Мачеха для наследника

Автор обложки Анна Мичи. Фото с сайта shutterstock.com

1

– Быть избранной дракона – это очень почетно, – говорила пожилая женщина в платке, приматывая меня к здоровому камню.

– Вы совсем рехнулись? Отпустите меня по-хорошему! – всхлипнула я.

Какая глупость – попасть в руки сумасшедшей старухи, которая вбила себе в голову, что если меня хорошенечко зафиксировать на камне посреди леса, то за мной обязательно явится дракон и «честное слово, не сделает тебе ничего плохого!»

– Драконов не бывает! – со слезами на глазах пыталась убедить ее я.

Но она даже не слушала.

– Это у вас не бывает. У вас вообще мирок убогий. А у нас бывают. И периодически хотят жра…– она запнулась и поправилась: – привести в свой дом красивую молодую девственницу.

Девственницу? Ну да, девственницу… Тут не поспоришь. Вот уж не думала, что это обстоятельство сыграет против меня. А бабка, кажется, считает, что она из другого мира. С драконами. Ну что ж, попробую говорить с нею на ее же языке. Спорить с сумасшедшей – себе дороже.

– Что же, у вас своих девственниц нет? Кончились?

– Отчего же нет. Есть, – отвечала старуха. – Да только их к дракону никак нельзя. Марфа у нас целительница. Отдадим ее – что будем делать, когда старая Ходи загнется? Лия – охотница, уже сейчас лучше иного парня справляется. Кася… Кася – невеста моего сына. Конечно, магия у нее слабенькая, только скотину лечить и может. Но девка хорошая, да и любит он ее… Вот и приходится из вашего мира таскать.

Она уже плотно примотала меня веревками, как паук паутиной. Я даже голову с трудом могла повернуть. Стоило попытаться – и веревка больно впивалась в шею. Приходилось так и лежать, рассматривая синее-синее небо в обрамлении верхушек деревьев да слушая скрипучий старухин голос.

– А с вас толку никакого. Магии в вас нет, к работе не приучены. К тому же больно грамотные все, только спорить да указывать можете. Так что к драконам, к ним, родименьким…

Сходила, блин, за ягодками. Это все Аленка: «Третий день на практике в деревне, а настоящей лесной малины так и не попробовали!». Теперь зато всего попробовали. Я во всяком случае точно. И малины, и свалиться в местную холодную речушку, и чуть не утонуть… А стоило вскарабкаться на берег – вот, пожалуйста, сумасшедшая бабка с веревками.

И ведь силища у нее какая… Даром что на вид – хрупкий одуванчик. Скрутила – я и пикнуть не успела. Не надо было физкультуру прогуливать! А еще лучше – записалась бы на какие-нибудь единоборства!

Бабулька деловито подергала веревку – крепко ли? Достала из кармашка книжицу и принялась читать какую-то абракадабру. Начисто сумасшедшая.

– Прошу вас, отпустите!

Дракон за мной, конечно, не прилетит, а вот какие-нибудь волки с медведями очень обрадуются такому удобному прикорму. Наверняка их в этом лесу целые толпы ходят!

Между тем бабка дочитала свою околесицу и тут же заторопилась:

– Пойду я, пожалуй. Мне с ними сталкиваться совсем не хочется. Лишние вопросы, знаешь ли.  А ты… Ну, там уж как получится.

И, мелко перебирая ногами, она скрылась среди деревьев.

Я дернулась один раз, другой, третий… Бесполезно. Так и осталась лежать связанная. Небо с верхушками деревьев поплыло и размылось. Из глаз текли слезы. Конечно, Аленка меня давно уже хватилась. Может, и поисковую экспедицию организовала. Да только вряд ли меня тут найдут. Сколько меня несло течением? Где я выбралась? Есть ли поблизости села и деревни?..

Неизвестно.

Видно, придется прощаться с жизнью. Приятного аппетита, граждане волки с медведями!

Внезапно потемнело, меня обдало холодным, тревожным ветром. Где-то сверху захлопали огромные крылья.

2

Я замерла, прислушиваясь. Хлопанье крыльев приближалось, становясь непривычно громким, а через минуту синее небо с кронами заслонила огромная голова. Я закричала. Нет, не то чтобы я из пугливых, но такого любой бы испугался.

Глазищи огненные; чешуя блестящая, словно металлическая; пар из ноздрей.

Дракон? Черт побери! Дракон!

Эта сумасшедшая старуха – не такая уж и сумасшедшая? А драконы и правда существуют… в их мире? Мамочки! Куда же я попала-то?

Стоп! Сейчас главное вовсе не это! Что там еще бормотала бабуля с веревками? Драконы периодически хотят жрать? Наш мирок убогий, а их ничего… Магия? Черт!

Я собралась испугаться еще больше, но вдруг стало совсем не страшно. Я нашла происходящему до смешного простое объяснение.

Чего там я думала бояться? Драконов и магии? Так их не существует, а если я что-то похожее вижу своими глазами, это значит только одно: я начиталась и насмотрелась всякого фэнтезийного, и теперь оно мне снится. Ну конечно, я сплю! Надо только вспомнить, в какой момент уснула.

Наверное, вчера вечером, когда мы с Аленкой улеглись, а все утреннее: как я в лес шла, как ягоды собирала, как в речку падала, – вот это уже сон.

Или нет, не так…

В речку, скорее всего, я по-настоящему упала. Ощущения те еще были – вода ледяная, течение быстрое, дышать невозможно! А потом меня, наверное, вытащили. Но я этого уже не почувствовала, вот теперь и лежу без сознания, драконов считаю.

И правда считаю. Вот уже вторая голова появилась, а следом и третья.

Хм, забавно. Надо разглядеть их хорошенечко и запомнить. Буду потом всем сон пересказывать и удивляться: приснится же такое!

Сейчас просыпаться не стоит. Вдруг все-таки река приснилась, а утром надо в лес? Подорвусь раньше времени, не высплюсь, буду весь день вялая. Лучше уж на драконов посмотреть. Пока они меня жрать не начали.

Ой, а где же они? Кажется, сон перешел в какую-то новую фазу. Надо мной уже нет огромных чешуйчатых голов. Теперь у моего камня озабоченно крутятся трое молодых и вполне симпатичных мужчин.

Вот это я понимаю – сон. А то драконами пугать!

– Она что, мертвая? – спросил один.

– Это еще почему? – удивился другой.

– Да что-то не кричит, пощады не просит. Ну, все вот это: не ешьте меня, отпустите меня!

Они стали меня внимательно рассматривать.

– Да нет, живая, смотрит, глазищами хлопает… – сказал третий.

– Эй, красавица, ты как? – преувеличенно громко обратился ко мне первый.

Они что, решили, что я плохо слышу, если кричать не тороплюсь?

Я на всякий случай промолчала. Раз уж это сон, достаточно того, что я согласилась его посмотреть. А общаться со всякими красавцами я не нанималась. Тем более что до сих пор лежу связанная. Никаких правил этикета для тех, кто связан, я что-то не припомню.

Мужчины не особенно ждали ответа. Они, видимо, тоже решили, что привязанная к камню девушка – это не слишком-то прилично, и теперь разбирались с веревками.

– Вот намотали! Придумают же такое! Я вообще не понимаю, зачем их привязывать? Столько работы лишней… – возмущался один.

– Затем, что непривязанные убегали бы. А тут в лесу каких только тварей не водится! – пояснял ему другой.

– Дурацкий ритуал. Они, видите ли, привязывают, заклинания читают, а нам бросай все дела и лети, пока подарок звери не сожрали. А если не успею?

– Если не успеешь, король тебе шею свернет.

Все трое расхохотались. Потом один проворчал:

– Смешно вам. А я, между прочим, брился.

Я скосила глаза на говорившего. Похоже на правду. Одна его щека гладко выбрита, вторая обросла щетиной. Действительно выглядит забавно. Даже мне смешно. А сородичей полувыбритого от гогота согнуло пополам. Веселые ребята, да.

– Ну все, поднимайся, красавица.

Надо же, справились! Я думала, бабкино макраме никому не под силу расплести.

Что ж, я попыталась подняться. От веревок руки-ноги затекли. Еще и голова почему-то кружилась. Между прочим, во сне всех этих неудобств могло бы и не быть.

– Может, она просто немая? – предположил один из мужчин.

Теперь, когда я сидела, смогла рассмотреть их повнимательнее. Волосы темные, длинные, забраны в хвосты у всех троих. Одежда как у косплейщиков, что-то такое под средневековье. Сами высокие, широкоплечие, хоть снимай в рекламе с каким-нибудь старинным сюжетом. А если раздеть, то и с любым… Ой. Что-то мысли потекли в какую-то совсем не ту сторону. Хотя… а почему не в ту? Вдруг это вообще эротический сон?

А что, вполне вероятно. У нас тут в наличии три оборотня-дракона. А меня вроде как принесли им в жертву. И, судя по всему, жрать меня они пока не собираются. Я присмотрелась к ребятам повнимательнее. Что-то как-то… Нет, они, конечно, очень даже ничего, но… В общем, не эротический это сон. Точно!

Надеюсь, что и не кулинарный – со мной в роли главного блюда. Так-то эти драконы выглядят ребятами вполне цивилизованными.

Хм, выглядели. До тех пор, пока не стали опять огромными крылатыми зверями, такими большими, что едва помещались на большой полянке.

Это что же, если они собираются меня забрать, придется лететь верхом на драконе? Я же соскользну, я же упаду! Я вообще высоты боюсь! Когда меня на отдыхе в далекой южной стране усадили на верблюда, я так верещала, что непонятно, как там мумии не повыпрыгивали из саркофагов.

Я в ужасе замотала головой. Так, мальчики, было приятно на вас посмотреть, но, пожалуй, до свидания! Мне пора просыпаться. Прямо сейчас! Ну, выныриваем! Поспали и хватит! Летать во сне – это у нас к чему? Правильно! Ни к чему. Летать во сне мне совершенно ни к чему. Ну же, подъем!

Увы, я не проснулась.

Один из драконов подхватил меня когтистыми лапами, и мы взлетели.

3

– А-а-а-а-а-а! – визжала я так, что птицы срывались с веток деревьев и, кажется, незапланированно улетали на юг. Или на север. Или просто эмигрировали из этой опасной местности, прихватив детишек и немощных родственников.

– А-а-а-а-а-а! – мой крик эхом отражался от деревьев и, многократно усиленный, возвращался обратно.

На драконов это не производило никакого впечатления. Сорвав голос в первые несколько минут полёта, я замолчала. А замолчав, попыталась оценить нынешнюю ситуацию.

Огромные когтистые лапы держали меня на удивление бережно и почти удобно. Мы летели медленно и плавно, и не сказать чтобы слишком высоко. Посему, вместо того чтобы паниковать, лучше осматривать окрестности с высоты драконьего полета. Может, пойму, где я и куда меня тащат. Но для этого нужно открыть глаза, а они, как назло, совсем не желали открываться. Приложив немалое усилие, я всё-таки разомкнула плотно сжатые веки…

– А-а-а-а-а-а!

Мамочки! Страшно-то как!

Я оглядывалась вокруг: лес, лес, опять лес и снова лес. Поразительное однообразие! А, нет – вон та самая речка, в которой я искупалась. Через речку перекинут мостик, а за мостиком – то ли большая деревня, то ли маленький город с какими-то древними постройками. Хотя парочку теремков поновее я тоже разглядела. И будто муравьи копошились на улицах человечки. Видно, те самые, которых будет лечить Марфа, когда старая Ходи загнется.

Но долго пялиться на город не получилось: тащили меня драконы в противоположном направлении – к горам.

Перелетев через горный хребет, мы оказались над другим городом, куда более впечатляющим, чем прежний. Здесь возвышались каменные замки – высокие, серые, такие огромные, словно они выстроены не для людей, а для великанов. Впрочем, что это я? Наверняка для великанов и есть. Если такая крылатая штуковина захочет присесть на жердочку, обычный деревянный домик не выстоит. Да и наша многоэтажка наверняка бы пострадала…

Тем временем драконы начали снижаться и, миновав высоченный каменный забор, зависли, хлопая крыльями. А еще через мгновение я почувствовала под ногами твёрдую землю.

Ура!

Меня отпустили. Но я не удержалась на ногах и грохнулась на каменную мостовую. Голова кружилась, все тело ныло. Не такие уж и мягкие эти драконьи лапки, скажу я вам! Крылатые громадины приземлились рядом и тут же обратились в добрых молодцев. Как это случилось, я даже не заметила. Вот только-только рядом были машущие крыльями декорации для фильмов ужасов, оп – а на их месте уже стоят красавцы, явно претендующие на главную роль. И вовсе не в фильме ужасов.

– А я думал, ты немая, – сказал один из них, демонстративно прочищая пальцем ухо. – Хороший голос. Громкий. До сих пор звенит. Тебя как зовут-то?

Кажется, драконы пытаются быть дружелюбными. Да вот у меня после нашего полёта начисто пропал дар речи, только зубы стучат от ужаса.

– А-а… м-м-м, – попыталась представиться я.

Не получилось.

– Всё-таки немая, – посочувствовал второй красавец.

Я забеспокоилась. Вдруг у них тут как в древней Спарте – тех, кто не соответствует местным представлениям о прекрасном, принято сбрасывать с какой-нибудь скалы? Благо скал тут – хоть засбрасывайся. Надо срочно что-то делать со внезапно нагрянувшим косноязычием.

– М-м-м-м… рина…

Так, пока неудачно. Надо попробовать еще раз.

– Ма… Ма…

И ведь простое же слово, не какая-нибудь там многобуквенная абракадабра, Ма-ри-на, а не получается.

– М-м…

– Да ладно, ладно, понял я, – торопливо выпалил полувыбритый. Он смотрел на меня с сочувствием.

Шел бы лучше бриться. А меня вернул домой. В постель или на берег речки – откуда там меня извлекли для драконьих нужд. И только я открыла рот, чтобы озвучить это заманчивое предложение, как тот добавил:

– Идём во дворец. Король придумает, что с тобой делать.

Остальные двое драконов уже куда-то исчезли. Видимо, толпами они только к жертвенному камню таскаются, а к королю можно и поодиночке.

Пока мы шли во дворец, который, к счастью, располагался совсем рядом, я с любопытством осматривалась, пытаясь понять, что это за местечко мне снится. Ну а что? Мне же потом это всё рассказывать, в соннике смотреть, опять же. Так что нужно быть внимательной.

Навстречу попадались все больше молодые мужчины, вроде тех, что извлекли меня из леса: похожая одежда, длинные темные волосы, и прически одинаковые – все те же хвосты. Да и сами выглядят очень даже ничего. Эх, жаль, что сон: я бы девчонок из нашего университета за деньги на экскурсии водила… Где еще столько красивых мужиков разом увидишь? Только во сне.

А вот женщин совсем не видно. То ли сидят по домам, чтоб на чужих красивых мужиков не заглядывались, то ли их тут и правда жрут, как бабка говорила. Ну, надеюсь, если из меня решат сделать завтрак, обед или ужин, я все-таки успею проснуться до начала трапезы.

Наконец мы вошли в замок, попетляли по переходам, поподнимались по лестницам и вошли в огромную залу.

Ага. А я-то думала, где все женщины. Вот они, тут. Штук десять, не меньше. В полупрозрачных накидках, с диадемами, колье, браслетами и какими-то совершенно нереальными украшениями. Они соблазнительно улыбаются и льнут к одному-единственному мужчине, восседающему на троне.

Вот же чертов феодал! Столько мужиков неприкаянных по улицам бродит, а он всех девиц собрал вокруг себя! И как ему тут только революцию не устроили?

Справедливости ради надо отметить, что и король весьма недурен собой. Даже не просто недурен, а прямо так и скажем – хорош. И если всеми «голливудскими» красавцами я любовалась совершенно равнодушно, то тут сердце почему-то предательски дрогнуло, и захотелось посмотреться в зеркало: не растрепались ли волосы, не размазалась ли косметика.

Впрочем, о чем это я? Конечно растрепались, после такого-то полёта. А что там могло остаться от косметики после рыданий на камне… Я машинально пригладила волосы и тут же на себя разозлилась: конечно, теперь совсем другое дело, теперь точно красавица. Нет, конечно, во сне это не так уж и важно. Но прихорашиваться ради мужчины, окружившего себя полуобнаженными гуриями! Ну уж нет! Такого даже во сне делать не стоит.

– Ваше величество, – с поклоном произнес мой провожатый. – Вот, доставили подарок из Синеречья.

– Опять чужачка? – недовольно уточнил король.

Полувыбритый развёл руками, признавая горькую правду

Я не очень поняла, чем плохи чужачки. Но мое мнение тут, кажется, никого и не интересовало.

– И магии нет никакой? – продолжал расспрашивать король о моем несовершенстве.

– Да откуда ей взяться…

Он нахмурил бровь, явно раздумывая о чем-то невеселом. И умудрился стать при этом еще симпатичнее.

– Может, слетать к ним? Просто так, на прогулку? Крыльями помахать, сено там разбросать, поджечь чего?

– Крыльями – это можно, – задумался полувыбритый, – а вот поджечь нежелательно. Договор соблюдают.

– Ладно, пусть при дворце остаётся. В жены ее такую точно никто не возьмёт.

Я хотела было возмутиться. Во-первых, меня никто не спросил. Кто вообще сказал, что я в эти самые жены хочу? А во-вторых, что еще за дискриминация? А в-третьих… а в-третьих, пора просыпаться. Что-то мне этот сон совсем перестал нравиться. То есть он и раньше был не очень, но хотя бы не доходило до прямых оскорблений. От всяких там болванов! Пусть даже они и короли! Все, прощайте, ваше величество, развлекайтесь в обществе своих полураздетых красоток!

Я повернулась к своему провожатому и на полном серьёзе его попросила:

– Ущипните меня!

4

– Ничего себе, она разговаривает! – удивился полувыбритый.

Впрочем, удивлялся недолго. Мою просьбу он выполнил старательно: ущипнул за правую ягодицу так, что я подпрыгнула и завизжала.

– А-а-а-а!

Такого щипка хватило бы, чтобы поднять человека из летаргического сна, из комы, да вообще откуда угодно.

Но я, увы, не проснулась, и роскошно обставленная зала с королевским троном и гуриями рядом никуда не исчезла; только теперь горела огнем и ныла ягодица. Да уж, лучше я точно не сделала.

Король смотрел на меня с интересом, впрочем, смотрел недолго. Потом перевел взгляд на парня, который только что весьма невежливо ко мне отнесся.

– А что, может, ты ее в жены возьмешь? Вон у вас вроде складывается всё…

Замуж? За этого?

Я тоже воззрилась на полувыбритого. Он, конечно, вполне симпатичный, даже с одной щетинистой щекой, но выходить замуж за первого встречного, который к тому же в любой момент норовит обратиться в дракона… Нет-нет, такого счастья мне не надо.

Что же за семейная жизнь у нас будет?! Придет муж, к примеру, с работы – а я вовремя борща не наварила. И он махнет рукой, ну, или крылом, и скажет: «Ничего страшного, нет борща – можно и женой закусить!». И схрумкает без соли и специй. А что ему? Там, глядишь, к камню новую привяжут – может, та и готовить лучше будет…

Такой подлости я от красавчика на троне не ожидала. Что я там говорила о его привлекательности? Так вот нет! Самый заурядный король. И посмотреть-то не на что!

Я уже хотела возмутиться и отказаться от сомнительной чести составить драконье счастье, как мой провожатый замахал руками:

– Ну уж нет, спасибо! Вы лучше меня на войну какую отправьте, если провинился чем. Но иномирянку в жены – это уж чересчур. Я такого наказания не заслужил!

Вот гад! И не полувыбритый он, а недобритый! И вообще. Крайне неприятный тип! Да уж, похоже, репутация у наших тут так себе… Чем же мы им не угодили?

Стоп. Почему я думаю о такой ерунде? Тут куда более важный вопрос нарисовался: как мне, черт возьми, проснуться?

– Да ладно, ладно, уже и предложить нельзя, – примирительно сказал король.

Он со вздохом оглядел стайку девушек в прозрачных туниках и драгоценностях, и тут вдруг соизволил обратиться ко мне:

– А вас, сиятельная леди, тоже старая Коллиса призвала? Из речки вытащила?

«Сиятельная леди» звучало куда лучше, чем всё, что я слышала о себе раньше, а вежливость должна быть вознаграждена. В голосе короля мне послышалось чуть ли не сочувствие, и от этого почти человеческого отношения в глазах сразу защипало. Я сдержала непрошеные слезы и кивнула: да, мол, так и было.

Он замолчал. То ли и в самом деле проникся сочувствием к моей невеселой доле, то ли раздумывал, как половчее сбросить меня со скалы.

– Ладно, вас проводят отдохнуть. А потом уж решим, что делать, – выдал он по итогам этих раздумий и тут же потерял ко мне всякий интерес.

Зато строго посмотрел на недобритого.

– А с тобой мы вот как поступим. Отправишься в Синеречье да приведешь старую Коллису. Только аккуратно, пожалуйста, без членовредительства.

– А может, не надо?.. – разом сникнув, протянул мой провожатый. – Крайне неприятная старуха… Да еще и ведьма каких мало!

– А не приведешь, – посуровев, продолжил король, – получишь ее… – он кивнул в мою сторону, – …в жены.

Нет, да что же это такое, а? Никогда еще моя самооценка не подвергалась подобному испытанию. Между прочим, на своем курсе я считалась очень даже привлекательной! И поклонники у меня были, даже цветами забрасывали. А кое-кто и стихи писал. Правда, читать те стихи я бы никому не рекомендовала… Но сам факт! А тут женитьбой на мне пугают драконов! И они пугаются!

– Да приведу, приведу! – буркнул недобритый. – Чего не привести, когда король повелел…

Я хотела высказать этим драконам все, что о них думаю, но тут меня за руку хапнула немолодая женщина, мелкая и худенькая, да потащила куда-то вглубь зала. Я все еще хватала ртом воздух, собираясь ответить ругательством позаковыристее, но она шепнула мне на ухо:

– Лучше молчи. Распределят денька на три на кухню – сама не рада будешь.

Как выглядит кухня драконов, я не очень представляла и узнавать не торопилась, поэтому от греха подальше решила промолчать. Все-таки для начала неплохо бы разобраться, куда я попала. И выяснить, смогу ли как-нибудь проснуться. Если это вообще сон.

5

Женщина приволокла меня в комнату, не слишком роскошную, но вполне милую. Приволокла в буквальном смысле этого слова: по пути я то и дело пыталась остановиться, задержаться, что-нибудь получше рассмотреть.

– Пойдем уже! – хмуро прикрикнула она на меня, когда я в очередной раз затормозила, любуясь изящно выполненной статуэткой дракона.

– Одежду тебе принесут попозже. Голодная?

Рот наполнился слюной. До этого момента у меня и мысли не возникало о нуждах желудка. У всего остального организма были более серьезные проблемы, особенно у того самого места, на которое я неожиданно нашла приключения. Но теперь, когда напомнили, стало ясно: да, голодна, и даже очень. Кивнула.

– И еду принесут. Ты вообще кто?

– Что значит «кто»? Человек. Марина меня зовут. В институте учусь.

Женщина вздохнула.

– Учишься, значит. Что-то у вас все учатся… А может, умеешь чего?

Ну и вопрос! Конечно, умею! Я много чего умею. Например… И тут я зависла. Кроме структурного анализа текста, в голову ничего не приходило. Нет, для будущего филолога это отличный навык. Но, кажется, меня спрашивали вовсе не о том.

– Яичницу приготовить могу, – радостно объявила я, вспомнив слова Коллисы.

И тут же осеклась. Судя по тому, что эта милая женщина говорила про драконью кухню, попадать туда не стоит. Так что свои кулинарные способности лучше держать в секрете, сделав акцент на чем-нибудь другом. – Правда, она у меня пригорает… И не очень вкусная.

Так, надо придумать какое-нибудь менее опасное умение.

– И на гитаре играть! – я торопливо приплюсовала к своим навыкам еще один пункт.

Это не совсем правда. На заре бурного отрочества я, почувствовав внезапно проснувшийся талант, потребовала купить пианино и отдать меня в музыкальную школу. В ответ из недр кладовки была извлечена видавшая виды гитара с потертыми физиономиями винтажных красоток на деке и пыльным бантиком, венчающим гриф. Подкупленный поллитрой сосед, тряхнул стариной и показал юному дарованию несколько «блатных» аккордов. Моментально сразить мир не удалось. Поэтому, разучив с десяток песен и самостоятельно подобрав несколько незамысловатых мелодий, я завязала с карьерой поп-звезды и отвлеклась на другие занятия. Гитара вновь отправилась в кладовку, подъезд облегченно выдохнул, а сосед, вытащив наконец беруши из ушей, поклялся больше никогда, никому, даже под пытками, не передавать свой музыкальный опыт.

– И петь могу! – добавила я.

Что тоже не совсем правда. Нет, петь я, естественно, могу. А вы мне покажите того, кто не может. Зайдите вечерком в караоке и увидите: могут все. Даже те, которые на ногах уже не стоят, и то справляются. А у меня голос пусть и не слишком сильный, но вполне себе приятный. Хотя, конечно, на большую сцену с такими данными и пытаться не стоит попасть. Да что там на большую – ни на какую не стоит.

Но женщина почему-то посмотрела на меня с интересом.

– Петь? Неплохо, неплохо. Хоть какая-то польза от тебя будет, раз магии не имеешь.

Опять эта магия! Свет клином на ней сошелся, что ли?

– А что, у вас тут у всех магия есть? – недоверчиво спросила я.

– Какая-нибудь у всех есть. Но так, чтоб хорошая – редко встречается. А драконам без магии никак. Они в ней силу черпают.

Я хотела задать еще парочку вопросов, а лучше десяток-другой, но женщина, словно угадав мое желание, сказала строго:

– Некогда мне. Сама все узнаешь. Ты тут надолго. Навсегда.

И вышла из комнаты.

Стоило двери закрыться, я вдруг поняла: как бы по-дурацки ни выглядела вся эта ситуация, какой бы бредовой она ни казалась – это не сон. Всё, что здесь происходит, – настоящее. Тут действительно есть драконы, у местного народа в чести магия, а из всех моих способностей и талантов, похоже, самым полезным окажется умение жарить яичницу. И то не факт.

Я упала на диванчик и уже была готова разрыдаться, когда дверь приоткрылась и в комнату проскользнула служанка.

– На ужин вы опоздали. Покормлю на кухне. А потом – собираться-наряжаться. Наш король узнал, что вы поете, изволит послушать ваше пение на сон грядущий.

– Пение? – изумилась я. Вот это сюрприз! – Но у меня нет гитары.

– Она и ни к чему. Вы знаете колыбельные? – спросила девушка. И задумчиво пробормотала: – Лучше бы вам их знать.

И я на всякий случай кивнула.

– Знаю…

А в голове крутилось: «Придет серенький волчок и укусит за бочок».

Нет, ну это полная ерунда. Есть же какие-то приличные колыбельные, без членовредительства. Надо постараться вспомнить. Как же там было? Что-то такое, милое и доброе…

«Рыбки засохли в саду, птички утопли в пруду», – услужливо подсказывала память.

Или там было немножко не так?

В общем, где-то через час я была накормлена и готова к сольному колыбельному выступлению. А вот к чему я готова не была, так это к наряду, в котором мне предстояло отправиться к королю драконов. Совершенно прозрачная туника, которая ничего толком не прикрывает, многочисленные браслеты, расшитые золотом и камнями пояса, ожерелья – в общем, та самая униформа, которую я видела на остальных девушках в тронном зале. Женщина, что привела меня сюда, явилась, чтобы лично проконтролировать мое перевоплощение в гаремную гурию.

– Я это не надену. Вернее, я, конечно, и это могу надеть, если надо, но сверху дайте мне настоящую одежду.

– И наденешь, и пойдешь, – она устало посмотрела на меня. – Впрочем, как знаешь. Можешь и на кухню отправляться, и в прачечную…

– Нет! – поспешно перебила я.

