Герр Ольга

Попаданка для принца или Жена из пророчества 2.

Глава 1. О том, что быть духом не так уж весело

Я была уверена, что умерла. Корона каменной девы прикончила меня, превратив в камень, а моя душа вознеслась к небесам.

Только небеса подозрительно напоминали Северный замок. Если моя загробная жизнь выглядит вот так, то я в аду.

Сначала я поднималась ввысь, но длилось это недолго. Первый же сквозняк понес меня в сторону, прямиком на стену. Я пыталась затормозить, отчаянно размахивая руками. Но вот беда – у меня не было рук! Я стало чем-то вроде дыма или тумана, наделенного человеческим сознанием.

Стена приближалась, и я зажмурилась. Не спрашивайте, каким образом. Глаз-то у меня тоже нет. Но я захотела перестать видеть и перестала.

Я ожидала удара, но вместо этого ощутила мягкое касание и дрожь. «Открыла глаза» и поняла, что прошла сквозь стену. Похоже, сбылась моя фантазия, я все-таки стала призраком Северного замка.

Снова подул ветерок, и меня понеслось в другую сторону. Нет, так дело не пойдет. Этак любой сквозняк, а их в замке немало, будет болтать меня, как то самое в проруби. Надо брать дело в свои руки. Которых у меня нет…

Я сосредоточилась на управлении собственным телом, ну или тем, что от него осталось. Это оказалось не так-то просто. Как там говорится, рожденный ползать летать не может. А я вот полетела и пока не понимала, как с этим быть.

Очень быстро я осознала, что физические действия бесполезны. Я все еще мыслила категориями человеческого тела – руки, ноги, глаза, рот. Но по факту ничего этого у меня уже нет.

Я не могла упираться ногами, не могла махать руками, крутить головой. Зато теперь я спокойно проходила сквозь стены, видела на триста шестьдесят градусов вокруг и, судя по всему, оставалась невидимой для других.

По крайней мере, когда я столкнулась в одном из коридоров с вампалом, он никак не отреагировал на мое появление. Хотя я кричала ему, что есть силы. Похоже, я еще и голоса лишена. Прекрасно.

Но как же управлять своим передвижением, не имея туловища? Силой мысли! Это была отличная догадка, и я сразу бросилась ее проверять.

На обучение новым возможностям ушло много сил и времени. Я бы покрылась испариной от усердия, будь у меня сальные железы. Аж голова разболелась, которой у меня нет.

Я начала с того, что выбрала направление. Налево. И упорно пыталась его придерживаться. Получилось далеко не сразу. Стопятьсот бесплотных попыток, а потом – бац! – и я свернула.

Аж не сразу поверилось, что я это сделала. Вдруг опять сквозняк виноват. Тогда я решала повернуть направо. И сделала это! Вошла на крутом вираже в правое ответвление коридора.

Налево, направо, налево, направо, направо, назад, стоп и снова вперед – я вовсю тренировала новый навык. С ума сойти, какое это счастье – снова управлять собой!

— Фух, — я зависла посреди очередного коридора ближе к потолку. — И что теперь?

Замечательно, что я снова могу передвигаться по собственному желанию, но я бы предпочла вернуть свое тело. Как-то привыкла я к нему за восемнадцать лет…

Теперь я могу сбежать из замка. Никто меня не остановит, даже стены. Но что толку? Куда мне такое податься? Нет, проблемы с возвращением тело надо решать здесь. Иначе так и останусь навсегда неизвестно чем.

Я не понимала, что со мной стряслось, но точно знала, кто в курсе. Разумеется, Тьер. Это он во всем виноват. Вот пусть и вернет все, как было. Быть призраком мне категорически не понравилось.

Я отправилась на поиски Тьера. Пока сквозняк носил меня туда-сюда, а потом уже я сама летала без цели, меня занесло непонятно куда. В этой части замка я еще не бывала.

Представлю, что я в лабиринте. Где-то читала о трюке – чтобы выйти из лабиринта, нужно все время сворачивать направо. Вот сейчас и проверим, как это работает.

Я полетела вперед. На каждой развилке упрямо сворачивала вправо. Еще и еще. Пока очередной коридор не привел меня к склепу с разбитой каменной девой. А вот это уже знакомо. Несколько раз я уже выбиралась отсюда, осталось вспомнить дорогу.

Моя топографическая память оказалась не так плоха. Вскоре мне удалось добраться до коридора с окнами на улицу.

Но здесь возникла проблема – слишком сильный ветер. Он все порывался выдуть меня в окно. Я буквально боролась со стихией. Ветер не просто сносил в сторону, он едва не развеял меня. До чего же тяжко быть призраком…

Но я не сдавалась. Собирала себя снова и снова из разрозненных кусочков, разметенных ветров. В итоге мне удалось преодолеть галерею, и я выдохнула с облегчением.

— Эй, — послышался голос, — высочество, ты где?

Я узнала говорящего по тому, как он гнусавил. Это пожиратель снов. Из-за длинного носа он говорит так, словно у него вечный гайморит. Как тот переводчик иностранных фильмов в советское время.

— Я здесь! — устремилась на голос с надеждой в сердце.

Вот она я! Найдите меня! И вообще – спасите, помогите! Хулиганы тела лишили.

Цели достигла быстро. Все потому, что летела напрямик. Это когда ты осязаемый надо думать о стенах, обходить их и все такое. А когда ты бесплотный дух можно лететь прямо сквозь них. Хоть какой-то плюс в моем состоянии.

Добравшись до пожирателя, я зависла над ним и всячески пыталась привлечь его внимание. Но так же, как с вампалом, это не сработало. Мои крики, зависания прямо перед носом пожирателя ничего не дали.

А когда он прошел сквозь меня и даже не поморщился, я поняла – дело швах. Меня не видят и не слышат. И что теперь?

Вспомнился один из любимых старых фильмов «Привидение». Там главный герой-призрак научился двигать предметы, чтобы показать живым, что он рядом. Может, и мне попробовать?

В коридоре не было ничего подходящего, и я полетела вслед за пожирателем. Теперь, когда я управляла своими передвижениями, я отчаянно боялась остаться снова одна.

Как оказалось, это было правильное решение. Пожиратель привел меня прямиком к Тьеру. Ох, как я обрадовалась, увидев принца. Сейчас я ему выскажу все, что о нем думаю. И пусть только попробует не услышать!

Тьер проклят. Вот еще одно тому подтверждение – стоило встретиться ту самую девушку и сделать ей предложение, как она растворилась в воздухе. В прямом смысле этого слова! Наверное, ему на роду написан запрет любить.

Тьер попробовал это новое слово на вкус. Любовь. Рядом с именем Алитее оно вызывало дрожь в теле. В то время как с именем Этлина оно порождало лишь тоску. Вот еще одно доказательство, что выбор сделан верно.

А ведь он всегда мечтал обрести такое же счастье в браке, какое было у его родителей. Именно их совместная жизнь служила ему примером. Но, видимо, не судьба.

Все, что Тьера сейчас волновало – это спасение Алитеи. Будет она с ним или нет, а ее необходимо найти.

Со слов амфиптера Тьер понял, что Алитея не знает о своем Даре, а значит, управлять им не умеет. Это ужасно, просто катастрофа. Сама она не сможет вернуть осязаемую форму. Если упустить момент, то она рискует остаться духом навсегда.

— Обыщите весь замок, но найдите принцессу, — приказал Тьер собравшейся на коронации нечисти. — Тому, кто ее отыщет, обещаю свежую тушу оленя.

Вампалы облизнулись, вурдалак и тот заинтересовался, даже упыри забыли о паутине. Один лишь пожиратель снов был равнодушен к подобным угощениям, но и он отправился на поиски.

Амфиптер, Джем и Тьер рассредоточились и тоже искали Алитею. Тьер лично обошел половину замка, что было нелегко, ведь тот огромен. Но нигде он не встретил ни намека на присутствие девушки.

В голову лезли пугающие мысли. Он гнал их прочь, но они возвращались с настойчивостью преследователя.

Что если ее унесло прочь из замка? Она может быть уже так далеко, что за ней не угнаться. Что если она вовсе погибла? Никогда и нигде больше не будет девушки по имени Алитея. Тьер больше не посмотрит в ее глаза, не возьмет за руку, не коснется губ в поцелуе.

И это никак не исправить. Никакими силами не вернуть ее обратно. Невыносимо думать о таком! Это нельзя принять. Невозможно смириться. Это так больно, что хочется кричать.

Тьер уперся руками в стену и согнулся пополам. Отдышавшись, упрямо тряхнул головой. Нельзя позволять панике овладеть собой. Сколько он уже ищет Алитею? Прошло несколько часов, а то и больше. Возможно, она уже вернулась сама или ее нашел кто-то другой, пока он бродил по замку. Надо идти в свои покои – место общего сбора и узнать, как дела у других.

Именно так Тьер и поступил. Быстрым шагом направился к себе и был на месте минут через десять. У дверей его покоев уже собралась нечисть.

Вампалы лежали на полу, высунув языки. Набегались, бедные. Вурдалак, прислонившись к стене, из последних сил обмахивался веером. Упыри и те притихли от усталости.

— Есть новости? Вы ее нашли? — спросил Тьер. И все дружно покачали головами в ответ. — Хотя бы ее следы?

— Ее нигде нет, — развел руками вурдалак, ответив за всех. — Но может, это и к лучшему. Она была грубиянкой.

— Еще одно слово, и я за себя не отвечаю, — пригрозил Тьер, и вурдалак спрятался за веером.

Среди вернувшихся ни с чем не было Джема и амфиптера. Возможно, им повезло больше. Надо просто дождаться их. Тьер открыл дверь и пропустил нечисть в свои покои.

Что еще он может сделать? Чувствовать свое бессилие было ужасно…

Ничего нет хуже ожидания. Это пытка. Самый жестокий монстр, которого только можно вообразить. По сотни раз за минуту ожидание дарует и отнимает надежду.

Слышатся шорох в коридоре – вдруг это она? Сердце замирает, грудь сдавливает мучительным обручем веры. Но шорох затихает, никто не входит, надежда погибает, и становится только хуже. И так повторяется из раза в раз.

Ожидание – это садист. Оно мучает свою жертву и наслаждается ее страданиями. Когда ты просто ждешь, ты бессилен. У тебя нет власти. Ожидание – это слабость, а Тьер ненавидит быть слабым.

Ждать было невыносимо, и Тьер принялся расхаживать по комнате. Он не мог усидеть на одном месте. Проходя мимо зеркала, он поймал свое отражение. Всклоченный, бледный, с сумасшедшим блеском в глазах. А ведь Алитея пропала всего несколько часов назад. Что будет дальше? Долго Тьер не вынесет муку неизвестности.

Он уже собрался отвернуться от зеркала, когда заметил, что оно запотело в углу, как будто от чьего-то дыхания. Но он стоял на приличном расстоянии, а больше рядом никого нет.

Он шагнул ближе к зеркалу, пригляделся, но ничего не заметил. Наверное, ему почудилось. Мерещится всякое от усталости. Все-таки уже скоро рассвет, а он всю ночь провел в поисках.

Наконец, дверь открылась. Первым вернулся Джем.

— Ну что? — спросил Тьер.

Младший брат лишь развел руками. Ничего, опять ничего… Он не нашел ни Алитею, ни ее следы.

Остался один амфиптерий. Тот пришел через пару минут после Джема и тоже без новостей. Дракончик выглядел плохо. Даже хуже Тьера. Голова поникла, перья растрепались. Похоже, он долго летал и устал настолько, что уже не мог подняться в воздух.

Он искренне переживал за Алитею. Возможно, потому, что считал себя виновным в произошедшем. Это его Дар превратил девушку в духа.

Амфиптерий, волоча крылья за собой по полу, поковылял к камину. По пути ему попадалась нечисть. Проходя мимо каждого, он вяло здоровался:

— Здравствуй, вурдалак. Мое почтение, вампалы. Рад тебя видеть, пожиратель снов. Приветствую, Алитея. Здорово, упыри.

Тьер слушал его в полуха, но в какой-то момент вздрогнул. Он не ослышался? Амфиптерий действительно поздоровался с Алитеей?

Дракончик уже почти добрался до камина, когда вдруг замер. Кажется, до него того же дошло. Медленно повернув голову, он посмотрел на пустое место и осторожно произнес:

— Алитея?

— Ты ее видишь? — прошептал Тьер, опасаясь спугнуть удачу.

Дракончик осторожно кивнул.

— Естественно, это же твой Дар, — догадался Тьер. — Кому, как ни тебе общаться с ней.

Он посмотрел на пустое место, где по заверениям амфиптерия находилась Алитея, а точнее ее дух.

— Я помогу тебе, — заверил он девушку. — Ничего не бойся.

Глава 2. О том, как важны прикосновения

Я была в полном отчаянии. В комнате, набитой нечистью, никто меня не видел! Я подлетала к каждому и пыталась привлечь его внимание – без толку.

Не отреагировали даже вампалы. А ведь собаки должны чувствовать загробный мир. Или призраков видят только кошки?

Один раз почти получилось написать послание Тьеру на зеркале, но оно исчезло раньше, чем он его разобрал. А на повторное послание уже не было сил. Попробуй, подыши на зеркало так, чтобы оно запотело, когда ты всего-навсего дух.

Тогда я переключилась на предметы. Выбрала себе графин на столе – он стоял на самом видном месте, и пыталась его сдвинуть. Может, хоть так подам знак – ау, я здесь!

Но это вам не на зеркало дышать, здесь все намного сложнее. После сотни попыток графин так и не шелохнулся, и я приуныла.

Впрочем, устала не я одна. Все выглядели измученными. Похоже, они сбились с ног, разыскивая меня. Приятно, что обо мне так волнуются. Вся нечисть объединилась ради моих поисков. Но печально, что все это напрасно.

Устав от бесполезных попыток подать знак, я зависла посреди комнаты. Неужели это все? Буду до конца дней своих летать рядом с Тьером, наблюдая за его жизнью, а он даже не узнает, что я рядом.

И когда, собственно, закончатся мои дни? Ведь если хорошенько подумать, то они уже в каком-то смысле закончились…

Я окончательно пала духом. Именно в этот момент появился Амфи. Он тоже искал меня и вернулся последним.

Замученный Амфи прополз к камину, бормоча себе под нос приветствия:

— Здравствуй, вурдалак. Мое почтение, вампалы. Рад тебя видеть, пожиратель снов. Приветствую, Алитея.

— Привет, Амфи, — на автомате ответила я.

А дальше была немая сцена. Я смотрела на Амфи, он смотрел на меня. Да-да, именно на меня, а не сквозь меня, как все остальные. Я боялась пошевельнуться, чтобы не спугнуть удачу. Это же чудо какое-то! Расцелую пернатого! Как только смогу…

— Ты ее видишь? — спросил Тьер.

— Ты меня видишь? — вместе с ним задала я вопрос.

Амфи осторожно кивнул, отвечая одновременно нам обоим.

Реакция и у Тьера, и у меня была бурная. Он подскочил с кресла и принялся озираться, словно надеялся, что вот-вот сам меня увидит.

Я же, не сдержав эмоции, облетела комнату по кругу. Еху! Меня видят и слышат. Какое же это счастье! Никогда не думала, что буду радоваться таким простым вещам. Но несколько часов в образе бесплотного духа и отсутствие общения едва не свели меня с ума.

Я резко остановилась. Все потому, что услышала слова Тьера. Он говорил о моем Даре. От старшей сестры Эли, которая попала в чужой мир раньше меня, я знала, что здесь люди обладают магией, получив ее в Дар или забрав силой у магических существ.

Я точно ни у кого ничего не забирала. Я бы запомнила. Выходит, кто-то наделил меня Даром, а я не заметила? Это могло случиться только в момент моего попадания, детали которого я не помню. Похоже, оно было насыщенно событиями. Я встретила незнакомку и поругалась с ней, получила магический Дар и благополучно обо всем забыла. Вот дела.

— Немедленно верните все, как было! — потребовала я. — Я хочу снова стать человеком из плоти и крови.

— Что она говорит? — Тьер догадался, что я не молчу. Знает меня.

— Ругается, — коротко перевел Амфи.

Я возмущенно фыркнула:

— Будь добр, повтори принцу дословно: это все ты виноват, подлец! Напугал меня до… до того, что я потеряла тело, — а дальше я добавила несколько непечатных слов. Все потому, что нервы окончательно сдали. Я – девочка, я хочу на ручки, а не вот это все.

Амфи молчал, не торопясь озвучивать мои слова Тьеру, и тот не выдержал:

— Ну же, что она сказала?

— Я отказываюсь это повторять, — заявил Амфи. — Воспитание не позволяет.

— Где она сейчас? — Тьер покрутил головой.

— Вон там, — Амфи махнул крылом в направлении меня.

Все тут же повернулись в мою сторону. Ближайший ко мне вампал недоверчиво обнюхал пол и фыркнул.

— Чем пахнет? — спросил у него Джем.

— Рым! — рявкнул вампал.

— Говорит, что дымом, — перевел Джем.

Я принюхалась сама и, конечно, ничего не ощутила. Ведь у меня нет носа! Зато я вспомнила, что замечала запах дыма прежде. Он преследовал меня последние дни. И пахло именно от меня, теперь я в этом уверена. Похоже, это как-то связано с Даром.

Так себе Дар мне достался, если честно. Эля вон людей лечит, у Яси тоже наверняка что-то классное, а я – Каспер, дружелюбное приведение. Что за несправедливость? Почему младшим вечно остаются какие-то обноски?

— Алитея, я сделаю все, чтобы ты вернулась в прежнюю форму, — сказал Тьер, глядя, как он думал на меня. На самом деле, конечно, мимо.

Почему-то именно это меня добило, и я всхлипнула. Вот и все, окончательно расклеилась.

Но в то же время появилась надежда. Я, по крайней мере, не одна. Меня видит и слышит хотя бы Амфи. А значит, не все потеряно.

— Это твой Дар, — обратился Тьер к Амфи. — Рассказывай, как им управлять. Что Алитея должна сделать, чтобы вернуться в осязаемую форму?

— По идее ей достаточно просто это захотеть, — пожал Амфи крыльями.

— Я хочу! Очень хочу! — заверила. — Но ничего не выходит…

— Тебе надо сосредоточиться, — посоветовал Амфи.

Я едва сдержалась, чтобы не запулить в него подушкой с кресла. Ладно, я не могла это сделать, так как проходила сквозь предметы. Но очень хотела!

Как будто я не пыталась вернуть себе тело. Да я только этим и занимаюсь. Только об этом и думаю. Но все впустую. Я чувствовала, что начинаю терять связь с реальным миром. Забываю, что такое тактильные ощущения.

Признаться, меня это пугало. Чем дольше я задержусь в подобном состоянии, тем сложнее будет вернуться. А что если вовсе не выйдет? Нет, я даже думать об этом не стану. У меня все обязательно получится.

Следующий час все наперебой предлагали свои варианты, как мне вернуться. Я чувствовала себя умирающим пациентом, ради спасения которого собрался консилиум докторов.

Вот только в лекари мне достались не признанные светила мировой медицины, а шайка нечисти. Так что и версии помощи были соответствующие.

Первым высказался представитель упырей:

— Ыда, — облизнулся он.

С ума сойти, они меня даже не видят, а все равно хотят сожрать! Вот это аппетит.

Но Джем пояснил:

— Упыри предлагают Але как следует проголодаться и подумать о еде. Быть может, ради пропитания и выживания к ней вернется физическое тело.

Хм, а что, в этом есть смысл. Если переключиться внимание на физические потребности, то может смогу вернуть себе тело. Что у меня там с голодом?

Я прислушалась к себе и ощутила… ничего. Нет у меня голода. Если нет желудка, откуда взяться бурчанию в нем?

Я покачала головой и сказала Амфи:

— Не помогает. Нужно что-то другое.

Амфи передал мои слова и все снова задумались.

— Может, ей поспать? Отдохнет и все наладится, — предложил пожиратель снов.

— Ты только о сне и думаешь! — обвинил его вурдалак.

— Так я только им и питаюсь. Сон – важная часть моей жизни, особенно чужой, — обиженно засопел пожиратель. — Я же молчу о том, что ты дни напролет проводишь возле зеркала, в котором даже не отражаешься.

— Чтоб ты понимал, носатый! — всхлипнул вурдалак. — У меня моральная травма…

— А у нас у всех как будто нет, — буркнул пожиратель.

Нашли время ссориться. У кого здесь моральная травма прямо сейчас, так это у меня. Но я же невидимая, обо мне можно забыть.

— Хватит! — хлопнул Тьер ладонью по столу. — Мы здесь собрались ради Алитеи, разбираться между собой будете после того, как мы ее спасем.

Хоть кто-то обо мне помнит! Отрадно. Жаль, толку от этого чуть. Ни одной дельной идея. Вампилы вовсе посоветовали поиграть. Каждый предлагал ровно то, что было интересно ему самому, но мне это никак не помогало.

Когда очередь дошла до вурдалака, я уже не ожидала ничего хорошего. Что взять с бывшего щеголя, помешанного на своей внешности? То-то и оно.

— Телу нужны прикосновения, — вздохнул вурдалак и закатил глаза. Надо сказать, мечтательное выражение на его жутком лице смотрелось странно. Влюбленный маньяк убийца – вот так я бы его описала. — Тело жаждет физических ласк.

Хм, а вурдалак не так уж бесполезен. А еще он настоящий романтик, кто бы подумал.

— К чему ты клонишь? — нахмурился Тьер.

— Кто-то должен помочь Алитее вернуть ощущения тела. Ей надо вспомнить, каково это – прикасаться.

Все посмотрели на меня. Точнее на пустое место, где, как они думали, была я (на самом деле я была немного правее, но это такие мелочи).

— Я готов, — выступил вперед пожиратель. — Пусть трогает меня.

— Н-нет, — вмешался Джем. — Это должен быть Тьер. Его п-прикосновения важнее.

Впервые после превращения в призрака я ощутила что-то вроде фантомного тела. А именно мурашки по коже, которой у меня нет.

Это все слова о прикосновении Тьера на меня так повлияли. Стоило только представить, что принц дотрагивается до меня и… Вот опять! Те самые фантомные мурашки. Похоже, мы на верном пути.

Тьер поднялся с кресла и шагнул ко мне.

— Правее, — поправил его Амфи.

— Так? — уточнил Тьер, вставая напротив меня.

— Примерно, — кивнул пернатый.

— Алитея, — Тьер протянул руки ладонями вверх, — попробуй коснуться меня.

Непростую он поставил передо мной задачу. Чем прикасаться, у меня и рук-то нет. Пока я размышляла над этим вопросом, вурдалак томно вздохнул:

— Ох, как это мило…

И сбил меня с настроя, о чем я тут же сообщила Амфи, а он – остальным.

— Всем выйти из комнаты, — скомандовал Тьер. — Нам с Алитеей надо остаться наедине.

Повздыхав, все потянулись к двери в коридор. И лишь когда все ушли, Тьер снова протянул ко мне руки.

Вот оно. Сейчас или никогда. Или я верну себе тело, или останусь духом навечно.

Тьер снова поднял руки и повторил:

— Прикоснись ко мне.

Прозвучало почти как мольба, и я сделала все, чтобы наш контакт состоялся. Но увы, не вышло. Мои «руки» прошли сквозь ладони Тьера.

И все-таки он это почувствовал – мое «неприкосновение». Сжал пальцы в кулак в попытке меня удержать, но тщетно. Тьер поймал лишь пустоту. Его губы разочаровано дрогнули, но он тут же упрямо их сжал, скрывая от меня слабость.

А меня охватила злость. Не на Тьера, на себя саму. Чего это я расклеилась, да еще плакать вздумала. Я вообще не такая!

Как там у классика? Кто я – тварь дрожащая или буду бороться? Я опять ударила Тьера по ладоням и снова прошла сквозь них легко, как пресловутый горячий нож сквозь масло. Но это меня не остановило, я повторила все сначала. Снова и снова.

Будь у меня зубы, я бы их стиснула от усердия. Будь у меня глаза, на них бы навернулись злые слезы. Будь у меня ноги, я бы гневно топнула. Но у меня была только пустота! И это выводило из себя.

Тьер понял мое состояние. Не видя меня и не слыша, он все равно догадался, как мне сложно. Чтобы успокоить меня, он заговорил. Его голос звучал ровно, лишь легкая дрожь в нем выдавала волнение, которое он пытался тщательно скрыть.

— Знаешь, чего бы я хотел? — спросил он. — Снова увидеть тебя. Но даже если этого никогда не произойдет, мне хватит памяти о нашей первой встречи. Я помню твои яркие волосы. В первый миг мне показалось, что это солнце заглянуло в склеп, чтобы осветить мою мрачную жизнь. А еще я хочу услышать твой голос. Он похож на перезвон колокольчиков. Такой же нежный и звонкий. Но больше всего на свете я хочу коснуться тебя. Снова ощутить тепло твоей кожи. Мне бы хватило просто держать тебя за руку. Я бы никогда не разжал пальцы и не отпустил тебя.

Тьер говорил и говорил. Каждое его слово било точно в цель – прямо в мое сердце. Я слушала его, и во мне зарождалось что-то горячее, трепетное, нежное. Ни один мужчина никогда не признавался мне ни в чем подобном.

— Каждый раз, когда я думаю, о тебе, мое сердце колотится как безумное, — произнес Тьер. — Разве ты не слышишь? Приложи ладонь, — предложил он.

Я, как завороженная, потянулась к его груди, где-то, под ребрами билось его сердце. Тьеру удалось загипнотизировать меня своей речью. Я отрешилась от всего. Даже оттого, что у меня нет рук, и я не могу прикоснуться…

И – о, чудо! – стоило забыть об этом, как я смогла. Моя ладонь легла на грудь Тьера. Пока еще прозрачная, нечеткая, готовая вот-вот снова раствориться, но все же осязаемая.

Тьер тихо выдохнул и накрыл мою руку своей. Надавил сверху, прижимая к себе, и я ощутила их – нервные толчки прямо в ладонь. Каждый удар отдавался в моем теле трепетом и возвращал меня к жизни.

— Я чувствую тебя, — Тьер сжал мою ладонь пальцами и буквально выдернул меня из мира духов в мир плоти и крови.

Словно поспевающий фрукт я налилась соком. И все благодаря Тьеру. Не знаю, как он это сделал, но именно его слова вернули меня.

Мне так отчаянно захотелось его коснуться, что я не могла не сделать этого. И вот результат.

— Теперь я вижу тебя… — выдохнул Тьер.

А я с ужасом осознала, что стою перед ним обнаженная. Единственное, что кое-как прикрывает мою наготу – это волосы. Спасибо русалке, они теперь достаточно длинные.

Ох, до чего неловко получилось. Я совсем забыла о… платье! Сама-то я материализовалась, а вот оно осталось где-то там, в мире духов. Быть ему теперь призраком. Летать по коридорам и кидаться на девушек, завывая: «Надеть меня».

— Снова меня раздеваешь, — усмехнулся Тьер, стянул с себя длинную теплую накидку и надел на меня.

Я тут же запахнула ее на груди. Так намного лучше. А то я от неловкости была готова провалиться под замок.

Но какая выдержка у принца, поистине королевская. Ему безумно хотелось посмотреть, но он так и не опустил взгляд, глядя исключительно мне в глаза.

Но на это его терпение закончилось. Не стерпев, он подался вперед, обхватил мое лицо ладонями и прижался своими губами к моим. Так сильно, что у меня аж зубы заныли. Но у меня и в мыслях не было его остановить. Мы оба отчаянно нуждались в тактильных ощущениях.

Какое счастье снова чувствовать! Ощущать жадное прикосновение губ, шелк рубашки под пальцами, в которую я вцепилась, чтобы не упасть. Каждое касание как удар током для моих рецепторов. Кожа горит, во рту плавится вкус Тьера, и у меня невольно вырывается стон наслаждения.

Никогда-никогда я не хочу снова быть призраком. Но еще меньше я не хочу быть обманщицей. Целовать Тьера и врать ему – вещи несовместимые. Пора это прекратить.

Я уперлась ладонями в грудь Тьера и протестующе замычала. Он тут же отстранился.

— Прости, я был слишком настойчив, — извинился Тьер.

— Дело не в этом, — качнула я головой. — Мне надо сказать тебе что-то крайне важное.

Я замолчала. Одно дело, представлять, как это будет. Другое, произнести это вслух. Вдруг Тьер не простит? Потерять его я боялась сильнее, чем быть наказанной за ложь и уничтожение каменной девы.

— Говори, — кивнул Тьер, напряженно глядя в мое лицо.

— Я – не каменная дева, — выдохнула и зажмурилась.

Глава 3. О том, что правда лучше лжи… почти всегда

После своих слов я ожидала всего самого худшего. Криков, скандала, обвинений и даже угроз. Именно такой мне представлялась реакция Тьера. Он имел на нее право.

В конце концов, я пусть и не нарочно, но разрушила будущее Северного замка. Отняла у местных последнюю надежду на спасение. Минуты не прошло, чтобы я не корила себя за это. Но что-то исправить не в моих силах.

Вот только реакция Тьера меня удивила. Да что там, она меня поразила! Он ответил самым будничным тоном:

— Я знаю.

Вот так просто. Знаю и все.

Нет, я была в курсе, что он догадывается, но чтобы знал наверняка…

— Откуда? — ахнула я.

— Мне точно известно, как выглядит каменная дева. Я с самого начала это говорил, — произнес он.

Я нахмурилась, припоминая. А ведь точно, первое, что сказал мне Тьер при нашей встрече: «Ты не похожа на каменную деву». Я тогда отшутилась и была уверена, что он поверил.

Выходит, я все это время зря боялась? Не будет никакого страшного наказания? Казнь, тюрьма и прочие ужасы, которые я себе насочиняла, отменяются. Все-таки богатое воображение – зло. Столько всего можно было избежать!

— Тогда, наверное, я должна вернуть тебе это, — я потянулась к брачному обручу на своей шее.

Он предназначался другой. Когда Тьер застегнул его на моей шее, мне это ужасно не понравилось. Я ощутила себя в западне.

Прошло несколько дней, и теперь, снимая обруч, я поняла, что буду по нему скучать. Я привыкла к нему. Хотя нет, вру, я привыкла к статусу невесты Тьера. Вот чего мне на самом деле будет не хватать.

Я протянула обруч Тьеру, и он его забрал. От этого стало еще горше. Где-то глубоко внутри я надеялась, что принц оставит его мне. Но, видимо, я больше не его принцесса. Все тайное вскрылось, пора с этим смириться.

А поцелуй… Что ж, он был хорош, но вряд ли повторится. Роль любовницы не по мне.

Тьер покрутил обруч в руках и произнес:

— Наверное, теперь мой черед рассказать тебе правду, раз уж у нас честный разговор.

Откровений от Тьера я не ожидала, а потому притихла. Что такого он мне расскажет? О нечисти я уже знаю, проклятие и пророчество мне известно. Чем он может меня удивить?

Но по серьезному виду Тьера было очевидно – новость важная. Нервно крутя в руках обруч, он отошел к окну и надолго замолчал, глядя на скалы.

— Говори, — попросила я. — Я все пойму.

Мне казалось, я догадалась, о чем пойдет речь. Тьер подбирает слова, как повежливее указать мне на дверь. Мол, барышня, выход там. Раз ты не каменная дева, то зачем ты мне нужна.

Я нервничала и кусала губы, но понимала, что Тьер в своем праве. Между нами не было ничего такого, чего нельзя перечеркнуть и забыть.

Но, похоже, я совершенно не умею предугадывать поведение и слова принца Севера. Ведь он заговорил совершенно о другом.

— Ты уже спрашивала однажды, почему все в замке превратились в нечисть, даже мой младший брат… а я остался прежним, — произнес он и снова умолк.

— И ты ответил, что твое проклятие у тебя в сердце – застряло осколком, — продолжила я за него. — Но я, признаться, так и не поняла, о каком осколке речь.

Тьер отвернулся от окна и взглянул на меня. Он смотрел встревожено, даже отчаянно. А потом с шумом втянул воздух через сжатые зубы и выпалил:

— Осколок в моем сердце из аманита.

Это прозвучало так, словно должно было что-то мне сказать. Словно это безумно важно. Новость года как минимум. Сенсация! Скандал!

Но вот незадача – я иномирянка. Признание Тьера, каким бы серьезным оно не было, ничего мне не говорило.

Нет, конечно, я слышала об аманите. Эля про него рассказывала. Вроде это волшебный камень, способный превратить магическое существо в человека. С его помощью жители Зачарованного леса меняют облик и живут среди людей. Но это все, что мне известно.

И хоть убейте, я не понимала, причем тут Тьер и его сердце. Само по себе ужасно, что в нем осколок. Он ведь может его убить! Так какая разница, что это за камень? Или разница все же есть…

Тьер молчал, ожидая моей реакции. Когда ее не последовало, он это понял по-своему.

