Милана Стоун

Хочу сестру друга

Глава 1

***Макс***

— Тёлки сегодня отменные! Ты смотри, одна лучше другой, — мне приходится перекрикивать музыку в шумном клубе, чтобы обратиться к другу. — Князев, ты чего молчишь?

Кореш тычется в своем телефоне и не обращает внимания на девушек, которые из кожи вон лезут, чтобы попасть за наш столик. Выгибаются, глазками стреляют, так и нарываются на твёрдый член.

На одну из них у меня есть особые планы.

— Котов, тебе лишь бы бабы, — хмыкнул друг, быстро обведя девок взглядом. — Я сегодня пас, настроение нелётное.

Знаю я, почему у него «нелетное настроение», — сегодня ему сообщили, что его сводная сестра, которую он хочет трахнуть, решила поступать в наш вуз и теперь ему придётся с ней возиться.

Не повезло ему.

— А я думаю подцепить какую-нибудь эффектную блондиночку, — решаю больше его не донимать, опрокидываю бокал с вискарём, указывая пальцем в первую встречную, — вон ту, например.

— Господи, что за трансформер? Там же один силикон, — морщится друг на мой выбор.

— Да? — на моём лице появляется ухмылка. — Я так сильно пьян, что мне уже всё равно.

Ржу и все же приглядываюсь. И, правда, уж слишком большой размер губ и груди девушка себе сделала, да и высокая она, как шпала, скорее всего модель.

Хотя, я ростом побольше буду, на голову выше так это точно. Но все же я люблю миниатюрных, чтобы девушка голову задирала, смотря на меня.

Так что нет, не мой вариант.

Блондинки всегда были моей слабостью Присмотревшись получше, я понял: то, что крутилось рядом, мне совсем не подходило.

Одна слишком худая, другая слишком толстая, у той улыбка стремная, а эта — пьяная в хлам.

На первый взгляд казалось, что девочки-топ, но, когда пригляделся получше, понял, что придется мне разочарованно продолжать пить и вести разговоры ни о чем, пока голова окончательно не пойдет кругом.

Сегодня в клубе шумно, а все потому, что закончился очередной учебный год. Это событие мы как раз и отмечали нашей большой дружеской компанией.

Без пяти минут первокурсниц здесь сегодня валом, но видимо не судьба, а так хотелось расслабиться. Скорее всего, придётся ехать к проверенной Ксюше, — она всегда мне рада.

Может прямо сейчас?

За столиком со мной сидели мои близкие друзья, в основном, уже загнанные под каблук, так что снимать баб мне было не с кем.

— Отойду, — сообщаю пацанам, решая прогуляться до бара.

Ловить здесь нечего, выпью и к Ксюхе.

Спускаюсь на первый этаж, следуя прямо к барной стойке. Понимаю, что выпивки на сегодня достаточно, в глазах уже не то что двоится, — я на ногах еле стою.

И тут мой взгляд зацепился за длинные светлые волосы, красиво спадающие на голую хрупкую спину.

Девушка, стоявшая у бара, заказывала напиток и при этом нервно постукивала пальчиком по стойке.

Я стал наблюдать, как она убирает за ухо волосы и моему взору открылась изящная, тонкая шея, на которой эротично смотрелся модный чокер.

У меня обычно не стоит просто от вида девушки, особенно, когда на ней так много одежды, но сейчас я ощущаю, как мое настроение стремительно поднималось вверх.

— Я тебя нашёл, — сказал сам себе, еле сдерживая довольную улыбку, уже знаю, что сегодня оторвусь.

Девушка явно отличалась от многих других: вела себя не вызывающе; ее движения были плавными, взгляд — завораживающим, словно она находилась не в ночном клубе, а в обычном кафе.

Скромница? Да нет, быть этого не может, особенно если судить по короткому красному платью и чулкам, которые я заметил, когда она немного вытянулась, чтобы забрать заказанные напитки.

Внимательно осмотрел незнакомку. Рост — небольшой; фигура — отпад, тоненькая талия, которую скорей всего я смогу обхватить двумя руками, даже несмотря на то, что она в чёрных туфлях на шпильках приличной высоты.

Дюймовочка, в общем. Особенно мне нравятся ее ножки, они бы хорошо смотрелись у меня на плечах.

Я, как затаившийся охотник, продолжаю наблюдать за ней. Девушка вызвала у меня нешуточный интерес.

Взяв два стакана, она понесла их к столику, где ее возвращения ожидала компания молодых девушек, но мой взгляд был прикован только к ней.

Подойдя к столику, она продолжила беззаботно общаться со своими подругами. Я видел, как она над чем-то смеялась, случайно повернувшись в мою сторону, и в этот момент меня словно током пронзило.

Вот черт, прямо в пах. Мой вариант, прямое попадание!

Отчего-то она казалась мне знакомой, но я столько баб перевидал, что это было неудивительно. Но в этой есть что-то особенное, а что именно, я решил узнать этим вечером.

— Чистый виски, — делаю заказ, который сразу же выполняет знакомый бармен (этот парень учится на курс младше). — Костян, не знаешь, как зовут вон ту блондинку?

Я здесь далеко не впервые и здесь мне уже все, как родные.

— Не-а. Хороша, только грудь маловата, но так сойдёт, на пару раз, — парень кидает в ее сторону слишком заинтересованный взгляд. — Думаю к ней подкатить, моя смена как раз заканчивается.

Глава 2

От слов бармена я даже взбодрился и моментально протрезвел.

— Попробуй, если у тебя есть пара лишних зубов.

Сам от себя не ожидал, что скажу это с такой агрессией. Костю я знаю давно, мы с ним не друзья, у нас даже было несколько стычек, но вот так сильно никогда я на него не гнал, тем более из-за какой-то там девки.

— Котов, ты не надорвешься столько девушек цеплять? Оставь полакомиться другим, — ухмыльнулся он. — Тем более ты в таком состоянии, что даже говорить нормально не можешь, а с этой девочкой у нас уже произошёл контакт.

Кулаки начали зудеть от таких наглых заявлений, и я решил, что лучше отойти от него, потому что устраивать драку я не хотел.

Мне нельзя просто так размахивать кулаками, а то так можно и любимого занятия лишиться, чего я, конечно же, не хочу. Ринг — моя жизнь. Без него я не смогу сдерживать всю накопившуюся злость и она начнет выливаться на моих близких.

Не понимаю, чем вызвана моя реакция на Костю, и вновь возвращаю взгляд на ту, что так же, как и меня, его заинтересовала, — ту, которую он сегодня не получит.

Наблюдаю за крошкой еще минут десять и никак не могу понять, в чем дело: почему от неё меня так ведёт. это очень странно.

Кто она? Бывшая? Да вроде нет. Хотя их столько было, что всех и не запомнишь. Я ее точно где-то видел, но вот где? Думай, Макс, думай!

Алкоголь никак не помогает разобраться в ситуации, — он лишь сильнее уносит меня за черту нормальности.

Бах! Она начинает танцевать, причем так умело выкручивает задницей, что я напрягаюсь, заворожённо наблюдаю за каждым ее движением. Выглядит не пошло. Она явно занималась танцами, или танцует до сих пор.

Мне нравится наблюдать, как мечтательная улыбка появляется на ее симпатичном лице, как она прикрывает в блаженстве глаза.

Интересно, какого они цвета? По-любому голубые. Вот если…

Теряю мысль, когда рядом с ней начинает кружить какой-то черт, который пытается к ней подкатить, вырывая крошку из своего танцевального транса.

Девушка пытается его отшить, но он настолько пьян, что попросту не понимает ее намеков. Когда начинается потасовка, я понимаю, что больше не намерен стоять в стороне и смотреть. Иду прямо на них, расталкивая народ на своем пути.

В этот момент, она замечает меня, открывает маленький ротик, но сказать ничего не успевает.

— Пошел вон отсюда, — беру парня за ворот рубашки и оттаскиваю от неё.

Он осматривает меня, пытается вырваться, до него не сразу доходит, что силы не равны.

Я пятнадцать лет в боксе, мое тело натренировано от и до, хорошо, что он это все-таки понял и решил быстро ретироваться.

Слова тренера так и гудят в башке: "никаких драк".

Девушка глазеет на меня, а я подмечаю, что ее глаза — все же голубые. Она что-то говорит, но из-за музыки я не слышу слов, да мне и не нужно.

Наклоняюсь к ней, чтобы сказать на ухо:

— Пойдём на второй этаж, покажу тебе одно место.

— Эм, хорошо… — говорит она в ответ. — И спасибо тебе.

От неё приятно пахнет сладкой ванилью, и я, как дурной, зарываюсь носом в ее волосы, вдыхаю аромат, но она быстро отстраняется, смотрит на меня удивлённо.

Чувствую новый удар алкогольного опьянения, плохо соображаю, даже не помню, когда успел протащить ее на второй этаж.

Здесь находятся вип-комнаты, которыми можно пользоваться, если приспичит.

Я привык, что многим девушкам я сразу прихожусь по вкусу, и они готовы уединиться со мной через несколько минут после знакомства, и мне кажется, что и в этот раз случилось то же самое, потому что ждать и ухаживать — это не про меня.

Запихиваю девушку в первую попавшуюся открытую комнату, молниеносно накидываюсь на нее, желая поскорей оказаться на ней.

Впервые меня так заносит, словно мне в алкоголь что-то подмешали. Таким голодным на женское тело я давно не был, наверно, сказывается мое двухнедельное воздержание.

Шуршу руками по стройному телу и задираю короткое платье, шлепая по аппетитной заднице.

В комнате царит полумрак. Я замечаю рядом небольшой комод, предназначение которому я быстро нашел:, усадил на него свою крошку.

Взгляд впивается между ее ног.

— Офигеть… — хриплю, смотря на розовые хлопковые трусики с цветочками. Потом перевожу пьяный взгляд на ее лицо. — Восемнадцать хоть есть?

Не хватало ещё с малолеткой связаться.

— Ч-что?

Она пытается слезть, смотря на меня как-то подозрительно. В ее глазах я заметил страх. С чего бы это?

— Да похрен, — не выдерживаю и снова накидываюсь на нее.

Я в таком состоянии, что мне уже все равно.

Глава 3

Зарываю руку в ее мягкие волосы и не раздумывая ни секунды целую поджатые розовые губы, чувствуя, как она несильно сопротивляется. Или мне так только кажется…

Дурею, пробуя на вкус ее губы, ощущаю, как она хватается за мои плечи, словно хочет отстраниться, но я не даю ей это сделать.

— Макс, ты в своём уме?! — вскрикивает она, ударяя маленькой ладонью мне по груди, начинает вырываться активнее. — Что на тебя вообще нашло? Отпусти меня немедленно, или я все расскажу…

Хватаю ее за талию, чтобы она перестала рыпаться. Это начинает раздражать. Для чего ты тогда пришла в клуб, почему поднялась со мной на второй этаж?

— Куда собралась? Мы только начали, блондиночка.

— Я сказала отвали, урод, — прокричала мне в лицо, нырнула под мою руку, с ошарашенным взглядом спрыгнула с комода, поправляя задравшееся платье.

Я подвис и не понял в чем дело.

Начинаю беситься. Не люблю, когда меня сначала заводят, а потом обламывают. А кому это понравится?

Она собирается уходить, но я отпускать ее не намерен. Мне нужно знать, в чем, собственно, причина такого резкого взбалмошного поведения.

— Ты чего ломаешься, как целка? Выкручивала задом, как шлюха, на танцполе, а сейчас… — схватил ее за руку, повернув к себе лицом. — Ты меня слышишь? Никуда ты не пойдёшь.

— Не трогай меня! Я буду кричать!

Дикая какая, вцепилась острыми ногтями в мою руку и процарапала глубокие борозды.

Но я не я, если так быстро сдамся. Потащил ее обратно к кровати, лапая каждый доступный участок ее соблазнительного тела.

Насиловать не собираюсь, конечно, но проучить гадину очень хочется, потому что нечего давать зелёный свет, а потом сливаться.

Скалюсь на крошку. Она устраивает истерику на пустом месте. Вот такое поведение я на дух не переношу.

Вспыхиваю, как спичка, дергаю ее на себя с такой силой, что она ударяется о мое тело и морщится.

— Кричать ты будешь еще долго. Обещаю, тебе это понравится.

— Пошёл ты!

Не успеваю понять, как это произошло, только лишь успел ощутить резкую боль прямо между ног.

В глазах потемнело., Я только смог услышать, как громко захлопнулась дверь.

Эта сука меня ударила. Девка меня надурила. Такое в моей жизни впервые.

А главное за что?

Когда боль утихла, я вышел из комнаты и начал искать эту дерзкую дрянь, — здесь ее уже не было. Я пошёл на первый этаж.

Хочется наказать ее. Хотя я понимаю, что ударить девушку у меня не поднимется рука.

Да и в постели такими вещами не занимаюсь, не извращенец же я. Просто предпочитаю жесткий секс и все.

Увидел светлую макушку и губы сами по себе расплылись в хищной улыбке. Только она быстро спала, когда я увидел, как она подбежала к моему лучшему другу Филиппу, с которым мы знакомы со школьной скамьи. Она что-то ему говорила, размахивая руками, а он ее обнимал и целовал в макушку, успокаивая.

Я злой, как черт, иду прямиком к ним, но из-за дергающихся в танце людей не могу быстро до них добраться, а незнакомка уже растворилась в толпе.

Рыскаю глазами. Я ее потерял.

Филипп меня заметил и пошел мне на встречу.

— Марина сказала, что к ней приставал какой-то урод в випке, — сказал он, когда мы оказались друг напротив друга. — Не видел, кто это был? Убью скотину.

— К кому? Ты ее знаешь, ту блондинку? — спрашиваю, еле сдерживая свое поганое настроение. — У тебя так-то девушка есть, она в курсе новой пассии?

Фил посмотрел на меня с удивлением.

— А ну, посмотри на меня, — взял его за плечи. — О, понятно, тебе пора домой, дружище. Не узнать Маришку… Хотя она вместе с моей три часа готовилась к вечеру в клубе. Столько штукатурки нанесли на себя, что родная мать не узнает…

Маришку? Стоп, что? Мозг начал работать активно, насколько это, конечно, возможно в моем состоянии.

Не может быть. С такой нежностью он мог говорить только об одном человеке.

— Это была твоя сестра? — слова застряли в горле. — Марина, да? НАША Марина?! Что она здесь делает?

Сказать, что я в шоке, это вовсе ничего не сказать.

— Так она только выпускной отгуляла. Макс, ты меня пугаешь, скажи, ты ничего не принимал, кроме алкоголя? — засмеялся друг, а мне вот совсем было не до шуток, меня словно нокаутировали. Отхожу от него, даже не дослушав, что он говорит.

Как я мог не узнать его младшую сестру, ведь я знаю ее уже хренову тучу лет. Последний раз видел ее пару месяцев назад, не могла же она так измениться.

Девушка, которую я только что зажимал в комнате для утех, и мелкая сестра друга, которую я знаю, — это два разных человека.

Маришка, она мягкая и добрая, милый ангелочек, а эта… Она бы никогда меня не ударила!

Нет. Нет. Я не мог так лохануться. Не мог же? Это ошибка. Кто-то сверху решил поугарать надо мной. Она меня узнала, это точно, именно поэтому так странно себя вела. И почему она ничего не сказала своему брату?

ПОЧЕМУ?

Но даже осознание этого не остудило моего дикого желания к незнакомке, которая оказалась никем иным, как Мариной Рязановой, которую трогать строго запрещено.

Это что получается… Я хочу сестру друга?

Глава 4

***Марина***

— Сестренка, ты нам совсем не мешаешь, — с недовольством в голосе произнес мой старший брат Филипп. — Не понимаю, зачем тебе съезжать? Мы втроём прекрасно умещаемся в ста восьмидесяти метровой квартире.

Брат свернул на стоянку нашего вуза, быстро нашел хорошее местечко, и мы вышли из машины. Я зарылась в свой пуховик, потому что погода сегодня не самая благополучная, — осень как никак.

Смотрю на огромное здание и в груди снова возникает печаль, потому что это не то место, куда я планировала поступать.

МГУ — это, конечно, очень круто, но еще в подростковом возрасте я поняла, что моя страсть — это танцы. Им я и хотела посвятить свою жизнь. Но мечте не суждено было сбыться, а все из-за одной неприятной травмы, которая сильно изменила мою жизнь.

— Филипп, у вас с Ритой отношения, причём очень страстные, — пытаюсь говорить как можно более тактично. — В твоей квартире я чувствую себя немного лишней.

После окончания школы, я из загородного дома, где мы жили с мамой вдвоем, переехала к брату в центр, потому что так было проще готовиться к поступлению, а он уже на тот момент жил с девушкой.

Я против неё ничего не имею, она мне нравится, но меня крайне смущает постоянно смотреть на их любовные… кхм, игры.

Я и правда чувствую себя так, словно подглядываю за ними, потому что постоянно оказываюсь в самый ненужный момент в самом неподходящем месте.

Им нужно личное пространство, я осознала это четко, особенно когда на прошлой неделе зашла на кухню, обнаружив их там в непристойном виде.

Я не ханжа, но видеть взрослого родного брата голым… Это так себе зрелище. Моя нежная психика не была к этому готова.

— Мариш… — брат встал напротив и посмотрел на меня недоумевающим взглядом.

— Я уже поговорила с мамой: она поможет оплатить отдельную квартиру. Тем более я накопила целых три стипендии, — с чувством гордости улыбнулась я. — И я планирую устроиться на работу.

Хочу попробовать.

Я всегда была слишком энергичной, а сейчас, когда травма все ещё ощутима, чувствовала себя какой-то неполноценной. Мне нужно какое-то занятие, помимо учебы. Я не привыкла сидеть дома и смотреть в потолок, мне нужна новая энергетическая жила.

— У нас достаточно денег, чтобы ты спокойно училась и не думала о работе, — сморщился недовольно Филипп. — И я не хочу, чтобы моя младшая сестренка пахала в какой-нибудь вонючей забегаловке.

После смерти отца, брат постоянно опекает меня. И я ему благодарна, правда, но не могу же я всегда висеть на его шее. У него своя жизнь: он уже на пятом курсе, скоро закончит обучение и женится. Жизнь кипит!

В общем у него есть чем заняться, помимо возни со мной. Я и так прожила у них все лето, плюс три учебных месяца.

— Когда ты познакомился со своей девушкой, она работала официанткой, — напомнила ему немаловажную деталь.

Прежде чем ответить на мое замечание, я увидела, как он скривился, потому что понял, что мои доводы весомы.

Ему нужно понять, что я выросла, стала самостоятельной и теперь сама со всем справлюсь.

— Ты ещё маленькая, чтобы жить отдельно, — фыркнул он на мои слова. — Кто за тобой присмотрит, как не я?

Я сама за собой присмотрю. Тем более мы учимся в одном ВУЗе и жить будем скорей всего недалеко друг от друга. Не в другой же город я переезжаю, ей Богу!

— Мне восемнадцать, и ты меня знаешь, я не буду устраивать вечеринок, как это делал ты.

Слегка пихнула его в бок и засмеялась.

Да, его девушка мне рассказывала, что мой братик вытворял до ее появления: друзья, тусовки с алкоголем, беспорядочный секс.

Впрочем все то же самое происходило, когда он был еще школьником: они с лучшим другом устраивали грандиозные вечеринки.

Смотрю на него в упор. Он должен согласиться. Мой брат рассудительный человек, тем более он меня любит.

— Если это для тебя так важно, то будь, по-твоему, — все же согласился он, нахмурив идеальные от природы брови. — Только не знаю насколько это затянется, у меня скоро начнутся соревнования.

Я понимаю, что Филипп — занятой парень, звезда баскетбола, капитан, гордость нашего вуза. В нашей семье все занимаются спортом. Также мы оба хорошо учимся и имеем множество наград за активную деятельность — в этом мы с ним похожи. А вот внешне совершенно разные. Он, высоченный кареглазый брюнет; я, невысокая голубоглазая блондинка.

Но теперь я только учусь, это мне не очень нравится. Программа мне даётся хорошо, поэтому становится скучно.

— Я попробую найти сама, — говорю задумчиво. — Не думаю, что это займёт много времени. И…

Замолкаю, когда мой взгляд случайным образом сам по себе сосредотачивается за спиной Фила. Я замечаю, как на парковку заезжает знакомый спортивный мерседес, украшенный красивыми номерами.

Не мудрено, когда твой отец полковник ФСБ, да и парень хорошо зарабатывает еще с подросткового возраста.

Губы сами по себе кривятся, во рту появляется горечь. Моя реакция на этого парня всегда одинакова: сердце уносится вскачь, ладони потеют, а в груди жжёт. Горит! Выгорает…

Котов Максим. Спортивного телосложения красавчик, настоящий ловелас, знаменит в определенных кругах, подающий большие надежды боксер и лучший друг моего брата.

Моя первая наивная любовь.

Мудак, что даже не разбил, а прокрутил в мясорубке мое сердце несколько лет назад.

Тот, кого я тайно ненавижу.

Глава 5

Котов никогда не воспринимал меня всерьез, относился как к человеку недостойному его внимания, а я, дура, была так наивна, что влюбилась в него по уши.

А как может быть по-другому, ведь он настолько харизматичен, что производит впечатление на всех девушек. Его грязная репутация тянется ещё со школы. Он отличный друг для моего брата, но дерьмовый парень для любой девушки.

Ещё у него есть одна странная особенность: он ведет себя по-разному, когда мой брат рядом, и когда мы остаемся наедине. Я привыкла, что он ведёт себя сносно в присутствии других, но была в полном раздрае, когда наедине со мной, он становился грубым и с пренебрежением говорил: «отвали, малявка».

Котов — двуличная скотина.

По телу пронеслись мурашки. Я с нервозностью наблюдала, как Максим, умело управляя автомобилем, парковался рядом с нами. Из колонок доносилась композиция известной рок-группы… Не понимаю людей, которым нравится слушать безумные крики и длиннющие гитарные соло.

С замиранием сердца жду встречи, чтобы в который раз убедиться в своей скрытой ненависти к нему.

Хотелось отвернуться, сделать вид, что его не существует, проигнорировать, отгородится от него, но я не могу этого сделать. Не имею право. Потому что Максим — единственный, кто всегда был с Филиппом, поддерживал его после смерти отца. В нашем доме он был ни то чтобы желанным гостем, ему там отведена отдельная комната! И мама его просто обожает, так как она дружила с его мамой, которая уже давно куда-то пропала и от нее нет никаких вестей.

Я не смею разрушать эту идиллию.

Мой брат не знает, что произошло несколько лет назад и что случилось этим летом в одном из клубов, когда его друг позволил себе лишнего.

Я ничего не рассказала. Язык не повернулся. Знаю, что это внесёт разлад в их с братом многолетнюю, крепкую дружбу. Филипп ему не простит, если это вскроется.

Я всегда натягиваю улыбку на лицо, когда его вижу, хотя внутри меня всю выворачивает наизнанку. Делаю вид, что мы хорошие знакомые, даже друзья в каком-то смысле. А на самом деле, иногда по ночам, я предаюсь не самым приятным воспоминаниям, от чего после реву в подушку.

Я знаю, это глупо. Он не стоит моих слез. Он просто козел.

Вот только мой взгляд так и был прикован к нему. Я наблюдала за тем, как парень с важным видом выходит из своей крутой машины. На его лице сияет лёгкая непринуждённая улыбка. Он затягивается сигаретой и идёт прямиком в нашу сторону.

Всегда удивлялась его красоте. Он не смазлив. Он мужественный, не то что многие парни моего возраста. Он выглядит, как хулиган, особенно с его короткой стрижкой. Впрочем, таковым он и является.

Наглое лицо, поросшее лёгкой щетиной, пухлые губы и пристальный, всегда холодный взгляд. Очень высокий. Парней с таким ростом в нашем вузе немного. Он выше большинства на целую голову.

Я прекрасно помню, что дышу ему в грудь, когда он оказывается слишком близко ко мне. Знаю, что его ладони могут обхватить мою слишком тонкую талию. По сравнению с ним я просто коротышка, которую он расценивает только как младшую сестру своего друга.

Макс сначала даёт надежду, а после разбивает ее вдребезги. Так было раньше. Сейчас я не поддаюсь на эту мужскую, дерзкую энергетику. Я почти простила его, но этим летом, все снова пошло не так.

Я даже не знаю помнит ли он, что приставал ко мне в клубе. Узнал ли он меня? Потому что виду до сих пор не подал.

Издаю тихий смешок вспоминая, что когда Котов напивается, то плохо контролирует свои действия. Это знают многие и я тоже с этим столкнулась.

— Найти подходящую квартиру слишком сложно, — сказал брат, отрывая меня от лицезрения своего друга. Тот же уже протягивал ему руку для приветствия. — О, Макс, ты поможешь найти квартиру Марине? Моя малышка хочет жить отдельно.

Меня бросило в пот.

Нет, я не хочу, чтобы Максим помогал, не хочу общаться с ним больше, чем мне приходится. Брат не знает, насколько тяжело мне это даётся. И надеюсь, никогда не узнает. Я сделаю все возможное, чтобы этого не произошло.

— Конечно, ты можешь на меня положиться, — добродушно согласился этот скот, расплываясь в довольной улыбке. — Найдём твоей малявке лучший вариант.

Морщусь, пока никто не видит. Малявка — это чертово прозвище привязалось ко мне еще с детства. Он так называл меня с малых лет.

— Не стоит тратить на меня время. Привет, Максим, — выдавливаю из себя, ловя на себе его прищуренный взгляд.

Между нами в последнее время возникло напряжение, особенно это ощущается с его стороны. Он начал подолгу осматривать меня, подбирать слова, когда мы находились втроём, хотя раньше он мог говорить на любые темы, даже обсуждать своих девушек.

Теперь складывалось ощущение, что он не желает, чтобы я слушала разговоры о его личной жизни

Больно надо…

— Марин, — вздохнул он, смотря на меня снисходительно, но договорить не успел, так как сзади его обняла женская рука с очень длинными ногтями.

Рядом появилась эффектная блондинка. Поцеловала Макса в щеку, при этом не обращая на нас никакого внимания. Её взор сконцентрировался только на нем. Не мудрено. Когда-то я была такой же дурой.

— Ксюх, отлично выглядишь, — одарил ее комплиментом, а я отвела взгляд.

Смотрю куда угодно, но только не на них. Нет, ревности нет, она давно прошла. Есть тупая, почти забытая боль, где-то глубоко в груди.

— Котов, ты почему не отвечаешь на мои звонки? Нашёл себе новую девушку?

Против своей воли я задержала дыхание, желая узнать ответ. Только, какое мне дело до его нескончаемых баб?

— Где же я найду лучше тебя, — ответил он бодро, начиная откровенно лапать Ксюшу.

Понимаю, что с меня достаточно. Не желая вскрывать былые раны, я решаю уйти, тем более скоро начнётся первая пара, на которой я смогу отвлечься. А вскоре и вовсе выкинуть Котова из головы. Хорошо, что наши предметы не совпадают и мы почти не видимся на учебе, иначе я бы сошла с ума.

— Увидимся, — говорю Филу, стараясь не смотреть на парочку рядом. — Всем пока.

Отворачиваюсь и делаю пару шагов… Дальше слышу, как Котов говорит Филиппу, что на мне слишком короткая юбка.

Вот что он лезет, не могу понять. Явно хочет, чтобы брат меня отчитал, но я все равно буду ходить в том, что мне нравится.

Плевать я хотела на чьё-то мнение. Тем более на мнение Макса.

Глава 6

Со мной происходит, какая-то дичь. Мне постоянно кажется, что за мной следят, наблюдают исподтишка. Не кто-то абстрактный, а именно Максим. Этот факт я доставляет мне много дискомфорта.

Как-то слишком часто я вижу его в последнее время, особенно на учебе, что тоже необычно, — раньше на территории ВУЗа мы пересекались намного реже.

Еще он стал чаще приходить на квартиру моего брата: сидит по несколько часов — не выгонишь и намеков, что пора уходить, не понимает. А когда я появлюсь рядом, то он считает своим долгом, дать оценку моему внешнему виду: то ему шорты не нравятся, то майка у меня слишком облегающая.

Прикопался же к моей одежде… Я выгляжу более менее скромно. Тем более дома могу ходить в чем хочу.

Мало того, что днем он у нас сидит, так еще и переночевать однажды попросился и, конечно же, Фил ему не отказал. Они посидели, выпили, посмотрели футбол и ушли по разным комнатам.

Помню, как столкнулись мы глубокой ночью, чего я, естественно, не ожидала. Кто бы мог подумать, что в третьем часу ночи он будет принимать ванну и как раз, когда я сонная шла в туалет, то врезалась в его мокрую грудь.

А когда я шла обратно, то он преградил мне путь, будучи прикрытым одним лишь не самым длинным полотенцем и навязчиво предлагал присоединиться. Но в силу своего полусонного состояния я смогла лишь пробормотать что-то нечленораздельное в ответ и прошла мимо него в свою комнату, не забыв защелкнуть дверь.

А после, сквозь сон, слышала, что кто-то дергал дверь… Или мне показалось?

Неделя оказалась тяжёлой. Квартиру так и не нашла, даже времени на это не было. Я полностью погрузилась в учебный процесс вместе со своей новоиспечённой подругой Лизой.

Она хорошая девушка, милая, без лишнего пафоса, хотя она явно из обеспеченной семьи. Такое редко встретишь, уж я-то знаю, ведь сама нахожусь в кругу небедных людей.

Не думала, что так быстро смогу найти подругу, которая придется мною душе. Хотя я всегда имела широкий круг друзей, но многие прежние компании как-то отвалились после окончания школы.

Когда учеба отобрала последние силы, мы с подругой отправились в столовую и подсели за один столик к нашим одногруппницам.

Я продолжила пролистывать лекции, а остальные девушки были заняты обсуждением новых сплетен.

— Какой же он горячий, — сладко вздыхала Вероника, девушка, сидевшая напротив меня. — Ходячий тестостерон. Когда я его вижу, начинаю истекать слюнями и не только.

Она смотрит мне за спину, и я невольно оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кого же она там увидела.

Сразу становится ясно, что ее внимание пало на местных «королей».

— Кто именно, Князев или Котов? — спрашивает меня уже другая девушка.

Князев — ещё один друг Макса, а ещё он сводный брат моей подруги Лизы.

Два парня стояли поодаль, разговаривали с несколькими девушками, которые хотели привлечь их драгоценное внимание. Громко смеялись над их шуточками и как можно сильнее выпячивали грудь вперёд.

Фу.

— Они оба хороши, но мне больше нравится Максим, — воодушевленно сказала Ника. — Ходят слухи, что Князев разгильдяй, а вот Макс серьезный парень, кстати, профессиональный боксёр. Вы знали?!

А ещё он профессиональный Казанова.

Как обычно одет по моде, в ухе блестит серьга, весь его вид показывает достаток, а во взгляде черти пляшут. Он такой… привлекательный до жути. И словно почувствовав, что я за ним наблюдаю, он обернулся в мою сторону, нагло улыбнулся и подмигнул.

Я отвернулась. Поняла, что меня застукали. Продолжаю дальше рассматривать девушку. Она сплетница, это было понятно сразу. Брюнетка с короткой стрижкой, красивым личиком, тронутым хирургией, хитрыми зелёными глазами, что так и продолжают глазеть в сторону парней.

Она пришлась бы по вкусу Котову, хотя мне кажется, он вообще никому не отказывает.

— Я знаю, и даже бывала на его боях. Вы бы видели, что он сделал со своим последним противником, я чуть сознание не потеряла, — отвечает с тем же придыханием ее лучшая подруга-подлиза. — Боюсь представить какой он дикий в постели.

И тут я давлюсь соком, начинаю кашлять, а Лиза похлопывает меня по спине.

Все девушки за столом смотрят на меня, а их с десяток, сама не знаю почему, но такие разговоры вызывают во мне бунт.

— Простите, — мило улыбаюсь.

Я макушкой ощущаю, что он продолжает смотреть, хотя может это все моя паранойя?

Специально разглядываю свой обед, но кусок в горло не лезет.

Марина. Возьми себя в руки. Серьезно.

Нельзя так остро реагировать. Ведь то, что между мной и Котовым произошло, было давно, я давно переключилась на других парней.

Мне нравился мой одноклассник, я завязала с ним отношения на целых полгода, но так и не смогла с ним переспать. Мне показалось, что это ещё слишком рано.

После него, я постоянно думаю о том, что если бы это был Макс, как долго я смогла бы держаться?

Глава 7

— Интересно, а он присматривается к первокурсницам, потому что я постоянно вижу его в обществе девушек постарше, — продолжает разговор одна из девушек, крайне раздражая меня этим. — Я бы дала ему без всяких раздумий.

Перевожу взгляд на свою подругу, она, как и я закатывает глаза и уже особо не вникает в суть разговора, смотря, куда-то в сторону.

Лизу вообще ничего не трогает. Она кремень. Сидит тут только из-за меня — я привыкла находиться в компании, а вот она, наоборот, больше одиночка.

— Я бы отдала ему свою девственность, не думая, — громко засмеялась Вероника, привлекая внимание парней из-за соседнего столика.

Мои глаза буквально лезут на лоб от подобных заявлений, — вообще никакой скромности у девушки.

Мне неприятно это слушать, но мне кажется, что если встану и уйду, то все другие поймут о чем-то нехорошем, тем более я ещё не доела.

— Ника, а она у тебя разве есть? — спрашивает моя подруга с ехидством. — Мне кажется, что ты готова прыгнуть на любого.

По выражению лица Лизы, понимаю, что она удивлена не меньше меня, ведь Вероника не похожа на девушку, которая хранит себя для «любимого», это можно заметить по ее откровенному виду и поведению в обществе.

Хотя, говорят внешность обманчива.

— Конечно, я же не дура, чтобы спать с кем попало, так минет отстрочила и забыла, но дам я только избранному: такому, как он, — мечтательно произнесла девушка, не обращая внимание на колкости моей подруги, а мне захотелось покрутить пальцем у виска. — Плохие парни любят девственниц, это будет моим козырем.

М-да. Плохи дела. Странное у неё представление о жизни. Только она не знает, что у Максима было уже столько разных девушек, что своей невинностью она его точно не удивит.

Макс — тот еще кобель. Он без особого труда укладывает понравившихся девушек в постель, но потом они идут на три весёлых буквы.

— Сучка, — восхищённо запищала одна из девушек. — Ты такая продуманная!

Ой, идиотки…

— Он ещё и из богатой семьи. Вы видели, на какой тачке он приезжает?! А если ещё и залететь от него… — вот на этих словах я напряглась. Надеюсь она не такая дура, чтобы на это пойти. — Он билет в безоблачное будущее. Ой, девочки, я точно его заполучу! Буду преследовать его, оббивать порог квартиры, но пересплю с ним!

Меня передёрнуло и появилось желание предупредить Котова о возможной подставе. Но он же взрослый парень, знает, что такое контрацепция, да и лезть к нему мне не хочется.

Все! Этот бред я слушать больше не хочу, и аппетит, увы, пропал, поэтому больше не раздумывая ни минуты, поднимаюсь со своего места, а вместе со мной встаёт и Лиза.

Котова в столовой уже нет, чему я рада, иначе он не упустил бы возможности перекинуться парой фраз.

Только уйти далеко не получается, потому что меня подлавливает Вероника, наглым образом хватая за руку. Она колко смотрит на мою подругу, словно пытается заставить ее уйти и не мешать нашему разговору.

Но как бы ни так, Лизка даже бровью не ведет. Спасибо ей за это.

— Слушай, твой брат же его лучший друг, может, познакомишь нас? — просит она ласковым голоском, ставя меня в тупик.

— Чей?

Строю из себя дурочку.

— Ну, Макса же! Ну, пожалуйста, помоги…

Я честно в шоке от такой наглости, но вестись на ее просьбы я не буду, и дело тут далеко не в парне, мне просто это неинтересно. Я же не сваха.

— Нет, прости мне некогда этим заниматься, — тактично улыбаюсь ей, надеясь на то, что она отвяжется.

Но как бы ни так.

— Умоляю! — восклицает она, схватив мертвой хваткой меня за свитер. И мне вовсе не нравится одержимый огонёк в ее взгляде. — Ты же видишь, что я влюблена. Я простая девушка из провинции, хочу найти себе хорошего парня…

От такой настойчивости возмущается и Лиза, отлепляет девушку от меня и встает между нами.

— Может как-нибудь… — пожимаю плечами, зная, что делать я этого не собираюсь. — Ладно, мне нужно по делам.

Отворачиваюсь и иду к выходу, слыша за спиной настойчивое:

— Я тебе напишу!

Блин. А она же напишет, я уверена. Я встречала таких прилипал и знаю, как они могут испортить настроение своими интригами.

На душе стало гадко.

Мне плевать на то, что она хочет конкретно Макса, но я не желаю в этом участвовать. Я уже находилась в подобной ситуации, и она привела не к самым лучшим последствиям… Больше я на это не подпишусь!

Глава 8

Как только мы вышли из столовой, я испытала чувство облегчения, словно избавилась от лишнего груза. Душновато там было, особенно от разговоров девчонок и прилипшей ко мне Ники.

Атмосфера, сложившаяся в столовой, окончательно лишила меня энергии. Сама не понимаю, почему так сильно распереживалась из-за всяких глупостей.

— Не обращай внимания на этих дур, — сказала Лиза, вышагивая рядом. — Им лишь бы пристроится получше.

Она права. Так оно и есть. И вдобавок мне неприятно, что Вероника пытается меня использовать. Я от таких стараюсь держаться как можно дальше.

Подруга, конечно, знает, что мы знакомы с Максом, возможно, догадывается, что у меня к нему что-то было, но я молчу. Стыдно как-то в этом признаваться. Стыдно за слабость перед ним. Ещё я не хочу, чтобы брат узнал, поэтому и держу все в тайне.

— Лиз, мне все равно. То же самое было, когда мы учились в одной школе. Ко мне частенько клеились девушки, которые хотели быть либо с моим братом, либо с Максом. Им было все равно на то, что они оба старше меня на четыре года, и я не общаюсь с ними так близко, — сказала так, как есть. — Я справлюсь.

Правда так было в школе и прошло уже много времени. На тот момент я ещё не испытывала чувств к другу своего брата. В четырнадцать лет мне было интересно танцевать и гулять с подружками.

Только лишь после того, как он закончил школу и поступил в вуз, я начала смотреть на него по-другому, по-женски. И меня не волновало, что он не относился ко мне с теплотой. Он казался таким взрослым и крутым, опытным, правда видеться мы стали реже, но я каждый день ждала, когда он вместе с братом приедет в гости.

— Ладно, но, если что, я всегда готова помочь отбиться от назойливых поклонниц, — засмеялась подруга, уткнувшись в свой телефон, но после, улыбка сползла с ее пухлых губ. — Артём меня ждёт, причем пишет, чтобы я шевелила задницей.

— Беги-беги, пока не получила по своей шикарной попе, — подначиваю ее, за что получаю несильный толчок в бок.

Лиза убегает, решив не идти на последнюю пару, но я точно останусь. А чем ещё заниматься? Правда без неё будет скучно, хотя дома еще скучнее.

Блин. Может к маме съездить? А что, всего-то полтора часа, это если с пробками. Пишу ей сообщение, но получаю отрицательный ответ, так как она сегодня до ночи будет на работе.

Иду по коридору, не обращая внимания ни на кого, раздумываю о том, чем бы заняться сегодня вечером. Погода испортилась: льет сильный дождь. На улице уже начало темнеть и на душе стало как-то грустно.

Смотрю вперёд и вижу знакомый подкачанный мужской силуэт. Парень тоже замечает меня и начинает идти навстречу.

Костя Волков, ещё один местный красавчик, с которым мы познакомились в том клубе, где Макс накинулся на меня. Как оказалось, он тоже учится здесь.

Удивилась, когда поняла, что парень-то не простой, а настоящий мажор. Не думала я, что, такой, как он, может работать простым барменом. К моему удивлению, он сказал, что ему нравится работать в клубе, и он в перспективе хочет открыть свой, а таким образом изучает все изнутри.

Сначала мы просто здоровались, когда случайно сталкивались в универе, а после он взял мой номер и мы начали созваниваться и переписываться ночами.

Правда, я ему не совсем доверяю, потому что, ну, не выглядит он, как парень, который будет бегать за девушкой, зачем это ему, когда вокруг много других, смотрящих ему в рот.

Он во многом напоминает мне Котова, не внешностью, нет, у него есть такая же наглая энергетика и чувство собственного превосходства над другими. Он плохо подходит для отношений.

— Марин, ты подумала над моим предложением? — спросил сразу же, когда подошел ко мне почти вплотную.

Сделала два шага назад, — парень прямо давит меня своей аурой. Костя позвал меня на очередную тусовку, но идти с ним непонятно куда, мне не хотелось. Могу представить, чем это все может закончиться, а отбиваться от навязчивых объятий Волкова я точно не готова.

— Кость, я не знаю. У меня такой завал по учёбе, я ничего не успеваю, — вру, конечно, с учебой все хорошо. — Спасибо за приглашение, но мне придётся отказаться.

Костя за последний месяц стал слишком настойчивым, ему определенно надоело ждать, пока я созрею, хотя я и подумывала над тем, чтобы дать ему шанс, только вот на свидание он не зовет.

— Да ладно тебе, — улыбнулся обворожительно кареглазый брюнет. — Почему ты не ходишь на тусовки? Брат не пускает?

Фыркнула в ответ на его догадки. Хотя Филипп тоже не будет слишком «за», но если бы я захотела, то не стала бы спрашивать его разрешения.

— Не хочу, — сказала то, что думаю. — Меня это не особо привлекает.

— Ты первокурсница, я в твоё время только и веселился.

Не сомневаюсь, что так оно и было. Но для меня веселье, это что-то другое, не связанное с морем алкоголя и беспорядочными половыми связями.

Я бы могла, конечно, просто посидеть, выпить один-два бокала, но немного побаиваюсь пьяных парней. Вот, например Котов что вытворяет. Вижу цель — не вижу препятствий — его девиз.

— Ты и сейчас это делаешь, — подшучиваю над ним.

— Это правда. В пятницу у меня на квартире будет весело, приходи, если что, я буду тебе рад. Бери побольше подруг.

Лиза вряд ли согласится. Над ней сводный брат кружит, как коршун, а другие не такие уж и подруги.

— Ладно, я подумаю, — отвечаю Косте, зная, что он ещё не раз напомнит о своей вечеринке.

Парень уходит, оставляя меня наедине со своими мыслями. Его внимание мне льстит, хотя я часто получаю приглашения на свидания или такие вот тусовки. Что-то в нем все же есть.

Может, стоит попробовать?

Не замечаю, как губ касается улыбка, но ощутив рядом чьё-то присутствие, напрягаюсь, принюхиваюсь, чувствую запах знакомого одеколона. Я хорошо знаю этот аромат, потому что дарила его Максу на день рождения два года назад.

Глава 9

— Марин… — слышу грубый, немного хриплый голос у себя за спиной.

Сердце начинает биться чаще, словно этот парень ещё что-то значит, но это же не так? Не так!

Я просто переживаю, что он мог видеть нас с Костей, ведь тогда обо всем узнает мой брат, а я думала рассказать ему сама, — не хочу, чтобы до него что-то доходило в виде слухов.

Оборачиваюсь и натыкаюсь на широкую подкачанную грудь, которая принадлежит одному местному мерзавцу.

Все ещё ощущая запах одеколона, я вспоминаю тот день, когда сделала этот подарок. Помню, как стеснялась, ловила его реакцию, но ее не было, он сказал сухое «мило» и отложил бутылёк подальше к остальным подаркам от его многочисленных друзей.

Я, между прочим, немалые деньги заплатила, выбирала вместе с мамой, когда мы были в Лондоне на отдыхе, — у неё на такие вещи хороший вкус.

Мне кажется, я запомнила этот запах навсегда и, почувствовав его сейчас, словно вернулась в прошлое.

Быстро взяла себя в руки, отгоняя прочь все лишние эмоции. Приподняла голову, чтобы посмотреть в его голубые, пронзительные и такие холодные, как лёд, глаза. Вид у него был очень важный, как у местного короля.

Меня всегда немного смущал его слишком высокий рост. Рядом с ним должна быть девушка модельного роста. Впрочем, с такими он обычно и встречается. Рядом с ним ощущаешь себя в безопасности: он сможет защитить от всего, прикрыть своей широкой спиной.

Сразу вспомнился случай, который произошел еще в школе. Ко мне начал приставать один новичок из одиннадцатого класса, который не знал, что меня лучше не трогать.

Брат был в отъезде на соревнованиях, и за него разбираться пошёл Максим. Бросил занятия и сразу же приехал. От того, как он на него гаркнул, мне стало не по себе. Пришлось его успокаивать, потому что ещё немного и Котов накинулся бы на него. А я знаю, что тренер категорически запрещает драться вне зала, — одним подобным поступком можно разрушить все достижения: и настоящие, и будущие.

Я тогда посмотрела на него и меня пронзила мысль: хочу себе такого защитника. Чтобы он принадлежал только мне. Но моим мечтам не суждено было исполниться.

— Да? — моргнула пару раз, чтобы избавится от накативших воспоминаний.

— Твой брат в курсе, что ты общаешься с Этим? — сказал, скривив рот, указывая головой в ту сторону, куда пошёл Костя.

Значит видел. Следил? Да, нет, точно случайно увидел. Правда, что он забыл именно в этой части здания?

Мои брови поползли вверх. Я не думала, что он будет столь категоричен к своему знакомому. Я видела их рядом, — парни вполне себе нормально общаются.

— «Этим»? — спросила удивлённо. — Котов хмыкнул и снова посмотрел на меня, как на маленькую, глупенькую девчонку.

Боже, он делает это с таким превосходством, что мне хочется ему врезать, стереть эту гадкую ухмылочку, прямо руки чешутся.

Макс сделал шаг ко мне, а я синхронно отступила назад, облокотившись спиной о стену.

Бежать некуда. Остаётся только терпеть его присутствие. Главное, чтобы он не увидел во мне слабости и не смог ими воспользоваться. Не смог заметить, как я затаила дыхание, как задрожало все внутри.

— Как бы это помягче сказать, для твоих нежных ушек… — неожиданно он коснулся пальцем моей щеки и заправил выбившуюся прядь волос за ухо. — Он трахает все, что движется. Любую бабу, лишь бы вагина была.

Мне так и хочется сделать замечание, что он не лучше. Да я и не удивлена, конечно, по Косте это сразу заметно. Но я не наивная идиотка, чтобы спать с кем-то, не подумав прежде головой.

— Я погляжу, ты такой знаток, — ответила ему колкостью. — Свечку держал?

— Мы крутимся в одной компании, — сказал, не пасуя передо мной.

Макс какой-то нервный, дерганый я бы даже сказала. Стоит с прямой спиной, смотрит свысока, словно пытается задавить своей тяжёлой энергетикой. То брови хмурит, то ухмыляется своим мыслям при этом смотрит то на мое лицо, то на одежду.

Одета я сегодня скромно: в узких джинсах и мягком розовом свитере. Все культурно, как и положено хорошей девочке. И что ему опять не нравится в моём образе, я не понимаю.

— Костя, просто мой знакомый, — решаю все-таки не провоцировать конфликт, видя, как он начинает злиться все сильнее.

Такое его состояние я легко замечаю, потому что, он начинает жевать губу, причем делает это очень сильно, что я вижу, как она краснеет после его надкусов, жилки на его скулах ходят ходуном, а во взгляде появляется агрессивный блеск.

— Просто знакомый? Или ёбырь?

Даже тон его голосе поменялся: стал более жёстким. Он раздражён и явно ждёт от меня чистосердечных признаний.

Я должна возмутиться его предположениям, но отрицать ничего не буду, — пускай думает, что хочет.

— Волков кажется милым парнем, — повела безразлично плечами, — не нужно на него наговаривать, я этого не люблю. И говорить о наших отношениях я не собираюсь. Точно не с тобой.

Последнее явно вывело его из себя: он прикрыл глаза, сжал руки в кулаки, выдохнул. Я прекрасно знаю, что ему не нравится, когда перечат или не договаривают.

— Почему не со мной? Чем я не подхожу для таких разговоров? — резко спросил он. — А давай я отведу тебя к Филиппу, и мы поговорим об этом втроём, как тебе идея?

Все, ещё немного и он слетит с катушек, вон за плечи меня уже схватил и грубо сжал.

— Макс, перестань заводиться, ты не так все понял, — убираю его руки от себя, на что он поджимает губы в тонкую линию. — Успокойся, или я подумаю, что ты ревнуешь.

После моих слов он приходит в себя, делает шаг назад и смотрит как-то потерянно. Проходит пару секунд и он снова берет ситуацию под контроль.

— Смешно, малявка, очень смешно.

Глава 10

И правда, Макс и ревность — вещи несовместимые. Он привык, что девушки ему подчиняются, отвечают на любые вопросы, делают все, что он пожелает. И никогда не заикаются про других парней, потому что боятся потерять его.

Я знаю больше, чем любая другая, видела многое, потому что брату часто приходилось со мной сидеть или же брать на вечеринки и разные пацанские посиделки. На них слышала такое… И, естественно, частенько видела, как вел себя с девушками объект моих воздыханий.

Наверно, я не хотела бы, чтобы так было со мной, потому что Макс и нежность с заботой — это несовместимо. Он привык брать, брать, брать, но не давать ничего взамен. Привык пользоваться любой, а после выбрасывать за ненадобностью.

Я помню, как его девушки бегали за ним, видела ни одну драку, много слез и истерик. Но в эти моменты он был так же безразличен к ним, лишь продолжал смеяться с друзьями и говорить о том, какая девушка окажется следующей в его постели.

— Ты на сегодня все? — немного успокоившись спросил он.

— Нет, а что?

— Я нашёл для тебя подходящую квартиру. Хороший район, милые соседи, тут рядом.

Черт. Я хотела сделать это быстрее чем он, но все оказалось намного сложней, чем я думала, подходящих вариантов было очень мало.

— Слушай, я тоже подыскала кое-что… — как-то дёргано ответила я. — Спасибо за помощь, но…

— Марин, твоего мнения я не спрашивал, твой брат попросил меня о помощи. Тем более тебя могут развести на деньги, а я смогу тебя обезопасить, — заявил уверенно, словно уже все решил за меня. — Ты можешь мне доверять.

Отнюдь.

Чтобы он понял, что я не готова к просмотру его варианта, я прошел мимо него, достал телефон и просто стал смотреть в экран.

— У меня ещё пара, так что давай не сегодня.

Несколько шагов Макс прошел рядом, но после неожиданно взял меня за руку для того, чтобы я обратила на него внимание. Что я и сделала.

Посмотрела на наши руки и почувствовала необычное тепло, которое не ощущала уже давно.

Почему с ним всегда так остро? Почему меня не трогают касания других парней, но стоит ему появиться на горизонте, то мои чувства начинают сходить с ума.

Почему ОН!

— У тебя сейчас физкультура, ты все равно на ней не занимаешься, так что можешь пропустить, ничего страшного не произойдёт.

После его слов я настораживаюсь.

— Ты ознакомился с моим расписанием? — моргнула, не веря, что он так запарился.

Все же освобождаю руку, потому что думать разумно становится все труднее, так я не чувствую себя уверенно.

— Пойдем, — Макс словно не замечает того, что я не хочу, чтобы мы соприкасались, он укладывает свою руку мне на талию и ведет в другую сторону. — У меня не так много времени на то, чтобы уговаривать тебя.

Черт с ним и с этой его квартирой — он же не успокоится пока ее не покажет. Если он что-то задумал, то обязательно добьётся своего любыми путями. И чтобы не устраивать сцен перед другими студентами, я решаю пойди с ним.

Проходя по длинному коридору, мы встречаем много людей: некоторые из них смотрят на нас, как на диковинку.

Девушки глазеют с ядовитой завистью, а парни задерживают взгляды на мне, проходясь оценивающе по фигуре.

Меня это начинает напрягать, особенно, когда я замечаю Ксюшу, пассию Максима и она, разъярённая, как фурия, надвигается в нашу сторону.

— Котов! — кричит визгливо. — Ты написал, что…

— Не сегодня, Зубова, и не завтра. Я, кажется, предупредил тебя, чтобы ты перестала за мной ходить и что-то предъявлять.

Она даже опешила на мгновение, а после бросила на меня взгляд и от удивления подняла брови вверх, словно не была уверена в том, что увидела.

— Но, но, но, я, думала, что… — начала заикаться она. — Что мы вместе.

Макс потянул меня дальше, мимо шокированной подруги, а я начала задумываться о произошедшем.

— Ты ее бросил, по телефону, — дошел до меня смысл ее слов. — Серьезно?

Перевела на него взгляд. Увидела, что он спокоен, даже расслаблен, на губах уже играет привычная ухмылка.

Вот же козел. Кто так поступает с влюблённой девушкой? Он ни капли не изменился. Ему по-прежнему неинтересны чужие чувства.

— Я с ней и не встречался, — быстро сказал он, повернув голову в мою сторону. — Я ни с кем не завязываю отношений, думал ты знаешь об этом.

Облизываю губы, чувствуя жар его тела. Я и не сразу заметила, что мы приблизились друг к другу меньше, чем минуту назад.

— А не хотелось? — задала вопрос не подумав.

Мне же все равно. Я не собираюсь с ним встречаться. Ни под каким предлогом. Глупо скрывать то, что я чувствую к нему остатки прошлой влюблённости, но она далеко не такая яркая, как была раньше, она почти угасла. Между нами огромная стена, которую невозможно разрушить.

Его рука оказывается ниже моей талии. Он медленно переместил ее на мою поясницу и прижал меня ещё ближе.

Ой, нет!

— Ты что делаешь?! — дёрнулась от него, как от чего-то мерзкого.

Как я могла такое допустить. Смотрю по сторонам и вижу, что некоторые студенты за нами все же подглядывают.

Ещё слухов мне не хватало для разнообразия.

— Ничего, ты что такая нервная? — смеется нахал, делая вид, что ничего не понимает. Подшучивает надо мной. А я ведусь, но позволять касаться себя я не могу. Нужно быстро посмотреть эту квартиру и как можно скорее избавиться от его общества.

— Просто не в настроении… — хмурюсь, беря под контроль свои чувства. — Давай уже сделаем задуманное. И можно без лишних касаний.

Котов ведёт себя очень странно и необычно: лыбится во все тридцать два, смотрит своими хитрыми кошачьими глазами.

— Что сделаем? — приподнимает бровь.

Ну дурак, клоун, блин! Вроде серьезный парень, а ведёт себя, как ребёнок. Не вижу ничего веселого в том, что он распускает свои грязные ручонки у всех на виду. Это ему можно лапать всех подряд, потому что он парень, а я привыкла вести себя сдержанно. Я всегда переживала за свою белоснежную репутацию.

— Посмотрим твою квартиру, — отвечаю ему с серьёзным тоном.

— А, да, — хитро ухмыляется он. — Конечно посмотрим.

Глава 11

***Макс***

Приятно наблюдать за тем, как маленький ротик Марины открывается в изумлении, когда она садится в мою новенькую машину.

Мне льстит ее реакция.

На эту малышку я заработал самостоятельно. Целое состояние за нее отдал, пришлось не хило попахать в зале, а после — на ринге.

Но оно того стоило: бабы просто пищат от восторга, когда оказываются внутри. И не только…

Бокс — не единственный мой заработок. Из-за моих заслуг и внешнего вида меня часто зовут на различные рекламные съемки. Иногда мою рожу можно увидеть на рекламных баннерах и в журналах.

Иногда я делаю ставки на других спортсменов, так как знаю кто в какой форме, иногда дерусь на международных площадках.

Платят неплохо, поэтому давно не сижу на шее у отца, хотя он и подарил мне квартиру в центре на восемнадцатилетние. От такого подарка я, естественно, не отказался, — с него не убудет.

Сказал старику оформлять сразу на меня, чтобы он не мог мне тыкать и тем более выгнать, ежели что, но он отказался. А это значило, что на своё жильё мне придется копить самому.

У меня с ним напряженные отношения и такими они были всегда. Этот ублюдок служит родине большую часть своей жизни и имеет крайне садистские наклонности, сталкиваться с которыми мне приходилось не единожды.

Он воспитывал из меня настоящего мужика, не зная ко мне жалости, выкраивал бойца, задрачивая тренировками с самого детства, хотя сам всегда имел жирное пузо.

Пойти на бокс было только мое решение.

Я хотел защититься и хотел защитить свою мать, но не успел. Она пропала, исчезла, когда мне было около восьми лет и больше я ее никогда не видел. Она была неповторимо красивой женщиной: русые волосы, голубые, добрые глаза… Все воспоминания о ней наполнены теплотой, однако, их омрачает жестокость отца.

Это чмо издевалось над ней, а она не могла от него уйти и все потому, что он взял ее в жены пятнадцатилетней девчонкой, а в шестнадцать она уже родила меня.

Воспоминания о ней всегда вызывают во мне неконтролируемую ярость и желание набить кому-нибудь рожу. Увидеть, как с неё капает багровая кровь, услышать хруст сломанных костей.

Тяжелые мысли захватили голову, и я не сразу заметил, что спидометр показывает цифры, переваливать за которые нельзя, но я не парюсь, правда приходится выплачивать кучу штрафов ежемесячно.

— Ты не мог бы сбавить скорость? — прорезается обеспокоенный голосок Марины.

Кидаю быстрый взгляд на ее ножки в узких джинсах и без стеснений кладу руку на колено, в дружеском жесте.

Хорошо хоть не в юбке как обычно, я бы точно не сдержался и залез бы под неё. Хотя этим я точно ее напугаю, ещё не хватало, чтобы она корешу моему пожаловалась. Филипп из меня фарш сделает или за яйца подвесит.

Не то, чтобы я боюсь, просто в ответ всечь не смогу, ведь это каким ублюдком нужно быть, чтобы лезть к его мелкой сестре, хотеть ее.

— Страшно?

Рязанова брезгливо скидывает с колена мою руку и я, назло ей, жму на газ еще сильнее.

Адреналин растекается по венам, желание позлить мелкую гадину просто зашкаливает.

Проучить за то, что не рассказала своему брату про ту ночь в клубе, за то, что вместо того, чтобы послать меня на три весёлых буквы, она улыбается и терпит мое присутствие.

За то, что связалась с Волковым.

За то, что она ему явно нравится.

Я не хочу, чтобы он была со мной, мне нельзя ее трогать, но видеть с другими как-то отвратно.

Куда вообще смотрит ее брат?

Красивая она. Раньше не замечал особо. Нет, конечно, я видел, что на лицо она симпатичная, фигура ладная, но как-то не обращал внимание на грудь, которая не очень-то и большая, но ей идет, на задницу, как орех, на тоненькие, элегантные ножки.

