хотел быть угодным Екатерине; несчастная княжна оказалась его жертвой, хрупкою игрушкой в его жестких руках. Теперь супруга Петра могла быть покойна; опасность, которой она боялась, была устранена».

Отношения, прерванные неудачными родами, ненадолго восстановились в 1724, когда П.I наказывал Екатерину за супружескую измену с В. Монсом. После смерти государя М. Д. Кантемир находилась в опале. Лишь императрица Анна Иоанновна вернула ей государево расположение. М. Д. Кантемир отвергла еще несколько предложений выйти замуж, в т. ч. от грузинского царевича Александра, сына Карталинскаго царя Бакара. В 1730 в ее доме был литературный салон. Переписывалась со своим братом Антиохом, который проживал в Париже. М. Д. Кантемир умерла 9 сентября 1757 в своей подмосковной усадьбе.

Согласно утверждениям некоторых историков, у П.I был еще один сын от графини Марии Андреевны Румянцевой (Румянцова) (1699–1788). Родилась 4 (14) апреля в семье действительного тайного советника Андрея Артамоновича Матвеева и его первой жены Анны Степановны Аничковой. По линии отца приходилась родственницей М. Гамильтон. Получила европейское образование, первые годы жизни провела в Вене и Гааге, где ее отец служил послом. Свободно говорила по-французски, хорошо танцевала, обладала прекрасной внешностью. По свидетельству великого князя Николая Михайловича: «Она занимала первое место среди любовниц великого императора, он любил Марию Андреевну до конца жизни и даже ревновал ее, что случалось с ним нечасто. Желая, чтобы кто-нибудь держал юную графиню „в ежовых рукавицах“, государь выдал 19-летнюю Матвееву за своего любимого денщика Александра Ивановича Румянцева…».

Свадьба состоялась 10 июля 1720. Государь пожаловал жениху чин бригадира и «немалые деревни», конфискованные по делу о розыске царевича Алексея. В семье родилось трое дочерей. В 1725 А. И. Румянцев был отослан в длительную командировку в Константинополь, а затем в Персию. М. А. Румянцева дожидалась супруга в селе Строенцы (ныне Рыбницкого района Приднестровья). 4 (15) января 1725 у нее появился на свет мальчик, крещеный в честь царя Петром. В будущем ему предстояло стать знаменитым полководцем Петром Александровичем Румянцевым-Задунайским. Великий князь Николай Михайловича, а вслед за ним историк К. Валишевский однозначно называют отцом ребенка самого П.I.

При Анне Иоанновне А. И. Румянцев попал в опалу и вместе с женой отправлен в ссылку в деревню под Алатырем. В 1735 восстановлен в чинах, назначен астраханским, а затем казанским губернатором. Участвовал в подавлении восстания башкир. Сделал крупную военную и дипломатическую карьеру. В 1740 Мария Румянцева стала придворной статс-дамой и гофмейстериной. Пользовалась доверием Елизаветы I, в 1744 сопровождала ее в поездке к А. Г. Разумовскому. Овдовела в 1749 и осталась жить при дворе. Заслужила уважение современников за доброе и сострадательное сердце. В 1763 устроила в своем доме приют для подкидышей и беспризорных детей. Скончалась 4 (15) мая 1788 в Санкт Петербурге. Погребена в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры. Поэт Г. Р. Державин посвятил М. А. Румянцевой оду «На смерть графини Румянцевой».

В последние годы жизни у П.I возникли серьезные проблемы со здоровьем. Предположительно, он страдал почечнокаменной болезнью, осложненной уремией. Вместе с тем, ходили упорные слухи, что А. Чернышева заразила государя «дурной болезнью». Летом-осенью 1724 самочувствие П.I заметно ухудшилось. Он продолжал заниматься государственными делами, но испытывал приступы жестокой боли. Император П.I скончался в начале шестого часа утра 28 января (8 февраля) 1725 в Зимнем дворце в Санкт-Петербурге. Похоронен в соборе Петропавловской крепости. Решением Сената трон наследовала его жена Екатерина Алексеевна, ставшая первой российской императрицей под именем Екатерина I.

В официальной российской историографии П.I принято считать одним из наиболее выдающихся государственных деятелей, определившим направление развития России в XVIII веке. Однако, многие историки, в т. ч. Н. М. Карамзин, В. О. Ключевский и др., давали ему резко критические оценки.

Образ П.I Великого постоянно привлекал внимание мастеров различных искусств. В литературе: поэмы А. Пушкина «Полтава», «Медный всадник», роман «Арап Петра Великого», романы Д. Мережковского «Петр и Алексей», А.Н.Толстого «Петр Первый», Ю. Германа «Россия молодая», повесть Ю. Тынянова «Восковая персона», З. Чиркова «Мария Кантемир. Проклятие визиря», Д. Гранина «Вечера с Петром Великим», драма Ф. Горенштейна «Царь Петр и Алексей» и др. В музыке: оперы А. Гретри «Pierre le Grand» (1790), Й. Вайгля «Pierre le Grand» (1794), Г. Доницетти «Pietro il Grande zar di tutte le Russie or Il falegname di Livonia» (1819), Д. Мейербера «L'étoile du nord» (1854), А. Петрова «Петр I» (1975), оперетта В.В.Щербачева «Табачный капитан» (1942) и др. В кино: фильмы В. Петрова «Петр I» (1937) с Н. Симоновым в заглавной роли; А. Митты «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» (1976) с А. Петренко; трилогия С. Герасимова «Юность Петра», «В начале славных дел», «Россия молодая» (1980–1982) с Д. Золотухиным; сериал М. Чомски «Peter the Great» (1985) с М. Шеллом и др.

Лит.: Штелин Я. Подлинные анекдоты о Петре Великом. Mосква, 1800; Голиков И. И. Анекдоты, касающиеся до государя императора Петра Великого. Москва, 1807; Семевский М. Евдокия Федоровна Лопухина. «Русский Вестник», № 9, 1859; Бассевич Геннинг-Фридрих. Записки графа Бассевича, служащие к пояснению некоторых событий из времени царствования Петра Великого (1713–1725). Журнал Русский архив. Москва, 1865; Кантемир А. Д. Сочинения, письма и избранные переводы. Санкт Петербург, 1868; Грот Я. К. Происхождение Екатерины I. Сборник ОРЯС, т. 18. Санкт-Петербург, 1878; Петербург в 1720 году. Записки поляка очевидца. «Русская старина», т. XXXIV, XXXVII. 1879; Нартов А. Рассказы о Петре Великом. Санкт Петербург, 1891; Майков Л. Княжна Мапия Кантемирова. Русская старина, т. 89, № 1 1897;

Письма и бумаги императора Петра Великого. Москва-Ленинград, 1946–1962; Вильбуа Ф… Рассказы о российском дворе. Вопросы истории. № 12, 1991; Оларт Г. Петр Первый и женщины. Чебоксары, 1992; Хоруженко О. И. О происхождении императрицы Екатерины I. Европейские монархии в прошлом и настоящем. Москва, 2000; Измайлова И. Петр I: убийство императора? Санкт-Петербург, 2004; Градинаров Ю. Петр I и его женщины. Москва, 2010.

Пиаф

Эдит (Piaf Édith) (1915–1963), французская певица и актриса.

Родилась 19 декабря 1915 в Менильмонтане, одном из беднейших районов Парижа. По рассказам, это событие произошло прямо на улице Бельвиль под уличным фонарем. Урожденная Эдит Джованна Гассьон (Édith Giovanna Gassion). Названа в честь английской медсестры Эдит Кейвел, героини Первой мировой войны, расстреляной немцами. Дочь бродячего акробата Луи-Альфонса Гассьона (Louis-Alphonse Gassion, 1881–1944) и его жены Аннеты Мейлар (Annetta Giovanna Maillard, 1895–1945). Мать девочки имела смешаное итало-франко-марроканское происхождение. Родилась в Ливорно. Выступала в уличных кафе под псевдонимом Лина Марса. Иногда подрабатывала проституцией; злоупотребляла алкоголем.

До года девочка находилась на попечении бабушки по материнской линии Эммы (Айши) Саид бен Мухаммед (1876–1930). В 1916 отец отправил ее к своей матери, которая содержала небольшой публичный дом в городке Берней в Нормандии. С трех до семи лет девочка слабо слышала и плохо видела из-за конъюнктивита. Проститутки проявляли о ней трогательную заботу и даже собрали деньги для паломничества к Святой Терезе. Обращение к высшим силам принесло ребенку чудесное исцеление.

В 1922 Эдит начала участвовать в представлениях своего отца на улицах Парижа: собирала деньги и исполняла незамысловатые песенки. Вскоре пение стало для нее смыслом жизни. Позднее воспоминания юности отразились в песенном творчестве («Elle fréquentait la Rue Pigalle», 1939) и др. В 1929 вместе со своей сводной сестрой Симон Берто (Simone Berteaut), по прозвищу Момон (Mômone), снимала номер в дешевой гостинице Гранд Отель де Клермон по улице Верон, 18. Часто меняла возлюбленных. От одного из них, рассыльного Луи Дюпонта в 1931 родила своего единственную дочь Марсель, которая умерла в возрасте двух лет от менингита. Находилась в зависимости от сутенера Альбера, который избивал ее и отнимал большую часть выручки.

В 1935 Эдит познакомилась с Луи Лепле (Louis Leplée), владельцем ночного клуба «Le Gerny» на Елисейских полях. Он по достоинству оценил ее талант и преподал первые уроки актерского мастерства. Л. Лепле создал оригинальный имидж певицы, главным атрибутом которого стало черное платье. Он же придумал сценический псевдоним Пиаф (Воробышек на парижском сленге). Имя очень точно подходило малышке Эдит: при росте 1, 47 см, она обладала дерзким и бесстрашным нравом. П. быстро приобрела известность, подружилась со знаменитым шансонье Морисом Шевалье, поэтом Жаком Боржеа и др. В январе 1936 П. записала первые диски на студии «Polydor». В том же году началось ее творческое содружество с композитором и автором текстов Маргерит Монно.

Однако, успешная карьера едва не оборвалась, толком не начавшись. 6 апреля 1936 Л. Лепле был застрелен в своей квартире. Полиция задержала убийц и установила, что все они ранее они были знакомы с П. На нее пало подозрение в соучастии преступления. Несмотря на недостаток доказательств, репутация П. сильно пострадала. В этот трудный момент близким другом П. стал бывший легионер и поэт Раймон Ассо (Raymond Asso, 1901–1968). Он резко ограничил ее сомнительные связи, написал несколько песен («Un jeune homme chantait», «Paris-Méditerranée» и др.). После того, как в 1939 Р. Ассо призвали в армию, П. сошлась с актером и певцом Полем Мериссом (Paul Gustave Pierre Meurisse, 1912–1979). Вместе с ним исполнила главные роли в одноактной пьесе Ж. Кокто «Равнодушная красавица» (1940).

Во время оккупации Парижа П. проживала в том же доме, где располагался респектабельный бордель для офицеров вермахта. Часто выступала в немецких воинских частях, за что впоследствии обвинялась в коллоборационизме. По словам самой П., она выполняла задания руководителей движения Сопротивления. После концертов в лагерях для военнопленных фотографировалась вместе с французскими солдатами, якобы, на память. Затем фотографии заключенных вклеивались в фальшивые паспорта и использовались для побегов.

В послевоенные годы песни П. завоевали всемирное признание. В 1947 она впервые побывала в Соединенных Штатах, затем совершила несколько триумфальных турне по Европе и Южной Америке. П. восемь раз приглашалась в шоу Эда Салливана. В 1956 и 1957 выступала на сцене нью-йоркского Карнеги Холла. С 1955 ее главной концертной площадкой в Париже являлся легендарный зал «Олимпия».

П. охотно протежировала молодым начинающим певцам, которые нередко становились ее близкими друзьями. Так, в 1944 она вывела на сцену Ива Монтана (Yves Montand, 1921–1991), который через год стал одним из самых популярных французских шансонье. В 1951 П. положила начало карьере Шарля Азнавура (Charles Aznavour, род. 1924), который сопровождал ее в поездке по Франции и США. Некоторое время Ш. Азнавур исполнял обязанности ее персонального секретаря и шофера. Вместе с ним П. попала в жуткую автокатастрофу, сломала руку и два ребра. Для снятия боли начала принимать морфин.

Летом 1948 П. познакомилась с Марселем Серданом (Marcel Cerdan, 1916–1949), чемпионом мира по боксу во втором полусреднем весе. Оба были охвачены глубоким, всепоглощающим чувством, которое даже не пытались скрывать. М. Сердан имел жену и троих детей, тем не менее открыто появлялся вместе с П. на публике. Пресса широко обсуждала мельчайшие подробности их романа. Однако, отношения оборвались трагически. 28 октября 1949 М. Сердан отправился в США на матч-реванш с Джейком Ла Мотта. Перед боем он собирался встретиться с П. в Нью-Йорке. Самолет «Lockheed L-749 Constellation», на котором летел М. Сердан, разбился в районе Азорских островов. Все пассажиры и члены экипажа погибли. Для П. гибель М. Сердана оказалась сильнейшим потрясением. Преодолеть затяжную депрессию П. пыталась с помощью алкоголя и наркотиков. В память о М. Сердане она написала песню «Hymne a l’amour» (1949).

В 1952 П. вышла замуж за певца Жака Пиллса (Jacques Pills, 1906–1970). Свидетельницей на свадьбе была М. Дитрих. В соавторстве с Ж. Пиллсом П. написала известную композицию «Je T’ai Dans la Peau». Заботливо опекала молодого пианиста Жильбера Беко (Gilbert Bécaud, 1927–2001), впоследствии популярного певца, композитора и актера. Продолжала злоупотреблять психотропными веществами и несколько раз лечилась от наркотической зависимости. В 1956 развелась с Ж. Пиллсом.

В конце 1958 П. начала сотрудничать с композитором Жоржем Мустаки (Georges Moustaki, род. 1934), который на несколько лет стал ее ближайшим другом. В соавторстве с ним написала знаменитую песню «Milord», которая в 1959 возглавляла все мировые хит-парады. В том же году П. сильно порезала лицо в очередной автоаварии. Ее физическое и моральное состояние было подорвано. Во время выступления в нью-йоркской «Уолдорф Астория» П. упала прямо на сцене из-за резких болей в животе. Вскоре подобный приступ повторился в Стокгольме. Тем не менее, в 1960 П. записала один из своих шедевров «Non je ne regrette rien», созданный в содружестве с Шарлем Дюмоном.

В 1961 П. встретила Тео Сарапо (Théo Sarapo, 1936–1970). Урожденный Теофанис Ламбукас (Theophanis Lamboukas). Выходец из Греции, работал в парикмахерском салоне, мечтал о карьере артиста. Как уже неоднократно случалось ранее, П. полностью поддалась обаянию молодого таланта. 9 октября 1962 они зарегистрировали свой брак в мерии 16-ого округа Парижа. Неравный союз вызвал много толков и пересудов. Пресса открыто называла Т. Сарапо охотником за золотом (gold digger). Несмотря на значительную разницу в возрасте, Т. Сарапо искренне любил П., окружил ее заботой и вниманием. Союз оказался довольно успешным в творческом плане. Вместе с мужем П. записала несколько песен, одна из которых («A quoi ca sert l’amour?») в 1962 стала хитом. Публика доброжелательно встретила выступление семейного дуэта на сцене театров «Олимпия» и «Бобино».

В 1963 у П. диагностировали рак печени. Она впала в кому и последние месяцы жизни провела на своей вилле в Пласкассье на Французской Ривьере. П. умерла 11 октября 1963, в один день со своим другом Ж. Кокто. Католическая церковь отказалась отпевать П. Зато десятки тысяч поклонников проводили ее в последний путь на кладбище Пер Лашез в Париже. В 1970 в соседней могиле был похоронен погибший в автокатастрофе Т. Сарапо.

П. считается национальной героиней Франции и иконой мирового шансона. В Париже на улице Креспен дю Гаст, 5 открыт музей П. Ее судьбе посвящено несколько фильмов («La Mome», 1963, «Piaf, A Passionate Life»; «Edith et Marcel», 1983; «La Vie En Rose», 2007 и др.). В 1982 советский астроном Людмила Карачкина назвала именем П. малую планету 3772. Песня П. «La vie en rose» (1945) удостоена премии Гремми в 1998.

Лит: Hiegel Pierre. Edith Piaf. Monte-Carlo, 1962; Кончаловская Наталья. Песня, собранная в кулак. Москва, 1964; The wheel of fortune; the autobiography of Edith Piaf. Philadelphia, 1965; Berteaut Simone. Piaf; a biography. New York, 1972; Allaert Edith, Bertin Jacques et al. Édith Piaf, le chant d’amour. Paris, 1973; Noli Jean. Edith: trois ans pour mourir. Paris, 1973; Costaz Gilles. Edith Piaf. Paris, 1974; Gassion Denise. Piaf, ma soeur. Paris, 1974; Le Breton Auguste. La môme Piaf. Paris, 1980; Vassal Hugues. Piaf mon amour. Villeurbanne, 1982; Larue André. Edith Piaf: l’amour toujours. Paris, 1983; Boissonnade Euloge. Piaf et Cerdan: l’amour foudroye. Paris, 1983; Grimault Dominique, Mahé Patrick. Piaf and Cerdan: a hymn to love. London, 1984; Philippe Claude-Jean. Edith. Paris, 1988; Piaf Edith. My life. London, 1990; Routier Marcelle. Piaf, l’inoubliable. Paris, 1990; Duclos Pierre. Piaf. Paris, 1993; Lange Monique. Edith Piaf. Paris, 1993; Noli Jean. Piaf secrète. Paris, 1993; Bonel Marc, Bonel Danielle. Edith Piaf, le temps d’une vie. Paris, 1993; Valentin Louis. Piaf: l’ange noir. Paris, 1993; Edith Piaf, 1915–1963. Paris, Salabert, 1994; Marchois Bernard. Edith Piaf: opinions publiques. Paris, 1995; Sizaire Anne. Edith Piaf: la voix de l’émotion. Paris, 1996; Perroud Frédéric. Marcel Cerdan, Edith Piaf: le bel amour. Paris, 1999; Cartier Jacqueline. Edith et Thérèse: la sainte et la pécheresse. Paris, 1999; Jour Jean. Piaf: la môme en noir. Paris, 2000; Cuesta Stan. Edith Piaf. Paris, 2000; Moi pour toi: lettres d’amour by Edith Piaf; Marcel Cerdan. Paris, 2002; Brierre Jean-Dominique. Edith Piaf: sans amour, on n’est rien du tout. Paris, 2003; Lelait David. Sur un air de Piaf. Paris, 2003; Lévy François. Passion Edith Piaf: la môme de Paris. Paris, 2003; Ginou Richer. Mon amie Edith Piaf. Paris, 2004; Giannecchini Angelo. Edith Piaf: passione e arte. Viareggio-Lucca, 2006; Crocq Philippe, Mareska Jean. La vie pas toujours rose d’Edith Piaf. Monaco, 2007; Bonini Emmanuel. Piaf, la vérité. Paris, 2008; Arletty. Amoureuse et rebelle: histoires d’amour et lettres inédites. Paris, 2008; Quinonero Frédéric. Edith Piaf: le temps d’illuminer. Paris, 2008; Crosland Margaret, Harvey Ralph. A cry from the heart: the biography of Edith Piaf. London, 2008.