— Понимаю, это сложно осознать. Тебе не верится. Но аманит не только медленно убивает меня… он еще и меняет меня…

Я тряхнула головой. Так стоп, с этого места, пожалуйста, поподробнее. Если аманит придает магическим существам человеческий облик, а в сердце Тьера навсегда застрял именно этот камень, то я, получается, целовалась… а, собственно, с кем?

Не с мышонком, не с лягушонком, а с неведомой зверушкой – подсказал внутренний голос, противно хихикая.

Похоже, мои приключения только начинаются. Вот и еще одной сказочке нашлось место в моей жизни.

Тьер шагнул ко мне, и я невольно отпрянула. Я пожалела об этом в ту же секунду, как сделала. Все из-за боли, исказившей его лицо. Он истолковал мое поведение, как отказ.

На самом деле, это был шок. Я все никак не могла до конца осознать, в чем Тьер мне только что признался. Я была, как герой известной песни: «Я все поняла – это намек, я все ловлю на лету. Но непонятно, что конкретно ты имеешь в виду?» Одним словом, чувствовала себя полной дурой.

В моих мозгах случился какой-то затык. Я даже о своих проблемах с Даром забыла, а еще том, что на мне только накидка Тьера, а под ней ничего.

Мысли неслись вперед, а потом с разгона врезались в стену, которую никак не могли преодолеть. Причина была банальной – в моей голове не укладывалось, что Тьер не человек. Или не совсем человек, или человек лишь частично. Ааааа! У меня сейчас череп лопнет.

Я схватилась за виски. Мне необходима пауза, а то и правда взорвусь. Я добрела до кресла и повалилась в него, как мешок с картошкой. Никакой грации, не до нее сейчас. У меня тут драма. Трагедия! Сущий кошмар! Я влюбилась не пойми в кого.

«Ох, — я застонала про себя, — я еще и влюбилась. Как так-то? Когда успела? Только я могла так вляпаться».

Как это произошло? Я ведь знакома с Тьером всего несколько дней, и большую часть времени он лишь раздражал меня.

Но сердечные дела – штука сложная. Кто знает, почему мы влюбляемся в тех, кто порой не всегда нам подходит, и игнорируем других.

Надо отдать Тьеру должное – он меня не торопил. Молча и терпеливо ждал, пока я преодолею внутренний кризис.

А я, посидев немного, осторожно подняла на него взгляд. У меня был всего один вопрос, но самый важный. Услышать ответ было страшно, но я все-таки спросила:

— Кто же ты?

— Когда-то у меня были крылья, — вздохнул он.

Зря он начал издалека. У меня фантазия – ого-го! Тьер упомянул крылья, и я мигом такого себе напредставляла. Воображение выдавало сто картинок в секунду, действуя по принципу ассоциативного ряда – нечисть, вампир, летучая мышь, а под конец вовсе Бэтман. Он-то тут причем? Я тряхнула головой.

— Просто скажи это вслух, — попросила я. — Иначе я сойду с ума от догадок.

Тьер судорожно кивнул и выдохнул:

— Я был рожден драконом, Алитея.

Вот и все, он это произнес.

Я откинула голову на спинку кресла и прикрыла глаза. Вряд ли Тьер был кем-то наподобие Амфи. Нет, под драконом он подразумевает огромную рептилию с крыльями.

Тут даже мое воображение дало сбой. Не могу представить Тьера в образе подобного существа.

Это что же, я – зоофилка? Или магическое существо не совсем животное, а скорее оборотень? Ох, сколько вопросов… Но все они меркли перед очевидным фактом – в сердце Тьера осколок медленно, но верно убивающий его. Какая разница из чего он, имеет значение только угроза, которую он представляет.

— Осколок нельзя извлечь? — спросила я, открывая глаза.

Тьер вздрогнул.

— Это все, что тебя интересует? — уточнил он.

— Это все, что по-настоящему важно, — пожала я плечами. — С остальным как-нибудь разберемся.

Я сказала чистую правду. Дракон или нет, а Тьер мне дорог. Я желаю ему только добра и уж точно не готова смириться с его смертью. А все прочее… привыкну. В конце концов, я сама теперь не пойми кто. То ли человек, то ли призрак, то ли дым. Пахнет от меня точно костром.

— Осколок невозможно извлечь, не убив меня, — признался Тьер.

Я замотала головой. Нет, нет, нам этот вариант не подходит. Никаких смертей!

— Мы что-нибудь придумаем, — заверила я. — Найдем безопасный вариант.

— Мы? — осторожно переспросил Тьер.

Он смотрел на меня с недоверием и надеждой. Хотел верить и не смел.

А я просто кивнула в ответ. Да, мы. Я уже по самую макушку увязла в этой истории. Глупо это отрицать.

Я не могу бросить мальчишку, превращенного в тролля. Как он без моей заботы и уроков? Совсем ведь пропадет. И нечисть без меня окончательно отобьется от рук. Замок опять же придет в упадок. Про королевство вовсе молчу, им давно никто не занимается.

Тут нужна твердая женская рука. Моя вполне сгодится.

Тьер шагнул ко мне, опустился на колени, взял мои ладони в свои и произнес:

— Пророчество теперь все равно не исполнить. Каменная дева разбита, и я совру, если скажу, что горюю по ней. А раз так, я могу сам выбирать свою судьбу и девушку, с которой проведу все то время, что мне отмерено. Мы можем быть вместе, Алитея. Если ты того пожелаешь…

— Это предложение? — переспросила я.

— Да, если ты готова стать женой смертельного раненого дракона.

Это было, что называется, предложение века. Не так я себе все представляла в своих девчачьих фантазиях. Как любая девочка, я мечтала о принце на белом коне, который встанет передо мной на одно колено и предложит руку и сердце.

А что имею в итоге. Я провела ревизию. Допустим, принц есть. Самый настоящий. И даже на коленях стоит. Вот с конем вышла накладка. Вместо него целый ворох нечисти, выбирай любого.

Предложение тоже прозвучало. Пусть не совсем идеальное. Сердце-то раненое. Но какая разница, если его обладатель мне дорог?

— Я обязательно придумаю, как извлечь этот осколок, не навредив тебе, — пообещала я.

— Это означает «да»? — уточнил Тьер.

Я застыла. Почему-то было страшно произносить это вслух. Идиллия между нами казалось такой хрупкой, я боялась ее спугнуть.

Зато Тьер не боялся ничего. Не дождавшись ответа, он снова поцеловал меня. Притянул меня к себе, впился в губы, зарываясь пальцами в мои волосы и дрожа от возбуждения.

Я ответила ему стоном и выгнулась навстречу. С телом творилось что-то невообразимое, оно требовало продолжения. Оно пылало и жаждало. Я так хотела этого, что было уже плевать, кто там Тьер на самом деле. Магическое существо? Дракон? Да пусть хоть сам черт!

Все это не имеет значение. Важны лишь его пальцы на моей коже и его губы на моих губах.

Желание перехватывало горло, воздух толчками наполнял легкие, и мы оба дышали тяжело и часто. Но даже это не могло нас остановить.

Не хватает дыхания? Так мы поделимся друг с другом. Тьер пил мои стоны, как изысканное вино. А я глотала его хриплые выдохи, чувствуя, как они наполняют меня, и мечтала, чтобы он тоже… наполнил.

В этом круговороте страсти я почти потеряла связь с реальностью. Но вдруг моя ладонь соскользнула с плеча Тьера на его грудь, и я снова ощутила их – хаотичные толчки его сердца. Тук-тук-тук – быстро, лихорадочно, затем пауза длинной в несколько секунд и снова – тук-тук-тук.

Эта пауза испугала меня до холода вдоль позвоночника и привела в чувства. Я опомнилась. Не хватало еще прикончить Тьера своим поцелуем! Это будет какая-то злая сказка. Обычно в них поцелуем будят красавиц, а я убиваю принцев.

Я дернулась назад. Тьер мигом уловил перемену в моем настроении и остановился.

— Ты права, — хрипло произнес он. — Сделаем все правильно.

— Снова коронация? — ужаснулась я.

— Нет, просто свадьба. Никаких корон. Что скажешь?

И снова я не успела ответить. Все потому, что дверь в коридор распахнулась, и в комнату ввалился Джем. С грохотом упав, он растянулся на полу. А за ним виднелась вся честная компания.

Похоже, они подслушивали, а, может, даже подглядывали через замочную скважину. За это говорили их полусогнутые позы. Но соглядатаи не рассчитали сил, слишком надавили на дверь, и, не выдержав их напора, она распахнулась. Или ее открыла Комната Тьера, чтобы мы были в курсе – за нами следят.

Ух, я разозлилась. Ладно, нечисть, с них что взять, но Амфи-то мог подумать! Все-таки Джем ребенок, а мы тут с Тьером совсем не детскими вещами занимались.

Я уже собралась всех отчитать, как Джем поднял голову и заявил:

— А мне даже нравится быть троллем. Я большой и сильный.

Он слышал наш разговор о том, что проклятие теперь не снять, и пытался нас поддержать. Чудо, а не мальчишка.

— Ды! Ды! Ды! — загавкали вампалы, поддерживая Джема. Мол, им тоже нормально и так.

— Я в целом тоже привык, — пожал плечами пожиратель снов.

— Ыда, — заявили упыри, намекая, что если их хорошо кормить, то они на все согласны.

И только вурдалака печально вздохнул по своей утраченной красоте. Но, что примечательно, скандала закатывать не стал, а это уже немало.

Вот так вся нечисть поддержала выбор Тьера. Я только головой покачала. Если выйду за Тьера, они все станут моей родней. Вот такая у меня будет сумасшедшая семейка. Впрочем, мне не привыкать.

— Ответь уже ему, — буркнул Амфи, имея в виду Тьера. — Сколько еще ему на коленях стоять.

А ведь и правда, спохватилась я. Тьер задал вопрос, но меня все что-то отвлекало. А он так и стоит на коленях перед креслом, где я сижу, и ждет.

Я отвернулась от двери и посмотрела на Тьера. Вдохнула поглубже, а потом произнесла то самое, заветное «да».

Вот только его никто не услышал. Даже Тьер, находящийся ближе всех ко мне. Все потому, что мое «да» потонуло в оглушительном грохоте.

БУХ! – донеслось откуда-то с первого этажа замка, и все стены замка разом содрогнулись, а вместе с ними вздрогнули и мы.

— Что это? — прошептала я.

— Кто-то постучал в дверь, — пояснил Тьер, поднимаясь с колен.

Глава 4. О том, что незваный гость хуже татарина

Стук в дверь взбудоражил всех. Нечисть занервничала – вампалы топорщили шерсть на загривке, вурдалак судорожно обмахивался веером, пожиратель снов дергал длинным носом, а упыри, забыв о еде, сбились в трясущуюся кучу. Я заметила, что у них очень развит стадный инстинкт, всегда они вместе.

Мы с Амфи тоже тревожно переглянулись. Кого там принесла нелегкая? Замок стоит на отшибе, в горах, на улице минус двадцать, не меньше. Вряд ли кто-то в таких условиях проделал весь этот тяжелый путь, чтобы просто заглянуть в гости на чай. Для такой прогулки нужна веская причина.

Не удивительно, что к главному входу замка мы направились все вместе. Каждый хотел лично посмотреть на незваного гостя.

Впереди шел Тьер. Он был нашим предводителем. За ним была я с Джемом и Амфи, а замыкала шествие нечисть.

Мы торопились. Нас гнала вперед тревога и неопределенность. А еще Тьер шагал так широко и быстро, что нам приходилось чуть ли не бежать, чтобы поспевать за ним.

На мне все еще была его накидка, надетая прямо поверх ничего, то есть на голое тело. Мех с внутренней стороны приятно льнул к коже, а от ткани пахло самим Тьером. Казалось, это он ласкает меня.

Не самое подходящее время думать о таком, но я никак не могла выкинуть из головы наш последний поцелуй. Уж слишком горячим он был. Настолько, что кровь до сих пор не остыла.

Чтобы отвлечься, я заговорила с Джемом:

— Как часто в замок наведываются гости? — спросила.

— На моей памяти такого не было никогда, — ответил он.

Ого! Я подозревала, что это редкий случай, но чтоб настолько… Джему девять лет, и за это время не было ни одного гостя. А тут вдруг пришел. Вот не верю я в совпадения, особенно в счастливые. Это точно не к добру.

Мы добрались до лестницы на первый этаж. Тьер сбежал вниз, перепрыгивая через ступени.

Чем ближе была входная дверь, тем сильнее мне было не по себе. Кто бы не добрался до Северного замка через непогоду и горы, я его уже боюсь. Это явно не простой человек.

У выхода как обычно дежурил голем. Я втайне надеялась, что он не подпустит Тьера к двери. А значит, он не сможет впустить гостя.

Но голем повиновался Тьеру, что было неудивительно. Все-таки принц здесь главный. Едва узнав хозяина, голем отступил в сторону, и я разочаровано вздохнула. Похоже, когда дело касается Тьера, выход все-таки есть.

Принц взялся за дверную ручку, и я вдруг выпалила:

— Не открывай!

Интуиция вопила – не надо этого делать! Как будто за дверью стояло что-то ужасное, что-то способное изменить все.

Тьер обернулся и посмотрел на меня. Я прочла в его глазах тоже знание. Он это тоже чувствовал – то, что за дверью, не принесет ничего хорошего. Но вместе с тем в его взгляде была обреченность.

— Я должен это сделать, — произнес он и повернул ручку.

Дверь открылась бесшумно. Зимнее солнце ворвалось во мрак холла и ударило по глазам, заставив всех прищуриться.

Когда зрение привыкло к резкой смене освещения, я увидела силуэт. Женский. Солнце было за спиной гостьи, так что ее лицо оставалось в тени. Но уже один тот факт, что это оказалась женщина, безмерно меня удивил.

Она добиралась одна по горам, через сугробы… Должно быть, ей очень надо было в Северный замок.

Тьер был ближе всего к гостье, он заглянул ей в лицо и попятился от двери. Таким растерянным я никогда его не видела.

Между тем Гостья шагнула вперед и пересекла порог замка.

— Это она… — прошептал стоящий рядом со мной Джем.

— Не поняла? Кто она? — уточнила я.

Ответил мне не Джем, а сама гостья. Ее голос прокатился по холлу, и эхо разнесло его по всему замку, словно она сделала объявление сразу для всех.

— Я – каменная дева, истинная невеста принца и будущая правительница Северного королевства, — заявила она.

После этих слов девушка сделала еще одни шаг вперед, и свет, наконец, упал на ее лицо. Это была она! Та самая девушка с портрета. Как там ее звали… Кажется, Этлина. Поразительно, она выглядела не старше, чем на портрете, а ведь он был написан не вчера. Но время как будто не коснулось девушки. И все же причем тут каменная дева?

Нечисть за моей спиной дружно ахнула, а Джем вовсе всхлипнул. Они тоже ее узнали. Я оглянулась на них и озадачено нахмурилась. Клыкастая компания выглядела напуганной. Как будто замок посетила не хрупкая девушка, а лично Ван Хельсинг – убийца нечисти. Казалось, еще немного – и вурдалак сменит веер на крест и начнет им отмахиваться от нашей гостьи.

— Что происходит, Тьер? — я повернулась к принцу.

Он – единственный, кто мог все объяснить. Но, похоже, и он лишился дара речи. Стоял и смотрел на гостью с таким лицом, будто увидел призрака. И это было далеко не доброе приведение, а злобный дух.

— Да, Тьеррион, объясни, что происходит, — поддержала меня Этлина. — Стоило мне ненадолго покинуть замок, как в нем уже поселилась другая.

Я даже не сразу сообразила, что она обращается к Тьеру. Только потом дошло – это его полное имя.

А еще мне ужасно не понравилось, как Этлина говорит с принцем. Так, словно имеет право ему указывать. Словно она здесь главная, а все остальные просто пыль под ее ногами.

— Я был уверен, что тебя разбили, — произнес Тьер так, будто жалел, что это неправда.

— В самом деле, — поддержала я, — я же разбила статую каменной девы. Случайно, — добавила на всякий случай. — Ее осколки лежат в склепе.

— Это лишь корка, — махнула рукой Этлина. — Ты не разбила меня, но пробудила раньше времени. Я хотела еще немного подождать… пока Тьер будет готов… Но все, что делается, к лучшему. Наконец-то, мы сможем быть вместе.

Последние слова предназначались Тьеру. Новоявленная каменная дева была решительно настроена исполнить пророчество. Выйти замуж за принца, нарожать ему наследников… Вот только есть одна загвоздка – это место уже занято! Мной!

Я ожидала, что Тьер объявит об этом, но он почему-то молчал. Мне его реакция нравилась все меньше. Он избегал моего взгляда – дурной знак.

Вместо меня Тьер посмотрел на брата. И сразу все прояснилось. Мысли Тьера были передо мной, как на ладони. Естественно, он думал о младшем брате. Вот он – шанс спасти Джема от проклятия. Сам Тьер смертельно ранен, его жизнь может оборваться в любой момент, так пусть хоть брат поживет нормально.

Перед Тьером стоял непростой выбор – личное счастье или счастье брата? И он выбрал не себя, а значит, и не меня. Это причинило мне боль, но именно за это я полюбила Тьера. За то, что он, не раздумывая, готов пожертвовать собой ради других, как в тот раз, когда он загородил меня от дикой кошки.

Сделай Тьер другой выбор, часть меня разочаровалась бы в нем. Вот такие странные чувства обуревали меня. Я была расстроена решением Тьера и одновременно гордилась им. Непостижимая женская логика.

Но я не была готова сдаться. Не так быстро.

—  На постаменте было написано – Алитея, — напомнила я гостье. — Но тебя зовут иначе. Как ты можешь быть каменной девой?

— Взяла псевдоним, хотела выглядеть таинственно. Впрочем, Тьер мигом меня раскусил. Он меня слишком хорошо знает и понимает, что я никогда бы не отдала его другой, — пожала она плечами и обвинила: — А ты наглым образом присвоила мое место! Ты даже не знаешь ее настоящее имя, Тьер. И тебя это устраивает?

— Она, по крайней мере, не пыталась меня убить, — ответил он.

— Я тоже! Я лишь хотела тебя образумить. Доказать, что мы созданы друг для друга.

Ого, да здесь целая драма. Этлина только появилась, а уже устраивает семейные ссоры. А ведь они еще не женаты до конца! Ох, не завидую я Тьеру.

От этой перепалки и напряжения, разлитого в воздухе, у меня снова разболелась голова. Это не просто боль, а та самая боль, родом из склепа.

При взгляде на Этлину ко мне снова начала пробиваться память о попадении в чужой мир. Очень не вовремя. Но я не могла с этим бороться. Воспоминания обрушились на меня водопадом, и я захлебнулась в них.

Холл со всеми, кто в нем был, померк, и я поняла, что снова нахожусь в склепе. Сейчас я узнаю, как все было на самом деле…

Глава 5. О том, как Аля попала. Во всех смыслах…

Каким-то непостижим образом я очутилась в склепе и увидела… себя. Но со стороны. Я будто смотрела фильм с самой собой в главной роли. Странное ощущение, скажу я вам.

Началось все с того, что в мрачном склепе зажглась яркая вспышка. Этакий небольшой локальный взрыв или, точнее, разрыв материи между мирами. Вспышка почти сразу же погасла, напоследок выплюнув меня.

— Ух! — «вторая я» подобно мешку с картошкой рухнула прямо на каменный постамент со статуей девушки.

Вспышка могла бы и поточнее прицелиться. А так падение вышло болезненным для нас обеих – и для меня, и для статуи. Я аж поморщилась от фантомной боли. Удивительно, как я все кости тогда не переломала.

А вот каменная дева не выдержала. Треснула, как яичная скорлупа. Такая хрупкость поражала. Это все-таки камень… или нет?

Я пригляделась. Камень оказался чем-то вроде слоя штукатурки, а под ним – живой человек! Та самая Этлина.

Что же она с собой сотворила? Видимо, погрузила в подобие летаргического сна. Возможно, с помощью магии. И это помогло ей сохранить молодость.

А потом она замаскировалась под статую, наложив на себя, как грим, слой камня и просто ждала, когда Тьер созреет до нужной кондиции и будет готов на все. Даже жениться на ней. Вот я понимаю, девушка хочет замуж! Такую ничто не остановит.

Пока «вторая я» приходила в себя после удара о камень, Этлина тоже очнулась. Села со стоном и осмотрелась.

— Ты еще кто? — заметила она меня.

— У меня к тебе такой же встречный вопрос, — проворчала я, поднимаясь на ноги. — А еще – где я?

Узнаю себя. Как встану с утра не с той ноги – ноль дружелюбия. А тут я еще и головой приложилась.

— Ты разбудила меня раньше времени! — обвинила Этлина. — Это вообще должна быть не ты…

— А кто? — хмыкнула я. — Прекрасный принц.

Этлина промолчала, и я хихикнула:

— Неужели угадала? Ты, в самом деле, лежала здесь, вся такая каменная и ждала принца? А появилась я… Да уж, неловко вышло, прости. Это все кастрюля виновата и отчасти моя старшая сестра.

— Что ж, — Этлина поправила светлые волосы, — раз уж я проснулась, то пророчество будет исполнено.

Она спустила ноги на пол.

— Отлично, — кивнула я. — У меня тоже полно дел. Надо еще сестер найти. Не подскажешь, где тут выход?

Мы с Этлиной вполне безобидно беседовали, но тут в коридоре, ведущем в склеп, послышались шаги. Именно они и положили конец нашему мирному общению.

— Прячься! — толкнула меня Этлина.

— Да куда здесь можно спрятаться? — отмахнулась я.

Именно эту сцену я приняла за драку, когда в прошлый раз память пыталась ко мне вернуться.

Но «вторая я» была права – склеп был сплошь голые стены. Пара темных углов не годились для игры в прятки. Меня мигом заметят.

Этлина это тоже поняла и поморщилась с досады. А потом она решила устранить помеху, то есть меня, изящным взмахом руки. Я, видите ли, мешала ее встрече с принцем. Вот ведь как бывает – неважно насколько ты славная девушка, в чьей-то чужой истории ты все равно та самая стерва, которая все портит.

Подозреваю, что Этлина хотела применить ко мне какое-то хитрое заклинание. Возможно, не совсем безопасное и далеко не безобидное. А я – обычная человеческая девушка без капли магии – ничего не могла с этим поделать.

«Вторая я» взмахнула руками в нелепой попытке заслониться. Но это было все равно, что прятать за картонкой от несущегося на тебя самосвала.

«Я нынешняя» дернулась себе на помощь и попыталась толкнуть Этлину, но мои руки прошли сквозь нее. Это было всего лишь видение, не в моих силах его изменить.

Магия сорвалась с пальцев Этлины разноцветными всполохами и полетела ко мне. Я видела все, как в замедленной съемке, и невольно залюбовалась танцем волшебных искр.

А потом случилось непонятное. За миг до того, как магия достигла цели, из темного угла выскочило нечто. Взъерошенной, пестрое и шустрое.

Я присмотрелась. Да это же Амфи! Он буквально закрыл меня собой, встав между мной и магией. В итоге искры ударили не в меня, а в него, и, отскочив, как от щита, полетели назад, прямиком к Этлине.

Возможно, именно в этот момент Амфи наделил меня магией. Я только не поняла, зачем он это сделал. В чем его выгода и мотив?

Этлина отреагировать не успела. Ее же магия ударила по ней рикошетом. Пуф! Быдых! Последовал новый взрыв. Меня-вторую он не зацепил, зато меня-первую опять швырнуло на постамент. Именно тогда он и состоялся – тот самый удар затылком о камень, отбивший мне память. А, может, меня частично зацепила магия Этлины…

В любом случае самой Этлине пришлось еще хуже. Она просто исчезла. По всей видимости, заклинение должно было перенести меня в другое место, чтобы я не путалась под ногами. Но в итоге улетела в неведомые края сама Этлина. А вот не надо рыть другому яму.

Теперь понятно, где она так долго прохлаждалась. Несколько дней у Этлины ушло на то, чтобы вернуться в Северный замок из того места, куда она сама же себя отправила.

Хорошая новость была в том, что не так уж Этлина всесильна. А не то просто перенеслась бы обратно и дело с концом. Но, видимо, ее магии требуется подпитка. Ведь добиралась Этлина обратно пешком.

Дальше все было, как рассказывал Амфи. Он подвинул меня так, чтобы я лежала, как каменная дева до меня. После чего спрятался за постамент. И как раз вовремя – в склеп вошел Джем и занял свой пост. Мальчик ждал, когда очнется каменная дева, и в этот раз я его не подвела – пошевелилась.

Что было после, я помнила сама. Едва я дошла до этого момента, как видение подернулось рябью. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, поняла, что все еще стою в холле замка. Все это произошло лишь в моей голове.

Зато теперь я знала, как велика роль Амфи в произошедшем. Он не просто меня спас, он сделал все, чтобы я заняла место каменной девы.

Видение принесло неприятную весть – Этлина и правда каменная дева. Теперь я понимала, как все произошло.

Она прокляла замок и его обитателей, но оставила им возможность спастись – пророчество. А еще это была лазейка и для нее – шанс выйти замуж за Тьера. Ради этого она стала каменной девой и на долгие годы уснула, ожидая, пока настанет ее время.

Осколок в сердце Тьера нужен, чтобы его контролировать. Смертельно раненый дракон пойдет на все, чтобы спасти брата и других обителей замка. Вот такая простая и жуткая логика.

Если это любовь, то какая-то страшная. Так маньяк любит свою жертву – держит ее насильно подле себя и мучает.

Но пока я ужалась поведению Этлины, она времени даром не теряла. Она вообще чувствовала себя здесь как хозяйка и сразу начала распоряжаться.

— Дорога была дальняя, — заявила Этлина, — и я зверски проголодалась. Предлагаю поужинать.

Шагнув к Тьеру, она взяла его под руку и потянула к лестнице на второй этаж. Похоже, она знает дорогу до столовой, а значит, бывала в замке ранее.

Поравнявшись со мной, Этлина великодушно предложила:

— Ты тоже поужинай с нами. Не выгонять же тебя на мороз на ночь глядя.

— Как мило с твоей стороны, — передразнила я.

Пусть и не надеется, что я уйду. Меня из замка даже силой не выпихнуть! Я останусь и непременно разберусь и с проклятием, и с самой Этлиной. Черта с два я позволю ей забрать у меня Тьера.

— А вот нечисть пусть питается в другом месте, — поморщилась Этлина. — Нечего ей делать с нами за одним столом.

Она махнула рукой в сторону Джема. Мол, он пусть тоже идет к нечести. Тролль все-таки.

Я не смолчала:

— Джем ел и будет есть с нами, — возмутилась. — Он – принц и младший брат Тьера.

Этлина поняла, что перегнула палку, и пошла на попятную:

— Разумеется, Джем будет с нами за столом, — быстро исправилась она. — Я имела в виду других.

Упыри, вампалы и вурдалак и раньше не горели желанием делить трапезу с нами, так что не обиделись. А вот нам предстоял интересный ужин.

Вжух успел накрыть стол к нашему появлению в столовой. Было бы странно, если бы он не управился, с его-то скоростью.

Тьер тут же направился к своему месту. Этлина пошла за ним, но я ее остановила:

— Вообще-то место принцессы на другом конце стола, — я указала на стул-трон и поджала губы, сдерживая ехидную улыбочку.

Этлина разве что зубами не скрипнула, но отказаться от места принцессы не посмела. Как же, этикет. То ли дело я – больше не принцесса, а значит, могу делать, что пожелаю. Например, сесть рядом с Тьером. Все-таки быть королевской особой такая морока.

Джем тоже предпочел сесть с нами. И, конечно, Амфи держался поближе ко мне. Так Этлина оказалась одна на другом конце стола, практически на выселках. У нас в школе это называли «сидеть на Камчатке».

Зато теперь мы с Тьером могли, наконец, обсудить ситуацию. Я заговорила первой:

— Почему ты не выставишь ее за дверь? Она чуть тебя не убила, а Джема превратила в тролля! — яростно зашептала я.

— А еще она лишила меня крыльев, — вздохнул Тьер. — Но мое личное отношение к Этлине не имеет значения… Я должен исполнить пророчество и волю наших предков.

— Что еще за воля? — уточнила я.

— Договор о нашем брачном союзе с Этлиной был подписан, когда мы были детьми. Поженившись, мы должны были объединить два великих народа в единое целое и положить конец многовековой распри.

— Ты сказал много красивых слов, — перебила я. — А если коротко и по делу.

— Если коротко, — ответил Тьер, — то я – дракон, из королевского рода магический существ, а Этлина – из королевского рода людей. Наша свадьба соединит два народа и закончит вражду.

Ох, здесь еще и политика замешана. Это серьезно. Но я не торопилась унывать. На моей стороне тоже есть сила – чувство, что связало меня и Тьера.

Не стоит недооценивать любовь. Она способна свернуть горы. А если она не справится, так я помогу.

Ужин по понятным причинам прошел в мрачной атмосфере. Этлина хоть и сидела за несколько метров от нас, а все равно умудрялась гадить. Даже с такого расстояния.

Стоило кому-то из нас о чем-то попросить Вжуха, как Этлина тут же срочно звала его к себе. Так он и носился от нас к ней и обратно и даже со своей суперскоростью ничего не успевал.

Едва у нас с Тьером завязывался разговор, как Этлина брала нож и с нажимом вела им по тарелке. Скрип стоял такой, словно кто-то когтями скребет по стеклу. Отвратительный звук.

Мы с Тьером тут же умолкали. Что угодно, лишь бы не слышать это.

Но кое о чем мы с Тьером смогли договориться – о том, что будем действовать сообща.

— Я усыплю ее бдительность, — шепнул мне Тьер, пока Этлина отвлеклась на овощное рагу. — Буду ей подыгрывать.

— А я придумаю, как от нее избавиться так, чтобы проклятие исчезло вместе с ней, — кивнула я.

Тьер собирался что-то ответить, но Этлина заметила, что мы общаемся и снова применила фокус с ножом. Терпение Тьера лопнуло, и он встал из-за стола.

— Уже поздно. Ты устала с дороги, Этлина. Тебе приготовили комнату для отдыха, — произнес он.

— Что говорить, день был тяжелым, — она тоже поднялась. — А завтра будет еще сложнее. Надо подготовиться к коронации.

А она времени даром не теряет. Уже собралась примерить на себя корону. Судя по всему, Этлина ее не боится. Значит, корона не причинит ей вреда. Это плохая новость. Я бы не отказалась от статуи с ее лицом. Поставила бы ее в холле и вещала на нее плащ.

— Можешь меня не провожать, я знаю, где комната принцессы, — заявила она.

Я вздрогнула. Мне послышалась, или Этлина имела в виду мою Комнату?

— Боюсь, та комната занята. Мной, — возразила я.

— Ты так любезно уступила мне место за столом. Уверена, ты и покои освободишь для истинной принцессы, — мило улыбнулась Этлина. — Тем более они мои по праву.

Тот случай, когда твое же оружие оборачивается против тебя.

Я стиснула в руке вилку. Ох, как же хочется воткнуть зубцы прямо в улыбающееся лицо ее высочества.

— Держись, — шепнул мне Амфи. — Ты выше этого.

Мне бы его уверенность. Я вот сильно сомневалась, что смогу удержаться.

Этлина, почувствовав мой настрой, поспешила ретироваться. И Тьера с собой прихватила. Она вообще чуть что впивалась в него своим клешнями, не оторвать.

— И где мне теперь ночевать? — проворчала я.

— Идем, я п-провожу тебя в новую комнату, — предложил Джем.

Мальчик очень старался мне угодить. Он выбрал отличные покои – просторные, с камином и двуспальной кроватью. Вот только это была просто комната. Никакой магии и дребезжания подвесок, обычное унылое помещение.

У меня было ощущение, будто я потеряла лучшую подругу. Или точнее у меня ее украли. Мой список претензий к Этлине пополнился еще одним пунктом. Я не злопамятная, но ей мстить буду. До победного.

Без помощи Комнаты было тяжко. Пришлось все делать самой. Джем принес воду для умывания, но она была ледяной. Я поставила ведро возле камина и так хоть немного подогрела воду. Хорошо, хоть огонь не надо разводить.

После ухода Джема, я кое-как ополоснулась уже не в ледяной, но все еще в прохладной воде, и переоделась в ночную сорочку. В процессе я выдумывала разные каверзы для Этлины.

Это помогло согреться. Злость разгоняет кровь. А я так дико злилась, что от меня можно было прикуривать.

В этом состоянии меня и застал Амфи. Он улизнул куда-то из столовой и вот только вернулся. Надеюсь, с хорошими новостями. Мне не помешает немного позитива.

Я в это время стояла перед зеркалом и изучала себя. Что-то изменилось…  Я смотрела и так, и этак, долго не могла понять.

А потом осенило – цвет моих волос! На первый взгляд он так и остался каштановым, но появился сиреневый отлив. К озеру я не ходила, так что русалка здесь не причем. Это уже мои личные метаморфозы.

— Ты в курсе, что с моими волосами? — поинтересовалась я у Амфи.