И глаза, бля… Какие же у неё глаза. Такие яркие, взгляд мягкий такой, что в груди порой все сжимается. А на ее руках всегда безукоризненный маникюр.

Она вся такая идеальная, не к чему придраться.

Я как раз обожаю именно таких: аккуратных, знающих как привлечь внимание без откровенных нарядов. Наверно, за этим розовым свитером еще и красивое нижнее белье прячется.

Интересно белое или чёрное? Может красное? Я бы посмотрел, хотя бы одним глазком, но понимаю, что шанса такого я не заслужил.

Выросла девочка и черт ее дернул пойти отмечать окончание школы именно в тот клуб, где я нажрался, как скотина, и почти ничего не помнил.

У меня часто такое бывает. Порой я пью до потери сознания, не могу разумно мыслить и контролировать свои действия.

Попался на крючок и злюсь на неё и себя уже несколько месяцев. У меня такое в первый раз, потому что если я хочу бабу, то сплю с ней, а тут нельзя. Нельзя, блять! Всегда можно, а тут — нет.

Трахать Марину Рязанову, которую я знаю чуть ли не с пелёнок — это кажется каким-то извращением. Она мне почти как родная, я обитал в ее доме побольше, чем у отца. Мы росли вместе! И Филипп мне как брат.

Помню, как жутко она меня раздражала, когда везде за нами ходила, а мы же пацаны, нам хотелось баб пообсуждать, в видеоигры поиграть или побегать, мяч погонять, а не возиться с этой мелочью с волосами цвета пшеницы и россыпью веснушек на щеках.

А сейчас я смотрю на неё, а перед глазами мелькают яркие картинки: как мы с ней, в каких позах, в каких местах… И хоть что делай — они никуда не исчезают.

— Максим! — хватает она меня за руку. — Прекрати! Прекрати, прекратиии!

Неужели настолько страшно? Я уже привык к такой скорости, наоборот девушки просят погонять, а эта визжит, как резаная.

Сбавляю скорость, но не потому, что напугал ее, а потому что мы как раз подъезжаем к нужному жилому комплексу.

Как только я жму по тормозам, и машина останавливается, Марина выбегает и отходит подальше, выхожу за ней и вижу как она часто-часто дышит, глаза, как два огромных блюдца, а во взгляде ярость вперемешку со страхом.

— Ты сумасшедший?! — кричит она и толкает меня в грудь пару раз.

Вернее пытается, потому что ее жалкие тычки не дают результата. Слишком она мелкая и слабая для сильных ударов.

— Ты чего так взъелась? — прикуриваю сигарету и взъерошиваю ее мягкие волосы. — И где твоя шапка?

— Ненавижу тебя, — цедит она сквозь зубы. — Отойди!

Я вижу, как в ее глазах появляются слёзы и тут до меня, кажется, доходит в чем собственно дело.

Сука, какой же я идиот. Хочется дать себе леща.

Даю ей отдышаться, пока докуриваю и поворачиваю к себе отвернувшуюся девушку, которая уже немного успокоилась и передумала пускать дурацкие слёзы.

— Эй, это все из-за аварии?

Точно из-за неё. Я знаю, что больше года назад она села в машину к своему пьяному другу и они въехали в столб.

Так как Марина была на переднем сидении и не пристегнулась она вылетела через лобовое и в итоге получила серьёзную травму спины. Из-за этого ей пришлось бросить танцы.

— Не твоё дело, — складывает руки на груди и оглядывается. — Зачем ты привёз меня к себе?

Глава 12

Марина резко оборачивается и смотрит уже с подозрением, но я без всяких объяснений веду ее в один из подъездов.

Мы проходим в парадную, я здороваюсь с консьержем, мы заходим в лифт и поднимаемся на один из верхних этажей.

Марина недовольно сопит, но молчит. Во всяком случае пока.

Достав из кармана ключ, открываю дверь, пропускаю девушку внутрь. Только она вместо того, чтобы проходить, останавливается, как вкопанная.

— Не объяснишь мне, что происходит? Почему ты привёл меня в квартиру, что находится чуть ли не напротив твоей?

Потому что это лучший вариант. Потому что так ты будешь под моим пристальным присмотром.

Она ещё не видела, что наши окна выходят чуть ли не друг на друга, что происходит внутри видно как ей, так и мне.

— А какая разница? Мы даже не соседи, если только по дому, между прочим, эта квартира получше чем та, в которой живу я.

Ремонт здесь качественнее и дороже, потому что его контролировал лично я. Потому что это моя собственная квартира, в которую я только собирался переехать, но решил повременить. Сам не знаю почему.

Мне не давала покоя мысль, что тут будет жить она.

— У меня нет таких денег, — прощебетала она. — Сколько стоит аренда такой недвижимости? Две, три тысячи долларов?

Около того.

Я не собираюсь говорить ей, что она моя, тогда она точно откажется, так же, как не сказал и другу. Хотел сообщить на новоселье, но все пошло не по плану.

Идиот ли я? Возможно. Однако мне нравилось ощущение превосходства над этой крошкой, которая даже не догадывается, что оказалась в ловушке.

— Это квартира моего знакомого, он сделал хорошую скидку и тем более Филипп уже оплатил твоё проживание на полгода, — вру без зазрения совести. — Ты не из бедной семьи, это копейки.

Друг и правда отвалил денег, которые я ему, конечно, верну при первом удобный случае. Кореш настолько доверяет мне, что даже не посмотрел квартиру лично, а я напиздел ему с три короба.

Ради своего удовольствия наблюдать за его сестрой.

Больной.

— Не могу поверить! Как он мог так поступить, не обсудив со мной?! — злится она, ее глаза загораются необычным огоньком, который мне определённо нравится. — А после, когда оплаченный срок закончится, чем мне платить твоему другу за аренду? Натурой что ли…

Я бы не отказался.

От этой замечательной идеи член задергался в штанах, снова напрягаясь рядом с ней. Образы уже появились в голове, не давая мне сосредоточиться на главном.

Клетку нужно закрывать, пока птичка не упорхнула.

— Говорю же, он сдал дёшево, ты, кажется, хотела пойти подрабатывать, вот будешь брату отдавать одну четвёртую, а он — будет платить остальное, — проговариваю быстро и с силой тащу ее внутрь. — Проходи, осмотрись.

Марина нахмурилась, но все же разулась и прошла внутрь, а я уставился на ее крошечные ножки, а особенно пальчики, ноготки на которых были покрашены красным лаком, что было заметно через тонкий, чёрный капрон.

Никогда не был фетишистом, но это зрелище возбуждало каждый нерв.

Твою же мать!

Нужно срочно потрахаться, я же так свихнусь, хотя мне нельзя сливать энергию перед боем.

Рязанова, скинув каблуки, стала ещё ниже, еле дотягиваясь макушкой мне до груди, — она идеально мне подходит. А если посадить ее на комод, что стоит у выхода, то… Стоп.

Тяжело вздохнул.

Клянусь, если она кинет хоть один намёк на то, что я ей не безразличен, я отброшу в сторону все «нельзя» и сделаю так, что станет «можно».

От перевозбуждения я, ничего не говоря, прохожу в ванную комнату, ополаскиваю лицо холодной водой.

Я не могу сорваться. Я не тот, кто ей нужен, не буду с ней сюсюкаться, тем более встречаться. Зачем оно мне надо.

Зачем я все это делаю вообще? Проверяю свою выдержку? Я же накосячу так, что потеряю доверие друга.

Взяв себя в руки, выхожу из ванной, иду на кухню, совмещенную с залом. Именно эта комната хорошо просматривается из моей квартиры из-за панорамного окна, что охватывает как зону кухни, так и зону отдыха.

— Как светло! Очень красиво… — неровно дышит Марина. — Она огромная.

Меньше ста квадратов, пока денег было только на такую квартиру, хотя мне много места и не нужно. А вот где я сейчас живу там под двести метров, с одним минусом, что она мне не принадлежит.

Я слишком жадный, если что-то хочу — оно будет только моим. Я сделаю невозможное, чтобы получить желаемое и обладать им.

Эта квартира обошлась мне слишком дорого, много лет беспрерывных тренировок, крови и сломанных костей.

И я совсем не предполагал, что так просто впущу в неё девушку. Но это же Марина, ее можно, она же не какая-то левая телка.

— Не совсем и огромная, всего одна спальня, — отвечаю Марине, ожидая ее согласия.

— Мне нужно подумать.

Падаю на огромный диван, который я так и не успел опробовать, подкладываю подушку под голову, смотря на Рязанову с усмешкой.

Вижу, как она мельком скользит взглядом, по моим, случайно приоткрывшемся кубикам пресса. Краснеет и отводит глаза.

Ну какая милота.

Я бы даже разделся, чтобы она могла посмотреть, что у меня имеется для нее, да думаю сбежит, сверкая пятками.

— Марин, я же сказал, что все уже оплачено. Ты бы не нашла хороший вариант самостоятельно. Так же я в твоём распоряжении часа на два, чтобы помочь перевезти твои пожитки.

Вот зачем оно мне нужно?

Дел и так, дохрена, ещё на тренировку нужно, а я собираюсь заняться какой-то ерундой.

— Мне нужно позвонить брату.

Она быстро скрывается в спальне.

Филипп сможет ее уговорить, в этом сомнений нет, она же захотела от него съехать, захотела самостоятельной жизни, только это невозможно, потому что мы оба обязаны за ней приглядывать.

В кармане пиликает телефон, я достаю его и вижу уведомление о заявке в друзья: Вероника Цветкова.

Захожу в профиль, вижу отфотошопленные фотки брюнетки, перелистываю без особого интереса. Впрочем, баба нормальная, но я бы сказал больше обычная, таких пруд пруди, даже в той же Ксюхе есть изюминка, а эту — сразу забудешь. Хотя можно на разок, когда-нибудь.

Принимаю заявку и моментально получаю от неё сообщение о том, что она не прочь познакомиться поближе и смайл с поцелуем. Еще одна прилипала.

Отключаю звук, чтобы больше никто не мешал моему общению с Мариной, что уже с серьёзным видом приближается ко мне.

— Ладно, я согласна. Меня все устраивает, кроме… — резко замолкает, пристально оглядывая меня. Может ей не нравится, что я разлегся на новом месте ее проживания? — Неважно. Надеюсь, ты не будешь заявляться ко мне в гости?

Громко смеюсь над ее предположением, от чего она только корчиться.

Ладно, ладно, не буду ее злить, уж слишком она становится привлекательной, когда выглядит так, что вот-вот накинется.

Улыбаюсь малышке, стараясь быть как можно более приветливым.

Я всегда мог притвориться хорошим мальчиком, которым никогда не являлся.

— Что ты, конечно…. — буду, — нет.

Глава 13

***Марина***

Ключи, телефон, кошелек, такси заказала, кажется, ничего не забыла. Последнее время стала такой рассеянной, из-за чего успела даже попасть в неприятную ситуацию.

Пару дней назад забыла ключи от новой квартиры в кофте, а ту оставила в раздевалке спортзала. Пришлось идти к Котову, для того чтобы просить помощи.

Долго переминалась с ноги на ногу возле его двери, но все же позвонила. Чувство неловкости накрыло сразу, как только я увидела незнакомую девушку, которая пояснила мне, что ее парень сейчас принимает душ.

Бегло осмотрев девушку, поняла, они совсем недавно занимались сексом, ее волосы слегка растрепаны, глаза блестят, а коротенький халатик на голое тело лишил последних сомнений.

Она была настроена не очень гостеприимно и не спешила приглашать внутрь, но по неведомой мне причине, я не стала ждать приглашения и в наглую проскочила в квартиру.

Девушка была удивлена подобной наглости и хотела уже что-то сказать, но в этот момент из ванной вышел Макс, который просто опешил, словно не веря в то, что я нахожусь на его территории, да и я была не в восторге от этой ситуации.

В квартиру, что так благородно подобрал для меня Максим, я все же попала, но пришлось выслушать его подколы о моей рассеянности и словить не один десяток косых взглядов от его подруги.

Еле выгнала этого придурка, как я поняла, он собрался чаи распивать, ждал что я ему стол накрою и буду осыпать его благодарностями за спасение. Но я мягко намекнула ему на то, что негоже оставлять непонятную девицу у себя дома одну. Мало ли ограбит.

Его, как ветром, сдуло.

Вообще не перестаю удивляться тому, насколько безрассудно он себя ведет, не пропускает ни одной юбки.

Развлекается, как может. От этих мыслей я тоже решила немного развеется этим вечером.

Невозможно сидеть в четырёх стенах. Работу так и не нашла, хотя заметила, что во дворе этого комплекса есть небольшая студия танцев для детей от трёх до семи лет.

Она меня заинтересовала.

Даже не знаю возьмут ли меня хоть кем-то, но попробовать стоит. Детей я люблю, вела занятия у небольшой группы малышей, когда активно занималась, в общем, опыт за плечами огромный.

На телефон приходит оповещение о том, что такси ожидает у подъезда.

Решила все же заглянуть на вечеринку к Косте. Сама не поняла, как так получилось, ведь отказала же ему, а в итоге стою у выхода при полном параде и бокальчик вина успела выпить для разогрева.

А что? Это называется свободная жизнь.

— Ну и куда ты собралась на ночь глядя? — раздался сзади проникновенный голос, как только я вышла из подъезда.

Оборачиваюсь. Котов стоит у двери и курит, осматривая меня с головы до пят придирчивым взглядом.

— Макс, господи, ты меня напугал! — держусь за сердце, что от испуга молотит, как заведённое. — Ты что здесь делаешь?

— Забыла, что мы теперь живем рядом? — приподнимает он брови вверх. И правда, глупый вопрос задаю. — Так, куда намарафетилась?

Хочется, конечно, развернуться и ничего ему не объяснять, но я же не могу так поступить, это будет странно выглядеть, а я должна вести себя спокойно и рационально.

— К Волкову, у него сегодня вечеринка, я решила, что мне пойдет на пользу, провести время как обычный студент.

Дует прохладный ветер, и я сильнее закутываюсь в пальто. Так торопилась, что даже не застегнулась, да и не ожидала что кого-то тут встречу и разговорюсь. Ноги в капроновых колготках тут же начинают мерзнуть, я начинаю дрожать. Это замечает Максим.

— За тобой? — указывает головой на машину такси.

— Эм, да. Пока!

Котов докуривает, выкидывает бычок, делает два широких шага и, взяв меня под руку, уверенной походкой ведет к машине.

— Ну, поехали, — говорит он, открывая заднюю дверь.

Немного помявшись, сажусь в тёплый салон, смотря на то, как парень садится следом. Называет нужный адрес, и машина трогается с места.

— Не поняла, а ты куда?

— Меня тоже позвали, — ухмыляется нагло он. — Не хотел правда там появляться, но раз ты решила посвятить своими сиськами перед пьяными голодными пацанами, то кто-то должен за тобой присмотреть.

Слова, которые он произнес с такой непринуждённой уверенностью, вогнали меня в краску. Поверить не могу, что он это сказал.

Замечаю его взгляд, направленный в область моей груди, и быстро прикрываю все открытые участки.

На рубашке совсем небольшой вырез. Да и грудь у меня не такая уж и объемная, чтобы ей хвастаться, так что не понимаю его претензий по поводу моего внешнего вида.

— Ты что ли присматривать будешь? — спрашиваю с недоверием. — Максим, это даже звучит абсурдно, я уже немаленькая девочка.

— Правда, что ли? — насмехается он. — Интересно с каких это пор?

— Ты не думал, что я хочу развлечься без твоей опеки, или без присмотра брата.

Ну не прям развлечься, больше пообщаться, конечно, завести новых знакомых, расширить круг друзей.

Нужно возвращаться в правильное русло, а то потеряла все желание жить полноценной жизнью из-за того, что не поступила, куда хотела.

— Нет, — сказал он более строго. — Ты должна понимать куда идешь, там будет много пьяных, и даже обдолбанных пацанов.

Конечно, я все понимаю, я же не дура.

— Главное, сам не напейся, ведь держать себя в руках ты точно не умеешь, — вырвалось у меня то, чего я говорить никак не хотела.

Сразу отвернулась, потому что его пронизывающий взгляд смутил меня настолько, что щеки горели огнём. Хорошо, что волосы прикрывают их и в машине темно.

— В том, что я по пьяни перепутал тебя с девушкой лёгкого поведения, ты сама виновата, — сказал он раздраженно спустя пару минут. — Я бы на тебя никогда не залез. Не думала, что ты не в моем вкусе?

Последняя, брошенная с пренебрежением фраза, оглушила. От негодования ком встал в горле.

Так значит, да? Он пользуется любой девушкой. Любой. Без разбору. А тут бы не залез. Чем же я так плоха для него? Это насколько нужно быть не в его вкусе, что он пристает ко мне только, когда в стельку пьяный.

Я не считаю себя непривлекательной, вполне себе симпатичная девушка. Моя мама работает в модельном бизнесе много лет и всегда говорила, что у меня подходящее лицо и модельное телосложение, только рост неподходящий.

Или он до сих пор считает меня маленькой, наивно влюблённой в него девочкой, которую можно не замечать?

Глава 14

— Приехали, — сообщает из-за руля водитель, тем самым, наконец, прерывает тяжелое молчание в салоне.

Слава Богу, эта поездка закончилась. Я бы не выдержала находится с ним в этой машине ещё хотя бы минуту.

Выхожу на свежий воздух и громко выдыхаю, стараюсь справится с эмоциями, которые накрыли неукротимым штормом.

Поворачиваюсь к Максу лицом и меня охватывает такая злость, что я готова устроить скандал прямо здесь и неважно, что рядом гуляют люди. Еще этот его ехидный взгляд со смешинкой крайне раздражает.

— Знаешь что? — рычу я сквозь зубы, толкаю его в грудь, пытаясь увеличить расстояние между нами, потому что последнее время у него вошло в привычку врываться в мое личное пространство. — Пошёл ты!

— Чего? — выдает он, удивляясь такой агрессии с моей стороны. — А ну иди сюда. Ты что, уже пила?

Парень снова подошел ко мне, схватил за плечи, посмотрел в глаза, проверяя мое состояние, но я уже полностью протрезвела.

Мои нервы не железные, я не собираюсь терпеть его хамское поведение.

— Что слышал, Котов. Мне не нужна нянька, я в праве делать все, что захочу, — высказываю на выдохе, дёргаясь в его руках. — Так, что можешь ехать обратно домой и спать с девушками своего вкуса. А я буду пить и веселиться!

Разворачиваюсь и иду в направлении нужного подъезда, конечно же перед этим проверив, что это именно он.

— Валяй, давай, — кричит он мне в спину. — Только брата своего не позорь.

Маска хорошей девочки рушится. Я не думала, что не смогу контролировать свои эмоции при нем. Надеялась, что справлюсь, но внутри разгорелось пламя жгучей ненависти.

Если мы продолжим в том же духе, я выскажу все, что о нем думаю, скажу, как сильно он обидел меня тогда, тем самым выдам себя с потрохами, естественно делать этого я не хочу. Не собираюсь ворошить прошлое.

— Без твоих нравоучений справлюсь.

Хочу позвонить в домофон, но дверь открывается, а из подъезда выходит мужик с собакой, позволяет мне проскользнуть внутрь.

Внутри все трясется от ярости и раздражения, тело напряжено, даже спина начинает болеть. Ноги ведут меня к лифту и тут я понимаю, что забыла какой у Кости этаж и квартира.

Эта информация просто вылетела из головы.

Кусаю губы, слыша, как сзади подходит Котов, становясь слишком близко ко мне, этим он снова заставляет меня насторожиться. Чувствую его дыхание на макушке, вижу, как он протягивает руку и нажимает на кнопку вызова.

Я влетаю внутрь кабинки, когда двери открываются.

Смотрю на цифры и никак не могу вспомнить номер. Чееерт.

Марина, соберись.

— У него восьмой этаж, — подсказывает Котов, а мне хочется поскорее оказаться подальше от него, чувствую, как он наклоняется к уху, чтобы произнести с угрозой: — Я серьезно. Веди себя, как мышка, иначе за последствия я не отвечаю.

Слышать от него угрозы непривычно и от его тона меня бросает в дрожь.

Страшно представить, что он может сделать. В голове дилемма: а стоит ли вообще его злить? Интуиция подсказывает, что не стоит, но глупые эмоции пытаются взять меня в заложники.

Пока мы поднимаемся вверх, думаю о том, в какую идиотскую ситуацию я попала. Иду на вечеринку с лучшим другом брата, который будет присматривать за мной. Детский садик какой-то.

Однако возвращаться домой и проводить выходной в четырёх стенах, не вижу никакого смысла, он подумает, что я струсила, однако это не так. Если я решила погулять, то нужно идти до конца и не важно, что этот придурок, за каких-то полчаса смог испортить мне настроение.

Я думаю, мне следует показать всем своим видом, что мне все равно есть он тут или нет, плевать я хотела на его угрозы и приказы. Пускай найдёт себе другую грушу для битья, а ко мне не лезет.

Правильно, буду вести себя так, как считаю нужным. Его просто не существует. Он никто. Именно это нужно повторять себе чаще и чаще.

Обдумывая свой план, я иду, не смотря под ноги и спотыкаюсь на ровном месте. И я бы разбила лицо об этот кафельный пол, если бы не хорошая реакция Макса, который успел подхватить меня за талию и прижать к себе.

От него исходит такое тепло, что хочется прижаться ближе, потому что вдобавок ко всему я немного замерзла.

— Спасибо, — фыркнула я и отошла подальше.

Когда мы звоним в одну из дверей, нам совсем не быстро, открывает не слабо подвыпивший Волков, что немного настораживает.

— Оу, фига себе, вы вместе что ли? — смотрит он то на меня, то на моего нежеланного спутника.

Я отвечаю «нет», а Макс отвечает «да», когда я поднимаю не него голову, он смотрит с нескрываемым недовольством.

— Понял, проходите.

Костя пропускает нас внутрь квартиры, что располагается в новостройке, гостеприимно выдав нам одноразовые тапочки и уточнив, что внутри грязновато. Ремонт ещё не доделан, но видно, что квартира просторная.

И в ней так много народа… Даже у выхода столпилось много ребят: кто-то сидит на полу и пьет пиво, кто-то размахивает кулаками, а один парень выбегает нам на встречу, прикрывая рот, ему явно необходимо опустошить желудок. Гремит попсовая музыка, воняет сигаретами.

В общем ничего нового, я на таких вечеринках не раз была, поэтому без особого стеснения снимаю пальто, которое подхватывает Максим и вешает на вешалку. Потом тянется ко мне, желая взять за талию, но я выскальзываю и попадаю в руки к Косте, — он не растерялся и обнял меня.

Неожиданно однако, особенно то, что он поцеловал меня в щеку. Ощущения приятные, от него хорошо пахнет, но вот тяжелое недовольное бормотание за спиной заставило меня отпрянуть от него.

— Марин, я тебе пока все покажу, ты не против? — Костя потянул меня в глубь квартиры, начал демонстрировать комнаты. — Не думал, что ты все же придёшь. Ты сказала, что будешь заниматься.

— Я ненадолго, — сразу предупредила. — Так, решила заскочить на часик, другой.

Волков хмыкнул, показывая, где находится второй туалет и пошел к барной стойке, наливая себе стакан виски со льдом и выпивая его без закуски.

— Ты пить будешь? — спрашивает он, уже доставая еще один стакан. — Я могу сделать любой коктейль. Даже тот, что ты пила этим летом.

Разве он помнит? Если я и вспоминаю тот вечер, то в голове крутится мокрый поцелуй Котова и его наглые руки на моем теле.

Слышу громкий визг позади и поворачиваю голову на противный звук. Вижу знакомую картину, как на Котове уже висит какая-то девушка.

Вот когда он успевает находить новых пассий? Хотя, приглядевшись я понимаю, что это Вероника, — это меня сразу расстроило. Вот мне пофиг на других, но смотреть на то, как именно она виснет на его шее мне неприятно.

Глава 15

— Налей мне сок или лимонад, — опережаю Костю, который уже потянулся к бутылке с алкоголем.

Терять голову я сегодня не планировала.

— Ты серьезно? — нахмурился парень, словно не веря в то, что я отказалась пить. — Или ты больше по другим веществам?

Сначала не понимаю, что он имеет в виду, но когда он шепчет на ухо известное название, то я трясу головой.

— Нет, нет. Конечно, нет!

— Рад это слышать, — он расслабленно улыбнулся, все же налив мне обычный лимонад. — Пойдём познакомлю тебя со своими друзьями.

Костя ведёт меня к большому круглому дивану в середине комнаты, где расположилось около десяти человек, некоторые из них сидят прямо на полу, несмотря на то, что он в строительной пыли.

Я решаю пожалеть своё платье и присаживаюсь на крохотный клочок свободного места на самом краю дивана. Пью свой лимонад и слушаю, о чем разговаривают ребята, изредка участвую в беседе.

Музыка становится все громче, гостей прибывает все больше, народ начинает веселиться на полную катушку, играть в какие-то нелепые игры, в которых я решаю участие не принимать. Правда меня позвали поиграть в бутылочку, но подошедший Макс зыркнул на меня так, что я чуть не подавилась своим лимонадом.

После этого я специально старалась не смотреть в ту сторону где расположился Максим, хотя пару раз все же не сдержалась и увидела, что он пьёт одну за одной.

Я напрягаюсь. Опасно находиться с ним рядом, когда он в таком состоянии. Хотя, скорее всего, Вероника не зря висит на его плече весь вечер и этой ночью именно она попытается сделать его счастливым, возможно, он даже забудет обо мне. Или уже забыл, судя по тому, что я потеряла их из вида.

Становится душно. Ногти впиваются в кожу, принося спасательную боль, которая избавляет от тупой ревности. С каждой минутой контролировать эмоции все сложнее. Громкие разговоры и музыка давят на голову, от чего в висках начинает пульсировать.

Хочу подышать свежим воздухом, но не успеваю встать как рядом подсаживается Вероника, собственной персоной.

Не думала, что она все еще здесь.

— Привет, киса! — целует меня в щеку. — Ты уже видела меня с Максом? Между нами, так и искрит! Я так нервничаю, посмотри, я нормально одета? С макияжем все ок?

Смотрю на неё, подмечая, что выглядит она действительно отпадно, так же от меня не ускользает еще одна маленькая деталь, что ее губная помада немного размазалась.

Неужели они целовались? Хотя что это я, конечно, да.

— Угу, — киваю, допивая свой лимонад, который в горло не лезет.

— Мы с ним переписывались, я думаю, что нравлюсь ему, потому что он поставил мне лайк на фотографию с отдыха, я там в купальнике. Это значит парень хочет меня, правда сегодня почему-то отшивает меня. Прикинь, он отказался ехать ко мне! Как думаешь, может запереться и сделать это прямо здесь?

Она настолько быстро говорит, что я не сразу разбираю смысл сказанных слов. Ника взволнована. Возможно, и правда влюблена в него, хотя взгляд у неё такой цепкий, она не похожа на наивную дурочку. Становится даже немного жалко Макса, если такая вцепиться, то уже не отпустит.

Меня немного подташнивает от таких разговоров, хочется избавится от этой грязи, что так и лезет в голову.

— Ник, не будь дурой, — говорю, желая образумить ее. — Я хотела тебя предупредить, он не заводит отношений. Если вы переспите, то это будет только однажды, ну или максимум пару раз.

Говорю чистую правду, которую он мне лично поведал, правду, которую я сама видела.

— Какая чепуха, любого парня можно привлечь и удержать, — смеётся она, доставая из сумочки зеркало и розовую помаду. — У меня все под контролем.

— Любого, кроме него.

Вероника резко поворачивает голову и смотрит в сторону выхода из зала. Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, что там стоит Максим.

— Пока мы болтали он успел найти себе другую девушку! — выговаривает резко, истеричным тоном. — Все из-за тебя.

Поворачиваюсь и убеждаюсь, что это правда. Он уже разговаривает с другой, но выглядит это куда поприличнее, чем то, как висла на нем моя одногруппница.

Господи, девки кружат около него, как пчёлы возле цветов, но они же должны понимать, что им ничего не светит.

Я вообще не представляю его с одной единственной. Тем более я не могу вообразить, что он может влюбиться, ведь после интима, он неохотно общается с этими глупышками.

Так, все. Ника за несколько минут загрузила мой мозг и взбесила меня одновременно. Вроде уже час прошёл, и Костя куда-то свалил, общаться больше не с кем. С Котовым тоже не хочу, его и так слишком много в последнее время.

Прощаюсь со всеми, кто сидит рядом, а после с трудом прорываюсь в коридор. Людей прибыло ещё больше, каждый клочок свободного места занят. Вот-вот и квартира лопнет.

Ещё удивительно, что соседи не вызвали полицию, потому что шум мы создаем знатный.

Пытаюсь отыскать своё пальто в куче других вещей, начинаю переживать, потому что его нигде не нет, дёргаюсь, когда чувствую на своей талии руки.

— Скучаешь? — говорит Костя мне на ухо.

Да, что такое? То Максим нарушает мои личностные границы, то Волков.

— Думаю пора домой ехать, — отхожу дальше, смотря на изрядно захмелевшего парня. — Голова немного разболелась.

Я не боюсь, что со мной может что-то произойти. Здесь слишком много людей, просто пьяный парень может плохо себя контролировать.

— Да ладно, ты же только приехала. Мы можем уйти в комнату. Полежишь, отдохнёшь… И я с тобой за компанию.

Парень смеётся, стреляя взглядом. Не думаю, что он шутит, потому что его губы расползаются в хитрую ухмылку.

— Кость… — вздыхаю, не зная, как бы помягче ему объяснить, что, между нами, ничего не будет.

— Твоё пальто я кинул в комнате, чтобы его тут не помяли, — перебивает меня парень.

— Да? В какой?

— Пошли, — говорит он и тянет меня вглубь своей квартиры. Открывает ключом одну из комнат, пропуская меня внутрь.

Глава 16

Войдя, Волков даже не включает свет, бурчит что-то о том, что его тут пока еще нет. Но так как на окнах нет штор, то в комнате все же есть немного света.

Я вижу своё пальто, что лежит на кровати в куче с несколькими куртками, подхожу и забираю его, но когда я поворачиваюсь, то сталкиваюсь с твёрдой грудью.

Руки парня падают мне на талию, а затем притягивают к себе. Костя опускает своё лицо, обдавая горячим дыханием, но я успеваю вовремя увернуться от возможного поцелуя.

Наверно, это такой хитрый план, манипуляция, чтобы заманить меня и, по-видимому, я на него купилась, но на что он надеется в таком состоянии?

— Кость, прости, но ты выпил, не думаю, что это хорошая идея, — говорю ему серьезно, отталкивая от себя.

Возможно, если бы он был трезв и имел серьезные намерения, то я бы позволила себя поцеловать, ведь я не из тех, кто спит с первым встречным. Тем более без чувств. Даже в голове не укладывается, как можно прыгнуть в постель к парню, которого знаешь от силы пару месяцев.

— Слушай, если ты целка, то я могу и подождать, — выпускает он довольный смешок, тем самым удивляя меня.

Пока я подбираю слова, его губы соприкасаются с моей открытой шеей, а руки сжимают все крепче.

— Волков, не совершай ошибку, — снова пытаюсь его оттолкнуть, но силы неравны, он просто сцепляет свои руки сзади в замок.

Такое скотское поведение напоминает мне Макса, правда того почти невозможно остановить, он прет, как танк, не видя никаких границ, а тут я хотя бы вижу, что парень пытается соблазнить, а не брать силой.

Только от этого не легче. Я ощущаю себя в ловушке, пространство вокруг меня словно сужается и я не могу дышать.

— Разве может быть ошибкой хотеть тебя? — спрашивает он заплетающимся языком и снова пытается поцеловать.

— Я все понимаю, но давай не будем…

Я не успеваю договорить, так как неожиданно открывается дверь, освещая нас полоской яркого света, идущего с коридора. На пороге комнаты стоит разъярённый Максим. Я тут же отшатываюсь от Кости. Он тоже отпускает меня.

Вот же черт. Дело дрянь, это сразу становится ясно.

— Я не помешаю? — говорит он так громко, что у меня закладывает уши, а голова начинает кружиться.

Наверно, это происходит от волнения. Сейчас я ощущаю себя так, словно муж застукал меня за супружеской изменой. Котов смотрит на меня с претензией, оценивает ситуацию, шурша взглядом по моему телу.

Костя отмирает первый и идёт к Котову, у которого на лице написано, что сейчас его лучше не трогать.

Его плечи выпрямляются, все тело напрягается. Он сжимает руки в кулаки; готовый взорваться в любой момент.

На самом деле Макса сложно вывести на негативные эмоции, он всегда расслаблен, ему плевать на всех и на все, что происходит вокруг.

Свою темную сторону он открывает только на ринге, становится жестоким, я бы даже сказала свирепым: именно это я вижу сейчас в его взгляде. Однажды я видела его таким в бою.

— Друг, не мешай нам, а? — Волков пробует разрулить ситуацию, одновременно желая избавится от непрошеного гостя.

— Я тебе не друг, — говорит Макс, откидывая его руку от себя, выглядит при этом обманчиво спокойно, но я замечаю, как изменился его голос. — Лучше отойди, пока я не набил твою пьяную харю.

— Из-за неё что ли? — хмыкает Костя, заставляя меня напрячься. От обиды все внутри сжимается. Еще один козел! — То есть, мы правда будем это делать из-за того, что я хотел ее поцеловать?

Быстро исправляется Костя, тем не менее легче от этого не становится.

— Я говорил, что ее трогать нельзя, — отвечает Макс. — Не-ль-СУКА-зя, — проговаривает по слогам.

— Интересно почему? — не сдается Волков. — Она твоя девушка? Собственность? Может жена?

Замираю. Почти не дышу. Смотрю на то, как Котов хватает его за воротник и приближает к своему лицу.

Я, кажется, понимаю, что сейчас он ударит ему лбом в нос, потому что видела, как он делал это раньше. А вид крови, хлещущей фонтаном, мне совсем не хочется наблюдать.

— Максим, не нужно, — громко говорю я, видя, что ещё немного и он правда это сделает. — Прошу.

Он не реагирует, выглядит спокойным, только как будто стал ещё выше, ещё шире в плечах, а его голубые глаза, словно почернели от злобы.

Костя не знает с кем связывается, если у Макса сорвёт крышу, то тот от него живого места не оставит. Его нельзя подзадоривать, как это делают некоторые соперники на ринге, подобная неосторожность обычно заканчивается кровавой бойней.

— Ее нельзя трогать, потому что она сестра моего кореша, и пока его нет рядом, за неё отвечаю я, — он встряхивает его, кидает на меня короткий взгляд и отпускает.

— Ты чего завёлся? Мы с Мариной всего лишь болтали, — Костя встаёт так, что теперь мне не видно Макса. — Да, Рязанова?

Следом я вижу, как Котов толкает Волкова, причём с такой силой, что тот чуть не падает на пол.

Я быстро подбегаю, чтобы встать между ними, упираю руки в грудь Макса, смотря на него умоляюще.

Костя много времени проводит в качалке и выглядит достаточно спортивно, я все равно за него переживаю, ведь Макс профессиональный боксер, годы тренировок дали огромную мощь его ударам и скорость движениям.

— Это правда, Максим, ничего не было, — шепчу я и несильно подталкиваю его к выходу.

— Не было, но могло быть, — он, наконец-то, отрывает уничтожающий взгляд от парня и переводит его на меня. — Что? Навеселилась? Мы едем домой.

Он хватает меня за руку и выводит из комнаты, с грохотом захлопывая дверь прямо перед носом Кости. Молча тащит меня на выход. Я ему не сопротивляюсь, так как сил просто нет.

— Там осталось мое пальто, — сообщаю я, когда он надевает свою куртку и начинает обуваться.

Макс кивает и идёт обратно, спустя пять минут возвращается с таким убийственным взглядом, что мне становится страшно за себя.

Скандал обеспечен.

Глава 17

Когда мы выходим из подъезда, я пытаюсь разузнать у хмурого парня, в чем дело и куда делось его настроение, но он молчит, просто смотрит куда-то в сторону, пока мы ожидаем такси.

На улице слишком зябко и, как назло, пошёл мелкий дождь, я начинаю дрожать, это привлекает его внимание, и он все же подходит ко мне, становится за спиной, развязывает мой шарф и располагает его на моей голове, а следом… обнимает меня.

Вот так просто, словно и не злился на меня и Костю каких-то десять минут назад.

Мне и правда становится теплее. Вот только я не привыкла к подобному поведению с его стороны, и меня настигают некомфортные ощущения.

Я ворчу и пытаюсь избавиться от его больших рук, пока не чувствую, как его пальцы все сильнее сжимаются на моей талии, принося боль.

Но самое пугающее в этой ситуации: я чувствую через достаточно толстое пальто и его джинсы.

Мой рот открывается, чтобы тяжело выдохнуть, а пальцы впиваются в его руки.

— Дура, прекрати дёргаться, — рычит он мне в макушку, отодвигаясь чуть дальше. — Из-за тебя я сегодня не потрахался, ты же не хочешь, чтобы я это сделал с тобой?

Я в момент прекращаю всякие лишние движения. Замираю на месте, в ожидании его дальнейших действий.

Мне яростно хочется быть как можно дальше от него, его касания вызывают во мне противоречивые эмоции: они и нравятся, и раздражают одновременно. Особенно мне противно от понимания того, скольких девушек трогали эти руки.

Больно от воспоминаний, что эти руки могут делать…

От ненужных мыслей меня спасает подъехавшее такси, в которое я сразу же запрыгиваю.

Идиотская была идея появиться на вечеринке с Котовым, думаю, даже брат, был бы более понимающим. Как минимум он бы спросил мое мнение, не стал бы кидаться на другого парня, просто из-за того, что увидел нас в объятиях друг друга.

Ну и Костя, конечно, молодец… Обмануть меня с этим пальто, чтобы уединится, тоже мне выдумщик.

Мы едем домой в тишине. Котов на меня даже не смотрит. Сидит нахмуренный, пялится в одну точку и громко сопит. Напряжённый и слишком раздражённый.

Неужели его так взволновало, то, что я была с Волковым? Или он думает, рассказывать ли Филиппу о произошедшем?

Я не могу даже представить того, что он заревновал, потому что если ревнует, то что-то чувствует, либо когда-то чувствовал, а Макс… Ну ему же по большому счету плевать на меня, я для него не больше, чем сестра друга. Нежеланная, надоедливая, приносящая проблемы ответственность, которую на него свалилась, а он не смог отказаться. А…еще…когда-то влюблённая.

А то, что он сказал на улице, это ничего не значит, потому что пошлые фразочки из его рта вырывались и раньше и он ни капли не стеснялся говорить это при мне и в мой адрес.

Я знаю его много лет и словно не знаю вовсе, не понимаю его мотивов, не могу разгадать настоящие эмоции. Он, моя самая сложная загадка.

Многогранный, не хороший, но и не плохой. Одним действием он может как и восхитить, так и отвернуть. Верный друг, но неверный парень. Весельчак с глубоким пронзительным взглядом.

Даже вот сейчас я не могу его понять, откуда у него такая злоба на меня?

Вот мы и на месте. Доехали достаточно быстро, но что меня удивляет, так это то, что он идет не в свой подъезд, а в мой.

На вопрос «зачем», он просто не реагирует.

Я открываю дверь и прохожу внутрь квартиры, а он за мной, не давая закрыть перед ним дверь.

Снимаю верхнюю одежду и становлюсь напротив него, потому что не понимаю, что он здесь забыл и почему не собирается уходить.

Может, ждёт, пока я его на чай позову?

Да ну, бред.

— Максим, я буду отдыхать, ты можешь уйти? — спрашиваю, упрямо поджимая губы. — Вечер был утомляющим.

Наконец он отмирает, моргает несколько раз, меняется в лице, на нем снова появляется такое же выражение как, в тот момент, когда он застукал нас с Волковым.

Морщится, осматривая меня. Вновь впивается взглядом в мою грудь.

Что он там постоянно пытается разглядеть?

Я бы могла подумать, что он просто пялится, однако смотреть там особо не на что.

— Максим, — повторяю громче, чтобы его глаза все же смотрели в мои, а не ниже дозволенного.

— Ты не будешь с ним видеться и тем более встречаться, — строго заявляет лучший друг моего брата. И не менее строго добавляет: — Я не позволю.

— Не поняла, — опешила, пораженная такой новостью. — С каких пор ты стал решать за меня?!

Дыхание учащается, а мысли начинают путаться.

Он мне не отец, не брат и даже не парень!

— С тех самых, когда ты стала моей ответственностью, — говорит нагло, подходя ближе. Теперь мне приходится задрать голову, чтобы продолжать удерживать его уничтожающий взгляд. — Этот парень тебе совсем не пара.

Я в шоке от его поведения, упираюсь руками в его грудь и со всей силы отталкиваю. Но эту бетонную стену невозможно сдвинуть. Все бесполезно.

Я ощущаю, как во мне просыпается злость, как сильно я хочу утереть его задранный нос, показать, что его мнение мне неинтересно.

— Кто тогда мне пара. Может, ты?

Мне становится смешно, и я буквально давлюсь этим смехом и даже не замечаю, как он встал ещё ближе ко мне и как загорелся его взгляд.

— А может и я, — неожиданно резко отвечает он, прижимая меня к своему твёрдому телу. — Я ничем не хуже него. И сейчас я это докажу.

Глава 18

Я не успела даже пикнуть, как его губы накрыли мои, как его руки собственнически легли на мою задницу и сжали полушария, как его горячий, проворный язык оказался в моем рту и принялся орудовать в нем ловко и уверенно.

Я настолько обомлела, что не могла пошевелиться, не могла противостоять такому яростному напору. В животе скручивало, ноги становились ватными, а в груди жгло.

Это не нежность и даже не страсть. Он просто насилует мой рот. У меня складывается стойкое ощущение, что он целует не потому что хочет, а просто делает это назло. Мне и Волкову.

Словно пачкает собой, а когда я вижу его гадкую ухмылку, когда он все же отстраняется, меня будто окатывает ледяной водой. Ублюдку это нравится, он получает извращенное удовольствие от принуждения.

Я, недолго думая, отвешиваю ему звонкую пощечину.

— Не смей! Не смей меня больше целовать.

Макс никак не отреагировал. Даже не дёрнулся и не убрал руки с моей задницы.

— М? — приподнял бровь. — Почему?

Ему интересно почему. Может тыкнуть его в одну огромную ошибку?

Нет. Нельзя говорить настоящую причину. Нельзя. Но отвадить его от себя просто необходимо, пока этот парень не прошелся бульдозером по моим чувствам вновь.

— Мне противно, хочется ополоснуть рот после твоего языка, который побывал во рту, чуть ли не у каждой девушки нашего вуза, — отвечаю ему, еле сдерживая себя от крика. — Проваливай, Котов, я говорю серьезно.

Он меня отпускает, но на его наглом лице так и играет эта гадкая усмешка.

Боже. Что за вечер! Зачем я согласилась пойти с ним.

Перед тем, как уйти, он с озорным взглядом выдаёт:

— Мариш, не только мой язык побывал почти в каждой девке, — он облизывает свои губы, с жадностью смотря на мои, словно снова пробуя меня на вкус. — И знаешь, ещё никто не жаловался.

Когда дверь за ним захлопывается я просто скидываю с себя все вещи, оставшись в одном нижнем белье, включаю воду в ванной погорячее, следом иду к холодильнику и достаю открытую бутылку шампанского, делаю большой глоток.

Этого, кажется, мало и я наливаю себе полный бокал. Издаю смешок. Уже начала пить в одиночестве. Вот до чего довёл меня Котов.

Мой взгляд упирается в окно его квартиры напротив. Вижу, как загорается свет, вижу, как он заходит, тоже снимает с себя одежду, остаётся только в джинсах.

Замираю на месте, не в силах оторвать любопытный взгляд. Дыхание замирает от вида его накаченного тела, мой взгляд прикован к его мышцам и выпуклым венам.

Боже… это моя слабость. Так и хочется прикоснуться, пальчиками пройтись по его коже.

Наблюдаю за тем, как он встряхивает головой и опускается на пол и начинает отжиматься. Вот это неожиданно.

Мне бы стоило отвернуться, не смотреть, но мне становится настолько интересно, что же он будет делать дальше, что я делаю глоток игристого и безотрывно пялюсь в его окно.

Теряю счёт его отжиманиям, мои мысли медленно, но верно перетекают в эротическую плоскость, когда его спина покрывается, потом, выделяя каждую ямочку, особенно мне нравится те две, над его задницей.

Вскоре он заканчивает, вытирает мокрое лицо и шею ранее откинутой майкой. Я настолько погружена в запретный процесс, что даже вытягиваю шею, чтобы больше разглядеть, а он словно почувствовав мой взгляд, поднимает глаза и смотрит прямо на меня.

Меня прошибает током, а уже пустой стакан падает на пол.

Он понял, что я подглядываю? Знал или…

В голове никак не укладывается то, что он делает следом. Макс хватает за пряжку ремня и срывает его, откидывая в сторону, опускает джинсы вниз вместе с трусами.

— Ох, блин! — я закрываю рот ладонью, когда вижу его стоящий колом член.

Я умираю от стыда, мне так неловко от того, что он меня раскрыл, что я готова сквозь землю провалиться, Максим подмигивает мне и вскоре скрывается из вида, видимо пошел принимать душ. И только сейчас до меня доходит, что я в нижнем белье, правда из-за того, что сижу за барной стойкой, видна лишь верхняя часть.

Сумасшествие! Я подглядывала за Котовым. Как тогда… Пару лет назад, когда он оставался у нас дома на ночь. Он все ещё возбуждает, он все ещё на верхушке моих желаний…

Чушь. Подумаешь, красивое, подкачанное тело. Таких пруд пруди. Да вот Костя ничем не хуже него! А может даже и лучше.

Я дергано поднимаюсь с места и со злобой задергиваю все шторки.

Все, достаточно с меня Котова. Я с ним точно свихнусь. А этот котяра специально провоцирует. Но он ещё не догадывается, что я не собираюсь попадаться в его загребущие лапы!

Глава 19

Когда я выхожу из раздевалки, меня встречает Виктория, владелица танцевального зала, приятная на вид женщина сорока лет.

Сегодня я провела свое первое пробное занятие с детками, которое как мне показалось, прошло успешно.

— Поработали сегодня на отлично, — говорит женщина, одарив меня доброжелательной улыбкой. — Спасибо тебе, Марин, не думала, что мне так повезёт с тобой.

— Вам спасибо за такую возможность. Я люблю работать с детьми и нагрузка вовсе небольшая.

Правда травмирования спина слегка даёт о себе знать, но это, потому, что день был сложный и я давно не разминалась.

— Мой муж оформит тебя в ближайшее время, будешь работать полный день по выходным и по паре часов в день среди недели, если у тебя будет больше свободного времени, то приходи, я доплачу за занятия.

Я рада это слышать. На самом деле не надеялась на то, что меня вовсе возьмут без соответствующего образования, но так как эта танцевальная студия частная, меня допустили к занятиям, помог большой опыт.

— Хорошо, Вик, надеюсь, сработаемся.

— Конечно, дорогая, — она обнимает меня и провожает до выхода.

Я так счастлива, что вернулась к танцам, пусть и в качестве помощника учителя, но радости моей нет предела. Это именно то место, где я хотела бы проводить свое свободное время.

Возможно, когда я полностью восстановлюсь, то можно будет попробовать открыть свою студию… Но это только в мечтах и точно не в ближайшие пять лет.

Выйдя за дверь, я успеваю сделать только несколько шагов, как сзади меня останавливают, схватив за руку.

— Костя, ты, что тут делаешь? — удивлённо спрашиваю, видя перед собой парня.

— Хотел поговорить, можно?

Костя выглядит виноватым. Он пытался подловить меня на учебе, но не получалось, у меня совершенно не было времени.

Мы толком не поговорили после его вечеринки.

— Да, давай, — отвечаю ему спокойно, застегивая до конца свой пуховичок.

— Ты игнорируешь меня? После того вечера, — хмурится он, покусывая пухлую нижнюю губу. — Если я тебя обидел, то извини, я был слишком пьян, херово себя контролировал. Но я бы ничего противозаконного не совершил. Я не насильник, как пытался выставить меня твой друг.

Напоминание о Котове отдало жаром в щеках. Картинки того вечера так и всплывают в голове. Его жалящий поцелуй, наглые руки, подкачанное тело, которое он демонстрировал в своей квартире, и горячий взгляд.

С того дня он пропал со всех радаров, я его не видела, только замечала поздними вечерами свет в его окнах. Филипп сказал, что он готовился к какому-то важному бою. Раньше я бы уже знала, когда он состоится и с кем, но сейчас я уже не интересуюсь.

— Ты уже писал об этом. И Максим мне не друг, — быстро проговорила. — Замяли.

Я, правда, не обижаюсь на Волкова, все понимаю. Это я, дурочка, попалась на его хитрую уловку, но предъявить за то, что он пытался провернуть, я не хочу.

Во-первых, у него ничего не получилось, а во-вторых, по нему видно, что он раскаивается.

— Точно? Прогуляемся? Здесь есть хорошее кафе, посидим, — не унимался он, смотря на меня виноватым взглядом. — Марин, если тебе неприятно находится со мной, то ты можешь отказать.

Раздумываю, нужно ли мне общение с ним.

Костя мне нравится, приятный парень, ничего плохого он мне не сделал. Тем более мы взрослые люди, нет ничего удивительного в том, что он пытался уложить меня в постель, он и не особо скрывал своего желания. Но готова ли я к возможным отношениям? Смогу ли я подпустить его так близко?

В голове сразу всплывает Максим. Он, как зараза, распространился в моем сознании, не давая думать о других парнях. Действует, как преграда. Не могу же я постоянно думать о нем, и на что-то надеется!

Вряд ли у нас что-то получится с Костей, то есть я не собираюсь с ним спать, а долго ждать, пока я созрею, он не будет в этом я уверена.

Такие парни не ждут и надолго свободными не остаются. Но вот отвлечься от мыслей о Котове мне необходимо: хочу почувствовать, что я нравлюсь другим.

— Нет, все нормально, — улыбаюсь я и сама беру его под руку. — Пойдём.

Ничего страшного не произойдёт, если мы продолжим дружеское общение.

Мы проводим с Костей около часа. Сидим в кафе, разговариваем ни о чем, он ещё раз извиняется, но когда ему звонит его друг, то он, проводив меня до дома, быстро уезжает, обещая позвонить перед сном.

Когда его машина скрывается из вида, улыбка пропадает с моего лица, а в груди появляется тяжесть. Он смог меня отвлечь, но совсем ненадолго. Домой совсем не хочется. Решаю позвонить своей подруге Лизе, но она сообщает, что плохо себя чувствует.

Немного расстроенная, я решаю принять горячую ванну, включаю на телефоне музыку и погружаюсь глубоко в мысли, всячески выгоняя оттуда одного нахального парня.

Расслабляюсь и начинаю дремать, но меня возвращает в реальность разрывающийся от звонка телефон.

— Малышка, ты как? — взяв трубку, слышу заботливый голос брата. — Не надумала вернуться к нам?

Закатываю глаза. Он уже не первый раз спрашивает.

— Фил, да все нормально, мне нравится в квартире, что подобрал Максим, — говорю чистую правду, вздрагивая от прохлады. — Здесь очень мило.

Вода уже остыла, и я решаю закончить с процедурами и, накинув халат, выхожу из ванной, рассказывая о квартире. Брат удивлен, что Котов смог найти такую квартиру по такой низкой цене.

— Ты к нам совсем не заходишь, мы скучаем, — неожиданно прерывает меня Филипп.

— Опять ты начинаешь, я же только переехала, еще толком не обжилась на новом месте, хватит меня отчитывать, — издаю нервный смешок.

Кроме того, мы видимся на учебе, конечно, не так часто как хотелось бы, он парень занятой.

— Я, в общем, что звоню, ты собирайся, мы с Ритой идём поддержать Макса, у него сегодня важный бой, — неожиданно заявляет братец. — Ты знаешь, что я такое не пропускаю, а Рита не хочет быть одна дома.

И что мне отвечать? Если откажусь, то он будет задавать лишние вопросы, а втягивать его в свои отношения с его другом я не хочу, потому что начнётся настоящий апокалипсис.

Не хочу, чтобы он знал даже малую долю того, что было… Мне и Котову настанет конец. Хотя по большей части только Котову. А я не смогу брату в глаза смотреть, из-за того что столько времени скрывала. Это нечестно по отношению к нему и ко всем.

Я так долго молчу, что сказать правду это все равно что кинуться с обрыва.

— Я не очень хочу… — начинаю отнекиваться.

— Даже слушать не собираюсь. Рита соскучилась по тебе, уже все уши прожужжала и я, между прочим, тоже, ты так резко от нас отстранилась, что у меня закрадываются сомнения по поводу того, правильно ли я сделал, что разрешил тебе съехать.

— Филипп…

— В общем, никаких отговорок, этот вечер мы проведём вместе, тем более Котов уже договорился по поводу мест для нас.

Ну, конечно, договорился он.

Почему я не удивлена, что он влез? Чего хочет добиться? Поцеловал меня, хотя возможно даже не хотел, ещё и подговорил моего брата.

Почему я так в этом уверена? Да потому что я не была на его боях черт знает сколько времени, а Филипп меня не особо туда тащил, раньше я сама навязывалась.

Глава 20

— Рязанов, ты настоящий тиран! Как тебя все еще терпит твоя девушка? — подшучиваю над ним, зная, что на самом деле он душка. — Я не очень люблю смотреть на то, как твой друг размахивает кулаками.

— Брось, я помню, как ты с радостью ходила со мной, а потом, почему-то резко перестала, — припоминает он. — Я заметил, что ты охладела к нему, хотя это немудрено, он же у нас зазнавшаяся звезда! — смеётся брат. — Но ничего, потерпишь этого засранца сегодня вечером. Я заберу тебя в восемь.

Когда Филипп говорит таким тоном, то я понимаю, он по-любому утащит меня туда, куда ему нужно, здесь спорить бесполезно.

— Ладно, давай.

Отключаюсь, смотрю на часы. До назначенного времени еще целый час. Это более чем достаточно.

Возможно, это глупо, но во мне разгорается нешуточный азарт. Хочется уделать его, показать, что я не буду прятаться после того неожиданного поцелуя, показать, что это ничего для меня не значило, доказать себе, что чувства, бушевавшие ранее — это всего лишь отголоски прошлой влюблённости. Правильно, что согласилась пойти, ведь если я не приду, он поймет, что струсила, но это не так.

Сушу по-быстрому волосы, делаю высокий хвост, надеваю черные суперузкие джинсы, кофту с достаточно глубоким квадратным вырезом и, конечно же, сапожки на высоком каблуке.

Смотрю на себя в зеркало и мне нравится мое отражение. На учебу я не позволяю себе так одеться, хотя, впрочем, все вполне прилично. Быстро подкрашиваю губы в цвет бордовой кофточки, наношу стрелки, придавая глазам, хитрый лисий прищур и брызгаю на шею духами.

Готово. Даже ещё время осталось.

Филипп приезжает точно в назначенное время, и мы втроём едем в спорткомплекс, где сегодня пройдут соревнования.

Немного волнительно. Давно я не смотрела на бои. Не скажу, что мне нравилось, нет. Меня привлекал только один профессиональный боец, а от вида крови меня порой воротит. Я так переживала за него, что иногда даже плакала, когда ему сильно доставалось.

Глупая наивная девочка. Верила в розовых единорогов, мечтала о том, что мы будем с ним вместе, и о том, что на бои, я буду приходить в статусе его девушки. Хотела его поддерживать. Но реальность оказалась куда жёстче: она била меня по голове с такой силой, что порой дышать было трудно.

Мы доехали до нужного места за час Филипп весь на нервах, знаю, что переживает за друга. Это всегда так.

Иногда мне кажется, что они не друзья, а кровные родственники, братья — не меньше, настолько крепка их дружба. Но вот только мой брат — искренней человек, а Макс напротив, темная лошадка, скрывающая от друга свои поползновения к его сестре.

— Вау, отлично выглядишь! — вскрикивает Рита, девушка моего брата, когда мы заходим внутрь огромного здания и сдаём верхнюю одежду.

— Спасибо дорогая, ты тоже отпадно смотришься в этом платье. Сегодня мой брат будет сильно ревновать свою девушку, — шепчу ей совсем не тихо, так, чтобы это слышал Филипп.

— Марин! — подруга хлопает меня по руке, смотря на своего парня с опаской. Он ее и так ревнует по любому поводу.

— Я уже жалею, что вас взял, — хмурится Рязанов, смотря в мою сторону. — Ты главное никуда от меня не отходи, здесь есть слишком настойчивые мужики.

— Я знаю, как себя вести, — отвечаю ему, продолжая идти вперёд. Решаю подшутить над ним. — Лучше следи за Ритой, таких хороших девочек многие любят.

В этом зале я впервые, но куда идти, и так, понятно. Когда мы называем фамилии, молодая девушка провожает нас на наши места, ближе к рингу, но не настолько, чтобы брызги крови могли достать до нас.

Людей собралась много, на передних рядах расположились богачи, любители ставить на бойцов, а дальше — молодые парни.

И, конечно, девчонки, что всегда меня смущали. Мне вовсе не нравилось, как громко они визжали, когда Котов выигрывал, некоторые даже кидали в него лифчики, а потом вешались на шею, желая обратить на себя его драгоценное внимание, и они его получали.

Филипп, что отходил ненадолго, уже вернулся с бокалом пива в руке, на что Рита даже бровью не повела.

— Я смотрю, ты сегодня на отдыхе, — говорю громче обычного из-за шума.

— Рита за рулём, так что я отдыхаю, если хочешь, я и тебе возьму, — он начинает ржать, делает несколько глотков и предлагает мне. — Блять, неужели я реально собрался пить со своей младшей сестрой, ещё недавно ты была такой крошкой.

Из-за того, что он нервничает, несёт такую чепуху. Ведёт себя дёргано.

— Брось, мне уже восемнадцать.

Брат знает, что я уже пробовала алкоголь и не раз, но в общей компании мы не пили, мне кажется это немного неправильным… Как и связаться с его лучшим другом.

Филипп резко встаёт со своего места и делает несколько шагов по направлению к Максу, что неожиданно появился в проходе. На нем длинный черный халат, перекрывающий его тело, капюшон закрывает голову, руки уже перебинтованы.

— Здорово, что за буйвол сегодня на ринге? — спрашивает Филипп, хлопая друга по плечу. — Ты как, нормально?

Максим что-то отвечает, но мне не слышно его слов. Я тоже встаю, зачем, сама не понимаю. Мой взгляд прикован к нему. Большой, черт, какой же он большой.

— Привет, Рит, — следом обнимает он девушку брата. — Рад, что ты тоже пришла, не боишься?

