Порочная ночь с миллиардером

Айрин Лакс

Глава 1.1

Марика

— Теперь ты моя жена.

— Да, — повторяю в очередной раз.

Я полна счастьем. Как только губы не устали улыбаться и твердить об одном и том же беспрестанно?

— Готова к первой брачной ночи?

Супруг обнимает меня за талию и прижимает к мускулистой груди. Я обнимаю его в ответ и с большим трудом сдерживаю свой порыв помурлыкать и потереться об него кошечкой.

Никогда раньше я не реагировала так на мужчин, но с Александром все иначе. Я не могу перестать любоваться им — рослой, спортивной фигурой, его красивым, мужественным лицом и глубокими, синими глазами, в которых можно утонуть.

— О чем ты думаешь?

Заглядываю ему в глаза. Он улыбается уголками губ, в синеве его глаз внезапно загораются золотистые искорки. Мое сердце громко ухает в груди, возникает ощущение, что я падаю.

Снова.

Не получается насытиться желанным мужчиной, каждое столкновение рождает электрический ток между нами. Он дотрагивается до моих кончиков пальцев, возникает покалывание и приятное тепло.

Александр очень осторожен со мной, но я, кажется, догадываюсь, чего ему хочется на самом деле.

— Скоро поедем, — шепчет.

— Не понимаю, о чем ты, — решаю поиграть немного.

— Ах, не понимаешь. Похоже, пора тебе напомнить об обязанностях жены. В списке которых необходимость удовлетворять своего мужа стоит на первом месте.

— Ого! Вот это обязанности!

— Да. Неужели ты не читала брачный договор? — улыбается коварно.

— Ты про ту кучу бумажек, которые на протяжении целого дня подсовывал мне твой юрист?

— Про ту гору важных договоров, — поправляет меня менторским тоном. — Очень важных, судьбоносных соглашений. Неужели ты не читала, что подписываешь?

— Я пыталась. В начале все читала, — признаюсь честно. — Но потом устала, бумаг было слишком много.

— То есть не читала?

Его тон становится холодным, а глаза начинают мерцать как у хищника, который уже поймал жертву на прицел голодного взгляда и точно уверен, что получит свое.

— Ты подписываешь то, что я требую, не читая, — уточняет он совсем расчетливо.

— Нет, — отвечаю растерянно. — Я… тебе доверяю.

— Ай-яй-яй!

Ладонь Александра спускается с талии на мою попку, отвесив легкий шлепок.

— Чему я учил тебя? Все забыла? Забыла, что нельзя доверять никому?!

— Никому?! Даже тебе?

— Чем я лучше других? — спрашивает с сарказмом и лишает меня возможности ответить, продолжая. — Откровенно говоря, я рассчитывал, что именно так ты и поступишь.

— Вот как? Коварный же ты, Алекс.

— Да. Я на это рассчитывал.

Наверное, он просто так пошутил!

Целую мужа в уголок губы, он в плавном па уводит меня дальше от посторонних глаз, прочь из ресторанного зала, утягивает в полупустой коридор, ведущий в служебные помещения.

— Вернемся к тому, где закончили.

В полумраке синий взгляд Александра кажется еще более загадочным, тени ложатся на его лицо, придавая немного зловещий, но до безумия сексуальный вид.

— Ты подписала соглашение на…

Он многозначительно умолкает и ухмыляется до безумия порочно, разжигая мой интерес и темное пламя в груди.

— На что?

— Ты — моя чертова собственность. Навсегда. Никогда отказать не сможешь. Ни в чем.

Ахаю…

Неужели так и есть?! Не может быть, чтобы я такое подписала… Или может?

Я же не смотрела, что подписываю!

Примерно через час устала вникать во все эти соглашения, отказы, передачу прав и обязательство о неразглашении…

У меня руку судорогой едва не свело, приходилось разминать пальцы, чтобы закончить как можно быстрее.

Неужели я подписалась на что-то безобразное и порочное?

— Ты же шутишь, — говорю с нервной улыбкой.

— Похоже, что я шучу? Нет, — качает головой.

Мое глупое влюбленное сердце подскакивает вверх, а потом падает вниз.

— Мне нужны были гарантии, — ухмыляется коварно. — Я их получил.

Я даже не могу понять, чего во мне сейчас больше: возмущения или возбуждения?! Или и того, и другого…

— Теперь я хочу получить то, что мне причитается. По праву мужа. Немедленно!

Глава 1.2

Александр

Я имел дело с немалым количеством красоток. До послужного списка друга, Кира, мне далеко, как до Марса пешком, но все же девушек в моей жизни было достаточно. Однако ни с одной из них я не чувствовал себя так, как с Марикой.

Она — совсем другая. не из тех, к которым я привык. Не породистая самка, находящаяся в постоянных поисках спонсора, не та, что просто отрывается по жизни.

Она другая.

Этим все сказано.

Секса уже было немало, но сейчас я чувствую, будто впервые окажусь глубоко-глубоко в ней. Впервые присвою.

Марику изумил мой коварный подход к гарантиям в наших отношениях…

Что ж, я рад, что мне удалось поразить ее.

Она едва дышит. Смотрит на меня недоверчиво.

— Но…

— Тебе показать пункт договора, по которому ты лишила себя права говорить мне «но». «нет» или «я не хочу». Это запретные слова.

Обвожу замершую фигурку жены плотоядным взглядом, чувствую себя изголодавшимся животным, готовым наброситься на нее прямо здесь и трахнуть.

— Запретные?

Облизывает губы.

Вид ее бойкого язычка взвинчивает уровень возбуждения в крови, заставляет фантазировать на полную катушку.

Член начинает пульсировать, упираясь в молнию брюк. Свадебный костюм, сшитый на заказ, кажется тесным.

Хочу почувствовать ее губки. Пышные, призывно блестящие губки на своем члене.

Хочу, чтобы она взяла в ротик поглубже, стоя на коленях и смотрела на меня снизу вверх так же, как сейчас. Умоляюще, с недоверием и возбуждением.

— Запретные слова. Каждое из них карается штрафом.

— Боги… — выдыхает едва слышно.

Чтобы не упасть, цепляется за плечи, упираясь упругой грудью в меня.

Ее сиськи стали еще роскошнее из-за беременности. Пожалуй, их я тоже хочу!

Всю ее хочу… Без ограничений и запретов.

Завожусь от придуманной игры, сам поверил в нее, ухмыляюсь своим мыслям:

«Какой же я предусмотрительный сукин сын, что лишил Марику возможности отказаться!»

— Штраф. Да. Все расписано.

— Но я ничего не помню.

— Тш-ш-ш-ш…

Мой палец ложится на ее губы, сминая уверенно.

— Только что ты сказала «но».

— Да, но…

Ухмыляюсь.

— Вот опять. Твой ротик напрашивается на наказание.

Мну пышные губы увереннее и жестче, нажимаю, просунув палец в призывную мягкость и влажность ее ротика.

— Наказание?

Ее язык касается моего пальца. Болтать ни к чему. Пустые разговоры лишь отнимают время, которое мы можем потратить с пользой для себя.

С другой пользой.

— Да, малышка…

Голос становится чужим и ломким от сильного возбуждения. Я не могу оторвать взгляд от ее губок, которыми она плотно обхватила мой палец, двигая по нему.

Принимая правила игры.

Марика посасывает мой палец и дышит чаще, чем до этого. Возбуждается.

Мой член снова дергается, давая знак, что пока я не пристрою его в горячий ротик жены, он не даст мне покоя.

Желание оказаться между ее губок, глубоко и точно пронзая до самой глотки, предъявляя права, становится непреодолимой и мучительной потребностью.

— Расстегни ширинку и опустись на колени.

— Что?! Здесь?! — пугливо оглядывается по сторонам. — Но здесь в любой момент может появиться кто-то из обслуживающего персонала.

— Может. Поэтому не медли и принимайся за дело.

Давлю ладонью на плечо, и когда ее личико оказывается прямо напротив моей ширинки, запускаю пальцы в прическу — идеальную, волосок к волоску, растрепать хочется!

— И да, ты снова сказала гребаное «но»… Придется отработать!

Глава 2.1

Марика

Пальцы Александра творят что-то безобразное с моей прической, превращая ее в хаос!

Когда мы выйдем из этого коридорчика, всем станет ясно, чем мы занимались. Влюбленная парочка, которой не хватает терпения добраться до кровати в номере для новобрачных…

Мои руки до сих пор лежат, бездействуя, на его бедрах. Хватка в волосах становится крепче, Александр многозначительно опускает ладонь на ремень, проводя большим пальцем по металлической пряжке, рисует круги.

— Передумала? Уже жалеешь, что вышла за меня?

В его голосе нет ни намека, что он спрашивает понарошку, моя интуиция подсказывает, что он предельно серьезен сейчас.

Я смотрю на Алекса снизу вверх, гадая, какое выражение прячется в его глазах, но свет падает сверху и мешает увидеть что-то еще, кроме напряженных, сомкнутых губ.

Он… спрашивает меня серьезно.

То есть это не игра? Или все же игра?

Я слишком неопытна в таких делах, он — мой первый и единственный мужчина, который показал мне мир взрослых наслаждений, а сейчас…

Даже не знаю, что творится между нами. Однозначно, этой химии не научат в школе. Внутри происходит взрывная реакция, эмоции и желания выталкивают прочь разумные мысли.

— Нет, я не передумала, — шепчу, продолжая смотреть ему в глаза.

— Хорошо. Вот так… — задерживает меня за подбородок. — Бери в ротик и смотри мне в глаза. Я хочу видеть все.

От его слов кожа покрывается бисеринками пота от сильного жара, следом острые мурашки добивают меня окончательно.

Я сильно возбудилась. Только от одних намеков, порочных полутонов, уже «плыву», не зная, что со мной станет, когда мы по-настоящему приступим к делу.

Мой взгляд, вопреки приказу, опускается на внушительную выпуклость его брюк. Сглатываю инстинктивно, слыша протяжный, шумный выдох, падающий сверху.

— Не томи! — в его голосе проскальзывают по-настоящему приказные, металлические нотки большого босса. — Приступай к делу!

— Хорошо, — облизываю губу. — Если сегодня ты приказываешь мне, то просвети, что мне с этим делать…

Я опускаю ладонь на ширинку, легко провожу пальцами и сжимаю совсем немного, но ответная пульсация призывная и очень красноречивая.

Он хочет меня.

— Что делать? — спрашивает иронично. — То есть тебе нужно сказать прямо?

— Да. Пожалуйста.

— Что ж…

Я едва различаю смысл его слов, возбужденная до предела, готовая на любые безумства, что он предложит.

Сама от себя в шоке — так потеряться в любимом, что не видеть границ между «можно» и «нельзя», между страстью и пороком…

— Для начала расстегни ремень и ширинку.

Внутри порхают бабочки от предвкушения, задевая крылышками сердце, которое трепещет и заставляет пульс сбиваться за черту.

В ушах сильно шумит. Но звук металлической пряжки слышен прекрасно, от этого бряцания мои внутренние мышцы сжимаются, и трусики становятся влажными.

Веду вниз замочек-молнию, она поддается с трудом, брюки натянуты до неприличия.

Я нарочно делаю это неспешно, от медлительности движений внутри остро и туго натягивается пружина вожделения.

Экзекуция для нас обоих, мучительная пытка сгорающих от нетерпения…

— Не медли, Марика, — добавляет хозяйских интонаций в свой голос, заводя меня еще сильнее.

— Слушаюсь.

Спускаю брюки по его бедрам и цеплюясь за трусы, освобождая большой, налитый возбуждением член, который немедленно пружинит вверх, заставляя меня сглотнуть судорожно и сжаться.

Его размер…

Это что-то неприлично большое и очень красивое. Наверное, в любимых людях нам нравится все, вплоть до кривой усмешки и взмахов ресницам. Поэтому я безоговорочно влюблена в его член — толстый, длинный. Вздувшиеся под нежной, бархатистой кожей вены подчеркивают его величественный рельеф. Медленно провожу пальцами от головки до основания и осторожно касаюсь потяжелевших яиц.

— Хорошая девочка. Начало весьма неплохое, — подталкивает мою голову нажатием ладони к члену.

Я немо утыкаюсь губами в горячую головку, выделившую жемчужную смазку.

— Ауч… — выдыхает с глубоким рыком.

Тело Александра напрягается, выдав крупную судорогу. Он простонал, запрокинув голову, и надавливает сильнее ладонью.

— Продолжай. Я хочу посмотреть, на что ты способна.

Вожу ладонями по его бедрам и медленно накрываю головку губами, языком снимая капельку. Вкус мужской смазки тает на языке, не уверена, что мне хватило. Хочется посмаковать, распробовать, вобрать как можно больше и глубже, ощутить его вкус целиком!

Боже, до чего я порочная и влюбленная! Трясусь, стоя на коленях, сгорая от желания отсосать ему…

Глава 2.2

Александр

Она делает первую попытку взять в ротик мой член. Я такой твердый, что могу концом разбить дерево в щепки.

Опасаюсь, что Марика не справится с поставленной задачей. Но ей, черт побери, придется постараться!

Присвоив себе девственность Марики, украв невинность между ее ножек, я оставил нетронутыми еще две потрясающие возможности и собираюсь присвоить их себе.

Одну за другой.

Начнем с ротика, это проще.

Или нет?

Глядя, как губы Марики, ставшие темно-красными, усиленно натягиваются вокруг моего потяжелевшего члена, начинаю сомневаться насчет успешности первого в ее жизни минета.

Я много раз шептал ей о желании трахнуть этот ротик, в свое время жаливший меня острыми фразами. Много раз фантазировал и оттягивал этот момент до последнего.

Дальше терпеть не получится. Жажду получить сполна все, что только она может мне дать.

— Глубже.

Она вдыхает и выдыхает коротко, усердно сопя носиком, опаляя кожу моего живота частым дыханием.

Я могу подсказать ей, как надо. В конце концов, я планирую обучить Марику всему, что знаю, подстроить ее под свои потребности.

Так по-скотски и грязно. Эгоистично желаю брать ее всюду.

Как захочу. Когда захочу. Куда захочу…

Жажду видеть ее всегда готовой, распаленной до предела, по одному щелчку принимающей меня без оглядки и без остатка.

Целиком. Таким, какой есть.

Без шансов на отступные.

Только моя.

На меньшее я не согласен.

— Ты делаешь большие успехи. Дышишь через нос, это правильно. Расслабь ротик немного и будет проще. Пососи.

Головка проталкивается чуть дальше, задеваю концом небо. Марика на миг задерживает, посасывая… О да, идеально четко посасывая, пусть член совсем неглубоко, но эти губы и язык уже хорошо знают свои обязанности.

Она чувствует меня и делает то, что я жду от нее. Я должен держать свои чувства под контролем, но все, что мне хочется, это двинуться дальше и глубже.

Марика готова порадовать меня, но такая напряженная. Поглаживаю большим пальцем ее подбородок со словами:

— Расслабься. Не напрягай глотку раньше, чем необходимо…

Немного меняю позу, чтобы ей было удобнее брать глубже, втягивая по сантиметру. Она гладит пальцами мои бедра и вонзает в них короткие коготки.

— Еще, чуть быстрее…

Черт, мое терпение сгорает слишком быстро!

— Не спеши. Привыкни ко мне, дай себе немного времени…

Кого я пытаюсь уговорить?! Ее или себя? Марика опасается, что нас застигнут врасплох. Изредка за дверью кто-то проходит, чьи-то голоса, взрывы смеха доносятся до слуха…

Ситуация пикантная и до жути опасная для такой правильной хорошей девочки, как Марика. Мне нравится эта чистота и открытость, но я так же не против немного испортить ее.

Для себя. Только я и она.

Никто не узнает, малышка… Но ей об этом неизвестно, она возбуждена и доведена до пика.

Шестым чувством знаю, что ее трусики уже промокли. Марика всегда была горячей штучкой, отзывчивой и открытой для ласки, а беременность усилила в ней природную женственность и придала остроту всем реакциям.

Пока жена, стоя на коленях, усердно вбирает мой член в рот, как послушная студентка, готов спорить, ей хочется унять возбуждение.

Еще как хочется.

Но с этим торопиться не будем!

Я хочу, чтобы эта ночь запомнилась нам двоим навсегда и стала особенной.

Марика выполняет мои инструкции, я поправляю ее в моменты, когда она еще не уверена в своих действиях, но уже через несколько минут стараний она делает потрясающие успехи.

Я готов находиться в горячем раю ее ротика целую вечность…

— Теперь расслабься. Максимально. Я буду двигаться сам!

Марика бросает на меня вопросительный взгляд из-под густых ресниц.

— Стой так, я буду сам трахать твой ротик.

Крепче обхватив ее голову руками, начинаю двигаться бедрами резко и часто.

Нет сил терпеть, ее ласковые прикосновения языком к напряженной плоти еще сильнее подстегивают, возбуждают. Лишившись дара речи, могу лишь утробно стонать, всаживая на всю длину.

Из уголков глаз Марики стекают крошечные слезинки, сияющие, как жемчужинки. От вида ее губок, предельно сильно натянутых вокруг члена, давление становится невыносимым и острая судорога заставляет меня испытать оргазм. Катастрофической силы экстаз плавит мысли, как горячая лава. Мгновения кайфа растягиваются в потрясающую бесконечность.

— Умница, — хвалю хрипло.

Хочется поднять Марику с колен и целовать-целовать, пока она не кончит только от одних поцелуев, а потом нежно и долго, горячо любить в постели. До самого рассвета!‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Но еще слишком рано выходить из образа плохого парня, поэтому я глажу красавицу по щеке.

— Ты хорошо постаралась… Приведи мою одежду в порядок и встань.

Подаю ей ладонь, чтобы помочь, удерживаю жену.

— Ты еще не сменила туфли?

— Не успела. Стоит сменить, господин Савицкий? — добавляет в свой голос ноток непокорности.

Мне так нравятся наши острые пикировки, они не дают заскучать и всегда добавляют перчинки в наш быт.

— Стоит, — киваю.

Помню о ее комфорте, но преподношу это как нечто иное.

— Ты слишком высокая на этих каблуках.

— Нравится, когда я пониже тебя?

— Очень. Вот здесь, — показываю на уровень ширинки. — Было вообще идеально.

— Ах так!

Ее красивые глаза загораются огоньками.

— Да. Знай свое место, жена! — пока она не сказала еще что-то, сверяюсь с часами. — Скоро подъедет лимузин. Ты должна успеть сменить туфли до его прибытия. Я так хочу.

— Алекс! — возмущенно перебивает меня. — Ты хорошенько кончил!

— Да, для первого раза твой ротик отработал на твердую четверочку.

— А как же я? — спрашивает с вызовом. — Ты оставишь меня неудовлетворенной? Ты хоть знаешь, что нельзя отказывать беременной девушке?

— Твой коварный подкат не пройдет, Марика. К тому же я еще не наказал тебя за то, что ты скрывала от меня беременность до тех пор, пока мы не подали заявление в загс. Лишь потом призналась, негодяйка!

— Но ты же знал, — хмурится она.

— Знал. Однако факт сокрытия никуда не исчез. Именно поэтому ты, госпожа Савицкая, будешь отрабатывать повинность. Всю ночь напролет…

— Какой же ты подлец, Алекс! — хватает ртом воздух. — Не стоит думать, что ты оставил меня ни с чем! Я ведь и без тебя могу справиться с желанием. Я так возбуждена, мне хватит и двух секунд.

Черт. Едва не бросаюсь на нее, чтобы запустить руку глубоко в трусики и проверить, так ли это.

Плотно сжимаю челюсти, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Собираю силы, чтобы произнести скучающе-вальяжным тоном, полным превосходства:

— Запрещаю. Будь хорошей девочкой и я тебя порадую. А теперь сними свои трусики.

— Зачем?!

— Ты поедешь без них.

— Ага. Снова… Знай свое место, жена? — передразнивает меня.

— Умница, — посылаю поцелуй губами.

Хочется поцеловать ее по-настоящему, каждый уголок тела заласкать. Я обязательно это сделаю, но чуть позднее.

Пока все идет по моему сценарию…

— Ну? — подгоняю. — Чего стоишь? Сними трусики немедленно и передай их мне!

Глава 3.1

Марика

Командирский тон Алекса заводит меня. Не могу не реагировать на стальные, приказные нотки в его голосе.

Я же полюбила его таким — хладнокровным, расчетливым, готовым пойти на все, чтобы получить желаемое. В нем всегда это было и есть. То, что Алекс показывает в наших отношениях именно эту, темную сторону, не отталкивает, но еще больше пленяет меня.

Если любить, то только так, принимая целиком. Иначе какой в этом смысл?

Я просто знаю, что он меня не обидит. И если я это глубинно знаю, если эта уверенность разносится по моему кровотоку вместе с возбуждением, то можно отбросить в сторону скромность и насладиться близостью с любимым.

Мысленно решиться и произнести это втайне очень легко, но сделать гораздо сложнее!

Мои пальцы справляются с ворохом юбок не так проворно и изящно, как в моих фантазиях. Решив снять трусики, я предполагала что-то такое: подцепила пальцами резинку, спустила их с попки, а потом они скользнули вниз по моим ногам и осели лужицей дорогого кружева на полу.

Однако в реальности юбки мешают мне предстать перед Алексом во всей красе. Основательно вспотев, поддерживаю их и руками, и едва ли не подбородком, я с трудом добираюсь до желаемого. Начинаю спускать трусики и едва не матерюсь вслух.

Что за ерунда!

Трусики не желают сползать кокетливо! Влажные насквозь, они просто скатываются, когда я спускаю их по бедрам, и повисают совсем неэстетично, падая к ногам скрученной тряпкой.

Боюсь взглянуть в сторону Алекса. Он хладнокровен, уверен в себе, смотрится до безумия сексуально в темно-синем костюме. Муж терпеливо ждет.

Вдруг в его глазах будет разочарование?

Во мне. В том, какая я неуклюжая и неумелая… Он явно привык развлекаться с опытными девушками.

Но осторожно посмотрев на его лицо, я едва не задыхаюсь. Александр смотрит на меня так, словно обладает целиком, видит насквозь и не желает упускать.

Я читаю это в его синих глазах, которые становятся глубже и глубже с каждой секундой, утягивая меня в водоворот.

— Ты послушная девочка. Мне это нравится. Теперь подними эти трусики и дай их мне…

Расправляю платье обратно. Ощущения свежести между ног и отсутствие трусиков будоражит. Никогда раньше я не совершала подобного безумства. Даже представить не могла!

Однако сейчас исполняю приказ Алекса и чувствую себя необыкновенно хорошо, чуточку дерзко и так откровенно, как никогда не смогла бы сама. Без него.

Складываю красивое кружево треугольником и передаю его Алексу. Наши пальцы соприкасаются, порождая искру, легкий болезненный укол на месте столкновения.

По телу пробегает дрожь, которая выдает меня с головой!

— Ты хочешь того же, что и я.

Александр перехватывает пальцами мое запястье, притягивает к себе на грудь и позволяет постоять так, обнявшись, несколько секунд, чтобы перевести дыхание и набраться сил для продолжения.

Не знаю, что он задумал, но чувствую, нас ждет необыкновенная ночь. Через несколько мгновений Алекс отстраняет меня от себя и хозяйским жестом задирает юбки платья. Удивлена, как ему удается так быстро справиться с ворохом пышной ткани. Пальцы миллиардера мгновенно ложатся между моих ножек и скользят по напряженной плоти, жаждущей его ласки.

— Девочка потекла, — хмыкает самодовольно.

Мое сердце ухает вниз на предельной скорости, и вслед этому падению от гордости не остается ни следа. Цепляюсь за плечи мужа, чтобы не упасть, сама обвиваю ногой его бедро.

Раскрываюсь полностью. Предоставляю ему право и возможность ласкать, играть, делать со мной все, что вздумается. Это нравится нам обоим…

Его влажные пальцы умело и ритмично ласкают клитор, доводя до пика слишком быстро. Внутри все сжимается требовательно от накрывающих волн, одна за другой, безжалостно сжигают волю в пепел…

— Еще, — шепчу пересохшим голосом, в жалком шаге от пика оргазма.

— Вот так легко и просто?

Едва не кричу от разочарования и шока. Неужели он сможет остановиться сейчас, за миг до черты?

Пальцы Алекса останавливаются, я набираю в сжатые легкие воздуха, чтобы высказать ему все, и именно тогда он быстро и четко начинает орудовать своими безупречными пальцами в глубине лона. Жестко и быстро избавляя меня от сжатой пружины возбуждения.

За мигом напряжения и остроты, от которой сердце перестает биться, просто замирает, следует освобождение.

Тело размывает сладкими волнами оргазма.

— Да-а-а-а, вот так, Марика. Именно так, — целует глубоко.

Мне нужно больше, чем несколько секунд, чтобы прийти в себя после такого. Нужна целая вечность, чтобы найти его губы и целовать до беспамятства!

Однако Алекс, в отличии от меня, не желает тратить время зря.

— Лимузин уже у входа, — сверяется с часами. — Пойдем.

— Мы не будем прощаться с гостями? — спрашиваю недоверчиво. — Просто уйдем?

— Да! Иначе прощание затянется на пару часов. Хуже всего придется в момент, когда к нам подойдет попрощаться Кирилл и начнет делиться своим опытом в постельных утехах и грязными фантазиями на тему, как мы должны провести эту ночь… — морщится Алекс. — Нет. Лучше так. По-английски! Шагом марш, Савицкая. Ты не успела сменить туфли. Ты заставляешь меня отставать от графика. Еще два штрафных очка!

