Оскар Шкатов

Очко

Антивирусная

**

Сижу я скромно и мечтаю

Как на Гавайи улетаю.

Багамы тоже уважаю,

Я там обычно отдыхаю.

**

Могу слетать с модельной дивой

Побегать топлес на Мальдивы.

Иль на Сейшелы своё тело

Свозить, чтоб попа загорела.

**

Или, к примеру, на Канары,

Погреть радикулит свой старый.

Или профукать на Бали

Индонезийские рубли.

**

На Ибицу, скрывать не стану,

Я залетаю постоянно.

А, чтоб слетать на Бора Бора,

Так вообще нет разговора.

***

Но все возможности такие

Вдруг обломила пандемия.

Торчу теперь, как пень в лесу

И лапу, как медведь, сосу.

**

Ну, в лапе, правда, балычок,

В другой, понятно, коньячок.

А всюду шастает COVID

И портит людям внешний вид.

**

Не улыбается народ,

Засунув в марлю нос и рот.

Совсем не видно позитива

Из этого “контрацептива”.

**

Не надо строить всяких драм,

Возьмите лучше триста грамм.

Любуйтесь – лес, зима, природа.

Да, хрен с ним… в смысле,

с Новым годом!!!

**

Жизнь перед глазами

***

Каждый, бывает, лишь осознает,

Что он чего-то достиг,

Перед глазами уже пролетает

Жизнь, помещённая в миг.

***

Вижу чудное приволье,

Вижу реки и поля,

Вижу русское застолье,

Ну и драку опосля.

**

Вижу щи и вижу кашу,

И окраину села,

И соседскую Любашу,

Ту, что так и не дала.

**

Вижу водку и огурчик,

И лучок, и чесночок,

Также вижу, что покруче –

Шашлычок и коньячок.

**

Вижу райские ворота

И апостола Петра …

Вообще сегодня что-то

Не заладились с утра.

***

Каждый, бывает, лишь осознает,

Что он чего-то достиг,

Перед глазами уже пролетает

Жизнь, помещённая в миг.

***

Мос – Крузер

**

С урчанием задницу греет Land Cruiser.

Японскому чудищу всё нипочём.

Но как было круто в Советском Союзе

С единственным другом моим, Москвичом.

**

Консервная банка оранжевой масти

Не ведала сроду приличных шоссе,

Неслась по ухабам, теряя запчасти,

Да по хрену, хоть на одном колесе.

**

На ровном шоссе за рулём ты зеваешь,

Слипается глаз от спокойной езды.

Когда ж Москвичом колею пробиваешь,

То всё остальное тебе до звезды.

**

Глаза округляют японцы в испуге,

Прогрессом избалован этот народ.

Кто не был в объятьях “стальной центрифуги”,

Тот русской души никогда не поймет.

**

И в мыслях всегда я сижу хохоча

В кабине оранжевого Москвича.

**

Подземелье драконов

сонет – аллегория

**

Холодным мрамором мерцает подземелье,

Крутые своды отражают гулкий звон.

Вот наступает время адского веселья,

И пробуждается неистовый дракон.

**

Покинув логово в таинственной пещере,

Бросаясь искрами от скрежета когтей,

С утробным рыком, пасть горящую ощеря,

Свирепый образ возникает в темноте.

**

И нет спасения от этого дракона,

Он – неизбежность, он – судьба, он – рок-злодей…

Летит стремительно стальная анаконда

И пожирает за день тысячи людей.

**

Такой вот стресс от посещения метра…

И надо ж было так нарезаться с утра.

**

Про Красную Шапочку и волчьи ягодки

***

Ах, как хорошо весной в лесу.

Вытираю ножки об росу,

Леденец сосу, никого не ссу,

Пирожки я бабушке несу.

***

Хорошо бы съесть по пирожку,

Только бабка оторвёт башку.

Лучше постою, песенку спою,

Ягодки вот эти пожую…

***

Нет у Красной Шапочки подруг

Кроме птичек и лесных зверюг.

Тишина вокруг, не тревожит звук,

Лишь плывёт себе за глюком глюк.

***

Полосатый Зайка впопыхах

Прискакал вдруг на шести ногах,

Что-то пробурчал и опять умчал,

Весело копытами стуча.

***

Вслед за Зайкой – лысая Лиса.

Только на макушке волоса.

С хвостиком крючком движется рачком,

Хрюкая сопливым пятачком.

***

Вот промчался Серенький Волчок,

Словно торопился на толчок.