— У меня уже дрожат колени, — хихикает она, когда Филипп отнимает у друга свою девушку и ревностно смотрит на него.

И вот взор Котова фокусируется на мне. Меня прошибает, когда я смотрю в его глаза, что выглядят темнее обычного. От его привычной ухмылки у меня пробегает холодок по спине.

Не к добру. Он делает шаг ко мне и поворачивается так, чтобы Рита и Филипп остались за его широкой спиной, закрывая меня полностью.

— Так и знал, что ты придёшь. Не могла отказать себе в удовольствии посмотреть на меня? — наклоняется он, чтобы прошептать. — Решила пожелать своему победителю удачи?

Его руки падают на мою талию и сжимают, а тело прижимается к моему для крепких объятий.

На вид дружеских, если не считать того, что одна из его рук оказывается у меня на попе и сжимает ее.

— Обойдёшься, — дрожу я от возмущения, когда этот подлец оставляет на моей шее мокрый поцелуй. — Макс, прекрати, Фил все увидит…

Впиваюсь в его руку ногтями и натыкаюсь на его пронизывающий насквозь взгляд. Мурашки мчатся табуном по телу.

Он рехнулся! Видимо ему совсем голову отшибли, раз он такое себя позволяет на людях. С катушек слетает.

— Если я выиграю, ты будешь мне должна… — не успевает он договорить, как рядом появляется низенький мужичок, чуть ли не вклиниваясь между нами.

— Максим Фёдорович, все готово, ждём только вас. Ваш отец тоже приехал.

Тот недовольно фыркает и с раздражением во взгляде все же отрывается от меня. Но перед тем как уйти, успевает совсем негромко сказать:

— Еще увидимся, малявка.

В этот момент я понимаю, что зря согласилась на эту авантюру и невольно угодила в ловушку.

Глава 21

***Макс***

Нет ничего лучше, чем крики фанатов, когда ты выходишь на ринг, готовый проливать кровь. Ничего лучше голоса ведущего, заполняющего арену и возвещающего о том, кто сегодня будет биться и встречного крика шлюшек, что пришли попускать слюни на объект своего воздыхания.

Я никогда не страдал от нехватки женского внимания. Кто-то думает, что я не разборчив в связях, но на самом деле я люблю выбирать, самых лучших, самых красивых. Не буду спать с той, которая не вписывается в мои высокие стандарты.

Я просто не виноват, что около меня крутиться большое количество идеальных девушек.

Особенно я люблю выбирать бабу на ночь сразу после боя, когда адреналин все ещё будоражит тело и разум, когда эйфория от победы достигает апогея.

Сегодня тут собралась куча баб, но взгляд поневоле то и дело устремляется на место, где находится мой лучший друг со своей девушкой и его маленькой недоступной сестрой.

Я всеми силами сдерживал себя, но безрезультатно, я словно хожу по краю обрыва, хочу, чтобы все знали, что эта девушка мне больше, чем нравится.

Марина. Маришка. Малявка. Я знаю, что она смотрит, не отводя взгляд, подлавливаю ее и она наиграно поворачивается к своему брату, чтобы что-то сказать.

Пришла, а иначе и быть не могло, не способна отказать своему брату, которого подговорить, чтобы он взял ее с собой, было несложно. Рязанов настолько мне доверяет, что противно от того, что я его обманываю, но так эмоции становятся только ярче, хочется поскорее заполучить ее. Запретное привлекает любого мужика. Обязательно хочется ту, которую никак нельзя.

Именно поэтому, когда беспардонно лапал ее за зад, наплевав на то, что Филипп рядом, я получал неописуемый восторг. И то, как жалобно она на меня смотрела, вызывало сумасшедшее желание и каменный стояк.

Никак не могу понять, почему до сих пор она не рассказала обо мне брату. Лучше сразу по роже получить, пока она не оказалась в моей постели, возможно это оттолкнет меня. А может и нет.

Теряю себя, не могу сдерживать поползновения в ее направлении, руки так и чешутся залезть под ее провокационную кофту и потрогать ее маленькие сиськи. Хотя не такие и уж и маленькие, судя по объёмному вырезу. Очень интересно посмотреть, как на самом деле обстоят там дела.

Я бы не сказал, что отношусь к любителям большого вымени, так что если там и крошечный размер, то меня это не оттолкнёт. Главное, чтобы все было аккуратно и красиво, хотя уверен, что у бывшей танцовщицы все так и есть.

Я всегда думал, что хороший друг, но сейчас не уверен, потому что мне становится похуй на то, что ее нельзя. С каждым ее дерзким взглядом я хочу ее все больше. А эта сучка словно понимает, как действует на меня, специально провоцирует, ресницами своими пушистыми хлопает, губы покусывает и краснеет.

Такая чистая и невинная, что пиздец как хочется испачкать. Жду не дождусь этого момента, но частенько слышу тихий голос разума, который нашёптывает, что если я это сделаю, то погрязну в отношениях. Это всегда меня пугало.

Я не верный, не лапочка-каблучок, я не тот, кто ей нужен, вокруг так много телок, а быть с одной это же так скучно.

Мысли о том, чтобы попробовать с ней, приводят в недоумение. Лезет же в голову всякая ерунда.

Под громкий визг толпы бой начинается, и я растворяюсь в любимом занятии, где могу дать свободу себе настоящему, где не нужно притворяться хорошим и держать себя в руках.

Нокаутировать оппонента в первых раундах не получается Крепкий попался орешек — не сдаётся. Раз за разом поднимается на ноги и продолжает борьбу. Уронить его на пол не просто, он выглядит массивнее, но это потому, что он ниже ростом, бугай, как его назвал друг, но он медленнее меня, поэтому удаётся раз за разом наносить сильные удары.

Я, как заведённый, скачу по рингу и к пятому раунду чувствую, что мой соперник начинает утомляться. Моя любимая тактика.

— Максим, я тебя не узнаю. Соберись! Куда ты все время смотришь? Не теряй концентрацию, у него очень опасный джеб, так что не опускай левую руку, продолжай работать по корпусу, сбей ему дыхание, не ведись на то, что он выдыхается, ублюдок блефует. Какого черта ты пришел с забитой головой… — во время перерыва тренер говорит без остановки, но я не воспринимаю его, вместо этого, кидаю быстрый взгляд на Рязанову, замечаю, что она сидит с округлившимися глазами, бледная, как моль.

Переживает?

Это хорошо, значит врет, что ничего не испытывает ко мне. Подмигиваю ей не заплывшим гематомой глазом, разминаю шею и продолжаю.

В голове появляется знакомый шум, когда пропускаю пару тяжелых ударов, но меня это ни останавливает.

Мне нравится боль, она подпитывает изнутри, заставляет чувствовать себя всесильным, черт подери.

Раньше, когда отец дубасил меня, я испытывал настоящий ужас, но теперь его нет, есть только триумф от того, что противник падает без сознания, а судья объявляет меня победителем.

Я в себе не сомневался, — пришел за победой, да и на глазах у Марины не мог проиграть.

В этот момент ищу глазами отца и натыкаюсь на его постоянно недовольное лицо, он встаёт со своего места и просто уходит.

Вспоминаю, как он отхерачил меня в последний раз, когда мне было тринадцать, я посмел завести разговор про мать, тогда во мне было столько мальчишеского максимализма, что я даже нашел в себе силы подняться и дать сдачу. Он оценил, сказал, что наконец-то из ноющей по мамке девке, я стал мужчиной. Больной ублюдок.

Больше он не посмел меня трогать.

Отплёвываясь кровью, наблюдаю за тем, как Филипп со своей и Мариной встают со своих мест и направляются к рингу, как раз, когда я решаю выйти к фанаткам, что сразу облепляют со всех сторон, трогают потное тело, покрывают поцелуями, даже несмотря на то, что я в брызгах крови, чужой и своей, а одна так вообще запрыгивает мне на талию и пытается запихнуть свой язык мне в рот. Ни капли стеснения.

Хотя я бы не отказался, чтобы на ее месте была Марина, надоело смотреть на ее отрешённое лицо.

Ни одна мне не приглянулась, я все продолжаю смотреть на то, как Маришка пытается не обращать на меня внимания, стоит поодаль, сложив руки на груди. Подойти к ней не удается, девки просто не позволяют, но корешу все же удается прорваться ко мне, чтобы пожать руку.

— Не сомневался в тебе. Сучки пищали, как резаные.

— Как всегда, — ржу я, снимая надоедливую девицу, что пыталась пробраться рукой под шорты. — Ну что, в клубешник?

Охрана быстро разгоняет баб, видя, что они просто не дают прохода. Обычно я забираю очередной трофей и пользуюсь им в раздевалке, но сегодня не тот день.

— Конечно, праздновать очередную победу, — хлопает друг по плечу, радуясь за меня. — Ты молодец, у противника не было шансов, ты как никогда хорош.

Глава 22

— Твои пойдут? — вопрос сам по себе вылетает изо рта.

Прикусываю язык, потому что хочется попросить его поговорить с сестрой, чтобы она точно пошла с нами.

— Не знаю как Марина, но Рита — да, — оглядывается он на них, потому что мы отошли в сторону.

Маришка на меня в обиде из-за этого придурка Кости, а я хочу занять ее вечер, чтобы она не думала о нем и тем более не пошла шарахаться с ним. Я же не дебил и понимаю, что он от неё не отлип.

— Твоей сестре не мешало бы развлечься и лучше, если она будет под нашим присмотром, — говорю Филу уже не в первый раз. Мне очень хочется, чтобы она тоже пошла, иначе вечер будет слишком пресным. — Я же говорил тебе, что она связалась с Волковым, он ее чуть не жахнул на своей вечеринке.

Друг морщится от моих слов. Знаю, что задеваю его этим, но по-другому до него не донести.

Если я начну убирать соперника в открытую, то это будет уже странно, а если это сделает ее брат, то я останусь чистеньким. Хотя я дико хочу набить Косте рожу за то, что вообще ее трогал, разговаривал с ней, за то, что она отвечала.

— Не говори так о ней, а то у меня появляется желание убивать, — говорит он кровожадно. — Но я не могу ей запрещать встречаться с парнями, ты же понимаешь. Ей уже не шестнадцать.

— Нет, рано ей ещё по койкам прыгать, а если залетит от какого-нибудь придурка? — фыркаю я, раздражаясь его подобным выводом.

Мысль о том, что кто-то может ее обрюхатить проходится разрядом тока по нервным окончаниям. Как кореш может быть таким спокойным?

К нам подходит девушка, а именно доктор, которая обычно осматривает нас после боя, но я махаю на нее рукой, чтобы дать ей понять, что нам нужно договорить.

— Да не прыгает она. Ты что так паришься в последнее время? Это не твоя забота.

Как это не моя?! Всегда была моей, что изменилось? Разве я не отшивал от неё парней, когда его не было рядом, разве не я вступался за неё, если ее обижали? Забирал с некоторых вечеринок, на которые она странным образом попадала в несовершеннолетнем возрасте.

— Моя. Я… — запинаюсь. — Я же твой друг. Да и Марина мне как родная…

Даже смешно говорить это, ведь основная причина уже не в этом.

— А мне уже кажется, что ты ревнуешь, брат, потому что наша заноза выросла, — неожиданно со смехом говорит он, заставляя меня напрячься. — Это так тупо, но я тут вспомнил, как ты бухой год или два назад, говорил, что было бы неплохо нам с тобой стать родственниками, если ты возьмёшь Маришку в жены. Я тогда чуть не прикончил тебя.

Меня бросило в жар. Разве я мог сказать такую несусветную чушь про его мелкую сестру? Это же в каком невменяемом состоянии я был…

— Я не мог такого сказать, — отвечаю заторможенно, не особо доверяя себе.

Стоит мне напиться, как я теряю всю адекватность, совершаю необдуманные вещи, а после даже не помню об этом.

— Ты был, как обычно, в мясо пьян и получил от меня затрещину, — хмыкнул друг, подтверждая мои предположения, но смотрел на меня уже серьезно, словно догадываясь о том, что я хочу его сестру.

Прокручиваю в голове, когда же я получал от него затрещины и в памяти появился маленький просвет.

Бляяя. Это же после того, как она призналась мне… Да ну нахер. Как я мог это забыть?!

— Кажется припоминаю, — отвечаю сдержано. — Я скорее всего просто неудачно пошутил.

— Надеюсь, — хмурится он и кладет руку мне на плечо. Долго раздумывает, что сказать, это заметно по его мечущемуся взгляду. — Макс, я понимаю, что она в твоём вкусе, но ты последний с кем я хотел бы, чтобы она встречалась, — от этих слов он даже закашливается, словно давится. — Я понимаю, что вы стали больше общаться, живете рядом, но я надеюсь на твою сдержанность, не порть девчонку. Ты же заядлый бабник, не делай так, чтобы я посидел в свои двадцать с хвостом.

Может сказать ему?

А что я скажу? Что я хочу залезть в трусы к его любимой и единственной сестре? Что вчера дрочил после того, как увидел, как она выходит из ванной, обернутая коротким полотенцем, а потом нагнулась над диваном, чтобы достать пульт, так что я увидел ее щель. И теперь эта картина не выходит из моей головы.

Бабы передо мной и эротичнее изгибались, а тут просто секундное дело, а перед глазами весь день образ стоит.

— Не понимаю к чему этот разговор, — отстраняюсь, не могу на него смотреть.

Стыдно немного. Совсем чуть, но мысли о Марине никак не проходят, она засела в голове и пока я не трахну ее, кажется жить спокойно не смогу.

— Прикалываюсь я, прости, — меняется он в настроении. — Ритка просто постоянно говорит о том, что ты, кажется, липнешь к моей сестре, но я-то знаю тебя, ты не будешь бегать ни за одной бабой.

Только ни одна баба не отвечает так моим идеалам, как Рязанова. Ни от одной бабы у меня не дымиться в штанах так, что хочется завыть, как волк на Луну.

Куда не посмотри — одни плюсы. Ничто не может меня от неё отвернуть, особенно меня привлекает ее сопротивление, не желание пасть к моим ногам, хотя в эротических фантазиях она подчиняется мне полностью.

Дурдом. Я схожу с ума.

Может я сексуальный маньяк?

— Рад, что ты это понимаешь, — я пожимаю плечами, желая замять этот неприятный разговор.

— Все, иди в раздевалку, мы будем ждать тебя на стоянке, — говорит друг, ещё раз пожимая мою руку. — Блять, ты красавчик!

Когда он уходит и забирает девчонок я морщусь от абсурдности данной ситуации.

Зачем сделал так, чтобы она пришла, хер бы на неё положил и жил бы как раньше, но внутри просыпается нешуточный интерес, азарт, словно я охотник, а она, моя добыча, та, что достается кровью и потом, а значит — самая желанная.

* * *

Дорогие читатели, хочу поздравить вас с наступающим новым годом! Здоровья, счастья и любви! Ну и конечно подарочки… Мерзавец 74XWj4ja, муж TdCc6EHw, брат _4JV8ljd, d1JclgNJ, Отчим ZmYNAD0R, W4IzW8wb, XCjBpsDN, няньки 67e2FPCC, 0u9s9O5Y, 0NvZpkT2, ангел DVAyf1Cf, eQWffva9, Eb_jU0Di, OxUXuKkz, трофей _SFBc2V6, EzkyA9dk, BbcenR6C. Секс-опекун iNKr7S5F, 3zCrG90v, O3ZmH0Mw. Ставьте звездочки на книгу, сделайте автору пиятно)))

Глава 23

***Марина***

Находиться рядом с Котовым оказалось тем ещё испытанием. Смотреть на то, как он превращает в кусок мяса другого человека — зрелище не из приятных.

Хотя девчонкам, что пришли сегодня посмотреть на крутого бойца, все очень понравилось. Они так облепили его после победы, словно он лакомый кусок вкусного торта, одна так вообще чуть не начала с ним сношаться у всех на виду.

Рита, как и я, посмотрела на это с отвращением, а брат почему-то с пониманием.

Я думала, что он как обычно возьмёт одну, ну или двух красивых девицы и поведёт за собой, но на этот раз этого не произошло.

Неужели он стал разборчив в связях?

Филипп проводил его до раздевалки, они что-то активно обсуждали, а Котов все поглядывал в мою сторону и хмурился. Это меня насторожило.

Я буквально прочла фамилию «Волков» на его губах, наверно он пытался промыть моему брату мозги, вот только опоздал. Я перестраховалась и рассказала Филиппу, про то, что общаюсь с одним парнем, так что для него это уже не новость.

Я взрослая и могу встречаться с тем, с кем захочу, и никто остановить меня не сможет, пусть даже это будет старший брат.

Вскоре Филипп возвращается и сообщает, что они с Максом решили поехать в клуб и нас прихватить с собой.

Как только я хочу открыть рот, чтобы возразить и сказать, что мне это неинтересно, как замечаю Риту, которая смотрит на меня умоляюще, а после просит не уезжать домой, говорит, что в обществе парней ей будет очень скучно. Перед такой милашкой невозможно устоять и я решаю, что постараюсь не сталкиваться с Максом и думаю, что все пройдёт гладко.

Соглашаюсь. Хотя и чувствую, что идея плохая, но поделать ничего не могу, — эти двое на меня насели так, что покинуть их не получится.

Когда Котов выходит из здания, Рита садится за руль, потому что братец уже прилично выпил, я падаю на заднее сидение, рядом со мной устраивается и Макс. Ребята включают музыку и мы трогаемся с места.

Мельком смотрю на Максима. Вижу, как сильно у него опух глаз, бровь только что зашили, шов немного кровоточит, так же на щеке приличный синяк, но он улыбается, словно и не чувствует никакой боли.

Откуда у него постоянно такое прекрасное настроение?

Для меня это немного странно. Откуда в нем взялось желание причинять боль и получать по лицу? Кайфовать от этого.

Как по мне, это слишком травматичный вид спорта. Вот мой брат баскетболист и тоже получает множество травм, но ему хотя бы по голове не бьют постоянно.

— Чему ты так рад? — не сдерживаюсь и спрашиваю, чуть наклонившись к нему.

Котов недолго думая, хватает меня за талию и притягивает к себе поближе, так что я чуть не оказываюсь на его большом и пышущим жаром теле.

Горячим?

Трогаю его пальчиками, ощущая, как его кожа буквально горит. Он, как печь.

— Не понял, — наклоняется он и шепчет на ухо. — Я же выиграл. Мариш… — делает запинку, чуть ли не закатывая глаза, — если ты так хочешь меня потрогать, то мы можем послать всех и поехать ко мне.

Сначала до меня не доходит, почему он это говорит, но потом я обращаю внимание на то, как мои руки удобно расположились на его торсе и на то, что я неосознанно поглаживаю этого подлеца.

Черт, как это произошло? Я сразу же одергиваю их.

— Это понятно, но ты же весь в ранах и ссадинах… — пытаюсь отстраниться, пропуская мимо ушей то, что он предложил уединиться, но его цепкая хватка не даёт этого сделать. — Это все должно ужасно болеть.

— Обезболивающие уже подействовали, — хмыкает он и следом его губы растягиваются в широкой улыбке. — А что, переживаешь?

Я шокировано отстраняюсь, когда его рука наглым образом оказывается у меня на бедре, и он его сжимает.

— Дурак что ли? — бью по его наглой ручонке и отодвигаюсь так далеко, как только могу. Однако это не помогает, так как Котов пододвигается ко мне, прижимая к двери автомобиля.

Я смотрю на брата, но он, кажется, ничего не замечает, копается в своём телефоне, а Рита занята дорогой.

— Жаль ты не в юбке. Хотя мне нравится твоя задница в этих джинсах, если бы не мой друг, то я бы уже посадил тебя к себе на колени, — хрипит он мне на ухо, поглаживая по бедру. — Хотела бы?

— Чт-что? — открываю я рот в удивлении. — Не поняла…

О чем это он? В смысле прямо к себе на колене? Сверху? Лицом к нему или нет? Божечки, о чем я вообще думаю?

— Ко мне на коленочки? — ухмыляется он, снова укладывая свою огромную ладонь мне на колено. — Помню, когда ты была помладше, то просто не слезала с них. Обнимала за шею и непрерывно тараторила.

Моргаю несколько раз. Неправда! Не было такого. Может раз или два, когда я была слишком глупой. Ну или больше… В общем, это было давным-давно.

Только тогда все было по-другому, а сейчас, когда я смотрю в его глаза, что горят желанием, я понимаю, что думает он не о моем удобстве, а о своём! Лишь бы лишний раз пристроить свои лапищи и потрогать меня в разных местах. Я же вижу, что именно этого он и хочет!

А я хочу? В груди сердце отстукивает, как сумасшедшее, но я запрещаю себе думать о том, чтобы превратить слова в реальность.

— Извращенец, — шиплю я возмущённо. — Конечно я не хочу. И вообще подвинься, мне дышать тяжело.

Правда. Он так навис, что воздуха не хватает. Его слишком много. Его рук, запаха, его гортанного голоса и эта пошлая улыбка жутко раздражает.

Мне кажется, если бы мы были одни в машине, то он не постеснялся бы и начал домогаться, причем так, что отказать ему было бы невозможно. Хитрый котяра.

Знает, как сделать так, чтобы девушка потеряла голову от одного горячего взгляда и пары пошлых предложений. Но я не такая! Меня не взять только этим, я кремень, даже несмотря на то, что внутри все просто переворачивается от эмоций.

— Ты покраснела, — подмечает он и все же даёт мне больше личного пространства.

Глава 24

До конца пути Котов больше не пристает ко мне, что не может не радовать. Хотя я постоянно ловлю его заинтересованный взгляд.

Что с ним? Неужели цель переспать со мной затмила его голову настолько, что он даже не думает о последствиях?

Или ему просто плевать на них. Это же я останусь с разбитым сердцем, а он просто возьмёт и забудет.

Хотя мысли о сексе с ним заставляют щеки гореть, а между ног появляется тяжесть. Ничего не могу с собой поделать, ведь он когда-то был моей недосягаемой мечтой.

В нем все так. От приятной внешности до бешеной харизмы. Рядом с ним чувствуешь себя такой крошечной, защищённой, хочется упасть в его объятия и согреться его теплом. Он большой и сильный.

А что у него под одеждой…

— Приехали! — сообщает Рита, и я моргаю несколько раз, чтобы избавится от образа, что неожиданно появился в голове.

Выскакиваю из машины на свежий воздух. Ноги подкашиваются. Хочется избавиться от него, но он словно чувствует мое состояние, и уже придерживает за талию, не давая никуда отойти.

— Марин, что с тобой? — спрашивает обеспокоенно Филипп, и я чувствую, как покрываюсь румянцем.

— Она просто перенервничала, все нормально, — отвечает за меня Максим и, бросив понимающий взгляд, ведет к зданию.

Нас пропускают внутрь, а мне становится неловко за то, что я не справилась с собой, не смогла взять себя в руки. Парень по-прежнему идет рядом, продолжает меня придерживать.

Я всегда была излишне эмоциональной.

Попадая внутрь, я осматриваю все с любопытством, потому что нахожусь здесь впервые, место напоминает больше бар, чем клуб, нет давящего на глаза света, танцпол находится достаточно далеко, из-за этого музыка не такая громкая. И мне нравится то, что все оформлено в спокойных тонах.

Миленько.

Столик, как оказалось, уже был заказан и что самое интересное нас уже ждали Артем и Тимур — это друзья Макса и Филиппа.

Котов собирается сесть вместе со мной, но тут Рита хватает меня за руку, и мы садимся вдвоём, подальше, Максу приходится сесть напротив, чему он не очень-то рад.

— Марин ты будешь пить? — задаёт вопрос Филипп, когда на стол уже накрыли и принесли графин с алкоголем. — Сегодня чуть можно. За победу друга!

— Я не пью текилу, — улыбаюсь ему, видя, как Макс встаёт со своего места и ничего не говоря, уходит. — Да и кто будет доставлять ваши пьяные тушки до дома?

Ребята смеются, завязывается разговор, в котором я узнаю о том, как они раньше отмечали победы. Всякие разные истории, до какого состояния они напивались. В этот момент появляется Макс и ставит передо мной стакан с ярким коктейлем и тарелку с нарезанными фруктами.

— В нем немного алкоголя, — сообщает он, пройдясь взглядом по моему лицу и груди.

После он теряет ко мне интерес и включается в мужской разговор о боксе и разных спортсменах.

— Что у вас происходит? — спрашивает Рита немного погодя.

— Не понимаю, о чем ты, — обращаю на нее внимание, пробуя из трубочки заботливо предоставленный коктейль.

Вкусно. Ванильный, мне очень нравится и алкоголя совсем не чувствуется. Главное, чтобы голову не снесло.

— Я же не дура, если Филипп не замечает ваши щуры-муры, это ещё не значит, что вы хорошо скрываете свои отношения.

Давлюсь куском банана, который застревает в горле, и начинаю откашливаться. В недоумении смотрю на девушку своего брата, которая раньше казалось мне разумной.

Непонятно, как такая хорошая, милая отличница связалась с таким раздолбаем, как мой братец. И главное, она смотрит так, словно знает все, что между нами, когда-либо было.

— Какие отношения? Ничего нет, — говорю уверенно, ведь мне даже не приходится врать. — Рит, ничего вообще.

Она поджимает губы так, что небольшой шрам на ее лице становится заметнее. Злится, смотрит на меня осуждающе.

— Тогда почему он пялится на тебя, не переставая, странно, что ещё дыру не прожег на твоей груди. И чем больше он пьёт, тем сильнее становится его взгляд. Почему при удобном случае трогает? — после ее слов я удивлённо приподнимаю брови. — Я все видела в зеркало заднего вида.

Отнекиваться бессмысленно, — ведь так все и было. Она, правда, могла видеть, потому что Максима совсем не заботит, что подумают окружающие. Ему нравится эта игра.

— Не говори брату… — шепчу сухими губами.

— Да ладно, серьезно? Ты же понимаешь, что Макс ещё не готов… — округляет она глаза, получая подтверждение своим догадкам. — Хотя Филипп тоже не был, но он доказывал свою симпатию, целых полгода ни с кем ни-ни. А Макс? — шипит она на меня. — Он, верность тебе не хранит.

Не вопрос. Утверждение.

Конечно она тоже знает о его похождениях, он это никак не скрывает.

— Рит, мы не спим, — решаю заверить ее.

Смотрю долго ей в глаза, надеясь, что она мне верит.

— Но? — подруга чувствует, что это не все.

Вздыхаю. Хватит врать себе. Нужно признать то, что Котов решил действовать и постараться отвадить его от себя.

— Между нами кое-что есть. Не могу тебе рассказать.

Я не в том настроении чтобы вдаваться в подробности нашего прошлого. Не люблю это вспоминать. Я была такой жалкой…

Что-то разглядев в моем погрустневшем взгляде, Рита быстро меня обнимает, даря поддержку, но потом хватает за плечи и следующие слова говорит серьезно.

— Делать это за спиной Филиппа не стоит. Максим, если хочет быть с тобой, должен взять на себя ответственность и поговорить с другом.

Я уже с ухмылкой делаю ещё несколько глотков. В голове появляется легкость, а тело немного расслабляется.

Я так устала.

— Он не хочет быть со мной, — говорю спокойно, потому что это не новость.

Ритка кидает взгляд в сторону парней и хитро улыбается, потом снова на меня.

Я вижу, что тихоня что-то задумала.

— Это мы ещё посмотрим, — берет меня за руку и тянет из-за стола. — Пошли лучше потанцуем!

Глава 25

Наверно, алкоголь предал мне уверенности и подействовал на мою голову и тело возбуждающе, именно поэтому я отказалась идти обратно за столик, даже после того как закончилась пятая песня подряд.

Я как обычно отдалась музыке и танцам, которые так люблю, и предпочла не думать о том, что Максим испепеляет меня взглядом.

Я понимаю это и уверена в этом, даже не глядя в его сторону.

Рита уже утомилась, но я не даю ей уйти, заставляя извиваться на небольшом танцполе, пока силы не покинут ее окончательно. Танцевала бы так всю ночь напролет.

На мгновение потеряв девушку из вида, кидаю взгляд за столик, но Котова за ним уже нет и даже не успеваю обдумать увиденное, как чувствую как кто-то резко схватил меня за руку, потянул в сторону. Я врезалась в твёрдое тело и по запаху узнала хулигана.

Чёрт, за последнее время, он успел мне порядком поднадоесть, его слишком много. И к тому же я не знаю как реагировать на подобные выходки.

— Ты натанцевалась, — грубо сказал он, сильно сжимая мое плечо.

Кажется, силу не рассчитывает совсем, потому что ещё немного и мои кости начнут хрустеть.

— Эй, отпусти, мне же больно! — вскрикнула я, дергая рукой, чтобы избавится от нежеланного прикосновения.

— Нам нужно поговорить, — очень серьезно сказал парень, смотря на меня так, словно я совершила что-то ужасное.

— Нам не о чем разговаривать, — пропищала я, отводя взгляд от его злого лица.

— На меня смотри, — встряхнул он что есть силы мою тушку. — Что ты вытворяешь? Не стыдно крутить жопой при брате и его друзьях или ты решила поискать мужика на ночь?

Меня возмутило подобное заявление. Использую все свои силы, чтобы вырвать из цепкого захвата свою руку.

Зарядить бы Максу хорошенько, да жалко подонка, вон все лицо в ссадинах. Хотя мой хиленький удар не способен привести его в чувство.

— А ты не смотри! — приподняла я подбородок. — Если я и найду мужика на ночь, то это точно будешь не ты!

— Сучка… — рыкнул он пугающе, и я начинаю отступать от греха подальше, вот только от этого разъярённого быка так просто не убежать.

Вот зачем я его злю? Я же вижу, что он жаждет стереть меня в порошок.

Макс пытается меня утащить в сторону, но Рита, увидев нашу небольшую перепалку, встает между нами, а после уводит за столик. Котову снова приходится сесть напротив, хотя он и рвался пододвинуть Риту, но та не дала этого сделать и усадила меня между собой и Филиппом.

По взгляду парня я поняла, что он заводится.

О чем он собирался со мной говорить? Правильно Рита сказала, что если бы у него были серьезные намерения, он бы уже поговорил с моим братом. Сказал бы мне о своих чувствах, но вот дилемма, — у него их нет. Ни к ко мне, ни к кому-либо еще. Им движет не любовь и даже не влюблённость, а лишь похотливое желание и азарт.

Его ревность можно объяснить тем, что на горизонте замаячил другой, вот он и воспылал желанием и врубил сопернический режим.

Пью свой коктейль без особого желания, делаю это лишь для того, чтобы быть хоть чем-то занятой, потому как сидеть напротив него становится невыносимо. Он смотрит так, словно хочет меня придушить. И пьет одну за другой, что играет не в мою пользу.

Замечаю, как его взгляд начинает плыть, а на губах проскальзывает знакомая пошлая ухмылка.

В этот момент мне становится не по себе. Я знаю, что из всей своей компании, он самый дурной. Самый бессовестный, ведь неоднократно было такое, что он лез к девушкам своих друзей, это всех бесило, но он пытался представить все так, что ничего страшного не происходит. Он многим нравился и прекрасно это знал, всегда пользовался этим.

Макс Котов умеет располагать к себе людей, умеет добиваться желаемого. Он победитель по жизни. От осознания этого мурашки бегают по коже, ведь я знаю, что стоит ему поднажать, то я не смогу долго держать оборону.

Недолго думая, понимаю, что мне необходимо посетить дамскую комнату, а Рита как назло ушла разговаривать по телефону со своей подругой.

Выбрав момент, я решаю незаметно ускользнуть, когда Макс уходит к бару за добавкой. У меня получается добраться до туалета и я уже хочу себя с этим поздравить, но как только открываю дверь, то ощущаю большие руки на своей талии, а следом — толчок в спину, который заставляет меня пройти внутрь.

— Пошли вон, — говорит Макс пьяным голосом двум девушкам, стоящим у зеркала.

Как только дверь за ними закрывается, Котов задвигает щеколду, оставляя нас наедине.

Очень интересно для чего эта дверь закрывается изнутри?

Оглядываюсь, взгляд натыкается на небольшие диванчики. Это кажется мне немного странным, словно все специально сделано, для того чтобы ходить сюда и «снимать напряжение». И судя по всему, Макс был здесь?

Зачем он меня сюда привёл? Тут я кажется начинаю понимать суть происходящего.

— Если ты думаешь, что мы будем прямо здесь заниматься сексом, то я готова тебя огорчить… — складываю руки на груди, желая себя защитить.

Когда он поворачивается ко мне лицом, я вижу его победную улыбку, с громким стуком сердца наблюдаю за тем, как он приближается ко мне все ближе и ближе.

— Готова огорчить, чем?

— Тебе не светит, Котов, — говорю со всей серьёзностью. — Только если со своей рукой.

— Я не против, особенно если ты поможешь своей, — хмыкает он, делая ещё один уверенный шаг на меня.

Глава 26

Я отступаю все дальше, пока не натыкаюсь на один из диванов.

С каких пор я стала бояться его рядом? Наверно, с тех самых, когда он начал проявлять ко мне интерес.

Я смотрела на пьяного Котова и представляла, что он может потерять голову.

Меня начало трясти. Я испугалась последствий.

— Это женский туалет, ты ошибся дверью!

Парень стоял напротив, смотрел на меня сверху, словно на букашку, своей широкой спиной закрывал весь свет, перекрывал путь к выходу.

— Скажи, ты специально меня провоцируешь? Эти танцы, беготня, невинные взгляды в мою сторону? Добиваешься того, чтобы я трахнул тебя в этом грязном туалете?

Неожиданно его рука оказывается на моей щеке, он проводит шершавым пальцем по моей коже, доходя до приоткрытых губ. И если бы я так и продолжала стоять и ничего не делать, то он просунул бы палец мне в рот.

— Ты слишком много выпил, чтобы понять, что я ничего не делаю, чтобы тебя соблазнить! — отталкиваю его руку. — Если ты меня тронешь, то я все расскажу брату. Дай пройти.

Я пытаюсь его обойти, но у меня ничего не получается. Пытаюсь оттолкнуть его, но оказываюсь в его объятиях. Он располагает руки у меня на талии, сжимая, чтобы я не смогла вырваться.

— А мне кажется, что ты врешь. Знаешь, я тут случайно вспомнил один вечер… — наклоняется он и дышит на меня горячо. Смотрит пронзительно, так что внутри все переворачивается, а по спине проходит холодок. — Ты пришла ко мне в комнату в коротких синих шортах, в полупрозрачном топе и даже не удосужилась надеть лифчик, и я видел, как торчат твои соски…

О, Боже…

— Замолчи! — пищу я, хватаю его за плечи, пытаясь, высвободиться.

— Они у тебя нежно-розового цвета. Помню, как ты полезла обниматься и… — продолжает он. А я не хочу слушать!

Сердце просто вырывается из груди, а щеки горят от стыда.

— Нет! Я сказала ничего не говори! Это была ошибка.

Дыхание учащается, картинки из прошлого так и проникают в голову, хотя я обещала себе никогда не вспоминать эти моменты.

— И поцеловала меня, неопытно, как мелкая девчонка, — на эти словах он ехидно засмеялся. — Скажи, это был твой первый поцелуй?

— Нет, конечно, нет, — говорю быстро, запинаясь. — Тогда я была не в себе…

— Тогда это для меня ровным счетом ничего не значило, — перебивает он меня. — Я лишь испугался, что твой брат зайдёт и увидит, что ты вытворяешь. Тогда ты сказала, что хочешь повторить. Только я не могу понять, что именно?

Мое тело покрылось холодным потом, в глазах начало двоиться. Мне нужен свежий воздух, иначе я просто упаду в обморок.

Я думала, он забыл о том случае, надеялась, что он не будет припоминать тот роковой ошибочный вечер.

Но, сейчас я получаю ещё одно подтверждение, что он не помнит то, что случилось с нами за день до того, как я пришла к нему с такой бессовестной просьбой.

— Ничего! Ты не так все понял, — пытаюсь убедить его, только вижу, что не выходит, он все прекрасно понял.

Странно, что он только сейчас смог сложить два плюс два. Хотя насколько мне стало известно, тогда он баловался какими-то веществами, ходили такие слухи, но Филипп уверил, что его друг чист.

Так ли это было? Ведь я помню, что как раз в то время разгорелся скандал и его чуть не выперли из бокса.

— Я нравился тебе, да? — задал он вопрос и у меня зазвенело в ушах.

Голова закружилась.

— Это было почти два года назад! — закричала ему в лицо. — Мне было шестнадцать, мои симпатии менялись молниеносно, я даже не помню всех имён!

Надеюсь, что вру убедительно, ведь он не должен узнать о том, что я натворила. Все должно остаться в тайне, чтобы он не смог мной манипулировать.

— Не говори так! — он резко встряхнул меня, поменялся в лице, словно ему противны были мои слова.

— Не понимаю, что творится в твоей голове, но я желаю, чтобы ты отстал, иначе я подумаю, что ты хочешь отношений, — стараюсь задеть его. — По-другому со мной нельзя, — сама не понимаю, зачем добавила это.

Знаю, что он, как огня, боится отношений и всячески их избегает. И к тому же он должен понимать, что на другое, я не подпишусь. Я не буду с ним спать просто так, чтобы получить удовольствие.

Макс неожиданно скалится, устраивает руки на моей заднице, сжимает полушария до боли, прижимает к своему телу и я ощущаю внушительный бугор, что упирается мне в живот.

Он себя не контролирует.

— Я понял, ты до сих пор целка, — с нехорошим блеском в глазах говорит она. — Скажи, кто-то уже трахал твою узкую дырку?

Его слова приводят меня в ярость. Я не собираюсь больше слушать его пьяный бред.

Завтра он и не вспомнит о своих словах, а я буду прокручивать их в голове раз за разом.

— Идиот, отвали, я сказала! — толкаю его изо всех оставшихся у меня сил— Не трогай меня, не приближайся!

Сама не поняла, как мне удалось от него убежать, хотя слышала за спиной, как он зовёт меня обратно.

То, что он вспомнил, не в мою пользу, теперь он от меня не отстанет. Блин! И что теперь делать? Сама виновата, не нужно было никуда приходить, сидела бы спокойно дома и никаких проблем не было. Но нет же…

Сталкиваюсь с Ритой, когда забираю свою куртку, она оглядывает мое лицо.

Наверно, выгляжу неважно.

— Эй, все нормально? — спрашивает с беспокойством. — Ты какая-то бледная…

— Я поеду домой, что-то мне нехорошо.

И не вру, меня и правда начинает мутить. На сегодня достаточно приключений. Рита все понимает, когда смотрит за мою спину.

— Я тебя поняла, сейчас позову Филиппа…

— Нет, не нужно за меня беспокоится, я доберусь сама.

Не дожидаясь ее ответа, выхожу из бара, чтобы подышать воздухом, спускаюсь по ступенькам, чувствую, как голова начинает кружиться сильнее, а к горлу резко подкатывает тошнота.

Чёрт, кажется, я чересчур много выпила, или это реакция на полученный эмоциональный всплеск. Или это из-за того, что я ничего сегодня не ела, и поэтому алкоголь сильно ударил мне в голову.

Меня очень сильно мутит, свернув за угол, опустошаю свой желудок. В этот момент чувствую, как кто-то стоит за моей спиной и придерживает мой хвост.

— Боже… — вытираю выступившие слёзы, ощущая, как этот кто-то, успокаивающе гладит меня по спине.

Повернувшись, я жалобно всхлипываю.

Я ожидала увидеть, кого угодно, только не Котова. Ну, вот зачем он за мной все ходит!

Позорище…

— Ты же выпила два слабоалкогольных коктейля, — бубнит он, придерживая меня, чтобы я не упала. — Хотя ты такая худая, не мудрено, что тебя так накрыло. Сколько ты весишь? Килограмм думаю сорок.

— Сорок пять, — фыркаю, слегка отталкивая его, но он не даёт отстраниться.

— Я отвезу тебя домой, — говорит уверенно, натягивая на мою голову капюшон.

— Тебя ждут друзья… — не успев договорить, не очень культурно икаю. — Я могу сама доехать.

— Ты важнее, — отвечает он, утягивая меня в сторону стоянки, — пойдём, поймаем такси.

Не вырываюсь. Пусть делает, что хочет, сейчас я не в состоянии начинать ссору заново.

Мы усаживаемся в машину, и в тепле меня начинает развозить ещё сильнее. Вскоре я начинаю дремать прямо на руках у Макса.

Стоп, как я оказалась у него на коленях? Почему я чувствую, как он поглаживает меня по ногам, нашептывая что-то?

Не знаю, но мне это нравится, и я, как довольная кошка, устраиваюсь поудобнее, окончательно проваливаясь в сон.

Глава 27

Утро добрым не бывает… Эта первая мысль, которая приходит мне в голову, когда я слышу настойчивый звон будильника и с неохотой разлепляю глаза.

— Ох, блин… — зеваю я, потягиваясь до мурашек.

Голова ужасно болит, а во рту сушняк, свет, проникающий через шторки, слишком давит на глаза.

Ну и ночка…

Моргаю и оглядываюсь по сторонам, взгляд останавливается на знакомом интерьере.

Фух… Хорошо, что я дома, в своей кровати, а ведь могла оказаться где угодно, особенно если учесть, что позволила себе выпить лишнего.

Воспоминания прошедшей ночи приходят неожиданно, и я морщусь, но когда смотрю вниз то приятно удивляюсь тому, что на мне до сих пор вчерашняя одежда. На месте все, кроме, естественно, куртки и обуви, даже носки на мне.

Я не голая и это хороший знак.

Значит Котов привёз меня домой, добросовестно уложил в кровать и даже не попробовал раздеть?

Странно, не похоже на него.

Интересно, с каких это пор он стал вести себя не как извращенец?

Впрочем, думать о нем сейчас, я хочу меньше всего, тем более о том, заглядывал ли он мне под одежду. Сначала необходимо привести себя в божеский вид и попить воды! Как повезло, что на тумбочке стоит бутылка минералки, о существовании которой я и не подозревала.

Поднимаюсь с кровати и снова потягиваюсь, желая поскорее принять холодный душ, где я смогу взбодрится и собрать запутанные мысли в кучу.

Еле доползаю до нужной комнаты и провожу под струями холодной воды минут двадцать, — выхожу посвежевшая и довольная.

В этот момент до меня доходят звуки, доносящиеся из глубины квартиры. И запах свежего кофе!

Когда я захожу на кухню, то вижу широкую спину Котова, одетого вполне себе по-домашнему: в шортах и футболке. Парень внаглую орудует за плитой и судя по нелепым движениям, пытается что-то отшкрябать от моей новенькой сковородки.

Необычное зрелище: он. утром. на моей кухне. готовит завтрак.

Хочет так извиниться за вчерашнее поведение?

На столе уже стоит две кружки со свежесваренным кофе. Я, не раздумывая, сразу же прилипаю губами к одной из них и делаю небольшой глоток.

Ммм, кайф. Максим знает, что мне нужно для поднятия настроения.

— Я проснулась в одежде, странно, что ты меня не раздел, — даю понять парню, что я рядом. — Давно стал джентльменом?

— И тебе доброе утро, красавица, — он поворачивается лицом, одарив меня лёгкой, улыбкой. Задумывается над моими словами. — Я, знаешь ли, люблю, когда девушка раздевает меня, тем более ты была в невменяемом состоянии, а разве я похож на извращенца?

Смешно. Неужели он будет строить из себя саму невинность.

— Есть такое, — киваю. — Да, ты похож.

Максим проходится по мне придирчивым взглядом, подмечая каждую деталь. Хорошо, что я в длинном халате, правда под ним ничего, собственно, нет, но ему это знать необязательно.

— Соглашусь с тобой, но я не трогаю человека, когда ему плохо, даже если сильно хочется, вот если бы ты бы на меня набросилась… — стреляет он заведенными глазами.

Допиваю вкусный кофе и положив кружку в раковину, складываю руки на груди в ожидании ответов.

— Итак, что ты здесь делаешь? Надеюсь, ночевал не тут.

Судя по тому, что он переоделся, сделал он это у себя дома.

— Я думал ты будешь ещё спать, — говорит он, утыкаясь взглядом в свой шедевр, который пытается спасти. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Я привыкла к своему режиму, впрочем, как вижу ты тоже.

— Это точно, как бы бурно не прошла ночь, утром я готов к новым приключениям, пусть даже если голова раскалывается.

Подхожу к нему ближе, смотрю на его “кулинарный шедевр”: по запаху понимаю — продукты израсходовал зря. Выключаю плиту.

— Кажется у тебя все сгорело… — говорю мягко, окидывая взглядом бардак, который он развел.

Мало того, что в сковородке было смешано не пойми что, так он успел ещё всю кухню засрать. После него придётся долго убирать.

— Думаешь? А по-моему, вполне нормально!

Котов смотрит на меня недовольно, словно я должна была молчать или восхвалять его труды. Но Боже… Разве он не чувствует этот ужасный запах?

— Омлет с колбасой и зеленым горошком?

— Это пища атлетов!

— И что это… — приглядываюсь тщательней. — Ты в курсе, что это рыбные котлеты?!

К горлу снова подкатывает тошнота. Осознание того, какие продукты он перемешал между собой, отбивает весь аппетит напрочь.

Да… Шеф-повар из Котова никудышный. Я бы даже сказала, что его категорически нельзя подпускать к плите.

Хотя кофе был отменным.

— Ну не умею я готовить, это, знаешь ли, задача женщин. Вот встала бы пораньше и накормила своего спасителя, — фыркает он недовольно, берет вилку и пробует свое творение. — Все вполне съедобно, будешь?

Макс предлагает мне попробовать, но я отхожу на несколько шагов. А он продолжает есть ЭТО и даже не морщится.

Вообще я замечала раньше, что Максим может съесть любую гадость, которую ему дадут. Повезёт его будущей жене, она может даже не стараться.

Хотя, о чем это я? ОН и ЖЕНА. Даже представить сложно. Наверно, он всегда останется холостяком.

— Как интересно, как ты тогда столько прожил один и набрал такую форму? — оглядываю его с ног до головы, подмечая все мышцы. — Балуешься таблеточками?

Он такой здоровяк, что я не могу привыкнуть или может это я слишком мелкая. Хотя рядом с другими девушками он тоже выглядит большим, да и рядом с парнями выделяется, обычно он выше на пол головы.

Макс такой… Он… Нереальный что ли. Как с картинки, идеальная модель мужчины его возраста. Большой, сильный, с пронзительными голубыми глазами, пухлыми губами и пошловатой улыбкой. Дерзкий на язык. Наглый и неуправляемый. Ещё и мажор в придачу.

Неудивительно, что девушки пачками в него влюбляются.

— Это все натуральный продукт, — с гордым видом указывает он на свое подкачанное тело, поднимая майку, чтобы показать выточенные кубики пресса. — Обычно мне готовят девушки, оставшиеся на ночь, либо я заказываю еду с ресторана. Я редко готовлю сам.

Я немного зависаю, смотря на его торс, хотя ещё этой ночью наблюдала за боем и там он был без верхней одежды, но там был переполненный до отказа зал, а сейчас мы с ним вдвоем, наедине.

Я и его привлекательное тело, до которого так и хочется дотронуться… А если опустить руку ниже, наткнуться на главное достоинство этого мудака…

Так, о чем это я?

— Почему я не удивлена, — бурчу недовольно, отворачиваясь от него, чтобы сбить настойчивый образ того, как я трогаю Котова в разных неприличных местах.

Чувствую, как Макс подходит сзади, обнимает меня за талию и шаловливыми руками трогает мой живот, не забывая упереться твердым членом мне в спину.

— Ревнуешь, по поводу того, что девушки мне готовят завтрак? — шепчет он со смешком. Придурок. — Не стоит, у нас ещё все впереди.

Глава 28

Загораюсь в момент, как спичка.

Зачем он такое мне говорит? Зачем? Чего добивается. Того, что я с послушным видом раздвину ноги в ожидании, когда он меня поимеет, как десятки или же даже сотни других девушек?

— Это вряд ли, — поворачиваюсь к нему лицом. — Максим…

Смотрю в его пронзительные, ледяные глаза и тону, разглядываю каждую крапинку, каждую ресничку. Прохожусь по чисто выбритым щекам и утыкаюсь в красные, как спелые ягоды, губы.

Внутри меня борется два разных человека. Я, хочу притянуть его за голову и со страстью впиться в губы. Другая я, хочет его прогнать и попросить навсегда отстать от меня, быть как можно дальше. Но сейчас его губы очень близко…

Марина, разве мало тебе было слез?

— Да?

Котов тоже смотрит на мои губы и облизывает свои, сильнее сжимая руки на моей талии.

— Что с тобой происходит? — спрашиваю, не подумав.

Я хочу знать ответ. Ведь раньше он никак на меня не реагировал, я была всего лишь сестрой его друга, а теперь он постоянно где-то рядом.

Ищет удобный момент, выжидает, чтобы набросится, ведёт игру, понятную только ему.

— Это ты мне скажи, что сделала со мной, — с этими словами, он резко притягивает меня к себе, заставляя, ощутить жар своего тела. Впивается в меня злым взглядом. — С каких пор я стал таким ублюдком, которому похуй, что рядом сидит мой лучший друг, а я думаю о том, как твои губы обхватывают мой член? Что со мной не так?! Я всегда себя контролировал, если и лез к тем к кому нельзя, то делал это ради забавы, но никогда от желания овладеть, сделать своей, понимаешь? С каких пор меня так тянет к тебе? Я и сам уже не знаю.

Тяжело выдыхаю после услышанной эмоциональной речи, внутри все теплеет, расцветает. Это ли не признание в чувствах? Своеобразное, но все же.

Я и не жду от такого, как он, розовых единорогов. Разве не что-то подобное, я так хотела услышать раньше. Но как мне сейчас реагировать на это я не знаю.

— Ох… — хватаюсь за его майку и сжимаю ткань в кулаки.

Я в растерянности. Отступаю на шаг дальше, потому что чувствую, что все еще он имеет на меня влияние.

— Предлагаю сделать это, получить удовольствие и оставить все позади, — говорит он на выдохе, а у меня все срывается вниз.

— Что? — хмурюсь я, придя в недоумение.

Он предлагает мне переспать и забыть? Если так, то сейчас он перечеркивает все, что я к нему снова почувствовала.

— Марин, брось, мне не нужны отношения, это все не для меня и так скучно. Да и ты, думаю, не хочешь встречаться с таким мудаком, как я, но мы взрослые люди, для того чтобы осознавать то, что нас тянет друг к другу и я не против перевести нашу дружбу, которая, я уверен, станет только крепче, в другую плоскость, — подмигивает он мне. — В горизонтальную.

— Я… — открываю рот, но от возмущения из меня выходит только жалкий писк.

— Я не обижу тебя Марин, никогда. Ты для мне как сестра… Нет, ты больше, чем сестра! Я горой за тебя встану в любом случае. Я найду тебе нормального мужика, но позже… — запинается он на последнем и начинает злиться. Его весёлое настроение резко меняется на агрессивное, я это понимаю не только по изменившемуся выражению лица, но и потому как сильно он сжал на мне руки. — Но чем больше я думаю о тебе, тем хуже мне становится. Мы должны…

Голова начинает пульсировать. Я отчетливо слышу этот стук, как кувалдой по мозгам. Мне становится обидно и больно.

Неужели я не заслуживаю попробовать что-то больше, чем просто секс без обязательств. Не быть одной из многих.

Как он смеет мне это предлагать?

— Пошёл вон, — говорю четко, теряя всякий интерес к данному разговору.

Ублюдок, какой же он все-таки ублюдок. Я-то уже понадеялась… И снова обожглась.

— Марин, не начинай, ты же не маленькая девочка. — он моргает несколько раз, смотря на меня удивлённо и с опаской.

— Проваливай, Котов, и засунь свои похотливые рассуждения куда подальше, — рычу я, отталкивая этого нахала. — Мне не нужно никого искать, кусок ты идиота!

Срываюсь, толкаю его к выходу, желая, чтобы он поскорей свалил.

— Мариш… Я же не это имел в виду. Я о том, что… Блять… — пытается он меня успокоить, но у него это не получается, я применяю все силы, чтобы он ушёл побыстрее. — Я просто пытаюсь нам помочь.

Открываю ему дверь и жду, чтобы он вышел сам. Закипаю все сильнее. А он глазёнки свои вылупил, словно не понимает, из-за чего я так разозлилась.

— Вон!

Не дожидаясь пока он уйдёт, я выкидываю за порог его кроссовки и куртку.

— Ты охуела? — гаркает он на меня, но уходить не собирается.

Делает выпад в мою сторону, пытается схватить за талию, но я уворачиваюсь и бью его по рукам.

— Я сейчас позвоню Филиппу и наплету такого, что тебе в страшном сне не приснится, — говорю грозно.

Так и сделаю. Надоело мне справляться одной. Одно мое слово и брат встанет на мою защиту, пусть, даже ему придётся набить рожу лучшему другу.

— Дура! — злобно говорит он и на нервах выходит за дверь. — Ты сама ко мне придёшь, когда припрет. Я тебе это обещаю.

— Никогда, — говорю я, закрывая перед ним дверь, опускаюсь вниз на пол и тихо повторяю: — Больше никогда…

Глава 29

***Макс***

— Ты такой сильный, — сладким голосом распинается брюнетка, без стеснения прижимаясь своим телом к моему. — А ты сможешь поднять меня на ручки? А присесть вместе со мной?

Мы стоим в коридоре вуза, студенты и преподаватели ходят, туда-сюда наблюдая за тем, как девушка липнет ко мне без малейшей доли стыда.

Я такое не люблю. Каждый мужик в какой-то мере охотник, нам доставляет удовольствие поймать жертву, проиграться с ней и заполучить этот трофей в свою коллекцию. Но когда жертва сама идёт к тебе в руки… Никакого азарта и хотя девка нормальная, интереса вызывает мало.

— Смогу, — убираю с себя ее шаловливые руки. — Ты же с Рязановой учишься в одной группе?

— Эм, да… — хмурится недовольно собеседница.

Обижается, надувает еще больше свои подкачанные губы, из-за того что я заговорил о другой девушке, в тот момент, когда она изо всех сил пытается презентовать мне свой третий размер.

Впрочем, на ее обиды мне глубоко плевать. Мне необходимо знать, что происходит в жизни Марины, потому что уже пару недель получаю о ней очень мало информации.

Сам виноват: это нужно же было сморозить, такую лютую чушь про другого мужика. Идиот. Но у меня язык не поворачивается врать ей. Я сказал как есть, она мне нравится, я хочу ее трахнуть, но обещать счастливых отношений не могу.

Хотя в последнее время, когда она полностью от меня отгородилась, я стал ловить себя на мысли, а может попробовать эти гребаные отношения.

Тем более это же Марина, она достойна большего, чем секс на одну ночь. Она достойна всего этого романтичного дерьма: свиданий, цветов и признаний под звёздами.

Только я не уверен в себе, смогу ли я этого дать сполна.

Ну, какой из меня парень? Даже если я буду верен, то моей спутнице будет нелегко смотреть на то, сколько баб ко мне липнет.

Кажется, что если я ввяжусь в эту авантюру, то закончится все это тем, что мне придётся тащить ее в загс, ведь друг не даст мне ее кинуть, даже если я этого захочу.

А если мне не захочется, это что получается я стану подкаблучником, как и мои друзья?

Э, нет, видя то, как скручивало Филиппа от своей неприступной мадам, я только сильнее убедился, что отношения мне не нужны.

Но черт…

Пора принимать чёткое решение, а не, как сопляк, прятаться от проблем, зарывшись головой в песок. Но нужно быть осторожным: не стоит совершать необдуманных поступков. Не хочу ошибиться и сделать так, чтобы она страдала.

Для начала нужно ее поймать, потому что она от меня бегает, как от огня.

— Никто Марину не обижает? — спрашиваю, не обращая внимания на то, что девка показушно расстроилась.

— А кто-то разве должен?

— Пацаны, преподы? Кто-то лезет к ней?

Она хлопает ресницами, кажется, не до конца понимает мой обычный вопрос, а мне так и не терпится найти повод, чтобы подойти к Марине.

— Нет, она пай-девочка, ее все любят, — наконец произносит она, то, что и так было мне известно. Рязанова умеет располагать к себе людей: у неё светлая, добрая душа, а с такими все хотят находиться как можно ближе. — Максим…

Девушка глядит на меня в ожидании, а я клянусь, забыл, как ее зовут.

Вика, по-моему. Или нет?

— Да, — улыбаюсь ей, подглядывая на кабинет, в котором находится другая, та, что интересует меня больше всех остальных.

Когда же она выйдет? Или опять будет прятаться? Меня эти кошки-мышки уже утомили. Я хочу конкретики между нами.

— Поднимешь? На руки. Ну, пожалуйста… Меня никто не поднимал!

Вика вцепляется так, что ткань на моей рубашке трещит. Рядом стоят ее подружки и хихикают, посматривая на нас. Курвы точно слышали весь разговор.

Поднимаю девушку на руки и чуть ли не глохну от того, как она визжит мне прямо в ухо.

— И в чем прикол? — приподнимаю бровь, подкидываю ее в воздух и ловлю, от чего она только сильней взвизгивает.

Так, нужно этот цирк заканчивать.

— Мама дорогая, ты такой горячий, может у тебя температура? Никогда не видела таких здоровяков, — говорит эмоционально, смотря на меня так, словно хочет оседлать прямо здесь. — А там у тебя все такое же большое?

Хмыкаю.

— Хочешь проверить?

— Я сегодня свободна… — начинает говорить она, но тут мой взгляд устремляется на кабинет, из которого все же выходит Рязанова.

Глава 30

Бляя… Ну какая же красивая зараза, ослепнуть можно, особенно она мне нравится в этой короткой юбке-карандаш и голубой рубашке, которая подчёркивает ее большие невинные глаза.

Ее стройные ножки в капроновых колготках или может даже чулках… Сука, теперь хочется проверить! На ногах туфли на высоких шпильках.

Конфетка.

Волосы распущены и свисают почти до талии: длинные, шелковистые, они бы шикарно смотрелись в моем кулаке. Она вся хорошо бы смотрелась со мной рядом.

В который раз убеждаюсь, что вот он идеал моих мечтаний. Порхает, как бабочка, взмахивает длинными ресницами и морщится, когда видит меня со своей одногруппницей.

Не сложно догадаться, что сейчас она подумала, какой же я мудак.

Я недолго ощущаю колючее чувство вины, но быстро отбрасываю от себя эти глупости.

Ну а что? Она думала, отшила меня, и я буду у неё под дверью сидеть, как верный пес. Я обычный мужик и мне необходима женская ласка, а она мне ее не даёт, вот и приходится довольствоваться всякими шмарами.

Они ничего не значат, а она больше, чем разовый вариант.

