Олимпия Кершнер

Любовная лихорадка

1

Паула Бейкер подъехала к дому в самом прекрасном расположении духа. Давно она так весело не проводила Рождество! Брат с женой жили в небольшом коттедже за городом, среди поросших лесом холмов, и они совершали чудесные прогулки вчетвером: Мартина-младшего родители по очереди несли в рюкзачке.

Ее невестка Бетти оказалась прекрасной матерью, и Паула очень радовалась за брата. Мартин наконец-то нашел свое счастье, тогда как они с Брайаном… Но об этом она старалась не думать.

Иногда Бетти отпускала их с братом покататься на лыжах. А по утрам, когда малыш, закутанный потеплее, спал в коляске, они даже играли во дворе в снежки. Паула уже не помнила, когда в последний раз чувствовала себя такой беззаботной. Осенний семестр был завершен, все оценки проставлены, а к следующему она неплохо подготовилась: составила планы занятий, написала конспекты лекций и считала, что может позволить себе как следует отдохнуть.

К сожалению, все хорошее когда-нибудь кончается, кончились и каникулы. Неделя пролетела незаметно, нужно было возвращаться домой. Но могла ли Паула думать, что, вернувшись, обнаружит нечто такое, что навсегда изменит ее жизнь?

Она подъехала к дому в сумерках, припарковала машину и долго рылась в сумочке в поисках ключей. Но когда Паула подошла к двери, оказалось, что ключи ей не нужны… Уже через минуту она мчалась к соседскому коттеджу, чтобы вызвать полицию…

А потом Паула увидела, как он появился в дверях, и у нее перехватило дыхание. Спираль времени стала стремительно раскручиваться в обратную сторону, и она поняла, что он совсем не изменился. Разве что стал еще крепче и плотнее. Фредерик Митчелл всегда был большим, а сейчас, в тяжелом зимнем пальто, казался просто огромным. Широкие плечи выглядели так, будто могли удержать весь мир. И по-прежнему непозволительно красив! — подумала Паула, чувствуя, как замирает сердце. Эти темные волосы, проницательные черные глаза, упрямо выступающий вперед подбородок…

Однако из глаз ушла привычная мягкость, исчезли искорки веселья, которые когда-то так часто танцевали в зрачках. Он смотрел на нее холодно и строго, словно чужой…

— Это вы сообщили о взломе? — Фред перевел взгляд на Лайзу Паркер, соседку.

— Нет, это я звонила, — поспешно сказала Паула.

Она никак не ожидала, что приедет именно Фред, когда вызывала полицию. Он ведь давно был детективом, а не патрульным полисменом: получил повышение, как раз когда… Интересно, нравится ли ему новая работа?

— Сюда? — Он окинул гостиную профессиональным взглядом.

— Нет-нет. — Паула слегка покраснела и, с трудом оторвав от него взгляд, вежливо улыбнулась Лайзе: — Спасибо, что разрешили подождать у вас. Я расскажу, если что-нибудь обнаружат.

— Паула, приходите к нам вечером, если не захотите оставаться дома одна.

Лайза и Билл Паркеры жили в соседнем коттедже, они не только позволили Пауле вызвать полицию по их телефону, но и настояли, чтобы она дождалась приезда полицейских у них. Дело в том, что, вернувшись домой после недельного отсутствия, Паула обнаружила входную дверь в свой коттедж приоткрытой. Недоумевая, она заглянула внутрь. Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы заметить ужасный беспорядок в гостиной. Не заходя к себе домой, она побежала к соседям.

Паула еще раз вежливо улыбнулась Лайзе и, нервно кашлянув, обернулась к Фреду:

— Пойдемте со мной, пожалуйста.

Направляясь к двери, она изо всех сил старалась не дотронуться до него, хотя соблазн был велик. Они виделись в последний раз более двух лет назад. Двух долгих, бесконечно одиноких лет…

— Я живу чуть дальше, — сказала Паула, идущему вслед за ней Фреду.

Она напряженно вглядывалась в холодные зимние сумерки, надеясь, что он не заметит смятения, которое царило в ее душе. Женщине приходится цепляться за гордость, когда мужчина бросает ее. Особенно, если она так и не смогла понять, почему он это сделал…

Маленькие сугробы лежали по бокам дорожки, ведущей к заснеженной лужайке. Эта часть большого жилого комплекса на окраине города была недавно построена, и Паула очень обрадовалась, узнав, что сможет позволить себе купить один из коттеджей. Казалось, это такой безопасный район, ей и в голову не приходило, что здесь могут орудовать воры!

Тем более в ее доме… У нее не было ничего, на что мог бы покуситься взломщик.

Снег поскрипывал под ногами, дыхание вырывалось изо рта белым облачком. Но, несмотря на морозную погоду, Паула была разгорячена близостью человека, шагавшего рядом.

— Когда ты обнаружила, что в дом проникли? — спросил Фред, тщательно сохраняя дистанцию между ними.

Его шаги были размеренны и осторожны. Впрочем, Пауле всегда казалось, что он двигается, как хищник. Только раньше она чувствовала себя в безопасности рядом с ним, а теперь от него веяло угрозой.

— Я ездила на Рождество к Мартину и Бетти. Добралась до дома сегодня около семи и обнаружила, что дверь чуть-чуть приоткрыта. Я заглянула внутрь, увидела страшный беспорядок в гостиной и побежала к Лайзе, чтобы позвонить в полицию.

— Правильно. Никогда не следует входить в дом, если дверь взломана, пока не убедишься, что это безопасно.

Фред и раньше так говорил, когда Паула была ему небезразлична и он беспокоился о том, что она живет одна. Он тогда старался многому научить ее, чтобы уберечь от беды. Только об одном не сказал: как оградить сердце от разочарования и боли, которые он причинил, перестав ей звонить…

— Я помню, — сказала она мягко.

— Черт! — Его голос был очень тихим, и Паула подумала, что ослышалась.

— Ты вернулся на прежнюю работу? — спросила она, задержавшись у двери.

Сама мысль о том, чтобы войти внутрь и увидеть все вверх дном, была ненавистна. Она так гордилась своим домом, а теперь там царил хаос. Эта маленькая заминка ничего не меняла, но все-таки помогла ей хоть немного справиться со своими чувствами.

— Нет. Просто проезжал мимо, когда поступил вызов, и решил заскочить и проверить: вдруг этот парень еще здесь. Патруль должен прибыть через пару минут.

Фред прошел за ней в гостиную и теперь разглядывал последствия взлома. Некоторые предметы обстановки были ему знакомы: он видел их в квартире, в которой Паула жила раньше. Когда они еще встречались… Фред узнал старый письменный стол, все ящики которого были выдвинуты, а содержимое их в беспорядке валялось на полу. Здесь же лежала разбитая пишущая машинка.

— Как долго тебя не было дома?

Фред старался не смотреть на Паулу. Он не хотел замечать, какая она хорошенькая в свитере цвета бордо, какие у нее длинные стройные ноги, обтянутые черными шерстяными брюками. Ему не было никакого дела до того, как сияют в ярком свете, льющемся сверху, волосы цвета меда. Но особенно ему не хотелось смотреть в небесно-голубые глаза. Когда-то он уже потерял голову из-за этих глаз. Больше такого не будет!

Фред стиснул зубы. Чем скорее появятся полицейские, тем лучше. Он здесь только по делу. То, что было между ними, осталось в прошлом.

— Я уехала шесть дней назад.

Паула едва сдерживала слезы, глядя на гостиную, которая служила также кабинетом и всегда казалась ей такой уютной.

— Тогда это могло произойти в любой день на прошлой неделе.

Фред прошел в кухню. Там ничего не тронули. Короткий коридор слева вел в спальню и ванную комнату. В спальне же, как и в гостиной, все было разбросано. Он задержался в дверях и попытался определить на глаз нанесенный ущерб. В комнате стояла большая новая кровать, и Фред быстро отвел взгляд. Здесь вообще было полно женских вещей, которые выглядели такими чужими и никак не вписывались в его суровый мужской мир.

— Думаю, это были не хулиганы. Просто кто-то искал деньги и очень торопился, — сказал Фред, когда снова вернулся в гостиную.

Паула не пошевелилась. Она стояла у двери с мрачным выражением на лице, появившемся у нее при виде валяющихся на полу книг, перевернутых стульев, разбросанных бумаг.

— А мне кажется, что это были хулиганы! Она разбили мою машинку…

— После того как снимут отпечатки пальцев, ты сможешь проверить, не пропало ли что-нибудь.

— Эй, Фреди! С каких это пор детективы выполняют работу патрульных?

Высокий человек в форме стоял в дверях и улыбался.

— Дежурный офицер Питер Ренли, — представился он Пауле.

— Брось, Пит. — Фред выглядел немного смущенным. — Я просто ехал домой, а приемник у меня всегда включен. Ты же знаешь: старая привычка. Когда поступил вызов, я подумал, что, возможно, преступник еще где-то рядом. Но оказалось, все могло произойти около недели назад.

Фред шагнул к двери и пожал руку высокому полицейскому. Их взаимное дружеское расположение было очевидным. Какой резкий контраст с той отстраненностью, с которой он обращался со мной! — подумала Паула.

— Что известно? — спросил Питер Ренли.

— Не так уж много. Паула Бейкер, пострадавшая, вернулась из поездки к родственникам и обнаружила все это. — Фред рукой обвел комнату.

— Ясно. Спасибо, Фред, дальше я справлюсь сам. Увидимся на новогоднем вечере, да?

Ренли вытащил из кармана записную книжку в кожаном переплете, а Фред кивнул ему и направился к двери.

— Да. Займите нам места, если вы с Марджи придете первыми. Пока! — бросил вдогонку Фреду полицейский.

Не сказав больше ни слова и не взглянув на Паулу, Фред ушел, а она еще некоторое время с сильно бьющимся сердцем смотрела ему вслед. Внезапно стало трудно дышать. Очень хотелось верить, что это из-за погрома, учиненного взломщиками.

Марджи… Она на минуту закрыла глаза. Казалось, что теперь эта боль всегда будет в ней. Он встречается с другой! А впрочем, чему тут удивляться? Фред был воплощением мужественности. Пожалуй, самым мужественным из всех, кого Паула знала, а ведь она воспитывалась на ранчо и с детства была окружена ковбоями. Оба ее старших брата были сильными мужчинами, но Фред превосходил их. И совсем не изменился с тех пор, когда в последний раз Паула видела его.

Проклятье! Когда-то она любила, обожала, боготворила этого мужчину! Даже начала верить, что и она ему не безразлична… Но однажды Фред просто не позвонил…

— Извините, вам придется повторить все сначала, мисс Бейкер. И постарайтесь дать полную информацию, тогда нам будет легче работать. — Ренли приготовился записывать.

Паула подумала, что эта ночь не кончится никогда. Вопросы были несложными, но она мало что могла прояснить. Как только отпечатки пальцев были сняты, ей разрешили расставить вещи по местам. Занимаясь этим, она пыталась определить, было ли что-нибудь похищено, но никак не могла сосредоточиться. Все ее мысли витали вокруг Фредерика Митчелла!

Паула вновь и вновь перебирала в памяти то, что предшествовало разрыву их отношений. Два года назад этот человек сводил ее с ума, и она думала, что по-своему он тоже любит ее. Правда, Фред никогда не демонстрировал свои чувства: доверчивость и открытость были несовместимы с его работой. Он видел такое, чего Паула и представить себе не могла. Но ей казалось, что между ними возникла некая близость, которой она очень дорожила. Когда же все пошло не так?..

— Ничего особенного не пропало, — удивленно сказала Паула, укладывая последнюю подушку на кровать.

Полицейский ходил за ней по пятам по всему дому и в каждой комнате просил снова и снова подтвердить, что ничего не украдено.

— Неужели ничего? — спрашивал он озадаченно.

— Я, правда, не могу найти некоторых бумаг. Исчезли конспекты лекций, планы занятий, кое-что еще… Вот машинку сломали… Но могло быть гораздо хуже, верно?..

— Эй! Есть кто-нибудь? — послышался голос у входа.

Паула прошла за полицейским в гостиную. На секунду она подумала, что вернулся Фред, но вместо него на пороге стоял какой-то незнакомый человек в рабочем комбинезоне.

— Вам нужен слесарь? — поинтересовался он добродушно. — Мне позвонили насчет срочного ремонта.

— А кто вам звонил? — удивилась Паула.

Замок, конечно, необходимо было починить: иначе она не будет чувствовать себя в безопасности, когда ляжет спать. Слава Богу, что слесарь уже здесь!

— Кто-то из полиции. — Мужчина пожал плечами, внимательно изучая повреждения. — Я могу все исправить прямо сейчас. Это займет не более получаса.

— Да-да, пожалуйста, — обрадовалась Паула.

— У меня все, мисс Бейкер, — обратился к ней Ренли. — Я позвоню, если у меня появятся еще вопросы. Дайте знать, если обнаружите, что что-нибудь пропало.

Еще раз проверив все двери и окна, полицейский удалился, а Паула уселась на диван и внезапно ощутила прилив ярости. Кто-то вторгся в ее дом, в ее убежище! Неизвестно, сколько времени потребуется для того, чтобы она снова смогла чувствовать себя здесь уютно и забыть, что какой-то чужак рылся в ее вещах.

Слесарь ушел, и Паула стала бесцельно бродить по дому. Ей не хотелось ничего делать, тревога не отпускала. Оставалось надеяться, что взломщик, убедившись в бессмысленности своего поступка, оставит ее в покое.

Зазвонил телефон. Звук показался неожиданно громким в ночной тишине.

— Алло! — Паула схватила трубку, радуясь, что можно хоть с кем-нибудь поговорить.

— Все в порядке? — раздался знакомый голос, который подействовал на нее подобно отличному виски: такой же насыщенный, тяжелый, дурманящий.

Сколько раз Фред звонил ей поздно ночью, когда у него выпадала свободная минута! Паула закрыла глаза, и горько-сладкие воспоминания всплыли в памяти.

— Да. Спасибо за заботу.

— Слесарь уже закончил?

— Так это ты звонил ему? — Слезы невольно навернулись на глаза Паулы.

— Да. Я подумал, что тебе будет не до того. Уж я-то знаю, каково это, когда в доме полицейский.

— Спасибо. Я бы и не вспомнила о двери.

— Ты выяснила, что пропало?

— Представь себе, ничего.

Внезапно Паула поняла, что через секунду Фред повесит трубку и, возможно, пройдет еще пара лет, прежде чем они увидятся снова и поговорят. А скорее всего другого раза вообще не будет…

— Не думала, что встречу тебя сегодня.

Она пыталась продлить разговор хотя бы еще на несколько мгновений. Хотелось впитать в себя этот глубокий голос, насладиться давно забытым волнением. Если даже ничему больше не суждено произойти между нею и Фредом, ей, по крайней мере, не страшно, пока они разговаривают.

— А я не знал, что ты переехала.

— Я живу здесь уже полтора года.

Интересно, если бы Фред знал, что это ее адрес, приехал бы на вызов? Или позволил бы другому полицейскому появиться первым? Паула не хотела спрашивать, потому что боялась услышать его ответ.

— А ты живешь все там же?

— Да, — как-то неохотно отозвался Фред. — Ну ладно. Я рад, что дверь починили. Возможно, парень вломился к тебе как раз в ту ночь, когда ты уехала, и теперь он уже далеко. Все будет в порядке. — Его голос снова стал далеким и безликим. — Вызывай девять-один-один, если услышишь что-нибудь или испугаешься.

Вот и все. Сейчас Фред убедит их обоих, что с ней все будет в порядке, а потом исчезнет, как тогда. А она так и не узнает, почему они перестали встречаться…

— Хорошо. Я… — Сказать больше было нечего. — Пока, Фред. Спасибо, что позвонил.

Паула еле встала на следующее утро после бессонной ночи. Приходилось признаться себе, что она не могла заснуть не только из-за взлома квартиры, но и из-за встречи с Фредом…

Паула надела темные шерстяные брюки и ярко-голубой свитер, потом долго расчесывала длинные волосы. Есть не хотелось, но она заставила себя проглотить пару тостов и выпила кофе.

Любопытно, что Фред подумал о ее доме? И кто такая Марджи? Насколько серьезны их отношения? Перестанет ли он встречаться с Марджи так же неожиданно, как с ней, или на этот раз все будет по-другому?

Паула прошла в гостиную и со вздохом оглядела следы разгрома. Нужно было связаться со страховой компанией, отдать чинить машинку, но сначала — привести в порядок дом. И прекратить наконец думать о Фреде! Она заставила себя забыть о нем два года назад, и мимолетная встреча прошлым вечером ничего не меняла! Чуда не произошло…

Когда Паула закончила уборку, дом сиял. Она чувствовала приятную усталость и была уверена, что сегодня непременно выспится. А завтра начнет составлять планы занятий…

Паула не могла понять, зачем взломщику понадобились ее конспекты. Она сравнительно недавно начала преподавать математику в университете и как раз прошлым летом распланировала новый курс. Паула считала, что сделала это отлично, но теперь все нужно было начинать сначала! Хорошо, что некоторые предварительные записи находились в ее служебном кабинете. Завтра она их заберет. По крайней мере, у нее есть отправная точка…

Стук в дверь прозвучал неожиданно, и Паула испугалась. Кажется, впервые в жизни она посмотрела в глазок — и тут же узнала того, кто стоял за дверью.

— Фред!

Она открыла дверь, не веря своим глазам. Он не появлялся два года и вдруг приходит второй раз подряд!

— Привет. Можно войти?

— Конечно!

Паула шагнула назад, не в силах оторвать от него взгляда. Нужно было срочно взять себя в руки, остановить этот вихрь мыслей и чувств, который вызвала в ней новая встреча с ним. С вежливой улыбкой на лице Паула отчаянно старалась выглядеть такой же спокойной и бесстрастной, как он.

— Вижу, что все приходит в норму, — сказал Фред, остановившись около дивана.

Паула кивнула, боясь подойти слишком близко, чтобы жар его тела не опалил ее. Само присутствие Фреда наполняло ее возбуждением, с которым было очень трудно бороться.

— Неужели действительно ничего не пропало?

Паула пожала плечами.

— Как ни странно, унесли только бумаги, касающиеся моей работы в университете. Конспекты лекций, планы, характеристики студентов… Но мне и этого достаточно. Теперь придется начать все сначала, а занятия возобновятся уже на следующей неделе.

— Плохо. Но могло быть и хуже. Кого подозревает Питер? Может, это студенты ищут ответы на экзаменационные вопросы?

Паула покачала головой и опустила глаза. Фред слишком пытливо рассматривал ее, и она боялась, что он заметит больше, чем ей хотелось бы.

— Я не храню экзаменационные работы дома, а оценки за прошлый семестр уже отправила в деканат. Все, что было в этих папках, важно только для меня.

Он по-прежнему смотрел на нее не отрываясь.

— Студенты об этом могли и не знать.

— В таком случае стоит повесить на факультете объявление: «Уважаемый вор, вы ошиблись. Пожалуйста, верните мне мои папки!»

Паула надеялась, что он улыбнется и его тяжелый взгляд смягчится. Но Фред просто кивнул и сказал:

— Неплохая мысль.

Паула тряхнула головой и попыталась расслабиться, насколько ей позволяло сильно бьющееся сердце.

— Хочешь кофе?

Фред заколебался, словно взвешивая все «за» и «против». И она замерла, как будто от его решения зависело очень многое.

— С удовольствием, — произнес он наконец.

— Сейчас принесу. Может, снимешь пальто, раз уж ты решил остаться?

Паула заспешила в кухню, чувствуя трепет первокурсника перед бывалым студентом. Да что с ней происходит?! Он просто ее старый друг. Ну хорошо, Фред для нее больше, чем друг… Но если она не хочет, чтобы снова болело сердце, то лучше не забывать, что когда-то именно он прервал их отношения.

Фред снял пальто и бросил его на спинку стула. Он сегодня много работал и очень устал, но, прежде чем отправиться домой, хотел убедиться, что с Паулой все в порядке. Бесцельно бродя по комнате, он задержался у письменного стола и принялся изучать изуродованную машинку. Зачем взломщику понадобилось сбрасывать ее на пол? Что это — месть или бессмысленный вандализм? Или вор просто очень торопился и нечаянно уронил машинку?

Фред медленно обвел взглядом гостиную. Все здесь дышало теплом и уютом. Когда-то такой была и сама Паула — теплой и доброжелательной…

Остановившись у книжных полок, он мысленно посмеялся над обилием детективных романов. Паула всегда любила читать их. Может, поэтому ей когда-то нравилось встречаться с полицейским?.. Он уже давно не думал об этом и не собирался задумываться вновь.

На письменном столе стояло несколько фотографий. Брайана Фред узнал сразу: выражение его лица ничуть не изменилось. На другом снимке человек был очень похож на Паулу, и Фред решил, что это, должно быть, ее второй брат, Мартин. А маленькая женщина рядом с ним, видимо, его жена. Еще одну выцветшую от времени фотографию он помнил: на ней были изображены родители Паулы, погибшие, когда она была еще маленькой девочкой.

— Зачем ты пришел, Фред?

Неожиданный вопрос заставил его вздрогнуть. Паула внесла поднос с кофе и осторожно поставила на стол перед диваном.

— Хотел убедиться, что с тобой все в порядке. — Он повернулся и сел на стул рядом.

— Разве это входит в твои обязанности? Ты мог бы спросить у Питера Ренли. Он бы тебе сказал, что у меня все хорошо.

Паула передала ему чашку черного сладкого кофе, и Фред отметил, что она все еще помнит, какой кофе он любил.

— Знаешь, всегда лучше увидеть все собственными глазами.

Он сделал глоток, наблюдая за ней поверх чашки. Кофе был горячим и бодрящим, но еще сильнее будоражила ее близость. Фред понял, что приход сюда был ошибкой.

— Я так зла, что какой-то наглец вломился в мой дом, трогал мои вещи, испортил мою работу! И я даже не догадываюсь, кто это мог сделать…

— Лучше злость, чем депрессия или страх, — заметил Фред.

Паула всегда хорошела, когда злилась: глаза начинали блестеть, щеки розовели.

— Страх? Ты имеешь в виду то, что я осталась здесь? — Паула тяжело вздохнула и пожала плечами: — Ничего не остается, как продолжать жить дальше…

В свое время, когда Фред перестал ей звонить, она так и сделала. Паула, правда, сама позвонила ему пару раз, но, после того как он под разными предлогами отказывался от встречи, решила не делать этого больше. Сейчас, сжав руками чашку, она пила кофе маленькими глотками и чувствовала, что ей безумно хочется знать, как он жил эти два года, скучал ли по ней…

Внезапно Фред резко поднялся.

— Спасибо за кофе. Рад, что у тебя все хорошо.

— А тебе спасибо, что заглянул.

Паула вздернула подбородок. Нет, она не сломается и не попросит его остаться! Два года назад он принял решение за них обоих. Она все еще не знала почему, но это уже не имело значения. Фред больше не принадлежит ей. Да, наверное, никогда и не принадлежал…

Несмотря на все старания, когда Паула открывала дверь, ее рука невольно коснулась его плеча. И она на секунду прикрыла глаза, испытав легкий шок.

— Будь осторожна, Паула! — сказал Фред грубовато, выходя в холодную ночь.

Ни поцелуя, ни объятия, ни слова о будущих встречах. Просто «будь осторожна». Впрочем, два года назад он не сказал ей и этого…

Паула опять не могла заснуть. Он лежала в одиночестве на огромной кровати, которую когда-то мечтала разделить с горячим и страстным мужчиной, и твердила себе, что почти забыла Фреда. Она была довольна, что не показала виду, как опустошающе подействовало на нее расставание с ним.

Завтра нужно будет начать составлять новые планы занятий и перестать думать о каком-то там полицейском.

Погода стояла ясная и холодная. Снег по-прежнему лежал на дорогах, как и в последние дни декабря.

Первым делом на следующее утро Паула купила новую машинку, решив, что нет времени возиться со старой. У нее оставалась всего неделя перед началом занятий, и необходимо было много работать, чтобы успеть подготовиться. Место преподавателя на факультете математики досталось ей нелегко, и она не хотела, чтобы руководство усомнилось в правильности своего выбора.

После покупки машинки Паула отправилась в университет. Даже сейчас, во время рождественских каникул, некоторые студенты бродили по территории университета. Одни хватались за возможность нагнать упущенное, другие просто шатались без дела, пытаясь найти себе хоть какое-нибудь занятие.

Паула шла в свой кабинет и улыбалась. Еще несколько лет назад она тоже была одной из них, и, надо сказать, ей нравилось учиться. Мартин однажды даже обвинил ее в том, что она хочет остаться вечной студенткой. Но это было не так. Паула очень быстро стала преподавателем. Теперь у нее даже имелся собственный кабинет.

Звук шагов гулко раздавался в пустом здании. Не было привычной толпы студентов и преподавателей, даже администрация разъехалась до начала следующей недели.

Паула заспешила вверх по лестнице к маленькой комнатке, которую называла своим вторым домом. Вся обстановка там состояла из большого стола, книжных полок и пары стульев, зато за узким окошком были видны горы вдали. Для нее эта комната представляла собой первую ступеньку, ведущую к званию профессора. И она была счастлива оттого, что все это принадлежало ей!

Паула открыла дверь… и остановилась как вкапанная.

2

— Мне нужен детектив Фредерик Митчелл, еще раз повторила Паула.

Она говорила уже с третьим человеком. Как трудно дозвониться, когда оказываешься в тяжелой ситуации! А может, Фред намеренно избегает ее? Думает, что она будет теперь донимать его по малейшему поводу, чтобы попытаться вновь войти в его жизнь?

— Да. Митчелл слушает. — Голос звучал доброжелательнее, чем она ожидала.

— Фред, это Паула. Извини, что беспокою тебя на работе. Наверное, нужно было обратиться к Ренли, но в университетском отделении полиции мне сказали, что справятся сами. Однако я…

— Паула! Успокойся и подробно, не торопясь, расскажи, что случилось.

Его слова прозвучали, как приказ — громко и ясно. Паула вздохнула, беря себя в руки.

— Мой университетский кабинет разорили так же, как и мой дом.

— Буду там через десять минут!

Паула аккуратно положила трубку и попыталась улыбнуться дрожащими губами пожилому охраннику, стоящему у ее стола.

— Он сейчас приедет.

— Местной полиции это не понравится, мисс. Они не любят, когда вмешиваются в их дела, — угрюмо сказал охранник.

— Да, но детектив Митчелл — мой друг!

Паула чувствовала, что сейчас ей действительно очень нужен друг. В кабинете было холодно, кругом валялись раскрытые папки, рассыпанные документы, какие-то клочки бумаги… Ей неожиданно захотелось убежать отсюда.

— Я, пожалуй, подожду своего друга на улице.

Она села на скамейку перед зданием, надеясь, что лучи зимнего солнца согреют ее. Хотя этого не произошло, ей все же было здесь лучше, чем в кабинете. Однако скоро придется вернуться наверх и привести все в порядок. Паула надеялась найти планы лекций весеннего семестра и копии ведомостей с оценками студентов. Но сейчас просто хотелось посидеть на улице и забыть картины разрушений, которые сопровождали ее с момента возвращения после рождественских каникул…

Фред появился неожиданно, хотя Паула внимательно смотрела на дорогу, боясь пропустить его. Он остановил машину у студенческого клуба и сразу же направился к ней. Его высокая фигура казалась неуместной на территории университета, а сдержанными движениями Фред напоминал Пауле вожака волчьей стаи — властного, высокомерного, уверенного в себе и неумолимого. Рядом с ним надменные мальчики из колледжа выглядели щенками. Хотя сам он этого явно не замечал: все его внимание было приковано к ней.

Паула поспешно вскочила со скамейки, пытаясь справиться с сильно бьющимся сердцем. Она не могла отвести глаз от его темного силуэта. Фред выяснит, что происходит, и сделает все, как надо! Она знала это. Жаль только, что она не может дотронуться до него, взять за руку…

Фред подошел и внезапно крепко прижал ее к груди. Глубоко вздохнув, Паула с облегчением прислонилась лбом к его плечу.

— Фред, я знаю, это не твое дело и нужно было вызвать Ренли. Но я растерялась…

— Ты дрожишь.

Его руки сжали ее крепче, и Паула почувствовала всем телом мощь его мускулов.

— Больше никогда в жизни никуда не поеду. — Она попыталась пошутить, хотя, сказать по правде, была ужасно напугана.

— Где находится твой кабинет? — Фред отпустил ее и, придерживая за плечи, заглянул в голубые глаза. — У университетской полиции есть какие-нибудь соображения по поводу того, что случилось?

Этот вопрос мог задать обычный полисмен, и Паула сразу же ощутила произошедшую с Фредом перемену.

— По-моему, они ничего не поняли. Пойдем, я провожу тебя.

Собравшись с духом, она повела его внутрь здания. Немолодой охранник был на посту: стоял в холле, прислонившись спиной к кирпичной стене.

— Это детектив Митчелл из городской полиции. Хочет осмотреть кабинет, — сказала Паула.

— Но в этом нет необходимости. Здесь уже побывала полиция университета. Это их дело, — запротестовал охранник.

Фред слегка улыбнулся, протягивая ему руку.

— Я не собираюсь вмешиваться. Просто осмотрю все еще раз ради спокойствия мисс Бейкер.

— Уверен, вы ничего не найдете. Слишком много мусора. Они сказали, что мисс Бейкер может привести все в порядок. Я побуду здесь, пока она не уйдет.

— Очень мило с вашей стороны. Но у вас, наверное, есть другие дела. Я сам позабочусь о ней.

Строго посмотрев на Фреда и бросив взгляд на Паулу, охранник пожал плечами.

— Пожалуй, вы будете ей более полезны, чем я, если возникнут проблемы.

С этими словами он вышел, а Фред, нахмурившись, деловито произнес:

— Пойдем посмотрим.

Паула стояла в стороне и наблюдала, как Фред расхаживает по ее кабинету. Полиция уже побывала здесь, и отпечатки пальцев были сняты, поэтому он не колеблясь брал вещи и изучал их.