Хоботом мотал, матерно орал,

И рогами ветки задевал.

***

А за ними следом со всех ног

Весь в татуировках Колобок.

Вспоминает мать, чтоб быстрей бежать,

И грозится пасти всем порвать.

***

Ах, как хорошо в лесу гулять.

Только что-то стало отпускать…

Но грибочки тут скоро подрастут

И пойду я к бабушке опять.

***

Старик и рыба

(Почти по А.С.Пушкину)

***

Жили старик со старухой,

Ели блины с медовухой.

Дед романтиком был, невод купил

И на рыбалку ходил.

***

Вот как-то раз на рассвете

Что-то попалося в сети,

Стало воду мутить, громко бурлить

И по-людски говорить.

***

Дедушка не удивился,

Так как с утра похмелился.

Помнил дед много лет, что этот бред –

Русский народный сюжет.

***

Краткое содержание:

Бабка сменила корыто,

Следом – условия быта,

А потом увлеклась и собралась

Аж в президентскую власть.

*****

Коль Пушкина вы в детстве не читали,

То не усвоили такой морали:

Не разевайте слишком свою пасть,

Вы всё туда не сможете покласть.

*****

Дед попрощался с уловом.

Чтобы остаться здоровым,

И ошибки опять не повторять,

Лучше при бабке молчать.

***

Дед, чтоб никто не заметил,

Выпустил рыбу из сети,

Хоть и знал, если вот он без рыбы придёт,

Бабка корытом прибьёт.

***

Лишь подошёл старый к дому,

Видит – не дом, а хоромы.

Бабки нет, в доме свет, девки, танцы, банкет.

Видно, от рыбки привет!

***

Коль даришь ты добро тому, кто рядом,

Оно к тебе не повернется задом.

***

Сказ про АЭС и необратимый процесс

Басня о том, как в результате политического прогиба и вопреки здравому смыслу была остановлена Игналинская АЭС, надёжный и рентабельный источник электроэнергии, созданный Советским Союзом и уничтоженный Евросоюзом.

***

На славном Евразийском континенте

Спокон веков стоял дремучий бор.

И звери в необъятном контингенте

Там проживали с очень давних пор.

***

Здесь правила династия Медведей, ~(Рюриковичи, Романовы)

Передавая власть из рода в род,

А потому заморские соседи

Старались не совать им пальцы в рот.

***

Чтоб эта мысль ещё понятней стала,

Те, кто в тот лес без приглашенья лез,

Немедля получали по сусалам,

Ну и теряли к жизни интерес.

***

Назло всем джунглям, прериям, саваннам

Могучий лес и ширился, и рос.

И исторически довольно странно,

Что дальше всё пошло наперекос.

***

Большие Мишки стали вырождаться,

Одолевало мелкое зверьё,

Которое любило размножаться.

К тому же каждый требовал своё.

***

И вот, когда принёс пятнистый Мишка ~(Горбачёв)

Нам плюрализм и прочую фигню,

То сверху стала надвигаться крышка,

А снизу лес стал сохнуть на корню.

***

А следом вылез из дремучей гущи

Ещё один в противовес тому –

Хронически бухой и вездессущий ~(Ельцин)

Уже не Мишка, а Писец Всему.

***

Конечно, звери сразу загалдели,

Мол, будем все теперь раздельно жить,

Мол, сколько мы тех Медведей терпели…

И стали всё, что нажито, делить.

***

И каждый стал откусывать немножко,

Учитывая то, где обитал.

И геополитической делёжкой

Был не обижен каждый ареал.

***

Бобрам деревья вкусные достались,

Тушканчикам – привычный им песок,

В озёрах рыбы разные плескались…

Большой и жирный общий был пирог.

***

И рыжая Лисичка не зевала. ~(Литва)

Халявщица вдруг получила в дар

То главное, что за столом сближало –

Огромный и блестящий самовар.

***

Вокруг него вся живность собиралась,

Когда ещё был общим этот лес.

Дарил он всем тепло и свет, и радость,

И назывался ласково – АЭС. ~(Автономный электросамовар)

***

И так чудесно было всё сначала,

И продолжалось так из года в год.

Лиса соседей чаем угощала,

К тому ж имела собственный доход.

***

И вроде наполняется кубышка,

Но всё равно она тихонько бздит,

Что вот придет опять суровый Мишка

И ей по наглой морде настучит.

***

К тому ж ещё соседи негодуют, ~(Евросоюз)

Мол, затыкай свой самовар скорее,

А то, когда восточный ветер дует,

Мы ощущаем приступ диареи.