Пикассо

Пабло Руис (Picasso Pablo Ruiz) (1881–1973), испанский художник.

Родился 25 октября 1881 в городе Малага, провинция Андалузия, Испания. Полное имя, полученное при крещении Пабло Диего Хосе Франциско де Паула Хуан Непомуцено Мария де лос Ремедиос Киприано де ла Сантисима Тринидад Клито (Pablo Diego José Francisco de Paula Juan Nepomuceno María de los Remedios Cipriano de la Santísima Trinidad Clito). Первый мальчик в семье Дон Хозе Руиса и Бласко (1838–1913) и его жены Марии Пикассо и Лопес. Предки П. принадлежали к мелкопоместному дворянству. Отец, художник-анималист, большую часть жизни преподавал живопись, служил хранителем музея.

Уже в семь лет П. проявил интерес к рисованию. Первые профессиональные навыки получил от отца. В 1891 семья переехала в Ла Корунью, где прожила четыре года. К тринадцати годам П. добился поразительных успехов в живописи. В 1895 П. перенес серьезную душевную травму в связи со смертью от дифтерии старшей сестры Кончиты. Вскоре семья переехала в Барселону, где П. поступил в местную школу искусств. По совету отца, в 1897 отправился в Мадрид, чтобы продолжить обучение в Королевской академии Сан Фернандо. В шестнадцать лет П. отделился от родительской семьи и повел вполне самостоятельную жизнь.

В 1900 П. впервые приехал в Париж, являвшийся центром художественной жизни Европы. Подружился с поэтом Максом Жакобом, который помог ему выучить французский язык и освоиться в чужом городе. Друзья совместно снимали маленькую комнатушку на Монпарнасе, стойко переносили хроническое безденежье и голод. По рассказам, целый ряд своих ранних полотен П. сжег в печке, чтобы согреться в зимние холода. Вокруг П. образовался кружок молодых художников, поэтов, литераторов, большинство из которых позднее получили всемирную известность (Амедео Модильяни, Диего Ривера, Фернан Леже, Гийом Аполлинер, Марк Шагал, Андре Бретон и др.).

В 1904 П. познакомился с бедной служанкой Фернандой Оливье (Fernande Olivier, 1881–1966). В юности она подверглась изнасилованию, которое тяжело отразилось на ее психике. Подрабатывала обнаженной моделью художникам и фотографам. Вплоть до 1912 Ф. Оливье оставалась подругой и музой П. Она изображена на многих полотнах т. н. розового периода. Спустя несколько десятилетий Ф. Оливье написала книгу воспоминаний «Пикассо и его друзья» («Picasso et ses amis»). Однако, П. воспрепятствовал публикации, опасаясь огласки компрометирующих обстоятельств. В качестве компенсации он назначил полунищей и больной Ф. Оливье небольшую пенсию. Полностью книга увидела свет лишь в 1988. Зимой 2004 Национальная Галерея Вашингтона устроила выставку шестидесяти портретов Ф. Оливье, созданных П. в течение нескольких месяцев в 1909.

В 1912 творчеством П. заинтересовались богатые любители живописи. Благосостояние художника значительно возросло и он завел себе сразу несколько новых подружек. Возможно, первой них была натурщица и танцовщица кабаре Габи Леспинес (Gaby Lespinasse, 1888–1970), урожденная Депейре (Depeyre). Очень скоро ее сменила Марсель Хюмбер (Marcelle Humbert, 1885–1915), более известная в богемных кругах как Ева Гуель (Eva Gouel). До встречи с П. была любовницей скульптора Луи Маркусси. Вдохновила П. на создание картины «Ma Jolie» (1911) и ряда других полотен в кубистическом стиле. П. относился к Е. Гуель с большой нежностью, зимой 1913 даже возил ее в Барселону познакомиться со своими родителями. Однако, отношения не имели продолжения. Е. Гуель болела туберкулезом и умерла в 1915 в одной из парижских клиник.

Вольная холостяцкая жизнь закончилась после знакомства с Ольгой Степановной Хохловой (1891–1954). Родилась 17 июня 1891 в Нежине. Дочь полковника русской армии. В юных лет увлекалась хореографией. В середине 1910-ых стала танцовщицей «Русского балета» С. Дягилева. С П. познакомилась 18 мая 1917 на премьере балета Эрика Сати «Парад» в театре Шатле, для которого он создал костюмы и декорации. П. настолько серьезно увлекся О. Хохловой, что С. Дягилев вынужден был предупредить его: «Она русская. На таких, как она, приходится жениться…». 12 июля 1918 П. и О. Хохлова обвенчались в русской православной церкви на улице Дарю. Медовый месяц молодожены провели в Биарритце на вилле «La Mimoseraie» у богатой меценатки Евгении Эрразуриц. После возвращения поселилась на улице Бойто, 44 в Париже.

В июле 1919 супруги отправились в Лондон вместе с труппой С. Дягилева. Утонченная, аристократичная О. Хохлова открыла для мужа двери самых респектабельных салонов. Она пыталась приобщить его к традиционным культурным и моральным ценностям. Однако, П. отнюдь не собирался менять богемные привычки молодости. На его поведении не отразилось даже рождение сына Павла (Paul, 1921–1975) 4 февраля 1921. Начиная с 1924, в отношениях супругов наступил кризис. О. Хохлова сильно переживала измены мужа, любой ценой старалась сохранить семью. Ее усилия не увенчались успехом.

В январе 1927 у П. начался бурный роман с Мари-Терез Вальтер (Marie-Therese Walter, 1909–1977). Они познакомились возле входа в метро «Галери Лафайет», неподалеку от дома, в котором жила О. Хохлова с сыном. Начиная с 1929, П. перестал бывать у них. Хотя М.-Т. Вальтер еще не достигла совершеннолетия, в июле 1930 она поселилась вместе П. в замке Буажелю в Нормандии. М.-Т. Вальтер послужила моделью для ряда скульптур и картин, в частности, знаменитой серии гравюр «Vollard Suite». В 1935, узнав о беременности М.-Т. Вальтер, О. Хохлова подала на развод. П. категорически возражал, поскольку не желал раздела имущества, прежде всего, своих картин. О. Хохлова официально оставалась женой художника вплоть до самой своей смерти. Последние годы страдала психическим расстройством, перенесла инсульт, лишилась возможности ходить. О. Хохлова скончалась от рака 11 февраля 1955 в Каннах.

5 сентября 1935 М.-Т. Вальтер родила дочь Марию де ла Консепсьон (Maria de la Concepcion), домашнее имя Майя (Maya). В начале 1930-ых П. неоднократно рисовал портреты М.-Т. Вальтер. Самая знаменитая картина этого периода «Обнаженная, зеленые листья и бюст» известна, как первое полотно, проданное на аукционе дороже ста миллионов долларов. М.-Т. Вальтер обладала добродушным и покладистым характером, она готова была прощать любовные похождения мужа. Однако, П. не выдержал ограничений семейными рамками. Весной 1936 он расстался с М.-Т. Вальтер и лишь дважды в неделю навещал свою дочь. Тем не менее, П. продолжал поддерживать их материально. 20 октября 1977, спустя четыре года после смерти П., М.-Т. Вальтер повесилась в своем гараже в городке Жуан-ле-Пен на юге Франции. В 2004 сын Майи Оливье Видмайер опубликовал мемуарную книгу о своем дедушке («Picasso: The Real Family Story»).

В январе 1936 П. встретил Генриетту Маркович (Henriette Theodora Markovitch, 1907–1997), более известную как Дора Маар (Dora Maar). Родилась 22 ноября 1907 в Туре, западная Франция. Дочь отца-хорвата и матери-француженки. Детство Д. Маар прошло в Аргентине, она прекрасно владела испанским языком. К моменту знакомства Д. Маар уже была довольно известным фотографом, поэтессой и художницей. Их познакомил поэт Поль Элюар на террасе кафе Ле де Магог в Париже. Дерзкая, неуравновешенная Д. Маар была полной противоположностью М.-Т. Вальтер. П. был заинтригован ее загадочным, романтическим образом. Однажды М.-Т. Вальтер и Д. Маар случайно столкнулись в студии П. Он с улыбкой спросил: «А почему вы не боретесь за меня?». Вскоре между соперницами действительно разгорелась нешуточная борьба, в которой победила Д. Маар.

Д. Маар находилась с П. ок. девяти лет; запечатлена в серии портретов под названием «Плачущая женщина». Чрезмерная любвеобильность П. постепенно довела ее до острой неврастении. В апреле 1944 окончательно рассталась с П. и поселилась в подаренном им домике в Провансе. В дальнейшем в жизни Д. Маар было еще несколько мужчин (в т. ч. даже один гомосексуалист — писатель Джеймс Лорд). Однако, никто не мог заменить ей П. Писательница Мери Кейс приводит слова Д. Маар: «После Пикассо — только Бог». Последние годы Д. Маар жила отшельницей, умерла 16 июля 1997. В мае 2006 один из портретов Д. Маар работы П. («Dora Maar au Chat») был продан на аукционе Сотбис за 96 миллионов 216 тысяч долларов. Покупатель остался неизвестным, но, по слухам, это был один из российских олигархов.

В 1943 П. познакомился со студенткой юридического факультета Франсуаз Жило (Françoise Gilot, род. 1921). Дочь коммерсанта и художницы-акварелистки. Ф. Жило многим пожертвовала ради П., родила ему двоих детей: Клод (Claude, род. 1947) и Палома (Paloma, исп. голубка, род. 1949). Однако, 62-летний П. не мог обходиться без смены впечатлений. Среди его любовниц того периода известны американская фото-художница Элизабет Миллер (Elizabeth (Lee) Miller, 1907–1977), муза сюрреализма Нюш Элюар (Nusch Eluard, 1906–1946) и др. В 1953, уставшая от бесконечных измен, Ф. Жило сама ушла от П. Вероятно, она оказалась первой женщиной, которая бросила П, чем больно ранила его самолюбие. В 1964 Ф. Жило опубликовала книгу «Жизнь с Пикассо» («Life with Picasso»), переведенную на десятки языков мира. В 1970 она вышла замуж за врача-вирусолога, одного из создатедей вакцины против полиомиелита Джонаса Солка.

Определенный след в судьбе П. оставила Женевьева Лапорт (Genevieve Laporte, род. 1927). Впервые они встретились в 1944. 17-летняя девушка пришла брать у знаменитого художника интервью для школьной газеты. В 1951 произошла новая встреча, которая положила начало двухлетнему роману. П. много рисовал Ж. Лапорт. Позднее критики даже назвали этот период его творчества «нежным периодом» или «периодом Женевьевы». По слухам, в 1953 П. делал Ж. Лапорт предложение, но она благоразумно отказалась, чем, по выражению Ж. Кокто, «спасла свою шкуру».

В июне 2005 Ж. Лапорт продала с аукциона несколько рисунков П. и на вырученные деньги создала фонд защиты окружающей среды. Ж. Лапорт сняла 18 документальных фильмов об Африке, издала несколько поэтических сборников и ряд книг, некоторые из которых посвящены П. («Un amour secret de Picasso», 1999; «Du petit Pablo au grand Picasso», 2003; «Le grand Picasso», 2004).

В 1954 в Валлорисе на Лазурном берегу П. увлекся 20-летней дочерью владельца художественного салона Сильветт Давид (Silvette David, в замужестве Lidia Corbett, род. 1934). Она стала моделью ок. сорока картин, рисунков и керамических изделий т. н. цикла Сильветт. Интерес к керамике привел П. в галерею «Madoura Pottery», где он познакомился с Жаклин Рок (Jacqueline Roque, 1926–1986). До встречи с П. она была замужем, имела дочь Катрин Хютен-Блей. Творческое содружество скоро переросло в интимную близость. С весны 1954 образ Ж. Рок постоянно присутствует на более чем четырехстах полотнах П.

2 марта 1961 Ж. Рок стала второй женой П. Этому событию предшествовала довольно запутанная история, в которой проявился злопамятный и мстительный характер П. Ф. Жило намеревалась узаконить права своих детей Клода и Паломы. Она договорилась с П., что разведется со своим тогдашним мужем Люком Симоном и оформит фиктивный брак с П. Как только она подала на развод, П. немедленно женился на Ж. Рок. Супруги прожили вместе двенадцать лет. Все эти годы Ж. Рок добросовестно исполняла обязанности секретаря, медсестры, домоправительницы и прислуги художника. Ж. Рок запретила Клоду и Паломе присутствовать на похоронах П. Она вела долгую борьбу за наследство художника, занималась организацией его музея в Мадриде. 15 октября 1986 Ж. Рок покончила жизнь самоубийством в местечке Мужен, севернее Канн.

Еще при жизни П. был признан мировым классиком. Едва ли не главным стимулом его творчества являлась потребность физической близости с женщиной. В одном из интервью он признался: «Каждый раз, когда я меняю женщину, я должен сжечь ту, что была последней. Таким образом я от них избавляюсь. Это, возможно, и возвращает мне молодость». Великий художник умер 8 апреля 1973 на своей вилле Нотр-Дам-де-Ви. Прах предан земле в парке принадлежащего ему замка Вовенарг, департамент Буш-дю-Рон.

Лит: Gilot Françoise. Life with Picasso. New York, 1964; Parmelin Hélène. Picasso: intimate secrets of a studio at Notre Dame de Vie. New York, 1966; Otero Roberto. Forever Picasso: an intimate look at his last years. New York, 1974; Cabanne Pierre. Pablo Picasso: his life and times. New York, 1977; MacGregor-Hastie Roy. Picasso’s women. Luton, 1988; Stassinopoulos Huffington Arianna. Picasso: creator and destroyer. New York, 1988; Lyttle Richard B. Pablo Picasso: the man and the image. New York, 1989; Lord James. Picasso and Dora: a personal memoir. New York, 1993; Freeman Judi. Picasso and the weeping women: the years of Marie-Thérèse Walter & Dora Maar. Los Angeles, 1994; Mailer Norman. Portrait of Picasso as a young man: an interpretive biography. New York, 1995; Richardson John, McCully Marilyn. A life of Picasso. New York, 1996; Jaffé Hans Ludwig C. Pablo Picasso. New York, 1996; Bozal Fernández Valeriano. Pablo Picasso. Madrid, 1999; Buchholz Elke Linda, Zimmermann Beate. Pablo Picasso: life and work. Cologne, 1999; Léal Brigitte, Piot Christine, Bernadac Marie-Laure. The ultimate Picasso. New York, 2000; Picasso Marina. Picasso, my grandfather. New York, 2001; Loving Picasso: the private journal of Fernande Olivier. New York, 2001; Lettres d’Eugenia Errázuriz a Pablo Picasso. Metz, 2001; Daix Pierre, Israël Armand. Pablo Picasso: dossiers de la préfecture de police, 1901–1940. Paris, 2003; Montañés Mariano Miguel. Pablo Picasso: the last years. New York, 2004; Widmaier Picasso Olivier, et al. Picasso: the real family story. Munich, 2004; Auffray Jean-Paul. Picasso, les tentations de l’anarchie: essai. Lyon, 2004; Caws Mary Ann. Pablo Picasso. London, 2005; Baldassari Anne. Picasso: love and war, 1935–1945. Paris, 2006; Eros: Rodin und Picasso. Ostfildern, 2006; Giroud Vincent. Picasso and Gertrude Stein. New York, 2006; Duncan David Douglas. Lump: the dog who ate a Picasso. London, 2006; Dupont Pepita. La vérité sur Jacqueline et Pablo Picasso. Paris, 2007; Voss Ursula. Dora Maar und Pablo Picasso: im Auge des Minotaurus, die Wimper der Sphinx. Frankfurt am Main, 2007; Daix Pierre. Pablo Picasso. Paris, 2007; Picasso: fired with passion. Edinburgh, 2007; Read Peter. Picasso & Apollinaire: the persistence of memory. Berkeley, 2008; Laporte Geneviève. Dans le cœur de Pablo Picasso: amitiés, modèle et passion. Monaco, 2008; Шатохина Елена. Пикассо и Хохлова. Москва, 2008; Danchev Alex. Picasso furioso. Paris, 2008; Poissant Marc. Le secret interdit de Pablo Picasso: pleins feux sur l’histoire d’une mystification. Châteauguay, Québec, 2009.

Пирл

Кора (Pearl Cora) (1835–1886), англо-французская куртизанка.

Урожденная Эмма Элизабет Крауч (Emma Elizabeth Crouch). Согласно собственным утверждениям, родилась 23 февраля 1842 в Керолайн Плейс, Восточный Стоунхауз, Плимут. По другим данным, родилась в 1835 в Лондоне. Ок. 1837 вместе с родителями переехала в Плимут. Находилась под сильным влиянием отца — виолончелиста и композитора Фредерика Николлза Крауча. В 1849 он оставил семью и эмигрировал в США. Девочка обучалась в женской монастырской школе; проявила заметные вокальные способности.

С юных лет отличалась легким жизнерадостным характером. Пользовалась повышенным вниманием мужчин. Отправилась во Францию вместе с одним из своих поклонников, владельцем доходных номеров «Аргайл Румс» Робертом Бигнеллом. Обратила на себя внимание хорошими манерами и умением поддержать любую беседу. Получила известность под сценическим псевдонимом Кора Пирл. В 1867 успешно исполнила роль Купидона в оперетте Ж. Оффенбаха «Орфей в аду».

П. питала особое пристрастие к аристократическим и титулованным особам. Одним из первых ее покровителей стал герцог Риволи (François Victor Masséna, 2nd Duke de Rivoli, 1799–1863). В разное время любовниками П. были принц Вильгельм Оранский, сын короля Нидерландов Вильгельма III (1840–1879); князь Ашиль Мюрат (1801–1847), внук маршала Наполеона I Иоахима Мюрата и др.

По словам одного из современников, «самым ненасытным темпераментом» среди них отличался сводный брат Наполеона III, герцог де Морни (1811–1865). После его скоропостижной смерти, П. перешла на содержание к графу Александру Колонна-Валевскому (1810–1868), кузену императора Наполеона III. Он купил ей два дома в Париже и поддерживал материально до 1874.