— Что-нибудь пропало?

Паула пожала плечами.

— На первый взгляд ничего важного, но нужно несколько дней, чтобы привести все в порядок. Так или иначе, но опять рылись в моих бумагах.

— А в соседние кабинеты не забирались?

— Нет. Полиция проверила, когда была здесь.

Фред уперся ладонями в письменный стол и пристально осмотрел маленькую комнату, затем перевел взгляд на Паулу.

— Хорошо, давай подумаем: что у тебя есть такого, в чем были бы заинтересованы другие.

— Ничего!

— Твой дом и служебный кабинет взломали на протяжении одной недели. Это не может быть простым совпадением. У тебя наверняка есть нечто, очень кому-то нужное.

— Да нет же! — Она снова окинула взглядом разгромленный кабинет, а затем задумчиво произнесла: — Но кто-то, должно быть, думает, что есть…

— Что, например?

Паула заколебалась. Она готова была доверить Фреду свою жизнь, но сомневалась, вправе ли рассказать ему о кое-каких подробностях работы.

— Понимаешь, сначала мне нужно переговорить с одним человеком.

— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? Ты позвонила мне, когда попала в беду, а теперь хочешь поговорить с кем-то еще? С кем?

— Я не могу сказать.

Паула не выдержала его взгляда и опустила глаза. Напряжение нарастало. Следовало, конечно, подумать об этом раньше и позвонить боссу. В любом случае она обязана предупредить его о том, что произошло. Возможно, кто-то решил, что Паула хранит секретные материалы у себя.

— Не слишком ли поздно ты вспомнила о дружке? — прищурился Фред.

— О дружке?

Паула нахмурилась. Это что, шутка? Она ни с кем не встречалась эти два года, а Фред думает, что у нее есть любовник! А если это и так, то какое ему дело?! Он предельно ясно дал понять, что не хочет сам выступать в этой роли. И как насчет Марджи?

Фред внезапно шагнул к ней, схватил за руки и притянул к себе. Взгляд его был тяжелым. Он наклонился так низко, что они чуть не стукнулись лбами.

— Ты ведь позвонила мне первому! Потому что именно я могу помочь тебе, а не тот человек, о котором ты вспомнила только сейчас!

Паула почувствовала, как мягкий ветерок его дыхания коснулся ее щек, и утонула в глубине черных глаз, от которых веером разбегались морщинки. Прямо перед собой она видела высокие скулы и сжатый рот.

Паула невольно облизнула губы, страстно желая, чтобы он поцеловал ее так, как делал это когда-то давно. Если придвинуться на каких-то четыре дюйма, то можно коснуться его губ, почувствовать их вкус, впитать обжигающий жар, который он излучал…

— Ты не понял, я говорю о работе, — прошептала Паула, собирая все силы, чтобы удержаться и не преодолеть это короткое расстояние.

Волнующее желание пробежало по телу, кровь прилила к голове, барабанная дробь в ушах почти оглушила ее. Многие годы братья старались дать ей все, что она хотела, но самым сильным ее желанием было получить один поцелуй этого мужчины!

Время застыло, и пространство сузилось вокруг Паулы и Фреда. Голубые глаза утонули в черных. Их сердца бились в такт, дыхание, казалось, стало единым.

Фред очнулся первым, выпрямился и слегка отстранился, придержав ее за плечи, чтобы она не потеряла равновесия.

— О работе? — нахмурившись, переспросил он.

Паула кивнула.

— Полтора года назад я заключила договор с командованием ВВС о выполнении работы, связанной с криптографией.

— Ты занимаешься расшифровкой?

Ей стало смешно.

— Скорее, зашифровкой. Практически, это чистая математика.

— И ты считаешь, что кто-то мог искать коды у тебя?

— Что совершенно глупо. Я ничего не выношу с работы и тем более не оставляю дома или здесь.

— Но кто-то мог об этом и не знать!

— Тогда он не слишком сообразителен. Думаю, твоя версия о студентах подходит больше. Но я должна все проверить и доложить боссу о том, что случилось.

— Ты часто работаешь… там?

— По мере необходимости. Я закончила последнее задание как раз перед Днем благодарения. Пока мне больше не звонили.

Паула обошла его и направилась к телефону.

— Как случилось, что ты начала работать на них?

Фред прислонился к стене, скрестив руки на груди, и вновь обвел взглядом кабинет.

— Как? Пришло что-то вроде рекламного объявления на кафедру. Я заинтересовалась, позвонила по указанному телефону, прошла тестирование… Там провели предварительную проверку, затем заключили со мной договор.

— Когда это произошло? — Фред хмурился все сильнее.

— Я же сказала: полтора года назад.

Пауле неожиданно показалось, что ее допрашивают. Но почему? Она не сделала ничего плохого!

— Как раз тогда, когда ты переехала?

— Ну да. Если бы я не заработала тогда деньги, то не смогла бы купить дом.

Паула набрала номер и с помощью дежурного офицера нашла полковника Морена. Быстро объяснив, что случилось, она предложила версию Фреда о рассерженном студенте в качестве возможного объяснения.

— Ну? — спросил Фред, когда она повесила трубку.

— Сказал, чтобы держала его в курсе. Хочет, чтобы дело пока оставалось в руках гражданской полиции. Тем более что никакой утечки информации у них не было.

— И все-таки скажи, что произошло восемнадцать месяцев назад и стало причиной твоего переезда в новый дом и того, что ты взяла дополнительную работу? Несчастная любовь? — спросил Фред мягко.

Паула смело взглянула ему в глаза и отрицательно покачала головой. Нельзя доставить ему такое удовольствие и дать понять, насколько ее ранил его уход!

— Просто наступило время перемен. Знаешь, мне нужно привести здесь все в порядок. Наверное, охранник был прав: мне не стоило тебе звонить. Полиция университета…

Внезапно его пальцы прикоснулись к ее губам, останавливая поток слов, и Паула поспешно отступила, чтобы разрушить эту неожиданную связь.

— Я провожу тебя домой. Здесь совсем безлюдно, и тебе нельзя оставаться одной в пустом здании. Бери, что тебе нужно, и пойдем. Успеешь прибраться, когда вернется персонал.

— Да, ты всегда любил командовать, — пробормотала Паула и опустилась на колени, чтобы собрать необходимые бумаги.

Пожалуй, придется потратить целый вечер, чтобы привести их в порядок. А потом она займется планами лекций.

— Командовать? По-моему, это ты привыкла к тому, что все окружающие тебя мужчины готовы прыгать сквозь горящий обруч ради твоего удовольствия!

— Неправда! — Паула вспыхнула от этой насмешки. — А впрочем, если мужчины сами хотят прыгать, то почему я должна их останавливать?

Фред рассмеялся, совсем как когда-то прежде, и это почему-то поразило Паулу. Вихрь чувств закружил ее, будто он дотронулся до нее. Да, необходимы были время и пространство, чтобы научиться противостоять его вызывающей мужской привлекательности. А здесь, в тесном кабинете, у Паулы не было ни того ни другого…

— Наверное, стоит мужчине услышать, как ты взволнованно дышишь, и ему сразу хочется прыгнуть.

— Ну разумеется!

Не глядя на него, Паула собрала бумаги в стопку. Фред, к сожалению, совсем не был похож на таких мужчин — ни два года назад, ни теперь…

— Что ты собираешься делать со всем этим? — спросил он, опускаясь на корточки рядом с ней.

— Возьму домой и разберу. Не могу же я начать работать на следующей неделе в таком хаосе! Необходимо навести хоть какой-то порядок перед занятиями.

— Но ведь завтра Новый год.

— Ну и что?

Паула вдруг вспомнила о Марджи, о том, что он собирается встречать Новый год с нею, и ей стало очень грустно.

— Неужели ты будешь работать? — не отставал Фред. — Ни за что не поверю! Наверняка тебе предстоит страстное свидание.

Уставясь на страницы в руках, она покачала головой. Лицо застыло, пытаясь удержать безразличное выражение. Все-таки не стоило звонить ему!

— Ни страстного, ни какого-либо другого свидания у меня не будет, — прошептала Паула, чувствуя, что слезы наворачиваются на глаза.

Если бы в голосе Фреда прозвучало пренебрежение, она бы швырнула всю кипу бумаг ему в лицо и устроила скандал. Не его дело, чем она занимается по ночам!

Но Фред вдруг нежно провел большим пальцем по ее нижней губе, следя глазами за этим движением.

— Паула, дорогая, поверь, он этого не стоит!

— Кто? — прошептала она, загипнотизированная его близостью.

Больше всего на свете ей хотелось быть рядом с этим мужчиной!

— Тот, кто обидел тебя, — ублюдок! Не расстраивайся из-за него.

Паула поднялась с колен и изумленно уставилась на него. Неужели Фред не догадывается, что именно он и есть тот самый ублюдок? В это невозможно было поверить. Он настраивал ее против самого себя! Паула не знала, смеяться ей или плакать.

— Не беспокойся обо мне, Фред. Я отлично справлюсь сама. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть, — солгала она, бросив стопку бумаг на письменный стол. — Действительно, Фред, у меня все отлично! Иди и развлекайся завтра с Марджи…

Паула с тоской закрыла глаза. Господи, зачем она это сказала?!

— Откуда ты знаешь о Марджи? — холодно осведомился Фред.

— От кого-то слышала… Я уже готова. Помоги мне донести бумаги до машины, а там уж я справлюсь сама. Уверена, что дома все будет в порядке. Замок новый. А взломщик… он уже знает, что у меня нет ничего, что могло бы его заинтересовать.

— И все-таки я провожу тебя, — безапелляционно заявил Фред.

Паула пожала плечами и молча направилась к двери. Они спустились в пустынный холл, где звук ее шагов разносился громким эхом, а шаги Фреда были едва слышны. За все это время Паула не произнесла ни слова и лишь вежливо поблагодарила его, когда он придержал дверцу ее машины…

После короткой поездки обе машины остановились. Фред помог Пауле собрать вещи и проводил ее до крыльца. В других обстоятельствах она была бы рада его вниманию. Теперь ей хотелось одного: чтобы он ушел.

— Спасибо за все. — Она смотрела в сторону, чтобы не выдать своих чувств.

— Позвони мне, если что-нибудь еще произойдет, — строго сказал Фред.

Паула пожала плечами. Что еще могло случиться?

— Ты меня слышала? Непременно позвони!

Она глубоко вздохнула и кивнула, чтобы скорее избавиться от него. Но когда теплые ладони коснулись ее лица, Паула растерялась. Фред приподнял ей голову, горячие упругие губы прижались к ее губам. Этот поцелуй возбуждал и утешал, манил и воспламенял. Паула почувствовала, что где-то глубоко внутри вспыхнул огонь и поглотил ее целиком. Она хотела большего! Хотела обвить руками его шею и прижаться к нему, как в старые времена. Желание было настолько сильным, что причиняло боль. Неужели он не может хотя бы обнять ее?!

Но Фред внезапно отстранился, на его лице не отражалось никаких чувств.

— Счастливого Нового года, Паула, — сказал он.

С бьющимся сердцем и пылающими щеками она наблюдала за тем, как Фред уходит. В какой-то момент ей безумно захотелось окликнуть его, но Паула знала, что он не вернется. В конце концов, такое уже произошло два года назад. Ничего не изменилось.

Два следующих дня Паула провела, разбирая бумаги. Она нашла записи лекций, черновики статей, но ведомости с оценками студентов бесследно исчезли. Паула порадовалась, что успела отправить копии в деканат.

В Новый год она отправилась спать сразу после десяти, отчаянно гоня от себя мысли о Фреде и загадочной Марджи, пытаясь притвориться, что ее нисколько не задевает собственное одиночество. Паула лежала в постели с книгой, которую давно хотела прочитать, но никак не могла сосредоточиться. Наконец она задремала, и ей приснилось, что Фред преследует какого-то страшного убийцу, а заодно и ее…

Проснулась Паула от телефонного звонка и некоторое время не могла сообразить, что происходит. Часы показывали половину первого; оказывается, она уснула с включенным светом.

— Алло?

— С Новым годом, Паула! — Знакомый низкий голос словно окатил ее теплой волной.

— С Новым годом, Фред, — сказала она мягко, закрывая глаза, чтобы лучше запомнить ощущение счастья, которым наполнил ее этот звонок. — Ты где?

— На полицейском балу. А ты?

— В постели.

— Одна? — спросил он резко.

Паула хихикнула, а потом ей пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не закричать: «Да! Но это не твое дело!»

— А ты с Марджи? — все-таки не удержалась она.

— Не понимаю, почему тебя так интересует Марджи. Она просто мой друг, мы давно договорились встретить Новый год вместе.

Паула вздрогнула от неожиданности. Фред был не из тех, кто оправдывается. Лучше бы объяснился тогда, два года назад! Интересно, каких слов он ждет от нее?

— Хорошая вечеринка?

— Как обычно. Все они начинаются отлично, а потом становится скучновато.

— А Марджи тоже из полиции?

— Оставь это, Паула. Ты спала?

— Читала.

— Детектив?

— Конечно. Что же еще?

Она услышала, как кто-то окликнул Фреда. Веселый голос явно принадлежал женщине.

— Мне нужно идти.

— Счастливого Нового года. Спасибо за поздравление.

Паула повесила трубку в совершенном смятении. Зачем он звонил? Ведь если бы Фред случайно не приехал на вызов, то они бы не увиделись! И он явно не собирался придавать их встречам интимный характер. Но когда человек звонит и поздравляет с Новым годом сразу после полуночи, это о чем-то говорит. Особенно если у него в это время свидание с другой женщиной…

Через два дня в университете начались занятия. Паула поехала на работу рано, решив, что теперь, когда весь персонал вернулся с каникул, можно наконец навести порядок в кабинете. Здание наполнилось голосами студентов, стуком высоких каблуков, топотом ботинок. Суета была привычной и успокаивала.

Прибираясь в кабинете, Паула время от времени поглядывала на телефон. Она собиралась пригласить Фреда на ужин, поблагодарить за то, что пришел к ней на выручку. Вот только бы набраться храбрости… И это не должно выглядеть чем-то большим, нежели простая благодарность за помощь.

Да, но если бы она действительно не хотела ничего большего, то следовало просто послать открытку… Сколько можно смотреть на телефон?! Паула бросила взгляд на часы. К этому времени он должен был быть на работе, если его никуда не вызвали. Самый подходящий момент для звонка! Нет, еще минуту…

Наконец, упрекая себя за трусость и глупость, Паула набрала номер.

— Митчелл. — Он сам взял трубку, и это показалось ей хорошим знаком.

— Фред, это Паула.

На другом конце провода повисло минутное молчание.

— Еще один взлом? — наконец спросил он.

— Нет. Все отлично. Просто хочу тебя пригласить на ужин вечером в пятницу.

Слова прозвучали скороговоркой. Черт, а ей так хотелось казаться спокойной и невозмутимой! Теперь уже поздно. Она затаила дыхание в ожидании ответа.

Молчание затянулось. Паула слышала, как медленно и тяжело стучит ее сердце. Радостная улыбка начала увядать. Неужели он собирается отказаться?!

— Не знаю, Паула… Но спасибо за приглашение, — наконец донеслось до нее.

— Если ты занят, то не надо. Мне просто так в голову взбрело. Хотела тебя поблагодарить за то, что помог мне. Ничего страшного, — пробормотала она, стараясь скрыть разочарование.

— Это моя работа, мэм. — Он снова был просто полицейским.

— Отлично. Приятно знать, что у нас такая доблестная полиция. Еще раз спасибо.

Паула положила трубку, задыхаясь от обиды и ярости. Какая же она идиотка! Неужели трудно было догадаться, что он не захочет видеть ее снова?! Конечно, до тех пор пока ей опять не понадобится полиция…

Паула потерла ноющую грудь. Боль была привычной — она появилась два года назад. Но Фред был так внимателен к ней в эти дни… И все равно не следовало ни на что надеяться.

Зазвонил телефон. Подскочив от неожиданности, Паула посмотрела на аппарат возмущенно и не стала брать трубку, а вместо этого, захватив записи, поспешила на первую лекцию. Она придет рано, но зато успеет написать нужные формулы на доске до того, как появятся студенты. У нее есть работа, и не стоит мучиться из-за высокого темноволосого мужчины, который когда-то бросил ее!

Где Паула? Ведь она только что звонила! Может, не с работы? Фред бросил трубку. Все к лучшему: ему не нужен этот ужин. Зачем лишнее напоминание о других вечерах, которые они провели вместе? Но в голосе Паулы слышалось разочарование, а ему вовсе не хотелось обижать ее…

3

Паула узнала его машину, как только свернула на дорожку, ведущую к дому. Что Фред делает здесь? Он достаточно ясно выразил свои чувства по телефону. Так что теперь? Может, он хочет сообщить что-нибудь новое о расследовании?

Она медленно подъехала к дому и остановилась, хотя хотелось развернуться и мчаться до тех пор, пока не кончится бензин. Но едва ли это будет хорошим решением проблемы… Паула тяжело вздохнула, мучительно размышляя, что можно сделать в данной ситуации.

Пока она в смятении не знала, что предпринять, Фред вышел из машины и оказался рядом. Паула тоже вылезла и вздрогнула от внезапно налетевшего ветра. Послеполуденное солнце быстро угасало, опускались сумерки. Впереди была еще одна холодная ночь.

— Привет, Фред. Вот так сюрприз! Что-то еще нужно для расследования? Я, признаться, думала, что делом руководит Питер Ренли. Да, кстати, ты рассказал ему о том, что взломали мой служебный кабинет?

— Паула, замолчи. Ты много говоришь, когда нервничаешь. Знаешь об этом?

Паула сердито посмотрела на него. Конечно, она это знала! Но ей не понравилось, что Фред заметил, в каком она состоянии.

— Если я немного и разволновалась, то только из-за всех этих взломов. Сколько можно врываться к одному человеку?!

Внезапно Фред наклонился и поцеловал ее. Забыв обо всем, она прильнула к нему. Холод мгновенно отступил, и сладкое тепло разлилось по телу.

Словно во сне Паула уронила книги и портфель, руки обвились вокруг его шеи. Фред прижал ее к себе и провел языком по нижней губе. Его губы напомнили о давно забытых ощущениях. Она чувствовала, что теряет контроль над собой, но сейчас это ее совсем не волновало. Когда Фред наконец отпустил ее, Паула заметила, что их пальто расстегнуты. Очевидно, им хотелось лучше чувствовать друг друга и не было желания сопротивляться этой страсти…

— Не нервничай. — Голос Фреда звучал глухо и соблазняюще, дыхание касалось ее губ, обжигая и завораживая.

— Фред, я не нервничаю. Просто говорю, что…

Он снова прервал ее поцелуем, более глубоким и страстным. Паула забыла, где она и что нужно делать. Фред был единственной реальностью в этой крутящейся Вселенной, все остальное перестало существовать. Наполненная упоительным восторгом, она еще теснее прижалась к нему. Руки запутались в его густых волосах. Ей так хотелось, чтобы Фред испытывал то же блаженство, что и она! Ушел леденящий холод, исчезла дорожка под ногами. Пауле казалось, что она уплывает куда-то в теплом облаке наслаждения.

— Нам всегда было хорошо вместе, — пробормотал Фред, покрывая быстрыми горячими поцелуями ее губы, щеки, шею.

— Да, было, — прошептала Паула, закрыв глаза, чтобы лучше ощущать каждое его прикосновение.

Сейчас она мечтала об одном: чтобы это мгновение продолжалось бесконечно. А он? Неужели он лгал даже самому себе?

Внезапно Фред выпрямился и неохотно опустил руки.

— Я не за этим приехал, — сказал он, нахмурившись.

Паула мгновенно вернулась к действительности. Смущенная собственной податливостью, она наклонилась, чтобы подобрать книги и портфель. На Фреда Паула старалась не смотреть. Думал ли он, что она готова броситься к нему на шею?

— Так зачем ты здесь?

Она пошла к двери, высоко держа голову. Не хватает только просить у него прощения за этот поцелуй! В конце концов, инициатива была его, а она только поддалась головокружительной, останавливающей сердце гонке.

Паула вошла в дом, сняла пальто и повесила в стенной шкаф, все еще чувствуя тепло его тела. Фред решительно проследовал на ней и захлопнул входную дверь. Он испытующе взглянул на Паулу, и та ответила ему прямым, открытым взглядом.

— Ну? Разве не Питер Ренли ведет расследование?

Она села на стул в гостиной и жестом предложила Фреду другой. Паула заметила, что он не снял пальто, видимо решив не остаться надолго.

— Да, Питер отвечает за это дело. Я пообещал, что поставлю тебя в известность.

— Зачем?

— Что — зачем?

— Зачем столько хлопот? Я уверена, что Ренли отлично справится сам. Ты утром очень ясно дал мне понять, что нам нечего сказать друг другу. Так что в следующий раз можешь не беспокоиться.

Фред провел пальцами по волосам и наклонился вперед. Ему захотелось встряхнуть ее — за то, что она такая хорошенькая, за то, что практически выставляет его из дому. А главное — за то, что она не принадлежит ему…

Всего несколько часов назад Паула приглашала его на ужин, а теперь была холодна и бесконечно далека!

— Хорошо, я эту учту. А пока хочу сообщить, что мы получили список людей, которые знают о твоей работе в ВВС. Мы пытаемся определить того, кто знал, что у тебя есть доступ к секретным материалам и что ты уедешь на Рождество.

— Господи! Ты собираешься допросить всех моих друзей? — Паула не верила своим ушам. — Может, дашь объявление в газету? «Просьба откликнуться всех, кто знаком с Паулой Бейкер! Вы все подозреваетесь в…»

— Хватит, Паула. Это обычная наша работа. Пока она не принесла ощутимых результатов, но знай: мы делаем все возможное, чтобы поймать злоумышленника.

— В любом случае ты мог сообщить мне все это по телефону.

Пауле становилось все хуже. Фред пришел, чтобы проинформировать о ходе расследования. Но зачем тогда он целовал ее? И мог ли предположить, что она с такой готовностью ответит на поцелуй? Ей хотелось сквозь землю провалиться от смущения. Нельзя расслабляться и давать волю чувствам до тех пор, пока он не уйдет!

— Я хотел тебя видеть, — неожиданно признался Фред.

— Утром по телефону это не чувствовалось. — Паула отвернулась, вспомнив о боли, которую он ей причинил.

— Просто я стремился избежать того, что все равно произошло сейчас перед домом. У нас с тобой нет будущего, Паула. — Это он знал точно.

«Что во мне такого, из-за чего ты не можешь полюбить меня?!» Она стиснула зубы, чтобы не закричать.

— Лучше скажи, ты видела кого-нибудь подозрительного около дома или в университете?

— Ренли уже спрашивал меня об этом. Нет, не видела. И будь уверен, я дам ему знать, если что-нибудь замечу.

— Ему, а не мне? — грустно усмехнулся Фред.

— Так ведь он этим занимается! А ты оставь меня в покое. Раз и навсегда!

Находиться рядом с ним стало пыткой. Как он смеет целовать ее и при этом говорить, что у них нет будущего?! Чего он хочет?

Фред встал и коснулся ладонью ее щеки.

— Я обидел тебя?

Паула покачала головой.

— Это не то, что ты думаешь.

Он резко повернулся и пошел к двери.

— Не провожай меня. Я сам найду дорогу.

А Паула и не могла пошевелиться. Слышно было, как открылась и закрылась дверь. В пустом доме повисли привычная тишина. Снова одна! Запах Фреда все еще стоял в воздухе, она ощущала его тепло, кожа горела в том месте, которого коснулась его ладонь. Вздохнув, Паула закрыла глаза и представила себе, что он все еще здесь… Впереди была долгая одинокая ночь.

Ворочаясь с боку на бок, Паула снова и снова вызывала в памяти сцену, разыгравшуюся между ними этим вечером. Она вспоминала поцелуи Фреда, прикосновения его рук, свои пальцы, запутавшиеся в темных волосах. Как прекрасно было в его объятиях! И как страшно, когда все твои надежды рушатся…

Надоело! Если так пойдет и дальше, то она будет метаться и ворочаться до рассвета. Необходимо хоть немного поспать. Занятия начинаются в восемь утра, а студенты имеют привычку приходить вовремя.

И все-таки заснуть никак не удавалось. Откинув одеяло, Паула поднялась с постели. Может, какао или бренди помогут хоть немного расслабиться? Необходимо срочно выбросить Фреда из головы! Но, похоже, что в ближайшие несколько столетий она не сможет этого сделать…

Паула спустилась в холл, подошла к двери в кухню… и тут послышался звон разбитого стекла. Вздрогнув, она повернула выключатель и успела заметить чью-то руку, быстро исчезнувшую за окном. От шока Паула некоторое время не могла двинуться с места, а затем, очнувшись, ринулась к телефону, чтобы набрать номер полиции.

Стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее, она объяснила ситуацию дежурному, и тот обещал немедленную помощь. Вешая трубку, Паула уже слышала отдаленный вой сирены, и все-таки страх не покидал ее. Видимо, она спугнула налетчика. Накинув пальто, Паула подошла к двери. Если кто-то снова полезет в кухню, то можно будет спастись бегством.

Через несколько мгновений дверь задрожала от тяжелого стука. Паула распахнула ее и едва не бросилась в объятия первого вошедшего полицейского.

Менее чем через полчаса все вернулось в нормальное русло. Полицейские заколотили окно, прочесали окрестности в поисках злоумышленника, записали ее показания и оставили несколько человек для патрулирования квартала до утра. Происшествие разбудило Паркеров, и Лайза с Биллом настояли на том, чтобы остаток ночи Паула провела у них. Она с благодарностью согласилась.

На мгновение закралась мысль, не позвонить ли Фреду, но тут же пришло твердое решение не поддаваться искушению. Однако, если нападения войдут у кого-то в привычку, придется собрать вещи и переехать. Так жить больше невозможно!

Вскоре Паула уютно устроилась в комнате для гостей и серьезно задумалась над тем, что же так нужно было неизвестному преступнику, из-за чего он врывался к ней дважды. В доме не было ничего ценного. Ни государственных секретов, ни билетов для выпускных экзаменов, ни ювелирных украшений…

Интересно, что будет делать Фред, когда услышит о ночном приключении? Но ей действительно не нужна его помощь! Не он один — профессионал. Есть и другие. А встречаться с Фредериком Митчеллом — только причинять себе лишнюю сердечную боль. Завтра утром она снова будет крепко стоять на ногах, а если понадобится поддержка, позвонит кому-нибудь из братьев. Они примчатся в мгновение ока. Решив так, Паула наконец уснула.

На следующее утро, когда она вернулась, чтобы переодеться, дом выглядел по-прежнему. Питер Ренли заглянул в ту минуту, когда она собралась уходить. Просмотрев рапорт дежурных, он задал несколько вопросов.

— Думаю, вам небезопасно оставаться здесь одной. Вы могли бы пожить у близких друзей или родственников, пока мы не найдем налетчика? — спросил он перед тем, как уйти.

— Считаете, мне что-то угрожает?

— Преступник должен был знать, что вчера вечером вы находились дома. Парень явно наглеет.

Паула пожала плечами.

— Конечно, есть друзья, у которых я могу остаться на пару ночей.

— Вот и прекрасно.

Из-за разговора с Ренли Паула опоздала. Да и вообще день оказался тяжелым для нее. Не покидало ощущение, будто она идет не в ногу со всем остальным миром.

Наспех перекусив, Паула задумалась, кого из друзей или родных попросить об одолжении. У Мартина и Бетти она только что гостила, а Брайан жил слишком далеко и к тому же привык обращаться с ней, как с младенцем. А ей нравилось быть независимой. Пожалуй, Грейс подходила лучше всего: у нее не было семьи. Мелькнула мысль, что, если оставить дом пустым, то это послужит приглашением налетчику, но Паула быстро прогнала ее.

Последней была лекция для старшекурсников, и сначала все шло хорошо. Но, когда Паула отвернулась от доски, написав на ней сложную формулу, она неожиданно заметила, как открывается дверь. В аудиторию вошел Фредерик Митчелл и встал у задней стены. Паула на минуту потеряла способность соображать. Что он делает здесь?!

На лицах студентов появилось удивление. Некоторые обернулись назад посмотреть, что явилось причиной странного поведения преподавателя.

Глубоко вздохнув, Паула постаралась взять себя в руки и продолжила прерванную лекцию, все время чувствуя на себе взгляд Фреда. Он был одет во все черное — ботинки, брюки, толстый свитер, обтягивающий грудь, и куртка, которую он вскоре снял и бросил на спинку стула. Скрестив руки на груди, Фред смотрел на нее сверху вниз, и Паула никак не могла сосредоточиться. Наконец, так и не сумев собраться, она отпустила студентов на десять минут раньше.

Аудитория медленно пустела. Паула собрала свои записи и стерла с доски написанное, стараясь игнорировать Фреда. А тот продолжал стоять, прислонившись к стене, и, казалось, внимательно изучал Паулу.

Когда последний студент ушел, Фред неторопливо приблизился к ней. Сердце Паулы забилось в два раза быстрее, когда взгляд упал на его плотно сжатые губы, и она едва не застонала от желания, чтобы Фред снова поцеловал ее.

Он остановился так близко, что Паула ощущала жар его тела, видела густые ресницы, обрамлявшие темные глаза, чувствовала особый мужской запах, исходивший от него. Она узнала бы этот запах в любое время и в любом месте! Что-то как будто растаяло внутри, и она устремилась вперед, словно мотылек, привлеченный ярким пламенем. И хотя знала, что может сгореть, но ничего не могла с собой поделать. Ей необходимо было коснуться этого огня!

— Ты в большой беде, малышка, — мягко проговорил Фред.

От знакомого голоса радостное возбуждение растеклось по всему телу. Но Паула ответила вызывающе высокомерным взглядом и ткнула ему в грудь указательным пальцем.

— Я не малышка! Мой рост — пять футов девять дюймов.