Ох, мамочки… Сколько их уже?!

Я за всю жизнь не расплачусь…

На выходе нас ждет лимузин. Горю от нетерпения. Уверена, мой Савицкий тоже пылает страстью. Распахнутая дверь манит…

Внезапно Алекс тормозит и достает телефон из кармана.

— Телефон, Алекс? Опять кто-то звонит? Только не сейчас! — молю его.

— Я бы с радостью. Но на этого человека я поставил особый рингтон, чтобы не спутать с другими. — Савицкий предельно серьезен, напускное сошло с его лицо полностью. — Звонит Президент.

— Ого!

— Я должен ответить, сама понимаешь. Садись, Марика. Пять минут, и я буду у тебя и… — наклоняется, шепнув пошло на ушко. — В тебе. Очень-очень глубоко в тебе!

Алекс отходит в сторону. Водитель захлопывает за мной дверь и занимает место за рулем.

Почему-то перегородка сразу поднята.

Я не успеваю разглядеть лицо водителя.

Слышится щелчок, двери блокируются. Я едва испытала смутную тревогу по этому поводу, как вдруг… лимузин резко срывается с места.

Не дождавшись моего мужа!

Что происходит?!

Игра?

Но метнув взгляд в окно, вижу, что Алекс забеспокоился, рванув следом за машиной. Его лицо искажено тревогой и злостью!

О нет-нет-нет… Значит, это не шуточки. Это настоящее похищение!

Глава 3.2

Александр

Украли! У меня из-под носа украли жену!

Речь Президента с поздравлениями становится бессмысленным «бу-бу-бу», когда передо мной разверзается ад!

Бросаюсь вдогонку, как глупый пес! Но мне не тягаться с машиной по скорости!

Дыхалку выбивает сразу же, но не от быстрого бега, а от страха и навалившегося ужаса. Я многим переходил дорогу, обзавелся врагами, некоторые из них очень опасные и могущественные…

Недавно обанкротил бизнес одного дельца, не зная, что это лишь прикрытие для преступных делишек. Замял проблему, так думал. Неужели не замял?!

Неужели это месть?!

В моей голове сразу раскручивается пессимистичный сценарий, и как бы я ни хотел думать о хорошем, не получается. Я готовлюсь к худшему и сердце разрывается на клочки от страха за мою Марику. За нашего малыша.

Она такая хрупкая сейчас, моя девочка…

Похищение на свадьбе! Как будто по нотам! Как будто…

Внезапно в голову бьет воспоминанием слова одного из друзей. Кирилла, как водится. Только этот черт вечно подбивает всех на безумства. Именно он хотел устроить фееричное похищение невесты, но когда я жестко отказал в этой идее, даже обиделся на меня!

Причиной моего отказа стала беременность Марики. Не могу я рисковать самым ценным, даже на уровне шуточек. Не могу и все тут…

Но Кир, у этого циничного трахаля совесть сдохла, еще будучи в эмбриональной стадии. Он мог сделать это, мог сыграть похищение невесты, потому что считал идею отличной.

— Господин Президент, благодарю за поздравления.

— Что насчет моего предложения?

Бля…

Все прослушал.

— Обсудим это при личной встрече! — наглею немного. — В деталях.

— Втисну в расписание, тебя уведомят, где и когда. Без опозданий. Еще раз поздравляю с бракосочетанием!

Отключается.

Я несусь обратно, к ресторану, пылая желанием найти лучшего друга и устроить ему взбучку!

Однако… он сам вылетает мне навстречу.

— Саня! Саня! У-у-у-уф, успел! — Кирилл радостно трясет увесистой черной коробкой с золотистым бантом. — Я знаю, что подарки открывают позднее и все такое, но мой подарок это нечто особенное!

— Да что ты такое говоришь?! — останавливаюсь в метре от него. — А по роже тебе не съездить?

— Ты на меня за что-то зол? Потом разберемся! — отмахивается, с гордостью вручает мне презент. — Поверь! Тебе понадобится! Мальчишника у тебя не было, девичник прошел крайне скромно, без выпивки и стриптизеров, уж я-то знаю, подцепил одну мартышку с девичника и между заездами все разузнал. Короче, вы с Марикой совсем не оттянулись! Но я уверен, что брачная ночь должна стать особенной, поэтому подарил вам…

Ах ты ж, сука! Бесишь!

Бросившись на Кирилла, впечатываю ему кулаком в челюсть. Не ожидая нападения он отлетает назад, приземлившись на асфальт.

— Ты чего? Хороший же подарок! Тут не только для тебе развлекушка, но и для твоей жены! Чужого мужика ты точно в постель не пустишь, но резиновым хером побаловаться можно! Огонь инструмент, с кучей прибамбасов! Я такой недавно в дело пустил, девка кончала без перерыва! Думал, помрет! Ты ничего дурного не подумай, я тебе новый подарил, даже гравировку с твоим именем заказал.

— Гравировку ты мне заказал?!

— Да! Чтобы жена знала, кто ее трахает, даже если это не ты, а инструмент в твоих руках. К тому же ты часто бываешь в разъездах, а жена будет скучать. Попользуется игрушкой, вспомнит тебя… — продолжает нести хрень.

— Кирилл, мать твою! Ты о чем вообще?! МОЯ ЖЕНА ПРОПАЛА! ГДЕ МОЯ ЖЕНА?! — трясу Кирилла за пиджак, который трещит по швам. — Живо звони придурку, который мою Марику увез! Она беременна, кретин, ей нельзя волноваться! Звони давай, пока я тебя твоими же подарками не отымел!

— Успокойся! — друг рыкнул неожиданно громко и сильно оттолкнул меня. — Ничего не понимаю!

— Мою жену похитили! И если это не ты… Если это не шутка! — хватаюсь пальцами за волосы. — Ты же хотел устроить похищение.

— Я хотел. Но ты был резко против. Я догадался кое о чем, уж слишком часто ты свою женушку за живот лапаешь. Понял бы, если бы ее мацал за задницу или за сиськи, но твои руки к ее животу вечно приклеены. Я бы не стал, — сглатывает. — Даже шутя. Ты же знаешь, как я… Нет, не стал бы.

— Не ты, значит. Где твой собрат по разуму?

— Ты про Эмина, что ли? Видел его недавно. Он бабу пытается склеить. Какую-то наследницу золотых приисков. Стерва, сразу видно! Я таких сторонюсь, ясно же, что у таких и вагина с зубами, но ты же знаешь Эмина. Чем сложнее, тем ему интереснее. Он сказал, что уломает ее на секс, повел куда-то… — пожимает плечами. — Я за тобой пошел, хотел подарок вручить. Пришлось подождать немного, чтобы не мешать вам, ну ты понял, короче… Не думаю, что за похищением стоит Эмин. Он меня тоже отговаривал от идеи похитить Марику. Не стал бы…

— Блять. Лучше бы это был ты! — закрываю лицо руками.

Всего на миг.

Потом звоню начальнику службы безопасности, холодно обрисовываю ситуацию.

— Погнали! — предлагает Кирилл. — Отсюда только один выезд. До развилки далеко. На лимузине по бездорожью не сунутся. Догоним… Охрана двинет за нами.

— Пожалуй, ты прав! — срываюсь с места.

— Я за рулем! — всовывает мне коробку с подарком и спешит к моей новой спортивной малышке, белого цвета, в честь свадьбы! — Всегда хотел на такой прокатиться!

— Да к черту твой вибратор или что ты еще туда положил! — бросаю коробку под ноги, пристегиваясь

— Не швыряйся, он с бриллиантами и платиной! — возмущается Кирилл. — Думаешь, я тебе фуфло подарил? На заказ делал! Эксклюзив! Такого ни у кого не будет. Только у тебя!

С громким ревом тачка срывается с места. Я вглядываюсь в серое полотно, до боли в глазах.

Напряжение во всем теле, нервы натянуты до предела. Я едва не взлетаю на воздух, услышав звонок от начальника службы безопасности.

— Александр Владимирович, лимузин брошен в километре от ресторана.

— Брошен?! Как… Марика там?!

— Это данные с воздуха. Через минуту будем на месте, выясним детали, но…

— Что но?! — сердце холодеет.

— Марику пересадили в другую машину. Данные с дрона, — чеканит скупо.

— Она в порядке? Держится на ногах? Связана?

Пауза.

— Нет. Она шла по доброй воле.

Не могу в это поверить!

— Пришлите мне эту запись! Немедленно!

Кирилл бросает на меня осторожный взгляд.

— Саня, а ты не подумал, что Марика могла испугаться и снова сбежать? Как в прошлый раз? — напоминает, когда мы бросились в Чехию за красавицей.

— Не могла! — отрицаю возможность.

— Но однажды она уже сбежала без объяснений… Что мешает сделать ей сейчас точно так же?

Глава 4.1

Александр

— Не могла, — выдавливаю через силу.

Вспоминаю наши споры по поводу свадьбы, смущение Марики, страх перед жизнью в моем мире — мире больших возможностей, с заоблачным ценником и катастрофической нехваткой времени на нас двоих. Мне буквально приходится выцарапывать часы для нас. Это цена, которой приходится расплачиваться за все привилегии.

Что, если она решила, будто это непомерно, слишком сложно?!

Слова Кирилла проделали брешь и посеяли смуту в душе.

— Не могла она! — говорю громче, чтобы вытянуть этот грязный ил сомнений и избавиться от плохих мыслей. — Не могла. У нас любовь. Мы договорились быть открытыми. Я просил ее быть открытой, открытой за нас двоих…

— Хорошо, как скажешь. — друг поднимает руки в защитном жесте, отрывая их от руля.

— Верни руки на руль, кретин! Мы летим на скорости! Я не хочу попасть на тот свет, не зная, что случилось с моей женой!

Кирилл усмехается.

— Ты так сильно за нее трясешься. Я тебя совсем не узнаю.

— Заткнись! Мы на месте…

Кирилл лихо дрифтует, словно герой Форсажа, тормозит тачку в аккурат параллельно машине начальника службы безопасности.

— Александр Владимирович, — коротко бросает мой подчиненный. — Здесь есть человек. Когда мы приехали, он пересчитывал наличку! Он не из числа нанятых работников. Но у него был пропуск. Он беспрепятственно вошел на территорию, под видом одного из служащих!

Пиджаки расступаются. Мужчина в форме водителя лимузина лежит на земле, лицом в асфальт, руки скручены за спиной.

— Мужики, вы чего! Мужики… Я же все сделал! Отпустите!

— Кто ты такой, мать твою?!

— Я по объявлению. Мол, требуется водитель лимузина, только услуги, машина ваша. У меня есть лицензия и стаж! Заплатили наличкой, — объясняет мужчина. — Я все сделал, как мне велели. Забрал невесту, передал ей телефон и сумку. Тормознул здесь. Она вылезла, поблагодарила меня, села в машину. Уехала…

— Сумку?! Что было в сумке?!

— Я не заглядывал.

— Александр Владимирович, — снова зовет меня начальник службы безопасности.

Он протягивает мне туфельки Марики, щедро украшенные драгоценными камнями…

— Там свадебное платье, — вздыхает подчиненный и отводит глаза в сторону.

Платье?! Она сняла свадебное платье?!

— Все очень похоже на то, что Марика сбежала, — безжалостно вонзает мне в сердце нож Кирилл.

— Сбежала? Но как… — до сих пор не могу поверить. — С кем?

— С братцем. С кем же еще?

— Демьян! — скриплю зубами. — Живо найдите мне его! Живо!

— Есть!

Хожу возле машины, прижав туфли к груди. Кирилл отбирает у меня эти туфли и всовывает фляжку со спиртным.

— Глотни немного, полегчает!

— Ты что, на свадьбе не напился еще?

— То на свадьба, а это… — взбалтывает. — Всегда при мне. Глотни! Мозги на место встанут!

Безразлично принимаю фляжку и делаю несколько крупных глотков, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, как будто пью обыкновенную воду.

— Эй-эй! — Кирилл принимает из моих рук фляжку и переворачивает ее, трясет. — Ты выпил все!

— Плевать.

— Александр Владимирович, Демьян сейчас находится на свадьбе!

Мне протягивают планшет с данными камер видеонаблюдения. Демьян в обществе лысого Коляна и его невесты разрезают свадебный торт, болтая о чем-то.

— Это онлайн-трансляция?

— Да.

— Но он мог организовать все на расстоянии, — подсказывает Кирилл.

— Нет, — мотаю головой. — Демьян из тех, кто делает все своими руками. Он знает о беременности Марики и переживает за сестру не меньше меня. Если бы он все это организовал, то был рядом. С ней. Такой уж он. Демьян не замешан в этом. Значит… — я не договариваю.

Просто не в силах предположить ужасное!

— Новые данные о передвижении серебристой хонды, на которой увезли Марику, — вклинивается в разговор начальник службы безопасности. — Машина заехала в коттеджный поселок. Там закрытый кпп, проезд только для жильцов. Все гости обязательно регистрируются и указывают адрес, по которому направляются. Не пускают без предварительного согласования с жильцами…

— Коттеджный поселок «Elite Village»? — мгновенно отзываюсь я. — Знакомое место! Недавно там продавался коттедж, уровня вип. На аукционе. Я хотел его купить в качестве загородного дома, иногда ездить отдыхать. Но…

— Но? — подсказывает Кирилл.

— Мою цену перебили! — скриплю зубами.

— Ахуеть.

— Я тоже так решил и хотел выяснить, кто владелец, но мне не сообщили.

— Дважды ахуеть… Кто-то очень сильно напрягся, чтобы ты не получил желаемое!

— Плевать. Двинули в поселок! — говорю не только другу, от отдаю приказ всем. — Выясним, куда увезли Марику!

— Ты продолжаешь утверждать, что ее увезли?! После всего услышанного?

— Да! Я в это верю всем сердцем.

— Ой, — морщится Кирилл. — Терпеть не могу эту чушь про сердце.

— Заткнись уже. А впрочем… — смерил друга с ног до головы взглядом.

Он забеспокоился, начал осматривать свой светло-серый костюм, решив, что с ним что-то не так.

— Я желаю тебе однажды влюбиться так, чтобы сдохнуть без любимой хотелось. Чтобы всеми нервами, всей кожей наизнанку! Вот тогда ты меня поймешь…

— Иди ты на хер с проклятиями! — Кирилл перекрестился. — Поехали уже, хватит на меня порчу словесную насылать!

До элитного поселка ехать совсем недалеко. Кирилл снова за рулем. На этот раз молчит.

Я же мысленно перебираю те контакты, которым могу позвонить, чтобы попасть на супер охраняемую территорию. Собственно говоря, мой выбор пал на загородный дом в этом коттеджном поселке из-за отличной системы безопасности, в котором не удалось найти брешь.

Я хотел, чтобы Марика и я могли уединиться, отдохнуть от суеты, чтобы и она, и дети, наши дети могли чувствовать себя в безопасности. Одного ребенка будет мало!

Пусть Марика еще первенца не родила, но я уже хочу еще детей от нее…

Глава 4.2

Александр

Переживал, что элитный поселок придется брать штурмом, однако стоило нам поравняться с кпп, как машину пропустили без вопросов.

— Проезжайте. О вас предупредили, — шлагбаум поднимается.

— Кто?

— Не могу сказать. Вас ждут по адрес, улица Ковалевского, дом пятнадцать.

Мы проезжаем.

— Ковалевского, дом пятнадцать. Ничего не понимаю! — меня бросило в пот. — Это тот самый дом, который я хотел купить!

— Может быть, у Марики объявились внезапно богатые родственники? — фантазирует Кирилл.

— Не думаю. Она бы сказала…

— Хе!

Под моим разъяренным взглядом Кирилл затыкается.

Мы доезжаем до нужного дома.

— Ого! Вот это да-а-а-а! Понимаю твое желание купить этот дом. Я бы душу дьяволу продал за такие хоромы.

Ворота автоматически распахиваются перед мордой спортивной машины. Заезжаем одни, вооруженная охрана осталась за пределами поселка. Внутрь, кроме нас с Киром, запускаютт еще двоих из охраны. Но… никакого оружия. Такие правила. За нами едет только один внедорожник…

Тормозим прямо напротив входа.

— У нас нет оружия, — говорит громко Кирилл. — Мы беззащитны!

— Такие правила.

— И ты пойдешь туда один? Возьми хотя бы это! — всовывает мне бутылку шампанского.

— Ты мне еще свою коробку с устрашающим вибратором вручи. Конечно, я этой штукой с платиновыми вставками всех распугаю!

— Хоть не с пустыми руками! — талдычит приятель, идя за мной по пятам.

Охрана стелется по обе стороны от меня. Возле парадного входа появляется мужчина… С виду — настоящий дворецкий!

— Прошу! — приглашает пройти внутрь.

Там темно.

— Свет выключен, — комментирует дворецкий. — Пульт управления сегодня не в моих руках. Пройдемте, вас ожидают!

— Чувствую подставу, Саня, — шепчет Кирилл. — Держи бутылку крепче.

— Заткнись.

— Мы справимся. У нас охрана имеется. К тому же я занимался айкидо.

— В семилетнем возрасте. Тебе сейчас почти на тридцатник больше!

— Поменьше скепсиса, Саня! В экстренной ситуации все скрытые ресурсы человеческого организма активизируются…

Дворецкий распахивает двустворчатые, резные двери. За ними — кромешный мрак, зрение, привыкшее к темноте, выхватывает лишь часть огромного зала. Я узнаю этот зал. В нем поместится сотни две, без малейшего стеснения…

— Темно, как в заднице! Я посвечу зажигалкой! — мгновенно отзывается Кир, чиркая фирменным Zippo.

Едва мы делаем шаг внутрь, как резко загораются огни. Сразу все! Бьют по глазам, ослепляя.

Лицо щекочет, на губы, на ресницы опускаются то ли бумажки, то ли конфетти!

— Сюрприи-и-и-и-з!

Блять.

Я чуть богу душу не отдал. На этом же самом месте!

Раскрываю изумленные глаза. Жадно смотрю на Марику, которая плавным шагом идет ко мне. На нас сверху опускаются сотни золотых лент и мелкое конфетти. За спиной жены Эмин дергает за еще одну хлопушку-петарду, направляя в мою сторону.

— Подстава, — выдавливаю еле слышно.

— Эмин?! Ах ты ж сука! — потрясенно выдыхает Кирилл. — Это ты сделал?! ТЫ?! Я думал, ты на такое неспособен!

— Марика?! — ошарашенно стою, пока она, переодевшаяся в более легкое платье и удобные туфли, целует меня в губы, предварительно сняв с них прилипшую золотую ленту. — Ты была в сговоре?! С ним? С Эмином?! Когда успела?!

— Я ни с кем не сговаривалась. Ты же сам…

— Что сам?! Тебя похитили, я едва с ума не сошел!

Крепко хватаю в объятия. Хочу убедиться, что она здесь… Со мной! Моя!

Любимая. Единственная.

Она моя…

— Что-что?! — Марика, нахмурившись, оглядывается на Эмина. — Ты же сказал, что Алекс в курсе! Ты солгал мне?

— Я держал все в тайне! — друг подходит с улыбкой, протягивает мне ключи. — Этот дом твой. Поздравляю со свадьбой, Саня. Будьте счастливы…

— Подарок? Так значит, это ты инкогнито бился со мной до последнего на аукционе за этот дом?! — не могу поверить.

Я просто в шоке.

— Да. Ты упертый сукин сын, — улыбается друг. — Я решил, что такому дорогому подарку нужна достойная презентация.

Не ожидал, что за всем этим стоит мой друг Эмин. От него… точно не ожидал!

— Скотина! — шипит за моей спиной Кирилл. — Эмин, ты же сказал, что не стоит дарить дорогие подарки тому, у кого есть все. Говорил, пусть лучше подарки будут запоминающиеся, — передразнивает Эмина. — Подлец! Теперь я снова выгляжу идиотом!

— А ты что подарил? — спрашивает Эмин.

— То самое и подарил, о чем говорил. Скот! Скот… Ну я тебе это припомню! Ты просто ахереешь, когда я тебе в неожиданный момент припомню этот момент, в котором я выгляжу озабоченным скупердяем, а ты как внезапно расщедрившийся Скрудж Макдак!

Друзья снова начинают спорить.

— Спорьте в другом месте! — отправляю друзей прочь.

Охрану тоже.

В них нет необходимости.

Еще не отошел от переживаний и тревоги. Полон волнения, счастья и понимания, что я без нее, без Марики, просто жить не смогу!

— Твою мать! — выдыхаю.

Крепче стискиваю Марику в объятиях. Просто дышу ее запахом, таким родным, знакомым, желанным…

Она — мой кислород.

— Я тебя люблю, Алекс, — признается она, целуя меня. — Ты сильно переживал?

— Безумно!

— Прости! Я тоже немного испугалась, когда лимузин неожиданно сорвался с места. Но водитель сказал, где лежит телефон, на него позвонил Эмин и сказал, что это инсценировка. Сказал, что ты в курсе и хочешь немного поиграть. Честно говоря, я даже не стала сомневаться в его словах. Думала, что вы все обговорили заранее!

— Нет. Ничего подобного. Это был сюрприз. Сюрприз, от которого я едва не сдох! — вытираю холодную испарину со лба.

— Мне нравится этот дом, — глаза Марики загораются шаловливым огоньком. — Там такая огромная кровать. Просто невероятно. Только если ты, господин Савицкий, не передумал командовать.

— Отнюдь! — перемещаю ладони на попку Марики, прижимаюсь мгновенно затвердевшим членом к низу ее живота. — Я хочу, чтобы моя жена сегодня ночью получила все, что ей причитается. До последней капли.

Глава 5.1

Марика

— Я хочу, чтобы моя жена сегодня ночью получила все, что ей причитается. До последней капли.

Александр произносит слово «жена» немного хищно, смакуя каждый звук. Поневоле я покрываюсь острыми мурашками и облизываю губы, предвкушая дальнейшее.

Похищение вышло на самом деле фиктивным. Эмин заверил меня, что это лишь игра, я ничуть не переживала. Оказалось, что друг Алекса немного слукавил, и для моего любимого супруга похищение казалось настоящим.

Я просто не могу представить, что он испытывал в это время. Я лишь пытаюсь подумать, что все было по-настоящему, и в тот же миг острая паника мешает мне думать.

— О чем думаешь?

— О тебе. О нас…

— О малыше? — подсказывает Алекс, заключая меня в свои объятия.

— Да.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — уточняет супруг.

— Очень. Просто представила, вдруг все было настоящим, не игрой…

— Тебе не стоит думать о плохом, — качает головой любимый. — Я спустил все Эмину, потому что не хочу портить разборками наше торжество, но будь уверена, позднее он получит подробный разбор полетов и больше ни за что не захочет так шутить.

— Хорошо. Ты поцелуешь меня?

— Еще сомневаешься? Плохо, госпожа Савицкая, очень плохо, — потирает ладони. — Итак. Где наша спальня? Ты, наверное, здесь уже всюду побывала и точно знаешь, где тебе хочется мне отдаться!

— Я хочу тебе отдаться? — спрашиваю с небольшим удивлением.

Сама неспешно перехожу из одной комнаты в другую, распаляя нетерпение и желание Алекса. Я слышу как густеет его дыхание и становится чаще с каждой секундой. Пожалуй, он уже на грани, и я тоже с трудом сдерживаю свои порывы.

— Пожалуй, здесь довольно мило!

Я останавливаюсь в главной спальне. Здесь все оформлено не хуже, чем в отеле для новобрачных…

Роскошный интерьер, море цветов, закуски и шампанское. Играет легкая, ненавязчивая мелодия.

— Уверена?

Голос Алекса раздается совсем близко, над ухом. Горячие ладони обхватывают мои бедра, медленно скользя вверх и вниз по телу, разнося непристойный жар и возбуждая еще больше. Я запрокидываю голову, опираясь на него спиной, прижимаюсь попкой к мужским бедрам, закусывая губу, чтобы не стонать.

— Если я скажу, что это платье нравится мне гораздо больше свадебного, это будет считаться кощунством?

— Думаю, тебе просто нравится, что под него проще запустить руку, — выдаю со стоном, потому что рука Алекса уже гладит бедра с внутренней стороны и едва заметно чиркает по кружеву белья.

— Слава богу, они на тебе! — выдыхает он с облегчением, поглаживая меня через кружево. — Я боялся, что тебя похитили без трусиков!

— Похититель взял мой пакет с одеждой и обувью, а там был был запасной комплект белья, — говорю, задыхаясь.

Палец Алекса медленно проскальзывает под ткань, лаская нежные, припухшие складочки.

— Алекс!

— Что, госпожа Савицкая?

Он усиливает трение, я становлюсь сама не своя, под его настойчивой лаской, умением выводить чувственные, жаркие спирали!

Он неожиданно разворачивается и толкает меня к стене, прижавшись бедрами. Я чувствую, как его эрегированный член прижимается к моему лону, нетерпеливо пульсируя от желания подвигаться. Я обхватываю Алекса за бедро одной ногой, он подхватывает меня под попкой и резко опускает.

Как будто насаживает.