***

А, коли будешь жить без самовара,

Тогда уж мы войдем с тобой в интим.

Естественно, ты будешь без навара,

Зато тебя от Мишки защитим.

***

И вот Лисичка спряталась под “крышу”,

Пока своих-то не хватало сил,

И начала потявкивать на Мишу,

Который самовар ей подарил.

***

Пришлось ей с рыжей попкой повертеться,

Чтобы свободу как бы ощутить.

Зато теперь, чтобы чайком погреться,

Приходится в три дорога платить.

***

АЭС же стали резать по кусочкам,

Ну, а потом сдавать в металлолом.

И разбежались по другим лесочкам

Те, кто сидели за одним столом.

***

Ну, что тут говорить, конечно жалко. ~(Автор сам строил ИАЭС)

Но, если на исходе наших дней

Здесь зацветёт “зелёная лужайка”, ~(Стадия полной разборки)

Резвиться будет некому на ней.

***

Про политику и понос

**

Много в последнее время безумий

Горе-политики в мире творят.

Мне вот однажды приснился Везувий

В возрасте двадцать столетий назад.

**

Недалеко находились Помпеи.

Город как город. И жители там

Жили обычною жизнью своею,

Кушали пищу, молились богам.

**

Но что-то в жерле Земли забурлило,

Крышу пробило, потом потекло,

И близлежащие земли накрыло.

Малоприятно, хотя и тепло.

**

Всех, невзирая на происхожденье,

Граждан, рабов, да и правящий класс,

Смыло природное это явленье

Как, извините, дерьмо в унитаз.

**

Лава текла неуклонно и тупо,

Газы неслись в окружающий мир…

Понял тут я, что с гороховым супом

Не совместился вчерашний кефир.

**

Сон завершился, пришло проясненье.

Ноги стремглав в туалет понесли.

Снизу отлив – благодать, облегченье,

Сверху прилив – это мысли зашли.

**

Что, если многим из политиканов,

Как и желудок, мозги промывать.

Может, в их головы поздно иль рано

Трезвые мысли начнут поступать.

**

Нравится мне перспектива такая,

Чтоб ни майданов, ни войн, красота!

Ну, а что главное, совесть людская

Будет, как после поноса, чиста.

**

Песенка о цензуре

Препоны и рогатки, палки в колёса, камни преткновения

и просто БУИ – всё это творческие тормоза.

Так не будем же касаться острых социальных проблем.

***

Пиша, пися, иль может быть, писуя

Поэму, песню, повесть иль рассказ,

Я думаю… ну и какого буя

Достигнуть я смогу на этот раз.

***

Так хочется, включив воображенье,

Попасть в теченье творческой струи.

Но держит за … и тормозит движенье

Запрет “Не заплывайте за буи”.

***

Живёшь себе без вихрей, без цунами.

Но стоит оттолкнуться от земли,

И мы уже окружены буями,

Чтоб далеко заплыть мы не смогли.

***

Но хочется порою человеку

Сорваться так, что мама, не балуй,

Как лебедь в облака, как щука в реку…

Но ставит раком непреклонный буй.

***

Меняются и времена, и нравы,

Приоритеты в классовом бою.

Однако, правы мы или не правы,

Всегда решать какому-то бую.

***

Пиши, но не спеши, базар фильтруй –

Всегда на страже неусыпный буй.

***

Ковбойская

Country Song

**

Жил да был Билл О’Нил,

И на ранчо своём он коров разводил.

Как-то раз Билл О’Нил

На открытке почтовой красотку узрил.

**

Возопил Билл О’Нил: – Вот дебил!

Как же всю жизнь я отшельником жил!

На коня он вскочил и … прищемил.

***

Поскакал Билл О’Нил,

Где в рассветный туман горизонт уходил.

Билл О’Нил так спешил,

Про коров и кобыл он совсем позабыл.

**

Только вдруг Билл О’Нил ощутил,

Что он седлом уж расплющил свой тыл,

И еще Билл О’Нил сильно … отбил.

***

Билл О’Нил не шутил, отступать не любил.

В нём кипел и бурлил необузданный пыл.

***

Наконец Билл О’Нил,

Прибыл в город и дамский салон посетил.

Билл О’Нил возомнил,

Что фортуну он крепко за попу схватил.

**

Но о том Билл О’Нил позабыл,

Что об седло чем-то часто долбил.

Загрустил Билл О’Нил… Ну, короче, приплыл.

***

Билл О’Нил стал уныл, даже виски не пил,

И загадочный образ уже не манил.