Правда в последнее время не получается расслабиться по полной программе, мысли просто забиты ей, ее образом, голосом, воспоминаниями, когда она была в моих руках. Фантазия у меня, как оказалось, очень даже развита, пришлось даже пару раз дрочить, но этого оказалось чертовски мало.

Если я не получаю достаточно удовольствия от секса, то у меня меняется настроение и я из доброго парня вмиг превращаюсь в агрессивного ублюдка.

А все она, эта гадина.

— Привет, Марин, — говорю ей громко, но она даже не удосуживается мне ответить. В момент раздражает, выводит из себя. Это уже не в первый раз. — Мне нужно идти.

Недолго думая, ставлю девку на ноги и иду за Мариной, которая, как мне кажется, специально прибавляет шаг.

Хочет, как обычно спрятаться от меня, но я беру ее за руку и заставляю остановиться. Посмотреть на меня и поговорить со мной.

Хотя разговоры — это последнее, чем я хочу с ней заняться.

— Эй, да постой же, — дёргаю ее за руку снова.

— Чего тебе, Котов, — она резко разворачивается и смотрит на меня ледяным взглядом.

Все мысли вылетают из головы, когда она находится так близко, когда я ощущаю ее приятный запах.

Взгляд сам опускается на маленькие, но пухлые, идеально ровные, кукольные губы. Мой член не может не среагировать на то, как она их надувает; на ее маленький вздернутый нос в веснушках.

Дальше прохожусь взглядом вниз, к фарфоровой коже шеи и небольшой, округлой груди. Руки чешутся потрогать, разорвать рубашку и все тщательно там исследовать…. Это желание настолько острое, что я готов выпрашивать у нее разрешение.

Твою же мать! Макс, возьми себя в руки, это обычная девушка.

Нельзя же вот так просто сбивать меня с ориентиров одним лишь присутствием.

Ну что, Макс ты готов переступить через свои принципы?

Прихожу в себя, когда она выдергивает свою маленькую ручку и трёт ее, прижимаясь к своим сиськам, я видимо не рассчитал силы и слишком крепко сжал малышку.

Марина очень худенькая. Ее боязно трогать, не дай Бог сломается.

Нет ничего сексуальней ее хрупкости. Мне постоянно хочется ее накормить, впрочем, я пытался пару недель назад это сделать, только стерва не оценила моих стараний, вышвырнула меня из моей же квартиры, как нашкодившего кота!

В жизни ни одной бабе не готовил, в этом плане ее можно считать первой.

— Долго меня будешь игнорировать? — нападаю на нее, потому что начинаю вспоминать, как она со мной обошлась, закипаю, как чайник, ещё немного и пар из ушей повалит. — Что за детские выходки?

Марина поджимает губы и трёт переносицу, словно я ее утомляю.

Откуда взялся такой холод? Почему она смотрит так, словно я назойливая муха.

Такое отношение мне совсем не нравится. Конечно, я не имею в виду, что она должна растекаться в моем присутствии, но могла бы быть немного подоброжелательнее.

— Я подумала, что нам лучше перестать общаться, — твёрдо и уверенно она это заявила.

На мгновение я даже опешил, сделал пару шагов назад, как от удара током.

Такого поворота событий я не ожидал. Я думал, что она остыла, дал ей время успокоится, привёл и свои мысли в порядок, но, видимо, зря. Малышка уже решила все двоих.

— Ты подумала значит… — выдавил из себя улыбку, которая была похожа на звериный оскал. — А с Костей ты тоже перестала общаться, или это только со мной так работает? — чуть ли не выплевываю в ответ.

Стоит мне о нем вспомнить, как внутри разгорается жгучая ненависть, потому что я знаю, что он продолжает пастись рядом с ней. Придушить хочется их обоих. Страшно представить, что со мной будет, если я увижу, как он к ней пристает.

Мое терпение скоро лопнет. Филипп запретил что-либо предпринимать, вот только, кто его слушать будет? Я Косте Марину не собираюсь отдавать.

— С ним — нет, он не предлагает мне одноразовый секс и дружбу, — ядовито ответила Марина, прищуривая глаза.

Вот оно что. Решила зацепиться за мое необдуманное предложение. Разве не видит, как я к ней отношусь? Бегаю за ней, как идиот, а она нос воротит.

— И правда, после ночи с ним он о тебе и не вспомнит, — усмехаюсь, видя, как ее это задевает.

Я не хочу ее обижать, но слова сами вырываются изо рта.

— Спасибо за комплимент, не думала, что я настолько уродлива, неинтересна, что обо мне можно не вспоминать, — надувается она. — Придурок.

Смело делает шаг ко мне и толкает в грудь, правда я и с места не сдвигаюсь. Она собирается уйти, но я загораживаю ей путь.

Мы ещё не договорили.

— Я не…

— Да, ты не это имел в виду, — перебивает она меня, заводя ещё сильней. — Все, Котов, бывай.

Она всегда вот так переворачивает мои слова. Не слышит основного, не видит очевидного.

Я прямо чувствую, что с ней мне будет ужас как нелегко, она ещё попьёт моей кровушки.

Глава 31

Я не дам ей уйти от разговора и оставить меня в этом подвешенном состоянии. Не отпускаю Рязанову, перекрывая собой пути для побега.

Не понимаю ее обид, словно она не знает, что нравится многим и мне в том числе.

— Ты привлекательная и ты это прекрасно знаешь. Парни глаз от тебя оторвать не могут, а знакомиться не хотят только потому, что знают, кто твой брат и как он к тебе относится, — говорю ей правду, которая ей должна быть известна. — А Волков просто хочет повеселиться с тобой из-за того, что ты нравишься мне! Он задумал кинуть мне вызов.

Костян — тот ещё игрок, ему по барабану, что я могу ему врезать, в ответ он только поржет в лицо и попросит ещё. Знаю я таких, потому что сам такой же. Кулаками и разговорами с ним ничего не решить, — нужно что-то другое.

Смотрю на Маришку и понимаю, что ей плевать на мои слова. Не верит. Она меня ненавидит, я читаю это в ее взгляде, в резких движениях, когда она изо всех сил пытается избежать моих прикосновений.

В этом есть скрытый смысл, который я еще не понял. Она такая открытая, ее эмоции видны на лице, но в тоже время, я никак не могу разгадать, в чем причина ее отвратительного отношения ко мне.

Я будто упускаю что-то очень важное. Она всегда знала, какой я, — ведь я никогда не скрывал своей истинной натуры, не понимаю, почему она так остро реагирует на мои слова.

— Я поняла, спасибо за информацию, теперь я могу идти? — фыркнула девушка и указала головой за мою спину. — Тебя, кажется, сильно ждут. Кстати, хорошо смотритесь.

Оглядываюсь, вижу, как та девка все еще стоит на том же месте и не сводит с нас взгляда. Насрать на нее.

Марина снова пытается уйти, но я беру ее за руку, уже более аккуратно и веду в другую сторону, подальше от этих любопытных ушей.

Мне необходимо поговорить с ней с глазу на глаз, без посторонних. Хочу вывести ее на другие эмоции, более яркие; хочу увидеть правду, которую она так тщательно скрывает.

— Ревнуешь к Вике? Не стоит, она и в подметки тебе не годится.

— Ее зовут Вероника, — закатывает она глаза, но я замечаю, как ее щеки краснеют. — Как можно не знать имя той, с кем ты хочешь переспать? Это отвратительно.

Это все глупости. Такие девицы приходящие и уходящие. Они хотят от меня секса, я хочу получить того же. Мы достигаем своей цели и расходимся. Ничего больше:. ни чувств, ни эмоций. Взял — забыл.

Мне кажется, это понимает каждая из них, и я уверен, ни одна не была в меня влюблена по-настоящему, как и я не грезил об отношениях с кем-либо из этих девиц.

— Потому что мне без разницы.

— И нет, я не ревную, всего лишь знаю, что она хочет уложить тебя в постель, чтобы… — резко замолкает. — Не важно. Делай, что хочешь.

Не понимаю, о чем она говорит. Очевидно, что Вероника хочет секса, но насильно никто не может уложить меня в постель.

Скорее всего, Рязанова и правда ревнует, иначе, чем объяснить, что смотрит на меня с презрением.

— Если ты передумаешь, то я пошлю ее, — наклоняюсь и шепчу ей на ухо. Вдыхаю аромат ее волос. Ммм. Пахнут ванилью. — Знаешь, я тут подумал, что одной ночи для нас будет мало.

Когда я произношу эти слова, то четко осознаю, что хочу попробовать. Однако как правильно подойти к Марине, я не понимаю, она такая колючая в последнее время, для меня непривычно, что девушка меня не очень-то и хочет.

С недавних пор в мою голову так и лезут фантазии о том, что Марина моя настоящая, постоянная девушка. Вот она готовит мне вкусный завтрак, а я благодарю ее, разложив на кухонном столе. Далее она провожает меня на бой, волнуется, когда я на ринге, кидается ко мне в объятия в конце. Мы едем в мою квартиру, спорим на тему, что мне пора завязывать, а после я беру ее перед сном.

Когда я об этом думаю, то в груди начинает странно щемить, я начинаю волноваться, а на губах появляется улыбка.

Так ново для меня и так интересно.

— И? — хрипит она.

— Я готов на большее, — говорю больше себе, чем ей.

— Вау, ты предлагаешь мне больше одного раза? Спасибо за такую честь, но, пожалуй, я откажусь, — она не прониклась моими словами. — И вообще, лучше я попробую с Волковым, чем с тобой. Я ему хотя бы нравлюсь, и он не расценивает меня, как кусок мяса.

Я всегда думал, что могу себя контролировать, могу спокойно реагировать на бабские закидоны, но как только она открывает рот и говорит о другом парне, то я в момент срываюсь.

Мне очень неприятно слышать о ее потенциальных парнях, что я готов совершить непоправимую ошибку — доказать ей, что кроме меня, ей никто не нужен.

* * *

Так-с, я предупреждала, что Макс не будет душкой, но дайте ему время влюбиться в Марину, пройти невзгоды, прийти к осознанию себя и отношений. Все будет. Не ругайте его и меня, он молодой пацан, импульсивный, в чем-то разгильдяй, но книга будет большой, перевоспитаем, не торопите события) И подарочки… (мерзавец WUt8K1YN, stK5b-FA, муж QoHaL4Cv, xZ5ny4Pn, EdpuBxnA, трофей ZncztCEZ, dnteAqNA).

Глава 32

— Максим, ты что творишь?! — вскрикивает она, когда я начинаю, тяну ее в сторону ближайшего кабинета.

Открываю дверь, и мне необычайно везёт: аудитория пуста. Толкаю Марину внутрь, разворачиваю к себе, предварительно закрываю нас внутри.

Девушка смотрит на меня испуганно, когда я наклоняюсь к ней. Она кажется такой маленькой, беззащитной, но это только на первый взгляд.

Эта ведьма, как я уже уяснил, может за себя постоять. Она легко может врезать мне по яйцам. Эту часть нужно защитить от неё, поэтому недолго думая прижимаю ее к двери и просовываю свою ногу между ее.

— Если я узнаю, что ты с ним спишь, я тебе спокойной жизни не дам, — говорю со злостью, предупреждая. — Рязанова, не совершай непоправимую ошибку.

Из ее глаз пропадает страх. Она поджимает губы и изо всех сил пытается оттолкнуть меня, сопротивляется со всей пылкостью.

— А знаешь, это не твоё сраное дело. У нас с ним будет свидание, и я думаю, что позволю ему себя поцеловать, а может быть и не только!

Эти слова бьют по голове, будто кувалдой. Взреветь хочется. Трахнуть ее хочется, наказать, за то, что выводит меня на неприятные эмоции.

— Только попробуй… — злобно хриплю я, не в силах с собой совладать, прижимаюсь к ее шее губами.

— А то что? — задыхается она от того, как сильно я ее прижал. — Расскажешь моему брату, что из-за Волкова не получится переспать со мной и выкинуть на помойку? М? — повышаю голос до истеричного крика. — Отвечай!

Заглядываю в ее глаза полные обиды и даже слез.

В этот момент во мне что-то ломается. Я готов сделать все что угодно, лишь бы она перестала так смотреть, поменяла отношение ко мне. Никогда не был падким на бабские слёзы, но сейчас, я готов сделать что угодно, чтобы их не было на ее лице.

— Вот ты дура. Неужели ведёшься на ту лапшу, что он тебе вешает? — из меня вырвался горестный смешок. — Ты хочешь, чтобы я заваливал тебя комплиментами и цветами, лишь бы залезть к тебе в трусы? Я сказал тебе все как есть. Предлагаю начать тебе эти чертовы отношения.

На последнем слове голос срывается. Блять, я, как конченый идиот, пытаюсь ее уговорить, хотя и вижу, что она не согласна. Это подпитывает злость.

Ни одна девка мне не отказывала!

— Но ты же не станешь менять свой грязный образ жизни, — тоже усмехается она. — Я тебе не заставляю, ты мне не нужен, пойми это, наконец, и успокойся. Мне неинтересно твоё предложение.

Желаю проверить так ли это на самом деле, настолько ли я ей неприятен. Хочу вывести врушку на чистую воду.

Взгляд падает на ее губы, и я больше не медлю, вгрызаюсь в них с жадностью, — сам от себя в шоке. Марина даже шевелиться перестаёт и рот открывает, позволяя мне пройтись языком по ее губам и забраться внутрь.

Руки располагаю на ее маленькой заднице и сжимаю, поднимаю вверх, так, чтобы мой стоячий член оказался между ее раздвинутых ног.

Делаю слабый толчок, офигеваю от того, что по спине проходится разряд. Она же хватается за мою голову и отрывает от себя. А я лишь думаю о том, что эта дрянь все же в чулках.

На улице минус десять. Она совсем не думает о здоровье?

— Ты с ума сошёл?! — цедит она, немного растерянно. — Не думала, что ты еще и насильник! Отвали.

Миг ее повиновения прошел, и она начинает активно вырываться.

Я продолжаю ее держать на руках, пытаюсь поцеловать, но она не поддается, вертит головой в разные стороны.

— Не переживай малявка, твоя девственность останется сегодня с тобой, — сообщаю ей, чтобы она немного успокоилась.

Я же только пощупать хотел. Не собираюсь ее брать прямо здесь, для этого у меня есть отличная кровать, стол, подоконник, и хороший пол с подогревом.

Она опять вырывается и даёт мне звонкую пощечину.

— Бей сколько влезет. Царапайся. Ругайся, — зверею я. — Можешь даже укусить, я все тебе разрешаю.

Зубами вцепляюсь в ее рубашку и мне удаётся оторвать две пуговицы. Рассматриваю ее грудь и чуть ли не мурлыкаю от удовольствия, разглядывая на ней нежно-голубой полупрозрачный лифчик. Резко наклоняюсь и облизываю через него сосок, слыша, как она шипит и впивается ногтями в мои плечи, оставляя там следы.

Дурею от ее реакции. Она тоже теряет контроль и я, делаю ещё один толчок, чтобы окончательно ее сломать.

Смотрю на то, как закатываются ее глаза, как покрываются розовыми пятнами ее щеки, чувствую как она неровно дышит.

Оказывается, она такая чувствительная, что ещё несколько секунд и кончит, но весь момент портится тем, что кто-то дергает за ручку, пытаясь войти.

Марина вздрагивает, как от удара током, открывает глаза, смотрит с недоумением, а я не могу сдержать довольной ухмылки.

Попалась, сучка. Все же она меня хочет. Врет, что это не так, а сама млеет от прелюдии.

Отпускаю малышку, потому что знаю, что дверь вот-вот откроется.

— Ты ненормальный! — поправляет она одежду, пытаясь не смотреть на меня.

Я даже пытаюсь помочь ей застегнуться, за что получаю по рукам. Дерзкая девочка.

Мне очень нравится. Такой у меня ещё не было.

— Ты делаешь меня таким.

Она выходит первая, осматривается по сторонам, хочет поскорее сбежать, но я кладу руку ей на плечо и наклоняюсь, чтобы прошептать:

— Хочешь на свидание с этим уродом? Вали. Только не забывай, как дрожала в МОИХ руках, когда будешь мило улыбаться ему.

Когда она буквально убегает, смотрю ей вслед.

Я хотел ее эмоций — я их получил. Нашёл подтверждение своим догадкам, вот только член ноет, требуя жаркого продолжения.

От Марины я ничего не получил и знаю, что, если заявлюсь к ней сегодня вечером, она мне не даже откроет.

Мне необходимо снять это чёртово возбуждение, чтобы перестать думать одним местом. А дрочить рука отсохнет.

Тут подходит Вика… То есть Вероника, злобно на меня зыркает, я пытаюсь натянуть улыбку, подмигиваю ей, от нее она сразу же плавится.

Лёгкая добыча.

— Поехали, повеселимся, — предлагаю ей, и она, естественно, соглашается.

Глава 33

Перед тем как отправиться в клуб, я заезжаю домой переодеться, оставив Нику в машине.

Честно, есть огромное желание отвезти ее домой.

Ну не нравится она мне. Не цепляет настолько, чтобы голову снесло, как от Марины, а на меньшее размениваться уже не хочется. И дело не во внешности — с этим как раз все отлично.

Не ёкает, член колом не поднимается и голос ее раздражает, особенно, когда она начинает подпевать в машине, пока мы едем в нужное место.

Один я ее точно не выдержу, поэтому пишу своему другу Артёму, чтобы тоже подкатывал в клуб.

— А давай в машине… — говорит она, когда я глушу мотор и собираюсь выходить.

— В этой машине я никого не трахаю, прости, — отвечаю ей достаточно грубо, от чего она снова обижается.

Обычно я не такой жесткий, но в последнее время стал вспыльчивым и раздражительным.

Я вожу девок в квартиру, которую подарил мне отец, но моя машина и квартира, в которой живет Рязанова, так и остаются не тронутыми. Это мой особый бзик.

Нет желания тащить туда кого попало. Где-то должно быть чистое место для обычного отдыха.

В клубе сегодня душно — не мудрено. Ведь именно сегодня выходной. Только вот настроение мое потихонечку ползёт вниз.

Держу в руке телефон и думаю: позвонить малявке или нет. Хочется узнать, чем она занята, а может мне повезет, и она позовёт в гости. Что впрочем вряд ли, но надежда умирает последней.

Нажимаю на вызов, но гадина берет трубку только с третьего раза. Говорит о том, что я ей мешаю и тут же отключается. Пытаюсь дозвониться снова, но телефон уже вне зоны доступа.

Заебись, — думаю я, перед тем как залить в себя нехилую дозу алкоголя.

Когда мы сидим за столиком, бухло в горло не лезет. Музыка давит на уши, как и Ника, которая любыми путями пытается привлечь мое внимание. А я, как зацикленный, продолжаю делать дозвоны.

Один, второй, третий…

А абонент временно недоступен.

Когда спутница уходит припудрить носик, Князев толкает меня в плечо, отвлекает от важного дела.

— Что с тобой? — хмурится Князев, смотрит исподлобья. — Вроде нормальная баба, а ты делаешь такую кислую рожу, что на ее месте я бы тебе втащил.

Неужели настолько заметно?

Друг не знает, какая жесть крутится в моей голове. Я еле сдерживаю себя, чтобы не рвануть домой, только не к себе, а к ней. Но если я переступлю порог квартиры, то назад дороги не будет, — я же сорвусь.

У меня уже башка кипит, только глаза закрываю, сразу всплывает ее образ. Ерунда какая-то.

Не может же баба настолько нравится!

Главное, с каких пор меня так колбасит от неё? Прямо до трясучки.

— Так, свои тараканы в голове, — отвечаю с неохотой, вливая в себя очередной стакан с бухлом.

Помогает?

Ни хрена!

С понедельника начнутся жёсткие тренировки. Времени на развлечения совсем не будет. Представляю недовольную рожу тренера и ухмыляюсь. Он из меня все соки выжмет. И правильно, может, мозги на место встанут.

— Марина, да? — спрашивает Темыч, и я кидаю на него удивленный взгляд. — До меня слухи доходят, что ты к ней не ровно дышишь. Смотри, если Фил узнает, то это ему не понравится. Если бы ты полез к моей сестре, я бы тебя убил.

Наверняка так оно и было бы. А Филипп уже сказал, что я не самый подходящий мужик на роль парня его сестры?

Это мы ещё посмотрим.

— Если бы я полез к твоей сводной сестре, которую ты хочешь? — усмехаюсь я, видя на его лице недоумение. — Да знаю я. А с Филом мы не общаемся уже пару недель. Не могу в глаза ему смотреть, чувствую себя уродом.

Я и есть урод, судя по тому, что Рязанова от меня шарахается, а я сижу здесь с другой, вместо того, чтобы добиваться ее расположения. Но это же не про меня.

Я даже не понимаю как. Цветов ей прислать? Конфет? Пригласить в ресторан?

А толку, она не пойдёт со мной никуда, а если насильно заставить, то это уже не свидание, а мучение какое-то.

Вот я две недели за ней ходил, а она даже в мою сторону не посмотрела. Сучка мелкая! Гадина голубоглазая!

У нас сразу как-то отношения не заладились с лета. Не идёт, а хочется.

— Так сильно зацепила?

— Пиздец просто, из башки не выходит, хоть на стену лезь. А она все о Волкове говорит, о том, что с журфака, не понимаю, влюбилась что ли. Он ей хорошо жужжит в уши, а я не могу так, я честен с ней, — выдаю эмоционально, наливая себе ещё виски. — Даже через себя переступил и предложил встречаться.

— Почему-то мне кажется, твоё предложение звучало, как угроза, — Артём ржет, а я только сильнее раздражаюсь.

— Думаю да, — соглашаюсь с ним.

Ну а как ещё? Только угрозами и силой осталось с такой зазнобой.

— Я думал ты настоящий ловелас, а оказывается, с бабами толком не умеешь общаться.

— С другими легче, они сами ко мне лезут. Все ко мне лезут, кроме неё, — потухаю я окончательно. Черт, безысходность какая-то накрывает. — Нужно отвлечься.

Нужна замена. Хотя бы на время. Я же не железный, блять.

Глава 34

— Думаешь, поможет? Если тебя так от неё ведёт, то другая ее не заменит. По себе знаю.

Друг догадывается, что я хочу сделать. У нас у мужиков как: думаем, что секс должен помочь расслабиться. Это точно.

К нам как раз подходит Вероника, соблазнительно улыбается, по крайней мере ей так кажется, вальяжно кладет руку на мое колено.

Реакции ноль, даже не встаёт. Странно. Очень странно. Но как только я начинаю представлять блондинку, то встает моментально.

Волшебство — не иначе.

— Мне нужна свежая голова, — отвечаю Артему спустя некоторое время, после того как осушаю стакан, поворачиваюсь к девушке. — Отойдём?

Девушка, не думая, соглашается, и пока мы идём в сторону туалета, она уже начинает приставать, говоря о таких вещах, что даже я удивляюсь.

Когда кабинка закрывается, ее руки уже копошатся в моих штанах. Она настолько неумело все делает, что я уже собираюсь отказаться, но она, словно почувствовав мое настроение, быстро становится на колени.

Я закрываю глаза, стараясь вообще ни о чем не думать. Она пытается сделать мне приятно, но черт, ее зубы все портят.

Нужно было брать блондинку, так хоть бы легче пошло. Сбой какой-то. Член настолько вялый, что я начинаю переживать. Отстраняю ее от себя, поднимаю бойца дрочкой, прокручиваю в голове сегодняшний «разговор» с Мариной.

После небольшой прелюдии, отворачиваю Веронику лицом от себя и беру ее сзади.

Когда все заканчивается, чуть ли не пулей вылетаю из мужского туалета, еле отыскиваю наш столик, падаю на диван и хватаюсь за голову.

Сердце от чего-то стучит, как бешеное. Я не получил никакого расслабления, а скорее наоборот, мышцы словно онемели, башка так вообще заныла. Во рту собралась горечь.

— Ну что? — спрашивает друг. — Хреново прошло?

Хуже некуда. Вроде и воздержание было долгое, голодный был дико, а кончить еле смог, а с Мариной чуть не взорвался прямо в джинсы.

Приворожила что ли меня эта ведьма? Так и отсохнуть все может.

— Хочу напиться, — только и отвечаю я, морщась, когда Вероника садится рядом.

На нее даже смотреть не хочется. Какая нормальная девка будет отдаваться в грязном туалете. Марина бы так не сделала, она бы мне по лицу зарядила и достойно ушла.

Этим она меня и зацепила. Даже странно, что я не запал раньше, ведь знал о ней все. Она всегда была на виду. Понимал, что красавица растёт, но даже не думал, что так сильно захочу ее.

А танцует как! Да, я множество раз видел ее на сцене и в зале на тренировках. Грациозная кошечка. Правда авария испортила ее мечту — стать знаменитой танцовщицей, хотя я знаю, что она не бросила танцы и сейчас занимается с детьми. Пару раз сидел в машине и в окна подглядывал, жаль зайти нельзя было — не пустили. Я бы поближе на нее посмотрел.

«Не названивай мне, иначе сменю номер», — приходит сообщение от неё.

«Ты дома?», — быстро набираю ей ответ.

Похуй. Рвану к ней. Сам все расскажу про Веронику, пока слухи не дошли.

«Я у брата», — и вдогонку: «И не пиши».

У меня не пропадает ощущение предательства. Грязи. Но мы же не вместе. Я же не могу заставить ее быть со мной, а ухаживать это не про меня, для меня это диковато. Однако, как показал сегодняшний вечер, секс с другими стал слишком пресным.

Не выдерживаю присутствия Вероники и заказываю ей такси, сообщая, что мы поедем в другое место. Когда она уезжает, дышать становится легче.

— Я, кажется, все испортил, — говорю тихо, не уверен, что Артём слышит меня.

— Но не все ещё потеряно. Не переживай, это же ничего для тебя не значило, так Марине и скажешь, — говорит он и кладет руку на мое плечо. — Пообещай ей, что больше ни с кем ничего не будет. Она вроде не глупая, не истеричка, все поймёт.

— Вот именно, что не глупая. Зачем ей такой кобелина, как я.

Вот и мой отец такой же, даже несмотря на то, что за собой не особо следил. Когда мама ещё жила с нами, я помню, как они ссорились, но из-за чего именно, я понятия не имел. После неё у отца ещё были женщины, которые жили в нашем доме, но все сводилось к тому, что они убегали от него. Он же тиран. Он не ценил их: изменял и бил. Неужели я такой же уёбок? Наверно, Марина это чувствует и видит. Неудивительно, что шарахается. Тем более она знает моего отца, многое видела.

А я до этого никогда и не задумывался о своём поведении, потому что повода не было: не было той, ради которой хотелось что-то менять.

Может прав друг и ничего ещё не потеряно, хотя ощущение внутри иное.

— Смотри, вон и Волков развлекается, — неожиданно говорит Артем, указывая в сторону другого стола. — Набьём ему рожу, чтобы к твоей не лез?

Поднимаю взгляд. Костя сидит в компании своих друзей, рядом с ним находится девушка, которая неугомонно клеится к нему, но он кажется, никак не реагирует. Какой хороший мальчик.

Я поначалу подумал, что это Рязанова, но когда она повернулась, то у меня отлегло.

Кулаки давно чесались врезать ему. И я забиваю на запреты, выстроенные годами.

— А давай… — говорю я, осушая последний стакан.

Думаю ночка будет веселой…

Глава 35

***Марина***

Ночью заснуть так и не удалось: сна ни в одном глазу. Так и проворочалась с боку на бок до самого утра.

Это все из-за Котова и его странных, навязчивых звонков. Он буквально вывел меня, и для этого ему даже не понадобилось быть рядом со мной.

Сегодня днем я наведалась в гости к брату и его девушке, чтобы спокойно провести вечер в приятной компании, покушать вкусняшек, посмотреть с Ритой сериал, но экран телефона постоянно загорался, сообщая, что одному парню совсем неймется.

Сразу стало понятно, что Котов пьяный, поэтому такой настойчивый. Отключила телефон, но долго не выдержала и, как только включила его снова, меня тут же атаковали уведомления.

Написала Максу, чтобы больше не звонил, хотя улыбка и озарила мое лицо, оказывается, мне нравится его бесить.

Но ночью, когда я забралась в кровать, на душе стало волнительно. В голове так и вертелись мысли о том, что произошло со мной днём.

О том, что я позволила с собой сделать…

Котов окончательно обнаглел. Начал распускать руки и приставать в открытую, совсем не думая про то, что мне это может не понравится. И вдобавок до этого держал на руках Нику! В тот момент я испытала жгучее желание вцепится ей в волосы, а ему зарядить по довольной роже.

Дворовый, гуляющий кот. Это прямо про него.

Но я ничему не удивлена. Он всегда был таким, всегда вокруг него кружили толпы девушек, а он брал все что дают, словно ему всегда было мало.

Вот только зачем ему я?

Зачем предлагать отношения мне, когда рядом так много одноразовых девиц. Из его уст это звучало очень неестественно. Сначала я не поверила в услышанное, но потом купилась, всего на пару минут отпустила себя. Не смогла сдержаться, ведь он словно понимал мое тело лучше, чем я сама.

С ним у меня снова просыпалось желание. Именно желание. Похоть. Я хотела его, как бы постыдно это не звучало. С другими все совсем не так. С другими поцелуи пресные, неумелые, а вот с Котовым все легко, все на инстинктах.

С ним горячо, страстно, я даже ударила его по лицу, но он только лишь сильнее завёлся и думаю не остановил бы, если бы мне, например, захотелось укусить его еще снова.

Это было на грани. Такое… приторно-горькое. Насилие с лаской. Для меня это все ново, даже не смотря на то, что…

Голос моего брата вырывает из сокровенных мыслей, и я встаю с кровати и, накинув халат, выхожу из комнаты, проверить, что там происходит в пять часов утра.

Потирая уставшие глаза, дохожу до прихожей. Картина маслом. Филипп стоит на пороге, придерживая пьяного Котова, чтобы тот не упал. Как знала, что Макс снова пьет.

Замечательно.

Крепче завязываю пояс на халате и подхожу ближе, чтобы увидеть в каком состоянии парень.

— Что происходит? — спрашиваю хрипло.

Прокашливаюсь. Только когда встала с кровати поняла, насколько сильно организм требует сна, глаза слипаются, и сил почти нет, а тут такой подарок прибыл прямо с доставкой на дом.

— Тихо, Риту не разбуди, а то она тут всем по шапке надаёт, — говорит Фил шёпотом.

Издаю смешок, наверно, она единственная, кого Филипп слушается и безоговорочно повинуется, немного побаивается ее неодобрения, а все потому, что много косячил в начале их отношений.

Раньше мой брат тем ещё гулякой был, пока в его жизни не появилась хорошая девушка, которую он полюбил.

И Котову не помешало бы… Смотрю на него и удивляюсь. Ещё днём он был нормальным, адекватным, а сейчас я вижу его пьяным, потрепанным, ещё и побитым.

— Что с ним?

В груди разгорается нешуточное волнение.

Да, черт, что не так со мной? Я не должна переживать за этого мудака, но сердце непроизвольно сжимается, словно в тисках.

— Из отделения забрал, — окончательно шокирует меня брат. — Нажрался, как свинья, и подрался с кем-то в клубе. Артём туда же.

Понятно. Клуб, девочки и драка. Так сильно хочет отношений, что решил пойти в отрыв. Впрочем, для меня это неважно. Это его жизнь, пускай делает что хочет.

Дурак!

— Видимо еще не протрезвел. Оставил бы его в обезьяннике, может, мозги на место встали бы, — говорю раздраженно, пока Филипп пытается его разуть, а тот на ногах еле стоит.

— Темыч позвонил, попросил забрать. Пришлось ехать, а по дороге назад они развели меня на магазин и купили еще коньяка, надрались в машине. Спрашивал, что за повод, так они сказали, что напились из-за неразделенной любви, — закончив с обувью, он поволок его в дальнюю комнату. — Помоги-ка…

Фил указывает головой на дверь, и я открываю ее, включаю свет.

— Не урони, — предупреждаю, когда Котова ведёт в сторону дверного косяка.

— Ахренеть он тяжелый…

Почему-то брат решает не укладывать его в кровать, а ведёт чуть дальше к большому креслу и как только они доходят, Котов валится в него, кажется, в секунду засыпая.

Дела… Это же сколько нужно выпить. Вообще парень без тормозов.

Не особо думая о том, как это выглядит со стороны, подхожу ближе, тяну руку, касаюсь его разбитой губы, а он хоть и спит, но тянется навстречу прикосновению.

Или мне показалось?

— Что случилось? В последний раз я видела его таким пьяным и потрёпанным… — запинаюсь. — Два года назад.

— Наверно опять с отцом поссорился. Может о матери что-то узнал, поэтому и забухал. А может тренер хочет его выпереть, — предполагает Фил. — Кто ж его знает, он постоянно умалчивает о проблемах.

Котов пару лет назад активно искал информацию о матери, это я знаю, ругался с отцом, но ничего не найдя, ушёл в отрыв, чуть не потерял любимое занятие — бокс. Тогда ему конкретно голову сносило.

Именно в тот тяжелый для него период я и решила открыть ему свои чувства. И прогадала.

Но что могло случиться сейчас?

Сердце грохочет в груди, как бешеное.

Жалко дурака. Он с виду такой дерзкий весельчак, но судьба у него достаточно тяжелая.

Мама мне говорила, что ему в жизни придётся нелегко, ведь он недополучил заботу и любовь и вырастет озлобленным, неконтролируемым себя хулиганом. Что, впрочем, мы сейчас и видим. Одно хорошо: он направил свою агрессию в спорт.

Глава 36

— Давай я ему постелю, — отхожу от Макса, жму пальцами на переносицу, чтобы не заплакать. — Он весь мокрый, заболеет же.

Слишком я расчувствовалась. Гнать его нужно грязными тряпками, а я стою в слезах.

— Надо ещё раздеть, — фыркает Филипп, смотря на своего друга настороженно. — Придурок.

Филу тоже не нравится поведение Котова, потому что мы оба знаем, что ему может сорвать крышу. А это очень страшно. Он может творить непредсказуемые вещи.

Вообще Макс, как пороховая бочка — в любой момент может бомбануть. Находится с ним рядом в этот момент очень опасно.

Пока я меняю постельное белье, Филипп пытается стянуть с него куртку, пару раз чуть не получает в лицо кулаком от этого пьяницы.

— А где ты Артема потерял? — задаю логичный вопрос.

— Домой отвёз, тот в нормальном состоянии был, а этот как видишь. Не собирался к себе, сказал, что у нас останется, — отвечает Фил раздраженно. — Клянусь, он, когда-нибудь меня до ручки доведёт, у меня уже сил нет терпеть его закидоны.

Оставив Макса в рубашке и в штанах, брат тащит его к застеленной кровати, а дотащив, небрежно кидает и в этот момент, тот просыпается.

— Че ты? — бубнит Котов, еле открывая глаза.

— Бабу тебе надо, да такую, чтобы за яйца тебя крепко держала. Только бухаешь и трахаешься.

Не могу сдерживаться от смеха. Не думаю, что девушка исправит ситуацию. Макс, потерянный человек, он должен сам захотеть изменится, иначе все будет бесполезно.

— У меня есть, — говорит тихо, снова прикрывая глаза.

Не обращая больше на него внимания, Филипп достает свой телефон, смотря удивлённо в экран.

— Батя твой звонит…

— Шли его на ***!

Далее парень выдает ещё немало неприятных эпитетов в сторону отца, а мне становится грустно. Ведь насколько мне известно отношения у них далеко нетёплые.

Максим, считай с детства один: мамы нет, папе он не особо был нужен. Филипп рассказывал, что тот даже сдал его в детдом, когда ему было тринадцать для того, чтобы утихомирить буйного подростка. Однако Котов сбежал и перебрался жить в наш дом. Я тогда ещё мелкой была, но у меня осталось несколько воспоминаний того времени.

— Марин, можешь идти спать, — говорит устало Филипп, но я не могу оставить эту ситуацию на брата, ведь замечаю, что он сам хочет спать и вдобавок у него завтра запланирована поездка.

Нежеланный звонок от отца Котова он решает пропустить.

— Все нормально, я закончу с ним, — выдаю я, не особо подумав о возможных последствиях.

Однако Филипп устало кивает и оставляет нас наедине. Видимо пьяные парни за несколько часов хорошо его так укатали.

Может оставить Макса прямо так, в одежде? Вот зачем оно мне надо, а? Возиться с пьяным.

С одного взгляда на него можно понять, что ему и так комфортно.

Подхожу к кровати и сажусь на край, присматриваюсь к его лицу. Он весь в ссадинах. Но даже побитый и потрёпанный парень выглядит по-мужски привлекательно.

Особенно мне нравится его отросшие волосы, которые немного лезут на лоб. Его длинные ресницы дрожат, словно он видит сон. Рубашка смята и наполовину засунута за пояс джинсов.

Решаю начать с неё. Расстёгиваю пуговицы одну за другой, пока парень не хватает меня за руку, останавливает.

— Пошла вон, — гаркает он резко, отчего я вздрагиваю, но быстро прихожу в себя и избавляюсь от захвата. — Не трогай, я сказал.

— Котов, успокойся, или ты хочешь, чтобы тебя раздевал Филипп? — раздраженно говорю ему в ответ.

Макс, кажется, просыпается окончательно, прищуривается, осматривает меня своими пьяными глазёнками и снова их закрывает.

— Маришка? Солнышко… Это ты?

Опешила. Заморгала.

Солнышко, блин. Как ещё хватает наглости называть меня ласково, после того, что он учудил. Это я ещё не знаю, с какими девушками он был в клубе и что с ними делал. И честно… Знать вовсе не хочу.

Как только начинаю думать об этом, становится неприятно и больно.

— Я, — все же расстёгиваю последнюю пуговицу, делая это небрежно. — Привстань, пожалуйста.

Он подчиняется, позволяет мне снять рубашку. Начинаю рассматривать его плоский живот, особое внимание уделяю дорожке из темных волос, идущих вниз. Мое лицо так близко с его грудью, что я ощущаю его запах, чувствую жар его тела.

Снимать с него штаны точно не стану, тем более, когда вижу, что проснулся не только Макс, но и его товарищ. Сглатываю.

Не успеваю понять, каким образом Котов оказался так близко, его ладонь поглаживает мою щеку, поднимаю глаза и встречаюсь с его более осознанным взглядом.

Надеюсь, он не видел, как я смотрела в область его паха…

— Красивая. Ты самая красивая, — шепчет он, приближаясь ещё ближе ко мне.

Он же не удумал меня целовать?

— Сколько ты выпил, — отвожу взгляд, отстраняюсь.

Сердце бахает в рёбрах, в горле пересыхает.

Да что это такое. Почему догадываясь, что он был с другой, я все еще сижу тут.

— Недостаточно, чтобы не думать о тебе… — горько усмехается.

Когда он начинает двигаться, то первое о чем я думаю это, то, что он собрался меня поцеловать, но совсем неожиданно Макс укладывает голову мне на колени, обхватывая руками.

Я шокирована и сижу не двигаясь. Почти не дышу. Я была так зла на него весь день. Думала, что смогу игнорировать его и дальше. Невыносимый, гулящий мерзавец. Он сопит на моих ногах, и я чувствую, как злость медленно отступает.

Позволяю себе несколько минут так посидеть, погладить его по голове, полюбоваться его наглым лицом.

Завтра и виду не подам, про то, что чувствую в данный момент, припомню себе кто он такой и обещаю, что буду вести себя холодно.

Да, так и сделаю.

Но черт, какие же приятные на ощупь его волосы, трогала бы и трогала…

— Какая же ты сволочь, Котов, — тихо шепчу я.

Улыбается — значит не спит. Слышит, что я сказала. Он сильней обнимает меня за талию, располагается поудобнее.

— Я твоя сволочь.

Глава 37

То, что происходит со мной в последнее время, просто не укладывается в голове. Мои эмоции рядом с Максом похожи на американские горки. Мои чувства оголены как никогда, а мысли спутаны. Я хочу поддаться этим чувствам, но что-то меня останавливает.

Раньше мне удавалось держать все это под контролем, но теперь с каждым днём становится все сложнее. И беги не беги, парень, как ураган, врывается в мое сердце, разрушая воздвигнутые мной стены.

После ночных приключений я проснулась раньше всех, приготовила покушать, накормила брата и его девушку, поела сама. А Котов все еще спит.

Конечно, тусоваться до пяти утра…

Пытаюсь отвлечься, пока споласкиваю грязную посуду, но это не помогает, я все так же нервничаю. Это все из-за Риты, которая не отстаёт с расспросами.

— Скажи, ты хоть поспала? — на кухне появляется Филипп и кладет тарелку в раковину, тем самым немного разряжает атмосферу.

Как ни странно, чувствую себя достаточно сносно, даже несмотря на то, что поспала всего около четырёх часов.

— А что, выгляжу неважно? — хмыкаю, пытаясь расслаблено улыбнуться.

— Конечно, нет, ты выглядишь как обычно слишком бодро, несмотря на бессонную ночь. Не то, что некоторые, — он смотрит в сторону входной двери на кухню… Я напрягаюсь, потому что слышу тяжелые шаги.

— С добрым утром, алкаш, — энергично произносит брат.

А вот мне отчего-то боязно поворачиваться и встречаться взглядом с Максом, но раковина уже опустела, поэтому деваться некуда, приходится делать вид, что со мной все нормально.

Ставлю чайник, стараясь не смотреть на Котова, но взгляд так и тянется к нему, а воспоминания подкидывают картинки прошедшей ночи. Его руки, слова, пьяная, довольная улыбка…

Так и просидела бы с ним до того момента, пока он не заснул, но как только попыталась уйти, он с большей силой сдавил меня в своих медвежьих объятиях, высвободиться из которых оказалось весьма непростой задачей. Да и не особо хотелось, но я заставила себя это сделать.

Не хватало еще, чтобы брат увидел нас в одной кровати в обнимку.

Когда я краем глаза замечаю Макса, от неожиданности полотенце выпадает у меня из рук. Он стоит у входа, но необычно то, что по пояс голый. Мокрый, только после душа.

Волосы падают ему на глаза, и он проводит по голове ладонью, зачесывая их назад. Но самое смущающее — это его заинтересованный, прощупывающий взгляд, обращенный, разумеется, на меня.

Вроде одета вполне прилично (в шорты и топ), но начинаю чувствовать себя неуютно, словно стою перед ним голышом.

Вижу, как он поглядывает на грудь, а потом на открытый животик и ноги.

В момент щеки начинают гореть.

— Завидуешь, Рязанов? — показывает он свою белозубую улыбку. — Ты всегда можешь выползти из-под каблука и оторваться с нами, как раньше.

— Нет, спасибо, мне под каблуком вполне комфортно, — закатывает глаза Фил, быстро целуя свою любимую девушку. — Я своё уже отгулял. И тебе советую остепениться.

— Башка раскалывается, дай лучше таблетку, — отвечает ему Макс с насмешкой, а потом с важным видом усаживается за стол, принимая расслабленную позу.

Рита, злобно посматривая на Макса, достает аптечку и выдаёт нахалу нужную таблетку. Я, чтобы не стоять на одном месте, наливаю воду в стакан и ставлю его рядом с ним. Чувствую, как легким касанием он проводит рукой по моему бедру, от чего мои ноги молниеносно покрываются мурашками.

Вот же гад. И совсем не думает о том, что мой брат может увидеть, а Рита и вовсе с нас глаз не сводит. Мне так неловко перед ней.

Отхожу подальше, потому что не хочу никаких разборок. Не хочу, чтобы брат думал, что у нас что-то есть.

Не признаваться ему кажется неправильным.

— Ты бы оделся, тут две девушки, — говорит Фил, допивая свой кофе. — Твоих шмоток в этом доме больше, чем моих.

— Что они там не видели, я же в штанах, а не голый, — не пасует Котов. Опять смотрит на меня, будто проверяя реакцию. — Чем так пахнет? Я голодный, как зверь.

— Суп, — отвечаю заторможено, наблюдая за тем, как он гладит свой живот.

Я пытаюсь абстрагироваться от похотливых мыслей, но они, заразы, так и лезут в голову.

— С мясом? — заведено спрашивает парень. — Для меня там осталось же?

Макс как-то резко поднимается со своего места, делает уверенные шаги в мою сторону и я даже думаю, что он прямо здесь меня схватит, начнет приставать, целовать и всякое такое… Но он всего лишь берет тарелку с полки над моей головой и передаёт ее мне в ожидании еды.

Фух… Что-то я разнервничалась, даже слегка вспотела.

Он опустошает одну большую тарелку, а за ней и добавку. Мне приятно видеть то, что ему нравится моя стряпня, но меня уж очень сильно нервируют эти его гляделки.

Допив свой кофе, я решаю пойти к себе в комнату, но не успеваю. Макс кладет руку мне на колено под столом.

— Рит, тебе не нужно собираться? Или помочь своему парню?

Вот это наглость… Поджимаю ноги и пытаюсь избавится от его руки.

Рита видит все, что происходит, а я готова уже прибить эту нагую сволочь.

— Котов, ты сама бестактность, — фыркает Рита, выходя из-за стола. — Не обижай мне сестрёнку.

Предательница! Хотя у них скоро вылет, они собрались навестить ее родственников на выходных.

Когда мы остаёмся наедине, я смотрю куда угодно, но только не на него.

Черт, как же это тяжело.

Дёргано встаю с места, убираю кружки, чувствую, как парень подходит сзади и кладет руки мне на талию. Ощущая горячее дыхание на макушке, судорожно вздыхаю.

— Мариш, ты почему ушла ночью? Я тебя чем-то обидел? — возбужденно спрашивает он, проводя тёплыми пальцами по пояснице. — Мало что помню, если приставал, то прости.

Значит, не помнит о том, что говорил? Впрочем, я не удивлена.

— Нет, ты вел себя нормально, — заканчиваю прибираться на кухне и нахожу в себе силы повернуться и посмотреть в его бесстыжие глаза. — Я ушла, потому что не собиралась ночевать с тобой в одной комнате.

— Обидно, однако, — морщится он, не обрадовавшись моим словам.

— Как погулял? — спрашиваю ехидно, но видя его свежие ссадины, тяжело сглатываю.

— Без тебя, так себе…

Макс отходит и снова садится за стол, потирая припухшее лицо.

— У тебя кровь на губе. И на руках, — подмечаю, видя, что некоторые раны открылись. — Не могу на это смотреть, давай обработаю.

Вот же, блин. Нужно было уходить, а я строю из себя мать Терезу. Но уже лезу в аптечку и достаю все необходимое. Иногда мне приходилось обрабатывать раны Фила: он тоже часто травмируется на тренировках.

В общем, опыт имеется.

— Я вчера неудачно упал, — подставляет своё побитое лицо, чтобы я смогла помочь ему.

Когда я встаю между его раздвинутых ног, он сразу же располагает свои руки на моей пятой точке.

— И оказался в участке, — фыркаю я и дёргаюсь. — Котов, руки держи при себе, если не хочешь, чтобы я сделала тебе больно.

Но мой предупреждающий тон никак не останавливает его. Он лишь усмехается.

— Солнце, не могу удержаться, твоя попа так и манит.

И словно в подтверждении слов, парень начинает ее мять, притягивая ещё ближе. Я чуть ли не падаю ему на грудь.

Застываю на месте и смотрю в его блестящие глаза, на то, как он приближается почти вплотную, чтобы поцеловать, но успеваю увернуться, и его губы проскальзывают по моей щеке.

— Стой, — кладу руку на его грудь и слегка отталкиваю. — Не делай этого.

Дыхание становится учащенным. Я мельком смотрю на его порочные губы, далее вниз на хорошо развитый торс и в область напряжённого паха.

Вот это я попала.

Глава 38

— Почему? — произносит тихо, не отрывая взгляда от моих губ, словно нацеливаясь.

И снова пытается поцеловать, сжимая в руках все крепче и крепче.

— Ты был вчера с девушками?

Этот вопрос выбивает его из колеи, он резко оставляет свои попытки и отводит взгляд, не желая сознаваться.

Неужели ощущает вину?

— Причем тут это… — ведёт он плечами, быстро придав лицу невозмутимый вид.

Я закипаю. Без стеснения хватаю его за подбородок. Жестко сжимаю.

Не позволю играть со мной.

— Смотри в глаза, — приказываю ему строго. — Я хочу знать правду, потому что сначала, ты хочешь быть со мной, а потом… — сглатываю, подбирая слова. — А потом не можешь удержаться при виде первой короткой юбки.

— Ну, был, — кривится он, словно ему неприятна эта ситуация. А у меня сердце падает вниз. Я и без это все знала, но услышать подтверждение своим догадкам неприятно. Словно иголкой прямо в сердце. — Но это ничего для меня не означает. Я все так же за то, чтобы мы попробовали быть вместе. От своих слов не отказываюсь.

Какова цена его слов? Ответ один — она ничтожна. Но так хочется поверить, поддаться, попробовать.

Он не поменяется ради тебя, Рязанова, пойми уже это, наконец, и перестань смотреть на него, как на самого желанного парня на всей Земле. Перестань возвышать его до небес. Перестань постоянно думать о нем…

— Все понятно, — воспользовавшись тем, что он ослабил хватку, делаю два шага назад, собираю аптечку и выкидываю использованную вату.

Главное не подавать вида, что мне есть до него дело. Главное держать лицо. Как раз в этот момент мне на телефон громко приходит сообщение. Достаю его из кармана и читаю пожелание с добрым утром от Волкова. Уже привычная традиция.

— Что тебе понятно? — останавливает меня Макс, когда я решаю выйти из кухни и позвонить Косте, чтобы отвлечься. — Марин, не смей вот так уходить.

Он даже голос на меня повышает! Обнаглел окончательно и бесповоротно.

— Понятно, что ты не собираешься меняться, — говорю вполне спокойно, не теряя контроль.

Внутри все леденеет. То, что было ночью, медленно, но верно растворяется в том, как он себя ведёт, когда меня нет рядом.

Как я могу быть в нем уверена? Правильно. Никак. А я не из тех, кто будет терпеть измены.

Приходит ещё одно настойчивое сообщение.

— Кто тебе все пишет? — раздражается Макс, пытаясь вырвать телефон из моей руки. — Костя, да? Видимо мало он…

Не успевает договорить — в кухню решительно заходит Рита, словно поймав непослушных детей на драке, смотрит пронзительно и гневно, но больше на Котова, чем на меня.

— Ребят… Все нормально?

— Просто супер, — выдаёт грубо Макс, отпуская меня, но становится так, чтобы мне не хватило места улизнуть из комнаты.

— Ты же отвезёшь нас в аэропорт?

Я замечаю, что Котов начинает заводиться. Его бесит то, что ему помешали продолжать разборки. Бесит то, что мне кто-то пишет, а сам шляться он не брезгует.

— Буду готов через пятнадцать минут.

Рита снова уходит, оставляя меня с этим разгневанным придурком.

Просто замечательно.

— Дай пройти, — прищуриваюсь, в ожидании, когда он меня пропустит.

Ещё немного и я буду на него кричать — мое терпение тоже нежелезное.

— Если ты думаешь, что снова получится меня игнорировать, то боюсь, мне придется тебя огорчить, — его губы растягиваются в непривычной, злобной ухмылке. — Наплевательское отношение к себе я не позволю.

Он делает шаг в сторону, давая пройти, но когда я прохожу мимо него, то уверенно смотрю прямо в глаза, сжимаю руки в кулаки.

— Как и я, Максим. У меня тоже есть гордость.

Глава 39

С нервозностью и небольшой опаской смотрю по сторонам, надеясь на то, что Котова нет рядом.

С облегчением выдыхаю, когда не нахожу его автомобиль на том месте, куда он его обычно паркует, значит домой, он еще не приехал, а следовательно не помешает моему запланированному свиданию.

Цокая каблуками по тротуару, сильнее кутаюсь в свой пуховик, ветер пронизывает насквозь, а я ещё легко одета. Под пуховиком на мне только обтягивающее платье и капроновые колготки.

Нахожу взглядом знакомую машину и двигаюсь прямо к ней, правда, перед тем как сесть я на несколько секунд задумываюсь. Стоит ли, переводить наши дружеские отношения с Костей в более серьезные.

Собравшись с духом, сажусь в тёплый салон.

— Кость, что с твоим лицом?

На правой стороне лица парня красуется огромный фингал, а с другой стороны зашита бровь, костяшки сбиты… Значит подрался. Этого я никак не ожидала увидеть. Я не видела его в вузе, а на свидание он позвал меня по телефону и не рассказывал, что попал в передрягу.

Его вид меня сразу насторожил. Я, почему-то сразу подумала про Котова, что это сделал именно он, но чтобы знать точно Костя сам должен мне это сказать.

— Подрался, — с неохотой отвечает он, доставая с заднего сидения букет цветов. — Это тебе, кстати.

— Спасибо, — кладу цветы к себе на колени. — С кем подрался?

Волков выезжает на дорогу, игнорируя мой вопрос.

— Тут недалеко открыли новый модный ресторан, не против его посетить? Говорят у них лучшие устрицы.

Точно это сделал Максим, иначе бы Волков не стал бы так странно себя вести и уходить от ответа.

— Я хочу знать, что с тобой произошло, если Макс тебя избил…

— Так, стоп! — перебивает меня в момент. — Во-первых, он меня не избивал, мы малость повздорили, разнесли стол и нас выперли из клуба. Очень жаль, теперь я у них чёрном списке.

Вот теперь пазл складывается. Становится ясно, что именно произошло на прошлых выходных и почему Котов пришел побитый.

Упал он, ага.

Даже хорошо, что не сказал мне правду, я бы его лично прибила. Ну что за неугомонный, а?

— И вас повезли в участок, — прищуриваюсь, желая знать продолжение, потому что другой виновник происшествия не признается.

— Да, кто-то вызвал ментов, когда мы продолжили на улице, — закончив фразу, Костя поворачивается ко мне, смотрит более серьезно. — Ты мне скажи правду, вы вместе? Потому что я не собираюсь быть оленем, понимаешь?

Я решила дать Косте шанс, согласилась пойти на свидание, решила не зацикливаться на другом парне. Может Костя именно тот, кто поможет выкинуть из головы мою первую любовь. Очень на это надеюсь.

Но почему-то, когда я смотрю на Волкова, единственное чего хочется это обычного дружеского общения. Не больше. Внутри ничего не екает, не загорается.

А может это нормально и стоит только немного подождать?

Нужно хотя бы попробовать, никто же не говорит сразу прыгать в койку.

— Нет, — признаюсь. — Отношений у нас нет.

— А он сказал совсем другое, — горестно хмыкает парень, сильнее сжимая руль.

— Что же именно?

Мне должно быть все равно, но сердце в момент начало стучать чаще. Глупое сердце! Вот сидит шикарный парень, красивый, интеллигентный, а я переживаю о том, что сказал Макс.

Дура? Ещё какая…

— Ну, что ты его девушка, и чтобы я свалил, если хочу и дальше передвигаться на своих двоих, — шокирует он меня. — Хотя удивительно, ведь я видел его с другой девкой в этот вечер, и они даже уединялись. Если ты понимаешь, о чем я.

Прекрасно понимаю. И после этого он ещё пытался меня поцеловать. Приперся пьяный с объятиями.

У меня просто нет нормальных слов, одни сплошные проклятия в его адрес.

— Ужасно. Он, видимо, перепил…

Ему нет оправданий. Но Макс есть Макс — другого и ожидать не следовало.

— Да нет, он был вполне трезв, — хмурится Волков, слишком дёргано виляя автомобилем. — Все, давай этот вечер будет для нас и про нас, и мы не будем вспоминать о прошедшем недоразумении.

Соглашаюсь, дарю ему лёгкую улыбку пообещав не упоминать о другом. Костя привозит меня в прекрасный ресторан, ведет себя, как джентльмен, подает руку, когда я выхожу из машины, открывает дверь и пропускает меня вперёд. Учитывает мои желания, постоянно спрашивает комфортно ли мне. Не лезет, пошлых шуток не отпускает.

Но что-то все равно не так. Я чувствую между нами сквозящее напряжение. А его взгляд я пару раз ловила в области своей груди. Это меня естественно насторожило. Волков не кажется опасным, даже если учитывать его габариты, но меня пугает неизвестность. Я его совсем не знаю, даже несмотря на то, что мы и общались по переписке в течение полугода.

Сегодня вечером он сыпет комплиментами, расспрашивает обо всем подряд, пытается получить все мое внимание, но расслабиться окончательно я никак не могу.

Под конец вечера, я расстроилась от непонимания того, что со мной происходит. Обычно я очень общительная и лёгкая на подъем.

Когда Волков привёз меня домой, нервное напряжение достигло пика. Я увидела машину Котова на привычном месте, но внутри его не было.

Костя предложил проводить меня, но как оказалось не до подъезда, а прямо до двери квартиры.

— Не пригласишь на чай?

Догадываюсь, о каком чае он говорит. Достаю ключи из кармана так, чтобы не упал букет, мило улыбаюсь, чтобы он понял, что ничего не будет.

— Кость, я думаю, что ещё не…

— Давай я помогу, — не дав договорить, он забирает у меня ключи и открывает дверь, проходя внутрь квартиры.

— Если только на чай, — проговариваю, чтобы он не надеялся на большее.

— Конечно, — как-то хитро ухмыляется он.

Костя забирает у меня букет, помогает снять верхнюю одежду и избавляется от своей.

Я быстрым шагом иду на кухню и сразу ставлю чайник, понимая, что пить чай Костя как раз-таки не хочет. Доказательство этого я получаю, когда он обнимает меня сзади, мокрыми губами касается открытого плеча.

Поворачиваюсь к нему лицом, кладу руку на грудь, пытаюсь сдержать его напор.

— Извини, я не готова так сразу.

Я кажется вообще пока не готова… Пыталась, но не почувствовала с ним и доли того, что ощущаю с Котовым.

— Тебе давно есть восемнадцать, как это не готова? Девственница, да? Так это не проблема.

Все равно делаю шаг назад, показывая, что не хочу интима. Вижу, что парень начинает раздражаться. Это нехороший признак.

— Мне нечего сказать, — поджимаю губы, немного опасаюсь, что он может вспылить.

Он делает шаг на меня, почти загоняет в угол, смотрит не так, как раньше, более агрессивно, и вот здесь мне уже становится не по себе.

— Мы общались, я сводил тебя в ресторан, был мегавежлив, а ты меня отшиваешь? Я что похож на лоха?

— Нет, — киваю головой, упираясь ногами в диван. — Ты просто давишь… Я могу отдать деньги за еду.

— Они мне не нужны. Я, конечно, знал, что ты недотрога, но это уже перебор, тебе так не кажется? — грубо высказывается он. — Ты не похожа на скромницу, так что прекрати это наигранное стеснение.