Ахаю. Перед глазами рассыпаются золотистые искры. Алекс запускает пальцы глубоко в мои волосы, уничтожив остатки роскошной прически. Глубоко целует меня, сразу начав толкаться языком, как будто трахает…

Я царапаю его плечи и сама пытаюсь двигаться ему навстречу, захлебываясь в наших поцелуях!

— А теперь… — Алекс неожиданно разрывает наш поцелуй, вызвав у меня протест.

Я еще крепче обхватываю его ногами.

— Теперь ты будешь моей послушной девочкой. Ты же хочешь отработать штрафные очки?

— Твоей послушной девочкой? — переспрашиваю с ускорившимся втрое сердцебиением.

— Да.

— И что я должна буду делать?

— Все, что мне захочется, само собой! — отвечает с улыбкой, которая рождает новый вихрь мурашек.

— Х-хорошо. И когда начинать?

— Прямо сейчас.

— Ох…

Алекс опускает меня на пол и, удостоверившись, что я крепко стою на ногах, разжимает объятия. Он играет со мной на своих условиях, но чутко прислушивается к моим ощущениям и реакциям. Думаю, если я скажу ему нет, он обязательно остановится.

Но я не желаю делать этого. Не хочу ограничивать ни его, ни себя…

— Что я должна сделать?

Он мягко разворачивает меня лицом к кровати и не отказывает себе в удовольствии смять попку сильными пальцами.

— Разденься. Оставь на себе только трусики и туфли.

— Хорошо, — отвечаю едва слышным голосом.

— Не медли! — в его голосе хорошо чувствуется нетерпение.

За моей спиной слышится шорох одежды. Алекс раздевается, значит, ему не терпится перейти к главному. Нашу прелюдию к брачной ночи прервали, но желание никуда не делось. Оно до сих пор волнует мою кровь, накачивая взбудораженным состоянием.

Я полна предвкушения, от нетерпения кончики пальцев дрожат, когда я спускаю тонкие бретели с плеч и позволяю платью просто упасть вниз. к моим ногам.

Слышится жаркий, короткий выдох.

— Черт побери, ты идеальная!

Алекс быстро расстегивает бюстгальтер и запускает руки под его чашечки. Большие, мужские ладони ласково сминают грудь. Он хочет меня, но действует осторожно, помня о том, что грудь стала чувствительной и некоторое время прикосновения были мне неприятны.

Но только не сейчас.

Сейчас я стону и сама трусь об его ладони, чтобы он дал мне еще больше!

Голая грудь Алекса прижимается к моей спине. И не только это. Он полностью разделся сам…

— Проказница. Разве я разрешал тебе так открыто демонстрировать желание?

Он находит острые вершинки обострившихся сосков и мягко перекатывает их между пальцами, призывая низ моего живота пульсировать беспрестанно.

— Ох, Алекс! Не останавливайся! — двигаю бедрами назад, наталкиваясь на его крепкий, твердый стояк и трусь об него попкой.

— Довольно! — отстраняет меня от себя. — Теперь иди на кровать. Лицом вниз. Я хочу, чтобы ты встала на четвереньки и подняла свою попку выше головы.

— Ох, черт. Но это так…

— Неприлично? Доступно? Все так. Именно так я тебя и хочу…

Легкий шлепок по попе служит дополнительным стимулом.

Я делаю шаг вперед, понимая только одно: я тоже хочу этого — принадлежать ему целиком!

Глава 5.2

Марика

Не знаю, что задумал Алекс, но мне очень нравится его тон — уверенный, властный, с командными нотками, которые чувствуешь где-то внутри себя. Они рождают призывные пульсации. Если я встану так, как он потребовал, муж поймет, что я возбудилась до неприличия сильно.

— Чего же ты медлишь?

Я занимаю ту позу, которую он сказал, и слышу, как он подходит к кровати. Опускает горячую ладонь на мою попку, приподнимая ее.

— Выше задницу.

Черт!

Мне приходится зарыться головой в простынь, чтобы Алекс не видел, как сильно я покраснела!

— Вот так, умница…

Александр проводит ладонью по всей попе, спускается пальцами и касается увлажненного входа указательным и средним пальцами, размазав соки по набухшим складочкам.

— Хорошо смотришься, Марика…

Без предупреждения он вводит в меня свои пальцы, вызывая судорожные голодные сжатия стеночек лона. Подвигав совсем немного, ухмыляется довольно.

— Отзывчивая девочка.

— Не томи, — прошу охрипшим голосом.

По большему счету мне уже плевать, как непристойно я выгляжу со стороны. Я просто хочу его. Хочу своего любимого мужа.

— Командую сейчас я… — гладит меня по попке ладонью. — Будешь себя хорошо вести, передам контроль тебе. Но до тех пор именно ты — моя послушная девочка.

Матрас прогибается под весом мужского тела. Я вся сжимаюсь, становлюсь пульсирующим комком влажного возбуждения. Полна предвкушения, доведена до грани, истомлена…

— Алекс! — хныкаю, потому что он медлит, наслаждаясь моей доступностью.

В момент, когда я уже была готова требовать от него секса в открытую, ощущаю прикосновение к влажным складочкам. Нежное, горячее, очень точное и быстрое. Как будто.

О боже нет… Не может этого быть!

Но через миг Алекс крепче перехватывает мои бедра и снова проводит языком, собирая влагу, целуя крепко.

До дрожи. Так сильно и дерзко, что ноги в коленях становятся как желе.

Всхлипываю и прогибаюсь под его искусный рот, просто подставляюсь под него, чтобы ласка не прекращалась.

— Еще, — говорит хрипло, переключаясь на мой клитор.

Сначала шаловлио терзает набухший комочек языком, просто дразнит, потом усиливает нажим и выводит спирали, которые туго сжимаются к эпицентру моего возбуждения.

— Боже, я не выдержу! Это слишком…

— Выдержишь! — говорит строгим тоном, но тем не менее полным возбуждения. — Я только начал.

Я знаю, что Алекс бывает ненасытным в постели, но сегодня он решил показать мне, что границ не существует и просто увлекает меня в водоворот страсти, танцуя языком и губами на влажной плоти.

Смакует меня.

Черт. Снова черт.

Под его языком я начинаю чувствовать себя сливочным десертом, который он дегустирует, смакует, подбираясь к самому главному. Он начинает дразнить меня активнее, нажимает языком глубже и сильнее, проникая внутрь. Активнее дергает меня на себя, буквально трахая языком податливую плоть.

Не выдержав этого напора, сломившись под шквалом возбуждения, я кончаю, не в силах прекратить эти сжатия, судороги и громкие стоны.

— Еще… — алчно вбивается языком, не желая меня отпускать.

Боюсь, что он меня съест. Слопает без остатка!

— Алекс… — пытаюсь отползти от его жадного, настойчивого рта.

Но он не позвоялет остраниться и снова делает это — раскручивает мое возбуждение, начав с нежной ласкии заканчивая мощными таранящими движениями языка.

Снова рассыпаюсь на миллиарды частичек, обессилено прижимаюсь грудью к влажной простыне.

— Хорошая девочка, так сочно кончаешь, — шепчет на ухо, поцеловав меня в щеку.

Он переворачивает меня на спину и распрямляет ноги, судорожно сжатые в коленях, разгоняет поцелуями мандраж и заставляет расслабиться.

Но кровь продолжает кипеть. Я боюсь, что стоит ему дотронуться до меня снова, я буду кончать без перерыва.

— Я тебя люблю, — говорю совсем чужим голосом.

— Признания после оргазма не считаются, — смотрит на меня сощуренным взглядом. — Но я приму во внимание, что ты говорила мне прежде эти же слова. Так уж и быть, я тебе верю.

— Ах ты… садист!

Влажные волосы налипли на лицо. Алекс осторожно снимает их и целует меня в губы. Нежно и осторожно, углубляя поцелуй, просовывая язык мне в рот.

— Почувствуй, какая ты сладкая, — передает влажными прикосновениями языка мой собственный вкус, растирая его между поцелуями.

Я готова сгореть от стыда и мысли, что мне это нравится.

Еще больше хочется продолжения. Я двигаюсь к Александру навстречу, задевая бедром напряженный, горячий, твердый, как сталь, член.

— Хочу тебя, — забрасываю бедро на его ногу.

— Надо же. Значит, наши желания совпадают! — с рыком подминает меня под себя.

Глава 6.1

Александр

Наконец-то добрался до главного! Схожу с ума от нетерпения и желания погрузиться в самый сладкий и горячий рай…

Я бы мог говорить много и долго, как сильно люблю Марику и как хочу сделать своей, самыми непристойными способами. Но времени на размышления чертовски мало!

Собственно говоря, я просто не хочу больше тратить ни одной долбаной секунды и несказанно рад тому, что моя Марика беременна. Значит, можно погружаться в нее без резинки.

Это особенный кайф, чувствовать каждым сантиметром напряженной плоти ее ответные сжатия, горячность и готовность отдаться.

Лишь задеваю половые губки головкой члена и скольжу ниже, прижимаясь к самой сладкой дырочке, которая влажная настолько, что просто умоляет меня ее трахнуть.

Она вся подо мной, в моей полной власти. Опустив голову, я смотрю, как член скользит между складочек, нажимает на вход. Я сам продлеваю пытку предвкушением. Каждый раз, когда я задерживаюсь возле входа, начиная давить сильнее, Марика выгибается в спине, мне навстречу.

Тихо смеюсь, вновь дразню ее.

Себя тоже…

— Алекс! — требует с возмущением. — У нас будет секс в брачную ночь или ты будешь изводить меня?

— Будет. Опусти ручку. Погладь себя, — прошу.

— Ты невыносим! — закатывает глаза.

Я облизываюсь от предвкушения. Мне нравится наблюдать за тем, как она ласкает себя в ожидании, когда я погружусь в нее. Мой маленький бзик — смотреть, как ее пальчики теребят бусинку возбужденного клитора.

Я испытываю ни с чем несравнимый кайф, как она в моем присутствии доводит себя до оргазма. И в момент, когда ее лоно начинает сжиматься в конвульсиях экстаза, именно в тот самый момент я вжимаюсь телом в нее, погружаясь целиком. Одним длинным, глубоким толчком.

В мозгу происходит короткое замыкание, когда я вижу, как она открывает рот, чтобы закричать от оргазма, умноженного надвое, и не может этого сделать, просто задыхается от глубоких, частых стонов. Трясется и сжимает меня чертовски сильно!

— Ты охеренная, — замираю на пике, сам едва дыша.

Но через миг начинаю двигаться, приподнявшись над ней.

— Так?

— Да-да, именно вот так! — стонет она, раскрываясь еще больше.

— А так? — подхватываю ее ноги под коленями, разводя широко в стороны, подбрасываю их себе на локти, поднимая выше и выше, чтобы достигнуть максимально глубокой точки.

— Боже, Алекс… Алекс, прекрати! — умоляет она, содрогаясь от быстрого, жесткого темпа.

Я не могу оторвать взгляда от ее искусанных, влажных губ. Жадно очерчиваю личико любимой и опускаюсь ниже, на идеально вылепленную грудь, ставшую еще полнее из-за беременности.

Тугие, полные груди колышутся от моих толчков, а заостренные пики венчают их, как вишенки на торте.

От ее всхлипываний и громких стонов самообладание летит к чертям и та планка, которую я упорно держал на протяжении целого вечера, просто падает вниз. Задрав ее ноги на свои плечи, я наклоняюсь к губам, манящим меня.

— Я тебя люблю. Чувствуй это! Прямо сейчас! — рычу, вдалбливаясь на предельной скорости. — Чувствуй это всегда… Без сомнений! Люблю!

Последнее слово я стону глубоко в ее ротике, податливом и мягком. Горячий поцелуй, танец губами и языком довершает наш горячий секс, становится кульминацией, после которой ее внутренние мышцы пленяют член в плотные тиски, такие тугие и крепкие, что я кончаю.

Еще одно остервенелое движение и я кончаю, глубоко простреливая семенем.

Она в ответ сжимает меня со всех сил, царапает плечи. Наверное, завтра я буду исполосован весь ее коготками… Сейчас же она отдается целиком этим сумасшедшим ощущениям, кайфу без границ, полному единению, слиянию…

Наши тела словно не могут существовать по отдельности. Мы не можем отлепиться друг от друга, не можем перестать целоваться…

Через несколько долгих мгновений я осторожно поднимаюсь, снимая ее ножки со своих плеч, поцеловав тонкие щиколотки.

— Как ты, Марика? — спрашиваю о ее ощущениях, чтобы быть уверенным, что не переборщил с игрой в плохого парня, не передавил в сексе…

— Это было… вау, у меня нет слов! — признается Марика.

— Тебе понравилось?

— Очень. Ты завел меня своим командным тоном. С того самого мига, как ты утащил меня в ресторане я желала лишь одного — стать твоей женой по-настоящему.

— Я тоже этого ждал. Признаюсь, держать холодную маску было сложнее всего. Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя, как мне нравится, когда тебе хорошо. Едва сдержался, чтобы не зацеловать тебя всю.

Осторожно опускаю одну ножку на свое бедро, растираю вторую ступню, целуя пальчики, один за другим.

Марика смотрит на меня влюбленным взглядом.

— Сдерживался? Это нехорошо. Не хочу, чтобы ты сдерживался. Целуй меня!

Улыбнувшись ей в ответ, ласкаю пальчики интенсивнее. Втянув один из них в рот, посасываю, потом переключаюсь на другой.‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— М-м-м-м… Вот теперь я чувствую себя госпожой Савицкой, — смеется Марика, расположившись на подушках поудобнее.

Немного придя в себя, она опускает пятку на мой пах, начинает гладить пальчиками член, который твердеет, словно по волшебству, и снова начинает рваться в бой.

— Чего желаете, госпожа Савицкая?

Глава 6.2

Александр

— Я могу загадать все, что угодно?

— Так точно.

— И ты исполнишь, как джинн?

— Твой персональный, на все готовый джинн.

— Хм…

Марика прикладывает пальчик к пухлым губкам, постукивая по ним. Одновременно с этим снимает ножку с моей эрекции, я притягиваю обратно.

— Эй…

— Госпожа против? — вздергиваю бровь.

— Не против, — улыбается коварно, начиная поглаживать пальчиками возбужденный ствол от самого основания и до конца.

Мне нравятся ее ножки, я от них без ума, балдею от того, как крохотные пальчики шаловливо скользят по члену.

— Ты придумала, что будешь с этим делать? — качнул бедрами.

— Еще думаю.

— Думай поскорее. Я могу взорваться.

— Кажется, ты забыл, кто сейчас госпожа!

Марика садится на кровати с коварным видом и командует:

— Открой шкаф и подай мне халатик.

— Зачем тебе халатик? Мы же едва начали!

— Подай. Мне. Чертов. Халатик! — копирует властные, приказные нотки.

Вижу, что ей с трудом удается держать на своем кукольном личике маску стервочки. Но должен признаться, голос у нее звучит, как надо. Табун мурашек поднялся вверх по позвоночнику и даже волосы на голове приподнял. Пьяное возбуждение ударило в голову, резко скользнуло вниз, прилив к концу члена, и без того твердого, как камень.

— Как скажешь.

Распахиваю дверцу огромного шкафа и снимаю с вешалки нужную вещь.

— Теперь надень его на меня и завяжи красивый бантик! — командует моя красавица.

Одеть? Я как бы на другое надеялся. Думал, что в брачную ночь все должно работать в обратную сторону.

Марика внимательно следит за моим выражением лица, чувствуя, что моя доминантная натура и привычка командовать одерживает верх.

— Хочешь сказать что-то, Алекс? — спрашивает с затаенной надеждой.

Ее глаза поблескивают. Ох, кому-то понравилось командовать! Надеется наказать меня, шлепнув ладошкой по заднице? Или придумает что-то поинтереснее? Например, будет ласкать себя у меня на глазах и заставит смотреть, запретив прикасаться, запретив снимать напряжение…

Мля, надеюсь до этого не дойдет! Это будет реальной пыткой! Я люблю смотреть за ней в моменты удовольствия, но лишь при условии, что и сам распробую этот десерт. Оставаться в стороне — не мой вариант!

Поэтому придется затолкать куда подальше свой гонор, наступить на глотку командному тону.

— Я лишь хотел уточнить, какой бантик ты хочешь. И в каком месте? Спереди, сзади… Может быть, с левой стороны или под грудью, — перечисляю варианты.

Сам думаю, что между этих роскошных сисек шикарно смотрелся бы мой новый галстук — темно-винного цвета с тонкой, черной полоской. Ох, как роскошно он смотрелся бы в момент, когда Марика прыгала на моих бедрах, сидя сверху.

— Обычный бантик. Спереди.

Марика поворачивается ко мне спиной, явно ожидая, что я помогу ей одеться и выполню все процедуры за нее.

Что ж.

Я охотно это исполню. Думаю, она не станет меня истязать на протяжении целой ночи. Ей тоже очень хочется секса, а с беременностью либидо лишь усилилось.

Я хочу ее постоянно, и она не отстает в этом желании. Пока нет врачебного запрета, пока ее беременность находится на начальной стадии, можно наслаждаться роскошным телом женушки, которая округляется в попке и в груди, на радость моим загребущим рукам.

— Тебе идет этот цвет, — продеваю руки Марики в широкие проймы.

Трясусь от желания погладить нежную кожу золотистого цвета. Но не делаю этого, потому что не хочу нарваться на очередной запрет от жены, решившей примерить на себя роль госпожи.

Признаюсь, ей к лицу. Я возбуждаюсь еще больше и по-новому, глубже влюбляюсь в Марику.

— Теперь завяжи бантик, — просит, дыша учащенно.

Я собираюсь обойти ее спереди, но Марика удерживает меня на месте.

— Стой там, где стоишь и завяжи мне бантик. Постарайся, чтобы он был ровным.

Задача не из простых! Мне придется приобнять Марику со спины и на талии завязать ей бантик так, чтобы было красиво. Но гораздо сложнее просто не сорваться.

Потому что ее сладкая, задорная попка находится в опасной близости от моего возбужденного члена, наводит на грешные мысли.

Постараюсь сильно не прижиматься.

Вот только в планы Марики входило кое-что другое…

Глава 7.1

Александр

Едва руки оплетают тонкий, стройный стан, жена прижимается спиной к моей груди, откидывается затылком на плечо.

Мое дыхание стало частым, как и сердцебиение. Словно этого мало, Марика делает движение бедрами, рисуя восьмерки возле моих бедер.

Задевает член, само собой.

Каждый раз как будто током пронзает насквозь. Очередной виток… Заход на новую спираль. Я едва держусь!

Еще немного и просто поставлю негодницу на четвереньки, оттрахав хорошенько!

— Ты плохо стараешься. Это даже узлом не назвать. Не то что бантиком, — напоминает капризным, скучающим тоном.

Прижимается плотно-плотно, приподнимается и опускается так, что халатик задирается и мой член касается ее влажных, припухших складочек.

Млять…

Перед глазами словно разлили чернила.

Я не могу удержать глухой, рваный стон и поневоле хватаю ее за бедра, желая прогнуть и насадить на твердый конец.

— Бантик! — стонет она, напомнив мне о цели.

Прогнувшись в спине, скользит вверх и вниз. Снова вверх и вниз, задевая, смазывая меня своей влагой, наполняя ароматом возбуждения вязкий, густой воздух.

Едва держусь. Не думал, что Марика способна на такую провокацию.

Моя скромняшка-жена тот еще чертенок.

— Я тебя хочу…

Спускаю халатик с одного плечика, начиная целовать кожу, вторую руку запускаю под ткань, сжимая твердую грудь. Соски трутся об мою ладонь.

— Можешь приласкать меня немного, — говорит, задыхаясь. — Но только не… А-а-а-ах!

Я уже запустил пальцы под ее халатик и раздвинул мягкие, влажные складочки, начав дразнить Марику.

— Боже, Алекс… Ты такой нетерпеливый! Я хотела не совсем так!

— Ох, наверное, я перепутал. Простите, госпожа Савицкая. Сейчас все сделаю в лучшем виде.

Властно, но бережно нагибаю Марику над кроватью и притягиваю к себе за бедра, мгновенно входя на всю длину членом.

— Оо-о-о-х, Алекс!

Она кончает за два глубоких толчка. Бьет все рекорды по скорости и прогибается еще сильнее, подставляясь под мои размеренные, глубокие толчки. Теперь я трахаю ее не на предельной скорости, наслаждаюсь каждым движением, кайфую от тесноты и горячности ее лона.

— Боже, ты невыносим!

— Мне нравится, когда ты зовешь меня по имени, но на сегодня и «боже» принимается!

— Еще! — просит она, сама вильнув бедрами мне навстречу. — Еще… Вот так, девочка! Да… Именно так!

Поневоле я ускоряюсь, вновь срываясь на быстрый темп. Попка Марики идеально лежит в моих ладонях, ответные сжатия, то, как часто и крепко она обхватывает мой член, сигнализируют о скором оргазме.

И я, желаю усилить ее ощущения, смачиваю большой палец слюной, опустив на ажурную звездочку попки. На миг она сжимается.

— Александр… — говорит с небольшим возмущением. — Я запрещаю тебе!

Большой палец ритмично поглаживает дырочку, размягчая напрягшиеся мышцы, надавливаю чуть сильнее, входя понемногу.

— Ах, нет!

— Когда командуешь, госпожа Савицкая, делай это так, чтобы твои слова звучали убедительно. Я думаю, ты тоже этого хочешь… Доверься мне. Просто доверься!

Она сдается моим усилиям, расслабляется, позволив ласкать себя пальцем в сокровенном местечке, на которое у меня тоже огромные планы!

— Быстрее, Александр. Быстрее, — просит с глубоким придыханием.

— Уверена, что ты хочешь большего?

— О да. Хочу.

Готов поспорить, что в этот миг она жутко покраснела.

— Тогда ложись на животик! — подкладываю подушку, чтобы ей было удобнее.

Марика мгновенно исполняет мой приказ. Или все-таки просьбу? Черт побери, я уже запутался, кто кем сейчас командует. Кажется, мы заигрались, забылись и не различаем границ, просто принадлежим друг другу целиком.

— Люблю тебя, — шепчу на ушко, усиливая движение пальцами, которых уже больше, чем один. — Расслабься, впусти меня.

— Уже? — спрашивает пьяно.

Я быстро сменяю пальцы членом, пока она не до конца поняла, что я от нее хочу. Вернее, я уверен, что она все прекрасно понимает, знает и хочет того же. Но пока еще не настолько откровенна, чтобы попросить меня о таком виде ласки и секса.

К счастью для Марики, я угадываю ее желания прежде, чем она успела подумать о них на полную катушку. Моя неопытная малышка весьма горяча в сексе, я могу руку дать на отсечение, что и об анальном секса она тоже думала тайком. Так же как могу поставить все свое состояние, что она первой не попросила бы об этом! Значит, дело за мной, как и первый шаг.

Я собираюсь быть напористым, но в то же время осторожным, чтобы показать ей приятную сторону наших взрослых отношений.

Уже внутри… Надавливаю сильнее, проникая внутрь, пройдя головкой.‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Ой! — только поняв, что я уже глубоко в ней, Марика напрягается. — Ты жулик! — жалуется она. — Ты все подстроил.

— Скорее, настроил твою попку под себя!

Снова целую ее в висок, влажный от пота, пахнущий сладко.

— Расслабься, осталось совсем немного. Я не сделаю тебе больно. Но если захочешь прекратить, скажи…

Покрываю летящими поцелуями шею и плечи, расслабляя, убеждая, что все хорошо.

— Ты остановишься?

— Если тебе не понравится. Но… ты будешь просить добавки.

Глава 7.2

Алекс

Думал, что смогу продержаться долго, что буду трахать сладкую попку часы напролет, но едва очутился внутри целиком, как оказался схвачен в тесный горячий плен…

Несколько скользящих движений вызывают сильнейшее желание кончить! Не буду же я таким несдержанным!

— Алекс, — задыхается Марика, изгибаясь подо мной. — Я…

— Тш-ш-ш-ш, девочка. Ты такая тугая и сладкая, просто охренеть! — просовываю руку под ее тело, чтобы скользнуть пальцами по напряженному узелку клитора.

— Ты хочешь, чтобы я умерла от оргазмов?

— Хочу, чтобы тебе было хорошо! — рыкаю, опустив влажный лоб на ее плечи.

Она комкает пальцами простынь, выгибается еще сильнее, сжимаясь туже и быстрее.

— Мне очень хорошо!

— Я хочу тебя, — признаюсь. — Не могу сдерживаться.

— Я тоже тебя хочу…

Ускоряюсь, чувствуя, что этот жаркий темп выдоит меня досуха. Хватает нескольких размашистых толчков, чтобы ощутить, как Марика потекла над моей ладонью, сжалась туго вокруг напряженного члена в последний раз и кончила, одновременно со мной.

Такой мощный оргазм гулом проносится по всему телу, заставляя мышцы звенеть от напряжения. Мысли — в пыль.

Падаю на кровать, как будто с огромной высоты и перекатываюсь на бок, чтобы не придавить Марику весом своего тела. Поворачиваю голову в ее сторону и улыбаюсь.

Глупо. Абсолютно счастливо улыбаюсь! Она переворачивается на спину и тоже смотрит в мою сторону, часто дыша.

Смотрю в ее затуманенные глаза и просто не могу сказать ничего. Впервые теряюсь в море слов, растеряв способность составить даже простейшее предложение!

— Ты очень красивая. Я говорил тебе это?

— Говорил.

— Скажу еще раз. Ты очень красивая.