Видела я эту кухню, когда меня кормили Адская жара, огромные котлы, летающие продукты и магическая повариха со скверным характером и сверкающим громадным ножом, который со свистом плясал в ее руках. Несколько девушек на подхвате бегали еще быстрее летающих продуктов и со всех ног бросались выполнять любой приказ. Причины такой безупречной дисциплины стали понятны тут же. Одна из работниц разбила тарелку, и злобная тетка тут же превратила бедняжку в мышь! Правда, минут через десять хватилась, что свободных рук стало меньше, и превратила назад в человека…

Как выглядит прачечная, я даже представлять не хочу.

– Я лучше надену этот ужас.

– Вот и хорошо, – улыбнулась женщина. – Ханна поможет тебе с макияжем и прической.

Спустя еще час я шла по темным коридорам замка в сопровождении служанки и с тоской признавала: как бы это все ни называлось, но сейчас я полуголая отправляюсь в спальню к постороннему мужчине, у которого тут целый гарем…

И то, что он дракон и король, а я иду туда с невинной целью распевать колыбельные, вряд ли что-то меняет.

6

Драконий король, вопреки моим ожиданиям, оказался совершенно не настроен слушать колыбельные. Вообще непохоже, чтобы он собирался отходить ко сну: сидел в той же парадной одежде, в которой я видела его в тронном зале, и сосредоточенно читал, склонившись над толстенным фолиантом. Когда я вошла, он с явным неудовольствием оторвался от книги и удивленно воззрился на меня и на мою провожатую.

– Это еще что такое?

– Новая девушка из человеческих. Колыбельную на ночь будет петь, как договаривались.

– Ну вот на ночь бы и пела. Сейчас-то зачем? – проворчал дракон, кинув на меня недовольный взгляд. Потом еще один…

Моргнул, словно прислушивался сам к себе, и снова уставился на меня. Даже книгу захлопнул и развернулся, чтобы удобнее было рассматривать. Взгляд из недовольного стал озадаченным, а потом и вовсе странным… Таким странным, что каждый волосок на моем теле встал дыбом, а спине стало зябко. Хотя тут, в покоях королевских, совсем не холодно. Скорее жарко.

– Давайте я зайду потом, когда вы соберетесь отходить ко сну?.. – нервно предложила я и облизала пересохшие губы.

Да-да, точно жарко. Ужасно жарко и душно. Как можно в такой духоте что-то читать?! Хоть бы окно открыл…

– Я?.. – рассеянно переспросил дракон. Его взгляд бродил где попало, а учитывая то, что костюм мой крайне минималистичен и весьма прозрачен…Ой, мамочки… – Куда отходить? Не стоит никуда отходить. Оставайтесь.

Он меня вообще слышит? Я беспомощно обернулась к своей провожатой, но той и след простыл, только дверь стукнула. Теперь уже выбора не осталось: придется стоять тут, в королевской опочивальне, и ждать, когда его драконье величество изволит угомониться в постели. При мысли о короле в постели щеки мгновенно стали пунцовыми, и я замерла, надеясь, что он вернется к чтению. В конце концов, ничего интересного же не происходит. Ну явилась полуголая девица, ну собирается петь. Почитать хорошую книгу куда интереснее, это вам всякий скажет. Но почему-то дракон вовсе не собирался делать ничего подобного.

– Как, говорите, вас зовут? – спросил он.

Вообще-то я ему такого не говорила. Его недобритому подданному пыталась сказать, но ничего не вышло. А с королем у нас разговор сразу не задался – то ли из-за девиц, которые его окружали, то ли из-за того, что он пытался сплавить меня замуж за первого встречного.

– Марина, – все-таки сказала я, разумно рассудив, что лучше не спорить с монархом из-за такой ерунды.

– Очень странно.

И опять я не стала спорить, хотя ничего странного в своем имени не видела. Но у местных, похоже, свои представления о том, что такое странно.

– Вы мне нравитесь… – он так ошарашенно на меня смотрел, словно еще секунда – и начнет протирать глаза: не показалось ли?

– И что в этом странного? Не должна нравиться?

Я украдкой бросила взгляд в зеркало. По моему скромному мнению, я запросто могу понравиться кому угодно. А уж в таком пикантном виде – тем более. Так и хотелось сказать ему: зажрались вы тут, ваше драконье величество! Но вряд ли это было бы по этикету.

– Нет, не должны. Мы, драконы, хранители магии в этом мире. Избранница дракона должна обладать магией, и чем сильнее ее дар – тем сильнее чувство, которое она может вызвать в драконьем сердце.

Ага… Вот оно что! Любопытненько. Король в шоке: что-то пошло не так. Ну, тут два варианта. Или теория о взаимодействии магии и чувств насквозь дырявая, или просто те самые чувства зародились не в сердце, а чуть-чуть пониже. И взгляд, которым его величество сейчас меня пожирал, свидетельствовал, скорее, в пользу последнего.

– И что же, никакие там изгибы, – я невольно провела руками по бедрам, – стройный стан, очи как озера, нежный голос и прочие прелести вас ни капли не волнуют? А какая-нибудь магическая бабулька, вроде той, что меня к камню приматывала, – идеальная невеста?

От моих слов дракон аж вздрогнул.

– Скажете тоже, идеальная… Она старая и некрасивая. К тому же давным-давно не девица. А это, знаете ли, тоже важный компонент. А касательно изгибов… – он надолго задержал взгляд на этих самых изгибах, а потом, вроде как смутившись, отвел глаза в сторону, – они, конечно, весьма привлекательны, но без магии… нет в них души.

Ах, души, значит, нет! Почему-то слова величества разозлили меня ужасно. А еще больше разозлило то, что, даже разозлившись, я не перестала на него таращиться. И как ни старалась доказать себе, что он мне совершенно не симпатичен – ну высокий, ну в плечах широкий, ну глаза такие, что в них не то что утонуть – с аквалангом можно плавать и рыбок рассматривать… В общем, какая-то странная сила тянула меня к нему неимоверно.

Встреться мы в моем мире – я бы уже все уши прожужжала Аленке о том, какой он красавец, какой умница, и наверняка обладает миллионом других неучтенных положительных качеств.

– Ясно… Так, может, я вам уже спою, да и пойду? Мне вообще-то тоже спать хочется. Я с утра по лесу бродила, потом тонула, потом меня к камню привязывали, потом в когтях через горы несли. Потом всякие напыщенные… – я поискала приличное слово, – драконы гадости говорили. В общем, устала я. А раз вам в моих изгибах «ни души, ни магии», то и нечего на них пялиться!

Я отвернулась. И запоздало вспомнила, что сзади моя одежда ничуть не менее прозрачна, чем спереди, а значит, при желании там тоже можно найти, на что попялиться.

– Послушайте, я вовсе не собирался…

Что он там не собирался, я так и не узнала. Дверь приоткрылась, и на пороге появился недобритый молодец, а рядом с ним стояла гадкая горбатая старуха, которой я была обязана своим появлением здесь. Та самая Коллиса.

7

Мерзкая Коллиса смотрела на меня с такой злостью, будто бы это я выдернула ее из привычного мира и примотала к камню, а не наоборот. Все-таки что-то не то с этими ведьмами. Как-то неправильно они понимают права человека… Впрочем, вполне возможно, что за людей они считают исключительно себя. А те, которых надо бросить в пасть к дракону, – они не люди, они так, еда.

На короля она смотрела совсем иначе. Заискивающе, робко. Видно, разгневать его ей хотелось куда меньше, чем меня.

Странно. По-моему, мы с ним одинаково недовольны тем, что я здесь.

– Вызывали, ваше величество? – тоненько пропищала она и пошатнулась, словно жить ей, старенькой и бессильной, оставалось пять минут, и те под вопросом.

Вот же притвора! А когда меня на плече от речки перла да к камню приматывала, сил было как у быка-производителя. И голос на весь лес гремел.

Король отодвинул фолиант подальше. На его лице явно читалось недовольство. Я его понимаю: тоже не люблю, когда отвлекают от интересной книжки. Точнее не любила в той, прошлой жизни, когда у меня были интересные книжки.

– У меня есть одно дело, – сказал король и поднялся с широкого кресла. – Я проведу нашу иномирную гостью, а потом уделю и вам внимание.

Он посмотрел на старуху так, что она попятилась, а я впервые за все это время порадовалась, что я на своем месте, а не на чьем-то еще. Потом он перевел взгляд на меня.

– Нет, такой вид совершенно недопустим.

Кто бы спорил. Пусть скажет это своим служанкам! Можно подумать, это моя идея – вырядиться в такое вот развратное недоразумение! С другой стороны, пока не явились эти двое, ничего ужасного в моем виде король не находил, пожирал глазами как миленький! Вот они, двойные стандарты!

Король ухватил с кресла что-то вроде расшитого пальто, только тоньше, сунул мне в руки и повелел:

– Одевайтесь.

Даже на первый взгляд видно, что эта штука мне откровенно велика: в нее запросто поместилась бы пара-тройка таких худышек, как я. Ну, или один король. Но привередничать я не собираюсь. Любая непрозрачная тряпка уже лучше, чем то, в чём я сейчас стою.

Так что я с искренним энтузиазмом нырнула в пальтишко и запахнула его на себе. Теперь, в одежде, я почувствовала себя куда увереннее. Мы вышли в коридор, оставив изрядно струхнувшую старуху и недобритого в королевских покоях.

Сочувствия бабулька у меня вовсе не вызывала.

– Вы ее хотя бы сожжете? – спросила я без особой, впрочем, надежды.

– У нас это не принято, – король покачал головой. – А у вас?

– У нас уже тоже, – сокрушенно вздохнула я. – Но раньше бывало…

– Суровые у вас нравы.

Ага. Кто бы рассуждал о нравах. Уж точно не тот, кто полуголый гарем себе насобирал. И не тот, кого на магии переклинило. Душу ему подавай в изгибах и впадинах! Нравы у нас суровые?! А у них тут, как я погляжу, прямо санаторий. Хватают кого попало без спросу, к камням прикручивают, в лапах когтистых по воздуху таскают. Петь заставляют! И чуть что – сразу на кухню, хлоп… И ты уже мышь. Белая! Попробовал бы у нас так порезвиться, над полем позависать, огнем поплеваться. Враз бы струю из брандспойта в морду наглую огреб. И кучу штрафов от пожарных. И летал бы с номером на заднице! А еще паркуются как попало! И людей без страховки транспортируют. А еще…

Так, кипя от возмущения, я шла за королем, пока одна очень умная мысль не стукнула мне в голову.

– А вы уверены, что вам колыбельную нужно петь до того, как вы будете общаться с Коллисой? Мне вот почему-то кажется, что лучше говорить с ней бодрствующим. В спящем виде это несколько затруднительно…

– А с чего вы взяли, что колыбельную нужно петь мне?

– А кому же тогда? – удивилась я.

Мне это совершенно не понравилось. Честно говоря, я просто струсила. Ну а как тут не испугаться? Одно дело петь королю: к нему я вроде уже привыкла за эти несколько минут, не чужой стал. И совсем другое дело – петь неизвестно кому. Вдруг у незнакомца консерватория за плечами, а я сегодня как раз немного не в голосе? Или он, например, эстет с богатым внутренним миром?

А может, мне предстоит усмирять какого-нибудь местного цербера? А если он не уснет, то сожрет незадачливую исполнительницу?

– Все, пришли, – объявил король и остановился перед дверью.

Как мне показалось, остановился в нерешительности. Что-то у меня окончательно пропало всякое желание петь. Это какое чудовище там заперто, если сам король его побаивается?

Дверь распахнулась, и на меня полыхнуло огнем.

8

Мамочки! Я отпрыгнула, спрятавшись за короля, а тот как ни в чем не бывало шагнул в комнату и, вытащив меня из-за своей спины, торжественно объявил:

– Ему вот петь надо.

Когда дым рассеялся, я увидела в глубине комнаты уменьшенную копию драконов, что притащили меня во дворец. Только те были огромными и мирными. А этот – мелкий и задиристый. Он буравил меня черными глазищами, и от их сердитого блеска становилось слегка не по себе.

Я с трудом отвела взгляд от маленького дракона и осмотрелась по сторонам. Комната чем-то неуловимо смахивала на детскую. Правда, довольно странную детскую. Во-первых, она очень большая. А во-вторых, вместо картинок с зайчиками и котиками на стенах висят мечи, шпаги, щиты и прочая оружейная утварь, в сортах которой я совершенно не разбираюсь. Да уж, с утра до вечера видя такой дизайн, немудрено начать на всех огнем плеваться.... Что еще тут? Окно за занавесками, большая кровать, а на кровати – плюшевый дракон, игрушка. Изрядно потрепанная, похоже, любимая…

– Это Марина, она споет тебе колыбельную, – заговорил драконий король так, будто бы ничего необычного в том, что сейчас произошло, не было.

А оно было. Только что нас так горячо поприветствовали, что из дверей в коридор пламя вырвалось. По идее, здесь все должно было или обуглиться, или сгореть дотла. И занавески, и постельное бельё, да вообще всё, кроме оружия из какого-то серебристого металла. А комната целехонька, даже не закоптилась. Вместо того, чтобы незамедлительно приступить к пению, я с любопытством спросила:

– Как же тут ничего не сгорело?

– Огнеупорная магия, – пожал плечами король.

Угу. Ну конечно. Могла бы и сама догадаться. Раз тут есть магия, не применять же ее исключительно для превращения нерасторопных служанок в мышей!

– Специалиста найти было очень трудно, – довольно похвастался король, – выписывали из-за трёх морей. Но оно того стоило. Раньше ремонтные маги из его комнаты, считай, не выбирались. А теперь вот красота!

По поводу красоты, конечно, можно поспорить, но… Но что-то мне расхотелось спорить с драконами после демонстрации огненной мощи. К тому же интересовало меня сейчас совершенно другое.

– Но по мне-то огнеупорные маги не прошлись… Вы уверены, что это безопасно?

– Конечно, уверен! – возмутился король. – Принц никому не причинит вреда, а уж тем более тому, кто пришёл в его комнату с миром. Верно же? – требовательно осведомился он у мелкого дракона.

Ага, принц, значит. Могла бы и сама догадаться. Если кто-то ежедневно сжигает свою комнату и продолжает жить во дворце, то это явно любимый отпрыск короля! Интересно, а кто его мать? Ведь должна же быть какая-то мать? Один бы король с заведением потомства не справился…

Но представить себе, что король, которого я только сегодня видела в окружении полуголых девиц, женат… как-то не получалось. Впрочем, много ли я знаю о драконьих нравах?

– Ну… – продолжал говорить король с огнедышащим детенышем, – Оборачивайся уже. И я вас познакомлю.

9

Наверняка драконы не умеют говорить, когда они в своей драконьей ипостаси. А может, и умеют, просто шифруются. Но юному драконьему принцу ничего и не нужно было говорить. Он так посмотрел на папашу своими темными глазами, что мне, человеку постороннему, сразу стало неловко.

Ясно же, моему визиту тут не рады, и эта игра в гляделки, которая сейчас происходит, – продолжение какого-то их давнего спора.

Король без труда выдержал испепеляющий взгляд своего дитятки и невозмутимо сказал:

– Надеюсь, вы поладите, а я не могу дольше задерживаться: государственные дела.

Он протянул мне золотистый клубок.

– Когда его высочество уснет, выйдите за дверь и бросьте на пол. Он приведет вас в вашу комнату. Просто так по замку не бродите. Во-первых, заблудитесь, а во-вторых, встретите еще… – он не договорил.

– Кого встречу? – спросила я обеспокоенно.

– Да никого не встретите, просто идите следом за клубком, и все тут.

Не успела я ахнуть, как дверь за моей спиной хлопнула. Мы с юным драконом оказались одни в комнате.

Когда я говорила, что дракон – уменьшенная копия своих взрослых собратьев, имелось в виду, что не настолько уменьшенная, чтобы его можно было, к примеру, посадить в карман или с удобством разместить в сумочке. «Малыш» грозно возвышался надо мной, а я смотрела на него снизу вверх. И смотреть на него было очень страшно.

Лучше делать как велели.

Я зажмурилась и запела:

– Спи, моя радость, усни,

в доме погасли огни…

Дойдя до этого места, я ужасом поняла, что третью строчку я уже не помню, смогу только промычать что-то невразумительное.

– Ля-ля-ля ля-ля ля-ля…

– Только не это, пожалуйста, – раздался мальчишеский голос, и я открыла глаза.

Передо мной стоял худенький пацаненок лет десяти на вид. Совсем ребенок. Я еще раз оглядела стены комнаты, ощетинившиеся колюще-режущими предметами. Да уж, детская… И кто-то мне совсем недавно говорил про суровые нравы моего мира?! А у самого… А у самого несовершеннолетний сын живет вот в таком вот кошмаре! И куда смотрят органы опеки?

– У меня от ваших колыбельных глаз дергается, – заявил пацан. – Как у вас там вообще люди выживают, если им с детства такую муть в уши вкладывают?

Я не нашлась, что ответить. Мне в детстве мама тихо напевала что-то из «Агаты Кристи», побочный эффект ее рок-н-рольной молодости. И ничего, как-то же я выжила.

– А вот это ваше: «Придет серенький волчок и укусит за бочок», – не унимался принц. – Да пусть только попробует прийти! У него у самого ни зубов, ни бочков не останется! Ничего не останется, одни косточки.

В этом я как раз ни капли не сомневаюсь. Памятуя размеры «малыша» и пламя, вырвавшееся из дверей детской, на серенького волчка я бы не поставила даже ржавого рубля.

– Ну, это же просто такие песни… Образность там, народные традиции, метафоричность…

Последнее было откуда-то из лекций, и сюда вроде не совсем подходило, но звучало внушительно.

– Дурацкие традиции, – непримиримо заявил мальчишка.

Я пожала плечами. Спорить я точно не буду. По-моему, это не та ситуация, в которой нужно отстаивать свою точку зрения несмотря ни на что.

– То есть колыбельных не надо? – уточнила я и покрутила в руках клубок.

Раз уж юный драконий отпрыск больше не пыхает огнем и ведет себя вполне по-человечески, может быть, мне пора отправиться в мою комнату?

– И что, теперь скажете: ну-ка марш спать? – с вызовом поинтересовался он.

Вот пристал! Откуда я знаю, что нужно говорить в таких случаях?! Опыта общения с детьми нет никакого. В семье я одна, ни мелких братьев, ни сестер. И племянников мне не подкидывали за неимением оных. Так что мои педагогические навыки равны нулю. Зато врожденное жизнелюбие и инстинкт самосохранения на высоте. А они в один голос подсказывают, что ставить эксперименты над дитятком, которое, если вдруг что пойдет не так, пыхнет огнем и «прощай, Марина, так получилось», – не лучшая идея. К тому же менторский тон и немедленное укладывание спать – последнее, что нужно этому драконышу.

– Вряд ли. Мне кажется, что спать ты не хочешь.

– Хорошо, – вдруг сказал он. – Давай тогда поиграем.

Я с подозрением покосилась на принца. Если он думает, что я соглашусь бегать по комнате, размахивая саблей, мечом, копьем (или что там еще развешано по стенам), то он глубоко ошибается. Не буду. И вовсе не потому, что ребенок может пораниться. А больше никаких игрушек не видно. Разве что…

– В него? – я ткнула пальцем в направлении плюшевого дракона на кровати.

– Не-е-ет, – протянул пацаненок, заалев ушами. Игрушка в мгновение ока исчезла под подушкой. – Что я тебе, ребенок, что ли?

И он солидно добавил:

– В драконьи нарды.

Хм… а почему бы и нет. У нас нарды – вполне мирное занятие. Настольные игры вообще развивают и позволяют наладить социальные связи. Мне оставалось только надеяться, что и драконьи нарды никак не связаны со шпагами и мечами.

– Можно. Только я не умею…

– Ничего, я тебя научу. Так, на что играем?

10

– Что значит «на что играем»? – спросила я у драконьего отпрыска. Этот вопрос выбил меня из колеи. Я вообще не уверена, что можно играть с детьми в азартные игры, а уж тем более – на что-то.

Мальчишка посмотрел на мой клубок.

– Во-о-о! На него. Больше у тебя ничего нет, – улыбнулся он. – Тебя же из другого мира стащили? Значит, никакого имущества. Так что остается клубок.

– Зачем он тебе? Чтобы я заблудилась?

– Да ладно… В замке трудно совсем уж заблудиться. Максимум через два дня найдут.

Такая перспектива меня совсем не устраивала. Особенно учитывая, что тут можно встретить нечто такое, что мне не понравится.

– Нет, знаешь ли, не хочется. Придумывай что-нибудь другое.

– Хорошо. Другое так другое. Давай играть на желание.

Слишком легко согласился. Должен быть в этом какой-то подвох.

– Ладно, – прищурилась я. – Только желание загадываем до того, как играем.

Он заметно сник, кажется, прекрасно поняв, что я имею в виду. Но я не стала рассчитывать на его понятливость и уточнила:

– Сначала мы должны договориться, что обоих это желание устраивает, и только потом на него играть.

– Ну и нудная же ты, – проворчал драконыш.

– Или так, или никак! – усмехнулась я. Тоже мне, манипулятор выискался. Да у меня с детства такая практика… – Я в принципе могу и колыбельную.

– Нет!

Это что же надо сделать с ребенком, чтобы он боялся колыбельных? Не хочу и представлять.

– Значит, давай придумывать желание.

Не то чтобы мне хотелось как можно быстрее начать игру, но очень хотелось как можно быстрее ее закончить. Раньше сядешь – раньше выйдешь.

– Тот, кто проиграет… – он задумался, – будет рассказывать мне сказки каждый вечер!

Ого, самоуверенно. Хотя… Учитывая то, что я этих драконьих нард в глаза не видела, всякое может случиться.

– Так нечестно.

– Это еще почему?

– Ну, потому что я – человек подневольный. Сегодня вот колыбельную тебе пою. Завтра на кухню отправят. Хорошо если там в мышь не превратят. А может, вообще замуж выдадут.

– Замуж – дело хорошее! – неожиданно заявил наследник. – Давай так: тот, кто проиграет, выйдет замуж за короля?

Тут я возмутилась окончательно.

– То есть вариант, что я выиграю, вообще не рассматривается?

Он посмотрел на меня с сомнением.

– Вероятность слишком мала, чтобы ее рассматривать.

– Почему?

– Это же драконьи нарды. В них выигрывают драконы.

Ну уж нет, в такие игры я играть не буду!

– Знаешь что… Давай так: первое желание – чтобы проигравший попрыгал десять раз на одной ножке. Я попробую, посмотрю, что это за нарды у вас такие, а потом будем дальше определяться с желаниями.

Драконышу эта идея явно не слишком понравилась. Но, похоже, испепелять меня за несогласие он не собирался.

– Хорошо. Так и быть! Давай уже скорее играть. Ты слишком много болтаешь!

– Я? Да ты сам!..

Он посмотрел на меня почти с укором.

– Тебя, наверное, не учили, что маленьких обижать нехорошо?

Точно, манипулятор! Но не на ту напал. Я пожала плечами.

– Где ты здесь видишь маленьких? Когда ты в драконьем обличии, вон, выше меня ростом. Да и в человеческом тоже совсем не малыш.

Кажется, сказанное драконышу понравилось. Он приосанился и достал нарды.

Драконьи нарды, как выяснилось, абсолютно ничем не отличались от человеческих. Разве что фишки переливались золотом и серебром, кубики были выточены из каких-то драгоценных камней, а нарисованные точки светились. Правила те же, ходы те же.

Мальчишка играл здорово. С ним было тяжело. Но не безнадежно. По крайней мере, для меня. У меня детство прошло в регулярных тренировках, я с соседом (да-да, тем самым гитаристом-алкоголиком) играла в нарды на щелбаны – отличная мотивация, скажу я вам. Уже через несколько минут мы с юным драконьим отпрыском всерьез увлеклись игрой. Сражение шло не на жизнь, а на смерть, но мне почему-то везло, и спустя каких-то пятнадцать минут я с гордостью выбросила последнюю фишку. Выиграла!

Драконыш был обескуражен.

– Не может быть! Нет, это какая-то ерунда! Ты жульничаешь! В драконьи нарды выигрывают только… Ну-ка, попробуем еще раз?

– Ага? Сейчас! – ехидно заявила я. – Только после того, как ты отдашь мой выигрыш.

Драконыш вздохнул. Вот ведь маленький негодяй, наверняка собирался кинуть меня! Но после моего напоминания он с кислой физиономией прыгнул десять раз на одной ножке под счет.

Прекрасно.

– Ну что, давай еще раз? – теперь уже я улыбалась. – И что делает проигравший? Обращается в дракона?

Драконыш насупился.

– Нет. Пусть проигравший громко кричит: «Я самая глупая человечка на свете!»

– Годится.

Разумеется, я была готова проиграть, а уж заявить о своей глупости здесь, в комнате, где кроме меня и маленького драконыша никого нет, – да пожалуйста. Он, похоже, и так считает меня самой глупой человечкой на свете. Только я снова выиграла. А потом еще раз. И еще, и еще. Маленький драконыш, отрабатывая проигрыши, махал мечом, повторял наизусть таблицу умножения и даже читал стихотворения из школьной программы – драконьей школьной программы, разумеется. Он не победил ни разу, хоть и достойно сражался.

Мне это уже начинало надоедать, и когда мы снова расставили фишки, я решительно сказала:

– Все, последняя!

– Хорошо, – отозвался мальчишка и бросил кости.

Партия была еще напряженнее, чем остальные, но на этот раз драконышу удалось выиграть. Наконец-то! Окончательно подрывать драконью веру в себя я не собиралась.

– Ну вот, ты победил, теперь можно ложиться спать, – с облегчением вздохнула я.

– Можно, – согласился он. – Но кое-кто кое-что проиграл.

Действительно, что это я? Все должно быть по-честному. Только вот я никак не могла вспомнить, что за желание оговаривали в этот раз.

– Так, а на что мы играли?

– Как на что? На желание, – драконыш хитро улыбнулся.

Очень смешно! Это я и без него знаю!

– На какое? Я не помню, что мы загадали.

– А мы ничего не загадывали, – хихикнул мальчишка. – И ты должна мне желание. Любое!

Он выглядел таким довольным, что я поняла: простым это «любое» желание не будет.

11

– Давай, озвучивай свое желание! – скомандовала я, ожидая любой пакости.

Уж в чем в чем, а в том, что у драконыша богатая фантазия, и он не постесняется ее применить на живой человечке, я не сомневалась. И не рассчитывала, что отделаюсь пересказом таблицы умножения.

– Что-то я устал, – нахаленок потянулся и демонстративно зевнул, поблескивая совсем не сонными глазами. – Полночи играем как-никак. Я лучше потом что-нибудь придумаю, а теперь пора спать…

Он в одно мгновение нырнул под одеяло, развалился на подушке и снова зевнул.

– Расскажи мне сказку…

Хорошая просьба.

– Это и есть твое желание?

– Нет. Просто хочу послушать сказку. Вместо колыбельной, ты же ее еще не спела.

Сомнений нет – с этим мальчишкой нужно держать ухо востро. И уж точно нельзя давать слабину. Не такой уж он и беспомощный, хоть сейчас и выглядит самым обычным ребенком.

– Ну, раз не желание, тогда и никакой сказки, – отрезала я, ехидно улыбаясь. – А спеть могу. Я вот прямо чувствую, как колыбельная из меня рвется…

Я прокашлялась, словно и правда собиралась петь. Драконыш охнул и нырнул головой под подушку, из-под которой тут же осторожно высунулся, хитро кося папашиным черным глазом.

– Так нечестно! Детей нельзя пугать колыбельными перед сном, – заявило несносное королевское дитятко. – Детям на ночь положены сказки. Что же это ты за нянька такая, если у тебя сказку только в нарды выиграть можно?

Ничего себе! Перевернул все так, что я же еще и виновата осталась! Вот же… дракон!

– Ну пожалуйста, ну маленькую, ну совсем коротенькую!

– Хорошо, – сдалась я.

Почему бы и нет? В конце концов, если рассказывать сказку, то под мой заунывный, монотонный голос драконыш, глядишь, и заснет. А я пойду в свою комнату и, если повезет, тоже засну. Так что как ни крути, а рассказывать сказку в моих интересах.

– Жили-были король с королевой…

– А они были драконы или маги? Или некроманты? Из какого королевства?

Ага, значит, тут еще и маги, и некроманты. Красота! В милое местечко я попала.

– Это были просто обычные король с королевой, – сказала я. И, заметив, как сразу поскучнел мой подопечный, передумала: – Ладно, не просто. Кого хочешь? Людей? Драконов? Магов? Или некромантов?