Ремесло куртизанки принесло П. крупное состояние. Если квалифицированный рабочий получал в то время от двух до четырех франков в день, то П. зарабатывала по пять тысяч франков за ночь. К концу 1860-ых она владела недвижимостью по обе стороны Ла Манша, солидными счетами в банках и драгоценными украшениями. Вместе с тем, П. поражала своей непомерной расточительностью. Тратила огромные суммы на модные туалеты от Чарльза Уорта и Лаферрьера. Одно только нижнее белье обходилось П. ежемесячно от пяти до пятнадцати тысяч франков. В 1864 арендовала замок Шато де Босежур на берегу Луары в пригороде Орлеана.

Удачно складывающуюся карьеру мгновенно разрушил один неосторожно совершенный поступок. П. без раздумий рассталась с неким Александром Дювалем (Alexandre Duval), едва у него закончились деньги. В отчаянии А. Дюваль выстрелил себе в грудь прямо под окнами коварной любовницы. П. не оказала раненому никакой помощи и даже не разрешила внести его в дом. Слухи о происшествии быстро распространились по Парижу. Против П. ополчились газетчики, в ее адрес посыпались обвинения в бессердечности и корыстолюбии. П. поспешила покинуть Францию, надеясь, что общественное мнение успокоится.

Однако, дурная слава настигла ее и в Англии. В Лондоне П. подверглась еще более резкому осуждению и была вынуждена вернуться в Париж. Найти нового богатого покровителя ей не удалось. Положение П. усугублялось требованиями кредиторов вернуть громадные долги. Приблизительно с 1876 основным средством существования П. стала обыкновенная проституция и распродажа остатков имущества.

В 1886 у П. обнаружился рак желудка. Последнее пристанище она нашла в дешевых меблированных комнатах. П. скончалась 8 июля 1886; похоронена на кладбище Батиньоль в Париже.

Незадолго до смерти, весной 1886 увидели свет ее воспоминания («Memoires Cora Pearl»). В XIX в. они не вызвали интереса читателей и второе издание состоялось спустя более, чем столетие («The Memoirs of Cora Pearl: The Erotic Reminiscences of a Flamboyant 19th Century Courtesan», London, 1983).

Лит: Cora Pearl. Fiction. London, 1886; Narran Bree. Cora Pearl: the lady of the pink eyes. Fiction. London, 1919; Von Hutten, Baroness. The courtesan: the life of Cora Pearl. London, 1933; Bonardi Pierre, Duplay Maurice. Une grande hétaïre — Cora Pearl. Paris, 1939; Holden Wilfred Herbert. The Pearl from Plymouth; Eliza Emma Crouch, alias Cora Pearl. London, 1950; Leigh Olivia. The queen of courtesans: Cora Pearl and la vie Parisienne. Fiction. Hale, 1963; Richardson Joanna. The courtesans; the demi-monde in nineteenth-century France. Cleveland, 1967; Blatchford William. Grand horizontal: the erotic memoirs of a passionate lady. New York, 1983; Blatchford William, van Nieuwenhuijsen Lammert. Cora Pearl: openhartige herinneringen. Utrecht, 1984; Binder Pearl. The truth about Cora Pearl. London, 1986; Rounding Virginia. Grandes horizontales: the lives and legends of Marie Duplessis, Cora Pearl, La Païva and La Présidente. New York, 2003; Hickman Katie. Courtesans: money, sex, and fame in the nineteenth century. New York, 2003; Beaufoy Barry Philip. Sinners down the centuries: from Cleopatra to Cora Pearl & from Ovid to Edmund Kean, 69 B.C.-A.D. 1886. Whitefish, 2004; Comstock, Cora Pearl. Article. The ten-Year book of Cornell University. v. IV.

Полиньяк

См. ЗИНГЕР.

Поллак

Мими (Pollak Mimi) (1903–1990), шведская актриса и режиссер.

Родилась 9 апреля 1903 в Хаммаро, Вермланд, Швеция в семье еврейских выходцев из Австрии. Урожденная Мария Хелена Поллак (Maria Helena Pollak). В некоторых публикациях встречается Mimmi Pollak, Mimi Pollack или Mimmi Pollack. В 1922–1924 обучалась в престижной Школе Королевского драматического театра в Стокгольме.

Во время учебы тесно сблизилась с Г. Гарбо. Отношения между подругами периодически прерывались и восстанавливались. В 1927–1938 П. состояла в браке с актером Нильсом Лунделлом (Nils Lundell, 1889–1943). Тем не менее, поддерживала интенсивную переписку с Г. Гарбо после ее переезда в США. Письма Г. Гарбо, опубликованные шведской писательницей Тин Андерсен Аксель, полны самых нежных излияний: «Мечтаю увидеть тебя. Помнишь ли ты еще своего старого одинокого друга? Я люблю тебя, моя маленькая мимоза» (1928). Узнав о беременности П., Г. Гарбо пишет: «Мы не можем противостоять нашей природе, поскольку Господь создал нас такими. Но мы всегда будем принадлежать друг другу».

П. является первой в Швеции женщиной-режиссером. В 1948 поставила в театре Драматен пьесу Ж. Жене «Служанки». За всю жизнь на разных сценах поставила ок. 60 спектаклей, в которых участвовала также как актриса. Снялась более чем в 30 кино- и телевизионных фильмах, в т. ч. у Ингмара Бергмана («Осенняя соната», 1949). Творческий и личный контакт с Г. Гарбо продолжался более шестидесяти лет вплоть до самой смерти П., последовавшей 11 августа 1990.

Лит: Pollak Mimi. Teaterlek: memoarer. Stockholm, 1977; Andersén Axell Tin. Djävla älskade unge! (Bloody Beloved Kid), 2005.

Помпадур

Жанна-Антуанетта (Pompadour Jeanne-Antoinette) (1721–1764), фаворитка Людовика XV.

Ф. Буше. Портрет Помпадур. Ок. 1750

Родилась 29 декабря 1721 в Париже. Урожденная Жанна-Антуанетта Пуассон (Jeanne-Antoinette Poisson); домашнее прозвище Reinette (королевна). Дочь мелкого буржуа Франсуа Пуассона и его жены Мадлен де Ла Мотт. По мнению некоторых историков, настоящим отцом П. мог быть банкир Парис де Монмартель (Jean Pâris de Monmartel) либо королевский сборщик налогов Шарль Ле Норман де Турнхем (Charles François Paul Le Normant de Tournehem). В 1725 Ш. Ле Норман де Турнхем был назначен опекуном девочки, после того, как Ф. Пуассон был обвинен в махинациях с поставками продовольствия. Он бежал из страны и получил разрешение вернуться лишь в 1733.

В раннем детстве П. получила разностороннее домашнее воспитание. Обучалась в монастырской школе святой Урсулы в Пуасси. Проявила определенные художественные способности: играла на клавикорде, неплохо пела и рисовала. Участвовала в любительских спектаклях т. н. Клуба на антресолях (Club de l’Entresol), который охотно посещали многие высокопоставленные особы.

В 1741 П. вышла замуж за племянника своего опекуна Шарля Ле Норман д’Этиолле (Charles Guillaume Le Normant d’Etiolles, 1717–1799). В браке родила двоих детей. Первый мальчик умер через год после рождения в 1742; второй — Александр-Жан (по прозвищу Фанфан) также прожил недолго (1744–1754). Почти четыре года П. безупречно исполняла роль добропорядочной и радушной матери семейства.

В ночь с 25 на 26 февраля 1745 П. присутствовала на бале-маскараде в Версале по случаю бракосочетания дофина с испанской принцессой Марией-Терезией. Здесь ее увидел король Людовик XV, который еще носил траур по своей прежней фаворитке герцогине М.-А. де Шатору. Знакомство с королем стало первой ступенью стремительного возвышения П. В марте 1745 она впервые переступила порог королевской спальни, 7 мая 1745 ее брак с Ш. д’Этиолле был расторгнут, 24 июня 1745 Людовик удостоил ее титулом маркизы, 14 сентября того же года П. была официально представлена ко двору. Апартаменты фаворитки расположились на третьем этаже Версальского дворца, прямо над покоями Людовика. Младший брат П. Абель-Франсуа Пуассон де Вандьере спешно получил титул маркиза Мариньи.

На первых порах П. пришлось преодолевать неприязненное отношение аристократической знати, которая считала ее мещанкой и выскочкой. О ней сочинялись оскорбительные памфлеты, т. н. пуассонады (от франц. пуассон — рыба):

Fille de sangsue et sangsue elle-même

Poisson d’une arrogance extrême

Etale en ce château sans crainte et sans effroi

La substance du peuple et la honte du Roi

Подстрочный перевод:

Дочь пиявки и сама пиявка

Рыба крайнего высокомерия

Расположилась во дворце без страха и смущенья

К стыду народа за своего короля

П. довольно быстро освоила правила придворного этикета и заставила считаться с собой. Она полностью подчинила себе Людовика XV и на протяжении последующих почти двадцати лет играла заметную роль в общественно-политической жизни всей Европы. Вмешательство П. в государственные дела далеко не всегда шло на пользу Франции. Она несет ответственность за серьезное ухудшение отношений с Австрией, которое привело к Семилетней войне. П. настаивала на плане колонизации Канады, в результате чего Франция потеряла свои заокеанские территории. Однако, неудачи на международной арене не поколебали ее положение официальной фаворитки.

П. покровительствовала искусствам и наукам. Дружила с Ж.-Л. Бюффоном, Ш.-Л. Монтескье, Ж. Мармонтелем, Д. Дидро, Ж. д’Аламбером и др. деятелями эпохи Просвещения. Поддерживала художников Ж. М. Наттье, Ф. Буше, Ж. Б. Ревейона, Ф. Х. Друо и др. Способствовала академической карьере Вольтера, который выразил свою благодарность в ряде произведений («Наваррская принцесса», «Храм Славы», «Танкред» и др.). П. добилась пенсии для своего престарелого учителя декламации К. Кребийона. Сыграла мужскую роль в одной из пьес Ж. Ж. Руссо. Разрабатывала проекты городской и парковой архитектуры, образцы которой сохранились до наших дней (площадь Конкорд, Военная школа и др.). Способствовала развитию художественных ремесел, в частности, созданию фабрики севрского фарфора и др.

При этом, П. никогда не забывала о соблюдении собственных интересов. По приблизительным подсчетам, период ее фаворитизма обошелся королевской казне в громадную сумму в 36 миллионов франков. П. получала ежемесячное содержание в 24 тысячи ливров, правда, позднее Людовик несколько его сократил. П. с лихвой компенсировала убыток за счет собственной изворотливости. Она владела крупной недвижимостью, в т. ч. замками Кресси, Бельвю, Сель, охотничьими домиками в Версале, Фонтенбло, Компьене, домами и отелями в Париже и др. городах. Собрала огромную коллекцию драгоценных камней, произведений искусства, мебели и антиквариата. С именем П. связано целое стилистическое направление, отличавшееся помпезной роскошью (т. н. стиль à la Reine). Именно П. историки приписывают фразу, затем повторенную Людовиком XV: «После нас, хоть потоп» («Après nous, le déluge»).

П. умело манипулировала поведением короля, потворствовала его самым низменным инстинктам. Она не только закрывала глаза на его многочисленные увлечения, но порой сама подыскивала ему любовниц. П. опекала и контролировала обитательниц т. н. Оленьего парка (Parc aux cerfs) — нескольких охотничьих домиков в Пасси, укромном уголке Версаля. В них одновременно проживало несколько десятков девушек, предназначенных для плотских развлечений Людовика XV. Их набирали из детских приютов, семей разорившихся буржуа и простолюдинов, перекупали у парижских сводней и т. п.

П. долгое время удавалось выдержать конкуренцию с более молодыми соперницами. Однако, ее здоровье было подорвано двумя выкидышами, случившимися в 1746 и 1749. Развившийся на этой почве туберкулез ограничил контакты с королем. Начиная с 1750, Людовик XV стал для П. всего лишь «снисходительным и преданным другом». Место королевской фаворитки заняла М. О’Мерфи.

П. скончалась в Версале 15 апреля 1764. Рассказывают, что во время похорон начался дождь и король соизволил пошутить «Маркиза выбрала не лучшую погоду для своего путешествия» («La marquise n’aura pas de beau temps pour son voyage»).

Оставила о себе память, как об одной из самых галантных, но весьма циничных женщин XVIII века. В 1766 издана апокрифическая книга воспоминаний П. («Mémoires de Madame la marquise de Pompadour où l’on découvre les motifs des guerres, & des traités de paix, les ambassades, les négociations dans les différentes cours de l’Europe; les menées & les intrigues sécretes, le caractere des généraux, celui des ministres d’État, la cause de leur elévation & le sujet de leur disgrace; & généralment tout ce qui s’est passé de plus remarquable à la cour de France pendant les vingt-dernieres années du règne de Louis XV»). Вместе с личными письмами («Correspondance», 1878), она дает всестороннее представление об эпохе просвещенного абсолютизма во Франции.

Имя П. стало нарицательным для обозначения пороков великосветского общества (роман М.Е.Салтыкова-Щедрина «Помпадуры и Помпадурши»). Образ П. многократно отразился в самых разных жанрах искусства, начиная от хрустальных фужеров для шампанского, сделанной по форме ее груди, до исторических пьес, теле- и кинофильмов («Die Marquise von Pompadour», 1931 с Анни Аллерс; «Remontons les Champs-Élyssées», 1938 с Жанной Буатель; «Si Versailles m’était conté», 1954 с Мишлен Пресль; «Le Courrier du roy», 1958 с Моник Лепаж; «Il Giovane Casanova», 2002 с Катей Флинт; «Jeanne Poisson, Marquise de Pompadour», 2006 с Хелен де Фужероль и др.).

Лит: de Nolhac Pierre. Louis XV et madame de Pompadour, d’après des documents inédits. Paris, 1902; Williams H.Noel. Madame de Pompadour. London, 1902; Tinayre Marcelle, Colburn Moyne Ethel. Madame de Pompadour; a study in temperament. New York, London, 1926; Mynders Smythe David. Madame de Pompadour: mistress of France. New York, 1953; Lahey Trouncer Margaret. The Pompadour. London, 1956; Levron Jacques. Pompadour. New York, 1963; Mitford Nancy. Madame de Pompadour. New York, 1968; Nicolle Jean. Madame de Pompadour et la société de son temps. Paris, 1980; Béné-Petitclerc Frédérique. Madame de Pompadour: histoire d’un mécénat. Strasbourg, 1981; René de La Croix Castries, duc de. La Pompadour. Paris, 1983; Mémoires de Madame Du Hausset sur Louis XV et Madame de Pompadour. Paris, 1985; Gallet-Guerne Danielle. Madame de Pompadour, ou, Le pouvoir féminin. Paris, 1985; Hunter-Stiebel Penelope. Louis XV and Madame de Pompadour: a love affair with style. New York, 1990; Ménie Grégoire. Le Bien-Aimé: mémoires apocryphes de Jeanne Antoinette Poisson, marquise de Pompadour. Paris, 1996; Debriffe Martial. Madame de Pompadour: marquise des Lumières. Paris, 1999; Crosland Margaret. Madame de Pompadour: sex, culture and power. Stroud, 2000; Goodman Elise. The portraits of Madame de Pompadour: celebrating the femme savante. Berkeley, 2000; Weisbrod Andrea. Von Macht und Mythos der Pompadour: die Mätressen im politischen Gefüge des französischen Absolutismus. Königstein, 2000; Bertière Simone. La reine et la favorite. Paris, 2000; del Perugia Marie-Magdeleine. Madame de Pompadour. Paris, 2002; Lever Evelyne. Madame de Pompadour: a life. New York, 2002; Petit Algrant. Christine. Madame de Pompadour: mistress of France. New York, 2002; de Goncourt Edmond, de Goncourt Jules. Les maîtresses de Louis XV et autres portraits de femmes. Paris, 2003; Jones Colin. Madame de Pompadour: images of a mistress. London, 2002; Нечаев С. Маркиза Помпадур: королева будуара. Москва, 2005; Schultz Uwe. Madame de Pompadour oder die Liebe an der Macht. Darmstadt, 2005; de Decker Michel. La marquise des plaisirs: Madame de Pompadour. Paris, 2007; Lindqvist Herman. Madame de Pompadour: intelligens, skönhet, makt. Stockholm, 2008.

Портер

Коул Альберт (Porter Cole Albert) (1891–1964), американский композитор и поэт.

Родился 9 июня 1891 в городке Перу, штат Индиана, США. Единственный ребенок в семье аптекаря-баптиста Самуила Фенвика Портера и его жены Кейт. Дед П. по материнской линии Джеймс Омар («J.O.») Коул, «самый богатый человек в Индиане», торговец углем и лесом, деспотически распоряжался всеми членами семьи. С юных лет мальчик усердно занимался музыкой. К восьми годам умел играть на скрипке и фортепьяно, а в десять сочинил свою первую музыкальную композицию.

По настоянию деда, в 1905 П. поступил в Вустерскую академию, а в 1909 — в Йельский университет. Активно участвовал в общественной жизни, написал несколько спортивных студенческих песен («Bulldog Bulldog», «Bingo Eli Yale»), которые исполняются до сих пор. В 1913 П. продолжил образование в юридической школе Гарварда, но вскоре осознал, что его настоящим призванием является музыка. Некоторое время изучал гармонию и контрапункт на факультете искусства. Первым публичным успехом П. стала песня «Эсмеральда», прозвучавшая в 1915 в бродвейском шоу «Hands Up». Значительно менее удачной оказалась премьера его «патриотической, комической оперы» «See America First» (1916).

В 1917 П. переехал в Европу. По рассказам, служил во французском Иностранном легионе, но эти сведения ничем не подтверждаются. Из официальной биографии известно, что в Париже П. арендовал роскошные апартаменты, устраивал вечеринки с наркотиками, в которых участвовали «геи, бисексуалы, итальянские аристократы, трансвеститы, международные знаменитости» и т. п.

30 января 1918 на свадьбе наследницы железных дорог Этель Харриман и Генри Поттера Рассела в отеле «Ритц» П. познакомился с Линдой Ли Томас (Linda Lee Thomas, 1883–1954). Родилась 17 ноября 1883 в Луисвилле, штат Кентукки. Дочь банкира Уильяма Ли и его жены Линды. В 1901 вышла замуж за Эдварда Р. Томаса, сына героя Гражданской войны в Америке генерала Самуэля Томаса. Муж унаследовал значительное состояние, являлся владельцем газеты «Нью-Йорк морнинг телеграф». Получил известность как виновник первой в США автоаварии со смертельным исходом. Отличался грубым и необузданным нравом. Л. Томас постоянно подвергалась унижениям и даже физическому насилию со стороны мужа, который, к тому же, нередко изменял ей. Супруги несколько раз сходились и расходились и окончательно развелись в 1912.