Он схватил ее палец и поднес к губам. Паула почувствовала, что от ласковых прикосновений его языка у нее подкашиваются ноги, но вместо того чтобы отстраниться, придвинулась ближе, оказавшись полностью в его власти.

— С высоты моего роста ты не такая уж и большая.

Он поцеловал ее ладонь горячими влажными губами и, преодолев последние несколько дюймов, разделявшие их, прижал Паулу к груди. Их тела соприкоснулись, ее живот и бедра ощутили сталь его мускулов.

— Фред, ты не должен приходить на мои занятия, как сегодня! Ты мне помешал…

— Извините, профессор, но я просто тихо стоял сзади, не произнося ни единого слова, — прошептал Фред, нежно поглаживая ее затылок и шею.

Это было правдой. Он всего лишь вошел в аудиторию, а уж мешали ей только собственные мысли. Потому что, увидев Фреда, она могла думать только о нем! Паула с трудом дышала в его крепких объятиях, но отстраниться не хватало мужества.

Неожиданно Фред наклонил голову и с тихим стоном приник губами к ее шее. Паула вздрогнула и обняла его одной рукой за талию, а другой забралась под свитер, чтобы прикоснуться к горячему телу. Грудь покалывало от желания, жар поднимался из самых глубин, ноги дрожали и, казалось, вот-вот подогнутся.

— Почему ты не позвонила прошлой ночью? — внезапно спросил Фред.

Паула постаралась высвободиться из объятий, но он только крепче прижал ее к себе.

— Я же сказал тебе, позвони, если что-нибудь случится! Бог мой, что, ты думаешь, я почувствовал, когда услышал от Питера про очередное нападение?

— Зачем было беспокоить тебя? — Паулу охватило разочарование. Так вот почему он пришел! Из чувства долга. — Ты не смог бы сделать больше, чем дежурные полицейские. А ночь я провела у соседей.

— Черт, уверен, что и для меня бы работа нашлась! Впрочем, еще не поздно. — Он отпустил ее и решительно повернулся к столу. — Этот хлам весь твой?

Паула растерянно кивнула.

— Куда отнести? — Он сгреб в кучу бумаги и папки.

— В кабинет… Но я сама справлюсь!

Однако Фред уже направился в конец аудитории. Схватив по пути куртку, он остановился в дверях.

— Поторопись, нас ждет много дел.

— О чем ты?

Ей пришлось почти бежать, чтобы успеть за ним. Войдя в кабинет, Фред свалил бумаги на стол, повернулся и решительно взял ее за руку.

— Пойдем!

Но Паула уперлась каблуками в пол.

— Подожди минутку! Ты соображаешь, что делаешь? Куда мы идем?

— Я забираю тебя из города на пару дней. Слишком опасно оставаться здесь, пока этот негодяй не пойман.

— Никуда я не поеду! Я собиралась провести несколько дней у Грейс.

— Ах да, Питер сказал мне, что просил тебя пожить у кого-нибудь… Позвони и откажись!

— Я еще не договаривалась…

— Вот и отлично. Значит, и проблемы нет. Что-нибудь нужно взять отсюда?

Провести несколько дней вдвоем с Фредом и никого вокруг! Идея была привлекательной, но равносильной самоубийству.

— Куда ты хочешь меня везти? — потребовала она ответа.

Медленная обольстительная улыбка коснулась уголков его губ, и сердце Паулы охватило пламя. На все можно было согласиться ради этой улыбки!

— Есть одно место в горах, в двух часах езды отсюда. Останемся там на выходные. У Питера и его людей будет шанс проверить кое-что в твое отсутствие.

— Что проверить?

— Нам повезло. В одном из соседних с твоим домов мамаша ночью вставала к ребенку и услышала звук разбиваемого стекла. Она выглянула в окно и заметила налетчика. Эта женщина даже приблизительно описала его машину. Так что просто нужно время, чтобы поймать его.

— Может, я все-таки останусь дома? Едва ли он захочет попытаться еще раз…

— Ты поедешь со мной! — заявил Фред.

— Погоди. Сегодня ведь только четверг! — запротестовала Паула, пытаясь найти убедительные причины для отказа.

— Но ведь завтра у тебя, кажется, нет занятий?

— А как же твоя работа? — удивилась она.

— Собираюсь отдохнуть несколько дней. Последние два года я не брал отпуск.

— Почему не брал?

Паула была заинтригована, но Фред только посмотрел на нее сверху вниз и оставил вопрос без ответа…

— С твоей машиной ничего за выходные не случится? — спросил он, когда они вышли из здания.

— Если оставлю здесь, то непременно случится! — ухватилась Паула за последнюю возможность остаться.

— Залезай!

Фред буквально затолкнул ее в свой джип и наклонился, чтобы пристегнуть ремни безопасности.

— Не уверена, что это хорошая мысль, — прошептала Паула, сдаваясь.

— Я буду охранять тебя от всех неприятностей, — пообещал он.

Охранять от всех неприятностей! Два года назад у него ничего не получилось. Фред так сильно обидел ее и даже не догадывался об этом! Возможно, к лучшему, что он не знает, как ей больно. Но вынесет ли она, если это повторится во второй раз?..

По дороге они заскочили за вещами Паулы. И теперь на коленях у нее лежал портфель с двумя журналами, которые она хотела прочесть: Фред не позволил ей взять другую работу.

Они были за пределами города, когда до Паулы окончательно дошла нелепость ситуации, и это потрясло ее. Она ехала, чтобы провести выходные с любимым человеком, но тот только защищал ее от неизвестного преступника! Когда его поймают, Фред скажет «до свидания», и она опять останется одна.

Однако впереди у нее целых три дня, о которых потом можно будет вспоминать всю жизнь! Неожиданно Паула поняла, что никогда бы не смогла отказаться.

А ведь у нее был выбор. Можно было поехать к Мартину или к Брайану на ранчо. Или пожить у Грейс. Паула сознавала, что уступила требованиям Фреда по единственной причине: она сама этого хотела. Все очень просто. Главное — не оказаться застигнутой врасплох, как это случилось два года назад, когда он перестал звонить. Но теперь она знала, что у них нет будущего, и была готова к тому, что придется распрощаться с Фредом, как только они вернутся обратно.

4

Искрящийся снег отражал солнечные лучи, и было удивительно, как Фред может видеть дорогу. Паула надела темные очки и выглянула в боковое окно. Поля были покрыты чистым, снежным покрывалом, и на минуту она перенеслась в детство, которое прошло на ранчо.

Они с братьями любили зиму, часто лепили снеговиков, строили крепости, затевали игру в снежки. Самая маленькая среди них, Паула, никогда не выигрывала, но не оставляла надежды рано или поздно победить. Из глубин памяти выплыло последнее снежное сражение. Это было как раз перед тем, как погибли их родители. Казалось, что Мартин тогда изменился за одну ночь. Теперь он отвечал за нее и Брайана. Странно, но она почему-то не задумывалась об этом раньше. Должно быть, присматривать за ними было нелегко. Он ведь сам еще был ребенком…

— Тебя что-то беспокоит? — Фред быстро взглянул на нее.

Паула мгновенно вернулась в настоящее.

— Нет, просто вспомнила о детстве и снежных забавах с братьями. Неужели, глядя на снег, ты не думаешь о том времени, когда был маленьким?

Он пожал плечами.

— Что ты имеешь в виду? Я люблю кататься на лыжах и аэросанях.

— Я говорю об игре в снежки. Еще я обожала делать снежных ангелов. Мама была нашим судьей. И всегда присуждала мне первое место! — Паула улыбнулась своим воспоминаниям. — Это была единственная игра, в которой я побеждала. А вообще-то братья никогда не воспринимали меня всерьез. По-моему, они до сих пор считают меня маленькой.

— Они заботятся о тебе, — безучастно заметил Фред.

— Это верно. Мартин практически содержал семью после смерти родителей. А Брайан очень любит командовать мной. Думаю, они оба просто слишком серьезно относились к своим обязанностям.

— Мартин — это старший брат?

— Да. Ему пришлось опекать нас, младших, пока мы не выросли. Но Брайан более властный.

Фред снова бросил на нее быстрый взгляд, но промолчал. Зачем ворошить прошлое? Брайан однажды сказал, что Фред не подходит Пауле. Сначала он не желал его слушать, но, поразмыслив, вынужден был согласиться. Фред знал, что Паула любит его, и сам испытывал совершенно особое чувство к ней. Но нельзя было не признать, что ни его образование, ни его образ жизни не подходят такой утонченной женщине. Она заслуживает гораздо большего. Брайан был совершенно прав…

Фред понял, что Паула его о чем-то спросила, но прослушал вопрос, вновь переживая то, что произошло два года назад.

— Есть ли у тебя сестры и братья? — повторила она. — Ты никогда не упоминал о них.

— Нет. — Ему явно не хотелось говорить о семье.

Паула искоса поглядывала на Фреда все время, пока он вел машину. Казалось, его мысли блуждали где-то далеко. Когда они встречались, он тоже иногда уходил в себя, и ей было неудобно спрашивать, о чем он думает. Но теперь она хотела больше узнать о нем. Ей было интересно все: чем он занимался эти два года, какие преступления расследовал, с кем дружил и встречался. А главное — зачем забрал ее из города на несколько дней. Неужели только ради ее безопасности? Или в этом заключалось нечто большее?

— Я скучала по тебе эти годы, — неожиданно для себя сказала Паула. — А ты?

Фред коротко кивнул, и она с трудом сдержалась, чтобы не спросить, почему же тогда он перестал звонить ей и отказывался встретиться. Вместо этого Паула поспешила перевести разговор на другую тему:

— Не знала, что у тебя есть дом в горах. Это далеко отсюда?

— Недалеко. У меня давно была земля, а года полтора назад я построил домик. Ребята с работы помогли. Теперь я разрешаю им приезжать туда в свое отсутствие.

— Чудесно! Очень хочется поскорее увидеть его!

— Он небольшой. Всего пара комнат. Но вид из окон великолепный.

Двадцать минут спустя они подъехали к маленькому бревенчатому дому. Широкое крыльцо было завалено снегом, который был здесь намного глубже, чем в городе. Паула быстро окинула взглядом и само строение, и необыкновенно красивые окрестности.

— Фантастика! — с восторгом воскликнула она. — Ты, наверное, приезжаешь сюда каждую свободную минутку?

— Да нет, не так уж часто.

Этот дом в свое время помогал Фреду спастись от воспоминаний. Но когда строительство было закончено, стал словно намекать о многих вещах, которые ему не суждено было иметь…

Паула вылезла из машины и сразу утонула в снегу. Хорошо, что она надела высокие теплые сапоги. Взяв портфель, она с трудом двинулась к крыльцу. Следом шел Фред с двумя большими сумками.

Домик уютно приткнулся к склону горы с подветренной стороны. Фред открыл дверь и отступил в сторону, пропуская гостью вперед. Она вошла и принялась с любопытством оглядываться.

Обстановка была спартанской, немногочисленная мебель — крепкой и практичной. Больше всего ей понравился массивный камин, сложенный из камня. Справа от него находился большой сосновый стол, окруженный деревянными стульями. Распахнутая дверь вела в кухню.

Ни занавесок, ни ковриков — ничего, что могло бы смягчить резкие прямые линии. Пауле сразу же захотелось внести немного цвета и тепла в эту комнату. Но это был не ее дом! Впрочем, не чувствовалось здесь и присутствия другой женщины, что заставило Паулу испытать странное чувство облегчения.

— Тут очень мило, — сказала она.

Фред оглядел комнату так, будто видел ее впервые, и покачал головой. По сравнению с теплом и уютом ее дома это помещение казалось мрачным и угрюмым.

— Еще не все работы закончены. Я ничего не понимаю в занавесках и тому подобной ерунде. Может, ты этим займешься? — Он закрыл дверь и поставил сумки рядом с ней. — Сейчас я разожгу огонь. Не раздевайся пока.

Фред прошел к камину, а Паула, бросив портфель на диван, решила посмотреть на вид из окна. Дом располагался на склоне, и перед ним расстилалась маленькая долина. Солнце еще освещало противоположный холм, и снег на нем искрился золотым и розовым. В таком окружении все тревоги, связанные со взломами, казались нереальными. Паула удовлетворенно вздохнула и отвернулась от окна. Забравшись с ногами на диван, она принялась наблюдать за тем, как Фред разводит огонь.

— Ты мог бы совсем переехать сюда, — заметила она.

— Предпочитаю жить в городе. Здесь хорошо в выходные.

— Ты сказал, что редко тут бываешь. Почему? Я думала, что ты привозишь сюда толпу друзей.

— Этот дом слишком маленький для толпы.

— Тогда близкого друга, — сказала Паула, осторожно касаясь больной темы.

Фред внимательно посмотрел на нее и медленно встал, не отводя взгляда.

— Я никогда не привозил сюда другую женщину, если ты на это намекаешь.

Довольный румянец проступил на ее щеках, когда он ответил на коварный вопрос. Ей следовало бы смутиться, но радость от того, что она была первой женщиной, переступившей порог его дома, оказалась слишком сильной. Ей сразу захотелось навести порядок в его хозяйстве. Может, решиться и обсудить с ним обустройство дома прямо сейчас?

— Почему? — спросила она и закашлялась.

Фред улыбнулся и подошел к ней.

— Здесь только одна спальня. — Он провел тыльной стороной ладони по ее пылающей щеке.

Глаза Паулы широко раскрылись от удивления. Это значит…

— К счастью, диван раскладывается.

Дразнящие огоньки плясали в его глазах, пока он наблюдал, как на ее лице сменялись самые разные выражения.

А Пауле хотелось сейчас стать такой же дерзкой и смелой, какой она бывала порой в своих фантазиях. Возможно, даже развязной, чтобы броситься в объятия Фреда и попросить не беспокоиться по поводу дивана, поскольку для них двоих хватит места в его кровати… Но эти бурные сцены хороши для снов, а в реальной жизни им нет места.

— Кажется, я оставлял кое-какие продукты в морозильнике и буфете. Давай посмотрим, есть там что-нибудь на ужин или нужно вернуться в город и купить еду?

Паула прошла за Фредом, все еще немного дрожа от холода. Сколько нужно времени, чтобы здесь стало тепло и уютно? От камина, плиты и духовки комнаты нагреются быстрее. А лучше — пусть он поцелует ее еще раз!

Паула распахнула куртку, следя за Фредом, который доставал из буфета какие-то банки и коробки. Потом он направился к морозильнику. Ей пришлось засунуть руки в карманы, чтобы удержаться и не провести пальцами по его густым темным волосам.

— Замороженные бифштексы, картофельное пюре в коробке и консервированная кукуруза. — Он неуверенно посмотрел на нее.

Паулу тронула его озабоченность тем, что она подумает о его припасах.

— Могу поджарить мясо, сделать подливку и испечь печенье для начала.

Она решительно сняла куртку и бросила ее на стул.

— Очень хорошо помню твои великолепные соусы.

— Рада, что они тебе нравились. Мужчинам так легко угодить! Готовь им много разнообразной еды и дари быстрые удовольствия. — В глазах ее прыгали веселые чертики. Впервые за последние два года Паула чувствовала себя чудесно.

— Помню, ты уже говорила это однажды, когда мы ездили… — Фред поколебался мгновение, а затем проворчал: — Я вообще помню все, что ты говорила.

Паула онемела. Он помнит все, что она говорила?! Тогда почему?..

— У меня уже слюнки текут. Поэтому твое предложение принимается, пока ты не передумала. — Фред наклонился и легко коснулся губами ее губ. — Пойду разведу огонь наверху. Когда пойдешь спать, там будет тепло.

Он поцеловал ее и тут же отвернулся, словно от назойливой мухи! Что случилось? Может, она разучилась целоваться?

— Я выбираю диван, — заявила Паула, с изумлением разглядывая его.

— Ты — моя гостья и ляжешь на кровати! — бросил Фред и вышел из комнаты прежде, чем прозвучали возражения.

Паула выложила на сковородку замороженное мясо и занялась приготовлением соуса. Она и не думала спать в его кровати, хотя, возможно, это был единственный шанс. Кто знает, к чему приведет ее пылкое воображение?!

Когда вернулся Фред, почти все было готово. Паула заставила его взбивать картофельное пюре, а сама бдительно присматривала за соусом. Они так слаженно работали вместе, как будто делали это уже много лет. Их движения напоминали какой-то ритмичный замысловатый танец.

Но вот Паула повернулась, держа в одной руке миску с тестом, а в другой миксер, и едва не налетела на Фреда, который вошел в кухню с бутылкой вина и парой бокалов. Если бы руки не были заняты, она дотронулась бы до его щеки. Он стоял так близко, что его дыхание долетало до нее.

— Похоже, ты уже согрелась: румянец на щеках и глаза ярко-синие, — пробормотал Фред, не в силах двинуться с места.

Паула осторожно шагнула к нему. Хотя, если бы захотела, то могла отступить на шаг, и тогда бы ничего не произошло. Но вместо этого она заглянула ему в глаза и машинально провела языком по губам.

— Мне тепло потому, что ты рядом…

— Постараемся быть осторожными и ничего не уронить.

Фред поставил на стол бутылку и пустые бокалы, которые при этом тихо звякнули, а потом нежно притянул ее к себе.

Его упругие теплые губы прижались к ее губам. Поцелуй, казалось, длился бесконечно. Паула чуть не задохнулась, но ей так не хотелось спускаться с небес на землю! Она наслаждалась его прикосновениями, страстная дрожь сотрясала ее. Слишком долго она жила в эмоциональной пустыне и теперь утоляла жажду любви. Паула была уверена, что не сможет испытать такое же наслаждение с кем-нибудь другим. Фред всегда оставался для нее единственным мужчиной. Даже не с кем было сравнивать! Они подходили друг другу, как две половинки единого целого.

Фред медленно поднял голову, и Паула с удовольствием отметила, что его дыхание было таким же прерывистым, как и у нее. Значит, не только она испытывала сильные чувства! Может, настало время заставить его объяснить, почему он ее бросил?

— Кажется, мясо горит, — произнес Фред.

Паула моментально очнулась, бросилась к духовке и вытащила сковороду. Превосходно! Именно тогда, когда ей просто необходимо произвести хорошее впечатление, она сжигает еду… Осторожно подняв край бифштекса вилкой, она обрадовано заметила, что тот только слегка подгорел.

На стол они накрывали в молчании, а потом Фред набросился на мясо так, будто не ел целый месяц.

— Какой же ты голодный? — удивилась Паула, подумав при этом, что он, пожалуй, может съесть столько же, сколько ее братья.

— Просто соскучился по твоим блюдам. Надоело питаться в кафе или готовить самому.

Паула задумчиво смотрела на свой бокал. В темно-красном бургундском отражалось пламя камина.

— Чем ты занимался эти два года? — наконец отважилась спросить она.

Сердце сразу учащенно забилось. Паула надеялась, что Фред не откажется отвечать. Хотелось узнать обо всем, что он делал, куда ездил, о каждом человеке, с которым он встречался.

— Работал в основном, — пожал плечами Фред. — Строил дом… Ты сама видишь, что еще не все сделано. Кстати, ты ничего не придумала по поводу занавесок и других вещей?

Паула окинула взглядом просторную комнату.

— Я могла бы предложить кое-что… Но неужели, кроме меня, это некому сделать?

«Как насчет Марджи? — чуть было не выкрикнула она. — Кто эта женщина и кем тебе приходится?»

— Я бы хотел, чтобы здесь все было наполнено светом и красками, чтобы стало тепло и уютно… как у тебя.

Паула улыбнулась, радуясь, что ему понравился ее дом. Она много времени потратила на то, чтобы сделать его таким. Ведь у нее не было ничего, кроме этого маленького коттеджа.

— Боюсь, в эти выходные не хватит времени, но я попытаюсь что-нибудь придумать.

— Составь список необходимых вещей. На неделе можно будет проехаться по магазинам и привезти все в следующий уик-энд.

— Хорошо, мне это нетрудно…

Оказывается, он собирается на следующей неделе снова привезти ее сюда! Это уже совсем не походило на обязанности телохранителя, которые Фред добровольно взял на себя. Паула с трудом сдерживала восторг. Провести с ним еще несколько дней!

Возвращаясь от Мартина и Бетти, она и представить себе не могла, что судьба снова сведет ее с Фредом. Да, она долго будет помнить это Рождество, проведенное со старшим братом и его маленькой женой. Паула впервые призналась себе, что завидует им — особенно теперь, когда у них родился ребенок…

В кухне они прибирались вместе. Она мыла тарелки, а он вытирал их и ставил на полку. Это заняло немного времени. Затем Фред передал ей полотенце, чтобы вытереть руки, и она, ухватив его за концы, набросила ему на шею и притянула к себе. Руки Фреда тут же обвились вокруг талии Паулы, будто он всю жизнь только тем и занимался, что обнимал ее.

— Чего ты хочешь? — хрипло спросил он.

Паула открыла было рот, чтобы сказать, о чем мечтала все эти два года, но ничего не вышло. Краска залила лицо, противно засосало под ложечкой. С трудом сглотнув, она выдохнула:

— Хочу предложить тебе кофе.

— Перед камином? — Голос Фреда звучал глухо, темные глаза внимательно рассматривали ее раскрасневшееся лицо.

Паула кивнула и, стянув полотенце, положила ладони ему на грудь. В его объятиях она ощущала себя очень женственной и привлекательной. Фред не был для нее просто приключением, и сейчас она понимала это как никогда раньше.

— Ты все еще любишь кофе с сахаром? — спросила Паула, медленно высвобождаясь из его рук.

Фред взял ее мизинец, коснулся его губами.

— Просто опусти палец в чашку, и кофе станет сладким.

Паула прислонилась к столу, боясь упасть. Ноги ослабели, сердце глухо билось, слезы застилали глаза. Как она могла забыть? Это была их шутка…

— Эй, что случилось? — спросил Фред и вытер большим пальцем слезинку на ее щеке.

— Ничего. Просто вспомнила. — Улыбка получилась какой-то вымученной. — Ты раньше часто говорил так.

— Ты всегда была самой сладкой из всех, кого я знал.

Фред поцеловал ее ладонь, и Паула инстинктивно сжала пальцы, словно стараясь сберечь его поцелуй. С трудом заставив себя отстраниться, она пошла к плите.

— Мне трудно сосредоточиться. — Ее голос дрожал. — Ты хочешь кофе или нет?

Молчание тянулось бесконечно долго. Очень хотелось обернуться и увидеть выражение его лица, но Паула боялась выдать свои чувства.

— Хочу, — наконец отрывисто произнес Фред и прошел в гостиную.

Паула улучила момент и взглянула на него, когда насыпала кофе в фильтр. Он подкладывал поленья в камин, пока огонь не разгорелся. В комнате сразу стало теплее.

— Пойдем, я покажу тебе спальню, — сказал Фред, вставая. — Мне нужно поменять там простыни.

Взглянув на кофеварку, Паула решила, что у них есть еще несколько минут.

— Я тебе помогу.

Обстановка в спальне оказалась такой же строгой и непритязательной, как в гостиной. В темных стеклах окна отражались их фигуры. Да, занавески были здесь просто необходимы. Пауле не понравилось чувство незащищенности, которое внезапно охватило ее. А ведь до случая со взломами она не обращала внимания на незашторенные окна… Почувствует ли она себя спокойнее, когда преступник будет найден?

Вместе они застелили большую кровать. У изголовья стояла лампа, чтобы можно было читать, и Пауле вдруг ужасно захотелось лечь спать с Фредом. Было бы так уютно скользнуть под толстое одеяло, немного почитать, а потом выключить эту лампу и…

— Ванная там, — прервал ее мечты Фред и кивнул в сторону открытой двери. — Надеюсь, с нагревателем ты справишься. Воды хватит и на ванну, и на душ.

— Конечно, справлюсь. Спасибо.

Взбив напоследок подушку, Паула обогнула кровать и спустилась в кухню. Нужно держаться от него на безопасном расстоянии, подумала она, надеясь, что сможет противостоять желанию, затащить Фреда в постель…

Аромат кофе наполнил гостиную. Паула разлила его по чашкам, добавила сливки себе и сахар Фреду. Затем осторожно поставила чашки на стол и уселась на диван перед камином. Было так уютно наблюдать за танцующими языками пламени! Ей всегда нравилось смотреть на огонь.

Вошел Фред, бросил стопку постельного белья на один из стульев, взял чашку и сел рядом.

— Чудесно! У меня дома нет камина, и это единственное, о чем я сожалею, — прошептала Паула.

— Зато приходится заботиться о дровах. Их нужно очень много, чтобы выдержать зиму. Но камин стоит того.

Они сидели в тишине, пили кофе и наблюдали за огнем. Но вот Паула поставила пустую чашку на стол и выпрямилась. Фред взял ее за руку и положил ладонь себе на бедро, продолжая молча, пить ароматный налиток.

Паула откинулась на спинку дивана. Единственной связью с реальностью было прикосновение Фреда. Она словно грезила наяву. Ощущение тепла и счастья переполняло ее. Впервые за долгое время она почувствовала умиротворение.

— Расскажи о своем доме, — нарушил молчание Фред. — Почему ты вдруг решила купить его?

— Я всегда мечтала о собственном доме. А когда получила дополнительную работу, у меня оказалось достаточно денег.

— Я однажды видел, как ты катаешься на велосипеде, — лениво обронил он.

Паула быстро взглянула на него. Странно! Они же не встречались два года!

— Когда же это было?

— Давно. Еще прошлой весной.

— Возможно, я ехала на работу. Мой дом очень удачно расположен: в хорошую погоду могу добираться до университета на велосипеде или пройтись пешком. А я не видела тебя…

— Моя машина не очень бросается в глаза. Я был уверен, что ты вышла замуж.

Вздрогнув, Паула покачала головой. Почему он так думал? Неужели настолько плохо знал ее, что мог предположить, будто она сразу же найдет замену, как только он скроется из виду? Разве она производила впечатление женщины, охотящейся за женихами? Может, он отступил именно по этой причине?

Паула попыталась вспомнить, не дала ли повод для подобных предположений. Два года назад ей было двадцать четыре. Она много говорила тогда о свадьбе Мартина и Бетти. Но разве это не естественно? Ведь жениться собирался родной брат! Не думал же Фред, будто она на что-то намекает ему? Хотя если бы он сделал ей предложение, то получил бы согласие в ту же минуту…

— Не понимаю, почему ты так решил. Я не собираюсь замуж.

Фред поставил чашку на стол и тоже откинулся на подушки, повернув к Пауле голову.

— А я слышал другое.

Внезапно он почувствовал, как давняя злость снова поднимается в нем. Все-таки Брайан был тогда слишком бесцеремонен и груб.

— Возможно, я когда-нибудь и выйду замуж, но пока не собираюсь, — повторила Паула.

Она высвободила руку и отодвинулась подальше от человека, само присутствие которого волновало и будоражило ее. Что толку говорить о замужестве, если единственный мужчина, который был ей нужен, не хотел ее?!

— Но собиралась же два года назад? — настаивал Фред.

Паула почувствовала, что сейчас умрет от смущения. Откуда он знает о ее глупых мечтах? Неужели она как-нибудь выдала себя? Она действительно когда-то грезила о том, чтобы соединить свою жизнь с жизнью Фреда. Так, значит, он догадывался об этом?

— Не думаю, что мои планы на будущее должны волновать тебя. Не беспокойся, как только ты найдешь взломщика, я сразу же перестану путаться у тебя под ногами. Отлично справлюсь со всем сама и буду жить дальше!

Паула резко поднялась, схватила обе чашки и прошла в кухню. Там она поставила чашки в раковину с преувеличенной осторожностью, боясь, что сейчас не выдержит и швырнет их в стену. Нет, следовало все-таки позвонить Грейс и попросить пристанища у нее! Паула знала, что играет с огнем, приезжая сюда с Фредом, но никак не ожидала, что он будет расспрашивать о ее глупых мечтах о свадьбе. Даже если он и догадывался об этом, то неужели не мог пощадить ее?

Фред вошел за ней в кухню, но она даже не обернулась.

— Паула, я думал, мы были друзьями, пока…

«Пока ты не захотела большего»? Если бы он даже выкрикнул эти слова, то и тогда бы они не прозвучали так четко.

— Я устала. Пойду спать. Освобожу ванную для тебя через несколько минут.

Обойдя стол с другой стороны, Паула поднялась в спальню и закрыла за собой дверь. Сжав зубы, она изо всех сил старалась не закричать. Ну почему все, что так прекрасно, несет в себе боль?!

Фред некоторое время растерянно смотрел ей вслед. Что случилось? Вероятно, ей все еще больно вспоминать о человеке, который бросил ее. Он невесело усмехнулся. Неужели Брайану не удалось спасти их отношения после того, как он, Фред, исчез? Должно быть, его это сильно расстроило… Что ж, зато Фред не разочаровал Брайана и сдержал свое обещание.

5

На следующее утро Паула как следует подготовилась к встрече с Фредом. Она крепко держала себя в руках. Ночь была бессонной, но это уже стало привычкой с тех пор, как они с Фредом встретились снова. Нужно просто постараться не забывать ни на мгновение, что она здесь только потому, что полиция считает это место безопасным. Никаких поцелуев и соблазняющих замечаний по поводу ее пальцев, сладких, как сахар! Если захочет кофе — пусть готовит его сам. Она будет все время помнить о причине своего присутствия здесь и вести себя соответственно.

Паула свято верила, что именно так и поступит, пока не вошла в кухню и не увидела Фреда. На нем были только джинсы.

Она с трудом глотнула. Это нечестно! Когда Паула выходила из спальни, у нее были самые благие намерения. Но стоило ей увидеть его полуобнаженное тело… Широкие мускулистые плечи Фреда соблазнительно блестели в ранних лучах солнца, падающих сквозь незанавешенные окна. Ей захотелось погладить темные завитки на его груди и почувствовать, какие они мягкие и шелковистые. Она ощутила, как дрожат пальцы, как нестерпимый жар поднимается из самых глубин ее естества…

— Тебе не холодно? — резко спросила Паула.