– Пусть будут демоны, – уточнил свой заказ драконыш, вылезая, наконец, из-под подушки. Похлопал ее, устроился поудобнее и уставился на меня поблескивающими в радостном предвкушении глазами.

А мне какая разница, демоны – значит, демоны. Но этот мир что-то мне совсем перестает нравиться.

– И было у них три сына, – продолжила я. – Тоже демоны.

Драконыш остался доволен.

– И вот однажды…

Если меня попросят повторить эту сказку или хотя бы сказать, что там случилось с семейством демонов и чем все закончилось, вряд ли я смогу. Потому что мой заунывный голос усыпляюще действовал не только на драконыша, но и на меня тоже.

Я открыла глаза, когда уже рассвело. Юный дракон дрых в своей кровати, а я дремала, сидя рядом на полу и положив голову на краешек одеяла. Кто кого усыпил, еще большой вопрос.

Ладно, кажется, королевское задание я теперь точно выполнила. Никто не посмеет сказать, что этот пацан не спит. На цыпочках, чтобы его не разбудить, я выскользнула из комнаты, бросила клубок, и он действительно резво поскакал по полу. Настолько резво, что пришлось поторопиться, чтобы не потерять его из виду. Зато уже через несколько минут я стояла перед дверью своей комнаты.

Ух ты, какое счастье! Я сбросила с себя все одежды – и королевское пальто, и развратную тряпку с украшениями – и с удовольствием нырнула под одеяло, накрывшись им с головой, чтобы весь этот мир с его странностями остался где-нибудь подальше и не лез хотя бы в мои сны. Уснула мгновенно, не долетев до подушки, да только выспаться толком не удалось. Казалось, я только закрыла глаза, и тут же над ухом громко ахнули:

– А это что тут такое, а-а-а? – растерянно выговорил один женский голос

– Не может быть… – ошарашенно протянул второй, тоже женский. – Это же что теперь делать-то с ней?

О боже! Что они так разорались в моей комнате? Пусть забирают, что нашли, и удивляются в другом месте! Но до конца выныривать из сна, чтобы сказать все это, было лень.

– Вот тебе и не может. Коллисе точно всех иномирянок приказано было домой отправить? Может, эту оставить велели?

– Всех, всех! Своими ушами слышала. Да мало кто не слышал, уж больно громко их величество гневались. Мошенницей Коллису называли, распорядились немедля девиц обратно отправить, и впредь больше такую гадость не присылать. Нам, говорили, такие без надобности. Коллиса выскочила злющая, будто ее демоны за пятки кусали, враз по всем комнатам промчалась, собрала иномирянок и поотправляла.

– А откуда эта здесь взялась? – не унималась первая. – Забыли, что ли?

– Да какое забыли… Во все комнаты зашли по нескольку раз, проверили… – вторая уже чуть не плакала. – А тут я сама смотрела. Пустая постель была. Пустая!

– А Коллиса что, не помнит, сколько девок сюда посылала? По головам пересчитать надо было! – проворчала первая. – А может, и нарочно оставила. Лазутчицу вражью. Гадкая старушонка, за нее не берись. Надо сказать старшой, пусть доложит королю!

Я подскочила и села на кровати. Сон как рукой сняло. Рядом с кроватью топтались две служанки – пожилая и молодая. А ведь молодую я знаю! Это она меня в королевские покои вела.

– Это что же, – я стукнула кулаком по подушке, словно та во всем виновата, – всех, значит, уже отправили домой, одна я осталась?

– Так и есть, – кивнула пожилая, сочувственно поглядывая на меня.

– Ах ты ж, батюшки, это ведь ты колыбельную петь ходила, – всплеснула руками молодая, видимо, тоже меня узнав, – Что ж задержалась-то так? Теперь пока еще Коллису во дворец привезут, пока в следующий раз портал откроют… Да и будут ли ради тебя одной стараться?

Да уж, попала так попала. И что же теперь делать?

12

Я еще раздумывала над своей тяжкой долей, пытаясь прикинуть, не устроит ли Коллиса еще один сеанс перемещения, специально для тех попаданок, которые опозданки, когда в комнату вошла та самая «старшая», которой собирались обо мне докладывать, чтобы она доложила обо мне королю. Она смотрела на меня недовольно. Я даже не поморщилась. Видимо, начинаю уже привыкать к тому, что здесь все смотрят на меня недовольно. Один только юный драконыш, похоже, и радовался моему обществу, но там уже недовольна была я. А кому понравится, когда им манипулируют на каждом шагу?

Но сейчас, кажется, случилось что-то из ряда вон выходящее.

– Вас требует к себе король! – скорбно глядя на меня, заявила она. – И он просто в ярости.

В ярости? Только этого мне и не хватало. Вообще-то он сам виноват! Всех отправил домой, а про меня и мое поручение забыл! Так что мы еще посмотрим, кто тут в ярости.

Пока служанка вела меня по извилистым коридорам, я старательно вычисляла причины королевского гнева. Как ни крути, между нашим вчерашним расставанием в комнате драконыша и сегодняшним вызовом на ковер был только сам драконыш. Но тогда я совершенно не представляю, с чего бы это королю быть в ярости. Сам же меня подставил, отправив к своему огнедышащему отпрыску, которому до смерти надоели колыбельные. Да одного этого достаточно, чтобы до конца жизни выплачивать мне компенсацию морального ущерба! Даже после того, как вернет меня домой. А что, пусть Коллиса высылает магической почтой!

Но чем ближе мы подходили к королевским покоям – тем больше таял мой боевой настрой, и тем меньше хотелось сталкиваться с королем. Ну почему, ну почему я послушалась мелкого пакостника и вместо того, чтобы спеть песню да и уйти подобру-поздорову, решила проявлять чудеса педагогического мастерства, которого у меня отродясь не было?

Женщина заглянула в королевскую комнату, пискнула: «Доставила, как вы и велели» и в ту же секунду исчезла, будто растворилась в воздухе. Я бы с удовольствием последовала ее примеру, потому что король действительно в гневе. Надеюсь, он не обратится сейчас в дракона и не испепелит меня на месте, а хотя бы сначала расскажет, чем я так провинилась?

– Это правда? – громыхнул король. – Вы играли с моим сыном в драконьи нарды?

Я похолодела. Он так потрясен этим обстоятельством, что у меня начало закрадываться подозрение – вдруг драконьи нарды отличаются от тех, в которые я играю с детства, больше, чем мне казалось? Впрочем, вопрос был задан, а значит, следовало на него ответить.

– Да, – тихо сказала я. – А разве…

Король меня не слушал. Он схватился за голову и заходил по комнате. Такая его реакция напугала меня до смерти. Видимо, моя догадка была верна, и по меркам драконьего мира произошло нечто из ряда вон выходящее.

– А что случилось? – робко спросила я.

Вдруг на самом деле ничего страшного. Просто здешний монарх излишне импульсивен.

– Она еще спрашивает! – воскликнул король. – Ну почему, почему вы не могли просто спеть колыбельную и пойти в свою комнату?

– Но ему не нравились колыбельные, поэтому я…

Договорить мне король опять не дал. Зачем тогда спрашивает? Может, он тут сам с собой пообщается, а я пойду?

– А колыбельная не для того, чтобы нравиться! Колыбельная для того, чтобы засыпать! – рычал король… Честное слово, он рычал! – Нравилось ему или нет, но если бы вы допели до конца, он бы уснул! А вы бы отправились домой! И весь этот кошмар кончился бы! И все было бы хорошо!

– Я, конечно, понимаю, что пропустила отправку… но может быть, милая Коллиса… – о, тут я безбожно врала. Коллиса какая угодно, только не милая. – Может быть, милая Коллиса согласится еще раз перебросить из одного мира в другой, на этот раз только меня?

– Вы издеваетесь?

Последнее, что пришло бы мне в голову, – это издеваться над разгневанным королем. Особенно если он дракон.

– Нет. А что мешает мне вернуться домой?

– То, что вы проиграли в драконьи нарды. И теперь, по прихоти этого мелкого… – он запнулся, словно подбирая приличное слово вместо уже готового вырваться, – наследника престола, должны выйти замуж за короля!

– То есть… – решила я уточнить, не в силах поверить своим ушам.

– То есть за меня! – теперь король был просто в бешенстве.

Хм… Так мне предложение еще никто не делал. Впрочем, что это я. Мне его вообще еще ни разу никто не делал. И, судя по всему, невелика потеря. Во всяком случае, сейчас мне не понравилось.

– Ну знаете, я тоже не в восторге от этой идеи! И вот что. Я сейчас же пойду к мальчику и уговорю его отказаться от выигрыша или чем-то его заменить. Он кажется мне вполне…

– Невозможно, – застонал король, – невозможно отказаться. Это драконьи нарды. Если бы он хотя бы не озвучил свое желание вслух, что-то еще можно было бы сделать. Но этот… наследник престола… – во второй раз подбор слова прошел значительно быстрее, – явился сюда с самого утра, сделал официальное заявление и сообщил, что хотел бы получить свой выигрыш до заката солнца.

Я бросила быстрый взгляд в окно. Судя по тому, что сейчас говорил король, в его мире проще уговорить солнце не закатываться, чем отменить проигрыш в драконьи нарды.

– А как же мать… наследника престола? – вдруг пришла мне в голову отличная мысль.

Или не слишком отличная. Может быть, у них тут принято многоженство, а юный дракон переживает какой-нибудь очередной кризис отцов и детей, вот и решил насолить семье с моей помощью?

– Его мать погибла. Два года назад. Он тяжело переносит ее смерть. Стал совершенно неуправляемым…

– А с чего вы решили, что ребенком нужно управлять? Он же не машина какая-нибудь!

Наверное, не лучшее время для того, чтобы читать лекции по воспитанию, в котором я не слишком разбираюсь. Но мне почему-то стало обидно за драконыша. У ребенка трагедия, а родной папаша вместо того чтобы поддержать, еще и дисциплинарные претензии выдвигает.

Король нехорошо на меня посмотрел.

– Вот вы им и займетесь. Сразу после свадьбы.

Сначала я хотела ответить что-нибудь резкое, но у короля был такой несчастный вид, что внезапно мне стало его жалко.

– Все так плохо?

Он кивнул.

– Жена без магии у обычного дракона – повод для насмешек. Но королева без магии – просто катастрофа.

13

– Послушайте… эм, ваше величество… Но это же форменная чушь! – начала я.

Вот уж сверхзадача: и от замужества отвертеться, и драконьего короля не обидеть, а то еще испепелит на месте.

– Я не собираюсь замуж за вас! Нет, конечно, вы во всех отношениях интересный мужчина и всё такое… К тому же еще и король! Но я вообще пока не собиралась замуж. Мне бы университет окончить, карьеру построить… Понимаете? Я хочу домой.

Я сомневалась, что он понимает. Вряд ли в драконьем феодальном обществе существуют такие понятия, как карьера и университет. Хотя нет. Университет вполне может быть. Какая-нибудь магическая академия. В которую меня, разумеется, не возьмут. Без магии-то.

И все-таки я пыталась достучаться до драконьего сердца. В котором, к слову сказать, для меня вовсе не было места. Вон даже изгибы неподходящие!

– Давайте обойдемся без всего этого – без свадеб и позора на всю королевскую династию. Позовём Коллису, она снова откроет свой переход и вернет меня домой…

Я поймала себя на том, что говорю с королем как с опасным сумасшедшим. Хотя… Может, так и надо разговаривать с драконами?

И вообще. Я только что придумала идеальный вариант решения проблемы, и поэтому совсем не понимала, с чего вдруг король хмурится и смотрит так, будто бы не он, а я – готовый клиент для местной психушки.

– Вы не сможете вернуться домой через этот портал. И через какой-то другой – тоже. У вас есть невыполненное обязательство первого уровня. И пока вы его не исполните – ни о каком возвращении речи быть не может, – устало сказал он.

Ага… У них тут и обязательства по уровням. Ситуация выглядит совсем не так, как мне представлялось.

– Обязательство – это выйти замуж? – на всякий случай уточнила я.

– Именно.

Похоже, маленький огнедышащий негодяй подстроил мне какую-то ну очень хитроумную ловушку. Вот же стратег чешуйчатый! Ну берегись, негодяй, только встретимся, ты у меня все колыбельные прослушаешь, даже те, которых я не знаю! Я как-то быстро забыла о том, что несколько минут назад была полна сочувствия и понимания.

– А если выйду, то смогу вернуться?

– Сможете, – ответил король, – но только вместе со мной.

Чёрт, так тоже не пойдёт! И не потому, что я не знала, что делать с мужем-драконом, если бы привела его в свой мир. Я бросила на короля оценивающий взгляд. Он, в принципе, сможет неплохо у нас устроиться. В актёры там пойти, или в модели… Но вряд ли он сам согласится поменять трон на такую сомнительную перспективу. К тому же наши женщины ему явно придутся не по вкусу. Они, конечно, красивые и с формами, но отсутствие магии – это, похоже, наша общечеловеческая беда.

– Развод! – я обрадовалась, что мне пришла в голову такая замечательная мысль. – Мы поженимся, а потом сразу же разведемся!

Король поморщился.

– Для королевской семьи это в любом случае плохо…

– Неужели даже хуже, чем королева без магии?

Похоже, этим тут и вправду можно пугать непослушных детей и взрослых, как у нас – полицейскими. Жена без магии! Бу! – и огромный храбрый дракон рыдает от ужаса.

– Нет, не хуже, – после недолгих раздумий решил король. – Пожалуй, даже немного лучше. Но с разводами у драконов всё сложно.

– Неужели запрещены? – воскликнула я.

Вот это было бы совсем некстати. Учитывая то, что от брака, кажется, не отвертеться.

– Теоретически нет, – поспешил успокоить он. – Но вот на практике… Если супруги решают развестись, они должны заявить о своем желании у драконьего камня. Затем им дается испытательный срок три месяца. На протяжении этого времени им следует неукоснительно выполнять все супружеские обязанности. Если после трёх месяцев драконий камень признает, что старания были достаточными, а брак нежизнеспособен, можно получить развод…

– Какие такие обязанности? – я подозрительно покосилась на короля.

– Все! – резко ответил он и отвёл взгляд.

А я в очередной раз про себя назвала мелкого драконыша гадким засранцем. Ладно, я ему чужой человек. Но ведь и родного папашу не пожалел!

– Не понимаю, а вам-то зачем заморочки? Ну не женились бы. Это же я проиграла в нарды, а не вы…

– Именно! Вы проиграли! Где, в каком мире такое принято – играть в азартные игры с детьми?! А расхлебывать мне! Юный принц не сможет наследовать престол, если у него останется хотя бы одно невыполненные обязательство, или кто-то будет должен ему. Считается, что король обязан и сам платить по счетам, и другим спуску не давать. Бесчестный король – горе для страны, но мягкотелый – еще хуже. А отдавать власть в чужие руки…

Ух, как у них тут все закручено… И запущено.

– И что же теперь делать? – спросила я растерянно.

14

Король ответил хмуро:

– Готовиться к свадьбе. Церемония не слишком утомительная, но определенные обязательства накладывает. Королева должна быть на высоте. Мне кажется, вам следует закончить с расспросами и отправиться к себе.

Мне вот так совершенно не казалось. Например, очень хотелось бы узнать, что в данном случае значит «на высоте». Королева должна хорошо выглядеть и блистать безупречными манерами? Или венчание пройдет в облаках и мне снова придется оказаться в крепких драконьих лапах?

С другой стороны… Ну начну я сейчас задавать вопросы, отказываться или выставлять встречные условия, и его величество запросто может разозлиться. Он и так еле сдерживает монарший гнев. А поскольку вернуться домой я не смогу, пока не выполню «обязательство первого уровня», роль королевской жены в общем-то не самая плохая из всех возможных. Я снова вспомнила девушку на кухне, в мгновение ока превращенную в мышь и обратно, и решила, что лучше согласиться.

В конце концов, из двух зол – застрять тут на птичьих правах на всю жизнь или побыть королевой три месяца, – второе точно меньшее. Хотя и насчет трех месяцев нет никаких гарантий… Но надежда-то остается! Вдруг этот их драконий камень со временем сообразит, что хоть мы с королем и старались создать достойную ячейку общества, но разница культур, биологическая несовместимость, отсутствие магии нам крепко помешали. В общем, надежда на то, что через несколько месяцев мы получим развод и меня вернут домой, при таком раскладе остается.

К тому же король вряд ли будет слишком приставать ко мне с исполнением супружеского долга. Во-первых, не так уж много я ему и задолжала. А во-вторых, раз ему в моих изгибах никакой души… ну что ж, это далеко не первый фиктивный брак в мире. Думаю, и в этом мире тоже.

А значит, выбор очевиден.

– Хорошо. Дайте мне ваш клубок или чего там, и я, пожалуй, пойду переодеваться. Свадебное платье мне прямо в комнату принесут? Или у вас здесь для таких случаев ателье положено?

– В комнату? – усмехнулся король. – Да нет, в ту комнату вы уже не вернетесь. Вас проводят в королевскую резиденцию. Королеве положены куда более вместительные апартаменты.

***

– Ух ты, – только и смогла сказать я, переступив порог своей резиденции.

По сравнению с той красотой, которую я увидела, даже покои короля скромны и аскетичны. Да нет… По сравнению с той красотой все музеи нашего мира скромны и аскетичны.

Вот это да! Фонтан! Посреди комнаты!

Пока я, раскрыв рот, таращилась по сторонам, несколько девушек внесли в комнату платье с длиннющим шлейфом. И когда я говорю «с длиннющим», я не вру. Его должны будут за мной тащить минимум человек пять. А судя по тому, что этот шедевр дизайнерской мысли девушки поднимали с видимым усилием, то когда я его надену – под весом драгоценностей, золота и жемчугов, которыми расшит лиф и пышная юбка, я просто упаду, как неподготовленный новобранец, напяливший тяжелые доспехи.

И вот еще какая мысль пришла мне в голову: откуда у его величества оказалось в загашнике такое роскошное свадебное платье? Как можно так быстро все организовать? Или они давно готовились к счастливому событию, только невесты подходящей не было?

Впрочем, какое мне дело до королевских брачных игр? Моя задача – стать его женой, а потом убедить какой-то там камень в том, что это была ошибка.

Предчувствие относительно платья меня не обмануло. Оно оказалось почти неподъемным и очень неудобным: я путалась в юбках и спотыкалась на каждом шагу. А корсет затянули так туго, что он впивался в бока.

– А можно его заменить чем-то не таким… увесистым? – спросила я у девушек.

Хотя… Что это я! Подобные вопросы явно не в их компетенции, и мне никто не ответит.

Но, как ни странно, ответ я получила. От той самой «старшой». И откуда она только материализовалась?

– Выплясывать на балу в этом платье вам и не придется… Появитесь перед подданными да и уйдете. Вся церемония займет от силы несколько минут.

Она смотрела на меня так сердито, словно сама претендовала на роль королевской жены, а я эту должность умыкнула у нее из-под носа.

– А кто-нибудь понесет шлейф? – я сделала последнюю попытку облегчить свою участь.

– Шлейф, – тоном ведущего из «Модного приговора» сказала старшая, – должен свободно спадать на пол.

Ясно. Значит, легче не будет.

***

Все бракосочетание длилось минут пятнадцать.

Мы с его величеством вошли в огромную залу, где на этот раз не было полуобнаженных гурий, зато была толпа народа, прошествовали по вмиг образовавшемуся живому коридору к двум здоровым креслам, к тронам, значит. Вот, собственно, и все…

Стоило нам дойти, король зычно объявил, что леди Марина отныне его жена и королева.

Раздался нестройный гул радостных возгласов, мы постояли у тронов, и король сделал знак, что пора уходить. Мы снова прошли по тому же живому коридору, но на этот раз сверху на нас сыпались крупа и золотые монетки. И если бы не моя высокая прическа, они бы больно стукали мне по голове. А так какая-никакая, но амортизация…

Когда мы вышли из тронного зала и остались одни в широком коридоре, я тихо спросила:

– У вас всегда такая короткая свадебная процедура, или это только для тех королев, которые позор семьи?

Король лишь вздохнул.

– Прошу простить, дорогая супруга… – он бросил на меня задумчивый взгляд. – Сейчас меня ждут государственные дела. Нынче вечером ожидайте меня в своей опочивальне.

– Это еще зачем?

Король отвел глаза.

– Ваша неосведомленность в подобного рода вопросах, конечно, понятна. Достопочтенная Ирада просветит вас, – он указал на старшую.

Достопочтенная Ирада так ловко сливалась с темнотой, что я ее даже не заметила.

Король вежливо склонил голову и тут же удалился, а я растерянно посмотрела на старшую. В чем она должна меня просветить? Нет, есть у меня одна догадка, но не хотят же они сказать…

– Ваше величество, – достопочтенная Ирада присела в реверансе, коленки ее глухо щелкнули. – Вы, конечно, невинны, иначе бы здесь и не оказались. Но неужели вы и вправду не знаете, для чего муж приходит в опочивальню к своей жене?

Боже, они ведь это серьезно!

Только сейчас я почувствовала, как крепко сжимает меня корсет свадебного платья и как тяжело дышать, и какой непомерный груз все эти украшения и камни. Воздуха отчаянно не хватало. Перед глазами потемнело, и я стала оседать на пол.

***

В себя я пришла на чем-то мягком. Немного кружилась голова, слегка подташнивало, но дышалось легко: ужасный корсет не сдавливал бока, да и многотонное платье не наваливалось на меня всем своим великолепием. Осторожно открыв глаза, я увидела, что лежу в своих апартаментах на кровати, поверх покрывала. На мне полупрозрачная сорочка, над головой отливает парчовым золотом балдахин. И над ухом кто-то дышит…

Кто-то.

Я повернула голову и невольно вздрогнула. Черные бездонные глаза короля, склонившегося надо мной, оказались так близко, что я ясно смогла рассмотреть в них свое отражение. Значит, уже вечер? И он явился за супружеским долгом?

15

От этой мысли сердце екнуло и, подпрыгнув, рухнуло куда-то в живот, желудок скрутило от ужаса, будто я летела с самой верхушки американских горок. Я замерла, забыв как дышать, хотя больше всего хотелось скатиться с кровати и броситься наутек.

Не так я себе представляла мой первый раз. Не так… В моих мечтах все происходило мило и романтично: он от меня без ума, я от него без ума, встречи, прогулки, поцелуи, цветы… А потом – бабах, и вот он, тот самый миг, когда нет сил больше терпеть… И что-то чудесное, что меня ждет. Наивно? Да пусть. Зато там-то я знала, как зовут моего избранника, а не обращалась к нему «ваше величество»! И там-то не было дежурного свадебного платья, и этого «я занят, ждите вечером». И там-то уж точно никто не говорил, что в моих изгибах нет души!

– Вам лучше? – спросил король.

От звуков его голоса и теплого дыхания, смешавшегося с моим, по коже побежали мурашки размером с кулак. Что это со мной? Я случайно не стукнулась головой, когда потеряла сознание?! Я, вообще-то, зла на него! Да-да, ужасно зла.

– Лучше, чем что? – буркнула я, пытаясь собрать расползающиеся мысли в кучу и перестать думать о его губах, которые так близко, что если вот немножечко приподнять голову и…

Че-е-ерт!

– Вы упали в обморок, – он выпрямился, и я смогла наконец нормально вздохнуть.

– Серьезно? Вот удивительно, с чего бы вдруг! Надо было, кроме этого дурацкого платья, мне еще пару гирь в руки дать, чтобы уже наверняка.

Король пропустил мимо ушей ехидное замечание и мягко, едва касаясь, провел рукой по моим волосам. Касание было таким ласковым, таким нежным, что на секунду показалось, будто мы и правда муж и жена, и между нами есть все те чувства, которые между мужьями и женами положены.

Это еще что за… Я хотела возмущенно отклониться, но в следующий момент почувствовала, как тело наполняется теплом и покоем, проходит слабость и дурнота. Уже не кружится голова, и я чувствую себя отлично. Ничего себе…

– А теперь лучше? – уголки его губ дрогнули в мимолетной улыбке, и у меня в ответ сладко вспыхнуло в животе.

Да что же со мной творится сегодня?! Нет, это нужно немедленно прекратить! Он руки распускает не потому, что хочет меня потрогать; он вроде как лечит. Конечно, раз уж меня представили подданным, логично предположить, что теперь будут беречь: все-таки королева. Пусть и нежеланная. Еще умрет, отчитывайся потом перед камнем.

– Лучше, – честно призналась я. Странная обида клокотала в душе и требовала выхода. – А вы, значит, не только король, но и что-то еще вроде целителя?

Почему-то этот вопрос королю не понравился.

– Нет, – буркнул он. – Исцелять я могу только вас. Это нормально в драконьем браке. Сейчас эта возможность не так уж и сильна, но, когда наш брак состоится… фактически я смогу поддерживать вас даже на большом расстоянии.

– Лечить?

– Не только. Поддерживать… – и, немного помолчав, он добавил: – Обладай вы магией, тоже могли бы стать для меня поддержкой.

Да уж, похоже, у короля есть веские причины огорчаться моей «ущербности».

Стоп, о чем это я думаю? Думать надо не о какой-то там королевской магии. Что он только что сказал? «Когда брак состоится фактически…» А когда он состоится?

Я только сейчас обратила внимание, что король уже не в своем парадном мундире… На нем лишь тонкая рубашка. И на этот раз в комнате никого нет. Мы одни.

Что там говорила достопочтенная Ирада с хрустящими коленками насчет мужниных визитов? Значит, обморок и плохое самочувствие – не помеха. Я совершенно растерялась.

– То есть вы хотите сказать, что это ваше подтверждение брака… Оно что, прямо сейчас?..

Вместо ответа король наклонился и накрыл мои губы своими.

16

Поцелуй был одновременно мягким и настойчивым, полным едва сдерживаемой страсти. Легким, дразнящим и таким упоительно сладким, что весь мир исчез, растворился в блаженной неге, остались только он и я, и эти горячие губы, касающиеся с той томительной нежностью, от которой хотелось плакать. В голове шумело, словно я глотнула хмельного вина, и это вино лопалось пузырьками под кожей, растекалось слабость по телу. Приятно… О боже, как приятно и правильно вот так вот целоваться с этим мужчиной.

Где-то на задворках сознания, далеко-далеко, под толщей дурмана, плавали умные мысли о том, что так не должно быть. Что мы виделись буквально пару раз, и он сам говорил, что не хочет на мне жениться. И что я из одной только вредности должна хотеть не целоваться с ним, а наоборот – оттолкнуть его… Но я не хотела отталкивать. Вот ни капельки не хотела. Видимо, мои инстинкты не в курсе, чего я там должна. И никому я ничего не должна.

Кровать мягко прогнулась. Горячий рот сошелся с моим изгиб в изгиб, словно кусочки мозаики, и медленно-медленно стал удаляться. Я потянулась за ним, губами к губам, не в силах прервать этот умопомрачительно чувственный поцелуй. Большие руки легли на мою спину, сомкнулись в объятиях, прижимая к мужскому крепкому телу. Я выгнулась, чувствуя, как моя грудь вминается в налитые упругие мышцы, и застонала.

И этот собственный стон, бесстыдный, совершенно невозможный, меня отрезвил. Я отпрянула, отрываясь от жадных губ, и со странным сожалением выпуталась из объятий.

– Постойте… – беспомощно пробормотала я, – Что за ерунда. Я вас совершенно не знаю. Да и знать не хочу, если уж совсем начистоту. Почему же все так…

– Как «так»? – хрипло спросил король.

Кажется, для него все было вполне естественно. И ничто не казалось ему необычным. Он скользнул взглядом по моей шее, отчего моментально стало жарко.

– Так! – поспешно воскликнула я. – Как будто бы мы и вправду любим друг друга, и то, что сейчас происходит – нормально.

Черт, как же ему это объяснить? То, что со мной творится, точно неправильно. Не должны люди начинать ни с того ни с сего целоваться. А поговорить?

– И что тут неправильного? – он обескураженно уставился на меня, достав, наконец, свой взгляд из выреза моей сорочки.

– Но мы же почти незнакомы!

Король пожал плечами.

– Мы муж и жена, – отмахнулся он, медленно наклоняясь к моему лицу, и выдохнул в приоткрытые губы: – Нам положено любить друг друга.