***

И тогда Билл О’Нил

Продал ранчо своё, и коров, и кобыл,

А седло Билл О’Нил,

Проклиная, в навозную яму зарыл…

И купил АВТОМОБИЛ!

***

Баллада о Доблестном сэре и Непорочной леди

***

Пред взором нашим дивная картина –

Средневековый мглистый Альбион,

И замок сэра Джона Болдуина

Стоит там с незапамятных времён.

***

Сэр Болдуин был королевский рыцарь.

Он ежедневно с кем-то воевал.

И постоянно забывал побриться,

Поскольку шлем с забралом не снимал.

***

Вокруг лесная флора зеленела,

А по соседству, через пять-шесть миль,

Жила девица, леди Изабелла,

Красавица из замка Сиськинвиль.

***

Сэр Джон воспитан был в английском стиле

Из вежливых и чопорных манер.

Там сэры к леди в гости не ходили,

Коль не представлен этой леди сэр.

***

Но, возвращаясь часто из сраженья,

Поскольку рыцарь он, а не монах,

На замок Изабеллы с вожделеньем

Смотрел он. И стоял… На стременах.

***

А чистая, святая Изабелла

Выглядывала робко из окна

И на него смотрела. И хотела…

Да не была представлена она.

***

А если б Джон прибавил децибелы,

Глядишь, и распахнулось бы окно.

Тогда у Болдуина с Изабеллой

Совсем другое было бы кино.

***

Но в те далёкие лихие годы,

Вплоть до абсурда, как ни посмотри,

Шли рыцари в крестовые походы,

А дамы от тоски в монастыри.

***

И погибали рыцари в скитаньях,

И оставались дамы их невинны.

Такие вот издержки воспитанья.

Такие в Альбионе Долбуины.

***

Love language (язык любви)

(дамский блюз)

***

Нам кажется, женщин мы знаем отлично.

А может быть, только слегка.

Но ясно одно – никогда не постичь нам

Всех тонкостей их “языка”.

***

Мужчина, лежащий с пивком на диване,

Как будто в скафандре живёт.

И, чтобы забраться к нему в подсознанье,

У женщин особый подход.

***

Они невзначай чем-нибудь помелькают

В белье кружевном “от кутюр”,

И вот из бумажника уж вылетают

Зелёные листья купюр.

***

Когда же прибоем морским всколыхнётся

Размер № 3, тут уж знай,

Что это путёвкой тебе обернётся

В какой-нибудь пальмовый рай.

***

А если пожалуется на прохладу,

То, сколько ты тут не тупи,

Но выхода нет, обольщаться не надо.

Хоть тресни, а шубу купи.

***

Посредством загадочных манипуляций

Бровей, языка или глаз,

Уж много веков, как ни стыдно признаться,

Вы вили верёвки из нас.

***

У женщины слово – общенья основа,

У женщины это в крови.

Но, уши развесив, мы слушать готовы

Лишь только язык их любви.

***

Блюз Валькирии

(исповедь сильной женщины)

***

Каждая женщина неповторимой быть хочет,

В свете софитов своей красотою блистать,

И ощущать безграничность своих полномочий.

Что же для этого нужно, позвольте узнать?

***

Томные грёзы оставить и жить настоящим,

Мусором лишним не надо головку грузить.

Незачем также шататься по избам горящим,

И ни к чему лошадей на скаку тормозить.

***

Даже в хрустальном гробу если будешь качаться,

Будь ты хоть трижды красавица с книжных страниц,

Сам ведь к тебе никогда не придёт целоваться

Даже какой завалящий подержанный принц.

***

Действовать, девоньки, надо. Тогда в этом мире

Можно такие способности приобрести,

Чтобы вы сверху, в свободном полете Валькирий

Сами решали, кого в свой чертог вознести.

***

Только не каждой дано быть Брюнхильдой хотя бы,

Жанною д’Арк, Клеопатрой… Да что говорить,

Сильные женщины – это обычные бабы.

И вообще, задолбалась я сильною быть.

***

Leaving for Valhalla

**

Там, где кроме ледников

Шхеры и фиорды,

Жили испокон веков

Бородаты морды.

(Характерная черта викингов – чрезмерная бородатость).

**

Хреновато там жилось

Шведам да норвегам –

Ни пшеница, ни овёс

Не цвели под снегом.

(Сельское хозяйство в странах Скандинавии было недостаточно

развитым).

**

Коль уж дома не пожрать,

Да не выпить браги,

Отправлялись воевать

За море варяги.