— Я тебя люблю, — хрипло шепчет Марика и прижимается к моему телу, расположив голову на плече.

Мы оба жаркие и влажные, покрытые липким потом, но нет и следа мысли, чтобы оторваться друг от друга и уменьшить жар обоюдного притяжения.

Возможно, Марика не знает, но точно поставила меня на колени. Не приказным тоном или тем, что она только что вытворяла со мной, но… другим.

Собой.

Своей искренностью и кристальной чистотой…

Все, чего я хочу, это быть с ней.

Мгновенно проваливаюсь в дрему на сверхсветовой скорости.

— Александр?

— Ммм? — сонно бормочу я.

— Кажется, я хочу чего-то особенного, — шепчет Марика.

— Чего же?

Преодолев стремление уснуть, я поворачиваюсь на бок и подкладываю локоть под голову, любуясь лицом Марики.

— Я проголодалась.

— Сейчас все сделаем! — тянусь к ней, целуя в шейку.

— Ну нет, Алекс… Я не про секс! Я по-настоящему проголодалась. На свадьбе кусок в горло не лез, я за все переживала, боялась, чтобы свадьба получилась идеальной, такой, какой ты ее запланировал, а сейчас…

— Сейчас ты проголодалась! — подвожу итог.

Ищу взглядом наручные часы. Они валяются возле кровати.

— Половина третьего ночи, — комментирую.

— Но я смертельно проголодалась, — вздыхает.

Бульк…

— Черт побери, этот звук ужасен! — жена смущенно прикрывает ладошками свой урчащий живот.

— Ха-ха-ха… Самый сексуальный звук, что я слышал. Моя беременная жена проголодалась.

Мне нравится говорить это. Нравится, как звучит. Да, черт побери, я счастливчик!

Итак, что у нас есть?! Я обвожу взглядом спальню.

— Фрукты, конфеты, сливки, шоколад, шампанское, минеральная вода и лимонад, — перечисляю то, что стоит на виду.

Стандартный набор для новобрачных.

— Не подходит, — вздыхает Марика.

— Хм… Здесь должна быть кухня, так? Я знаю, где она. Давай быстро сгоняем в душ, а потом…

— Потом ты сможешь приготовить мне что-нибудь вкусненькое? — предлагает Марика.

Я побледнел. Никогда готовкой не занимался. Этот сюрприз я точно не смогу сделать своими руками!

— Вообще-то я планировал заказать нам еды. Из ресторана.

— Но я хочу домашней еды.

— Значит, будем делать домашнюю еду. Пошли в душ, грязнуля.

— От грязнули слышу!

* * *

После того, как мы приняли душ, слегка увлекшись в процессе, спускаемся на первый этаж, найдя огромную кухню.

— Ого… Здесь поместится целый штат поваров! Холодильник гигантский!

Наверняка там найдется что-нибудь вкусненькое!

Марика распахивает дверцу и выдыхает разочарованно:

— Он пустой.

— Черт побери, действительно, пустой. Надо же, Эмин подарил мне дом с пустым холодильником. Есть за что его отругать. Закажем еды?

— Еще скажи, поедем покушать на свадьбу, — дразнит меня Марика.

— Как вариант! — смеюсь. — Там полно еды.

— Нет, — качает головой. — На самом деле я хочу домой.

— Что?

— Хочу домой. Дома остался вкусный капустный пирог. Я готовила его, — напоминает.

— Хочешь поехать домой за капустным пирогом?!

— Ужасно хочется, ты даже не представляешь, как сильно я хочу капустный пирог.

— Давай закажем? — достаю телефон, загружая приложение по доставке еды. — Вот смотри. Написано, домашняя кухня. Работают круглосуточно. Заказать тебе пирог?

— Я хочу тот самый пирог, который готовила сама. К тому же он уже настоялся, стал вкусным, сочным… Пальчики оближешь! Только капустный пирог и ничего другого.

Блин. От слов Марики и у меня разыгрался аппетит. К тому же пирог действительно вкусный. Я успел ухватить кусок. Или два куска? Не помню!

Что же делать? Брачная ночь… Мы либо должны кувыркаться, либо спать, как убитые. Но Марике захотелось пирога, и я тоже заразился от нее этим желанием.

— Хорошо, поехали за пирогом.

— Ура! Ты самый лучший в мире муж! — Марика целует меня и убегает одеваться.

Вздохнув, отправляюсь следом за ней. Ехать в первую брачную ночь обратно домой за капустным пирогом? Наверное, только моя беременная жена способна на такое!

Но я не могу ей отказать в этом маленьком капризе, поэтому мы едем домой.

Глава 8.1

Александр

— Давай я разогрею пирог? — предлагает Марика, глядя, как я ем холодный пирог, стоя на кухне нашего дома.

— Нет-нет, холодненький — самое то!

— Пожалуй, ты прав!

Жуем в полной тишине и почти в темноте, даже свет верхний не включили, только подсветку над рабочей поверхностью. Потом отхлебываю сладкий чай из кружки Марики.

— Может, и тебе налить чаю?

— Твой вкуснее, — отвечаю с улыбкой и снова набиваю рот пирогом.

Честно говоря, на свадьбу мы заказали роскошнейшее меню. Но почему-то вкуснее всего оказался домашний капустный пирог из собственного холодильника…

— Ты самая необыкновенная, — целую Марику, притягивая к себе. — Эта брачная ночь запомнится нам надолго.

Обняв Марику, чувствую, как на меня накатывает усталость и умиротворение.

— Пойдем в кроватку? — прикрываю зевок кулаком.

— Надеюсь, ты не про секс, а про сон?

— Про секс, конечно! — пытаюсь улыбнуться порочно и не сползти в очередной зевок.

— Ты какая-то неутомимая секс-машина, а вот я, честно, немного передохнула бы. С самого раннего утра на ногах… — Марика подныривает под мою руку и заглядывает мне в лицо. — Ты не против?

— Я согласен на небольшую передышку. Откровенно говоря, она нам просто необходима.

Едва дойдя до кровати, засыпаем, обнявшись.

* * *

Меня будит звуком входящих смсок. Мой телефон едва не кипит от обилия поздравлений! Я забыл выключить телефон, хотя имею полное право отдохнуть и поспать, тем более после брачной ночи. которая стала очень плодотворной и жаркой.

Любимая рядом. Прикрываю глаза всего на секунду…

Снова кто-то звонит настойчиво. Не хочу, чтобы мою Марику разбудили…

Наощупь нахожу телефон и отключаю его.

Переворачиваюсь набок, чтобы обнять жену, как делал это на протяжении целой ночи, но рука находит лишь пустоту и холодную простынь.

Что за черт?!

Еще же так рано! Или не совсем рано, поправляю себя, посмотрев на часы, стоящие на тумбе.

Ого, уже довольно позднее утро… Неудивительно, что моей Марики нет рядом. Наверняка она уже в душе.

Сажусь на кровати, разгоняя сон. Тело ломит приятно, чувствуется, что я разминался ночь напролет, но откровенно говоря, я бы не отказался и от утренней разминки в постели!

Начинаю думать о жене, член наливается приятной тяжестью…

Мои порочные фантазии не успевают раскрутиться на полную катушку.

Потому что…

Слышу истошный крик Марики!

Полный страха.

Он доносится издалека, с первого этажа. И я, забыв обо всем, бегу, перепрыгивая через две ступеньки…

Сталкиваюсь с ней у самой лестницы. Марика спешит мне навстречу. Испугавшись за нее так сильно, как никогда не пугался, хватаю жену в охапку.

— Что случилось?! Ты в порядке? Живот болит? Ну же не молчи, не молчи, Марика!

В голове сразу проносятся ужасные мысли: вдруг мы с сексом переусердствовали? Вдруг что-то с беременностью?

— Там… Там… Там… — икает Марика, показывая на кухню.

— Ты в порядке? Как себя чувствуешь?

— Я в порядке, но там… на кухне!

Марика обнимает меня крепко. Я выдыхаю спокойнее.

Блин, она меня перепугала! Я подумал о дурном. Но сейчас понимаю, что Марика могла испугаться ерунды. Может быть, мышь проскользнула? Хотя, какие мыши в моем доме?!

— У нас на кухне стоит чужой голый старый мужик! — шепчет Марика. — Я только спустилась, а на кухне… он! Стоит и что-то моет в раковине!

— Чужой мужик в нашем доме?! Не может этого быть, Марика. Я сейчас схожу, проверю.

— Нет-нет, не ходи сам. Вдруг он опасен?!

Задвигаю Марику за спину, делаю шаг в сторону кухни, как вдруг, навстречу нам выплывает…

Блин! Я сам чуть на задницу не сел.

Протираю глаза, чтобы убедиться, что мне ничуть не показалось.

Мой папаша?!

Я его уже несколько лет не видел!

Разговаривал с ним тоже крайне редко. На мое приглашение на свадьбу он так и не ответил!

— Привет, Сашка! — машет мне ладонью, прижимает к левому боку какой-то странный фрукт. — Я к вам с гостинцами!

— Папа? — спрашиваю севшим голосом.

— Что?! — удивленно выглядывает из-за моей спины Марика. — Это твой папа? Но…

— Папа, иди и надень штаны! — прошу, прикрыв глаза жены ладонью. — Разгуливать в таких маленьких плавках в чужом доме просто неприлично.

Мало того, что плавки маленькие, так они еще и красные.

Словом, мой папаша в своем репертуаре. Он всегда считал себя красавчиком, хоть и не вышел лицом. Странно, что на этот его фокус с неотразимостью девушки всегда липли, как мухи. Или, как вариант, они липли на состояние.

— Сашка, поздравляю! К свадьбе успею? Мне бы смокинг прикупить, а то я…

— Папа, — цежу сквозь зубы. — Свадьба была вчера. Иди оденься, я не буду разговаривать с тобой в таком виде.

— У тебя какие-то проблемы с восприятием тел взрослых людей? — подбоченился.

Он такой наглый, что у меня просто слов не находится. Есть одна мысль, пожалуй, но она не самая приятная. Для него, разумеется. Не для меня. Я-то вышвырну этого наглеца с удовольствием. Вон из моего дома!

— У меня проблем нет, но моя жена не должна смотреть на твой старый голый зад, сморщенный, как изюм. Оденься. Или проваливай!

— Хорошо. Я оденусь! Но для протокола… я считаю, что и так одет!

Папаша поворачивается к нам спиной, понимаю, от чего Марика была в шоке. Самому на его обвисший зад смотреть тошно…

— Прости! — обнимаю Марику. — Ты сильно испугалась?

— Очень. Я просто не ожидала, что в доме будут посторонние. Как его вообще запустили?

— Это моя вина, — признаюсь, вздохнув. — Я же до последнего момента надеялся, что папаша прикатит на свадьбу, внес его в список лиц, которых можно пропустить на территорию. Надо было его оттуда удалить, но у меня в голове столько всего крутилось с нашей свадьбой. Я о нем просто забыл!

— Неудивительно. Ладно, я не хотела тебя напугать. Извини, что я отреагировала так бурно.

— Не извиняйся, Марика. Ты у себя дома, а он — гость.

— Вот с этим я бы поспорил! — раздается голос папаши.

Глава 8.2

Александр

— Не понял… — рычу.

Резко, на пятках разворачиваюсь в сторону отца. Он соизволил приодеться — натянул веселые шорты и просторную, полупрозрачную рубашку белого цвета.

— Ты что-то сказал? — делаю шаг в его сторону. — Ты? Что-то вякнул? В моем доме?!

— Вообще-то, этот дом… кхм… — папаша словно уменьшился в росте, но завершил то, что начал говорить. — Этот дом достался тебе от меня! Как, впрочем, и бизнес.

— Да как ты смеешь… — сжав кулаки, шагаю в его направлении.

— Алекс, — просит Марика, дотронувшись до моего локтя.

Нетерпеливо сбрасываю ее тонкие пальчики. Перед глазами весь мир закрутился черной воронкой, в эпицентре которой остался только он — мой папаша!

— Мало ты мне в прошлом крови выпил? Еще и сейчас выкатил очередной фокус: опоздал на свадьбу, ввалился в дом без предупреждения. Напугал мою беременную жену!

— Я звонил, — пытается оправдаться. — Правда, звонил, но…

— Хрена с два ты мне звонил!

— Алекс, остынь, пожалуйста, — едва слышу голос Марики.

— Все утро звонил! — снова вякает папаня. — Ты не отвечал. Что прикажешь мне делать? Поцеловать ворота собственного дома и уехать? Меня пустили, я вошел.

— Ты не имеешь никакого права заявляться ко мне и вести себя, так, словно ничего не произошло.

— У тебя что-то случилось? — хмурит кустистые брови.

— Блять! Не корчи из себя еще большего придурка, чем ты есть! Ты бросил мне на руки больную маму и бизнес на грани банкротства, а сам снял все деньги со счетов, какие только мог, и умотал в Доминикану, трахать молодых девок! Куча долгов и руины — вот что ты мне оставил. Поэтому не смей вякать о своих правах в этом доме, который до сих пор находится во владении семьи Савицких только благодаря мне!

— Ты выкарабкался из сложной ситуации. Значит, мне есть чем гордиться! — надувает грудь колесом. — Я воспитал тебя настоящим мужиком. Не слюнтяем!

— Ах ты ж…

Все. Терпению хана! Бросаюсь на отца с кулаками и вдруг слышу страшный грохот.

Оборачиваюсь.

На полу валяются осколки чайного сервиза, стоящего на одной из полок — дорогой фарфор с позолотой.

Марика стоит рядом, прижав руку к животу. Моя ярость остывает мгновенно.

— Ты не поранилась?! — перепрыгиваю через осколки, чтобы добраться до жены, стоящей босиком посреди океана острых, как бритва, осколков.

— Нет, я не поранилась, все в порядке, — отвечает она, дыша часто. — Сам не поранься.

— Я не поранюсь. Иди ко мне, на руки!

Подхватываю ее под коленями и уношу прочь из комнаты, поймав все же несколько осколков в собственные пятки.

— Алекс, поставь меня, я могу идти, — бьет меня ладошкой по спине Марика. — А вот тебе не помешает самому присесть.

— Я в порядке.

— Ага, хромаешь! Все, мы уже в спальне. Сядь, пожалуйста, и не топай больше, иначе осколки вопьются глубоко в пятку и потом придется вырезать их в хирургии! — журит меня наблюдательная жена.

— Ты права. Принесешь аптечку? Я выковыряю их.

— Не вздумай лезть сам. Ты на взводе! Я позабочусь о тебе! — качает пальчиком возле моего носа, потом внезапно обнимает крепко-крепко и ерошит мои волосы пальцами.

— Ты убежала так рано! — приподняв ночную сорочку, прижимаюсь лицом к животу Марики. — Я не успел тебя полюбить, как следует. С утра.

— Ох, я боялась, что вообще не смогу встать с кровати, после таких ночных приключений, — смеется Марика. — Но вполне жива и чувствую себя прекрасно.

— Я тоже. Вот только наше первое утро в браке было подгажено появлением папаши, — вздыхаю.

— Ничего. Думаю, ты справишься. Ты всегда справляешься с трудностями. За это я тебя и люблю.

— Надо же! А я думала, что ты скажешь, как я хорош в постели!

— И это тоже. У тебя очень много положительных качеств, Александр.

— Очень люблю тебя.

— И я тебя. А теперь давай я все же принесу аптечку?

— Подожди. Еще минутку, — прошу, наслаждаясь теплом и отзывчивостью стройного тела любимой, пахнущей сладковатой ванилью и ее любимым кокосом. — Говорят, дети похожи на родителей. Я не хочу быть похожим на него, — признаюсь неожиданно. — Я правда не хочу, чтобы дети говорили обо мне: какой же ты скот, папаша.

Голос странно садится, становится чужим и ломким.

— Ты не будешь таким, как он, — успокаивает меня Марика. — Ты станешь отличным отцом.

— Ты в это веришь?

— Верю. Всем сердцем.

Марика поднимает мое лицо к себе и награждает поцелуем, самым сладким и нежным, который только был у нас.

— Давай займемся твоей пострадавшей пяткой, Алекс.

Глава 9.1

Александр

Марика с ловкостью хирургической медсестры извлекла осколки из пятки и дала распоряжение прислуге прибрать бардак в комнате на первом этаже.

— Прости за сервиз. Я нарочно его разбила, чтобы привлечь твое внимание. Он очень дорого стоит?

— Немало, но мне он никогда не нравился. Пустяки!

Марика переодевается в домашнее платье и садится перед зеркалом, открыв косметичку.

Я, чтобы не сидеть без дела, листаю ленту в телефоне. Не хочу видеть отца! Чувствую, что мне нужно еще немного времени. Иначе набью ему морду. Давно пора…

Добираюсь до журнала пропущенных вызовов. Нахожу среди кучи звонков номер, который не записан в моей телефонной книжке под именем «папа», но я все же помню его наизусть.

— Он звонил, — признаюсь нехотя. — Хоть в этом не соврал. Представляешь, с пяти часов утра звонил, а я не слышал.

— Я тоже не услышала звонка. Мы просто устали и крепко спали. Не стоит так злиться и портить нам праздник. Он все же приехал, — говорит осторожно.

— Да. С опозданием! На сутки…

— Может быть, рейс задержался?

— Или он с перепоя даты спутал! Все, не желаю о нем ничего слышать! Видеть его тоже не желаю. Сейчас позвоню охране, пусть выведут его за ворота и отвесят пинка под зад! Внесу его в черный список лиц, которым категорически запрещено приближаться к моему дому!

Меня несет и дальше, прорывает фонтаном. Понимаю, что Марика здесь ни при чем, что не ей я должен выкатывать претензии, но я слишком долго терпел и молчал, копил в себе. Понимаю, что выгляжу уязвимым, признавшись в своих слабостях, но знаю, что могу перед ней обнажиться. Уверен, что Марика не ударит меня в спину.

— Козел. Вот он кто, — выдыхаю последнее, замерев у большого окна. — Козел и точка! — больше никто.

Марика обнимает меня со спины, крепко прижимается грудью, обволакивает своим теплом и нежностью, сцепляет руки под самым сердцем. Я накрываю ее руки своими ладонями.

— Я тобой восхищаюсь, — говорит она.

Хоть я не вижу ее лица, но чувствую, что Марика искренна со мной в этот момент.

— Я тобой восхищаюсь, потому что ты всегда поступаешь правильно, по совести. И сейчас ты тоже знаешь, как должен поступить. Просто не хочешь этого делать, да?

— Не хочу, — целую ее пальцы, поднеся повыше. — Хочу хоть раз побыть кем-то другим. Не собой… Может, будет легче?

— Думаешь, тебе понравится быть другим?

Отрицательно качаю головой.

Моя Марика снова права… Опять права, моя ненаглядная.

— Хорошо, что ты рядом. Делаешь меня лучше, чем есть.

— Брось, ты и без того самый лучший…

Марика встает рядом со мной, я обнимаю ее за плечи и целую темные волосы. Мы смотрим в одном направлении, во двор. Там мой папаша выкатил свой небольшой чемодан и шнурует ботинки, присев возле чемодана. Потом встает, вытягивает ручку, поправляет на чемодане что-то…

Смеюсь в голос.

— Он даже не может просто так взять и уйти, не устроив целую сцену. Ты только посмотри, ну, он же время тянет!

— Возможно, так и есть. Но ты его уже не изменишь. Какой есть.

— Ничего хорошего.

— Но он не делал пакости исподтишка, да? Как моя тетка, когда подсунула отравленные пирожки. Твой папа, возможно, ни за что не станет отцом года, но насколько я поняла, он и не пытался им стать. Вдруг ему захочется стать веселым дедушкой для нашего малыша?

Вздыхаю тяжело. Папаня, справившись с чемоданом, начинает поправлять на себе одежду, крутить на кулаке легкомысленную соломенную шляпку.

— Знаешь, как он учил меня плавать? У меня все не получалось… Однажды мы были на отдыхе, я снова тонул, как топор, без круга и прочего. Папаша сказал, залезай, передохни. Я залез на лодку, снял нарукавники и отложил в сторону круг. Папаша рассмеялся, сказал, что эти круги для слюнтяев-малышей, столкнул меня в воду и завел мотор лодки… Сделал вид, что уплывает.

— Он уплыл?

— Совсем недалеко, метров на тридцать. Но эти тридцать метров казались мне бесконечностью. Наверное, именно тогда я и понял, что полагаться не на кого. Даже самые близкие могут столкнуть с лодки. В любой момент.

— Но у тебя есть надежные друзья. Есть я и наш малыш. Для меня наша клятва быть вместе — это настоящее.

— Для меня тоже.

— Я буду рядом. Всегда!

Марика поднимается на цыпочки и целует меня в щеку.

— Всегда, — повторяет она. — Что бы ты ни решил насчет своего непутевого папаши.

— Я уже все насчет него решил! — хмурюсь.

Выгнать к чертям, дело с концом. Заслужил…

Но в этот момент папаша нахлобучивает свою шляпу на голову, решительно берется за ручку чемодана и бросает последний взгляд на дом, в котором я вырос.

Смотрит с тоской…‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Понятия не имею, что там заколыхалось у меня внутри, но что-то точно трепыхнулось. Может, родом из детства или хрен знает откуда еще.

— Ладно. Я дам ему шанс. Последний, — говорю нехотя и набираю охране, чтобы пригласили папашу обратно в дом. — Пусть погостит немного, день-два, потом уматывает обратно.

— Вдруг из него получится неплохой гостевой дедушка? — предполагает Марика.

— Это единственный вариант для него, чтобы появляться в этом доме. И я надеюсь, что он окажет тебе должное уважение!

* * *

— Итак, ты останешься у нас погостить, — приветствую папу внизу, в просторном холле первого этажа.

— Я знал, что ты родного папку на улице не бросишь! — радостно говорит отец.

— Постой! — пресекаю его попытку обняться. — Я еще не договорил. Погостить — это значит остановиться в моем доме на короткий срок и вести себя подобающим образом, уважая интересы домочадцев. Никаких прогулок в трусах и полуголым. Никаких экзотических фруктов на моем столе! — хмурюсь. — Моя жена беременна и эксперименты с едой нам ни к чему. Все ясно?

— Как божий день! — клянется папа. — Твоя жена ждет наследника, надеюсь? Сына?

— Еще не знаем и для нас это значения не имеет. Для тебя — тоже. Все понял?

— Понял. Так пойду брошу кости в прежней спальне…

Намекает на спальню родителей.

Снова во мне закипает злость, но пытаюсь говорить спокойно:

— Ты бросишь свой чемодан в той гостевой спальне, которую я для тебя выберу, отец. Спальня мамы останется без изменений, и ты не станешь оскорблять ее память своим присутствием в этой комнате. Это важно.

— Еще ты нас друг другу не представил официально, — подсказывает Марика, обняв меня.

— Моя любимая супруга — Марика, а это мой отец, Владимир Николаевич.

Папаня сначала важно кивает, а потом распахивает объятия, заявляя напыщенно:

— Добро пожаловать в семью, Марика!

Говорит так, словно я спрашиваю его благословения!

Не могу отделаться от мысли, как он меня раздражает, но все же Марика, добрая душа, уговорила меня дать папаше шанс.

Я буду держаться настороже, потому что как никто другой знаю, каким высокомерным засранцем он может быть. Он всегда смотрел свысока на простых людей…

Я дам ему шанс. Но если папаша его профукает, пусть пеняет на себя.

Глава 9.2

Александр

Я четко указал отцу на границы, он с ними согласился и даже вел себя, как подобает. Но возвращаться в Доминикану не торопится, снял лофт в центре и живет там, навещая нас Марикой так часто, словно живет в доме, а не приходит время от времени.

Я с подозрением отношусь к такой активности, но Марику мой старик смешит постоянно, рассказывая байки, к тому же многое родом из детства. Может быть, моя жена права, и хотя бы дед из отца получится веселым?

Многого от него не требуется, я не жду от отца реальной поддержки и хочу лишь одного, чтобы он хорошо относился к моей жене и детям, потому что планирую большую дружную семью…

* * *

Большинство молодоженов стремятся сразу же укатить в свадебное путешествие, но мы отложили немного это событие и отправились на курорт только через месяц.

Едва смогли отвязаться от моего папаши! Он хотел затащить нас на отдых в Доминикану, но я открестился от этого сумасбродного предложения. Мне не хотелось, чтобы каждый выпивоха в местных барах считал, что шапочно знает меня, по рассказам папаши.

Ведь тот явно трепал языком и рассказывал всем черт знает что! Может, выставлял себя гуру бизнеса, который научил сына всему, что умел, и с чистой совестью ушел в отставку…

Полторы недели отдыха запомнились нам с Марикой как самое спокойное время, что мы проводили вдвоем. Никогда прежде у нас не было столько возможностей насладиться обществом друг друга, не только в постели, но и в общени.

Мы стали ближе, отношения вышли на новый виток, когда начинаешь понимать вторую половинку с одного красноречивого взгляда и готов идти на все, чтобы дать ей желаемое.

* * *

Перед поездкой в больницу Марика сильно волнуется, потому что нам должны сообщить пол! Наконец-то…

Я выкроил время из своего расписания, чтобы быть с женой в этот момент.

— Кажется, у вас будет мальчик. Хотя нет, постойте. Может быть, девочка.

— Так девочка или мальчик?! — теряю терпение.

— Не могу точно сказать, крутится беспокойно, — с сожалением произносит врач.