— Наверное, это последствия Дара, — ответил пернатый.

— Видимо, теперь я сиреневый туман, — хихикнула.

Но мне даже понравилось. Я люблю необычные цвета волос, а сиреневый был мне к лицу.

Благодаря перемене во внешности я вспомнила, что у меня же теперь есть Дар. Встреча с Этлиной совсем выбила меня из колеи.

Первое, о чем я подумала – необходимо научиться контролировать свои превращения. Не хотелось бы в неподходящий момент снова стать неосязаемой.

Вторая мысль была об Амфи. Мой Дар от него, а он меняет пол. Неужели и я теперь тоже?.. Если так, Тьер будет в шоке.

Как женится на мне и начнется: сегодня у него жена, а завтра – муж. Вот это я понимаю, нетрадиционные отношения. Зато если буду не в настроении для близости, будет у меня отмазка похлеще головной боли.

— Амфи, — осторожно поинтересовалась, — я ведь не буду менять пол, как ты?

— Не думаю, — качнул головой он. — Это исключительная особенность амфиптериев.

— Фух, — выдохнула я.

Одной проблемой меньше. А у меня их куча. Этлина, осколок в сердце Тьера, коронация, Дар, превращающий меня в призрака, сестры, которых я не нашла. Всего сразу и не упомнишь.

Я решила начать с того, что под рукой – с моего Дара. Амфи рядом, а значит, можно разобраться хотя бы в этом вопросе.

— Расскажи подробнее о Даре, — попросила я. — Что я могу? Только превращаться в дым?

— Если бы знать… — вздохнул Амфи. — Прежде я никого Даром не наделял.  Ты у меня первая.

Прозвучало так, словно Амфи лишился со мной невинности.

— Но знаешь, — задумчиво добавил он, — дыма без огня не бывает.

— Что за намеки? Хочешь сказать, я не только дымлю, но еще и горю?

Амфи загадочно взмахнул хвостом. Мол, сама думай. И я подумала. Например, о том, почему вообще Амфи выбрал меня, да еще подсунул вместо каменной девы. Он явно не хотел, чтобы Этлина прибрала Тьера к рукам.

— Кто ты такой? — уточнила я. — Зачем помогаешь мне? Это все ради Тьера?

— Не только ради него. Ради всех. Я – хранитель рода королевских драконов, — важно представился Амфи, выпятив разноцветную грудь вперед.

— Это многое объясняет, — протянула я.

Что ж, если хранитель рода на моей стороне, то у меня есть все шансы победить Этлину. На этой мысли я зевнула. День был сумасшедший, как и все дни после моего попадания. Организму требовался отдых. Все равно на усталую голову ничего путного не придумаю.

Джем любезно снабдил меня солью, и я рассыпала ее вокруг кровати. Может, мы с нечистью нашли общий язык, но то было днем, а ночью, на голодный желудок жители замка уже не такие дружелюбные. Пусть лучше закусят Этлиной.

Обезопасив себя, я легла. Засыпая, думала о том, как быть. Нельзя действовать нахрапом, Этлина все-таки владеет магией. Для начала надо избавить Тьера от осколка в сердце, чтобы она не могла ему навредить. Тогда Тьер вернет себе истинный облик, и мы еще повоюем.

Осталось придумать, как это сделать. На этой мысли я уснула. Благо проблем со сном у меня никогда не было.

Но в Северном замке спокойно не поспишь… Очень скоро меня разбудили подозрительные шорохи, вздохи, шепот и даже хрюканье.

Я открыла глаза. Вокруг была темнота, ничего не разглядеть. Это раньше Комната зажигала для меня свечу, если я просыпалась ночью, а тут пришлось все делать самой.

Кое-как справишься со свечой на прикроватной тумбе, я повернулась и вздрогнула. В изножье моей кровати собрались все – упыри, вампалы, пожиратель снов, вурдалак и принц Джем.

Неужели решили, что раз появилась настоящая каменная дева, то меня можно и сожрать?

Глава 6. О коварных планах

Тьер был уверен, что с Этлиной покончено раз и навсегда. Увидеть ее снова было… больно. Настоящий удар. Крах всех надежд. Еще немного – и он станет суеверным. Поверит, что ему на роду написано стать мужем ведьмы.

Осколок в сердце шевельнулся, кольнув особенно сильно. Тьер решил, что вот и все, конец. Но нет, Этлина не отпустит его так просто. Она еще не насладилась местью сполна, ее игра только началась.

Будь Тьер один, он бы сдался. Если проклятие спадет с Джема и замка, то он готов пожертвовать собой. Но есть еще Алитея, и вот она сдаваться не намерена.

Сколько же силы духа в этой девушке! Сколько смелости и отваги. Своим напором она вдохнула в Тьера надежду. Возможно, еще не все потеряно, они еще поборются.

Больше всего Тьеру хотелось снова коснуться Алитеи. Сжать ее руку в своей, поцеловать, но он не рискнул. Только не при Этлине. Он слишком хорошо знает подругу детства. В гневе она способна на все, в том числе устранить соперницу физически.

Пусть лучше Этлина думает, что все идет по ее плану. Она здесь главная, а Алитея не имеет для Тьера никакого значения. Усыпив бдительность Этлины, у них будет шанс избавиться от нее.

Тьер покинул столовую вместе с Этлиной. Он хотел увести ее подальше от Алитеи, из страха за последнюю. Обстановка в столовой накалилась. Лучше девушкам держаться подальше друг от друга. Все же две женщины на один замок – это слишком много.

Вместо своих покоев Этлина свернула к его.

— Я хочу посмотреть на нее, — заявила она. — На мою корону.

Пришлось впустить ее. В спальне она сразу подошла к постаменту с короной каменной девы и осторожно погладила ее острые пики.

— Не примеряешь? — с издевкой предложил Тьер.

—  Ты ведь хочешь, чтобы она превратила меня в камень, не так ли? — произнес Этлина. — Что ж, не буду лишать тебя надежды. Выживу я или нет, узнаем на коронации.

Он и правда втайне мечтал об этом. Вот оно – решение всех проблем. Но Этлина не глупа. Она сама создала корону. Наивно рассчитывать, что та прикончит свою хозяйку.

— Ты принял верное решение, — похвалила его Этлина. — Я – твоя судьба. Этого не изменить. И уж точно меня не заменит какая-то девчонка с сомнительным Даром. Мы еще можем быть счастливы вместе.

— Ты лишила меня крыльев, — напомнил Тьер.

— Кто старое помянет, — она беспечно махнула рукой. — Давай думать о будущем. О том, как мы объединим наши народы, о наших детях.

Тьер, не сдержавшись, поморщился. Плохой из него актер. Всего-то и надо, что претвориться, будто он рад Этлине, а он и на это не способен. Даже находиться с ней в одном помещении невыносимо. А уж притронуться к ней – вовсе кошмар.

Этлина это поняла. Она всегда читала его, как открытую книгу. Все-таки они выросли вместе, она знала его как никто другой.

Она отвернулась от короны и потребовала:

— Поцелуй меня. Или так, или выбирай, кто пострадает – Джем или эта девица.

— Если хочешь кому-то причинить боль, пусть это буду я, — ответил Тьер.

— Это слишком легко. К тому же тебе будет намного больнее, если пострадает кто-то из этих двоих.

— Когда ты стала такой? В детстве ты была другой, — напомнил Тьер.

— Это ты такой меня сделал, — заявила она и поторопила: — Ну же, целуй или, клянусь, я выполню угрозу.

Она подняла руку и на ее пальцах заиграли всполохи магии. Этого Тьер не мог допустить.

Поцеловать ее – все равно что поцеловать жабу. От отвращения аж скулы сводит. И все же Тьер шагнул к Этлине, наклонился ближе, но губ не коснулся. Вместо этого он обхватил ее шею пальцами. Пока не давил, только держал.

— Ты этого не сделаешь, — усмехнулась она. — Ты не такой.

— Ты тоже меня изменила, — процедил он.

Одна мысль, что Тьер может по ее вине потерять Алитею, приводила в бешенство и превращала в чудовище. Ненависть обжигала внутренности кислотой. Этлина хочет поцелуя? Что ж, он ее поцелует, в последний раз, в лоб, прощаясь на похоронах.

Этлина отреагировала быстро – прижала ладонь к груди Тьера, и его пронзила острая боль в области сердца. Перед глазами потемнело, он пошатнулся и упал на колени.

—  Не играй со мной. Я держу твое сердце в руке, сожму кулак, и тебе конец, — прохрипела Этлина.

— Гадина, — выдохнул он сквозь стиснутые зубы.

— Может быть, — согласилась Этлина, — но я – твоя гадина. Смирись уже с этим.

Обогнув Тьера, Этлина направилась к двери. На пороге она задержалась и оглянулась:

— Коронацию проведем послезавтра на рассвете. Суток хватит на подготовку.

Лишь когда дверь за ней закрылась, боль в сердце отступила, и Тьер смог снова дышать.

Я смотрела на нечисть. Нечисть смотрела на меня. Немая сцена затянулась. Пора положить этому конец.

— Вы чего? — хрипло спросила я, натягивая одеяло до подбородка.

Надеюсь, соль не подведет. И вообще – я не вкусная! Кожа да кости, а еще куча желчи от вредного характера.

От звука моего голоса проснулся Амфи, сладко потянулся и зевнул. Вот ведь тоже… защитничек. Пользы от него – ноль. Меня тут почти сожрали, а он дрыхнет.

Я толкнула пернатого в бок и указала на незваных гостей. Амфи, зашипев, приподнял перья на загривке и спрятался за меня. Совсем забыла – если дракончик спит со мной, значит, он сейчас девочка, а она не боец.

— М-мы пришли, чтобы помочь, — парламентером от нечисти выступил Джем.

Хорошо, он заговорил, а то я уже подумывала дать деру. Присутствие Джема приободрило. Мальчишку-тролля я не боялась. Раз он здесь, значит, не все так плохо.

— Помочь с чем? — уточнила я на всякий случай, а то вдруг он имеет в виду ужин.

— Избавиться от Эт-тлины.

— Фух, — я откинулась на подушку, расслабляясь.

— Задавишь, — прохрипел из-под меня Амфи.

Я запустила руку себе за спину, ухватила пернатый хвост и дернула дракончика из-под себя со словами:

— Вылезай, трусишка. Они пришли с миром.

Амфи выглядел помятым. Похоже, я в самом деле его прижала. Дракончик принялся с остервенением приводить себя в порядок. Не мог же он плохо выглядеть при гостях! Девочки такие девочки, даже если драконы.

— Выходи к нам, — предложил вурдалак, улыбаясь всеми своими острыми зубами. — Обсудим.

— Я еще не выжила из ума.

— Мы же союзники.

— Ты это облизывающимся упырям скажи. И вообще мне и здесь удобно, — отказалась я.

Из всей этой компании я доверяла только Джему. Остальные, может, и на одной стороне со мной, но я лучше посижу в кругу из соли. А то вон у упырей при виде меня аж слюна на ковер капает. Зачем их искушать своей филейной частью? Они ведь тоже… нелюди, у них тоже есть слабости.

А вот обсудить план действий с нечистью я была только рада. Мне союзники не помешают, пусть даже такие, от которых надо прятаться в круге из соли.

Сильнее, чем сожрать меня, нечисть хотела избавиться от Этлины. В конце концов, именно она сделала их такими. Как известно, общий враг объединяет.

— У тебя есть п-план? — спросил Джем.

— Первым делом надо избавить Тьера от осколка в сердце, — озвучила я свою идею.

— Н-но это его убьет… — испугался Джем.

— Ыда, — вздохнули упыри.

— Ууууу, — горестно завыли вампалы.

— Несчастная любовь, — утер слезу вурдалак. — Как это романтично…

Я с ним была в корне не согласна. Не нужна мне такая романтика. Меня зовут не Джульетта, а Тьер – не Ромео. Моя сказка обязана закончиться словами «жили они долго и счастливо».

— Есть идеи к-как это сделать, не причинив вреда Тьеру? — поинтересовался Джем.

— По правде говоря, есть, — кивнула я. — Нам поможет моя старшая сестра – Эля. У нее Дар от жар-птицы, и она умеет лечить людей. Ей под силу не вернуть человека чуть ли не с того света.

Моими словами заинтересовались все, даже Амфи. Последний настолько, что забыл о своем внешность. Похоже, он только что снова стал мальчиком.

— Мы вытащим осколок из сердца Тьера, а твоя сестра не даст ему погибнуть, — воодушевился Амфи.

— Именно, — кивнула я, соглашаясь. — Но для этого надо отыскать Элю и привести в Северный замок. И это сделаешь ты, — я посмотрела на Амфи, а вслед за мной и вся нечисть уставилась на него.

— Почему я? — занервничал пернатый.

— Ты – единственный, у кого здесь есть крылья. А значит, ты – самый быстрый, — пояснила я свой выбор. — Времени у нас мало. Этлина настроена решительно.

Амфи печально вздохнул. Понял, что выбора ни у меня, ни у него нет. Если бы я могла сама вызвать старшую сестру, не просила бы его. Но, увы, здесь туго с сотовой связью. Работают только почтовые голуби… ой, то есть почтовые драконы.

— Где мне ее искать? — смиряясь со своей участью, спросил Амфи.

— Я расскажу тебе все, что знаю о жизни Эли в этом мире. Это поможет тебе в поисках, — сказала я. — Уверена, ты справишься.

Инструктаж Амфи занял примерно полчаса. Пернатый слушал внимательно, кивал и запоминал. Я почти успокоилась – он непременно найдет Элю, но тут вмешался Джем.

— К-как твоя сестра поймет, что должна идти за амфиптерием? — спросил мальчик.

— В смысле? — удивилась я. — Амфи ей скажет.

— Она его не п-поймет.

— Почему? — я все никак не могла сообразить, в чем проблема.

— Это т-ты говоришь с магическими существами, это часть твоего Д-дара. Поэтому ты понимаешь пожирателя снов, вурдалака, упырей и даже вампалов. Но у твоей сестры такого Дара н-нет.

— Да уж, проблемка, — я ненадолго задумалась, а потом попросила: — Подайте мне бумагу с пером, я напишу Эле записку, Амфи ее передаст.

Спасибо Джему, что вспомнил этот важный момент. А не то пришлось бы Афми разыгрывать пантомиму для Эли под названием «Твоя сестра в опасности, пошли со мной». Это было бы еще то зрелище. И не факт, что Аршер не пристукнул бы странное существо раньше, чем началось бы представление. Я видела мужа старшей сестры мельком, он показался мне серьезным типом. С таким не забалуешь.

Набросав записку для Эли в духе: «Ааа, скорее бросай все и мчи спасать младшую сестру», я тщательно ее сложила, обмотала бечевкой и привязала к лапке Амфи. Ну точно голубь.

— Джем, — обратилась я снова к мальчику, когда все было готово, — открой, пожалуйста, окно, чтобы Амфи мог вылететь.

Сама я все еще не горела желанием покидать круг из соли. Да и просто под одеялом было теплее, особенно когда Джем распахнул настежь окно, и ледяной северный ветер ворвался в спальню. Поежились все, даже обросшие густой шерстью вампалы. А я так вовсе нырнула под одеяло чуть ли не с головой.

Амфи махнул мне на прощание крылом и взлетел к кровати. Этот полет был красивым… и коротким. На пути Амфи сидел вампал. Пернатый уже был на подлете к окну, когда вампал подпрыгнул и словил его в воздухе.

Лязгнули мощные челюсти, и Амфи исчез в пасти вампала с серой шерстью. Только кончик пернатого хвоста торчал между передних зубов хищника. Я давно заметила – этот серый в компании вампалов самый дикий.

И снова была немая сцена – от шока все потеряли дар речи. Даже я. Только и могла, что мычать нечленораздельно.

Сам вампал тоже поразился своей дерзости. Голод обострил его животные инстинкты, и он просто среагировал на потенциальную добычу. А теперь замер с Амфи в пасти, но хоть не жевал, и на том спасибо.

Опомнившись, я приказала тихо, но твердо:

— Выплюнь.

Кричать боялась. А то еще напугаю, и вампал случайно сглотнет. Плакал тогда наш план по спасению Тьера. Амфи тоже жаль, привыкла я к нему.

Чудо, но это сработало. Собака есть собака, пусть даже такая – огромная и магическая – она слушается команды, вот и вампал отреагировал. Вдохнул поглубже, а потом кааак плюнул.

Амфи пролетел с метр и упал на пол мокрой разноцветной кляксой. От слюны вампала все его перья слиплись, вид у него был жалкий.

Теперь, когда Амфи был в безопасности, я могла вдоволь покричать.

— Ты что натворил?! — взвилась я с кровати, забыв о холоде и нечисти. — Ты сломал нашего вестника. Как он полетит с мокрыми крыльями?

Я подскочила к Амфи и подняла обмякшее тельце с пола. Приложила ухо к его грудной клетке – дышит, сердце бьется. Живой, но в шоке от пережитого.

Бахнуло окно, закрываясь, – это Джем позаботился, чтобы я не замерзла. Резкий звук привел меня в чувство, и я опомнилась – мало того, что опять стою босиком и в одной сорочке на холоде, так еще круг из соли больше не защищал, и нечисти ничего не стоит мной закусить.

Несколько пар голодных глаз глядели, не мигая. Днем они не набросились на меня из-за присутствия Тьера. Но надо отдать им должное – они и сейчас сдерживались из последних сил.

Проблема с кормлением нечисти в замке еще никогда не была так актуальна. Они явно недоедают.

Надо что-то срочно с этим делать, а не то меня сожрут мои же союзники. Судя по прошествую с Амфи, такой исход весьма вероятен.

Вшшшр – нечисть дружно сделала шаг ко мне, и я сглотнула ком в горле.

— Н-не трогайте Алитею, — за меня заступился Джем, загородив собой. — Она – наш д-друг.

На него, как ни странно, не покушались. Видимо, негласный кодекс нечисти запрещает жрать своего. Другое дело я – во всех смыслах аппетитная человечка. Вон им даже Амфи сгодился.

В ответ на реплику Джема я прочла сомнения в глазах нечисти. Дружба дружбой, а пустой желудок высокопарными словами не наполнить. Но я знала, чем их образумить.

— Сожрете меня и останетесь с Этлиной, — заявила я.

Угроза подействовала отрезвляюще – нечисть тут же дружно попятилась. Этлина пугала их сильнее голода и любых других лишений.

— Так-то лучше, — проворчала я. — Невозможно работать в таких условиях.

Почувствовав себя увереннее, я направилась к камину. Там присела и протянула Амфи ближе к огню. Надо высушить его крылья, иначе далеко он не улетит. Особенно в таком холоде. Мой тыл прикрывал Джем, так что я не волновалась.

В тепле Амфи немного очухался и распушил перья, чтобы они быстрее сохли.

— Ты в порядке? — поинтересовалась я у пернатого.

— Я видел вампала изнутри, — буркнул он. — Какой уж тут порядок… Но жить буду.

Оставив Амфи заниматься собой, я встала с колен и повернулась к нечисти. Уперев руки в бока, окинула их суровым взглядом. Вампалы заскулили, упыри втянули головы в плечи, а вурдалак спрятался за веером. Только пожиратель снов и Джем были спокойны. Знали, что им ничего не грозит.

— Если мы хотим работать вместе, — заявила я, — то пора ввести правила. Итак, слушайте внимательно. Во-первых, мы не едим друг друга.

— Ыда? — осторожно уточнил глава упырей.

— Нет, — качнула я головой, — и не надкусываем, даже чуть-чуть. И лизнуть тоже нельзя. Это моя принципиальная позиция, и я буду на ней настаивать.

— Ых, — вздохнул серый вампал.

— Все, кто нарушит этот закон, будут исключены из нашей группы без права на восстановление. На первый раз прощаю, — кивнула я Серому. — Это главное правило, но есть и другие, — я принялась перечислять, загибая пальцы: — Второй пункт – Аля всегда права. Третий пункт – несмотря ни на что, Аля все равно права. Четвертый пункт – если есть сомнения в правоте Али, смотри пункт два и три. Пожалуй, на этом все. Кто не согласен с правилами, выход вон там.

Я указала на дверь. Нечисть тоскливо на нее покосилась, но, что примечательно, все остались на месте. Может, моя диктатура им не по нраву, но я все еще была предпочтительнее Этлины.

— Раз все остаются, — произнесла я, — оглашаю повестку дня. Для начала мы проводим Амфи в дорогу. А после его отлета сосредоточимся на решении продовольственного вопроса в замке.

На последнем пункте все оживились.

— Ыда… Ыда… — зашептались упыри между собой.

Вампалы нервно переминались с лапы на лапу, и даже вурдалак вдвое активнее начала обмахиваться веером, вспотев при мысли, что вскоре удастся поесть. Мне прямо стало их жаль. Нечисть явно не доедала. Не их вина, что они бросаются на все, что движется.

Пока я устанавливала новые порядки, Амфи окончательно оправился и был готов ко второй попытке. Джем снова открыл окно, и на этот раз я лично проконтролировала, чтобы Амфи добрался до него без приключений.

Дракончик улетел. Я стояла и смотрела ему вслед. Разноцветная точка все уменьшалась, пока окончательно не скрылась вдали.

— Д-долетит? — спросил Джем, накидывая мне на плечи одеяло, чтобы я не мерзла.

— Непременно, — кивнула я. — Амфи приведет Элю. Надо только продержаться до ее появления.

Все дружно закивали.

— Всё, всем спать, — замахала я на них руками, прогоняя из спальни. — Завтра займемся едой, а сейчас я должна выспаться. Иначе с утра буду злая.

Нечисть дружно вздрогнула. Кто кого здесь вообще боится – я их или они меня? Мы как будто поменялись ролями.

Что ж, я не против побыть капитаном команды. Пусть даже команда мне досталась… такая вот специфическая.

Глава 7. О том, что вегетарианцем может стать любой… почти

Минуты не прошло, как я осталась в спальне одна. Окно снова закрыли, но в комнате все еще было холодно, и я поспешила вернуться на кровать. На этот раз я долго крутилась, прежде чем уснула, что мне несвойственно. Но, похоже, я привыкла к компании Амфи, и без него мне спалось хуже.

И все же я заснула, а проснулась утром, как мне сначала почудилось, от будильника. Звук был резким, высоким и противным. Ну точно будильник. Только они так голосят в подобную рань.

Я накрыла голову подушкой и пробормотала:

— Еще десять минуточек, — умоляя старших сестер дать мне небольшую отсрочку.

А потом до меня дошло. Нет здесь сестер. Как, кстати, и будильников. В этом мире их не существует. Так кто же так голосит с утра пораньше?

Я отбросила подушку, села и прислушалась. То, что я приняла за будильник, было визгом. Я вскочила с кровати, на ходу подхватила накидку Тьера и, набросив ее на плечи, выбежала в коридор. Там устремилась на звук.

Пока бежала, перебирала в голове варианты: кто-то прижал хвост вампалу? Вурдалаку, наконец, удалось рассмотреть себя в зеркале, и он вопит от ужаса? Чтобы там ни стряслось, лишь бы Тьер с Джемом не пострадали.

Звук привел меня к моей бывшей Комнате. Судя по всему, крик шел оттуда. Не одну меня он заставил в это раннее утро пробежаться по коридорам замка. У дверей Комнаты собрались все, включая Тьера. Но его больше взволновало мое появление в ночной сорочке и накидке, чем происходящее за дверью спальни.

— Может, она того? — вурдалак провел веером по шее. — Не будем мешать?

Все одобрительно восприняли его предложение, я бы даже сказала с надеждой. Желающих броситься на помощь Этлине не нашлось.

Вот только радовались мы недолго. Дверь распахнулась сама, и в коридор выскочило красное лохматое существо. Нечисть с шипением отскочила подальше, мы с Тьером тоже попятились.

Только когда «нечто» остановилось, стало ясно, что перед нами Этлина. Ночь в Северном замке не пошла ей на пользу. Вчера в замок прибыла ухоженная красивая девушка. Сегодня из спальни вышла какая-то мымра – волосы в колтунах, кожа красная, как у рака, левый глаз дергается.

— Это проклятая комната сломана! — выкрикнула Этлина. — Сначала она сделала мне ледяную ванную, а когда я потребовала согреть ее, она обварила меня кипятком. А волосы? Посмотрите, что она сделала с моими прекрасными волосами?

Этлина чуть ли не плакала, а я из последних сил боролась со смехом. Ничего моя Комната не сломалась. Просто ей не по нраву новая хозяйка. А характер у этого жилого помещения ого-го какой, мне ли не знать. С ней лучше не связываться, она вон меня переспорила, а это не удавалось даже моим сестрам.

— Что мне делать с волосами? Их же теперь невозможно расчесать! — причитала Этлина.

— Воспользуйся магией, — пожала я плечами, не особо сочувствуя ее горю.

— Тратить магию на подобные мелочи – расточительство, — ответила она.

А я сделала важное открытие – запасы магии Этлины не бесконечны. Она явно их бережет. Вон и до замка предпочла добираться пешком. Для нас это хорошо.

— Тогда сходи к русалке. Она живет в ледяном озере на скале, — предложил Тьер. — Она быстро приведет твои волосы в порядок.

Я провела рукой по собственным прядям. Русалка знает свое дело, это верно. Но с чего Тьер вздумал помогать Этлине? Или это не помощь? Русалка ведь тоже стала нечистью по вине проклятия. Прямо интересно, что за прическу она организует Этлине.

— Схожу, — кивнула Этлина. — Но с этой Комнатой надо что-то делать. Она совершенно отбилась от рук.

Этлина, опомнившись, что все мы пялимся на нее в неподобающем виде, шагнула к распахнутой двери в Комнату. Вот только вернуться туда у нее не вышло. Дверь захлопнулась прямо перед ее носом.

— Да что ж такое! — Этлина схватилась за дверную ручку и принялась ее дергать. Одновременно она то тянула дверь на себя, то толкала ее плечом вперед.

Но толку от этого было мало. Комната заперлась изнутри. Забастовка жилого помещения была в самом разгаре.

— Возможно, лучшим вариантов будет подыскать тебе другую спальню, — предложил Тьер, когда мы вдоволь налюбовались на потуги Этлины.

— Я с радостью уступлю свою, — предложила. — А сама, так и быть, перееду обратно в эту сломанную Комнату.

Этлина прожгла меня полным ненависти взглядом.

— Где твой пернатый крысеныш? — спросила она.

— Он улетел, но обещал вернуться.

— Надеюсь, этого не случится. От вас обоих невыносимо воняет костром. Хоть бы помылась.

— Драконам нравится запах дыма, — вспомнила я слова Тьера. — Он напоминает им о пламени.

Этлину аж затрясло от злости. Гордо вздернув подбородок, она прошла мимо меня, припечатав напоследок:

— Забирай эту дефектную комнату себе. Я найду что получше.

Я прикусила нижнюю губу, сдерживая улыбку. А едва Этлина скрылась за поворотом, я шагнула к двери спальни. Мне даже дергать за ручку не пришлось, дверь сама гостеприимно распахнулась передо мной.

Моя прелесть вернулась ко мне, не прошло и суток.

Я вошла в Комнату триумфатором под победный марш – звенели подвески на люстре, дребезжали бокалы на тумбе, хлопали оконные ставни и мигали свечи. Подруга радовалась моему возвращению.

Мы бы обнялись, будь это возможно. А так я просто повалилась в кресло возле камина и выдохнула:

— Я тоже счастлива, что мы снова вместе.

Вслед за мной в Комнату вошел Тьер и прикрыл дверь, оставляя нечисть в коридоре. Наверняка они снова будут подслушивать и подсматривать. Да и пусть. Зато Этлина не подкрадется и не услышит наш разговор. Мы с Тьер сможем нормально поговорить.

— Коронация завтра на рассвете, — сообщил он.

Что ж, этого следовало ожидать. Этлина торопится. Чует, что ей здесь не рады и ее положение шатко.

— Я послала Амфи за сестрой, — призналась я, а после коротко рассказала о Даре Эли и о своих планах на него.

Скрыла только тот факт, что вся наша семья родом из другого мира. Что-то я пока не готова обсуждать такие темы и так столько всего свалилось. Может, однажды, где-нибудь через пару лет после свадьбы я признаюсь Тьеру.

Мы будем сидеть на скамье в саду, наши дети будут играть в снежки, и я скажу ему:

— Знаешь, я вообще попаданка.

Он повернется, посмотрит на меня и ответит:

— Это многое объясняет.

Я тряхнула головой. Не время мечтать. Чтобы у нас были общие дети, надо избавиться от Этлины.

Тьер устроился на кресле напротив меня, взял мою руку в свою и произнес:

— Если ты говоришь, что твоя сестра способна меня спасти, я готов рискнуть. Я доверяю тебе.

Другого ответа я от него и не ожидала.

— Но нам нужно потянуть время, — вздохнула я, — пока ждем Элю. Как быть с коронацией?

Вместо ответа Тьер перебирал мои пальцы и гладил запястье. Кажется, он забыл, что у нас здесь судьба решается.

— Придумай, что нам делать, — я попыталась вернуть его в реальность.

— Не могу, — качнул он головой.

— Не можешь – что?

— Думать, — ответил Тьер. — В твоем  присутствии я способен думать лишь об одном – как сильно мне хочется тебя поцеловать.

Я отдернула руку. Мужчины такие мужчины! У нас тут ведьма, одержимая местью, собирается прибрать к рукам замок и всех его обитателей, а Тьер ударился в романтику. Кровь у него, видите ли, отлила от мозга.

— Мне что, выйти из комнаты, чтобы ты начал соображать? — я встала и уперла руки в бока.

Тьер откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня снизу вверх. Утренние вопли Этлины застали нас всех врасплох, и Тьер не успел побриться. Легкая щетина на щеках в сочетании с усмешкой придавала ему хулиганский вид.

При взгляде на принца я почувствовала, как моя собственная кровь устремляется куда-то не туда. Внизу живота стало горячо, а по телу разлилась истома.

Нет, это не дело. Этак Этлина победит нас одной левой. Я попятилась от Тьера и остановилась, лишь когда уперлась спиной в дверь.

— Теперь я достаточно далеко, чтобы ты мог подумать? — уточнила.

Тьер вздохнул и прикрыл глаза. Видимо, расстояние не играет значения. Главное – не видеть меня.

Он просидел так совсем недолго. Пара секунд – его веки распахнулись, и я прочла в глазах Тьера «Эврика». Кажется, его осенило.

— Я подменю корону, — заявил он.

— Как сделал это со мной?

— Ты знала? — нахмурился Тьер.

Я пожала плечами. Мол, от меня ничего не скроешь.

— Ладно, — махнул он рукой. — Да, именно так. Коронация не будет считаться, если корона ненастоящая. Это даст нам немного времени.

— А Этлина не распознает подмену? Все-таки она создала корону каменной девы…

— Я постараюсь, чтобы этого не произошло. Отвлеку ее, если придется. Осталось только найти корону… В день твоей несостоявшейся коронации я обронил ее в святилище, и волхв куда-то ее унес. Придется сходить к пауку на поклон. А нам с тобой лучше не видеться до коронации, чтобы Этлина ничего не заподозрила.

— Но как я узнаю, что ты нашел корону и все в порядке?

— Я пришлю тебе послание, — сказал Тьер и поднялся с кресла. — Сегодня вечером.

— Каким образом? — спросила я.

— Что-нибудь придумаю.

Я стояла у двери в коридор. Чтобы покинуть спальню, Тьеру пришлось подойти ко мне. И это снова с нами произошло – мы просто зависли.

Я не поняла, в какой момент Тьер оказался так близко. Его дыхание коснулось моей щеки, и я поплыла. Похоже, нам опасно приближаться друг к другу. Чем короче между нами расстояние, тем хуже мы оба соображаем.

— Мне надо идти, — сообщил Тьер, не двигаясь с места.

— Иди, — согласилась я, не сделав и шага в сторону, чтобы его пропустить.

Тьер наклонился ко мне.

— Останови меня, — попросил он.

Я протянула руку, уперлась ладонью ему в грудь. Вроде как сейчас дам отпор, но в последний момент пальцы сжались в кулак, захватывая рубашку Тьера. В итоге вместо того, чтобы оттолкнуть его, я потянула его на себя.

Все закончилось поцелуем. Тьер с такой силой обнял меня, что кости захрустели. Он целовал с жадностью, нетерпеливо и лихорадочно. Впивался в мои губы, захватывал в плен язык, затем вдруг резко отстранялся, ловил мой взгляд и после снова целовал.

Нас захлестнуло какое-то сумасшествие. Неизвестно чем бы оно закончилось, если бы в дверь деликатно не постучали.

— Я, конечно, дико извиняюсь, — донесся из коридора голос вурдалака, — но среди нас дети, если вы вдруг забыли.

Тьер зарычал, как дикий зверь, которого отрывают от добычи, но все-таки отпустил меня.

— Вот теперь мне точно пора, — хрипло выдохнул Тьер.