Мне не нравится, куда идёт наш разговор и совсем не нравится, то, что он берет меня за плечи и притягивает к себе, чтобы поцеловать.

— Кость, я сказала — нет, — испуганно прикрикиваю я. Тело просто каменеет.

Он начинает смеяться. Громко так, на всю квартиру.

— Боишься меня? И правильно, мы здесь одни, — он гладит меня по волосам. — Я потратил на тебя слишком много времени и лучше бы тебе быть нормальной.

— Нормальной? — поднимаю на него глаза.

Парень настойчив, не думаю, что будет применять силу, но его давление, его слова… Не такого я ожидала. Зря я это все устроила. Нельзя обманывать человека и давать ложные надежды, вот во что это выливается.

Пока он подбирает слова, мы оба слышим, как кто-то громко хлопает входной дверью.

Мне становится легче.

— Ты кого-то ждёшь?

Нет. Не жду. Черт, я же не закрыла дверь! А если это…

— Макс?!

Меня словно молнией шарахает, когда он уверенно заходит в комнату, я отшатываюсь от Волкова, как от прокаженного.

Парень окидывает меня злым взглядом, быстро проходится по телу, переводит более жёсткий на Костю.

— Думаю тебе пора домой.

Глава 40

В комнате с каждой секундой становится все напряжённее. Искры так и летят со всех сторон. Я ощущаю себя загнанным в угол мышонком, среди двух опасных хищников, которые вот-вот подерутся за испуганную жертву.

Костя бросает на меня взгляд, ожидая моего решения. Я смотрю на него, однозначно уверенная в том, что он должен уйти, особенно после того, что наговорил мне.

Не задалось общение: глупо было надеется на то, что мне будет легко заменить одного парня другим. Наверно, Костя подумал, что этим вечером у нас случится сближение, хотя я не делала никаких намеков, не понимаю на что он надеялся.

Котов грозовой тучей стоит у входа, сложив руки на груди, давит своей тяжёлой энергетикой, сейчас на его лице нет привычной дерзкой ухмылки. Вид у него такой, словно он еле себя сдерживает, чтобы не накинуться на Волкова. Даже на ринге, он выглядит более доброжелательным, чем сейчас.

Подмечаю, что он, в чем был дома в том и пришел, ещё и мокрый после душа. Скорее всего недавно вернулся с тренировки.

Или решил освежиться после очередной девушки.

Эти мысли сбивают с толка и немного злят, потому что это может быть правдой, ведь за эти дни, он не искал со мной общения, хоть я и сама всячески его избегала.

— Марин? — подает голос Костя.

— Ты можешь остаться, — отвечаю ему, слыша как Макс протяжно и злобно вздыхает.

Мне отчего-то кажется, что с Волковым ещё можно договориться, а вот Котов, как вулкан, в любой момент может взорваться и все — пиши пропало.

Нужно решить эту задачу раньше, чем парни начнут размахивать кулаками. Вот только разборок сейчас мне не хватает. Одну они устроили на выходных. С этим ещё необходимо разобраться и поставить зачинщика на место.

— Хочешь посмотреть на то, как твой любовничек захлёбывается кровью? Я могу это устроить, — заявляет уверенно Котов, потирая подбородок, а в его глазах загорается больное предвкушение.

Он ничего не видел, зато выводы свои сделать успел. Как же раздражает!

Хотя у самого рыло-то в пушку.

— Максим! Перестань ему угрожать, — кидаю ему грозно, хотя на самом деле уверенности не ощущаю. — Перестань вести себя, как ревнивый муж. Мы только хотели попить чаю.

Абсурдность моих слов поражает не только меня, но и его, но сдаваться я не намерена, пусть даже руки вспотели, а живот скручивает от возникшего страха.

— Ты такая наивная? А меня на чаек почему не позвала? — усмехается он, голос его пропитан ехидством. — Куда записываться в очередь?

Да как он смеет такое мне говорить, и главное при посторонних людях. И правда ведёт себя так, словно я гулящая девица. На его лице я не вижу никакого понимания и рассудительности. Костя тоже выглядит раздражённым.

И главное, что делать мне с этими двумя мегакрутыми самцами?

— Котов, что ты хочешь от меня? — спрашиваю обречённо.

Парень приподнимает одну бровь. А в глазах так и читается: «много чего». Уходить он точно не собирается — не оставит меня с Костей. Впрочем я и сама хотела, чтобы тот ушёл, но точно не вот так, со скандалом.

Ещё и выставил меня не пойми кем…

— Я хочу, чтобы он свалил, но вижу, что ты этого не хочешь, — морщится он и подходит к Волкову. Становится напротив него, недовольно пробегает по тому взглядом. Даже мне становится страшно. Если они начнут драться — это будет трэш.

— Мы, кажется, уже разобрались с этим, ты сказал, что не будешь к нам лезть.

Они смотрят друг на друга около минуты, молчат, просто прожигают друг в друге дыры. В какой-то момент Волков отступает, а я тяжело сглатываю.

— Друг, ты определись, нужна она тебе или нет, — изрекает туманно, на что Макс сводит брови и быстро кидает на меня взгляд.

— Мне твои советы не нужны, — отходит в сторону, давая ему пройти. — Выход, думаю, найдёшь.

Я не особо понимаю что произошло. Ощущение, будто парни о чём-то договорились. Получается, Костя меня уступил, как какую-то вещь.

Прекрасно.

Вот значит, как я была ему нужна и интересна, он даже не попытался настоять на том, чтобы остаться, а вот Котов уверенно стоял на своём. Мне кажется, даже если бы Костя не покинул квартиру сам, то его оппонент сел бы на диван и с места не сдвинулся.

В этом их огромное отличие. И не знаю радоваться мне или печалиться, вроде от Кости избавилась, но теперь у меня возникла новая проблема: как дать понять Максиму, что ему здесь тоже не особо рады…

Внутри закипает злость. Потому что один в наглую зашёл в квартиру, а второй заявился, как к себе домой и права качает. Исходя из его логики, мне нельзя ни с кем встречаться по той причине, что он меня захотел.

Как только дверь хлопает, сообщая, что нежеланный гость ушёл, Котов активируется, находит глазами подаренный букет, хватает его небрежно и идет по направлению к балкону.

— Э, нет! Только попробуй, — встаю напротив него, не давая пройти дальше. — Не ты мне его дарил, чтобы так просто брать и выкидывать.

Забрать букет из его рук оказывается сложной задачей, а Макс, словно специально сжимает его все сильнее, от чего, он просто рассыпается по полу.

— Ты достойна куда более лучших цветов, а не этого пошарканного веника.

Я люблю цветы! А кто и что мне дарит, это не его чертово дело.

Боже, как же с ним сложно, почти невозможно вести диалог.

— Достойна, недостойна, но ты же их не купил, — упрекаю его.

— А ты будь со мной хоть немного поласковее, включи женскую хитрость и тогда я весь ларёк скуплю, мне не жалко. Ведёшь со мной себя так, словно я пустое место.

Я в шоковом состоянии смотрю на этого наглеца и понять не могу, что ему от меня нужно. Что за поведение такое. И взгляды эти колкие, обидчивые.

Вот серьезно, можно подумать, что мы и правда вместе, ведёт он себя очень необычно. Я прямо всем телом ощущаю, как он раздражён, замечаю, как сильно от ярости вспучились вены у него на шее.

— Зачем ты пришел? Поскандалить? Скучно стало, и ты решил достать меня, — толкаю его в грудь, потому что его поведение уже невыносимо. — Что, не нашёл никого на ночь? Хватку теряешь?

Я не хочу высказывать ему это, ведь этим даю понять, что во мне говорит ревность, но сдерживаться уже невозможно.

Смотрю ему в глаза и понимаю, что его никак не задевают мои слова — он пропускает все мимо ушей.

— Я пришел это остановить. Ты позвала его к себе!

— А разве не могла? Кто же мне запретит? Брат не против, — поднимаю руку вверх. — Обручального кольца на пальце я не наблюдаю, значит могу быть с тем, с кем хочу! И тебя это не должно волновать.

Вот интересно он устраивает мне сцену ревности, когда сам не пойми где шляется. Уму непостижимо.

Он все это серьезно? Если да, то не завидую себе, потому что понятия не имею, как поставить этого гада на место.

Черт, я его даже выгнать его не смогу. Силёнок у меня не хватит справиться с этим гигантом, а ведь его прибить мало за то, как он себя ведет.

— А меня это волнует! Придушить гадину знаешь, как хочу… — рычит он, наклоняясь так, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Это месть, да? Из-за того, что я по бабам ходил? Так это все было до!

— Какая месть? Ты не в себе. Читай по губам, — ещё раз ударяю хорошенько по твёрдой, как сталь, груди. — МНЕ ВСЕ РАВНО. Фиолетово. Пофиг. По барабану!

Я срываюсь. Не могу контролировать свой крик, меня начинает трясти от бушующих внутри эмоций.

— Не говори так… Не нужно.

Макс хватает меня за руки, встряхивает пару раз, но даже это мне не помогает.

— Уходи, Котов, и не смей сюда заявляться, — кричу я, и изо всех сил отталкиваю его.

Ненавижу, блин. Приперся. Пусть валит к своим девкам.

— Все же пошла с ним на свидание, — хмыкает он, даже улыбается, только это похоже на звериный оскал. Проходится взглядом по квартире. — И что, было у вас, или ещё не успели? Может ты хотела дать ему на этом диване, напротив окна с распахнутыми шторами. Хотела, чтобы я все видел? — с каждым словом его голос срывается на крик. — Хочешь, чтобы я сорвался? Поздравляю, ты добилась своего! Я ахренеть в каком гневе.

В подтверждении своих слов он совсем неожиданно скидывает лекционные тетради со столика, стоящего рядом с ним.

Я должна была испугаться, но в такой ситуации страх — это меньшее, что я испытываю.

Я знаю, что он не причинит мне никакого вреда. Видела его в разных состояниях, может, поэтому постоянно спорю с ним, чувствуя, что могу сказать все что угодно.

Хочу, чтобы ему тоже было неприятно, а мои слова его задевают, ведь он так остро реагирует на них.

— Я об этом не думала. Я о тебе вообще не думаю. И, по сути, тебе должно быть все равно, как и мне, — говорю уже более спокойно, хотя внутри все так же трясет. — Беги к своим многочисленным поклонницам, а меня оставь в покое!

Неожиданно для меня, он разворачивается и уходит, хлопая дверью так сильно, что я дёргаюсь от испуга. Как в тумане начинаю собирать тетради, ничего не вижу перед собой.

Не успеваю ничего сообразить, как Макс залетает обратно.

— Заебало все!

Глава 41

— Что ты…

Не успеваю договорить, как Макс ураганом подлетает ко мне и резко поднимает вверх, придерживая за попу так, что наши лица оказываются друг напротив друга.

Я так удивлена, что не могу сообразить, в чем дело. Не успеваю пискнуть, как его жёсткие губы вгрызаются в мои.

Меня пробирает крупная дрожь, пальцы рук немеют, а губы открываются сами по себе. Хватаюсь за его плечи и царапаю, ощущая необычайное томление в животе, словно сотни бабочек танцуют под музыку любви и стук моего сердца.

— Какая же ты стерва… — хрипло цедит он, всего на мгновение оторвавшись, чтобы набрать в легкие побольше воздуха.

Он не даёт ничего ответить и снова проникает языком в мой рот, орудуя, там как ему вздумается. Хватает за бедра и заставляет обхватить ногами его талию, что я и делаю.

Некоторое время я пытаюсь противиться, мычу ему в рот, брыкаюсь, но он настолько настойчив, что все мои попытки кажутся ничтожными. Словно мышонок попался в лапы дикого, голодного зверя и выбраться нет ни единого шанса. Поиграет и съест.

Голова начинает кружиться. Меня штормит так, что я не могу с собой совладать, не могу понять, где я и кто я. Что вообще происходит, почему все это мне так нравится. Тормоза слетели не только у Котова, но и у меня.

Всепоглощающий, неописуемый голод вырвался наружу. Мы, как давние любовники, которые долгие годы были в разлуке и, встретившись снова, схлестнулись в урагане страсти.

Кусаю его за губы, желая сделать так же больно как и он мне, показать, что я тоже в гневе на него. В этот поцелуй вложены все чувства, что были скрыты столько времени, эмоции взрываются, оглушают и подчиняют. Руки уже в его отросших волосах, притягивают ближе.

Боже, так приятно, так необычно, быть в его руках и получать больное удовольствие, откинув все предрассудки и обиды куда подальше. Просто наслаждаться этим мгновением… Ещё немного и я остановлюсь.

Смогу же?

Я прихожу в себя только, когда он кладет меня на кровать… Кровать? Да, он уже перенес меня в мою комнату. Я даже не заметила этого, настолько была поглощена процессом.

Свет он не включает, но из-за того, что шторы открыты, как и дверь, я прекрасно его вижу. Вижу, как он стягивает с себя майку и небрежно кидает на пол, показывая себя во всей красе.

Его шикарное тело заслуживает особых похвал. Высокий, как скала, подтянутый, опутанный паутиной выпуклых вен, на его точеных формах нет ни капли лишнего жира. Шикарный, натренированный годами пресс. Небольшая дорожка волос, что теряется в штанах, из-под пояса которых высовывается темная головка члена. Удивляет меня своей величиной.

Все идеально. Как в моих эротичных мечтах.

Сжимаю ноги вместе, потому что меня крайне смущает его не менее голодный взгляд, которым он проходится по всему моему телу. Облизывается, как животное, от чего у меня между ножек пульсирует.

Отползаю выше, но Котов хватает меня за щиколотку и притягивает обратно, хитро улыбаясь.

Попалась, и бежать некуда, догонит, растерзает.

— Максим, что ты собираешься делать… — сиплю я от волнения и страха одновременно.

Я не готова… Или готова? Мое тело радо принять его, оно желает, наконец, ощутить удовольствие, но вот голос в голове так и нашёптывает, что это очень плохая идея.

В мозгу так и свербит: я буду жалеть.

Он снова разобьёт мое сердце…

А пусть!

Нет, нет… Так нельзя, это все неправильно.

— Разве не понятно, — с этими словами он оказывается на мне, смотря жадно прямо в глаза.

Его рука ласкает бедро, поднимая платье выше, он быстренько стягивает с меня колготки и проходится по каемке трусиков. А я, как оголенный нерв, дёргаюсь в его умелых руках, дрожу и всхлипываю, пока он вырисовывает узоры на моей очень чувствительной коже.

Он хочет секса и он не отступится, а я не смогу ему противиться из-за того, что тело реагирует слишком остро, из-за того, что в глубине души, я этого безмерно хотела долгое время.

Я прекрасно понимаю, что ничего хорошего не выйдет, но смотря на его немного покрасневшие губы из-за поцелуев, в его темно-синие глаза, на то, как он смотрит в ответ, я загораюсь как никогда раньше.

Хочу головой вниз, вместе с ним, скинуться с этого обрыва страсти. Хочу его прикосновений, хочу видеть, как он с такой же силой желает меня.

Только с ним вот так. А ему какого? Для него я такая же, как и все?

— Я для тебя, как вещь? — мучающий меня вопрос слетает с губ раньше, чем я могу подумать.

Одноразовый секс. Это грустно. Очень… В то время как я ощущаю гораздо больше. Он моя мечта, моя первая любовь и стоило бы это все отпустить… Но так не хочется продолжать мучить себя, думать о нем.

А вдруг все пройдёт? Да и я достаточно взрослая, чтобы принять такое решение.

— Ты моя Марина, не его, — шепчет он, наклоняясь ещё ниже. — Только моя.

Для меня этого недостаточно, но и ждать от него признаний слишком наивно.

Максим медленно снимает с меня нижнее белье, поднимает платье вверх, а у меня сердце готово вырваться из груди.

Я забываю, как дышать, когда он медленно опускает штаны, показывая мне, что трусов на нем нет. Он ведёт рукой по своему напряжённому, красивому, ровному члену. Я не могу оторвать взгляда. Большой, даже слишком…

Я все ещё помню как…

— Не стоит, — останавливаю его, когда он с поцелуями начинает опускаться ниже, чтобы поцеловать меня прямо между ног. — Прости, но нет.

К таким ласкам я не готова, это слишком смущает, я этого не выдержу.

— Я тебя понял, — хмыкает он, хотя взгляд его выражает крайнее недовольство и даже укол обиды.

Я все ещё могу передумать.

Ну же скажи ему «нет»! С Волковым думать не нужно было, а тут, как язык проглотила.

Макс словно слышит мои мысли, накидывается с жарким поцелуем, который длится, кажется, целую вечность.

Его руки буквально везде, где только можно. Они лапают, сжимают, ласкают каждый участок тела, до которого он может дотянуться.

— Маришка, ты такая красивая, слов нет…

В один момент я оказываюсь на нем, он принимает сидячее положение, зарываясь одной рукой в мои волосы, второй держит за талию, ни на секунду не прекращая целовать, отрывается лишь на мгновение, когда решает стянуть платье, из-за которого мне уже давно трудно дышать.

Кожа к коже. Моя холодная и его огненно-горячая. От лёгких прикосновений я покрываюсь сотнями мурашек. Из горла выходят неконтролируемые стоны, а когда его член оказывается между моих ног, я напрягаюсь. Но Максим не даёт передумать, слегка толкается, отрывается от губ и перемещается к шее.

— Ох, блять, — кусает он меня, когда оказывается внутри. Далеко не полностью и даже не наполовину. — Как же хорошо…

Я ощущаю дискомфорт, небольшую боль от проникновения, но стараюсь привыкнуть к его размеру, хотя это крайне тяжело, меня словно пронзает железная кочерга.

Я ощущаю каждую его вену, сжимаюсь, от чего он начинает тяжело хрипеть мне в ухо.

— Если ты не расслабишься, я кончу, — впивается пальцами в рёбра, останавливая меня. — Малыш, прошу, перестань меня сжимать, я же серьезно…

Пытаюсь сделать, как он просит, выравниваю дыхание, ощущая его головку в себе. Медленно опускаюсь на пару сантиметров вниз.

Он дрожит вместе со мной, покрывается потом, каждое его движение аккуратно. он держит меня в руках, помогая раскачиваться, настолько трепетно и нежно, что я не могу поверить, что с ним это возможно.

Я знаю, что в сексе он грубый, несдержанный и никак, но не могла и предположить, что он будет думать обо мне. Каждое движение плавное, каждое касание возвышает до неописуемого удовольствия, а поцелуи сводят с ума, покоряют навсегда.

Но долго наслаждаться нежностью он не даёт, переворачивает меня на спину, его движения становится резче, в глазах читается такой жар, что мне стоило бы испугаться, но я подаюсь ему навстречу.

Когда он проникает слишком глубоко, я вскрикиваю, и он останавливается, с его виска стекает капля.

— Я не смогу так долго держаться… — говорит он немного с болью в голосе. — Можно мне пожёстче?

— Продолжай… — шепчу я, обнимаю его за плечи и притягиваю к себе.

Так легче, потому что я не могу смотреть в его глубокие глаза, мне даже стыдно, что я позволяю все это делать с собой и в тоже время мне слишком хорошо, чтобы остановить это.

Это неправильно… Неправильно.

— Спасибо, если будет больно, останавливай меня.

Крепче обхватываю его талию ногами, царапаю его спину и целую в шею, от чего он начинает шипеть и входить намного резче, с такой силой, что мне кажется, желает вбить меня в матрас.

Я слышу, как сильно бьется кровать об стену, Максим просто перестаёт себя контролировать, звереет в момент.

От его скорости у меня в животе скручивает, а когда он просовывает, между нами руку и ласкает меня, то я вовсе теряюсь в пространстве и времени. И это длится и длится, мучительно долго и так мало, что не хочется, чтобы он когда-нибудь останавливался.

Это так прекрасно, что слёзы текут по щекам, когда я ощущаю приход экстаза. Все словно в тумане, мое тело вздрагивает, как и его. Мы оба взрываемся, потом я чувствую, как его член напрягается ещё больше, как он начинает пульсировать, а после, он резко вытаскивает его и горячие капли вырываются на мой живот.

Максим опускается на меня, придерживая на одной руке вес своего тела, а я глажу его по мокрой спине, продолжая тихо, незаметно плакать. Не понимая от счастья или от неизвестности.

Глава 42

До меня медленно доходит осознание произошедшего и вместе с этим появляется шок.

Мы с Максом переспали, несмотря на то, что тысячу раз обещала себе, что не подпущу его к своему телу, чтобы он не сделал. Не буду его одноразовой девкой, каких было у него навалом.

А в итоге мы лежим в одной постели, после умопомрачительного секса, о котором я и мечтать не могла. Это было восхитительно! Ни с чем несравнимые ощущения!

Что я натворила… Стыд накрывает дикий и бесконечная череда сомнений проносятся в моей голове. Страшно представить, что будет дальше. Что мне ему сказать, как себя вести. Я впервые в такой растерянности.

Меня накрывает, ком встаёт в горле, хотя тело, получившее желаемое, хочет расслабиться. Сходить в душ, после залезть под одеяло и крепко заснуть.

Я такая жалкая. Особенно мне становится больно в тот момент, когда Макс слезает с меня и встаёт с кровати. Сердце падает вниз.

Думаю, он хочет уйти, а я уже готова проклянуть этот вечер, но он достает из штанов пачку сигарет и садится обратно на кровать. Прикуривает, сидя ко мне спиной. Напрягается, выпуская дым.

О чем он думает? Жалеет о содеянном?

Поздно, это уже случилось. А может, обдумывает, что сказать в оправдание? Как от меня отвязаться без скандала.

Он может не переживать: своему брату я ни слова не скажу. У него не будет никаких с этим проблем.

Я сама этого захотела, поддалась ему, оступилась. Да, я хотела почувствовать себя желанной девушкой! Его вины тут нет, он хотел секса, а я хотела его — каждый получил своё.

Только почему так тяжело на душе…

Котов докуривает, но продолжает сидеть неподвижно. Его что-то гложет, иначе, как понять то, что он не реагирует, даже когда я приближаюсь и касаюсь его твёрдой спины?

Реакции ноль. Меня начинает это пугать.

— Максим? — отодвигаюсь дальше, желая скрыться, закутываюсь в одеяло до подбородка. — Что-то случилось?

Молчит, и я начинаю не на шутку волноваться. Лучше бы он ушёл, ничего не сказав, чем вести себя вот так…

Я сделала что-то неправильно?

Прикусываю губу, тяжело вздыхаю. Нет, дело не может быть во мне, я же видела, что ему все понравилось, такое было не скрыть.

— И сколько парней у тебя было до меня? — все же подает он немного хриплый голос, что волной проходится по моему телу.

Сначала я даже не понимаю, о чем он спрашивает. В ушах появляется звон и страх плотно заковывает тело.

— Не поняла…

— Ну, ты не девственница и хорошо знаешь, что нужно делать, чтобы свести мужика с ума, — все же поворачивается ко мне и как-то горестно усмехается. — Ты слишком хороша в сексе.

То, что я вижу в его глазах, мне совсем не нравится: недовольство вперемешку со злостью. Его скулы сжимаются. на лбу и появляется глубокая морщина, делая его лицо грозным.

Его слова проходятся тупым ножом. Мне хочется закричать на него, все объяснить, только он не поймёт или не поверит. Потому что в это и, правда, сложно поверить.

Между нами снова вырастает непробиваемая стена, и сладость недавней близости стремительно растворяется.

Ну а чего ты ожидала, Марин? Что он падет перед тобой ниц? Признается в том, что всегда любил? Да и вообще то, что он задал именно этот вопрос, меня очень поражает. Чушь несусветная.

Я прихожу в себя. Скидываю одеяло, даже не забочусь о том, что из вещей на мне ничего нет. Следую к шкафу и накидываю на себя первый попавшийся халат, со злобой завязываю пояс. Складываю руки на груди.

Макс не сводит с меня взгляда. Сглатывает, смотрит на мое тело, словно ему было мало и он не против ещё одного раунда, но после его слов, мне хочется лишь одного, чтобы он поскорее ушёл.

— А сколько у тебя было, Максим? Сотня, две? — язвлю я, хотя ругаться это последнее, чего я хотела. — Я такая дура…

Бешусь. Так и хочется кинуть в него что-то тяжелое, испортить его наглое лицо.

Вот почему с ним так сложно? Он в момент выводит меня на эмоции.

— Я мужик, для нас ебля мало что значит.

Смешно, вот правда. И горько.

— Хорошее оправдание обычной неразборчивости в половых связях, — морщусь в отвращении. — Так сколько?

— Это так важно? — готовит он, вставая с кровати.

Кидаю взгляд на его член, подмечаю, что он снова готов к приключениям.

Какая же он сволочь! Ему даже не мешает то, что мы опять ссоримся. Похотливое животное.

— Ты же задал мне аналогичный вопрос. И да, это важно, — приподнимаю подбородок. — Мне противно.

Макс опешил, замер на месте, обдумывая мои слова. После он поднял голову и посмотрел на меня по-новому, от чего мне резко захотелось прикусить язык. Обижать его в ответ мне не хотелось — само вырвалось.

— И ты переспала со мной, — взъерошивает он со злобой волосы. — Зашибись, Марин.

— То, что между нами произошло — ошибка. Повторения не будет, — говорю с тяжестью на сердце. — Можешь уходить.

Сглатываю горечь, не зная, куда деть свои глаза. Так и чувствую, что сейчас ещё немного и у меня начнется истерика.

Держись, только держись…

— А знаешь, я с радостью уйду, не забудь смыть с себя мою грязь.

Он начинает одеваться, причем делает это резко. Издает смешок, смотрит в мою сторону, бурчит себе под нос о том, как я невыносимая.

— Ты получил, что хотел, — тихо говорю я, еле сдерживая разочарование.

Прошло два года, а я так и не научилась себя сдерживать, думать головой, а не глупым органом в груди.

Макс останавливается у двери, оборачивается, оглядывает мое лицо, словно ища что-то в нем, но я всем видом показываю, что я в норме и мне все равно.

— Я хотел не только этого, — говорит он уже более спокойно и уходит, оставляя меня одну переваривать случившиеся.

Теперь мне кажется, что это точно конец. Между нами все закончилось, так и не начавшись. И в этом виноваты мы оба.

Глава 43

— Лиз, это плохая идея, Артём он… — оглядываюсь по сторонам, отыскивая возможную опасность. Паранойю, в общем. — Я думаю, он будет в бешенстве.

Да что там, думаю, я в этом уверена. Мне кажется, моя лучшая подруга решила разозлить своего сводного брата, а по совместительству друга Котова, приняв приглашение от малознакомого парня провести этот вечер в ресторане. И вдобавок, хочет втянуть в эту авантюру не только меня, но и ещё одну нашу знакомую.

Я, конечно, девушка свободная и вольна делать все что мне хочется, но инстинктивно ощущаю, что это плохая затея. Я об этом подумала ещё, когда Артём кричал Лизе в трубку, чтобы она даже не думала никуда идти. В ответ та просто бросила трубку.

Поражаюсь ее выдержке, мне бы так легко реагировать на такие жёсткие нападки.

Говоря откровенно, идти я никуда не хотела. Настроение совсем не подходящее для новых знакомств, а голова и вовсе забита бесконечной вереницей тяжелых раздумий.

В общем, серость, раздумья, депрессия.

Совсем недавно закончились зимние каникулы, которые так и не помогли мне развеяться.

Мы в полном составе нашей небольшой семьи, а именно в лице мамы, Фила и его девушки, отправились не в тёплые страны, как обычно, а на горнолыжный курорт.

В любое другое время я была бы на седьмом небе от счастья, потому что эту поездку мы планировали очень давно, однако никак не решались, но сейчас, после того, что произошло между мной и Максом… Я думать ни о чем другом не могла, не то чтобы развлекаться.

В итоге отлеживалась в отеле все время, сославшись на плохое самочувствие, пока родственники отрывались по полной программе.

На меня это было совсем не похоже. Мое настроение было меланхоличное, резко пропали все силы, хотелось только слушать музыку, слоняться без цели по комнате или спать. Чем, в основном, я и занималась все две недели отдыха. Сначала меня все донимали расспросами, но я сумела убедить всех, что просто не в настроении.

С Максимом я принципиально не общалась, затаив огромную обиду, я как истинная представительница женского пола, взращивала ее, как могла, чтобы в будущем не допускать тех же ошибок.

Хотя Котов-зараза, постоянно названивал, а стоило мне внести его в чёрный список, так он стал терроризировать Риту, доставая ее бесконечными вопросами на тему, что со мной происходит.

Я попросила ее ничего не рассказывать Филиппу, так как со мной не случилось ничего страшного, просто я порой поражаюсь своей наивности и тупости. Это же надо было — переспать с Котовым! Не перестаю себя за это ругать. Все мои обещания самой себе превратились в пыль. Ещё вдобавок получила обвинение в своей распущенности.

Как он мог такое сказать! Разве я заслужила…

Никогда бы не подумала, что хороша в сексе, потому что я им не занимаюсь, не считая конечно того единичного случая.

Я просто была собой, отдавала свои эмоции, делала то, что мне нравится, подстраиваясь под него, как в парных танцах, я думала, что мы нашли контакт, а Макс взял и плюнул прямо в раскрытую душу.

Фу, блин, скотина! Чем больше об этом думаю, тем больше на него злюсь.

Пытаюсь вразумить подругу, но она ни в какую. Прет, как танк, тащит меня в машину к своему знакомому и мы, перекинувшись парой слов, трогаемся с места. И как раз в этот момент я замечаю, как на стоянку вуза с ревом заезжает знакомый спортивный Мерседес.

Сердце уходит в пятки.

Котов собственной персоной. Из-за того, что у Игоря не тонированная машина нас прекрасно видно. Когда мы встречаемся взглядами, то перед глазами проносятся картинки того вечера, от чего мое лицо начинает гореть, но как хорошо, что мы быстро проезжаем мимо него.

Лизе названивает Артём, но она не отвечает и я уверена, что за это он устроит ей весёлый вечер.

Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять: Котов едет следом за нами, а я просто пытаюсь расслабиться и собраться с силами для очередной ссоры. В том, что она произойдет, нет никаких сомнений.

Когда машина останавливается у ресторана, и мы все вместе выходим, я так и ощущаю взгляд на себе. Не могу удержаться и оборачиваюсь. Моя интуиция меня не подвела.

Макс бросает машину и выходит с таким недовольным и агрессивным видом, что хочется сбежать. Спрятаться, чтобы никогда не нашёл.

Думаю, мне только кажется, но вроде как, он стал ещё больше. За пару недель-то? Его вид кричит об угрозе, злоба, исходящая от него, угнетает, настрой у него явно недружелюбный. Он подходит ближе. Я могу рассмотреть его лицо, а именно новые ссадины и острый, как лезвие бритвы, взгляд.

— Привет, — решаю начать разговор первой.

Замечаю, как моя подруга уже упорхнула внутрь заведения, а мы остались стоять на улице.

— Артём вам сказал ждать меня, почему вы сели к какому-то чёрту в машину и уехали? — резко спрашивает он, сжимая недовольно челюсть.

— Спроси это у Лизы, — жму безразлично плечами, хотя внутри все кипит и возгорается.

— У тебя своей головы нет на плечах?

Удивляюсь его претензиями. Откуда столько агрессии в моей адрес, я не понимаю. Что ему вообще от меня нужно?

— Слушай, я, наверно, пойду, — говорю, поджав плотно губы, и делаю шаг назад.

Но Котов неожиданно берет меня за локоть и удерживает на месте, не дав улизнуть.

— Этот Игорь трется не в лучших компаниях, — кивает головой в сторону здания, имея в виду приятеля Лизы. — Артём уже едет забирать твою подругу. И я тебя туда не пущу, можешь даже не надеется.

Вот это заявление. Поражаюсь его самоуверенным заявлениям и тому с какой легкостью он решает за меня, что мне делать. Обнаглел в конец.

— Что за замашки такие? — спрашиваю я недовольно.

Кутаюсь в пуховик, когда поднимается ветер. Сегодня очень холодно. Вон у Макса щеки и нос уже покраснели. Он впрочем, замечает, что я начинаю дрожать и пытается приобнять, чего я естественно не позволяю, удерживаю парня на расстоянии.

— Ты замёрзла, пойдём в машину, — не отстаёт он и, улучив момент, хватает за талию и тянет меня в ту сторону, где припарковался.

— Я лучше пойду к подругам, — упираюсь я изо всех сил.

Не могу же вот так всех кинуть, тем более, когда Максим сказал, что спутник Лизы не так прост.

Максим сдаётся и уже не пытается утащить, как маньяк, меня к себе в машину, только хмыкает и смотрит с неким раздражением.

— Ладно, мы можем стоять здесь, сколько тебе влезет.

И мы стоим, друг напротив друга, в ожидании, когда приедет Артём. Долго ждать не приходится: через мгновение его друг с визгом шин влетает на парковку, и быстро поздоровавшись с нами, следует внутрь здания.

— Давай, ты вся продрогла. Поехали, — приглашает он жестом, но я продолжаю стоять на месте. — Марин, я же могу и силой запихать тебя в машину.

— Только попробуй, — заявляю я.

— Нам нужно поговорить.

Не понимаю о чем именно. Я ему уже все сказала, как впрочем, и он мне. Не понимаю, зачем он продолжает это разводить, зачем продолжает давить на больное.

Понимаю, что Котов не отстанет, все равно добьётся желаемого, поэтому вскоре киваю и иду к его машине, не даю ему открыть за меня дверь.

Мы же не на свидании, чтобы он за мной ухаживал, хотя, глубоко в душе, мне становится тепло от того, что он пытается быть нормальным, не считая, конечно, его напряжённого вида.

Усаживаюсь поудобнее и, наконец, расслаблюсь, потому что в машине у Макса достаточно тепло и уютно.

Парень садится за руль и вскоре срывается с места, смотря то на дорогу, то на меня.

Хмурится, оглядывая с головы до ног, когда я расстёгиваю пуховик и снимаю шапку, поправляя волосы.

— Так о чем ты хотел поговорить?

Максим не отвечает сразу, он останавливается на светофоре, поворачивается ко мне и неожиданно выдаёт:

— Ты вообще хоть что-то ешь?

Заморгала, не понимая к чему этот необычный вопрос.

— Что?

— У тебя впали щеки.

Я удивлена, что он заметил такую мелочь, ведь мы с ним не виделись всего несколько недель, никак не могла предположить, что парни вообще обращают на это внимание, особенно, такие, как он.

— Ну да, я похудела на пару килограмм, но это не страшно, когда я активно занималась танцами, то была ещё более худой, — зачем-то сообщаю ему.

И правда, это сейчас я ещё в «теле» по сравнению с тем, как выглядела раньше. Я всегда придерживалась строгих диет. Тренер не давал расслабиться, ведь я участвовала в соревнованиях на европейском уровне, а там учитывался каждый лишний грамм.

Может поэтому грудь у меня начала увеличиваться только после аварии, когда пришлось все бросить, да и попа появилась, хотя раньше я была, как бы грубо это не звучало, доской.

Несексуальной, непривлекательной. Может поэтому Котов не обращал на меня никакого внимания.

— Заедем в кафе, хоть покормлю тебя, брат, видимо, за тобой вообще не следил, — вырывает Котов из мыслей.

— Я не хочу идти в кафе. И не пойду.

Вредничаю. Ещё гулять с ним не хватало, особенно после того, как он себя повёл.

Он громко вздыхает, словно пытается сдержать в себе трехэтажный мат. Но терпит. Даже пытается улыбнуться и не придушить меня. Однако тяжелый взгляд его выдаёт.

— Ладно, я сам схожу, — он останавливается около небольшого кафе. — Сиди здесь. Прошу, Марин, без глупостей.

Кидает на меня предупреждающий взгляд, но мне совсем не хочется убегать, какой толк, если он знает, где я живу.

Я просто узнаю, что он от меня хочет и все.

— Я же не дурочка убегать, — фыркаю на него и снимаю куртку полностью, потому что в машине стало слишком жарко. — Я буду здесь.

Устраиваюсь поудобнее и отворачиваюсь к окну, желая поскорее со всем этим закончить.

Глава 44

Максим уходит, а я думаю о том, какого черта я творю, почему вообще села в его машину, начала разговор.

А с другой стороны, мы же взрослые люди, почему я должна бегать от него, если он хочет поговорить, то можем и поговорить, только мне кажется, что мы все уже выяснили.

Но когда он так близко, моя броня даёт трещину, сердце снова начинает биться намного чаще. Хотя мое сердцебиение и без него постоянно учащается при каждом малейшем воспоминании. Этого я и боялась. Не понимаю, как избавится от этой болезни под названием Максим. С ним такие разные ощущения: то комфортно, то остро. На грани. Мы и друзья, и нет.

Во всей этой ситуации понятно лишь одно: сколько бы времени не прошло, я так же буду испытывать множество чувств в его адрес. Но сдаваться этому нахалу совсем не хочется, даже несмотря на то, что мы перешли уже все границы.

Чтобы было не так скучно, включаю музыку, морщусь, когда колонки переполняет тяжелый рок, приходится сделать намного тише.

Сильно заскучать не успеваю, так как Максим быстро возвращается, держа в руках два бумажных пакета, салон сразу заполняет аромат свежей выпечки. Он протягивает мне стакан с кофе и три разные булки, но осиливаю я только одну из них, припоминая, когда ела в последний раз. Что-то я совсем раскисла.

Из любопытства заглядываю в пакет, и мои глаза на лоб лезут от количества калорий, которые я там вижу.

Со стройной фигурой можно попрощаться, если частенько питаться вот этим. Мой тренер по танцам дал бы мне затрещину.

— Еще, — говорит Котов, когда я вытираю салфеткой рот, а он пристально наблюдает за моими движениями.

Сам не притронулся, только выпил кофе и покурил. Дважды.

Волнуется? Кажется, нет, выглядит вполне себе уверенным.

— В меня больше не лезет, — признаюсь я, и вдобавок много не съешь, когда за тобой так пристально наблюдают, это меня очень смущает.

Раньше такого внимания от него я не получала. Он смотрел на меня более спокойно, хотя несколько раз я ловила заинтересованный взгляд, но он никогда не пялился на меня вот так в открытую.

Сейчас Макс не упускает возможности стрельнуть глазами в небольшой вырез свитера и на губы. Туда и обратно.

Нахал, видимо, забыл, где расположены мои глаза.

— Ешь, как птичка, скоро от тебя ничего не останется и не за что будет тебя щупать.

Мне совсем не нравится куда перетекает наш разговор. Не в то русло. И щеки опять пылают, а в животе появляется это щекотливое ощущение. Бесит.

— Так, о чем ты хотел поговорить, — делаю голос на тон серьёзнее.

Флиртовать с ним не планировала, потому что он все тот же гад, ещё подумает, что между нами все как раньше.

Я могу скрывать свои настоящие чувства, могу дать понять, что мне все равно, но это выбивает из сил. Иногда бороться с ним слишком тяжело.

— О том, сколько ещё ты будешь обижаться из-за ерунды, — не менее серьезно отвечает Котов. — Я вот тебя простил и готов к примирению.

У меня пропадает дар речи. Я просто перевожу на него шокированный взгляд, убедиться в том… А не шутка ли это.

Я даже подзависла на несколько секунд, но Котов выглядит очень серьёзно. Смотрит колко, без намёка на улыбку.

— Ты меня, что сделал… Простил?! Интересно за что?

Моему возмущению нет предела и голос такой визгливый, что даже Макс морщится от громкого звука, но по-другому у меня не получается, ведь эмоции неконтролируемо вырываются наружу.

— За истерику на ровном месте из-за того, что я задал вполне себе обычный вопрос, — спокойно отвечает он.

Значит истерика?! Обычный вопрос? Интересно, он всем девушкам задаёт подобные вопросы? Заставляет предоставить список бывших.

Бред же, почему-то мне кажется, что только ко мне такое «особенное» отношение. Что не менее обидно. Чем я хуже всех остальных?

— Не верю в то, что слышу, — злюсь на него. — Это такая наглость! Максим с твердой уверенностью заявляю: у тебя нет ни совести, ни тактичности.

Он сделал меня виноватой. Отлично. Я точно не такого ожидала после близости. Мне хотелось объятий, разговоров, может даже обещаний, но не обвинений за мою девственность.

Козел, блин.

— Солнышко, мы можем просто забыть этот неприятный момент, — говоря это, он кладет свою огромную ладонь на мое колено. — Согласен, что я немного вспылил…

— Немного, как же… — прыскаю злобно я. — И не называй меня солнышком!

То малявка, теперь — солнышко.

Скидываю с себя его тяжелую клешню, от чего Макс раздраженно трёт подбородок.

— Дай же договорить, — снова трогает меня за колено, словно без этого не может обойтись. — Я готов все исправить, готов где-то идти на уступки, сходить там, на свидание, побыть только вдвоём, без скандалов, — задумывается и начинает лыбиться, — если, конечно, мы не будем мириться так же, как сделали это в прошлый раз.

Да черт! Сколько можно меня смущать. И видит же, как на меня влияет, специально говорит о таком. Вновь и вновь напоминает о сексе с ним.

— Готов он на свидание сходить… Да что ты, не нужно себя ломать, — язвлю я, как могу.

Дергаю ногой, но это не помогает избавиться от него, он еще сильнее переваливается в мою сторону, отчего в машине становится тесно.

Мне приходится прижиматься к двери, иначе я окажусь в его загребущих руках.

Глава 45

— Я не ломаю, — приближается он. — Мариш, все, что я делаю, доставляет мне удовольствие, можешь за меня так сильно не переживать.

Его самоуверенности может позавидовать кто угодно, хотя понятно, откуда ноги растут. Такой весь идеальный. Только мало кто знает, что на самом деле он тот ещё мерзавец.

— В твоём случае по-другому никак, во-первых, хотя бы перестань спать со всеми подряд, может тогда с тобой кто-то и захочет нормальных, здоровых отношений.

Решаю высказать в лицо все, что о нем думаю. Только вижу, что он не воспринимает мои слова всерьёз, поглаживает по коленке и отодвигаться не собирается.

Ещё я заметила, что он заблокировал мою дверь.

Если этот хитрый котяра полезет с непристойностями, то я ему все побитое лицо расцарапаю.

— Я после тебя ни с кем не был, — удивляется он. — И зачем мне кто-то? Я говорю про тебя.

Подумаешь несколько недель без секса. Хотя, возможно для него это слишком долгое воздержание. И еще далеко не факт, что он не врет, чтобы переспать со мной ещё разок.

— Нет, про меня ты можешь забыть, я лучше поберегу остатки своих нервов, — говорю то, о чем постоянно размышляю. — Я не хочу постоянно думать о том, а не изменяешь ли ты мне. Я не из тех дур, которые прощают подобное.

А с Максом же по-другому не выйдет, он знаменитый спортсмен, любвеобильный мажор, вокруг него всегда будет много девушек. Он может и попробует хранить верность, но на какой-нибудь вечеринке продуманная девица просто подпоит его и залезет в штаны. Мы же знаем какой Макс, когда пьяный, он мало что помнит, да и вообще плохо соображает в таком состоянии.

А мне потом тыкнут этим в лицо.

Смотрю в его глаза и верю в то, что он действительно загорелся, такое слишком тяжело скрыть или подделать, но, с другой стороны, я слишком хорошо его знаю. Он никогда не ввязывался в долгие отношения, он их не переносит.

— То есть не пойдёшь никуда со мной?

Макс все же отстраняется, садится на своё место, закрывшись в себе, с трудом подавляя появившуюся нервозность.

Ну не всегда же ему получать положительный ответ.

— Нет.

Когда я даю ответ, он закипает, как чайник. Открывает рот, чтобы что-то сказать, но неожиданно выходит из машины, я вижу, как он закуривает, прохаживаясь около авто.

Проходит минут пять и он возвращается.

Это ужас как странно. Вообще на него не похоже. Не кричит, не возмущается.

— Прошу, солнышко, не нужно, — говорит он, когда успокаивается. — Я так соскучился за эти недели, а ты шипишь на меня.

Я тоже скучала, но, блин, как же тяжело все это.

Мне кажется из нас двоих только я понимаю, что у нас ничего хорошего не получится.

— Нет.

Во мне ничего не дрогнуло даже, когда я дала четкий ответ. Так нужно. Так проще.

И все, Макс все же меняется в лице, становясь агрессивным, от чего я как-то неосознанно сжимаюсь в кресле.

— Марин, я ведь могу и по-плохому, не заставляй меня звереть, — говорит сквозь зубы.

Все же терпение у него лопнуло.

— Угрожаешь? — хлопаю невинно ресницами.

— Констатирую факт. Я же не белый пушистый зайка, ты должна была это понимать, перед тем как ложиться под меня, — говорит очень грубо. — Мне кажется, я достаточно четко дал понять, что желаю больше, чем одноразовый секс.

— Не понимаю хода твоих мыслей, — прищуриваюсь я.

— Ты дала мне зелёный свет.

Я? Разве… Это случайность. Я не планировала с ним спать. Я вообще много чего не планировала, но Максим умело смог перевернуть все вверх дном.

— Я сказала, что больше ничего не будет, ты чем меня слушал?!

— Ты сказала это сгоряча, не подумав, — твёрдо заявляет Котов, поражая своей уверенностью. — Что скажет твой брат, узнав, что ты практикуешь одноразовый секс?

Вот никогда не знаешь, чем Макс может тебя шокировать. Непредсказуемый от слова совсем. И бьет в самое больное место.

— Боже… Только не говори мне, что ты собрался меня шантажировать. Филипп, в первую очередь, тебе яйца оторвёт, — возмущённо говорю я, толкая его в грудь, чтобы он отодвинулся дальше. — Все, мне надоело это. Вези меня домой.

— Как скажешь.

Как ни странно, он соглашается и трогается с места, явно превышая допустимую скорость. И через двадцать минут тяжелого молчания, мы приезжаем в наш общий двор.

Как только машина останавливается, я быстренько накидываю пуховик и выскакиваю, иду к своему подъезду, но чуть не подворачиваю ногу на скользком льду, повезло, что Макс быстро среагировал и схватил за локоть, а затем прижал к себе.

Когда только успел оказаться так близко?

— У тебя ещё есть время принять правильное решение, — говорит он, когда доводит до подъезда и все же отпускает меня.

— Все, пока Котов, ты меня утомил, — решаю игнорировать его предложение. — Провожать дальше не нужно.

Отворачиваюсь, чтобы открыть дверь, но Макс берет меня за руку и разворачивает к себе. Я от неожиданности вздрагиваю, когда он ласково оглаживает мою щеку, стоя слишком близко. Его горящие глаза сдают его намерения.

— А поцеловать?

Хм… Облизываю пересохшие губы, смотря на его.

Кладу руку ему на плечо и поднимаюсь на носочки, и он с довольным лицом наклоняется ко мне ближе, чтобы я могла прошептать:

— А губа не треснет?

Видя его замешательство, я отбегаю и открываю дверь, вслед слышу хрипловатый голос.

— Стерва!

Глава 46

***Макс***

Телефон в кармане начинает настойчиво вибрировать, отрывая меня от дороги. Когда я вижу, кто именно решил меня побеспокоить, то просто сбрасываю звонок.

Хочется хорошенько стукнуть себя по голове за необдуманную связь.

Вероника оказалась прилипалой, каких ещё поискать. Названивает не переставая, я уже задолбался объяснять ей, что ничего у нас не выйдет. Бесполезно, она просто не слышит. Пасёт меня на учебе и караулит около дома, а недавно заявилась на тренировку, при этом начала знакомится с моим тренером и пацанами.

Такой наглости я никогда не видел.

Три ее номера уже висят в чёрном списке, туда же улетает и четвёртый.

Козлом себя не ощущаю, ведь я ничего ей не обещал. Так же, как и Марине. Вот ей я готов пообещать многое и не только пообещать, я собираюсь это исполнить. У меня на нее большие планы.

Мысли, конечно, возникали, что после первого секса я перегорю, но случилось все как раз наоборот.

Не знаю, что она со мной сделала, но я думать ни о чем не могу, кроме как о ее пухлых губах, маленьком податливом теле и о горящих желанием глазах. Одурманила. Приворожила, ведьма. А чем ещё объяснить мое одержимое желание быть ближе к ней.

Не знал, что секс бывает другим, чувственным, опьяняющем, а не только пошлым. Марина смогла удивить меня — матёрого пацана, от осознания этого факта в голову одна за другой полезли неприятные мысли.

А с кем она ещё была? Что за ублюдок на нее залез? И где он теперь?

Я знаю не только тех, кто к ней подкатывал, но даже тех, с кем она ходила на ничего не значащие, дружеские посиделки.

Черт, я был уверен, что с кем-либо из них ничего серьезного у неё не было.

Был какой-то мутный хрен года полтора назад, но я с ним поговорил грамотно, объяснил, что если он ее обидит, то я ему все зубы повыбиваю.

Он, кажется, сразу и слинял.

Я думал раньше, что делаю это из-за того, что она сестра друга и ее нужно оберегать, а сейчас прихожу к пониманию, что ревновал уже тогда. Но тогда она была недоступна по всем фронтам. Была слишком мала, для того чтобы к ней подкатывать.

Лишь перебесившись несколько дней, я осознал, что не имел права злиться на нее, за то что она не девственница. Девушка она красивая, вниманием парней никогда не была обделена и выбирать с кем спать это ее право.

Но, бля.

Понимание этого момента не избавило от ревности. Ничего поделать с собой не могу. Начинаю себя накручивать, а она ещё и масла в огонь подливает. Могла бы объяснить, сказала бы все как есть, что был там один или двое, и я бы перебесился и остыл, а эта неизвестность буквально убивала.

Я вовсе не по целкам: у меня их даже не было никогда. Мне нравятся опытные девушки, но с Мариной все по-другому, как-то обострено. Я хочу все знать: кто, когда, где. Сделать так, чтобы она забыла о других, заменить все воспоминания собой.

Наверно, я просто идиот. Ревнивый идиот. Даже не думал, что такой ебанутый, пока Марина не раскрыла меня с этой стороны.

Сейчас чувствую, что понемногу прихожу в себя, успокаиваюсь. Тяжелые нагрузки, которым я себя подвергаю последние несколько недель помогли немного опомнится. Привёл мысли в порядок, понял, что хочу продолжать быть с Мариной, мое желание стало только сильнее. Она должна быть моей. Разбираться в причинах моих желаний и копаться в себе не хочу, просто сделаю так, как чувствую.

Находясь в потоке мыслей даже не заметил как оказался возле назначенного места. Припарковавшись, наблюдаю, как с довольной рожей Филипп выходит из подъезда.

Друг позвонил и попросил срочно приехать. Немного заволновался, так как подумал, что это может быть не просто так, возможно что-то случилось, но походу ложная тревога — ничего страшного не произошло.

Фил садится ко мне в машину, и мы пожимаем друг другу руки.

— Давненько мы с тобой время не проводили. Пора бы это исправить.

Вот, блять. Как же невовремя. Именно в тот момент, когда мне позарез приспичило кое-что сделать.

— Слушай, ты прости у меня сейчас неотложные дела… — пытаюсь отвертеться.

— Это какие же? — хмыкает кореш, принюхиваясь. — Духи, кажется, знакомые.

Отвожу глаза, смотря четко перед собой. Это Маришкой пахнет. Ее духи. Она случайно оставила свой шарф и вот из-за него аромат не проходит. Возвращать его пока не собираюсь. Мне пиздец как нравится мысль, что в моей машине есть ее шмотка.

Конечно было бы интереснее, если бы это было нижнее белье…

— Кое-что нужно сделать именно сегодня, — отвечаю чуть погодя.

Нужно контролировать поток грязных мыслей при друге, это как-то неправильно, думать о трусиках его сестры. Влажных трусиках.

Блять, успокойся Макс, не сейчас. Сжимаю руль и прикусываю язык, чтобы хоть как-то справится со своими эмоциями.

— Значит я поеду с тобой, Ритка намекнула, что хочет провести время с Мариной наедине. Они там какой-то сопливый сериал сели смотреть.

— Малявка с ночевкой? — спрашиваю как бы отрешённо, так чтобы он ничего не прочухал.

— Сказала, что нет.

— Отлично… — выдыхаю.

Она должна быть сегодня дома. У меня есть планы на этот вечер. Она так и не дала мне ответ по поводу свидания, я решил, что нужно ещё что-то сделать, прежде чем кидаться теми же угрозами.

Марина должна растаять. Я хорошо подумал о том, что ей может понравиться. Это будет моей победой, дело останется за малым.

— Так что за дела? — докапывается Фил. — Я никуда не денусь, часа два это точно. Мы с Темычем и Тимуром пойдём бухать, ты с нами?

— Не могу.

С ними я всегда успею увидеться, а вот мой «подарок» Марине уже готов перейти в ее заботливые ручки. Но перед этим, нужно сделать ещё кое-что.

Короче дел на несколько часов, так что пора бы уже начать подготовку.

— Что за скрытность такая? У тебя баба что ли появилась?

Я даже отрываю глаза от телефона. Неужели у меня это на роже написано, раз сам Фил заметил, ведь до него обычно тяжело доходит. Он вроде не тупой, но бывает так, что не замечает очевидного.

— Откуда ты…

Друг показывает рукой на мой телефон, понимающе ухмыляясь.

Черт, он кажется все увидел.

— Сайт цветов, я там заказывал сотню Рите, — говорит он, приподнимаясь на сидении. Смотрит с явным любопытством. — Да, ладно?! Кто такая? Я ее знаю? Когда познакомишь?

Сказать сейчас, что это Марина — не самая лучшая идея. Нет, не могу.

Я не боюсь того, что он пожелает сделать из меня отбивную, но мне не пойдёт на пользу, если Фил узнает, что мы только переспали. Что она от меня нос воротит и не очень-то хочет видеть. Что я обидел ее и не раз.

Сначала я это исправлю, а потом поговорю с ним.

— Какая разница, — раздражаюсь я, потому что вижу, что он так просто не отстанет с своими расспросами. — Не хочу пока говорить.

— Красавица наверно, раз так реагируешь. Модель? Актриса? Спортсменка скорей всего, ты таких любишь, — дергает меня за руку, чтобы я немедленно признался. — Гимнастка?

— Ты что, блять, прикопался, — гаркаю на него. — Какая разница вообще.

Вот же косяк, так жестоко спалился. Не время. И вдобавок я же знаю, что он будет меня стебать, потому что именно этим я занимался, когда у него появилась Рита.

А сейчас я, и так, на нервах. Неудовлетворенный и злой. Все она, эта белобрысая гадина.

— Представляю как ты уже измотал девочку своим поганым характером, — говорит друг, удивляя подобным, нелестным предположением.

— Что? С хера ли.

— С твоим-то языком без костей и прямолинейностью, — прикуривает Фил, смотря на меня как на мальца, который ещё не знает, что такое женщина и что с ней делать. — Думай о том, что говоришь, тут главное не перегнуть и не обидеть. Девки — они же ушами любят. Заливай побольше да послаще и все будет в шоколаде, — выдыхает сгусток дыма с задумчивым видом. — Главное не врать, бабы за версту чуют неладное, я тебе говорю как опытный специалист в подобных делах.

Глава 47

— Мне советы не нужны.

Хотя не помешало бы перенять парочку отработанных им навыков.

Я помню то время, когда друг бегал за своей Ритой, но не особо вдавался в их отношения и конечно же ничего для себя не извлёк.

Я думал, что это все фигня и можно получить любую, только пальцем щёлкни, даже удивлялся тому, что ему попался настолько крепкий орешек.

— А это плохо, мне в своё время никто не подсказал, я столько успел наворотить, что разгребать долго пришлось.

— Понятно, — тоже докуриваю я.

— Как твои фанатки отреагировали? Не растерзали еще счастливицу?

Об этом я не подумал. Вернее, я не смотрел так далеко.

— Мы не афишируем наши отношения, — с неохотой отвечаю я.

— Это верно, если девушка хорошая, то ее сожрут, — говорит он и хлопает меня по плечу. — Ну так поедем отмечать? Это ты получается теперь только с одной, и как тебе? Поверить не могу.

— Я тоже. Я тоже… — шепчу недовольно себе под нос.

— Поехали, выберем твоей мадам веник, побрякушку и ты меня к пацанам отвезёшь.

Кидаю взгляд на часы, делая вид, что подсчитываю время. Мне нужно отделаться от него как можно быстрее.

— Ты знаешь, лучше доставку закажу, нет времени на походы по магазинам, а сейчас лучше отвезу тебя в бар, тут по пробкам как раз часа полтора ехать.

Друг соглашается, но всю дорогу не отстаёт с расспросами, пытается выведать кто же она, от чего, мозг начинает буквально вскипать.

Спешно высаживаю Фила возле бара, обещая, что обязательно присоединюсь в следующий раз. Как только Фил закрывает дверь, я с визгом шин срываюсь с места — нужно еще забрать все необходимое.

Хорошо, что Марины нет дома, будет ей сюрприз по возвращению.

Быстро доезжаю до дома и жду пока приедет доставка, думая о том, как это все будет выглядеть, не испугает ли это девушку. А когда все готово, то я и вовсе начинаю паниковать, как какой-то сопляк перед первым свиданием.

По сути ничего такого. Я же ей обещал.

Момент Х настаёт, когда я вижу, как в ее квартире загорается свет. Затем вижу ее шокированное, немного потерянное лицо, а немного погодя она смотрит на меня, сразу понимая, кто главный виновник ее восхищения.

Достаю из кармана телефон и показываю ей жестом, чтобы она мне перезвонила, так как сам не могу, потому что до сих пор стою у нее в чёрном списке. Она быстро все понимает и вот телефон уже вибрирует в руке.

— Пригласишь к себе? — решаю сразу взять инициативу и не тяну с важным вопросом.

— Откуда у тебя ключи от моей квартиры, — хрипит она в трубку, оглядываясь по сторонам.

По всей квартире в каждом углу цветы, вазы стоят так плотно, что сложно перемещаться.

Я не врал, когда говорил, что скуплю хоть весь киоск.

Про то, что квартира моя, я конечно же умалчиваю, не время об этом говорить.

— Сюрприз удался же. Какая разница, — пожимаю плечами. — Там на столе круглая коробка. Открой ее.

Она все ещё в шоке. Смотрит в мою сторону, а я жалею, что не остался у нее, так хочется видеть ее глаза вблизи.

Она выполняет то, что я прошу сделать. Когда открывает крышку, то на несколько секунд зависает. Мое сердце впервые в жизни бьется о рёбра с неуемной силой.

Ей должно понравится… Я никогда не дарил женщинам подарки, а как понимаю сейчас это ещё волнительнее, чем выходить на ринг.

Я даже отсюда понимаю, что она начинает плакать. Не ожидал именно такой реакции на обычного котёнка.

Марина всегда хотела себе пушистую живность, но у ее матери аллергия на кошек, да и дома у них живет огромный ротвейлер Фила.