Ему следовало бы срочно надеть рубашку, пока она не потеряла контроль над собой!

Фред повернулся, и она вновь поняла, что создана только для него! С взъерошенными волосами, щетиной на щеках и подбородке он был таким, каким должен быть настоящий мужчина. Паула держала себя в руках из последних сил, а Фред как ни в чем не бывало спокойно ответил на ее вопрос:

— Нет. По-моему, дом хорошо прогрелся. А ты не замерзла?

Она была охвачена пламенем, не имеющим ничего общего с огнем в камине. Фред даже не соизволил обуться! Закрыв глаза, Паула глубоко вздохнула. Потом заставила себя посмотреть на него с равнодушным видом. Это оказалось довольно трудно, но она справилась — можно было гордиться собой.

— Я не замерзла, но на мне больше одежды, чем на тебе. — Тут ее голос все-таки предательски дрогнул.

Фред как-то странно посмотрел на нее.

— Я ждал, когда ты выйдешь из ванной. Сейчас быстренько приму душ. На завтрак нет ничего особенного. Может, овсянка подойдет?

— Отлично.

— С тобой все в порядке?

— Да, а что?

Ей было нечем дышать. Интересно, сколько человек может обходиться без воздуха?

— Ты как будто в трансе.

Паула нахмурилась.

— Глупости! Послушай, если ты хочешь принять душ, то поторопись!

Внезапно Фред шагнул к ней, и она не выдержала. Он был так близко, что Паула просто не могла не дотронуться до него! Она легко провела кончиками пальцев по руке Фреда, ощущая шелковистость там, где темные волоски покрывали предплечье. Он притянул ее к своей широкой груди, и Паула, не раздумывая, бросилась к нему в объятия.

Губы ее раскрылись, и язык Фреда скользнул в нежную влагу рта. Казалось, сердце забилось в сто раз быстрее. Паула обняла его за плечи, прикасаясь ладонями к обнаженному телу, мечты о котором так мучили ее. Хотелось, чтобы этот поцелуй не кончался. Никогда еще Фред не целовал ее так! Его губы требовали, предлагали, брали и возвращали, вновь и вновь погружая в блаженство и увлекая Паулу за собой в мир грез.

Когда Фред наконец поднял голову, ей захотелось выбежать из дома и броситься в ближайший сугроб, чтобы остудить бушующее в груди пламя. С большим трудом она заставила себя убрать руки с его плеч.

— Мне действительно нужно принять душ. — Фред провел ладонью по ее волосам, и шелковистые пряди заструились между пальцами.

— А я пойду приготовлю завтрак.

Он кивнул и снова медленно наклонил голову. На этот раз поцелуи были легкими, как дыхание, и не могли утолить горячее желание, угрожающее полностью овладеть ею.

Слишком поздно вспомнив о данных самой себе обещаниях, Паула отодвинулась, но волны возбуждения все еще пробегали по ее телу. Куда делось ее благоразумие?!

— Ну, иди же!

Паула решительно отвернулась от него, пытаясь сохранить хотя бы видимость приличий, иначе Фред решит, что она вешается ему на шею…

Это напоминало «игру в семью». Паула помешивала овсянку, и до нее доносился звук льющейся в душе воды. Они никогда не проводили ночь вместе до этих выходных, и вот теперь внезапно появилось ощущение семьи. Конечно, не в полном смысле этого слова, но вполне достаточно, чтобы понять, как это могло бы быть.

Замечательно могло бы быть! Они отлично ладили, у них были общие интересы. В течение последних двух дней они провели много времени вместе, порой не произнося ни слова, но Пауле никогда не было скучно. Интересно, а может он сказать то же самое?

Эта мысль поразила ее. Что, если Фреду два года назад просто-напросто стало скучно с ней? Это объяснило бы многое…

— Что с тобой происходит? Ты постоянно впадаешь в какое-то оцепенение, — заметил Фред, входя в комнату.

Паула обернулась, и разочарование охватило ее. Он оделся! Выцветшие джинсы, темный свитер и черные носки надежно прятали его тело от ее глаз.

— Нет, просто задумалась. Послушай, Фред, тебе не скучно со мной?

— Что? — Он изумленно уставился на нее, а потом расхохотался. — Дорогая, с тобой скучать не приходится! С чего ты это взяла?

— Я подумала, что мне с тобой никогда не скучно. И вдруг стало интересно, не тоскливо ли тебе со мной… Ты любишь овсянку с корицей или с сахаром?

— С сахаром, конечно. Паула, поверь, я никогда не скучал с тобой.

Она накрыла на стол и стала наблюдать из-под опущенных ресниц, как он ест. Ей нравилось «играть в семью».

— А не покататься ли нам на аэросанях? — предложил Фред, наливая себе в кружку кофе.

— Было бы забавно.

— Ты раньше на них каталась?

— Конечно. У нас на ранчо есть аэросани. Мартин и Брайан используют их зимой вместо лошадей, чтобы добираться до отдаленных пастбищ. Я ездила вместе с ними много раз, чтобы помочь.

— Вот и хорошо. Заодно пополним запасы еды.

Паула решила, что утро на холодном бодрящем воздухе среди снегов было бы хорошим успокоительным средством для нее. А когда они вернутся, она будет читать журналы, может, сварит суп или займется чем-нибудь еще, что требует много времени. У нее впереди три бесконечных дня, чтобы не сойти с ума, нужно себя чем-нибудь занять. Катание на аэросанях было прекрасным решением проблемы. Холод и ветер остудили бы жар, пожиравший ее изнутри.

Паула надела теплую куртку и отправилась вслед за Фредом, украдкой рассматривая его. Если он мог так владеть собой, то и она сможет тоже.

Это было весело! Снег вылетал из-под аэросаней и вихрем закручивался на ярком солнце. В хрустальных снежинках отражалась радуга. Небо было таким голубым, что глазам становилось больно. Казалось, что в легкие попадает чистый кислород. Паула громко смеялась, переполненная счастьем.

Они доехали до магазина и аккуратно припарковались рядом с большими машинами, похихикав над тем впечатлением, которое производило их средство передвижения.

Фред шутя, стащил с нее шапку. Паула тряхнула головой, и белокурые локоны рассыпались по плечам.

— Какие у тебя светлые волосы — и летом, и зимой, — заметил он.

— Выгорают на солнце. Я даже на лыжах катаюсь без шапки.

Паулу обрадовало его внимание; хотелось, чтобы Фред замечал в ней все. В конце концов, сколько можно испытывать безответное чувство?!

Перед тем как пройти к магазину, Фред профессиональным взглядом окинул территорию, и Паула мгновенно вспомнила, почему она здесь. Он снова превратился в полицейского! Дело прежде всего… Фред был рядом только для того, чтобы охранять ее. Это легко забывалось, когда они оставались вдвоем, но в городе все изменилось.

Пауле сразу стало не по себе.

— Фред, я все никак не пойму, кому понадобилось врываться в мой дом и в кабинет, — сказала она, стараясь держаться поближе к нему.

Рядом с ним она чувствовала себя в большей безопасности.

— Забудь пока об этом. Давай лучше сообразим, что нам купить на ужин.

Домой они ехали по живописной дороге, минуя чудесные равнины. Вдалеке, на линии горизонта, виднелся город. Панорама была захватывающей. Снежные цепи гор представали во всей своей зимней красе.

Едва они вернулись домой, как зазвонил телефон. Фред взял трубку, кинул быстрый взгляд на Паулу и слегка отвернулся. Чтобы не мешать ему, она начала разбирать купленные продукты и раскладывать их по шкафчикам в кухне. Слушая вполуха, она не могла понять, о чем идет речь. Фред больше слушал, лишь изредка вставляя короткие отрывистые фразы.

Когда он повесил трубку, лицо его было мрачным. Звонок снова напомнил Пауле, почему она находится здесь. Это не было романтическим бегством на уик-энд. Ей грозила опасность, и Фред охранял ее.

— Что на этот раз? — встревоженно спросила она.

— Влезли в твою машину. Звонили из университетской полиции.

— Не нужно было оставлять ее там.

У Паулы подкосились ноги, и она без сил опустилась на ближайший стул. Фред пододвинул еще один стул, развернул его, сел верхом, расставив ноги, и сплел руки на высокой спинке. Положив на них подбородок, он внимательно посмотрел на нее.

— Может, мы движемся не в том направлении, Паула? Чтобы найти того, кто это делает, необходимо понять, почему он это делает. Вдруг этот человек ничего не ищет, а просто мстит тебе за что-то? Постарайся вспомнить, не разозлила ли ты кого-нибудь недавно?

Паула покачала головой.

— Если не сейчас, то год или два назад? Не исключено, что он смог добраться до тебя только теперь.

Неужели Фред предполагает, что это возмездие отвергнутого любовника? Она вновь отрицательно покачала головой.

— Но должно же что-то быть!

— Я не знаю, из-за чего все это. Я не работаю над заданиями военных в данный момент, не оставляю секретных записей ни в университете, ни дома. Новый семестр только начался, поэтому у меня нет ни тестов, ни экзаменационных работ, которые захотели бы увидеть студенты.

— Когда закончился осенний семестр?

— Перед Рождеством.

— Может, студенты ищут ведомости с оценками?

Паула пожала плечами.

— У меня действительно исчезли ведомости, но копии я, слава Богу, успела отправить перед тем, как уехала к Мартину и Бетти на Рождество.

— Но студенты могли не знать об этом…

— Мне все равно! Просто хочу, чтобы это наконец прекратилось. Что случилось с машиной?

— Выбито окно со стороны пассажира. Он не поленился даже вытащить осколки. Если бы кто-то не проходил мимо и не заметил, что окно открыто, то на машину еще долго бы не обратили внимания.

— Итак, некто дважды побывал в моем доме, один раз в кабинете, а теперь еще забрался и в машину… Может, мне записку оставить, что у меня нет того, что он ищет?

— Расскажи мне о мужчинах в твоей жизни.

Фреду не слишком хотелось слушать об этом, но подобная информация могла дать ключ к расследованию.

Паула пристально посмотрела на него и в который уже раз поразилась происшедшей в нем перемене. Исчез веселый спутник, управляющий аэросанями, исчез чувственный возлюбленный, которого она видела сегодня утром. Перед ней был только полицейский с тяжелым взглядом, намеревающийся выведать все факты, способные помочь раскрытию преступления. Паула даже усомнилась, воспринимает ли он ее как женщину.

— В моей жизни нет мужчин. — Голос ее прозвучал очень спокойно.

— В это трудно поверить. Ты слишком хорошенькая, чтобы быть одной. С кем-то ты наверняка встречалась, хотя бы просто ходила пить кофе… А может, какой-нибудь студент втрескался в тебя?

Меньше всего ей хотелось, чтобы Фредерик Митчелл знал, как его уход повлиял на ее жизнь! Вздернув подбородок, Паула свирепо уставилась на него.

— Нет никаких втрескавшихся студентов! Во всяком случае, я о таких не знаю.

Фред медленно покачал головой.

— Это еще ни о чем не говорит. Возможно, кто-то любит тебя издалека.

— У меня дружеские отношения со всеми на математическом факультете, тем не менее никто не пытается за мной ухаживать. Может, ты не обратил внимания, но я вовсе не роковая женщина.

— Милая, ты прекрасна, как восход солнца! Уверен, тебе говорили это не раз. То, что ты считаешь только дружбой, другой человек может воспринимать иначе.

Так было у нее с Фредом. Он считал, что они друзья, а она хотела гораздо большего…

— К черту, Паула! Я пытаюсь тебе помочь, а ты молчишь как рыба. Расскажи о том, что мне необходимо знать.

— Повторяю, никто не втрескался в меня, я не держу никаких секретов дома и нет никакого мужчины, которому я разбила бы сердце. Что еще нужно сказать, чтобы ты поверил? Думаю, это просто какой-то душевнобольной, маньяк, который преследует меня по непонятной причине. Не знаю, по какой! И прекрати наконец этот допрос!

Паула вскочила, почти бегом поднялась в спальню и громко хлопнула дверью. Душевные раны кровоточили, она боялась разрыдаться. Неужели за эти два года она так ничему и не научилась?! После того как Фред бросил ее, Паула буквально по кусочкам собрала свою жизнь и, казалось, совсем успокоилась. Но стоило очутиться рядом с ним, выяснилось, что она хочет его так же сильно, как и раньше, если не больше.

От него исходили какие-то флюиды, которые смущали ее. На мгновение ей показалось, что и Фред к ней неравнодушен… Но сейчас Паула была уверена, что представляет для него интерес только как потерпевшая в сложном деле, которое детектив хотел распутать.

Паула бросилась на кровать и уставилась в потолок. Не прошло и шести часов, как она пообещала себе держаться от него подальше, и все-таки попалась в ловушку, поверила, что между ними могло что-то возникнуть… Но Фред очень ясно показал, как относится к ней. Почему же ей так трудно смириться с этим?

Неожиданно дверь в спальню распахнулась, на пороге появился Фред и прислонился к косяку, скрестив руки на груди.

— Не дуйся. Преподавателю университета это не идет.

— Я не дуюсь.

Она отвернулась и посмотрела в окно. Над вершинами гор показались первые облака. Погода меняется?

— Дай хоть какую-то зацепку, Паула, и я справлюсь с этим парнем!

Почему он не хочет оставить ее в покое?! Паула села на кровати, сердито глядя на него.

— У меня нет ни малейшей догадки по поводу того, кто бы это мог быть! Не думаешь же ты, что, если бы были какие-то соображения, то я бы с тобой не поделилась? Я больше всех хочу, чтобы взломщика поймали. Ничего подобного не случалось со мной раньше, и мне все это не нравится!

— Мне тоже. И я пытаюсь вычислить преступника.

— Знаю, — проворчала она.

— Относись ко мне как к проигравшему, а я постараюсь изменить тактику.

Паула нахмурилась. Что он имел в виду под «проигравшим»? То, что Фред пока не нашел взломщика, еще не означало, что он проиграл…

Фред некоторое время молчал.

— Ладно, хватит об этом. Поедем заберем твою машину. Скоро, похоже, пойдет снег.

Паула неохотно поднялась и поправила постель. Подходя к двери, она подумала, что Фред не уступит ей дорогу, но в последнее мгновение он повернулся и спустился в прихожую.

— А что будет со страховкой? — посетовала она, забираясь в джип Фреда. — Вдруг мне откажут?

— Когда мы поймаем этого парня, то заставим возместить убытки. Расслабься, в страховой компании знают, что такие вещи случаются.

— Но со мной подобное случается впервые! Я уже всю голову сломала, но даже представить себе не могу, кто это сделал и зачем!

Фред взял ее за руку.

— Не волнуйся. Мы его найдем и остановим.

Действительно плохо, что она нервничает. Нужно верить в силы полиции. Рано или поздно найдут злоумышленника, тогда нападения прекратятся. Именно ради этого она здесь, с Фредом.

Вздохнув, Паула подумала, что время, которое они проводят вместе, летит очень быстро. Ей вдруг захотелось, чтобы никогда не нашли преступника, и тогда бы она смогла остаться с Фредом навсегда…

Было уже поздно, когда они перегнали машину Паулы в ремонтную мастерскую. Облака показались из-за гор и закрыли солнце. Взметая снег, подул сильный западный ветер.

— Скоро стемнеет. Хочешь поесть здесь перед тем, как поедем обратно? — спросил Фред.

— Конечно. Можно заскочить ко мне и приготовить спагетти или еще что-нибудь.

Он заколебался.

— За домом наблюдают, и я обещал, что ты не появишься там в выходные. Если не возражаешь, поедим у меня дома?

— А что, в твоей квартире есть что-нибудь съестное? — съехидничала Паула.

— Мы в двух минутах от магазина, — усмехнулся Фред. — Заглянем сначала туда.

В супермаркете он вез тележку, а она выбирала все необходимое для ужина, помня о его вкусах. Похоже, «игра в семью» продолжается, подумала Паула. Фред захватил бутылку хорошего вина, и они отправились к нему.

Паула знала, где он жил, но никогда у него не бывала. Поэтому ей было любопытно узнать, что творится в одной из квартир на первом этаже старого кирпичного здания.

Фред открыл дверь и пропустил Паулу вперед.

— Но здесь не теплее, чем на улице! — воскликнула она, поежившись.

Комната была такой же полупустой, как и дом в горах. Единственным признаком присутствия живого человека служили книги, в беспорядке сваленные на письменном столе; две из них лежали на полу рядом с креслом. Что и говорить, настоящее жилище холостяка — место для того, чтобы повесить шляпу! Где он хранит фотографии, дорогие ему вещи?.. Может, в спальне?

— Да, холодно. Сейчас включу отопление. Я думал, меня не будет несколько дней.

Фред прошел в кухню и поставил пакеты на стол.

— Что-то очень медленно нагревается, — заметила Паула.

— Я оставил окно в ванной открытым. Ненавижу духоту, а этот дом такой старый, что, если не проветривать, то можно просто задохнуться.

— Даже зимой?

— Если включено отопление, здесь достаточно тепло.

— У тебя, наверное, огромные счета за квартиру. Ты же обогреваешь весь город!

— Свежий воздух стоит того. Сейчас начнешь готовить и сразу согреешься.

— Здесь кухня маленькая, мы вдвоем не поместимся. А поскольку именно ты предложил поужинать — ты и готовь!

— Ну уж нет! — Фред сделал вид, что рассердился. — Это твое место. Если попробуешь мои спагетти, глаз не сомкнешь всю ночь от изжоги.

«Все лучше, чем не спать от сердечной боли», — чуть не выпалила Паула, но вовремя прикусила язык. Отвернувшись, чтобы не встречаться с ним глазами, она начала разбирать продукты.

К тому времени, как ужин был готов, в квартире потеплело. Фред включил музыку и задернул портьеры. Они оказались в своем собственном уютном мирке. Но ненадолго: прогноз погоды обещал метель.

— Нам нужно спешить с ужином, Паула. Не хочу рисковать.

— Мы могли бы остаться в городе, если погода совсем испортится, — предложила она.

— Но мы же собирались провести выходные в горах!

Нет, она не должна возвращаться с ним! Еще не поздно позвонить Грейс или Мартину. Паула потягивала вино, лихорадочно соображая, как поступить. Но стоило ей взглянуть на Фреда, как она поняла, что вернется в домик в горах вместе с ним. Она только притворялась, что могла поступить иначе…

Метель разразилась раньше, чем они добрались до подножия гор. Ветер взвихрил снег, и видимость была равной нулю. Дорога стала предательски скользкой. Даже такую машину, как их тяжелый джип, заносило не раз.

— Ты сможешь найти дорогу? — забеспокоилась Паула.

— Конечно. Будем на месте через десять минут, — беззаботно ответил Фред.

— Когда же закончится этот буран? — проворчала она.

— Иногда бураны здесь длятся неделями. Если выпадет слишком много снега, будем кататься на аэросанях, — усмехнулся Фред.

Но Пауле было не до шуток. Она намеревалась провести в доме Фреда только выходные и в понедельник вернуться на работу.

Как он и обещал, они подъехали к дому через несколько минут. Метель разыгралась вовсю, и Фред повел Паулу за руку: можно было потеряться по пути от машины до крыльца.

Как только они оказались внутри, Паула вздохнула с облегчением. Она была так напряжена в машине, словно сама сидела за рулем. Но теперь они в безопасности. Паула оглядела знакомую комнату. Давно ее не посещало чувство, будто она приехала домой…

— Как хорошо здесь! — невольно воскликнула она.

Фред наклонился и поцеловал ее.

6

Паула закрыла журнал и засмотрелась на огонь. Она читала все утро. Снег продолжал упорно идти, хотя ветер за ночь утих, и это усиливало чувство отрезанности от всего мира. Интересно, куда девался Фред? После завтрака он пробормотал что-то по поводу аэросаней и ушел. Как давно это было?

Паула стала размышлять, что делать дальше. Было тепло и уютно на большом диване, но огонь затухал, и только слабые язычки пламени подрагивали в камине. Она понимала, что нужно подкинуть дров, но двигаться не хотелось.

Еще многое необходимо было сделать. Например, составить планы занятий. Больше всего она жалела о том, что взломщик унес эти планы и конспекты лекций. Она так гордилась своей организованностью и предусмотрительностью! Еще нужно было подготовить статью для одного математического журнала, но это потом. А кроме того, очень хотелось увидеть Фреда…

Потирая внезапно занывшую грудь, Паула вспомнила о своем намерении быть благоразумной и не давать воли эмоциям, вспыхивающим каждый раз, когда она приближалась к этому мужчине. Ну почему она не может держать себя в руках?!

Подбросив пару поленьев в огонь и подождав, пока они разгорятся, Паула огляделась. Она уже обдумала, как здесь можно все усовершенствовать. Постройка была красивой и мебель хорошей. Не хватало лишь мелочей, чтобы превратить этот дом в уютное гнездышко. Если все получится, Фред будет вспоминать о ней каждый раз, как приедет сюда! Удовлетворенно улыбаясь, она пошла за блокнотом…

Паула составила довольно внушительный список нужных вещей и решила, что пора готовить ланч. Когда все было готово, она отправилась на поиски Фреда и обнаружила его в сарае. Переносной обогреватель давал немного тепла, и он снял куртку и закатал рукава. Руки были черными от смазки.

— Что делаешь? — спросила Паула, проскользнув в дверь и быстро закрыв ее за собой, чтобы не впустить снег и холод.

— Чиню аэросани. Это нужно было сделать давно, но все руки не доходили. А ты закончила читать?

— Да, оба журнала. Вот список того, что нужно купить. Так забавно тратить деньги других людей!

— Что? — Он удивленно взглянул на нее.

— Это список вещей для дома. Занавески, коврики, подушки и тому подобное. Потом тебе будут нужны плетеные корзинки, крюки и несколько книжных полок. Я заметила, что у тебя много книг, которые валяются в беспорядке.

— Ты чем-то расстроена? — неожиданно спросил он.

Паула покачала головой. Просто ей было не по себе от его близости. Но не признаваться же ему в этом!

— Я приготовила суп и горячий хлеб на ланч, — произнесла она подчеркнуто беззаботно.

— Буду через минуту. — Фред вновь склонился над машиной.

— Как хочешь. Но суп может остыть, а хлеб подсохнуть в духовке. — Паула резко повернулась и пошла в дом.

Фред действительно появился через несколько минут, и, пока он умывался, Паула накрывала на стол.

— Здорово! — сказал он, садясь. — Когда я приезжал один, то всегда ел сандвичи.

— Слишком холодно для сандвичей, — заметила она, довольная, что ему нравится скромный ланч.

— Думаю, что снегопад заканчивается. Если захочешь, можно пойти погулять попозже, — предложил он.

Паула пожала плечами.

— Я не против. Хоть выберемся на свежий воздух…

Она задумчиво смотрела на чашку с супом. Вернется ли когда-нибудь ее жизнь в нормальное русло?

— Я звонил в участок сегодня утром. Ничего нового, — сказал Фред, словно читая ее мысли.

— Что ж, в данной ситуации отсутствие новостей — уже хорошая новость. Прошел целый день, а этот парень больше ничего не взломал!

— Послушай, я давно хотел тебя спросить… Мне известно, что два года назад ты влюбилась в человека, который, очевидно, не ответил на твои чувства. Что тогда произошло между вами? Это был обычный разрыв без последствий или остались какие-то горькие воспоминания? Может быть — ожесточенность? Мне важно это знать.

Паула изумленно уставилась на Фреда. Это что, полицейская уловка — говорить о себе в третьем лице? И почему именно теперь он решил выяснить, как она отнеслась к его уходу?

— Признаться, я тогда была удивлена и даже расстроена, — медленно проговорила Паула. — Но так и не смогла понять, почему наши отношения прекратились.

— Но ведь не исключено, что этот человек испытывал боль, сожаление, желание все исправить?

Фред не сразу сообразил, что говорит о собственных чувствах. Забавно, но до сегодняшнего дня он думал, что справился с прошлым. Однако близость этой женщины и возникшая вдруг необходимость защитить ее возродили прежние желания и мечты, с которыми необходимо было бороться. Фред не сомневался, что два года назад он принял единственно верное решение, хотя все еще сожалел о случившемся.

— И что тогда? — спросила Паула, смело глядя ему в глаза.

Интересно, он хочет попросить прощения или сказать какую-нибудь пошлость?

— Просто я подумал: вдруг этот человек решил избрать другую тактику? Может, он хочет, чтобы ты почувствовала, что одинока и нуждаешься в нем…

Паула с ужасом воззрилась на него. Неужели Фред инсценировал взломы, чтобы казаться героем, спасающим ее?! Но в этом не было ни малейшей необходимости! Разве он не знал, что достаточно одного телефонного звонка, и она бы с радостью встретилась с ним? Как она ждала такого звонка!

Боже, что за глупости лезут в голову?! Фред не мог этого сделать. Он был слишком честным, «слишком полицейским», чтобы совершить нечто противозаконное.

— Не понимаю, о чем ты. Не я прервала наши отношения. Это он был инициатором разрыва…

Зазвонил телефон, и Фред потянулся за трубкой.

— Митчелл.

Паула почувствовала, как противный холодок страха пробежал по спине. Что это? Новое сообщение о еще одном нападении? Или наконец-то нашли злоумышленника? Может, больше нет необходимости оставаться здесь?

— Спасибо за информацию. Мы, возможно, отлучимся ненадолго, но держите меня в курсе. — Фред положил трубку.

— Что случилось? Снова взлом?

— Нет. Просто показаний твоей соседки недостаточно, чтобы идентифицировать преступника. Она не смогла составить словесный портрет. Мы знаем, что это мужчина, знаем, что у него темный седан, и записываем номера каждой похожей машины, которая проезжает мимо твоего дома. Но это все равно что искать иголку в стоге сена…

Паулу охватила нервная дрожь.

— Ненавижу все! Чувствую себя заключенной, хотя не сделала ничего плохого!

— Очень хорошо тебя понимаю. Ты держишься молодцом, Паула, нужно только немного подождать. Работа полиции требует времени, но мы найдем его. Он обязательно совершит ошибку, и это приведет его к нам в руки.

— Надеюсь, что доживу до этого…

— Конечно, дорогая. Но пока я не могу сделать для тебя большего.

— Можешь, Фред… Возьми меня! — неожиданно вырвалось у нее.

Фред не шевельнулся. Его лицо казалось вырезанным из гранита, взгляд стал тяжелым.

— Не думаю, что это хорошая мысль, Паула. Забудь об этом. Я боюсь не справиться с собой…

Паула почувствовала, что мучительно краснеет. Боже, какая же она идиотка!

— Ты прав. Я уже большая девочка и не нуждаюсь в том, чтобы кто-то удерживал меня от опрометчивых поступков.

Фред на мгновение прикрыл глаза.

— Все будет хорошо, вот увидишь. Ты просто слишком разнервничалась. Мы найдем его, я обещаю.

Паула молча уставилась в свою тарелку. Он снова пренебрег ею, как и два года назад! Слезы навернулись на глаза. Вся ее жизнь была разрушена, а она даже не знала почему…

— Пойдем, детка. — Фред неожиданно взял ее за руку, поднял, провел в гостиную и усадил к себе на колени, как ребенка. — Хотя это не очень хорошая идея, потому что грешные мысли возникают у меня в голове каждый раз, когда я обнимаю тебя…

Но, вопреки словам, его прикосновения были лишены чувственности. Зарывшись лицом в волосы Паулы, он прижал ее к своей груди и стал нежно поглаживать по спине.

Паула вздохнула, прильнув к нему, и расслабилась впервые за последние дни. Фред сделает все для ее безопасности. Он найдет преступника и арестует его. Жизнь снова войдет в привычную колею. Впереди ее ожидало спокойное, но одинокое будущее без любимого мужчины…

А Фред между тем пытался вспомнить свой самый отвратительный проступок, за который мог быть наказан так жестоко: держать Паулу в объятиях только ради ее спокойствия. Он хотел целовать и любить ее! Хотел найти для нее место в своей жизни и удержать возле себя. Но Фред знал, что ничего не получится. И она тоже должна знать это. Хорошо, что Паула не упоминает о том времени, когда они были вместе: он бы такого просто не вынес.

Паула думала о том, что будет помнить эти мгновения всю жизнь. Уткнувшись лицом в его грудь, она прислушивалась к биению сердца, четкому и размеренному, дающему жизнь мужчине, который был ей несказанно дорог. Чувствовала сталь мускулистых рук, которые сейчас так нежно убаюкивали ее. Боже, как ей хотелось остановить время и остаться с ним навсегда! Паула знала, что даже если доживет до ста лет, то и тогда будет любить Фредерика Митчелла!

Но жизнь — нечестная штука. Потеряв родителей, когда была еще совсем маленькой, она лишилась многих радостей детства. А потом оказалось, что и любовь к мужчине может быть безответной. Вздыхая тихонько, Паула чувствовала, как слезы выступают на глазах при мысли о том, какой могла бы стать ее жизнь, но не стала…

— Мне так хорошо с тобой, — прошептала она, обнимая Фреда за шею и заглядывая ему в глаза.

Губы любимого были всего в нескольких дюймах, она чувствовала его дыхание на щеках и тепло, исходящее от его тела.

— Не надо… — Фред взял в ладони ее лицо и смахнул слезинки с ресниц. — Я никому не дам обидеть тебя, не бойся.

— Все в порядке. Я уже ни о чем не беспокоюсь.

— А может, тебе стоит побеспокоиться… обо мне? — С этими словами Фред наклонился и поцеловал ее.

Она приоткрыла губы, и мир закружился вокруг в ошеломляющем водовороте. Фред осторожно уложил ее на диван, и сам лег рядом, не отрываясь от ее рта. Их поцелуй длился бесконечно. Дыхание остановилось, кровь кипела в венах, согревая каждую клеточку, и стучала в ушах. Они забыли о времени, перенесясь в чудесный мир страсти и любви.