(Основной вид деятельности – командировочный рэкет).

**

Вот они в чужих краях

Шашками махали,

А над ними в небесах

Девушки летали.

(Валькирии – работницы сферы доставки и обслуживания,

бортпроводницы).

**

Кто навесит всем “люли”,

Тех по ритуалу

Красны девицы несли

Прямиком в Вальхаллу.

(Скандинавский рай).

**

Там извечно стол накрыт.

Помня о народе,

Всех накормит, напоит

Добрый папа Один.

(Самый большой начальник).

**

Где же справедливость тут,

В чём же мы не правы,

Если лучше всех живут

Эти скандинавы?

(В странах Скандинавии самый высокий уровень жизни).

**

Если б наверху у нас

Чмудаков не стало,

То была б везде сейчас

Полная Вальхалла.

(А в странах Скандинавии самый низкий уровень коррупции).

**

Те, кто во дворцах живёт,

Вроде не враги нам,

Только их VALHALLA ждёт,

Ну, а нас – VAGINA.

**

Тайна озера Лох-Несс

***

Жил в Шотландии как-то лет много назад

Член дворянского древнего рода,

Сэр Мак-Даун, эсквайр. О таких говорят,

Что “на них отдохнула природа”.

***

Он сперва воевал, но под лошадь попал,

Получил по ранению справку,

А потом на военную службу поклал

И ушёл преспокойно в отставку.

***

По холмистым лесам и лесистым холмам

Он слонялся зимою и летом,

Как тогда полагалось шотландским стрелкам,

С неразлучным своим арбалетом.

***

А, как бывший стрелок, не стрелять он не мог.

Потому-то все местные звери

Как завидят его, так неслись со всех ног,

В человечью гуманность не веря.

***

Но Мак-Даун жалел и зверушек, и птах,

А стрелок был он меткий и целкий.

Потому-то водились в окрестных лесах

В основном одноглазые белки.

***

Благородных оленей и их олених

Там встречали в тоске и печали,

Потому что как перья, из жопы у них

Арбалетные стрелы торчали.

***

А в Шотландии тех стародавних времён,

Как известно, драконы водились.

Ну, пускай не драконы, пусть только дракон.

Эти твари не часто плодились.

***

На дракона Мак-Даун охотиться стал,

Находясь в настроеньи игривом.

И с улыбкой обидные стрелы пускал

В крылья, в задницу, в хвост или в гриву.

***

Или ночью тихонько с дубинкою он

Подкрадётся, как врежет с размаху…

И пугался, и нервничал этот дракон,

И огнём даже пукал со страху.

***

Долго бедный терпел, похудел, поседел,

Наконец он не выдержал стресса

И, спасаясь от стрел, сам стрелой полетел

К берегам живописным Лох-Несса.

***

По пути осознал аксиому одну,

Что вся жизнь – это кнут, а не пряник.

Прыгнул он в глубину и пошёл он ко дну

Как топор… как Муму… как Титаник.

***

И с тех пор над волной возникает порой

Очертанье испуганной хари.

Но пока что никто не видал под водой

Продолженья реликтовой твари.

***

Если туловище с субмариной сравнить,

Головой будет глаз перископа,

И простая пропорция даст ощутить

До чего ж там гигантская жопа!

***

А в Лох-Несс глубина двести метров до дна.

И конечно, там много ныряли.

Но во все времена не нашли ни хрена.

Вот такой артефакт. Без морали.

***

Летучий голландец

**

Чёрные волны форштевень как лезвием режет,

Всполохи молний выхватывают силуэт,

Сломанных рёбер – шпангоутов слышится скрежет,

Из темноты надвигается шхуна – скелет.

**

Порванный парус, электроразряды на рее,

Словно исчадие ада на пенной воде.

Глядя на это, бывалый моряк охренеет,

Что же творится в штанах у обычных людей…

**

Горе случайным торговым судам, если рядом

Вдруг появляется этакий Левиафан,

И на тебя ледяным гипнотическим взглядом

Смотрит три века не бритый седой капитан.

**

Звали его повсеместно Филипп Ван дер Деккен,

Или Ван Страатен, пользуясь слухом другим.

Надо сказать, нехорошим он был человеком,

А, если честно признаться, то вовсе плохим.

**

Мог без причин моментально прийти в раздраженье

И, применяя при этом отборнейший мат,

Всем угрожал он стократным анальным вторженьем

И в исступленьи орал: – Сто чертей тебе в зад!