— Это нормально?

— Вполне нормально. Может быть, позднее сможем точнее сказать пол.

— Да уж, вы вообще ничего толкового нам сейчас не сказали! — говорю с усмешкой.

Марика взволнованно смотрит на экран, с замершей счастливой улыбкой. Я проникаюсь теми же чувствами и после того, как помог уже округлившейся Марике подняться, поцеловал.

В остальном беременность протекает отлично.

Однако я чувствую, что Марика чем-то обеспокоена.

— Алекс, а если родится девочка, ты сильно расстроишься? — внезапно спрашивает она, оказавшись у выхода из клиники.

— Что?

Едва не пропустил момент, когда дверь начала закрываться. Если бы не доводчик, хлопнула бы она сейчас меня по носу.

— Марика, откуда у тебя в голове такие мысли?! Я жду ребенка от тебя и мне все равно, кто это будет. Вопрос пола интересует меня с точки зрения подготовки комнаты, одежды, игрушек… Только и всего!

— Точно-точно не расстроишься?

— Точно, — заверяю ее.

— Хорошо, а то твой папа явно ждет внука и все уже прожужжал мне о том, как ты хочешь сына, вот и я подумала, что…

— Меньше слушай, что говорит мой папаша. Может, его вообще вытурить из дома? Слишком часто он там бывает!

— Сейчас у вас наладилось общение, — робко говорит Марика. — Я бы не хотела лишать тебя возможности настроить отношения с единственным родителем.

— Ты меня не лишаешь возможностей, но даришь сотни новых! — возражаю жарко, целуя любимую.

Ее круглый животик упирается в мой пресс и я чувствую себя еще более одержимым и голодным по ней, если немедленно не получу свой десерт, сойду с ума от воздержания.

— Пойдем, — утягиваю жену в сторону нашего лимузина. — Скажу водителю, чтобы сходил за сигаретами и попил кофе!

— Прямо сейчас?!

— Да. Я хочу тебя, — шепчу ей на ушко. — Хочу, чтобы ты села сверху, спиной ко мне и покрутила своей попкой над моим членом.

— Я не дойду до машины, если ты будешь соблазнять меня такими словами! Колени дрожать начинают!

— Это только начало, ведь я хочу…

Едва вижу перед собой то, что окружает нас. Потому что улетел далеко в свои фантазии и мысленно снимаю с Марики влажные насквозь трусики или просто сдвинуть их в сторону. Какой мучительный выбор!

— Привет, Марика. Здорово, дружище! — разрушает мои фантазии голос старшего брата Марики.

Стоит у моего лимузина.

— Голубой или розовый? — взвешивает два букета с цветными акцентами.

— Здрасьте, — здороваюсь. — Себе оставь. Мы пока не знаем, кто поселился в животе у Марики.

— Изворотливый? Значит, сын, весь в тебя! — говорит с ухмылкой.

Вообще-то он мешает моим планам по совращению жены и похищает Марику, задавая те же самые вопросы, на которые я только что дал ответ.

— Марика, мы опаздываем, — напоминаю я.

— Дай поболтать с сестрой.

Перед глазами темнеет от жажды секса и желания сказать Демьяну, чтобы занялся своей личной жизнью.

Ах да, у него ее нет, именно поэтому он бывает у нас дома почти так же часто, как мой папаша! Еще чаще зазывает Марику к себе, и она там ориентируется ничуть не хуже, чем в нашем доме.

Не знаю, почему я соперничаю за внимание Марики. Соперничаю с кем? С ее братом!

Ревнивый дурак, вот кто я такой…

Но сейчас у меня есть один крепкий и большой повод, чтобы Демьян убрался, а он не собирается этого делать и приглашает Марику посетить его новую студию звукозаписи!

— Мы уже были на открытии, перерезали ленточку, — напоминаю ему.

— Закулисная жизнь совсем другая, — не сдается Демьян.

Да свали ты уже, я хочу свою жену, почти кричу открыто, и вдруг…

Хлопаю себя по лбу.

Болван, какой же я болван! Совсем забыл о подарке лично для Демьяна! Так замотался со свадьбой, с папашей, с работой, что совсем запамятовал о подарочке!

— Знаешь, пожалуй, я тоже поеду! — хмыкаю громко и потираю ладони. — Вернее, ты, Марика, поезжай с Демьяном прямо сейчас, а я приеду чуть позднее. Опоздаю на минут двадцать, чтобы вы, девочки, успели посплетничать и обсудить мои трусы!

— Алекс, я не обсуждаю с Демьяном твои трусы! — возмущается Марика и подходит ко мне, шепнув. — Что ты творишь? Я хотела кое-что получить от тебя! Забери меня. Возьми… прямо сейчас! — смотрит блестящими глазами.

В штанах полыхнуло еще сильнее. Член буквально каменный.

— Возьму, — обещаю хрипло. — Но нужно сделать кое-что еще. Терпи, девочка!

— Ты снова делаешь этот командный тон! — жалуется она. — Знаешь же, как я на него реагирую!

— Знаю, — отправляю кивком. — Жди.

Глава 10.1

Марика

— Кажется, кому-то не терпится залезть в трусики моей сестре? — ухмыляется вслед уехавшему Алексу Демьян.

— Дем, ну ты свин! Я сказала Алексу, что мы не обсуждаем такие темы! Но стоит ему отвернуться, и ты начинаешь меня смущать!

— Неужели я не прав и он не хочет тебя круглыми сутками? — делает удивленный вид.

— Прекрати, бесстыжий! Признайся, что тебе нравится дразнить моего мужа!

— Не хочу, чтобы он расслаблялся и считал, будто женившись на тебе, он достиг всего.

— О боже! — хватаюсь со стоном за голову. — Почему я так уверена, что ты и его методы воспитания станешь критиковать?

— Конечно!

— А вот здесь тебе придется притормозить! — тыкаю пальцем в грудь брату. — Какой у тебя родительский опыт?

— Нулевой, — отвечает с улыбкой. — Такой же, как у тебя!

— Но-но, притормози, Каминский! У меня будет плюс один! Сразу же, в миг рождения бэбика. Поэтому не думай, что я позволю тебе умничать и злить моего Алекса нотациями.

— Ты чего? Дуешься? — обнимает меня за плечи. — Я же шучу любя. Поехали, покажу тебе свою студию…

* * *

Я уже была на открытии студии звукозаписи Демьяна. Знаю, что он долго об этом мечтал и вынашивал планы. Безумно рада, что его мечты осуществляются, а карьера идет в гору.

— Теперь ты совсем закопаешься с головой в работу! Сколько у тебя фирм… И всюду нужно успеть.

— Савицкий же успевает.

— Мой Алекс — гений, — говорю с нескрываемой гордостью.

— Я не стану вешать на себя медаль гения. Скажу, как есть. Пришлось отказаться от бизнеса в Рязани. Подарил свою долю другу, Данику.

— Это очень щедро с твоей стороны!

Брат замялся, пожав плечами.

— Да в целом, не очень. Всегда рассматривал тот бизнес, как дополнительную подушку безопасности.

— Мне кажется, ты что-то скрываешь!

— В последний визит я чуть не переспал с его женой. Мы посидели, выпили втроем. Данику позвонили и попросили срочно приехать. Я с его женой остался наедине и чуть не трахнул ее, — признается брат. — Чувствую себя погано… Хоть ничего не произошло, я тормознул, но блин, — ерошит волосы. — Сам не понимаю, как мы оказались в одной постели, а она верхом на мне! Плохо помню, что было. Все так смазано, как будто я пил паленку и отрубился на время… Я расслабился и потерял контроль.

— Но ты не переспал с ней? Вовремя остановился?

— Очень! Она едва не нырнула в мои трусы. Меня просто тряхнуло, я сумел остановить ее, пока не произошло непоправимое.

— Даник знает?

— О нет. Иначе бы он приехал с братом-борцом наминать мне бока.

— А что сама жена твоего друга думает об этом?

— Лопочет, что я ей всегда нравился, но не более того. Говорит, не знает, что на нее нашло, извиняется и прочее бла-бла-бла. Она просит не рассказывать другу этот секрет, чтобы сохранить брак и семью.

— Ты не расскажешь?

— С одной стороны, между нами ничего не было. С другой, все равно погано сказать другу: извини, я твою жену чуть на член не насадил! Я в их доме бывал как у себя. Однако сейчас ощущаю, что не имею права больше наведываться к ним в дом.

— Значит, будешь чаще бывать у нас с Алексом? — подвожу итог.

— Мыслишь в верном направлении! — смеется брат. — Думаю, позднее я смогу наладить общение с Даником, но сейчас мне неловко.

— Неужели он ничего не заподозрил?

— Ведет себя, как обычно! — пожал плечами Демьян.

— Ох, мой Алекс сейчас бы выдвинул теорию, если ты плохо помнишь, как все началось… Если один из супругов ведет себя как ни в чем не бывало, хотя твое поведение говорит само за себя, а второй просит держать в секрете из страха потерять семью, то напрашивается только один вывод.

— Какой же? — прислушался Демьян.

— Это была подстава. Друг уличил момент и сыграл на твоем благородстве, а его жена подыграла. Тебя развели на бизнес! Знали, что ты откупишься. Может быть, даже хотели шантажировать чувством вины.

— О, странно слышать такие версии от тебя!

— Думаю, как Александр, и только, — улыбаюсь брату.

— С кем поведешься, с того и наберешься! Даже если так, то черт с ними, — отмахнулся Демьян. — Тот бизнес крал у меня время, а выхлоп начал казаться не таким значимым, как возможность заниматься своей мечтой. Позднее истина вылезет наружу. Я остался чист тем не менее и этому рад.

— Думаю, осадок пройдет со временем.

— Мне уже легче, что я обсудил это с тобой. Пока прошу на кресло босса! — усаживает меня в кожаное кресло и просит помощника Матвея принести нам чай.

Время в компании брата пролетает незаметно, однако Алекс появляется точь-в-точь как и сказал, через двадцать минут после нашего приезда.

Любимый муж с довольной улыбкой опускает на стол перед Демьяном папку. С большим розовым бантом, немного примятым сверху.

Глава 10.2

Марика

— Что это?! — откидывается в кресле старший брат. — Намек на то, что я близок с Марикой? Бантик открыто насмехается, будто мы подружки? А внутри что? Фотки с дрянным монтажом?!

— О нет, я не настолько глуп и мелочен, — морщится Алекс. — Я хотел сделать тебе этот подарок еще перед свадьбой, но замотался немного и подзабыл.

— Значит, там ничего важного!

Демьян лихо сметает папку со стола, подставив мусорное ведро снизу. Но папка шлепается сверху него.

— Осторожнее, Демьян. Ты сейчас можешь выкинуть на мусорку свой шанс на счастье, — предупреждает его Алекс. — Помнишь, я говорил тебе об ошибке? Открой…

Демьян перестал улыбаться, придав своему лицу серьезное выражение. Он взвешивает папку на ладони.

— Клянешься, что там важное?

— Не буду клясться. Скажу так, для меня этот аспект начал играть важную роль. Кажется, и для тебя это тоже не пустой звук.

— Черт побери, когда ты начинаешь говорить загадками, появляется желание узнать, что внутри!

Демьян лихо срывает бантик и безжалостно рвет обертку.

— Но если там внутри прикол… — останавливается. — Я тебя побью, мальчишка. Без шуток поколочу!

— Ну-ну, давай!

Алекс обнимает меня за плечи и наклоняется, чтобы шепнуть на ушко:

— Моя девочка еще не остыла?

Губы любимого мужа едва задевают кожу, рассыпая крохотные искорки предвкушения.

— Тебе придется постараться.

— Я так и знал, что нельзя было отвлекаться, — цыкает недовольно. — Ладно, я с этим справлюсь. Пойдем?

— Хочу узнать, что внутри! — подаюсь вперед.

Демьян вынимает папку, листает ее и по мере того, как он продвигается дальше, его глаза становятся все больше и больше, а брови ползут на лоб.

— Вот оно… То самое выражение! Демьян, посмотри на меня! — зовет Алекс, снимая на телефон.

Старший брат ошарашенно смотрит на Алекса, даже не злясь, что муж снимает видео. По правде говоря, я думаю, что Демьян ничего перед собой не видит, полностью погружен в свои мысли!

— Дем, что там?! — спрашиваю.

— Ты гонишь, Алекс! — говорит хрипло Демьян и подскакивает с кресло, начинает ходить вдоль стола, запустив пальцы в темные волосы. — Быть этого не может! — сбивает ударом кулака кресло.

— Боже, Алекс, что ты ему подсунул?! — спрашиваю удивленно. — Я его никогда таким не видела!

— Скажи! — рявкает Демьян, опершись ладонями на стол. — Это все твои шуточки? Приколы, как те, которыми вы постоянно обмениваетесь с друзьями?!

— Это не шутки, — охлаждает пыл Демьяна мой муж ледяным тоном. — Это правда. Смирись!

— Хочешь сказать, что у меня есть дочка?! Взрослая?! Хочешь сказать, что моя дочь… чуть младше моей сестры?! Да ну нафиг! А мамаша ее кто?! Марина какая-то… Блять, я даже не вспомню, кто она такая. Как ты это раскопал?!

— Кто ищет, тот всегда найдет! — с достоинством отвечает Алекс. — Марина — твоя временная подружка, еще со школы, последний класс.

— Выпускной? — хмурится Демьян. — Лето после школы…

— Вот видишь, ты уже все вспомнил. Глянь, там еще результаты генетической экспертизы. Ты стал папой, дружище, много лет тому назад и даже не знал об этом. Кстати, она — твоя копия на лицо. На твоем месте я бы навестил дочку, потому что условия там не ахти… — небрежно роняет Алекс, прекрасно зная, что Демьян не откажется помочь и точно взглянет на то, как живет его дочь.

Предполагаемая? Нет, кажется, Алекс не врет! Настоящая…

— А я, значит, уже тетя? — вклиниваюсь в разговор мужчин.

— Ты будущая мамочка! — Алекс поднимает меня. — Дадим ему время осмыслить все, пусть подумает…

— Дем? — зову брата.

Он снова рухнул в кресло и листает ту самую злосчастную папку, вытащив фото.

— Дем, ты как?

— Я в… ахуе, — прочищает горло. — Извини, по-другому не скажешь. Иди, я… Я должен подумать и проверить все. Позвоню позднее.

— Пойдем, не будем мешать ему свыкаться с мыслью об отцовстве!

Любимый муж не дает мне поговорить с братом, утягивает прочь из здания и с коварной ухмылкой распахивает дверь лимузина.

— Вперед, я хочу завершить то, что мы начали…

Глава 11.1

Марика

В роскошном салоне мы только вдвоем, окна затонированы, но я все равно думаю, что это слишком непристойно!

Близость Алекса заставляет меня совершать безумства, а мысли о брате и том сюрпризе, что ему приготовил муж, тают под горячими, жаркими поцелуями любимого.

Он жадно скользит ладонями по телу, гладя небольшой, округлившийся животик и постанывает прямиком мне в рот.

— Сладкая, ты такая охеренная… Почему ты так вкусно пахнешь? Новый парфюм?

— Нет, я уже несколько дней не могу пользоваться парфюмом, душит.

— Значит, твой собственный запах просто бомба! — облизывает шею, покусывая.

Слышу, как звякает металлическая пряжка его ремня. Мы еще только целуемся, но Алекс успевает распустить ширинку и стянуть вниз брюки вместе с бельем.

— Ох, черт… Ты сразу перешел к главному! — пялюсь во все глаза на его член. — Вот это да.

— Да-да, я жутко голоден! Иди ко мне, как и обещала!

Он подсаживает меня на свои колени и властно задирает юбку платья. Я не могу удержаться, чтобы не поддразнить его. Просто скольжу на его бедрах, наталкиваясь на член и уходя в сторону.

До тех пор, пока он не рыкает сердито:

— Стоять!

Легкий шлепок огревает попку.

— Накажу за нарушение дисциплины. Поедешь домой без трусиков.

Он с легкостью разрывает невесомое кружево. Мой слух ласкает этот порочный треск, наполняя предвкушением.

— Алекс, ты хоть знаешь, что это были мои любимые трусики.

— Теперь они мои! — засовывает кружевные обрывки в карман пиджака и притягивает меня плотнее. — Садись на мой член.

Стараюсь не подавать виду, как меня заводят эти пошлые разговорчики и приказной тон мужа, но он и так все чувствует, когда наталкивает меня влажными складками на свою каменную эрекцию.

— Опускайся, — хрипло шепчет. — До самого основания. Бери меня целиком…

Скольжение вокруг толстого, увитого венами ствола его члена наполняет невероятными ощущениями. Мне нравится быть такой тугой и влажной для него. Я сама едва не скулю…

— Вот так!

Взмахом бедер, Алекс насаживает меня целиком и обнимает крепко, чувствую себя пришпиленной к нему намертво и задыхаюсь от жгучей наполненности и твердости, которая находится глубоко во мне.

— Молодец, ты такая послушная и открытая для меня. Моя девочка…

Пальцы Алекса распускают пуговицы на моем платье и оттягивают вниз кружевной лифчик, чтобы схватить пальцами тугие, острые бусинки сосков.

— Алекс… — хныкаю я, когда его пальцы начинают играть с моей грудью, полной, тугой, налившейся возбуждением.

— Двигайся, — просит он, усиливая ласку.

Волны пожара скользят от груди вниз, по животу, концентрируясь влажным, горячим комком между ног.

Возбуждена до предела. Всхлипнув, делаю первое движение с громким стоном приподнявшись и опустившись на бедра мужа.

— Даа-а-а… Вот так! Раскачивайся, — приказывает он. — Двигайся.

Мои движения сначала не такие уверенные и жесткие, как ему хотелось бы, скорее, я пробую для себя, как удобнее и лучше, как вкуснее для нас двоих. Но потом, найдя ту самую идеальную точку соприкосновения и ритм, уже не могу остановиться, ускоряясь.

Алекс спускается ладонями вниз, с груди, на талию, а оттуда на бедра, чтобы сжать и помогать двигаться навстречу друг другу. Откинувшись на кресло спиной, он наблюдает за тем, как я скачу на его бедрах. Липкий жар струится по спине от его взгляда.

— Еще, — хрипло требует он. — Опусти одну ручку и приласкай себя.

Один оргазм размазывается по нам патокой еще большего возбуждения. Алекс подключает к моим движениям толчки бедер, усиливая проникновение.

— Опусти ручку немедленно! — требует он.

Я исполняю приказ и, дотронувшись до клитора, вскрикиваю, словно меня ударили током.

— Не стесняйся, я люблю смотреть, как ты ласкаешь себя, как тебе хорошо со мной…

— Я долго не выдержу, — признаюсь, открывшись для ласки.

Теперь волны возбуждения сливаются еще острее и безжалостнее, не оставляя ни одного шанса перед новым взрывом экстаза, нахлынувшего слишком быстро.

Я даже не успела предупредить Алекса. Перед глазами резко вспыхнули золотистые звездочки и начало пульсировать, в один ритм с тем, как стенки лона жадно сокращаются вокруг его члена, изливающего семя.

Толчки замедляются, становятся ленивыми волнами, ласково оплетающими все тело от макушки до самых пяток.

— Долго и не надо, — говорит муж севшим голосом. — Ты просто огонь. Я едва сдержался до этого момента!

Алекс обнимает меня крепко-крепко и гладит по телу, разгоняя дрожь. Горячее тепло его объятий проникает вглубь, до самого сердца, наполняет кровь чем-то таким пьянящим, отчего хочется летать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Теперь я хочу спать.

— Сплюшка! А я рассчитываю на второй раунд, — с аппетитом говорит Алекс, не торопясь выпускать меня из кольца сильных рук.

Мы целуемся неторопливо, снова разжигая желание, и второй раз занимаемся сексом куда более неспешно и чувственно.

— Теперь твой лимузин пахнет сексом.

— А еще у меня есть трофей! — ухмыляется, показывая мои порванные трусики.

— Ненасытный, я не знала, что ты — такой!

— А для чего, как ты думаешь, я на тебе женился? — посылает мне порочный взгляд, полный огненного обожания.

Глава 11.2

Марика

Я поправляю на себе одежду, думая, что теперь мне точно надо вернуться домой, чтобы сходить в душ и переодеться. Бросаю взгляд из окна, смотря на студию звукозаписи.

— Ты же не подшутил над моим братом? — уточняю строгим тоном.

— Какие уж тут шутки? — качает головой. — Твой брат только недавно стал праведником, а в молодости был тем еще потаскуном. Теперь будет расплачиваться…

— Если он возьмется за дочку, как это будет выглядеть? Она же такая взрослая.

— Да, очень…

Алекс демонстрирует мне фото на телефоне, где рядом стоят две девушки, такие разные, просто небо и земля…

— Это старое фото.

— Вот это дочка Демы, да? — показываю на одну из них.

— Да, ты права.

— А вторая? — смотрю на миловидную скромняшку в джинсовом комбинезоне. — Тоже его? Совсем не похожа…

— Нет, что ты! Это не его дочь. Это от брака с другим мужчиной, но…

Алекс задумывается и барабанит пальцами по подлокотнику.

— Но? — уточняю. — В чем дело?

— Там какая-то мутная история с документами.

— То есть? — настораживаюсь.

— Ты же знаешь, что я люблю досконально все раскапывать, чтобы и тени сомнений не осталось! Но здесь я глубоко копать не стал. Не моя семья… К тому же если я все сделаю сам, твоему брату совершенно нечем будет заняться. Так что пусть Демьян с девочками сам разбирается. Если захочет, — уточняет Алекс.

— Ты сомневаешься в нем?

— Нет, что ты! Я знаю, что он не оставит дочь и вторую девочку тоже. Я рассчитываю, что он нырнет в воспитание и заботу о них с головой.

— Коварный.

— Зато твой. Все ради тебя и нашей семьи, — целует напоследок.

* * *

Я доверяю Алексу всецело и не тороплюсь звонить брату, но одно небольшое событие вынуждает меня это сделать. Вернее, презент, оставленный отцом Алекса на столе.

На крафтовой бумаге небрежно нацарапано «Марике», и я почему-то уверена, что мне не понравится подарок. Тем не менее, срезаю ножницами бечевку с небрежным бантиком. На пол падают две книги.

На обложке одной из них красуется полукруглое пятно от дна кофейной чашки. Переворачиваю их и читаю на обороте.

«Как воспитать лидера. Все, что вы не знали о воспитании сыновей…»

«Ошибки, которые делает каждая мать!»

— О боже, — скриплю зубами.

Как меня достал папаша моего мужа!

Хочу поговорить с Алексом, услышать его голос. Но знаю, как сильно он занят. К тому же сегодня мы ездили в клинику, а потом у нас был секс…

Я не имею права дергать его каждый раз, когда мне взгрустнулось и показалось, что его отец относится ко мне свысока, со снисхождением.

После недолгих раздумий набираю номер брата. Он отвечает незамедлительно и вздыхает. Самое смешное, что я тоже вздыхаю тяжко.

— Как ты? — интересуюсь осторожно.

— Кружу вокруг дома взрослой дочери и думаю, как бы объявиться. Привет, я папа. Не знал о твоем существовании двадцать один год, но как узнал, решил познакомиться. Черт… Весь день об этом думаю!

— Если тяжело вот так сразу, нет ничего дурного в том, чтобы взять передышку и собраться с мыслями.

— Нет, я и так слишком долго был черт знает где! — отрицает Демьян. — Должен помочь. К тому же моей дочери сейчас нелегко, на ней лежит ответственность за сестру. Обе девочки уже совершеннолетние и даже не подозревают о моем существовании. Вот я их обрадую-то! — смеется с горчинкой. — А ты как?

— Я не вправе плакаться тебе сейчас.

— Брось, ты же моя сестренка. Что не так?

— Папаша Алекса подарил мне книгу, как воспитать лидера из сына и как избежать ошибок в воспитании. Этот презент надо видеть! Он весь в пятнах… — морщусь. — Вообще я уже не рада ему. Не могу сказать, что он настроен против меня, но иногда в его речи проскальзывают такие намеки, неприятные, скользкие! К тому же он ждет внука, постоянно трындит об этом! А я… не знаю. Вдруг родится девочка?! Вдруг Алекс тоже ждет сына, а я…

— Не думай о плохом! Все, чего хочет Александр, это большую и счастливую семью, Марика. Какие бы разногласия у нас ни были, это все больше дружеский треп. Я знаю, что он любит тебя искренне, всей душой. Алекс ждет появления ребенка не меньше твоего.

— Спасибо, теперь я уже не так предвзято смотрю на подарочек свекра.

— Там две книжки, да? Про воспитание дочерей ничего не написано? — смеется Демьян.

— Хм… Тут есть про ошибки матери. Я так боюсь ошибиться!

— Марика, вы с Алексом станете прекрасными родителями, я в этом уверен. В отличие от меня! Как бы то ни было, ты всегда можешь прийти ко мне в гости и переждать непогоду.

— Спасибо. Я рада, что ты есть у меня.

— И я рад… — Демьян вздыхает. — Эх, пойду знакомиться с дочерью! Пора увидеться лицом к лицу! Как раз обе девочки дома…

— Желаю удачи. Буду ждать от тебя новости.

— Само собой. Ты первая узнаешь.