На этот раз я с ним согласилась и даже отошла в сторону. Тихонечко двинулась вбок вдоль стены, потому что без ее опоры точно бы упала – колени подгибались.

Тьер распахнул дверь и торопливо вышел, а я выглянула в коридор и недобро так посмотрела на вурдалака, испортившего мне поцелуй.

— Не убивай гонца, — поднял он руки вверх, точно сдаваясь. — Ты сама говорила, что Джему рано еще такое.

Я вздохнула. Вурдалак, конечно, прав.

— Ыда? — напомнил упырь о моем обещании накормить их компанию.

В самом деле, я же собиралась заняться продовольственным вопросом. Это всяко продуктивнее, чем сидеть в четырех стенах и гадать – сработает план по замене короны или нет. Чем нервничать попусту, лучше займусь делом.

— Иду, — кивнула я и шагнула в коридор.

Я целенаправленно шла по коридору, за мной по пятам семенила нечисть. Я точно знала конечную цель нашего пути, но своим спутникам ее не сообщила.

На самом деле, еще вчера я придумала, как накормить не совсем обычных жителей Северного замка. Вот только им пока лучше об этом не знать. Вряд ли мой план придется им по вкусу. Но другого решения проблемы с пропитанием я не видела.

Охоту сразу отмела. Это не мое. Убить даже мышку казалось мне чем-то кощунственным и неправильным. Я понимаю, что нечисти необходимо питаться, но все, что связано с членовредительством – это без меня.

Судя по всему, из местной нечисти охотники еще хуже, чем из меня, иначе не возникло бы сложностей с питанием. А раз так, то придется им довольствоваться тем, что есть.

— Вот мы и на месте, — с этими словами я распахнула двери Зимнего сада.

— Ыда?! — хором удивились упыри.

— Стесняюсь спросить, но как в нашем деле поможет сад? — поддержал их вурдалак.

— Мы будем работать, — заявила я, закатывая рукава. — Труд облагораживает, знаете ли.

— Мы с Джемом постоим в сторонке и посмотрим, — хрюкнул пожиратель снов. — Чую, будет весело.

Я не стала их огорчать, что работать придется всем. У меня для каждого припасено дело. Начала я с вампалов.

Они отлично в прошлый раз вскопали землю. Жаль, лишь небольшой участок. Сегодня они это исправят.

За время общения с нечистью я неплохо изучила их и начала понимать, что им нужно. Вампалы – сущие щенки, обожающие играть, только очень большие, лохматые и сильные.

С ними надо как с детьми. Не заставлять, а увлечь процессом, и тогда они сами все сделают. Я использовала тот же стимул, что и в прошлый раз – косточку. И вскоре вампалы с энтузиазмом вскапывали огород в ее поисках. Надо было только их направлять.

Ответственным по вскапыванию я назначила пожирателя снов.

— Следи за тем, чтобы они копали равномерно, — велела я ему.

Затем переключилась на Джема:

— Скажи, у вас есть семена?

— К-конечно.

Мальчик подвел меня к шкафу в дальнем углу сада. На нем висел замок, но Джем без труда его сорвал. Все же ручища тролля – это вам не шутки. Все время забываю, какой Джем сильный.

Внутри шкафа меня ждало настоящее богатство. Для начала я проверила баночки с семенами, выбрав те, что буду сажать. Соя и томаты – вот на чем я остановилась. Позже можно освоить весь ассортимент, но для начала и этого хватит.

Но главное, что я нашла в шкафу, – это магические порошки. На одной из баночек была надпись – «Ускоритель роста». Признаться, я надеялась, отыскать удобрение, но этот вариант даже лучше.

— У нас все готово! — крикнул пожиратель снов.

Вампалы вскопали огород в рекордные сроки. Настал черед упырей. Им я поручила делать аккуратные лунки для семян через равные промежутки. Упыри обожали порядок и процесс пришелся им по вкусу.

— А мы с тобой, — сказала я вурдалаку, — покидаем семена в лунки и прикопаем.

— Я не стану пачкаться в земле, — скривился вурдалак.

— Очень жаль, — вздохнула. — А я хотела побыть с тобой наедине. Вот придумала это дело только для нас двоих…

В итоге когда я пошла сеять, вурдалак чуть ли не вприпрыжку побежал за мной. Все потому, что я сыграла на его слабости – желании нравится противоположному полу.

Вот так слаженно работая единой командой, мы управились с посевом за какой-то час. Джем тем временем натаскал снег в ведрах, и тот растаял в тепле сада.

— Здесь написано, что порошок надо растворить в воде и полить ею землю, — прочла я инструкцию на баночке с магическим удобрением. — Но часть этикетки оторвалась, и я не знаю, сколько надо сыпать. Что ж, проведем эксперимент.

Я открыла баночку и сыпанула понемногу порошка в ведра. Многоцветная пыльца растворилась в воде, даже не окрасив ее. Эх, была не была! Я сыпанула от души. Все, что было в банке. После этого вода стала похожа на лужу бензина – такая же разноцветная.

Джем подхватил ведра и полил огород. Вот и все, готово. Мы сделали, что могли.

— Как думаешь, — спросила я Джема, — скоро подействует порошок?

— М-мы никогда ничего не сажали, — пожал плечами мальчик.

— Подождем, — сказала я и присела на лавку рядом с мальчишкой и пожирателем снов.

Вампалы устроились у моих ног. Упыри окружили нас дружной стайкой. Вурдалак умостился на краешке скамьи и стрелял в меня глазами. Вся команда в сборе, облизываясь, ждет обеда.

Глядя на них, я искренне надеялась, что волшебный порошок не просрочен и сработает, как надо. Потому что в противном случае на обед буду я.

Зимнее солнце, проникая в сад через стеклянный потолок, припекало очень даже по-летнему. Плюс влажность поднялась из-за полива. Зимний сад быстро превратился в парник.

В этой духоте нас всех разморило. Еще, конечно, скука виновата. Оказалось, что смотреть на вскопанный огород не так уж весело.

Первыми задремали вампалы. Под их уютное сопение отключились упыри, а следом я с Джемом и вурдалаком. Бодрствовал один пожиратель снов. У него благодаря нам наступил обед. Хоть кого-то я накормила, а значит, уже отчасти сдержала данное слово.

Проснулась я оттого, что меня кто-то настойчиво толкал в бок.

— Что случилось? — проворчала недовольно.

Спать сидя на лавке, пристроив голову на плечо тролля, было ужасной затеей. Шея и зад затекли, я едва разогнулась.

Приоткрыв один глаз, я поняла, что меня разбудил пожиратель снов. Он сам, собственными руками прервал свой обед. Должно было стрястись что-то по-настоящему нехорошее. Второй глаз распахнулся сам собой при этой мысли.

— Это вообще нормально? — пожиратель указал на огород.

Я с трудом повернула затекшую шею и ахнула.

От моего возгласа тут же подскочили вампалы:

— Гыв! Гыв! Гыв! — их лай звучал помощнее собачьего.

Естественно, он разбудил всех остальных. И теперь уже вся наша компания, открыв рты, уставилась на огород.

А посмотреть было на что. Мы посадили томаты и сою. И те, и другие вырастают не высокими, и уж точно не превращаются в деревья. А перед нами высился лес. Каждый ствол с обхват моих рук. Плоды им под стать – помидор с мою голову.

— Наверное, я переборщила с магическим порошком, — пробормотала, признавая свою ошибку.

— Зато к-какой урожай, — подбодрил Джем. — Одного помидора надолго хватит.

— Это какой-то арбуз, а не помидор, — я все еще была в шоке.

А Джем времени даром не терял. Сходил за тачкой и набрал в ее помидоров и сои. Я же смотрела на то, как верхушки «деревьев» подпирают стеклянный потолок оранжереи, и молилась, чтобы он выдержал.

— Ч-что с этим делать? — вопрос Джема привел меня в чувства.

— Поехали на кухню, — кивнула я и пошла за Джемом к двери. Нечисть двинулась за нами, но я их остановила: — А вы побудьте здесь. Я позову вас, когда ужин будет готов.

Меня послушались, все помнили правила Али. В коридор мы с Джемом вышли вдвоем, и он спросил:

— Т-ты хочешь накормить нечисть овощами? Ничего н-не выйдет, они т-такое не едят. Тьер уже пытался.

— То Тьер, а то я, — хмыкнула. — В кормежки нечисти важен подход, а не продукты.

— Ты г-говоришь так, будто уже кормила нечисть.

— Я готовила для сестер. Они у меня еще те привереды в еде, похуже нечисти.

Мне всегда нравилось готовить. Одно время я даже думала не пойти ли мне учиться в кулинарный. Но тогда это казалось чем-то несерьезным. Эля – учительница, Яся – ученый, а я – повар. После такого поверишь, что на младших природа отдыхает.

Но вот ведь, пригодились мои способности. Благодаря им у меня был четкий план, чем накормить нечисть.

На кухне, как всегда, было пусто. Но теперь я знала, что повар где-то здесь, просто невидим. Он все-таки домовой, а они вечно прячутся.

— Уважаемый повар, — обратилась я к нему, — у меня к вам просьба, приготовьте, пожалуйста, из этих продуктов…

Я снабдила его длинной и подробной инструкцией, оставила продукты и вышла, забрав с собой Джема. Пусть повар творит.

Я была уверена, что он мне не откажет. Мы неплохо поладили после того, как я заставила упырей хоть немного прибраться на кухне. Уверена, повар не каждому дарит цветы из марципана.

Осталось дождаться, когда ужин будет готов и позвать нечисть. Надеюсь, они достаточно проголодались, чтобы позариться на мои блюда.

Едва мы вышла в коридор, как процесс пошел. С кухни доносился звон посуды и топот ног, словно много маленьких человечков бегали туда-сюда.

Мы с Джемом терпеливо ждали, когда все будет готово, и нас позовут. Длилось это недолго. От силы минут десять. Похоже, повар применяет магию при готовке. Ничем другим такие темпы объяснить нельзя. Наверное, у него тоже есть свой магический ускоряющий порошок.

Вот на кухне повисла тишина, а затем дверь со скрипом открылась – нас приглашали войти.

— П-после вас, — проявил галантность Джем, а на самом деле просто опасался заходить первым.

Я не обиделась. Все-таки он еще ребенок. И вообще пугаться – это нормально. Даже если ты – огромный сильный тролль.

Я первой перешагнула порог кухни и вдохнула полной грудью аромат обеда. Рот тут же наполнился слюной. Пахло божественно. Местный повар однозначно достоин звезды Мишлена.

— П-пахнет мясом, — поразился вошедший следом Джем. — Но к-как?

А потом его взгляд упал на тарелки, расставленные на столе. Всего их было девять: три для упырей, четыре для вампалов, одна для Джема и еще одна – для меня. А что, я тоже проголодалась после работ в огороде. Плюс отдельно стоял большой бокал, доверху наполненный красной жидкостью.

— И в-выглядит как мясо, — удивление Джема все росло.

— А ты попробуй, — я пододвинула к нему тарелку. — И скажи, как на вкус.

Он осторожно подцепил кусочек двумя пальцами. В этот раз я закрыла глаза на то, что мальчик не пользуется столовыми приборами. Куда сильнее меня сейчас волновало его мнение.

Джем положил кусочек в рот и принялся жевать.

— Ммм, — протянул он, жмурясь от удовольствия, а после облизал пальцы.

По-моему, это был комплимент шеф-повару. Блюдо удалось.

— На вкус как вареное мясо. Это ч-что магия? — спросил Джем. — Как ты сделала мясо из овощей?

— Никакой магии, — улыбнулась я. — Из сои можно приготовить мясо. Сначала делается, так называемый, «соевый текстурат» – он похож на муку. Потом ее варят, сушат и измельчают. В итоге получаются кусочки, которые очень похожи на обычное мясо. Я рассказала рецепт повару, и он все сделал правильно, а главное – быстро.

— А можно еще? — Джем смотрел на меня голодными глазами. Бедный ребенок устал от полусырой картошки.

— Конечно, — кивнула я. — Это твоя тарелка, ешь. Только ложку возьми.

Джем схватил половник и накинулся на еду, я тоже перехватила пару кусочков, но на полноценный обед времени не было. Пора кормить нечисть, и я отправилась в Зимний сад.

Если честно, нервничала. Одно дело Джем и совсем другое – упыри и с вампалами. Вдруг они не оценят соевое мясо? Тогда придется добывать настоящее, а я к такому повороту не готова…

Мне предстояло убедить голодную нечисть, что они – вегетарианцы. Просто пока они не в курсе. Вот уже не знаю, кто в итоге больше удивится – они или я.

И это я еще молчу о вурдалаке. Его вообще ждал самый большой сюрприз. Впрочем, к нему я как раз нащупала подход и волновалась на его счет меньше всего.

Зимний сад встретил меня густой растительностью. Я с трудом открыла дверь – с той стороны ее подперла толстая ветка томатов. А вот это нехорошо. Как долго еще будет продолжать рост? Это же какие-то джунгли!

Продираясь сквозь овощные заросли, я кое-как нашла нечисть. Они сбились в кучку на пяточке свободном от растительности, но уходить не торопились. Я велела им ждать здесь, и они ждали. Вот это я понимаю – послушание.

— Ыда? — с надеждой в голосе встретили меня упыри.

— Все верно, — кивнула я. — Идемте, обед готов и ждет вас.

Они чуть не снесли меня с ног, когда бросились к двери.

— Меня-то подождите! — крикнула я им вдогонку. Но какое там… они уже были на полпути к кухне.

Пришлось бежать следом. Но как ни торопилась, добралась до кухни последней. А там уже началась пищевая вакханалия, а то и вовсе продуктовая оргия.

Джем составил тарелки вампалов на пол, и те, громко чавкая, поедали соевое мясо. Упыри ели со стола, но не менее активно.

Зря я переживала насчет сои, нечисть даже не осознала подмену. Бедняги перебивались редкой возможностью поесть – то крысу поймают, то птичку. Вряд ли им знаком вкус мясной вырезки. К тому же голодному все кажется вкусным, даже те блюда, которые он не особо любит.

Я ошиблась только в одном – мало приготовила. Но ничего, это легко исправить. Тем более с таким огородом.

Но одна проблема все-таки осталась – вурдалак. Пока все ели, он склонился над бокалом с красной жидкостью и вид у него при этом был ужасно недовольный.

— Уж простите, но я это пить не буду, — вурдалак одним пальцем брезгливо отодвинул от себя бокал. — Я все-таки вампир, а не какой-то комар. Мне нужна свежая кровь, а это… даже не знаю что.

В бокале был томатный сок, смешанный все с тем же соевым порошком. Соя – универсальный продукт. Помимо белка в ней еще много железа, а я где-то читала, что вампиры пьют кровь как раз ради него.

Вот и придумала соединить сою, как источник питательных веществ для вурдалака, с томатным соком для маскировки. Получилась практически «Кровавая Мэри», только безалкогольная. Остался сущий пустяк – заставить вурдалак выпить этот коктейль.

— Что-то ты слишком бледен, — зашла я издалека. — Я слышала, что аристократическая бледность вышла из моды. Нынче всем нравятся румяные. Очень жаль, — притворно вздохнула, — но, похоже, ты больше не актуальный, а значит, не будешь пользоваться успехом у дам. Ты же знаешь, какие мы… падкие на все модное.

— Как это – не буду пользоваться успехом? — занервничал вурдалак.

Он принялся щипать себя за щеки в попытке вернуть им румянец. Но это то же самое, что делать искусственное дыхание двухдневному трупу – абсолютно бесполезное занятие. Жизнь в это тело уже не вдохнуть.

— Так лучше? — спросил вурдалак.

— Ну-у-у, — протянула я.

Вурдалак заметался в поисках отражающей поверхности. Нашел начищенную до блеска сковороду, схватил и попытался использовать в качестве зеркала. Сковорода в самом деле неплохо отражала все вокруг. Кроме вурдалака.

Его этот факт жутко разозлил, и он в сердцах отбросил сковороду прочь.

— Утоплюсь! Повешусь! Отравлюсь! — заламывал руки вурдалак. — Какой смысл жить, если ты вышел из моды?!

Прямо Синди Кроуфорд в финале своей карьеры. Королева драмы, а не вурдалак.

И вот тут я обронила вроде как невзначай:

— Говорят, коктейль из томатов улучшает цвет лица.

Я еще не договорила, а вурдалак уже пил залпом «Кровавую Мэри» и причмокивал от удовольствия. Вот и славно, еще минус одна проблема. Теперь вурдалак тоже будет нормально питаться. Насколько нормальное питание вообще возможно для нечисти.

— Как я теперь? — уточнил он, допив.

Вопрос был адресован сразу ко всем. Я испугалась, что упыри или вампалы ляпнул лишнее, но они меня поддержали.

— Ыда, — похвалил главный упырь.

— Гыв! — согласились вампалы хором.

— Шикарно выглядишь, — кивнул Джем.

Вурдалак приосанился и стрельнул в меня глазками. Трагедия закончилась, он снова вернулся в строй.

Я, наконец, могла выдохнуть с облегчением. Миссия выполнена! Я сделала невозможное – накормила нечисть овощами.

Вампалы довольные валялись на полу сытыми пузами кверху. Упыри, икая, уползли в свою каморку, вздремнуть после обеда. Джем тоже выглядел осоловевшим. Давно жители замка так плотно не ели.

Но теперь так будет всегда. Схема уже отработана: Джем будет снабжать повара продуктами, а тот готовить еду по моему рецепту. Больше никакой голодной нечисти в Северном замке!

После обеда наступил тихий час, и я оставила всех, чтобы вернуться в Комнату. Меня ждал интересный квест – мне предстояло найти послание от Тьера, понятия не имея, как оно выглядит.

Вот и новая сказка в моих приключениях – поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что.

Глава 8. О том, что не каждая, на чьей голове корона, – королева

Хоть я и называла этот прием пищи обедом, по времени это был скорее ужин. Солнце уже зашло за горизонт, когда я оставила нечисть.

До коронации не так много времени. Я торопилась найти послание Тьера, чтобы понять – у него все вышло или нам нужен новый план.

В Комнате было на первый взгляд спокойно. Ничего не изменилось, разве что на спинке кресла висел новый наряд для меня. Но вряд ли платье – сообщение от Тьера.

Едва за мной закрылась дверь, как я ощутила острую нехватку чего-то. Сначала не могла понять чего, а потом осенило – компании.

С момента моего попадания в Северный замок я не была одна. Рядом всегда находился Амфи. Но теперь его нет, и я скучала. Надеюсь, у пернатого все в порядке. Я рассчитывала в ближайшее время увидеть его и сестер.

А пока осмотрела Комнату. Где-то здесь Тьер спрятал свое послание. Еще бы понять, где… Комната-то не маленькая, искать можно хоть целую неделю.

Тут я заметила листок на столе. Неужели все так просто? Какое-то тайное послание совсем не тайное.

Я взяла лист, развернула его и сразу поняла – сообщение не от Тьера. Здесь явственно чувствуется руки Этлины. Меня приглашали на коронацию в качестве почетной гостьи.

Этлина хотела, чтобы я лично видела, как Тьер достанется ей. А в конце приглашения она намекнула, что после коронации мне следует покинуть замок, так как мне здесь больше не рады.

— Ага, как же, — я смяла листок в кулаке, а затем бросила его в огонь.

Глядя, как пламя пожирает бумагу, представляла, что сделаю то же самое с Этлиной. А что, она же ведьма. В Средние века меня бы за такое даже не осудили.

Покончив с послание Этлины, я снова сосредоточилась на послании от Тьера и обратилась к Комнате:

— Ты же все видела, да? Дай мне подсказку, где искать. Это сэкономит время.

Комната зазвенела подвесками на люстре, и я сочла это согласием. Она подала мне первый знак – пошатнулась ширма, за которой стояла ванна. Я устремилась туда, но в ванне было пусто.

Но вдруг приоткрылся ящик комода.

— Послание там? Под бельем? — я принялась быстро вытаскивать вещи из комода, когда сквозняк шевельнул юбку наряда, висящего на кресле.

Я оставила комод и подошла к платью. В этом наряде я должна пойти на коронацию. Его мог принести Тьер, а вместе с ним и послание.

Я изучила платье вдоль и поперек, но не нашла даже карманов, не говоря уже о записке.

— Здесь ничего нет, — обиделась я. — Подумай еще – где Тьер спрятал послание для меня?

В ответ снова колыхнулась юбка платья. Похоже, Комната не понимает меня и просто хочет, чтобы я переоделась, как это было в прошлый раз.

— Да надену я это платье, надену, — проворчала. — Но сперва мне надо найти послание Тьера, а ты ни капельки не помогаешь.

Комната не менее ворчливо забренчала подвесками и затрясла юбкой платья, как цыганка грудью в танце. Только «ай, на-нэ» не хватало.

Затем Комната с шумом раздвинула одну из штор на окне. При этом свет звезд упал четно на платье, как будто она подсветила его софитами, как актера на сцене.

— Дзынь! Дзынь! Дзынь! — одновременно высказалась Комната.

У меня появилось нехорошее ощущение, что меня обозвали не очень умным человеком, и это я еще смягчила перевод.

— Ладно, — буркнула я, — посмотрю еще раз.

На этот раз я сняла платье с кресла. Я его и щупала, и трясла – ноль результата. В раздражении отбросила наряд за спину и приготовилась высказать Комнате на тему – это еще вопрос кто здесь не умный. Но тут взгляд зацепился за сапожки.

Они шли в дополнение к наряду. Стояли себе скромно рядом с креслом. А ведь в обувь легко спрятать записку.

Я схватила сапоги и всунула руку в каждый по очереди. Ощупала там все. Даже стельки вытащила – пусто.

Да что ж такое! Я швырнула сапоги к платью. Ненавижу ребусы. Тьер мог бы и намекнуть, где будет послание. А, может, он не сумел его передать?

Я совсем уж было расстроилась, но тут я присмотрелась к валяющемуся сапогу. Он упал на бок, подошвой ко мне, и вот на ней я заметила письмена. Тьер написал послание для меня на подошве обуви? А он, однако, оригинал.

— Вот оно! — обрадовалась я. — Послание от Тьера.

— Дзы-ы-ынь, — выдохнула Комната с облегчением.

Все это время она честно указывала мне на сапоги. Не ее вина, что я поняла не сразу.

Я ползком добралась до сапог, схватила их и, наконец, прочла послание. На левой было написано, что все получилось, и я могу не волноваться. Конкретики не было, но я поняла, что Тьеру удалось подменить корону.

Это была именно та новость, которую я ждала. Но Тьер добавил кое-что еще на подошве второй сапога.

«Я лучше проживу несколько дней с тобой, чем долгие годы с ней» – прочитала я вторую часть послания. Тьер был готов отказаться от жизни ради меня. Но я верила, что такая жертва не потребуется. Скоро Амфи приведет Элю, и она спасет Тьера от осколка в сердце. Мы обязательно будем вместе. Я ни капли в этом не сомневалась.

Время до коронации пролетело быстро. Впервые мне не спалось. Прежде я не знала, что такое бессонница. Могла уснуть, где угодно. Один раз даже спала на ступенях вокзала, когда наш поезд отменили.

Но сегодня что-то пошло не так. Я слишком волновалась, и сон не шел. Устав бороться с организмом, я караулила у окна – вдруг Амфи вернется? Если он приведет Элю до коронации, та вовсе может не состояться. Но увы, небо было чистым.

— Дзынь, — Комната мягко позвала меня, напоминая – пора собираться.

— Иду, — вздохнула я.

На этот раз Комнате не пришлось уговаривать меня нарядиться. Я сама хотела выглядеть как можно более эффектно. Этлина тоже наверняка подготовилась к коронации по высшему разряду. Вряд ли мне удастся ее затмить, но хоть буду с ней на одном уровне.

Не знаю, кто выбирал мне платье – Комната или Тьер – но оно было прекрасно. Голубая ткань с шитьем мелким узором, обшитая по краям нежным белым кружевом и такой же кружевной пояс. Юбка фалдами, пышная благодаря подъюбнику, в сочетание с закрытым верхом и длинными немного расклешенными рукавами.

А еще к наряду прилагалась небольшая тиара в тон, украшенная драгоценными камнями. Так у меня была своя корона.

Я дополнила образ распущенными волосами и надела сапожки с посланием от Тьера. Слова на их подошве добавляли мне уверенности. Оно поможет пережить этот день.

Я шла, а на моих пятках сверкало признание от Тьера. Длинная юбка скрывала его, но мне было достаточно, что я знаю – оно там есть. Вот бы пнуть Этлину под зад этой подошвой. Да так, чтобы на ее заду отпечатались слова Тьера.

Эх, мечты, мечты. Я напомнила себе, что вообще я – девочка. Нежная и трепетная, как лань. Иногда бываю… если не выводить меня из себя. И вообще фея от ведьмы отличается только настроением.

Около входа в святилище меня поджидал Джем. Нечисть уже была внутри. Под ручку с троллем я спокойно прошла мимо них. Во-первых, они были сыты, а во-вторых, они не идиоты, чтобы кусать кормящую их руку. Наоборот, для нечисти я теперь кто-то вроде миссии. Они смотрели на меня с обожанием.

Мы с Джемом остановились возле возвышения для коронации, на котором уже стоял Тьер. Принц буквально пожирал меня глазами. Мой наряд явно пришелся ему по вкусу, и он был не против помочь мне его снять.

Но вот дверь святилища снова открылась. На этот раз впуская Этлину. Все головы как по команде повернулись к ней. Я, конечно, тоже посмотрела.

В первую секунду почудилось, что это новая разновидность нечисти пожаловала на коронацию. Вроде девушка, в красивом золотом платье, но вот голова… какой-то разноцветный взрыв на макаронной фабрике.

Короткие яркие пряди торчали ирокезом в разные стороны, словно их хозяйку ударило током. Этакое праздничное воронье гнездо. Я насчитала несколько сочных оттенков – бордо, желтый, зеленый, сиреневый. Панки умерли бы от зависти.

Я смотрела на это буйство красок с открытым ртом, как и все собравшиеся. Лишь спустя минуту пришла в себя и опустила взгляд ниже – с волос на лицо. Тогда и узнала Этлину. Похоже, она все-таки воспользовалась советом Тьера и навестила русалку. Только та могла сотворить… такое.

Зря я волновалась о своем внешнем виде. Я переживала, что Этлина меня затмит. Что ж, в каком-то смысле так и произошло. Вот только я бы не хотела подобной славы.

— Пфф-кхм, — то ли засмеялся, то ли кашлянул Тьер.

Я его отлично понимала: увидеть такое и сдержать смех – подвиг. Джем вот не справился – заржал в полный голос, и нечисть поддержала его хихиканьем.

Этлина прожгла каждого по очереди взглядом, и смех быстро стих. В гробовой тишине она двинулась по проходу к Тьеру.

Я вспомнила, как сама шла вот так же. Этлине, как и мне, предстояло миновать нечисть, а это не так просто. Я с предвкушением ждала, как она справится.

Идя на коронацию, я все думала – зачем мне это? Лучше бы отсиделась в Комнате. Смотреть, как мой принц надевает корону на голову другой – это чистой воды мазохизм.

Но теперь я была рада, что пришла. Такое шоу чуть не пропустила!

Феерическим появлением Этлины с новой прической дело не ограничилось. Вот она сделала первый шаг к возвышению и оказалась между четырех вампалов – по два с каждой стороны. Вампалы, может, и не совсем собаки, но тоже очень верные.

— Гыв! — рявкнув на весь зал, Серый схватил Этлину за край юбки и затряс головой.

Раздался треск – это надорвалась платье. Теперь оно уже не было таким шикарным.

— Пошло прочь, блохастое чудовище! — заголосила Этлина.

Она не нашла ничего лучше, чем ухватиться за юбку и дернуть ее на себя. Треск усилился, и в зубах вампала остался лоскут золотой ткани.

— Гыв! Гыв! Гыв! — поддержали вожака другие вампалы и тоже наметились на юбку Этлины.

В итоге ей пришлось призвать магию, чтобы отбиться от недружелюбной стаи. Ею же Этлина угрожала упырям, которые пытались откусить ей хоть одну конечность.

Между прочим, так нечестно. У меня магии не было, но я как-то справилась. И даже платье не пострадало!

На пути Этлины остался только вурдалак, и она погасила магию на кончиках пальцев, не посчитав его угрозой. А вот и зря. Вурдалак, конечно, выглядит бледно на фоне вампалов и упырей – тощий и немощный. Но у него своя фишка – его ухаживания способны довести до истерики любую.

— Душечка, — стрельнул вурдалак глазками в Этлину, а они у него, между прочим, маленькие и красные – то еще сочетание. — Вы очаровательны, а я так вовсе бесподобен. Позвольте облобызать вашу ручку.

— Ч-чего? — Этлина аж начала заикаться, как Джем.

— Предлагаю слиться в любовном экстазе, — на этих словах вурдалак сложил губы трубочкой и потянулся к Этлине за поцелуем.

Стая вампалов с упырям, отгрызающими конечности, и вполовину так не испугали Этлину, как поцелуй с вурдалаком. Она даже о магии забыла. Взвизгнула, подхватила юбку повыше и побежала скорее к Тьеру.

— Страшила! — обозвала Этлина напоследок вурдалака.

Но в этот раз он не растерялся:

— На себя бы посмотрела, — фыркнул он и пояснил для всех: — Я вообще из чистого сострадания обратил на нее внимание.

Но Этлина уже не слышала, она выговаривала Тьеру:

— Почему ты не помог мне? — возмутилась она.

— Будущая королева должна сама пройти этот путь, — пожал он плечами. О том, как он веселился, наблюдая за ее потугами, Тьер умолчал.

— Ты же не думал, что кучка нечисти меня остановит? — фыркнула Этлина. — Где моя корона? Пора тебе возложить ее на мою голову и объявить меня своей королевой.

Тьер взял корону с пьедестала и повернулся к Этлине. Он поднял руки, намериваясь возложить корону ей на голову, но в последний момент ведьма сделала шаг назад.

— Сперва пусть кто-то другой примерит корону, — заявила она.

— С ума сошла?! — возмутился Тьер. — Корона превратит в камень любого кроме тебя.

— А как еще проверить, что корона настоящая? — заупрямилась Этлина. — Вдруг ты хочешь меня обмануть?

Надо же, какая проницательная. Догадалась. Признаться, я испугалась. Наш с Тьером план трещал по швам. Сейчас Этлина поймет, что корона – копия, потребует настоящую, и коронация состоится. Ведьма станет истинной правительницей Северного замка! И что потом делать?

Пока я паниковала, Тьер не растерялся и заявил:

— Я не могу позволить, чтобы пострадал кто-то из моих подданных. Если таково твое требование, я сам примерю корону.

— Но ведь ты окаменеешь! Зачем мне каменный муж? — нахмурилась Этлина.

— Либо так, либо тебе придется поверить мне на слово.

Этлина сощурилась, а потом выпалила:

— Примеряй!

Она брала Тьера на слабо, но и он тоже был не так прост. Поднял корону над своей головой и начал медленно опускать. Еще немного – и наденет.

И я, и Тьер были в курсе, что ему ничего не грозит. Волновались только об одном – что наш обман вскроется.

Другое дело Этлина. Она не знала наверняка убьет корона Тьера или нет. Если она хоть немного любила его, то должна была остановить. На это был расчет.

И он сработал.

— Стой! — Этлина не выдержала в последний момент. — Я верю тебе. Не надо ничего доказывать. Давай уже закончим с коронацией.

Я тихонечко выдохнула, сложив губы трубочкой. Фух, пронесло. Мы были на волосок от провала. Повезло, что Этлина не готова потерять Тьера.

Но вот корона опустилась на голову ведьмы, естественно, не причинив ей вреда.

Этлина гордо расправила плечи и повернулась лицом в зал.

— Теперь я – ваша королева! — произнесла она.

Заявление было громкое. Но фурор, на который рассчитывала Этлина, оно не произвело. Вместо бурных оваций ее практически освистали.

— Рыыы, — выразили свою позицию вампалы.

— Ыда, — фыркнули упыри, как бы говоря – да какая из тебя королева.

— Видал я королев и получше, — поддержал их вурдалак.

Выразив свое мнение, нечисть вовсе развернулась и дружно покинула святилище. Это было фиаско.

— Стойте! Куда? — кричала им вслед Этлина.  — Вы что, слепые? Не видите, что на моей голове корона?

Но никто даже не обернулся. Только Серый вампал остановился у двери, задрал заднюю лапу и помочился с таким видом, словно на месте дверного косяка представлял Этлину.

В другое время я бы непременно отчитала его за это. Гадить в замке запрещено! Должна же быть какая-то культура.

Но сейчас промолчала, так как понимала – это не дурное воспитание вампала, а выражение его гражданской позиции. Нечисть не приняла королеву. Оказывается, недостаточно нацепить на голову корону, надо еще чтобы подданные были тобой довольны.

Возможно, сыграла роль подмена короны. Будь она настоящей, жителям замка пришлось бы склонить головы перед Этлиной, а так у них была свобода выбора.