**

Даже когда, набухавшись, бывал благодушен,

Он всё равно матерился и громко орал.

Если же рядом случался кто был непослушен,

То понимал, что попал на глубокий анал.

**

Ну, а команда, две дюжины дюжих матросов,

Также была своему капитану под стать,

Сплошь состояла из асоциальных отбросов.

В общем, таких “джентльменов” еще поискать.

**

Только они появлялись в портовых тавернах,

Все затихали, дыханье своё затаив.

Не было больше таких отморозков, наверно,

Как этот злобный, свирепый, лихой коллектив.

**

Долгие годы они океан бороздили,

Где не бывали – на глобусе мест не найти.

Разный товар из далеких колоний возили,

Ну и немного пиратствовали по пути.

**

И вот однажды Филипп, как всегда в доску пьяный,

Вышел на палубу и, чтобы выплеснуть дурь,

В бешеный шторм, где встречаются два океана,

Он свою шхуну повел прямиком к мысу Бурь.

**

Тут взбунтовалась команда, ну, жить-то хотели,

Но капитан был упрям: – Всё равно обогну!

Тех, что стояли поближе и громче галдели,

Собственноручно он тут же отправил ко дну.

**

И закричал небесам: – Не сойти мне на сушу,

Коль обогнуть не удастся скалистый каскад,

Дьявол свидетель тому, если клятву нарушу,

Вечно скитаться нам по морю, якорь мне в зад.

**

Но небеса вдруг разверзлись и все услыхали:

– Что же, несчастный, ты сам себя приговорил.

И с той поры их живыми уже не видали.

К порту приписки злосчастный корабль не приплыл.

**

Но много лет мировой океан рассекает

Зомби-корабль. И, как будто в знакомом кино,

Свет маяка ему к берегу путь озаряет.

Только причалить ему уж вовек не дано.

**

А капитан, истрепавшийся за три столетья,

Рот разевает, как будто чего-то кричит,

И балансируя так между жизнью и смертью,

Рвётся куда-то… да якорь из жопы торчит.

**

Предпоследний из могикан

Ещё до Фенимора Купера

(могикане “Люди Большой реки” – ныне исчезнувшее индейское племя)

***

Где-то в семнадцатом веке,

Средь лесов и Великих озёр,

Там делавары, гуроны, сенеки*

Жили себе с доколумбовых пор.

*индейские племена Северо-Востока Америки.

***

Был там один могиканин.

И охотник он был, и боец.

Без папы – мамы жил он в вигваме*.

Звали его – Одинокий Конец.

*малогабаритная индейская квартира.

***

Бегал он с луком по лесу,

Но жениться тут время пришло.

Вот он приметил в краю ирокезов*

Дочку вождя – Озорное Дупло.

*крупное племя с характерными причёсками.

***

Вождь их – Кривая Стрела,

Чтоб никто посторонний не лез*,

Всех женихов отдуплил от Дупла.

Только остался один ирокез.

*смешанные браки не поощрялись.

***

Был его папа шаман*,

Но с отцом он не схож был лицом.

Внешне был чмо, а по жизни баран.

Все его звали – Крутое Яйцо.

*духовное звание.

***

К девушке сватался он,

Да и вождь был вроде не прочь.

Только закон был у этих племён –

Надо в бою заслужить его дочь.

***

Всех он в бою задолбал

И собрался уже под венец,

Но прискакал тут какой-то нахал.

Это был наш Одинокий Конец.

***

С лошади спрыгнул он резво,

И большой томагавк* наточил,

Ловко отрезал он чуб ирокеза,

Чем его воинской чести лишил.

*топорик, удобный в бою и на шашлыках.

***

Вместе с шаманом – отцом

Видно плохо он в бубен* стучал,

Прозван с тех пор был он Бритым Яйцом,

В лес он умчал, где потом одичал.

*ударный инструмент, вызывающий глюки.

***

Радостно всем и светло,

Не нарушил закон вождь – отец.

Счастлива скво* – Озорное Дупло,

Близится к ней Счастливый Конец.

*девушка, женщина, жена.

***

Так потомки могикан прожили ещё 135 лет.

***

Не все евреи Моисеи

И сказал Господь Моисею:

Я увидел страдание народа Моего в Египте…

и иду избавить его… и вывести его в землю

хорошую и пространную, где течет молоко и мед…

Торы. «Книга Исхода из Египта». Глава 3.

*****

Долго бродил Моисей по пустыне,

Землю евреям не мог отыскать.

Хоть от Египта до Палестины,

Глядя на карту, рукою подать.