Разговор с братом приободрил меня, я не стала зацикливаться на подарке отца Алекса, решив дать ему еще один шанс…

И очень скоро выяснилось, что зря…

Глава 12.1

Александр

Спустя время

«Я пока поживу у Демьяна!»

Что?!

Перечитываю сообщение от любимой супруги, присланное мне поздним вечером. Я целый день провел за сложным совещанием и разборками в компании юристов — своих и наших партнеров из старушки-Англии.

В глазах мелькают цифры и строки соглашения о выгодном сотрудничестве. Пока не подписали, но должны…

Нужно еще немного времени на то, чтобы уломать компанию, у которой сменилось руководство, сотрудничать на новых условиях, сотрудничать вообще…

И тут это смс. Даже не звонок. Хотя, стоит признать, мне пришли уведомления о пропущенных звонках от Марики.

«Я пока поживу у Демьяна!»

Сначала даже решил, что у меня в глазах песок и почудилось то, чего в природе быть не может.

Моя жена беременна, ей рожать через месяц, а она вдруг решила бросить меня?! Ушла жить к брату?!

Что за херня творится?!

Стоило мне покинуть страну на два дня, как начался апокалипсис в наших отношениях?! Накануне родов? Что за глупости!

Настроение испорчено. Кофе кажется невкусным.

Звоню Марике. Она берет трубку не сразу.

— Да.

— Марика, что ты творишь? Я понимаю, что беременность многое меняет, но…

— Алекс, я не стану жить в твоем доме… — начинает говорить она.

— А ну брось это. Живо! Забыла, кто ты такая?! Ты моя жена! — говорю напряженным голосом.

— Станешь удерживать меня силой? — мгновенно взбрыкивает моя красотка с характером.

— Марика, что происходит? — спрашиваю. — У меня был сложный, длинный день переговоров, которые из меня все силы выпили. Я сейчас не выдержу ударов в спину.

— Значит, я не хочу осложнять твой сложный день еще больше!

— Перестань, прошу. — говорю устало. — Я только увидел твои смс-ки. Скажи, в чем причина?

— Причина в том, что твой отец решает, достойна я тебя или нет. Вернее, он решил, что я недостойная. Я же охочусь только за твоими миллиардами, ни копеечки не принесла в семью и даже… даже не работаю сейчас. Нахлебница! — начинает плакать Марика. — В общем, я поживу у Демы, он всегда мне рад и, может быть, даже поможет с работой.

— Блять! — кулак врезается в стену. — Ох…

— Алекс? Что случилось?! — тревожится Марика.

— Ничего, — отвечаю сипло, разглядывая разбитые в мясо костяшки.

На стене остался ошметок кожи и брызги крови.

— Что ты сделал?!

— Ударил стену, а надо было врезать папаше! Несколько месяцев назад.

— Алекс. Ты разбил руку? — Марика перестала всхлипывать. — Дурак! Надо обработать сейчас же.

— Это подождет. Расскажи мне, что случилось. Но прежде знай, я тебя люблю и женился на тебе из-за чувств. Я хочу от тебя детей, твоя работа — быть моей красивой женой и мамой.

— Но…

— Выносить малыша и родить здоровым — это важнее всего. Но если вдруг позже ты захочешь реализовать себя в карьере, я не стану этому препятствовать, а всячески посодействую.

— Что, правда? — едва слышно спрашивает Марика.

— Говорю от чистого сердца. Но ты же понимаешь, что когда до родов остался всего один месяц, ты должна думать о малыше, а не о карьере? Семья важнее.

— Я так тебя люблю! — снова плачет. — Я не хотела тебя обижать. Просто твой папаша… Я так больше не могу! Постоянные придирки, подколки, подарочки с двойным смыслом. Он постоянно жужжит о наследнике, о том, что я не должна разочаровать вашу семью, должна быть благодарной и соответствовать высокому статусу. Сегодня я целый час слушала речь о тупой серой массе без должного образования, а потом он спросил ехидно, сколько я вложила в наш брак и сколько намерена прихватить!

— Молчи, Марика. Дай мне секунду перевести дыхание! — отвечаю сдавленным голосом. — Он так и спросил?

— Если не веришь, я могу дать тебе послушать! — с обидой говорит Марика. — Я как раз проверяла видеоняню, так что все записано. Если он, конечно, не стер!

— Я ему, блять, сотру. Я его самого в порошок сотру! Упырь… Пиявка!

— Может быть, я погорячилась, но просто не смогла разговаривать с ним спокойно. Я чувствовала, что еще секунда и начну кричать, а он был таким спокойным, словно только этого и ждал. Я решила уйти и взяла совсем немного вещей. Ничего ценного. Он ходил за мной по пятам и хмыкал, как будто ждал, что я сгребу в сумку все твои подарки — колечки, сережки и украшения. Почему мне так противно?! Я ведь ничего плохого не сделала и люблю тебя искренне, не из-за твоего состояния. Но мне так дурно, как будто я грязная…

— В корень оборзел! Находится в моем доме и диктует, что делать!

— Он сказал, что дом принадлежит ему, — тихо добавляет Марика.

— Что он сказал?

— Он сказал это напоследок и встал в дверях с видом хозяина. Сказал, что это его дом. Дал понять, что он сам будет решать, кто может в нем находиться.

— Охренеть не встать. Так, Марика. Первое, ты уже у Демьяна?

— Да, я у него.

— Хорошо, там и оставайся до моего возвращения. Ни о чем не переживай. Я разберусь с папашкой и на этот раз окончательно!

— Точно?

— Конечно, Марика. Неужели ты вом не сомневаешься? Я не хотел видеть отца в доме на утро после нашей свадьбы и уже жалею, что согласился дать ему шанс исправиться.

Поговорив еще немного с Марикой, успокаиваю ее, как могу. Знаю, что сейчас она в надежных руках. Демьян защитит Марику с пылом злобного бультерьера, в случае чего.

Успокаиваю ее, а у самого внутри зреет холодная ярость на человека, давшего мне жизнь.

Пожалуй, пора признать, что настоящим родителем моему отцу никогда не стать. Он лишь биологический родитель, семейным никогда не был и всегда жил лишь для себя.

Уверен и сейчас он это все затеял неспроста…

— Люблю тебя, Алекс.

— Я тебя больше. Не переживай ни о чем. Я улажу этот вопрос, даю тебе слово, — прощаюсь с любимой.

Уже через секунду набираю номер своего юриста и прошу отложить в сторону работу над контрактом. Нужно поднять все бумаги на собственность, бизнес и все, оставленное мне отцом.

Думаю, отец не случайно оговорился, заявив, что дом принадлежит ему. Когда он свалил, то просто бросил многое.

Если есть то, что он может забрать законным способом, он это сделает…

Ведь сейчас бизнес находится на взлете, а значит, отец снова может присосаться к денежному источнику пиявкой.

Глава 12.2

Александр

Больше всего мне не нравится, что я слишком далеко… Буквально, в тысячах километрах от дома!

Если уеду сейчас, могу провалить сделку. Если не уеду, могу потерять самое ценное — дом и семью!

Мысль о том, что я могу провести остаток жизни в одиночестве, если не предпринять решительные шаги, взбодрила лучше двойного эспрессо.

Я набираю номер личного помощника, который на этот раз отправился вместе со мной.

— Андрей, мне нужно срочно вернуться на родину.

— У вас сложности в семье? — мгновенно понял намек.

— Да, есть проблемы. Я не могу курировать эту сделку.

— Я доведу до партнеров наши условия, но это не отменит того факта, что поспешный отлет на пике сложных переговоров будет выглядеть подозрительным, — отвечает не мешкаясь.

— Иного пути нет. Я знаю, к каким последствиям это может привести, так же как знаю, что ты сделаешь все возможное, чтобы избежать провала. На меньшее я и не рассчитываю.

— Хорошо, тогда, пожалуй, сон на сегодня отменяется.

— Напротив, выспись хорошо.

— Думаю, не получится. Я должен еще раз досконально все изучить, подготовить юристов, — перечисляет Андрей.

— Для начала позвони пилоту, пусть готовит самолет. Как сделаешь, снова набери меня! — отдаю приказ.

Беспокойно хожу по роскошному номеру. Пытаюсь вспомнить, на каких условиях папаша мне передал управление бизнесом и недвижимостью. Черт, голова пухнет! Тогда было не до разборов тонкостей! Я просто взялся за работу и был вынужден пахать, как проклятый…

Позвонить отцу? Выяснить, для чего он это все затеял?

Но скажет ли честно? Ведь он специально дождался момента, когда меня не оказалось на родине. Причем, на достаточно долгий период! Ударил исподтишка и в мое самое слабое место — по Марике.

Вспомнив об этом, я решительно отбрасываю телефон на кровать и сжимаю кулаки. Мой беспардонный папаша на самое ценное покусился. Этого я ему простить не смогу. Ни за что! Размажу по стенке.

Легкий стук в дверь.

— Обслуживание номеров.

Довольно поздно для обслуживания номеров.

Но я все же разрешаю войти. Мало ли что меня ждет. Андрей вполне мог организовать мне легкий ужин, снова решив, что я забуду поужинать из-за волнений Раньше такого за помощником наблюдалось, и как-то мой помощник признался, что стал таким гиперзаботливым не сам, но по просьбе моей жены. Марика попросила Андрея следить за тем, чтобы я не забывал поесть…

В номере появляется девушка в форме горничной, но форма отличается от формы отеля. Я мгновенно настораживаюсь: что-то здесь не так. К тому же горничные не толкают перед собой столик с серебристым блюдом.

Чую подвох.

Кажется, уже догадался, в чем дело.

Остановившись в метре от меня, девица отточенным жестом срывает с головы чепчик и распускает локоны, тряхнув головой, потом, шаркнув ножкой, изгибается в призывном наклоне.

— Дальше можешь не продолжать. Сейчас вызову органы правопорядка и сдам как проститутку.

— Я работаю танцовщицей! — отвечает на английском, но с акцентом, в котором легко угадываются нотки родного языка.

— Плевать, как ты это называешь. Либо говори, кто тебя ко мне подослал, либо отправишься за решетку!

— У меня легальный бизнес, есть лицензия, — снова говорит не совсем довольным тоном, но все же начинает рыть в крошечной сумочке в поисках телефона. — Владимир Николаевич…

— Савицкий? — усмехаюсь.

Хотя мне совсем не смешно.

— Да, именно он. Сказал обратиться к Остапчуку Евгению, мужчина в возрасте…

Все ясно! Папаша не только выгнал Марику из дома, но и мне проститутку подослал, решив, будто я скучаю и мне необходима женская компания!

К тому же знал, к кому направить… К Остапчуку, из числа моей охраны. Он уже давно работает на Савицких. Видимо, слишком давно, потому что до сих пор предан отцу в большей степени, чем мне!

— Пошла вон.

Она заминается.

— А оплата?

— Что?

— Мне только аванс оплатили. У меня договор-оферты. Делая заказ через приложение, вы соглашаетесь с условиями. Даже если я не оказываю услугу, за вызов клиент все равно должен оплатить полную стоимость!

— Да не вопрос! — ухмыляюсь, быстро отправив сообщение охране.

Но тем парням, которых нанял я сам и кому могу доверять. Они появляются в ту же секунду.

— Выведите девицу.

— Но так нельзя! — возмущается она. — Я потратила время и деньги на реквизит.

— Можешь подать в суд на моего папашу! Ведь именно он тебя нанял…

Девицу выпроваживают.

Я быстро собираю все самое необходимое и успеваю как раз к тому моменту, когда мне перезванивает помощник.

— Александр Владимирович, самолет готов к отлету.

— Отлично! Очень кстати… Я вылетаю сейчас же. Ты будешь вести сделку, сообщишь результат.

— Будет сделано.

— Часть охраны останется с тобой. Обзвони всех наших юристов. К прилету я хочу видеть всех в конференц-зале главного офиса в столице. Всех! Кто не явится, пойдет с вещами на выход уже завтра!

Раздав указания, бодрым шагом покидаю номер отеля.

Пытаюсь вспомнить, что же я мог упустить в старом договоре.

Какую-нибудь хрень мелким шрифтом, которой не придал значения в прошлом.

Но сейчас оплошность может мне слишком дорого обойтись!

Глава 13.1

Александр

Есть еще одно очень важное распоряжение — проследить за папашей. Охрана доложила, что отец не покидал пределы моего дома, но собрал ту прислугу, что трудилась на него еще в то время, когда он жил в доме.

Что же он затевает? Переворот какой-то?

Не позволю! Понятия не имею, что он задумал. Явно что-то нехорошее. Придется действовать четко и быстро!

Распоряжение не из числа приятных, но цацкаться тоже нельзя.

— Возьми охрану и выясни, что затевает Владимир Савицкий, — отдаю приказ.

Нарочно называю отца по имени и фамилии, чтобы подчеркнуть — близкая степень нашего родства не имеет сейчас никакого значения. Это просто нахальный чужак, пробравшийся в мой дом и обидевший мою жену. К тому же он явно что-то затеял.

— Я доложу вам, как разузнаю.

— Придется действовать на опережение. Потому что я уже на борту самолета, у меня вылет через пять минут.

— Хорошо. Какие действия разрешены?

Скриплю зубами.

— Они собрались в кабинете?

— Да, в старом кабинете вашего отца.

— Отлично. Тогда возьми больше охраны, забери у всех, кто там собрался, мобильные телефоны, планшеты… Все устройства, посредством которых можно выйти на связь. Отключи проводной интернет в той части дома.

— Если будут активные возмущения?

— Скажи, что сопротивление не рекомендуется. Потом запри всех в кабинете и ждите моего возвращения!

— Хорошо.

— Напитки и туалет разрешены, но будете выводить всех по одному и пусть не пытаются убежать. Я буду расценивать это как прямое предательство.

— Хорошо, — голос начальника службы безопасности посуровел. — Скорее всего, Савицкий захочет выйти с вами на связь.

— Никаких переговоров. Пока я не выясню, что он затеял.

* * *

К великому счастью, почти все сотрудники ждали меня в офисе. Исключением стали несколько человек: кто-то находился за пределами города и не мог вернуться быстро, у еще одного юриста жена начала рожать. Слова были подкреплены соответствующими доказательствами, поэтому зверствовать насчет них не стану.

— В этом договоре есть какая-то загвоздка! Найдите мне ее!

Передаю на рассмотрение команде юристов договор, дарственную и еще несколько соглашений, подписанных отцом.

Злюсь на себя, нужно было внимательнее изучить бумаги.

Но в то время на меня столько всего навалилось: болезнь мамы, счета, опустошенные отцом почти под ноль, управление огромной компанией…

Времени на сомнения почти не оставалось, я включился в работу и больше не возвращался к старым договорам.

Потому что отец не давал о себе знать, прожигал жизнь и ни словом, ни действием не показывал, что задумывает вернуться в момент, когда я на подъеме, чтобы подставить мне подножку.

* * *

К рассвету компания юристов вдоль и поперек изучили те бумаги, которые подписал отец в прошлом.

— Дом передан вам во временное управление, Александр Владимирович. Но Владимир Николаевич может легко аннулировать это соглашение.

— Я могу это оспорить?

— Боюсь, у вас нет на это весомых оснований. Он собственник, — докладывает мне юрист.

— Это все?

— Боюсь, что нет. Ваш отец оставил себе небольшую долю в управлении компанией.

— И что это ему дает?

— Возможность скупать акции компании у партнеров.

— Этого не будет. У отца и денег нет!

— Если у него нет денег, то почему он смог увеличить свою долю за прошедшие сутки? — осторожно интересуется юрист. — Как только его доля превысит порог минимума, он сможет занять место в правлении среди крупных партнеров.

— Это еще ничего не значит, — говорю себе вслух. — Капля в море.

Но из капель складывается океан. Если он пробьет себе место в управлении, может легко спеться с кем-то еще! Недовольных и подлых людей можно найти всюду…

Как бы поступил я на его месте?

Это сложно. На его месте я быть не хочу, даже мысленно в шкуру мерзавца залезть противно. Но приходится думать, как скользкий противный тип!

В таком случае, атака бы началась с самого сокровенного — с семьи, чтобы внести разлад в отношения!

Думаю, отец не зря так долго и часто появлялся в доме. Может быть, со старой прислугой наводил мосты, а может быть, не только это.

Хотел оценить обстановку, выяснить, как сильно дорога мне Марика. Что ж… Он это выяснил и понял, что я люблю ее искренне, всем сердцем!

В случае опасности или сложностей я первым делом кинусь спасать наши отношения, погрязну в этом с головой, а он в это время воткнет мне нож в спину.

Наверняка и проститутку подослал с расчетом, что она сделает несколько провокационных снимков…‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Уверен, допусти я хоть малейшую ошибку, согласись хотя бы на танец посмотреть, эти фото уже были бы у Марики. Нас ждала бы ссора, грандиозный скандал. Возможно, у Марики даже роды преждевременные могли случиться. Потому что стресс на таком большом сроке не может привести ни к чему хорошему.

К счастью, катастрофы удалось избежать. Что касается Марики, то у нее имеется крепкий тыл в виде двоюродного брата, который не даст сестру в обиду.

Надо же, я обрадован присутствию Демьяна в нашей жизни!

— Найдите мне законный способ обойти эти условия! — отдаю следующее распоряжение.

— К сожалению, законных способов нет. У Владимира Савицкого есть полные основания вернуть себе недвижимость, выселить текущих жильцов, и занять место в вашей головной компании.

Скриплю зубами. Только запусти эту гангрену в здоровый бизнес, сразу же отравит все, к чему прикасается!

— Обжаловать?

— Можете подать в суд, но вам откажут. Нет оснований для обжалования. Дело закроют, даже не начав.

— Хорошооооо…

На самом деле ничего хорошего. Карандаш в моих пальцах треснул.

— А если он сам откажется?

Юрист призадумался.

— Это единственно возможный вариант. Но согласится ли он? — вносит разумные сомнения.

Но я уже знаю ответ.

— Согласится, — хватаю мятый пиджак.

Я заставлю его это сделать!

Глава 13.2

Александр

Кручу в голове слова юриста.

Законных методов для обжалования нет.

Законных нет? Значит, нужно другие найти.

Не буду врать, мне приходилось обходить закон, пользоваться лазейками.

Я заставлял трактовать двусмысленность в свою пользу, когда это было выгодно.

Но никогда подло не бил в спину ни партнеров, ни своих знакомых.

Мне даже в голову не приходило использовать такие подлые лазейки против тех, с кем у меня были и есть тесные связи.

Потому сложно представить себя на месте того, кто решил так подло пойти против своей семьи.

Он же мне отец…

С такими мыслями я смотрю на дом, принадлежащий моим родителям.

С момента, как я узнал о подлости отца, прошли сутки.

Напряженный день и бессонная ночь в конференц-зале с юристами оставили мятые следы на моей рубашке.

Щеку колет щетиной, но хуже всего накатывающий фон раздражения и усталости.

— Запускать? — интересуется начальник службы безопасности.

Намекает на бодигардов, готовых по моему приказу вывести папашу куда подальше и примять его, выбить силой и признание, и отказ.

Никогда закон таким образом не переступал.

Силой не выбивал.

Что ж…

Все бывает однажды.

У него хватило подлости ударить по моей беременной жене, исподтишка затеять смуту.

Неужели у меня не хватит решимости прекратить этот беспредел?

— Дай мне еще минуту. Есть сигареты?

— Не курю, — отмахивается, но просит кого-то из своих.

Через полминуты у меня в руках оказывается сигаретная пачка.

Обещал же бросить Марике, но сейчас такая ситуация, что нельзя не покурить.

Но как с папашей разделаюсь, обязательно брошу!

Выкурив две сигареты подряд, решаюсь, наконец, дать отмашку.

Но перед этим уточняю:

— Все подписали соглашение о неразглашении?

— Да, вся прислуга, вся охрана оповещены. Подписались все, кроме тех, с кем заперли ва… кхм, Владимира Савицкого, — исправляется.

— Проследи за тем, чтобы и они все подписались.

С каждым из них позднее я поговорю лично. Нужно отсечь тех, кто остался верен отцу и слушал ту лапшу, которую он вешал.

Начальник службы безопасности запускает в дом своих людей, они рассыпаются, как черные муравьи.

За происходящим наблюдаем через камеры.

Парни ловко оттесняют людей, разделяя, выводят по одному…

— Кажется, все. Остался только Савицкий, — отчитывается. — Выводить?

— Я сам.

Прежде, чем все закончится, хочу посмотреть в глаза этому мерзавцу. Чтобы запомнить навсегда, каким я быть никогда не захочу.

Пусть мне хватит сил таким не стать…

* * *

Отец сидит в кресле, напуганный, но пытающийся сдержать на лице самодовольную ухмылку. Вхожу в кабинет. Он вскакивает.

— Тебе понадобилось целая толпа, чтобы справиться со стариком! Слюнтяй! Щенок позорный!

Не обращаю внимания на его слова. Пусть говорит, что угодно, плюется оскорблениями.

Протягиваю ему черный мешок.

— Натяни это на свою тыкву или тебе помогут.

— ЧТО?!

Он испуганно отшатывается, всем телом к шкафу прилипает. По вискам резко начинает струиться пот.

— Ты же не серьезно, Саша… Саш… Саня…

Я молчу.

— Санек! — взвизгивает высоко.

— Помогите ему, — вздыхаю, передав черный мешок охраннику слева.

Отворачиваюсь в окно.

Когда все закончится…

Даже не знаю, что мне нужно будет, чтобы отмыться. Наверное и тысячи горячих ванн не хватит.

— Са-а-а-а-а-ня-а-а-а-а! — захлебывается криком папаша.

Голос уже приглушен мешком.

— Ты об этом пожалеешь. Ты же не такой! — пытается брыкаться. — Никогда таким не был!

— Пошел, — толкают в спину.

— Давай без визгов? — прошу. — Или тебе придется заткнуть рот кляпом.

— Ах ты подонок мелкий, — бранится. — Зря я тебя оставил! Я так и знал… Знал, — извивается червяком. — Знал, что от нагулянного выблядыша рано или поздно прилетит… Что-нибудь такое!

— Стойте! — останавливаю охранников.

Сдергиваю с лица папаши мешок, встряхиваю за плечи.

Лицо раскрасневшееся, полностью в панике, но все же гаденькая ухмылка на нем появляется.

— Что ты сказал?! Повтори!

— Что слышал! Я до последнего к тебе относился, как к родному. Даже отдал все, что сам заработал. Но потом увидел, как ты ко мне относишься, и решил, что это того не стоит. Теперь я отберу у тебя все! Ведь я передавал все своему сыну, а ты им не являешься…

Глава 14.1

Александр

Слова отца бьют по голове и разносятся по телу ядом.

Сердце едва колотится. В меня словно серной кислотой плеснули щедро.

Отец рад произведенным эффектом, говорит мне о банкете, на котором его жена — моя мама — загуляла с кем-то из его партнеров.

Я пытаюсь остановить этот поток грязи, но он щедро льется в мои уши и пачкает все мои представления о семье, о родных, о доме, в котором я рос.

Барахтаюсь в этом болоте, не веря. Неужели это правда?!

Неужели это истина?

Отец рад произведенным эффектом и продолжает давить словами. Я вспоминаю, что у него всегда хорошо получалось запудрить мозги.

Заставляю себя встряхнуться.

Нужно решить проблему.

Не позволить ему разрушить самое ценное.

Он уже сделал достаточно!

Не хватало, чтобы еще и грязью меня при подчиненных поливал.

— Довольно! Кляп ему в рот. Надоело слушать эту ложь.

— Это не ло-о-о-о…

Заткнулся. Только глазами вращает.

Через минуту его усадили в черный внедорожник и увезли по адресу, который я назвал.

Отец он мне или не отец?

Я вытряхиваю из пачки еще две сигареты.

Ох, блять, сегодня я точно обкурюсь…

Врет или говорит правду?

Может быть, врет? Ведь мамы рядом нет. Никто не ответит…

Но вдруг говорит правду?

Становится тошно…

Я даже представить себе не могу, что она могла ему изменить. Ведь любила этого подлеца и терпела все его выходки! Но что, если у него были основания так поступать?! Что, если он считал себя вправе топтаться по чувствам и изменять в ответ…

Отпустить не захотел, держал при себе, травился ядом, глядя на меня.

Если так, то это многое объясняет.

Вдруг это и есть правда?!

Голова кругом.

Мысли в клочья. Чувства в раздрай…

Понимаю, что в одиночку такого не выдержку.

Мне нужна Марика. Как глоток прохладной воды, как вдох полными легкими. С ней стало бы яснее, она умела меня остужать!

Но Марика в положении. Рожать скоро. Я не вправе ее дергать по пустякам…

Поэтому к ней не поеду. Тем более, таким, думаю, поймав свое отражение в зеркале.

Уставший. Злой. Небритый. Лицо посерело…

Позвонить?

Да, хотя бы это! Услышу ее голос, сразу полегчает!

Набираю ее номер и замираю на каждом гудке.

— Алекс?

Черт, сердце подпрыгивает. Пульс зашкаливает от одного звука ее голоса.

— Да, это я, — отвечаю охрипшим голосом.

— Ты прилетел?

— Да. Я прилетел… — врать не хватило сил. — Еще вчера.

— Ого! И ничего не сказал! — укоряет.

— Прости. На то есть свои причины.

— Алекс, в чем дело? У тебя проблемы? Я могу помочь? — спрашивает она.

— Хм… Решать проблемы — это мужская забота. Разве не так? Тем более, ты мне ничем не поможешь.