— Спасибо, Максим. Ты же знал, как я хотела себе такую прелесть. Я в восторге!

Щебечет она, вытирая слёзы и прижимая к сиськам нового питомца. Я бы не отказался быть на его месте, а что? Разве не заслужил?

Перед глазами тут же появляется картина, как Марина меня благодарит за подарки, от этой мысли в штанах все моментально начинает твердеть.

— Так, — не теряю я времени. — Мне зайти?

Переживаю. Не желаю, чтобы она меня опять отшивала, это оказывается очень неприятно.

Марина сначала не понимает, а потом смеётся.

— Обойдёшься. Каков хитрец! Думал развести меня? — сразу не так все понимает она. — Подарки я принимаю, но ты останешься у себя, иначе это выглядит, как подкуп.

Даже и в мыслях не было! Но если только немного и то, я лишь рассчитывал, что малышка немного потеплеет по отношению ко мне.

— Я же от чистой души, гадина неблагодарная, — говорю недовольно в трубку, от чего она еще сильней расплывается в улыбке. — Мне нужен стабильный секс со своей девушкой.

И снова я слышу ее звонкий смех.

Ну наконец-то.

Улыбается и смеётся. Из-за меня, а это чертовски приятно.

— Боже мой! Кто-то согласился быть с тобой?

Девушка, не дожидаясь моего ответа, снова переводит все своё внимание на кота, уже милуясь с ним вовсю.

Черт, она обещает, что они будут спать вместе. Меня это напрягает.

А как же я? Я не хочу делить кровать с этим пушистым чудовищем. Он меня знатно поцарапал, пока я вёз его домой, а с ней как я погляжу, он ведёт себя, как паинька.

— Я назову тебя Снежок, ты такой беленький и пушистый…

Слушаю десятки комплиментов не в свою сторону, а у самого губы изгибаются в улыбке, но она скоро меркнет, когда Марина снова поднимает на меня взгляд.

— Хочу тебя увидеть. Пиздец как хочу, — чуть ли не хнычу. — Солнышко, не будь такой жестокой.

— Так смотри, вот же я, — хихикает она, а вот мне совсем не до смеха.

Мне, блять, тошно от того, как много я думаю о ней и во что превращаюсь.

Это же надо было так вляпаться… И в кого, именно в неё, девушку, которую я так давно знаю, в девушку, которую, по сути, всегда было нельзя.

Судьба надо мной хорошо так подшутила.

Глава 48

— Вблизи хочу. Поласкать тебя хочу. Мне жаль, что ты не дала мне заняться твоей киской в тот раз.

— Макс! — верещит она в трубку. — Прекрати меня смущать.

— У меня тоже этого не ни разу не было, — решаю ей признаться, но сразу же прикусываю до крови язык.

Кретин, разве можно о таком говорить.

— Чего именно? — подлавливает она меня, меняя тон голоса на более заинтересованный.

— Я никого не лизал, — отвечаю ей вполне спокойно, хотя внутри этого спокойствия не ощущаю. — Брезгливый в этом плане. Но тебя бы попробовал.

Я бы вылизал каждый участок ее крошечного тела. Сотню раз.

— Уже поздно, я пойду купаться, — смущается она. И вдобавок… — Нет! Никаких непристойностей я говорить не буду!

Закатываю глаза, она, наверно, подумала о том, что я буду закидывать вопросами о том, что она будет делать в ванной без меня, но у меня есть немного другие планы.

— Я буду ждать тебя. И у меня есть еще один сюрприз, он ждет тебя в постели.

Марина скидывает трубку и уходит вместе с котом в ванную комнату. А я падаю на кресло, схватившись за голову.

Я бы мог к ней прийти. Лечь в кровать и никуда не уходить. Но делать этого не буду. Понимаю, что это может вновь ее оттолкнуть. Или мы опять займёмся сексом и поссоримся, она обвинит меня в том, что я ее соблазнил или что-то в этом роде.

Нужно переждать этот период. Вот только было бы у меня такое железное терпение…

Мне тоже необходим душ. Ледяной душ, иначе я не переживу эту ночь.

Провожу в ванной около получаса, но успокоить взбунтовавшееся желание так и не могу. Не привык я к долгому воздержанию, но деваться сейчас некуда, если до Марины дойдет хоть малейший слух, то пиши, пропало.

Рисковать я не буду.

Закутав бедра полотенцем, иду в спальню, падаю на кровать, в ожидании, когда Марина подаст сигнал.

Проходит минут десять, и телефон извещает о входящем сообщении.

«Это прости, что?! Котов, ты имеешь хоть долю скромности?!»

Усмехаюсь. Хотел бы я видеть ее удивлённое личико в этот момент, когда она открыла очередную коробку.

«Засунь это в себя», — даю четкий приказ.

Приходит моментальный ответ.

«Нет, Макс, я не буду этого делать. Я не такая!»

Вредина. Подумаешь небольшая секс-игрушка. Это чтобы меньше на меня злилась.

«Я этого и не предполагал. Если не сделаешь, тогда я приду к тебе и заменю это своим членом. Обещаю Марин», — не могу удержаться и угрожаю бедняжке.

Ее щеки и шея, наверно, порозовели. Когда она смущается, то краснеет, как помидор, и это очень хорошо заметно из-за ее светлой кожи.

Пиздец как возбуждает.

«Я закрыла дверь! На два замка. Если ты попробуешь проникнуть, то я вызову полицию»

Ну, точно стерва, а казалась такой милашкой, а на самом деле настоящая мегера.

Вызовет полицию и узнает, что квартира принадлежит мне. Это будет смешно.

«Ты не поступишь так со мной. Я хочу, чтобы ты занялась собой, пока меня нет рядом. Я тоже не буду бездействовать, так что не стесняйся»

«Ты сумасшедший. Извращенец»

Если бы она знала, какие мысли крутятся в моей голове, то точно бы сбежала, сверкая пятками.

«Я очень многое хочу с тобой попробовать»

Не вру, впервые такое непреодолимое желание получить все и сразу. Добиться, завоевать.

Развязываю полотенце и откидываю его в сторону, решая тоже заняться собой, потому что этот стояк буквально не даёт мне покоя: заснуть точно не получится.

Обхватываю налитый кровью член и сразу приступаю к несложному делу. Было бы неплохо, если бы этим занималась Марина.

Я за последние недели вымотался нереально: тренер не отстаёт, идёт подготовка к важным соревнованиям. Целыми днями на взводе, а помочь некому.

Нет, я бы смог найти девчонку на вечер, с этим проблем не будет, но понимаю, что этого будет недостаточно. Мне нужна именно она, та которая никак не хочет идти в мои руки.

Это раздражает, и я начинаю звереть и срываться на всех вокруг, поэтому и получил по роже от тренера.

Долго возиться с собой не приходится. Ведь стоит только представить, как это делает Марина, а лучше то, как она берет в рот, и я быстро заканчиваю и сразу иду в ванную, чтобы избавится от последствий данного процесса.

Перед тем как лечь обратно, смотрю в окно, видя, что у Рязановой нет света.

«Ты кончила?», — набираю ей сообщение.

Ответа долго не получаю, хотя девушка в сети. Начинает набирать сообщение и останавливается.

Ну, давай же, крошка, скажи, что Да.

«А ты?»

Довольная ухмылка появляется на лице, если она сводит тему, значит, точно попробовала.

Маленькая, грязная девка.

«Да, думая о тебе, как подросток. Ты даже не представляешь, как я хочу, чтобы ты меня впустила. Мы бы могли просто спать вместе»

Здесь вру. Конечно я буду к ней приставать, пока она не сдастся.

Главное не передавить. Она же такая, чуть что сразу закрывается в себе. Надеюсь, что все ещё будет, нужно только немного подождать.

«Мы со Снежком уже засыпаем. Спокойной ночи, Максим»

У меня такой странное ощущение, что я хочу ей ответить то, о чем даже страшно думать. Пальцы замирают на буквах, но я все же прихожу в себя и печатаю пожелание приятных снов и говорю, что завтра отвезу ее на учебу.

На что она, конечно же, возмущается.

Мне несложно. Мне вообще в кайф что-то делать для неё, как бы глупо это не звучало. Я так хочу, я так чувствую, а себе отказывать не привык. Обязательно добьюсь своего.

Глава 49

***Марина***

Меня потряхивает и немного тошнит от волнения. Ладони потеют. То и дело я посматриваю на телефон, считая минуты.

После последнего занятия у меня свидание… свидание с Котовым. Поверить в это не могу. И главное как я согласилась?

Этот хитрый жук не отлипает от меня уже целую неделю, которая прошла от неожиданного сюрприза, который он устроил в моей квартире.

Надо же, как и обещал, подарил целую кучу цветов, только куда их девать, когда они завянут, понятия не имею. Вся комната ими заставлена.

Такой дивной красоты я ещё не видела.

Но скорее всего цветы были лишь дополнением к тому, что меня ждало в спальне.

Ну Котов, ну выдумщик.

Я даже попробовала этим воспользоваться, но мысли о том, что Максим только этого и ждёт, меня сбивали. Да и вообще моему возмущению не было предела! В общем, отложила эту штуку подальше в тумбочку.

Но вот заснуть было крайне тяжело.

Боже, Максим, что же ты делаешь с моим сердцем? Каким образом проник туда? Я выстроила непреступную стену, через которую невозможно было перелезть, а он взял и одним ловким ударом разрушил ее до основания.

Вот ведь, гад хитрющий. А подарить мне котёнка это вообще против правил, запрещённый приём. Контрольный выстрел.

Я растеклась лужицей, признаю. Как ещё хватило сил не позвать его к себе, сама не знаю. И ещё бегать от него эти дни. Но железной выдержке все же пришел по итогу конец: я согласилась на свидание после занятий.

Думаю, что хуже не сделаю. Подумаешь, посидим, пообщаемся. Ничего страшного не произойдёт.

Только попросила, чтобы это не было что-то грандиозное, ведь судя по тому, что он устроил в квартире, от него можно ожидать все что угодно. Неделя была не из легких, поэтому я сразу сообщила, что пойдём мы сидеть в обычное кафе.

На что он неохотно, но согласился, пробурчав, что придётся отдать место в дорогом ресторане кому-либо из друзей.

Нет, сегодня я точно не готова к такой вылазке.

Меня немного мутит, причем с каждой минутой все сильнее, но я думаю мне просто нужно отдохнуть.

Ох, мне бы полежать… Бессонные ночи дают о себе знать.

Все же не выдерживаю и решаю сходить в медпункт, мало ли что, может я отравилась? На данный вопрос получаю ответ в виде встречного вопроса про то, есть ли у меня молодой человек и каким способом мы предохраняемся. Этот разговор с молодой медсестрой застаёт меня врасплох.

Да быть не может. Когда у меня были эти дни? Да нет, точно нет. Макс же, он… Ну не делал это в меня, да и было у нас всего раз, не могло же мне так «повезти».

Попив воды, чувствую, что мне становится легче и я решаю вернутся в кабинет и досидеть занятия до конца, откинув ненужные мысли в сторону.

Последняя пара заканчивается и я, собрав все свои вещи, выхожу из здания, прямиком на парковку, где меня уже ждёт Максим с сияющей улыбкой на лице, весь такой довольный донельзя. Не давая пройти, загребает в объятия, от чего я прихожу в легкое недоумение.

— Я ждал этого весь день, — хрипит он, смотря мне в глаза.

— Чего именно? — кладу руку ему на грудь, чтобы не дать себя поцеловать.

— Увидеть тебя, полапать. Сказать, какая ты сегодня у меня красивая, — так привычно ухмыляется он. — И мне очень нравится, что на наше свидание ты надела именно это платье. Ты бы знала, сколько раз я представлял, как задираю его и трахаю тебя.

В одно мгновение Максим прижимает меня к машине и уже лезет наглыми руками под короткое платье, щупает мою попу через тонкие капроновые колготки, наслаждаясь полным подчинением.

Его член через джинсы упирается мне в живот, я начинаю дышать чаще, потому что понимаю, что Макс готов приступить к делу хоть сейчас, если это не остановить: готов накинутся на меня прямо на парковке.

— Но, но, но, без рук, — слегка отталкиваю его, ощущая как яростно горят мои щёки. — Поехали, сделаем это.

Настрой Котова совсем понятен, скорее всего он будет ждать продолжения после свидания, но вот смогу ли я его дать. В теле небольшая слабость и даже голова немного кружится.

— Ты так говоришь, словно для тебя наше свидание настоящая каторга, — говорит он обижено, открывая для меня пассажирскую дверь.

— Извини, я просто немного устала… — поднимаю на него глаза и пытаюсь улыбнуться. — В висках немного постукивает.

Макс быстро садится за руль, но никуда не трогается, осматривает мое лицо и хмурит брови.

— Может в больницу? — кладет руку на мое колено и сжимает. — Ты правда бледная. Почему-то мне кажется, что ты совсем ничего не ешь? Марин, тебе не нужны никакие диеты, выкинь из головы эту глупость.

— Я не на диете, — возмущаюсь я.

— Тогда что с тобой?

— Да нет, все не так плохо, — убеждаю его, немного открывая окно, чтобы было больше свежего воздуха. — Я вчера съела клубничное пирожное и мне показалось, что вкус какой-то странный. Думаю, это обычное отравление.

— У тебя холодный лоб, — говорит он, трогая мое лицо.

— Все хорошо, — отмахиваюсь я.

Максим продолжает припираться, но я настаиваю на своём, что никакая больница мне не нужна.

Я просто немного устала вот и все, это не болезнь, не простуда и точно не… Об этом я даже думать не хочу.

Сейчас прикрою ненадолго глаза и все пройдёт…

Глава 50

— Эй, солнышко, — тихий шепот. — Марин.

Слышу отдаленно голос Максима и разлепляю глаза. Оглядываюсь, понимая, что мы до сих пор в машине, а на улице уже совсем стемнело.

— Ммм? Я что заснула? Блин, так неловко… — смотря на часы, понимаю, что проспала целых полтора часа. — Максим, ты почему не разбудил меня раньше?

— Я привёз нас домой, — сообщает он, хотя я и так вижу, где мы.

Меня накрывает разочарование. Не так я хотела провести этот вечер и честно не хочу идти домой и сидеть в одиночестве.

Я накидываю свою курточку и выхожу из машины, Котов следует за мной, мы останавливаемся около моего подъезда.

— Я все испортила, — тру лицо руками, уже не заботясь о том, что на мне косметика.

До сих пор ощущаю слабость и сонливость и поэтому облокачиваюсь на стену. Максиму это не нравится, и он притягивает меня к себе.

Он, наверно, тоже мной разочарован, да я сама от себя такого не ожидала. А может он думает, что я все это специально, лишь бы не проводить с ним время. Иначе чем объяснить его потухший взгляд и то, как напряжена его челюсть.

— Не говори так, мы можем посидеть у тебя, посмотреть… — запинается, не уверенный в своём предложении, — фильм? Тем более я не хочу оставлять тебя одну в таком состоянии.

Испускаю смешок.

Кладу руки ему на талию и заглядываю в его глубокие, голубые глазам ища в них истинные намерения.

— Фильм? И только? — решаю подшутить. — Почему-то мне кажется, что…

— Рязанова, я же не такой конченый ублюдок, чтобы трахать тебя, когда ты чувствуешь себя неважно, — как-то резко говорит он, достает из моего кармана ключи и тянет меня внутрь подъезда. — Пойдём, хочу навестить твоё чудовище.

Это он о моей пушистой прелести?

— Эй, Снеж, милашка! — возмущаюсь я, но не сопротивляюсь, когда он тянет меня к лифту.

Смотрю на наши сплетенные руки, когда мы поднимаемся на нужный этаж. По телу проносится дрожь. Это чертовски приятно.

Интересно, а что он чувствует?

Максим помогает мне снять куртку, когда мы заходим в квартиру. Сразу следует в зону кухни, включает воду и моет руки, в общем, ведёт себя как у себя дома, но возмущаться у меня нет никаких сил.

И хотя тошнота прошла, я все еще чувствую сонливость.

— Давай я что-нибудь приготовлю, — он открывает холодильник, и я вспоминаю, что там почти ничего нет.

Не ходила в магазин уже давненько, все времени не было, ведь завтракаю и обедаю я на учебе, а вечером забываю о еде.

— На самом деле я бы не отказалась от бутербродов и какао, — смущенно улыбаюсь. — Спасибо тебе, Максим, что вошёл в положение. Я имею в виду испорченное свидание.

Так неловко принимать от него ухаживания, но ведь в этом нет ничего ужасного. Просто мне непривычно: я все время сама по себе. У меня нет парня и, по сути, никогда не было, а Макс ведёт себя так, словно у нас отношения.

Это все неожиданно и приятно — лукавить не буду. В груди так и щемит от переполнявших эмоций.

— Ты, наверно, простудилась, потому что ходишь в коротких юбках и без шапки, — говорит он немного раздраженно, когда достает необходимые ингредиенты. — Или это все, потому что питаешься одной гадостью… Если будешь так продолжать, то я переселюсь сюда и буду тебя контролировать.

Перспектива жить с ним меня настораживает и окрыляет одновременно.

Но он же шутит, да?

— Это же мне придётся убирать за тобой раскиданные носки, — подхожу к нему и чуть толкаю в бок.

На самом деле Котов чистоплотный, что немного удивительно.

Я ставлю чайник, чтобы заварить нам какао. Мы стоим так близко и мне от чего-то очень хочется прижаться к его боку, а лучше обнять, положив голову на грудь. Эта картина так и стоит перед глазами.

Да что со мной происходит?! Я же не такая липучка.

Это все его мужские флюиды на меня так действуют, его приятный запах. Не удерживаюсь и делаю ещё один шаг, оказываясь слишком близко. Вдыхаю его аромат, от чего он перестаёт резать помидор и смотрит на меня настороженно.

— Извини, не удержалась, — отвожу стыдливо глаза. — Правда, спасибо.

Он откашливается, но, когда я собираюсь отойти, он удерживает меня на месте, целуя в макушку, от этого по коже проходят мурашки.

— Мне несложно, — говорит он тише, наклоняясь ко мне. — Я все доделаю, а ты пока поищи, что мы будем смотреть.

Я чувствую, что парень напряжен, что ещё немного и он сорвётся. Его пристальный взгляд и тело говорят за него.

Опасно с ним находится, в том смысле, что он не желает смотреть никакой фильм и точно попробует мной овладеть. Тут и к гадалке не ходи: все написано на его бесстыжем лице.

Перед тем как высвободится из его загребущих рук и выйти из комнаты, ещё раз смотрю на Котова и не верю своим глазам.

Стоит с сосредоточенным видом и делает бутерброды, чтобы провести со мной время, хотя мог бы пойти в какой-нибудь клуб, бухать и снимать девчонок. А может он говорил серьезно и сейчас правда созрел для отношений?

Не понимаю, что такого я могла сделать, чтобы он поменял свои приоритеты.

Хотя возможно, он обманывает меня, просто развлекается, скучно ему стало, вот и решил попробовать что-то новое. Вскоре ему надоест, и он вернётся к веселой студенческой, беззаботной жизни.

Так не хочется думать о плохом, но мысли так и лезут в голову, потому что на кону снова стоит мое сердце. Я чувствую, как оно начинает оттаивать.

Решаю для начала по-быстрому сходить в душ, а после надеваю любимую пижаму, готовлю место на диване, приношу подушки и одеяло, так же приходится сходить и за ноутбуком.

Максим уже устроился поудобнее и ждет меня, копаясь в телефоне, улыбается, смотря в экран.

Девушки, наверно, написывают, возможно, он прямо сейчас может передумать и куда-нибудь свалить.

Что ж, держать не стану.

— Мы правда будем это делать? — решаю подать голос, чтобы он обратил на меня внимание. — Тебе никуда не нужно?

Глава 51

— С чего ты вообще взяла, что я собираюсь куда-либо уходить? Ложись давай ко мне.

Макс откидывает легкое покрывало, приглашая к себе. Снимает с себя майку, приводя меня в немой шок, при этом продолжает делать вид, что все нормально и заманчиво постукивает по месту рядом с собой.

— Раздеваться обязательно? — спрашиваю, с трудом отлепляя свой заинтересованный взгляд от стального пресса.

Блин, а на мне дурацкая пижама с котиками. Так неловко. Я же не собиралась его соблазнять, но сейчас чувствую себя немного неуютно. Могла бы и другую надеть.

— Если ты хочешь полежать голышом, я не против, даже обеими руками за, — в непринужденной манере заявляет Котов, а его глаза загораются от заинтересованности.

— Кто бы сомневался… — ворчу я, все же усаживаясь рядом с ним, перед этим поставив ноутбук на столик и взяв тарелку с едой. Пахнет приятно, выглядит съедобно.

К нам шустро запрыгивает Снежок, сразу нападая на меня и пытаясь укусить побольше от бутерброда.

— А ты, блохастый, будешь тусоваться на полу.

— Это его законное место.

Макс хочет его убрать, но я не даю этого сделать и делюсь кусочком колбасы. Получив желаемое, котик сворачивается клубочком у наших ног.

Фильм только начинается, а Макс уже недовольно пыхтит.

— Что это? Розовые сопли? Может лучше боевик, или ужастик, — ноет он, положив свою голову мне на плечо. — Мариш, я же не выдержу…

Улыбаясь, я дергаю плечом, это мой вечер — значит и мои правила. Он сам напросился на фильм.

— Я хотела его давно посмотреть. Скажи спасибо, что это не сериал, — надуваю губы, подмечая, как Максим смотрит прямо на них и облизывает свои. — Давай оставим его, пожалуйста.

Его взгляд медленно ползёт с губ все ниже и ниже. Моя пижама мне немного тесновата, от чего в области груди она немного натянулась, благо я надела лифчик. Но Максиму и этого было достаточно, судя по тому, как он начинает елозить на месте и как бы незаметно поправлять вставший член в джинсах. Его глаза уже горят знакомым огоньком.

— Ты моя мучительница. Дай хоть я тебя поласкаю. Нам не обязательно трахаться, ты могла бы мне просто подрочить.

Котов тянет мою ладонь к своему паху и сжимает напряжённый член. Его влажные губы уже касаются шеи, а другая рука забирается под маечку и настойчиво поглаживает по спине, переходя на поясницу и попу.

— Максим, ты сказал только фильм, — припоминаю ему его же слова.

— Ну, какой может быть фильм, когда мы одни на диване и ты в этих ничего не скрывающих тряпочках. Ты же не будешь такой жестокой, чтобы оставить меня ни с чем.

Максим просовывает пальцы под резинку моих шортов и сразу находит мои складочки. Не давая мне испустить напряжённый стон, захватывает мои губы в жесткий поцелуй. Начинает поглаживать двумя пальцами, вырисовывая круги. Сначала нежно, после более настойчиво. Раз за разом заставляя меня всхлипывать в его рот.

Я тоже решаю не бездействовать: тянусь к пряжке ремня и расстёгиваю его, следом тяну застежку вниз. Проникаю через его нижнее белье и хватаюсь за горячую плоть.

Максим вздрагивает и отрывается от меня, заглядывая в глаза.

— Моя ты умничка. Продолжай, — хвалит и я решаю просто водить рукой вниз и вверх.

Слышу его хрипы, и сама задыхаюсь от ощущений, которые пронизывают до кончиков пальцев.

Внутри живота приятно щекочет. Надолго меня не хватает, особенно, когда парень так нежно целует мою шею, а его пальцы настойчиво давят на клитор. Задыхаюсь и кусаю его за плечо, так же не переставая ласкать его.

Тело пронизывает разряд, и я освобождаюсь в его умелых, крепких руках.

Сколько времени прошло? Минута, две? Или целая вечность…

Не могу отдышаться, не могу осознать, что сейчас произошло, не в силах скрыть улыбку открываю глаза, натыкаясь на взгляд полный жажды и беспрекословного желания подчинять.

Максим не сильно толкает меня на подушки: так, что я оказываюсь на них полулёжа, садится на мои ноги, сильнее приспускает штаны.

— Я кончу тебе на живот, — не спрашивает, а констатирует факт, но я не против, хотя его поза меня немного смущает.

Хочу отвернуться, чтобы не смотреть ему в глаза, но Максим поворачивает мое лицо, заставляя снова ухватиться за член и помогает мне делать ему приятно.

Наклоняется, чтобы снова поцеловать, только это уже не поцелуй, а сношение его языка с моим ртом. Потом я слышу как он стонет, его тело вздрагивает, рука прибавляет темп, а после замедляется.

На живот, как он и обещал, попадает его тёплое семя. Он утыкается мне в шею и продолжает кончать, так долго, что я удивляюсь.

Котов вспотел, и я поглаживаю его по влажной спине, он все еще продолжает быть сверху.

— Все нормально? — тихо интересуюсь.

— Спрашиваешь. Теперь я готов смотреть любой фильм, который ты захочешь.

Все же слезает с меня, заправляя член обратно в штаны. Его довольная улыбка говорит о том, что ему все понравилось, впрочем, как и мне, но вот чертово стеснение все равно не проходит.

— Мне нужно в душ, — говорю, шустро спрыгивая с дивана.

— Мне тоже, — отвечает он, поднимаясь следом за мной.

Захожу в ванну комнату и Максим не отстаёт. Ведёт себя вполне свободно и все так же продолжает лыбиться.

— Максим, может останешься за дверью? — спрашиваю возмущённо.

Его слишком много! Мне нужна минутка, чтобы прийти в себя, подумать, охладиться и смыть с себя его страсть в конце концов.

— Я тебе помогу, — закатывает он глаза. — И я видел тебя голой.

— И что? Есть вещи, которые не делаются при посторонних.

С этими словами я все же выпихиваю его из ванной комнаты и закрываю перед его носом дверь.

— Я не посторонний и уже скоро ты начнёшь купаться при мне или со мной, — отвечает он недовольно, но еще немного побурчав, в итоге дает мне побыть наедине с собой.

Глава 52

Подхожу к зеркалу и смотрю на своё раскрасневшееся от страстной игры лицо. Рада, что появился румянец и я не кажусь такой бледной. Обдумывать то, что между нами произошло не хочется, а особенно осуждать себя или ругать.

Принимаю ещё раз душ и снова переодеваюсь, теперь уже в обычные шорты и топик.

Когда возвращаюсь обратно, то успеваю заметить умилительную картину: Снеж устроился рядом с Максом, а тот с ним играет, но как только видит меня, то перекладывает его подальше, делая вид, что ничего подобного не было.

Забавный.

Я думала, что хорошо его узнала за столько лет, но сейчас вижу совсем другого Макса, не того разгильдяя, в которого я так отчаянно влюбилась. Мне нравился безбашенный образ друга моего брата, а сегодня я знакомлюсь с более интересным парнем.

Никогда бы не подумала, что он может быть заботливым, нежным и внимательным. Котов открывается мне совершенно с другой стороны, и она мне очень приятна.

Я бы хотела быть с таким парнем.

Усмехаюсь, перематываю фильм обратно и ложусь под тёплый бочок. Клонит в сон и, кажется, к двадцатой минуте я начинаю засыпать, чувствуя тёплые руки, что притягивают к себе и голую грудь под головой. Наглым образом закидываю на него ногу и проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь, почувствовав как Максим, куда-то меня несёт и вскоре моя голова оказывается на знакомой подушке.

— Ммм..? — хнычу и разлепляю глаза.

— Тебе полегчало?

Не понимаю к чему этот вопрос. Прислушиваюсь к себе и понимаю, что все отлично.

— Спать хочу, — отвечаю, смотря, как Максим усаживается рядом, снимает с себя джинсы, а после залезает в кровать.

— Не переживай, я уйду к себе, когда ты заснёшь, — говорит он, обнимая меня.

Время позднее, куда он собрался. Не могу же я его прогнать, когда он так постарался.

Одна ночь. Я так хочу его тепла.

— Ты можешь остаться, — вскоре говорю я, нисколько не сомневаясь в правильности своего решения и засыпаю с лёгкой улыбкой на губах.

Утром понимаю, что погорячилась, пустив Котова в свою постель — парень оказался слишком активным. То и дело я ощущала на себе его загребущие руки: он то за попу схватит и сильно сожмет, то под топик залезет. А проснулась я от того, что мне стало слишком жарко из-за его горячего тела, что прижималось ко мне вплотную.

Максим же крепко спал, одна его рука по-хозяйски расположилась на моей груди, а тяжелая нога сковывала мои. Только было невыносимо душно, такое ощущение, что температура его тела превышает норму, а я люблю прохладу.

Кое-как я выбралась из этих пут и, присев на край кровати, поняла, что меня просто ужасно тошнит. Мне это уже не нравится, но я все же пересиливаю свой организм и иду готовить завтрак. Открыла окно, чтобы подышать свежим воздухом.

— Я хочу просыпаться так каждый день, — на кухню заходит сонный Макс и сразу усаживается за стол, поглядывая в сторону манной каши, в ожидании пока его покормят.

Спазм снова скручивает мой живот. Я чувствую, как по телу проходится дрожь и в это же мгновение меня бросает в холодный пот.

Выдохнула, вдохнула, проглотила горечь. Положила Максиму завтрак, сама же решаю отказаться от еды.

— Я не пойду сегодня на занятия, — сказала ему, когда он все доел.

— Что случилось? — спрашивает обеспокоенно.

Я не хочу, чтобы он узнал о моем состоянии, пока я сама не пойму причину.

— Ничего, у меня просто есть неотложные дела. Ты можешь ехать.

Котов хмурится. Ему явно не нравится то, насколько свободно я его отпускаю после того, что было прошлым вечером и ночью.

— Я могу остаться и помочь с твоими делами. Мне несложно.

— Это женские дела, — хмыкаю я. — Не думаю, что ты захочешь принимать в них участие.

— Понял, — парень соглашаясь, кивает, но по нему видно, что он не понимает, о чем я. — Сегодня вряд ли увидимся, у меня тренировка до десяти, потом ещё по пробкам. Хотя ты можешь поехать со мной, посидишь, посмотришь как я занимаюсь. Я тебя с пацанами познакомлю.

Ему нравится эта идея, он прямо загорается, но боюсь его огорчить.

— Извини, Максим, не сегодня, — кривлюсь я, от того насколько сильную слабость я ощущаю.

Котов начинает собираться, выглядит при этом немного расстроенным, но ничего больше не говорит, и я расслабляюсь. Ругаться с ним совсем не хочется, я даже рада, что он уступил, потому что обычно он слишком настойчив.

Провожаю его до выхода, но возле двери он останавливается и, кажется, чего-то ждёт от меня.

— Поцелуй, — выдаёт он, обнимая меня за талию. Недолго думая, чмокаю его в щеку, получая в ответ его недовольное лицо. — Ну кто так целуется?

Закатываю глаза, но не успеваю ничего возразить, как он наклоняется ближе и уже захватывает в плен мои губы. Начинает расходиться, трогая все до чего может дотянуться, и я решаю его остановить.

— Все, тебе пора идти, — смущенно улыбаюсь, указывая головой на входную дверь. — А то опоздаешь на занятия.

— Ахуеть, еще ни одна девушка не сливала меня подобным образом после совместно проведенной ночи, — ругается он, но все же обувается и выходит.

Смотрит на меня с такой обидой, что в груди все начинает сжиматься.

Но нет, я не поведусь на эти грустные глазки, мне правда необходимо понять в чем дело. И как можно скорее.

— Все когда-то бывает впервые, — подшучиваю я и закрываю перед ним дверь.

Как только я остаюсь одна, то лечу в ванную комнату и остаюсь там не меньше, чем на полчаса. Так плохо мне ещё ни разу не было. Но самое страшное это мысли, которые лезут в голову.

Я кажется уже все понимаю. Но чтобы откинуть все сомнения, как только мне становится немного легче, я быстро одеваюсь и иду в ближайшую аптеку, чтобы купить тест на беременность.

Глава 53

***Макс***

— Я что не русским языком тебе объяснил, чтобы ты не лезла ко мне? — повышаю голос, уже слабо контролируя себя. — Почему ты такая тупая!

Разворачиваюсь и пытаюсь уйти. Она реально меня уже задрала. Сил никаких нет.

— Ну, Максим, ну постой же! Извини меня, — хватает меня за руку, останавливая. — Ты мне очень нравишься, неужели не дашь мне хотя бы один шанс? Прошу, один маленький шанс… Я не могу забыть ту ночь в клубе.

Из меня неконтролируемо вырывается истеричный смешок, более похожий на ржание.

Не может она забыть. А я вот забыл, словно ее и не было вовсе.

— У меня уже есть девушка, тебе понятно?

Вероника делает шаг назад и смотрит на меня так, словно я ее ударил. Но самое раздражающее это то, что в коридоре много народа и каждый хочет поживиться новой сплетней.

Ещё слухов мне не хватало, когда с Мариной все только начало завязываться.

С ней, как ходьба по тонкому льду. Она же девушка обидчивая, чуть что — с глаз долой из сердца вон.

Сейчас мало того, что я совсем не загуливаю, так еще и боюсь того, что до неё дойдёт то, что было раньше.

Нахрен новые проблемы.

— Кто она? — хлопает Ника нарощенными ресницами, будто не веря моим словам.

— Тебя это мало касается. А теперь уже ты меня извини, но… — не успеваю договорить, так как девка рвётся ко мне и неожиданно оставляет смачный поцелуй на моих губах. — Ты с ума сошла?

Я, конечно, опешил по началу, но сразу же ее оттолкнул. Вытирая губы тыльной стороной ладони, сделал пару шагов назад и в этот момент разглядел знакомый силуэт. Это Марина. Запоздало доходит до меня, а она уже развернулась и пошла в противоположную сторону.

Чувствую себя сейчас ужасно. Представляю как это выглядело.

Черт, ну как же не вовремя все это!

— Мы не договорили! Котов, мне нужно тебе кое-что сказать…

Уже не слушаю девку и спешу догнать Марину, что быстро прибавляет шаг, хочет пуститься в бег, но я все же успеваю ее нагнать.

— Марин, да постой же ты, — дергаю ее за плечо, чтобы она остановилась и выслушала меня, а не накручивала лишнего.

Когда девушка поворачивается, то я ощущаю себя полным мудаком, потому что в ее глазах сейчас столько боли, что мне самому становится не по себе. Слова позорно застряли в горле колючим комом.

Я не хотел ее доводить, но так получилось.

Не буду говорить, что я не виноват, нужно было не вестись на ее одногруппницу. Если бы я знал как все мне это выйдет боком, то и близко бы не подошёл.

— Все с тобой понятно, Максим, — произносит она дрогнувшим голосом. — Я думала ты нормальный, а ты опять за своё.

Не могу на нее даже смотреть. Виноват.

— Она сама ко мне подошла, — все же пытаюсь оправдаться. — Да, Марин! Не устраивай детский сад, прошу, просто выслушай!

Я пытаюсь подойти к ней ближе и обнять, утащить в тихое место и все ей объяснить, однако Рязанова поднимает руку вверх, останавливая меня, удерживает на расстоянии вытянутой руки.

— Просто ответь на один мой вопрос, — ей требуется время, чтобы снова начать говорить. Вижу, что она еле сдерживается, чтобы не заплакать. — Ты с ней спал?

Вот же, блять, почему именно этот вопрос?

Опуская глаза в пол, смотрю в сторону, куда угодно, чтобы не видеть ее осуждающий, все понимающий взгляд.

Никогда бы не подумал, что меня так размажут за то, что я с кем-то там трахнулся разок. Это же вообще не считается, Марина меня динамила все время, а я что? Я же нежелезный.

Да и перестал уже по девкам ходить! Все, прижучила меня.

— Да какая к черту разница? — все же поднимаю к ней глаза.

Она уже знает ответ, просто я не хочу сознаваться, надеюсь, что она все поймёт и не станет разводить эту тему дальше.

— Я спрашиваю, ты был с ней так же, как и со мной?!

Марина начинает дрожать, я же снова пытаюсь к ней подойти, но ее воинственный взгляд останавливает меня на полпути.

— С ней я был не так же! ты даже не сравнивай!

Разве она не понимает, что значит для меня, я же не просто так за ней, как собачонка, бегаю, предложил вместе быть, она же знает, что отношения для меня — новое.

Тяжело мне, да и мое прошлое нельзя вычеркнуть.

— Максим, нам нужно срочно поговорить! — раздаётся визгливый голос Вероники, от которого меня передёргивает.

Мои нервы окончательно сдают. Пелена перед глазами, а в голове стучит: избавься от этой дряни.

— Блядство! — поворачиваюсь к ней и делаю шаг. — Не доводи до греха. Я сука еле себя сдерживаю, чтобы тебя не придушить.

Она застывает. В ее глазах я вижу дикий ужас, но вскоре она берет себя в руки.

— Ты не сможешь так поступить с матерью своего ребёнка, — произносит она уверенно.

Сначала я никак не реагирую, смотрю на эту идиотку и думаю о том, а не рехнулось ли она.

Поворачиваюсь обратно к Марине, но ее уже и след простыл. Надеюсь, она не слышала то, что сказала Вероника, иначе все потеряно.

— Чего? — нависаю над ней, от чего девка начинает отходить дальше и оглядываться по сторонам, видимо ища поддержку. — Ну-ка повтори.

— Что слышал. Я беременна, — и в подтверждении слов, пихает мне в руки тест на беременность с двумя чёткими полосками. — Вот, смотри. Он положительный.

Моргаю несколько раз, пытаюсь собраться с мыслями. В голове громкий гул.

Мы с ней трахались всего раз, в клубе, но я уверен, что…

— Ты что за лопуха меня держишь, дрянь ты конченая, — кидаю на пол тест и пинаю его в сторону. — У тебя с головой все порядке? Я всегда предохраняюсь, чтобы такие вертихвостки, как ты, не залетали от меня.

Внутри разгорается необычайная, всепоглощающая злость. Ненавижу таких брехушек, как она.

Всего раз у меня был секс без защиты, с Мариной, это я точно помню, но там была непредвиденная ситуация: презервативов рядом не оказалось, а если бы я ступил, то потерял бы момент, да и к ней у меня нет никакой неприязни. Она не разовая давалка.

— Но… Я правда беременна, — запинается, — от тебя, — продолжает вчихлять мне эту чушь. — Клянусь, не знаю как так получилось.

Криво усмехаюсь и больше не думая, хватаю ее под локоть и веду на выход из вуза, даже не беспокоясь о том, что могу сделать больно. Она сопротивляется, но мне уже все равно и плевать, что этот позор видят другие студенты.

— Думаешь ты первая такая умная? Мы сейчас же едем в больницу, тест может быть фальшивым.

Толкаю ее к своей машине, даже дверь открываю, как истинный джентльмен, а когда приглашаю ее присесть, мои губы изгибаются в оскале.

— Я никуда не поеду… — хватается она за сердце, смотря на меня, как на чудовище. — Я тебя боюсь!

— Да что ты говоришь? — смеюсь несдержанно. — Поедешь, как миленькая. Или признаешься сразу, что ты лживая сука.

Глава 54

Толкаю Веронику внутрь и с силой захлопываю дверь, вижу как она вздрагивает.

Возможно, дура подумала, что я хороший парень и буду с ней ласков, но она ошиблась.

Сев за руль, сразу же срываюсь с места. Куда еду, сам не знаю, но я абсолютно точно уверен: беременность ложная. Я бы не хотел ребёнка от легкомысленной девки, которая даёт в туалете клуба. Ни в коем случае. Именно поэтому ношу с собой защиту, а если ее не оказывается рядом, то я ни к кому и не лезу.

Да и какие мне дети, я молод, ещё лет пять не планирую.

Ну, Марина… Это же другое. У меня и мысли не проскочило предохраняться, просто голову снесло, единственное о чем я думал в тот момент, это чтобы она не передумала. Время уже прошло достаточно, Марина бы мне сообщила в случае непредвиденной ситуации, и мы подумали бы над решением.

Я набираю сумасшедшую скорость, адреналин бурлит в моих венах, и я даже забываю, что я в машине не один. Вскоре Вероника начинает всхлипывать и я кидаю на нее взгляд. Останавливаюсь

— Ну и что ты ревешь? Я был прав по поводу того, что ты не беременна. Неудивительно, — говорю раздраженно, но все же чувствую себя более спокойно. — На что ты вообще надеялась?

— Я правда беременна. Но… Но не от тебя. И срок у меня два с половиной месяца, — начинает реветь взахлеб, что слов почти не разобрать. — Мой отец меня просто уничтожит, он у меня военный, знаешь какой строгий? Я думала, что с поддержкой будет легче.

Я знал, что ничего там не было, однако мне правда становится легче.

Ну не мог я так облажаться.

— Ты же понимаешь, что я бы попросил сделать ДНК-экспертизу? Мы не в Средневековье живем.

Не понимаю с чего бабы пытаются разводить мужиков: отцовство доказать — дело несложное. Это хорошо, что она сейчас призналась и мне не пришлось ждать.

А если бы до Марины дошло?

Передёргивает от подобных предположений. Хотя и без это меня уже и близко не подпустит. Блять.

— Я знаю, просто я такая дура…

Согласен на все сто, дура она редкостная.

— А что тот парень, от которого ты залетела? — спрашиваю для того, чтобы она хотя бы немного отвлеклась, но девка ещё громче начинает реветь.

— Что-что, послал меня на три весёлых буквы, даже на аборт зажал денег. У меня семья не богатая. Я решила, что, ну ты понимаешь, обмануть тебя.

Не понимаю. Ни черта не понимаю. Это так низко, что и задумываться не хочу. Меня, как лоха, развести хотела.

Во мне с новой силой закипает ярость, но я изо всех сил пытаюсь справиться с ней, закуриваю сигарету и плевать, что рядом сидит беременная Ника.

Может выбросить ее прямо на обочину за такую жесть, которую она мне устроила?

— А ты не хочешь оставлять его? — указываю на живот.

— Не знаю. Да и денег говорю же нет, чтобы в нормальной клинике это сделать, — всхлипывает и смотрит на меня с надеждой. — Может ты поможешь?

Я не сторонник всего этого, но достаю из кошелька все что есть и даю ей. Немного жалко ее, даже несмотря на то, что она и дура.

— С-спасибо.

— Но я думаю, тебе нужно рассказать родителям, на самом деле в этом же нет ничего страшного, не думаю, что они тебе что-то сделают, вдруг поддержат, — снова трогаюсь с места, чтобы высадить ее у метро, пускай дальше добирается сама.

Долго ехать не приходится, но перед тем, как девушка собирается выйти, я хватаю ее за руку, чтобы она меня выслушала.

— И, Вероник? Давай завязывай это все, перестань меня преследовать. Если что-то сверхнеобходимое, то обращайся, но просто так не лезь, ок?

Она поджимает губы, но все-таки кивает.

— Да, я поняла.

Когда я остаюсь в машине один, меня отпускает, только сейчас начинаю осознавать в каком напряжении находился последний час.

Мать твою, еще бошка жутко разболелась.

Из головы улетучиваются все мысли. Мне страшно даже подумать о том, что делать дальше со всей этой ситуацией. По сути, я сам виноват, нужно было Рязановой все до этого рассказать, но это оказалось сложно.

Она даже и слушать не стала, могла бы мне по морде зарядить, сказать, что я только ее и она не хочет видеть меня с другими. Марина же просто убежала. Даже обидно, что она не стала бороться, словно ей вообще нет дела до меня.

Конечно это не так, я же вижу все, только Рязанова она вот такая, ей легче уйти, чем разбираться, но только кто ей этого даст?

Хочет подуться, то пожалуйста.

Даже не ощутил как быстро прошло время, и я скурил всю пачку сигарет, стоя в центре города. Все-таки собравшись с мыслями, я решаю поехать на тренировку, которую пропускать точно не стоит. Да и дурь всю выбить необходимо.

Естественно у Марины я уже был в чёрном списке, я не могу позволить себе вырваться, потому что мне нельзя сейчас давать слабину. Скоро соревнования.

Да и смысл ей что-либо объяснять, когда она принимает все в штыки. Ей нужно остыть, мне, впрочем, тоже. Вероника высосала из меня все соки, я буквально чувствую себя побитым, вымотанным до предела.

А на утро следующего дня вообще хренота какая-то начала происходить.

Радостная Вероника начала меня обнимать и благодарить за все, потому что как оказалось она призналась отцу, и он ее поддержал — запретил делать аборт. Девушка пыталась вернуть мне деньги, но я не взял. Долго не мог отвязаться от нее пока не увидел вдали Марину, которая, как и в прошлый раз удалялась в противоположном направлении.

Вот черт, я выругался таким отборным матом, что самому удивительно, ума не приложу, что теперь вообще делать. Я может и накосячил с Никой, переспав с ней по дури, но больше у меня ничего с ней не было

Рязанова и слушать меня не стала, когда я все же пытался с ней ещё раз поговорить. Потерянная такая была, как, впрочем, и я сам.

Клянусь я не знаю, что делать. Я не тряпка, чтобы стелиться у ее ног, но и не хочу, чтобы она считала меня козлом.

— И как же мне быть?

— О чем ты? — отвечает неожиданно рядом возникший Филипп. — Эй, у тебя сегодня днюха, ты чего такой кислый?

Друг толкает в плечо, и я прихожу в себя. Наливаю себе побольше вискаря и выпиваю залпом, даже не поморщившись.

Бухать — не выход, но, а вдруг полегчает?

— Ты прав, нужно расслабиться, — говорю я, указывая головой в зал. — Кто вообще всех их позвал?

Моя квартира битком забита людьми. Пришли все мои одногруппники, несколько знакомых с других курсов и телки какие-то, которых я вижу впервые. Кто-то открыл бар и уже начал его опустошать, но я не против: выгонять всех тоже не собираюсь.

Хорош сопли на кулак наматывать.

— Так сами пришли. Твоя не придёт?

Не могу удержаться и горько усмехаюсь.

— Нет.

По мере того как алкоголя становилось во мне все больше, настроение медленно начало подниматься. Пошёл со всеми поздоровался, принял какие-то подарки, отлепил от себя высокую блондинку и включил музыку погромче. Старался не думать о том, в какой заднице оказался, потому что считал себя беспомощным в такой ситуации.

Стерва, блин, самая настоящая.

Ближе к ночи не выдержал и пошел к ней. Стучал очень настойчиво в дверь, но она так и не открыла. Пришлось сгонять обратно и взять ключи, но как оказалось дома ее не было. Взял у Фила телефон, но так и не дозвонился. Она словно знала, что я так просто ее не оставлю и решила скрыться со всех радаров.

Это херовый знак. Обиделась.

Я боюсь, что добиться ее доверия будет практически невозможно, а пока дам ей немного времени осознать, что она тоже не права.

Глава 55

***Марина***

Я беременна. Бе-ре-мен-на. Это совершенно не укладывается в моей голове. Прямо сейчас у меня под сердцем зарождается новая жизнь. Мне всего восемнадцать лет, я не была в долгих серьёзных отношениях, а уже попала в такое интересное положение.

Как только я сделала тест и увидела на нем две отчетливые полоски, я не поверила своим глазам.

Да не может быть! — подумала я, хотя в глубине сознания я уже сопоставляла своё плохое самочувствие и частые смены настроения.

Сбегала за вторым, а после и за третьим.

Все три теста показали, что я попала и дали понять, что моя жизнь теперь круто изменится.

Я даже не могу отчетливо вспомнить, как прошел тот день. Я просто лежала и смотрела в одну точку на потолке.

Все обдумывала. Мысль об аборте сразу же отпала: не готова я взять на себя такой грех, но и к ранней беременности я тоже не готова.

Винить в этом Максима я не собираюсь. Мне нужно было самой проконтролировать процесс, но я этого не сделала, полностью положившись на партнёра.

Страшней всего думать о том, как рассказать это Максу, маме и самое главное Филиппу.

Сначала я собиралась поговорить с будущим отцом, пока не увидела его с Вероникой.

Не знаю, что со мной произошло, но в этот момент, во мне проснулось столько неприятных эмоций: жгучая ревность, ярость и отчаяние, подобный неконтролируемый всплеск, не на шутку напугал меня.

Первой моей мыслью было подбежать к Нике, схватить ее за патлы и отцепить от моего парня! Парня, от которого я беременна. Но я быстро заглушала этот странный, такой не похожий на меня, порыв.

Я не такая, я не решаю проблемы кулаками. Мне легче уйти, что впрочем я и сделала.

Гнев быстро перерос в обиду.

Меня так задело, что она его поцеловала. Слёзы застелили глаза, а сердце в груди отбивало бешеный ритм. Помню, как Макс остановил меня, помню, как я начала задавать глупые вопросы, хотя итак было понятно, что у них что-то да было. А вот как возвращалась домой, разбитая и потерянная, не помню. Я плакала, не видя дороги.

Эмоции накрыли, как никогда раньше. Испугалась. Потом до меня дошло, что я так ему ничего и не сказала.

Успокоилась, собралась с силами для того, чтобы подойти к нему на следующий день и нормально все обсудить, но снова увидела их вместе: только теперь они мило обнимались.

А что я могла сделать? Я ушла, не желая мешать влюблённым.

Думать о том, что Максим встречался с нами двумя, было крайне больно, поэтому я решила, что буду всеми силами занимать себя различными делами. Решила, что мне надо отвлечься, отпустить ситуацию.

После учебы, на которой я еле отсидела, решила пойти на работу и, хотя она занимала несколько часов, но в тот день я не собиралась уходить домой. Это заметила и Виктория и когда она спросила, что случилось, то именно ей первой я призналась о своём интересном положении. Женщина поначалу удивилась, но после позвонила своему мужу и вот уже через полчаса мы сидели на полу танцевального зала: она пила красное вино, а я с жадностью поглощала фрукты.

Я как на духу рассказала все хозяйке танцевального клуба. До этого мы не общались с ней так близко, но мне очень хотелось получить поддержку, услышать дельный совет, да и просто выговориться.

Мы просидели так до глубокой ночи, домой я вернулась чуть ли не под утро. Зато смогла отвлечься, чему была несказанно рада. Но как только я вошла домой, мой взгляд пал на окна Макса и сердце снова больно сжалось.

У него сегодня был день рождения, я даже подарок подготовила, но, видимо, не судьба была его подарить.

А после дни шли один за другим, а я все тянула с разговором. Не могла сама к нему подойти, мне начало казаться, что если я снова увижу его с ней, то мое сердце разорвётся на части, а если он скажет, что любит ее, я просто погибну. Хотя я уже.

Хожу по универу, как пришибленная. Не хочу продолжать обучение, хочу только лежать и страдать, упиваться этой болью и нескончаемо долго жалеть себя. Но моя подруга Лиза, естественно не дает мне впасть в нескончаемое отчаянье, она переехала ко мне на время, потому что поссорилась со своим сводным братом.

Ей я тоже рассказала о беременности, мы даже вместе с ней съездили к моей маме, только я так и не смогла найти в себе смелость признаться и ей.

Я чувствовала себя такой немощной, глупой и потерянной, думала, что если молчать, то все решится само собой. Но, конечно, так не бывает. И в один из вечеров, когда мы с Лизой смотрели фильм, в квартиру настойчиво позвонили.

Я сразу поняла, что это Максим. Почувствовала.

— Хочешь я открою? — спрашивает Лиза, вкидывая в себя вторую порцию картошки фри.

— Нет, — сглатываю, — я сама.

Перед тем как пойти открывать дверь, я кинула взгляд в зеркало и заметила, как ярко горят мои глаза.

Я, кстати, начала набирать вес, заставляла себя кушать чаще, ведь теперь я отвечаю не только за себя. Даже несмотря на то, что я страдала, у меня появились щечки и взгляд изменился.

Не знаю в чем причина, но себе я нравилась.

Глубоко вдохнув, поправляю на себе одежду и открываю дверь.

— Привет, — говорю я, смотря на Котова вблизи.

Впитываю в себя его образ. Хотя прошло совсем немного времени, я ловлю себя на мысли, что ужасно соскучилась.

Ничего не изменилось: у него такой же дерзкий взгляд, глаза цвета голубого неба, чёрные брюки, тонкий чёрный свитер и пальто такого же цвета, а туфли начищены до блеска. Идеальный образ немного нарушали ссадины на лице и разбитые костяшки. Они выдают его вспыльчивый характер, потому что я знаю, что в те дни, которые мы общались, никаких соревнований у него не было.

— Я войду? — спрашивает он, но не дождавшись моего ответа, входит и закрывает за собой дверь.

Ведёт себя так, словно и не ругались мы вовсе, разувается, подходит ко мне и целует в щеку, от чего я немного подвисаю, ощущая его приятный аромат, это все тот же запах, одеколон, который я ему дарила. Он ему очень подходит, такой же яркий и необыкновенный.

— По какому поводу пришел? — прочищаю горло.

— Поговорить пришел. Пошли на кухню.

Не дожидаясь моей реплики, он берет меня за руку и тянет в нужном направлении. Видимо он знает, что со мной сейчас живет подруга, поэтому решил уединиться.

— И? — отхожу от него несколько шагов и складываю руки на груди.

— Хорошо выглядишь, — неожиданно выдаёт он.

Его пронзительный взгляд заставляет меня смутиться. Он быстро, но цепко пробегается по моему телу, не упускает ни одной детали.

Я напрягаюсь, когда он останавливает взгляд в области живота чуть дольше обычного, либо мне это всего лишь кажется. Он не может знать и не может увидеть, так как срок еще слишком маленький.

— Спасибо, — прихожу я в себя.

Мы стоим друг напротив друга, и я хочу начать разговор, но только слова застревают в горле. Я хочу поделиться с ним, выдать все как есть, но боюсь получить негативную реакцию. Боюсь того, что он сбежит.

Я такая трусиха.

Глава 56

— С Вероникой у меня ничего нет и быть не может. Было пару месяцев назад, ещё до того, как мы были с тобой, — жестко говорит Котов. — Я хочу закрыть эту тему раз и навсегда.

Неожиданно до меня доходит понимание того, когда именно у них все случилось.

— Это было в тот день, когда мы разговаривали в кабинете? — не могу удержаться и спрашиваю. Так и улавливая в тоне голоса ревностные нотки. — Ты был с ней после того, как прикасался ко мне.

Я бы хотела избавиться от этого собственнического чувства, но оно прямо рвётся изнутри, не давая мне дышать. Мы с ним спали, а теперь у нас будет ребенок. Я хочу, чтобы он был только моим. Неосознанно кладу руку на живот. Нашим.

Могу ли я просить у него это? Нужно ли ему это вообще? Я не уверена. Я боюсь, что как только он узнает, то сбежит далеко и надолго. Или же пошлёт меня на аборт… Что ещё хуже.

— Да. Я знаю к чему ты клонишь, но тебе лучше остановиться. Я не святой, моя репутация идёт впереди меня, этого уже не исправить. Ты должна была это знать, но ты не стала даже выслушивать, — говорит он с нажимом. — Мое терпение, увы, лопнуло.

Моргаю несколько раз, не понимая, что он имеет в виду.

Лопнуло в каком плане? Он больше ничего не хочет?

— Не поняла? — спрашиваю, сглатывая нервно слюну.

— Я дал тебе время остыть и обдумать то, что ты зря избегала меня эти дни.

— Ты целовался с ней и обнимался. Выглядело это словно вы вместе, — говорю с укором. — Или меня подводит зрение?

— Она сказала, что беременна. От меня.

От его слов у меня внутри все чуть было не взорвалось. Я схватила ртом воздух, как рыба, выброшенная на сушу. Отвернулась, чтобы он не видел, насколько сильно боль и отчаяние охватили меня.

Ника… Она же говорила об этом. Строила планы забеременеть от него. А я и забыла. Неужели у неё все-таки получилось. Но… но как же я?

Чувствую большие руки на плечах и вздрагиваю.

— Боже, — закрываю лицо руками. Только не плакать. Не нервничать. — Уходи, Максим.

— Повернись ко мне, — приказывает и сам разворачивает меня обратно. — Она соврала, хотела меня обдурить. И нет, я никуда не уйду, знаешь, мне надоело, что ты от меня шарахаешься, как от прокаженного. Складывается такое впечатление, что я тебе нахрен не сдался. Тебе доставляет удовольствие играть на моих нервах и чувствах. А я же нежелезный, Марин, далеко не железный.

Ничего не понимаю. Беременна, не беременна. Что происходит? С Максом как на американских горках, бросает из стороны в сторону.

— Я? Играю…

— Ты, Марина, ты, — гневно говорит он. — Мне тоже неприятна эта ситуация, но ты могла бы дать мне чертово слово. Я был с тобой слишком хорошим, пора дать тебе понять, что я могу быть менее понимающим и заботливым.

После этих слов, которые он произнес с необычайной яростью, он хватает меня за талию и притягивает к себе, берет за попу и сжимает, причем делает это крайне больно. Его губы приближаются к моей шее и в следующее мгновение оставляют смачный засос!

Уж чего, чего, но этого я точно не ожидала.

— Максим?!

Цепляюсь за его плечи и пытаюсь остановить это безумие. Смотрю в его дурные глаза и пугаюсь такой ненормальной реакции. Клянусь таким злым и похотливым одновременно я никогда его не видела. От былой нежности во взгляде нет и следа, она исчезла, а его руки вместо ласки приносят лишь дискомфорт.

— У меня от тебя тормоза слетают к чертям, — злиться он все сильнее. — Свела с ума, гадина блондинистая. Спать нормально не могу, чувствую себя мудаком, хотя ничего не сделал.

Не сделал он, как же!

— Мне тоже было больно видеть тебя с другой, — говорю ему открыто, прямо в его бессовестное лицо, чувствуя, как он лезет мне под майку. — И что ты творишь?!

Макс скалится. Выглядит слишком заведённым, словно его распирает от желания заняться сексом прямо здесь и сейчас, ему не важно, что мы в квартире не одни. Он прижимает своим огромным телом к стене и нависает сверху, явно забавляясь тем, что я оказалась в ловушке.

— А что ты хотела? Думала, будешь продолжать от меня нос воротить, а я буду виться у твоих ног? Эта прерогатива всяких хлюпиков, но не моя, — рычит он злобно, все же давая мне немного свободного пространства. — И хватит делать из меня виноватого. Я сказал, что мы вместе, значит так оно и есть. Я может и мудак, но не балабол.

Его уверенность сбивает меня с ног. А что он скажет, когда узнает в каком положении мы оказались.

— Ты и Вероника…

Я не сразу понимаю, что происходит в следующий момент, лишь только вижу, как со стола для готовки на пол летят приборы.

— Задрала! — прикрикивает он на меня, вновь оказываясь рядом. — Нет никакой Вероники, забудь. У меня есть ты, но я не позволю тебе вытирать об меня ноги.

— Я и не думала… — шепчу я испуганно.

С чего он такой заведённый. Разве я сделала ему что-то плохого?

— И обидки эти меня не устраивают и то, что ты мне не даёшь тоже. Я не собираюсь больше выпрашивать у тебя секс, ты будешь давать мне его сама. Пора это прекращать, — говорит Котов сбивчиво. — И сегодня ты едешь со мной.