*****

Вот что фактически гласит

Нам тот сюжет библейский

Про нескончаемый конфликт

Египетско-еврейский:

**

Там фараоны и жрецы

Евреев угнетали,

И даже в шаббат, подлецы,

Работать заставляли.

**

Евреи напролёт все дни

Немножечко трудились,

Зато вот по ночам они

Стремительно плодились.

**

Тогда их стали сокращать,

Бросали в воды Нила,

Но там отказывались жрать

Евреев крокодилы.

***

Когда ж родился Моисей,

То для его спасенья

Дитё в корзине поскорей

Пустили по теченью.

**

Его увидела потом

Девчонка-фараонка,

И притащила к папе в дом

Еврейского ребёнка.

**

Он так и вырос во дворце,

Претензий не имея.

А рядом с потом на лице

Горбатились евреи.

**

И, чтоб диаспору спасти

От этой жизни сраной,

Решил евреев он вести

К земле обетованной.

*****

Что-то никак я не уразумею,

Соизмеряю и время, и путь…

За сорок лет ведь даже евреи

Могут экватор раз шесть обогнуть.

*****

Так годы, месяцы и дни

Бог знает где плутали.

Без навигатора они

Всю землю истоптали.

**

Ничто не делается зря,

Но даже как-то странно,

Что раздвигались им моря,

С небес летела манна…

**

Про нужный им ориентир

Понятья не имея,

Похоже, обошли весь мир

Евреи Моисея.

**

Хоть было нелегко идти

И трудно продвигаться,

Но успевали по пути

Евреи размножаться.

***

И долго двигались гурьбой

Через пески и время,

И оставляли за собой

Израильское семя.

**

И вот они за сорок лет

Прошли по всему свету.

Везде оставили свой след.

И где их только нету.

**

Пускай, не каждый Моисей,

Не все мы Моисеи,

Но за века мы стали все

Немножечко евреи.

**

И ты еврей, и я еврей.

Ну, что за наказанье…

Бери же ножик поострей,

Пойдём на обрезанье.

**

Шерлок Холмс, доктор Ватсон и дедуктивный метод

**

Струилась Темза, как обыкновенно,

Над Лондоном висел привычный смог.

И по соседству, на часах Биг Бена

Уже давно пробило fife o clock.

**

На Бейкер стрит (нетрудно догадаться),

Очередное дело заверша,

Сидели Шерлок Холмс и доктор Ватсон.

Портвейн употребляли не спеша.

**

В камине искры по дровам носились,

К огню тянулись ноги, к креслу зад.

Дымились трубки и носки дымились…

Вокруг тепло, уют и аромат.

**

– Скажите, Холмс, – прервал молчанье Ватсон,

Вы не находите, что я алкан?

Ведь, как ни стыдно в этом признаваться,

Но я допил уже шестой стакан.

**

– Ну, это же элементарно, Ватсон,

Попробуйте дедукцию включить.

Тогда не трудно будет догадаться,

Из-за чего Вы так хотите пить.

**

Смотрите, что в обед нам подавали:

Яйцо, овсянку, пудинг и бульон.

Как джентльмен Вы виду не подали,

Хоть был бульон слегка пересолён.

**

Сейчас, не отдаляясь от камина,

Мы всё ж пойдём … логическим путём.

Итак, бульон был, видимо, куриный,

Поскольку куры побывали в нём.

**

На Бейкер стрит, примерно в сотне ярдах,

Есть лавка свежих кур и их яиц.

И по утрам торговец в бакенбардах

Приносит миссис Хадсон этих птиц.

**

Хоть он ступает тщательно по лужам,

Не утаилось важное звено –

На сапогах его я обнаружил

Знакомое йоркширское г…но.

**

А в Йоркшире йоркширские терьеры

Гоняются и тявкают на кур.

Сужаются куриные размеры

От этих ежедневных процедур.

**

И эти куры, на бегу потея,

Из организма выделяют соль.

Вполне правдоподобная идея.

Так воду вытесняет алкоголь.

**

Вот потому кухарки и не знают

Как этих кур положено солить,

Когда бульоны нам приготовляют.

И миссис Хадсон тут нельзя винить.

**

Ну что ж, надеюсь, дорогой мой Ватсон,

Я убедительно черту подвёл…

Но тут вошла хозяйка, миссис Хадсон,

И вновь портвейн поставила на стол.

**

– Простите, я опять пришла с портвейном,

Хотя вам предложить хотела чай.