— Может быть, мне тогда и мешать тебе не стоит? — говорит чуть-чуть обиженно. — Только отвлекаю от важных дел!

— Постой! Не бросай трубку! Я хочу слышать твой голос.

— А я хочу тебя… Увидеть!

— И не только увидеть, надеюсь? Как насчет того, чтобы впустить меня? Глубоко-глубоко. Хочу полный доступ в твои трусики.

— Алекс, мне совсем-совсем скоро рожать, так что не надейся на скачки. Боюсь тебя раздавить.

— Не преувеличивай. Ты меня не раздавишь. Но я могу уложить тебя на бочок, обнять и войти сзади. Буду трахать тебя сладко, с оттяжкой, а ты позволишь играть мне с твоей грудью…

— Так почему ты за мной не приедешь? — спрашивает, дыша часто. — Нельзя говорить такие вещи беременной, влюбленной по уши жене и оставлять ее неудовлетворенной.

— А ты одна в комнате?

— Конечно. Стала бы я говорить с тобой так открыто при посторонних! — возмущается.

— Хорошо…

Выбросив сигарету, запираюсь в машине.

— Я тоже. Закрой дверь, ляг на кровать и спусти трусики.

— Алекс!

— Хочу, чтобы ты ласкала себя. Для меня. Хочу услышать, как ты стонешь… И обещаю, что вскоре заставлю тебя стонать по-настоящему. А пока…

Быстро расстегнув брюки, приспуская трусы. Член пружинит в ладонь. Пальцы мгновенно перехватывают ствол под головкой. Начинаю двигать вверх и вниз.

— Ты уже? — спрашивает Марика, затаив дыхание.

— Да. А ты? Ласкаешь себя?

— Еще нет. Я такая неповоротливая, — вздыхает. — Мне стоит больших трудов лечь поудобнее.

— Поскорее, — прошу требовательно.

Я по жене соскучился.

Даже когда она не говорит ничего сексуального, меня уносит. Член становится еще тверже. Таким твердым прежде я никогда не был. Фантазирую о том, как Марика лежит…

Мне не хватает подробностей, но я твердо уверен, что ее трусики — насквозь мокрые.

— Какое на тебе сегодня белье?

Глава 14.2

Александр

Черт побери, я не представляю, как люди раньше жили без телефона.

В моей руке не просто кусок бездушного пластика, но роскошная возможность стать ближе к желанной женщине, уничтожить расстояние, стереть границы.

Осуществить желания.

Не все, разумеется.

В отношении Марики у меня слишком много желаний.

Взрослые, порочные, откровенные.

Я не устану наслаждаться ею снова и снова.

— Марика, ты так и не ответила мне!

— Про белье?

— Да. Я хочу знать, как ты одеваешься в мое отсутствие!

— На мне розовое белье.

— Подробности!

— Бюст на тонких лямках. С бантиками. Кружевной верх…

— Кружевной?

— Да.

— Значит, твои сосочки видны. Они уже стоят торчком?

— Алекс! — возмущается.

— Может быть, сделаешь мне фото?

Поглаживаю пальцами член неторопливо. Но едва сдерживаюсь, чтобы не ускориться.

Перед взглядом все плывет. В мыслях приятная пустота.

Только фантазии разносятся по кровотоку, приливая к концу члена.

Пульсируя.

— Сделай фото!

— Ты хотел получить только разговор. Теперь требуешь фото.

— Все так. Требую! Немедленно!

— Хорошо.

— Не отключайся. Я слышу, как ты дышишь. Меня это подстегивает…

— Извращенец! — выдыхает Марика.

Якобы строго. Но уверен, ей это нравится.

Через несколько секунд на мессенджер прилетает фото.

— Млять…

Разглядываю фото груди Марики. Она стала такая сочная, крупная, твердая…

Набухшие соски натянули кружево лифчика.

— Какой кайф! — присвистываю. — Хочу трахнуть твою грудь, — смакую фантазию.

— Ах!

— Да-а-а-а… Воткну член между твоих роскошных грудей, сдавлю и трахну!

— Ты ужасен! Я краснею от твоих фантазий.

— Надеюсь, не только краснеешь, но и намокла. Ты трогаешь себя? Погладь через трусики.

— Уже дотронулась… — признается, простонав едва слышно.

Тихо. Сладко. Запуская ток по моим венам.

— Еще… Какие на тебе трусики?

— С прозрачными вставками по бокам. Высокие трусики, попа была полностью прикрыта.

— Черт! — двигаю пальцами быстрее.

Мне нравится, когда на Марике именно такие — оставляющие кокетливые просветы и в то же время позволяющие фантазировать о том, как выглядит ее тело под одеждой.

Я его знаю по миллиметру, множество раз целовал, ласкал, мял. Трахал и нежно, и грубовато, одержимо член вгонял со скоростью автоматического поршня, но…

Не насытился.

Ощущение, что только немного распробовал, а хочет еще и еще!

Больше. Глубже. Быстрее!

— Ты течешь?

— Алекс…

— Да или нет?!

— Да, — говорит с паузой. — Даа-а-а-а…

— Черт. Я хочу увидеть.

— Что-что? Я не стану это записывать на видео!

— Отправь мне фото, — прошу, сбавляя темп.

Иначе кончу прежде, чем получу фото.

— Что? Еще одно фото? Ты его уже получал!

— То было фото груди. Теперь я хочу фото твоей… — ухмыляюсь. — Киски.

— Терпеть не могу, когда ты так говоришь!

— Кис-кис-киски…

Дурачусь. Кайфую в разгооворе с любимой.

— Теперь точно не получишь!

— Но ты мокрая.

— Ужасно, — стонет. — Мокрая для тебя.

— Одно фото, Марика. Не будь жадной.

Может быть, удастся раскрутить ее на еще фото?

— Одно фото, как ты ласкаешь себя, и я… О-о-о-о…

Она стонет мне в ответ, ускоряясь. Очевидно, тоже сильно соскучилась.

Однако сегодня жена настроена предельно серьезно стоять на своем.

— Ты не получишь фото сейчас, Алекс. Ты получишь фото сегодня.

— Оу!

— Позднее.

Охотно слушаю, что она еще мне скажет.

— Если не приедешь за мной этим же вечером, я куплю самое сексуально белье, надену его…

— Продолжай, — требую.

— Сделаю для тебя фото. Но я не скажу тебе, где буду.

— Как это?

— Я буду ждать тебя в отеле и не скажу, в каком, — коварно шепчет. — Ты должен будешь меня найти до того, как я удовлетворю все свои аппетиты.

— Что?

— Я буду ласкать себя. Играть с грудью, сжимать и ласкать соски, потом опущу пальчики вниз и поглажу себя через трусики. Пока они не станут совершенно мокрыми. Потом отведу их в сторону и начну трогать себя. По кругу… Медленно-медленно, потом быстрее, сожму пальчиками клитор, как ты меня учил и подключу к делу вторую ручку. Начну трогать себя влажную и готовую к сексу, готовую принять твой член. Но если ты не поторопишься, на месте твоего члена будут только… мои пальцы.

— Черт!

Перед глазами все поплыло. Я даже не думал, что Марика может быть такой коварной. Я представил, как она делает это, и кончил, крепко сжимая член в кулаке.

— Кончай, — прошу я. — Кончай для меня…

Глава 15.1

Александр

Оргазм встряхивает мое тело, сердце разгоняется до предельной скорости. Мысли, наоборот, становятся тягучими и вязкими, ленивыми.

Я с большим трудом перевожу дыхание.

— Марика?

— Мммм…

— Люблю тебя.

— Я тебя тоже, — шепчет едва слышно. — Только теперь я вообще не хочу шевелиться.

— Лежи отдыхай.

Тянусь за салфетками, вытирая сперму с пальцев и члена. Слушаю дыхание любимой жены. Хотел бы я сейчас оказаться рядом и посмотреть в ее затуманенные глаза, полные любовного тумана.

— Когда ты за мной приедешь? — спрашивает, мурлыкая от удовольствия.

— Постараюсь решить вопрос как можно скорее.

— Твой отец перешел границы?

Хмыкаю. Отец ли?

Мне хочется поделиться с Марикой подробностями.

Но в то же время я буду последним скотом, если загружу ее проблемами, которые возникли не по ее вине.

Марика хотела как лучше и поверила в добрые намерения отца.

Правда в том, что это не имело значения. Отвесил бы я пинка под зад папаше сразу или собираюсь сделать это сейчас, неважно!

Ведь подставу с заковыркой в договоре он задумал задолго до того, как в моей жизни появилась семья.

— Мне нужно еще немного времени, Марика.

— Я могу тебе помочь?

— О, поверь! Ты мне уже помогла, — улыбаюсь.

— Сексом по телефону?

— Самым горячим сексом по телефону. Это многое для меня значит.

— Ммм… Значит, мы увидимся сегодня вечером?

Могу ли я гарантировать, что решу проблему уже сегодня? Пожалуй, нужно приложить все усилия.

Не могу позволить, чтобы Марика скучала в одиночестве и шалила без меня.

— Я постараюсь. Можешь расставлять свои ловушки.

— Хорошо, но потом не жалуйся.

— Я раскушу тебя в два счета.

— Без отслеживающих устройств, Алекс.

— Хорошо, — соглашаюсь.

Подумаешь! У меня есть с десяток способов, как понять, куда поедет моя любимая женушка. И необязательно для этого пользоваться приложениями или прибегать к помощи спецслужб.

— Значит, до вечера?

— Да.

* * *

Еще раз проверяю бумаги и договор, составленные отцом перед тем, как он свалил за бугор. Никаких сомнений, что я смогу оспорить это на законных основаниях.

Надеюсь, что он уже немного присмирел и готов пойти навстречу. Останавливает звонок начальника службы безопасности.

— Александр Владимирович…

— Да. Что случилось?

— Проверили телефон Савицкого. Есть важная информация. Отправил на почту.

— Я посмотрю, но в двух словах. Что там?

Выслушиваю доклад сотрудника.

Неужели?! Не так уж сложно в это поверить. Но большой роли открывшиеся обстоятельства не играют.

— Хорошо, спасибо, что рассказал.

Благодарю за выолненную работу и отправляюсь на разговор с Савицким.

К моменту моего появления Савицкий выглядит уставшим и осунувшимся. Он щурится от яркого света. Но стоило вытащить кляп, как он мгновенно начинает кидаться оскорблениями и угрозами.

— Тебе это так с рук не сойдет!

— Думаю, сойдет! Возьмите образец… — киваю охраннику.

— Ты что задумал?!

Он всем телом вздрагивает, услышав щелчок ножниц возле своей головы.

— Отправьте в лаботарию сейчас же.

— Аааа… — улыбается. — Хочешь проверить мои слова? Это займет время, но роли не сыграет. Потому что я знаю имя того, с кем загуляла моя жена.

— И кто же это?

— Доронин Савелий. Можешь найти его на кладбище… Я разорил его компанию и пустил по миру. Он умер в нищете, от сердечного приступа.

— Я обязательно проверю. Но роли это не сыграет.

— Как это?!

— Неужели ты думал, что я отдам тебе то, над чем трудился? Вот так просто?!

— Послушай, у меня не было выбора. Я крупно задолжал и…

— Неважно! — пресекаю бурную речь. — Я знаю, что ты задолжал, обратился к соотечественнику, а потом решил кинуть его и сбежать. Вот только он тебя и здесь нашел, грозит расправой! Но ведь подлость ты задумал задолго до того, как это случилось. Когда бизнес покатился под гору, ты убежал с деньгами, бросил мне на руки больную маму, но при этом оставил лазейку. На всякий случай… Я помню, как ты учил меня плавать, тупо столкнул с лодки. Несколько лет назад ты сделал то же самое: столкнул меня в воду, но приглядывал издалека: выплыву ли я. Так вот, я выплыл и не собираюсь давать тебе ни-че-го. Сейчас ты подпишешь отказ от претензий, возьмешь деньги… Ровно ту сумму, которую должен, и скроешься из моего поля зрения навсегда. Тебе все ясно?

— Не выйдет! Это не законно. Ты же не такой и никогда не переходил границы.

— Сейчас — особый случай. Ты в любом случае подпишешь отказ, я заставляю тебя это сделать. Если скажешь еще хоть слово, я отправлю тебя прямиком тому, кому ты должен. Плевать, что с тобой станет.

— Мелкий говнюк… Я тебя оставил, даже когда понял, что ты не мой сын, не вышвырнул из дома, а ты отблагодарил меня вот так?!

Двигаю в его направлении кипу бумаг и встаю.

— Развяжите, пусть подпишет бумаги. Будет сидеть на этом стуле до тех пор, пока не подпишет. Никуда не отпускать.

— Я хочу пить!

— Подписывай бумаги. Не трать мое время зря. У меня большие планы на этот вечер!

Он начал браниться. Но все-таки сдался спустя три часа.

Теперь компания принадлежала только мне, Савицкий лишился всяких прав и отправился прочь с суммой денег, которых будет достаточно для погашения его долга. Не знаю, отдаст ли он долг человеку, у которого занял денег, чтобы расплатиться по крупному проигрышу в казино. Плевать, что он сделает, моя совесть чиста, я не стал брать на душу грех за убийство, хотя, признаюсь, были такие мысли…

Но я точно знаю, что Марика была бы против такого кардинального способа решения проблем, а утаить от нее в секрете это не получится.

Не те отношения. Мы договорились быть честными.

Она словно чувствует, что я думаю о ней, присылает сообщение:

«Угадай, где я?»

Откровенное фото…

От него мой пульс учащается, на первое место выходит охотничий азарт разгадать эту головоломку.

«Даю тебе небольшую подсказку…»

Еще одно фото.

Кто-то хочет поиграть? Поиграем!

Глава 15.2

Марика

Осуществить задуманное стоит мне небольших усилий, но гораздо меньших, чем если бы я не обдумывала такой вариант заранее

Я хотела устроить такую игру на годовщину нашей свадьбы или на день всех влюбленных. Много раз прокручивала в голове варианты, но пазл окончательно сложился именно сегодня.

Спонтанно.

Без привязки к круглым датам, годовщинам и веским основательным поводам.

Мы совсем недолго в отношениях с Алексом. В браке и того меньше.

Но я уже достаточно наслушалась историй о том, как быт и работа сжирают отношения, страсть, как они безжалостно отбирают время, просто сжигают его заботами и рутиной.

Больше всего я боюсь именно этого.

Боюсь, что мы выгорим быстрее, чем успеем насладиться нашими отношениями.

Не знаю, откуда во мне этот страх. Наверное, во всем виновата инфографика и новомодная реклама, кричащая из каждого утюга…

Алекс много работает, иногда я вижу его лишь урывками. Знаю, что он хотел бы уделить мне больше времени, но иногда с его загруженным графиком это просто невозможно.

Я хочу, чтобы у нас сохранилась искра.

Чтобы вместо усталости и рутинного взмаха рукой: а давай завтра, милая, у нас получалось уделить друг другу чуть больше времени.

Иногда достаточно одной небольшой мелочи, чтобы улыбнуться и с теплотой вспомнить о второй половинке.

Алекс находит возможность баловать меня внезапными подарками: будь это букет без повода или небольшая открытка, неизвестно как оказавшаяся в кармане моей сумочки. Строгий квадратный цветной стикер, на котором рукой Алекса нацарапано кривое сердечко.

Я даже не подозревала, что в нем столько романтики и умения удивлять, пока не узнала его глубже и ближе, чем есть.

Сегодня я хочу удивить его.

И никакие, черт побери, неурядицы и проблемы не помешают нам насладиться друг другом и поиграть немного!

* * *

В номере отеля приятный, мягкий свет. Я неспешно переодеваюсь в роскошное белье. Нежнейшее кружево приятно льнет к телу.

Потяжелевшая грудь едва умещается в бюстике. Черт побери, я стала еще больше! Неужели ошиблась с размером?! Передвагию крючок подальше и застегиваю.

Критично осматриваю себя в зеркале.

Потемневшие соски уже набухли и выделяются через ткань.

Небольшое трение о ткань вызывает приятное покалывание.

Провожу пальцами по груди, задерживая дыхание, когда жар приливает к тугим вершинкам.

Пульс учащается, начинает шуметь в ушах.

Отражение показывает мои порозовевшие щеки.

Блестящий взгляд не обманет даже младенца.

Я взбудоражена происходящим и уже немного на взводе.

Опускаю руку, дотронувшись до половых губок.

Тихий стон проносится по комнате.

Пожалуй, я возбудилась большем, чем могла себе представить, а ведь мы еще не начали.

Игнорирую плотские позывы. Строго настрого запрещаю себе шалить до начала игры. Натягиваю на тело трусики и прозрачный пеньюар.

Потом делаю фото. Еще одно фото, а потом еще и еще…

Ищу тот самый, идеальный ракурс.

Спустя неизвестное количество времени просто сдаюсь.

Я беременна, мой живот никого не обманет!

Но Алекс говорил, что хочет меня еще больше. Поэтому выбираю два фото — одно в зеркале со спины. Второе — откровенное селфи.

Остальные фото удаляю, они мне не нужны.

Выделяю кусочек. На котором видна лишь часть моей груди и кружево, натянутое сосками, отправляю Алексу с текстом:

«Угадай, где я?»

…Собеседник набирает сообщение…

Добавляю следом еще одно смс:

«Даю тебе небольшую подсказку…»

Алекс перезванивает моментально.

Ответить?

Пожалуй, могу сделать это.

— Правило первое, ты не хитришь и не пытаешься отследить мой телефон!

— Оу, вот так с разбегу ставишь меня в угол?

— В максимально тесный угол. Лицом к стенке вплотную.

— Вплотную не получится.

— Почему?

— У меня уже неприлично сильно встал.

— Пошляк. Ты будешь слушать правила?

— Конечно. Готовься проиграть.

— Ты будешь просить пощады!

— Хорошо. Давай. Я готов…

— Первое задание. Хочу твое фото.

— Мне можно снять для этого трусы или рубашку?

— Если ты хочешь снять с себя одежду посреди торгового центра…

— Посреди какого торгового центра?

— Подумай. Там ты хотел меня одеть. На свой вкус.

— Но мы же не в Рязани! Постой… Ты же не хочешь, чтобы я сгонял в Рязань?! Это займет время!

— Нет, не хочу. Но задание есть задание. Подумай!

Интересно, как быстро он догадается, что речь идет о…

— Рязань, Рязань… — перебирает задумчиво. — Ха!

— Что значит “ха”?

— Считай, что фото уже у тебя. Я понял, на что ты намекаешь. ТЦ Рязанский. Решила погонять меня по столице? Окей. Я готов. Вопрос в другом, что я получу взамен?

— Еще один кусочек моего фото. Когда соберешь целиком, увидишь интерьер отеля и, возможно узнаешь, где я.

— А давай я сразу приеду к тебе? — ухмыляется порочно. — ты же знаешь, что я все твои шарады угадаю за несколько секунд?

— Это против правил.

— Хорошо, Марика. Я буду ждать от тебя очень горячую часть фото! Целую… Низко.

Мой пульс учащается.

— Очень низко, — обещает охрипшим голосом.

Глава 16.1

Александр

Вечер проходит в необычной для меня атмосфере.

Марика запустила квест, наградой в котором станет ночь с ней.

Я был не прочь и активно включился в участие, пытаясь не хитрить и не жульничать!

Она удивительная.

Я знаю ее до самой последней родинки на теле, но сейчас собираю фото жены по кусочкам с энтузиазмом того, кто впервые узнает ее по-настоящему.

Последнее задание Марики напоминает мне о нашей первой брачной ночи и сумасбродном желании моей любимой беременяшки — съесть капустного пирога.

Отправляю Марике последнее фото из нашего любимого ресторана домашней кухни…

Чистосердечный отчет о выполненном задании.

Откровенно говоря, мы больше дурачимся, забавляемся. Потому что загадки все пустячные, но тем не менее милые, трогательные.

Смысл понятен нам двоим.

Я рад, что мне досталась именно такая спутница жизни, как Марика.

Она постоянно напоминает мне, что я не только циник и черствый бизнесмен, но способен и на другие эмоции.

Кто-то другой бы ни за что не поверил, что миллиардер Савицкий будет мотаться по столице, отгадывая шарады и исправно отправлять фотоотчет.

Но так и есть…

Отправил фото. Жду реакции. Последний кусочек головоломки.

Коварная и вместе с тем невинная, моя чистая любимая девочка!

Я уже догадался, в каком отеле она находится.

Интерьер мне знаком.

Собственно говоря, я уже нахожусь на пути туда.

Думаю, Марика сгорает от нетерпения не меньше меня! Или больше? Ведь у меня азарт охотника и преследователя, а она томится в номере отеля. Может быть, смотрит сериал или читает книжку…

Как бы то ни было, я еду прямиком к ней!

Хочу сделать ей сюрприз. В свою очередь удивить внезапным скорым приездом.

Конечно, тогда она поймет, что я немного сжульничал и поехал к ней раньше, чем она отправит последнее фото.

Вдруг она решила поиграть еще больше?

И… фото сделано заранее, а сама красавица находится в другом месте?

О, если так, то меня ждет большой облом. Просто катастрофический облом!

В таком случае мне придется признать поражение. Но это будет приятное поражение.

Так.

Почему она не отвечает?!

Пятнадцать минут прошло!

Непорядок. Я через пять минут буду у отеля, но Марика даже не открыла мое последнее сообщение.

Смотрю: она онлайн.

В сети. Почему не отвечает? Занята? Пошла в ванную?

Даже если так, то она взяла бы телефон.

А что, если…

Нет, даже думать о плохом не желаю!

Для начала попробую позвонить ей.

Занято.

Болтает с кем-то.

Звоню ей с интервалом в одну минуту. Занято постоянно!

Может быть, с братом треплется?

Набираю его номер. Гудки длинные, но Демьян не спешит отвечать. Так, ясно. Марика говорит не с братом. Но с кем же в таком случае?

Уже у отеля. Гипнотизирую взглядом престижное здание.

Нужно еще узнать, где она находится.

Барабаню пальцами по подлокотнику.

Я говорил, что не стану шпионить за ней, узнавать раньше, чем необходимо. Но меня снедает беспокойство и совсем не по душе, что Марика так долго не отвечает.

Придется пустить в ход связи, проверить транзакции по карте Марики.

Умница расплатилась кредиткой. Теперь остается только разговор с администрацией отеля. Благо, я знаю хозяина, он будет не против оказать мне небольшое одолжение, потому что взамен сможет тоже попросить о чем-то…

Нюансы занимают еще минут десять. Но все же потом я получаю желанное — электронный ключ в нужный номер.

Лифт взлетает на нужный этаж. Перед тем, как чиркнуть карточкой по электронному замку, еще раз набираю номер Марики.

Прислушиваюсь.

За дверью ее шаги. Она ходит по комнате. Отвечает не сразу.

Но когда говорит, ее голос взволнованный и дрожащий.

— Алекс?

— Я прислал тебе сообщение.

— Ах да, я его еще не открывала. Сейчас посмотрю, — отвечает рассеяно.

— У меня есть предложение получше.

— Какое?

Я просто открываю дверь.

Она оборачивается, вздрогнув.

— Алекс?

Рука с телефоном застыла у уха.

На Марике халат. Надетый поспешно поверх сексуального белья. На миг меня выключает, разумные мысли плавятся от вида роскошного тела любимой женщины.

Но потом… Вспоминаю, зачем я здесь.

— Что происходит, Марика? Ты как будто совсем мне не рада.

— Я рада, но… Ты, кажется, нарушил правила.

Она пытается улыбаться. Но улыбка стекает с ее губ, грусть прячется в изумительно карих глазах.

— С кем ты говорила по телефону?

— Только что мне позвонил твой отец. Он говорил о многом, извинялся, а потом… Он сказал, что ты мне изменяешь.

Глава 16.2

Марика

— С кем ты говорила по телефону?

Тон супруга предельно строг. Я не сразу собираюсь с мыслями. Откровенно говоря, после разговора с его отцом, мне тяжело думать о чем-то другом, кроме тех гадостей, что он наплел.

Я вообще не ожидала, что он позвонит мне.

Отец Алекса звонил с номера, которого не было в списке моих контактов. Он не сразу обрушил на меня неприятные слова. Напротив, он зашел издалека, извинился за свое поведение.

Первой моей мыслью было, что Алекс переговорил с ним и заставил позвонить ради извинений.

Но отец сказал, что звонок — целиком и полностью его инициатива. Мне казалось, что он раскаялся. Его голос звучал искренне, а слова, сказанные им, попадали в ту самую точку, задевая до глубины души.

Возможно, все дело лишь в моей беременной сентиментальности. Срок большой, я не хочу испытывать негативные эмоции и ссориться, хочется полностью провести эти чудесные мгновения, радуясь каждому из них. Потому что первая беременность бывает лишь раз и впечатления о ней сохранятся надолго.

Не помню, как отец Алекса подвел разговор к черте, после которой бросил вскользь несколько слов. Сначала это были туманные намеки, которые заострились, приняв форму булавки, а потом он добавил капельку яда и ударил в самое сердце.

Мне до сих пор не по себе. Даже руки немного трясутся.

— Только что мне позвонил твой отец. Он говорил о многом, извинялся, а потом… Он сказал, что ты мне изменяешь.

Алекс усмехается.

Он делает несколько шагов по номеру и присаживается на подлокотник кресла.