Вскоре в зале осталось четверо – я, Тьер, Джем и сама Этлина. Плюс где-то под потолком еще завис паук-волхв, но с ним никто из нас предпочел бы не встречаться.

— Да я их… в порошок сотру! — ругалась Этлина, брызжа слюной. — В слизней превращу! Мало им было стать нечистью. Со мной так нельзя!

— А с ними, значит, так было можно… — пробормотала я.

— Ты что-то сказала? — Этлина повернулась ко мне.

— Только то, что им не за что тебя любить. Ты превратила их в нечисть. Естественно, они тебя ненавидят за это.

— Не хотят любить, тогда пусть боятся. Я еще поставлю вас всех на колени, — заявила она, а потом повернулась к Тьеру. — Не пора ли исполнить пророчество, дорогой, и зачать наследника?

Воу, воу, полегче! Вот это она торопится. Похоже, Этлине не терпится заполучить Тьера, а коронация была чем-то вроде прелюдии. Но она ошибается, если думает, что я позволю ей хоть пальцем коснуться Тьера. Это мой принц. Руки прочь!

— Ты бы привела себя сначала в порядок, подруга, — заметила я. — А то эта прическа и порванное платье не очень-то настраивают на романтический лад.

— Я у тебя совета не просила, — огрызнулась Этлина, но волосы попыталась пригладить. Вот только ирокез быстро вернулся в вертикальное положение, а корона съехала на бок.

Тьер скривился. Весь его вид как бы говорил – и это моя невеста… за какие грехи она мне досталась? При желании Тьер умел включить принца – этакого сноба-аристократа с заносчивыми манерами. Мне ли не знать, со мной он тоже был таким поначалу. Это здорово выводило из себя.

На Этлине это тоже сказалось. Она заметила выражение лица Тьера и занервничала. Как любой женщине, ей хотелось быть красивой и желанной для своего мужчины. А тут Тьер смотрит как на жабу. Это окончательно выбило Этлину из колеи.

— Мне понадобится немного времени, чтобы принять ванну и переодеться, — произнесла Этлина. — Жду тебя в своей спальне, Тьер, через полчаса. Надеюсь, ты не будешь увиливать от супружеского долга. В твоих же интересах, чтобы пророчество сбылось поскорее, пока ты еще можешь спасти брата.

После этих слов она гордой походкой прошла к выходу. Уже возле двери Этлина обернулась и добавила:

— И не забудь принести брачный обруч. Пора мне стать твоей законной супругой.

Наконец, она ушла, хлопнув дверью, а я вслед пожелала ей провалиться сквозь землю. Но надеяться на счастливый случай нельзя, надо самой что-то делать.

Не бывать этой брачной ночи. Я не допущу!

Глава 9. О том, как расстроить чужую брачную ночь

— Ты же не пойдешь к ней в спальню? — на этот раз уже я уперла руки в бока.

Настрой у меня был ого-го какой решительный. Что за дела – мы еще даже не женаты, а мой принц уже изменяет? Меня это категорически не устраивает!

— А что, есть альтернатива? — усмехнулся Тьер, явно намекая на мою спальню.

— Можешь спать в Комнате на диване, — великодушно предложила я.

А что он думал? Пусть сначала женится. А то знаю я таких – наобещают с три короба, а потом ищи их.

— Она найдет меня и там, — заметил Тьер, имея в виду Этлину.

Согласна, это проблема. Этлина настроена заполучить Тьера этой ночью. Я вообразила, как она врывается в мою спальню в поисках Тьера, а он прячется под кроватью. Чем-то это похоже на анекдот, когда муж возвращается из отпуска раньше срока. Только вряд ли нам будет весело.

— А г-где настоящая корона? — вопрос Джема вернул меня в реальность.

Тьер ответил на него без слов – указав на потолок святилища. Мы дружно запрокинули головы и посмотрели наверх.

Крышу святилища было невидно. Все из-за густой паутины. У меня аж мурашки побежали по спине. Я не арахнофоб, но этот паук пугал меня до икоты. А ведь я его еще ни разу не видела и, надеюсь, не увижу.

Но следующие слова Тьера разрушили надежду:

— Надо забрать корону, — заявил он. — И спрятать, как следует, чтобы Этлина ее не нашла.

— Но… как… — прошептала я, ежась от ужаса.

— Для начала приманим волхва. Он любит все блестящее. Не паук, а сорока. Дай мне свою тиару, — Тьер протянул ко мне руку.

Я, вздохнув, сняла тиару с головы и передала ему. Она мне нравилась, но чем только не пожертвуешь ради дела.

Тьер положил тиару на алтарь так, чтобы лучи восходящего солнца падали на камни и искрились в них. Хорошая получилась приманка.

— А теперь прячемся, — взяв за руку, Тьер увел меня за колонну.

Джем скрылся за соседней. Так мы с Тьером остались вдвоем. Он прижал меня к колонне своим телом, разумеется, исключительно в целях конспирации. Хотя руки Тьера на моей талии все же были лишними. Вряд ли они помогали делу.

— Прекрати, — потребовала я, проявляя чудеса стойкости. Очень сложно быть высокоморальной, когда желанный мужчина так близко, что чувствуешь его дыхание на своей щеке.

— Что именно я должен прекратить? — невинно поинтересовался Тьера, опуская ладони ниже – на мою пятую точку.

— Ты трогаешь меня. Сейчас для этого не время. Мы все-таки охотимся на огромного паука, — напомнила я.

— Это отказ? — Тьер насмешливо приподнял брови. — У меня ведь есть альтернатива…

Это он намекнул на Этлину. Каков! Чистый тролль… Даже в такой ситуации умудряется меня подколоть.

— Это шантаж! — возмутилась я.

— И вымогательство, — согласился он и наклонился, чтобы поцеловать меня.

Вот только его губы так и не успели коснуться моих. Все потому, что за колонной раздался шорох.

Игривое настроение мигом слетело с Тьера. Он стал серьезным и собранным.

— Не выходи. Это может быть опасно, — велел он мне, а сам шагнул из-за колонны на открытое пространство. — Приветствую тебя, волхв, — обратился Тьер к пауку. — Тебе нравится мой подарок? Забирай. Взамен я прощу – верни мне корону каменной девы.

Я не сдержала любопытства и выглянула из-за колонны. А как тут устоять и хоть одним глазком не взглянуть на суперпаука? У меня такой силы воли точно нет.

— О-ох, — возглас вырвался против воли. Просто воздух резко покинул легкие от шока.

Паук был громадным. Нет, даже не так. Он был ГРОМАДНЫМ. Как двухэтажный дом. Этакий особняк на восьми мохнатых лапках. Избушка на паучьих ножках.

Мало ног, так у него и глаз было восемь! Круглых и непроглядно черных. К ногам и глазам прилагалось толстое брюшко и спина с черно-белым черепом. Чтобы сразу было понятно – не подходи, убьет.

Шорк, шорк, шорк – быстро перебирая лапками, паук направился ко мне. Чем-то я его привлекла. Может, красивым платьем, а может и аппетитным видом.

— Нет, стой! — Тьер перегородил пауку дорогу, но тот просто выпустил в него паутину, вмиг спеленав по рукам и ногам.

На помощь к Тьеру подбежал Джем, но пока они боролись с липкой паутиной, паук уже добрался до меня. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его морду. Он возвышался надо мной Эверестом.

— Ой, мамочки, — прошептала я и вскинула руки в защитном жесте.

И вот тут что-то произошло… С моих пальцев сорвался туман и окутал голову паука.

От сильного испуга меня аж затошнило. Паук выглядел максимально опасным. Ни упыри, ни вампалы ему в подметки не годились. Впервые ощутила, что все, шутки кончились, вот сейчас я могу погибнуть.

Только страхом можно объяснить то, что я сделала. Это произошло само по себе, как будто включилась защитная функция организма. Каждый реагирует на страх по-своему – кто-то замирает, кто-то бежит, а я выпускаю серый дым… Звучит не очень прилично, но мне в тот момент было плевать. Помогло и ладно.

Дым, сорвавшись с моих пальцев, устремился к пауку. Он коконом окутал его голову, словно сам паук угодил в паутину тумана. За этой плотной завесой я не видела его морду, а каково было пауку? Он же фактически ослеп.

Но он, как ни странно, паук не проявлял беспокойства. Просто застыл на одном месте и все.

Зато мой страх отступил. С туманом вместо головы паук выглядел уже не так жутко, а даже немного забавно.

— Брысь! — замахала я на него руками в попытке прогнать. Глупо, но ничего более дельного на ум не пришло.

И вдруг – удивительное дело! — паук попятился. Он вернулся к алтарю и замер уже там. Ну просто послушный солдатик, выполняет приказы командира. Красота.

— Ты цела? — ко мне подбежал освободившийся из паутины Тьер. — Что с ним? — разглядел он паука. — Это ты сделала?

— Вроде я, — осторожно кивнула.

Паук все еще стоял у алтаря, как зомби в ожидании приказа. Ни единого лишнего движения. Аж захотелось потыкать в него палкой, проверяя – живой ли?

— Это т-тоже часть твоего Дара! — обрадовался Джем.

Ох, я совсем забыла о том, что у меня вообще-то есть Дар. Не превращаюсь в ничто и ладно. Но тут выясняется, что я еще и такое могу. А, кстати, что я собственно сделала?

— Прикажи ему что-нибудь, — предложил Тьер.

— Отдай настоящую корону каменной девы, — сказала я и добавила на всякий случай: — пожалуйста.

Едва я умолкла, как паук зацепился за свисающую паутину с потолка и полез наверх. Я разочаровано вздохнула. С чего я решила, что могу управлять жутким монстром? Он вон какой огромный и страшный, куда мне.

Но унывала я недолго. Ведь уже в следующую секунду чуть не свалилась с инфарктом. Нельзя же так пугать! Передо мной свесилась жирная волосатая паучья лапа, а на ее конце болталась корона.

Трясущимися руками я забрала корону, и лапа исчезла. Еще немного – и я начну заикаться, как Джем. Северный замок меня доконает.

— Т-ты затуманила ему разум и подчинила его себе! — продолжил ликовать Джем.

Я посмотрела на Тьера, и он кивнул:

— Похоже, братишка прав. Это часть твоего Дара. Тебе под силу управлять другими.

— Вот только я понятия не имею, как это повторить, — призналась я.

— Ничего, научишься.

— Вот бы так с Этлиной, — мечтательно вздохнула я, представляя, как заставляю ведьму полоть грядки. Была бы у меня личная служанка. Эх, зажила бы…

Срочно надо учиться владеть своим Даром! Затуманить разум ведьмы сложнее, чем разум паука. Она в ответ может ударить магией. Надо быть уверенной в своих силах, чтобы выступить против Этлины.

— Он теперь всегда таким будет? — уточнила я судьбу паука.

Здорово, конечно, что мне удалось его подчинить, но даже такому монстру я не хочу навредить своей магией. В конце концов, паук – это бывший волхв. Не его вина, что он стал таким.

— Магия скоро рассеется, если ты не будешь ее поддерживать, — успокоил Тьер.

Я выдохнула с облегчением и передала корону каменной девы Тьеру, чтобы он ее спрятал. Пусть хоть в жерло вулкана ее сбросит. Главное, чтобы ни Этлина, ни даже я не знали, где ее искать.

Тьер ушел, и у меня тоже было дело – мне предстояло сделать все возможное, чтобы брачная ночь не состоялась. И мне потребуются помощники.

Я шла к спальне Этлина широким размашистым шагом. За мной даже Джем еле поспевал. Не знаю, что я собиралась делать. Одно точно – настроена была на военные действия.

Но за последним поворотом меня ждал сюрприз – дверь спальни Этлины, облепленная нечистью так, словно они мухи, слетевшиеся на… Я – воспитанная девочки и не скажу этого вслух, но, конечно, имею в виду совсем не мед.

Нечисть не просто сидела возле двери, они ее подпирали. Упыри тощими плечами, а вампалы – мохнатыми задами. Буквально все навалились на дверь и держали. Словно это не спальня, а ящик Пандоры – если откроется, то на свободу вырвутся все беды мира и всем конец.

— Что происходит? — уточнила я.

— Ыда, — кивнул главный упырь на дверь и добавил гордо: — Ыда!

Я отлично его поняла: Этлина пытается выйти, чтобы найти Тьера и заставить его исполнить супружеский долг, но нечисть ее не пускает.

Похвалить их за рвение я не успела. С той стороны двери раздался громогласный – бабах! Аж стены вздрогнули. Нечисть устояла, дверь пока тоже. Похоже, Этлина уже бьет в нее тараном. Еще немного – и прорвется.

Так дело не пойдет. Моей команде срочно требуется помощь. Кто-то очень большой, очень сильный и абсолютно непробиваемый. Кто-то умеющий лучше всех защищать двери. Кто-то, мимо кого не проскользнет даже мышь.

— Голем! — выпалила я так, что нечисть дружно вздрогнула. — Вот кто ее остановит. Держитесь, — велела я, — скоро вернусь.

Подхватив юбку, я поспешила к лестнице на первый этаж. Джем хотел остаться с нечистью, помогать им удерживать Этлину взаперти, но я позвала его с собой. У меня были на него планы.

Я бежала, считая повороты про себя. Вот и длинный коридор с картинами – хороший знак, что мы не заблудились. Прямо за ним лестница. Я вылетела на нее на полном ходу. Пришлось даже притормозить, а то еще упаду и сломаю шею. Нет уж, такой подарок я Этлине не сделаю!

Спустившись на первый этаж, мы с Джемом оказались прямо перед выходом и, естественно, дорогу нам тут же перекрыл голем.

— Выхода нет, — строго напомнил он.

— Да знаю я, знаю, — махнула рукой. — Фу-ух, — отдышалась после бега и лишь после этого сказала: — Тут такое дело… мне нужна твоя помощь. Одна противная ведьма, между прочим, та самая, что превратила тебя в это, собирается выйти из комнаты, а я не хочу ее выпускать. Это вроде по твоей части – не выпускать. Ты в этом мастер. Может, покараулишь возле ее двери?

Голем задумчиво почесал затылок. В прошлый раз мы с ним немного повздорили, но вроде помирились. Я надеялась, что он простил мне ту прогулку под солнечными лучами. Я вернула все, как было!

— Выход… — в конце концов, кивнул на дверь голем.

Я догадалась, на что он намекает. Голем не может оставить вход в замок без присмотра. Кто будет его охранять?

С самого начала я знала, что так будет. Голем не из тех, кто бросает свой пост. Поэтому и попросила Джема пойти со мной. На него я возлагала все надежды. За вход не переживала. Замок не проходной двор, здесь редко бывают гости. Точнее никогда. Этлина – исключение.

— Пока тебя не будет, на страже постоит Джем, — сказала я. — Тролль такой же сильный, как ты. Он справится.

Голем окинул задумчивым взглядом Джема. Мальчишка расправил плечи и приподнял голову, чтобы казаться еще выше и шире. Образ тролля внушал уважение – этакий зеленый шкаф, только не из дерева, а из мускулов.

Не в последнюю очередь благодаря мышцам Джем прошел проверку. Голем кивнул, принимая мои условия, и отступил от двери. Джем тут же занял его место.

— Постой здесь, посторожи, — шепнула я мальчику. — Я освобожу тебя от этой обязанности при первой же возможности.

— Не волнуйся за меня, — успокоил он. — Это легкое задание, я справлюсь.

— В этом я не сомневалась, — кивнула.

Заполучив голема, я повела его к спальне Этлины. С таким стражем она не скоро оттуда выберется.

Мы с големом добрались до цели как раз вовремя. Силы нечисти были уже на исходе. Дверь тоже дала трещину. Еще пара ударов – и развалится на деревяшки.

Собственно, это с ней и случилось, когда голем занял свой сторожевой пост. Новый удар стал для двери последним – она с треском лопнула посередине. Две ее части упали в стороны, и мы увидели победно улыбающуюся Этлину.

— Вам меня не удержать, — заявила она и сделала шаг навстречу свободе.

Вот только порог она так и не пересекла. Голем донял глиняную руку, вытянул ее вперед, да так, что Этлина уперлась лбом точно в его ладонь.

— Выхода нет, — поставил ее в известность голем.

— Да как ты смеешь! — пришла в ярость Этлина.

Она снова дернулась вперед, но голем держал крепко. В результате ее ноги просто ехали по полу, но сама Этлина оставалась на месте. Осознав это, она принялась размахивать руками в попытке помочь себе. Со стороны она походила на взбесившуюся мельницу, но толку от этого не было. Такую махину, как голема не сдвинуть.

Наблюдать за потугами Этлины было забавно. Нечисть веселилась вовсю, даже уходить не собиралась. Стояли все дружно кружком и смотрели. Только попкорна не хватало.

— Гы-гы-гы, — хихикали вампалы.

— Ыд-а-а-а, — из уст упырей это прозвучало как «вот умора».

Один вурдалак печалился. Видимо, переживал за даму. Он еще тот меланхолик.

Лично я была на стороне вампалов и упырей – мне тоже было весело. Говорят, можно вечно смотреть на огонь и воду. А я могла бы вечно смотреть на безуспешные потуги Этлины выбраться из комнаты.

Подобного обращения она вынести не могла и рассвирепела еще сильнее. В итоге Этлина вспомнила о магии. На кончиках ее пальцев появились уже знакомые разноцветные всполохи, и я испугалась за голема. Как бы ведьма ему не навредила!

Но что-то предпринять я не успела. Этлина оказалась проворнее. Взяла и запустила магическую молнию прямо в грудь голему. Та ударила со всей силы. Я аж зажмурилась от страха.

Когда открывала глаза, боялась увидеть на месте голема кучку пепла. Я себя не прощу, если он пострадает по моей вине. Но, оказывается, переживала зря. Голем стоял на месте и все так же держал Этлины, не позволяя ей выйти.

Магия ударила его в грудь, но почти не причинила вреда. Жуткая молния Этлины рассыпалась искрами, встретившись с глиной. На месте удара осталась лишь небольшая вмятина.

Но Этлина не сдавалась. Она послала новую молнию. А потом еще и еще. Вмятина в груди голема росла, и это мне категорически не нравилось. Если так пойдет дальше, Этлина проделает в нем дыру. Ничем хорошим это не закончится.

Надо было что-то срочно предпринять. Вот если бы затуманить Этлине разум, как я сделала это с пауком… Прямо сейчас она занята големом, ей не до чего. Я могу подобраться к ней и незаметно применить свой Дар.

Бочком-бочком я придвинулась к двери и спряталась за спиной голема. Благо он такой огромный, что за ним мог поместиться целый взвод.

Я подняла руку и пошевелила пальцами. В прошлый раз туман слетел с их кончиков, совсем как разноцветные всполохи с пальцев Этлины. Понять бы еще, как вызвать этот туман.

Я пощелкали пальцами, словно это зажигалка, и я пытаюсь высечь искру. Результат был один – от долгого щелканья пальцы свело судорогой.

Хм, надо что-то другое. Я сосредоточилась и представила, как появляется туман. Чтобы помочь ему, подула на руку, как если бы раздувала пламя, но это тоже не помогло.

Чего я только не делала – трясла рукой, сжимала кулаки, скрючивала пальцами в неведомую кракозябру – все мимо. А Этлина между тем метнула очередную особо сильную молнию в голема, и тот пошатнулся.

Я, стоя прямо за глиняным истуканом, ощутила на себе отголосок удара магией и испугалась. В ту же секунду с моих пальцев сорвался кокон тумана и рванул к Этлине. Он окружил ее голову, и ведьма резко прекратила сопротивление.

Похоже, мой катализатор – страх. Плюс в том, что теперь я знаю, как пользоваться своей магией. Минус тоже есть – если меня каждый раз пугать, скоро начнется нервный тик. Буду с магией и дергающимся глазом. И чего мне так везет?

Глава 10. О том, что у любого лечения есть побочный эффект

Едва туман поглотил голову Этлины, как ведьма замерла и прекратила всякое сопротивление. Ее руки опустились вдоль тела, и сама она вся обмякла.

— У-у-у-у, — дружно протянула нечисть и с уважением посмотрела на меня. Мой магический трюк явно пришелся всем по вкусу.

Вот так-то! Пусть знают, что со мной не забалуешь. Теперь осталось придумать приказ для Этлины. Чем же ее занять... А, может, сделать кое-что получше?

Мое светлую голову посетила гениальная идея. Этлина хочет брачной ночи с Тьером. Так я дам ей эту ночь. А точнее – воспоминания о ней. Пусть Этлина думает, что все было. На какое-то время ей этого хватит. А там, глядишь, мои сестры появятся. Надо только правильно сформулировать приказ…

— Этлина, — произнесла я четко и громко, — возвращайся в спальню. Там тебя ждет Тьер. Сейчас состоится ваша брачная ночь, и ты запомнишь ее в мельчайших подробностях.

Почудилось, ведьма не послушается. Неужели ее магия разрушит мою?

Несколько секунд она не двигалась, и я испугалась, что все пропало. Но вот Этлина развернулась на пятках и двинулась к кровати. Так как двери в комнату больше не было, мы могли наблюдать за происходящим.

— Тьер, ты пришел, — сказала Этлина пустому месту, а потом протянула руки и обняла воздух.

Дальше была сцена из фильма для взрослых, а конкретно – для извращенных взрослых. Я бы назвала ее «Интим с призраком». Этлина целовалась с пустотой, свято веря, что это Тьер.

— Я не могу на это смотреть! — первым не выдержал вурдалак.

Я сама планировала уйти и оставить Этлину наедине с ее фантазиями. Подсматривать – это не мое. Хорошо еще с нами нет Джема. Как знала, что ему лучше побыть в холле.

— Ты прав, — кивнула я вурдалаку, — подглядывать плохо.

— Вообще-то я имел в виду другое, — заявил он. — Кто-то должен составить ей компанию, и я готов пожертвовать своим прекрасным телом.

— Ыда? — упыри и те усомнились в прекрасности тела вурдалака.

Я же вежливо промолчала, помня, какой он ранимый.

— А что, — подбоченился вурдалак, — мы с Тьером похожи. Все-таки дальние родственники. Я готов пойти на брачное ложе вместо него.

Я вспомнила Тьера, посмотрела на вурдалака, и у меня вырвался нервный смешок. А потом мне стало жалко Этлину. Просыпается она, значит, утром после брачной ночи, тянется поцеловать Тьера, а там…

Наверное, я могла убить ведьму. Вурдалак в постели кого хочешь добьет. Но вот беда – нет по мне такой кровожадности. И вообще это как-то аморально, что ли.

Хватит того, что Этлина застряла в своих фантазиях. Когда мой туман развеется, она будет уверена, что брачная ночь состоялась. Чужак в постели пошатнет эту уверенность.

Отговаривать вурдалака бесполезно, но я точно знала, как его переубедить.

— Она тебя недостойна, — сказала я ему. — Ты найдешь кого получше.

— Пожалуй, ты права, — со вздохом согласился он.

Продолжить диалог помешало феерическое появление Джема. Он выбежал из-за поворота на полном ходу, его занесло на вираже, и он чуть не упал, но в последний момент вернул равновесие.

Наконец, он остановился и, шумно дыша, указал пальцем себе за спину:

— Т-т-т-там… — от переизбытка эмоций Джем стал заикаться пуще прежнего и не мог толком объяснить, что стряслось.

Первым отреагировал голем:

— Выход? — строго спросил он, а потом с осуждением посмотрел на меня. Мол, ты же обещала, что все будет в порядке.

Махнув на нас рукой, голем потопал на свое рабочее место. Наши разборки его мало беспокоили, а выход без присмотра – очень даже.

— Да что стряслось?! — всплеснула я руками.

Джем уже отдышался и хотел ответить, но тут повернул голову и случайно заглянул в спальню Этлины. А там брачная ночь на одну персону как раз была в самом разгаре.

— Ч-чего это она? — пробормотал Джем.

Ох, я совсем забыла про ведьму. Моя жизнь стала такой насыщенной в последнее время. Не успеваю за всем следить.

— А ну все кыш отсюда, — замахала я руками. — Тоже мне устроили просмотр… шоу.

Лишь когда мы отошли на безопасное расстояние от спальни Этлины, чтобы не только не видеть, но и не слышать ничего, я снова спросила Джема, что случилось.

— Амфи вернулся, — сообщил мальчишка.

— Так что же ты молчал?! Где он?

— Они, — поправил меня Джем. — В т-твоей спальне.

— Срочно найдите Тьера и приведи его ко мне, — велела я нечисти, а сама устремилась скорее в свою Комнату.

Судя по словам Джема, Амфи удалось найти моих сестер. И сейчас они ждут меня там.

Нечисть разошлась по замку в поисках Тьера, а я снова торопилась. На этот раз в собственную спальню. В последнее время передвигаюсь по Северному замку исключительно бегом. Еще немного – и стану спортсменкой.

Комната открыла мне дверь, едва я появилась в коридоре. Она была взволнована не меньше моего. Подвески аж заходились в звоне, приветствуя мое возвращение.

Ворвавшись внутрь, я огляделась по сторонам. Первым заметила Амфи. Его вообще сложно не заметить. Из-за разноцветных перьев он бросается в глаза. Комната молодец – признала его и впустила.

— Амфи, ты вернулся! — обрадовалась я.

Но еще до того, как обняла пернатого, меня саму заключили в крепкие объятия и прижали к груди.

— Узнаю эти сильные руки, — прохрипела я, слегка придушенная чужими руками.

— Аля, сестренка, ты жива! Дай на тебя посмотреть, — Эля отпустила меня, но лишь затем, чтобы заглянуть в лицо. — Ого, у тебя новая прическа. А я всегда говорила, что тебе пойдут длинные волосы, — включала она старшую сестру.

— Конечно, я жива, — я кое-как отбилась от повторных объятий. Хватит с меня первого удушья. — С чего ты решила иначе?

— А что я должна была думать? Ко мне является странное существо, — при этих словах Эля указала на Амфи, — передает записку от тебя, где ничего толком непонятно. Только то, что ты в беде и тебе срочно нужна моя помощь.

— В записке все было четко, — заметила я.

— Возможно, но ее размыла вода, и я смогла прочесть только пару слов – помощь, срочно и подпись. Я чуть с ума не сошла, пока добиралась сюда!

Я посмотрела на Амфи, и он оправдался:

— Я попал под дождь.

— Ладно, — махнула я рукой, — главное – вы здесь. Как вы, кстати, успели так быстро?

— Ты как будто недовольна, — буркнул Амфи.

— Что ты, я просто счастлива!

— Когда я знаю место, в которое надо попасть, могу переместить за один миг, — пояснил Амфи. — Так что летел я только туда, а сюда уже переместился, прихватив твою сестру.

— Ого, ты и так можешь, — впечатлилась я. Просто нет числа его талантам.

— Что он там все время щебечет? — вклинилась в наш диалог Эля.

— Говорит, что дождь намочил записку, поэтому чернила размылись.

— Ты его понимаешь? Потрясающе! Выходит, у тебя тоже есть Дар. Расскажешь о нем? — попросила сестра.

— Обязательно, но чуть позже, — согласилась я, а потом добавила заискивающим голосом: — Эличка, солнышко, лапочка…

— Ой, говори, что нужно, — закатила глаза сестра.

Эля была в своем репертуаре – заботливая старшая сестра, ответственная за нас всех. Это превращало ее немного в диктатора, но я все равно была рада ее видеть. Какой же красивой она стала. И не только из-за преобразившего ее Дара, но еще из-за счастья. Она буквально светилась изнутри.

Но тут до меня дошло, что кого-то не хватает.

— А где Яся? — я оглянулась в поисках средней сестры.

— Ясе сейчас нельзя путешествовать, — пояснила Эля и изобразила округлившийся живот.

— С ума сойти, я скоро стану тетей во второй раз, — улыбнулась я.

Но как так вышло? Мы же с Ясей попали в чужой мир одновременно. Похоже, я пролежала на постаменте дольше, чем думала. Возможно, несколько месяцев. А в моих воспоминаниях этого нет потому, что я была без сознания все это время.

— Станешь, ага, — подтвердила Эля. — Князь окончательно сошел с ума от мысли, что скоро станет отцом. Даже со мной не отпускает Ясю повидаться. Переживает, как бы с ней и малышом не стряслось беды. Яся шагу без мужа ступить не может.

— Но почему ты не привела Аршера?

— У меня не было на это времени. Ты не знаешь моего мужа, он бы собрал армию и двинулся походом на Северный замок. Мы добрались бы сюда к лету, — махнула рукой Эля. — К тому же я не могла оставить сына без присмотра. С Криспианом могу совладать только я или Аршер. И вообще из твоей записки я поняла, что дело не терпит отлагательств, вот и поспешила.

— Именно так, — кивнула я. — Ты должна помочь мне спасти принца. Только тебе с Даром жар-птицы это под силу.

Сестра внимательно выслушала мой рассказ об осколке в сердце Тьера и о проклявшей его ведьме.

— Надо же, а я думала, что ты просто хочешь сбежать отсюда, — призналась она.

— Не хочу, — качнула я головой. — Северный замок – дом Тьера, а где он – там и я.

Эля склонила голову на бок. Она ни о чем меня не спрашивала. Не потому, что ей не было интересно, просто она уже все поняла. Она слишком хорошо меня знает.

— Что ж, я сделаю, что смогу. Где там твой принц?

На этих ее словах дверь открылась, и в Комнату вошел Тьер.

Тьер пришел не один, а с оравой нечисти. Они все дружно ввалились в Комнату и лишь потом увидели Элю.

Я напряглась, вообразив жуткую картину развития событий – нечисть бросается на Элю, сестра кричит и отбивается. Шум, гам, неразбериха и паника.

— Ее нельзя есть! — вступилась я за сестру. — Это не еда, а моя сестра.

— Ы-ы-ы-ы, — протянули упыри хором, от шока не выговаривая слово целиком.

— У-у-у-у, — поддержала их вампалы почему-то воем.

Мне в этом вое послышалось что-то вроде — «Ну все, нам крышка. С одной девицей еле справляемся, а их уже целых две».

И только вурдалак обрадовался еще одной девушке в мрачной обители Северного замка – приосанился, заиграл бровями, посылая Эле сигналы. Он всегда реагировал прямо противоположно остальным.

— Она замужем, — охладила я его пыл.

— И что с того? — искренне не понял вурдалак. — Когда это стало проблемой?

Да он не просто дамский угодник, он – развратник. Послала же мне Вселенная спутников… Но хоть не бросились на сестру и то ладно.

Я осторожно перевела взгляд на Элю. Она-то как, в порядке? По моим ожиданиям сестра должна была валяться в глубоком обмороке. Но нет. Она, как ни в чем не бывало, сидела в кресле, на коленях у нее дремал уставший Амфи, а Эля чесала его за ушком. Прямо-таки идиллия.

— Ты не испугалась? — осторожно уточнила у нее. А то, может, это шок, и она сейчас как начнет вопить.

— Ой ладно, — махнула рукой Эля. — Меня несколько месяцев преследовал призрак-убийца. После этого надо сильно постараться, чтобы меня напугать. А они даже милые… если не улыбаются, — это она заметила улыбку вурдалака. Она у него, надо сказать, впечатляющая.

Тьер с уважением посмотрел на Элю. Да, мы – сестры Шестовы такие. Нас не так легко выбить из колеи. Мы сами кого хочешь выбьем.

Следующие полчаса я знакомила всех со всеми. Лично представила каждого вампала и упыря. Кое-как отбила Элю от вурдалак, желающего непременно «прикоснуться устами к нежной ручке». Это цитата, если что.

Наконец, очередь дошла до Джема с Тьером. Рассказывая о них, я упомянула о проклятие, что превратило мальчика в тролля и застряло осколком в сердце его старшего брата.

Джему Эля посочувствовала, а вот Тьера пристально изучила.

— Это ты претендуешь на сердце моей младшей сестры? — сощурилась она.

— Что вы, это она украла мое сердце, и теперь я навек ее раб, — ответил Тьер

Ого, он и так может. Со мной Тьер разговаривал иначе, все больше подколками. А для Эли он включил галантного принца. И это сработало.

Эля была очарована. Кто здесь настоящий дамский угодник, так это Тьер. К любой найдет подход. Вон уже и сестра на его стороне. Не удивлюсь, если в наших ссорах она теперь всегда будет занимать его сторону.

— Так ты поможешь извлечь осколок из сердца Тьера? — напомнила я о своей просьбе.

Эля замялась.

— У меня Дар целительства, — сказала она. — Но я не врач и тем более не хирург. В моих силах вылечить Тьера после извлечения осколка, но чтобы его вытащить, надо разрезать и вскрыть грудную клетку.

— Фу, — выразил общее мнение Джем.

И все же Эля была права: резать не по ее части, да и не по моей. Вскрыть грудную клетку жениха – не так я себе представляла начало совместной жизни.

Тьер тоже не мог резать самого себя. Джем еще ребенок, у вампалов – лапки, а упыри, увидев мясо, забудут обо всем и сожрут принца.