Когда Фред наконец отодвинулся, ей показалось, что все закончилось слишком быстро. Паула протестующе застонала, и он поцеловал ее снова, а затем резко встал и подошел к окну.

— Пойдем погуляем. Снег перестал идти. Облачно, но надеюсь, мы не замерзнем.

Паула удивленно смотрела ему в спину. Что случилось? Секунду назад он целовал ее так, будто никогда не наступит завтрашний день, а теперь спокойно предлагает пойти погулять! Подавленная и растерянная, она села на диване и откинула назад волосы. Что-то было не так, раз она не смогла удержать его страсть…

— Спущусь через минуту, — вздохнув, сказала она и отправилась в спальню.

Закрыв за собой дверь, Паула прислонилась к ней спиной, вспоминая чудесный поцелуй, долгий, как жизнь. Почему Фред снова отказался от нее?.. Она тряхнула головой, взяла со столика расческу и быстро заплела волосы в косу, чтобы ветер не растрепал их. У ее отражения в зеркале были сверкающие глаза, раскрасневшиеся щеки и ярко-розовые губы. Паула отвернулась от зеркала с тяжелым сердцем.

Фред уже оделся и стоял у двери. Паула натянула вязаную шапочку и шерстяные варежки.

— Я готова, — преувеличенно бодро сказала она, решив во что бы то ни стало уехать домой завтра.

Когда Паула вышла на крыльцо, у нее перехватило дыхание от холодного воздуха. Снег толстым слоем лежал на ветках деревьев, и они прогибались под его тяжестью. Машина Фреда превратилась в сугроб, и под ним невозможно было угадать ее форму. Пауле вдруг стало весело. Смеясь от удовольствия, она сбежала по ступенькам, и на белом ковре появились первые отметины.

— Как здорово! Здесь до нас еще никто не ходил!

— Хочешь помочь сгрести снег? — Фред стоял на крыльце и улыбаясь наблюдал за ней.

— Мы так не договаривались! Ты, кажется, звал меня погулять.

Паула храбро двинулась вперед, надеясь, что не провалится в сугроб. Ноги глубоко погружались в снег, и он фонтанчиками разлетался в стороны при каждом шаге. Через пару секунд Фред присоединился к ней.

— Тебе это не напоминает детство? — Паула заглянула ему в глаза, счастливо улыбаясь. — Мы старались поскорее закончить домашние дела и бежали играть в снежки.

Фред покачал головой.

— Ты забыла, я из Бостона. Там нет таких пространств, а рядом с каждым домом — стоянки машин. Как только выпадал снег, его тут же сгребали.

Паула выдохнула облачко пара, лукаво взглянула на него и спросила невинно:

— Неужели ты никогда не играл в снежки?

— Редко. Там, где я жил, детей было мало. А ты хочешь поиграть?

Она покачала головой.

— Не очень.

— А как насчет снежных ангелов? Хочу увидеть хотя бы одного, достойного премии!

Паула неожиданно развернулась и упала на спину, прямо на мягкое пушистое покрывало. Очень медленно и осторожно она стала поднимать и опускать руки, взбивая снег вокруг.

— Для того чтобы получился безукоризненный снежный ангел, нужно, чтобы ты помог мне подняться. Иначе я разрушу контур и испорчу все. Не задень край! — предупредила она.

Фред рассмеялся и, схватив ее за руки, потянул вверх.

— Ну, как? — спросила она ликующе.

Сердце колотилось от радостного возбуждения. Ей нравился его смех. Что еще сделать, чтобы он рассмеялся?

— Отлично!

Но глаза Фреда смотрели на нее, а не на контур в снегу, и их блеск гипнотизировал Паулу.

— Все дело в технике. Нельзя подниматься самому. Мои братья всегда торопились и не хотели ждать помощи. Поэтому их ангелы…

На самом деле ей хотелось, чтобы он снова поцеловал ее! Как тогда, на диване.

— Пойдем, а то замерзнешь, — сказал Фред. — Я запомню. Все дело в технике.

— Со снеговиками то же самое, — говорила Паула, едва поспевая за ним.

— Тоже нужно знать технику?

— Конечно! Брайан всегда хотел слепить самого большого снеговика в мире. Мы скатывали такой огромный снежный ком, что просто не могли поднять на него следующий. Он оказывался слишком тяжелым для нас.

— Вы тогда были детьми. Думаю, мы смогли бы сейчас слепить снеговика намного большего, чем хотел твой брат.

— Это было бы здорово!

Пока они катали снежные шары, Паула рассказывала Фреду об их веселых проделках, о том, как мать старалась, чтобы дети не сидели без дела долгими зимними вечерами, о домашних обязанностях и развлечениях. Счастливые воспоминания захлестнули ее.

Фред слушал зачарованно. Он мало, что мог рассказать в ответ, но сейчас это не имело значения. У Паулы историй хватало на двоих. Второй ком они подняли вместе, шатаясь под его тяжестью, осторожно укрепили на основании и утрамбовали снег вокруг, чтобы он не скатился. Голову снеговика Фред водрузил сам.

— Нам нужен фотоаппарат! — заявила Паула, когда они вылепили снеговику нос. — Брайан ни за что не поверит на слово.

— Фотоаппарата, к сожалению, нет.

— Вот досада! Брайану всегда кажется, что он все знает лучше всех и что он самый умный. Еще решит, что я выдумываю. — Паула притворно вздохнула, однако в глазах ее плясали озорные искорки. — Но даже если не удастся убедить Брайана, мы-то знаем, что наш снеговик самый большой в мире!

Фред вдруг стал на удивление молчаливым. Он смотрел на снеговика и только кивал с отсутствующим видом. Его мысли явно витали где-то далеко.

— Ей, Фред, очнись! — потянула его за рукав Паула.

— Что?

— Ты где?

— Просто задумался… Хочешь вернуться?

— Нет. Давай пройдем немного дальше.

Паула слегка отвернулась, чтобы он не догадался о ее планах. Радостное возбуждение нарастало. Она чувствовала себя беззаботным, счастливым ребенком.

Они уже отошли довольно далеко от своего творения. Снег становился глубже, идти было труднее. Вскоре они вошли в небольшую рощу, и Паула слегка отстала, вытаскивая из сапога набившийся снег. Фред продолжал идти медленно, чтобы она могла догнать его.

Момент был подходящий. Захватив полную пригоршню снега, Паула слепила комок, подкинула его, поймала, снова подкинула и снова поймала. Фред обернулся и подозрительно взглянул на нее.

— Я же сказал, что не играю в снежки!

— Серьезно?

— Напрасно теряешь время, дорогая. — Он с опаской наблюдал за ее действиями.

— Может, поспорим? — спросила она тихо.

Фред отступил на шаг, Паула продвинулась еще на фут, и он тут же отошел на точно такое же расстояние. Победно усмехаясь, она кинула снежок, и он попал прямо в ветку дерева, под которым стоял Фред. Целый сугроб обрушился на него, несколько мгновений Фреда совсем не было видно.

Громко смеясь, Паула развернулась и побежала изо всех сил. Она такое часто проделывала в детстве с Мартином и Брайаном, поэтому очень хорошо усвоила правила игры. Но Фред быстро догнал ее, толкнул лицом в снег. От смеха не было сил сопротивляться: он был таким забавным, когда снежная лавина обрушилась на него!

Фред перевернул ее на спину, стащил шапочку и, схватив пригоршню снега, сунул за шиворот.

— Перестань! Холодно! — взвизгнула она, пытаясь увернуться, но он крепко держал ее. — Ладно, сдаюсь. Извини!

Паула пыталась быть серьезной, но не удержалась и прыснула со смеху, начисто опровергнув искренность извинения.

— Этого недостаточно!

— Ну хорошо…

Ее губы были холодными, но щека Фреда оказалась еще холодней, когда она нежно поцеловала его.

— Знаешь, я сейчас с большим удовольствием повалялась бы перед камином…

Фред обхватил ее лицо ледяными руками, и Паула утонула в темной загадочной глубине его глаз. Раскрасневшееся лицо, изогнутые в восхитительной улыбке губы — она была очаровательна!

— А ты знаешь о том, что сводишь меня с ума?

— Я просто хотела пошутить, — пробормотала Паула со смущенной улыбкой.

Но Фред не улыбнулся в ответ. Глубоко вздохнув, он поднялся и подхватил ее.

— Вставай, замерзнешь. Нам давно пора домой. Только теперь иди рядом.

— Насколько близко? — прошептала. Паула, убедившись, что он не слышит.

Фред тщательно сохранял между ними дистанцию в пару футов. А ей так хотелось, чтобы он дотронулся до нее! Если Фред захочет взять ее за руку, она тут же снимет варежки… Но рядом с ней сейчас шел мужчина еще более чужой, чем раньше. Паула терялась в догадках. Почему он вдруг переменился? Ведь только что им было так весело вместе!..

Дома Фред развел огонь и, приказав Пауле переодеться во все сухое, опять отправился в сарай возиться с аэросанями. Паула смотрела, как за ним закрылась дверь, и чувство безысходности нахлынуло на нее. На самом деле он ушел от нее два года назад и вовсе не собирался возвращаться. Каждая их встреча могла стать последней. Вот и сейчас все было прекрасно до тех пор, пока она не сказала, что хотела бы оказаться с ним у камина. Фред без слов выразил свое отношение к этому так же ясно, как если бы хлопнул перед ней дверью…

— Что тут такого? Он же сам целовал меня! — обратилась она к пустой гостиной и, не получив ответа, отправилась в спальню переодеваться.

Обед прошел в напряженном молчании: они говорили, если только слова были абсолютно необходимы. Когда Фред сказал, что вымоет посуду, Паула восприняла это как прозрачный намек на то, что он не хочет ее видеть.

— Я должна уехать завтра, — твердо произнесла она, ставя тарелку в раковину.

— Ты могла бы остаться еще хотя бы на день.

— Это невозможно. Видишь ли, у меня своя жизнь, к которой мне нужно вернуться: я ведь не всегда была жертвой преступления. Я ценю то, что ты привез меня сюда на уик-энд, и надеюсь, что у полиции было достаточно времени, чтобы поймать злоумышленника. Существует множество вещей, которые мне необходимо сделать.

— Что, свидание горит? — спросил Фред со злой усмешкой.

— Вполне возможно, — отрезала Паула, стремясь покончить с этим разговором, и вдруг поняла, что ужасно соскучилась по своему дому.

— Нет у тебя никакого свидания, — уверенно сказал он.

Фред смотрел на нее так, будто пытался заглянуть в душу, но она смело выдержала его взгляд.

— А вот это уже не твое дело! Мы встречались с тобой пару лет назад, а потом расстались. С тех пор моя личная и общественная жизнь не имеет ничего общего с твоей!

Фред побледнел, черты его лица словно окаменели. Только сверкающие глаза выдавали обуревающие его сильные чувства.

— Ты права. Меня не касается твоя жизнь. Я отвезу тебя утром. Не хочу испытывать судьбу на дороге сегодня вечером.

— Значит, завтра? Отлично. Спасибо.

Высоко держа голову, Паула поднялась в спальню и закрыла дверь с преувеличенной осторожностью. Как ей хотелось, чтобы он попросил ее остаться, дал понять, что она ему небезразлична! Но он сразу согласился на ее отъезд. Довольно иллюзий! Пора смириться с тем, что Фред остался в прошлом и никогда не станет частью ее настоящей жизни.

7

— Ванная свободна, — объявила Паула, входя в кухню на следующее утро.

Она не хотела смотреть на Фреда, но все же заметила, что сегодня он надел рубашку. Упакованную сумку она поставила у выхода, куртка и шапка были там же. Можно было ехать сразу же после завтрака.

Все происходило словно во сне. Паула механически готовила овсянку, накрывала на стол, разливала кофе. Скоро она будет свободна. Не придется больше следить за каждым словом, каждым жестом, чтобы не выдать себя. Свободна от постоянного желания дотронуться до него. И свободна от сердечной боли, в которой захлебывалась?

Услышав шум воды в душе, Паула замерла на мгновение и с грустью подумала, что их «игра в семью» подходит к концу. Это продолжалось недолго, и было довольно забавно… Она вытащила список вещей, который Фред попросил составить, и положила на стол около его прибора. Теперь уже все равно, последует он ее советам или нет. Она никогда не узнает об этом.

Всю дорогу до города они молчали. Шоссе уже расчистили от снега, и ехать было приятно. Затормозив у дома Паулы, Фред выключил двигатель.

— Дай мне ключи. Хочу убедиться, что все спокойно.

Паула кивнула. Легче уступить, чем спорить. Фред вышел из джипа, открыл входную дверь и вошел внутрь. Ожидая его возвращения, Паула стояла в стороне. Он появился довольно скоро и сказал официальным тоном:

— Никаких признаков незаконного вторжения.

— Спасибо, офицер. Ценю вашу помощь.

Она шагнула за порог и хотела захлопнуть дверь, но Фред удержал ее за руку.

— Утром заеду за тобой и подкину до университета. А когда твою машину починят, помогу забрать ее.

— Спасибо. Обойдусь. У меня есть друзья.

— И все-таки я заеду утром, — повторил он тоном, не терпящим возражений.

— Что ж, хорошо.

На этот раз ей удалось захлопнуть дверь. Потом она долго стояла и прислушивалась, как Фред заводил машину и разворачивался…

К счастью, было много дел, отвлекающих от грустных мыслей. Паула работала над планами занятий, расчищала от снега дорожку перед домом, зашла ненадолго к соседям, чтобы поболтать. Жизнь вернулась в привычное русло…

Фред опаздывал уже на пять минут, и Паула занервничала. Он был слишком хорошим полицейским и дисциплинированным человеком, чтобы позволить себе сорвать ее занятия. А еще она удивлялась тому, что он до сих пор не раскрыл дело. Фред не мог не знать, что у нее не было никаких мужчин после их расставания. Так зачем же он спрашивал ее? Действительно ли подозревал, что кто-то мог инсценировать взломы ради мести, или это было простое любопытство?

Паула так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как подъехала машина, и, услышав гудок, вздрогнула от неожиданности. Надев пальто и схватив портфель, она вышла на улицу. Фред распахнул перед ней дверцу.

— Доброе утро.

— Доброе утро. — Она решила вести себя так же официально, как и он.

Дорога заняла меньше десяти минут. Они подъехали к зданию факультета и остановились. Пауле не хотелось встречаться с Фредом взглядом, и, уставившись ему в подбородок, она произнесла:

— Спасибо, что подвез.

— Твоя машина будет готова в два. Я захвачу тебя отсюда, и мы заберем ее.

— Но я могу…

— Не спорь, Паула! Делай то, что тебе говорят!

— Вот как?! Хочу тебе сказать, Фредерик Митчелл, что я буду делать то, что считаю нужным, а не то, что какой-то полицейский приказывает мне!

Он резко провел рукой по волосам и мрачно уставился на нее.

— Я не сомкнул глаз прошлой ночью! Мне необходимо сделать тысячу дел! И если я нашел время для того, чтобы приехать и помочь тебе забрать машину, то лучше дождись меня здесь!

Фред склонился над ней, в бешенстве оттого, что срывались его планы. В хриплом голосе было столько сдерживаемой ярости, что Паула испуганно моргнула.

— Хорошо. Буду ждать тебя в два.

Она выскочила из машины и хлопнула дверцей. Что с ним случилось? Почему он не спал прошлой ночью? И почему так беспокоится о том, чтобы отвезти ее? Мог бы попросить кого-нибудь другого сделать это. Да и у нее есть друзья, которые с радостью помогут. Ведь она ясно дала понять, что не хочет ни в чем зависеть от него!

Задумчиво покачивая головой, Паула направилась к лестнице. С тех пор как ее кабинет перенесли на третий этаж, ей нравилось подниматься по ступенькам вместо утренней зарядки. Лестницы располагались в обоих концах длинного здания, но ими почти не пользовались, предпочитая лифты. Вот и сейчас здесь было безлюдно.

Паула уже миновала первый пролет и так была погружена в свои мысли, что не сразу заметила человека, спускающегося ей навстречу. Неожиданно оказавшись перед ней, он резким движением выхватил из ее рук портфель.

Паула потеряла равновесие, ударилась головой о стену и упала. Когда сознание вернулось, она поняла, что лежит у подножия лестницы. Болели затылок и запястье, на локте алела ссадина. Паула села с большой осторожностью и слегка тряхнула головой. Тело сразу заныло от боли.

Боже, украли портфель!

Паула попыталась встать, но застонала и снова осела на пол. Нет, подняться самой не удастся. Услышав голоса неподалеку, она позвала на помощь. Почти мгновенно послышался топот ног — к ней бежали люди.

Паула сидела одна в приемном покое больницы, когда за стеной послышался голос Фреда.

Ссадина на голове была уже промыта и обработана, щиколотка и запястье перевязаны. Перед этим ей сделали рентген и сказали, что серьезных повреждений нет. Пауле пришлось ответить на вопросы университетской полиции, и теперь она ждала, чтобы кто-нибудь отвез ее домой. Руководство факультета было поставлено в известность о случившемся и отменило занятия.

Паула считала мгновения с тех пор, как услышала родной голос. Хорошо, что хоть с ним все в порядке!

— Черт возьми, что случилось?!

Фред ворвался в Приемный покой, как разъяренный бык. Казалось, он готов был сокрушить все на своем пути. Волосы его спутал ветер, в прищуренных глазах притаилась ярость.

— Ты в порядке? — спросил Фред с порога.

Он склонился над ней, нежно откинул волосы с лица и провел пальцами по ссадине на лбу.

— Почти…

Паула заморгала, с трудом сдерживая слезы. Так хотелось, чтобы он обнял ее, прижал к груди! Нервно вздохнув, она попыталась взять себя в руки.

— Я же должен был быть рядом! — Голос его звучал мягко и нежно, злость куда-то ушла. — И как это я не доглядел?!

— Ты не виноват, — произнесла Паула, дотрагиваясь до его плеча.

Интересно, кто кого должен поддерживать? Так или иначе, присутствие Фреда окончательно привело ее в чувство.

— Я провожу тебя домой.

— Фред, будь благоразумен! Ты же не собираешься теперь повсюду сопровождать меня? Уверяю тебя: мне лично ничто не угрожает. Этот человек что-то ищет, но в его планы не входит расправиться со мной. Он меня не толкал, если бы я не потеряла равновесия, то не упала бы. Все случилось так быстро, что я не успела отреагировать.

Фред внимательно посмотрел на нее и слегка дотронулся до запястья.

— Ничего не сломано?

Она покачала головой.

— Нет, только несколько царапин и синяков. Хуже всего то, что я растянула голеностоп. Но врач сказал, что это пройдет через несколько дней.

— Что было в портфеле? — Превращение заботливого друга в полицейского было мгновенным.

— Ничего важного. Планы занятий. Боже мой, неужели снова придется их составлять?! Это становится просто нелепым!

— Там должно было быть что-то еще, кроме планов. Думай, Паула!

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел дежурный врач.

— Этот человек будет сопровождать вас домой? — спросил он, подозрительно разглядывая Фред?..

— Да, я забираю ее. Какие будут инструкции?

— Несколько минут назад мы ей все объяснили. Нельзя вставать на поврежденную ногу пару дней. Повторный визит — через неделю.

Пришла медсестра, толкая перед собой кресло на колесиках. Опередив всех, Фред поднял Паулу на руки и усадил в кресло.

— Я позабочусь о ней и прослежу, чтобы ваши рекомендации были выполнены, — сказал он грубовато.

«Кто бы говорил!» — хотела возразить Паула, но благоразумно промолчала. Будет еще время сказать Фреду все, что она думает по этому поводу, когда они покинут больницу.

Подъехав к дому, Фред взял у нее ключи, открыл дверь и, вернувшись к машине, снова поднял ее на руки.

— Я доберусь сама, — пыталась протестовать Паула. — Отпусти, я тяжелая.

— Ты совсем не тяжелая. Думаю, даже похудела за последние два года. Нужно больше есть.

— Я ем достаточно!

Поняв, что сопротивляться бесполезно, она обвила рукой шею Фреда и даже сквозь одежду почувствовала жар его тела. Хотелось положить голову ему на плечо и хотя бы ненадолго забыть обо всем…

Фред прошел прямо в спальню, осторожно уложил ее на кровать, помог снять пальто, сапоги, вязаный свитер, а затем внимательно огляделся. И его снова поразила кровать. Интересно, когда она ее приобрела и почему? Незамужняя, одинокая женщина не нуждается в кровати королевских размеров. Всегда ли она была одна? Фред бросил быстрый взгляд на Паулу, которая с удивлением наблюдала за ним.

— Мне нужно появиться в участке, съездить домой и взять кое-какие вещи. Вернусь через пару часов. Пока я не ушел, может, тебе что-нибудь надо?

— Вернешься? Зачем? Я могу попросить Лайзу помочь мне.

— Ну уж нет, дорогая. Больше я не оставлю тебя одну, пока мы не найдем этого парня.

— Фред, но у меня нет второй спальни!

— Значит, буду спать в гостиной.

— Но диван слишком маленький для тебя!

— Ничего, переживу.

— Фред, это невозможно! Что скажут соседи?..

— Нужно было думать раньше. Если бы мы остались в доме в горах, ничего бы не случилось.

— Но я же работаю! — возразила Паула, прекрасно зная, что не это было причиной ее отъезда.

— Что находилось в портфеле?

— Ты меня уже спрашивал.

— И спрашиваю еще раз, потому что ты ничего толком не сообщила.

— Да, не следует забывать о том, что ты полицейский…

Не следует забывать о другом: они не виделись более двух лет и встретились вновь совершенно случайно. Когда Фред закончит расследование, они расстанутся уже навсегда. Внутренний голос предостерегал ее от новых ошибок.

— Ну ладно. Там было много всего. Журнал посещаемости занятий, расписание весеннего семестра, набросок статьи для научного журнала, приглашение на вечеринку в честь новоиспеченного профессора на нашем факультете… — Паула закрыла глаза, пытаясь вспомнить, что еще находилось в портфеле. Больше всего ее волновала потеря планов занятий, и она с трудом могла думать о чем-то другом. — Погоди… Еще там был какой-то конверт из деканата, но я не успела его вскрыть. Он пришел в выходные. Не думаю, что в нем содержалась какая-нибудь важная информация.

Фред озабоченно нахмурился.

— Расскажи о статье для журнала. Может, ты совершила какое-то выдающееся открытие?

— Нет, это просто еще одно решение много раз обсуждавшейся теоремы. Если статья будет иметь успех, я окажусь на одном уровне с известными специалистами, но она не стоит того, чтобы ее красть. Кроме того, если кто-то попытается ее опубликовать, сразу станет ясно, что это преступник.

— В университетском отделении полиции мне сказали, что ты не узнала нападавшего.

— Нет. Он был в лыжной маске, темно-синей куртке и темных джинсах. Высокий — во всяком случае, выше меня. Все произошло так быстро, что я больше ничего не заметила.

— Паула, ты умная женщина. Подумай, что у тебя могло быть такого, что он хочет или хотел получить. Постарайся вспомнить до того, как я вернусь.

— Но я не хочу, чтобы ты возвращался! — упрямо сказала она.

Фред наклонился, убрал волосы с ее лица и, взяв теплой ладонью за подбородок, внимательно посмотрел в глаза.

— Мне необходимо остаться, чтобы быть уверенным в твоей безопасности.

Перед тем как уйти, он поцеловал ее в лоб. Прикосновение его губ было легким, едва уловимым. Паула откинулась на подушку и попыталась расслабиться. Нервы были взвинчены после нападения, не давала покоя мысль о том, что Фред проведет с ней целый день, а может быть, и ночь. Ей не хотелось, чтобы в милом уютном собственном доме остались следы его пребывания… Расстроенно вздыхая, Паула закрыла глаза. Ничего не поделаешь. Казалось, они связаны безжалостной судьбой, с которой невозможно бороться. Оставалось только плыть по течению, как бы долго это ни продолжалось…

Паула то начинала дремать, то просыпалась. Она слышала, как вернулся Фред, но была слишком слаба, чтобы предпринять что-нибудь, перевернулась на другой бок и забылась беспокойным сном.

Под вечер Паула проснулась бодрая и голодная. Она пододвинулась к краю кровати и осторожно села, не спуская ноги на пол. Локоть саднило довольно сильно. Когда она начала прикидывать расстояние до ванной, в дверях появился Фред и, прислонившись к косяку, спросил:

— Помочь?

Он вошел так внезапно, что Паула вздрогнула. В тусклом свете бра Фред был окутан причудливыми тенями и казался загадочным и опасным.

— Сама справлюсь. Лодыжка почти не болит, а до ванной недалеко.

— Врач велел тебе не опираться на больную ногу несколько дней. — Фред решительно подошел к ней, без малейшего усилия поднял на руки и отнес в ванную. — Позови, когда закончишь, — сказал он перед тем, как закрыть дверь.

Фред сам приготовил ужин, и, внеся Паулу в гостиную, осторожно усадил на диван. Мягкая музыка лилась из стереопроигрывателя, занавески были задернуты, и свет лампы окрашивал комнату в теплые тона. Паула снова пожалела, что в доме нет камина, вспомнив о чудесных вечерах, которые они провели в горах.

— Вкусно, — похвалила она, попробовав куриную запеканку.

— Спасибо. Это легко.

— Даже представить себе не могла, что ты умеешь так хорошо готовить!

— Должен же я что-то есть. Думаешь, я питаюсь в ресторанах?

Паула пожала плечами. Когда-то они часто обедали в ресторанах, а в горах готовила она.

— Где ты этому научился?

— Дома. Когда был подростком, то сам готовил ужин, потому что мой дядя поздно возвращался домой. Как правило, ночью.

— Ты жил с дядей?

Паула еще раз подумала, что очень мало знает о нем. Она спрашивала его как-то о родителях, но Фред сказал только, что они умерли.

— С шести лет и до поступления в колледж.

— Ты готовил для вас двоих?

— Да. Он никогда не был женат.

Паула задумчиво смотрела на него. Они никогда не говорили о его прошлом, слишком захваченные настоящим. Да и встречи их продолжались всего пару месяцев. За это время можно успеть только влюбиться…

— Расскажи мне о своем детстве.

Фред пожал плечами.

— Что рассказывать? Мы жили вдвоем в небольшой квартире. Дядя всегда был очень занят, вот я и научился готовить.

— Ты часто с ним видишься?

— Он умер, когда я учился в колледже.

— Члены вашей семьи не отличаются долголетием, — заметила она.

Фред криво усмехнулся.

— Это были несчастные случаи. Родители погибли в авиакатастрофе. Дядя был полицейским. Но он умер не на работе, а разбился, упав с крыши, когда помогал другу перестраивать дом.

— Ты из-за него стал полицейским?

— Да.

— Так, значит, у тебя практически не было семьи…

Фред покачал головой и прищурился, пытаясь понять, куда она клонит.

— Я тоже потеряла родителей, но у меня всегда были Мартин и Брайан. Теперь есть еще Бетти и ее ребенок.

— Это жена Мартина?

Паула кивнула улыбаясь.

— Их последняя семейная фотография на второй полке. Правда, милый ребенок? Мартин так безумно любит сына, что можно подумать, будто это он изобрел отцовство. Надо сказать, Бетти он любит почти так же сильно, — вздохнула она.

Паулу внезапно охватила тоска. Она завидовала счастливой избраннице старшего брата. Как жаль, что Фред не любит ее и никогда не полюбит!

— А твоя великая любовь, судя по всему, не состоялась, — заметил он мягко, словно прочитав ее мысли.

Паула вспыхнула, задетая словами Фреда. Мог бы не подчеркивать, что ее чувство к нему безответно. Нельзя быть таким жестоким!

— Выходит, что так, — с достоинством ответила она. — Но я этого не стыжусь и ни о чем не жалею.

— Извини…

Паула поняла, что он искренне раскаивается. Фред не был жестоким, просто не любил ее… Она отодвинула тарелку.

— Спасибо за ужин. Все было очень вкусно.

— Хочешь кофе? — Фред поднялся, собрал тарелки и направился в кухню.

— Да. Там есть бренди. Налей немножко. — Верное лекарство от боли и горя…

Он принес кружки, наполненные ароматным кофе, и два бокала. Передав кружку и бокал Пауле, Фред сел рядом и, положив руку ей на спину, стал перебирать распущенные волосы.

— Если бы я мог что-то изменить, то сделал бы это для тебя, — сказал Фред глухо и, обняв ее за плечи, прижал к себе.

— К сожалению, это не в твоей власти, — грустно произнесла Паула.

— Ты права. Как ни печально, нельзя заставить человека любить тебя, даже если тебе этого очень хочется.

Слова Фреда отозвались болью в сердце Паулы. Она слишком хорошо знала, что ее мечтам не суждено сбыться!

— Что-нибудь прояснилось, пока я спала? — Она слегка отстранилась, пытаясь скрыть слезы, навернувшиеся на глаза.

— Ничего нового. Никто, кроме тебя, не видел его. Зато твой портфель нашли на скамейке у здания геологического факультета. Самое поразительное, что из него, судя по всему, ничего не пропало.

— Значит, он опять не нашел то, что искал…

— Очевидно. Но все равно непонятно, почему он не выбросил портфель. Ведь до сих пор он ничего не возвращал тебе. Кстати, мы исключили версию, связанную с ВВС. Никто из тех, с кем мы говорили, даже не знал, что ты работаешь на них.

— Ты что, рассказал об этом всем моим знакомым?!

— Я никому ничего не рассказывал. Мы просто опрашивали людей, которые могли бы дать нам хоть какую-то нить.

— Работа на ВВС была секретной. Я действительно не говорила о ней никому. Это было их требованием.

— Не беспокойся. Мы действовали очень осторожно.

— Так, значит, остается университет?

— Видимо. Если только ты не обладаешь совершенно секретной формулой увеличения жирности молока у коров, которую мечтает получить какой-нибудь синдикат.

Паула рассмеялась.

— Нет. Оставим это для Брайана. Я, кстати, езжу иногда на ранчо и помогаю ему, но для меня это никогда не было делом жизни. А ты бывал когда-нибудь на ранчо?