— Прошу, сядь, Марика.

— Просто ответь. Правда это или нет?

— Ты мне не доверяешь? — бросает ответный вопрос и смотрит пытливо, внимательно.

В его взгляде чувствуются льдинки, в голосе прорезаются стальные нотки.

Такие моменты, как этот, не позволяют мне забывать, что я замужем за человеком, который управляет огромной корпорацией и способен даже одним словом придавить так, что становится нечем дышать.

Внезапно мне становится холодно. Халат совсем тонкий. Он атласный, красивый, глаз не оторвать. Но в нем холодно.

— Ты. Мне. Доверяешь? — спрашивает супруг.

Медленно поднявшись, он делает шаг в мою сторону, а потом еще один и еще.

Уверенно, твердо подступает ко мне, словно хищник к жертве, замершей без движения.

Когда я понимаю, что могла уйти, становится слишком поздно. Его ладони уже опускаются на мою талию крепким замком.

— Марика, ты мне не ответила. Ты ему поверила? Поверила в то, что я тебе изменяю?

— Поверила или нет, но его слова… Он сказал, что у него есть доказательства.

— Возможно, есть, — улыбается оскалом.

Я дергаюсь прочь из его рук. Алекс плотнее смыкает пальцы, не позволяя уйти.

— Доказательства, состряпанные на коленке. На скорую руку. Или, напротив, качественный фотомонтаж, приготовленный заранее. Потому что он в этом деле собаку съел и, когда управлял компанией сам, не гнушался играть грязно, используя шантаж, подлог и мошенничество.

Каждое слово Алекса словно острая бритва, отсекающая ненужное. Он не сказал ничего особенного, но в голове словно прояснилось, оковы, мешающие дышать, ослабли.

— О боже… — выдыхаю, обмякнув в его руках. — Прости!

Ноги меня совсем не держат, став ватными. Если бы не поддержка Алекса, я бы упала на пушистый ковер.

Но он не позволяет мне упасть, обнимает крепко, прижав к груди. Целует волосы.

Я слышу, как громко стучит его сердце. Мое барабанит в тесной клетке в таком же ускоренном темпе, бьется, как птица о прутья решетки.

— То есть… Ты ему все же поверила?

— Он меня совсем запутал. Начал с извинений, рассказов о прошлом, покаялся в том, как его сильно изменила жизнь и игра в большой бизнес. Сказал, что это грязь, в которой приходится запачкаться любому, кто хочет быть успешным. И как-то плавно перешел к теме измен. Подал новость о том, что ты ходишь налево, с участливым видом. Он извинился… За то, что говорил гадости мне. Мол, не хотел усложнять жизнь, ведь мне и без того приходится нелегко. Не дал возможности вставить и слова, вывалил это на меня! Сказал, что есть доказательства и… попросил перезвонить, как все обдумаю. Я не успела поверить и проникнуться. Мне было больно даже просто подумать о том, что это может быть правдой… Прости!

— Не извиняйся. Я виноват.

Мое сердце ухает вниз. Резко, с огромной высоты. Ощущения такие, словно оно разобьется в любой момент, и я — вместе с ним.

Жду дальнейших слов Алекса, словно вердикта судьи. Кровь застыла…

Глава 17.1

Марика

— Я должен был сказать тебе сразу, что отец, помимо тех гадостей, что наговорил тебе на днях в нашем доме, задумал кое-что еще.

— То есть… Ты знал, что он обвинит тебя в таком?!

— Нет.

Алекс проводит пальцами по моим плечам, улыбнувшись грустно.

— Я надеялся, что этот вечер и ночь станут незабываемыми, очень страстными. Пожалуй, они и станут незабываемыми. Только по совсем другой причине. Оденься, Марика, нам предстоит серьезный разговор! — целует в лоб.

Я стою без движения, словно впала в ступор. Алекс добавляет командных ноток в голос:

— Оденься, ты совсем замерзла и покрылась мурашками. Я попрошу подать тебе горячий чай в номер.

— Хорошо, — киваю.

Действую, словно автомат, подхватываю одежду и захожу в ванную, снимая с себя супер эротичный комплект из тончайшего кружева. Переодеваюсь в то, что было на мне надето: темно-серое платье и колготки винного цвета.

Быстро сворачиваю белье, но потом просто швыряю его в мусорное ведро.

Провожу немного времени перед зеркалом, словно медитируя. На самом деле просто пытаюсь не думать о чувстве беспомощности, которое овладело моими мыслями и сковало тело в миг, когда отец Алекса уверенным тоном обвинил моего любимого мужа в изменах.

— Марика, с тобой все хорошо?

Со мной все хорошо?

Я ищу ответ у своего отражения. Но это лишь отражение, которое не сделает ничего другого, кроме как повторит мои действия.

Ясно одно: я настолько сильно люблю Алекса, что если вдруг что-то разладится, пойдет не так, я никогда не смогу стать прежней.

— Уже выхожу.

В номер принесли чай и разные десерты к нему. Алекс подводит меня к стулу, но прежде чем отодвинуть его, внезапно крепко обнимает и целует, вторгаясь языком в мой рот.

— Я никогда… Тебе не изменял! — рыкает, толкаясь алчно.

Целует взасос, жадно, грубо, доминируя. Крепко впивается пальцами в темные пряди волос, вынуждая выгнуться и подставиться под его поцелуи.

— Никогда! — отстраняет, посмотрев в глаза глубоко. Словно в душу заглянул. — Никогда. Запомни это. Все, что сказал мой отец — ложь. У него не получилось отобрать наш дом и мой бизнес, он решил отобрать тебя, обгадив наши отношения.

— Постой. Что ты сказал?! Отобрать дом… Бизнес?! Как это?!

— Выпей немного чаю, съешь чего-нибудь. Сейчас я тебе все объясню.

— Алекс! У меня кусок в горло не полезет, пока я не выясню все подробности.

— Значит, послушай. Я постараюсь быть кратким и…

— Нет! — отвечаю решительно, убрав чашку с чаем в сторону.

Накрываю пальцы Алекса своими ладонями.

— Я не хочу слушать урезанный рассказ, я хочу узнать все, как есть! Потому что эти несколько минут разговора с твоим отцом показались мне адом! А теперь я понимаю, что тебе пришлось в тысячи раз тяжелее, и ты утаил это от меня в секрете.

— Не хотел тебя впутывать. До последнего надеялся, что ты не узнаешь грязных подробностей о нем и… обо мне.

— Что ты такое говоришь? Ты… не такой.

— Почему же? Много лет назад он передал мне дом и бизнес, но оставил в договоре мелким шрифтом лазейку для своего возвращения. Я прошляпил это, признаю, много лет не возвращался к договору. Отец захотел воспользоваться этим именно сейчас, действуя нагло и нахраписто, ударив по моим слабостям. Но я не позволил себя обобрать.

— Значит, ты — молодец.

— Не совсем. Законных оснований препятствовать у меня не было. Я вышвырнул отца окончательно, силой заставил его отказаться от претензий. Так что… в чем-то он оказался прав. Иногда приходится запачкаться… Очень сильно. Ты замужем за человеком, который даже подумывал об убийстве, лишь бы защитить то, что принадлежит ему. Тебе не страшно знать обо мне такое?

Алекс задает мне этот вопрос прямо в лицо. Обескровленные губы движутся возле моих, но я совсем не чувствую дыхания Алекса. Он спер воздух в грудной клетке и не дышит совсем.

— Честно?

— Да. Честно.

— Я думала, что ты уже кого-то того… на тот свет отправлял.

— Что?! — удивляется Алекс.

— Во всех фильмах и книгах про миллиардеров однажды им приходилось делать такой страшный выбор во имя карьеры и большого состояния, — объясняю свои слова, смущаясь все больше и больше по мере того, как губы Алекса расползаются в широкой улыбке.

— О, да ты просто знаток миллиардеров! Теперь понятно, как тебе удалось зацепить меня на крючок, — усмехается он. — А теперь без шуточек, Марика.

— Хорошо, без шуточек. Меня это не пугает, скорее, будоражит. Если ты готов пойти на такой шаг ради…

— Ради тебя. Ради нашей семьи я готов на все! — опускает ладонь на мой круглый живот.

— Люблю тебя. Кажется, теперь еще больше!

Разве такое возможно?!

Глава 17.2

Марика

Я буквально вынудила Александра рассказать мне все.

Уважаю его мужское право и желание решить проблемы, тем более, что они исходят от его родственника.

Но речь идет не только о нем самом, мы говорим о нашей семье, и здесь не должно быть секретов.

На миг мне становится страшно, до чего же подлый и мерзкий отец у Алекса!

Он хитрый интриган и прекрасный манипулятор!

Свекр наговорил гадостей мне, выгнал из дома в момент, когда Алекс был за границей на важных переговорах.

Потом он попытался обуть своего сына и, как вишенка на торте, когда задуманное не осуществилось, решил напакостить хотя бы по мелочи, чтобы рассорить меня и Алекса окончательно.

Мой свекр прекрасно знал, что я глубоко беременна, полна переживаний и мнительна. Он нащупал слабое место и у меня, и у Алекса, точечно нанося удары в цель.

— Хорошо, что ты мне все рассказал. Теперь я не поверю твоему отцу, даже если он будет лежать у меня под ногами и стонать, что умирает.

— Это еще не все, — говорит Алекс, посуровел лицом.

Скорбные складки возле губ и морщины добавляют ему лишнего возраста.

— Что может быть хуже?

— Он сказал, что я ему не родной, — запускает пальцы в волосы. — Мне кажется, он не врал.

— Или он сказал тебе это нарочно, чтобы еще больше выбить из колеи! — возражаю с жаром. — Зачем нагонять на себя лишние сомнения?! Просто нужно это проверить. Тест-ДНК!

— Уже, — кивает Алекс. — Но ждать, самое меньшее, трое суток.

— Алекс, этот старый говнюк уже украл у нас много времени. Я не хочу, чтобы ты думал о дурном еще трое суток напролет. Пожалуйста, давай переключимся на что-то хорошее. Только тест-ДНК даст тебе ответ на вопрос, который тебя гложет. Но как бы то ни было… Ты уже ничего не изменишь. Это вообще тебе не подконтрольно…

— Да, ты права. И я не хочу допускать ни одной возможности, чтобы этот человек и дальше портил нам жизнь… — задумывается. — Считаю, что этот мудак не просто так тебе позвонил. Не-е-е-е-ет. Он закинул удочку. Теперь пора сделать вид, что ты заглотила наживку.

— Что ты имеешь в виду?

— Хочу избавиться от него раз и навсегда. Но потребуется твоя помощь.

Алекс посмотрел на меня серьезно.

— Никакого риска, Марика. Но мне потребуется все твое актерское мастерство!

— Я согласна. А что нужно делать?

— Перезвони ему, изобрази грусть и растерянность. Спроси, что он имел в виду под доказательствами. Думаю, он попросит тебя о встрече. Там мы его и возьмем тепленьким. Позвоню знакомым, пусть пришьют ему какое-нибудь дело…

В глубине души я желала, что бы Алекс ошибся насчет своего отца. Вера в хорошее и надежда… Но они оказались напрасными.

Алекс как в воду глядел, предположив, что отец попросит о встрече.

Так и случилось.

* * *

Немного нервно оглядываюсь по сторонам.

Отец Алекса назначил встречу возле заброшенной стройки. Он попросил приехать без охраны, объяснив это тем, что не хочет светиться перед охраной Алекса. Мол, ссора дорого ему обошлась…

Сверяюсь с часиками.

Опаздывает на пять минут.

Внезапно слышится хруст раздавленного стекла. Оборачиваюсь на звук.

— Владимир Николаевич? — вздрагиваю. — Вы меня напугали!

— Пробки, — вздыхает он, пристально смотрит мне прямо в лицо. — Охраны нет?

— Я приехала без охраны. Стоило больших трудов от них избавиться. Надеюсь, вы позвали меня не зря! Вам есть что показать мне?

— Конечно! — показывает пухлый конверт. — Жаль, милая, что все так обернулись. Но вместе мы можем повернуть ситуацию в твою пользу.

— Как это?

— Есть доказательства измены! — покачивает конвертом. — Если ты доверишь вести мне дело по твоему разводу, я помогу тебе остаться при деньгах.

— Развод? Но я…

— Или будешь жить так, как сейчас. В вечном ожидании, пока он находится на очередном совещании. Со-совещание, — усмехается грязно. — Это лишь означает, что ему сосет секретарша, а ужин с деловым партнером не обходится без элитных шалав…

— Спасибо, я поняла! — крепче сжимаю пальцы на сумочке. — Что конкретно вы предлагаете?! Я рискую, приехав сюда!

Надеюсь, со стороны все выглядит достоверно.

— Мне придется нелегко. Ведь я тоже совершаю своего рода предательство по отношению к сыну. Но я верю, что он может стать лучше… — вдохновленно говорит свекор.

Играет просто великолепно, верит в собственную ложь!

— Хорошо. Покажите, что у вас есть.

Свекор протягивает конверт, обходит, встав рядом. Немного позади.

Конверт запечатан плотно. Приходится приложить усилия, чтобы открыть его.

Одновременно с этим чувствую, как отец Алекса смещается. За мою спину.

Пальцы совершают резкое движение.

Рву конверт. Краем глаза замечаю взмах руки…

Зажмуриваюсь от страха.

Слышится приглушенный хлопок и стон.

— Чтооооо? — хрипит отец Алекса. — Ай-ай… Ай! Вы меня убили. Убилиииии… В груди печет.

К поверженному отцу подлетают несколько мужчин в форме силовиков, заключая запястья подлеца в наручники.

— Марика! Иди ко мне!

Алекс выбегает из укрытия и заключает меня в объятия.

— Ты как? В порядке? — осматривает меня, держа бережно. — Как самочувствие?

— Все хорошо. Я испугалась немного. Думала, что вы его просто схватите!

Прячу лицо на груди Алекса, слушая брань его отца.

— В него стреляли?

— Пули резиновые, не переживай. Такого гада резиновой пулей не убьешь, — расслабленно улыбается Алекс. — Но признаюсь, было очень приятно.

— Теперь все кончено?

— Да, ему припаяют несколько статей. Я подключил связи, отправится за решетку надолго. Я давал ему шанс уйти достойно. Он им не воспользовался, — ставит точку в разговоре.

Супруг смотрит вслед внедорожнику, на котором увозят его отца.

— Все будет хорошо, — целую мужа в щеку.

— Теперь точно, — целует меня в ответ. — Поехали в наш дом?

— Да.

Глава 18.1

Марика

Неспешно прогуливаемся до внедорожника Алекса. За рулем сегодня водитель, но Савицкий отпускает его молчаливым кивком. Водитель понимает распоряжение без лишних слов и пересаживается в машину охраны.

Я перевожу взгляд с фигуры любимого мужчины на темное небо.

— Мне не верится, что этот безумно длинный день закончился.

— Он кончится, когда мы уснем после того, как я выжму из тебя все соки.

— Ты намекаешь на секс?

Меня обдает жаром, и мои щеки покрываются румянцем. Становится слишком тепло и тесно в груди.

— Намекаю? Марика, я целый день ждал именно этого. Я не позволю никаким обстоятельствам лишить нас того, что хочется нам обоим.

Решимость в его словах, твердая уверенность в своих силах возбуждают меня.

Я чувствую себя так, словно впервые влюбилась. Или я по-настоящему влюбилась в него после того, что мы пережили сегодня?

Он вырос эмоционально за то время, что мы знакомы.

Я уверена, что прежний Алекс поступил бы иначе и, возможно, его отцу удалось бы нас рассорить. Но только не сегодня.

Алекс помогает забраться в автомобиль. Он плавно стартует с парковки. Савицкий находит мою ладонь и переплетает пальцы.

Он мой муж, отец моего ребенка, а я не перестаю испытывать к нему слабость и непреодолимую тягу.

Желание быть рядом лишь крепнет день ото дня.

— Нам не помешает немного расслабиться.

— Ты снова про секс?

— Опять, — улыбается, обнажив белоснежные зубы. — Снова. Всегда.

У меня в животе начинают порхать бабочки.

Мне хочется любоваться его улыбкой и потрясающим блеском в глазах, но Алексу нужно смотреть на дорогу. Поэтому все, что мне остается, это любоваться его безупречным профилем.

У меня самый лучший, самый сексуальный в мире муж, и я люблю его больше жизни.

* * *

Александр

— Дом, милый дом… — напевает себе под нос Марика, раздеваясь.

Я надеюсь, что теперь, после изгнания скверны дом действительно принадлежит только нам и его можно назвать местом, где снимаются все щиты и маски, оставляя место для того, чтобы побыть самими собой.

— Ты голодна?

— Нет, пожалуй. Не хочу ужинать.

— Чего же ты хочешь?

Марика направляется в сторону ванной.

— Поможешь мне снять бюстгальтер? Руки не дотягиваются до крючка.

— Помогу с большой охотой, — отвечаю с улыбкой.

По сути, мы раздеваемся еще не дойдя до ванной комнаты, оставив след из разбросанной одежды, и последним флагом, сигнализирующим о совместной победе, служат трусики Марики с пятнышком влаги ее возбуждения.

Ставлю ванну наполняться, но не могу отказать себе в удовольствии начать процесс еще до омовения.

Сегодня мы понимаем друг друга без слов. Я целую Марику и мягко подталкиваю к раковине. Она опирается на нее ладонями и прогибается в спине, подставляясь под мою каменную эрекцию.

Приставив член к сладкой дырочке, снимая головкой липкую влагу, размазывая по лепесткам. Надавливаю и вхожу глубоким, медленным тараном, чувствуя, как она тесно и жадно обхватывает стенками лона каждый сантиметр моего напряженного члена.

Не сдержавшись, стону громко, двинув бедрами.

Засаживаю до самого основания и едва дышу. Мне хочется двигаться немедленно — быстро и жестко.

Наблюдаю за выражением лица Марики в зеркале. Она приоткрывает рот и стонет:

— Давай, — прикусив губу.

Придерживаю любимую за бедра, начинаю двигаться, быстро набирая необходимый темп.

Чувство, что могу взлететь. Громким, влажным звукам наших тел служат стоны удовольствия.

Минуты жаркого единения пролетают словно жалкие мгновения.

Даже кончив, я еще чувствую, что нахожусь глубоко в ней. Не только в теле Марики, но и в ее крови, под кожей. Там, глубоко под ребрами, в ее сердце, так же как и она — во мне.

— Ты чудо! — говорю хрипло.

Вынимаю член. С улыбкой наблюдаю, как сперма скатывается по внутренней стороне бедер Марики вместе с ее влагой.

— Ты чертов извращенец.

— Но ты меня любишь.

— Да. Еще больше полюблю, если ты сейчас же закроешь кран и мы не затопим ванну.

— О,блин!

Неужели мы увлеклись так надолго? Ванна уже полная.

— Я забыла про пену.

— Без пены намного лучше, поверь. Я могу смотреть на тебя и мне не придется фантазировать, как выглядит твоя грудь.

— Ты знаешь, как она выглядит. Более того, ты держишь меня за нее, — ласково журит меня Марика.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Наклонившись, обвожу соски языком по очереди. Они твердеют еще больше…

— Заводная штучка! Ты только разогрелась…

— Я подам на тебя жалобу за сексуальные домогательства.

— Я подам ответный иск на то, что ты меня провоцируешь. У меня целый штат юристов. Как думаешь, кто выиграет этот процесс.

— Мы оба?

— Верно.

Приходится немного спустить воду. Потом я подхватываю Марику на руки и опускаюсь вместе с ней в наполненную ванну.

Марика опирается на мою грудь спиной, но укладывается так, что немного повернув голову, может смотреть мне в лицо. Я держу ее в объятиях так, словно могу потерять. Я даже не хочу думать об этом, но сегодня мы были на волосок от краха и только доверие, которому научила меня Марика, спасло нас.

Мы разговариваем о пустяках. По большей части, молчим, но я слышу, как за нас говорит сердцебиение и дыхание — одно на двоих.

Марику начинает клонить в сон…

Пора бы вылезти из ванны, но до того лень шевельнуть хоть мизинцем…

— Пойдем на кровать? — предлагает она.

— Я хотел сказать тебе тоже самое. Но мне слишком нравится держать тебя за грудь.

— Ты просто тоже едва не уснул.

Что я могу на это сказать? Она права…

В спальне мы просто срываем покрывало и сбрасываем его вниз, на пол. Обычно Марика журит меня за такое, но сегодня инициатор — она. Значит, ей не терпится оказаться в объятиях Морфея и я, даже находясь рядом, начинаю ревновать к этому удачливому сукину сыну…

Обнимаю рукой за грудь, потом перемещаюсь ниже, на круглый животик… Чувствую толчки нашего малыша.

— Марика?

— Ммм? — сонно.

— Выкинешь завтра дерьмокнижки о воспитании детей-лидеров, которые тебе дарил мой папаша?

— С удовольствием.

Засыпая, я все еще думаю о том, смогу ли я когда-нибудь насытиться любимой и начинаю завидовать. На этот раз самому себе…

Я везунчик, если встретил Марику, и дважды везунчик, что она полюбила меня таким, какой я есть.

Эпилог

Марика

Спустя три дня

За нашими заботами я совсем забыла о брате и, увидев кучу пропущенных звонков от него, испытала чувство стыда.

Потом заметила, что все звонки сегодняшней датой и немного выдохнула. Значит, Демьян тоже замотался… Перезваниваю ему, мы болтаем о том, что произошло за те несколько дней, которые прошли после моего спешного отъезда из его дома.

Так стыдно… Я прибежала к брату, когда стало невмоготу находиться в своем доме, но когда все решилось, даже не сразу нашла время, чтобы сказать ему спасибо.

— О, поверь, я замотался так, что просто пропустил бы твой звонок! — успокаивает меня Демьян.

— У тебя что-то стряслось?

— У меня все вверх дном. Благодаря одной девчонке…

— Соня?

— Она самая. И пока ты начала читать мне лекцию, скажу, что она вообще не родственница моей дочери.

— Как это?!

— Помнишь, ты говорила, что Алекс нашел какие-то странности в документах? Я решил, что это просто неформленный, как следует дом, а оказалось, дело в Соне.

— Оу… Значит, теперь у тебя развязаны руки?

— На что это ты намекаешь?! — притворно возмущается. — Она мне в дочери годится!

— Но чувства у тебя к ней далеко не отеческие.

— Врать не стану. Но мы слишком разные…

— Посмотри на меня и Алекса. Мы вообще никогда не должны были встретиться, но тем не менее, мы вместе!

— Почему это мы никогда не должны были встретиться?! — слышится возмущенный голос Алекса.

— Ой… Дем, Алекс вернулся. Поболтаем позднее, идет? И не отказывай себе ни в чем…

— Ты толкаешь меня на преступление! — хмыкает Демьян. — Развращу девочку…

— Кто кого еще… Пока. Люблю!

— И я тебя. Надеюсь, увидимся вскоре.

Прощаюсь с братом, принимаю поцелуй от Алекса.

— Ты так рано вернулся!

— Все дело в этом! — показывает плотный конверт с гербовой печатью. — Пришли результаты ДНК экспертизы, и я не хочу смотреть их один.

Хлопаю ладошкой по дивану, Алекс садится рядом и обнимает, передав конверт.

— Почту за честь! — придает напыщенность своему голосу.

— С удовольствием, любимый. Но что бы там ни было, сути это не меняет…

Вскрываю канцелярским ножом конверт, вынимая бумаги, пролистываю их, выискивая взглядом те самые строки.

— Савицкий Владимир — твой отец, — резюмирую прочитанное. — Без всяких сомнений.

Алекс выдыхает, забирает листы, вчитывается.

— Да, — подтверждает кивком. — Значит, он обманывал сам себя. Потому что я чувствую, что он верил в то, что говорил. Была измена мамы или нет, это уже неважно. Он мой дрянной папаша, и я имел полное право присвоить себе то, что он радостно похерил, а потом захотел отжать!

Думаю, Алексу был важен этот вопрос для успокоения своей совести.

— Я рада, что ты получил все ответы на вопросы, которые были важны.

— Кроме одного! — возражает Алекс, положив ладонь на мой живот. — Мальчик или девочка?

* * *

Через полтора месяца у нас родилась девочка, мы назвали ее Татьяной. Чувствую, что Алекс решил не останавливаться на одном ребенке.

Он мечтает о большой семье, и я разделяю его желания.

Если бы кто-то сказал, что наши отношения начались с одной ошибки, я бы не поверила.

Из-за случайной ошибки я провела ночь не с тем парнем и поняла это слишком поздно… Однако эта ошибка стала самым прекрасным событием в моей жизни.

Конец

Content

Порочная ночь с миллиардером
Айрин Лакс

Глава 1.1

Глава 1.2

Глава 2.1

Глава 2.2

Глава 3.1

Глава 3.2

Глава 4.1

Глава 4.2

Глава 5.1

Глава 5.2

Глава 6.1

Глава 6.2

Глава 7.1

Глава 7.2

Глава 8.1

Глава 8.2

Глава 9.1

Глава 9.2

Глава 10.1

Глава 10.2

Глава 11.1

Глава 11.2

Глава 12.1

Глава 12.2

Глава 13.1

Глава 13.2

Глава 14.1

Глава 14.2

Глава 15.1

Глава 15.2

Глава 16.1

Глава 16.2

Глава 17.1

Глава 17.2

Глава 18.1

Эпилог