Положено… Хорошее слово. Это все объясняет… Или нет? Во всяком случае, у меня все равно нет больше сил, чтобы сопротивляться… Я закрыла глаза и покорно подставила губы для поцелуя.

Поцелуй был глубокий и жадный, заставлял кожу покрываться россыпью колючих мурашек, вызывал дикое желание прижаться ближе, запустить пальцы в королевскую шевелюру и целовать, целовать, целовать не останавливаясь.

Большие теплые руки вовсю гуляли по моему телу, сквозь полупрозрачный шелк сорочки тискали грудь, потирали и пощипывали соски до сладкой боли, которая отзывалась внизу живота короткими спазмами удовольствия. Между ног стало жарко и мокро, пронзительно хотелось чего-то…Чего-то большего. Да уж, такими темпами мы подтвердим наш брак прямо сейчас. Впрочем, я поймала себя на мысли, что готова подтверждать его хоть каждый день до конца жизни. Да и вообще могу заниматься этим без остановки.

Стоп, пора прекращать, пока не поздно. Пока я еще в состоянии немного думать…

Как же трудно, невыносимо трудно оказалось выбраться вновь из уютных объятий… Причем труднее всего не остановить короля, а самой перестать прижимать его к себе и с упоением гладить бугристые мышцы.

Нет, тех, кто так целуется, определенно надо брать под контроль. Очень опасное умение…

– А как же наш развод? – пробормотала я, как только смогла говорить. – Вы же обещали! Оракул там, через три месяца…

Он снова прижал меня к себе и, шумно выдохнув, то ли со смехом, то ли со стоном произнес мне прямо в ухо:

– Для того чтобы начинать думать о разводе, неплохо бы сперва окончательно разобраться с женитьбой.

В этом, конечно, есть рациональное зерно… И все же меня такой вариант не устраивает.

Но шансы обсудить все с моим нечаянным супругом с каждой минутой становятся все призрачнее.

Он запустил ладонь в мои волосы на затылке, крепко ухватив за них, придержал мою голову и обвел языком ухо; прикусил мочку, втянул ее в горячий рот.

– А-а-ах…

Как же хорошо…

Его губы скользнули ниже, прижались к шее – влажно, жарко, умопомрачительно. Я уже не могла ничего говорить. Лишь коротко дышала и, кажется, даже вскрикивала. А его руки забрались под сорочку, которая внезапно оказалась не только прозрачной, но и короткой, что тоже весьма непорядочно с ее стороны.

Сильные пальцы выписывали круги на коже, заставляя пробуждаться совершенно незнакомые мне инстинкты. И я с ужасом обнаружила, что всхлипываю и выгибаюсь, словно умоляя о новых бесстыдных ласках.

– Нет… Нет… Погодите, – задыхаясь, выдавила я, делая еще одну отчаянную попытку отстраниться.

Король с неохотой оторвался от восхитительных пыток и невидяще взглянул на меня. В черных расширившихся зрачках плясали отсветы адского жара, и было понятно, что так просто он не остановится. Да черт возьми, никто из нас так просто не остановится.

– Я не могу. Это в первый раз. Это… как-то… – залепетала я что-то совершенно неубедительное.

Вот теперь король посмотрел на меня почти осмысленно.

– Разумеется, в первый. Иначе как бы вы здесь оказались? Уверяю, вам нечего бояться.

Ох ты ж черт. Да разве ж тут речь идет о страхе? Просто это будто вообще не я. Будто меня загипнотизировали и заставляют испытывать что-то к практически незнакомому человеку. И у меня в голове не укладывается, что причина происходящей ерунды – не в каком-то моем выборе и не в какой-то влюбленности, а лишь в том, что этот парень нарядил меня как огородное пугало, протащил через зал, сказал несколько слов и вернул обратно! «Так не должно быть, так не может быть!» – кричало все внутри меня.

А в следующее мгновение я услышала треск тонкой ткани и почувствовала, как мягкие губы касаются вершинки груди. Это было так ошеломляюще приятно, что я не смогла сдержать хриплый протяжный стон.

17

Сладкая истома, которой не должно было быть, растекалась по телу, неумолимо затапливая меня.

Я коротко и тяжело дышала, вплетала пальцы в жесткие, чуть влажные волосы короля, и выгибалась, прижимая потяжелевшую грудь к жадному мужскому рту. Гортанно стонала от наслаждения, и в то же время никак не могла успокоиться и принять то, что происходит. Это посторонний мужчина!

А он уже завладел второй грудью, ласкал ее языком, слегка прикусывая; а первую, видно, чтобы не чувствовала себя одинокой, нежно гладил пальцами. Я дрожала, как в лихорадке. Внутри наливался сладкий колючий жар, струился по венам, скручивался в тугой узел внизу живота…

И в этот самый момент каким-то краем ускользающего разума я отчетливо поняла: если все произойдет именно так и именно сейчас, то это будет неправильно и очень плохо. Не знаю почему, но очень плохо…

Я с силой оттолкнула короля, ухватила одеяло и, плотно завернувшись в него, отползла к краю кровати. Все тело ломило так, будто по мне каток проехал.

– Я не хочу! – объявила я так твердо, как только смогла.

На самом деле – не очень уж и твердо.

– Позвольте вам не поверить, – усмехнулся этот негодяй, пожирая меня глазами. – Думаю, не только я, но все, кто случайно оказался в этом крыле дворца, отлично слышали, как вы не хотите.

Мои щеки загорелись огнем. Он прав. И все-таки не прав!

– Это не я! – ровно выговорила я. Мир расплылся мутными пятнами. Ни за что не заплачу. Ни за что! – Это как если бы кто-то другой завладел моим телом. А я вас не знаю, я не хочу! Я понимаю, что брак, свадьба и все такое… но… Пожалуйста, прошу вас – не сегодня!

Король не мигая смотрел на меня, и жар в его черных глазах сменялся ледяным спокойствием. Похоже, с этим его драконьим обаянием и способностью заставлять девушку стонать от вожделения, что бы она там об этом ни думала, ему еще не приходилось сталкиваться с необходимостью кого-то там уговаривать или, не дай бог, брать силой. И сложившаяся ситуация ему явно не нравилась.

– Как знаете, – резко сказал он, поднялся с кровати и развернулся к выходу.

Слезы таки хлынули из глаз, и на этот раз я точно понимала, почему плачу.

Я все сделала правильно. Но я же не железная… Было невыносимо вот так его отпускать. Хотелось крикнуть, вернуть обратно, прижаться к нему снова и целовать, целовать… Впрочем, к черту все эти ласки и нежности – просто сорвать с него одежду, опрокинуть на кровать и…

Какой ужас! О чем я вообще думаю!

Я сидела на кровати и пыталась привести мысли и чувства в хоть какой-нибудь порядок. Но ничего не выходило.

Это что же, я теперь всегда буду пребывать в состоянии раздвоения личности? Интересно, у них тут есть психиатры? А если нет, могут ли драконы попросить Коллису украсть парочку из моего мира?

Король дошел до двери, остановился на несколько мгновений, будто бы был уверен, что я обязательно его окликну… И он, черт побери, был прав. Мне даже пришлось стиснуть зубы, чтобы не сделать этого! Не дождавшись, он открыл дверь и сделал шаг за порог.

И тут же кто-то подлетел к нему, словно нарочно сидел и караулил. Я прислушалась.

– Ваше величество! Ваше величество! Беда! Юный принц пропал!

Пропал? Мелкий вредный драконыш пропал? А ведь действительно – я его не видела весь сегодняшний день!

– Что значит «пропал»?! – такого голоса у короля я еще не слышала.

– Его нет в комнате, и во дворце тоже нет – нигде! Нянька говорит, что сказался уставшим и пошел спать сразу после церемонии… Сейчас зашла проведать – а его нету. И во всем дворце…

Я подскочила с кровати, завернувшись в первую попавшуюся простыню, и подбежала к двери.

– Куда он мог пойти? Мы должны его отыскать! Погодите, я с вами!

18

Вопреки моим ожиданиям, король не выглядел таким обеспокоенным, каким должен выглядеть отец, когда его единственное родное чадо исчезло. А вот моя готовность броситься на поиски ему явно не нравилась. Он смотрел на меня хмуро, будто хотел сказать, что это вовсе не мое дело. Впрочем, возможно я ошибалась, и не нравилось ему не мое беспокойство о драконыше, а то, что я появилась перед подданными в простыне.

Почему-то гурии, которые шастали по его замку почти голышом, пока их не отправили по домам, его ни капли не смущали. Или тут приняты двойные стандарты? Наполнить дворец полуобнаженными девицами королю можно, а законная королева должна быть закутана от бровей по самые пятки?

Но, поймав на себе суровый взгляд короля, я от греха подальше вернулась в свою комнату и оделась, благо в шкафу оказалось полно нарядов. Вполне себе нормальных нарядов, не увешанных камнями и золотом, как то ужасное платье. Я схватила первое попавшееся. Сейчас не до красоты!

А слуга между тем докладывал:

– Сколько ищем, а нигде нет. Вас в покоях ее величества беспокоить не решились, все-таки такой день… Особенный. Уж очень боялись, что и до утра ждать придется…

Он бросил на меня быстрый взгляд и тут же его отвел.

– Не ищите, сам разберусь, – строго сказал король и быстро зашагал по коридору, словно надеялся от меня скрыться.

– Что значит «не ищите»? – осторожно спросила я, наконец нагнав его и шустро труся рядом.

Трудно сказать почему, но за этого мальчишку я чувствовала ответственность, хотя по большому счету должна на него невероятно злиться. Король мрачно на меня покосился.

– То и значит. Бесполезно искать. Он дракон, пусть и маленький. А еще – мой сын и наследник. Если он не захочет, чтобы его нашли, его не найдут.

– И вы так спокойно об этом говорите? – возмутилась я. Впрочем, возмущение получилось не очень убедительным. Трудно возмущаться на бегу.

Король замедлил шаг и посмотрел на меня удивленно:

– А вы действительно о нем переживаете?

Я даже не стала отвечать на столь глупый вопрос. Конечно, переживаю. И не представляю, как можно не переживать за потерявшегося ребенка! Пусть даже он иногда ведет себя как исчадье ада.

– А если он хотел, чтобы его нашли? – выдвинула я версию.

– А если он хотел, чтобы мы его нашли, он оставил мне записку.

Что-то слуга ни о какой записке не говорил. Только о том, что весь дворец перевернули вверх дном!

– Если бы он оставил записку, нянька бы ее заметила! – сердито возразила я

Уж не знаю почему, но что бы ни говорил мой новоиспеченный муж, меня это раздражало. И снова король надменно покосился на меня. Ну конечно, легко чувствовать свое превосходство над тем, кто в реалиях этого мира совсем не разбирается. Бесит!

– Если он оставил записку мне, – снизошел он, – почему ее должна заметить нянька?

Ясно, здесь снова какие-то драконьи заморочки. Трудно искать маленького дракона в том мире, о котором ты ничего не знаешь, в огромном незнакомом замке. Особенно когда его там нет.

– Мы сейчас идем в… детскую?

– Мы? – изогнул бровь король.

Гр-р-р…

– Конечно, мы! – отчеканила я. – Или вы думаете, что я тут просто так гуляю перед сном по коридорам?! Да я уснуть не смогу, не зная, где сейчас бедный ребенок и что с ним случилось!

– Послушайте, вы же с ним уже неплохо познакомились, – сказал король. Его бровь по-прежнему была изогнута, демонстрируя насмешливое изумление. – Он далеко не так беспомощен, как вам хочется о нем думать. Но в одном вы правы, – неожиданно согласился мой муж.

И я стала внимательно слушать: приятно было бы узнать, что я права хоть в чем-то.

– Пока мы его не найдем и не выясним, что же он натворил, я тоже не смогу уснуть.

19

Комната драконыша была такой же, какой я ее запомнила – совсем не детской. Я в очередной раз ужаснулась, увидев мечи, шпаги и прочие колюще-режущие штуки. Но если в прошлый раз мне некому было предъявлять претензии по этому поводу, то теперь виновник стоял рядом. Более того, с недавних пор был моим практически законным мужем; во всяком случае, по местным странным обычаям. А кого мне еще пилить за неправильное воспитание ребенка, как не дорогого супруга?

– Ничего удивительного, что он сбежал. Я бы тоже отсюда старалась уносить ноги, и поскорее! Почему у ребенка нет нормальных игрушек? А эти жуткие острые штуки! Это же опасно! Как мальчик может расти в такой нездоровой обстановке?

Драконий король рассеянно огляделся по сторонам, словно не понимая, что не так.

– Вы об этом? – кивнул он на оружие.

– Конечно, а о чем же еще?

– Дракон – любой дракон, а не только король – с детства должен быть готов к встрече с драконоборцами.

– С драконоборцами? – удивленно переспросила я. Это еще что за неведомая фигня?

– С ними, – ответил супруг. – Вообще-то драконы считаются хранителями магии, мудрыми правителями и со всех сторон порядочными людьми. Но, к сожалению, не все с этим согласны. Есть в нашем мире и те, кто полагает, что все беды от магии, а потому и незачем ее хранить. В общем, для новичка все сложно, – он вздохнул. – Но хороший учитель быстро введет вас в курс дела. А пока помолчите хоть немного, мне нужно найти записку. Если она, конечно, есть.

Какое отношение мое молчание имеет к его поискам, я так и не поняла, но все же на время прекратила расспросы. Король прав: сейчас главная задача – найти записку и выяснить, что случилось с драконышем.

Я заинтересованно следила за королем: как же он будет искать? По звуку, что ли? Но нет, он взмахнул рукой и выхватил листок бумаги прямо из воздуха. Ничего себе у них тут фокусы!

– А что, звуки действительно мешают? Вот это вот, что вы сейчас сделали…

Король усмехнулся.

– Не особенно. Но очень раздражают.

Ах вот как?! Я уже хотела высказать ему все, что по этому поводу думаю, но он углубился в чтение. И чем дальше он читал, тем больше мрачнел.

– Что там? – обеспокоенно спросила я.

– Все плохо, – объявил король. – Я ожидал чего-то похожего, но…

Он протянул мне листок, и я уже хотела недовольно фыркнуть: с чего он вдруг решил, что я умею читать по их, по-драконьему? Но, как ни странно, буквы на бумаге легко складывались в слова, хотя я и понимала, что это не мой родной язык.

«Не надо волноваться, пап, – было выведено на листке неровным размашистым почерком. – Я только к драконьему камню и обратно. Попрошу магии для королевы Марины, раз уж тебе без магии никак. Но вообще-то она и так классная. Надеюсь, вы никогда больше не будете обсуждать такие глупости, как развод».

Развод? А ведь развод-то мы обсуждали наедине и без посторонних. Откуда же это стало известно драконышу?

– Он что, подслушивал?

– Наверняка, – вздохнул король.

И почему меня это не удивляет? Кажется, теперь меня вообще трудно чем-то удивить, а особенно проделками драконыша. Любопытно, он прицепил жучок на меня или прослушивал папашины покои утром? Ой… Ой-ой…Только бы не мою комнату недавно. Лучше б он нашел какое-нибудь более изящное решение этой задачи. А мне впредь надо быть осторожнее.

– Но что в драконьем камне такого опасного? – торопливо спросила я, чтобы немедленно перестать думать о подслушивающем королевском отпрыске.

Судя по тому, что король рассказывал, драконий камень – это что-то вроде местного загса со своей бюрократией и заморочками. Но по его словам уж точно не похоже, что туда опасно соваться даже такому отчаянному сорванцу, как драконыш.

– Ходить к драконьему камню в одиночку даже взрослые драконы не решаются, – мрачно проговорил король.

– Почему же? – уточнила я, уже не особенно заботясь о том, раздражают его мои вопросы или нет.

– Потому что именно там, неподалеку, драконов поджидают драконоборцы. Им это кажется логичным. И других напастей навалом.

– И что же мы будем делать? Отправимся следом, чтобы его спасти?

Король снова посмотрел на меня так, будто видел впервые.

– Мы? Вы это сейчас серьезно?

– Абсолютно, – твердо ответила я.

Надоело! Что бы я ни сказала, на поверку оказывается, что я говорю несусветную глупость. На этот раз даже не стала спрашивать, что опять сделала не так.

– Вообще-то спасать принца должен был отправиться я. Но, если королева изъявила желание сопровождать своего короля куда бы то ни было, отказаться он не может… – задумчиво проговорил он и заглянул мне в глаза. – Успокойте меня. Скажите, что вы этого не знали. Потому как сейчас я начинаю думать, что вы вступили в сговор с маленьким негодяем. Правда, никак не могу сообразить, в чем цель этого сговора.

Я вздохнула. Маленькому негодяю я с удовольствием надрала бы уши. Как только мы его найдем. И все-таки я понимала, что доверять мне у короля нет особых причин. С его стороны это все вообще выглядело не очень: пронырливая иномирянка обманом пробилась в королевы. Да еще и магии никакой нет…

– Не говорите глупостей. Скажите лучше, у вас тут не запрещено таскать за уши наследников престола?

– Прямого запрета нет, – король пожал плечами, но в глубине чернющих глаз любящего папаши промелькнуло что-то вроде злорадства. – Так что не вижу ни одной причины, по которой вы не могли бы этого сделать.

20

Мы вышли из детской комнаты, и король стремительно зашагал по коридору. Я не стала спрашивать, куда, а молча поспешила за ним, пытаясь сообразить, что произошло. Что же это получается? Я самолично напросилась составить королю компанию в походе к их драконьему камню. А поход этот, судя по всему, мероприятие далеко не безопасное – раз уж тех, кто явится к камушку, поджидают неведомые драконоборцы и прочие неприятности.

Вопрос, зачем мне это нужно, оставался открытым. Кажется, короля тоже волновал ответ, но что поделать, если его не знала даже я? Инстинктивное желание защитить ребенка вылезло наружу прежде, чем я сообразила, что в этом опасном походе вряд ли смогу быть помощницей королю. И с большой вероятностью превращусь в помеху…

Пока мы петляли по коридорам, я раздумывала о том, что кое-что в этом мире устроено очень даже недурно.

Вот, например, что мужа и жену непреодолимо тянет друг к другу – это ведь очень удобно! Друг к другу, а не к каким-нибудь там посторонним охотницам за чужими мужьями… Если бы в нашем мире ввели эту добрую традицию, институт семьи и брака здорово бы выиграл.

С другой стороны, возможны ведь и побочные эффекты. Вот, к примеру, выдали тебя замуж за какой-нибудь гада, убийцу и извращенца. А у тебя к нему – раз! – и чувства непреходящие. Подруги говорят: «Да ты что, мать, крышей поехала? Он же негодяй!» Родственники за голову хватаются, сослуживцы… Ну, те привычные. Те просто крутят пальцем у виска. А у тебя любовь, и ничего не поделаешь… Хотя такое и у нас встречается. Сплошь и рядом. Безо всякой обязаловки.

А эта вот штука насчет того, что жену, если та пожелает, муж обязательно должен взять с собой? Многие из моих знакомых и подруг за такой закон голосовали бы руками и ногами. Рыбалка, баня, корпоратив… Да мало ли мест, куда хочется заглянуть и посмотреть, как там благоверному отдыхается, не скучает ли, не обижает ли кто?

А вот отправиться следом за мужем в сторону небезопасной заварушки – такое вряд ли кто-нибудь захочет.

Пока я размышляла, мы уже оказались во дворе замка. Я озиралась по сторонам: ну и где же тот транспорт, на котором мы отправимся к драконьему камню? Полагаю, он должен быть удобным. Все лучшее королям, верно?

Но что-то карета не торопилась появляться. Зато, стоило мне отвернуться, как за спиной послышалось хлопанье огромных крыльев.

Поворачиваться назад совсем не хотелось. Я слишком хорошо понимала, что там увижу, поэтому так и стояла спиной к мужу в надежде, что все наладится само собой. Выяснится, например, что хлопанье крыльев мне только почудилось. Ну, или он передумает и примет обратно человеческий вид, и нам наконец подадут какое-нибудь традиционное транспортное средство.

Ага, как бы не так! Меня подхватили огромные когтистые лапы, а земля ушла из-под ног.

– А-а-а-а-а-а! – закричала я, когда замок остался далеко внизу.

– А-а-а-а-а-а! – продолжала орать я, когда мимо проплывали деревья и речка.

– А-а-а-а-а-а-а-а! – от моих воплей заложило уши даже у меня самой.

Кажется, мое замужество абсолютно ничего не изменило в одном важном вопросе: я по-прежнему панически боюсь высоты.

А еще, хоть я не видела сейчас лица своего супруга – да и вообще вместо лица у него сейчас огромная зеленая голова с огнем из ноздрей, которую я, к счастью, тоже не видела, – но явственно представляла, как на его красивом холеном лице играет злорадная усмешка.

Мы летели недолго. По-моему, драконий камень ближе к дворцу, чем та самая речка, из которой меня вытащили. А может, дело в том, что я начинаю привыкать перемещаться таким вот нестандартным способом?

Как только мы пересекли кромку леса, а снизу распростерлось горное плато, мой дракон стал снижаться. Я на всякий случай зажмурилась: будет ли мягкой посадка? Все-таки приземлиться на скалы хотелось бы как можно аккуратнее. Но волновалась я зря: мой дракон поставил меня наземь так бережно, будто бы я хрустальная ваза.

Оказавшись на твердой поверхности, я убедилась, что вполне уверенно стою на ногах, но оборачиваться и смотреть на короля не торопилась. Увидеть на месте своего мужа огромную рептилию, заглянуть ей в глаза, казалось мне чем-то совершенно противоестественным и страшным. Наверное, я надеялась, что пока я стою спиной, он таки успеет снова принять человеческий вид. Я уж как-нибудь обойдусь без шока, который, кстати, запросто может отразиться на нашей последующей личной жизни. В общем, медленнее я, пожалуй, никогда не поворачивалась.

И мой дракон, видимо, понял, в чем тут дело. Когда я его увидела, он снова был человеком. Хмурым человеком, во взгляде которого читалась едва заметная обида. Нет, ну а что он хотел? Для них вон жены без магии тоже ничуть не лучше лягушки. А для меня муж с крыльями, хвостом и когтями – штука неожиданная. Привыкнуть надо.

– Пойдемте. Вход в пещеру вон там.

– В пещеру? – поежилась я.

Час от часу не легче! Лучше б я напросилась на корпоратив. Есть только одна вещь, которой я боюсь больше, чем высоты, – это замкнутые пространства и низкие потолки. А, насколько мне известно, в пещерах и то и другое имеется в избытке.

Нерешительно потоптавшись на месте, я все-таки попыталась избежать неприятной прогулки.

– А нам обязательно нужно в пещеру? – без особой надежды уточнила я.

– Ну что вы, я зайду туда один и вытащу драконий камень наружу, чтобы вам было удобнее.

Ничего себе! Какая неожиданная галантность! Если, конечно, это она, а не обычный сарказм.

– Правда? – с облегчением выдохнула я.

– Конечно же, нет, – насмешливо ответил он. – Что, струсили?

Вот еще. Просто разумно опасаюсь, как всякий нормальный человек. Не дракон. Я фыркнула и, вздернув подбородок, зашагала к зияющему темнотой провалу.

Стоило нам подойти ко входу в пещеру, стало ясно: мы опоздали. Юный наследник здесь уже точно побывал.

– Так вот как выглядят драконоборцы! – невольно пробормотала я.

21

Все-таки драконоборцев я себе представляла совсем иначе. Посолиднее, что ли, пошире в плечах, как-то покрепче. И уж точно в моем представлении они не были связаны по парам спиной друг к другу, а их оружие не валялось солидной горкой у входа в пещеру. На нас с королем эти очень опасные типы смотрели со смесью ужаса и какой-то робкой надежды. Ничего себе, юный дракон! Неужели он в одиночку справился с такой толпой? Видимо, все те острые штуки, которые висят у него по стенам, и вправду для него полезны.

– И к этому чудовищу, – я еще раз окинула взглядом поле недавней битвы, – вы отправили меня, безоружную, петь колыбельную?

Король пожал плечами.

– Ну, тогда вы еще не были моей женой. Так что…

Я бросила на короля гневный взгляд, но заметила в глубине его глаз искорки смеха. Он еще и веселится, негодяй!

– А не встречали ли вы, достопочтенные, юного драконьего принца? – вежливо спросил мой личный негодяй у притихших горе-вояк. – Он как раз собирался в эти края.

Это могло бы сойти за уважительное обращение, но то, что «достопочтенные» все еще были оплетены веревками подобно элитным колбаскам, начисто перечеркивало даже возможность уважения.

– Он… там… в пещере, – дрожащим и срывающимся голосом ответил один из пленников.

– В самом деле? Благодарю за подсказку, – улыбнулся король. Уж не знаю, собирается ли он надрать уши сорванцу, но одно могу сказать точно: на поверженных драконоборцев он смотрел с удовлетворением и явно гордился своим отпрыском.

Мамочки. Куда же я попала? Я же самый обыкновенный человек, слабая женщина без магии и прочих заморочек. За что же на мою голову свалились эти два монстра, один другого круче?

– А вы не думаете, что их надо как-то… отпустить? – осторожно поинтересовалась я у супруга.

– Отпустить? Нет, не думаю, – он говорил достаточно громко, чтобы связанные парочки могли его слышать. – Эти благородные и храбрые рыцари проделали долгий и трудный путь, чтобы сразиться с драконом у самого его логова. Они преодолели много препятствий и наконец исполнили свое предназначение.

Ну да. Если их предназначение заключалось именно в том, чтоб сидеть в коконах из веревок. Король снова окинул взглядом пленников, кажется, оценил их героически помятый вид. И продолжил:

– Думаю, если мы сейчас попытаемся им помочь, они воспримут это как величайшее оскорбление.

А вот это уж точно вряд ли: связанные усердно замотали головами, давая понять, что вовсе и не оскорбятся. Ни капельки! Но король словно бы и не видел их потуг. Да уж, мой муж тот еще тролль.

– Да и разве примут гордые рыцари помощь от своих злейших врагов – чудовищных, отвратительных драконов? К тому же, чтобы им помочь, мне пришлось бы воспользоваться магией, а эти благородные люди ее не признают и считают вредной. Нет, нет, дорогая, не станем вмешиваться. Тем более что нам пора к драконьему камню, – теперь он понизил голос так, чтобы пленники драконыша его не слышали. – Судя по тому, что я тут вижу, его высочество явно был не в духе. И если он в таком настроении отправился к камню… – король настороженно прислушался. – Это вам не драконоборцы. Там он действительно может наломать дров, и исправить это будет очень сложно.

Я с опаской посмотрела на вход в пещеру. Зияющая черная дыра, за которой притаились неведомые мне кошмары. Нет-нет, я не трусиха. Я очень и очень смелая. К тому же войти туда мне предстоит не одной, а с королем, и не просто королем, а драконьим королем. Вдобавок еще моим мужем, который явно не бросит меня в беде и не оставит на съедение каким-нибудь потусторонним личностям. Если, конечно, не решит избавиться от внезапно свалившейся ему на голову жены таким вот экзотическим способом. Но, несмотря на все разумные доводы, соваться в пещеру все равно страшно. Очень страшно.

– Что, пещер вы тоже боитесь? – насмешливо спросил этот несносный король. Что-то слишком быстро он угадал причину моего смятения. – Не бойтесь, я знаю, как сделать так, чтобы страшно вам не было.

Он обхватил меня за талию и стремительно поволок к пугающему черному провалу. Я не успела пискнуть, как мы оказались внутри. После яркого солнечного дня темнотой накрыло, как саваном, и откуда-то издалека, из самого чрева пещеры, потянуло прохладой и сыростью. А еще через секунду я оказалась зажата между холодной шершавой стеной пещеры и горячим телом моего мужа. Он навалился на меня с такой силой, что я забыла как дышать. Это правильная тяжесть, желанная…

Моя грудь прижалась к его груди, соски напряглись и заныли. Я чувствовала его жар, словно между нами не было двух слоев одежды, его сердце тяжело бухало в мое плечо, мое сердце колотилось ему в ребра. О боже… И не было в тот момент ничего необходимее, чем вот так вот прижиматься друг к другу, чувствовать, как идеально сходятся наши тела: изгиб в изгиб, впадина к выпуклости, будто созданы именно для этого. В полной тьме ни зги не было видно, лишь слышалось короткое шумное дыхание короля, скользящее по моей шее, отчего каждый волосок на моей коже встал дыбом.