— Представь себе, нет. Я свято верю в то, что говядина появляется сразу в супермаркетах, аккуратно упакованная, и не имеет ничего общего с мычащими в загонах животными.

— Ты — типичный городской житель!

Пауле вдруг захотелось пригласить его на ранчо. Она могла поспорить, что ему бы понравилось там. Ей казалось, что между ним и ее братьями есть нечто общее. Все они точно знали, чего хотят от жизни. Даже самоуверенность была такой же. Паула улыбнулась, представив себе их встречу. Глотнув бренди, она ощутила разливающееся по телу приятное тепло. Вскоре утихла боль в лодыжке и запястье. Может, и сердечная боль утихнет так же?

— Да, камина здесь точно не хватает. Хочешь, вернемся в горы? — прошептал Фред, придвигаясь ближе, и Паула сразу напряглась.

— Ты собираешься покупать вещи из списка? — полюбопытствовала она.

— Конечно, но только вместе с тобой. Я боюсь выбрать не то, что нужно.

— Там все ясно написано.

Она твердо решила, что не поедет с ним по магазинам. «Игра в семью» закончилась!

Фред достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги.

— Тут упоминаются какие-то картины. Что ты имела в виду?

— Видишь ли, картины — это такие образы, возникающие в воображении художника и запечатленные на полотне для того, чтобы их вешали на стены.

Фред усмехнулся и окинул взглядом комнату с многочисленными репродукциями произведений Мориса Утрилло.

— Ладно, согласен на картины. Но с одним условием: ты выберешь то, что будет напоминать мне твой дом. Он очень милый и симпатичный. Совсем как ты…

Наклонив голову, он поцеловал ее, и Паула ощутила запах кофе и бренди. Вздохнув, она приоткрыла губы, наслаждаясь каждой минутой, проведенной в его объятиях. Фред взял бокал из ее онемевших пальцев и поставил на стол рядом со своим. Притянув Паулу к себе, он вновь и вновь целовал ее, перебирая пальцами шелковистые волосы, а потом коснулся груди.

У Паулы перехватило дыхание и бешено забилось сердце. Она придвинулась ближе, желая стать его частью, чтобы ничто не могло разделить их. Язык Фреда скользнул между ее губ, Паула подалась ему навстречу и обвила руками широкие плечи. Он целовал ее так, будто хотел утолить давнюю жажду.

Реальность отодвинулась на второй план, и они оба плыли в облаке восторга, одурманенные страстным желанием. Но Паула хотела большего. Она бы отдала ему все, чего бы он ни попросил! Однако Фреду, казалось, было достаточно поцелуев. Поцелуев, которые приносили наслаждение, никогда прежде не испытанное.

К черту, к черту, к черту! Почему он не может любить ее?! Как ужасно сходить с ума по человеку, который сожалеет о том, что не может полюбить ее! Паула знала, что будет тосковать по этим объятиям всю жизнь. Ничто не сможет сравниться с ними, никогда уже другие поцелуи не удовлетворят ее. И это было несправедливо. Если он не хочет ее, то не должен целовать и обнимать так! Ведь теперь никакой мужчина не сможет заменить его. Ей был нужен только Фредерик Митчелл!

8

Услышав телефонный звонок, Паула мгновенно проснулась, потянулась за трубкой и чуть не уронила ее в спешке.

— Алло.

— Как ты чувствуешь себя сегодня? — Знакомый голос, казалось, прозвучал совсем рядом.

Сощурившись, она села в постели, оглянулась и с изумлением обнаружила, что в окно ярко светит солнце.

— Который час?

— Одиннадцатый. Я решил, что ты уже должна проснуться. Я разбудил тебя?

— Да. Но ничего, все в порядке. Мне давно пора вставать. Ты где?

Паула приказала себе не думать о вчерашнем вечере, но, дотронувшись до губ, почувствовала, что они опухли, и невольно улыбнулась, вспоминая о поцелуях.

— В участке. Собираюсь взять в университете списки всех твоих студентов. Мы с тобой просмотрим фамилию за фамилией. Может, ты сообразишь, у кого есть причина для нападений на тебя.

— За прошлый семестр?

— За прошлый и нынешний. Ты сможешь встать сама?

— Конечно! Сегодня я чувствую себя намного лучше. Завтра мне необходимо вернуться к занятиям. Лекции можно читать и сидя.

— Посмотрим.

— Нет, не посмотрим! Я…

Фред повесил трубку, не дожидаясь разъяснений по поводу того, что она сама знает, как ей жить и чем заниматься. Паула разозлилась. Она должна пойти в университет и сделает это! Там есть лифт на третий этаж, и она прекрасно справится сама. В крайнем случае, можно взять напрокат кресло на колесиках и найти студента, который согласится возить ее.

Студент… Очевидно, Фред думает, что преступник — один из ее студентов. Но почему?

Паула была одета и сидела в гостиной, когда вскоре после полудня приехал Фред. Чуть раньше заходила Грейс — принесла ланч и на всякий случай трость, с помощью которой Пауле было бы проще передвигаться: из-за травмированного запястья она не могла пользоваться костылями. Услышав, что подъехала машина, Паула доковыляла до двери и встретила Фреда, гордясь собой.

Он взглянул на нее и, быстро оценив ситуацию, тут же подхватил на руки. Паула даже не успела запротестовать. Трость стукнулась об пол, когда ее руки взлетели, чтобы обнять Фреда.

— Так-то ты слушаешься врача?

Фред отнес ее в кухню и усадил на стул, под больную ногу заботливо подставив табуретку.

— Я не ребенок! — возмутилась Паула.

Она так гордилась тем, что может ходить сама, а он относится к этому как к преступлению!

— Но ведешь себя именно так. Это ланч? — Он кивнул на тарелку, доверху наполненную сандвичами.

— Да, Грейс принесла. Она знает, что я тут не одна, поэтому наготовила на целую армию. Думаю, она увидела, какой ты большой, и решила, что тебе нужно очень много еды, чтобы поддерживать форму.

— Съешь половину, а то ты слишком худая!

Фред снял пальто, повесил его в прихожую, потом достал тарелки с полки и сел напротив.

— Я достаточно много ем.

— Ты похудела за то время, что мы не виделись. Наверное, от неразделенной любви…

— У тебя что, пунктик? — Паула раздраженно придвинула тарелку к себе и взяла сандвич с жареным мясом. — Не вижу в этом ничего смешного. То, что ты не веришь в любовь, не означает, что и другие не верят!

— По-моему, ты слишком умна, чтобы чахнуть от любви.

— Мысль верная. Именно поэтому я и продолжаю жить. — Паула высокомерно приподняла бровь. — Принес списки студентов?

Фред вытащил из кейса довольно толстую пачку листов и положил перед ней на стол.

— Боже, у меня никогда не было столько студентов!

— Я на всякий случай захватил списки за прошлый год тоже.

— Думаю, не следует принимать в расчет первокурсников: ведь первое нападение произошло во время Рождественских каникул. Зачем им это?

— Затем же, зачем и всем остальным. Расскажи о каждом, — попросил Фред.

— Мы можем сократить список, убрав девушек. Юноши ниже пяти футов девяти дюймов тоже не годятся: он был выше меня.

— Хорошо, вычеркни их. — Фред подтолкнул к ней ручку.

Жуя сандвич, Паула читала список, останавливаясь иногда, чтобы порыться в памяти и вспомнить того или другого. Закончив, она удивилась, обнаружив, что съела и сандвичи, и салат.

— Все. Не хочешь приготовить кофе?

— Конечно.

Фред так уверенно двигался по кухне, как будто всю жизнь прожил тут. Без труда он нашел кофе, кружки и поставил кофейник на огонь.

— Что-нибудь вспомнила?

— Ничего такого, что можно было бы связать с этими злосчастными событиями. Не пойму, зачем кому-то из этих детей понадобилось врываться в мой дом и уродовать машину. С кабинетом было бы ясно, если бы сейчас шли экзамены. Но все произошло во время каникул… Нет, не думаю, что это был студент.

Фред пожал плечами.

— Может, и нет.

— Фред, я хотела попросить тебя… — Паула выводила пальцем узоры по краю тарелки. — Видишь ли, меня пригласили на вечеринку к новому профессору. В субботу вечером. Пойдем вместе?

Она задержала дыхание. Секунды казались вечностью. Наконец она отважилась взглянуть ему в лицо. Глаза Фреда казались темными и бездонными, в них ничего нельзя было прочесть.

— Зачем?

— Просто так! Мне бы очень хотелось, чтобы ты пошел…

Он отвернулся и налил в кружки кофе.

— Хорошо, если к тому времени не найдем преступника. Не хочу, оставлять тебя одну. Кстати, вполне могла бы и отказаться, сославшись на больную ногу. По-моему, это просто каприз.

Паула тихо вздохнула. Опять ей дали понять, что он рядом, пока ведется расследование. Как только поймают налетчика, она его больше не увидит…

— К тому же я совсем не умею общаться с профессорами университета, — проворчал Фред.

Паула улыбнулась:

— Я бы на твоем месте не беспокоилась. Тебе ничего и не надо будет делать. Женщины сами кинутся к тебе, чтобы хотя бы постоять рядом, а мужчины примутся доказать, что и они чего-то стоят.

Фред слегка покраснел, глаза его стали еще темнее. Паула никак не ожидала такой реакции на ее поддразнивание и была совершенно очарована. Не желая упускать удачу, она поспешно проговорила:

— Тебе придется вести машину. Можешь заехать за мной к семи.

— Я никуда не ухожу, — заметил он.

— Но мне не нужна сиделка!

— Паула, я не желаю это обсуждать. Конечно, можно было остаться в горах. Но здесь даже лучше. Хочешь вздремнуть?

— Не хочу! И не надейся, что я целый день буду лежать в спальне. У меня всего лишь растяжение, я, слава Богу, не инвалид! — выпалила она, чувствуя, что у нее сейчас начнется истерика.

— Тогда давай еще раз посмотрим список.

— Не хочу! Ни у одного из этих мальчиков нет причин вламываться ко мне! Я не желаю начинать все сначала!

— И часто ты так раздражаешься? — спросил он тихо.

Паула в упор уставилась на него.

— Это все из-за тебя! Уходи и оставь меня одну!

Фред встал, неторопливо поставил кружку на стол, надел пальто. Сердце Паулы замерло. Она вовсе не хотела, чтобы он уходил, хотя сознавала, что так было бы лучше всего. К черту, она мечтала только об одном: чтобы он остался и занялся с ней любовью!

— Я вернусь, — процедил он сквозь зубы, захлопывая входную дверь.

Паула в бессильной ярости стукнула кулаком по столу. В конце концов, почему она так злится, откуда это ощущение крушения надежд? Он сделал только то, о чем она сама его попросила!

Прыгая на одной ноге, Паула убрала со стола, проковыляла в прихожую и осторожно подобрала трость, которая все еще лежала там. Потом достала книгу и расположилась на диване. Она будет читать, потому что нет настроения работать, звонить кому-нибудь или спать.

К тому моменту, как вновь повернулся ключ в замке, Паула успела прочитать всего три страницы. Все мысли вертелись вокруг Фреда.

Свежий холодный воздух ворвался вместе с ним. Паула, казалось, без всякой причины сразу почувствовала себя гораздо лучше, и солнечный свет стал ярче.

Фред молча посмотрел на нее и прошел в спальню. Через мгновение он вернулся с парой шерстяных носков, бросил их ей и сказал:

— Надевай. Сейчас дам тебе пальто. Пойдем пройдемся.

— Куда?

Заинтригованная, она села и послушно натянула носки.

— В магазин. Я взял напрокат кресло на колесах.

— Но мне не нужно в магазин! Грейс принесла все необходимое.

— Замолчи и собирайся. Нужно же наконец купить вещи по твоему списку.

Паула почувствовала, что в ней поднимается волна предвкушения чего-то необычного. Да и нужно было удостовериться, что он выберет именно то, что было задумано. Так хотелось сделать его жилище уютным!

Скоро они ехали по дороге, ведущей в центр города.

— Мы могли бы походить по магазинам у нас, — заметила Паула.

— В торговом центре оборудованы специальные пандусы для инвалидных кресел, это очень удобно.

— Можно было бы походить пешком. Только взять трость…

— Поедешь в кресле! Врач велел беречь ногу.

— Ты так трогательно заботишься обо мне… Просто не знаю, чем тебе отплатить.

— Сделай то, что обещала, и не капризничай. Больше мне ничего от тебя не нужно.

Очень жаль, с грустью подумала Паула, а вслух сказала:

— Хорошо, я буду сама любезность во время этой прогулки!

— Что-то с трудом верится, — усмехнулся Фред.

— Ты меня просто плохо знаешь. Я могу быть очень милой.

Он посмотрел на нее и заметил самодовольную улыбку. С ней было легко даже тогда, когда она пыталась его подколоть. Улыбаясь, Фред размышлял о том, в чем заключается идея стать «очень милой» во время прогулки. Что Паула задумала на этот раз? Так или иначе, день обещал быть интересным.

С того момента, как Фред ввез ее по пандусу в торговый зал, она поставила себе целью сделать поход за покупками надолго запоминающимся предприятием. От братьев Паула слыхала, что мужчины терпеть не могут магазинов, и решила отомстить Фреду именно таким незаурядным способом.

Но Фред не остался в долгу: он с самого начала протестовал против каждого ее предложения. Сначала, Паула сражалась, как сумасшедшая, но потом поняла, что он тоже дразнит ее. Их споры по поводу занавесок и других предметов домашнего обихода становились все более и более взрывоопасными. Продавщица была явно озадачена, но старалась не показывать виду. В конце концов было куплено почти все, что они запланировали. Дождавшись, когда Фред вывезет ее из магазина, Паула повернулась в кресле и взглянула на него.

— Мы были отвратительны. Бедная женщина!

Фред усмехнулся в ответ:

— Ничего. Все в порядке. Она получит солидные комиссионные от такой крупной продажи. А зачем ты спорила со мной? Говорила же, что будешь «очень милой»

— Фред, я просто старалась быть благоразумной. Багровый коврик, который ты хотел купить для ванной, ужасен!

— Это моя ванная! Что хочу, то и покупаю… Чашечку кофе? — Он остановился рядом с кондитерской, где за стеклом витрины виднелись маленькие столики.

Глубоко вздохнув, Паула кивнула. Когда их заказ приняли, она продолжила свою атаку:

— Конечно, ванная — твоя, но ведь и другие будут ею пользоваться!

Фред откинулся на стуле, вытянул перед собой длинные ноги и посмотрел на нее с видом собственника — внимательно и лениво.

— Ты хорошенькая, когда споришь, — неожиданно сказал он.

У Паулы перехватило дыхание. Все это время он вел себя отвратительно по отношению к ней. Настоящий монстр! Но она никогда не боялась его — только своих собственных чувств… Его взгляд заставлял сердце биться быстрее. Хотелось броситься к нему на колени и задушить в объятиях. В голове вспыхнули воспоминания о поцелуях прошлым вечером. Она невольно облизнула губы, и Фред моментально заметил это. Он медленно протянул руки и погладил ее влажные губы подушечкой большого пальца.

Их глаза встретились. Он наверняка увидел в ее взгляде любовь, но Паула ничего не могла с этим поделать. Будь что будет! Это уже ничего не меняло.

— Находиться рядом с тобой опасно. — Голос Фреда был таким тихим, что она едва расслышала слова.

— Почему?

У нее тоже не было сил говорить громко. Связанная с ним прикосновением руки, завороженная его близостью, Паула вцепилась в кресло, чтобы не обнять Фреда за шею. Господи, они ведь находились в общественном месте! Необходимо соблюдать правила приличия…

— Ты заставляешь меня желать невозможного и думать о вещах, о которых я не должен думать.

Он убрал руку и отвернулся, прерывая поединок взглядов. В этот момент как раз подошла официантка.

— Ваш заказ, — сказала она улыбаясь. — Шоколадный эклер, пирожное с орехами и две чашки кофе.

Паула вдруг почувствовала, что ей расхотелось сладкого. Она мечтала о том, чтобы они вернулись домой. Там бы она забралась к нему на колени и заставила целовать себя до головокружения…

— Передумала? — спросил Фред, заметив, что она пристально смотрит на него, не обращая внимания на пирожное.

— Поедем домой! — Ее голос охрип от волнения.

Потянулись долгие мгновения. Фред не отводил глаз.

— Нет! — наконец коротко бросил он.

Паула опустила голову и потянулась за тарелкой с пирожными. У эклера был вкус мела, но она съела его. Зато кофе оказался весьма кстати: Паула только сейчас почувствовала, насколько продрогла. Покончив с едой, она равнодушно взглянула в окно кондитерской и заметила, что яркий день поблек. Может, она просто утомилась? Наверное, следует вернуться домой и вздремнуть…

— Завтра я выхожу на работу, — сказала она, не глядя на Фреда.

— А сможешь?

— Да. Но сейчас я устала. Хочу поспать.

Сон всегда выручал ее, когда она была чем-нибудь расстроена. Помогал сбежать от действительности, а сейчас ей хотелось этого больше всего на свете.

Как только они добрались до дома, Паула сразу же улеглась в постель, а после обеда опять вернулась в свою спальню. Она долго читала, пытаясь подавить любые мысли о Фреде, прежде чем провалилась в сон.

На следующее утро Паула оделась и приготовилась к занятиям. Они все время молчали, пока ехали в университет. Кресло на колесах было уже возвращено, и теперь она при ходьбе опиралась на трость: щиколотка почти не болела, беспокоило лишь запястье.

— Я провожу тебя в аудиторию, — сказал Фред, подъезжая к стоянке.

— Спасибо.

Не хотелось признаваться в этом даже себе самой, но Паула немного нервничала. Не из-за того, что кого-то мог вновь заинтересовать ее портфель. Просто требовалось время, чтобы исчезла подсознательная настороженность.

Фред не только проводил ее до аудитории, но и остался на лекции, изучая студентов и наблюдая за Паулой.

— Вовсе не обязательно было ждать меня, — пробормотала она после того, как ушел последний студент.

— Мне было очень интересно. Я ведь прослушал всего пару курсов по математике в колледже. Главным для меня всегда была криминалистика. Но если бы я учился у тебя, то наверняка добился бы большего. У тебя это так здорово получается, будто математика — самая великая наука в мире!

— Просто мне это нравится, — пожала плечами Паула.

— Заметно. Ты делаешь свой предмет живым. Мне показался очень удачным твой пример со скотоводческим ранчо.

— Многое в математике применимо на практике, но люди не всегда это понимают.

— Меня поражает то, с каким энтузиазмом ты относишься ко всему, за что берешься!

Пауле были приятны его восторги.

— Жизнь — такая прекрасная штука! Так почему не выразить это?

— Действительно, почему? Куда сейчас?

— У меня перерыв на полчаса, а потом следующая лекция. Тебе не стоит торчать здесь.

— Но мне хочется, — сказал он просто.

Фред присутствовал на ее занятиях и в среду, и в четверг. В пятницу был выходной. Он завез ее в университет и уехал. Пауле необходимо было разобраться с бумагами, а это требовало сосредоточенности. Дома она работать не могла: присутствие Фреда отвлекало ее.

Когда он не появился в субботу утром, Паула забеспокоилась, но тут же одернула себя: нельзя было позволять себе так привыкать к человеку. Кроме того, следовало отдохнуть, чтобы быть в форме перед сегодняшней вечеринкой.

К шести тридцати Паула слегка завила волосы и соорудила высокую прическу. Платье она выбрала кремовое, с голубым рисунком под цвет глаз, — достаточно нарядное, но в то же время теплое и удобное. С обувью дело обстояло хуже: поскольку повязку до сих пор не сняли, пришлось надеть не слишком изящные туфли без каблуков. Тщательно наложив макияж и обрызгав себя духами, она посчитала, что теперь готова окончательно.

От Фреда не было вестей весь день, но Паула надеялась, что он помнит о своем обещании сопровождать ее. Впервые за два года она отправлялась на вечеринку не одна, а с самым симпатичным и привлекательным мужчиной из всех ее знакомых.

Когда повернулся ключ в замке, Паула доковыляла до двери и остановилась, потрясенная. На нем был темно-серый костюм, подчеркивающий цвет его глаз, и Фред казался еще более опасным, чем обычно.

— О! — только и смогла выдохнуть она.

Фред нахмурился.

— Что ты так уставилась на меня? В этом костюме я обычно выступаю в суде. Ты готова?

— Думаю, нам не нужно туда ходить, — притворно вздохнула Паула.

— Слава Богу! Но почему?

— Потому что, увидев тебя, все сразу забудут о виновнике торжества!

Он наклонился и поцеловал ее в губы.

— Давай не пойдем, если хочешь.

Его голос действовал, как хорошее вино. Паула вдохнула запах, исходящий от него, и на мгновение всерьез задумалась о том, чтобы остаться дома, затащить Фреда в спальню и запереть дверь изнутри.

Но намерение это было невыполнимо. И потом, одна ночь, проведенная с Фредом, не решала проблему. Она хотела большего!

Прокашлявшись, Паула произнесла:

— Нужно идти, хотя этот прием — простая формальность. Когда я стану профессором, то тоже захочу, чтобы коллеги пришли ко мне на вечеринку.

Она неохотно отвернулась от него в поисках пальто. Так трудно было сосредоточиться!

— Пригласи меня, когда это случится. Я приду, — пообещал Фред.

Помогая ей застегнуть пуговицы, он дотронулся до ее подбородка, обхватил щеки ладонями и нежно поцеловал в губы.

Может, все-таки не ходить никуда? — молнией пронеслось в мозгу Паулы.

Прием был уже в разгаре, когда они появились.

— Сядь вот на тот стул. А я пойду принесу тебе что-нибудь выпить, — сказал Фред, окидывая комнату профессиональным взглядом.

— Прекрати сейчас же! Каждый раз, когда мы приходим куда-нибудь, ты ведешь себя так, будто видишь во всех бандитов или террористов. Это гадко! Кроме того, я не желаю сидеть здесь.

— Лучший способ избежать неприятностей — быть ко всему готовым. Куда ты хочешь, чтобы я тебя усадил?

— Ты говоришь обо мне, как о мешке с картошкой! Рядом с профессором Кеплером, пожалуйста. С ним хоть поговорить приятно. Боюсь, мне не придется увидеть тебя до самого ухода.

— И не надейся, дорогая!

В подтверждение своих слов, Фред вскоре вернулся с напитками, уселся на ручку ее кресла и, казалось, не собирался сдвинуться с выбранного места ни на дюйм. Пару раз она спросила, не скучны ли ему разговоры, которые крутились в основном вокруг университетских дел. Но Фред ответил, что полицейские тоже говорят о работе, когда собираются вместе.

— Я обнаружил две ошибки и быстро исправил их, — сказал между тем Роберт Кеплер. — Все-таки эти секретарши в деканате ужасно невнимательны.

— Извините, я не слышала, о чем вы говорили. — Пауле сегодня трудно было собраться с мыслями.

— Я сравнил сводные ведомости, которые прислали из деканата, со своими и нашел ошибки. Баллы двух студентов были перепутаны. Их просто поменяли местами. Это стоило проверки. А ты так не делаешь, Паула?

— Конечно, делаю, но я никогда не находила ошибок. А что, уже пришли оценки за прошлый семестр?

— Их прислали по почте на прошлой неделе. В среду или четверг. Разве ты не получила?

Паула многозначительно посмотрела на Фреда.

— Я не читала своей почты: пришлось срочно уехать. А потом у меня украли портфель. Правда, его впоследствии обнаружили, но долго держали в полиции и вернули мне только сегодня.

— Слышал о твоих злоключениях и очень сочувствую.

— К сожалению, я не смогу сопоставить оценки: у меня пропали ведомости за осенний семестр. Ты, наверное, знаешь, что в моем кабинете все перевернули вверх дном. После проверки оказалось, что пропали планы занятий, образцы экзаменационных билетов и ведомости с оценками. Я, признаться, не слишком волновалась по этому поводу, потому что успела отправить копии в деканат.

Фред насторожился.

— Вы посылаете оценки администрации, там составляют сводные ведомости, а затем рассылают вам, чтобы вы заверили их точность?

Профессор Кеплер кивнул:

— Правильно. Это кажется Никому не нужной волокитой, но никогда не вредно проверить дважды. Если есть ошибки, то их можно обнаружить, как получилось у меня в случае с этими двумя молодыми людьми.

Фредерик Митчелл снова стал полицейским.

— Помнишь, как мы с тобой удивились, когда подбросили портфель? — обратился он к Пауле. — Теперь я, кажется, начинаю понимать, в чем дело. Преступник мог вскрыть конверт, присланный из деканата, и быстро перепечатать сводную ведомость, изменив оценки и подделав печати и подписи.

— В принципе это возможно, — заметил Роберт Кеплер, пока Паула, открыв рот от изумления, взирала на Фреда.

— Завтра мы как следует поработаем над сводной ведомостью. Ты внимательно посмотришь и постараешься вспомнить оценки. Если какие-то явно не совпадут, то у нас будет отправная точка.

— Побойся Бога, Фред! У меня более ста пятидесяти студентов. Я не помню, кто из них какую оценку получил.

— Но попытаться стоит, — стоял на своем Фред.

— Ваш друг — детектив? — взволнованно прошептала Дороти, молоденькая лаборантка, на ухо Пауле.

Та раздраженно повернулась к ней.

— Да, и очень известный. Попросите его, пожалуйста, рассказать вам что-нибудь о своих подвигах. Мне хотелось бы забыть о неприятностях, свалившихся на меня, но, к сожалению, полицейские никогда не перестают думать о работе.

— Один из недостатков нашей профессии. — Фред обворожительно улыбнулся Дороти.

— Но, может, ты хоть сегодня постараешься просто понаслаждаться жизнью, — сказала Паула, коснувшись его руки.

— Это я и собираюсь сделать.

С этими словами Фред обнял ее за плечи, притянул к себе и нежно поцеловал. Не в силах двинуться с места от смущения и неожиданности, Паула смотрела на него во все глаза. Как он смеет так обращаться с ней на виду у ее коллег?! А впрочем, сама виновата: не следовало его провоцировать…

9

— А я ведь тоже хотел стать детективом! Помню, еще совсем мальчишкой…

Но Паула скоро перестала слушать профессора Кеплера. Ее взгляд рассеянно блуждал по комнате. Невозможно было сосредоточиться ни на ком, кроме Фреда.

Он уже не обнимал ее за плечи, но держал за руку и изредка нежно поглаживал. Почему он ведет себя подобным образом! Ведь Фред столько раз давал понять, что она ему безразлична! Во всяком случае, что он не заинтересован в возобновлении их отношений. Зачем же сейчас он переплел свои пальцы с ее? И как он может при этом спокойно разговаривать с профессором? Неужели Фред ничуть не влюблен в нее?

Паула придала лицу отсутствующее выражение и была благодарна одной из своих коллег за то, что та присоединилась к ним. Фред вежливо поднялся и наконец выпустил ее руку, разрушая гипнотизирующий контакт и давая время на передышку.

— Рада познакомиться с вами, детектив. Мы все теряемся в догадках, кого это наша Паула привела с собой. Обычно она приходит одна. Но когда я услышала, что вы — тот, кто расследует преступление, то решила сказать: мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам.

Рейчел была среднего роста, но рядом с Фредом казалась маленькой. Темные, коротко стриженные волосы, карие знойные глаза. Она вызывающе кокетничала, и Пауле это отчего-то не понравилось.

— Ты ошибаешься, Рейчел, — натянуто улыбнувшись, сказала она. — Фред не занимается этим расследованием. Мы с ним просто старинные друзья.

Он задумчиво кивнул, как бы подтверждая слова Паулы, и обратился к Рейчел:

— Вы тоже преподаете математику?

— Нет. Я — антрополог. — Рейчел игриво улыбнулась и взглянула на Паулу: — Не возражаешь, если я заберу Фреда и представлю его всем? Ты же совсем не можешь двигаться из-за щиколотки, бедняжка.

Подхватив детектива под руку, она потащила его через всю комнату. Активность Рейчел вызвала у Паулы раздражение, но она не выдала своих эмоций даже взмахом ресниц. К тому же было интересно понаблюдать, как пройдет встреча полицейского с университетскими учеными мужами. Ведь это были два совершенно различных мира, два стиля жизни! Почувствует ли Фред себя не в своей тарелке? А впрочем, какое ей дело?..

Паула медленно встала, опираясь на трость.

— Роберт, я бы хотела побродить немного. Не составишь мне компанию?

На Фреда смотреть не хотелось. В конце концов он был взрослым мужчиной и мог постоять за себя сам. Паула поздравила хозяйку дома с продвижением по службе ее супруга и поговорила с несколькими друзьями. Заодно пришлось ответить на бесконечные вопросы по поводу падения с лестницы и взлома кабинета. Она не стала распространяться о ситуации в целом: не хотелось, чтобы кто-нибудь узнал о доме и машине. Домыслы и сплетни и так росли как на дрожжах.

Паула уже жалела, что пригласила Фреда. Теперь ее будут донимать расспросами о «старинном друге», которого до сих пор никто не знал… Нет, подобное положение вещей ее решительно не устраивало! Паула поставила бокал и поковыляла разыскивать Митчелла.

Она обнаружила его среди группки мужчин и женщин, которые обсуждали последний фильм Спилберга. Фред взглянул на нее сверху вниз, улыбнулся и обнял за талию. Паула благодарно прислонилась к нему. Когда ей задали вопрос о фильме, она ответила, что еще не видела его.

— Может, сходим завтра? — шепнул ей на ухо Фред.

— Ты же его уже видел, — заметила Паула, стараясь не показать, как воодушевило ее это приглашение.

— Ничего, посмотрю еще раз, — ответил Фред и взглянул на свою спутницу. — Все было прекрасно, но нам пора идти.

Паула не стала возражать: щиколотка и запястье побаливали, в висках стучало. Она оперлась на его руку чуть сильнее, чем раньше.