Мы приуныли, не понимая, как нам быть. И тут за комодом раздался шорох. От неожиданности я испугалась и чуть не шарахнула по комоду туманом. А не надо меня провоцировать! Я – барышня нервная, спасибо Северному замку и его обитателям.

Тьер в последнюю секунду перехватил мою руку и направил туман в сторону. В итоге он улетучился, никому не навредив.

— Поосторожнее с этим, — сказал Тьер. — Еще зацепишь кого-то ненароком.

Я на всякий случай спрятала руки за спину. Теперь они – опасное оружие. Как пистолет без предохранителя. Чуть зазевался и прострелил кому-то ногу.

— Кто там? — обратился Тьер к комоду.

В ответ из-за комода показался нож. Большой такой кухонный тесак. Это еще за новости? У меня за комодом живет маньяк?

— Это домовой, — догадался Тьер. — Он не особо общительный. Сидит безвылазно на кухне.

О, так это наш повар. Любопытство толкало заглянуть за комод, но торчащий оттуда нож намекал, что лучше не стоит.

— Не пойму, чего он хочет, — призналась я.

— Кажется, он предлагает свои услуги, — первой догадалась Эля. — А что, ему наверняка не впервой кого-то резать. Разделывает же он мясо для готовки.

Не знаю, как Тьеру, а мне стало дурно от такого сравнения. Живой человек – это не кабан на вертеле. Но домовой потряс ножом, как бы говоря – именно это я имел в виду.

— Других кандидатур у нас все равно нет, — пожал плечами Тьер.

— Я могу усыпить тебя, — предложил пожиратель снов. — Чтобы ты не чувствовал боли.

Я слушала их и чуть сама за сердце не хваталась. Команда на операцию подобралась – врагу не пожелаешь. Пожиратель снов – анестезиолог, домовой с тесаком – хирург. Одна надежда на Элю и ее Дар.

Других желающих резать Тьера не было, и нам пришлось довольствоваться кандидатурой домового. Была только одна загвоздка – он не любил показываться другим. Исключение согласился сделать только для Тьера, Эли и пожирателя снов, так как без них операцию не провести. А всех остальных, включая меня, он попросил выйти в коридор.

— Никуда я не пойду! — возмутилась. — Я не брошу Тьера одного, вам на растерзание.

— Здесь буду я, — попыталась успокоить меня Эля. — Я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось.

Но я упрямо замотала головой. Тогда ко мне подошел сам Тьер. Он взял меня за руки и сказал:

— Иди и ни о чем не волнуйся. Даже не надейся, что я брошу тебя. Не дождешься, — шутливо подмигнул он мне.

Тьер умел все обратить в шутку, поэтому с ним было так легко. А еще он точно знал, как меня успокоить. Получилось и сейчас.

— Присматривай за Тьером, — попросила я Комнату, прежде чем уйти.

Она в ответ ободряюще звякнула подвесками. Мол, все будет хорошо, не переживай.

А я вот переживала. И очень. Не каждый день твоего любимого режет кухонным ножом какой-то непонятный тип. Я этого домового даже в глаза не видела. Может, там рецидивист или вовсе псих.

Так, Аля, дыши глубже. Нельзя себя накручивать. Домовой показал себя вполне адекватным жителем замка. По моей просьбе он приготовил еду для нечисти. И сейчас он пришел, чтобы помочь. А я просто переживаю за Тьера, вот и придумываю всякие глупости.

И все же дежурить в коридоре, пока за дверью идет операция на сердце Тьера, было невыносимо. Я сгрызла все ногти и принялась за пальцы. Так никаких рук не хватит!

Повезло еще, что Этлина занята и не помешает нам. Вот будет ей сюрприз, когда она не сможет управлять Тьером при помощи осколка. Лишь бы все прошло хорошо…

Я ходила туда-сюда по коридору. Не могла стоять на одном месте. Каждый раз проходя мимо двери в Комнату, прислушивалась. Но там было тихо, как в могиле. Ох, тоже нашла сравнение. Просто тихо и все.

Эта тишина сводила с ума. Хотя, если подумать, она была добрым знаком. Тьер не кричит. Значит, пожиратель его усыпил, и ему не больно. Операция наверняка идет своим ходом. Вряд ли Эля сейчас мечется по Комнате, гадая, куда бы спрятать тело жениха младшей сестры. Мне просто надо думать позитивно.

Но это так сложно! Когда небезразличный тебе человек балансирует между жизнью и смертью, а ты ничем не можешь помочь.

Мне казалось, ожидание длилось вечно. Нечисть по сравнению со мной проявляла чудеса выдержки. Все сидели тихонечко вдоль стенки и терпеливо ждали. Меня не трогали. Понимали, что сейчас лучше не лезть.

Один только вурдалак решил поддержать меня в своей манере:

— Если Тьер погибнет, я всегда готов его заменить, — заявил он.

Я в ответ так на него зыркнула, что вурдалак предпочел спрятаться за веер. Понял, что сказал ерунду.

Мне Тьера никто не заменит. И дело не во внешней привлекательности. Все парни, которые в моем мире пытались ухаживать за мной, не выдерживали рядом со мной и пары недель. Слишком яркий у меня характер и поведение.

А Тьер ничуть мне не уступает, с ним я на равных. Он один из немногих, кто в состоянии выдержать мой характер и даже дать мне отпор.

Именно в тот момент, когда я думала, как идеально мы с Тьером подходим друг другу, дверь в Комнату открылась, и в коридор вышла бледная Эля. На сестре не было лица, и я схватилась за сердце.

— Умоляю, скажи, что все прошло хорошо, и принц жив, — прошептала я.

Сестра криво улыбнулась. Со стороны казалось, что ее разбил инсульт.

— Эля! — я схватила ее за плечи и встряхнула. — Все прошло хорошо?

— Отчасти, — уклончиво ответила она.

— Что это значит? Тьер жив?

— Да. Но он, как бы это помягче сказать… он изменился…

Обогнув Элю, я поспешила в Комнату. Я услышала главное – Тьер жив. С остальным мы как-нибудь разберемся. Я накормила нечисть без единого куска мяса, я победила ведьму внушением, я почти стала королевой Северного замка. Да у меня уже черный пояс по выживанию в чужом мире! Нет ничего такого, с чем я не могу справиться.

Я была на сто процентов в этом уверена. До тех пор, пока не вошла в Комнату…

Первый, кого я заметила, был Джем – он сидел вполоборота в кресле возле камина. Я опознала его по зеленой тролличьей руке, лежащей на подлокотнике.

Я так переживала за Тьера, что даже не задалась вопросом – как Джем оказался в Комнате раньше меня? Ведь он вместе со мной ждал результата операции в коридоре.

Я перевела взгляд на кровать, где проходила операция. Покрывало было залито кровью. Это не удивительно, все-таки Тьеру вскрыли грудную клетку. Без помощи Элиного Дара он должен был умереть. Но сестра уверяла, что он выжил. Вот только кровать была пуста. Где же Тьер?

— Во д-дела… — услышала я за спиной удивленный возглас Джема.

Обернулась и увидела мальчишку на пороге комнаты. Когда он успел встать с кресла?

Я взглянула на кресло. Тролль все еще сидел там, печально склонив голову. Я посмотрела на дверь – тролль по-прежнему стоял на пороге. Кажется, у меня двоится в глазах.

Я потрясла головой и спросила:

— Что происходит?

— Присядь, — посоветовала Эля. — Тебе лучше услышать эту новость сидя.

Эля взяла меня за руки, подвела к дивану и усладила на него. Я двигалась послушно, как под гипнозом. Пока сестра занималась мной, Комната быстро привела себя в порядок, убрав все следы кровавой операции. Кровать и все вокруг нее снова сияли чистотой – ни капельки крови, ни намека на то, что здесь недавно произошло.

Эля присела рядом на диван и заговорила со мной как в детстве. Словно я – несмышленый ребенок, которого надо успокоить.

— Мы извлекли осколок из сердца принца, — Эля продемонстрировала мне красивый камень с разноцветными переливами.

Так вот ты какой… аманит. Волшебный камень, превращающий магических существ в людей.

В другое время я бы им залюбовалась, но сейчас меня намного больше интересовала судьба Тьера.

— И что? — спросила я.

— Результат вышел не совсем таким, как мы ожидали, — осторожно призналась Эля.

Я только сейчас поняла, что домовой и пожиратель снов смылись. Их не было в спальне. Ладно, домовой. Он всегда скрывается, но пожиратель почему сбежал? Видимо, побоялся моей реакции на результат операции.

— Аманит не позволял Тьеру сменить обличие и снова стать драконом, — напомнила Эля.

— Я в курсе, ближе к делу, — поторопила сестру, так как нервничала все сильнее.

Мне вдруг пришла в голову мысль, что если аманит в руке Эли, то Тьер должен стать драконом. А я что-то не наблюдаю никого чешуйчатого и крылатого в Комнате. Амфи не в счет.

Может, он вылетел в окно? Я оглянулась, но окна были закрыты. И судя по тому, как тепло в Комнате, их давно не открывали. Морозный ветер выстудил бы помещение буквально за пару минут.

Может, Тьер маленький дракон, размером с Амфи? Тогда он мог спрятаться под кресло. Я наклонила голову, заглядывая туда, но Эля дернула меня за рукав.

— Не отвлекайся. Слушай внимательно, — велела она голосом учительницы, а потом продолжила: — Так вот мы провели операцию. Успешно, надо заметить. Спасибо пожирателю и домовому, они были на высоте. Но мы забыли о проклятии.

— Причем тут проклятие?

— Оно изменило всех в замке, — Эля кивнула на открытую дверь в коридор, за которой толпилась нечисть. — Единственный, кто остался человеком – Тьер. Он был уверен, что проклятие не касается его, но это не так. Просто аманит в сердце защищал его.

— От чего он его защищал? — уточнила я.

— От изменений, связанных с проклятием, — туманно ответила Эля. — Но мы извлекли аманит, и проклятие сработало на нем так же, как и на других. Оно оказалось сильнее естественной природы магического существа. Поэтому Тьер не смог стать драконом.

Сестра закончила свою речь и замолчала. Но я все равно не понимала, что она хотела сказать.

Если честно, я запуталась. Аманит не давал Тьеру принять облик магического существа, при этом он одновременно защищал его от проклятия. Камня больше нет, но Тьер не стал драконам, он превратился в…

Вот тут я, наконец, повернулась голову к креслу, где сидел лишний тролль. Он почувствовал мой взгляд и тяжело вздохнул, но поворачиваться лицом ко мне не спешил, словно боялся или стеснялся своей внешности.

Джема проклятие превратило в тролля, а ведь они с Тьером братья. Логично предположить, что на старшего брата проклятие подействовало так же, как на младшего.

— Тьер?.. — осторожно позвала я.

Тролль в кресле вздрогнул. Медленно и нехотя он повернул ко мне голову.

Права была Эля, что усадила меня на диван. Стой я на ногах, упала бы, такая слабость вдруг разлилась по всему телу. А так сижу и ничего, нормально.

Я смотрела в лицо тролля и не узнала его. Перемены были разительными. Мало того, что кожа позеленела, так еще кончики ушей удлинились, а нижние клыки выросли так, что торчали над губой.

Но вот я заглянула ему в глаза и мгновенно его узнала. Сомнений быть не могло – это мой Тьер. Эти глаза я узнаю из тысячи.

Случилось то, чего я опасалась с первой минуты своего попадания в Северный замок – я стала невестой тролля. Видимо, такова моя судьба.

Глава 11. О том, что быть некрасивым иногда выгодно

Возвращение из сна, навеянного пожирателем, далось Тьеру нелегко. Он словно пробивался через тучи к солнцу. Но вот, наконец, смог открыть глаза.

Впервые за семь последних лет Тьер не чувствовал боль в сердце. Осколок всегда колол его. То сильнее, то слабее, но его присутствие ощущалось постоянно. Сейчас же сердце работало ровно и четко, без помех.

Тьер прижал руку к груди. Потрясающе! Сестра Алитеи не просто одаренная, она – волшебница. Сотворила настоящее чудо.

Он собрался поблагодарить ее за это, но запнулся. Все потому, что заметил, как все на него смотрят. Эльвинг, пожиратель и даже домовой, забывший спрятаться. Лица у них были такие, словно наступил конец света.

Первым молчание нарушил пожиратель:

— Зато живой, — сказал он. — Не так уж все и плохо, да, высочество?

— А в чем дело? — собственный голос звучал странно. Грубее, что ли.

Тьер сел, держась за голову. Так, у него есть руки. Осталось понять – это плохо или хорошо.

Он вытянул эти самые руки перед собой, да так и застыл. Что за морок? Почему его кожа зеленая?!

— Вы что со мной сделали? — спросил он.

— Извлекли осколок из твоего сердца. Все, как ты просил, — ответила Эльвинг. — Но если честно, я не ожидала, что ты станешь таким… Моя сестра в курсе, кто ее жених? Или ты приберег эту информацию на медовый месяц? Вечно с мужчинами так – до брака принц, а после свадьбы – тролль, — покачала она головой.

— Дайте зеркало, — хрипло потребовал Тьер. — Ну же, быстрее!

Пожиратель любезно протянул ему зеркальце в серебряной оправе, и Тьер впервые взглянул на себя после извлечения осколка. Это был шок. Он надеялся вернуть крылья, а в итоге стал, как Джем – зеленым чудовищем.

Ему следовало догадаться, что так будет. Это логично. Проклятие все еще висит над Северным замком. Извлечение осколка из сердца его не отменяет. Не быть ему драконом, пока проклятие не спадет…

Но не это испугало Тьера. По-настоящему его волновалось лишь одно – реакция Алитеи на его новую внешность. Потерять ее – вот что страшно. Все прочее он в состоянии пережить.

Как он предстанет перед ней в таком виде? А если она отвернется от него или того хуже – убежит в ужасе? Подобное он точно не переживет. Уж лучше ходить по краю между жизнью и смертью с осколком аманита в сердце.

— Что ж, — сказала Эльвенг, — операция закончена, пора впустить остальных.

— Нет! — выкрикнул Тьер и добавил тише: — Я пока не готов… Дайте мне еще немного времени.

Следующие полчаса Тьер метался по комнате, пока другие пытались его успокоить.

— Подумаешь, позеленел, — говорил пожиратель. — Это ерунда. У меня вон вообще хобот вырос.

— Думаешь, мне станет легче оттого, что ты выглядишь хуже меня? — размахивал руками Тьер. — Алитея ждет дракона. Как она отреагирует, когда увидит тролля?

— Ты преувеличиваешь, — ответила на это Эльвинг. — Моя сестра не настолько поверхностна. Если она любит тебя, то дело не во внешности.

— Вот именно… если…

Тьер упал в кресло и закрыл лицо руками. Сжал зубы так, что они заскрипели и едва не раскрошились прямо во рту. И тут же ощутил боль – нижние клыки впились в верхнюю губу. Он совсем забыл, что теперь у него есть клыки. Придется учиться жить с ними.

Если у него уже начались проблемы с новой внешностью, то каково будет Алитеи? С этими клыками он даже поцеловать ее не сможет так, чтобы не причинить вреда.

Тьер глухо застонал. Это какой-то кошмар.

— Верните осколок на место! — потребовал он.

— Вот еще, — фыркнула Эльвенг. — И не подумаем.

Домовой и пожиратель поддержали ее. Комната и та возмущенно забренчала подвесками.

— Я уверена, все будет в порядке. Сейчас я впущу сестру и все ей объясню. Она поймет, не переживай, — с этими словами Эльвенг пошла к двери.

Тьер сжался в кресле, надеясь, что его не заметят. Ужас буквально парализовал его. Если бы он мог двигаться, выпрыгнул бы в окно. Все, что угодно, лишь бы Алитея не видела его таким.

Но вот она вошла, и сердце Тьера снова перестало биться. Только в этот раз виной тому был не осколок, а страх потерять любимую.

Наконец, до меня в полной мере дошло, что случилось. И не до меня одной.

— Ык, — первыми отреагировали упыри.

Вампалы вовсе молча сбились в кучу. Новая внешность хозяина повергла их в шок. Джем и тот потерял дар речи. Один вурдалак тихо хихикал. Для него это праздник. Теперь он не самый страшный в замке.

Вот вам и спасли принца… У лечения оказался побочный эффект. Да еще какой!

Как вдруг меня осенило. Идея появилась внезапно, и я решила тут же ее проверить на жизнеспособность.

— Дай-ка сюда, — я забрала у Эли аманит, встала с дивана и подошла к Тьеру. — Возьми, — протянула ему камень.

Тьер послушно забрал у меня камень. Едва он это сделал, как его внешность преобразилась. Он снова стал человеком!

— О-о-о-о-о, — дружно протянули зрители.

Нечисть выглядела, словно дети на представлении мага, которым только что показали крутой фокус.

— Ыда? Ыда! Ыда… — зашептались между собой упыри.

Вампалы нервно дергали хвостами, а вурдалак бочком начал красться к Тьеру.

Но я проигнорировала их реакцию. Мне было не до того. Моей задачей было успокоить и поддержать Тьера. Я пережила шок от его новой внешности и только сейчас немного пришла в себя. А каково ему? Такого он точно не ожидал.

Вид у Тьера был несчастный, и мое сердце сжалось от сострадания.

— Ничего, — я пристроилась на подлокотнике кресла, где сидел Тьер, — все будет хорошо. Я понимаю, ты разочарован, что все еще не можешь стать драконом… Но мы обязательно снимем проклятие, и все наладится.

— Тебя не пугает мой новый облик? — уточнил Тьер.

Только сейчас я поняла, почему он так печален. Его страшили не перемены во внешности, их Тьер мог пережить. А вот мой отказ быть с ним – нет. Он боялся, что я брошу его из-за облика тролля.

— Ну-у-у, — протянула я, — вид у тебя, конечно, экзотический, не буду скрывать. Я, прямо скажем, не настолько люблю зеленый цвет. Но, пожалуй, я могу смириться с этим… на время.

Где-то на середине моего монолога Тьер понял, что я прикалываюсь, и, зарычав, схватил меня в охапку. В результате я чуть не свалилась с подлокотника и была вынуждена сползли к нему на колени. А он только этого и добивался. Вот жук! Даже сейчас не упустил момента, чтобы меня пощупать.

Я, смеясь, отбивалась, но Тьер не отставал. В процессе нашей борьбы он выронил аманит на пол и снова стал троллем. Едва это случилось, мы оба замерли.

Осторожно кончиками пальцем я коснулась его щеки. Провела по ней легонько, знакомясь. Зеленый принц… Я точно знала, что это за сказка – разумеется, «Красавица и чудовище».

Видимо, в этом мире есть похожая история, потому что Тьер хрипло предложил:

— Поцелуй, вдруг расколдуешь.

Поцеловать тролля… неожиданное предложение. Я на секунду замерла, пытаясь понять – способна ли на это. Вот она – проверка насколько я поверхностна. Так ли для меня важна внешность?

Ответ пришел быстро – совсем не важна. Я люблю Тьера, его внутреннюю сущность, а не то, как выглядит его лицо. Пусть он теперь зеленый и клыкастый, он все еще мой принц.

Осознав это, я потянулась к губам Тьера за поцелуем, но меня остановил возмущенный возглас Эли:

— Немедленно прекратите! Это высшая магия, доступная только после свадьбы.

Я вздрогнула и отстранилась, а Тьер разочаровано вздохнул. Но что поделать, с моей старшей сестрой не забалуешь.

Пока мы с Тьером были заняты друг другом, нечисть не дремала. Особенно отличился вурдалак. Он все-таки подкрался к креслу, где мы сидели, уличил момент и подобрал аманит с пола.

И тут все ахнули во второй раз. Волшебный камень подействовал на вурдалака точно так же, как на Тьера. Он вернул ему человеческий облик, временно устранив действие проклятия.

Перед нами стояла уже не бледная клыкастая жуть с красными глазами, а мужчина лет тридцати довольно приличной наружности. На мой вкус человеком вурдалак был слишком тощим и немощным, но в высшем обществе такая внешность называется «аристократическая бледность» и пользуется спросом.

Не успели мы осмыслить преображение вурдалака, как началась самая настоящая бойня. Нечисть бросилась на несчастного в попытке отобрать у него аманит, чтобы тоже хоть ненадолго снова побыть человеком.

Это была та еще куча мала. Аманит переходил из лап в руки. От упыря к вампалу и обратно. Даже пожиратель поучаствовал. В ход шло все – клыки, когти, кулаки. Все дрались со всеми. Вампал, упырь – без разницы. Желание обладать аманитом рассорило всех.

Облики менялись со скоростью света. Я не успевала отслеживать. Вот камень попал в руки пожирателю, и тот превратился в седовласого статного мужчину лет пятидесяти. Я только моргнула, а к пожирателю уже вернулся хобот, зато один из вампалов стал молодым парнем. Но и это длилось недолго. Следующим сменил облик упырь. Он внезапно оказался девушкой лет двадцати пяти.

Все это мельтешение сбивало с толку. У меня аж голова закружилась. Первой не выдержала Эля.

— Тишина в классе! — хлопнула она в ладоши.

Резкий звук и командный учительский голос сделали свое дело – нечисть замерла на месте. Прямо кто как был – с поднятыми для удара кулаками, с распахнутыми для укуса ртами, а вурдалак вовсе снова человеком. Мы с Тьером тоже невольно вытянулись в струнку. У моей сестры не забалуешь.

Добившись нужного эффекта, Эля спокойно встала и не торопясь подошла к куче мале из нечисти. С таким же невозмутимым видом она забрала у вурдалака аманит, и он, что самое интересное, его отдал. Никому даже в голову не пришло возразить моей сестре.

Сжимая камень в кулаке, Эля с не меньшим достоинством вернулась обратно на диван. А нечисть, лишившись предмета спора, резко успокоилась. Вампалы выплюнули из пасти конечности упырей. Те в свою очередь перестали душить вампалов. Вурдалак поправил одежду, приводя себя в порядок.

Нечисть выглядела потрепанной – вампалы с подранными боками, упыри с расцарапанными лицами, вурдалак с подбитым глазом. Но, как кот из мема, они ни о чем не жалели, ни о чем.

— Теперь, когда все успокоились, — сказала Эля, — предлагаю подумать, как снять проклятие. Какие там условия?

Вопрос был адресован мне, и я, густо покраснев, ответила:

— Королева должна родить одаренного ребенка. Тогда проклятие спадет. Но я не представляю, как это сделать. Возможно, ведьме это под силу, но насчет себя я не уверена…

— Невозможно родить одаренного человека, — заявил Тьер. — Люди лишены Дара от рождения. Они могут только получить его от магического существа.

— А вот и нет, — поправила его Эля. — Все реально. Но зачать такого ребенка надо во вторых ипостасях. Это сработает, проверено.

Я улыбнулась, окрыленная надеждой. В первую секунду показалось, что проблема решена. Эля подсказала отличный вариант. Мы Тьером поженимся, я рожу одаренного ребенка, и проклятие спадет. Северный замок будет спасен!

Вот только Тьер что-то не разделял мой оптимизм и нахмурился еще сильнее. И тогда я представила себе процесс…

Тьер в ипостаси дракона, а я, по всей видимости, в образе дыма. Что это будет за брачная ночь? Он – слишком большой, я – невидимка.

Я нервно хихикнула. Вот это будет интим.

Эля уже и сама поняла, что нам этот вариант не подходит. О моей второй ипостаси она пока не знала, но дракона представляла вполне отчетливо. И это я еще про корону ей не сказала. Ведь сперва надо как-то пережить коронацию.

Нечисть тоже приуныла, сообразив, что к чему. По всему выходило, что проклятие нам не снять, и они до конца жизни останутся монстрами.

Пока Северный замок не впал в депрессию, а я поспешила всех успокоить:

— Не все так плохо. Теперь мы знаем, что аманит снимает проклятием. Надо лишь носить камень, скажем, на шее на цепочке. И все будет в порядке.

— Одного камня маловато, — заметил вурдалак, и вся нечисть, как по команде, алчно уставилась на кулак Эли с зажатым в нем аманитом.

— Значит, мы для каждого найдем свой камень, — поспешила я заверить, пока они не бросились на мою сестру. А потом шепотом уточнила у Тьера: — Это ведь возможно?

Помнится, Эля говорила, что аманит довольно редкий камень. Когда-то его было в избытке, но те времена прошли. Почему так случилось, я не поняла.

— Аманит добывали в наших горах, — удивил Тьер. — До того, как их покрыл толстый слой снега и льда. Сейчас шахты заморожены и завалены. К ним не подойти.

— Почему так произошло? — уточнила я.

— Проклятие сказалось на всем вокруг. В том числе на природе.

Ах вот оно что, и здесь Этлина набедокурила. Лишила всех аманита. Но ничего, пробьемся. В том числе к шахтам. А пока можно попробовать кое-что другое.

— Давайте, разделим тот камень, что у нас есть, на всех, — предложила я.

— Нас слишком много, — остудил мой пыл Тьер. — А камень и так чересчур мал. Если сделать его еще меньше, он потеряет свои магические свойства.

Вечно с этой магией все сложно. Хочешь что-то получить – будь добр выполни кучу условий.

— Раньше в нашей семье было много аманита, но Этлина позаботилась о том, чтобы он был утерян, — добавил Тьер. — Теперь я понимаю, зачем ей это было нужно. Но мы можем попытаться пробиться к самой маленькой шахте. Она здесь, неподалеку. Только надо быть осторожными и опасаться схода лавин.

— Ыда! Ыда! Ыда! — воодушевились упыри.

И вымпалы их поддержали:

— Гыв! Гыв! Гыв!

— Думаю, я выражу мнение большинства, если скажу, что мы все готовы рискнуть ради аманита жизнями, — любезно перевел вурдалак.

— Решено, — кивнула я. — Готовимся к походу в шахту.

Все складывалось настолько хорошо, насколько это возможно в нашей ситуации. Сердце Тьера было здорово. Теперь он проживет долгую, счастливую и, если нам повезет с шахтой, не зеленую жизнь.

А пока у нас есть один аманит, и я хоть иногда смогу видеть Тьера в нормальном цвете. Иногда – потому что придется составить график пользования аманитом. Обижать нечисть тоже не хочется.

Я встала с колен Тьера, на которых сидела все это время, и подошла к сестре, забрать у нее камень, но не успела. Я забыла, что в нашей бочке меда есть ложка дегтя. Всего одна, но зато какая – аж целая ведьма.

Туман, которым я окутала сознание Этлины, развеялся. Увы, раньше срока. Этлина пришла в себя до того, как закончилась брачная ночь, и поняла, что ее обманули.

Представляю, как она стонет на пике, а Тьер вдруг исчезает. Неудовлетворенность любой женщине не на пользу, а уж если эта женщина ведьма дело совсем плохо. Этлина и так семь лет пролежала бревном, ой, то есть камнем, и была злющей, а тут вовсе с катушек слетела.

Она ворвалась в Комнату на полном ходу, знатно всех напугав своим видом. Растрепанная прическа от русалки, криво завязанный халат, перекошенное лицо. Вампалы, зашипев, вздыбили шерсть, упырь завизжали, как девчонки, а вурдалак сделал вид, что упал в обморок. Амфи предпочел забиться под кресло от греха подальше, Джем спрятался за шкаф. И только мы трое – я, Тьер и Эля – встретили врага лицом к лицу.

— Ах, вот вы где! Обмануть меня вздумали? Сейчас я вам покажу, — с этими словами Этлина закатала рукава халата, явно готовясь применить магию.

— Это и есть та самая ведьма, что всех прокляла? — поинтересовалась у меня Эля.

Я кивнула в ответ. Тогда Элька шагнула вперед, ведьме навстречу и заявила:

— Я не позволю вредить моей сестре. Вы переходите все границы, дамочка. Если мужчина выбрал не вас, это не значит, что надо превращаться в мегеру. Имейте гордость, в конце концов, если уж совести нет.

Этлина опешила. На краткий миг почудилось, что Эле удалось то, что не смогли мы – она заставит Этлину отступить.

Увы, это было обманчивое впечатление. Ведьма не собиралась сдаваться.

— Это еще кто? — спросила она, уперев руки в бока.

— Моя сестра, — ответила я. — Приехала погостить.

— Вот оно что, — Этлина подняла руку и толкнула Элю в грудь со словами: — Пошла вон отсюда, сестра.

Бах! – и Эля пропала. Словно и не стояла посреди Комнаты напротив ведьмы. Я от шока лишилась дара речи. Что эта гадина сделала с моей сестрой?!

Я ужасно испугалась за сестру. Эля все бросила, поспешила в Северный замок, чтобы помочь мне, а у нее, между прочим, маленький ребенок. Она нужна сыну и мужу. Если она пострадает из-за меня, я себе этого не прощу!

Я была готова вцепиться Этлине в волосы, расцарапать лицо, да просто придушить. К черту пацифизм. Эта ведьма обидела мою сестренку!

— Ты что натворила?! — взвизгнула я. — Куда ты дела мою сестру? Отвечай, гадина!

Я не добралась до Этлины физически только потому, что сзади за талию меня схватил и удерживал Джем. Я вырывалась, но мальчик был силен. Естественно, он переживал не за Этлину, а за меня. Не хотел, чтобы я связалась с ведьмой и пострадала.

— Я отправила твою сестру прогуляться в Зачарованный лес. Там ей самое место, — ответила Этлина.

— Верни ее немедленно назад! — потребовала я и топнула ногой.

— И не подумаю, — фыркнула она. — А если не отстанешь, отправлю тебя туда же.

— Не смей угрожать Алитее, — вперед выступил Тьер и загородил меня собой.

Вот только Этлина не впечатлилась. Она окинула Тьера взглядом и, скривившись, спросила:

— Ты еще кто такой?

Дело в том, что Эля исчезла вместе с единственным осколком аманита. Она так и не успела отдать его мне. Так что Тьер выглядел, как тролль. И видимо, это теперь надолго.

— Твой принц. Не признала? — хмыкнула я из-за спины Тьера.

— Что за вздор ты несешь? Это не может быть… — Этлина резко умолкла.

Она все-таки узнала Тьера, и это повергло ее в шок. Я сама в первый момент отреагировала так же. В этом мы с Этлиной были похожи. Но вот дальше наше поведение резко отличалось.

— Ты извлек аманит из сердца, — мигом догадалась она. Этлина с самого начала была в курсе, как тот действует на проклятие, но держала это в тайне. — Где камень? Немедленно коснись его! — потребовала она.

— Ты переместила его в Зачарованный лес вместе с сестрой Алитеи, — сообщил ей Тьер и улыбнулся во все свои клыки.

Этлина резко побледнела. Она уже не выглядела влюбленной. Скорее, напуганной. И чего это она? Тьер, конечно, позеленел, но ему этот цвет даже к лицу. Я, например, уже привыкла. И вообще, говорят, зеленый успокаивает нервы. Очень полезный цвет.

Хотя нелюбовь Этлины к троллям нам на руку. Зеленый муж явно не предел ее мечтаний. Может, она передумает и отстанет от Тьера?

— Ты вроде хотела поцелуй, — Тьер шагнул к Этлине, — и брачную ночь. Я готов.

Она почему-то не пришла в восторг от такого предложения и попятилась. Этлина бы перекрестилась, если бы умела. Вид у него был потрясенный, растерянный и испуганный одновременно.

— Подожди, куда торопиться, — пробормотала она, отступая от Тьера. — Мы найдем другой аманит…

— Не получится. Шахты завалены льдом и снегом из-за проклятия. Придется любить меня таким, — с этими словами Тьер протянул к Этлине руки.

Я ни капли не ревновала. Все потому, что понимала замысел Тьера – он хочет, как можно сильнее напугать Этлину. Чтобы она даже думать о нем забыла.

И это сработало! Этлина не была готова стать женой тролля. Принц – одно дело, а на зеленого клыкастого монстра она не подписывалась.

Вскоре она бросилась прочь от Тьера, визжа на бегу:

— Расторжения! Я требую расторжения брака!

Тьер за ней не погнался. Уперев руки в бока, он хохотал во весь голос. Впервые с того момент, как он стал троллем, я видела его веселым.

Нечисть тоже хихикала за нашими спинами. Всем понравилось представление.

Я только рада, если ко всем вернулось хорошее настроение, но сама общего веселья не разделяла. Меня беспокоила судьба Эли. Насколько мне известно, Зачарованный лес – опасное место. Повезло еще, что у Эли Дар бессмертия. И все равно сестру надо срочно спасать.

Наверное, Этлина бежала бы так до выхода из Северного замка, а то и до самого Зачарованного леса, или куда там она собралась. Но я совершила ошибку – подала голос.

— Вот и катись отсюда! — крикнула ей в спину. — Чтобы мы тебя больше не видели.

Услышав мой голос, Этлина резко остановилась и начала ме-е-едленно оборачиваться. Ох, зря я это сказала. И кто меня за язык тянул?

— Думаешь, победила меня? — зашипела Этлина, совсем как змея. — Так я сама ухожу. Мне зеленый принц даром не нужен. Но тебя я все равно уничтожу, прежде чем уйти. Просто потому, что ты меня бесишь.