Я запрокинула голову, и его рот тут же нашел мои губы. Поцелуй был тягучий и сладкий, как мед, медленный, упоительный, дурманящий. Голова закружилась, ноги стали ватными, и если б он не притискивал меня к стене, непременно бы упала. Я вскинула руки и, запустив пальцы в густые жесткие пряди волос, ощутила их знакомую теплую тяжесть, потянула его голову ближе к себе, ближе… Его язык раздвинул мои губы, дразняще скользнул по зубам, сплелся с моим в невыносимо чувственном танце, и этот танец странным образом отдавался внизу живота короткими сладостными спазмами. Боже, как же хорошо…

Я выгнулась, сильнее прижимаясь к нему и застонала от удовольствия. И мой стон полетел по пещере, множась эхом, отражаясь от каменных стен, и вернулся целой какофонией стонов. Услышав такое, я потрясенно застыла. Это было безумно возбуждающе… Я всхлипнула и сама приникла к горячему мужскому рту, требуя поцелуя. Я уже не помнила, где я, кто я и зачем сюда пришла…

И вдруг замечательные губы пропали, а насмешливый голос шепнул мне на ухо:

– Ну же, ведите себя прилично – тут же дети!

22

Ой… Вот же негодяй, хоть и король!

Пока мы целовались, глаза привыкли к полумраку пещеры. Дракон вдруг посерьезнел, сделал мне знак молчать и тревожно вслушался в темноту. Так тревожно, что я сразу поняла: что-то пошло не так. Шутки кончились.

– Пойдемте.

Он взял меня за руку и потащил за собой.

– Что случилось? – шепотом спросила я, едва успевая перебирать ногами. – Вы что-то услышали или увидели?

– Кажется, да, – тихо ответил король.

От его беззаботности не осталось и следа.

Мы почти бежали по темным извилистым коридорам пещеры. Я запыхалась. То ли от быстрой ходьбы, то ли оттого, что воздух тут был тяжелый и сырой. Его словно бы не хватало. Но времени остановиться и отдышаться не было. Скорее! Прямо, вправо, еще вправо, влево. Через какое-то время я сбилась и перестала считать. Проходы становились всё уже, свод опускался ниже и ниже, нависая почти над самой головой. Воздух густел, с трудом проталкивался в легкие, а мое сердце колотилось как ненормальное.

Но в одном его величество и мой муж точно был прав: теперь действительно не так страшно. Вернее, страшно, но не из-за того, что кругом темно и сыро, а из-за угла того и гляди кто-то набросится. И не из-за того, что тяжелые своды пещеры могут рухнуть прямо на меня. Нет, теперь я боюсь, что с несносным драконышем и правда случилось что-то ужасное – уж слишком тревожится его отец.

Только как он мог услышать хоть что-то в абсолютной тишине? Я-то ничего не уловила! Особенное драконье чутье?

Через несколько минут уже и до меня донеслись голоса.

Первый – звонкий и дерзкий – был мне хорошо знаком.

– Что ты за камень такой, если самых простых вещей сделать не можешь? А еще драконьим называешься, фу!

Боже, что он несет? Даже я, иномирянка, и то чувствую, что с драконьим камнем, или как там его, таким тоном говорить нельзя! Но королевскому отпрыску на это, похоже, плевать с высокой колокольни. Привык, что во дворце все с него пылинки сдувают, слово поперек сказать не могут, и, видно, решил, что ему все позволено! Мальчишка продолжал выговаривать местному загсу, да судя по звукам, еще и шагал при этом из угла в угол, словно разнос устраивал.

– Я, между прочим, из дворца сбежал, драконоборцев победил! Пришел, называется, за советом! А ты?! А ты мне что сказал? «Каждый сам в ответе за свою магию»? Враки!

Каждое слово эхом разносилось по коридорам. Услышав последнюю реплику, мы с королем переглянулись и, не сговариваясь, добавили скорости.

– Если бы каждый сам отвечал за свою магию, то такую бы себе придумал, что просто ух! – продолжал свою обвинительную речь мальчишка. – Да только почему-то ни у кого не получается: с каким даром родился, с тем и живешь. А у нее вообще, вообще никакого! А от этого, между прочим, семья рушится!

Ох-х-х… Это же он обо мне. В горле моментально набух тугой непроглатываемый ком, в глазах защипало. Надо же, оказывается, он ко мне хорошо относится, беспокоится, как мне жить с его папашей… Во всяком случае, он первый, кому до меня есть дело в этом мире. И не только в этом.

Только вот зря он так невежливо себя ведет с драконьим камнем. Ой, зря. Я припустила во весь опор, догоняя королевскую спину.

Под сводами пещеры раздался громоподобный голос:

– Главное достоинство драконов – мудрость, подобающая хранителям магии, – торжественно прогрохотало невидимое мне чудище. – В тебе есть отвага, юный наследник, есть дерзость, есть сила и ловкость ума. А вот мудрости тебе не хватает. И посему вот мой вердикт: ты будешь жить в слабом человечьем обличье до тех пор, пока эта мудрость не появится.

Ого! Значит, никаких больше пугающих выступлений в детской? А каменюка суров, ничего не скажешь!

– Ну и ладно, переживу как-нибудь, – буркнул драконыш после короткой паузы.

– Все это время у тебя не будет магии. Это чтобы ты больше занимался своими проблемами и меньше лез в чужие дела.

Последние метры мы буквально пролетели, едва касаясь ногами каменного пола пещеры, и все-таки не успели. В огромный зал, где понуро стоял драконыш, мы ввалились, когда уже звучали финальные слова. Заметил драконий камень наше фееричное появление или нет, но нам он ничего не сказал. Воцарилась гнетущая тишина, прерываемая лишь нашим тяжелым дыханием да сердитым сопением мальчишки, который уставился в пол и замер, не поднимая глаз на нас с королем.

Больше всего я боялась, что сейчас мой супруг начнет отчитывать сына тут же, прямо при их нервном драконьем камне, который, кажется, совсем не выносит критики. И наверняка после этого тоже останется без магии и способности превращаться в крылатую махину. Как мы тогда будем добираться домой? Попросим драконоборцев, чтобы подбросили? Они подбросят, только держись.

Но король, на ходу снимая с себя мягкую теплую накидку, подошел к сыну и набросил ее ему на плечи. И, приобняв драконыша, молча вывел того из зала.

Обратный путь по темным коридорам мы проделали в тишине. Да и что тут скажешь? Читать нотации тому, кто и так изрядно наказан, было бы жестоко. Очень хорошо, что король не стал этого делать. Ну а надрать уши наследнику престола я всегда успею. У входа в пещеру по-прежнему сидели связанные драконоборцы. Видимо, в наше отсутствие новых желающих победить дракона не прибыло.

– А что с ними? Мы их так тут и оставим?

– Нет конечно, – ответил король. – Могут явиться другие драконы. Те церемониться не будут.

Я хотела добавить, что как раз-таки могут и не явиться. Думаю, загнуться тут связанными от голода и жажды – тоже так себе перспектива.

Он повелел сыну:

– Развяжи их!

Тот нехотя повиновался. Что при этом он бурчал, я не слышала, но вид у пленников был весьма перепуганный.

Мы вышли на плато, и король так же без лишних разговоров обернулся драконом.

Мы взмыли в воздух, только теперь вместе со мной в мощных лапах болтался будущий наследник престола. И если даже для меня такой способ передвижения казался унизительным, то что уж говорить о нем…

23

К тому времени, как мы приземлились и под ногами снова оказалась твердая почва, я уже прочувствовала каждую свою мышцу и косточку. Ныло всё, даже то, что по идее и ныть-то не должно. Нет, я и раньше понимала, что путешествия в драконьих лапах – далеко не перелет в самолете. Но раньше я летала, так сказать, бизнес-классом, то есть занимала место единолично. И это еще куда ни шло. А вот делить транспортное средство сомнительной комфортности еще с одним пассажиром – полный кошмар.

К тому же в этот раз наш муж и папа не особо старался лететь аккуратно, нас немилосердно болтало в воздухе. И даже сейчас, на земле, меня штормило и вело из стороны в сторону. Не скажу, что такой вот бонус от драконьих авиалиний мне понравился. Стараясь ровно держаться на ногах, я выпрямилась и наконец смогла вздохнуть.

– Ну, ты как? – впервые за все это время обратилась я к юному товарищу по несчастью, не слишком понимая, о чем, собственно, спрашиваю – о дороге или вообще.

Но драконыш своими впечатлениями от полета делиться не стал – что-то буркнул и скрылся в замке. Явно отправился в свою комнату. Почему-то мне кажется, что в ближайшее время выходить оттуда ему не захочется…

Теперь, когда самого виновника рядом нет, мне уже не страшно показаться непедагогичной. И потому по дороге домой я сказала королю все, что на самом деле думаю.

– Идиот ваш драконий камень. Совершенный идиот, хоть и древний. Откуда может быть мудрость у мальчишки? Не время ему пока. И вообще он вроде как доброе дело сделать хотел: о ком-то другом, кроме себя, побеспокоился, и с толпой драконоборцев справился – а ему такое наказание? За что?! Ну, говорил не очень вежливо, но лишать за это магии неизвестно на какой срок… Неадекватно!

Я говорила все громче, больше и больше распаляясь. С самого начала решение местного верховного судьи казалось, мягко говоря, сомнительным. А теперь, когда я свои сомнения озвучила, стало ясно, что оно просто злобное и нелепое.

– И мальчик ведь не кого-то, а меня защищал! Он не для себя, для меня магии просил!

Я ожидала, что и король меня поддержит. И сейчас мы дружно, по-семейному, перемоем косточки этой гадкой драконьей каменюке (если, конечно, у нее есть косточки, в чем я очень сомневаюсь) и пойдем успокаивать драконыша.

Но король сказал совсем другое:

– Принц сам должен был подумать о последствиях. По крайней мере, когда навязывал мне этот брак…

Навязывал.

Ему.

Этот брак.

Я резко остановилась, не веря своим ушам. Так вот, значит, что! Вот, значит, как его величество всю сложившуюся ситуацию рассматривает! Меня ему «навязали»!

Впрочем… Ведь так и есть. Навязали.

И то, что из-за их дурацкого местного мироустройства нас теперь тянет друг к другу, как подростков, пришибленных гормональным всплеском, ничего не меняет. На самом деле мой супруг относится ко мне именно так – как к неизбежному злу, с которым ему приходится мириться.

Обида была такой сокрушительной и внезапной, что я едва сдержала слезы, моментально вскипевшие в глазах. И все-таки сдержала. Еще не хватало расплакаться перед ним тут, как дурочке!

– Я вот что хотела спросить, – снова заговорила, убедившись, что мне удалось задушить рыдания на корню и какая-нибудь дрожь в голосе меня не выдаст. – В своих апартаментах я ведь могу делать что угодно? Перестановку там, еще что-нибудь в этом роде?

– Разумеется. Отдайте соответствующие распоряжения достопочтенной Ираде, и все будет сделано. Прошу прощения, меня ждут государственные дела…

Ага. Снова дела. И снова достопочтенная Ирада с щелкающими коленками. Как и после позорной и унизительной для его высокомерного величества свадьбы.

Король явно не в духе. Его нетрудно понять! Ну еще бы – то жена без магии, а теперь еще и сын туда же. Не семья, а какое-то сборище уродов!

– Конечно, не смею вас задерживать… – ровно выговорила я, стараясь, чтобы голос звучал бесстрастно. Но на этот раз я прятала не слезы, а гнев.

– Увидимся вечером в опочивальне, – заявил дражайший муж.

Ну надо же. Изволил поставить меня в известность? Я сделала вид, что не услышала, и зашагала в сторону своей резиденции раньше, чем он закончил говорить.

Это было весьма самонадеянно. Конечно, я уже немало погуляла по замку, даже старалась запоминать дорогу, но, видимо, получилось у меня не очень. Сначала я думала, что знаю, куда иду. Но время шло, а коридоры все не заканчивались, и знакомая дверь не появлялась.

Стало неуютно. В прохладном воздухе, внезапных дуновениях сквозняка, непонятно откуда взявшегося, в странных внезапных звуках – везде, везде чудилось что-то жуткое, опасное, недоброе. Совсем некстати вспомнились слова короля о том, что тут можно встретить «всякое»… Теперь я шла медленно, оглядываясь и вздрагивая от каждого шороха.

– Кхм-кхм! – раздалось справа, и я подскочила, едва не выпрыгнув из платья.

– А-а-а-а! – мой тонкий пронзительный визг эхом разнесся по коридорам.

– Я не застала вас в резиденции и отправилась на поиски.

Из-за угла на меня выплыла Ирада. Черт бы ее побрал! Ну нельзя же так пугать. Или она нарочно?

С подозрением всмотрелась в лицо «старшой», насколько это вообще возможно в полумраке коридора. Я выискивала следы ехидного превосходства, но нет – ее лицо выражало лишь готовность принимать приказы и распоряжения.

– Пойдемте, ваше величество!

Она развернулась и стала удаляться вглубь коридора. Мне ничего не оставалось, кроме как торопливо двинуться за ней. И уже через несколько минут мы были в моей резиденции.

– Насколько я понимаю, вы хотите здесь что-то изменить? Интерьер? Светлее, темнее? Добавить больше роскоши? Или хотите полностью поменять стиль? Мы можем пригласить зарубежных мастеров.

Да-да, тут я в курсе: даже огнеупорный интерьерчик могут забацать. Но мне нужно совсем другое.

– Изменения коснутся преимущественно двери, – заявила я. – Я хочу установить здесь замок.

– Замок? – достопочтенная Ирада удивленно вскинула свои белесые брови. – Но какое отношение замок имеет к интерьерам? Это заклинание, довольно простое.

– Очень смешно… Заклинаниям мы не обучены. Ни простым, ни сложным. А если бы и были обучены, толку с этого был бы шиш. Так что мне нужен обычный засов из железяки покрепче.

Ирада с сомнением посмотрела на украшенную росписью с позолотой дверь.

– Да-да, покрепче! – скомандовала я. – И побыстрее! Сколько понадобится времени?

– Час или два… – поджав губы, выдавила она. – Точнее скажет мастер.

Такая скорость меня вполне устраивала. Так что я величественно кивнула и медленно удалилась вглубь комнаты.

Думаю, когда драгоценный супруг явится в мою опочивальню, мне удастся его удивить.

24

Спокойно выспаться, когда никто к тебе не врывается, не заставляет петь колыбельные, выходить замуж или исполнять супружеский долг – это уже счастье. И раз уж сегодня оно мне выпадет, следует этим воспользоваться. Я заплела волосы в косу, чтобы с утра не тратить несколько часов на расчесывание, перерыла королевский гардероб и среди кружев с финтифлюшками нашла пару рубашек, вполне пригодных, чтобы в них просто спать, а не изображать из себя фею эротического толка.

Экипированная таким совсем не сексуальным образом, я забралась под одеяло и уже была готова уснуть, как вдруг в мою голову полезли всякие мысли. Например, о том, что у нас скоро закончится практика, наступит первое сентября, и пора будет идти в университет. Ну, вернее, кому-то там пора, а мне уже вроде как и нет.

Аленка, должно быть, обо мне переживает. Родители… Ну нет, эти-то точно не переживают. Они обо мне не переживали с самого детства, с тех пор, как спихнули на воспитание к бабушке. А бабушки больше нет.

Зато есть подруги, которые через пару недель соберутся на вечеринку. А я уже не соберусь. Нет, конечно, целоваться с драконом и жить в замке – неплохое приключение, но только в том случае, если это приключение. А если это на всю оставшуюся жизнь, то ну его к черту…

Сделалось горько и очень жалко себя. Я даже поплакала немножко, вытирая хлынувшие слезы уголком простыни.

Навсегда. Я тут навсегда. И выбраться из этой западни, видимо, не получится. Если мой брак целиком в руках этого дурацкого драконьего камня, мои шансы на развод равны нулю. К злобной каменюке приди за помощью, а она потом тебя же и накажет за нехватку мудрости…

Я поднялась с кровати, набросила расшитый халат, плотно его завязала и отодвинула засов. Есть сейчас во дворце человек, которому дружеская поддержка, колыбельная или сказка на ночь нужны куда больше, чем мне – покой и сон.

Да и не усну я, пока не выясню, как там вредный мальчишка.

Как по волшебству, рядом нарисовалась Ирада. Она когда-нибудь спит вообще?!

Я даже не стала делать вид, что удивлена.

– Его величество явится ближе к полуночи. Просил его не беспокоить. Дела.

Я посмотрела на нее изумленно. Она всерьез решила, будто я выскочила из спальни только потому, что мой дорогой король не спешит выполнять супружеский долг? Постепенно смысл сказанного начал до меня доходить. Та-а-а-к… Это что же тут происходит, а?! Король, значит, решил, что после того, что между нами было, я начну навязываться, умоляя о ласках, и не постеснялся послать служанку с требованием «не беспокоить». А служанка караулит под дверью, чтоб грудью встать на защиту белого королевского тела от посягательств какой-то бесстыжей иномирянки?! Да пошли они к черту оба – и король, и его преданная достопочтенная Ирада! Ну и нравы у них тут!

Вот возьму и забаррикадируюсь в спальне. Не получит тогда ни супружеского долга, ни развода. Пусть целуется с кем угодно, хоть со своей достопочтенной Ирадой.

– Отведите меня к юному принцу, – произнесла я строго. А что, королева я или где. – И раздобудьте какую-нибудь штуку вроде этого вашего клубка, чтобы я могла ходить по замку сама. А еще лучше – план замка, где помечены опасные зоны. Это чтобы не бояться, что из-за угла на меня выскочит какая-нибудь тварь.

При слове «тварь» старшая посмотрела на меня нехорошо. С чего бы вдруг? Ой! Видно, вспомнила, как сама налетела на меня в коридоре. Неужели приняла на свой счет?

– Это я сейчас не про вас, – поспешила поправиться я и поняла, что сделала еще хуже. – Ну, то есть… Мне король говорил, что здесь в коридорах можно встретить…

– Призраков? – спросила Ирада.

– Призраков? – озадаченно повторила я.

Нет, не то чтобы я ожидала от этого замка чего-то хорошего… Но лязгающие цепями привидения – это уже чересчур.

– Большинство из них не опасны, – пожала плечами служанка. – А тех, что опасны, мы держим в подвале. Они, конечно, иногда вырываются, но серьезных разрушений от них нет, так, по мелочам…

После этой реплики надолго воцарилось молчание. Мне потребовалось время на то, чтобы осознать услышанное.

– Знаете, тогда не надо плана… Лучше провожатого. Пусть просто рядом будет кто-нибудь, кто сможет меня сопровождать, – я окинула взглядом тщедушную фигурку Ирады. – Кто-нибудь покрепче…

Лично мне представлялся какой-нибудь широкоплечий, мощный дракон, пусть даже и наполовину выбритый. Лишь бы тогда, когда начнутся эти самые «небольшие разрушения», тяжелые каменные плиты валились не на маленькую меня, а на кого-нибудь покрупнее.

– Я передам его величеству, – поджав губы, сказала Ирада.

Ах, величеству… Ну конечно. Значит, об охране можно забыть. Что-то подсказывало мне, что черта с два драгоценный супруг мне выделит целого дракона, чтобы тот гулял со мной по темным коридорам замка.

– Пришли, – объявила Ирада.

Я очень и очень осторожно приоткрыла дверь, хотя уже и не ожидала, что оттуда полыхнет огнем.

Как я и думала, мелкий драконыш лежал ничком на кровати, уткнувшись носом в подушку. А его плечи ритмично вздрагивали.

Я не знаю, полагается ли драконам и наследникам престола плакать. Но точно знаю, что рядом с расстроенным ребенком должен кто-то быть.

25

Если бы мне сказали, что я выйду замуж за мужчину с ребенком, я бы не поверила. Мужчина с ребенком нашел бы себе жену постарше и уж точно такую, которая знает, как обращаться с детьми. А я не знаю.

Не умею утешать детей. Совершенно не умею.

Я прошла в комнату и села на краешек кровати. Посидела, не двигаясь. Утешать точно не стоит. Горю нужен выход. Сдерживать слезы – худшая тактика. А уж говорить «Не плачь!» – ничего глупее не придумаешь.

Мальчишка недолго плакал, не обращая внимания на мое присутствие. А потом всхлипы стали не такими отчаянными. А потом и вовсе утихли.

– Уходи! – буркнул он мне.

Ага, как же!

– И оставить тебя в покое? Не доставать, не мешать жить, не лезть в твои дела?

– Было бы прекрасно! – согласился он.

А вот тут у меня есть некоторые сомнения. Если бы он и вправду хотел именно этого, я бы уже вернулась домой вместе с толпой моих соотечественниц. Но он зачем-то устроил мне счастливую семейную жизнь. Что я об этой жизни думаю – уже другой вопрос. Но мы сейчас не обо мне.

– Совершенно солидарна с тобой. Мне тоже было бы прекрасно. Дома. Но я здесь. И я хотела бы получить ответ. Зачем я здесь? Для чего ты придумал это требование? Почему тебе понадобилась мачеха?

Может быть, это слишком в лоб. Но зато честно. А еще – надеюсь! – отвлечет паренька от горестных мыслей.

– Я не знаю. Просто ты… клевая. И тебе не нужно королевство, ты просто так со мной играла. И сказки еще. А эти его невесты… Улыбаются, сюсюкают, как будто я малыш несмышленый.

Он с отвращением поморщился. И это чувство было искренним.

– Невесты?! – воскликнула я. – Какие еще невесты?!

– Многочисленные, – буркнул драконыш. – Как только траур закончился, отовсюду приезжают. А отец… Он серьезный, ответственный. Интересы государства там… Точно бы женился на какой-нибудь… Вроде этой, принцессы Амнезизии третьей.

И снова он недовольно скривил губы. И тут уж я не могу с ним не согласиться. Из глубинны души поднялась вдруг волна стойкой неприязни к неизвестной принцессе. Одно имя чего стоит.

– И что… у них с королем планировалась свадьба или что-то в этом роде? – теперь я уже совершенно забыла, зачем сюда пришла. Уж точно не затем, чтобы слушать дворцовые сплетни. Но они неожиданно оказались интереснее всего.

– Ну… – протянул драконыш, – Не то чтобы… Но все советники в один голос убеждали его, что лучшей партии не сыскать. А Ирада уже и платье заказала. Просто так, на всякий случай.

Хм… Вот почему оно так быстро нашлось.

– А ты? У тебя он спросил?

– Нет конечно. Он ни у кого ничего не спрашивает.

Ну вот тут-то я не удивлена!

– Нет, я понимаю, что королю жениться необходимо, – продолжал драконыш. – У меня, если вы заметили, ни братьев, ни сестер. А нужны и те и другие!

– Зачем? – спросила я явную глупость.

– Как зачем? Играть вместе… Поддерживать друг друга, когда вырастем. У тебя что, нет ни брата ни сестры, раз ты не знаешь?

– Вообще-то нет.

И не могу сказать, что я когда-нибудь от этого страдала. Но у драконыша на этот счет были другие соображения. Он подобрался ко мне поближе и сочувственно погладил по голове.

– Бедная. Ну ничего. Будешь играть с моими, когда они у вас родятся.

У нас?! Это еще что за?.. Хотя… с его точки зрения все так и должно выглядеть. Кто еще будет рожать братьев и сестер, как не жена его отца. Не Амнезизия же эта!

Амнезизия, значит!

Внутри снова все заклокотало! Почему-то хотелось устроить благоверному скандал. Или нет. Лучше не скандал. Лучше закрыть все-таки засов! И прямо сейчас!

Только, кажется, мне так и не удалось утешить расстроенного ребенка.

Надо хотя бы попытаться.

– Послушай… Я не знаю, что тебе сказать насчет утерянной магии и крыльев. У меня ничего этого никогда не было. Но если бы было – наверное, потерять было бы очень тяжело.

Драконыш вздохнул.

– Тяжело? Да практически невозможно! Я уже и в летописи посмотрел – много столетий такого наказания никому не давали.

Я вздохнула сочувственно.

– А вот столетия назад – давали. Одному… очень дерзкому дракону.

Я слушала с вежливым вниманием. Наверное, ему проще принять такое наказание, зная, что не его одного постигла эта печальная участь.

– Послушай, но ведь это не навсегда. Не будешь шкодничать какое-то время, может, эта каменюка дурацкая и решит, что ты набрался мудрости.

Мальчишка поморщился.

– Знаешь, сколько времени еще пройдет! А засмеют меня уже завтра!

На его глазах снова выступили злые слезы. Я вздохнула, не зная, чем его утешить. Но решила на всякий случай попытаться отвлечь от его страданий и спросить про чужие.

– А тот, что много столетий назад… Ему драконий камень вернул магию?

Мальчишка вздрогнул. Несколько минут смотрел словно бы сквозь меня, думая о своем. А потом подлетел к толстенной книге, полистал ее, что-то нашел. Прочитал. Перечитал.

Теперь с каждым мгновением его лицо светлело.

– Королева Марина, ты гений! – объявил он. – А я пропустил… – он посмотрел на меня с сомнением, словно не был уверен, следует ли мне знать, что там он пропустил. – Ладно. Тебе пора. Спокойной ночи и сладких снов. Вот! – он достал из-под подушки клубок. – Отведет куда надо. И мне тоже… надо спать, – он демонстративно зевнул.

Когда я вышла из комнаты драконыша, у меня были большие сомнения: а сделала ли я лучше?

26

Что-то в голосе драконыша казалось подозрительным. Будто я своей неосторожной фразой натолкнула его на какую-то мысль, и эта мысль напрямую связана с какой-то шалостью, если не хуже. Надо бы предупредить короля, чтобы он получше присматривал за своим отпрыском, а иначе этот чудный ребенок снова ввяжется в какую-нибудь чудную историю.

Только вот короля предупреждать не хотелось. И видеть тоже не хотелось. В наших отношениях не так было все: начиная с того, как они начались, заканчивая этим его самоуверенным «я явлюсь в опочивальню». А теперь еще и эта Амнезия, то есть, простите, Амнезизия. Почему-то она представлялась мне тщедушной девицей с редкими светлыми волосиками, остренькими, как у мышки, чертами лица и писклявым голосом. И с вечно поджатыми губами – всем недовольной. Как он вообще мог на такую позариться? Ах, ну да! У нее же магия! В ней-то этой души – просто навалом!

Ведь я об этом ничего не знала. Тут меня осенила еще одна догадка, куда более неприятная.

А что, если эта дамочка королю нравилась? Не просто же так он о свадьбе задумывался? Надо бы на нее взглянуть. Хотя что мне на нее смотреть, чего я там не видела? Редких ее волосиков? А может, не такие уж они и редкие, раз король собирался на ней жениться…

В общем, к тому времени, как клубок довел меня до двери королевской резиденции, видеть ни короля, ни его бывшую суженую не хотелось. И я со спокойной душой и чувством выполненного долга закрыла засов. К черту дракона, будь он хоть трижды мой муж! С этой мыслью я спокойно уснула…

***

Если ночью кто-то и ломился в мою дверь, я этого не слышала. Проснулась я поздно, солнце сияло уже высоко, а настроение было таким светлым и радостным, какое только и может быть у выспавшегося человека. Выспавшегося! А это значит, что мой благоверный решил не ломать двери и не настаивать на выполнении супружеского долга? Вот и славно. Раз это так отлично сработало, буду проворачивать такое каждый вечер. Теперь даже не рассчитывайте, ваше величество, на частые визиты, и на нечастые тоже.

В дверь аккуратно поскреблись, и это точно не король. Вряд ли он бы стал так осторожничать. Я нехотя поднялась с кровати и отодвинула засов. В комнату чинно вошла Ирада.

– Ваше величество, вы предпочтете позавтракать в большом зале или накрыть вам здесь?

– Здесь, – спешно ответила я.

Конечно, мне нужно знакомиться с местными жителями, ассимилироваться, социализироваться и всякое такое, но лучше я как-нибудь потом. А пока меня вполне устраивает моя девичья комнатка.

Ждать завтрака долго не пришлось, совсем не как в кафе и ресторане. Блюда с едой стали заносить тут же, а уже через несколько минут я была готова закричать «горшочек не вари».