12 декабря 1919 П. и Л. Томас бракосочетались в муниципалитете 18-ого аррондисмана Парижа. По существу, их брак представлял собой социально прикрытие, поскольку к этому моменту бисексуальные наклонности П. уже вполне сформировались. Относительно половой ориентации Л. Томас также ходили разные слухи. Во всяком случае, все ее ближайшие подруги (Бесси Марбери, Элси де Вольф, Анна Морган) были лесбиянками. Супруги поселились возле Дома Инвалидов на улице Месье, 13, где прожили до 1937.

В 1923 П. получил наследство своего деда и с наслаждением погрузился в мир экстравагантной роскоши. Стены его дома были покрыты платиновыми обоями, мебель обита шкурой зебры. За четыре тысячи долларов в месяц ($51000 по нынешнему курсу) арендовал палаццо Ка-Редзонико в Венеции. Однажды для развлечения гостей нанял солистов Русского балета, более пятидесяти гондольеров и канатоходцев, которые в сиянии огней исполняли свои трюки прямо над водами Большого канала.

1930-ые явились для П. наиболее успешными в творческом отношении. Он создал ряд популярных мюзиклов («Fifty Million Frenchmen», «Dubarry Was A Lady», «Anything Goes», «Can-Can» и др.), десятки песен, ставших хитами («Well, Did You Evah!», «The New Yorkers», «Gay Divorce», «Jubillee», «Red Hot And Blue» и др.) П. сотрудничал с шоу-кабаре «Зигфельд Фолли» в Париже, писал музыку для голливудских фильмов («Night and Day» с участием Фреда Астера и др.). Музыка П. получила признание во всем мире.

Особенности личной жизни П. долгое время не разглашались. Он постоянно появлялся на публике с Л. Томас и в целом производил впечатление счастливого супруга. Благодаря разысканиям биографов стало известно, что в 1925 П. находился в связи с помошником С. Дягилева Борисом Кохно (1904–1990). К числу его интимных друзей принадлежали также выпукник бостонского университета Говард Старджес; архитектор Эд Тауч, которому посвящена песня П. «Easy to Love»; хореограф Нелсон Барклифт, адресат песни «You’d Be So Nice To Come Home To»; муж Н. Палей, продюссер Джон Уилсон и др. Многолетним партнером П. был Рей Келли, дети которого до сих пор получают проценты от исполнения его произведений. П. охотно посещал воскресные вечеринки у голливудского режиссера Джорджа Кьюкора (George Dewey Cukor, 1899–1983), на которых собирались молодые люди без определенных занятий, готовые на любые услуги ради роли в кино.

В 1937 П. упал с лошади и сломал обе ноги. Он перенес более 30 хирургических операций, но полностью оправиться от тяжелых последствий травмы так и не смог. В этот период жена и мать оказали ему моральную поддержку, помогли справиться с депрессией и не потерять уверенности в себе. Несмотря на постоянную боль, П. продолжал создавать очередные шедевры (музыкальная комедия «Kiss Me, Kate», 1948; песни «I Get a Kick Out of You»; «I’ve Got You Under My Skin» и др.).

В 1952 скончалась горячо любимая мать П. Кейт. 20 мая 1954 от энфиземы умерла Л. Томас, оставив мужу более чем полумиллионное наследство. В 1958 у П. обострился гангренозный процесс и правую ногу пришлось ампутировать. Последние шесть лет жизни П. не занимался творчеством. Он добровольно уединился в своей квартире в Уолдорф Тауэр в Нью-Йорке.

П. скончался от почечной недостаточностм 15 октября 1964 в Санта-Монике, Калифорния. Похоронен в своем родном городе Перу рядом с могилой жены.

Жизни и творчеству П. посвящен фильм Ирвина Винклера «De-Lovely» (2004) c Кевином Клайном и Эшли Джадд в главных ролях.

Лит: Ewen David. The Cole Porter story. New York, 1965; Eells George. The life that late he led; a biography of Cole Porter. New York, 1967; Cole Porter, the life that late he led. Los Angeles, 1967; Kimball Robert. The unpublished Cole Porter. New York, 1975; Schwartz Charles. Cole Porter: a biography. New York, 1977; Grafton David. Red, hot & rich!: an oral history of Cole Porter. New York, 1987; Howard Jean. Travels with Cole Porter. New York, 1991; You’re the top: Cole Porter in the 1930’s. Indianapolis, 1992; Citron Stephen. Noel and Cole: the sophisticates. New York, 1993; Lamar Weygand James. Cole Porter fudge. Nappanee, 1994; Morella Joe, Mazzei George. Genius and lust: the creativity and sexuality of Cole Porter and Noel Coward. New York, 1995; McBrien William. Cole Porter: a biography. New York, 1998; Sheed Wilfrid. The house that George built: with a little help from Irving, Cole, and a crew of about fifty. New York, 2007.

Прекрасная Коризанда

См. ГРАМОН

Пруст

Марсель (Proust Valentin Louis Georges Eugène Marcel) (1871–1922), французский писатель.

Родился 10 июля 1871 в тогдашнем южном пригороде Парижа Отейле. Отец — Ашиль Адриан Пруст, сын мелкого буржуа, профессор эпидемиологии, один из самых уважаемых врачей Франции. Несколько лет работал в Северной Африке, исследовал причины возникновения и распространения холеры. Вернувшись на родину, преподавал в парижском университете; был награжден орденом Почетного легиона. Мать — Жанна Клеменс Вейль, дочь богатого еврейского биржевика, выходца из Эльзаса. Получила прекрасное образование, обладала безупречным вкусом и художественными талантами. Имела сильное влияние на сына, с которым до конца дней сохраняла тесную душевную связь.

Ребенок рос нервным и болезненным: с девяти лет страдал от жесточайших приступов астмы. В 1882 поступил в лицей Кондорсе. Довольно ярко манифестировал в период полового созревания, неоднократно уличался в занятиях мастурбацией. Чтобы избавить сына от пагубной привычки, отец дал ему десять франков на посещение публичного дома. Однако, подросток не смог преодолеть волнение и поход к проституткам закончился неудачей.

В двенадцать лет П. страстно увлекся своим одноклассником Жаком Бизе (Jacques Bizet, 1872–1922), сыном композитора Жоржа Бизе: «Я очень нуждаюсь в твоей дружбе… Мое единственное утешение — это любить и быть любимым.» В письме к двоюродному брату Ж. Бизе Даниэлю Галеви П. признавался: «Есть молодые люди, которые любят других мальчиков, всегда хотят видеть их (как я Бизе), плачут и страдают вдали от них. Они не хотят ничего другого, кроме как целовать их и сидеть у них на коленях. Они любят их тело, ласкают глазами, называют „дорогой“ и „мой ангел“, пишут им страстные письма, но ни за что на свете не занялись бы педерастией. Однако зачастую любовь их увлекает, и они совместно мастурбируют. Но не смейся над ними. В конце концов это же влюбленные. И я не знаю, почему их любовь недостойна признания».

Несмотря на плохое здоровье, П. был призван в армию. В 1889–1890 проходил военную службу в Орлеане. В 1890 поступил на юридический факультет Сорбонны, затем перевелся на отделение философии. Получив диплом (1895), активно включился в светскую жизнь. Некоторое время возглавлял отдел хроники в газете «Фигаро». Посещал салоны вдовы Жоржа Бизе Женевьевы Галеви и мадам Арман де Келлаве, любовницы Анатоля Франса. На приемах и театральных премьерах познакомился со многими прототипами своих будущих произведений, в т. ч. с куртизанкой Лаурой Хейман (Laure Hayman, 1851–1932) и актрисой Луизой де Морнан (Louisa de Mornand, 1884–1963). По некоторым воспоминаниям, в 1891 в гостях у родителей П. обедал О. Уайльд. Он был не в духе и быстро удалился со словами «Какая здесь уродливая обстановка».

В 1892–1894 П. близко сошелся с Люсьеном Доде (Lucien Daudet, 1878–1946), сыном писателя Альфонса Доде. Женственый и жеманый Л. Доде не скрывал свою гомосексуальную ориентацию. Мать П. была сильно встревожена их дружбой. За спиной П. и Л. Доде раздавались весьма двусмысленные намеки и шутки. В 1897 выведеный из себя П. вызвал одного из насмешников на дуэль, закончившуюся извинениями и примирением. Впоследствии Л. Доде был другом Ж. Кокто.

В 1894 в салоне художницы Мадлен Лемер П. познакомился с Рейнальдо Ханом (Reynaldo Hahn, 1874–1947). Родился 9 августа 1874 в Каракасе, Венесуэла, в семье отца-немца и матери-еврейки. Натурализованный француз. Ученик Ж. Массне, впоследствии известный композитор и дирижер. Пользовался огромным успехом у женщин, в т. ч. у К. де Мерод и Л. де Пужи. Вместе с П. путешествовал по Германии и Италии; создавал совместные проекты, среди которых наиболее известна литературно-музыкальная композиция «Портреты художников» («Portraits de peintres», 1896).

Увлечение Р. Ханом продолжалось два года. В дальнейшем П. поддерживал знакомство с ним до самой смерти. В 1935 Р. Хан стал музыкальным критиком газеты «Фигаро», в 1945 — директором парижской Оперы. Умер 28 января 1947; похоронен на кладбище Пер Лашез в Париже.

П. начал писать большой автобиографический роман, оставшийся незаконченным («Jean Santeuil», опубликован в 1952). В 1896 издал сборник новелл «Утехи и дни» («Les Plaisirs et les Jours») с предисловием А. Франса, а в 1904–1906 — переводы работ английского художественного критика Джона Раскина «Библия Амьена» («Bible d’Amiens») и «Сезам и лилии» («Sésame et les Lys»). Привычный уклад нарушила череда драматических событий. В феврале 1903 женился брат П. Роберт, с которым он привык делиться своими переживаниями. В сентябре того же года умер отец. В сентябре 1905 ушла из жизни горячо любимая мать. П. досталось крупное наследство, по сегодняшним оценкам ок. 6 миллионов долларов. Однако, П. чувствовал себя безутешным. Утрата чрезвычайно важных семейных связей обусловила его добровольное затворничество.

В 1906 П. поселился на бульваре Осман, 102. Будучи очень чувствительным к звукам и запахам, велел обить стены своей спальни корой пробкового дуба. Изолировавшись от внешнего мира, П. полностью посвятил себя литературному творчеству. Ок. 1909 приступил к созданию эпопеи «В поисках утраченного времени» («A la recherche du temps perdu») — главного труда своей жизни, состоящего из семи романов. Первоначально рукопись была отвергнута несколькими издательствами. Первые части произведения опубликованы благодаря протекции А. Жида. В ноябре 1913 вышел первый роман «По направлению к Свану» («Du coté de chez Swann»), который был встречен критикой прохладно. Следующий роман П. «Под сенью девушек в цвету» («À l’ombre des jeunes filles en fleurs») принес ему мировую известность и был удостоен престижной премии Гонкуров за 1919. За литературные заслуги в декабре 1920 П. получил орден Почетного легиона.

Ж.-Э. Бланш. Портрет М. Пруста. 1892

Долгое время П. отрицал свою гомосексуальность, хотя постоянно находился в окружении подозрительных молодых людей. Официально они считались помошниками по хозяйству, но выполняли и другие обязанности. В 1907 личным шофером П. стал Альфред Агостинелли (Alfred Agostinelli, 1888–1914). Уроженец княжества Монако, бывший автомеханик и таксист. Он появился в доме П. по рекомендации Одилона Альбаре, мужа его служанки Селестин. В 1907 А. Агостинелли сопровождал П. в поездке по Нормандии. Затем, по неизвестной причине покинул П., однако снова вернулся в 1913. На этот раз его сопровождала молодая женщина по имени Анна, которую он представил как свою жену. По всей вероятности, А. Агостинелли вовсе не являлся гомосексуалистом, а только использовал П. для извлечения собственной выгоды.

А. Агостинелли открыто встречался с разными женщинами, заставляя П. жестоко страдать от ревности. П. покупал расположение друга дорогими подарками, не жалел денег на костюмы и рестораны. А. Агостинелли пользовался таким доверием, что иногда даже правил рукописи П. Как это случалось и прежде, образ реального человека перекочевал на страницы произведений П. Черты А. Агостинелли легко угадываются в ветреной и сумасбродной героине его романа «Под сенью девушек в цвету» Альбертине. Сохранились письма, которые А. Агостинелли подписывал «Марсель Сван», по имени персонажа романа П. «По направлению к Свану».

Уступая желанию А. Агостинелли, П. купил ему аэроплан и оплатил обучение в авиашколе. 30 мая 1914 А. Агостинелли разбился во время учебного полета над Средиземным морем. Горе П. было безмерным; он писал другу: «Я действительно любил Альфреда. Пожалуй, это слабо сказано: я его обожал.» П. позаботился об Анне и даже выхлопотал для нее пенсию у принца Монако, который оказался почитателем таланта писателя.

В годы Первой мировой войны П. частично финансировал мужской публичный дом «Отель Мариньи», который организовал его приятель Альбер ле Кюзиа (Albert le Cuziat). Уроженец Бретани, в юности служил конюхом у польского князя Константина Радзивилла, известного пристрастием к молоденьким мальчикам. В Париже находился на содержании богатых покровителей. П. охотно согласился участвовать в заведении А. ле Кюзиа и даже предоставил ему доставшуюся по наследству старинную мебель.

По словам биографа П. Д. Пейнтера, П. получал особое наслаждение, наблюдая за бичеванием клиентов заведения. Сцена порки барона Шарлюса в борделе Жюпьена из романа «В поисках утраченного времени» написана, якобы, с натуры. Праобразом героя послужил поэт-символист, граф Робер де Монтескье-Фезенсак (Marie Joseph Robert Anatole, comte de Montesquiou-Fezensac, 1855–1921). По слухам, в тех случаях, когда П. не мог достичь оргазма, он требовал принести двух голодных крыс, которые пожирали друг друга у него на глазах. Впрочем, верная прислуга П. Селестин Альбаре категорически отрицала подобные утверждения. По ее мнению, если П. и посещал бордель, то только «для исследования».

Вероятно, последней любовью П. стал Анри Роша (Henri Rochat, 1899-?). Уроженец Швейцарии, служил официантом в ресторане отеля «Ритц». Познакомился с П. летом 1918. По воспоминаниям очевидцев, А. Роша относился к П. свысока, дерзил и унижал его при посторонних. Он явно вымогал из П. деньги, чтобы осуществить свою мечту стать художником. П. не мог ему ни в чем отказать. Тяжело перенес отъезд А. Роша за океан; в дальнейшем помог устроиться на работу в филиал французского банка в Буенос-Айресе.

П. продолжал работать до последних дней. В своих мемуарах С. Альбаре вспоминала, что он писал с вечера до восьми часов утра и только после этого ложился спать, часто полностью одетый и не снимая перчаток. В мае 1921 увидел свет последний прижизненный роман П. «Содом и Гоморра» («Sodome et Gomorrhe»). Книга, описывающая пороки светского общества, вызвала неодобрение его друзей-гомосексуалистов, в т. ч. А. Жида.

П. скончался от воспаления легких 18 ноября 1922. Похоронен на кладбище Пер Лашез в Париже.

Ряд произведений П. («Пленница», «Исчезновение Альбертины», «Обретенное время») были опубликованы уже после его смерти. По мотивам произведений П. снят фильм режиссера Фолькера Шлендорфа «Любовь Свана» («Eine liebe von Swann», Германия-Франция, 1983).

Лит: de Gramont Elisabeth. Robert de Montesquiou et Marcel Proust. Paris, 1925; Dreyfus Robert. Souvenirs sur Marcel Proust. Paris, 1926; Pierre-Quint Léon, Miles Hamish, Miles Sheila. Marcel Proust, his life and work. New York, 1927; Curtius Ernst Robert, Pierhal Armand. Marcel Proust. Paris, 1928; Seillière Ernest Antoine Aimé Léon, Baron. Marcel Proust. Paris, 1931; Massis Henri. Le drame de Marcel Proust. Paris, 1937; de Gramont Elisabeth. Marcel Proust. Paris, 1948; March Harold. The two worlds of Marcel Proust. Philadelphia, 1948; Franken Haldane Charlotte. Marcel Proust. London, 1951; Jaloux Edmond. Avec Marcel Proust. Paris, 1953; Miller Milton L. Nostalgia: a psychoanalytic study of Marcel Proust. London, 1957; Gregh Fernand. Mon amitié avec Marcel Proust; souvenirs et lettres inédites. Paris, 1958; Ferré André. Les années de collège de Marcel Proust. Paris, 1959; Barker Richard Hindry. Marcel Proust. New York, 1958; Seznec Jean. Marcel Proust et les dieux. Oxford, 1962; Deleuze Gilles. Marcel Proust et les signes. Paris, 1964; Lowery Bruce. Marcel Proust et Henry James: une confrontation. Paris, 1964; Brée Germaine. The world of Marcel Proust. Boston, 1966; Plantevignes Marcel. Avec Marcel Proust. Paris, 1966; Cattaui Georges, de Boisdeffre Pierre. Marcel Proust. New York, 1967; Peyre Henri. Marcel Proust. New York, 1970; Bardèche Maurice. Marcel Proust, romancier. Paris, 1971; Cruciani François. Marcel Proust. Paris, 1971; Pfeiffer Jean et al. Marcel Proust. L’Arc, 1971; Uhlig Helmut. Marcel Proust. Berlin, 1971; Wolitz Seth L. The Proustian community. New York, 1971; Quennell Peter. Marcel Proust, 1871–1922; a centennial volume. New York, 1971; Lafourcade Paulette, Béhar Serge. Marcel Proust. Paris, 1972; Schrader Ludwig, Pabst Walter. L’Affaire Lemoine von Marcel Proust. Berlin, 1972; Marcel Proust; letters to his mother. Westport, 1973; Maurois André. The world of Marcel Proust. New York, 1974; Albaret Céleste, Belmont Georges. Monsieur Proust. New York, 1976; Straus Bernard. Maladies of Marcel Proust: doctors and disease in his life and work. New York, 1980; Marcel Proust, selected letters. Garden City, N.Y., 1983–1989; Adams William Howard. A Proust souvenir, New York, 1984; Rey Pierre Louis. Marcel Proust: sa vie, son œuvre. Paris, 1984; Painter George D. Marcel Proust: a biography. New York, 1989; Bibescu Martha. Au bal avec Marcel Proust. Paris, 1989; Mabin Dominique. Le sommeil de Marcel Proust. Paris, 1992; de Margerie Diane. Marcel Proust: Marcel et Léonie. St-Cyr-sur-Loire, 1992; Erman Michel. Marcel Proust. Paris, 1994; Duchêne Roger. L’impossible Marcel Proust. Paris, 1994; Borrel Anne. Voyager avec Marcel Proust mille et un voyages. Paris, 1994; White Edmund. Marcel Proust. New York, 1999; Viaud Jean-François. Marcel Proust: une douleur si intense. Paris, 2000; Tadié Jean-Yves. Marcel Proust. New York, 2000; Carter William C. Marcel Proust: a life. New Haven London, 2000; Prieur Jérôme. Petit tombeau de Marcel Proust. Paris, 2000; Langeland Henrik H. Marcel Proust. Oslo, 2001; Harris Frederick John. Friend and foe: Marcel Proust and André Gide. Lanham, 2002; Marcel Proust et les Eyragues: deux lettres inédites. Paris, 2002; Glunk Fritz R. Marcel Proust. München, 2002; Caws Mary Ann. Marcel Proust. Woodstock, 2003; Peter René. Une saison avec Marcel Proust: souvenirs. Paris, 2005; Raczymow Henri. Le Paris retrouvé de Marcel Proust. Paris, 2005; Biermann Karlheinrich. Marcel Proust. Reinbek bei Hamburg, 2005; Carter William C. Proust in love. New Haven, 2006; Galand David, Lecardonnel Sandra. Marcel Proust: Un amour de Swann. Rosny, 2006; Davenport-Hines R.P.T. Proust at the Majestic: the last days of the author whose book changed Paris. New York, 2006; Brun Bernard. Marcel Proust. Paris, 2007; Ifri Pascal Alain. Marcel Proust. Grez-sur-Loing, 2007; Jacobée Éric. Étude sur Marcel Proust, Un amour de Swann. Paris, 2007; Bloch-Dano Evelyne, Yaeger Kaplan Alice. Madame Proust: a biography. Chicago, 2007; Cher ami-votre Marcel Proust: Marcel Proust im Spiegel seiner Korrespondenz: Briefe und Autographen aus der Bibliotheca Proustiana Reiner Speck. Köln, 2009.