— Куда?

— Увидишь. Я планирую заняться тобой.

Данное заявление заставляет меня заволноваться. По его виду понятно, что он добьётся своего чего бы это не стоило.

— Ты не можешь вот так заявляться и увозить меня не пойми куда, — не могу удержаться и все же решаюсь перечить ему.

— Разве не могу? Как же, — загадочно ухмыляется, смотрит сверху вниз с превосходством и заправляет выбившуюся прядь моих волос за ухо. — Малышка, я даже спрашивать тебя не буду.

Я вскипаю, потому что не очень люблю, когда мною командуют, тем более, когда так делает этот гад.

Наши опасные гляделки прерывает Лиза, которая, видимо, решила проверить все ли живы, здоровы. Ребята начинают общаться между собой, из их разговора я узнаю, что он хочет забрать в загадочное место и Лизу, куда тоже подъедет ее сводный брат.

Странно все это, что же задумали эти подлецы.

— Я никуда не хочу, — фыркаю я недовольно.

Возможно, я бы больше захотела провести вечер с ним наедине. Поругаться, помириться, поговорить. Но без его и моих друзей, потому что при них я не смогу ничего сказать.

— Меня это мало интересует, — отвечает он пренебрежительно.

Толкаю его в грудь, потому что парня резко стало слишком много, дышать даже тяжело. И эта его ухмылка бесит меня! Пришел он такой весь наглый и уверенный в себе, тоже бесит! И то, что я думаю, что люблю его и то, что прощаю раз за разом, всяких Ник, Ксюш, Маш и так далее. И то, что оказалась беременна от него.

Бесит! Бесит! Бесит!

— Да ты с ума сошёл, оборзел, Котов, да я… — продолжаю его отталкивать, пока ему это не надоедает и он останавливает мою внезапно возникшую истерию настойчивым поцелуем.

Жалит, наказывает, демонстрирует насколько хорошо и больно с ним может быть одновременно. Я хватаюсь за его талию и сильно сжимаю, хочу его зацеловать, может даже ударить. Хочу, чтобы он больше не давал мне время на раздумья, потому что я начинаю сходить с ума без него, накручиваю себя.

Не успеваю насладиться, как поцелуй заканчивается. Максим отрывается от меня, явно с неохотой, судя по тому, что упирается мне в живот и я вижу насколько затуманился его взгляд.

— Я буду ждать вас в машине, — сообщает хриплым голосом. — И, Марин, не доводи до греха. Я больше бегать за тобой не буду.

Сказав это, он уходит, оставляя меня со своими мыслями и страхами, что же будет дальше. Надо бы проблемы решать, но я стою и улыбаюсь, как дурочка.

Я собиралась помириться с Максимом, поговорить с ним, но никак не ожидала того, что в итоге он на меня так наедет и выставит свои претензии.

Хотя я прекрасно понимаю, что ничего не сделала для того, чтобы у нас были теплые и доверительные отношения, они мне были не нужны, он сам поставил цель получить меня. А после я просто сдалась под его натиском, потому что как оказалось былые чувства все еще не остыли.

Мне было тяжело принять его по одной простой причине это разгульный образ жизни. Однако сейчас он утверждает, что нет других и говорит это искренне.

Могу ли я ему доверять?

Я должна попробовать, ведь теперь нас больше, чем двое.

Глава 57

База отдыха — это как раз то, чего мне так не хватало. Красивые деревянные домики, баня, в которую, как я думаю, мне нельзя и лес вокруг. Атмосфера покоя.

Пока мы ехали до места в машине царила вполне приятная обстановка. Хотя я все ещё дулась, но уже больше на себя, Макс управлял автомобилем и не забывал победоносно улыбаться, смотря в зеркало заднего вида.

Хитрый жук: быстро получил желаемое. Но меня это особо не задевало, потому что я хотела, чтобы он вернулся в мою жизнь, возможно, он не самый хороший парень, но мой. И я пообещала себе, что дам ему шанс, дам шанс нам.

Мы выгружаемся из машины, и когда я подхватываю Лизу под руку, чтобы пойти в дом, мне на глаза попадается огромное джакузи.

— Я бы искупалась, — шепчу подруге на ухо, представляя как я расслабляюсь в тёплой водичке. И тут же расстраиваюсь. — Но мне нельзя…

Ещё не хватало заболеть, если бы я не была беременна, то точно бы понежилась.

— Холодно же! — возмущается Лиза.

— И что, вода тёплая, — намекаю на то, что она может поплескаться. Когда мы заходим в дом, я сразу понимаю: мы будем не одни. — Блин, здесь мой брат с девушкой.

Это плохо. Нет, я не против их компании, но в этом случае мне придётся держать себя в определенных рамках и не подавать виду, что между мной и Максом что-то есть.

Уже не что-то, а ребёнок… Никак не привыкну к этой мысли, получается теперь мы связаны с ним на всю жизнь.

Боже… Чем больше задумываюсь, тем страшнее становится смотреть в будущее, а я ещё даже не сказала ему. Столько необходимо обсудить и сделать.

Во мне просыпается нервозность, руки подрагивают и из-за этого я не могу расстегнуть молнию на сапогах, она никак не поддается.

— Может хватит там шептаться, — говорит Максим, снимает с себя куртку и вешает ее на вешалку. Как только он замечает мою проблему, он тут же наклоняется ко мне. — Давай я помогу.

— Спасибо, — говорю смущенно, потому что видеть то, как такой большой парень опирается на колено для того, чтобы помочь, заставляет мои щёки яростно гореть.

Котов быстро справляется, но перед тем, как встать, щипает меня за бедро, хитро при этом улыбаясь.

Какая же у него красивая улыбка!

— Здесь только свои, никаких левых людей нет, — сообщает Макс, забирая наши сумки, а после, указывает на лестницу, которая ведёт на второй этаж. — Это я отнесу в наши комнаты, они, между прочим, на двоих.

Котов одаривает меня таким плотоядным взглядом, что меня в момент бросает в жар. Он собрался провести ночь вместе, когда поблизости будет мой брат?

Отчаянный шаг.

Я понимаю, что как только Фил узнает, то будет скандал, может даже мордобой, но мне не хочется портить настроение всем присутствующим, тем более помимо нас, в доме была ещё одна пара наших хороших знакомых.

Все по парам. Тимур с Полиной, Лиза с Артемом, Рита с Филом и я с Максом. Только мне нельзя будет к нему подходить, целовать, обнимать, как это делает Рита, когда мой брат с довольным лицом заходит на кухню, чтобы взять мясо для шашлыка.

Я не смогу даже обнять Макса за талию, как делает это Полина, когда к ней подходит ее любимый. Сейчас у неё уже есть маленький ребёнок, а парень был еще тем подонком, а сейчас сама лапочка.

Завидую белой завистью.

Когда я думаю об этом, мне становится грустно от того, что я все это не могу сделать и обидно от мысли, что брат может не понять.

Максим же напротив, не выглядит стесненным какими-то рамками и кажется вовсе не думает о том, что его друг может увидеть нас вместе.

Прошло совсем немного времени после того, как мы приехали, а он уже подлавливает меня в коридоре, в тот момент, когда я помогаю накрывать небольшой стол в главном зале у камина.

— У тебя шикарная задница в этих обтягивающих джинсах, — рычит он мне на ухо, стоя за моей спиной. Я держу в руках тарелки и кувшин с соком и по этой причине не могу его оттолкнуть, а он этим пользуется без зазрения совести. — Не могу дождаться ночи…

Руки наглеца лезут пол тонкий свитер и поглаживают живот, вызывая табун мурашек, тёплыми пальцами трогая кожу, следуют вверх, щипая беззащитный сосок через топик.

— Котов, а если увидит Фил? — хнычу я и делаю шаг назад, после которого упираюсь в его стояк. Замечательно. — Ну же, прекрати, я все уроню!

Он крепко зажимает меня в своих руках, носом щекочет мою шею и глубоко вдыхает мой запах.

— Пускай увидит, — шепчет на ухо.

— Нет, Максим, не сегодня, у всех хорошее настроение… — ворчу я и предпринимаю ещё одну попытку высвободиться. — Не считая, конечно, Артёма.

— У него проблемы на работе.

— Да? Все серьезно? — спрашиваю удивлённо.

Я знаю, что он работает в клубе, вроде вышибалой, но как сказала Лиза там все намного серьезней.

— Тебе не о чем переживать, — он проводит руками по моим рукам, думая, что этим успокоит, но мне от этого не легче. — Ты должна думать только о том, как сегодня будешь делать мне приятно своим ротиком.

Я прыскаю смехом.

— Ты имеешь в виду говорить комплименты?

— Сосать член, — твёрдо заявляет он.

— Фу, пошляк, — отпихиваю его плечом, из-за чего чуть не роняю тарелки, благо Максим быстро реагирует и не даёт случиться беде. У него всегда была отличная реакция. — Не буду.

Котов надо мной потешается! Я же вижу. Ставит меня в неловкое положение и наблюдает за реакцией. Хотя его слова больше звучат, как обещание.

— Ещё как будешь, — тон его голоса становится тверже. Он подталкивает меня к входу в комнату, где находятся остальные ребята. — Иначе…

Иначе он при всех начнёт ко мне лезть, это сразу становится понятно. Он явно хочет нарваться на кулак Фила, впрочем, этого бойца ничего не остановит.

— Это грязный приём, — возмущаюсь я, и с трудом дотянувшись до узкой тумбочки, ставлю кувшин с тарелками. — Я тебя… Накажу.

Разворачиваюсь к нему лицом, замечая, как сильно он напряжен, его взгляд — обещание, обещание исполнить все муки… или сладости.

— Я буду очень этого ждать, — парень кивает, соглашаясь.

— Ну, Максим, ты все воспринимаешь в пошлом формате, — толкаю его в плечо, но он перехватывает мою руку и резко притягивает к себе.

Наклоняется так, чтобы наши лица были на одном уровне, заглядывает прямо в глаза, в то время как его вторая рука падает на талию и крепко удерживает на месте.

— Я трахаться хочу и скрывать этого не буду. Пожалела бы меня, знаешь как тяжело тренироваться, когда яйца готовы лопнуть.

Наверно сейчас я красная, как помидор. Начинаю думать о его кхм… яйцах и о том, как решить эту давно назревшую проблему. Из-за него я тоже становлюсь пошлой.

— Мои уши… — жалобно скулю, пока Макс тихо посмеивается, и я в ответ тоже начинаю улыбаться.

Расслабляюсь в его руках. Нежусь. Правда до того момента, пока его взгляд не становится более глубоким и он накидывается на меня с поцелуем, который погружает меня в возбужденное состояние.

Его губы жёсткие, но очень умелые, руки грубые, от касаний дрожь проходится по телу. Когда мы отрываемся друг от друга, я не могу отдышаться, трогаю пальцами свои пылающие губы и застенчиво улыбаюсь.

Поцелуи с Максом это, как отдельный вид эйфории.

— Пойду в баню, хочешь со мной? — с хрипотцой в голосе спрашивает он. — Я тебя хорошенько отхлестаю веником.

Я думаю, что в баню мне нельзя. Мне стоило бы проконсультироваться с врачом по этому поводу, но пока рисковать не буду.

— Нет, я с девочками посижу, поболтаю, — отвечаю немного нервно, потому что Максим смотрит как-то уж пристально.

Черт, мне так и кажется, что он что-то знает, догадался о моем положении, но это же практически невозможно.

— Хорошо, не трать много сил на этих сплетниц, — даёт разрешение и отпускает меня, но перед тем как уйти, смачно шлепает по заднице.

— Иди уже… — замахиваюсь на него грозно. — Дурак.

Глава 58

Избавившись от Котова, иду к девочкам, а парни уходят париться в бане. От разговоров ни о чем и обо всем, мне на душе становится немного легче. Мне была необходима компания подруг.

Правда дальше не все идёт так гладко. Уже вечером, когда парни вернулись домой, Котов то и дело одаривал меня знаками внимания. Для начала поднял меня с кресла, сел на него и усадил меня к себе на колени.

Не было ни поцелуев, ни приставаний, но выглядело это все так, словно мы вместе. Увидев блеск в его глазах, я догадалась, что он выпил, а я знаю, что это плохой признак.

Благо меня позвала Лиза и я смогла сбежать от чересчур активного парня, но ненадолго. Очень скоро, он вновь добрался до меня, трогал, обнимал, шептал пошлые фразы на ухо.

Я не раз ловила взгляды ребят, с боязнью посматривая в сторону брата, но мне везло, он не особо обращал внимание, спасибо за это его девушке, которая отвлекала его, посылая мне предупреждающие взгляды.

А потом Макса забрал Артём, видимо поняв, что его нужно немного успокоить или отвлечь. Понимали, что происходит, как я думаю, все.

Блин, ну Максим. Я же просила его вести себя сдержано, но он будто не может себя в руках держать. В этот момент я поняла, что эту проблему нужно срочно решать: больше нельзя обманывать Филиппа, ведь чем дальше, тем хуже для всех.

Рита подсаживается ко мне, и я догадываюсь, что она хочет сказать.

— Филипп начинает задавать мне вопросы. И ему не нравится, что Котов распускает руки.

— А что я могу? — тяжело вздыхаю, я и правда не знаю, что ей ответить.

Я должна была догадаться, что Котов не будет держать руки при себе. Ему вообще сложно себе отказывать.

— Вы собираетесь ночевать вместе?

Подруга напирает, словно ждёт от меня объяснений, но я сама мало что понимаю.

— Я не могу ответить на этот вопрос.

— Будет скандал, а Полине нервничать нельзя, у неё молоко. Да и Фил на нервах из-за недавнего проигрыша, — говорит мне то, что я и без нее знаю. — Мы, наверно, уедем, да я его повезу домой.

От предложения Риты мне становится очень стыдно.

— Не нужно, прости, Рит, что из-за нас ты не можешь расслабиться, я скажу Максиму, чтобы он поубавил пыл.

— Ага, поубавил пыл, видела я, как они закидывали одну за одной на улице. Думаю, машину по имени голодный Котов — не остановить, — она кладет свою руку на мою и мягко улыбается. — Ладно, ещё посидим до ночи, и я Фила в машину и домой, спать.

— Рит, мне так неудобно… — поджимаю упрямо губы. — Давай лучше я возьму такси.

— Нет. Тем более они сняли на два дня, а Филу нельзя завтра пить, в понедельник начинается следующий этап соревнований, — категорично говорит она. — Точно. Мы так и так уедем.

Больше с девушкой я не спорю. Мне неловко от того, что Рита собралась решить эту проблему. Я злюсь на Максима, потому что он не сказал мне заранее куда мы поедем и кто здесь будет. И за то, что он себя не контролирует, словно специально привлекает внимание.

Я ещё не поняла, как именно скажу о своей беременности брату и о том, кто над этим постарался. Мне страшно. Я боюсь за этих двоих. Филипп только на первый взгляд хороший и понимающий, но если его разозлить, что очень не просто, то пиши, пропало. А Максим явно без тормозов.

Сижу, попивая сок, смотрю на камин, в пол-уха слушаю разговоры. Моя голова снова забивается тревожными мыслями о том, что же будет дальше. Сможем ли мы найти с Максом общий язык. И что делать с его нескончаемыми пассиями. Я же себя съем от ревности.

Перевожу взгляд на Риту, и мне приходит мысль поговорить об этом именно с ней.

— Рит, а можно странный вопрос? — решаюсь на откровенный разговор.

— Давай.

Прочищаю горло, чтобы было легче говорить, дело в том, что я волнуюсь. Вообще сама на себя не похожа, обычно я та ещё болтушка и советчица, но в своей личной жизни мало что могу решить. Чувства они такие, застилают глаза.

— Мой брат раньше был тот ещё ходок, как ты избавилась от его поклонниц? — задаю я давно интересующий меня вопрос.

— Избавилась? Марин, ну ты смешная, — хмыкает она. — Никак. Несмотря на то, что мы достаточно долго вместе, и все знают, что он мой, девушки так и продолжают пытаться его завлечь и их просто пруд пруди. Одна так вообще на днях после игры повисла на его шее прилюдно.

О, ужас.

Сразу проносится воспоминания о том, как на Максима вешалась Вероника. Мне было крайне неприятно, да что там, я сильно на него обиделась. Да и до сих пор чувствую себя преданной.

— Ты не ревнуешь?

— Ну не особо. Я же все понимаю, он популярен, он спортсмен, богат и красив, избавится от всех куриц я не смогу, — говорит вполне спокойно. Мне бы вот такую выдержку. — Я его люблю, но если он пойдёт налево, то это будет только на его совести, он прекрасно знает, что между нами будет все кончено.

Ее позиция мне нравится, мой брат выбрал себе хорошую девушку. Хотя я боялась, что он будет встречаться с какой-нибудь меркантильной дурочкой, как вот его бывшая Света. Мерзкая девица была.

— А как думаешь, Максим в отношениях будет таким, как мой брат? — спрашиваю на выдохе.

Девушка задумывается, кажется, подбирает слова, и я надеюсь, что ничего плохого в его сторону она говорить не будет.

— Думаю, что ты лучше его знаешь, но как сказал один раз Филипп: “Если Котов когда-нибудь полюбит, то бедняжка не сможет от него избавиться. Слишком он жадный, это ещё с детства идёт, он недополучил материнской любви и будет ее требовать от девушки”.

Смеюсь, такого ответа я не ожидала.

— Давно ты перешла на факультет психологии, — говорю я, толкая ее в плечо.

— Я много читаю и память у меня такая, что лучше бы ее вообще не было, — фыркает девушка и надувает пухлые губы.

Я наваливаюсь на нее и обнимаю, чувствуя как она поглаживает меня по спине.

— Спасибо, ты мне помогла.

Я правда многое поняла, она сказала правильные вещи. Я должна попробовать доверится Максиму, он же сказал, что никого у него нет, а с Вероникой я больше себя накрутила. Так почему я дальше должна на него дуться? Осадок остался, но думаю, что это пройдёт со временем.

Подруги начинают расходиться по комнатам. Я тоже иду в одну из них, в ту, где на полу вижу свою сумку с вещами, которые я взяла по просьбе Макса.

Беру пижаму и иду принимать душ, в ожидании того, что случится ночью и случится ли?

Глава 59

Тело сковывает напряжение, но прохладные капли воды начинают расслаблять. Закончив принимать душ, тихо выхожу из ванной комнаты и пока возвращаюсь в свою, слышу, что еще не все легли спать.

Войдя к себе, первое, что вижу это Макса, вальяжно развалившегося на огромной двуспальной кровати.

У него, свойственный ему, непринужденный вид, а на лице завораживающая улыбка, его голые ноги свисают с кровати. Верхняя часть тела так же ничем не прикрыта.

— Ну наконец-то. Я уже почти заснул, — осуждающе ворчит он, закидывая в рот клубничку.

Я понемногу прихожу в себя, несмотря на то, что не в силах оторвать взгляд от его голого торса, не могу перестать любоваться тем, как идеально смотрится его тело на белых простынях. Он выглядит, как натурщик, для скульптуры греческого бога, и я нарисовала бы его, если умела. Парня даже не портят еще не зажившие ссадины, они смотрятся привычно.

Котов всегда влияет на меня, на мое тело, когда смотрю на него, всегда сглатываю слюни.

— Макс, что это все означает? — хмурюсь я, всеми силами пытаясь показать, что я не поплыла.

Максим указывает на кровать, на которой стоит поднос с разными вкусностями.

Подготовился, гад, знал куда бить.

— Бутылка красного полусладкого, фрукты, шоколад и я собственной персоной, — сногсшибательно улыбается он во все зубы. — Твоё сердце разве ещё не растаяло?

Да, мое глупое сердце давно растаяло.

— Ты голый в моей кровати, — нервно дёргая себя за край коротких шортов, говорю совершенно очевидные вещи.

Я догадывалась, что он может заявиться, но думала, что из-за того, что он выпил, будет не в состоянии меня соблазнять, но сейчас я вижу, что он трезвый, речь его внятная, хоть и имеется небольшой блеск во взгляде.

— В нашей, — поправляет он меня и откидывает в сторону подушку, что прикрывала его внушительное достоинство. — И я в трусах.

Как бы я не старалась, не смотреть ему между ног, но его крепкую штуку невозможно не заметить. И он словно специально поддел пальцем трусы и щёлкнул резинкой. Заманивая. Соблазняя.

Я, как кошка, хочу лечь на него и потереться, понежиться в его руках, но я стою, прикусив внутреннюю сторону щеки, и просто наблюдаю.

Поднимаю на него взгляд, ощущая себя крошечной и беззащитной, даже несмотря на то, что он принял расслабленную позу, но я же вижу с каким вожделением он смотрит на мое тело, он явно пришел не только, чтобы попить вина. И я бы отдалась в его руки, потому что скучаю, потому что не хочу, да и не могу больше бегать, но меня мучает один момент.

Я никак не могу понять Котова. Его мотивов.

— Что за представление ты устроил перед моим братом? — стараюсь говорить как можно строже.

Игривость в его взгляде убавляется, он откидывается на подушки и трёт небрежно лицо.

— Марин, я устал скрывать от него наши отношения. Ты не хочешь ранить его чувства, а я думаю, что он должен знать, — говорит он немного погодя. — Он не только твой брат, но и мой лучший друг и обманывать его по меньшей мере неправильно.

Поговорить, объяснить, а не приставать и распускать при нем руки!

Филипп может и замечает изменения в наших с Максом отношениях, но не хочет обижать друга своими предположениями, пока не узнает наверняка. Да и Рита знает, ее подставлять тоже не хочется, но от малейшей мысли, что Филипп узнает, меня бросает в озноб.

Я чувствую себя виноватой. Лгуньей. Опасаюсь, что он меня не простит, ведь все было за его спиной, то, что доверие будет подорвано это понятно сразу, а после потери отца именно он стал моей главной опорой. Я не хотела его подводить, но получилось как раз наоборот.

— Мне нужно подумать… — ухожу я от темы. Перевожу взгляд на поднос рядом с ним. — У тебя там горький шоколад есть?

Очень захотелось. Я люблю его, могу съесть целую плитку, а потом ругаю себя за несдержанность. Это все старые привычки.

— Да, вот, — указывает он на плитку шоколада, а у меня уже слюнки текут, я так и ощущаю как он тает у меня во рту.

— Спасибо, — подхожу и тянусь, чтобы забрать лакомство, но мою руку внезапно перехватывают.

Я наблюдаю как Максим меняется в лице, вижу как его взгляд начинает блуждать по моему телу и ругаю себя за то, что мои плечи и руки покрываются мурашками, сдавая меня окончательно.

— Нет, я хочу сам.

Неожиданно Котов тянет меня вперед, и я падаю на его грудь, закрепляет одну руку на моей талии и начинает в прямом смысле кормить с рук.

Я не возмущаюсь, не дёргаюсь, принимаю каждую дольку, поражаясь тому, каким голодным взглядом Максим смотрит на меня. Облизывает свои губы, словно тоже хочет шоколад, тянется к моим и забирает одну дольку.

Я смеюсь, только недолго, потому что Котов начинает снимать с меня верхнюю часть одежды, при этом не забывая покрывать мое лицо и шею поцелуями.

— Максим… — шепчу я.

Я даже опомниться не успеваю, как его губы захватывают в плен мой возбужденный сосок, как я становлюсь влажной для него и все разумные мысли исчезают.

Есть только я и его губы, что спешно исследуют все, что попадается на их пути. Он целует грудь и шею, набрасывается на губы.

Накручивает на кулак мои волосы и не отпускает, не даёт мне даже пошевельнуться. Усаживает меня на свой член, который пока что спрятан в трусах, но явно требует внимания.

Максим направляет меня так, чтобы я скользила по его члену, туда и обратно, не переставая при этом таранить мой рот, трогать за грудь, талию, брать за шею и притягивать ближе.

Я же плавлюсь, готовая сдаться, но у парня имеются совсем другие планы. Когда я не могу свободно дышать, когда грудь вздымается от резких вздохов, а между ног появляются приятные ощущения, то он отстраняется и все прекращает.

— Я хочу ещё… — шепчу я и тянусь к нему, но он резко переворачивает меня на спину и срывает шорты, следом избавляется от, уже мокрых, как я уверена, трусиков.

Макс начинает опускаться вниз, и я начинаю бить тревогу, хочу его остановить, но он одаривает таким жёстким взглядом, что я решаю молчать. Только ноги сжимаю вместе, не давая ему прохода.

Не знаю, я очень стесняюсь. И ещё меня смущает горящий светильник и то, что Максим расположил меня так, что свет от него попадает прямо туда, а сам уселся на пол.

Как у гинеколога на приеме.

— Не заставляй меня тебя заламывать. Я все равно сделаю это, — бескомпромиссно заявляет нахал, силой раздвигая мои ноги.

Глава 60

— Даже если я этого не хочу?

Максим приподнимает вверх бровь. Проводит пальцами между моих ног и поднимает их так, чтобы я видела, какие они влажные.

— Я думаю, ты очень даже хочешь, — ухмыляется самоуверенно. — Тебе нужно просто расслабиться и получать кайф. Стонать, притягивать мою голову и просить добавки.

Легко сказать, но как пересилить себя? Для меня это все ново, то, что я лежу перед ним голая — это уже подвиг.

— Мне неловко… — решаю ему признаться, заглянув в его бесстыжие глаза. В них нет ни капли сомнения, он хочет меня поласкать и его ничто не остановит.

— Пора себя перебороть. Это делают все парочки.

— Я не знаю…

— Марин, я же не прошу тебя подставить мне свою маленькую задницу, — ругается он, похлопывая меня по икрам. — Это обычное куни. Тебе понравится, я обещаю, будешь потом заставлять меня делать это. Не отдаляйся, а прими это, как норму.

Максим прав, сколько уже можно закрываться и убегать от неизбежного. Я обещала, что доверюсь ему, мы начнём наши отношения, я последую за его желаниями.

С этими мыслями я расслабляю ноги, но с тревогой смотрю на то, как парень опускает лицо и начинает целовать внутреннюю сторону бедра. Щекотно и приятно. Даже очень. И я вздрагиваю, когда он совсем неожиданно, но быстро облизывает меня там. Тоже приятно. Стыдно, но приятно.

Хватаю его за волосы, что наконец отросли, и делаю, как он просил, притягиваю ближе, чувствую, как Максим делает со мной что-то невообразимое.

Ощущаю, как мое тело напрягается, как оно натянуто и готово разорваться на молекулы. Я на грани. Мне сложно себя сдерживать, а Максим становится все наглее и уже орудует языком так, как мне этого хочется больше всего. Но все это длится недолго, он не даёт мне кончить, и я готова его придушить за это.

Издевается?

— Я мечтал об этом уже слишком долго…

До меня доходит его хриплый жёсткий голос. Я открываю глаза и вижу, как Макс опускает с себя трусы и приближается ко мне так, чтобы его член был на уровне моего лица.

— Я не…

— Просто оближи, это несложно.

Не успеваю подумать и уже делаю, так как он говорит. Беру его за основание и облизываю. Один раз, второй. Мне нравится, мне правда очень нравится, на ощупь, как бархат, а во рту необычный, но приятный вкус. Парень дрожит в моих руках и начинает достаточно громко стонать, поглаживая меня по голове.

Максим снова не даёт мне втянуться в процесс и останавливает. Снова оказывается сверху и раздвигает мои ноги.

Я ощущаю, как его большая головка упирается у входа, слышу, как Максим начинает тяжело дышать и сжимает свой член, видимо, чтобы остановить возбуждение. Он напряжен и я пытаюсь помочь, закидываю ноги ему на талию и притягиваю его к себе поближе.

— Зря, Марин, сейчас я не могу быть нежным, — отчаянно говорит он, смотря умоляюще в мои глаза. — Дай мне минуту.

— Нет, — говорю я, крепче сжимая его ногами, не желая отпускать.

Парень больше не медлит и с отборным матом проникает внутрь, сразу берет сумасшедший темп, даже не давая привыкнуть к размеру. Однако через несколько жёстких толчков неприятные ощущения проходят и мне становится хорошо. Я ощущаю каждую вену на его большом члене, ощущаю, как сильно напряжены мои стенки. Как сильно я хочу освободиться.

Это что-то нереальное. Неповторимое. Слишком интимное, больше, чем просто секс.

— Тебе нравится? — хрипит он мне в шею.

Мне превосходно! Пускай только не останавливается.

— Угу, — киваю я, сильнее впиваясь острыми ногтями ему в спину. Царапаю.

Не могу удержаться и кусаю его за плечо. Ощущений слишком много, но он начинает сбавлять обороты и, взяв меня за подбородок, целует в губы.

— Скажи, что не будешь больше бегать. Скажи, что не бросишь меня, — неожиданно он повышает голос. — Говори, Марина!

Я немного удивлена, открываю глаза и то, что я там вижу, заставляет меня испугаться, в них плещется враждебность, он начинает меня мучить неспешными проникновениями.

— Не брошу, обещаю. Пожалуйста…

Когда я это произношу, он с шипением начинает увеличивать темп.

В комнате витает запах секса, она заполнена разными звуками и все это проникает в мою голову, возбуждает. Возбуждает и то, с каким желанием смотрит на меня Максим, как жадно он трогает мое тело, кусает мои губы и груди. Не может насытиться.

Я не могу себя больше сдерживать, но чего-то не хватает или что-то мешает мне, я не могу освободиться. И как только Максим просовывает между нами руку и находит точку, на которую необходимо было надавить, то меня пронзает дрожь.

Я закатываю глаза и хватаю ртом воздух, видя мерцающие блики, на моих губах появляется улыбка. Но на этом все не заканчивается, потому что напряжение не уходит полностью и через несколько секунд, я снова ощущаю, что готова взорваться. Потерянная, я не понимаю, что со мной происходит, почему Максим продолжает круговые движения пальцами и глубокие проникновения.

— Вот так, любимая, я сделаю тебе хорошо, а ты должна покричать, — шепчет он, а затем облизывает мочку уха.

— Нас… — облизываю пересохшие губы… — нас могут услышать.

Хотя в данный момент меня это мало волнует, но все же я не хочу его оглушить своими стонами, что так и вырываются из горла, даже несмотря на то, что я кончила. Дважды!

— Похуй, кричи любимая, — приказывает он, строго шлепая меня по заднице. — Покажи мне, как сильно ты скучала.

— Да! — не удерживаюсь я. — А ты?

— И я, малышка, — со стоном выговаривает он. — Хватит разговоров.

И все, у Макса, словно срывает голову. Он закидывает мои ноги к себе на плечи, сильнее наклоняется и начинает таранить мое нутро, не забывая при этом трогать меня, где необходимо, где хочется больше всего ощутить его умелые пальцы.

Это безумие по ощущениям кажется вечностью. Я вздрагиваю в его руках и кричу так громко как только могу, слыша как он тоже себя уже не контролирует. Врезается изо всех сил, а я уже теряю остатки своих, только продолжаю впиваться ногтями в его широкие плечи.

Котов совсем не жалеет меня, он изгибает меня как ему удобно, спасибо моей отличной растяжке, так бы я завтра вообще встать бы не смогла. Но я все ему позволяю. Не могу по-другому. Не хочу иначе. Люблю этого подонка всем сердцем и поделать ничего не могу.

Макс хватает меня за бедра и врезается жёстче, один раз, второй, пока не замирает и не начинает изливаться.

— Марин… — стонет он и я смотрю на то, как он закатывает глаза.

Я ощущаю, как его член пульсирует во мне, прикусываю губы, понимаю, что он снова был без защиты, но тогда он кончил на живот, а тут вовсе забыл об осторожности. Хотя уже слишком поздно, но он пока этого не знает…

Глава 61

Макс обессилено заваливается на бок и прикрывает глаза, при этом блаженно улыбается, словно смог насытится вдоволь. Выглядит, как довольный котяра, объевшийся жирной сметаной. Впрочем, так оно и есть.

Я же несмотря на то, что ощущаю усталость в каждой мышце своего тела, складываю руку под щеку и смотрю на Макса в течение нескольких минут, пока он не открывает свои голубые, такие хитрые глаза.

— Спасибо, Марин, — изрекает он. — Мне этого не хватало.

Я понимаю, что для парней важен секс, но у Макса такое довольное лицо, что хочется его треснуть. Вот у кого-кого, а у Котова близость на первом месте, вон как сразу засиял и подобрел и нет того злого, недовольного взгляда, которым он прожигал меня, когда заявился в квартиру с претензиями. Как ветром сдуло.

— Рада была помочь, — шучу в ответ я, за что получаю шлепок по попе и обещание второго раунда.

Недолго полежав Котов уходит принимать душ, зовет и меня с собой, но я решаю отказаться. Схожу после него, потому что ко второму раунду, на который он активно намекает, я не готова.

Почти засыпаю, пока жду его, раз за разом прокручивая в голове то, что между нами произошло. Это было ожидаемо, но вот такой напор немного пугает и восхищает одновременно. Я чувствовала себя нужной и любимой. Я была его. И мне это очень понравилось.

С огромной ленью я иду купаться после того, как он заходит в комнату, кидая пару пошлых шуточек.

Когда я возвращаюсь, то ухмыляюсь представившейся мне картине: у меня дежавю, ведь подобная сцена произошла около часа назад. Котов с наглой моськой, в трусах, развалился на кровати, в одной руке он держит бутылку ещё не открытого вина, другую же разместил на торсе. Кивает мне, при этом всматриваясь в мое лицо.

— Я не буду пить. Да и тебе думаю хватит.

Усаживаюсь на край кровати, так, чтобы обнять свои ноги руками.

— Почему ты не будешь?

Потому что… Пора сказать?

А какой смысл оттягивать. Хотя после всего неприятного, мне так не хочется рушить нашу шаткую идиллию. Я хочу эту ночь для себя, но чувствую внутренний зуд, он мешает мне молчать.

Или же не говорить…

— Что такое? Ты скажешь мне в чем дело?

Я даже не заметила того, как парень переместился и оказался слишком близко, видимо настолько глубоко я задумалась.

— Я… — в горле пересыхает. Сглатываю вязкую слюну. — Эм. Я беременна.

Я даже не слышу своих слов, они звучат как гром среди ясного неба. Я не смотрю ему в глаза, потому что боюсь, что увижу в них страх или презрение. Или хуже того отторжение.

Отворачиваю голову в сторону, смотря куда угодно, но не на него, пытаюсь успокоиться и не заплакать. В следующее мгновение чувствую грубую руку на своей коленке и мне приходится к нему повернуться. Смотрю на его губы.

— Знаешь, я догадывался. Меня совсем недавно посещали эти мысли.

Я… Я… Догадывался? Как? Впрочем, неважно.

— Вот так в общем… — хриплю я, прикрывая глаза.

Когда я призналась ему, то осознала полностью, в какой ситуации нахожусь. Между нами теперь не будет как раньше, возможно он построит стену, или же это сделаю я сама. Я не привыкла верить в лучшее, что впрочем, иногда мешает мне развиваться.

Я в какой-то прострации, словно я здесь с ним и вроде меня нет. Его голос звучит отдалённо, я больше слышу шум в ушах и чувствую биение своего сердца. Но после замечаю, как Максим встаёт с кровати, идёт на выход…

Во мне начинает все бунтовать, я готова расплакаться и вскочить вслед за ним. Чувствую, как слеза течёт по щеке, пока он в спешке надевает джинсы и, не сказав ни слова, выходит из комнаты.

Я просто сижу и смотрю на дверь, когда внутри меня буквально разрывает.

Мне приходят мысли о том, что он просто уехал. Я даже в какой-то мере хочу этого. Ведь так проще винить его во всем, притвориться жертвой.

Однако меня это не устраивает. Я хочу быть с ним, сегодня я это окончательно поняла, хочу этого подонка рядом с собой. И сбежать ему я не позволю. Не позволю ему так поступить со мной. Именно поэтому я вскакиваю с кровати и бегу на выход, следом за ним, вниз по лестнице, пока не оказываюсь на пороге, тяжело дыша. Максим стоит, курит и смотрит вперёд, но как только замечает меня, то поворачивается вполоборота и хмурится.

— Зайди в дом, здесь холодно.

— Ладно, — выдыхаю обеспокоенно.

Не уехал. Вышел подумать, впрочем я его понимаю, сама долго приходила в себя от такой новости. Черт… Я и правда подумала, что он слился.

Возвращаюсь в комнату, в ожидании Максима, стараюсь не накручивать себя и вскоре он возвращается. И я немного расслаблюсь.

Не бросил. Вернулся. Он со мной.

— Ты думала я сбегу? — спрашивает он с жесткой интонацией.

Пожимаю плечами, ощущая как от него пахнет табаком, быстро набираюсь смелости и заглядываю ему в глаза. В них нет особых изменений. Проглядывается решимость и некая злость, которую я могу понять. Какие ему дети в его-то возрасте. Ему гулять и гулять, а тут я… с пузом. Но от этого уже не убежать, дело сделано, а на аборт я не пойду.

— Именно поэтому ты от меня бегала и отказывалась разговаривать?

Частично да. Хотя по большей части я ревновала его к другой. И у меня было на это полное право!

— Я так боялась твоей реакции и сейчас боюсь. И Вероника… — лепечу я, ловя каждую реакцию на его напряжённом лице. — В общем, мне нужно было подумать. Я испугалась, что ты оставишь меня одну.

Я боялась всего хаоса, который мне пришлось бы разгребать. Боялась потерять его навсегда.

— Куда я терпеть денусь. Ты же привязала меня к себе всем, чем только смогла, — фыркает он и протягивает ко мне свои большие руки. — Иди ко мне.

Мы обнимаемся, я чувствую себя в безопасности, с ним в такие моменты слишком хорошо. Тепло и уютно. Как дома.

Интересно, о чем он сейчас думает…

— Что ты чувствуешь? — решаю спросить.

— Не понимаю. Я не расстроен, это точно. Вот здесь ощущаю предвкушение, — не сильно бьет кулаком в грудь, — но ещё не осознал до конца, — отвечает хрипло. — Я правда буду отцом?

Слово «отец» вызывает во мне множество эмоций. В голове не укладывается то, что если все пройдёт хорошо, то мы станем родителями. Я и Максим. Я и парень, в которого была безответно влюблена долгое время.

— Угу… — дёргано киваю.

— Я в шоке, — говорит Максим, уводя меня в сторону кровати.

Он раздевает меня до нижнего белья настолько быстро, что я даже не успеваю возмутиться, хотя я и не хочу этого делать, а после укладывает в постель, затем раздевается сам и ложится рядом.

Максим выключает светильник и вновь пытается ко мне приставать, я же всячески пытаюсь остудить его порывы, но у меня ничего не выходит. По итогу он снова наваливается сверху, и мы занимаемся сексом ещё раз.

Неугомонный мой.

Чувствую, что сил совсем нет, хочется спать, тем более я нахожусь в тёплых объятиях парня, но меня не покидают мысли. И я поворачиваюсь на спину и смотрю в потолок.

— Я хочу, чтобы ты знал ещё кое-что, — решаюсь я на откровенный разговор, пока Максим окончательно не заснул.

Это нужно сделать сейчас, иначе в другой день мне не хватит смелости.

— Я думал, что достаточно тебя утомил, — сонно произносит он, утыкаясь носом мне в шею. — Я слушаю.

Котов гладит мой живот и во мне снова начинает просыпаться желание. Он делает это так собственнически, но в то же время слишком нежно. Может сейчас он думает о нашем ребёнке?

Я не ожидала, что он все так легко примет, надеюсь, что завтра ничего не изменится.

— Ты же помнишь, как мы… — начинаю переживать и мну от нервов простынь. — Ну, переспали недавно.

Максим щиплет меня за бок и недовольно ворчит.

— А я мог забыть?

Парень посмеивается, припоминает мне как это было и сколько раз, он хотел это повторить. Я же краснею.

— Ты спросил сколько парней у меня было до тебя, — говорю на выдохе, сразу почувствовав как Максим напрягся.

— Марин, ты не обязана отчитываться. Мне не очень приятно об этом думать, но ты имела полное право спать с кем… — отлипает он от меня и тоже переворачивается на спину. — Сука, как же тяжело это говорить! — рычит он. — С кем хочешь. Я козел, что наехал на тебя. Я просто приревновал, поэтому наговорил всякое.

Приятно слышать, что он осознал, что был не прав. Неужели начал меняться в лучшую сторону?

Хотелось бы верить. Хотя я буду любить его и таким.

— У меня не было других парней, — с замиранием сердца признаюсь я. — Был только ты и все.

Длится долгое молчание, которое оглушает, я слышу его тяжелое дыхание, но он по-прежнему продолжает неподвижно лежать, переваривая услышанное.

— Нет, не понял. Ты не была девственницей, — потом его дыхание замирает. — Подожди, тебя изна…

Глава 62

— Нет, нет, нет! — принимаю сидячую позу, закрывая лицо руками. — Ты не понял!

— Марин… — угрожающе хрипит Котов, убирая мои руки, но я всеми силами стараюсь от него отвернутся.

— Очень сложно об этом говорить…

С каждым словом дышать становится тяжелее и тяжелее. Мне стыдно в этом признаваться, но я больше не могу ему врать, мне жизненно необходимо все рассказать. Признаться. Покаяться. Возможно он осудит, отругает, но больше я молчать не хочу.

Парень почти вплотную дергает меня за плечи, пока я собираюсь с мыслями, что оказывается очень сложно.

— Не томи, а то я уже столько всего представил, что лучше бы тебе рассказать все как есть, — злобно ругается он, продолжая меня трясти.

— Я была в тебя влюблена еще подросткового возраста, — отвечаю шёпотом, сжимая крепко кулаки.

Переживаю. Говорить такое оказывается очень непросто, но без этого признания никак не обойтись. Нам необходимо во всем разобраться, он должен знать, что я натворила, чтобы меня это больше не беспокоило.

Максим отпускает меня, но даже без включённого света я подмечаю, как обеспокоено он на меня смотрит, словно я признаюсь ему в ужасных вещах. Впрочем, так оно и есть.

— Я понял это в тот момент, когда ты заявилась ко мне в комнату и пыталась соблазнить, — дёргано кивает. — Честно скажу, я тогда офигел.

Еще как пыталась… Я думала, что он примет меня с распростертыми объятиями, я думала, что признаюсь ему о нашей ночи ещё тогда. Я предполагала, что возможно, он ничего не помнит, но надеялась на лучшее.

На самом деле я была той ещё дурочкой. Я не должна была лезть куда не стоит.

— За день до этого у тебя дома была вечеринка, помнишь?

Решаю начать издалека, а у самой картинки перед глазами, я отлично помню тот вечер, словно это было вчера. Я долго готовилась, была при полном параде, так переживала, что руки тряслись.

— Да, я тогда так нажрался, что на ногах еле стоял, — хмурится он. — Отец, сука, начал оскорблять мою мать и, хотя я ничего о ней не знаю, забухал.

Я слышу в его голосе напряжение, чувствую, что этот разговор будет нелегким. Переживаю о том, что Котов посчитает меня ненормальной, откажется от меня.

— Я была на той вечеринке.

Макс молчит около минуты, а потом нервно взъерошивает свои отросшие волосы, смотря на меня с еще большей тревогой. По его взгляду понимаю, что до него начинает медленно доходить.

— Вот же дерьмо! Не говори мне, что я… — заикается, — я залез на тебя? Я же ни черта не помню, — обреченно скулит он. — Помню, блондинка была высокая, я с ней весь вечер отжигал, но это была не ты. Точно не ты, у той были губы, как вареники, и дурацкий пирсинг в носу.

Макс переживает, волнуется, вспоминая тот вечер, и я его понимаю. Не знаю, как отреагировала бы на его месте. По сути, я его обманула. Использовала. Если вдуматься, то поступок ужасный.

— Это была моя знакомая. Она хотела привлечь твоё внимание и попросила меня пойти с ней. Но когда я увидела вас вместе, то жутко заревновала.

И это мягко сказано. Я готова была взреветь от внезапно захлестнувших меня негативных эмоций.

Мне надоело быть в стороне, надоело то, что он не обращал на меня внимания, не смотрел так же, как на других девушек. Я хотела его внимания. Хотела быть с ним.

Мне было плевать на все, я думала только о себе и о своих чувствах.

— Что ты сделала? — хрипит Котов, смотря на меня с ужасом.

— Я… Блин, мне так стыдно! — прикрываю руками глаза, чувствую, как заходится сердце. — Я позвонила ее родителям, и они за ней приехали, а она ещё пьяная была, ее отец начал кричать на всю улицу и после этого запер ее дома на полгода.

Я подставила ее, и она это прекрасно поняла и перестала со мной общаться. Впрочем, я это заслужила.

— Что ты сделала дальше? — спрашивает с нажимом.

— Мы были одеты примерно одинаково. В доме было темно. Ты не заметил разницы и повёл меня к себе в комнату, — отвечаю я, тяжело сглатывая слюну.

Мои руки опустились, я заглянула в его потерянные глаза, но мне стало так стыдно, что я отвернулась от него.

Нужно было сохранить это в секрете. Я не хочу, чтобы он на меня так смотрел, не хочу, чтобы разочаровывался.

— Я сделал тебе больно? — тихо спрашивает он, убирая волосы с моего плеча.

Его голос дрогнул.

Горько усмехнулась. Я была в него одержимо влюблена и мне было все равно. Я готова была на все что угодно, лишь бы он был моим.

— Нас накрыла страсть, я даже не успела испугаться, — говорю я то, что было на самом деле. — Ты был груб, но не настолько, чтобы жаловаться.

Я слышу как Максим вздыхает у меня за спиной, а после ощущаю его руки на талии и то, как он тянет меня на себя, а сам укладывается на спину.

— Мне жаль, Марин, что твой первый раз был с таким уродом, как я, и в такой ситуации, правда, — говорит он, уткнувшись лицом мне в волосы. — Ты этого не заслуживала.

Руки Котова обвивают мой живот и держат очень крепко, он не дает мне возможности сбежать. На нем так удобно лежать и он такой тёплый, что веки начинают тяжелеть, но я ещё не закончила.

— Ты заснул, а я заказала такси, никто не заметил моей пропажи, матери не было дома, а Фил тогда простудился и отсыпался в своей комнате. Я приняла ванну и легла спать. А потом ты к нам пришел и…

— И отшил тебя, — отвечает за меня.

— Да. Я понимала, что ты не помнишь. Прекрасно это понимала, но мне было так больно, что когда ты вернулся на учебу, то я стала пропадать в разных компаниях, часто гуляла. В один из вечеров я выпила, как и все мои новые друзья, и мы сели к парню в машину, — рассказываю с замиранием сердца, со слезами вспоминая ту злополучную ночь. — Плохая видимость на дороге, сигнал встречной машины и столб.

Меня начинает трясти, так происходит почти всегда, когда я думаю об этом. Это было страшно. Даже не сама авария, а то, что я могла больше не встать на ноги, но благо мне повезло.

— Марин, не плачь, — Максим убирает волосы с моего лица и обнимает крепче, давая ту самую защиту и поддержку, которую я так хотела получить.

— Четверо пострадавших, я со сломанным позвоночником. О танцевальной карьере пришлось сразу забыть, — всхлипываю и смахиваю слёзы. — Я так жалею…

Я сама разрушила свою карьеру. Все тренировки, все соревнования, все золото и серебро, потраченное время, силы, — все это было впустую. Я хотела выступать на большой сцене, но была слишком эмоциональна, чтобы откинуть в сторону свою боль, я пошла по другой тропинке, за это и поплатилась. Я не должна была лезть к Максиму.

— Ты никогда не показывала, что тебе так тяжело, всегда улыбалась и говорила, что это ерунда.

Смеюсь. Я не могла показать слабость, мама и Филипп и так сильно переживали, поэтому я и говорила, что мне все равно и я не особо хотела дальше танцевать.

— Теперь мне легче. Правда. Вообще я не хотела сюда поступать, даже после аварии. Я хотела в Питер, на факультет искусств, хотела сменить обстановку и окружение, но мама и Филипп не пустили, они боялись, что со мной опять может что-то случиться.

Боялись, что я снова попаду в плохую компанию, впрочем они на это имели полное право, я предала их доверие.

— Да, он мне это говорил. Он любит тебя и поэтому переживает, — успокаивает Максим. — И каюсь, я поддержал его в решении не отпускать тебя в другой город.

Неудивительно, ведь он не чужой человек в нашей семье, его мнение тоже важно.

— Тогда мы не были бы здесь, и я бы не была бы беременна, — изрекаю я, разворачиваюсь и кладу голову ему на грудь.

Тогда у нас точно ничего бы не получилось. Теперь я даже думаю о том, что все к лучшему. Я потеряла одно, но приобрела совсем другое.

— Матери ещё не сказала?

— Нет, — морщусь я.

Должна была, но я догадываюсь какой начнётся хаос. Я пытаюсь отложить это на потом, но чем дальше, тем хуже.

— Почему? — искренне удивляется парень, при этом опуская руки на ягодицы. — Трусиха моя, ты ее любимица, она будет на седьмом небе от счастья, я слышал как настойчиво она требует внука от Фила и Риты.

Сравнил конечно. От меня внука она не требует, она даже о парнях меня никогда не спрашивала. А тут такой подарочек…

— Думаешь будет? — смотрю с надеждой на него. — А брат?

— Я с ним поговорю, — уверенно заявляет Максим, а после добро улыбается, очаровывая своим мужским магнетизмом. — А теперь молодой мамочке пора спать…

Пока засыпаю в надежных объятиях, я обещаю себе, что в ближайшие дни расскажу о беременности маме. Хватит бояться, уже ничего не исправить, мы с Максимом будем вместе, даже несмотря на то, как на новость о моей беременности отреагирует брат. Я только могу надеяться, что не произойдет ничего ужасного…

Глава 63

***Макс***

— Ваша машина будет готова через месяц, запчасти придётся заказывать из заграницы.

Твою же мать!

Ответ автомобильного дилера мне совсем не нравится. Месяц без личного транспорта это слишком долго, придётся брать авто в аренду.

Так получилось, что я попал в аварию. Ну как попал, подставил свою машину под другую, когда та чуть не наехала на подругу Марины.

Это все из-за Артёма, у него жёсткие неприятности, связанные с работой, вот я и помог чем смог. И так как друг связался с криминалом, пришлось договориться о встречи с моим отцом, чего я делать никак не хотел. Но что не сделаешь ради дружбы.

Я выслушал кучу дерьма в свой адрес, но зато корешу помог и был собой доволен.

Из-за машины расстроился, я люблю эту малышку, ещё сильней расстроило то, что Маришка в ней мне так и не дала, раскапризничалась, сообщив, что секс в машине — это слишком пошло.

Здесь я с ней вообще не соглашусь, как по мне это такой же секс и я не ставлю ее в известность о том, что собираюсь искоренить скромность в нашей постели.

Впрочем, ее закидоны меня никак не трогают, я привык к этой вредной стерве, которая порой хорошенько трахает мой мозг, плюс она же беременна, гормоны там шалят, организм перестраивается, ну и вся эта ерунда.

В общем, жаловаться я не имею права.

Беременна, блять. Марина от меня шустро залетела, словно мои сперматозоиды именно этого момента и ждали. До сих пор не могу в это поверить.

Нет, я конечно сам накосячил, не используя презервативы, но по-другому секс с ней и не может быть. Мозги плавятся, думаешь только одним местом, о резинке забываешь напрочь. Я не виноват.

Впрочем, что самое интересное, я не расстроен. Вот ни капли. Словно так оно и должно было произойти. Я понимаю, что на мне теперь висит огромная ответственность и это пиздец как пугает, но не настолько, чтобы бежать без оглядки.

Сложно представить, как ощущала себя Марина, когда поняла, что мы сделали, сейчас, когда я все знаю, мне полностью понятны ее выходки.

А подробности событий двухлетней давности привели меня в полное недоумение. Марина была такой застенчивой, а тут решила хитростью лечь ко мне в постель и у неё это получилось. Безрассудная.

Почему же сразу не рассказала? Вывалила бы все прямо в лоб, как есть, ещё тогда, но нет же, малышка испугалась не пойми чего.

Хотя я не знаю как бы поступил с ней тогда, потому что… Ну бля, она же была мелкой. Меня бы совесть сожрала и я бы точно перестал так сильно бухать. Это пришлось бы пообещать ей, что через пару лет, когда она повзрослеет, мы будем вместе. Кинуть я бы ее не смог. Кого угодно, но только не Марину.

На самом деле мысли о том, что Марина беременна меня окрыляют, я все думаю, как оно будет дальше, с чего мне стоит начать. Только, когда я начинаю разговор с Маришкой по поводу моего переезда к ней, то она переводит тему, говорит, что все ещё успеется и нам не стоит спешить.

А я не согласен, ещё как стоит! С чего это я должен мяться в стороне, это мой ребёнок, моя девушка, я хочу жить с ней на одной жилплощади, в своей, между прочим, квартире.

Возможно, Рязанова меня так наказывает за всю эту историю с Вероникой, возможно, она пока не готова к такому шагу, но у неё попросту нет выбора.

Я в любом случае перееду в ближайшее время. Сейчас решу вопрос с Филом и больше скрывать отношения нем не придется. Мне эта мышиная возня надоела.

Прикуриваю вторую подряд, в ожидании, когда друг выйдет из вуза. Я может и нервничаю, но только за Марину, потому что понимаю, что Фил устроит мне взбучку, а это как минимум заденет ее чувства, чего бы мне не хотелось. Она не должна волноваться из-за такой ерунды.

Задумавшись, я даже не сразу замечаю, что Филипп подошёл сзади, пока на мое плечо не приземлилась его рука.

— У нас чп! Мать звонила, сказала, что Марина беременна, — говорит он враждебно, я поворачиваюсь к нему и вижу, как на его лице застыла вселенская злость. — Мы с тобой убьём этого ублюдка, который…

— От меня, — перебиваю его, выкидывая сигарету в ожидании того, что получу по роже.

— М? — не понимает, морщится, сводит брови вместе.

— Фил, не тупи, — закатываю я глаза. — Твоя сестра беременна от меня. Я тот ублюдок, которого нужно убить.

— Слушай, не смешно, — сердится он, толкая меня в плечо.

Друг думает, что я издеваюсь, хотя судя по тому, как вытягивается его лицо, а глаза наливаются кровью, я понимаю, что у него в голове начинает складываться картинка.

— Думаешь я шучу? — хмыкаю, наблюдая как его начинает трясти.

Это неизбежно, разговоры не помогут, поэтому я не отбиваюсь, когда получаю первый удар в лицо. Отлично, как раз прошла сонливость.

Филу это оказывается мало и он ударяет ещё раз.

— Ты… — запинается. — Ты… Да ты ахуел?! Залез на мою сестру? На Марину? — орет он, хватая меня за куртку и трясет со всей дури. — Да мы оба росли с ней, ты, сука, держал ее на руках, когда она была мелкой. Мы учили ее кататься на велике, мы проверяли ее уроки. Ты ей как брат!

Друг толкает меня, и я ударяюсь о рядом стоящую машину.

— Я ей точно не брат, — морщусь я, трогая свою челюсть.

— А я-то думаю, что ты молчишь и скрываешься от меня в последнее время, а ты просто трахаешь мою сестру.

Выпрямляюсь, вытираю капающую из носа кровь. Вообще все равно. Он выпустит дурь и успокоится, это того стоит, Марина этого стоит. Нужно было раньше все сказать, сразу после секса в квартире.

— Бей сколько влезет, — говорю ему, но именно в этот раз он останавливается.

— Советую к ней больше не подходить, — кричит он.

У нас уже появились зрители, поэтому я подхожу к нему ближе, чтобы никто нас не услышал.

— Ты ее у меня не отберёшь, — кладу на его плечо руку и сжимаю. — Прости, друг, но тебе нужно свыкнуться с мыслью, что мы вместе.

Филипп приближает своё лицо, смотря на меня так, словно видит во мне заклятого врага. Я понимаю его чувства. Марина была неприкосновенна, я позарился на самое драгоценное. Забрал ее невинность и заделал ей ребёнка. Для него я и правда враг номер один.

— Ты специально ее к себе поближе подселил, чтобы к ней в трусы залезть?! — рычит он отчаянно.

— Я подселил ее в свою квартиру, это разное, а скоро в неё переселюсь и сам, — после этих слов я получаю кулаком в живот и теряю весь воздух из лёгких. — Перестань себя вести, как взбунтовавшийся подросток!

Мне надоедает то, что он продолжает меня мутузить, но я держусь, потому что я не собираюсь его трогать.

Все выходит из-под контроля, когда я теряю равновесие и ударяюсь об лёд коленом, когда я встаю, то следом получаю по нему с ноги от друга.

— Фил! Фил! Прекрати! Прекрати! Что ты творишь?!

Хоть в ушах и звенит, но я слышу визгливый голосок Марины и злюсь, ведь я же сказал ей не лезть в наши с ним разборки. Отлуплю негодницу.

Поднимаю голову и вижу, как Фил дергается, из-за чего Марина спотыкается на месте и падает.

— Не трогай ее, — толкаю придурка в сторону. — Ты с ума сошёл?!

Поднимаю ее на ноги и ощущаю, как ее всю трясёт, замечаю как блестят ее глаза.

— Я не хотел… — говорит за спиной друг.

Слышу как подбегает его девушка и начинает с ним ругаться, уводя его от нас. Правильно, ему необходимо остыть.

Сажусь на капот машины и сплевываю кровь, Марина становится напротив, смотря в сторону уходящего брата.

— Он меня не простит, — эмоционально всхлипывает она и я, не выдерживая этих соплей, грубо притягиваю ее к себе.

— Куда он денется, — зажимаю ее в объятиях. — Эй, малыш, не реви.

Пытаюсь поцеловать, получая недовольное замечание про то, что я весь в крови. Меня это мало волнует, поэтому я ломаю ее сопротивление и вгрызаюсь в ее маленький рот. Да, это именно то, что мне было необходимо. Толкаю девушку к двери, чтобы поскорей заняться важным делом, но начинаю ругаться, когда чувствую резкую боль в ноге.

— Что с тобой? — обеспокоенно спрашивает Марина, хватая меня за талию, словно она сможет меня удержать.

— Ничего, все отлично, нам срочно нужно отъехать, — пытаюсь ей улыбнуться, хотя ощущаю дискомфорт. Только он не помешает задуманному.

Как только Марина садится в заранее арендованную машину, я с трудом дохрамываю и падаю на водительское сидение. Срываюсь с места, чтобы найти укромное местечко. Мне тоже необходимо выпустить пар.

Кидаю взгляд в сторону девушки. Молчит, ресницами своими пушистыми хлопает, начинает краснеть. Поняла, что к чему.

У меня всегда так, после драки хочется хорошенько потрахаться, тем более я вообще стоял в стороне. Ничего с собой поделать не могу.