А, впрочем, не сердитесь, джентльмены,

Я что-то услыхала невзначай.

**

Ведь это я в руках держала ложку,

Когда бульон солила в этот миг,

Но вздрогнула, просыпала немножко…

Какой Вы, мистер Ватсон, озорник.

**

Когда меня схватили Вы за попу,

То сразу же понятно стало мне,

Что Вы недавно прибыли в Европу,

А прежде долго были на войне.

**

Когда у Вас два-три часа найдутся,

Я бы могла ещё Вам показать

И то, как в утку яблоки кладутся…

И удалилась, потупив глаза.

**

А Холмс потом ходил по кабинету,

Курил, бухал, не кушал ничего,

И размышлял про дедуктивный метод…

А может быть, совсем не про него.

**

Нижнему Новгороду – 800

Основан в 1221 году владимирским князем Юрием Всеволодовичем.

***

Юрий Владимирович Долгорукий*

Строил Москву, Кострому, Городец,

Но на пиру от какой-то самбуки

Прибыли глюки. А с ними писец.

*Юрий Долгорукий (1095 – 1157) – сын Владимира Мономаха.

***

Сын его, Всеволод*, надо признаться,

Не по строительной двинул стезе.

Делом иным он любил заниматься,

Ну и наделал … двенадцать князей.

*Всеволод Большое Гнездо (1154 – 1212) имел 8 сыновей и 4 дочери.

***

Третий в честь дедушки назван был Юрой*.

Был он, конечно, не столь долгорук,

Но, обладая такой же натурой,

Также строительством занялся внук.

*Юрий Всеволодович (1188 – 1238).

***

Восемь столетий назад появился,

Князя стараниям благодаря,

Город, в котором Кулибин родился,

Горький Максим, а потом уже я.

Нижний Новгород (с 1221 г. и навсегда).

***

Чтоб защитить от Булгарского ханства*,

Вырос форпост на востоке Руси.

Русь завсегда на соседское хамство

Делала жест: На-ка вот, от…куси!

*Государство в Среднем Поволжье, существовавшее с X по XIII век.

***

Но прискакали татары Батыя*,

Начали Русскую землю топтать.

Сабли кривые и хари косые…

Да наплевать! Вас Орда, а нас рать!

*Батый (1209 – 1255) – внук Чингисхана.

***

Не унимались, борзели татары,

Всюду творили они беспредел,

Долго чинили разбои, пожары*,

Только и к ним русский фак прилетел.

*Деревянные стены старого Кремля неоднократно сжигали.

***

А чтоб и впредь нам никто был не страшен,

Лет через триста, слегка опосля,

Встали тринадцать уж каменных башен

В поясе стен городского Кремля*.

*Начало строительства –1508 г., госприёмка –1515 г., гарантийный срок

эксплуатации – 50 000 лет после Конца света.

***

С детства люблю эти старые стены.

И сквозь века как бы слышу опять…

Эти слова так легки, так душевны:

– Нижегородцы! Нас рать! Твою мать…

***

SPEED

***

Нервная дрожь по струне магистрали,

Искры слепящих глаза конфетти…

Выбора нет, если скорость набрали,

С этого ритма уже не сойти.

***

Все мы средь этой лихой круговерти

Делаем ставки в рисковой игре,

Веря, что даты рожденья и смерти

Будут раздвинуты длинным тире.

***

За день-другой все дела переделав,

Мрёт мотылёк, не оставив и след.

Кит же своё многотонное тело

Может наращивать две сотни лет.

***

Время отпущено каждому в меру,

Каждому дан персональный предел,

Чтоб по часам или секундомеру

Полз ты по жизни, бежал иль летел.

***

***

Вот и прошло… пронеслось… просквозило,

Вместо руля под рукою стоп-кран,

В блюдце лимончик, в бокале текила,

Ну, а под жопой надёжный диван.

***

ВСЁ !!!

Content

Оскар Шкатов
Очко

Антивирусная

Жизнь перед глазами

Мос – Крузер

Подземелье драконов

Про Красную Шапочку и волчьи ягодки

Старик и рыба

Сказ про АЭС и необратимый процесс

Про политику и понос

Песенка о цензуре

Ковбойская

Баллада о Доблестном сэре и Непорочной леди

Love language (язык любви)

Блюз Валькирии

Leaving for Valhalla

Тайна озера Лох-Несс

Летучий голландец

Предпоследний из могикан

Не все евреи Моисеи

Шерлок Холмс, доктор Ватсон и дедуктивный метод

Нижнему Новгороду – 800

SPEED