— У тебя что, позднее свидание? — все-таки поинтересовалась Паула.

— Это у тебя свидание с кроватью! Выглядишь совершенно измотанной.

Фред взял ее пальто и помог одеться.

— Не нужно нянчиться со мной!

— Абсолютно необходимо! Иначе ты осталась бы тут на всю ночь и выздоровление отложилось бы на неделю.

— Спасибо, доктор Митчелл, за медицинскую оценку ситуации…

В ответ он прижался губами к ее губам — это был самый эффективный способ заставить ее замолчать. У Паулы закружилась голова, она хотела обернуться и посмотреть, не заметил ли кто-нибудь, но не посмела. Лучше проигнорировать этот жест и сохранить собственное достоинство. Она надеялась, что все в комнате были заняты разговорами и не заметили поцелуя Фреда.

Когда они подъехали к дому Паулы, Фред открыл дверцу машины и привычно подхватил ее на руки.

— Фред! Я могу идти сама! Отпусти!

— Ты устала, и тут недалеко.

К концу этой фразы он уже подходил к двери. Осторожно поставив Паулу на ноги, Фред подождал, пока она найдет ключ, взял его из ее пальцев и открыл дверь. В прихожую она вошла сама.

— Спасибо, что пригласила меня. Мне понравились люди, с которыми ты общаешься.

— Все еще думаешь, что кто-то из них пытался украсть идею моей статьи? — спросила она, сняв пальто, и прислонилась к стене: усталость была сильнее, чем ей казалось.

Фред помог ей добраться до дивана.

— Нет. Но разговор с Робертом навел меня на интересную мысль. Первым делом в понедельник просмотрим оценки за последний семестр и попытаемся определить, не было ли каких-нибудь изменений.

— Повторяю, я вряд ли вспомню, кто из студентов какую оценку получил, — пожаловалась Паула.

Зачем он опять заговорил об этом?! Мог хотя бы притвориться, что сегодняшний вечер был не только деловым!

— Это отправная точка. Помочь тебе приготовиться ко сну?

Она покачала головой.

— Заеду за тобой завтра около трех.

— Зачем?

— Поедем в кино. Я назначил тебе свидание, и ты согласилась. У меня есть свидетели!

Паула улыбнулась.

— Ладно. Буду готова к трем.

Внезапно он протянул руку и расстегнул молнию на ее платье, которое скользнуло к ее ногам.

— Фред!

— Шшш. Я только помогаю. С больным запястьем тебе трудно будет раздеться самой.

Он снял с нее бюстгальтер, и у Паулы закружилась голова. Она так давно любила этого человека, хотя пыталась отрицать его существование в течение двух лет! Медленно Паула подняла голову. Пусть он увидит ее светящиеся любовью глаза.

— Бог мой, не смотри на меня так, или я за себя не отвечаю!

— А мне все равно! — вызывающе ответила Паула и обняла его за шею.

Она почувствовала горячие руки на своей обнаженной спине и улыбнулась от удовольствия.

Приглушенный стон вырвался у Фреда, и он прижал ее к себе так сильно, что стало невозможно дышать. Вкус его губ был до боли знакомым и волнующим. Близость мускулистого сильного тела давала бесценное чувство безопасности и покоя. Все пожирающее пламя билось в ней.

Его поцелуи становились все более дерзкими и требовательными, но внезапно Фред резко отстранился и внимательно посмотрел на нее. Ему хотелось утонуть в синих манящих глазах. Губы Паулы были влажными и розовыми, все еще полуоткрытыми, как будто она хотела возобновить поцелуй. Непреодолимая сила влекла его к ней, и Фреду с огромным трудом удалось взять себя в руки.

— Это плохая мысль, — пробормотал он.

— А мне так хорошо…

Ее пальцы запуталась в его волосах, их сердца бились в унисон.

— Перестань, Паула! Твой брат был прав: я не тот, кто тебе нужен!

— Мой брат?!

Настроение Паулы резко изменилось. О чем он говорит? Какой брат? Она отодвинулась от него, озадаченная и смущенная. Кто из братьев и когда встречался с ним?

— Что он тебе сказал?

— Не имеет значения. — Фред резко выпрямился, лицо его сразу стало мрачным и замкнутым. — Доберешься до кровати сама? Я ухожу. Завтра буду в три.

— Фред!

— Спокойной ночи.

Он закрыл за собой дверь прежде, чем она успела задать ему еще один вопрос.

Черт! Он выдумал это! Просто не хотел остаться с ней, не хотел связывать с ней свое будущее… То, что он пригласил ее в кино, не имеет никакого значения. В понедельник они просмотрят сводную ведомость и, если смогут вычислить студента, чьи оценки были исправлены, то в лучшем случае встретятся еще несколько раз. А потом ей снова придется забыть его, теперь уже навсегда…

Фред сидел в машине перед ее домом до тех пор, пока в окнах не погас свет. Он боялся своих чувств и размышлял о том, не отказаться ли ему от расследования немедленно…

Паула забралась в постель, но долго не могла уснуть: разговор с Фредом не выходил из головы. Что он имел в виду, говоря о брате? О котором из них? О Брайане? О Мартине? Ей казалось, что они не знакомы… Как бы то ни было, завтра она потребует ответа!

Паула вертелась с боку на бок, подушка уже была горячей с обеих сторон. Злость нарастала. Кто сказал Фреду, что он ей не пара? И почему? А главное — как мог Фред купиться на такое?! Паула чувствовала, что очень близка к разгадке его непонятного поведения два года назад…

На следующий день одного взгляда на Фреда было достаточно, чтобы понять: быстро она ответы на свои вопросы не получит. Он казался озабоченным и напряженным. Ну и наплевать! Паула решила все равно считать их поход в кино свиданием. Даже специально надела темные шерстяные брюки, которые весьма соблазнительно обтягивали ее бедра, и розовый свитер, который Фреду некогда нравился. Поэтом она решила носить его до тех пор, пока трикотажная вещица не превратится в лохмотья!

— От тебя всегда пахнет жимолостью, — пробормотал он, помогая ей надеть пальто…

В фойе кинотеатра она с неудовольствием заметила своего коллегу, преподавателя социологии Энтони Буша в компании с молодой женщиной. Увидев Паулу и Фреда, он поспешил подойти.

— Привет! Посмотрим фильм вместе. Таким образом, я смогу продолжить обсуждение проблем, которое мы с Фредом начали вчера, — сердечно пророкотал Энтони. Он представил свою спутницу, Мэри Даклин, а затем с дружеской усмешкой заметил Пауле: — Тебе следует почаще попадать в переделки: твои коллеги смогут расширить кругозор.

Паула вежливо улыбнулась, хотя внутри у нее все кипело. Она не хотела делить Фреда ни с кем, запланировав провести целый день с ним вдвоем. Возможно, и вечер тоже. Нельзя упускать шанс, нужно как можно скорее выведать, что означали слова, произнесенные им вчера.

— Попкорн без масла и колу? — спросил Фред, проводя ее в зал.

Его рука приятно согревала спину. Паула поддалась искушению, слегка замедлила шаги и тут же оказалась в его объятиях. Удивительно, но после двух лет разлуки и Бог знает скольких женщин он все еще помнил, что ей нравилось есть в кино! В памяти всплыло имя Марджи — женщины, с которой он встречал Новый год, и Паула подумала, что Фред странно небрежен по отношению к той. За последнюю неделю у него просто не могло остаться времени для встреч с приятельницей!

Паула сразу почувствовала себя лучше и смирилась с присутствием Энтони и Мэри. Но позже она непременно выяснит у Фреда, что он имел в виду вчера вечером.

Фильм оказался довольно сложным, но, вопреки опасениям, Паула наслаждалась комментариями Энтони и бурными возражениями Мэри по поводу его притязаний. Эти двое прекрасно дополняли друг друга. Интересно, что они думают о ней и Фреде?

Фред сидел рядом с ней, но не делал попыток обнять или взять за руку. Он просто положил попкорн себе на колени, и Пауле невольно приходилось прижиматься к нему, чтобы дотянуться до пакетика.

Запах Фреда, такой мужской, смешивался с ароматом свежего попкорна. Пауле вдруг безумно захотелось сбросить пакет на пол и забраться к нему на колени. Интересно, случаются ли такие вещи в кинотеатрах? Может, это станет хорошей традицией? Или разразится скандал? Она уже видела заголовки ежедневных газет: «Преподаватель математики шокирует посетителей кинотеатра экстравагантным поведением!» Паула вздохнула и обреченно потянулась за новой порцией попкорна. Не судьба, видно…

Энтони и Мэри предложили вместе пообедать, и Фред согласился — по мнению Паулы, с излишней поспешностью. Когда начали обсуждать, куда пойти, он заявил, что знает одно место, где прекрасно готовят жареное мясо.

— Это забегаловка для полицейских, но, думаю, вам там понравится, — объяснил Фред, поглядывая на Паулу.

Та удивилась. Два года назад он не брал ее ни в какие полицейские забегаловки. Они ездили обедать в пригородные ресторанчики или в модные заведения в центре. Так что же изменилось теперь?

Стоило им войти, сразу стало ясно, что Фреда здесь знают и любят. Это было видно по тому, как его приветствовали. Некоторые подошли поздороваться, кое-кто придвинул свой стул к их столику. Энтони и Мэри охотно вступали в разговор со всеми желающими и вели себя так, словно находились среди старых друзей. Паула говорила мало, наблюдая за окружающими. Ей вдруг показалось, что Фред незаметно сооружает между ними невидимую преграду. Почему?

К ним присоединилась бойкая рыжая женщина, и Фред представил ее как Марджори Льюис. Внимание Паулы немедленно сконцентрировалось на ней. Так это и есть Марджи? Что и говорить, просто восхитительна!

Паула сцепила зубы: все ее старания впустую! В первую же паузу, возникшую в разговоре, она обратилась к Фреду:

— У меня что-то разболелась голова. Может, отвезешь меня домой и вернешься?

— Поешь и почувствуешь себя лучше.

— Обслуживание здесь не на высоте, но еда хорошая, — сказала Марджори добродушно и, наклонившись к Фреду, положила ладонь ему на руку. — Не видела тебя целую вечность. Где ты пропадал? В горах?

Он кивнул.

— Когда я наконец увижу твой дом? Столько раз обещал отвезти меня туда, но так и не удосужился!

Паула была не в состоянии выносить этот яркий темперамент и кипящий энтузиазм. Извинившись, она встала и вышла на улицу. Пешком идти домой было слишком далеко — не для ее больной ноги. Кроме того, дул западный ветер, пробиравший до костей. Может, попытаться вызвать такси?

— Что ты вытворяешь, черт возьми? — Фред схватил ее за плечи и резко развернул к себе.

Было видно, что он страшно зол.

— Собираюсь отправиться домой! Говорю же, у меня болит голова!

— Если бы ты поела что-нибудь, кроме попкорна, то тебе стало бы лучше.

— Когда мне нужна будет нянька, я дам тебе знать. Хочу домой — и все!

Паула прекрасно знала, что это звучит по-детски, но ничего не могла с собой поделать. Ей просто хотелось оказаться подальше от этого места, от его друзей и от Марджори.

— Считаешь, что слишком хороша, чтобы посещать полицейские кафе? Думаешь, что эти люди не так умны, как те, с которыми ты общаешься в университете? Слишком простые? — прорычал Фред.

Паула даже зажмурилась от его неожиданной атаки. Так вот как он воспринял ее поступок!

— Ты ошибаешься, — пробормотала она смущенно.

Не могла же она сказать ему, что ей просто больно находиться рядом с Марджори!

— Но это выглядело именно так! Где же твои хорошие манеры? Могла бы потерпеть и хотя бы поесть. В конце концов, здесь Энтони и Мэри. Они из твоего мира, пообщайся с ними.

— Ты меня неправильно понял…

Паула старалась не смотреть на него. Она не могла назвать истинную причину, но и не хотела, чтобы Фред считал ее снобом и думал, что ей не понравились его друзья.

— Тогда в чем же дело? — Он наклонился так низко, что они чуть не стукнулись лбами.

— Я ревную, — прошептала Паула.

— Ты шутишь?

Она смущенно покачала головой и робко посмотрела ему в глаза, боясь увидеть в них отвращение. Но там была только озабоченность.

— К кому?

— К Марджори…

Холодный резкий ветер хлестал в лицо, но Паула не чувствовала этого. Ей было стыдно. Ведь он же сказал, что у них нет будущего. Фред был совершенно свободен и имел право проводить время, с кем захочет. Но что делать? Она действительно его ревновала! Было так горько осознавать, что Фред встречался с другой женщиной, когда она была так одинока! Как ужасно любить мужчину, который не отвечает тебе взаимностью!

— Паула, Марджи просто друг. Она работает в отделе официальных донесений, и мы иногда вместе выбирались куда-нибудь. Просто так. Не нужно ревновать ни к ней, ни к кому-то еще. — Его голос был тихим и хриплым.

— Фред! — Энтони выглянул из дверей, вслед за ним вырвались голоса и смех. — У вас все в порядке?

— Да. Сейчас придем, — отозвался Фред, не сводя с Паулы глаз.

Дверь закрылась, и они снова остались на тротуаре одни.

— Идем? — спросил он мягко.

— Если я откажусь вернуться, все подумают, что ты обманщик, — сдалась Паула.

Обнаружив, что Марджори уже ушла, Паула ожила. Несмотря на неудачное начало вечера, она постепенно расслабилась и развеселилась. Энтони и Мэри оказались забавной парой. Они были вместе уже несколько месяцев и, судя по всему, собирались пожениться. Вернее, этого хотел Энтони, но Мэри, как показалось Пауле, держала его на расстоянии.

Когда они вместе вышли в дамскую комнату, Мэри призналась, что тоже мечтает соединить свою судьбу с Энтони.

— Только боюсь, он перестанем ценить меня, если я сдамся так легко.

Паула кивнула, но подумала, что сама ни за что бы не стала играть в такие игры. Она предпочла бы, чтобы у них с мужем были доверительные отношения. Разумеется, если она когда-нибудь выйдет замуж…

Когда Паула вернулась, Фред спросил, не хочет ли она домой. Она покачала головой: ей было весело. К их столику снова кто-то подсел. Энтони был на седьмом небе, споря о социальных проблемах с циничными полицейскими. Фред откинулся на спинку стула и наблюдал, как Паула обсуждала недавно открывшуюся выставку импрессионистов с сержантом Кларком. Оказалось, что живопись — хобби сержанта, и они с Паулой с удовольствием обменивались впечатлениями от увиденных работ.

— Мне понравились твои друзья, — зевнув, сказала она, когда Фред усаживал ее в машину.

Вечер оказался намного лучше, чем она предполагала в начале. Марджори не появилась больше, и это спасло ситуацию.

Когда Фред остановился у дома, она повернулась к нему и словно невзначай спросила:

— Кстати, с кем из моих братьев ты встречался два года назад и что вы обсуждали?

— Брось, Паула. Зачем ворошить старое? Это все равно ничего не меняет. Я заеду в семь тридцать. Успеешь к утренним лекциям?

Всего неделю назад они вернулись из домика в горах, а кажется, что это было так давно… Беззаботные выходные вдруг представились Пауле целой жизнью. Завтра снова на работу, и на этот раз она не станет возражать, если Фред захочет посидеть на лекции, а потом проводит ее до кабинета. Но она боялась, что у них не будет времени вернуться к прерванному разговору.

— Фред, я хочу знать! — настаивала Паула. — Для меня это очень важно.

Он обошел машину и открыл дверцу, чтобы помочь ей выйти.

— Мы часто не получаем то, что хотим. Дай ключ и пойдем, а то холодно. — Он помог ей выбраться на тротуар.

— Побудешь со мной? — спросила Паула, пока Фред открывал дверь и включал свет в прихожей.

— Не сегодня. Уже поздно, и у тебя завтра занятия. Увидимся утром.

Он провел рукой по ее щеке, развернулся и ушел. Паула проводила взглядом его машину, затем закрыла дверь и, расстроенная, побрела в спальню. Она может спрашивать его до второго пришествия, но если он решил не отвечать, то не ответит…

И все-таки всегда можно найти выход! «Ты не единственный, кто умеет добывать сведения, — мысленно обратилась она к Фреду. — Не хочешь рассказывать, найдем другой источник информации!»

Звонить братьям было слишком поздно. Но она поклялась, что до конца недели поговорит с обоими и выяснит, кто из них общался с Фредом и что было сказано.

Фред заехал за ней на следующее утро, проводил до аудитории, а затем прошел в административное здание. В полдень они оба уже сидели в ее кабинете, просматривая оценки за последний семестр.

— Честно говоря, я мало что помню, — бормотала Паула, изучая список. — Нет, погоди! Странно, у Робертса должно было быть «А». Он очень хорошо занимался весь семестр и прекрасно отвечал на экзамене. А здесь стоит «В». — Она сделала пометку рядом с оценкой.

— Какой предмет?

— Математическая логика. А вот у Дэвида Прайса оценка, кажется, была ниже. Минутку… Вот еще ошибка! Элис Картер не сдала экзамен, а в ведомости стоит «С»! Я знаю точно, потому что Элис получала стипендию и мне не хотелось ставить ей плохую оценку. Но она не выполнила работу за семестр и завалила все тесты. Я еще подумала тогда, что бедняжка едва ли теперь сможет продолжить обучение.

— Итак, у трех студентов оценки не совпадают. Одна выше и две ниже, — подвел итог Фред.

Паула снова принялась изучать списки. Огорчаясь, что у нее не сохранились собственные ведомости, она пыталась вспомнить, что заработал каждый из студентов, пока наконец не покачала головой, глядя на Фреда.

— Это все. Как ты думаешь, в деканате остались копии ведомостей, которые я туда отослала?

— Я выяснял. Они продержали их неделю после того, как выслали оценки на подтверждение, а потом просто выкинули.

— Наверное, это правильно, — вздохнула Паула. — Университет был бы завален бумагами, если бы хранили все.

Фред встал и взял ведомость с ее пометками.

— Отдам это Питеру, Он может начинать проверку. Значит, одна девушка и два юноши…

— Думаю, Робертса можно исключить: какой ему смысл занижать себе оценку? А Дэвид Прайс не выше меня ростом. Вряд ли это он встретился мне на лестнице.

— Ладно, посмотрим. Если что-нибудь раскопаем, я дам тебе знать. У тебя больше нет занятий? Тогда пойдем, я отвезу тебя домой. Надеюсь, с завтрашнего дня ты уже сможешь сама водить машину.

Паула грустно вздохнула. Фред снова напомнил ей о том, что их встречи подходят к концу…

Оказавшись дома, она первым делом направилась к телефону. Пожалуй, стоит начать с Мартина. К вечеру она получит ответы на все интересующие ее вопросы!

Солнце повисло как раз над горами, когда Паула свернула на дорогу, ведущую к ранчо. Мартин ничего не знал. Оставался Брайан. Подозревая, что именно средний, властный, братец когда-то вмешался не в свое дело, она решила встретиться с ним лицом к лицу, а не разговаривать по телефону.

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Паула была на ранчо, и на нее накатила волна привычного восторга и умиления. Правильно говорят: можно увезти девушку с ранчо, но нельзя вырвать ранчо из ее сердца. Хотя она очень любила свою работу, но хорошо чувствовала себя только здесь. Паула обычно проводила у Брайана несколько недель в июле, разъезжая верхом на лошади и помогая с домашней работой. За это время она будто вновь рождалась.

Когда она приехала, Брайана еще не было дома, но Паула не особенно огорчилась. Она вошла в дом и покачала головой при виде беспорядка в кухне. С тех пор как их экономка уехала, чтобы ухаживать за больной матерью, Брайан совсем запустил хозяйство.

Паула бродила по дому, разжигая в себе злость. Ну, где же он, черт возьми?! Решив, что время пойдет быстрее, если чем-нибудь заняться, она закатала рукава и прошла в кухню.

— Паула! Не знал, что ты собираешься приехать.

С этими слова двумя часами позже в кухню вошел Брайан, уставший и запыленный. Сбросив куртку и ковбойскую шляпу, он крепко обнял сестру, затем огляделся вокруг и расплылся в довольной улыбке.

— Спасибо за уборку. О! — Он потянул носом воздух — от духовки исходил соблазнительный аромат. — Даже представить себе не можешь, как я рад тебя видеть! Что готовишь?

— Мясную запеканку. У тебя ничего больше не было. Когда ты наконец наймешь экономку?

— Пытаюсь. Не моя вина, что ни одна из тех, кого присылает агентство, не хочет оставаться. Кому охота жить на отдаленном ранчо глубокой зимой? Последняя уехала пару дней назад. Скоро снова вызову кого-нибудь. А ты чего приехала? Что это у тебя с ногой? — спросил он, увидев перевязанную лодыжку.

— Долгая история. Расскажу за обедом.

10

Все шло своим чередом. Паула готовила. Брайан накрывал на стол. Это напомнило о вечерах, проведенных здесь в детстве после смерти родителей. Долгое время их заменяли ей Мартин и Брайан… Внезапно Паула испугалась. Она бы не хотела, чтобы брат совершил нечто такое, что могло бы изменить их отношения. Взглянув на него с сомнением, она решила пока воздержаться от вопросов: нет смысла портить обед, который сама же и приготовила.

За едой Паула объяснила, как повредила ногу.

— И полиция до сих пор не нашла того, кто это сделал? — возмутился Брайан.

Сейчас выражением своего лица он напоминал Фреда, и также был готов немедленно броситься на ее защиту…

— Они работают над этим. Думаю, что скоро мерзавца поймают.

— Тебе нужно было вернуться домой, пока они не нашли этого парня, — заявил Брайан.

— Мой дом в городе! — сказала она, пытаясь скрыть неожиданную вспышку злости. — Я уже большая девочка, Брайан, и могу сама о себе позаботиться. Кроме того, кое-кто присматривает за мной.

— Это что-то серьезное? — спросил Брайан, кладя вилку на стол и внимательно разглядывая ее.

— Да нет. Ничего особенного.

Паула глубоко вздохнула. Это действительно было так!

— Что ты имеешь в виду? — Он отодвинул пустую тарелку и посмотрел на сестру озадаченно.

— А то, что я ни с кем не встречаюсь уже два года!

Брайан откинулся на спинку стула.

— Два года?

— Да. Может, стоит рассказать об этом? — Ее голос был обманчиво спокойным. Она наклонилась вперед, злость залила щеки румянцем, глаза горели голубым огнем. — Ровно два года, один месяц и двадцать три дня. Но кого это интересует, кроме меня!

— Паула! — Брайан нахмурился.

— Два года назад я встречалась с прекрасным человеком. Была без ума от него. Я любила его! Потом я поехала к Мартину и Бетти на День благодарения — сразу после того, как они поженились. А когда вернулась обратно, то больше не увиделась с тем человеком. И он мне больше не звонил. Никогда. Я звонила ему, но он не хотел разговаривать со мной!

— Паула!

Но она безжалостно продолжала, не давая Брайану вставить ни слова:

— Я так и не поняла тогда, почему это произошло. За мной пытались ухаживать другие мужчины, но все они были мне глубоко безразличны. Я ни с кем не хотела встречаться. Я ни в кого не хотела влюбляться, потому что любила Фредерика Митчелла. Любила и люблю. И буду любить до самой смерти!

— Боже мой! — Брайан потер лоб рукой, стараясь не встречаться с сестрой взглядом.

— Да, Брайан, я была глубоко несчастна в течение долгого времени. И знаешь, внезапно я узнала, что ты являешься причиной всего случившегося!

Ей захотелось разбить что-нибудь, чтобы снять нарастающее напряжение. Пусть он попробует опровергнуть ее обвинение!

Брайан долго молчал, не глядя на нее.

— Я хотел как лучше, — пробормотал он наконец.

— Лучше для кого? Для тебя? Уж точно, не для меня!

Слезы заблестели у нее на глазах. Она так надеялась, что ошибается, что никто из братьев не виноват в ее бедах!

— Брайан, два года вычеркнуты из моей жизни. Я пыталась скрыть это, чтобы не волновать тебя и Мартина. Думала, что вы все равно не сможете помочь. Но теперь я хочу знать, что произошло.

Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.

— Паула, этот человек — полицейский! Разве ты не знаешь, как опасна их жизнь?

— Вот в чем дело? Он не понравился тебе только потому, что был полицейским?

— Я хотел для тебя лучшей участи. Подумай сама: тебе пришлось бы беспокоиться о нем каждую секунду…

— Ты считаешь, что быть полицейским опаснее, чем ковбоем? Опаснее, чем участвовать в родео? Просто в себя прийти не могу… Что я, по-твоему, должна делать? Ждать человека, у которого была бы достаточно безопасная работа? А лучше — такого, который вообще никогда не выходит из дому: вдруг его собьет машина или ему кирпич упадет на голову? — спросила она с сарказмом. — Что ты наделал Брайан? Боже, что ты натворил?!

Он отодвинул стул, подошел к окну и уставился в темноту.

— Ну, положим, не совсем так. Если бы ты была ему небезразлична, то он послал бы меня к черту и продолжал встречаться с тобой. А я всего один раз поговорил с ним — и он отступил.

— Я хочу знать, что ты ему сказал.

Ей было плохо. Может, ее брат пригрозил Фреду? Но она никак не могла поверить, что Фред испугался.

— Я сказал, чтобы он держался подальше от моей сестренки. Вот так! — Брайан хлопнул ладонью по подоконнику и повернулся к ней. — Кто-то ведь должен был приглядывать за тобой, Паула. Ты слишком доверчива, и при этом у тебя достаточно много денег: ранчо и мое, и Мартина приносят хороший доход. Я хотел убедиться, что он не из любителей легкой наживы. Ведь полицейские не так уж много зарабатывают.

— Не верю своим ушам! — Паула, прихрамывая, подошла к Брайану и ткнула указательным пальцем ему в грудь. Гнев ее наконец вырвался на волю, и она почти потеряла контроль над собой. — То, что когда-то Кэтрин пыталась прибрать к рукам ранчо, не означает, что все в мире сделаны из одного теста! То, что твоя невеста оказалась охотницей за чужими деньгами, не означает, что таким же должен был быть и мой мужчина! Черт! Как ты посмел вмешаться в мою жизнь?!

— Посмел, потому что беспокоился о тебе!

— Я — взрослая женщина, способная сама выбрать себе спутника жизни. То, что ты родился на пару лет раньше меня, не дает тебе права распоряжаться мной. Не твое дело, с кем я встречаюсь и за кого собираюсь замуж! Понял, ковбой?

— Паула, я хотел защитить тебя…

— Нет! Не знаю, почему ты решил, что имеешь право вмешиваться в мою жизнь, но ты сделал это не для меня. Я не нуждалась в твоей защите. Может, это была просто ревность? Ты не мог смириться с тем, что твои брат и сестра нашли свою любовь, а ты одинок. Но мы не виноваты в том, что Кэтрин разбила твое сердце!

Брайан подошел к ней и взял за руки.

— Оставь Кэтрин в покое. Она тут ни при чем. Я думал, что тебе нравится Джон. Вы всегда были близки и понимали друг друга. И, наконец, я знал, что Джон не охотится за деньгами: он всегда был достаточно богат.

— Я сейчас закричу! Мы с Джоном дружили, когда еще учились в школе, но потом много лет не виделись. Я живу в городе, преподаю в университете и вовсе не хочу выходить замуж за владельца ранчо, не хочу заниматься скотоводством! — Только теперь Паула начала понимать, в чем дело, но чудовищность совершенного ее братом не укладывалась в голове. — Ты сказал Фреду, что я с кем-то встречаюсь?

— Черт! Я сказал ему, что ты практически обручена с человеком, которого знаешь всю жизнь. Я сказал, что ты бросишь его, когда придет время выйти замуж. И пусть он ни на что не рассчитывает.

— Брайан, ты просто подлец! — Паула с трудом перевела дыхание: боль в сердце стала невыносимой. Она ожидала от братьев поддержки, а не предательства. — Держись от меня подальше, ясно? Не хочу тебя больше видеть! Не хочу с тобой больше говорить! Никогда в жизни!

Она вырвала руку, проковыляла к вешалке и надела куртку.

— Прости, Паула! — Брайан попытался остановить ее. — Я не знал, что твои чувства так глубоки. — В голосе брата слышалось искреннее раскаяние.

— Извинений недостаточно. Ты меня никогда ни о чем не спрашивал, не так ли? Ты просто влезал в мою жизнь и пытался ею управлять. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь тебя простить. Я провела последние два года в одиночестве. Возможно, я останусь одна до конца своей жизни, и все из-за тебя!.. А теперь оставь меня в покое. Навсегда!

Паула почти бежала к машине, не обращая внимания на острую боль в ноге. Брайан показался в дверях, когда она уже завела мотор. Ей было очень плохо. Тяжело вздохнув, Паула нажала на педаль газа.

Когда Паула добралась домой, напряжение немного спало. Она хотела сразу же позвонить Фреду, но передумала: лучше поговорить с ним с глазу на глаз, а не объясняться по телефону. Кроме того, она еще толком не решила, что ему сказать…

Слова Брайана эхом звучали в ее голове. А вдруг он прав? Ведь если бы она действительно была нужна Фреду, то он послал бы братца к черту и продолжал бы встречаться с ней. Но он не сделал этого! Что, если Фред относился к их встречам как к мимолетному приключению? Во всяком случае, он никогда не любил ее так сильно, как она его…

Фред позвонил, как только она уснула.

— Где ты была весь день? — спросил он резко.

— Ездила по делам, — ответила Паула неопределенно.

Не хотелось рассказывать сейчас о встрече с Брайаном. Если она будет видеть перед собой лицо Фреда, то сможет лучше разобраться в его чувствах к ней.

— На машине? Все было нормально?

— Да. Я отлично справилась и уже не пользуюсь тростью.

Паула крепко вцепилась в трубку, не зная, что говорить и что делать. Действительно ли все произошло так, как ей рассказал Брайан?

— Это хорошо, не все-таки тебе стоило предупредить меня. Какие у тебя планы на завтра?