– У вас тут что, принято откармливать королев до состояния колобков? Или я жду гостей? Так вот: гостей мне тоже не надо.

Ирада посмотрела на меня не слишком добро.

– Это лишь для того, чтобы вы могли выбрать, чего бы вам хотелось.

Я бросила взгляд на один из подносов, где ровными рядочками лежали маленькие канапе, и торопливо сказала:

– Мне бы хотелось этого. А еще кофе, но кофе у вас наверняка нет…

– Кофе? – переспросила Ирада.

– Такой горький бодрящий напиток, у нас его пьют по утрам.

– У нас есть горький бодрящий напиток… но… Неужели и вправду у вас пьют его каждое утро?

Я пожала плечами: странное место. Восемнадцать блюд на завтрак – это, значит, нормально, не излишняя роскошь. А самый обычный кофе пьют только по праздникам? Но спорить с местными обычаями не хотелось.

– Ладно, обойдусь. Не надо лишнего беспокойства. Я сегодня и так неплохо выспалась, бодрости хоть отбавляй.

Ирада снова посмотрела на меня странно. Впрочем, чего еще можно ожидать от человека, который желал своему королю в жены какую-то там Амнезию, да еще и страшненькую, с редкими волосиками. Кстати, самое время об этом что-нибудь разузнать.

– А до того как его величество решил на мне жениться, у него была невеста?

– Ваше величество, королеве не пристало интересоваться сплетнями! – Теперь уже она смотрела на меня не странно, а откровенно укоризненно.

Не интересоваться сплетнями? Да ладно! Они здесь что, королев исключительно из мужчин выбирают? Впрочем, я и среди мужчин не встречала таких, которые бы никогда в жизни не сплетничали.

– Не увиливай от вопроса, – строго сказала я. – Что там за невеста была? Она королю нравилась? Он был в нее влюблен?

Ирада поджала губы.

– Это был бы во всех отношениях выгодный для государства брак. Что же касается королевских симпатий, об этом лучше спросить у его величества.

Она бросила на меня новый взгляд, и в нем прекрасно читалось: а чтобы это знать, не надо закрываться от мужа на железный засов. По-своему она права, тут уж что-нибудь одно – или злиться на него и не пускать в опочивальню, или ревновать его к каждой Амнезии. Но признавать ее правоту я не желала. Я желала как можно скорее избавиться от ее общества.

– Ступайте, – велела я. – Если вы мне понадобитесь, я вас позову.

Ирада по этому поводу не проявила ровно никаких эмоций, почтительно склонила голову и исчезла за дверью. А я с удовольствием отправила в рот первое канапе. М-м-м, а готовят у них вполне прилично, по крайней мере, королевские завтраки.

Вчерашний день выдался слишком уж суматошным, и оценить местную кухню мне толком не удалось. Я съела несколько маленьких бутербродиков и с любопытством уставилась на следующий поднос, с которого ароматно пахло специями что-то нарезанное и запеченное.

Не успела я распробовать что это, как дверь приоткрылась, и в нее проскользнул мелкий драконыш. Вернее, теперь уже не драконыш, а самый обычный мальчишка, даже без магии.

– Королева Марина, доброе утро, – он подскочил к столу и ухватил с моего подноса кусочек пожирнее. – Сегодня Зайра в поварах, она вечно недосаливает. Не налегайте не эту штуку, от нее потом весь день сонливость и раздражительность, а так очень вкусно.

– Ты решил помочь мне разобраться с моим завтраком? – спросила я, когда он забросил себе в рот несколько канапешек.

– Нет, я пришел сказать, что понял, о чем говорил гадкий драконий камень! Ну, помните, насчет того, что каждый сам в ответе за свою магию. А еще тот, которого всего лишили несколько столетий назад… в общем, это он сам. Короче, долго объяснять, нам надо в библиотеку. Только оденьтесь потеплее и поприличнее.

Он окинул меня взглядом, и я смутилась. Мой наряд – сорочка и наброшенный сверху кружевной пеньюар, по нашим меркам не мог считаться слишком вызывающим, но здесь у них свои правила.

– Брысь, – шикнула я на мальчишку.

Как только он скрылся за дверью, я стала одеваться.

Потеплее, поприличнее и все сразу. Я собиралась пойти с ним в эту чертову библиотеку вот так – не задавая вопросов.

Из тех обрывков фраз, в которых он описал мне ситуацию, понять хоть что-то невозможно А вот шкодный блеск в его глазах недвусмысленно намекал: парень снова хочет вляпаться в какие-то неприятности, и лучше бы мне за ним присмотреть.

27

Библиотека в замке была помещением не слишком уютным. Даже хуже мрачных и наводящих жуткие мысли коридоров. Полумрак, запах древности… Темные каменные стены и уходящие под высоченный потолок стеллажи с огромными фолиантами, казалось, нависали надо мной и норовили придавить к полу.

Бр-р-р! В таких декорациях только фильмы ужасов снимать! И уж точно не приводить сюда молодежь, которая тянется к знаниям… От одного вида этого мрачного помещения тягу к знаниям можно потерять навсегда.

Впрочем, по лицу драконыша этого нельзя сказать. Он деловито сновал между здоровыми полками и одну за другой приносил к столу невероятных размеров книжищи.

– Так что ты там такого вчера надумал? – осторожно поинтересовалась я. – И зачем я тебе тут нужна?

– Я не надумал, – бросил драконыш, запыхавшийся под тяжестью фолиантов. – Я прочитал. Между строк… Повезло, что прочитал, у меня и доступа-то такого нет… А оно раз – и открылось.

– Как это – прочитал между строк?

У нас это выражение носит исключительно переносный смысл. Всем известно – в книгах между строк ничего не написано.

– Ну это же просто! Книга одна и та же, но в зависимости от знаний и подготовки каждый читает в ней разное. Там, где какой-нибудь несмышленыш прочитает простенькую сказочку про ежа, маг со стажем да с умениями извлечет рецепт оборотного зелья на ежовых колючках, или вообще такое, что мало не покажется.

Хм… у нас, конечно, с чтением между строк все устроено иначе. Но определенное сходство все-таки есть.

– И ты, значит, что-то такое извлек, – предположила я.

Драконыш кивнул.

– Если в двух словах… вернуть себе магию я могу и без всякого драконьего камня. И рецепт обязательно должен быть в старинных книгах. А может, и не только себе вернуть, но и тебе раздобыть получится…

К этому времени стопка книг выросла до невероятных размеров. Даже несчастные студенты родного филфака, готовясь к экзамену по античной литературе, обзаводились стопками поскромнее!

– Ты что, собираешься все это прочитать, да еще вчитываясь между строк?

– Конечно нет, – драконыш посмотрел на меня, как на совсем уже глупенькую. – Чтобы такую уйму книг всерьез перелопатить, полжизни уйдет.

Ну хоть одна хорошая новость! А то я уже чуть не решила, что королевский отпрыск окончательно спятил.

– Читать это будешь ты! – радостно объявил он.

– Я?! Ну уж нет!

Он не спятил! Он окончательно обнаглел!

– Да ладно тебе… Пробежишься своим поверхностным незамутненным взглядом. Ты-то совсем без магии и без знаний, тебе это быстро. Нужно просто читать, а если наткнешься на что-нибудь вроде «обрести магию», «найти магию», «получить магию», говори мне. А там уже я буду изучать.

Вообще-то было обидно. То есть единственная моя ценность в том, что я совершеннейшая невежда? Но потом обида прошла, уступив место любопытству. А ведь неплохо придумал, сорванец! Уж я-то точно никаких глубинных смыслов в их магических книгах не найду. И мне действительно достаточно пробежаться взглядом.

– Договорились.

Я открыла первый фолиант и стала довольно бегло читать какую-то тоскливую историю про мага, который смог.

Уже на втором у меня начали слезиться глаза, а на третьем я наконец обнаружила то самое. «Обретение магии». И с гордостью передала книжку наследнику престола.

– Все, закончили? – спросила я радостно, с недоверием глядя на ту стопку, которую мне не пришлось перелопачивать. Все-таки везение – отличная штука. А если бы нужное отыскалось в той, в самой нижней?

– Нет конечно, – разом погасил мой энтузиазм драконыш. – Мы только начали, читай остальные.

– Ты это серьезно?

– Абсолютно.

И он, не тратя времени на болтовню, углубился в чтение.

Сегодня драконыш меня по-настоящему удивил: вот уже не ожидала от этого сорвиголовы такой усидчивости. Он словно с головой ушел в науку. Каждый новый фолиант, который я передвигала на его сторону стола, встречал с радостью.

К тому времени, когда у меня строчки уже плыли перед глазами и вся эта затея начинала казаться бестолковой и бредовой, он, кажется, только вошел в раж. Я не знаю, сколько времени мы просидели в этом мрачном помещении, но я уже стала тереть глаза и обдумывать, как бы деликатнее предложить ему сделать перерыв, когда дверь распахнулась и на пороге появилась Ирада.

– Ваше высочество, – обратилась она к принцу как-то слишком уж строго. – Надеюсь, вы не забыли, что у вас с минуты на минуту начнутся занятия по боевым искусствам.

– Не забыл, – буркнул драконыш, и хоть в этой темноте разглядеть сложно, я почти уверена, что щеки его вспыхнули румянцем. – Я сегодня не пойду на занятия боевыми искусствами. У меня тут дела… Так что пусть занимаются без меня.

Мне сразу стало все понятно. «Пусть занимаются без меня» – значит, кроме него на этих самых искусствах есть и другие ученики. Наверняка без магии и без способности оборачиваться он запросто может стать объектом насмешек.

– А вы здесь что делаете? – теперь Ирада спрашивала уже меня и смотрела очень подозрительно, будто решила, что мы с королевским отпрыском готовим чуть ли не государственный переворот.

Впрочем, кто сказал, что нет?

– Я помогаю ребенку с уроками. В вашем мире разве такого не принято?

– Нет, – Ирада презрительно сложила губы в тонкую линию. И добавила нравоучительным тоном: – У нас каждый сам должен выучить свой урок и сам нести ответственность за свои поступки.

– Ну и зануда же ты, – пробормотала я тихонько себе под нос. Но, кажется, мелкий драконыш меня услышал. Во всяком случае, что-то похожее на злорадство промелькнуло на его лице.

– Если не возражаете, я все еще какое-то время буду руководствоваться привычными мне обычаями. – Я постаралась произнести эту фразу с истинно королевским величием, которого у меня отродясь не было.

– Руководствуйтесь. Мне-то какое дело, – ответила Ирада. – Но, боюсь, прямо сейчас ваши занятия придется прекратить. Король велел передать, что ждет вас у себя в кабинете. И это срочно.

Я уже открыла рот, чтобы отказаться от этой высокой чести, но тут же получила толчок в бок.

– Лучше идите, – зашептал драконыш, – не хватало еще, чтобы он пришел сюда разбираться, чем это мы тут так заняты. Вы мне и так здорово помогли, дальше я уже сам.

Эх, если бы он только знал, как мне хотелось прямо сейчас пойти не в тот кабинет, а в свою резиденцию, где можно закрыться на железный засов. Потому что я отлично понимаю – как бы я ни злилась на короля, стоит ему протянуть ко мне руки, прижать меня к себе – сопротивляться я уже не смогу. Да что там! Даже сейчас, стоило лишь подумать, что мы окажемся наедине, сердце застучало как сумасшедшее, а тело сладко заныло в предвкушении ласк. Нет, нельзя мне идти к королю!

Но разве могу я подвести ребенка, который с таким усердием изучал что-то явно важное и наверняка это что-то королю не понравится. Так что я смиренно потупила взор и обреченно сказала Ираде:

– Ведите.

28

В комнату короля я шла в ожидании чего-нибудь не слишком приятного. Догадаться нетрудно – или меня ожидает разговор по душам насчет моего неправильного влияния на подрастающее поколение, или от меня потребуют объясниться – что это еще за новая деталь интерьера в моей комнате мешает монарху исполнить супружеский долг. Или на повестке дня еще какая-нибудь придирка, до которой я бы просто не додумалась, а вот он додумался… Это ведь совсем несложно – придираться, особенно если жену тебе навязали. В общем, никаких позитивных ожиданий от встречи с супругом у меня не было…

Я переступила порог его кабинета, и вопреки обыкновению обнаружила короля не за какими-нибудь старинным фолиантами, а при полном параде и практически в дверях.

И сердце болезненно ёкнуло: все-таки он чертовски хорош. В нем все хорошо. Широкие плечи, мощная шея, упрямый подбородок, губы, которые хотелось целовать прямо сейчас. Точнее, хотелось бы. Если бы не взгляд, в котором явно читалась снисходительная усмешка. Ну разумеется. Он ведь не хуже меня знает свою драконью особенность – нравиться жене – и отлично представляет, как действует на меня. Может, даже думает, что засов я для себя установила. Чтобы сдержать любовные порывы и не бежать к нему в опочивальню, требуя немедленно предаться супружеской страсти.

– Ну что же вы так долго? Я уже заждался.

Он сделал шаг навстречу и теперь был совсем близко. Желание оказаться в его объятиях стало совершенно нестерпимым. Будто передо мной – самый близкий человек, с которым мы не виделись много лет. Хотелось погладить его по щеке, запустить руки в густую шевелюру, потянуть на себя – сильно, так, чтобы губы коснулись губ. Тут уж и правда самое время запирать себя в комнате.

– Заждались… чего? – с трудом отгоняя морок, спросила я.

Кажется, никаких особенных планов у нас на сегодня не было. Или мне просто забыли о них сообщить. Тут часто так поступают, надо сказать.

– Вас! Вы теперь законная королева этой страны, я собираюсь показать вам ваши владения.

О нет, только не это! Любовное наваждение сразу схлынуло, сменившись ужасом. С одной стороны, конечно, прекрасно, что король не устраивает мне истерик насчет вчерашнего, а с другой…

– Послушайте, ваше величество, я вас умоляю, только без этих полетов в драконьих лапках. Я еще от вчерашнего путешествия не отошла. И вообще, такой способ передвижения мне совершенно не нравится. Есть ли у вас что-нибудь менее экстремальное? Машины, поезда, на худой конец сойдет и маршрутное такси…

– Конечно, – прервал это бесконечное перечисление транспортных средств мой муж.

– Конечно?! – я изумилась. – То есть все это время я могла передвигаться с комфортом?

Король задумался и после короткой паузы ответил:

– Нет, думаю, не могли…

Думает он! Я собиралась возмутиться, но он пояснил:

– Вы не так уж и много летали. В первый раз, когда вас доставили в замок… ну посреди леса посадить летучую повозку довольно сложно, да и закладывать долго. Если бы драконы возились с удобным транспортом, они бы запросто могли не успеть и доставить сюда только ваши бренные останки.

Вот оно как, оказывается. Ну тут нельзя с ним не согласиться. Я и сама бы не хотела оказаться съеденной заживо. Да если и не съеденной. Пролежать пару часов примотанной к камню – тоже удовольствие сомнительное.

– А во второй раз, – я догадалась уже сама, – нам нужно было торопиться спасать драконыша, так что тоже было не до долгих сборов.

– Совершенно верно, – согласился король. – Но сегодня мучить вас полетом в когтях я не стану.

– Полетите рядышком? – ехидно уточнила я. – Так вы осторожно… А то еще ненароком зацепите крылом.

– Полечу рядом, в той же повозке, – буркнул король.

Удивительно, но вел он себя так, будто бы ничего не случилось, будто  мы вчера не ссорились. И про мелкого драконыша тоже ничего не говорил, ни в чем не упрекал. Образцовый муж, да и только.

Несмотря на это, обида за вчерашнее никуда не делась. И лететь с королем – хоть в повозке, хоть без нее – никуда не хотелось.

Я уже хотела фыркнуть и отказаться от этой чести, сказать что-нибудь вроде «Я, конечно, понимаю, что на королеву, пусть и навязанную, приходится тратить время, но можете не беспокоиться: я найду чем себя развлечь».

Слова уже были готовы сорваться с моих губ, как вдруг меня осенило. Если сейчас мой драгоценный супруг будет оскорблен в лучших чувствах своей некондиционной супругой, то… а ну как ему придет в голову вспомнить о своем отпрыске и прочитать ему нотацию? А отпрыск сейчас очень занят чем-то жутко любопытным и таинственным, каким куда удобнее заниматься в отсутствие короля.

И поэтому я лишь спросила:

– Можно лететь в этом или нужен какой-то специальный дорожный наряд?

Король посмотрел на меня растерянно: похоже, наряды не его сильная сторона. Я тут же получила подтверждение этой догадки.

– С нарядами вам поможет разобраться Ирада, а я лучше займусь повозкой. Увидимся во дворе.

***

Дорожный костюм оказался довольно удобным. Конечно, это было платье. Женщинам ходить в штанах тут, кажется, не положено. Но платье умеренной пышности. Оно не сковывало движений, не висело тяжелой гирей – в общем, вело себя вполне прилично.

Воздушная повозка, о которой говорил дракон, напоминала наши сани. Расписные, обитые внутри чем-то мягким и в общем на вид вполне удобные. Сходство было таким сильным, что я даже застыла на несколько мгновений, ожидая, не будут ли в них запрягать парочку драконов. А что, я бы не удивилась.

Но нет, никого туда запрягать не стали. Король лишь помог мне подняться по ступенькам, поудобнее устроиться на сиденье и сел рядом. Летучая повозка дрогнула и стала медленно подниматься в небо.

Король приобнял меня за талию и прошептал на ухо:

– Ничего не бойтесь, я рядом…

От этого прикосновения и его глубокого низкого голоса меня словно прошибло электрическим разрядом. И я поняла, что путешествие простым не будет.

29

Теперь я летела не зажатая в когтистых лапах, а рассевшись в удобном мягком кресле, и король, приобняв меня за талию, крепко прижимал к себе. Но увы, меньше бояться высоты я не стала.

Не думаю, что в этой ситуации осмотр достопримечательностей – действительно хорошая идея. Пока мы взлетали, наше транспортное средство изрядно потряхивало на воздушных волнах, и я жутко перепугалась. Вцепилась в мужнину руку так крепко, что костяшки пальцев побелели.

Наконец мы набрали высоту. Но не могу сказать, что стало намного лучше. Летучая повозка шла неровно, ее слегка колыхало воздушными потоками, а иногда и ощутимо встряхивало. И всякий раз я с ужасом думала, что не удержусь да и грохнусь с этих чертовых саней.

И все же мы плыли над верхушками деревьев и горными вершинами, а может быть, даже над чем-то поинтереснее. Точно сказать не могу: я этот путь проделала, крепко зажмурившись.

Король между тем проводил экскурсию, перечисляя названия местностей, над которыми мы летели. Названия эти были просты и незамысловаты. Синяя речка, а рядом Синеречье. Зеленый луг, а рядом селение Лужайки, а вот черные горы и, соответственно, Черногорье.

Пожалуй, любой, кто не дальтоник, в принципе сможет разобраться в их географии. Вовсе и незачем мне туда смотреть.

В какой-то момент король перестал изображать из себя экскурсовода и, повернув меня за подбородок к себе, спросил:

– Вам так не нравится наша страна? Или вы не желаете видеть лично меня?

Я открыла глаза и с сожалением констатировала, что какие бы чувства я ни испытывала к стране, но ее короля видеть я очень даже желала. Более того – то, что я видела, мне нравилось. Все и полностью – глаза с насмешливым прищуром, непослушные пряди волос, твердый подбородок и жесткая линия рта. Да, его губы, пожалуй, нравились больше всего.

В этот момент повозка явно напоролась на какую-то воздушную колдобину и хорошенечко дернулась. Я ойкнула и машинально вцепилась в короля. Наши лица оказались совсем рядом, так близко, что, казалось, еще несколько миллиметров – и губы соприкоснутся, и мы сольемся в поцелуе. А судя по всему тому, что я уже знала о поцелуях с его величеством, этот будет долгим и восхитительным.

Я замерла, ожидая, что же будет дальше. Король не спешил приблизиться, но и не отклонялся тоже. Отстраниться, наверное, нужно мне, но как я ни старалась, не могла. Так и сидела, словно загипнотизированная взглядом этих невозможных глаз…

И вдруг поняла, что помимо желания наклоняюсь к нему, тянусь губами к губам и буквально сейчас, через секунду, коснусь его. Вот прямо сейчас! Сердце забилось от предвкушения, дыхание сбилось, а губы сами собой приоткрылись – словно я готова была его принять. Ну же!

В эту секунду наша повозка в очередной раз дернулась. Я, не удержавшись, покачнулась и уткнулась носом в королевское плечо…

Видимо, это и к лучшему. Заметил ли король, что только что я была готова сама его поцеловать? Не знаю. Он ничего не сказал, лишь громко объявил:

– Снижаемся, прилетели!

– Как прилетели? – я бросила осторожный взгляд за борт летающей повозки, и голова сразу же закружилась. Внизу раскинулся зеленый ковер и не было никаких признаков королевского замка. – Куда прилетели?

Мне это путешествие виделось так: сделать небольшой круг почета над королевством и вернуться в замок, к нашей обычной… ну ладно совсем не обычной, но уже более-менее привычной жизни.

Но у короля были другие планы:

– Драконий камень вы уже видели…

Я поежилась. Не могу сказать, что я этому была очень рада.

– А теперь еще одна важная достопримечательность.

Теперь его слова доносились до меня словно сквозь пух: снижение было достаточно резким, и у меня с непривычки закладывало уши. К счастью, приземление вышло мягким. Я не могла поверить, что наконец-то стою на твердой земле и меня не качает.

– Итак, ваше величество королева Марина, рад показать вам наш легендарный водопад.

Водопад? Я оглянулась по сторонам и ахнула: место, в котором мы оказались, было невероятно красивым. Огромные яркие цветы благоухали, зелень сияла всеми оттенками – от салатного до изумрудного. Но главное – сам водопад, шумный с обильными брызгами, сияющими на солнце.

– Дайте угадаю – Серебряный водопад? – продемонстрировала я глубокое понимание основ местного нейминга.

Король рассмеялся.

– Вообще-то просто водопад, но если королева решила дать ему имя, так тому и быть. Объявим в новостях – глядишь, и приживется.

В новостях? В этом местечке есть еще и новости? Пожалуй, и вправду нужно потребовать учителя, который проведет меня по перипетиям нового мира. Хотя зачем мне учитель, если можно припахать под это дело драконыша, чтобы рассказал мне о местной истории, географии и – что тут у них? – драконологии… И он уроки повторит, и мне польза.

– Прошу, – сделал приглашающий жест король, и я увидела, что под огромным раскидистым… Я бы назвала это дубом, если бы у дерева с толстым стволом и огромными ветками не было листьев, напоминающих пальмовые. В общем, под этим деревом был накрыт столик на двоих. Ничего себе! Впрочем, следовало уточнить.

– Это тоже местная достопримечательность вроде скатерти-самобранки? Или вы подготовили сюрприз специально для меня?

Король снова засмеялся.

– Нет, скатерти-самобранки у нас нет.

Значит, сюрприз для меня.

– То есть это что-то вроде свидания? – на всякий случай уточнила я.

Король кивнул, соглашаясь. Почему-то этот знак внимания невероятно приятен, хотя на короля я все еще злилась. И, разумеется, не могла не поворчать:

– У нас обычно свидания назначают до свадьбы, а не после.

– Боюсь, до свадьбы у нас было не так уж много времени. Но я готов наверстать упущенное.

Он окинул меня таким взглядом, что я сильно усомнилась, что речь шла именно о еде.

30

У этого мира много недостатков. Транспорт тут неудобный, магия на каждом шагу, замуж выдают не спросив – в общем, он не идеален. Но единственное, на что я не буду жаловаться, так это на то, как тут кормят. Кормят здесь просто отменно.

На королевской кухне я не могла это оценить, слишком уж была перепугана, но с тех пор не раз удивлялась. Сейчас, вдали от цивилизации, возле сияющего брызгами водопада, я в очередной раз вынуждена признать: если когда-нибудь мне удастся получить развод и вернуться домой, по местной кухне я наверняка буду скучать.

Я посмотрела на короля, который подкладывал мне на тарелку все новые и новые невероятно вкусные штуки, название которых я не знала. И вдруг подумала, что по нему я, наверное, тоже буду скучать. Но тут же с возмущением отогнала эту мысль.

С чего бы вдруг мне скучать по этому негодяю, который, кажется, все делает для того, чтобы меня смутить? А еще вечно недоволен мной, что бы я ни учинила.

– О чем вы задумались? – спросил король.

И я поняла, что не хочу озвучивать ему то, что я думаю. Не скажешь же: я как раз размышляла о том, что по вам не буду скучать ни при каких обстоятельствах!

– Здесь великолепная кухня!

А что, очень даже честно. Ведь об этом я тоже думала!

– И вид открывается просто отменный, – поддержал светскую беседу он.

Я еще раз огляделась по сторонам. Действительно, тут потрясающе, очень живописно, хоть и немного шумно. У себя на родине я как-то не сподобилась оказаться у водопада. Да и нет их у нас нигде, во всяком случае, поблизости… Так что подобную красоту я раньше видела только по телевизору.

– И вода нынче не слишком холодная. Я бы даже сказал – теплая, – ни с того ни с сего заявил король.

Теплая вода? А она-то здесь при чем? Или кто-то собирается купаться?

Я посмотрела на него с подозрением.

– Теплая, значит?

– Ну да, вполне.

Его взгляд мне совсем не нравится.

– Но нам же до этого нет никакого дела. Верно? – спросила я, уже понимая, что вряд ли получу утвердительный ответ.

– Это почему же? Купаться лучше в теплой воде. Хотя спорить не буду, это целиком и полностью зависит от предпочтений.

Так я и думала! Не могло быть такого, чтобы тут не оказалось подвоха. Вот тебе и свидание. Но пусть даже не думает, что ему удалось меня провести!

– Но я не собираюсь купаться, я вообще-то плавать не очень люблю и почти не умею.

– А что тут уметь? Достаточно встать под струи.

– Достаточно для чего? И вообще! Не собираюсь я вставать ни под какие струи!

Ну что за человек! Только начинаю думать, что он в общем-то ничего, как он выкидывает очередной финт!

– Вообще-то перед вами сейчас магический источник молодости и красоты. Главная причина, по которой драконам все завидуют.

– Вы сейчас серьезно?

Я уже настроена не так воинственно. С этой точки зрения, конечно, водопадец мог меня заинтересовать.

– А вы видели хоть одного старого дракона?

Я задумалась. Не могу сказать, что я видела много драконов, но те трое, что меня притащили, точно было молоды. Те, что встречались по пути в замок, тоже. Король вовсе не выглядел старой развалиной, а его сын так и вовсе пацан. Между тем драконы живут по тысяче лет, а то и больше.

– А Ирада? – вспомнила я наконец. – Ирада не очень молодая, да и красивой ее не назовешь.

– А Ирада – человек, ей сюда путь заказан. Вот если бы она вышла замуж за дракона, тогда да.

– Но я ведь тоже человек.

– Что ж вы так медленно соображаете? – усмехнулся король. – Я же сказал: женам драконов можно. Вы собираетесь тут сидеть, пока не стемнеет, или все-таки отправитесь в водопад?

Какой он все-таки несносный! Хотя после того, что он мне рассказал о магических свойствах этих вод, идея искупнуться уже не казалась такой нелепой. И все-таки из-за одного тона, которым меня туда приглашали, хотелось отказаться.

Впрочем, если они и правда живут тут по тысяче лет и ни черта не стареют, отказываться от водных процедур вряд ли стоит. Иначе пройдет каких-нибудь лет сорок, и все будут спрашивать у моего драгоценного супруга: «А что это ваша бабушка так недобро смотрит на ваших поклонниц?»

Так, стоп! Какие сорок лет? Какие бабушки? Какие поклонницы? Я вообще-то собиралась с ним разводиться!

Но покажите мне хоть одну женщину, которая откажется искупаться в источнике молодости и красоты. Нет таких в природе!

Я встала из-за стола и стремительно направилась к воде. И только потом вспомнила:

– Но у меня нет купальника!

– Купальника? – удивился король. – А это что еще за зверь?

Ясно, у них тут, похоже, купальники не в ходу. Я как смогла – где на словах, а где на пальцах и даже показывая на себе, – объяснила ему, что это за зверь такой – купальник.