Пуатье

Диана де (Poitiers Diane de) (1499–1566), во Франции фаворитка короля Генриха II.

Родилась 3 сентября 1499 в замке Сент-Валлье, Дром, провинция Рон-Альп, Франция. Дочь Жана де Пуатье, виконта Эстуаля, сеньора Сент-Валлье и Жанны де Батарнэ. Обладала титулами графиня Сент-Валлье и герцогиня д’Эстамп. Еще не достигнув 16-летнего возраста, была выдана замуж за внука короля Карла VII — графа Молевриерского, сенешаля Нормандии Луи де Бреза. Бракосочетание состоялось 16 апреля 1515 в парижском Отель де Бурбон. В браке родила двух дочерей: Франсуаза де Брез (1518–1574) и Луиза де Брез (1521–1577). После смерти мужа в 1531 П. поступила на службу королевского двора.

В 1535 П. стала любовницей шестнадцатилетнего Генриха Орлеанского (1519–1559), короля Франции с 1547. Генрих, женатый с 1533 на Екатерине Медичи, имел несколько других фавориток (Джейн Стюарт, 1520–1553; Филиппа Дучи, 1520-?; Николь де Савиньи, 1535–1590). Однако, П. почти четверть века осталась его главной пассией. В 1538 родила дочь Диану, герцогиню Ангулемская (1538–1619), впоследствии супругу герцога Франсуа Монморанси.

Помимо привлекательной внешности, П. обладала незаурядным интеллектом и политическим чутьем. Пользовалась безоговорочным доверием Генриха II, занималась воспитанием его наследников, выступала на стороне католиков в борьбе с протестантами. По сути, П. правила Францией совместно с королем, находясь в его тени. Ряд официальных документов того периода подписан общим именем (HenriDiane). Положение П. при дворе было настолько прочным, что папа римский Павел III регулярно поздравлял ее с днем рождения, наравне с законной супругой короля. Генрих удостоил П. титулом герцогини де Валентинуа (1548) и подарил замок Шенонсо.

Екатерина Медичи испытывала к П. вполне понятную неприязнь и не преминула воспользоваться первым же удобным случаем устранить ее из двора. В 1559 король был смертельно ранен на рыцарском турнире. Королева немедленно ограничила доступ к нему. Хотя Генрих II неоднократно выражал желание видеть П., она так и не была допущена в его покои. Более того, Е. Медичи запретила П. участвовать в похоронах короля, немедленно выслала ее из Парижа и отобрала замок Шенонсо. Несколько лет П. провела в замке Шамон, а затем вернулась в родовое поместье мужа Ане (департамент Эр-е-Луар), где и скончалась 26 апреля 1566.

Неизвестный художник. Портрет Д. Пуатье. 1550

Лит: Jacob P.L. Les secrets de beauté de Diane de Poitiers. Paris, 1838; Maurage Maurice Augustin. Diane de Poitiers. Bruxelles, 1855; Capefigue Jean Baptiste Honoré Raymond. Diane de Poitiers. Paris, 1860; Lettres inédites de Diane de Poitiers. Paris, 1866; Roussel Pierre Désiré. Étude sur Diane de Poitiers. Paris, 1875; de Montaiglon Anatole. Diane de Poitiers et son gout dans les arts. Paris, 1879; d’Arcenay Jacques. Diane de Poitiers et son temps. Paris, 1887; Batiffol Louis. Diane de Poitiers: la légende et l’histoire.? 1908; Boinet Amédée. Notice sur une reliure exécutée pour Diane de Poitiers. Paris, 1911; Seely Grace Hart. Diane the huntress; the life and times of Diane de Poitiers. New York, London, 1936; Erlanger Philippe. Diane de Poitiers. Paris, 1955; Thierry Adrien. Diane de Poitiers. Paris, 1955; Rousselot Jean. La vie passionnee de Diane de Poitiers. Paris, 1956; de Ganay Ernest. Diane de Poitiers en son château d’Anet. Paris, 1960; Cartland Barbara. Diane de Poitiers. London, 1962; Bardon Françoise. Diane de Poitiers et le mythe de Diane. Paris, 1963; Correspondance intime du Roi avec Diane de Poitiers et plusieurs autres dames de la cour. Genève, 1970; Strage Mark. Women of power: the life and times of Catherine dé Medici. New York, 1976; Lloyd Gail Patricia. The tapestries of Diane de Poitiers. New York, 1988; Thompson Patricia. Diane de Poitiers: a reassessment. Stanford, 1989; Cloulas Ivan. Diane de Poitiers. Paris, 1997; Leloup Daniel. Le Château d’Anet: l’amour de Diane de Poitiers et d’Henri II. Paris, 2001; de Decker Michel. Diane de Poitiers. Paris, 2002; Michael, of Kent Princess. The serpent and the moon: two rivals for the love of a Renaissance king. New York, 2004; Germain José. Le roman d’Anet: Les amours de Diane de Poitiers. Paris, 2005; Autheman Marc. Diane de Poitiers: la souveraine. Paris, 2008; d’Orliac Jehanne. The moon mistress, Diane de Poitiers, grant’ senechalle de Normandy. Haverton,?

Пужи

Лиан де (Pougy Liane de) (1869–1950), французская куртизанка

Родилась 2 июля 1869 в Ля Флеш, департамент Сарт, Франция. Урожденная Анна Мари Шассейн (Anne Marie Chassaigne). Дочь мелкого буржуа Пьера Блеза Эжена Шассейна и его жены Эме Лопез. В детстве воспитывалась в женском монастыре. По настоянию родителей, в шестнадцать лет вышла замуж за морского офицера Армана Пурпа (Joseph Armand Henri Pourpe). Неудачное замужество продолжалось ок. двух лет. В первую брачную ночь муж лишил ее девственности силой. В дальнейшем обращался с ней крайне грубо и жестоко. От побоев на груди девушки остались шрамы. Анна родила единственного сына Марка, но, по собственному признанию, была для него «ужасной матерью». Мальчика пришлось отправить к родителям мужа в Суэц. Воспользовавшись длительным отсутствием мужа, Анна завела роман с маркизом Шарлем де Макмагоном (Charles de MacMahon). Вернувшись из Марселя, А. Пурп обнаружил измену, ранил жену в запястье выстрелом из револьвера.

В 1887 Анна бежала из дома в Париж. Дебют на сцене кабаре Фоли Бержер оказался неудачным. С. Бернар язвительно советовала ей «как можно реже открывать свой хорошенький ротик». Не имея иных источников существования, девушка стала искать богатых покровителей. Пользовалась расположением В. де Ла Бинь, которая преподала начинающей куртизанке несколько весьма полезных уроков. Освоила исполнение фривольных шансонеток. Побывала с гастролями в Санкт-Петербурге, Риме, на Французской Ривьере и др. По всей вероятности, в этот же период пристрастилась к употреблению кокаина и опиума.

Ж. Шассейн. Портрет Л. де Пужи. Ок. 1905

Наряду с Э. Д’Алансон и К. Отеро, считалась одной из трех граций Прекрасной эпохи — двух последних десятилетий перед Первой мировой войной. Получала значительное содержание от своих покровителей, к числу которых принадлежали лорд Карнавон, банкир Ротшильд, драматург А. Бернстайн и др. В обществе пользовалась фамилией одного из своих любовников графа де Пужи. Из-за особого пристрастия к аристократическим и титулованным особам, П. получила прозвище Пассаж князей.

По всей вероятности, П. обладала бисексуальной направленностью полового влечения. Современники приписывали П. связи с признанными парижскими красавицами: Бланш д’Арчиль, Ивонн де Буффон, Лина Кавальери, Мими Франкетти, Юлька Радзейовска, Э. де Грамон-Тоннер и др. В 1898–1899 П. состояла в близких отношениях с М. Морни. В 1899 у П. начался бурный роман с Н. Барни, которая собиралась устроить фиктивный брак с миллионером, чтобы обеспечить будущее подруги.

В 1901 П. запечатлела образ Н. Барни в своем романе «Idylle Saphique» («Натали, у которой были такие легкие пальцы…”). П. неплохо владела пером и впоследствии опубликовала ряд гламурных историй («L’Insaisissable», «La Mauvaise part-Myrrhille» и др.), а также мемуарную книгу «My blue notebooks» (Нью-Йорк, 1979).

В 1920 П. вышла замуж за румынского князя Георгия Гика (Georges Ghika), который был на 16 лет моложе нее. Перед свадьбой П. обещала мужу никогда не изменять ему с мужчинами. В 1925 супруги расстались, хотя официально развод не был оформлен.

С возрастом П. раскаялась за грехи своей молодости. Ее стали мучить воспоминания о сыне, который служил летчиком и погиб 2 декабря 1914 в небе над Виллерс-Бреттоно. В конце жизни П. обратилась к религии. В 1946 она приняла монашество под именем сестра Анна-Мария. Последние годы провела в доминиканском приюте Святой Агнессы в Савойе, ухаживая за детьми с врожденными дефектами.

П. умерла 26 декабря 1950 в Лозанне, Швейцария.

Образ П. отразился в произведениях М. Пруста (Одетт де Кресси), Колетт («Clodin en menage») и др. Жан Шалон, друг и биограф Н. Барни, рассказывал, что вспоминая о своей самой большой любви, она закатывала глаза к небу и томно шептала «О, Лиана! Моя Лиана…»

Лит: Bonnefont Gaston. Liane de Pougy. Paris, 189?; Lettres à Liane de Pougy. Paris, 1980; Mes apprentissages sexuels: lettre inédite à Renée Dunan: suivi d’une lettre inédite à Liane de Pougy. Paris, 1984; Chalon Jean. Liane de Pougy: courtisane, princesse et sainte. Paris, 1994; Dufresne Claude. Trois grâces de la Belle Epoque. Paris, 2003.

Путткамер

Мария-Мадлена (Puttkamer Marie-Madeleine) (1881–1944), немецкая писательница и поэтесса.

Родилась 4 апреля 1881 в городке Эйдкунен, в то время Восточная Пруссия (ныне поселок Чернышевское, Нестеровского района, Калининградской области, Россия). Урожденная Мария-Мадлена Гюнтер (Marie Madeleine Günther). Дочь торговца Карла Гюнтера и его жены Эмми Симссен. По описанию современников, темноволосая и темноглазая девушка весьма привлекательной внешности. 2 августа 1900 вышла замуж за генерал-майора Генриха Георга Людвига, барона фон Путткамера (1846–1918), который был старше нее на 35 лет. Супруг происходил из старинной аристократической семьи, владевшей значительными земельными угодьями в Померании. Он отличился в войнах против Дании в 1864 и Австрии в 1866. Незадолго до женитьбы Г. фон Путткамер принял командование пехотным полком в Майнце. Супружеская пара поселилась в роскошном доме в привилегированном пригороде Берлина Грюневальде.

В первый же год замужества П. опубликовала сборник эротической поэзии «Auf Kypros», который мгновенно принес ей широкую, хотя и скандальную известность. Большинство стихов были написаны П. еще в 15—16-летнем возрасте. Все они были проникнуты глубоким эротизмом, причем, откровенно лесбийской направленности. Современники назвали стихи П. «бесстыдными», «непристойными», «похотливыми» и «развратными». Литературный критик Вилли Хаас назвал творчество П. «викторианским корсетом, который разлетелся по швам».

Хотя сама П. с жаром отвергла обвинения в лесбиянстве («An der Liebe Narrenseil», 1902), титулованные родственники мужа были шокированы. На долю Г. фон Путткамера выпало немало насмешек и оскорблений. По мере сил он пытался защитить честь жены и в знак солидарности даже вышел из фамильного союза (Puttkamer Family Association). В 1903 П. родила своего единственного ребенка — сына Еско (Jesco Günther Heinrich). Он прошел обучение в том же кадетском корпусе, который когда-то окончил его отец. В конце концов, Г. фон Путткамер все же развелся с женой, но продолжал принимать участие в ее судьбе. Генерал достойно проявил себя в годы Первой мировой войны в рядах военного Красного Креста. Умер от пневмонии 25 августа 1918.

Между тем, П. продолжала активно работать в жанре эротической литературы. Под псевдонимом Мари Мадлен (Marie Madeleine) выпустила несколько книг, укрепивших ее сомнительную репутацию: «In Seligkeit und Sunden» («В блаженстве и грехе» 1905), «Katzen» («Кошки», 1910), «Krabben» («Крабы», 1910), «Die rote Rose Leidenschaft» («Красная роза — эмблема любви», 1912), «Die drei Nachte» («Три ночи», 1915), «Pantherkatzchen» («Пантера», 1915) и др. В романе «Taumel» («Экстаз», 1920) создала образ женщины-донжуана, жадно стремящейся к наслаждениям. В 1910 появилось 37-ое издание сборника «Auf Kypros». Критика ставила П. в один ряд с тогдашними мэтрами эротизма писателем Рихардом Димелем (Richard Fedor Leopold Dehmel) и художником Эдвардом Мунком (Edvard Munch).

Располагая значительным капиталом, доставшимся ей в наследство, П. не отказывала себе в удовольствиях. С 1905 постоянно проживала в Баден-Бадене и Ницце. Много путешествовала в сопровождении своего любовника, некоего господина фон Крамстера (von Cramster). Тщательно следила за новинками парижской моды, питала склонность к экстравагантным нарядам и шляпам. В Берлине, в 1920-ые считавшемся сексуальной столицей Европы, пользовалась особым вниманием пресыщенного офицерства Веймарской республики.

Во время экономической депрессии П. потеряла почти все свое состояние. Ее здоровье было подорвано морфием и кокаином. В 1942 (1943?) П. оказалась в частной клинике в Катценелбогене. 27 сентября 1944 П. скончалась при невыясненных обстоятельствах. Ее сын, офицер вермахта Еско попал в русский плен и освободился только в 1953. Он пытался выяснить причины смерти матери, однако, безуспешно. По его мнению, П. погибла по вине нацистских врачей, избавлявшихся от наркоманов и присвающих их имущество.

Лит.: Faderman Lillian. Chloe Plus Olivia: An Anthology of Lesbian Literature from the 17th Century to the Present. New York, 1995; Castle Terry. The literature of lesbianism: a historical anthology from Ariosto to Stonewall. New York, 2003.

Пушкин

Александр Сергеевич (1799–1837), великий русский поэт

Родился 6 июня (26 мая по старому стилю) 1799 в Москве. Происходил из старинного, но небогатого дворянского рода. Прадед П. по матери — африканец Абрам Петрович Ганнибал, с малолетства находившийся в услужении Петра I и получивший известность как Арап Петра Великого. Отец — отставной майор Сергей Львович Пушкин, светский острослов и поэт-любитель. Мать — Надежда Осиповна Пушкина, в девичестве Ганнибал. С раннего детства отличался живым и острым умом, непоседливым и беспокойным характером. Из воспоминаний бабушки Марии Алексеевны Ганнибал: «Не знаю, что выйдет из моего старшего внука. Мальчик умен и охотник до книжек, а учится плохо, редко когда урок свой сдаст порядком; то его не расшевелишь, не прогонишь играть с детьми, то вдруг так развернется и расходится, что ничем его не уймешь: из одной крайности в другую бросается, нет у него середины».

В 1811 П. поступил в только что созданный Царскосельский лицей для дворянских детей. Во время обучения открылся его великий поэтический дар, который сразу был замечен современниками. Первая стихотворение П. увидело свет в журнале «Вестник Европы». В июле 1814 признанный стихотворец Г. Р. Державин высоко оценил патриотическое стихотворение П. «Воспоминания в Царском Селе», прочитанное автором на публичном экзамене. Еще в школьные годы П. был принят в литературное общество «Арзамас».

За свой пылкий темперамент и характерную африканскую внешность П. получил в Лицее прозвища француз, обезьяна или смесь обезьяны с тигром (франц. tigre-singe). По рассказам очевидцев, однажды совсем еще юный П. увидел в полутемном коридоре женскую фигуру. Подкравшись сзади, он дерзко обнял и попытался поцеловать незнакомку. Она оказалась фрейлиной императрицы княжной В. М. Волконской. Престарелая дама пожаловалась государю и тот выразил свое неудовольствие. Впрочем, при этом изволил пошутить: «Старая дева, быть может, в восторге от ошибки молодого человека». Одноклассник П. барон М. А. Корф вспоминал: «В лицее он превосходил всех чувственностью, а после, в свете, предался распутствам всех родов, проводя дни и ночи в непрерывной цепи вакханалий и оргий… У него господствовали только две стихии: удовлетворение чувственным страстям и поэзия; и в обеих он ушел далеко».

В 1887 в «Биографическом очерке» А. А. Венкстерна был опубликован т. н. Донжуанский список Пушкина, составленный им самим в 1829 по просьбе сестер Ушаковых. Широкую известность этот документ приобрел в 1923, после выхода в свет одноименной монографии П. К. Губера. По утверждению П. С. Киселева, мужа одной из сестер Ушаковых, список представлял собой «перечень всех женщин, которыми он увлекался».