Скалюсь, когда сворачиваю в гаражный кооператив, шустро отыскивая безлюдное место. Пора постепенно приучать малышку и к моим эмоциональным всплескам.

Глава 64

— Максим, послушай, то, что ты собрался делать, это очень откровенно. Нас могут заметить… — начинает возмущаться она, хватаясь за ручку у сидения.

Решила сбежать? Глупышка.

— Я тебя обязательно послушаю. После, — ухмыляюсь я, видя в ее взгляде лёгкий испуг. — А сейчас, будь добра сними свою куртку и садись на меня сверху.

Вот что мне нравится в Марине, это то, что она отлично прочитывает настроение на моем лице и понимает, когда нужно перестать мне перечить. Девушка снимает куртку, бросая ее на заднее сидение, закидывает ногу и седлает меня.

Лучшая поза, которая только может быть.

Перед глазами в этот момент мелькает ее огромный вырез и главное кофта такая тонкая, ещё и бежевого цвета, облепляет ее словно вторая кожа. Я даже вижу ее стоячие соски через лиф и ткань.

Зашибись она придумала.

— Ты ходила на учебу в этом? — улавливаю в своём тоне раздражённые нотки.

Спокойно, сейчас главное не срываться.

— А что? Что не так?

Сучка хлопает ресницами, делая вид, что ничего не понимает. Хватаю ее за зад и грубо сжимаю, замечая как она дергается.

— Половина твоей группы состоит из парней. О чем ты думала, когда надевала эту вещь, показывая всем свои сиськи?

Мне не нравится, что я так раздражаюсь, меня прямо выворачивает. Я не должен так ревновать, но чувство собственности сжирает изнутри.

Марина разве не понимает, внимание скольких парней сегодня привлекла?

Видимо нет. Она нервно поправляет ткань, стягивая ее ближе к шее, но это, черт возьми, не помогает.

Я, конечно, оценил, как впрочем и мой хер, но я совсем не хотел бы, чтобы это видели другие мужики. Это мое.

— Мне нечего показывать… — обижается сразу она, отводя в сторону глаза.

— Это неправда, — отрицаю, при этом притягивая ее ближе, так, чтобы она поняла, что мне все более чем нравится.

— Ты мне льстишь, — смущается девушка, нервно ерзая по моим ногам.

Она не догадывается, что тем самым только сильнее меня возбуждает?

— У тебя лучшие груди, которые я только видел. Они маленькие, но такие изящные и мне очень нравятся твои нежно-розовые сосочки и…

— Я поняла, хватит! — закрывает ладошками мой рот. — Лучше скажи зачем мы сюда приехали?

И правда. Достаточно лишней болтовни.

— Это не мерс, детка, но я хочу, чтобы ты поскакала на моем члене, поэтому будь добра, сними колготки вместе с трусиками и погнали.

Маришка прикусывает губу, смотрит с недоверием, но все же приступает к выполнению поставленной задачи. Я же тем временем расстёгиваю ширинку и спускаю джинсы вниз, беру в руку член и ожидаю гостеприимную девушку.

— Не знаю получится ли.

— Марин, ты такая смешная, — усмехаюсь я, смотря на ее крайне смущённое лицо. Ну сама невинность. — Ты уже беременна, но сомневаешься получится ли у тебя?

Эти слова ее бодрят и она, недолго думая приподнимается, чтобы сразу насадиться. Только я ее оперативно останавливаю.

— Решила на сухую?

Ругаю девушку, шлепая по ягодицам и начинаю ее нежно целовать.

— Я не сухая… — шепчет она, отрываясь.

Веду ладонью по ее заднице и оказываюсь между стройных ножек. И правда, она далеко не сухая. Главное, когда успела?

Самая идеальная девушка.

— Да ты ж грязная развратница, — рычу ей в губы. — Перестань такой быть, иначе все будет происходить слишком быстро.

— Котов, может хватит разговоров?

После ее слов меня срывает. Я, как умалишенный, впиваюсь в ее талию и поднимаю вверх, накидываюсь на нее, как изголодавшийся зверь, целую так, словно это последняя наша встреча, но жду, пока она сама на меня опустится.

Стараюсь не думать о том, что хочу остервенело врезаться в неё и как можно скорее избавится от накопившейся неудовлетворенности. Благо Маришка не мучает нас обоих и плавно опускается, постанывая мне в рот.

Мне приходится сжать зубы, чтобы хоть как-то остановить поток возбуждения, но сделать это невозможно, ведь Маришка начинает буквально скакать на мне.

Я специально сжимаю свое больное колено, чтобы не кончить, как малолетка. Меня отпускает, и я могу насладиться ее спешными, рваными движениями на мне.

Стягиваю вниз кофту вместе с лифчиком, освобождая сиськи, сразу захватываю одну, покусываю, а после приступаю ко второй.

— Ахуеть… — вздыхаю я, когда отстраняюсь.

Теперь я буду часто трахать ее днём и в машине, ее вид выворачивает мои внутренности наизнанку. В такие моменты она нереально красива. С красными щеками, полузакрытыми глазами, с вывалившейся из кофты грудью, на моем члене. И теперь у меня есть полное право делать с ней все что угодно.

О подобном я и фантазировать не мог.

Марина стонет очень пронзительно, что я членом ощущаю вибрации. Чувство эйфории подкрадывается незаметно, но очень стремительно, и чтобы не кончить первым, я целую девушку, просовываю руку между нами и тру ее клитор.

Маришка чувствительная, она быстро взрывается, даже не приходится особо стараться. Я решаю долго не мучить ее и заканчиваю следом.

Ничего, дома у нас будет второй раунд. И третий. Да у нас дохрена времени.

— Тебе не нужно стыдиться, — говорю я ей, когда мы поправляем свою одежду.

— Да знаю я, просто ты такой развратник, я даже боюсь представить, сколько опыта ты получил до меня.

Я так и улавливаю ревностные нотки в ее голосе. И мне это нравится, главное, чтобы все это не вылилось в очередной скандал.

— Марин, — тяжело вздыхаю и кладу руку на ее колено, когда она возвращается на пассажирское сидение, — то, что происходит между нами так же в новинку и для меня, не нужно сравнивать себя с другими. Отношения у меня впервые.

— Хорошо, прости меня.

Ее извинения сбивают меня с толку, неужели мы начинаем находить контакт, а не ругаемся из-за каждой ерунды?

Было бы замечательно.

Далее день проходит в более тихой обстановке, я напросился к Марине в квартиру и покидать ее не собирался, о чем ей сразу сообщил. Она не особо возражала.

На следующий день утром меня уже ждал завтрак и клянусь, что это лучшее о чем можно мечтать. Полуголая Марина на кухне жарила сырники. Прямо там я ее и взял, посадил на стол, раздвинул ноги, ворвался, как в последний раз. После мы позавтракали, мило беседовали ни о чем, но мне необходимо было уехать.

— Боже, твоя нога распухла, — вскрикнула Марина, когда подловила меня в ванной комнате.

Вчера ещё нормально было, синяк и припухлость, но сегодня утром я заметил, что стало немного хуже, плюс она начала болеть. Я скрывал от девушки как мог, но видимо, когда живешь с кем-нибудь вместе, тайное быстро становится явным.

— Кис, все хорошо, — цокаю я, натягивая джинсы.

— У тебя сегодня бой… — подходит она ближе, смотрит пронзительно. — Ты же его отменишь?

Смеюсь в голос. Тренер меня прибьёт, да и все уже проплачено, люди приобрели билеты. Даже если бы мне отрезало ногу, я бы не имел права не приехать.

— Из-за этой царапины? Категорически нет.

Обхожу девушку и захожу в комнату, чтобы забрать телефон и ключи от машины. Так, нужно ещё зайти к себе в квартиру, взять необходимое.

— Это не царапина, — говорит Марина, идя за мной следом. — Максим, остановись!

Поворачиваюсь к ней, накидывая на плечи куртку.

Мне, конечно, приятна ее забота и все такое, но я мужик и могу вытерпеть любую боль. После того, как херачил меня отец, после сломанных костей на ринге, мне уже все равно, словно я потерял всякую чувствительность.

— В боксе используются кулаки, а не колени, — говорю ей очевидные вещи. — Все будет как обычно, тебе не о чем переживать.

Марина мнётся на месте. Хочет ещё что-то сказать. И чтобы не дать ей этот шанс, я делаю шаг назад, чтобы она поняла, что я ухожу. Она хватает меня за руку и останавливает.

— Мама приедет через час, — говорит с волнением. — Может я отменю и поеду с тобой?

Мы об этом уже говорили.

— Я не дам тебе за меня волноваться, ты и так из-за вчерашнего на стрессе. Сиди лучше дома, жди мать и пей чаек. Я приеду к ночи, — обещаю я ей.

— Максим…

Марина обнимает меня крепко, что я удивляюсь, откуда у такой хрупкой малышки столько сил. Поднимает ко мне своё лицо, смотрит голубыми глазищами и я вижу, что она умоляет меня остаться.

— Не могу, я постараюсь быть как можно раньше. Жди меня с победой, — быстро целую ее в пухлые губы и добавляю: — Люблю тебя.

Даже сам не понял, как последнее вырвалось из моего рта, я просто посчитал нужным сказать ей это. Разбираться в себе у меня нет времени. Опаздываю.

Маришка моргает несколько раз и открывает от удивления свой ротик.

— И я… И я люблю тебя, — отвечает быстро, провожая меня до двери.

Выскальзываю из ее рук и быстрым шагом иду к лифту. Сердце стучит, как бешеное. Земля словно из-под ног уходит. Блять, хрень какая-то.

Разнервничался что ли?

Быстро еду в зал, где будет все проходить, надеюсь на то, что не задержусь. Сначала долгая подготовка, после бои, которые продлятся пару часов. К двенадцати рассчитываю быть у Марины.

Вот только сегодня что-то не так: плохое предчувствие не покидает, а чуйка у меня отменная. Ещё нога разболелась, но уже было слишком поздно что-то решать, я выхожу на ринг.

Сегодня я по-любому вернусь с победой, я ей пообещал.

Глава 65

Через некоторое время как Максим покинул квартиру, я начала с волнением посматривать на часы. Мама вот-вот приедет. Переживаю по поводу того, как она отреагирует.

Я вчера ей позвонила и как на духу выдала информацию о своём положении и вот во что это вылилось. Филипп разгневался, когда узнал, что парень, который наградил меня подарком, это его лучший друг.

Я не хотела ссорится с братом, но была на стороне Максима. Да, мы поступили неправильно, но уже ничего не изменить, а главное я и не хочу этого делать.

Рядом с Максимом мне хорошо, я чувствую себя живой, нужной, вижу с какой нежностью он на меня смотрит в те моменты, когда думает, что я этого не замечаю.

Его прикосновения приносят удовольствие и не только в сексе, они дарят душевное тепло, когда мы лежим вдвоем, когда он подходит сзади и обнимает меня.

Я вижу в нем искренность. Он сказал, что любит меня.

Я ему верю.

Переживаю, что он уехал с травмой, но его было не остановить, он не хотел показаться слабым в моих глазах, хотя я видела, что он тоже переживает. Он сильный и со всем справится, в этом нет сомнений.

Мне все равно принесёт он победу или нет, главное, чтобы все прошло спокойно и без происшествий.

Все будет хорошо, нужно отвлечься, не накручивать себя. Как только я ставлю чайник, раздаётся звонок в дверь, недолго думая иду открывать.

— Привет, мам, проходи… — приглашаю ее внутрь.

Статная, красивая женщина заходит в квартиру, она похожа на железную леди, но от ее взгляда веет теплотой. Она притягивает меня к себе для того, чтобы крепко обнять.

Это как раз то, чего мне сейчас очень не хватало. Я очень люблю свою маму, но нежности в наших отношениях было не так много, как хотелось бы, все из-за ее работы, где она всегда должна быть строгой.

— Дорогая! Прости, что не смогла вырваться раньше, на работе завал, — целует она меня в обе щеки. — Ты как себя чувствуешь?

— Хорошо себя чувствую, записалась на приём к врачу на завтра и… — прерываю речь, когда в дверях появляется мой брат. — Филипп?

Мама сказала, что приедет одна. Я ещё не готова к встрече с ним. Я все ещё зла на него за то, что он избил Максима, что из-за него тот поранил колено, да и его лицо теперь все в кровоподтёках и ссадинах, он и без этого слишком много получает ран на ринге.

— Мне надеюсь можно зайти? — спрашивает брат, оглядывая меня с ног до головы придирчивым взглядом.

Я сразу понимаю, что он не пришёл мириться, скорее всего начнёт читать нотации.

— Да конечно, — дергаю плечами, помогая маме снять пальто и повесить его на вешалку.

Мы втроём проходим внутрь, попадая на кухню, где уже вскипел чайник. Я, чтобы хоть чем-то заняться, достаю кружки и завариваю всем чай, ощущая тяжелый взгляд брата.

— Ты знала, что это его квартира? — говорит вскоре он со смешком, когда я ставлю перед ним горячий напиток.

— В каком смысле?

— Квартира твоего паренька, — пренебрежительно отвечает он, от чего я напрягаюсь. — Он брал с меня деньги, чтобы ты тут жила.

— Сын, не начинай, — влезает мама, но я взмахиваю рукой, останавливая ее речь.

— То есть как это брал с тебя деньги?

— Вот так, сказал, что нашёл отличный вариант, что будет за тобой следить, чтобы ты никаких мужиков не водила. А вчера он сказал, что это его квартира и он сюда переедет.

Эта новость ставит меня в ступор. Нет, он предлагал ему переехать ко мне, но точно не говорил, что эта квартира принадлежит ему.

Вот же хитрый жук, а как в уши заливал…

То есть все это время он меня обманывал. Когда я спросила, откуда у него ключи, то он ничего не ответил.

— Я не знала, — честно отвечаю я.

Уши ему надеру за такой обман.

В голове не укладывается, как он мог. Какова была его цель. Хотя не сложно догадаться после того, как он пристал ко мне в клубе летом, в нем проснулся мужской интерес и вот так все закрутилось между нами.

Филипп, даже не отпив чая, встаёт со своего места и подходит ближе, берет меня за плечи и заглядывает в глаза.

— Надеюсь, ты одумаешься и вернёшься к нам с Ритой.

Это не те слова, которые я ожидала услышать. Во мне ещё была надежда, что он все поймёт, но сейчас я думаю, что брат настроен категорично против.

— Нет, — поджимаю губы и отхожу. Начинаю дрожать, как от холода. — Мы с Максимом состоим в отношениях, я с ним поговорю об обмане, и он вернёт тебе все деньги.

Неприятно все это. Однако Котов — честный человек и никогда бы не кинул друга, у него есть заработок, у него обеспеченный отец, Максим не стал бы заниматься такими глупостями.

— Да не в них же дело! Он не тот, кто тебе нужен, — повышает голос Фил. — Марин, он…

— У мальчика тяжелая судьба, — перебивает его мама, вставая рядом со мной.

— Да, гулять, пить и трахаться, прикрывая это исчезновением матери, — как-то ядовито смеётся брат.

Дрожь в теле становится сильнее. Зубы начинают постукивать. Последнее, чего мне хотелось бы, это ссоры.

Я даже думаю о том, чтобы попросить Фила уйти. Мне неприятны его слова.

— Не разочаровывай меня, сын. Ты не знаешь о чем говоришь.

— Это именно ты поощряла его нахождение в нашей семье и что теперь? — разводит он руками. — Теперь он спит с твоей дочерью. Одному мне кажется это дикостью?

Его слова бьют по больному. И мне не нравится, что он говорит так грубо, он не знает, как все было.

— Я приму любой выбор своего ребёнка, — строго заявляет мама. — Если бы твой отец был жив, ему бы очень не понравились твои слова.

— Мама, Филипп, перестаньте, — останавливаю я их, потому что видеть как ругаются любимые люди приносит мне боль. — Филипп, я знала на что шла, не нужно его ни в чем винить. Я люблю его, а он любит меня. Прости, что мы сразу тебе не рассказали.

Брат закатывает глаза.

— Я же о тебе переживаю, ты знаешь Макса, он не пропускает ни одной юбки. Сегодня он ушёл на ринг. А ты знаешь, что он устраивает после него? А я знаю, знаю в какие клубы он ходит и сколько баб может побывать у него за ночь. Я не этого для тебя хотел. Думаешь сегодня он вернется к тебе?

Вернется. Он обещал. Но от предположений Филиппа в груди все сжимается и давит. Становится тяжело дышать.

Зачем он так со мной, разве то, что я сделала, настолько ужасно, что он решил резать тупым ножом.

Глава 66

— Перестань причинять мне боль. Перестань так говорить о своем друге, — морщусь я и отхожу от брата, присаживаюсь на диван, потому что голова совсем неожиданно начинает кружиться.

— Я не это имел…

— Лучше уйди. Марине нельзя нервничать, — говорит мама, выпроваживая Филиппа, затем я слышу небольшую перепалку, а после то, как входная дверь громко захлопывается.

Я сижу не двигаясь. Мне тяжело. Никогда не думала, что мне придётся выбирать между братом и любимым человеком. Я могу только надеяться на то, что Филипп одумается.

Неужели он хочет, чтобы я потеряла Макса? Чтобы я осталась с ребёнком одна? Я не понимаю откуда столько злости и неприятия. И мерзко так на душе. Я чувствую себя виноватой.

Вытираю мокрые щёки и ложусь на диван, отворачиваясь к стене. Устала. Ничего не хочу.

Даже не поняла, когда заснула, а проснулась от шума в комнате. Разлепляю глаза, потираю их кулаком, в комнате уже темно, значит наступил вечер.

— Ты проспала три часа, — сообщает мама, присаживаясь рядом, кладет руку мне на лоб. — Я переживаю за тебя.

— Все хорошо, я просто плохо спала ночью…

Отвожу взгляд, потому что ночью мы с Максом занимались всякими непристойностями, а потом долго разговаривали. Спать совсем не хотелось.

Ну и конечно ссора с Филом повлияла на меня и мой организм дал сбой.

Смотрю на часы, после на свой телефон, никаких звонков и сообщений от Максима. Рита написала, что Филипп в растерянности и она не может его успокоить. Это никак не придаёт мне моральных сил.

Перекладываю голову на мамины ноги и вздыхаю.

— Что мне делать?

Этот вопрос никак меня не отпускает. Ну почему же все не может быть проще, почему Филипп принял все так остро?

— Ты правда его любишь? — спрашивает она, гладя меня по голове.

— Да, — без раздумий отвечаю я.

Очень. Даже сильнее, чем когда-либо предполагала. Раньше была влюблённость, но сейчас я не представляю себе жизни без него.

Это будет крах.

Я его не отпущу.

— Знаешь, малышка, я не очень удивлена, что вы сошлись, — выдаёт неожиданно мама. — И даже тому, что ты забеременела.

— Почему?

— Я знаю, что ты была в него влюблена, — отвечает она, смотря на меня с хитринкой во взгляде.

— Откуда? — возмущаюсь.

Я хорошо скрывала свои чувства. Никто не знал. По крайней мере, я так думала. Я даже никогда подругам не рассказывала.

Мне казалось это неправильным — любить лучшего друга своего брата, который ещё и старше на четыре года.

— Это было сложно не заметить, — по-доброму улыбается она. — Да и Максим к тебе всегда с теплотой относился, даже больше, он когда был поменьше, жутко ревновал тебя к Филиппу. Хотел, чтобы ты его так же любила.

— Не может быть, — говорю тихо.

Это за гранью понимания, потому что Максим вел себя отстранённо, особенно в подростковом возрасте.

— Ты помнишь, как он забирал тебя со школы, когда Филипп гулял с друзьями, он все бросал, чтобы привести тебя домой. Он рассказывал мне с кем ты общаешься, кто тебя обижает. Он переживал за тебя, иногда даже больше, чем это было необходимо.

Мама улыбается, погружаясь в мысли, как и я. Да, Максим часто находился рядом, но мне казалось, что это все вынужденно, что его просил об этом Филипп.

— Я помню, как он ругался из-за того, что ему приходится провожать меня до дома.

Котов с недовольным выражением лица брал мой рюкзак и возмущался, что я ползу, как черепаха. Называл меня малявкой и порой доводил до слез.

У нас были странные отношения.

— Защитная реакция. Максим сам брал на себя эту обязанность, я могла бы выделять на это время. Но я всегда знала, что ты будешь под его контролем и ничего плохого не случиться.

Да ещё бы, что-то случилось… Макс же он, как коршун, всегда кружил поблизости, чуть что, сразу кулаками махать, только повод дай. С возрастом он стал спокойнее, но в школе он был тем ещё хулиганом.

— Он избил старшеклассника из-за меня. Тот доставал меня пару недель, — предаюсь воспоминаниям. — Максим всегда меня защищал…

От разговора с мамой мне становится легче. Особенно приятно лежать на ее ногах как раньше и чувствовать ее пальцы в своих волосах. Она всегда меня поддерживала, даже если я принимала неправильные решения.

— Не слушай своего брата, Котов будет хорошим отцом, я вижу его насквозь. Все его гулянки были от скуки, но теперь у него есть ты и ваш ребёнок.

Улавливаю в голосе мамы радостные нотки и поворачиваюсь, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Ты так за него вступаешься. Выглядит подозрительно, — подмечаю я очевидное, — спелись?

Они могли! Мама его очень любит, как родного. Даже когда они ругались с Филиппом, она часто становилась на сторону Макса. Нахал всегда мог найти к этой, казалось бы неприступной женщине, подход.

— Он мне звонил вчера, все объяснил, — смущается она в том, что ее так просто раскрыли.

Интересно, когда только успел? Наверно, когда я купалась, я слышала, что он с кем-то разговаривал.

— И что он говорил? — спрашиваю, умирая от любопытства.

— Что ты его одурманила и он не может от тебя теперь избавится, — смеётся она, явно чего-то не договаривая.

— Эй! — щипаю ее за руку и наигранно обижаюсь. — Вот он у меня получит…

Присаживаюсь и потягиваюсь, разминая затёкшие мышцы, размышляю о том, чем бы себя занять, пока Максима нет дома.

Может позвонить ему? Хотя нет, не стоит его отвлекать. Блин, в следующий раз обязательно с ним поеду и все равно мне, что там на рингах происходит.

Эта неизвестность меня убивает.

— Зятёк сказал, что никогда тебя не бросит, что ты в надежных руках, — говорит мама чуть погодя, когда я наливаю очередную порцию любимого чая.

— Все равно получит… — бурчу недовольно я, кидая в рот дольку горького шоколада. — И не называй его зятьком! Это звучит очень странно…

Это все так быстро происходит, что я не успеваю ничего осознать, привыкнуть к тому, что я и Максим — это теперь надолго, если не навсегда.

— Почему же? — улыбается она, поражая меня своим отличным настроением. — Я разрешила ему называть меня мамой, он был не против.

Ну ничего себе новости! Надеюсь она не сказала об этом Филиппу, вот ему бы это точно не понравилось. А Котов, каков подлец, не против он…Вот об этом я и говорила! Он знает, как растопить любое женское сердце.

— Точно спелись.

Мы не женаты. Максим ещё не предлагал, хотя я и не жду, сначала нам нужно пожить вместе, посмотреть как все будет, а только потом думать о свадьбе. Хотя это последнее о чем я должна сейчас думать.

Время идёт, а Максима все нет. Когда часы бью одиннадцать я все же решаю ему позвонить. Гудки идут, но ответа нет. Вот теперь я и правда начинаю нервничать.

— Хочешь мы поедем к нему? — спрашивает мама, по прошествии ещё одного часа.

Плохие мысли так и лезут в голову. А что если Филипп был прав и Максим ушёл в загул? А что если…

Нет, не может быть. Он бы так не поступил, особенно после сегодняшнего признания.

Эти мысли — паразиты — от них необходимо избавится. Не стоит себя накручивать раньше времени, его могли просто задержать.

— Нет, мам, я буду его ждать, — отвечаю с беспокойством в голосе. — Он обещал мне, что вернется.

Только проходит ещё один час в напряжении, а его все нет…

Глава 67

Запускаю руку в мягкий мурлыкающий пушок, пытаюсь взять эмоции под строгий контроль, успокоится и не думать о плохом.

Выходит?

Нет.

— Ну и где он? — спрашиваю у Снежка, на что он мяукает с важным видом, слезает с дивана и следует на кухню, чтобы попить молочка.

Кидаю взгляд в окно, что выходит на квартиру Котова и вижу темноту.

С каждой минутой меня все больше напрягает то, что Максим не отвечает на мои звонки. Я перепугана не на шутку. Разнервничалась. Хожу от одного угла к другому. Мысль о том, что он отмечает победу с бабами неожиданно отпадает, потому что я понимаю, что Котов не может меня предать. Это невозможно.

Я ему доверяю, как бы наивно это не звучало. Пусть он и был тем ещё придурком, но изменения в нем сложно не заметить. Он не мог врать мне в лицо, обещая, что вернётся, и исчезнуть.

Я чувствую, что что-то случилось что-то подсказывает мне продолжать набирать ему, что я и делаю весь последний час. В итоге после многих неудачных попыток, мое терпение лопается и я решаю сообщить маме, что больше не могу сидеть и бездействовать.

Как только я пошла в свою комнату, чтобы переодеться для выхода из дома, мой телефон завибрировал. Я сразу взбодрилась и чуть не выронила гаджет из рук.

Я настолько переживаю, что не могу сразу прочитать кто мне звонит. На экране высвечивается имя Котова.

Сердце начинает стучать с бешеной силой.

— Боже, ты где? — сразу выдаю я, когда принимаю звонок.

Прижимаю телефон к уху, в ожидании услышать ответ, но в трубке тишина и я уже думаю, что набралось в кармане, но вскоре слышу на другом конце хриплый голос Максима.

— Малыш?

Меня пробирает дрожью и одновременно с этим неприятным чувством камень с души падает. Я могу свободно выдохнуть, когда слышу голос любимого.

Я успела хорошо себя накрутить и поэтому прислушиваюсь, но не улавливаю никаких странных звуков, кроме его прерывистого дыхания.

— Что с твоим голосом, — спрашиваю я, потому что сложно не заметить в нем изменения. — Ты в порядке?

— Ты это… — замолкает он на некоторое время и кого-то грубо шлёт в одно место. Какого-то мужчину. — Тренер все мозги проел, — недовольно говорит следом он. — Главное — не переживай. Ложись спать, кисуль.

Мне вот совсем не нравится то, что он пытается огородить меня от правды, когда я так волнуюсь за него, не рассказывает, что с ним случилось, но я же понимаю, что не все в порядке, все не так, как он хочет показать.

— Котов, зараза, ты где? — врубаю я серьёзную девушку, хотя на самом деле не сильно злюсь, а скорее наоборот, я рада, что он мне позвонил.

— Не могу говорить. Давай я завтра перезвоню?

Нет, нет, нет. Никаких завтра.

— Максим, умоляю, ответь, — сжимаю телефон, надеясь на то, что он все же сообщит своё местонахождение. — Мы с мамой переживаем.

Слышу как Максим выругивается, причем так грязно, что его бы следовало отшлепать за такие слова, хотя делает это, убрав от себя мобильник, но я все прекрасно слышала. Это все не придаёт мне никакого успокоения.

— Котёнок, — говорит спокойнее уже конкретно мне, — ничего страшного не произошло, я в больнице, завтра приеду домой. Ложись спать.

В больнице? По спине проходится холодок, а в голове не самые хорошие предположения.

— Говори адрес, — отвечаю на его слова строже. — Что с тобой случилось?

Прикусываю губы и тру глаза, потому что ещё немного и разревусь от переживаний, даже несмотря на то, что Максим все же вышел на связь.

— Ничего серьезного, обычная операция. Ты можешь приехать завтра. Только возьми сменные вещи, хорошо? И покушать, уверен здесь херово кормят, а ты же знаешь, что мне необходимо хорошее питание, — тараторит он, пока я осознаю слова о том, что ему сделали или сделают операцию. — Марин, ты слушаешь?

Почти не слушаю. Я не понимаю почему Максим не говорит все как есть, почему пытается меня успокоить, когда он в больнице! Когда я должна быть рядом с ним, а не ложиться спать.

Да разве теперь можно будет заснуть?

— Я так не хотела тебя отпускать, — шепчу я в трубку. — Нужно было прислушаться к себе…

— Эй, давай без слез. Завтра буду тебя ждать в обед, — категорично заявляет Макс. — Умоляю, Марин, поспи, не забывай, что ты беременна и переживать тебе нельзя.

Он прав, я должна думать о ребёнке, просто я никак не приму эту мысль, что теперь я в ответе не только за себя. Спасибо Максу, что напомнил.

Мы перекидываемся ещё парой фраз, он называет мне адрес больницы и вскоре мы прощаемся. После нашего разговора мне все же становится намного легче и я, по его просьбе, сообщаю маме полученную информацию и ложусь спать.

Долго ворочаюсь, загруженная бесконечным потоком мыслей, но после все же засыпаю.

Утром я подрываюсь раньше будильника, мы с мамой готовим суп для Максима и ближе к обеду едем к нему.

Я залетаю в палату, вижу на кровати Максима и подбегаю к нему. Краем глаза замечаю здоровенного мужчину, которого я где-то уже встречала.

— Максим?! — дожидаюсь пока он сядет и не крепко обнимаю его.

— Боже, ты с таким видом забежала, словно я при смерти, — хмыкает парень, бегло осматривая мое лицо. — Привет, мам, — здоровается он с женщиной, застывшей у входа.

Я наблюдаю за ней и подмечаю, что она поглядывает на мужчину, что стоит у окна. Понимаю, что она засмущалась, но быстро взяла себя в руки и подойдя к нам, чмокнула Котова в щеку.

— Ты заставил нас переживать. Впрочем ничего удивительного.

Я вглядываюсь в лицо Максима и мне хочется плакать: смотреть на такое месиво неприятно. Нет, он мне в любом виде нравится, но я думаю о том, сколько боли это ему приносит и мне становится не по себе. Я не хочу, чтобы он мучился. Обнимаю его чуть крепче, жадно цепляюсь за его талию.

— Оставим молодых, — откашливается мужчина, прерывая наш с Максимом зрительный контакт. — Мы бы могли сходить за кофе, не против?

Он обращался к моей маме, на что она удивляется и отводит взгляд. Я впервые вижу ее немного потерянной, хотя удивляться нечему, мужчина видный, высокий, в хорошей физической форме, имеет грубоватые черты лица, но добрые светлые глаза, от которых нельзя оторваться.

Приятный кавалер. Неудивительно, что она немного засмущалась, напомнив при этом меня, хотя после смерти отца я не видела и не слышала, что она с кем-то встречается. И только сейчас понимаю, что возможно она не делала это из-за нас с братом, не приводила никого в наш дом. Но я буду рада, если она найдёт своё счастье, как я нашла своё.

— Можешь идти, мам, — подбиваю я ее, на что она приподнимает вверх бровь, но все же выходит вместе с новым знакомым из палаты.

— Что с тобой? Что случилось? Почему ты оказался здесь? — закидываю вопросами, трогая руки и грудь Макса, ища поддержку.

— Я победил, — ухмыляется он, но морщится, потому что ему больно из-за новых ран на лице.

— Чему ты улыбаешься? Ты весь в бинтах, твоя нога… — перевожу взгляд на его колено.

Видимо операцию уже сделали.

— Из-за ушиба там образовалась жидкость, ее вывели, — сообщает он мне. — Я выиграл и это главное.

— Разве победа так важна? — удивляюсь я.

— Я же тебе обещал, — самоуверенно заявляет он, притягивая меня к себе так, чтобы я лежала под боком.

Я конечно не против и кладу ладони на его грудь, а на них голову, смотря на побитого Максима. Победил он… Только как дорого ему это обошлось. Меня удивляет, что он ведёт себя так, словно ничего не случилось, словно у него обычная простуда.

— Глупости, я чуть с ума не сошла. Ты не представляешь, как я переживала… Так волновалась, — голос хрипнет. — Я думала, что ты…

— Дурочка моя. Все прошло отлично, — хмыкает он, гладя меня по голове. — Нога, сука, болела, из-за неё подвижность была скована, поэтому и пропустил достаточно ударов. Впрочем сотрясение — это для меня норма. В больницу с ногой меня уже тренер отправил. Я хотел возразить, хотел поехать домой, но он не отпустил.

Так это был тренер, точно, я же его уже видела раньше.

На самом деле то, что он говорит это ужасно, я же вижу в каком тяжелом он состоянии, это напомнило мне то время, когда я попала в больницу после аварии. Мне было нелегко. Я знаю, какого это и хочу его поддержать.

— И правильно. Я ему еще спасибо скажу. Главное ты в порядке.

Я все же срываюсь и начинаю заливать его грудь слезами. Я не думая, начинаю целовать все места до которых дотягиваюсь. Следом целую его в губы, впитывая в себя его запах, его вкус, ощущая на себе его большие руки.

Во мне так много чувств, что я не могу себя контролировать и прихожу в себя, только когда оказываюсь сверху на нем, а Максим шипит от боли. Я отползаю обратно, ругая себя за несдержанность.

— Марин, ну перестань. Правда ничего серьезного, — закатывает он глаза, пытаясь снова меня потянуть к себе, каким-то непостижимым образом его руки ловко оказались под моим свитером. — Я чувствую себя немощным, когда ты так смотришь. Но таким не являюсь. Я готов прямо здесь…

Явно намекает он на секс, но я шлепаю его по наглым рукам.

— Я в тебе и не сомневалась, — улыбаюсь я, решая его подбодрить. — Ты мой победитель…

Глаза Макса загораются знакомым мне пламенем, на губах его играет пошлая ухмылка.

— Победителю положены будут какие-нибудь награды?

— Кто о чем… — смеюсь я в голос, зная, что не смогу ему отказать. — Смотря что ты хочешь.

Котов задумывается, его руки блуждают по моему телу, но после останавливаются на животе, он поглаживает его очень аккуратно, словно если не будет нежен, то что-то может случиться.

Такой Максим мне очень нравится, я готова подарить ему всю заботу, всю любовь, которая во мне есть. Я была такой глупой, когда бегала от него или ревновала.

Вскоре приходит медсестра, сообщая, что Максиму пора на процедуры и я нехотя отстраняюсь от него. Не хочу покидать его ни на минуту.

Парень жадно целует меня, не обращая внимания на то, что мы не одни и оторвавшись, тихо спрашивает:

— Возьмёшь меня на узи?

Глава 68

***Макс***

— Ты только что меня сфоткала?

Поворачиваюсь к Марине, которая пытается сделать вид, что ничего не произошло. Убирает с моих колен свои ноги, подбирая их под себя. Рядом недовольно мяукает Снежок, из-за того, что его немного сдвинули с дивана.

Вредная пушистая живность.

— С чего ты взял? — дергает плечиками, смотря на меня хитрым взглядом.

Ресницами хлопает, губы пухлые покусывает.

Ну прямо сама невинность. Притворяется ангелочком, когда на самом деле та ещё дьяволица.

— Думаешь я не заметил вспышку? — спрашиваю наиграно грозно я, тяну к ней руку, чтобы взять телефон. — А ну покажи, что там у тебя.

Я не против того, чтобы она меня фотографировала, но не тогда, когда я по ее же просьбе массирую ей лодыжки. Не хватало, чтобы полвуза меня считало каблуком, ведь она свободно может выложить компрометирующее фото в сеть.

Хотя уверен меня так и называют за глаза. Я же от неё не отлипаю, каждый каприз выполняю, а у беременных, как оказалось, их очень много, либо Марина проверяет меня на прочность. Я держусь, не скажу, что мне тяжело. Я люблю наблюдать за тем, насколько моя девушка довольна и по сути мне похрен на то, как это выглядит со стороны.

Марина сопротивляется, всячески пытается спрятать от меня гаджет, но когда она понимает, что проигрывает в этой битве, то начинает жалобно поскуливать, недовольно на меня поглядывая.

— Ну Максим, нельзя так, мне сложно отбиваться, — ругает она, придерживая себя за живот, когда я все же забираю у неё телефон.

Так я и думал. На фото я с увлечённым видом тру ее прекрасные ножки. Мне не сложно, но зная Марину…

— Решила разослать своим подружкам?

— Нет, ты что! — вскрикивает она, прикладывая руку к груди. — Мама поинтересовалась чем мы занимаемся я и решила показать…

Показала она. Это я ей сейчас покажу, что бывает с такими непослушными девушками.

— Сучка, я тебя за это… — рычу я, хочу ее схватить, но она не совсем ловко соскакивает с дивана. — Куда собралась?

Рязанова пытается скрыться, но далеко убежать у нее не получается, я хватаю ее прямо перед тем, как зараза успеет закрыться в ванной комнате. Обнимаю ее так, чтобы не навредить. Всегда приходится себя сдерживать, не нажать на уже хорошо видимый живот. Пятый месяц как никак. Она вся такая худенькая, компактная, а живот огромный.

Нет, меня все устраивает, просто мне так и хочется ее прижать, погрубее взять, но нельзя же, мало ли что может произойти. Я рисковать не собираюсь, хоть она и говорит, что все нормально и мне не стоит переживать.

Целую девушку, потому что сдержаться невозможно, трогаю ее за все что попадается под руки. Ее грудь стала больше, появились совсем небольшие бока, за которые она очень переживает. И зад, Боже, какой же у неё шикарный зад. Вот его я готов щупать хоть весь день, впрочем, этими занимаюсь в свободное время.

— Ужин сгорит, — говорит Марина между поцелуями.

— Да похер, я хочу прямо сейчас, — несдержанно говорю я, желая снять с неё майку.

Секса у нас не так много. Марину часто тошнит и кружится голова, но она хорошо научилась работать руками и ртом, чему я, конечно же, очень рад, но и от траха я не откажусь.

— Нет, нет, второй раз я готовить не буду, — слабо возмущается она и я перехожу с губ на ее шею, от чего она начинает чуть ли не мурчать, явно сдаваясь. — А может и буду…

Марина знает, что нужно делать и просовывает маленькую ручку мне под шорты, находит мой член и начинает надрачивать.

Не успеваем мы разогнаться как по квартире раздаётся раздражающий звонок. Один раз, второй. Он все продолжает и продолжает настойчиво звучать.

Останавливаюсь, пытаюсь отдышаться, упираюсь лбом о стену и тяжело вздыхаю.

— Блять, ну кого принесло?

Моему возмущению нет предела. И я бы никому не открыл, только Марина уже поправляет одежду и идёт в прихожую. Я следом за ней. Выравниваю дыхание и поправляю выпирающий из шортов член.

Опять, наверно, ее подруга Лиза пришла, она наш частый гость, впрочем как и ее сводный брат и по совместительству парень Артём.

Облокачиваюсь плечом о стену и жду пока Марина откроет дверь. Как только я вижу, кто к нам заходит, то я напрягаюсь. Этого человека я уже и не ожидал здесь увидеть.

Глава 69

— Филипп? — так же удивляется и Марина.

Друг проходит в квартиру, вид у него потерянный, в руках он держит букет цветов, который сразу передаёт своей сестре, с которой в последние месяцы мало общался.

— Это тебе, — скомкано говорит он. — Мама сказала, что у меня будет племянник.

Так вот оно что. Решил все же поинтересоваться.

Следом в квартиру заходит Рита, целуя Марину в щеку.

— Да, мальчик, — кивает Маришка, явно немного нервничает рядом с братом. — Мы с Максимом решили назвать его Арсением. Арсюша…

Мы делали три узи, но только на последнем нам сообщили пол ребёнка, раньше мой пацан не хотел показывать свой стручок, все прятался. Имя выбирала она, потому что мне было неважно как его будут звать, для меня главное, чтобы здоровым был, а об остальном должна думать девушка. Пол ребенка тоже не был для меня особо важен.

Марина откладывает букет и распахивает объятия, приглашая в них Филиппа и он недолго думая, принимает их. Замечаю, как сильно он ее обнимает, от чего я сам напрягаюсь, потому что боюсь, что он сделает ей больно, но по довольному виду Маришки я понимаю, что все в порядке. Она такая добрая, я так и знал, что девушка теряла терпение и собиралась мирится.

Филипп что-то шепчет ей на ухо, пока я стою в стороне.

Я рад, что они снова начали общаться.

Вскоре друг все же поднимает на меня взгляд и немного его потупляет, подходит ко мне и тянет руку для рукопожатия.

— Прости, друг, я был не прав.

— Иди сюда, говнюк, — улыбаюсь я и притягиваю его к себе для крепких дружеских объятий.

— Не обижаешь мою сестрёнку? — чувствую, как он вмиг расслабляется.

— Ее обидишь, весь мозг проест, — говорю потише, но ловлю возмущённый взгляд любимой.

— Я все слышала!

— Она может, в этом они с Ритой одинаковые, — смеется Филипп. — Поздравляю тебя с сыном. Даже завидую.

— Даже не думай, Рязанов, — говорит Рита, на что друг закатывает глаза.

Мы все вместе идём на кухню, где я кладу руку на плечо Фила, чтобы сжать и объявить перемирие.

— Пиво будешь?

— Я буду рад провести с вами время, — кивает он. — Прости, брат, мне стремно, что из-за меня ты повредил ногу.

Да, с ногой проблема вышла. Полтора месяца нельзя было никак ее напрягать, после одной операции была ещё одна, но сейчас все в порядке.

— Ерунда, — хмыкаю, толкаю его к барной стойке. — Пойдём, хватит стоять на одном месте.

Вечер проходит в приятной обстановке, Филипп поначалу был немного скован, поглядывал на нас с Мариной, особенно, в те моменты, когда я не стеснялся подходить к ней и целовать.

А что, я не собираюсь скрывать своих чувств к ней, не желаю контролировать себя, она моя во всех отношениях.

Немного позже он расслабился окончательно, стал задавать вопросы, спрашивал, как у нас все завертелось, на что мы ответили туманно. Я был козлом, теперь все совсем не так, прошлое мы решили отпустить, как и все обиды.

Как только друзья ушли домой, Марина уставшая и эмоционально выжитая пошла ложиться спать, а я решил еще посидеть за телевизором и уже почти засыпал, но резкий стук в дверь вернул меня в реальность.

Это выглядит странно, потому что больше к нам приходить некому, тем более поздним вечером и чтобы незваный гость не разбудил Марину, я поторопился открыть дверь.

За ней оказывается никто иной как мой отец, визит которого я никак не мог ожидать, ведь с того времени, как переехал в свою квартиру, то перестал брать от него трубку. Желания разговаривать с ним не было, я просто решил огородить свою девушку от него.

— Не пригласишь родного отца в свой дом? — с наглым выражением лица он зашел сам, не дожидаясь моего ответа.

Мы с ним вовсе не похожи, он себя давно запустил, пузо отрастил, но взгляд у него остался все тот же, оценивающий, цепкий.

— Слушай, ты мог бы позвонить. У меня там…

— Марина, я знаю, Рязанова которая, — сообщает он. — Ты и такая хорошая девочка. Тяжело ей будет.

Мне вовсе не нравится такое начало разговора, меня это все напрягает, но выгнать его за порог не хватает совести.

— Ты может скажешь зачем пришел?

— Я хочу наладить отношения, — говорит он неожиданно. — Мне уже много лет, а ты единственный сын, я хочу видеть своего внука, у меня больше никого нет, как ты знаешь. Обещаю вести себя сдержанно.

Я даже зависаю. Откуда он узнал о беременности Марины я даже спрашивать не собираюсь, но то, что он собрался был рядом с нами меня крайне возмущает.

— Думаешь я захочу подпустить тебя к своему ребёнку? Ты лупил меня, бил мою мать и неизвестно что с ней вообще сделал.

Я прямо ощущаю, как начинаю закипать, сжимаю кулаки, в желании врезать ему по роже, но останавливаю себя, я не могу пугать девушку.

— Я? — делает удивленное лицо. — Думаю тебе пора узнать всю правду.

— Какую же?

Мое тело все напряжено, кажется в любую секунду я сорвусь и начну как минимум кричать. Чувствую нестерпимый зуд от желания вышвырнуть его за дверь.

— Она ушла, отказалась от тебя, от ответственности. Сам я ее не прогонял, — говорит, смотря уверенно прямо мне в глаза. — Я взял ее молоденькой, влюбился, как идиот, как ты, по-быстрому, обрюхатил, но она решила сбежать с молодым сотрудником, — шокирует он меня. И добавляет: — Она о тебе ни разу не спросила.

В ушах появляется гул, сердце просто херачит под рёбрами.

— Не верю, — мотаю головой, все ещё не осознав сказанные им слова. — Она не могла так поступить. Она моя мать.

Отец ржет, ядовито так, словно я идиот.

— Кукушка она, самая настоящая. Надеюсь твоя не будет такой же.

От последней фразы меня пробирает, недолго думая открываю входную дверь и указываю на выход.

— Я тебе не верю, — сжимаю челюсть, пытаясь справится с эмоциями. — Уходи.

— Без проблем, сейчас я уйду, но о своём желании я сообщил.

Он уходит, а я остаюсь один и ещё долго смотрю в одну точку, не зная, что делать с той информацией, которую он мне только что выдал. Я не хочу в это верить, как и в то, что моя мать никогда обо мне не спрашивала.

Это невозможно, он просто пришел, чтобы ещё раз перевернуть мой идеальный мир, но я не позволю ему это сделать.

Не помню, как оказался в нашей с Мариной спальне, разделся скорее на автомате, лёг за ее спиной. Вдохнул ее запах и залез под майку.

Ммм… Обожаю.

— Кис… — шепчу я ей на ухо, щипая за ее сосок. — Ты мне нужна.

— Ммм? — хнычет она, не открывая глаз. — Макс, дай минутку.

Сонная такая, растрепанная, но я ничего с собой поделать не могу. Она ещё пахнет так приятно, что у меня в голове просто каша.

— Давай сейчас, — поворачиваю ее голову и облизываю сладкие губы, на что она сразу отвечает. — Больше не могу терпеть… Ты нужна мне немедленно.

— Делай, что хочешь, — тихо стонет она, цепляясь пальцами за мои волосы, притягивает ближе, попой своей ближе подползает и трется о давно твёрдый, желающий трахнуть ее член.

— Я аккуратно.

После этих слов, быстренько стягиваю с неё трусики, приподнимаю ее попу и пробираюсь дальше. Там уже все мокро, поэтому больше не сдерживаясь, я начинаю ее трахать. Сначала медленно, но после набираю обороты.

Нужно было ее поласкать, но у меня просто едет крыша, мне необходимо кончить. Необходимо чувствовать. Ее, ее поддержку, ее губы и податливое хрупкое тело. Я чувствую себя почти Богом, когда она просит не останавливаться, когда она дергается в моих руках, краснеет и дрожит. Кончает, а я следом за ней.

Вот теперь я доволен.

Дышу ей в затылок, не давая сходить в душ, я люблю вот так, быстро, на грани, она целый день может меня дразнить, а ночью делать все, что попрошу.

Марина, видимо, и правда утомилась за сегодняшний день, потому что за пару минут снова засыпает, тихо посапывая в подушку. Даже не поговорила со мной, но я на нее не злюсь.

Как вообще я могу на нее злится. Ей все можно.

Встаю с кровати так, чтобы она не проснулась и иду на балкон, чтобы выкурить сигарету, обдумать все.

Через пять минут мне на телефон приходит сообщение от отца, там указан незнакомый адрес.

Мороз проходится по спине, потому что я сразу понимаю, что, возможно, там живет моя мать. И его слова могут быть правдой.

Эпилог

— Может мы пойдём? — спрашивает Марина, вырывая меня из тягостных мыслей.

Озноб проходится по телу. Спустя полгода, я все же решился съездить на адрес, который прислал мне отец.

Поездка оказалась долгой, потому что мать жила за сотни километров.

Брать туда девушку с двухмесячным ребёнком я не хотел, но Маришка настояла на том, что они готовы и успела даже проконсультироваться с врачом.

Оборачиваюсь назад, трогаю своего пацана за крошечную ножку, чтобы проверить, что с ним все хорошо. Не жарко ли ему, не холодно, но Арсений крепко спит в специальной переноске.

Вообще мальчишка у нас достаточно спокойный: спит да ест. Ну и Маринка, конечно, молодец — хорошо справляется с материнскими обязанностями. У неё все отлично получается, чему я не особо удивлён. Она у меня просто умница.

Вдобавок нам помогает ее мать и Филипп с Ритой. В общем в нашем доме постоянно есть кто-то, кто может помочь Марине, особенно, когда я не могу быть рядом из-за частых тренировок. В вузе она взяла академический отпуск, сказав, что хочет побыть с малышом.

Я поддерживаю каждое ее решение и знаю, что она мечтает о том, чтобы у неё был свой танцевальный зал и мы, конечно же, исполним ее мечту, но это будет позже, сейчас мы полностью заняты нашим чудом.

Еще совсем недавно я и представить себе не мог, что моя жизнь так круто изменится, теперь никаких гулянок, да и не хочется. Теперь, если мы и выбираемся куда-нибудь, то только все вместе, или же к нам приходят гости.

Нам совсем не тяжело, мы справляемся, только теперь сын — центр нашей Вселенной.

Арсений издаёт еле слышное сопение и я улыбаюсь, смотря на ребенка, говорят, что похож он на Марину, а я думаю, что он — моя копия, даже несмотря на то, что он светловолосый. Хотя сейчас не очень-то понятно. Подрастёт — все увидим.

Когда я отрываю взгляд от сына и поворачиваюсь вперед, улыбка сходит с моего лица. Мы припарковались возле небольшого, но вполне себе уютного дома в одном из небольших городков, о котором ранее я даже не слышал.

Напряжение меня не покидает, благо Марина рядом, это хоть как-то успокаивает, она поддерживает меня и забалтывает. Без неё я бы точно сорвался и пошёл выбивать дверь, требуя ответов.

Хочется узнать правду, но зная своего отца, понимаю, он не соврал, он всегда говорит в лицо, какой бы жесткой она не была. Он настойчиво пытался присутствовать в нашей жизни, приносил всякие подарки, которые я принимать не хотел, но Марина настояла на том, что Арсений должен знать своего деда.

— Ещё посидим, — отвечаю девушке немного погодя.

Она кивает и кладет голову мне на плечо. Не нужно никаких слов. Так проходит минут двадцать — не меньше. И поразмыслив, я решаю уехать, потому что меньше знаешь — крепче спишь, но в этот момент рядом с домом останавливается внедорожник, из которого выходит какой-то мужик. Следом с водительского места выходит ОНА.

Я сразу ее узнаю. Такое чувство, что ни капли не изменилась. Высокая брюнетка со светлыми глазами и приятной улыбкой.

Не выдерживаю и выхожу из машины, как раз тогда, когда из их авто вылезают двое подростков: девушка, которой на вид лет шестнадцать и пацан немного младше. Он чем-то похож на меня, от чего в груди все начинает гореть.

Отец был прав — она меня кинула.

Вскоре я ловлю взгляд своей матери и вижу, на ее лице сначала непонимание, а потом лёгкий страх, она поглядывает на мужа, после на своих детей, на моих родных брата и сестру.

До них мне нет никакого дела.

— Максим…

Я не слышу своего имени, я читаю его по губам.

Рядом появляется Марина, хватается за мою руку и я чисто на автомате притягиваю ее к себе и обнимаю.

Мать что-то говорит своей семье и они, бегло осмотрев нас, заходят домой, а она неспешной походкой подходит к нам.

— Что ты здесь делаешь? — голос ее хриплый, а в глазах все тоже непонимание и даже стыд.

— Приехал посмотреть на тебя, — усмехаюсь я, продолжая наблюдать за удивленным выражением ее лица. — Не ждала?

— Нет.

Неудивительно. Столько лет прошло.

— Почему ты ушла, — решаю сразу спросить то, что тревожит больше всего.

Мне нужно знать, как все было, о большем я просить не буду. Я задавался этим вопросом много лет. Я не потребую общения, мне ничего от неё больше не нужно.

— Это было очень давно, — начинает она, тяжело сглатывая, немного потупляет глаза. — Твой отец оказался не тем человеком с кем бы я хотела провести свою жизнь, а тебя он мне не отдал бы. Он сказал, что я смогу видеть тебя только при одном условии, если останусь с ним.

Это на него похоже. Он тот еще ублюдок, но я все равно не понимаю, как она могла кинуть своего ребёнка.

Я бы любому глотку порвал за своего. Марина бы сделала то же самое, в этом сомнений нет.

— И ты выбрала не меня.

— И я выбрала не тебя, — кивает она, на ее глазах появляются слёзы. — Мне даже восемнадцати не было, когда я забеременела. Я не хотела семью. Не хотела больше терпеть издевательства…

Эти слова звучат отрезвляюще, и даже если я хочу ее осуждать, я не могу, потому что знаю по себе — жизнь с моим отцом — это тот ещё ад.

Я получил ответ на свой вопрос: больше меня ничего не интересует. И находится здесь больше нет смысла.

— Я тебя понял. Мы поедем.

Разворачиваюсь, чтобы сесть обратно в машину, но слышу сзади ее взволнованный голос.

— Это твоя девушка?

Я перевожу внимание на Марину, которая скромно стоит рядом со мной.

Девушка — это уже слишком просто, она мой якорь, моя опора, я даже не представляю другую рядом с собой. Она родила мне сына, перевернув мое сознание.

— Это моя жена.

От удивления у Марины округляются глаза, а я наклоняюсь к ней, чтобы поцеловать в щеку.

— Поздравляю, — улыбается мать, так же здороваясь с Мариной. — Может вы зайдете?

Хочу ли я зайти? Пообщаться с родственниками?

Нет, думаю, что нет. У меня есть другая семья, та, что всегда была рядом. Мой друг Филипп, Марина и их мама. Именно эти люди подарили мне семейное тепло, раньше я этого не понимал, но сейчас уверен абсолютно точно, рядом с собой мне не хочется видеть других людей.

Ну и, конечно, мой сын Арсений, которого подарила мне Маришка. Для счастья у меня есть все.

— Нет, нам некогда.

Я снова собираюсь уйти, но женщина меня останавливает, неуверенно берет за руку и мне приходится повернуться.

— Максим? — смотрит она взволновано, оставляя в моей руке бумажку. — Вот у меня есть визитка, позвони, я не против общения…

Возможно, я и позвоню, может завтра же, а может через год, мне необходимо все обдумать, посоветоваться с Мариной, она всегда знает как правильно поступить в той или иной ситуации.

Мы прощаемся, садимся в машину, я еду куда глаза глядят, погруженный в мысли, немного успокоившись, решаю остановиться возле торгового центра, чтобы выйти покурить.

Выхожу, смотрю четко перед собой. Сейчас я уже точно знаю, что мне следует сделать. Тянуть резину больше не могу.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Марина, я выкидываю сигарету, подглядываю за ребёнком через окно.

Всегда переживаю. Сложно его оставлять, даже из дома уходить тяжело, всегда хочется поскорее вернутся обратно.

— Словно огромный булыжник упал с моих плеч, — говорю то, что чувствую. — Отпустило.

Дышать легче. Вот серьезно. Я так долго не знал, что случилось с моей матерью, накрутил себя, а оказывается с ней все хорошо, у неё своя жизнь, в которой мне нет места, но меня это никак не трогает. Она стала чужой. Я не тот сопляк, что будет плакаться по этому поводу.

— Точно? — печально смотрит на меня. — Милый, чем я могу помочь?

Усмехаюсь. Кажется она переживает больше меня. Моя добрая девочка.

— Переночуем в отеле, но сначала мне нужно зайти в одно место, ты пока посиди в машине, — прошу я, целую жадно, а после ухожу в торговый центр.

Возвращаюсь обратно через полчаса, потому что осуществить задуманное оказалось не так просто.

Кладу маленькую коробочку на ноги Марины и жду, впитывая ее реакцию. А она есть, ещё какая.

— Максим? Что это… — у нее на глазах появляются слёзы, но она быстро их смахивает. — Я думала ты пошутил.

— Я? С чего бы вдруг, — фыркаю, наблюдая за тем, как она вытаскивает кольцо и восхищённо на него смотрит. — Надевай.

Она завороженно крутит его в руках, рассматривая с разных сторон. Клянусь, никогда не видел ее такой довольной.

Ну все, я конкретно попал.

— Но я же не сказала тебе «да», — шутит она.

Или не шутит?

Мы разговаривали по этому поводу, но она просила не торопиться, но я больше не могу ждать, у меня уже прямо зудит. Я знаю, что по сути она уже моя жена и этот жест ничего не изменит, но решаю больше не ждать походящего момента, а действовать.

— Ещё бы ты не сказала, — шиплю я и вновь кладу руку на Арсения. Смотрю на неё самодовольно. — У нас ребенок, ты не можешь мне отказать. И к тому же ты меня любишь.

Маришка надувает губы, но все же надевает на палец кольцо, которое идеально ей подходит. Это все потому, что я заранее знал нужный размер. Ходил, выбирал, но ни одно мне не понравилось, а здесь я все же нашёл то, что хотел. Или просто время пришло.

— Ты тоже.

— Несомненно, — приближаюсь к ней, чтобы жадно впиться в ее нежные губы. Поцеловать ее так, чтобы навсегда запомнила этот момент. И задохнулась от страсти. — Я никогда тебя не брошу и не дам уйти. Обожаю тебя.

Да, это именно те слова, которые я хочу ей сказать. Я ее не отдам. Ни ее, ни сына. Не допущу, чтобы она пожелала уйти, сделаю все, чтобы она не прекращала меня любить.

Ни она, ни Арсений никогда не будут сомневаться во мне.

— Звучит угрожающе, Котов, — улыбается она, сильнее прижимаясь ко мне, — но я согласна…

Если бы раньше мне сказали, что сестра моего лучшего друга станет моей, что я буду любить ее до одури, я бы не поверил, но сейчас она рядом, смотрит небесно-голубыми глазами и наполняет мою жизнь смыслом.

Счастлив ли я? А то!

Приходите на новинку…

— Ты моя собственность, — бескомпромиссно заявляет хам. — Я честно выиграл тебя, поэтому будь добра, принеси обед мне и моей спутнице.

— Ничего я делать не буду, — возмущаюсь я, смотря на компанию ребят. — Мне все равно на ваши глупые игры людьми.

— Какая же ты проблемная, Савушкина, — цокает главарь языком. — Непорядок. Придётся тебя перевоспитывать.

Столовую заполняет громкий смех учеников, а во мне просыпается нешуточный страх.

— Не поняла…

— Уже к концу года станешь за мной с открытым ртом бегать, выполняя любую мою прихоть, — ухмыляется ядовито подонок. — Я тебе обещаю.

Яр Бесов — пришел в нашу школу и ввёл свои правила. Грубый и вульгарный мажор, чьё внимание я не хотела привлекать, но мне не повезло. Теперь он приносит мне одни лишь проблемы…

Content

Милана Стоун
Хочу сестру друга

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Эпилог