Но король и после моих объяснений смотрел на меня удивленно.

– А какой с этого купальника толк, если он все равно почти ничего не прикрывает? Что в нем, что без него на людях же не покажешься!

Интересная мысль. У нас вот запросто показываются, но рассказывать королю об этой нашей вольности нравов я не стала. А то еще приспичит ему устраивать во дворце дефиле в купальниках. Перебьется!

– Ну и в чем же мне купаться?

Раз уж купальник для них слишком непристойная одежда, может, у него с собой найдется что-нибудь поприличнее.

– Ни в чем, – заявил король, сделал широкий жест рукой куда-то в сторону. – Тут же никого нет, от кого прятаться.

На лице его при этом читалось такое искреннее удивление, будто бы он и впрямь не мог понять, что не так и почему его супруга снова чудит.

– Тут есть вы, – пригвоздила его взглядом я. – Этого достаточно.

Король еще какое-то время делал вид, что не понимает, в чем проблема, но потом сдался.

– Хорошо, я отвернусь и буду смотреть в противоположную сторону, – было видно, что ему это вовсе не по нраву.

Я обрадовалась этой маленькой победе. Действительно маленькой: на что только ни пойдешь, чтобы не жить со столетней старухой. Он и вправду отвернулся, уселся на траву ко мне спиной и стал осматривать окрестности так внимательно, словно никогда в жизни их не видел.

Выпутаться из платья без посторонней помощи было не так просто, даже учитывая, что оно дорожное и без изысков.

Замедляло дело еще то, что я каждую минуту оглядывалась, чтобы убедиться: мой благоверный не подсматривает, а все так же обозревает окрестности, как и было велено.

Оставшись без одежды, я осторожно сделала шаг в воду и тут же завизжала. Да она холоднючая!

– Теплая? Это у вас называется теплая?

Король, не оборачиваясь, рассмеялся.

– Ну, знаете, бывает и похолоднее. Но вы идите дальше, привыкнете.

Я сделала шаг и оказалась в речке по колено. Нет, не то чтобы вода ледяная, но теплой ее точно не назовешь. Если бы купание было делом добровольным, черта с два меня кто-то засунул бы под эти струи!

Но молодость и красота – это, знаете ли, повод.

Я сделала еще несколько шагов. Вдохнула, зажмурилась и вошла в водяную струю. Сверху мне на макушку полилась вода. Но она не казалась слишком холодной. Вполне терпимо.

– А долго стоять? – я постаралась перекричать шум льющихся струй. – Чтобы был эффект?

– А это по желанию, – раздался голос. И раздался он вовсе не с берега, а прямо у меня над ухом. Рядом.

А в следующее мгновение горячие руки легли мне на талию.

31

– Вы же обещали не смотреть, отвернуться, – осознавая свою беспомощность, сказала я.

Очевидно было одно: что бы там ни обещал этот невыносимый мужчина, выполнять обещанное он не собирается. Хозяин своего слова. Захотел – дал, захотел – забрал обратно.

– Я могу закрыть глаза, если хотите, – примирительно заявил мой муж.

– Так нечестно.

Мне было обидно снова оказаться обманутой этим миром и этим мужчиной, чересчур уверенным в себе и в моем согласии.

Как удобно! Ему не пришлось прикладывать никаких усилий, чтобы выстроить отношения, чтобы узнать, кто я, чем живу. И рассказать то же самое о самом себе. Я не знаю о нем ничего, даже его чертового имени и то не знаю!

Зато уже сейчас стоило ему меня коснуться, я таю, плавлюсь и того и гляди стеку в реку вместе со струями водопада, которые теперь уже не кажутся холодными, а напротив, обжигают кожу. Слезы обиды были готовы брызнуть из глаз, и в то же время я сама была готова развернуться, вжаться в него всем телом, раствориться в нем, прикоснуться губами к губам и…

Он наклонился к самому уху и тихо проговорил:

– Простите. Мне вовсе не хотелось нарушать ваше уединение, но без меня это не сработает. В одиночку вы можете стоять здесь хоть до завтрашнего утра – и ничего не случится.

Он развернул меня к себе лицом, а его руки сомкнулись у меня на спине. Жар не отступал, и желание ласк и поцелуев – тоже. Смотреть ему в глаза было невозможно, поэтому я отвела взгляд.

И ахнула.

Я вдруг поняла, что значит это его «без меня не сработает»… Огляделась по сторонам.

Да уж, мое название Серебряный водопад явно не приживется. Этот водопад не был серебряным. Сейчас он переливался всеми оттенками золота, словно сверху текла не вода, а чистый солнечный свет.

И вода обжигает кожу не потому, что я так реагирую на короля, а потому что, черт побери, это вода так реагирует на короля! Она стала совсем-совсем другой, стоило ему оказаться рядом со мной под струями.

Вода ласкала тело, обнимала, согревала, покалывала. Нет, вряд ли я могу объяснить, что происходило со мной в этот момент. Тот, кто ни разу не купался в потоке какого-то магического сияния, меня не поймет. А руки супруга своевольно гуляли по моему телу. И я уже не понимала, где там водопад, а где мой дракон.

Я просто растворялась и в том, и в другом, отбросив мысли. Только одна мысль продолжала крутиться в голове, не давая окончательно отдаться чувствам.

Я спросила у короля, почти касаясь губами его уха:

– Вам не кажется странным, что мы так давно женаты, а я все еще не знаю, как вас зовут?

Он отстранился, посмотрел на меня удивленно и почти испуганно.

– Я настолько вам надоел, что вы решили меня убить?

Я ответила не сразу. Если быть откровенной, такое желание возникало у меня по нескольку раз в день с тех пор, как мы встретились. Но реализовывать его я точно не собиралась.

– Почему убить? – это следовало выяснить.

– Всякий, кто узнает имя дракона, получает власть над его жизнью и смертью. Поэтому имя дракона – самая большая тайна.

– Как же вы друг друга называете? – продолжала я расспросы, удивляясь вновь открывшейся грани этого странного мира.

– Придумываем прозвища, еще в детстве. Какое приживется, такое и останется.

– И какое же прозвище у вас? – нетерпеливо спросила я.

Наконец мы к чему-то подобрались, и я узнаю, как обращаться к собственному мужу.

– Ваше величество, – мрачно сказал он, – по-моему, отличное прозвище.

Я заметила, что струи перестали сиять. Да и температура воды стала самой обычной. Огляделась по сторонам, чтобы убедиться: никакой ошибки, волшебство куда-то делось. И король поспешил подтвердить мои опасения:

– Да, можно уже выходить. Настрой уже упущен. Впрочем, для первого раза этого вполне достаточно.

– Постойте, то есть все вот это сияние и прочее, и вода потеплела – это все вы? – я уже и сама догадалась, но лучше уточнить.

Он пожал плечами.

– Боюсь, мы с вами видим этот водопад по-разному, но, если вы говорите, что было сияние – значит, так оно и есть.

Теперь, когда вода не выглядела как лучи солнца в жидкой форме, стоять под ней совершенно расхотелось. Я изрядно озябла.

Мы выбрались на берег, и я только сейчас я обнаружила, что мой супруг не целиком и полностью раздет. На нем было что-то среднее между шортами и панталонами из тонкой прозрачной ткани. Правда, намокнув, они не оставляли никакого простора для воображения, и я поймала себя на том, что пялюсь на крепкие королевские ягодицы и мускулистые бедра.

На берегу я обнаружила огромную простыню, явно предназначенную для того, чтобы вытереться. Король этим подобием полотенца пренебрег. Встал спиной ко мне и явно вознамерился обсыхать на солнце. Он так ни разу и не обернулся, чтобы посмотреть на меня. Держит королевское слово? Ну-ну, будто это кого-то может обмануть! Зато я не сводила с него глаз, скользя взглядом по намокшим волосам, широким плечам и узким бедрам.

Наверное, поэтому я одевалась слишком долго. Капли на его горячей коже успели обсохнуть.

– Вы готовы? – сказал король, обернувшись, как только я покончила со своим нарядом.

И я уставилась на него подозрительно: откуда он знал, когда уже можно? Может быть, у него там зеркало, и он все это время с усмешкой наблюдал, как я на него пялюсь? Но на сегодня мне хватило и новых ощущений, и переживаний. Так что я решила об этом не думать.

Назад мы летели молча. Летучую повозку периодически потряхивало, и я, отбросив к черту все условности, свою обиду и вообще все на свете, прижалась к королю; крепко обхватив его руками где-то в районе талии, уткнулась носом в его воротник, и с чистой совестью зажмурилась. И так и сидела до тех пор, пока мы не приземлились. В конце концов, я не какой-нибудь там дракон, имею право бояться.

А когда мы приземлились и я с благодарностью судьбе ощутила под ногами твердую почву, король наклонился ко мне и прошептал на ухо:

– Если нынешней ночью задвижка будет закрыта, я сломаю эту чертову дверь.

Он посмотрел таким потемневшим взглядом, что я поняла: с замком лучше не экспериментировать. Тем более что мне и самой совершенно не хотелось запираться.

32

Я явилась в свою комнату и сразу же начала перебирать содержимое шкафов. Теперь я не искала наряды поскромнее, напротив, для нынешней ночи хотелось выбрать что-нибудь соблазнительное, а перед глазами все еще стоял стройный силуэт супруга, туманя разум. Мощные плечи словно бы продолжали заслонять весь остальной мир.

Не успела я всерьез углубиться в поиски, как в дверь постучали. Я вздрогнула. Ничего себе! Король, конечно, обещал явиться вечером, но я не ожидала, что вечер наступит так быстро. Я застыла, не зная, что делать: то ли позволить ему войти, то ли заставить потомиться за дверью, пока я все-таки нацеплю самую соблазнительную сорочку. Однако, принимать решение не понадобилось – дверь распахнулась безо всякого моего ответа. На пороге стоял вовсе не король, а его наследник.

– Я такое нашел! Это просто… – радостно объявил он. – А ты где ходишь целый день? – глаза его горели.

– Я… мы с твоим отцом летали на прогулку – осматривать достопримечательности королевства.

Я вспомнила наш осмотр достопримечательностей и понадеялась, что не очень покраснела. К счастью, мальчишка, слишком воодушевленный своей находкой, не обратил на это никакого внимания, лишь махнул рукой:

– Да что там осматривать! Тоска зеленая. Вот у демонов, там да!

Вот тут я с ним не согласна. Осмотреть вообще-то было что. До сих пор мурашки по коже. Но спорить не стала – аудитория для этого явно неподходящая.

– Ну и что же ты нашел?

– Способ вернуть магию! Или обрести магию. Там, конечно, есть много сложностей… ну и, в общем, не все так просто… но в принципе это возможно.

Я насторожилась. Да и любой бы насторожился. Это его «все не так просто» звучало очень подозрительно. А уж любому, кто хоть немного знаком с этим ребенком, станет ясно: чтобы обрести магию, предстоит сделать нечто из ряда вон выходящее, да еще и запрещенное какими-нибудь местными законами.

– Ну что ты стоишь? Не думаешь же ты, что я покажу тебе все прямо здесь?

– А где? – не сразу сообразила я.

– В библиотеке же! Прогулки явно плохо на тебя действуют.

Я вздохнула. В библиотеку так в библиотеку. А что-нибудь кружевное и соблазнительное я смогу выбрать и попозже.

Библиотека по-прежнему оставалась мрачным местом, веселее не стала. А после прогулки у восхитительного водопада и вовсе казалась склепом. Хотелось как можно быстрее оттуда выбраться. Может быть, дело не в обстановке? А в желании скорее оказаться рядом с королем? Ну уж нет – перебьется. Я попыталась сосредоточиться и спросила драконыша:

– Ну?

Он развернул книгу, и я с удивлением уставилась на совершенно пустую страницу. Даже если читать нужно между строк, тут и строк-то нет.

Драконыш смотрел на меня с видом победителя. Видимо, пора было признаться, что оценить его триумф я не смогу.

– Тут, кажется, ничего нет…

Драконыш посмотрел сначала непонимающе, потом с досадой.

– Все время забываю… вот, смотри.

Он провел по книге ладонью, плотно ее прижимая. Я с интересом взглянула на страницы уже после этой манипуляции, и действительно, там проявились какие-то знаки. Но вот незадача: для меня они ничуть не понятнее китайских иероглифов.

– Может, ты мне лучше все перескажешь? Ну, своими словами?

Драконыш вздохнул и посмотрел на меня так, словно не мог понять, почему он все еще возится с такой непроходимой тупицей.

– Можно обрести магию или вернуть себе, если отняли, испив особым образом приготовленного  зелья из  златолиста.

Ага, понятно. Траволечение, значит.

– Тут и рецепт есть. Там все очень просто. Ну почти. Дня за два можно справиться в условиях стандартной лаборатории. Пишут, что на вкус напиток горьковат – видимо, гадость несусветная.

Что-то мне подсказывало, что о главном драконыш пока еще умалчивал. Но меня уже не проведешь. Однажды недостаточно хорошо допросив этого сорванца, я скоропостижно вышла замуж, так что больше на эту удочку не попадусь.

– И в чем же некоторые сложности, о которых ты говорил?

– Это златолист. Он растет только у некромантов.

У некромантов? Ах, ну да. Я вспомнила свою попытку рассказывать сказку. Некроманты там явно фигурировали, вместе с другими, не менее загадочными персонажами.

– И в чем же все-таки сложность? Они этим златолистом не торгуют?

– Торгуют? – драконыш хохотнул. – Они его практически уничтожили! Оставили на всякий случай чуть-чуть в заповеднике.

Та-ак, кажется, сложности вырисовываются отчетливее.

– А заповедник охраняют восставшие мертвецы? – догадалась я.

Драконыш выдохнул и стал похож на шарик, из которого выпустили воздух.

– Что-то вроде того.

– И конечно же, женщине и ребенку без какой-либо магии необходимо туда отправиться, чтобы эту штуку добыть?

Драконыш посмотрел на меня практически с обидой.

– Не женщине и ребенку, а королеве и дракону, – поправил он заносчиво.

И я прикусила язычок. Похоже, это совсем меняет дело.

33

– Я рад, что на этот раз дверь открыта, – с многообещающей улыбкой объявил король прямо с порога.

Я не ответила. Настрой у меня совсем не тот, что после нашей прогулки. Я уже не думала о супружеских объятиях, хотя утренние прикосновения короля все еще отзывались в теле сладкой истомой. Из головы не шло то, что сказал наследник. Дракон и королева! Безумная вылазка в какой-то некромантский заповедник. Это приключение обещало быть опасным.

Надо сказать, некроманты, которых я в жизни не видела, представлялись мне жуткими существами, похожими на Кощея Бессмертного из нашего фольклора, и от встречи с ними я ничего хорошего не ожидала ни для себя, ни для драконыша. И отлично понимала, что этой встречи надо бы избежать. Но тут же вспоминала, как горели глаза мальчишки, когда он нашел тот самый «рецептик». И какая боль в них плескалась, когда камень лишил его магии.

– Вы ждали меня? Я так и думал, – все еще самодовольно улыбаясь, сказал король.

Я кисло улыбнулась. Сейчас меня разрывало на части: то ли рассказать дражайшему супругу об очередной выходке его чада, то ли остаться на стороне младшего, которому позарез нужно вернуть магию. Чем больше я об этом думала, тем больше склонялась к первому. Драконыш без магии – это, конечно, очень грустно. Но зато хотя бы живой.

Король заключил меня в объятия и поцеловал. Его намерения, похоже, после прогулки совсем не изменились. Он был настроен более чем решительно. Руки скользнули по моей спине, и я оказалась в жарких объятиях. Но не загорелась от страсти, как раньше. Странно, но сейчас даже его драконья магия не так на меня действовала; вернее, совсем не действовала. Я оставалась холодна, как бы жарко он меня ни целовал.

– Что-то случилось? – король отстранился и посмотрел подозрительно.

Я вдохнула побольше воздуха, собираясь признаться во всем и совершить настоящее преступление против нашей зарождающейся дружбы с наследником. Но в этом момент в дверь постучали.

Король нахмурился, и теперь я уже понимала почему.

В прошлый раз, когда наследник пропал из дворца, никто не посмел нас беспокоить. Тот, кому предстояло доложить плохую новость, терпеливо ждал, когда же король выйдет из опочивальни. Если уж в эту комнату кто-то решился постучать в такой неподходящий момент, случилось что-то по-настоящему серьезное.

Драконий король выпустил меня из объятий и решительно направился к выходу. Приглашать гонца ко мне он не стал. Я слышала тихие голоса в коридоре, а потом король вернулся.

– Что случилось? – спросила я, уже приблизительно догадываясь, каким будет ответ.

– Вы мне скажите! – его величество явно гневался.

Ох! Ну разве можно так – пытать меня неизвестностью?

– Что-то с наследником? Он опять что-то натворил?

Вряд ли дело тут в чем-то еще.

– Его высочество снова покинул дворец, но на этот раз он направляется к некромантам грабить их заповедник!

– Без меня?! – это вырвалось раньше, чем я успела обдумать.

Король смерил меня тяжелым взглядом.

– Так я и думал. Вы что-то об этом знали! Зачем ему понадобился их заповедник?

Он был зол, но даже не повысил голоса

– Там трава – златолист…

– Трава? – Теперь король смотрел на меня и вовсе непонимающе. – А трава-то зачем?

– Отвар… из книг… чтобы… магия, – бормотала я, понимая, что понятнее от этого не становится.

– Если можно, по порядку.

И я, как смогла, изложила ему эту историю: про библиотеку, про восхитительный рецепт, про то, как драконыш позвал в это путешествие меня, и как я ответила, что мне нужно подумать.

Король кивнул.

– Вы ведь собирались рассказать обо всем мне? – спросил он так, будто в этом и не сомневался.

– Да, как раз в тот момент, когда постучали. Я решила, что вы должны это знать.

– Должен, – ответил король. – Должен был с самого начала, когда еще что-то можно было изменить. Негодяй забрал летающую повозку час назад, а это значит, что он уже там, рядом… Слишком поздно.

– Но вы же его догоните? Всего лишь час! Может быть, он еще не успел натворить ничего ужасного.

Король с сожалением покачал головой.

– К сожалению, нет, у нас с некромантами отношения… – он поморщился, – не очень. Существуют определенные договоренности… Мне туда нельзя. Мой сын, хоть и наследник, пока еще лицо неофициальное. Если его обнаружат там, то убьют. – Губы короля сжались в скорбную линию. Было видно, что даже говорить об этом вслух ему нестерпимо больно. – Но если там появлюсь я, это будет расценено как вторжение и объявление войны. И приведет к затяжному кровопролитию.

Вот ведь. А я не сомневалась, что любящий отец отправится на помощь! И что же теперь?

– А если вы отправите кого-то другого? Телохранителей, воинов? Есть же они у вас? – продолжала спрашивать я.

Король отрицательно качнул головой:

– Это значило бы отправить их на верную смерть. Я никому не отдам такого приказа.

Я не могла поверить своим ушам.

– И вы позволите ребенку погибнуть?!

В глазах короля плескалась скорбь, но он ответил твердо:

– Это был его выбор.

Понадобилась где-то минута, чтобы до меня окончательно дошел смысл этих слов. Король развернулся и направился к выходу из опочивальни. Он шел так, словно ему на плечи свалилась тяжелая гора.

– А королева? Если на их территории окажется королева, это тоже повлечет войну?

Король бросил на меня через плечо недобрый взгляд.

– Некроманты не воюют с женщинами, так что это не повлечет войну, – ответил он. – Но королева там не окажется. Вы хорошо меня поняли?

34

Король словно бы передумал уходить. Вернулся ко мне, крепко сжал мои плечи и, глядя в глаза, заявил:

– Вы никуда не отправитесь. Вы тут ни при чём. Пусть вас не сбивает с толку возраст наследника – он дракон, и этим сказано многое. Он принял решение – ему за него и отвечать.

Эту песню я уже слышала. Можно подумать, драконы уже с пеленок такие серьезные и ответственные, что хоть на пенсию сразу отправляй. А, еще и мудрые!

– Но я виновата! Если бы я вам сказала, он бы никуда не делся – остался бы во дворце, вы смогли бы его остановить…

– Возможно. А возможно и нет. Не так-то просто остановить дракона, если ему что-то втемяшилось в голову. Но уж вас-то я точно никуда не пущу. И если вы будете настаивать – запру в этих самых апартаментах.

– Не надо запирать, – поспешно сказала я. – Лучше отведите меня в его комнату.

Почему-то было подозрение, что сбежать вот так молча, не оставив мне даже записки, он не мог.

Король посмотрел с подозрением, но все-таки позвал Ираду и велел той меня проводить. По большому счету, помощь уже не очень-то и нужна: дорогу к драконышу я запомнила за это время. Но, учитывая тварей, которыми меня тут все стращали, наверное, лучше в одиночку по замку не шастать.

– Вы сегодня ездили к водопаду? – заговорила со мной Ирада, стоило нам оказаться одним среди коридоров.

– Да, – с легкостью призналась я.

Вряд ли это такая уж большая тайна. Была бы тайна, король бы меня точно предупредил, чтобы я помалкивала. Уж он-то ничего не забывает.

– И как?

Кажется, она решила отбросить свой обычный надменный тон. Интересно почему? Неужели дело в водопаде? Или в чем-то еще?

– Ну-у, это необычно. И вода теплая. И светится…

Она вздохнула.

– Нет. Как вы себя чувствуете внутри?

Я прислушалась к ощущениям. А ведь я и не заметила, но с того самого момента, как вышла из-под сияющих струй, я чувствовала себя совершенно иначе! Это трудно объяснить словами, но у меня словно прибавилось сил. Ничто уже не казалось слишком сложной задачей. А еще мое тело… Оно стало невероятно послушным, гибким, походка – упругой. Это что же, я действительно помолодела? Но я и до этого не была старой. Куда мне молодеть-то,  к детсадовскому возрасту, что ли? И все же что-то такое водопад со мной сделал. Что-то явно хорошее.

Но в голосе Ирады звучали такая неприкрытая зависть и тоска, что я решила этими изменениями особенно не делиться. Зачем расстраивать человека и наживать себе врага? У меня тут и так друзей особенно нет. Думаю, к королеве-чужачке с недоверием относятся даже те, кто не показывает этого так явно. Я небрежно пожала плечами и сказала:

– Так, ничего особенного. Изнутри я чувствую, что очень беспокоюсь за юного наследника.

Ирада хмыкнула. Кажется, судьба юного наследника ее не особенно беспокоит. Во всяком случае, она не воспользовалась возможностью сменить тему и поговорить о драконыше, а продолжила обсуждать волшебный водопад.

– Видимо, это потому, что в тебе магии нет, – с явным удовлетворением резюмировала она. – А если у кого есть – то она даже усиливается на несколько дней.

– Здорово, – проговорила я машинально, просто поддерживая беседу. – Так можно каждый день ходить купаться, пока не станешь главным магом этого мира.

– Раз в год, – поправился меня Ирада. – Только раз в год. И неделю после этого ты почти неуязвима.

Мы уже остановились возле двери, но она не спешила уходить и смотрела мне прямо в глаза, будто бы сказала сейчас что-то очень важное.

– Тебя почти невозможно убить. Разве что каким-нибудь уж очень заковыристым заклинанием… Но слишком уж многое должно для этого сойтись. Так что вряд ли…

– Вот как? – вежливо переспросила я, ожидая, когда она уйдёт.

Но она не уходила. Так и стояла, словно ждала какого-то другого ответа. Ох ты ж черт! А может быть, пропажа драконыша ей не так уж и безразлична?

Следовало срочно прощупать почву. Но осторожно. Вдруг я ошибаюсь?

– Скажи, Ирада, а та летающая повозка, которую украл драконыш…. – Брови женщины взметнулись вверх. Ой, кажется, я чересчур фамильярна. – Я хотела сказать, наследник… Она единственная?

Ирада ничуть не удивилась этому вопросу.

– Нет, единственная в замке только королева. Ну и, пожалуй, король. А всего остального хватает. Кроме того, одна из повозок прямо сейчас наготове.

Теперь сомнений не оставалось: Ирада говорит все это не просто так.

– А как же я найду мальчишку? Да что там мальчишку – даже страну эту некромантскую? Я же тут ничего не знаю.

– До земель некромантов я вас довезу. Только ждать не стану. Нельзя мне там. Совсем.

– Могут убить? Понимаю…

Ирада махнула рукой.

– Ладно бы убить. Это же некроманты. С людьми там разговор короткий: пока живые – живите. Отдыхайте и жизни радуйтесь. А вот как помрешь – там уже не залежишься. Тут же поднимут и какую-нибудь пакость делать отправят. Или на работу тяжелую. Нет уж, помереть я предпочитаю здесь, на родине. Можно на чужбине, да что там – пусть бы и у демонов, хотя у них тоже не мёд. Но у некромантов – увольте.

Да, звучит не слишком заманчиво. И не только для Ирады. Я, между прочим, тоже человек. И кто знает, может быть, как раз у этих некромантов то самое заковыристое заклинание, которое действует даже на неуязвимых, и имеется в загашнике.

– А наследника как я найду?

Ирада посмотрела скептически.

– Ты спасать его собираешься? Или причины придумывать, почему спасать не пойдешь? Найдетесь. Свои на чужбине всегда столкнутся. А вы еще и одна семья. Не за это надо беспокоиться, а за то, чтоб поздно не было. Ну что, ты идешь?

Хорошо, моя идея помочь мальчишке любой ценой вроде бы стала реальной. Но что-то не позволяло отойти мне от двери его комнаты. Ирада смотрела на меня испытующе.

– Что не так? Говори.

Я растерянно взглянула на дверь.

– Какое-то странное чувство. Мне в комнату надо.

– Странное чувство, говоришь? Тогда действительно надо. После водопада чутье, бывает, усиливается.

Я открыла дверь, зашла в комнату, огляделась по сторонам. Что же меня так сюда тянуло? Как и в первый мой визит в эту своеобразную детскую, я почувствовала себя жутковато. Недетские игрушки, большое пустое помещение, и лишь маленькое яркое пятно – игрушка. Дракончик. Возле подушки. Я подошла и схватила его в руки. Ирада качнула головой.

– С собой возьмешь?

Я не была уверена в том, что обычная игрушка – именно то оружие, с которым нужно идти в логово некромантов. Но почему-то кивнула.

Ирада одобрила:

– Хороший выбор. Это его матери подарок. Малец с самого детства из рук не выпускал. Может, принесет вам удачу.

– Было бы неплохо.

Я в свою удачу не слишком верила. Будь эта игрушка и вправду заколдованной или магической – драконыш бы и сам ее с собой потащил. А раз здесь оставил – значит, не шибко-то в это верил. Но после слов Ирады не взять игрушку уже нельзя.

– Ну что, летим?

– Летим, – эхом отозвалась она, и мы петляющими потайными ходами направились прочь из дворца.

В этот раз мы летели ночью. Повозку трясло куда больше: то ли ветер сильнее, то ли водитель из Ирады хуже, чем из короля. А главное, что ни прижаться, ни зажмуриться уже нельзя, и лишь там, в черном холодном небе я поняла, что отправляюсь одна в чертовски опасное место. И защитить меня там совершенно некому.

35

Когда Ирада рассказывала мне о перспективах этого путешествия, все выглядело не так уж и страшно: и у меня неуязвимость на целую неделю, и с драконышем мы сразу найдемся; и вообще милые некроманты чуть ли ни с песнями и прибаутками вынесут нам златолист да проведут до выезда из страны.

Но когда летающая повозка поднялась в небо, а я осталась на полянке, окруженной лесом, оптимизм Ирады сразу показался мне излишним и надуманным. Ну, во-первых, я не знаю, где приземлился драконыш. Может быть, вообще на другом краю этого некромантского королевства. Во-вторых, я понятия не имею, каких размеров это королевство, и возможность нашей с драконышем случайной встречи теперь не казалась такой уж очевидной. А если рассуждать об этом дальше, становилось и вовсе жутко. Ну вот, например, с чего она взяла, что после купания в водопаде у меня развилась эта самая неуязвимость? Может, это распространяется только на местных дамочек, которые с магией? А на всяких чужачек, которые и двух заклинаний-то связать не умеют, не распространяется? Мы же мою неуязвимость не проверяли. Вон, Ирада даже каким-нибудь мечом в меня ткнуть не догадалась в порядке эксперимента, хотя возможность была.