Документ содержит 34 женских имени и состоит из двух частей. Вполне возможно, что поэт расположил имена женщин не только в хронологической последовательности, но и в зависимости от силы своих чувств. Безусловно, Донжуанский список Пушкина никак нельзя считать исчерпывающим. Тем не менее, пушкинисты потратили немало усилий на его расшифровку. К лицейскому периоду относятся по крайней мере три Натальи:

Наталья I — по всей видимости, актриса царскосельского театра графа В. В. Толстого, адресат фривольных посланий «К молодой актрисе» и «К Наталье»:

Миловидной жрицы Тальи

Видел прелести Натальи,

И уж в сердце Купидон!

Так, Наталья, признаюся,

Я тобою полонен;

В первый раз еще — стыжуся —

В женски прелести влюблен

Наталья II — скорее всего, одна из горничных тех великосветских дам, что посещали Царское Село. По воспоминаниям И.И.Пущина: «У фрейлины Валуевой была премиленькая горничная Наташа. Случалось, встретясь с нею в темных коридорах, и полюбезничать; она многих из нас знала…»;

Наталья III — неидентифицированный персонаж. Вполне возможно — Наталья Викторовна Кочубей (1800/1801? — 1854/1855?), дочь графа В. П. Кочубея; адресат стихотворения «Измена» (1812).

В 1815 П. впервые влюбился глубоко и по-настоящему. Объектом его страсти, обозначенным в списке как Катерина I, явилась Екатерина Павловна Бакунина (1795–1869; в замужестве Полторацкая), сестра его лицейского товарища. В ноябре 1815 он записал в дневнике: «…Я счастлив был!.. нет, я вчера не был счастлив: поутру я мучился ожиданием, с неописанным волнением стоя под окошком, смотрел на снежную дорогу — ее не было видно! Наконец я потерял надежду, вдруг нечаянно встречаюсь с ней на лестнице, — сладкая минута!.. Как она мила была! как черное платье пристало к милой Бакуниной! Но я не видел ее 18 часов — ах! какое положенье, какая мука! Но я счастлив был 5 минут…» Е. П. Бакунина вдохновила П. на целый цикл лицейских стихотворений.

В 1816 П. увлекся женщиной, почти на двадцать лет старше себя. Екатерина Андреевна Карамзина (1780–1851), жена историка Н. М. Карамзина также фигурирует в его Донжуанском списке, однако, скорее всего, по недоразумению. В записках П. И. Бартенева отмечен следующий эпизод: «Покойница Екатерина Афанасьевна Протасова (мать Воейковой) рассказала (как говорил мне Н. А. Елагин), что Пушкину вдруг задумалось приволокнуться за женой Карамзина. Он даже написал ей любовную записку. Екатерина Андреевна, разумеется, показала ее мужу. Оба расхохотались и, призвавши Пушкина, стали делать ему серьезные наставления. Все это было так смешно и дало Пушкину такой удобный случай ближе узнать Карамзиных, что с тех пор их полюбил, и они сблизились».

В 1817 очередным увлечением П. стала молодая француженка Мария Смит (в девичестве Шарон-Лароз), дальняя родственница директора Лицея Е. А. Энгельгардта. К ней адресовано довольно нескромное стихотворение «К молодой вдове». С М. Смит, по видимому, начинается этап перехода от платонических влюбленностей к удовлетворению «безумства бешенных желаний». П. подружился с офицерами лейб-гусарского полка, расквартированного в Царском Селе. «Вместе с ними, — вспоминал бывший лицеист С. Д. Комовский, — тайком от своего начальства, он любил приносить жертвы Бахусу и Венере, волочась за хорошенькими актрисами графа Толстого и за субретками приезжавших туда на лето семейств; причем проявлялись в нем вся пылкость и сладострастие африканской породы».

П. был выпущен из Лицея в июне 1817 в чине коллежского секретаря. Он переехал в Петербург и, по словам брата Льва: «…вполне воспользовался своею молодостью и независимостью. Его по очереди влекли к себе то большой свет, то шумные пиры, то закулисные тайны». П. становится завсегдатаем столичных театров, в 1819 вступает в члены литературно-художественного кружка «Зеленая лампа», сближается с декабристами. Этот период ознаменовался созданием таких классических произведений, как «К Чаадаеву» (1818), «Вольность» (1818), «Деревня» (1819), «Руслан и Людмила» (1820) и др.

Плодотворная литературная деятельность отнюдь не препятствовала бурным похождениям и разгулу страстей. Ночи напролет П. проводил в компании заслуженных гуляк и повес. Лейб-гвардеец Каверин вспоминал: «Щербинин, Олсуфьев, Пушкин — у меня в П-бурге ужинали — шампанское в лед было поставлено за сутки вперед — случайно тогдашняя красавица моя (для удовлетворения плотских желаний) мимо шла — ее зазвали — жар был несносный — Пушкина просили память этого вечера в нас продолжить стихами — вот они — оригинал у меня.

Веселый вечер в жизни нашей

Запомним, юные друзья;

Шампанского в стеклянной чаше

Шипела хладная струя —

Мы пили — и Венера с нами

Сидела прея за столом

Когда ж вновь сядем вчетвером

С блядьми, вином и чубуками».

27 мая 1819

Литературные друзья П. выражали глубокую озабоченность его образом жизни. Из письма А. И. Тургенева князю П. А. Вяземскому от 4 сентября 1818: «Праздная леность, как грозный истребитель всего прекрасного и всякого таланта, парит над Пушкиным… Пушкин по утрам рассказывает Жуковскому, где он всю ночь не спал; целый день делает визиты блядям, мне и кн. Голицыной, а ввечеру иногда играет в банк…». П. совершенно не интересовался социальным статусом своих любовниц. Среди них было много дам полусвета, простолюдинок и обыкновенных проституток. Он увлекался актрисами Екатериной Семеновой (1786–1849) и Александрой Колосовой (1802–1880). Обессмертил имя известной петербургской прелестницы Ольги Массон в стихотворении «Ольга, крестница Киприды…»:

Ради резвого разврата,

Приапических затей,

Ради неги, ради злата,

Ради прелести твоей,

Ольга, жрица наслажденья,

Внемли наш любовный плач —

Ночь восторгов, ночь забвенья

Мне наверное назначь.

Неразборчивость в связях несколько раз оборачивалась для П. бедой. Из письма А. И. Тургенева князю П. А. Вяземскому от 12 февраля 1818: «Пушкин слег: старое пристало к новому, и пришлось ему снова за поэму приниматься». Из письма от 22 февраля 1818: «Венера пригвоздила Пушкина к постели и к поэме». Однако, постоянная угроза стать «жертвой вредной красоты» не останавливала поэта. По словам А. И. Тургенева, однажды «он простудился, дожидаясь у дверей одной бляди, которая не пускала его в дождь к себе, для того, чтобы не заразить его своей болезнью…» «Какая борьба благородства, любви и распутства» — с ехидством заключил автор письма.

В череде бесконечных мимолетных увлечений выделяется любовь П. к княгине Евдокии (Авдотье) Ивановне Голицыной (1780–1850). «Кн. Авдотия», как она обозначена в Донжуанском списке, также была значительно старше поэта. Она считалась одной из первых столичных красавиц и отличалась некоторыми странностями поведения. Современники прозвали Е. И. Голицыну принцессой ночи (франц. Princesse Nocturne) за то, что она имела обыкновение принимать гостей не ранее десяти часов вечера. Известная гадалка девица Ленорман предсказала княгине смерть ночью, поэтому она решила навсегда превратить ночь в день. Салон Е. И. Голицыной на Большой Миллионной, 30 посещали все знаменитости того времени. Хозяйка встречала посетителей в античных одеяниях, вела с ними весьма смелые и непринужденные беседы.

По воспоминаниям Н. М. Карамзина: «Поэт Пушкин у нас в доме смертельно влюбился в Пифию Голицыну и теперь уже проводит у нее вечера: лжет от любви, сердится от любви, только еще не пишет от любви…». Впрочем, на этот счет историк ошибался: П. посвятил княгине Е.И.Голицыной не менее трех стихотворений («К ***», приложение к оде «Вольность» и «Краев чужих неопытный любитель…").

Особняком стоят в Донжуанском списке загадочные инициалы NN. Пушкинисты выдвинули немало гипотез о реальном прототипе этой «утаенной любви» поэта. О. Гершензон указывал на Марию Аркадьевну Голицыну, урожденную Суворову-Рымникскую, внучку А.В.Суворова. П. Е. Щеголев доказывал, что ею была Мария Николаевна Раевская, впоследствии жена декабриста Волконского. Ю. Тынянов считал загадочной NN Екатерину Андреевну Карамзину; В. В. Томашевский — старшую дочь генерала Н. Н. Раевского Екатерину. П. К. Губер настаивал на кандидатуре Натальи Кочубей, а Л. Гроссман — Софьи Потоцкой, дочери коронного гетмана Малороссии Станислава Потоцкого. Каждая версия имела право на существование, однако однозначно раскрыть таинственное инкогнито не удалось до сих пор.

Весной 1820 П. был выслан из Петербурга в Кишинев за сочинение вольнолюбивых и дерзких стихов. В конце мая 1820 заболевший П. познакомился с героем войны 1812 генералом Н. Н. Раевским, который со своим семейством направлялся проездом на Кавказские воды. С разрешения начальника кишиневской канцелярии И. Н. Инзова, П. последовал вместе с ними на Кавказ и в Крым. 16 августа 1820 он прибыл в Феодосию, затем в Гурзуф. Здесь он продолжил работу над поэмой «Кавказский пленник», написал несколько лирических стихотворений. В сентябре 1820 П. побывал в Бахчисарае, где у него возник замысел поэмы «Бахчисарайский фонтан».

П. испытывал прилив творческих сил и чувствовал себя полностью в своей стихии. Он по очереди увлекался всеми четырьмя сестрами Раевскими: 23-летней Екатериной, 16-летней Еленой, 15-летней Марией и 12-летней Софьей. Мария Николаевна Раевская впоследствие писала: «Как поэт, он считал своим долгом быть влюбленным во всех хорошеньких женщин и девушек, с которыми он встречался…”. Впрочем, любвеобильная натура П. не могла удержаться в рамках одного только платонического обожания. По некоторым данным, там же в Крыму он находился в близости с компаньонкой Марии, крестницей генерала Н. Н. Раевского татаркой Анной Гирей (в замужестве Урусовой).

Осенью 1820 П. вернулся в Кишинев. Продолжал много трудиться: в 1821 закончил сатирическую поэму «Гаврилиада», в 1822 — поэму «Братья-разбойники». Поэма «Кавказский пленник», увидевшая свет в 1822, принесла П. славу первого поэта России. В мае 1823 П. приступил к созданию романа в стихах «Евгений Онегин». Пользуясь расположением местного начальства, путешествовал по Молдавии, подолгу гостил в имении Каменка Киевской губернии. Женой одного из хозяев имения была Аглая Антоновна Давыдова (1787–1847), урожденная герцогиня де Граммон.

По отзывам близко знавших ее современников «весьма хорошенькая, ветреная и кокетливая, как настоящая француженка, искала в шуме развлечений средства не умереть от скуки в варварской России. Она в Каменке была магнитом, привлекавшим к себе железных деятелей александровского времени; от главнокомандующих до корнетов все жило и ликовало в Каменке, но — главное — умирало у ног прелестной Аглаи». А. А. Давыдова стала адресатом нескольких стихотворных посланий П. («A son amant Eglé sans résistance», 1821; «Кокетке», 1821; «Оставя честь судьбе на произвол», 1821), а также знаменитой эпиграммы (1822):

Иной имел мою Аглаю

За свой мундир и черный ус,

Другой за деньги — понимаю,

Другой за то, что был француз.

Клеон — умом ее стращая,

Дамис — за то, что нежно пел.

Скажи теперь, мой друг Аглая

За что твой муж тебя имел?

П. не оставил своим вниманием и старшую дочь Аглаи Антоновны Адель Давыдову. Декабрист И. Д. Якушкин оставил следующие воспоминания, относящиеся к концу 1820: «У нее [Аглаи Давыдовой] была премиленькая дочь, девочка лет двенадцати. Пушкин вообразил себе, что он в нее влюблен, беспрестанно на нее заглядывался и, подходя к ней, шутил с ней очень неловко. Однажды за обедом он сидел возле меня и, раскрасневшись, смотрел так ужасно на хорошенькую девочку, что она, бедная, не знала, что делать, и готова была заплакать; мне же стало ее жалко, и я сказал Пушкину вполголоса: „Посмотрите, что вы делаете: вашими взглядами вы совершенно смутили бедное дитя“. — „Я хочу наказать кокетку, — ответил он, — прежде она со мною любезничала, а теперь прикидывается жестокой и не хочет взглянуть на меня“. С большим трудом удалось обратить все это в шутку и заставить его улыбнуться». А. Давыдовой П. посвятил послание «Аделе» (1822):

Для наслажденья

Ты рождена

Час упоенья

Лови, лови!

Младые лета

Отдай любви

И в шуме света

Люби, Адель,

Мою глупость

Кишинев, свое основное местопребывание в Южной ссылке, П. сравнивал с библейским Содомом:

Проклятый город Кишенев!

Тебя бранить язык устанет.

Когда-нибудь на грешный кров

Твоих запачканных домов

Небесный гром конечно грянет,

И – не найду твоих следов!

Падут, погибнут пламенея,

И пестрый дом Варфоломея

И лавки грязные жидов:

Так, если верить Моисею

Погиб несчастливый Содом.

Содом, ты знаешь, был отличен

Не только вежливым грехом,

Но просвещением, пирами,

Гостеприимными домами

И красотой нестрогих дев!

Но в Кишиневе, знаешь сам,

Нельзя найти ни милых дам,

Ни сводни, ни книгопродавца.

П., которому едва миновал двадцатый год, с головой погрузился в атмосферу любовных интриг и сомнительных развлечений. По воспоминаниям В. П. Горчакова: «Говоря о балах в Кишиневе, я должен сказать, что Пушкин охотно принимал приглашения на все праздники и вечера и все его звали. На этих балах он участвовал в неразлучных с ними занятиях — любил карты и танцы». П. вполне соответствовал репутации столичной знаменитости и «русского Байрона». Нередко он вел себя вызывающе, затевал ссоры, кончавшиеся вызовами на дуэль. Генералу И. Н. Инзову приходилось сажать П. под домашний арест, чтобы избежать больших неприятностей.

В Кишиневе список любовных побед П. значительно расширился. Широкую огласку получил его роман с цыганкой Людмилой Инглези (урожденной Шекорой), женой богатого бессарабского помещика. Муж устроил публичный скандал, который удалось замять лишь отправив чету Инглези за границу.

Некоторое время сердцем поэта владела очаровательная еврейка Мария Егоровна Эйхфельт:

Христос воскрес, моя Ревекка!

Сегодня следуя душой

Закону бога-человека,

С тобой целуюсь, ангел мой.

А завтра к вере Моисея

За поцелуй я, не робея,

Готов, еврейка, приступить —

И даже то тебе вручить,

Чем можно верного еврея

От православных отличить.

Серьезней прочих выглядело увлечение П. гречанкой Калипсо Полихрони (1803/1804—1827?). По слухам, в 1810 она была любовницей Д. Байрона, что, естественно, придавало ей особую ценность в глазах П. По описанию Ф. Вигеля, К. Полихрони: «…была невысока ростом, худощава и черты лица у нее были правильные, но природа захотела сыграть дурную шутку, посреди приятного лица ее прилепив ей огромный ястребиный нос. У нее был голос нежный, увлекательный, не только, когда она говорила, но даже когда с гитарой пела мрачные турецкие песни… Ни в обращении ее, ни в поведении не видно было ни малейшей строгости, если б она жила в век Перикла, история, верно, сохранила бы нам ее вместе с именами Фрины и Лаисы». П. посвятил К. Полихрони страстное послание «Гречанке»:

Ты рождена воспламенять

Воображение поэтов,

Его тревожить и пленять

Любезной живостью приветов,

Восточной странностью речей,

Блистаньем зеркальных очей

И этой ножкою нескромной…

Ты рождена для неги томной,

Для упоения страстей..

В хлебосольном доме купца Егора Кирилловича Варфоломея П. познакомился с его дочерью Пульхерией (1802–1863; в замужестве Мано). Как вспоминал писатель А. Ф. Вельтман: «…Пульхерица была полная, круглая, свежая девица; она любила говорить более улыбкой, но это не была улыбка кокетства, нет, это просто была улыбка здорового, беззаботного сердца… Пушкин особенно ценил ее простодушную красоту и безответное сердце, не ведавшее никогда ни желаний, ни зависти..». Поэт посвятил ей стихотворение «Дева». Позднее он шутливо признавался друзьям: «Пульхерии Варфоломей объявите за тайну, что я влюблен в нее без памяти…».

Впрочем, вечно юный П. не отличался постоянством в любви. Некоторое время его привлекала Мария (Мариола) Ралли: «…девушка лет осьмнадцати, приятельница Пулхерицы, но гораздо красивее последнейи лицом, и ростом, и формами, и к тому двумя или тремя годами моложе». По свидетельству близкого приятеля поэта И. П. Липранди: «Пушкин любил всех хорошеньких, и всех свободных болтуний. Из числа первых ему нравилась Мария Петровна Шрайбер, семнадцатилетняя дочь председателя врачебной управы, но она отличалась застенчивостью. К числу вторых принадлежала Виктория Ивановна Вакар, жена подполковника этого имени… Вакарша была маленького роста, чрезвычайно жива, вообще недурна и привлекательна… Пушкин находил удовольствие с ней танцевать и вести нестесняющий разговор. Едва ли он не сошелся с ней и ближе, но, конечно, ненадолго. В этом же роде была очень миленькая девица Аника Сандулаки… Пушкин любил ее за резвость и смуглость лица».

Образы кишиневских подружек П. мелькали, как в калейдоскопе. Причем, в стихах поэт очень часто отзывался о них весьма нелицеприятно:

Раззевавшись от обедни,

К Кантакази еду в дом.

Что за греческие бредни,

Что за греческий содом!

Подогнув под жопу ноги,

За вареньем, средь прохлад,

Как египетские боги,

Дамы преют и молчат.

Особенно не повезло Марии Балш, дочери вдовы молдавского боярина Смаранды Богдан. У П., несомненно, был с ней кратковременный роман: «Пушкин, любя страстно женский пол, а в особенности, как полагают, г-жу Балш…» свидетельствовал князь Долгоруков. Тем не менее, выставил ее вместе с мужем Тодораки в самом непристойном виде:

Вот еврейка с Тодорашкой

Пламя пышет в подлеце

Лапу держит под рубашкой,

Рыло на ее лице.