— Это у нас взаимно, — я, наконец, вырвалась из лап тролля и, обогнув Тьера, вышла вперед. — Ты мне тоже не нравишься.

Тьер попытался снова задвинуть меня назад, но я отмахнулась. Когда девочки ссорятся, мальчикам лучше не встревать. Вон нечисть разумно забилась в угол. Почуяла, что сейчас будет жарко.

Этлина снова закатала скатившиеся рукава халата. Она так делала перед тем, как отправить Элю куда подальше. Значит, опять готовится применить магию.

Между нами было расстояние шагов в двадцать, Этлина успела выскочить в коридор и прилично отдалиться, поэтому я не испугалась. Коснуться меня и перенести куда-то она не сможет.

Вот только это не входило в ее планы. Этлина придумала, что получше. Она взмахнула рукой, и из воздуха материализовался меч. Большой такой, тяжелый и острый. Настоящий, рыцарский.

У меня тоже была магия – мой туман. Я приготовилась воздействовать им на Этлину, но она оказалась быстрее.

Проявив меч, Этлина запустила его прямиком в меня, и тот полетел по воздуху точно пуля, выпушенная из ствола. Все это заняло доли секунды. И хотя Тьер среагировал – бросился вперед, чтобы закрыть меня собой, он не успел. Меч был проворнее.

Я стояла и смотрела, как он приближается. Единственное, что смогла сделать – вскинуть руку в нелепой попытке защититься. Но меч не бумажка, от него так легко не отбиться.

Моя рука была поднята ладонью вперед, словно знак «Стоп», как раз на уровне сердца.  Острие меча метило прямо в него и в итоге ударило в центр моей ладони. Точнее должно было ударить, но столкновение вышло странным.

Соприкоснувшись с моей ладонью, меч не причинил мне вреда. Он просто – пух! – взял и исчез. Совсем как Эля несколькими минута ранее. Но вряд ли я куда-то перенесла меч. Скорее, я растворила его в воздухе . Этлина создала меч, а я обратила его в ничто.

У ведьмы от этого чуть дым из ушей не повалил. Окончательно рассвирепев, она выпалила:

— Ах так! Хочешь магический поединок? Ты его получишь! — с этими словами она устремилась ко мне.

Никто не шелохнулся. Все прибывали в шоке оттого, как лихо я заставила исчезнуть меч. Все, включая меня.

Пока Этлина, задрав повыше полы халата, неотвратимо надвигалась на меня, я рассматривала свои ладони. Определенно, мне нравится, какая сила заключена в этих руках. Оказывается, я столько всего могу… Это же потрясающе!

Этлина была уже на подходе. Нас разделяло шагов пять, не больше, когда я снова подняла руку. На этот раз я вытянула указательный палец и просто ткнула им ведьму в плечо, когда та приблизилась.

Пух! – это случилось снова. На этот раз с самой Этлиной. Вот она была передо мной, грозилась стереть меня в порошок, а потом бац и исчезла.

— Оба-лде-ть, — по слогам, ни разу не заикнувшись произнес Джем.

Остальные просто молча восхищались моим величием. Вот как я могу!

Жаль, радовалась недолго. Слишком часто я сегодня обращалась к магии и переборщила. В результате все немного вышло из-под контроля – я сама начала пропадать. Сперва невидимыми стали ноги, потом все пошло выше.

— Не отпускай меня! — вцепилась я в руку Тьера.

Он сжал ее изо всех сил, но это не помогло. Секунда-другая – и я второй раз за свою жизнь превратилась в ничто.

Это было само по себе ужасно, а тут еще сбоку раздался до боли знакомый и неприятный голос Этлины:

— Ты что со мной сделала?!

Мало мне того, что я стала неосязаемой, так я еще застряла по эту сторону на пару с ведьмой.

Глава 12. О встрече с родными

Как выяснилось, когда два человека превращаются в ничто, то они могут видеть друг друга и даже слышать. Для других мы с Этлиной исчезли, но между собой взаимодействовали без проблем.

По крайней мере, ведьме удалось схватить меня за руку. Хотя выглядела Этлина при этом довольно странно. Словно была соткана из дыма. Не совсем приведение, но и не полноценный человек.

Пока я с удивлением смотрела на ее пальцы на своем запястье и переваривала новую информацию, Этлина обратилась к Тьеру:

— Я уничтожу твою принцеску, — заявила она.

Но Тьер не отреагировал. Оно и не мудрено – он нас не видел и не слышал, как и все остальные. Вот только Этлина этого еще не поняла. Будет ей сюрприз, когда дойдет.

— Похоже, ему на тебя плевать, — победно улыбнулась Этлина.

— Не угадала, — ответила я, высвобождаясь из ее хватки. — Просто ты теперь неосязаемая. Пыль на ветру, не больше. Никто никогда не увидит и не услышит тебя. Отныне и вовек.

Я говорила, одновременно надвигаясь на Этлину. Слово – шаг. А ведьма впервые в жизни пятилась от меня в ужасе.

Но вот она вспомнила о магии, подняла руку, направила ее на меня и… ничего не произошло! Здесь, в этом пространстве между реальностью и пустотой магия Этлины не действовала.

Это был момент моего триумфа. Я победила и знала это. Но самое прекрасное заключалось в том, что Этлина тоже это знала.

Видеть страх на ее лице и понимать, что это я его вызвала – бесценно. Я даже немного потянула время, чтобы насладиться моментом.

— Теперь ты навсегда останешься такой, — «порадовала» я. — Будешь бесплотным духом Северного замка. Злобным, но неопасным.

— Чушь! — тряхнула Этлина головой. — Твои чары развеются, как развеялся туман вокруг моего сознания.

Она была права – есть такая опасность. Но что-то мне подсказывало, что с превращениями не все так просто. Мне самой понадобилась помощь всех моих друзей и особенно Тьера, чтобы вернуть себе осязаемую форму. У Этлины такой поддержки нет и не будет. Во всем Северном замке не найдется ни одного желающего вернуть ее назад.

Возможно, со временем Этлина найдет способ, как снятие мое заклятие… Что ж, мы встретим ее с «распростертыми объятиями», и она еще пожалеет, что не осталась духом.

— Я ухожу. Прощай! — махнула я рукой.

— Эй, ты куда?! — возмутилась она, а потом добавила жалобно: — Не оставляй меня здесь…

Но мое сердце не дрогнуло. Она семь лет издевалась над жителями замка и продолжила бы, если бы не вмешался случай в моем лице. Так что пусть теперь попробует на себе, каково это – быть жертвой. В каком-то смысле ей все вернулось бумерангом. Теперь она тоже нечисть – привидение Северного замка.

— Ничего, ты привыкнешь, — заверила я. — А еще у тебя будет время подумать о своем поведении. Много времени, очень-очень много времени.

Вот тут я не выдержала и рассмеялась. Но не веселым смехом, а смехом злобного властелина. А не надо было отправлять мою сестру в лес! Я такие вещи не прощаю.

— Ты не можешь так поступить со мной! — взвизгнула Этлина. — Ты – добрая. Совесть не позволит бросить меня.

Этлина плохо знала мою совесть. Та, хихикая, потирала руки от удовольствия. «А? Что? Это вы мне? — отреагировала моя совесть на слова ведьмы. — Лично меня все устраивает».

Но был еще здравый смысл, и он подсказал — а может, Этлина снимет проклятие в обмен на возвращение? Хм, а это мысль.

— Предлагаю сделку, — произнесла я. — Ты снимаешь проклятие, а я возвращаю тебе осязаемость.

— Договорились, — тут же кивнула она и протянула мне руку.

— Не так быстро. Сначала ты.

— Ты мне не доверяешь?

— Разумеется, нет, — фыркнула я. — Когда к нечисти вернется человеческий облик, я буду знать, что проклятия больше нет, и верну тебя. Приступай.

Этлина убрала руки за спину, потопталась на месте, а потом со вздохом призналась:

— Я не могу. Я специально создала проклятие так, чтобы его могло снять только исполнение пророчества. Другого варианта нет. Тут даже моя магия бессильна, вообще любая магия.

Я едва не зарычала от бессильной злобы. Это же надо быть такой идиоткой! Использовать сильную магию, испортить жизни стольких людей… и все это без возможности что-то исправить.

— В таком случае мое предложение аннулировано, — я повернулась к Этлине спиной. — Приятно оставаться!

— Тебе все равно не снять проклятие! — крикнула она мне в спину.

— Это мы еще посмотрим, — пробормотала я, а потом обернулась, вдохнула поглубже и со всей силы подула прямо на ведьму.

Отлично помню свои первые часы в образе призрака. Даже небольшой сквознячок был проблемой. Любое дуновение ветерка с легкостью уносило меня, куда ему вздумается. Далеко не сразу я научилась контролировать процесс.

Вот и Этлина не справилась. Порыв ветра подхватил ее и понес прочь.

— Гадина-а-а-а-а, — ее крик затихал вдали.

Долетев до стены, она прошла сквозь нее и скрылась с моих глаз.

— Прощай, Этлина, — махнула я рукой. — Я совру, если скажу, что мне будет тебя не хватать.

Теперь, когда ведьма убралась куда подальше, пора стань осязаемой и заняться поисками сестры. Эля, конечно, не пропадет, но мне лучше вернуть ее домой вовремя, иначе меня ждет неприятный разговор с Аршером. Я видела его только по магической связи через кастрюлю, но даже так поняла – мой зять мужчина серьезный, с ним опасно ссориться.

Я пошла или скорее полетела назад к Тьеру. Будучи занятой Этлиной, я не следила, что происходит с ним и нечистью. А у них, похоже, случилась небольшая паническая атака.

Когда я снова исчезла, они места себе не находили. Бегали из угла в угол, звали меня наперебой.

— Ы-ы-ыд-а-а-а! — рыдали упыри.

— У-у-у-у-у! — поддерживали их вампалы.

— Хорошая была девушка, — вздыхал вурдалак. — Единственная нормальная на весь замок…

Джем вовсе плакал. Бедный ребенок!

Один Тьер был спокоен и собран. Он просто ждал сигнала от Амфи. Пернатый – единственный, кто мог видеть меня.

Амфи взял на себя роль комментатора и в подробностях рассказывал, что я делаю, а заодно передавал наш диалог с Этлиной.

— Она ее сдула! — сообщил Амфи последние новости.

Все обрадовались и успокоились. Джем и тот перестал плакать. А потом нечисть вовсе заулюлюкала.

— А теперь она идет к нам, — сказал Амфи. — Тьер, Алитея просит помощи. Она хочет вернуться.

— Моя рука навсегда принадлежит тебе, — Тьер протянул руки ладонями вверх.

Однажды я обязательно научусь возвращаться самостоятельно, но пока мне требуется помощь. Как и в прошлый раз, я попыталась коснуться Тьера, почувствовать его тепло. На этот раз все вышло намного быстрее.

Спустя пару минут и несколько неудачных попыток Тьер крепко держал меня за руку. Я снова стала материальной. От избытка чувств Тьер притянул меня к себе, а затем поцеловал. Точнее попробовал это сделать. Вышло, если честно, не очень.

Острые клыки царапнули мне кожу, и я ойкнула.

— Ох, прости, — Тьер тут же отстранился. — Похоже, поцелуи теперь под запретом…

— Вот еще! — возмутилась я. — Нам просто надо выработать тактику. Но сначала я хочу найти сестру. Мы должны срочно отправиться в Зачарованный лес. Как долго туда добираться?

— Несколько дней вниз по горам, — ответил Тьер.

— Ох, — расстроилась я.

— Я могу вас перенести, — предложил Амфи.

— Тебе это по силам? — обрадовалась я.

Как обычно, тут же посыпались ограничения:

— Не сразу двоих, конечно. Я справлюсь с переносом только одного за раз. Придется вам путешествовать по очереди.

— Тогда я иду первым, — заявил Тьер.

— Постойте, — вмешалась я, пока еще никто никуда не отправился. — Куда именно ты нас отправишь?

— Туда, где находится Эльвенг. Я могу найти ее с точностью до нескольких квадратов, не больше, — ответил Амфи.

Что ж, это уже кое-что. Лес-то большой. Бродить по нему в поисках сестры, можно долго. А так мы, по крайней мере, будем где-то рядом. Покричу «ау», глядишь Эля отзовется.

В свете продажи моей сестры наши собственные проблемы отодвинулись на второй план. Вот найду Элю, тогда и разберусь с проклятием и как его снять.

— Ты идешь с нами, Амфи, — сказала я. — Должен же кто-то вернуть нас назад. А ты, Джем, остаешься за старшего.

Было немного страшновато назначать Джема, но кого еще я могла выбрать? Вурдалака? Так он заставит нечисть с утра до ночи петь ему дифирамбы. А если откажутся, лишит еды.

Вампалы и упыри тоже не годятся на роль старших. Они даже толком говорить не могут. Остальная нечисть слишком зациклена на себе и месте своего обитания. Так и выходило, что доверить замок можно только девятилетнему мальчишке. Надеюсь, по возвращении мы не обнаружим руины.

Пока Тьер собирался – сходил на кухню за едой в дорогу (кто знает, сколько нам искать Элю), взял теплую одежду и вооружился; я проводила инструктаж Джема. Как кормить нечисть, как держать их в узде, как самому не попасть в беду.

— Помню – никого не пускайте в замок и сами никуда не выходите, — в этом вопросе я полагалась на голема. — Мы скоро вернемся.

— Да все будет в порядке, — заверил Джем.

Я тяжело вздохнула. Все дети так говорят, когда родители впервые оставляют их одних дома. А потом родители возвращаются, а там хорошо, если просто бардак.

— Пора, — кивнул Тьер.

Амфи подлетел к нему и сел на плечо. Я только моргнула, а они с Тьером уже исчезли. Все-таки отличный мне достался спутник.

Еще одно движение век – и Амфи вернулся один. Настал мой черед перемещаться. Пернатый удобно устроился на моем плече, я напоследок посмотрела на нечисть и произнесла:

— Ведите себя хорошо.

Что они ответили, уже не слышала. Надеюсь, согласились.

Когда я снова открыла глаза, вокруг меня были деревья – черные стволы и красные листья. Жутко и красиво одновременно. Так вот ты какой, Зачарованный лес. Я была здесь впервые, но слышала об этом месте много рассказов.

Амфи слетел с моего плеча, и я оглянулась. Что-то никого не видно.

— А где Тьер? — спросила я.

— Должен быть где-то поблизости. В процессе переноса возможны небольшие накладки, — произнес Амфи.

— То есть ты перенес нас не в одно место? Ладно, — кивнула я и позвала: — Тьер!

В ответ на мой крик зашевелились ближайшие кусты. Вот только вышел из них не Тьер, хотя тоже мужчина. Довольно странной наружности…

Для начала он был необычно одет. На нем были шаровары, а еще растянутая и подозрительно мне знакомая футболка с принтом кота, мечтающего о зоне комфорта. У Яси была такая.

Сам он был небольшого роста, упитанный, с выпирающий животом. Белые волнистые волосы свисали до талии, а борода – до пупка, а руки покрывали татуировки.

— Ты еще кто? — от удивления невежливо спросила я.

И получила в ответ неожиданное:

— Единорог в пальто.

— Сыграем в картишки на раздевание? — предложил странный незнакомец. — У меня где-то была припасена колода. Кажется, под этим корнем. А нет, наверное, под тем, — бормоча себе под нос, он заглядывал под корни, пока, наконец, не нашел искомое. — А вот и она! Так что, играем? Поверь, под этой майкой есть на что посмотреть. Я позволю тебе выиграть, обещаю, — подмигнул он.

— Нет уж, спасибо,  — замотала я головой и оглянулась в поисках Тьера, но не нашла даже Амфи.

Пернатый спрятался где-то в кустах, подальше от нового знакомого. Уж очень тот его впечатлил. Я разделяла чувства Амфи. Еще немного – и сама полезу в кусты.

— А если так? — спросил толстяк и вдруг изменился до неузнаваемости.

Неказистый мужичок с пузом превратился в обалделого красавца – высокий, широкоплечий, поджарый. Футболка теперь была ему коротка и не прикрывала живот, так что я могла полюбоваться на идеальные кубики. Мужчина был настолько хорош, что даже Амфи резко стал девочкой и выполз из кустов.

Но я все равно не собиралась играть с ним в карты. Тем более на раздевание! Я вообще сюда за другим пришла, мне не до развлечений.

— Я, пожалуй, воздержусь, — отказалась и услышала печальный вздох Амфи. Прости, пернатый, стриптиза от красавчика сегодня не будет.

— Ааа, а ты из этих, — разочарованно протянул странный мужчина, — из однолюбов. Вот вы скучные. У вас это, похоже, семейное. Все зануды.

— Ты знаешь мою семью? — уцепилась я за главное в его словах.

— К моему великому сожалению, — признался он, возвращая себе прежний облик.

Амфи тут же зафырчал и отвернулся. С такой внешностью незнакомец был не в его вкусе.

В этот момент из-за дерева вышел Тьер. Должно быть, услышал нас и шел на голоса.  При виде постороннего мужчины он нахмурился и схватился за меч.

— Ты кто такой? — спросил Тьер.

— Единорог молодой, — ответил тот в своей манере. — А вообще меня зовут Карл. А вы, наверное, ищите Эльвенг. Раз уже эта ее сестра, — кивнул он на меня, все еще дуясь за отказ сыграть.

— Точно, ищем! — обрадовалась я. Пусть называет меня, как хочет, мне главное – найти сестру.

— Идемте, я вас к ней отведу, — махнул рукой Карл.

Я уже шагнула за ним, но Тьер меня удержал:

— Ты уверена, что ему можно доверять? — спросил он довольно громко. — Странный он какой-то для лесного жителя…

Карл, естественно, услышал.

— Уж кто бы говорил, — обиделся он. — Я же молчу о том, что ты зеленый. Знаешь ли, нетактично указывать другим на их недостатки.

— Я просто заколдованный, — поправил его Тьер.

— Ой, все вы так говорите, — махнул рукой Карл.

Перепалка грозила вылиться в ссору. Тьер и Карл не понравились друг другу с первого взгляда. Я тоже была не в восторге от этого странного существа или кто он там, но он утверждал, что знает, где Эля. Ругаться с ним нельзя.

— Предлагаю перемирие, — вмешалась я. — Пожалуйста, Карл, отведи нас к Эльвенг. Мы потерялись, и я очень переживаю за нее.

— А что я получу взамен? — сощурился он.

— Ты не получишь мечом по шее, — вместо меня ответил Тьер. — Это уже немало.

— Ах, какие мы грозные, — ничуть не впечатлился Карл, и перепалка пошла на новый круг.

Мы с Амфи переглянулись и, не сговариваясь, закатили глаза. Ох, уж эти мужчины. Вечно им надо посоревноваться, поиграть тестостероном. Хоть Амфи сейчас девочка и со мной на одной стороне.

— Пойдем искать Эльвенг, — предложила я Амфи, и она кивнула.

Оставив мужчин спорить дальше, мы углубились в лес. Эти двое так были заняты друг другом, что лишь спустя минуту заметили наш уход.

— Алитея, постой! — опомнился Тьер и поспешил за мной.

Но я не ответила. Все потому, что, наконец, увидела Элю. Она была на небольшой поляне в окружении настоящих единорогов – один побольше и еще два маленьких. Даже не знаю, кому я обрадовалась больше – Эле или единорогам. Какая маленькая девочка не мечтает однажды встретить это магическое существо?

Вот и во мне при виде единорогов проснулась такая девочка и захлопала в ладоши:

— Уиии, единорожки!

— Единорогам ты, значит, рада, а сестру поприветствовать не хочешь, — уперла руки в бока Эля. — Я, между прочим, здесь из-за вашей ведьмы.

— Тебе я тоже очень рада, — я поспешила обнять Элю. — Ты в порядке – это главное.

— Обо мне позаботился друг Яси, — Эля кивнула на Карла.

Ничего себе, у Яси друзья… Похоже, ей живется в чужом мире так же весело, как и мне.

— Я послала Ясмине весточку, что ты здесь, — вмешался Карл с новостью. — Она наверняка придет за тобой.

— Зачем? Я бы и сама справилась, — удивилась Эля.

А я, кажется, догадалась, почему Карл так поступил. Не ради Эли. Он просто соскучился по Ясе. Когда он говорил о ней, у него теплел взгляд. Он явно к ней привязался.

— Ничего, пусть прогуляется на свежем воздухе, ей полезно, — подтверждая мою догадку, ответил Карл.

— Эля, — обратилась я к сестре, — аманит у тебя?

— Вообще он его забрал, — указала она на странного типа.

— Недаром он мне сразу не понравился! — Тьер снова схватился за меч.

— Эй, полегче, — замахал руками Карл. — Я же на время. Попользоваться… Верну я ваш камень. Но чуть позже. Дайте побыть человеком, будьте людьми.

Последнее предложение звучало странно, но суть я уловила. Карл тоже магическое существо, и аманит превратил его в человека.

— Надо выбираться отсюда, — сказала Эля. — Пока Ясмина не пришла. Нечего ей по лесам шастать в своем положении.

— Какое это у нее положение? — подозрительно сощурился Карл.

— Интересное, — ответила я.

— Я скоро стану дядей! — сперва умилился Карла, а потом обиделся: — И даже мне не сказала. Вот ведь коза…

Мы разговаривали активно и шумно. Именно это нас и сгубило. В Зачарованном лесу, где звуки – редкость, любой шорох разлетается на десятки километров. А мы себя не сдерживали.

В тот момент, когда я объяснила, как мы вернемся назад в Северный замок – с помощью Амфи, со всех сторон одновременно на нас уставились глаза. Это было еще жуткое зрелище. Стемнело, и за листьями не было видно тел, только горящие глаза хищников.

Десять, двадцать, пятьдесят… Сверху, с земли, с ветвей деревьев… Глаза были повсюду. Казалось, на нас смотрит сам лес.

— Это не к добру, — пробормотала Эля и взяла меня за руку.

Тьер тут же закрыл нас собой, и даже Амфи ради такого дела сменил пол и стал на нашу защиту. А вот Карл предпочел пристроиться за широкой спиной принца. Так себе из него помощник. Ума не приложу, как Яся выжила в чужом мире. Явно не благодаря этому толстяку.

— Кто вы? — крикнул Тьер, вытаскивая меч из ножен.

В ответ на его вопрос хозяева глаз сделали дружный шаг вперед, и мы оказались в плотном кольце магических существ – жителей Зачарованного леса.

Кентавры, лисы с пятью хвостами, всевозможные птицы – разноцветные или даже объятые пламенем, огромные волки, кого здесь только не было… Но главным точно был золотой грифон. Он гордо выступил вперед и остановился напротив Тьера.

Тролль, казавшийся мне огромным, выглядел рядом с грифоном низкоросликом. Ох, это не к добру.

— Я их знаю, я договорюсь, — неожиданно заявил Карл и вышел вперед.

Сняв с шее аманит, он бросил его Эле и тут же превратился в прекрасного белоснежного единорога. Кто бы подумал, что неказистый мужичок в образе магического существа так хорош. Вот таким Карл определенно мне нравился.

— Это сестры Ясмины, — кивнул Карл-единорог на нас. — Они под моей защитой.

Благодаря своему Дару я понимала язык магических существ. Тьер и Амфи вовсе были одними из них, поэтому у них не было проблем с общением. Одна лишь Эля была не в курсе, и я шепотом переводила ей.

Мы все думали, что проблема решена. За нас вступился местный житель. Вот только эффект был обратным.

Едва грифон услышал, что единорог за нас, мы резко ему разонравились. Он громко фыркнул, что я перевела, как:

— Взять их под стражу!

К нам тут же шагнули кентавры с дубинами на перевес.

— Эй, — прошипела я единорогу, — ты говорил, что вытащишь нас.

— Да понимаешь… — замялся он, — я сам тут под вопросом.

Я застонала. Ну почему из всего лесного многообразия нам встретился этот странный единорог?

— И что теперь? — уточнила я.

— Нас арестуют, — вздохнул Карл. — И будут решать, что с нами делать.

— А какие есть варианты?

— Обычно их два. Вас либо съедят, либо бросят умирать голодной смертью в яму.

— А что будет с тобой? — поинтересовалась я, чуя подвох.

— О, не переживай, я буду в порядке. Мне ничего не сделают, я же свой, — «успокоил» Карл.

Никогда еще мне не хотелось так сильно уничтожить редкое животное, как сейчас. Уверена, даже Гринпис бы меня не осудил.

Надо было что-то срочно делать, и я сосредоточилась на призыве тумана. Вряд ли мне удастся воздействовать на всех магических существ, но если я подчиню хотя бы грифона, у нас будет шанс.

Но когда первые клубы тумана появились на моих пальцах, Тьер взял меня за руку:

— Не надо, — сказал он. — Будет только хуже.

— Но надо же что-то делать! Я не хочу, чтобы меня съели. Я не вкусная.

— Все будет хорошо, не переживай, — заверил меня Тьер и повернулся к Эле: — Дай, пожалуйста, аманит.

Эля без лишних вопросов протянула ему камень. Едва тот коснулся ладони Тьера, как к нему вернулся человеческий облик. И это произвело фурор.

Магические существа замерли, склонив головы на бок. Даже грифон застыл. А потом один за другим они начали опускать головы. Я не сразу поняла, что происходит. Лишь когда грифон согнул лапу и опустил голову до земли, до меня дошло, что это поклон.

— Чтоб у меня рог отвалился! — выдохнул Карл, между прочим, единственный, кто не поклонился. — Это ж принц-дракон.

Я с гордостью посмотрела на Тьера. И это мой жених. Жаль, только выглядел он не очень по-королевски – одежда тролля была ему велика и болталась на фигуре. Но даже так осанка и взгляд выдавали его голубую кровь.

— Слушайте мой приказ, жители Зачарованного леса, — произнес Тьер хорошо поставленным голосом. — Эти люди находятся под моей охраной. Я запрещаю причинять им вред.

Магические существа посмотрела на меня с Элей, но уже не так агрессивно, а скорее с интересом. А тут еще Тьер взял меня за руку и объявил во всеуслышание:

— Алитея – моя невеста и будущая королева.

Меня аж холодный пот прошиб. Размышляя о браке с Тьером, я никогда не задумывалась, что, выйдя за него, стану королевой. Это все из-за короны каменной девы. По понятным причинам я не горела желанием ее примерять.

Но сказанного не воротишь. После слов Тьера магические существа потянулись ко мне. Они подходили по одному, нюхали меня и отходили, уступая место следующему. Такая церемония знакомства в духе животных.

Поначалу я вздрагивала. Особенно если подходил кто-то особо большой и клыкастый. Но постепенно успокоилась. Стало ясно, что зла мне здесь не желают.

Все вели себя сдержанно и галантно, словно мыв лесу, а на светском приеме. И только Карл не изменил себе – спросил, ничуть не смущаясь:

— Что с тобой случилось, принц? Почему ты позеленел?

— Поссорился с женщиной, — ответил Тьер.

— Понимаю, — протянул Карл, косясь на супругу с детьми.

Церемония знакомства подходила к концу. Почти все желающие обнюхали меня. Казалось бы, все наладилось, но мы рано расслабились. В этот самый момент раздался хруст веток. По лесу как будто шла целая армия. Аж деревья сотрясались.

— Это еще что? — испугалась я и прижалась к Тьеру.

— Это не жители леса, — ответил грифон.

— И не мои люди, — произнес Тьер. — Мы пришли одни.

— Есть у меня догадка… — вздохнула Эля.

Она так и не успела ее озвучить. Все потому, что из-за деревьев с боевым криком выскочило что-то беловолосое растрепанное и дико злое.

— Кто обижает моих сестер? Всем на колени и рыдать!

Что удивительно, все хоть и частично, но послушались. На колени не упали, но дружно начали всхлипывать.

Да что это за маг? Хотя стоп... это лицо кажется мне до боли знакомым.

Да это же Ярослава! Моя средняя сестра. Эля упоминала, что в этом мире ее зовут Ясмина. Я не сразу ее узнала из-за длинных белых волос. Такой я видела Ясю впервые.

Похоже, весточка Эли достигла цели, и к нам поспешили на помощь. Но как же муж отпустил Ясю одну в лес?

Я получила ответ на этот вопрос уже через секунду, когда из-за деревьев выскочил дико злой темноволосый мужчина.

— Ясмина, стой! Тебе нельзя перенапрягаться, это вредно для ребенка, — ругался он, не обращая внимания на всех присутствующих.

— Не мешай, — отмахнулась она. — Тут обижают моих родных.

Как будто мало нам было семейных разборок, как на поляну пожаловали еще люди. На этот раз я быстро узнала вновь прибывшего – Аршер Моргари собственной персоной. Видела его через кастрюлю для связи. Высокий, красивый и решительный мужчина.

Слух нас не обманул Аршер в самом деле привел с собой целый отряд для спасения жены. Воины следовали за ним дружными рядами.

Вскоре на довольно обширной поляне стало тесно. С одной ее стороны выстроились магические существа, с другой – воины, а посредине – наша скромная компания. Все замерли, оценивая друг друга.

Чтобы Яся не сделала с магическими существами, ее магия быстро улетучилась, и всхлипы прекратились. Наверное, из-за беременности ее силы были не так велики. Живот, кстати, выглядел прилично. Это в очередной раз доказывало, что я пролежала без сознания на постаменте дольше, чем думала. Как минимум полгода, а то и дольше…

Первым в движение пришел Аршер. Он шагнул к Эле и крепко обнял ее.

— Еще раз покинешь меня, женщина, и я прикую тебя к супружескому ложу кандалами, — заявил он.

— Да вы тиран, ваша светлость, — хихикнула она, ничуть не испугавшись. А потом строго спросила: — С кем ты оставил нашего ребенка, Аршер?

— С лучшей няней на свете – с Исчадие. Между прочим, ты сама так ее называла.

Эля чуть подумала и кивнула. Видимо, ответ ее удовлетворил.

— Прикажи своим людям опустить оружие. Мы в безопасности и находимся под защитой принца магических существ, — Эля указала на Тьера.

Как только Аршер отдал приказ, и воины отступили, градус напряжения немного спал. Мы с сестрами, наконец, смогли обняться и даже успели немного посплетничать. Яся вкратце рассказала о том отрезке своей жизни, о котором я не знала. Я в свою очередь тоже поделилась новостями.

А мужчины познакомились с Тьером и вроде даже понравились друг другу, что для меня было важно. Я привыкла, что у нас дружная семья. Хотелось, чтобы так было и впредь.

Все были рады встречи. За исключением Карла. Единорог понуро стоял в сторонке, опустив рог к земле. Это было так не похоже на него, что даже я заметила. А Яся вовсе забеспокоилась и сама к нему подошла.

Погладила его белоснежную гриву и произнесла:

— Ну что, дорогой друг, разве ты не рад меня видеть?

Единорог фыркнул.

— Он говорит, что ты могла прийти и пораньше. Жизнь в лесу – тоска, — перевела я.

— Прости. Кир никуда не отпускает меня из-за беременности. Я вообще-то сбежала, чтобы сюда попасть. Как только рожу, обещаю навещать тебя чаще, — заверила она.

Карл мигом приободрился и неожиданно выдал:

— А я всегда знал, что ты особенная. Не мог я наделить Даром кого попало.

Его слова поняли только я и Тьер. Мне некогда было переводить для остальных, я просто спросила:

— Что это значит?

— Есть пророчество о трех сестрах. Ты разве не слышала? — уточнил Карл.

— Ох, нет, — закатали я глаза. — Только не еще одно пророчество. Мы с одним-то никак не можем разобраться.

— Единорог прав, — важно произнес грифон. Он говорил так, будто каждое его слово имеет вес. — Жителям Зачарованного леса давно известно пророчество о трех сестрах. В мир придут три сестры. Старшая соединит кровь магического существа и человека. Средняя спасет погибающее королевство. А младшая будет править Зачарованным лесом.

— И что это значит? — уточнила я.

— Что ты – наша королева. Вас с принцем необходимо короновать по законам Зачарованного леса.

Я посмотрела на Тьера. Не то чтобы я горела желанием кем-то там править. Это все-таки большая ответственность, а я порой со своими проблемами разобраться не могу. Но предложение грифона очень походило на решение нашей проблемы.

В условиях Этлины сказано, что сперва надо короноваться, а потом родить особого ребенка. Почему бы не попробовать лесной вариант коронации? Чего-то только не сделаешь, чтобы твой жених сменил цвет кожи с зеленого на нормальный…

Глава 13. О том, что короны бывают разными

И все же новость о грядущей коронации всех немного повергла в шок. Даже нас с Тьером. Мы шли в лес, чтобы спасти Элю, а в итоге все так стремительно изменилось.

— А чего все такие хмурые? — первой опомнилась Яся. Она всегда была самой жизнерадостной из нас. — Я знаю, что всем нужно для улучшения настроения. Немного окситоцина!

В ответ на ее слова магические существа разом зашипели.

— Они думают, что ты собралась вызвать демона, — объяснила я их реакцию.