— Первая лекция начнется в десять, но я думаю, что приеду в университет пораньше.

Паула хотела его видеть и боялась встречи. Она сопоставит его слова со словами Брайана — и что дальше? Если Брайан прав, то Фреду будут безразличны ее объяснения. Может, она ему просто не очень нужна?

— Прекрасно. Я найду тебя там. Похоже, у нас появилась зацепка. До завтра.

— Вы кого-то вычислили?

— До завтра, — повторил он и повесил трубку.

Паула свирепо посмотрела на телефон. Черт побери, как она теперь уснет, зная, что Фред кого-то подозревает? Одного из ее студентов? Очевидно, да, так как все произошло сразу же после обнаружения ошибок с оценками. Но кого?

На следующее утро Паула собиралась в университет с особой тщательностью: ей не хотелось, чтобы следы бессонной ночи бросались в глаза. С тех пор как наступили холода, она носила шерстяные брюки, но сегодня надела темно-коричневую юбку и свитер цвета пыльной розы. Она долго расчесывала длинные волосы, пока они не начали потрескивать, и решила не закалывать их, а оставить распущенными.

Утро тянулось бесконечно долго, но Фред не зашел к ней в кабинет и не позвонил перед занятиями. На лекции Паула оглядывала последние ряды, надеясь, что он сидит там, как делал это раньше. Но его не было. Она уже начала беспокоиться, когда, после звонка на перемену, Фред появился в дверях.

— Привет! — воскликнула Паула и улыбнулась.

Сердце сразу забилось сильнее, руки стали влажными. Она долго репетировала, что скажет, увидев его, но неожиданно все вылетело из головы. Она могла только смотреть на него и чувствовать, как любовный ток пробегает по телу. Интересно, надоест ли ей когда-нибудь вот так просто смотреть на него?..

— Привет. Закрыть дверь?

Паула пожала плечами, и Фред притворив дверь, прошел вперед и уселся напротив нее в первом ряду.

— Ты нашел его? — спросила она, вглядываясь в серьезное лицо Фреда.

— Да, мы нашли его. Билл Грейторн. Знаешь такого?

Она медленно покачала головой. Имя ничего ей не говорило.

— Неудивительно. Он не твой студент, хотя учится в университете. Грейторн — дружок той девушки, у которой была завышена оценка.

Все сразу стало ясно.

— Он изменил оценку, чтобы Элис Картер могла получать стипендию?

— В точку. По-видимому, без стипендии она не смогла бы дальше учиться.

Паула нахмурилась.

— Так он рисковал попасть в тюрьму ради того, чтобы она была рядом?!

Фред кивнул.

— Судя по всему, да. Мы уже получили его полное признание. Надо сказать, обвинения достаточно тяжелые: взломы, нападение, кража… — Он покачал головой. — Ему двадцать один, изучает географию. Говорит, что подделать сводную ведомость оказалось довольно легко. Он нарочно изменил несколько оценок, чтобы избежать подозрений. Но заполучить твои ведомости, чтобы ты не могла проверить результаты экзаменов, оказалось намного труднее.

Паула вздохнула.

— И все ради любимой! Что за грустный финал для способного студента… А девушка не оказалась бы в такой ситуации, если бы не провалила тесты. Какая бессмысленность…

— Грейторн сказал, что не хотел сбивать тебя с ног. Это вышло случайно. Он собирался только схватить портфель и убежать.

Паула кивнула. Если бы она не потеряла равновесия, то не упала бы. Это был несчастный случай.

— И что теперь?

— Мы вернем дело университетской полиции, и они свяжутся с тобой. Если будет судебное разбирательство, то оно состоится месяца через два. Полагаю, Грейторн сможет посещать занятия до слушания и вынесения приговора. Но тебе не следует больше беспокоиться: против тебя лично он ничего не имеет. Он искал ведомости — сначала в твоем доме, потом в кабинете и, наконец, нашел их в портфеле.

Паула благодарно улыбнулась.

— Спасибо, что помог, Фред.

Фред пожал плечами и встал.

— Это моя работа.

Паула поняла, что сейчас он уйдет. Все так просто! Расследование завершено — ему больше нечего здесь делать.

— Подожди! Я хочу поговорить с тобой.

— О чем?

Он стоял и смотрел на нее так, будто был готов сбежать в любой момент.

— О моем брате Брайане. Вчера я ездила к нему.

Выражение лица Фреда не изменилось.

— И что же?

— Он рассказал мне о вашем разговоре два года назад.

Паула отодвинула стул и встала. Это сократило расстояние между ними. Если Фред не желает садиться, то и она будет стоять.

Фред сжал кулаки, но не сказал ни слова. И это все?! Паула надеялась на другую реакцию на свои слова… Но она так часто на что-то надеялась и, как правило, это не приводило ни к чему хорошему!

— Фред, я никогда не могла понять, почему ты перестал звонить мне. Всегда думала, что нам было хорошо вместе. Мне, по крайней мере, очень нравилось проводить время с тобой.

Она стояла совсем близко от него и ощущала тепло его тела, но в глазах Фреда не было тепла.

— Твой брат кое-что объяснил мне — вот и все. Словом, у нас мало общего. — Его голос звучал безучастно.

— Ты ошибаешься!

Паула все-таки решилась и дотронулась до его щеки, но Фред отстранился.

— Да, нам было неплохо, но Брайан прав: мы слишком разные, чтобы быть вместе. Я полицейский, Паула, и всегда хотел им быть. У меня хорошая зарплата, но это ничто по сравнению с тем, что имеешь ты. А я достаточно старомоден и хочу обеспечивать свою семью сам, а не жить за счет богатой жены. Кроме того, что случилось с мужчиной, за которого ты собиралась замуж?

То, как Фред сжал зубы, произнеся эти слова, подсказало ей, что он не был таким уж безучастным, каким хотел казаться. Паула собралась с духом.

— Все это какой-то бред! Во-первых, я не богата. Я же говорила, что смогла позволить себе купить этот дом только потому, что появилась вторая работа. Я действительно имею право на часть дохода, как с ранчо Мартина, так и с ранчо Брайана, но все деньги вложены в их усовершенствование. А во-вторых, никакого другого мужчины нет и никогда не было. Брайан все выдумал!

Фред упрямо покачал головой.

— Даже если это и так, в одном твой брат прав: моя работа слишком опасна. Я знаю многих жен полицейских, и они постоянно волнуются за своих мужей. Жизнь в постоянном страхе выматывает.

— А не кажется ли тебе, что жизнь вообще опасная штука? Никто так и не выбрался из нее живым. Я могла бы погибнуть, если бы посильнее ударилась головой в то утро. Но этого же не случилось! Ты мог бы погибнуть в автокатастрофе, как мои родители, или упасть с крыши, как твой дядя. Ничто не гарантировано в этой жизни! За исключением моей любви к тебе.

Губы Фреда скривились в улыбке, но эта улыбка не коснулась его глаз.

— По-моему, у тебя просто синдром героя. Я спас тебя, и ты испытываешь ко мне чувство благодарности.

— К черту благодарность! Позволь мне сказать тебе кое-что, Фредерик Митчелл. — Она тыкала в его грудь указательным пальцем, как недавно — в грудь Брайана. Эти мужчины злили ее так, что хотелось кричать. — За последние два года у меня не было ни одного свидания. Хочешь узнать почему? Потому что я не хотела встречаться ни с кем, кроме тебя. Я любила тебя тогда и люблю сейчас. Я любила тебя все время! Возможно, ты не любишь меня, тогда мне придется справиться со своими чувствами. У меня это уже почти получилось, пока мы снова не встретились. Но, если ты испытываешь ко мне хоть что-то, скажи об этом, Фред!

Он нежно прижал ее к себе и поцеловал, но поцелуй его был коротким. Отстранившись, Фред пристально посмотрел ей в глаза, словно пытаясь навсегда запечатлеть в памяти родные черты.

— Продолжай жить своей жизнью, Паула. Тебя ждет большое будущее. Ты встретишь прекрасного умного человека, с которым можно будет поговорить, поделиться идеями… Я не для тебя, поверь мне! Я ничего не знаю о семейной жизни. Послушайся своего брата и меня: найди кого-нибудь другого, — сказав это, он круто повернулся и вышел.

Паула прошла к двери и наблюдала за тем, как Фред нажал на кнопку лифта и двери закрылись за ним.

Он ушел, ничего не сказав о любви! Паула изо всех сил пыталась унять боль в сердце. А она-то надеялась, что Фред любит ее. Он был так внимателен, так заботлив… Но, очевидно, она просто все неправильно поняла.

Лифт снова поднялся, и у Паулы мелькнула сумасшедшая мысль, что это возвращается Фред. Но из лифта вышли пара студентов. Вздыхая, она повернулась, закрыла за собой дверь и дала волю слезам…

Паула с трудом дождалась конца рабочего дня. В какие-то минуты ей казалось, что она сможет забыть Фреда и свою любовь к нему. Но, даже идя к машине, она постоянно оглядывалась, надеясь увидеть его… Сколько времени понадобится, чтобы снова взять себя в руки и вернуть чувство удовлетворенности жизнью?..

Телефон зазвонил, когда Паула открывала входную дверь. Может, это Фред? Поколебавшись, она не стала брать трубку, а медленно прошла в гостиную.

Голова побаливала. Она приготовила легкий ужин и легла, вспомнив, что сон порой оказывается единственной панацеей от всех бед.

Но заснуть ей не удалось. Паула лежала на кровати и смотрела в потолок, когда телефон зазвонил опять. На этот раз она медленно подняла трубку.

— Паула?

— Привет, Мартин, — сказала она вяло.

— Что случилось, сестренка?

Это было невыносимо! Слезы подступили к глазам, но она попыталась сдержать их.

— Ничего не случилось. Просто жизнь — не очень веселая штука…

— То же самое я постоянно слышу от Брайана. Ты в порядке?

— Ты имеешь в виду физически или морально?

— И то и другое.

— Щиколотка уже почти не беспокоит. Болит голова, но не думаю, что это от падения с лестницы. Дело в том, что я сказала сегодня Фреду о своей любви, а он ответил, что не стоит меня…

Она смахнула слезы с кончиков ресниц и глубоко вздохнула.

— Он прав?

— Нет! Брайан подкинул ему эту мысль, а Фред упрям, как старый мул, который был у папы. Но мне все равно!

Она продолжала его любить и не хотела бы изменить ничего в своей жизни, кроме сегодняшнего ответа Фреда.

— И ты теперь сердишься на Брайана?

— Ты представить себе не можешь, как я зла на него! У него не было никакого права вмешиваться в мою личную жизнь! Я не желаю с ним больше разговаривать. Как он мог так поступить со мной?!

— Он просто беспокоился о младшей сестренке, — примирительно заметил Мартин.

— Ха! Я младше его всего на два года и мне не нужно, чтобы за мной присматривали! Если бы вы только знали, как я одинока! Эти годы были просто адом. Я пыталась занять себя работой и хозяйством, но этого мало. Мартин, ну почему он не любит меня?!

— Может, все к лучшему? Погоди минутку…

— Паула? — донесся до нее голос невестки.

— Привет, Бетти.

— Уйди, Мартин. Это женский разговор. — После недолгой паузы Бетти заговорила снова: — Паула, мне кажется, что мужчины умеют только все портить.

Паула улыбнулась. Ее невестка смотрела в самую суть! Эта маленькая темноволосая женщина вертела ее здоровенным братцем как хотела и всегда добивалась своего.

— Никогда не прощу Брайану то, что он разрушил мою жизнь! И как Фред мог согласиться с ним?!

— Делай по-своему, что бы они ни говорили. Думаю, рано или поздно ты все-таки простишь Брайана. Он твой брат и считал, что у него есть веская причина для вмешательства. Вопрос в том, что ты собираешься теперь делать?

— А что мне остается! Я сказала Фреду, что люблю его, а он ушел!

— Так ты сдаешься?

— Не знаю…

— Хочешь, поделюсь с тобой одним секретом? Только обещай, что никогда никому не расскажешь.

— Хорошо.

— Когда мы только поженились, твой упрямый братец не спал со мной. Он был убежден, что я согласилась на свадьбу только из чувства благодарности. Дурак! Я сходила по нему с ума с того момента, когда впервые увидела на родео. Вот почему я была так рада, когда вы с Брайаном приехали к нам на День благодарения. Вы заняли гостевую комнату, и Мартину ничего не оставалось, как прийти ко мне.

Паула улыбнулась, представляя, как Бетти манипулирует ее братом.

— Так ты мне советуешь затащить Фреда в постель? — спросила она, пытаясь проследить ход мыслей невестки. — И как же, по-твоему, я могу это сделать?

Бетти засмеялась.

— Ты же умная! К тому же в любом случае эти мужчины не имеют права решать за тебя.

— Бетти, у меня, кажется, появилась идея! Я тебе так обязана…

— Ты мне ничего не должна. Просто найди свое счастье, как я с твоим братом, — это будет для меня лучшей благодарностью.

Через несколько минут Паула повесила трубку, несколько ободренная. Бетти права: она будет жить так, как считает нужным! И если получится — то с тем, с кем хочет.

Лежа в кровать, Паула принимала и отвергала разнообразные идеи. Наконец она остановилась на одном решении. Должно сработать!

На следующее утро Паула позвонила в полицейский участок и попросила к телефону Питера Ренли. Представившись, она поблагодарила его за блестящее расследование и как бы случайно упомянула о Фреде.

— Он так мне помог! Теперь он, наверное, продлит отпуск? Неудобно, что я отняла его личное время.

Паула старалась, чтобы ее голос звучал с предельной искренностью, отлично понимая, что намеревается отнимать все свободное время Фредерика Митчелла, начиная с настоящего момента и каждый раз, как только у нее появится такая возможность.

— Какой там отпуск! Вчера вышел на работу, злой, как раненый медведь. Ну ничего. Скоро выходные, тогда и отдохнет.

— А его никуда не должны послать? — прозондировала почву Паула.

— Нет. Насколько я знаю, он свободен с вечера пятницы до понедельника.

— Я бесконечно рада, что рядом со мной был такой ответственный человек, — сказала Паула в заключение, надеясь, что Питер не догадался об истинной причине ее звонка.

Повесив трубку, она улыбнулась. Фред никуда не уехал и на выходные должен быть свободен!

В четверг Паула подъехала к его дому и принялась изучать обстановку. Около четырех здесь было довольно многолюдно: мамаши гуляли с младенцами, пенсионеры дремали на лавочках. Но к пяти тротуар опустел.

В пятницу с утра Паула отправилась по магазинам. Так как Фред любил поесть, а ей нравилось для него готовить, она закупила огромное количество продуктов. Хотелось, чтобы все было необыкновенным!

Вернувшись домой она тщательно упаковала самую нарядную одежду, добавив только пару джинсов и футболок. Все трудности были впереди. Предстояло пережить два критических момента: взлом и конфронтацию. Но Паула решила, что справится. Никакой покорности судьбе! Бетти права: пора начать самой строить свою жизнь.

Вечером она подъехала к дому Фреда и оставила машину в стороне от дороги. Прогуливаясь по тротуару, она удивлялась, каким пустынным был этот район. Но это предвещало удачное исполнение ее плана! Пройдя вдоль бокового фасада здания, она остановилась под окном ванной, зная, что Фред всегда держит его открытым. Она оглянулась вокруг, сердце учащенно билось. Впрочем, Паула не очень боялась, что ее заметят: если даже и поймают, не будет же Фред подавать на нее в суд! Во всяком случае, она очень надеялась на это.

Подтащив поближе мусорный бак, Паула осторожно взобралась на него, дотянулась до окна, распахнула его пошире, положила руки на подоконник и подпрыгнула. Запястье сразу свело от боли, и все-таки ей удалось подтянуться и протиснуться внутрь. С опаской выглянув из окна, она убедилась, что улица по-прежнему безлюдна; в окнах расположенных напротив домов, тоже никого не было видно. Итак, первая стадия была завершена!

Паула быстро открыла изнутри входную дверь и в течение десяти минут разгрузила машину. Еще полчаса ей понадобилось для того, чтобы развесить по шкафам вещи. Потом она выложила из сумок продукты и принялась готовить.

Услышав, как поворачивается ключ в замке, Паула задержала дыхание, мысленно перекрестилась и шагнула в холл. Все было так, как она и предполагала: Фред вошел, остановился и посмотрел на нее тяжелым взглядом, словно готовясь к нападению.

— Что, черт возьми, ты тут делаешь?!

11

— Разве не видишь? Готовлю обед.

Паула глубоко вздохнула и направилась к нему, наблюдая, как разнообразные эмоции, сменяя друг друга, отражаются на его лице. Не дожидаясь, когда он возьмет себя в руки, она дерзко притянула его голову. Щеки и губы Фреда были холодными, но она приоткрыла рот, и он мгновенно ответил, движением собственника крепко прижав ее к себе. Фред целовал ее долго и страстно, пока им обоим не стало трудно дышать.

— И все-таки, что ты здесь делаешь? — на этот раз мягко спросил он, заглядывая ей в глаза.

— Готовлю обед, — повторила Паула, раздумывая над тем, не пора ли предпринять решительный шаг.

— А как ты вошла?

Начиналось самое трудное…

— Всегда есть способ! — с подчеркнутой беспечностью заявила она. — Почему бы знаменитому детективу не догадаться самому?

Фред задумался на минутку.

— Окно в ванной?!

Паула кивнула и поспешно произнесла:

— Я сознаю, что совершила противоправные действия. Но зато ты получаешь приз… Меня… И обед! Я приготовила бефстроганов и большой вишневый пирог на десерт.

Она помнила, что это был любимый его пирог.

Фред нахмурился и озадаченно покачал головой.

— Зачем ты здесь, Паула?

Она вернулась в кухню, решив занять себя делом, пока храбрость окончательно не покинула ее.

— Я хотела тебя видеть. И подумала, что хороший обед будет своего рода благодарностью за то, что ты для меня сделал.

— Не нужна мне твоя благодарность! Я тысячу раз говорил…

— Правильно, ты только выполнял свою работу. Это я уже слышала. Но, может, мне просто хочется что-то сделать для тебя!

— Прекрасно, но зачем было вламываться сюда через окно? Ты могла пригласить меня к себе домой…

— Дом там, где твое сердце! У меня есть жилище в нескольких кварталах отсюда, но мое сердце с тобой, — решительно произнесла Паула и смело посмотрела ему в глаза.

Фред снова покачал головой.

— Но ты не сможешь остаться здесь!

— Спорим, смогу? Я уже переехала!

Она заносчиво вздернула подбородок. Любопытно, что Фред теперь будет делать?

— Что ты сказала?! — Его голос сразу стал резким и злым.

— Проверь, — сказала она бесцеремонно, указывая на спальню.

Фред тут же влетел туда и вернулся через минуту вне себя от ярости.

— Сейчас же упакуй свои вещи и убирайся к черту!

Паула медленно улыбнулась. Ему не нужно знать, что она сильно нервничает, иначе шанс будет упущен.

— Фред, я устала оттого, что другие управляют моей жизнью, и захотела изменить существующее положение вещей. Мне уже двадцать шесть и пора самой отвечать за себя!

— Я знаю, сколько тебе лет. Какое все это имеет отношение к нам с тобой?

— Самое прямое! Ты мне очень хорошо объяснил, почему мы не можем быть вместе. Но я больше не нуждаюсь в том, чтобы мне указывали, как следует жить! Мне не нужно, чтобы мой брат выбирал для меня мужчин. Мне не нужно, чтобы человек, которого я люблю, поступал, как круглый дурак, и говорил, что для меня лучше. Только я сама знаю, что хорошо для меня, а что нет! Я сделала свой выбор и остаюсь здесь!

Фред пристально смотрел ей в глаза, будто искал там ответ. Паула стояла перед ним, полная решимости, подбородок упрямо вздернут. Наконец он медленно кивнул и коснулся кончиками пальцев ее щеки.

— Паула, с тех пор как мы с тобой говорили в последний раз, ничего не изменилось. У меня нет больших денег.

— У меня тоже. Я же сказала, что все деньги уходят на ранчо.

— Но я почти ничего не знаю о семейной жизни! Мой дядя не был образцовым семьянином.

— Зато я знаю многое — иногда больше, чем хотелось бы. Особенно о настырных братьях, которые вечно лезут не в свои дела! Фред, пойми, у нас будет своя семья со своими традициями и порядками. Я уверена, что тебе понравятся Мартин и Бетти. И Брайан теперь не проблема: наверное, я никогда не буду с ним разговаривать.

— Разве тебя не пугает, что у меня такая рискованная работа?

— Знаешь, я убедилась, что моя — не менее рискованная. Когда ты в последний раз был в больнице? И не ты ли говорил, что твой дядя погиб не на работе. Полагаю, что большинство полицейских доживают до отставки, и будем надеяться, что нам повезет!

— Думаешь, мы сможем соединить наши стили жизни? Впрочем, мне понравились твои друзья тогда, на вечеринке. А тебе понравились мои?

Паула опустила глаза и побормотала:

— Все, кроме Марджори…

— Неужели ты до сих пор ревнуешь?! Я же сказал, что между нами ничего не было!

— Фред, сейчас это совершенно неважно. Я не для того сюда пришла, чтобы обсуждать твоих бывших любовниц.

Паула замолчала, затаив дыхание.

— Ты считаешь, что, поставив меня перед свершившемся фактом, добилась того, чего хотела? Въехала — и все?

— У меня просто не было выбора. Ты ушел, решив, что так будет лучше для меня. А я не уйду отсюда, потому что так лучше для нас обоих!

— Твой брат прав. Паула, подумай хорошенько! У тебя впереди большое будущее…

— Без тебя? Вряд ли.

Неожиданно Фред улыбнулся, и Паула замерла. Неужели он готов уступить?!

— Хорошо, но с одним условием, — медленно произнес он.

Сердце было готово выпрыгнуть из груди от счастья. Хорошо? Он сказал «хорошо»?! Ей безумно захотелось броситься в его объятия, но она сдержалась.

— Какое же это условие?

— Сначала мы должны пожениться.

Боже, а ведь совсем недавно он собирался расстаться с ней! Паула была не в состоянии ни думать, ни дышать.

Фред широко улыбнулся и нежно коснулся пальцем нижней губы, словно помогая произнести нужные слова.

— Скажи «да»!

Он торопил ее, хотел, чтобы из их отношений ушла неопределенность. Но разве она не хотела того же?

— Да! — ответила Паула. — Но ты уверен?

— В чем? Что хочу жениться на тебе? Да, уверен. Ведь я собирался сделать тебе предложение два года назад, на Рождество. Думал, так будет романтичней… Но потом меня навестил твой брат и сказал, что ты фактически обручена с другим мужчиной и будешь счастлива с ним, потому что вы знаете друг друга с детства. Брайан намекнул, что подозревает меня в корыстном расчете, сказал, что моя работа слишком ненадежна, и я не могу составить счастье такой женщине, как ты. Я тогда усмотрел в его словах здравый смысл… А может, во мне просто взыграли гордость и злость? Но ты права. Ты взрослая, Паула, и если знаешь, чего хочешь, то кто я такой, чтобы перечить?

— Признаться, я надеялась на большее… — прошептала она.

— Паула, я любил тебя все эти годы, скучал так сильно, что не мог спать по ночам!

— Так уже лучше. Не останавливайся, пожалуйста!

Она прижалась щекой к его груди, и Фред засмеялся, поглаживая ее по спине.

— Я тайком бродил вокруг факультета, чтобы только увидеть, как ты идешь на занятия. Я не мог заходить в те ресторанчики, где мы обедали с тобой: это было слишком трудно вынести. Ведь я всего лишь человек! Паула, приходит время, когда понимаешь, что нужно ухватиться за будущее обеими руками и держаться за него изо всех сил.

— Все лучше и лучше!

Счастье переполняло ее. К глазам подступили слезы, и она еще теснее прижалась к Фреду. Их сердца выстукивали в унисон: «Люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя!»

Время разговоров закончилось. Он целовал ее, и, когда зазвучал таймер, они долго не слышали его дребезжащего звонка.

— Обед готов, — наконец сказала Паула, отодвигаясь и поворачиваясь к плите.

— Прекрасно. А после обеда мы перевезем твои вещи обратно.

Она взглянула на него, потрясенная.

— Зачем?! Ведь ты же сам сказал…

— Сначала мы поженимся. Не хочу, чтобы твои братья приехали и обнаружили твои вещи у меня.

— Боишься?

— Ага.

Фред посмеялся над ее поддразниванием и задумался: боится ли он вообще чего-нибудь, кроме своего сердца?

— Ты очень привязан к своей квартире? — спросила Паула после того, как поздно вечером они вернули ее вещи обратно.

— Я там прожил десять лет, но это всего лишь квартира. А что?

— Не хочешь переехать ко мне?

Фред огляделся и пожал плечами.

— Можно.

— Подготовишь домик в горах к медовому месяцу? Я могла бы помочь…

— Ах вот как?! Тебе не нравится мой дом? Значит, Брайан был прав, и простой полицейский тебе не пара? — Он засмеялся, подхватил ее на руки и стал кружить по комнате. — Впрочем, какая разница, где мы будем жить сначала, потому что в недалеком будущем нам понадобится дом побольше.

— Для чего?

— Как — для чего? Для детей!

Сердце ее растаяло.

— Для детей?

— По меньшей мере, для шестерых, — твердо сказал он.

— Тогда пора начинать заботиться об этом!

Смеясь от счастья, она обняла его за шею и поцеловала. Фред совсем потерял голову и уже не мог больше сдерживаться. Паула ощущала его дрожь. Он нетерпеливо стащил ее свитер через голову и отбросил в сторону, впивая взглядом мягкое сияние ее кожи, нежность вздымающейся груди.

Они не могли бы вспомнить, как сбросили остатки одежды. Взору Фреда предстали соблазнительные изгибы женского тела. Он осыпал легкими поцелуями ее шею и плечи. Наконец он приник к ее губам, и ими обоими овладело такое блаженство, что они забыли обо всем на свете.

— Я так сильно тебя хочу, так сильно… — хрипло проговорил Фред.

Паула застонала, когда его рука оказалась между ее бедрами.

— Не останавливайся! — прошептала она, закрывая глаза и целиком отдаваясь необыкновенным ощущениям.

Паула трепетала от нежных прикосновений, ей казалось, что она парит в воздухе и раскрывается навстречу его страсти подобно цветку, распускающемуся под лучами солнца. Она шептала его имя, прижимаясь к нему, и миллионы ярких звезд, танцуя, сияли в ее голубых глазах. Она наслаждалась каждым его движением, каждое ласковое слово разжигало ее желание все сильнее.

— Теперь ты моя навсегда! — выдохнул Фред, и Паула засмеялась от счастья.

Бетти стояла сзади и улыбалась, любуясь Паулой.

— Ты такая красивая! Всегда была красивой, но сегодня — особенно.

— Надеюсь, что Фред тоже так подумает, — проговорила невеста, глядясь в большое зеркало.

Длинное белое платье было именно таким, о каком она мечтала: кружевные рукава закрывали руки, обтягивающий лиф подчеркивал стройную фигуру. Она слышала торжественную органную музыку и шелест голосов гостей, приглашенных на свадьбу. Менее чем через десять минут она должна будет предстать с Фредом перед алтарем! Паула не могла поверить в происходящее.

Она дала согласие на свадьбу шесть недель назад. Тогда был январь, а сейчас — почти весна, но оказалось, что нужно время, чтобы подготовиться. Ее бы устроила и небольшая вечеринка через неделю после того, как он сделал ей предложение, однако Фред настоял на торжественной церемонии. Они пригласили почти всех коллег Паулы по университету и почти всех полицейских офицеров округа. Здесь были также старинные друзья семьи Бейкер, и казалось, что церковь не вместит такого большого количества гостей.

— Мартин ждет, — напомнила Бетти. — Ты готова?

Она разгладила на бедрах свое платье глубокого розового цвета. Ей предстояло быть подружкой невесты.

Паула глубоко вздохнула и потянулась за букетом. Нет никаких причин для того, чтобы нервничать, сказала она себе. Она любит Фреда, Фред любит ее, и сегодня они соединят свои жизни!

Бетти открыла дверь, но выйти они не успели: в комнату вошли Мартин и Брайан.

Паула посмотрела на братьев, и выражение ее лица изменилось, когда взгляд остановился на Брайане.

— Что ты тут делаешь?

— Собираюсь повести к алтарю свою сестренку. Я ведь тоже твой брат, Паула. И мы с Мартином хотим передать тебя в руки будущего мужа вместе.

Напряжение повисло в воздухе. Все ждали, что ответит Паула. Крепко стиснутые челюсти Брайана выдавали его неуверенность.

Паула закусила губу, чтобы не заплакать. Говорить она не могла.

— Я люблю тебя и рад, что у тебя все хорошо. Несмотря на то, что я тебе устроил… — сказал Брайан мягко.

Она протянула руки ему навстречу, и они крепко обнялись. Потом Паула повернулась к Мартину и обняла его тоже. Слезы дрожали у нее на ресницах.

— Это еще что?! — Мартин вытер ей глаза. — Мы не хотим, чтобы люди подумали, будто мы выдаем тебя замуж силой!

— А может, ты жалеешь, что не послушалась меня? — съехидничал Брайан.

— Я так счастлива сегодня! Будьте и вы счастливы вместе со мной, — прошептала сна.

Ее любовь к братьям была почти такой же сильной, как любовь к Фреду.

Раздались звуки свадебного марша.

— Пора идти, — шепнула Бетти.

Взяв под руки братьев, Паула улыбнулась невестке и пошла по центральному проходу церкви к алтарю.

Фред уже ждал ее, и Паулу поразило, как быстро меняется выражение его глаз. Сначала в них было смущение и даже совершенно не свойственная ему робость. Потом мелькнула растерянность, сменившаяся искренним восхищением. Он стоял, гордо расправив плечи, и Паула почувствовала, что всегда будет счастлива с этим человеком.

Content

Олимпия Кершнер
Любовная лихорадка

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11