Весь от ужаса хладею:

Ах, еврейка, бог убьет!

Если верить Моисею,

Скотоложница умрет!

В июле 1823 П. удалось добиться перевода в Одессу под начало генерал-губернатора Новоросийского края и наместника Бессарабии, участника войны 1812 года графа М. С. Воронцова. Он давно стремился попасть в этот город, выгодно отличавшийся от захолустного Кишинева. 25 августа 1823 П. радостно сообщил в Петербург: «Здоровье мое давно требовало морских ванн, я насилу уломал Инзова, чтоб он отпустил меня в Одессу — я оставил мою Молдавию и явился в Европу — ресторация и итальянская опера напомнили мне старину и ей богу обновили мне душу». Охваченный творческим порывом поэт создал в Одессе три первые главы «Евгения Онегина», ряд элегий и произведений гражданской лирики, начал поэму «Цыганы» и др.

Источником вдохновения для П. по-прежнему служили женщины. Еще будучи проездом в Киеве 21 января 1821 П. познакомился с Каролиной Собаньской (1794–1885), урожденной графиней Ржевуской. Новая встреча в Одессе возродила возникшее у него чувство. К. Собаньская и ее младшая сестра Эвелина Ганская, впоследствие — жена О. де Бальзака, блистали какой-то загадочной красотой, выделявшей их из общего круга. От своих родителей — польского графа и пленной гречанки — К. Собаньская унаследовала коварный нрав и склонность к авантюрам. Она покинула мужа-старика и с 1821 открыто сожительствовала с начальником южных военных поселений генерал-лейтенантом И. О. Виттом. Романтический ореол роковой женщины (франц. la femme fatale) чрезвычайно притягивал П., однако он не пользовался взаимностью. «Одесской Клеопатре» льстило внимание молодого поэта, но она не выделяла его из числа прочих поклонников, среди которых был сам Адам Мицкевич.

Уязвленный П. до конца дней не смог залечить сердечную рану. За несколько месяцев до своего венчания, 2 февраля 1830 П. написал К. Собаньской по-французски: «Сегодня 9-ая годовщина дня, когда я вас увидел в первый раз. Этот день был решающим в моей жизни. Чем более я об этом думаю, тем более убеждаюсь, что мое существование неразрывно связано с вашим; я рожден, чтобы любить вас и следовать за вами — всякая другая забота с моей стороны — заблуждение или безрассудство; вдали от вас меня лишь грызет мысль о счастье, которым я не сумел насытиться. Рано или поздно мне придется все бросить и пасть к вашим ногам».

В записке, отосланной в тот же день позднее, П. укоряет бессердечную возлюбленную: «В вас есть ирония, лукавство, которые раздражают и повергают в отчаяние. Ощущения становятся мучительными, а искренние слова в вашем присутствии превращаются в пустые шутки. Вы — демон, то есть тот, кто сомневается и отрицает, как говорится в Писании».

Конечно, П. и представить себе не мог, что К. Собаньская была агентом политического сыска, успешно выполнявшей поручения своего шефа И. О. Витта. Позднее она впала в немилось царя Николая I и была выслана из России. Многие исследователи считают, что именно К. Собаньская является той самой «утаенной любовью» П., которую он зашифровал в своем Донжуанском списоке под инициалами NN. Поэт посвятил К. Собаньской известные стихотворения «Простишь ли мне ревнивые мечты», «Что в имени тебе моем?» и др.

Серьезным увлечением П. в Одессе стала Амалия Ризнич, двадцатидвухлетняя супруга богатого сербского коммерсанта Ивана Степановича Ризнича. По воспоминаниям профессора Ришельевского лицея К. П. Зеленецкого: «Госпожа Ризнич была итальянка — полунемка, с небольшой примесью еврейской, может быть, крови. Это смешение дало замечательный тип красоты». Она прибыла в Одессу весной 1823, немногим ранее П. Дом Ризничей всегда был открыт для гостей. Хозяйка вела себя смело и раскованно, обожала карты и развлечения. Предпочитала экстравагантные туалеты: мужскую шляпу и длинное платье, которое, по слухам, скрывало слишком большие ступни ног.

По некоторым данным, к моменту знакомства с П. А. Ризнич находилась на втором или третьем месяце беременности. Тем не менее, вокруг нее всегда вился рой поклонников. После рождения ребенка, ревнивый муж отослал А. Ризнич к родителям во Флоренцию, где она умерла летом 1825. П. посвятил А. Ризнич стихотворения «Простишь ли мне ревнивые мечты», «Все кончено: меж нами связи нет», «Ночь», «Для берегов отчизны дальней…", ряд строф «Евгения Онегина» и др. Некоторые исследователи также приписывают ее памяти пушкинские строки «Под небом голубым…»

Осенью 1823 П. впервые увидел Елизавету Ксаверьевну Воронцову (1792–1880), урожденную Браницкую. Она была женой его непосредственного начальника генерал-фельдмаршала М. С. Воронцова. Е. К. Воронцова появилась в Одессе через два месяца после прибытия П. С первого раза близкого знакомства не получилось. Элиза, как часто называли Е. К. Воронцову, редко бывала в свете. Она вынашивала второго ребенка, к тому же П. в этот период был сильно увлечен А. Ризнич.

Но вскоре ситуация изменилась. Е. К. Воронцовой нравились развлечения, балы, восторженные комплименты поклонников. Ф. Вигель вспоминал: «Ей было уже за тридцать лет, а она имела право казаться еще самою молоденькою… Со врожденным польским легкомыслием и кокетством желала она нравиться, и никто лучше ее в том не успевал. Молода она был душою, молода и наружностью. В ней не было того, что называют красотою; но быстрый, нежный взгляд ее миленьких небольших глаз пронзал насквозь; улыбка ее уст, которой подобной я не видел, казалось, так и призывает поцелуи».

П. посещал все приемы, любительские спектакли, музыкальные вечера и балы-маскарады, устраиваемые графиней. Влюбленный поэт не скрывал своих чувств. В ответ на его воздыхания и страстные взгляды Е. К. Воронцова сохраняла видимую неприступность. Между ней и П. установились сложные отношения, включавшие и симпатию, и тайную ревность, и борьбу тщеславий. В обществе Е. К. Воронцова затевала с П. словесные перепалки, иногда даже намеренно обижала его своим высокомерием. Возможно, таким образом она маскировала свои истинные чувства, стараясь оградить себя от искушения. Лишь во время романтических прогулок по берегу моря она становилась сама своей. Впрочем, судить об этом наверняка нет никаких оснований. По мнению П. К. Губера: «Интимные отношения между Пушкиным и Воронцовой если и существовали, то, конечно, были окружены глубочайшей тайной».

«Судьба Воронцовой, — продолжал известный пушкинист, — в замужестве слегка напоминает судьбу Татьяны Лариной, но хрустальная чистота этого любимого создания пушкинской фантазии не досталась в удел графине». 3 апреля 1825 у Е. К. Воронцовой родилась дочка Софья, отличавшаяся от других детей своей смуглостью и темными волосами. Некоторые исследователи склонны приписывать ее появление на свет участию П. Рассказывают, что в 1828 он с хлыстом в руках остановил экипаж графини и крикнул: «Заботьтесь хорошенько о наших детях» или, в другом пересказе — «о нашей дочери». Е. К. Воронцова вдохновила поэта на создание таких стихов, как «Желание славы», «Ненастный день потух; ненастной ночи мгла…», «Сожженное письмо», «Талисман», «Прощание» и др.

О дальнейшей судьбе П. позаботился высокопоставленный муж Елизаветы Ксаверьевны М. С. Воронцов. Он неоднократно требовал убрать возмутителя спокойствия из Одессы. Помимо прочего, маститый генерал был взбешен едкими эпиграммами, передававшимися из уст в уста («Сказали раз царю, что наконец…», «Полумилорд, полукупец…» и др.). 22 мая 1824 П. получил приказ отправиться в Херсонский, Елизаветградский и Александровский уезды для сбора материалов об истреблении саранчи. Поэт посчитал это поручение оскорбительным и написал прошение об отставке. В июле 1824 он был отстранен от службы и направлен в псковское имение Михайловское под надзор родителей.

Здесь П. провел два года, чрезвычайно насыщенных в творческом отношении. В Михайловском поэт закончил поэму «Цыганы», создал народную драму «Борис Годунов», написал пятую и шестую главы «Евгения Онегина», шуточную поэму «Граф Нулин» и др. В глуши деревенской ссылки П. создал ок. ста произведений, в т. ч. ряд непревзойденных образцов любовной лирики. На сей раз бурный прилив творческой энергии был вызван целой россыпью барышень и молодых дам, обитавших в соседнем имении Тригорское.

Хозяйка имения Прасковья Александровна Осипова (урожденная Вындомская; 1781–1859). В первом браке с Николаем Ивановичем Вульфом родила пятерых детей: Анна Николаевна (1799–1857), Алексей Николаевич (1805–1881), Михаил Николаевич (1808–1832), Евпраксия Николаевна (1809–1883; в замужестве Вревская) и Валериан Николаевич (1812–1842). После смерти Н. И. Вульфа в конце 1817 повторно вышла замуж за Ивана Сафоновича Осипова. Родила от него двоих дочерей: Марию (1820) и Екатерину (1823), а также воспитывала падчерицу Александру — дочь И. С. Осипова от первого брака. В состав этого женского кружка входили также подолгу гостившие в Тригорском племянницы П. А. Осиповой Анна Ивановна Вульф и Анна Петровна Керн.

П. А. Осипова сохраняла приверженность традиционным семейным ценностям, проявляла требовательную заботу о всех своих многочисленных домочадцах. Вместе с тем, интересовалась философией и политикой, читала на французском, немецком и итальянском языках. С П. ее связывали доверительные дружеские отношения, не исключавшие некоторой доли чувственности. По словам И. А. Анненкова: «П.А.Осипова была женщина очень стойкого нрава и характера, но Пушкин имел на нее почти безграничное влияние».

Однако, особое внимание П., конечно же, привлекали ее старшие дочери. И. А. Анненков описал их так: «Две старших дочери г-жи Осиповой от первого мужа — Анна и Евпраксия Николаевны Вульф — составляли два противоположные типа, отражение которых в Татьяне и Ольге „Онегина“ не подлежит сомнению, хотя последние уже не носят на себе по действию творческой силы ни малейшего признака портретов с натуры, а возведены в общие типы русских женщин той эпохи. По отношению к Пушкину Анна Николаевна представляла, как и Татьяна по отношению к Онегину, полное самоотвержение и привязанность, которые ни от чего устать и ослабеть не могли…» Впрочем, в реальной жизни П. отнюдь не идеализировал Анну Николаевну Вульф:

Увы! напрасно деве гордой

Я предлагал свою любовь!

Ни наша жизнь, ни наша кровь

Ее души не тронет твердой.

Слезами только буду сыт,

Хоть сердце мне печаль расколет.

Она на щепочку <нассыт>,

Но и <понюхать> не позволит.

Сестра ее — продолжал И. А. Анненков: «воздушная» Евпраксия, как отзывался о ней сам поэт, представляла совсем другой тип. Она пользовалась жизнью очень просто, повидимому ничего не искала в ней, кроме удовольствий, и постоянно отворачивалась от романтических ухаживаний за собою и комплиментов, словно ждала чего-то более серьезного и дельного от судьбы. Многие называли кокетством все эти приемы, но кокетство или нет — манера была во всяком случае замечательно умного снойства. Евпраксия Николаевна была душою веселого общества, собиравшегося по временам в Тригорском; она играла перед ним арии Россини, мастерски варила жженку и являлась первою во всех предприятиях по части удовольствий…»

П. награждал Евпраксию Вульф такими знаками внимания, что окружающие стали поговаривать об их скорой женитьбе. Впрочем, для П. Зизи, как ее звали в домашнем кругу, была всего лишь очередной дежурной влюбленностью. Во время своих визитов в Тригорское он отдал должное практически всем его прелестным обитательницам. О девятнадцатилетней падчерице П. А. Осиповой Александре (Алине) Ивановне П. восторженно отзывался в письме к князю П.А.Вяземскому: «Ессе femina!» («Вот женщина!»). Не менее пылкие чувства вызывала у поэта одна из племянниц П. А. Осиповой, Анна Ивановна Вульф (18?? — 1835; позднее в замужестве Трувеллер). Он называл ее Нетти (Netty). Из письма приятелю по амурным похождениям Алексею Вульфу: «Netty, нежная, истерическая, потолстевшая Netty… Вот уже третий день как я в нее влюблен».

Летом 1825 в Тригорское приехала Анна Петровна Керн (урожденная Полторацкая; 1800–1879), с которой П. впервые познакомился зимой 1819 в Петербурге в доме Олениных. В 16 лет ее выдали замуж за 52 летнего генерала Ермолая Федоровича Керна, военного коменданта Риги. К моменту возобновления знакомства с П. А. П. Керн успела пережить несколько неудачных романов, чем серьезно испортила свою репутацию в высшем обществе. Появление А. П. Керн пробудило в сердце поэта глубокую страсть и прилив творческого вдохновения. Бурное, но кратковременное увлечение продолжалось всего лишь с июня по июль 1825. Накануне возвращения в Ригу, 19 июля 1825 П. вручил А. П. Керн посвященное ей стихотворение «Я помню чудное мгновенье…».

Вынужденная разлука еще больше воспламенила П. Он писал А. П. Керн отчаянные письма: «Каждую ночь гуляю я по саду и повторяю себе: она была здесь — камень, о которой она споткнулась, лежит у меня на столе… Мысль, что я для нее ничего не значу, что, пробудив и заняв ее воображение, я только тешил ее любопытство, что воспоминание обо мне ни на минуту не сделает ее ни более задумчивой среди ее побед, ни более грустной в дни печали, что ее прекрасные глаза остановятся на каком-нибудь рижском франте с тем же пронизывающим сердце и сладострастным выражением, — нет, эта мысль для меня невыносима…» Предчувствие не обмануло поэта. Вскоре у А. П. Керн завязался роман с ее двоюродным братом Алексем Вульфом.

Как это часто случалось и прежде, П. быстро излечился от своей скоропалительной страсти. В одном из писем он иронически назвал Керн «наша вавилонская блудница Анна Петровна». Спустя два года в Петербурге у П. случилась физическая близость с А. П. Керн, однако это событие не произвело на него особого впечатления. Во второй половине февраля 1828 П. хладнокровно сообщил в письме С. А. Соболевскому: «Безалаберный! Ты ничего не пишешь мне о 2100 р., мною тебе должных, а пишешь мне о M-me Kern, которую с помощию божией я на днях <уеб>».

Судя по переписке, П. не меньше, а, возможно, даже больше переживал драматическое увлечение простой крестьянской девушкой Ольгой Калашниковой. Следуя старинной патриархальной традиции, молодой барин позволил себе «пошалить» с крепостной девкой, дочерью местного сельского старосты Михаила. Когда выяснилось, что О. Калашникова забеременела, П. пришел в полное смятение. За помощью он обратился к своему другу П. А. Вяземскому: «Письмо это тебе вручит очень милая и добрая девушка, которую один из твоих друзей неосторожно обрюхатил. Полагаюсь на твое человеколюбие и дружбу. Приюти ее в Москве, дай ей денег, сколько ей понадобится… Потом отправь в Болдино (в мою вотчину) … при сем с отеческою нежностью прошу тебя позаботиться о будущем малютки, если то будет мальчик. Отсылать его в воспитательный дом мне не хочется, а нельзя ли его покамест отдать в какую-нибудь деревню — хоть в Остафъево…". И далее: «…Милый мой, мне совестно, ей-богу… но тут уж не до совести».

В 1826 О. Калашникова разрешилась от бремени мальчиком, которого назвали Павлом. К сожалению, младенец прожил совсем недолго. Личные переживания поэта косвенно отразились в народной драме «Русалка». Имя Ольга (предположительно — Калашникова) упоминается также в Донжуанском списке П.

В ночь с 3 на 4 сентября 1826 П. получил приказ незамедлительно явиться в Москву, где в то время находился только что коронованный царь Николай I. По прибытию он был доставлен к царю для личной аудиенции. Отныне поэту было гарантировано высочайшее покровительство и освобождение от обязательной цензуры. Древняя столица устроила П. триумфальную встречу. «Вo всex oбщeствax, нa всex бaлax, — пo слoвaм С. П. Шeвырeвa, — пeрвoe внимaниe устрeмлялoсь нa нaшeгo гoстя… Приeм oт Мoсквы Пушкину — oднa из зaмeчaтeльныx стрaниц eгo биoгрaфии».

Весьма радушно П. встретили в доме Римских-Корсаковых, типичных представителей стaрoй двoрянскoй Мoсквы. По утверждению П. A. Вязeмскoгo, 23-летняя дочь главы семейства Александра Александровна Римская-Корсакова (1803–1860) вдохновила поэта на одну из строф в седьмой главе «Евгения Онегина»:

У нoчи мнoгo звeзд прeлeстныx,

Крaсaвиц мнoгo нa Мoсквe,

Нo ярчe всex пoдруг нeбeсныx

Лунa в вoздушнoй синeвe.

Летом 1827 П. познакомился с хозяйкой известного петербургского салона Елизаветой Михайловной Хитрово (1783–1839), дочерью фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова. Вскоре знакомство переросло в близкую дружбу. Будучи значительно старше П., Елизавета Михайловна (или Элиза, как ее называли в обществе) считала своим долгом наставлять и оберегать молодого человека от искушений. Обнаруженные в 1925 письма П. к Е. М. Хитрово свидетельствуют о том, что он нередко тяготился ее мелочной, повседневной опекой.

Донжуанский список П. продолжал пополняться новыми именами. Однако, в его сознании уже произошел резкий переворот. П., ярый противник брака, неожиданно выразил желание жениться. Еще совсем недавно, 22 июня 1826 он недоуменно спрашивал князя П. А. Вяземского: «Правда ли, что Боратынский женится? Боюсь за его ум. Законная <пизда> род теплой шапки с ушами. Голова вся в нее уходит. Ты, может быть, исключение. Но и тут я уверен, что ты гораздо был бы умнее, если б лет еще десять был холостой. Брак холостит душу». Спустя год с небольшим он принялся метаться по Москве, поспешно раздавая предложения руки и сердца.

В декабре 1826, через две недели после знакомства, П. посватался к своей дальней родственнице Софье Федоровне Пушкиной (1806–1862). Однако, она предпочла выйти замуж за Валерьяна Александровича Панина. С. Ф. Пушкина оставила в творчестве поэта весьма малый след: ей посвящены стихотворения «Зачем безвременную скуку…» и «Нет, не черкешенка она». Довольно быстро П. переключился на новый объект поклонения.