— Глупенькие, — махнула Яся рукой. — Я предлагаю обнимашки! Это самый простой способ поднять уровень гормонов счастья. А ну-ка, всем быстро обниматься.

Яся первой подала пример, схватив в охапку Амфи и прижав к груди. Остальные не торопились повторять за ней. Тогда князь обвел всех таким темным и жутким взглядом, что люди и магические существа мигом бросились в объятия друг к другу. Что угодно, лишь бы не попасть под гнев князя.

Мы с Тьером и то обнялись. Даже Эля с Аршером. Хотя Аршер в принципе был не против лишний раз потискать жену.

— Какие вы молодцы, — умилилась Яся. — Правда, же так гораздо лучше?

Все дружно закивали головами, как болванчики. В итоге Яся осталась довольна. Она так и не поняла, что это ее муж заставил всех подчиниться. Похоже, при князе с Ясей лучше не связываться. Пока она бабочкой порхает с цветка на цветок, не замечая ничего вокруг, князь уничтожает любого, кто скажет хоть слово ей поперек. Такая вот семейная идиллия.

— Для подготовки коронации нужно время, — произнес грифон, когда с объятиями было покончено. — Вы можете остаться в Зачарованном лесу и пригласить всех, кого хотите видеть на этом важном событии.

— А можно нечисть из замка? — уточнила я.

Привыкла я к ним, сроднилась. Они мне стали то ли странной семьей, то ли ненормальными домашними питомцами. Я пока не определилась.

— Их доставят к коронации, — кивнул грифон.

Предложение пожить в лесу до коронации сперва показалось не лучшей идеей. Я не любитель походной жизни. Благо грифон объяснил, что приготовления займут сутки, не больше.

В конце концов, мы согласились. Сестры с мужьями, конечно, тоже остались. Они не могли пропустить такое событие.

Вслед за грифоном мы двинулись вглубь Зачарованного леса. Это была одна из самых непростых пеших прогулок в моей жизни. Тропинок в этой части леса не было. Из земли торчали толстые корни, которые постоянно приходилось переступать. Я то и дело спотыкалась. Не упала лишь потому, что Тьер поддерживал меня под руку.

Ясе пришлось тяжелее всего. Понимая это, князь всю дорогу нес ее на руках.

Чем дальше мы шли, тем плотнее друг к другу росли деревья. В какой-то момент нам пришлось чуть ли не протискиваться между стволами. Я никогда не видела настолько густого леса! Кроны деревьев смыкались так плотно, что не было видно неба. Солнечный свет не пробивался сквозь листву, и здесь, внизу было темно и сыро.

Если честно, это немного пугало. Меня не покидала мысль, что мы забрели куда-то в не самое дружелюбное место. Что если коронация лишь прикрытие, и нас просто заманивают в ловушку? Я оглянулась на воинов Аршера. Хорошо, что они с нами. С ними как-то надежнее.

Я уже собралась озвучить свои опасения Тьеру, когда впереди блеснул лучик света. Сперва всего один, похожий на солнечного зайчика, заблудившегося во тьме. Но вскоре их стало больше – десять, двадцать, пятьдесят, сто. Листву то здесь, то там пронизывали золотые лучу. Свет преломлялся, менял цвет из-за листьев и казалось, будто мы угодили в огромный калейдоскоп.

Деревья расступились так же внезапно, как сомкнулись, и мы очутились на огромном чистом пространстве. Здесь была только изумрудная трава и низкие кусты. А посреди всего этого – огромное могучее дерево. Оно уходило ввысь в небо, где касалось облаков. А его ветви простирались в стороны на десятки метров.

Это было поистине исполинское дерево. И оно служило домом для магических существ.

— Сотни лет здесь не ступала нога человека, — произнес грифон, намекая, какую нам оказали честь.

Через дупло в основание дерева мы прошли внутрь, и там я поняла, чем по сути является дерево. Это же настоящий дворец! Только стены у него не каменные, а деревянные, но от этого здесь было не менее красиво.

Перила лестниц, потолки и даже стены украшала резьба. В основном на лесные мотивы – листья, цветы, звери. Источник света служили мотыльки, в избытке летающие под потолком. Их теплый свет как будто согревал. А еще здесь приятно пахло – сладкой древесной смолой.

В дереве-дворце нашлась комната для каждого из нас. Моих сестер поселили с мужьями, а вот нас с Тьером – в отдельные спальни. Только после коронации мы официально станем мужем и женой. На нас не просто возложат короны, но и поженят. А пока ночь перед этим важным событием нам предстоит провести врозь.

Впервые за долгое время я засыпала со спокойным сердцем. Предстоящая коронация меня не пугала. Хотя, как вскоре выяснилось, магическим существам тоже было чем меня удивить.

— Это моя корона? Серьезно? — я не верила своим глазам.

Утром меня разбудил Амфи с предложением посмотреть на корону Зачарованного леса. Я, конечно, не смогла устоять и вслед за пернатым пробралась в зал для коронации. Тот располагался на самом верхнем ярусе. Фактически это была верхушка дерева – открытая площадка с видом на лес.

На деревянном алтаре лежали рядом две короны. По крайней мере, Амфи утверждал, что это они. Но я бы сказала, что птицы-неумехи свили гнезда, поняли, что получилось ужасно, и бросили их. А магические существа их подобрали и почему-то решили, что они сгодятся для коронации.

Ветки, перья, пучки травы, паутина – вот из чего состояли короны. А на той, что была женской, уже какая-то ненормальная пташка снесла яйца. Говорю же, это гнездо!

— Это еще что за домашняя поделка на урок труда? — я скривилась. — Я это не надену. Не хочу, чтобы мне нагадили на голову. Вот это будет коронация…

— Тссс, — испугался Амфи, — не говори так. Ты обидишь жителей леса, а это чревато… всяким. Я так и знал, что корона тебе не понравится, поэтому показал ее тебе заранее.

— Зачем?

— Чтобы ты была готова и не ляпнула что-нибудь во время коронации.

Похоже, Амфи хорошо меня изучил. Я вздохнула. Чего не сделаешь ради любви. В моем случае наденешь на голову гнездо… Решив, что это лучше, чем корона каменной девы, я смирилась.

Когда я вернулась в свою спальню, меня там уже ждали. Нет, не слуги, а звери. Птицы, зайцы, белки. Все они пришли, чтобы подготовить меня к коронации. Я прямо почувствовала себя диснеевской принцессой. Осталось только запеть.

Это были самые необычные приготовления в моей жизни. Птицы поливали мои волосы из кувшинов родниковой водой. Белки своими хвостами терли мне спину, а зайцы вытирали.

А потом принесли платье для коронации, и я ахнула. Оно было живое. На длинной юбке с шлейфом росли настоящие цветы – бело-розовые пионы. От наряда шло такое благоухание, что кружилась голова. С таким платьем и духов не надо.

Верх у платья был лаконичный – из серебристой ткани, обтягивающий, без рукавов. Так все внимание доставалось юбке.

— Ты будешь в нем прекрасна, — мечтательно вздохнула Амфи-девочка.

И я была. Зеркал в лесу нет, но я смогла оценить свое отражение в небольшом водопаде. Мне достался по-настоящему королевский наряд, и я ему соответствовала.

— Пора, — в мои покои заглянул Карл в образе единорога. — Иго-го! — выдал он, увидев меня. — Вот теперь я верю, что Четвертое королевство не утопия.

— Что за Четвертое королевство? — уточнила я, следуя за Карлом к месту коронации.

— Магическое, из жителей Зачарованного леса. Если у нас будет свое королевство, с нами будут обязаны считаться. Но нам нужны представители-люди.

— И на эту роль подходим мы с Тьером.

— Именно, — кивнул единорог.

Кто бы подумал, что даже в лесу есть политика. Но тут я была целиком на стороне лесных жителей. Эля рассказывала мне всякие ужасы о том, как люди истребляют магических существ ради Даров. Это необходимо прекратить.

Надо напомнить людям, что магические существа такие же разумные, как они сами, а для этого необходим аманит. Много аманита. Вот снимем проклятие с Северного замка и займемся добычей волшебного камня.

В зал для коронации я вошла со свитой из лесных жителей. Они несли шлейф моего платья.

Здесь уже собрались гости. В том числе нечисть из Северного замка. Они встречали меня дружным улюлюканьем, а еще выкриками «Гыв!» и «Ыда!». А я в ответ помахала им рукой.

За алтарем стоял золотой грифон. Именно он, как глава лесной общины, должен возложить короны на наши головы. Но главное – у алтаря ждал Тьер. При виде меня в наряде королевы, он лишился дара речи. И лишь когда я приблизилась, осторожно протянул мне руку. То ли опасаясь, что я мираж, то ли не веря, что я вложу свою ладонь в его.

— Если ты передумала, я пойму, — выдохнул Тьер.

— С какой стати? — нахмурилась я.

— Ты прекрасна, а я… жуткий зеленый тролль.

— Намекаешь, что я могу найти себе кого получше? — хмыкнула я. — Может и так. Но вот беда, мне нужен только ты. Зеленый, синий, бурый в крапинку – мне все равно.

— Я люблю тебя, девочка с солнечными волосами, — улыбнулся он.

Надо же, цвет моих волос давно изменила русалка, а Тьер до сих пор помнит.

— Кхм, — кашлянул грифон, привлекая всеобщее внимание.

Солнце как раз достигло зенита. Пора начинать церемонию коронации.

Солнце зависло точно над деревом-исполином. Мы все купали в его лучах, когда грифон запрокинул голову и трубно зарычал на весь лес. Его рык подхватили другие звери. В секунду лес наполнился разноголосым звериным ревом. Определенно, такая вступительная часть мне нравилась больше, чем долгие заунывные речи священнослужителей.

Грифон расправил крылья и взмахнул ими. Это тоже был знак. По нему два беркута подхватили корону Тьера и возложили ему на голову.

Тьер принял корону с поклоном. Его ничуть не смутил ее внешний вид. Поэтому когда подошла моя очередь, я тоже покорно склонила голову и позволила надеть на себя корону-гнездо.

И вот тут что-то произошло. Едва короны очутились у нас на головах, они претерпели изменения. На казалось бы давно мертвых палках распустились листья и зацвели цветы. А на моей короне вовсе запищали вылупившиеся птенцы.

Короны преобразились. Вот теперь их можно было назвать красивыми – яркими, живыми, по-настоящему королевскими.

— Лес принял вас, — сообщил грифон. — Отныне вы – наши король и королева.

После этих слов грифон первый нам поклонился, а следом за ним и все остальные.

Мы с Тьером обернулись к зрителям, и они искупали нас в овациях. В какой-то момент мне почудилось, что среди толпы я вижу полупрозрачную женщину с мужчиной. Они стояли в обнимку и улыбались. Похоже, на нашу коронацию пришли все, даже призраки.

А потом был пир. Столы накрыли прямо на поляне вокруг дерева. Праздновали вместе – люди, животные, нечисть. Все были очень дружны. Мы ели, болтали, смеялись, танцевали, а когда взошла луна, я взяла Тьера под локоть и шепнула ему на ухо:

— Пора выполнить вторую часть пророчества.

Тьер понял мой намек. Мы улизнули с пира и поднялись в спальню. Теперь уже общую для нас обоих.

Огромная супружеская кровать были украшена лепестками цветов, и ждала нас.

— Позволь помочь тебе, — с этими словами Тьер снял корону с моей головы, а следом и со своей.

Я повернулась к нему спиной, и он расстегнул платье. Благоухающей клумбой оно упало к моим ногам. Я осталась в одном нижнем белье. Настолько тонком и кружевном, будто оно из паутины.

Тьер не мог отвести от меня жадный взгляд. Но прежде чем он шагнул ко мне, я произнесла:

— Сними его.

Он, повинуясь, тут же сбросил сюртук на пол и рванул рубаху у горла. Тьер посчитал, что я прошу его раздеться. Что ж, я была не против, хотя просила все-таки о другом.

— Сними аманит со своей шеи, — повторила я.

— Ты уверена? — нахмурился Тьер. — Я стану троллем.

— Я долго думала над тем, как нам выполнить вторую часть пророчества – зачать особого ребенка. Сестра говорила, что это делается во вторых ипостасях.

— Для нас это невозможно, — покачал головой Тьер. — Моя вторая ипостась – дракон. Да и какая разница, если я все равно не могу сменить облик из-за проклятия?

— Как раз в этом проклятие играет нам на руку! — обрадовала я. — В точности так же, как все магические существа, ты меняешь ипостась, когда не касаешься аманита. Проще говоря, облик тролля и есть твой вторая ипостась. На данный момент. Понимаешь?

— Кажется, да, — кивнул Тьер. — Но как быть с твоей второй ипостасью? Ты становишься дымом. Я не смогу тебя даже коснуться.

— Это проблема, согласна. Но когда я превратила Этлину в дым и сама стала им, то выяснила, что мы вполне можем касаться друг друга.

— Хочешь сделать то же самое с нами? — догадался Тьер.

— Все это полумеры, я понимаю. Как и коронация другой короной. Но попробовать стоит…

— С тобой я согласен на любое безумство, — Тьер снял подвеску с аманитом и отложил ее в сторону.

Теперь передо мной стоял тролль, но его вид больше не пугал меня. Это не просто тролль, не просто принц, это мой муж. Коронация обвенчала нас. Отныне и навеки мы будем вместе. Так чего мне бояться?

Я вызвала магию и направила ее на Тьера. Как только он исчез, я присоединилась к нему. Здесь, в нематериальном мире мы, будучи сами нематериальными, могли по-прежнему касаться друг друга. Не знаю, почему все именно так. Магия со своими правилами так и осталась для меня загадкой. Главное – это работает.

Тьер осторожно привлек меня к себе и поцеловал. Все его движения были тщательно выверенными и вкрадчивыми. Все потому, что он боялся навредить мне. Слишком сильно сдавить, сломав ребра. Или крепко поцеловать и оцарапать клыками.

Он был предельно аккуратен со мной, но меня это не устраивало. Я хотела огня и страсти. К черту осторожность! Мы все-таки молодожены, а не пенсионеры.

Обхватив шею Тьера руками, я привстала на носки и прижалась к мужу всем телом. С мужчинами легко. Их ничего не стоит завести. Я всего лишь легонько потерлась о Тьера, и он потерял голову.

Зарычав, он подхватил меня на руки и бросил на кровать. Вот это уже лучше. Процесс пошел.

Прежде чем присоединиться ко мне на кровати, Тьер избавился от остатков одежды. Белье на мне он приговорил еще быстрее, просто сорвав его. Похоже, я разбудила настоящий вулкан.

Желание накрыло нас подобно огненному смерчу. Оно стучало в висках набатом, от него перехватывало горло и сбивалось дыхание. Оно сквозило в каждом прикосновение Тьера, в каждом его поцелуе.

Даже в образе тролля он умело манипулировал моим телом, играя на нем, как на музыкальном инструменте. Он извлекал из меня такие звуки, на которые я, казалось, была неспособна – стоны, хрипы, томные вздохи.

Это была долгая, неспешная прелюдия. Тьер доводил меня до исступления. И так до тех пор, пока я взмолилась о пощаде. Тогда он помог мне достичь пика. Взрыв был такой силы, что меня будто выбросило за пределы Вселенной. Удовольствие накатывало волнами – каждая последующая сильнее предыдущей. Оно длилось и длилось.

Но даже этого мне было мало. Я хотела большего. Хотела ощутить Тьера, стать с ним одним целым.

Он угадал мое желание. Вошел в меня быстро и резко, заполнив сразу до отказа. Боль если и была, то кратковременная. Видимо, и тут магия пришла мне на помощь. Но все же тролль был слишком большим, мне нужно было время, чтобы привыкнуть. Тьер это понял и замер.

Спустя минуту я сама двинулась ему навстречу, и он подхватил мой ритм. Сначала медленно, потом все быстрее, наращивая темп и так до полного неистовства. Пока мы оба не рухнули на кровать, сотрясаемые новым цунами наслаждения.

Страсть схлынула, но после нее осталась нежность. Тьер ласково гладил мою спину и волосы. Он все хотел убедиться, что я в порядке. А мне было так хорошо, что я могла только мурлыкать, как довольная кошка.

— Думаешь, все получилось? — спросил он, когда к нам вернулась способность говорить.

— Если нет, то мы повторим, — хитро улыбнулась я.

— С превеликим удовольствием, — рассмеялся Тьер. — А сейчас вернешь нас в осязаемый мир?

— Ммм? — протянула я.

Совсем забыла, что делала нас нематериальными. Похоже, придется напрячься. Но ничего, справлюсь. Магия с каждый разом давалась мне все легче. Еще немного – и я буду управлять ею с закрытыми глазами.

Вот и сейчас я без проблем вернула наши тела. Правда, ненадолго. Еще пару раз за ночь мне пришлось делать нас нематериальными, чтобы мы могли повторить все сначала. Ох, и ненасытный мне достался муж. Впрочем, я сама не лучше. Даже в этом мы совпали.

Глава 14. О счастливом исходе

Спустя несколько дней после коронации мы все разъехались по домам. Эля с Аршером вернулись к малышу, Яся с князем в Южный дворец. На прощание мы договорились о семейных встречах каждую последнюю неделю месяца. Будем по очереди ездить друг к другу в гости и нянчить племянников.

Перенестись нам помогли лесные жители. Благо там у всех редкий магический Дар. В том числе нашлись те, кто владеет местным вариантом телепортации. Не один Амфи оказался одаренным.

После возвращения жизнь в Северном замке быстро вернулась в привычное русло. Сквозняки гуляли по коридорам, нечисть чудила, а мы с Тьером были абсолютно счастливы.

За все время случилась только одна неприятность – я поссорилась с Комнатой. Все потому, что после свадьбы-коронации я переехала жить в спальню к Тьеру. А Комната сочла это чуть ли не предательством.

Она жалобно дребезжала всем, чем можно – подвесками на люстре, каминной решеткой, бокалами на комоде – в попытке меня разжалобить.

— Да пойми же ты, — всплеснула я руками, — муж и жена должны спать вместе.

В ответ Комната захлопнула дверь и отказалась меня выпускать. Надо было срочно ее успокоить, а то буду сидеть взаперти, как принцесса в башне дракона.

— Я вовсе не бросаю тебя, — заверила. — Обещаю, что буду иногда приходить ночевать. Вот поругаюсь с Тьером и сразу к тебе.

Комната тяжело вздохнула шторами на окнах – они приподнялись, как от ветра, и опустились. Кажется, она не верила, что мы в ближайшее время поссоримся. Это правда, мы с Тьером совсем не ругались.

— Скоро у тебя будет новая роль, — тогда я зашла с другой стороны. — Тебе понравится.

Подвески замерли, Комната прислушалась к моим словам. Ей было любопытно.

— Ты станешь детской! — объявила я. — Только представь, как будет здорово. Сюда мы поставим кроватку, в ней будет спать малыш, а ты будешь заботиться о нем. Из тебя получится замечательная няня, я уверена.

Комната осторожно звякнула подвесками, вроде как сомневаясь.

— Ты справишься, не переживай.

Только так мне и удалось помириться с Комнатой. И то мы немного поспорили насчет цвета свет будущей детской.

Единственное, я умолчала, что вовсе не уверена – удалось мне забеременеть или нет. Но мы с Тьером упорно работали над этим вопросом. Во-первых, мы оба хотели ребенка. А во-вторых, мы все еще надеялись снять проклятие.

Целый месяц мы прожили спокойно в Северном замке, съездили в гости к Эле, повидались с родными и вернулись. И в следующую же ночь после возвращения я проснулась от тревожного сна. Что-то было не так.

— Тьер? — позвала я мужа, но его половина кровати была пуста.

Я поежилась от холода. Почему в спальне такой мороз? Я быстро нашла причину – открытое окно. Кто-то распахнул его настежь, что в суровом климате Северного королевства ни в коем случае нельзя делать.

Кутаясь в одеяло, я поспешно закрыла окно, но так и не поняла, куда делся Тьер. Не мог же он выпрыгнуть в окно… Да нет, это бред.

И все же я испугалась. Неопределенность толкала на поиски, и я вышла в коридор. Воображение рисовала всякие ужасы. Например, Этлина могла вернуться из нематериального мира и всех заколдовать.

Я звала Тьера по имени, а потом Джема и других обитателей замка, но никто не спешил отзываться. Да что здесь происходит?

В конце концов, мои вопли разбудили Амфи. Но пернатый ничем не мог помочь. Он мирно спал и не видел, куда все подевались.

Лишь добравшись до кухни, мы с Амфи обнаружили первые признаки жизни и выдохнули с облегчением. А то уже начало казаться, что во всем замке остались только мы двое.

Из-под кухонной двери тонкой полоской пробивался свет, а еще оттуда доносился шепот. Тьер сбежал от меня посреди ночи, чтобы тайно посовещаться с домовым?

Ничего не понимая, я толкнула дверь и в шоке застыла на пороге. На кухне яблоку негде было упасть – за длинным столом сидело человек десять не меньше. Да-да, я не оговорилась, там сидели именно люди.

— Вы еще кто такие? — уперла я руки в бока.

Мой вопрос остался без ответа. Все потому, что мое внезапное появление на кухне шокировало незваных гостей не меньше, чем меня их присутствие в замке.

Пока тянулась эта немая сцена, я присмотрелась к гостям и вдруг обнаружила, что их вид кажется мне знакомым. Я точно где-то видела вон того худощавого бледного парня в рубахе с жабо. Да это же… это же… вурдалак!

Стоило узнать одного, как память заработала на полную катушку, и я опознала среди собравшихся двух упырей – парня и девушку, а еще пожирателя снов – мужчину в возрасте.

Я видела их всех мельком в образе людей, когда они дрались за аманит, и запомнила не всех. Но даже этого хватило, чтобы понять – передо мной бывшая нечисть.

— Но как... — только и смогла пробормотать я.

— Не знаем, — развел руками бывший пожиратель снов. Он, как самый старший, взял слово. — Мы проснулись ночью и поняли, что изменились.

— Без аманита? — уточнила я.

— Без, — подтвердил один из бывших вампалов.

Я привалилась к стене. Мозг лихорадочно заработал, гоняя мысли. Вскоре в моей голове сложилась интересная логическая цепочка. Вернуть человеческий облик без аманита нечисть может только в одном случае – если проклятие спало. Спасть проклятие может только в одном случае – если исполнилось пророчество. Пророчество может исполниться только в одном случае – если появится особенный ребенок.

Я прижала ладони к своему животу и пробормотала:

— Я что же, беременна?

Бывшая нечисть переглянулась между собой. Один за другим они расплылись в улыбке, а потом как гаркнули хором, что я аж вздрогнула:

— Поздравляем!

Не успела я как следует проникнуться этой мыслью, как в коридоре раздались крики:

— Я – человек! Я – снова человек!

А затем смех и улюлюканье. Кто-то бежал по коридору, кто-то напевал. Замок постепенно преображался. В эту ночь всем точно будет не до сна.

Мы высыпали в коридор на шум, где одного за другим повстречали всех жителей замка: упитанного волхва, сползшего с паутины; строгого дворецкого – бывшего голема; миловидную даму, что была русалкой. Все-все вернули себе человеческий облик и праздновали это событие.

Единственные, кого я так и не нашла – Тьер и Джем. Мой король и его младший брат-принц исчезли. Это всерьез меня обеспокоило. Не мог Тьер бросить меня. Если его нет рядом, значит, что-то стряслось.

Я поделилась опасениями с бывшим пожирателем снов. Он казался мне мудрым мужчиной, хотя бы из-за возраста.

— А где аманит его величества? — уточнил пожиратель.

— Кажется, он лежал на тумбочке рядом с кроватью, когда я проснулась, — ответила я.

— Тогда все понятно, — кивнул пожиратель. — Его величество там, — он ткнул указательным пальцем куда-то вверх.

Вряд ли он говорил о потолке. Неужели это намек на небо? Тьер погиб? Я схватилась за сердце. Только не это!

— Ох, простите, — пожиратель помог мне присесть, — я вовсе не имел в виду ничего такого. Я говорил о крыльях.

Я часто заморгала, словно это помогало мне думать. До меня не доходил смысл слов пожирателя. Не доходил, не доходил, а потом ка-а-ак дошел!

Словно в ответ на мою догадку откуда-то сверху донесся громогласный рев дракона. Аж стены замка задрожали.

— Кажется, супруг вас зовет, ваше величество, — заметил бывший пожиратель.

— Ох, — побледнела я.

***

Обычно Тьер спал спокойно. Если реагировал на что-то, то исключительно на движение Алитеи во сне. К ней он всегда был чуток.

Но в этот раз его разбудила не жена. Она мирно спала рядом. Было что-то еще… другое, внутри самого Тьера. Что-то жгло его изнутри, силясь прорваться наружу. Ему становилось все жарче и жарче, пока не стало совсем невыносимо.

Вскочив с кровати, Тьер бросился к окну. Он торопился. Настолько, что совсем забыл про аманит на прикроватной тумбе. Тот был в состоянии помочь, остановить процесс, но когда Тьер о нем вспомнил, было уже поздно за ним возвращаться. У него остался всего один выход – в окно. В противном случае он навредит Алитеи.

Некогда было будить жену и что-то объяснять. Все, что Тьер успел – схватиться за раму и дернуть ее на себя. За миг до того, как его тело изменилось, он вывалился из окна на улицу. Но не упал, а напротив воспарил. За спиной раскрылись мощные крылья и подняли его в воздух.

Несколько тяжелых взмахов крыльями, и Тьер поднялся еще выше. Он вспоминал, каково это – лететь. За годы проклятия он почти забыл эту тонкую науку. Но если ты однажды встал на крыло, то тело помнит навык.

Постепенно у него получалось все лучше и лучше. И вскоре Тьер уже взмыл к облакам. Ветер наполнял крылья, полет пьянил кровь, в груди рождалось жаркое пламя, и Тьер изверг его, озарив небо красным заревом.

Он – дракон! Наконец-то, вернулась вторая ипостась. Случилось чудо, которого он уже не ждал. И все благодаря его жене. Алитея совершила невозможное. Она спасла Северный замок от проклятия. Никогда еще Тьер так сильно не любил свою жену, как в этот миг. Поразительно, но с каждым днем его чувство к ней только росло. Хотя казалось бы, куда больше…

Вскоре в небе к нему присоединился второй молодой дракон – его младший брат Джем. Теперь они уже вдвоем они летели среди облаков, наслаждаясь каждой секундой свободы.

Но, конечно, вечно так продолжаться не могло. Тьеру надо было возвращаться к жене. Он надеялся, что она его узнает и примет в таком обличии, а главное – поможет вернуть человеческий облик с помощью аманита.

Вдвоем с Джемом мы приземлились на площадку на крыше замка. Чуть подождав, Тьер понял, что никто к ним не спешит. Тогда он решил сам позвать Алитею и негромко рыкнул. По крайней мере, ему так показалось. Вот только от его зова несколько камней сорвались с гор и ухнули в пропасть. Возможно, он перестарался с непривычки.

Скоро чуткий драконий слух уловил топот ног на лестнице. Через миг на площадку высыпали, кажется, все жители Северного замка. Тьер с радостью отметил, что они вернули себе человеческий облик. Значит, он угадал – проклятия больше нет!

Вперед осторожно вышла Алитея. Вид у нее был бледный и испуганный. Тьер совсем не хотел ее пугать. Он опустил голову на передние лапы, показывая свое дружелюбие.

Дрожащей рукой Алитея протянула аманит на цепочке и опустила ему на лапу. Едва камень соприкоснулся с чешуей, Тьер стал человеком.

— Прикройтесь, ваше величество, — камердинер протянул ему длинный сюртук, и Тьер надел его на голое тело.

— Второй аманит для Джема, — сказала, осмелев, Алитея.

Этот камень подарила ее сестра Эльвенг. Пока что это были все запасы аманита в замке. Но их хватило, чтобы Тьер и Джем снова стали людьми. Для младшего брата у камердинера тоже нашлась одежда.

— Как приятно, наконец, увидеть тебя, Джем, — улыбнулась Алитея.

— У тебя есть идея, почему проклятие спало именно сейчас? — уточнил Тьер.

В ответ Алитея хитро сощурилась, и он вдруг все понял.

— Это же потрясающе, — выдохнул Тьер и заключил жену в объятия. — Слушайте все – я стану отцом! У Северного и Магического королевства скоро появится наследник! Это будет особенный ребенок, — последнее он прошептал Алитеи на ухо. — И вовсе не из-за магии, а потому что он наш с тобой.

Алитея запрокинула голову и подставила ему губы для поцелуя. Тьер не заставил ее долго ждать. Они целовались под поздравления жителей замка.

Определенно, это надо отметить. Такое событие надо сделать ежегодным праздником! Пусть все знают, как он был счастлив в этот день.

Эпилог

С того момента, как проклятие спало, все поменялось. Даже природа вокруг Северного замка. Снега постепенно таяли, из земли проклюнулась трава, а за ней и цветы.

Тьер вплотную занялся добычей аманита в шахтах. Он снарядил первые отряды, и они уже вовсю трудились. Скоро мы сможем обеспечивать Зачарованный лес волшебным камнем. И я даже знаю, кто будет особенно этому рад. Конечно, Карл. Он вечно ноет, что ему скучно быть просто магическим существом.

Следующим шагом должно стать признание Магического королевства соседями. Ради этого Тьер добился собрания глав всех королевств. Князь Кирриан во всем ему помогал. Вместе им удалось назначить встречу.

А еще из Южного королевства пришла новость – там видели Этлину. Ей все-таки удалось вернуться из нематериального мира, куда я ее отправила. Вот только она потратила на это всю свою магию и стала совершенно неопасной. Я решила оставить ее в покое, пусть себе живет. Лишиться магии – уже наказание для нее.

Пока Тьер готовился к встрече с правителями, я тоже готовилась, но к другому важному событию. К родам. Рожать я решила в своей Комнате. Несмотря на лучших повитух, я хотела, чтобы подруга тоже была рядом.

Моя Комната – единственная, кто отказался вернуть себе человеческий облик. Она предпочла остаться вечным духом помещения. Тьер объяснил это тем, что горничная, ставшая Комнатой, была немолода. А так она сможет прожить намного дольше.

Мы не стали ее разубеждать. Каждый волен сам решать, кем ему быть.

И вот момент настал. У меня отошли воды, а затем начались схватки. На роды приехали мои сестры. Они обе уже прошли через это и хотели помочь мне, но я от боли была сама не своя. Кричала и ругалась. А когда повитуха в очередной раз попросила меня правильно дышать, шарахнула по ней туманом.

— Сама дыши! — выкрикнула я приказ, и повитуха принялся усердно вдыхать и выдыхать.

— Аля, — пристыдила меня старшая сестра, — она же просто хотела помочь…

Мне стало неловко, и я отозвала туман внушения.

Признаться, дело было не только в боли. Мне было страшно. Я до ужаса боялась, что родится тролль. Ведь именно так выглядел Тьер, когда мы зачали нашего ребенка. Что я буду делать, если у ребенка будет зеленая кожа и клыки? Любить его буду, вот что – дала я себе мысленный подзатыльник. Зеленый или какой угодно другой, а это будет мой малыш.

Под утро схватки закончились плачем ребенка. По крайней мере, у него сильные легкие, это уже хорошо.

— Он прекрасен, — умилилась Яся.

— Он? — переспросила я.

— Да, — кивнула сестра, — у тебя сын, Аля. Похоже, я одна в этой семье родила девочку.

— Ребенок совершенно здоров, — добавила Эля, протягивая мне малыша.

У моего сына была ровная прекрасно-бежевая кожа. И никаких клыков! Это был самый красивый человеческий ребенок, которого я когда-либо видела.

Я взяла его на руки и прижала к груди. Малыш серьезно смотрел на меня своими карими глазками. Вдруг я заметила, как в его глазах промелькнуло пламя. Всего секунда, но я была уверена в том, что видела.

Вот оно – наследие отца. Мой сын – огненный. Но в то же время он и дым. Я чувствовала легкий запах дыма от его кожи. Это ему досталось от меня. Ребенок взял лучшее от обоих родителей.

— Позовите Тьера, — попросила я. — Пора ему познакомиться с сыном.

Муж ворвался в спальню, едва открыли дверь. Секунда – и он уже был возле кровати. Опустившись рядом со мной на колени, он с трепетом смотрел на ребенка у меня на руках.

— Ринсвинд, — прошептал он имя.

— Ринс, — повторила я, пробуя его на вкус. Что ж, я к нему привыкну. Так здесь заведено – дракона нельзя назвать, как попало, только родовым именем.

Тьер наклонился, поцеловал меня и прошептал:

— Спасибо… за всё…

Я откинулась на подушку и довольно улыбнулась. Как и обещала, я исполнила пророчество. Проклятие закончилось, но наша с Тьером история только начиналась. Я не знала, какой она будет, но в одном не сомневалась – мы будем жить долго и счастливо.

Конец

Content

Герр Ольга Попаданка для принца или Жена из пророчества 2.