Зимой 1826 на балу в Благородном собрании П. встретил сестер Екатерину Николаевну (1809–1872) и Елизавету Николаевну (1810–1872) Ушаковых. Он часто посещал гостеприимный дом Ушаковых на Пресне, что дало московским обывателям повод рассуждать о грядущей помолвке: «Меньшая очень хорошенькая, а старшая чрезвычайно интересует меня, потому что, повидимому, наш знаменитый Пушкин намерен вручить ей судьбу жизни своей, ибо уже положил оружие свое у ног ее, т.-е. сказать просто, влюблен в нее». Однако, в мае 1827 П. внезапно отправился в Петербург, где задержался до декабря 1828.

Поэт сам объяснил подоплеку своих поступков:

Все же мне вас жаль немножко,

Потому что здесь порой

Ходит маленькая ножка,

Вьется локон золотой.

Восхищение П. вызвала Анна Алексеевна Оленина (1808–1888), дочь президента Петербургской Академии Художеств А. Н. Оленина. По матери, урожденной Полтрацкой, она приходилась двоюродной сестрой А. П. Керн. П. испытывал к А. А. Олениной весьма серьезные чувства и собирался делать предложение. Однако, по каким-то причинам помолвка не состоялась. Впоследствие А. А. Оленина вышла замуж за офицера лейб-гвардии Гусарского полка Ф. А. Андро де Ланжерона, более сорока лет прожила в Польше, где ее муж служил президентом Варшавы. А. А. Олениной посвящены стихотворения П. «Увы, язык любви болтливой», «Ты и вы», «Предчувствие», «Ее глаза», «Город пышный, город бедный»; ряд строф «Евгения Онегина» и др.

Отвергнутый П. вернулся в Москву, намереваясь заслужить прощение Ек. Н. Ушаковой. Однако, его ожидала новая неудача. «При первом посещении пресненского дома, — вспоминал родственник Ушаковых Н. С. Киселев, — узнал он плоды своего непостоянства: Екатерина Николаевна помолвлена за князя Д — го. „С чем же я — то остался?“ — вскрикивает Пушкин. „С оленьими рогами“, — отвечает ему невеста».

В июле-августе 1828 душевные терзания П. отчасти утешила графиня Аграфена Федоровна Закревская (1799–1879, урожденная Толстая). Жена московского генерал-губернатора, признанная красавица, в которую были влюблены Е. А. Бартынский, П. А. Вяземский и мн. др. По воспоминаниям князя А. В. Мещерского, А. Ф. Закревская «была женщина умная, бойкая и имевшая немало приключений, которыми была обязана, как говорили, своей красоте». За копну рыжих волос и многочисленные романы петербургские сплетники называли ее медной Венерой. П. посвятил А. Ф. Закревской стихотворения «Портрет», «Наперсник», «Когда твои младые лета» и «Счастлив, кто избран своенравно». Не исключено, что поэт вывел ее под именем Нины Воронской (Клеопатры Невы) в «Евгении Онегине».

В декабре 1828 на балу у знаменитого московского танцмейстера Йогеля П. впервые увидел Наталью Николаевну Гончарову (1812–1863), дочь потомственного дворянина Николая Афанасьевича Гончарова. Шестнадцатилетняя красавица, только начавшая выезжать в свет, произвела на него неотразимое впечатление. В апреле 1829 П. уже просил ее руки, однако получил неопределенный ответ. Мать девушки Н. И. Гончарова (урожденная Загряжская, праправнучка украинского гетмана Петра Дорошенко) не считала его достойной партией для дочери. В смятении чувств П. метался между Москвой и Петербургом, иногда заезжал в Михайловское, затем самовольно отправился в действующую армию на Кавказ.

Весной 1830 П. возвратился в Москву и сделал повторное предложение. 6 апреля 1830 согласие на брак было получено. В письме к В. Ф. Вяземской П. сообщил по-французски: «Mon mariage avec Natalie (qui par parenthèse est mon cent-treizième amour) est décidé» («Моя женитьба на Натали (это, замечу в скобках, моя сто тринадцатая любовь) решена»). Помолвка состоялась 6 мая 1830, но, по воспоминаниям самой Натальи Николаевны, «свадьба их беспрестанно была на волоске от ссор жениха с тещей». В августе того же года свадьба снова была отложена из-за смерти дядя П. Василия Львовича.

Не терпевший бездействия П. осенью 1830 отправился в нижегородское имение своего отца Болдино для вступления во владение деревенькой Кистенево, подаренной ему к свадьбе. Эпидемия холеры задержала поэта на три месяца. Болдинская осень стала одним из самых плодотворных периодов в его жизни. Из-под его пера вышли такие шедевры, как «Повести Белкина», «Маленькие трагедии», заключительные главы «Евгения Онегина», «Домик в Коломне», «История села Горюхина», «Сказка о попе и о работнике его Балде», более тридцати стихотворений и критических статей.

Временами на поэта находила жестокая хандра. В такие моменты он нервничал, жаловался друзьям. За неделю до свадьбы П. писал своему приятелю Н. И. Кривцову: «Женат — или почти. Все, что бы ты мог сказать мне в пользу холостой жизни и противу женитьбы, все уже мною передумано. Я хладнокровно взвесил выгоды и невыгоды состояния, мною избираемого. Молодость моя прошла шумно и бесплодно. До сих пор я жил иначе как обыкновенно живут. Счастья мне не было… Мне за 30 лет. В тридцать лет люди обыкновенно женятся — я поступаю как люди и, вероятно, не буду в том раскаиваться. К тому же я женюсь без упоения, без ребяческого очарования. Будущность является мне не в розах, но в строгой наготе своей…»

18 февраля 1831 П. венчался с Н. Н. Гончаровой в московской церкви Большого Вознесения у Никитских ворот. Во время обряда у него упало обручальное кольцо, затем погасла свеча. Побледневший П. сказал: «Все — плохие предзнаменования!». Но уже через несколько дней после свадьбы его настроение поменялось к лучшему. «…Женка моя прелесть не по одной наружности», — поспешил уведомить он своего друга П. А. Плетнева. До середины мая 1831 молодожены проживали в съемной квартире на Арбате, 53, затем переехали в Царское Село.

Наталья Николаевна произвела самое благоприятное впечатление при дворе, впрочем, графиня Д. Ф. Фикельмон в свое дневнике отметила, что «у нее не много ума и даже, кажется, мало воображения». По мнению Н. А. Раевского: «Нелегкое было положение Натальи Николаевны, жены первого поэта России, поэта, который для одних был гордостью страны, а для других весьма неприятным, неуживчивым человеком, обладавшим острым и язвительным языком. И тогда, как первые вольно или невольно видели в Наталье Николаевне прежде всего жену гения, а не просто очень красивую светскую женщину и ожидали найти в ней собрание всевозможных совершенств, другие, завидовавшие гению поэта и не любившие его как человека, намеренно искали в его жене недостатки, которые могли бы унизить самолюбивого поэта».

Вопреки сложившемуся мнению, Н. Н. Гончарова проявила себя рачительной хозяйкой, внимательной женой и заботливой матерью. В браке с П. она одного за другим родила четверых детей: Мария (1832–1919, в замужестве Гартунг); Александр (1833–1914); Григорий (1835–1905); Наталья (1836–1913, в первом браке Дубельт, во втором — графиня фон Меренберг). Вместе с мужем стойко переносила хроническое безденежье и сложности с изданием его книг. П. гордился и, одновременно, ревновал жену. По свидетельству Д. Ф. Фикельмон, он: «…перестает быть поэтом в ее присутствии; мне показалось, что он вчера испытывал… все возбуждение и волнение, какие чувствует муж, желающий, чтобы его жена имела успех в свете».

Несмотря на женитьбу, П. отнюдь не считал себя потерянным для новых увлечений. Еще в 1828 на балу у Е. М. Хитрово он познакомился с Александрой Осиповной Россет (1809–1882; в замужестве Смирновой). Во время пребывания семейства Пушкиных в Царском Селе, знакомство возобновилось и перешло в тесную близость. Н. Н. Гончарова, которая была всего на три года младше А. О. Россет, также поддерживала с ней дружеские отношения. Молодые люди часто встречались, вместе бродили по живописным окрестностям. А. О. Россет отличалась замечательной внешностью и глубиной суждений. Среди ее поклонников были В. А. Жуковский, В. Ф. Одоевский, П. А. Вяземский и др. За дерзкий язычок П. прозвал А. О. Россет «Придворных витязей грозой».

В первой трети XIX в. Петербург славился обилием великолепных красавиц. Едва ли не самой яркой среди них считалась Елена Михайловна Завадовская (1807–1874), дочь польского генерала от инфантерии Михаила Влодека и графини Александры Дмитриевны Толстой. Среди завсегдатаев великосветских салонов она слыла «Звездой Севера». Влюбленный П. не преминул выразить ей свое восхищение в мадригале «Красавица» (1832):

Все в ней гармония, все диво,

Все выше мира и страстей;

Она покоится стыдливо

В красе торжественной своей.

7 января 1833 П. был избран членом Российской академии. Осенью того же года он вновь побывал в Болдино. За полтора месяца поэт завершил «Историю Пугачева», цикл «Песни западных славян», создал поэмы «Анджело», «Медный всадник», «Сказку о рыбаке и рыбке», «Сказку о мертвой царевне и о семи богатырях», начал работу над повестью «Пиковая дама» и др. Накануне 1834 Николай I произвел П. в младший придворный чин камер-юнкера. П. посчитал себя оскорбленым: «Третьего дня я пожалован в камер-юнкеры (что довольно неприлично моим летам)». Он подал в отставку, чем вызвал явное неудовольствие императора. Финансовое положение П. на тот момент стало критическим: издание новых книг задерживалось, долги росли, расходы на содержание дома и семьи увеличивались.

Между тем, Н. Н. Гончарова как будто не замечала сгущавшейся над ее мужем атмосферы. Совсем еще молодая женщина, выросшая и воспитанная в провинции, наивно верила комплиментам великосветских ловеласов. В 1835 в Аничковом дворце она познакомилась с Ж. Дантесом и, по всей видимости, имела неосторожность внушить ему определенные надежды. В письме к своему приемному отцу Л. Геккерену, опубликованному в 1946, Ж. Дантес даже утверждал о внезапно вспыхнувшей любви между ним и Н. Н. Гончаровой: «Мой драгоценный друг… я безумно влюблен. Да, безумно, ибо не знаю, куда преклонить голову. Я не назову тебе ее, ведь письмо может затеряться, но вспомни самое прелестное создание в Петербурге, и ты узнаешь имя. Самое ужасное в моем положении — что она тоже любит меня, но видеться мы не можем, до сего времени это немыслимо, ибо муж возмутительно ревнив…» (20 января 1836).

Подлинность письма не установлена и судить по нему об истинном положении вещей невозможно. Зато совершенно очевидно, что ненавистники П. воспользовались случаем, чтобы унизить и оскорбить поэта. 4 ноября 1836 он получил по почте анонимный диплом, который гласил: «Великие кавалеры, командоры и рыцари светлейшего Ордена Рогоносцев в полном собрании своем, под председательством великого магистра Ордена, его превосходительства Д.Л.Нарышкина, единогласно выбрали Александра Пушкина коадъютором (заместителем — А.С.) великого магистра Ордена Рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь: граф И. Борх». Авторство диплома обычно приписывают великосветским друзьям Ж. Дантеса Петру Владимировичу Долгорукову и Ивану Сергеевичу Гагарину.

Министр двора граф В. Ф. Адлерберг рассказывал, что на одном из приемов П. В. Долгоруков, стоявший позади П., «подымал вверх пальцы, растопыривая их рогами». Выведенный из себя П. послал вызов Ж. Дантесу, которого считал своим главным обидчиком. Спустя неделю Ж. Дантес сделал предложение Екатерине Гончаровой, сестре Натальи Николаевны. К всеобщему изумлению выяснилось, что она давно влюблена в Ж. Дантеса и даже ждет от него ребенка. П. был вынужден отозвать свой вызов, так как не хотел стреляться с будущим мужем своей свояченицы.

Однако, на этом конфликт не был исчерпан. По городу ходили сплетни и казарменные шуточки, в которых П. приписывали связь со всеми тремя сестрами Гончаровыми, а имя Натальи Николаевны связывали с самим императором. 26 января 1837 П. отправил Л. Геккерну чрезвычайно резкое письмо, в котором отказал ему и его приемному сыну от дома. В тот же день Л. Геккерен сообщил П., что Ж. Дантес вызывает его на дуэль. П. с радостью принял вызов и настоял на весьма жестких условиях, не оставлявших шансов на спасение: стрелять с любого расстояния на пути к барьеру, который был установлен в десяти шагах.

Дуэль состоялась 27 января 1837 на окраине Санкт-Петербурга, в районе Черной речки близ Комендантской дачи. Секундантом П. был его лицейский товарищ подполковник К. К. Данзас, секундантом Ж. Дантеса — секретарь французского посольства виконт д’Аршиак. Ж. Дантес выстрелил первым и смертельно ранил П. в живот. Ответным выстрелом П. легко ранил Ж. Дантеса в правую руку. Пуля перебила П. шейку бедра и проникла в живот. Для того времени подобное ранение оказалось смертельным.

П. скончался 29 января 1837 в своей квартире на Мойке, 12. Опасаясь народных волнений, царь приказал тайно вывезти тело П. из Петербурга. Останки великого русского поэта, «солнца русской поэзии» по выражению В. А. Жуковского, похоронены 6 февраля 1837 на кладбище Святогорского монастыря Псковской губернии.

Лит.: Послѣдніе дни жизни и кончина Александра Сергѣевича Пушкина: со слов бывшаго его лицейскаго товарища и секунданта Константина Карловича Данзаса. Санкт-Петербург, 1863; Щербачев Ю. Н. Приятели Пушкина Михаилъ Андреевичъ Щербининъ и Петръ Павлович Каверинъ. Москва, 1912; Дневник Алексея Николаевича Вульфа. Петроград, 1915; Соколов Б. М. Н. Раевская-кн. Волконская в жихни и поэзии Пушкина. Москва, 1922; Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П. И. Бартеневым в 1851–1860 годах. Москва, 1925; Гофман М. Л. Пушкинъ психологія творчества. Париж, 1928; Эфрос А. Рисунки поэта. Москва, 1930; Цявловский М. А. Пушкин. Москва, 1936; Щеголев П. Е. Дуэль и смерть Пушкина. Москва, 1936; Шик А. Женатый Пушкин. Берлин, 1936; Гроссман Л. П. Пушкин. Москва, 1958; Тынянов Ю. Н. Пушкин и его современники. Москва, 1969; А.С.Пушкин в воспоминаниях современников. Москва, 1974; Черейский Л. А. Пушкин и его окружение. Ленинград, 1975; Раевский Н. А. Избранное. Москва, 1978; Двойченко-Маркова Е. М. Пушкин в Молдавии и Валахии. Москва, 1979; Ободовская И., Дементьев М. После смерти Пушкина. Москва, 1980; Анненков П. В. Матеріалы для біографіи Александра Сергѣевича Пушкина. Москва, 1985; Армалинский М. Тайные записки 1836–1837 годов. Миннеаполис, 1986; Ободовская И., Дементьев М. Наталья Николаевна Пушкина. Москва, 1987; Вересаев В. В. Пушкин в жизни. Москва, 1990; Абрамович С. Л. Предыстория последней дуэли Пушкина. Санкт-Петербург, 1994; Пушкинская Одесса в письмах графини Е. П. Гурьевой. Санкт-Петербург, 1995; Тыркова — Вильямс А. Жизнь Пушкина. Москва, 1998; Лукьянов А. Александр Пушкин в любви. Интимная психобиография поэта. Ростов-на-Дону, 1999; Рябцев Е. 113 прелестниц Пушкина. Ростов-на-Дону, 1999; Блинов С. Г., Филин М. Д. Пушкин и его время. Москва, 1997; Пушкин. Письма к жене с приложением работы Модеста Гофмана «Невеста и жена Пушкина». Москва, 2005; Скрынников Р. Г. Пушкин: тайна гибели. Санкт-Петербург, 2005; Эйдельман Н. А. Прекрасен наш союз. Москва, 2006; Сысоев В. Поэта первая любовь: Екатерина Павловна Бакунина. Тверь, 2006; Филин М. Д. Мария Волконская: «утаенная любовь» Пушкина. Москва, 2006; Старк В. Жизнь с поэтом. Наталья Николаевна Пушкина. Москва, 2006; Заславская А. Поэт и его музы. Рига, 2006; Гейченко С. С. Пушкин в Михайловском. Москва, 2007; Седова Г. М. Последняя дуэль: дневники, переписка, воспоминания. Санкт-Петербург, 2007; Фокин П. Е. Пушкин без глянца. Санкт-Петербург, 2007; Аринштейн Л. М. Пушкин: непричесанная биография. Москва, 2007; Коровин В. И. Спутницы Пушкина: по книге В.В.Вересаева «Спутники Пушкина». Москва, 2007; Синдаловский Н. Пушкинский круг: легенды и мифы. Москва, 2007; Пушкин. Дневники. Воспоминания. письма. Москва, 2008; Губер П. К. Донжуанский список Пушкина. Москва, 2008; Письма женщин к Пушкину. Москва, 2008; Лотман Ю. М. Пушкин. Статьи и заметки. Москва, 2008; Витале С. Пушкин в западне. Москва, 2008; Фадеева Т. М. Две Софии и Пушкин: истоки вдохновения «Бахчисарайского фонтана». Симферополь, 2008; Удовик В. М. С. Воронцов и А.С.Пушкин: пересечение судеб. Санкт-Петербург, 2008; Черкашина Л. Пушкин и Натали. Москва, 2008; Азадовский М. К. и др. Путеводитель по Пушкину. Москва, 2009; Старк В. Наталья Гончарова. Москва, 2009; Карякин Ю. Пушкин от Лицея до Второй речки. Москва, 2009; Васильева Л. Н. Жена и муза: тайна Александра Пушкина. Москва, 2009.

Content

Кабинет доктора Либидо
Том VI (Н — О — П)
Александр Сосновский

Н

Назимова

Нейра

Нерон

Нзинга Мбанде

Нианкхнум

Нижинский

Нин

Новарро

Нуреев

О

Оден

Ожельска

Ози

Олдуани

Оливье

О`Мерфи

Онассис

Оринда

Отеро

П

Пазолини

Пайва

Палей

Палей

Палмер

Папесса Иоанна

Парнок

Петр I

Пиаф

Пикассо

Пирл

Полиньяк

Поллак

Помпадур

Портер

Прекрасная Коризанда

Пруст

Пуатье

Пужи

Путткамер

Пушкин