Да и кто сказал, что Ирада на моей стороне? Может быть, она не меньше всех остальных возмущена, что королевой в драконьем царстве-государстве стала какая-то самозванка без магии. А так есть королева – есть проблема, нет королевы – нет проблем? Итог неутешителен: я сейчас стою среди ночи в темном лесу, в месте, где меня может убить кто угодно. Да и ладно бы просто убить, так еще и превратить после смерти в зомби. И единственное мое «оружие» – это мягкая игрушка, которую я сейчас в ужасе прижимаю к груди.

Вот же влипла! И главное, на этот раз совершенно добровольно.

Я поежилась и осмотрелась по сторонам. Поляну освещала яркая луна. Но это не совсем то же самое, что фонари в городе. Даже при ее свете поляна вовсе не выглядела так, будто я могу здесь что-то рассмотреть. Напротив – каждый куст превращался в чудовищного монстра, готового напасть на меня в любую секунду. Да и вообще, почему куст? Может быть, монстры и есть. Просто замерли и притаились, пытаясь понять, чего можно ждать от чужачки, и лишь потом нападут.

Да уж, положеньице то еще.

Я сделала несколько робких шагов и подошла к ближайшему «монстру». Надо разобраться хотя бы с этим, потому что если я буду стоять и дрожать, то к утру просто умру от страха. Чудовище оказалось тем, чем и должно было оказаться: самым обычным кустом. Пожалуй, со слишком высокими ветками, которые зловеще покачивались во тьме. Но меня радовало уже отсутствие клыков и когтей, так что куст был признан условно безопасным. А следовательно, можно усесться на землю, опереться на упругие ветки и дождаться утра.

Идти в темноте казалось куда худшей идеей.

Неплохо было бы и поспать, чтобы встретить утро хотя бы относительно бодрой и отдохнувшей, но это уже из разряда фантастики. Кто бы мог уснуть ночью посреди леса, который, возможно, кишмя кишит дикими зверями, некромантами и восставшими мертвецами? Я покрепче прижала к себе игрушку, как будто она и вправду могла от чего-то спасти, и прикрыла глаза. Нет, уснуть я не рассчитывала, но хотя бы чуть-чуть задремать. Но стоило мне закрыть глаза, как рядом прозвучал скрипучий голос:

– Я же говорила тебе – шпиёнка! Я ихнюю драконью летучку где хошь узнаю!

Второй голос, молодой и явно принадлежащий мужчине, спорил:

– Может, просто заблудилась? Не похожа она на шпионку. Молодая…

– Похожа, непохожа! Много ты шпиёнок видел? То-то ж. Не наше это дело. Отведем к его мертвейшеству, да пусть он и решает, – судя по силуэту, это была старуха.

– Отведешь ты, как же, – возражал другой. – До его мертвейшества сто верст да все лесом, а бабу эту староста как увидит – так сразу и отберет. А нам еще и неприятности устроит.

– Так что ж ее, тут бросить, что ли? За драконьих шпиёнов золотом дают, а у нас изба вон перекосилась. Портки у мужика дырявые…

Старуха замолчала, видимо, проводила инвентаризацию: какие еще бытовые проблемы можно решить, выгодно продав меня,  и после короткой паузы озвучила новую блестящую идею:

– А если мы ее убьем? За мертвую, может быть, и больше дадут. Уж как с драконьим умертвием обращаться, там лучше знают.

Я похолодела. Моментом озябла так, что зуб на зуб не попадал.

– Не надо, пожалуйста! – прошептала я. – Я не шпионка, я вам сама золота дам, только помогите.

Старуха с хриплым голосом рассмеялась, будто закаркала.

– А то мы не знаем, какое ваше драконье золото! Ну уж нет, меня не проведешь!

Я бы, может, и нашла какие-нибудь аргументы, если бы хоть приблизительно представляла, о чем тут идет речь и что не так с драконьим золотом. Но увы, моих скудных знаний об этом мире явно не хватало для ведения важных переговоров, и единственный веский аргумент, который у меня нашелся, я выпалила тут же:

– Зато не надо идти сто верст и все лесом. И староста не отберет!

– Хитрая, значит, – нехорошо прохрипела старуха. – Думаешь, от жадности да от старости я дура дурой стала? Обмануть решила? Знаем мы вас. Панас, посмотри-ка, что у нее там за золото, да отбери!

36

Тот, кого старуха называла Панас, приблизился, обдав меня запахом пота и застарелого перегара. Шеи коснулась огромная ручища. Я вздрогнула и вжалась в куст. Они тут что, великаны все? А может, еще и видят в темноте? Но толстые пальцы с неожиданной ловкостью сорвали с шеи золотую цепочку и вытащили серьги из ушей, прохлопали меня по плечам и спустились ниже, содрали с запястья браслет – все нехитрые украшения, которые я нацепила утром.

– Ну вот, – удовлетворенно сказала старуха. – И, пожалуй, надо ее придушить. Его мертвейшеству без разницы, сам он ее убьет или готовенькую получит. А мертвая она про свои побрякушки точно никому не расскажет.

Панас, кажется, и не собирался спорить. Руки сомкнулись на моей шее и сжали ее. Ну и где же обещанная неуязвимость?  Из глаз потекли слезы, дыхание перехватило. Со всех сторон стала наваливаться темнота. Да уж, если Ирада хотела от меня избавиться, у нее получилось. А драконыш отказался неправ. В этих краях что просто женщина, что королева – одно и то же. Я успела сделать по чужой земле лишь несколько шагов – и все на этом.

– Ах ты ж гад! – услышала я звонкий голос словно сквозь туман. – Ты на кого руку поднял?

Что-то в этом голосе было знакомым. Какая-то интонация, упрямая и дерзкая. Тихий всхлип – и хватка на моей шее ослабла, а я повалилась в ветки кустов, радуясь, что наконец-то могу окунуться в темноту и тишину и отдохнуть. Кто-то, кого я не вижу, обязательно проследит, чтобы со мной не случилось ничего плохого.

Очнулась от того, что яркое солнце светило мне в лицо, мешая спать. Подскочила. Мягкой мою постель точно нельзя было назвать. Впрочем, тот, кто засыпает посреди леса в ветках и листьях, вряд ли может рассчитывать на особый комфорт.

– Живая? Ну и отлично, – буркнули рядом. – Ты зачем это сюда потащилась? Кто тебя звал?

– Ты и звал! – так же недовольно откликнулась я. – Или уже забыл? А сам сбежал без меня.

– Можно подумать, тебя это расстроило, – драконыш все еще смотрел на меня исподлобья. – Я же видел, что ты струсила, идти не хочешь, а хочешь наоборот – все папочке рассказать. Вот и улетел пораньше. Пока не хватились. А ты сюда зачем притащилась? И как?

Я не в первый раз видела драконыша недовольным, но впервые он недоволен именно мной. Ну разумеется – его величества рядом нет, а так бы наверняка виноватым оказался он.

– Меня Ирада сюда привезла. Сказала, что я после водопада вроде как неуязвима, а значит, смогу тебе помочь.

– Ух ты! Помочь. То-то тебя, такую неуязвимую, первый попавшийся мужичонка чуть не придушил.

А ведь действительно – наверное, прав драконыш? А Ирада меня обманула?

– Так ведь не придушил же? – исключительно из вредности заметила я.

– Не придушил. Потому что я вовремя появился. Вон, лежат оба.

Я проследила его взгляд и увидела две кучи лохмотьев поодаль.

– Ты их что, убил, что ли? – с ужасом спросила я.

– Ну, допустим, мужичонка и так был мертвым. А старуха сама померла, как только я подошел. От страха, а может, от старости.

– Что значит – был мертвым? – спросила я, в принципе уже представляя, каким может быть ответ.

– Из поднятых мертвецов. Или, по-твоему, некромантов так зовут, потому что слово красивое?

Я задумалась. Мертвым этот негодяй точно не выглядел. Перегаром-то точно несло как от живого. Да и со старухой он спорил совсем не как зомби. И все-таки драконыш разбирается в местной нечисти куда лучше меня. Так что придется принять на веру тот факт, что ходячие мертвецы тут совсем как живые.

– Эй! А это у тебя что?

Наследник подскочил поближе и вырвал из моей наплечной сумки игрушку-дракончика.

– Это? Я с собой взяла. Вроде талисмана, чтобы защитил… – залепетала я. Теперь этот поступок увиделся мне совсем в другом свете: стащила у ребенка игрушку. Да еще и подарок покойной матери!

Но, кажется, мой юный спутник был недоволен совсем другим:

– Лучше бы ты меч взяла. Он как раз и защищает. А это просто игрушка, для малышей!

Он говорил подчеркнуто пренебрежительно. Так, что даже обидно стало и захотелось спросить ехидно: почему же ты тогда ее на кровати держишь? Но я не стала – знала почему.

– Дай сюда! – он все-таки отобрал у меня игрушку и сунул в свою наплечную сумку.

Я не возражала. Кто знает, может, это и правда талисман, который его убережет от бед…

– Ну? Где тут этот заповедник с травками?

– Неподалеку, – как-то неуверенно ответил драконыш и вздохнул.

Мне это не понравилось. Но я не стала вникать. Мало ли из-за чего может вздохнуть мальчишка: устал там, по дому соскучился. Да и вообще он целого зомби укокошил, старушку до смерти перепугал. Куча поводов вздыхать и быть недовольным жизнью, даже если забыть о том, что ни магии, ни драконьих крыльев у него нет.

Я быстро поднялась на ноги. Не хватало еще, чтобы драконыш считал меня обузой в этом путешествии! Я, между прочим, наоборот – поддержка и защита!

– Ну что, пойдем? – сказала я с преувеличенной бодростью. – В какую нам сторону двигаться? Я готова!

– Понимаешь ли… дело в том, – словно нехотя цедя слова, стал говорить драконыш, – мы уже в заповеднике.

– Что? – я растерянно огляделась по сторонам. Это не было похоже на то, что говорил об этом месте мой супруг. – Точно здесь?

– Именно, – мрачно подтвердил драконыш.

– А где же тогда охрана, и редкие растения? И главное – где златолист?

Он сокрушенно пожал плечами.

– Как видишь, ничего нет. Может быть, карты врут? Или в древней книге чушь написана…

Вот это поворот.

– И что же мы будем делать? – спросила я, хотя ответ очевиден. Если златолист – какая-то ошибка, то нам следует не мешкая выдвигаться в сторону драконьего королевства, чтобы покинуть земли некромантов как можно скорее.

– Пойдем дальше, – упрямо сказал драконыш. – Может, просто карта неточная, а прямо там за лесом уже и он – заповедник с редкими растениями?

– Послушай, а этот златолист, он вообще как выглядит?

– Как-как, неужели непонятно? Листья у него должны быть золотые.

– Это точно?

– Точнее некуда! Он так и называется – злато-лист, – теперь уже драконыш раздражался, как будто я несла совершеннейшую чушь.

Ну да, у них тут названия не блещут оригинальностью. И если это срабатывает со всякими Синеречьями и Высокогорьями, то почему бы и с растениями не сработать?

– Значит, ищем золотые листья, – согласилась я.

Хотя, если король говорил правду, искать следовало усиленную охрану, а потом уже листья.

– Угу.

Драконыш двинулся вглубь леса, а я засеменила следом, спотыкаясь о коряги и отбиваясь от веток.

37

По темному лесу можно долго идти и никого не встретить. Это я точно знала хотя бы потому, что подобный опыт имелся у меня еще на родине. Необъятные леса, из каких и с навигатором-то не всегда выберешься.

Наша прогулка по незнакомому лесу, который уже оказался совсем не тем, чем должен был оказаться, мне совершенно не нравилась. Впрочем, может быть, я напрасно нервничаю, а у мальчишки есть какой-то встроенный драконий навигатор?

– Как ты меня нашел? – спросила я, с трудом выравнивая дыхание. Быстрая ходьба по пересеченной местности – это явно не мое.

– Видел же, как вы летели. И эти, похоже, видели. Только они ближе были. Потом повозка снова поднялась и скрылась в направлении нашего замка. Вот я и подумал: кто-то тут есть. Хорошо, что успел.

Да уж… на подарки от водопада мне рассчитывать было нечего.

– И не побоялся, что это грозный отец явился с дисциплинарными взысканиями?

– Он сюда не явится. Ему не положено, – возразил мальчишка со вздохом. – А если бы и явился, то уж точно не на повозке. Я бы его заметил.

– То есть это случайность, что ты меня нашел? Нет никаких таких особых правил вроде того, что родственники на чужбине обязательно встретятся?

Что-то поведение Ирады, которая меня сюда отправила, становится все более и более подозрительным. Может, и правда решила от меня избавиться?

– Ерунда, – хмыкнул мальчишка, – бабушкины сказки.

Ага, значит, все-таки какое-то местное поверье.

– Ну ты ведь меня все-таки нашел, – справедливости ради заметила я.

– Нашел, – сказал он совсем тихо, развернулся ко мне и сделал знак замолчать.

Я замерла, и почти сразу услышала голоса. Негромкие мужские, говорили неподалеку, но разобрать, что именно говорили, невозможно. Я вопросительно посмотрела на драконыша и почти беззвучно прошептала:

– Кто там?

– Не знаю, – так же тихо ответил он. – Надеюсь, что не гвардейцы императора. С умертвиями и селянами уж как-нибудь справимся.

Ну что же, может, древние книги не так уж и врут? Кто знает, как выглядят заповедники у некромантов? А охрана – вот, пожалуйста, есть. Значит, мы на правильном пути.

Я сама удивилась такой мысли. Это откуда же я набралась такого неиссякаемого оптимизма, чтобы увидеть что-то хорошее в толпе вооруженных некромантов, которые явно не будут рады визиту дружественной делегации из соседней страны? Или, наоборот, будут рады пополнить ряды своих зомби за счет иностранных добровольцев.

– Стоять! – раздался голос сзади. – Вы еще кто тут такие? С чего по лесу шляетесь? Не знаете, что ли, тут посторонним тягаться запрещено!

Я обернулась и увидела здорового детину, на вид – брата-близнеца того самого Панаса, который тянул руки к моей шее. Только одет поприличнее, в зеленую форменную одежку, на голове – что-то вроде шлема, закрывающего пол-лица, а в руках деревянная резная палка. А учитывая то, как устроен здешний мир, со всякими магиями и прочими излишествами, как-то глупо надеяться, что это просто пижонская тросточка для удобства передвижения по лесу.

Я вопросительно посмотрела на мальчишку. Уж он-то местные реалии знает лучше – вот пусть и объясняет, кто мы такие и за какими грибами-ягодами явились в этот лесок.

Мальчишке дополнительные приглашения не потребовались. Он выпучил глаза и торопливо заговорил:

– Ой, дяденька, простите, я не знал, что сюда нельзя. Мы за травками лекарственными пошли да заблудились.

– Это за какими же такими травками? – подозрительно посмотрел на него мужчина. – Травок тут много, да брать их всякому оборванцу нельзя. Магией решил побаловаться? Так за это сам знаешь что бывает.

– Нет! Вы что! – замахал руками драконыш. – Не за такими травками. За простыми – попутник, вован-да-дарья, мать-и-теща…

Мужчина посмотрел на него с недобрым прищуром.

– Ну, и покажи свои травки? Долгонько по лесу идете. Что-то да нашли уже.

Я едва удержала разочарованный вздох. Так глупо проколоться… теперь-то точно станет ясно, что никаких травок у нас нет, а в заповедник мы явились с преступными намерениями.

– Вот! – тоненько пискнул мальчишка и достал из заплечной сумки жменю листьев.

Вот ведь предусмотрительный! И легенду заранее продумал. Среди сумрака отчаянья наконец забрезжила надежда.

Стражник покачал головой и всмотрелся в травки.

– И правда, – сказал он, – ничего запрещенного. Попутник вон… Ого, даже зверовой. Где нашли?

– Там, – неопределенно махнул рукой мальчишка, – далече. Отпустите нас, дяденька, нам с сестрой домой возвращаться. Тетка болеет, боюсь не успеть.

Стражник скользнул по мне масленым взглядом.

– А ты и иди, малец, пока тетка не околела. А вот сестра пусть останется. Подозрительная она больно, – честное слово, он облизнулся, –  После придет.

Мужик протянул ко мне руки, видно, намереваясь на ощупь определить, насколько я подозрительная.

– Э, нет, – вскинулся драконыш. – Я ее не оставлю.

– Что? – взревел стражник. – А у тебя никто и спрашивать не будет. Да не боись, сейчас проверим все честь по чести, – он снова одарил меня похотливым взглядом, – и доставим домой в лучшем виде.

– Нет, – упрямо насупился драконыш.

– Ты что же это, государственным людям не доверяешь? А ну пшел вон отсюда, пока я тебя на суку не вздернул!

Мальчишка хохотнул.

– Не вздернешь. Детей убивать нельзя. Из них потом умертвия не сделаешь. Расточительство для казны.

Глаза стражника блеснули совсем уж недобро.

– Детей нельзя, – согласился он. – А девок можно.

Он приставил резную трость острым концом к моей шее.

– А ну пошел отсюда! Иначе без сестры останешься.

Что произошло дальше, я почти не уловила. Лишь увидела, как рванулся к нам драконыш, почувствовала, что отлетаю куда-то в сторону и болезненно приземляюсь на поросшие мхом коряги.

Короткая вспышка, нецензурная брань – и вот уже мой спутник с тростью в руках стоит над поверженным стражником. Наверное, не стоило задавать глупых вопросов, но я все-таки спросила:

– Ты его убил?

– Бежим скорее, – коротко бросил драконыш. – Сейчас их здесь будет тьма-тьмущая.

Не задавая больше вопросов, я последовала за ним.

38

Если даже идти по лесу тяжело, то бежать по нему же почти невозможно. Ветки, кусты и коряги словно выползают со всех сторон с одной только целью: чтобы ты кубарем покатился куда-нибудь в овраг.

Да только скатилась в овраг я вовсе не из-за этого.

– Сюда, – тихо сказал драконыш и изо всех сил дернул меня за руку.

Приземление было не слишком мягким. Мох, которым тут все поросло, сделал падение не таким уж болезненным, но ушибы были весьма чувствительными.

– Ты что творишь? – зашипела я на драконыша, потирая ушибленные бока. Но он лишь замахал на меня руками, выпучив глаза – тихо, мол.

Я тут же замолчала, прислушалась. Неподалеку раздавался треск веток и негромкие голоса.

– Вот тут они мелькали, я видел, – говорил один.

– Да здесь они где-то, далеко не ушли бы, – вторил ему другой.

– Вот же ж вражины! Рамона убили. Знатный воин был.

– Дурак и пьяница твой Рамон был, и воин так себе, раз позволил себя убить. Ты за него не переживай, его поднимут, будет как новенький. Ты за себя переживай. Они посох сперли, если не найдем, нас на рудники переведут.

Я застыла, перестав дышать, и покосилась на деревянную палку в руках драконыша. Да уж, если цена ошибки так высока, эти двое, пожалуй, расстараются. К тому же кто сказал, что их тут всего двое? Может, и другие подтянутся. А если стражей тут достаточно много, то прочешут весь лес. И наверняка нас найдут. А поскольку с обещанной неуязвимостью осечка вышла, все это может для меня очень плохо закончиться.

На побледневшем лице драконыша я прочитала схожие мысли. Если и раньше мы сидели неподвижно, то теперь и вовсе застыли как две статуи, прижавшиеся к земле, и жадно ловили каждый шорох сверху.

– Нету их, как в воду канули, – расстроенно сказал один через некоторое время.

– В какую еще воду? Нет тут никакой воды! – удивился второй.

Первый вздохнул.

– Тебя уже сколько раз поднимали?

– Да всего-то два… А на что это ты намекаешь? Что я тупой стал, как эти зомби?

– Почему обязательно стал? Может, ты и при жизни не слишком умным был… – пробормотал первый.

– Ах ты, обзываться!

Послышался стук удара, потом еще один, а дальше удары сыпались один за другим, перемежаясь словами, которые я вряд ли когда-нибудь решусь повторить.

– Пойдем, – сказал драконыш. – Сбежим, они даже не заметят.

Мы стали тихонько пробираться под кустами. Благо овраг глубокий и длинный, можно выбраться подальше. А я про себя старалась понять то, что услышала. Значит, «поднимать», то есть оживлять покойников, они здесь могут не по одному разу, и судя по всему, с каждым таким разом тактико-технические характеристики умертвий несколько снижаются. Впрочем, у кого-то они, похоже, с самого начала так себе.

Те, что охраняют местный заповедник, явно не самые ценные экспонаты.

– Выбрось посох куда-нибудь на ровное место, чтоб нашли, – твердо велела я. – Мы им не нужны, а за посох они нас на кусочки порежут.

– Не порежут, – буркнул драконыш. – Порезанных не поднимешь.

Вот обрадовал так обрадовал! Теперь-то мне стало куда спокойнее.

– На черта он тебе нужен?! – шепотом ругалась я.

– Оружие, – упрямо заявил он, – трофейное, слушаться будет, как никогда хозяина не слушалось.

Ну конечно! Чего еще можно ожидать от мальчишки, у которого комната увешана мечами!

– И зачем оно тебе? Армию мертвецов решил собрать?

Драконыш посмотрел на меня так, будто я говорю о вещах, в которых ни черта не разбираюсь.

– Посох не только для мертвецов, он еще для…

Договорить он не успел. Откуда-то из-за кустов появились трое некромантов —здоровенных мужиков в форме и с такими же, как у мальчишки, посохами в руках.

– Вот они где, красавчики! – сказал один.

– Да уж, хорош ваш Рамон, с бабой и дитем справиться не смог!

Кажется, в нас они никакой угрозы не видели, переговаривались спокойно, будто бы мы уже полностью в их руках.

– Что нам с ними делать? – спросил другой.

– Отправим их в столицу, пусть его мертвейшество сам разбирается, нам-то что.

– Эй, пацан, отдай посох, не дури, не для детей игрушка.

– Сейчас, дяденька, одну минуточку, – пискнул драконыш и вскинул посох.

Раздался треск, будто хрустнуло что. Посох неярко заискрился, а дяденька рухнул наземь как подкошенный.

– Ах ты гад! Ну мы тебя!.. – двое других тут же подняли свои посохи и направили их на нас.

Я не очень разбиралась в местной магии, но что-то мне подсказывало, что если два посоха против одного – силы явно не равны.

Только драконышу, кажется, все равно. Он рванул вперед, как будто это он, а не я, искупался в волшебном водопаде. Трескотня, шум и крики смешались воедино. И в эти воинственные возгласы влился испуганный визг – кажется, мой собственный.

Через пару минут все было кончено. Поверженные некроманты лежали на земле, а драконыш, победно улыбаясь, разворачивался ко мне.

– Вот видишь, – говорил он с улыбкой, – всё ведь…

Тут его лицо перекосила гримаса страха.

– Марина, нет! – крикнул он.

В следующее мгновение чья-то крепкая рука крепко ухватила меня за плечи, а другая зажала рот.

39

Я забилась в чужих руках, отчаянно заколотила ногами и машинально цапнула моего захватчика за палец. Но увы, это совершенно не помогло. Он как держал меня мертвой хваткой, так и не отпустил.

Странно, что стражник так старательно зажимал мне рот. Казалось бы, посреди глухого леса кричать я могу сколько угодно. Быстрее остальные стражи прибегут. Подмога вроде как. Если, конечно, их тут достаточно и драконыш не перебил всех…

– Брось посох по-хорошему, – раздался из-за моей спины голос.

Слишком знакомый голос – до мурашек по коже, до слёз на глазах. Я разом обмякла, перестав сопротивляться. Да и лицо драконыша вытянулось в изумлении. Но он быстро пришел в себя и упрямо ответил:

– Не брошу.

– Давай живее. И сейчас же домой, пока тут не собралось полкоролевства.

Видимо, поняв, что я больше не буду сопротивляться, король осторожно поставил меня на землю. Я обернулась. Да уж, неудивительно, что в первый момент наследник не узнал отца и принял его за стражника. Его величество был в той же униформе, что и наши преследователи, а плетеный шлем почти скрывал лицо.

– Я не думала, что все так получится… извините… – начала оправдываться ещё до того как мне предъявили обвинения.

– После поговорим, – одернул меня король, – а сейчас улетаем.

– Я без златолиста никуда не пойду.

Кажется, основной отличительной чертой драконьих наследников можно смело называть упрямство, не ошибешься.

– Вон он, твой златолист, – буркнул король, – под ногами его сколько хочешь.

Я перевела взгляд под ноги драконышу, но не обнаружила ничего, кроме изумрудно-темного мха. Никаких таких золотых листьев.

– Какой же это златолист? У него нет золотых листьев, вообще никаких нет.

– И тем не менее это златолист. Будешь брать или с пустыми руками пойдешь?

Драконыш недобро покосился на отца, явно не слишком ему доверяя. Но потом опустился на землю, сорвал жменю мха и сунул в карман.

– Посох, – напомнил ему отец.

– Это трофейный!

Кажется, за посох мальчишка будет сражаться до последнего.

– Конечно, еще в тронном зале повесь, как образец доблести. Ты сюда, между прочим, не на войну пришел, а воровать. Гордиться нечем. Хотя если чуть-чуть задержимся, война тоже не заставит себя ждать.

Из драконыша разом будто выпустили воздух. Он сник, бросил резную палку на землю и недовольно пробурчал:

– Полетели уже.

А в следующее мгновение король обернулся драконом, и нас с мальчишкой подхватили когтистые лапы.

Да уж, кое-что никогда не меняется. Куда ни пойди в этом мире, что ни сделай – все равно окажешься в драконьих лапах. Впрочем, наверное, все-таки кое-что меняется. Например, теперь мне уже и в голову не пришло визжать от ужаса, когда земля ушла из-под ног и, покачиваясь, осталась где-то внизу. Как выяснилось, в этом чудесном месте есть вещи похуже полетов.

Я, конечно, рада, что наше с драконышем приключение закончилось именно так, потому что очень хорошо себе представляла, какие еще могли быть варианты. Вот нас забрали в плен некроманты, а вот уже я мою посуду на чьей-нибудь кухне, и за каждую разбитую чашку меня убивают и поднимают заново; с каждым разом я становлюсь все глупее и глупее, а потому убивают меня все чаще и чаще…

Ну уж нет! Разумеется, нагоняй, который устроит мне король за эту нашу вылазку, тоже штука неприятная, но все-таки не настолько. Даже если, к примеру, по каким-то местным законам беглых королев положено казнить, наверняка у драконов это делают только один раз…

Вот такие невеселые мысли одолевали меня, пока я качалась в воздухе и радовалась проплывающим внизу синим рекам да высоким горам.

Как только мы приземлились в королевском дворе и мой супруг принял человеческое обличие, я попыталась все-таки с ним объясниться, но он развернулся к нам с драконышем спиной и быстрым шагом двинулся в сторону королевского дворца, будто бы нас тут и не было.

40

С каким удовольствием я приняла ванную после всех лесных похождений! Нет, все-таки цивилизация – великая вещь, как ни крути. И ни с какими прогулками по лесу она не сравнится. Может, для кого-то небо голубое – это отличная крыша, но я предпочитаю комфорт.

Казалось, из благоухающей пены меня не вытащит никакая сила. Тем более что здесь я защищена от всего мира, а главное – от короля с его крайним недовольством. На этот раз – совершенно заслуженным. Но от этого не менее неприятным.

Но нельзя же бесконечно утопать в воде. Рано или поздно из нее пришлось выбраться и столкнуться с суровой реальностью. Первым представителем этой реальности была Ирада – гадкая тетка, обманом отправившая меня на подвиги, которых мне совершенно не хотелось. Это она во всем виновата!

Увидев, что я вышла из закутка, который здесь выполнял роль ванной комнаты, негодяйка вознамерилась скрыться. Но я ей не позволила.

– А ну-ка стой! Иди сюда и объясни мне, что это за подстава такая? Неуязвимость у меня, значит? А детская игрушка – это отличный выбор оружия?

Она побледнела и сжалась в комок. От обычно надменной Ирады я такого уж точно не ожидала.

– Хоть казнить прикажите, матушка, – запричитала она, – а выхода у меня другого не было.

– Это еще почему? – спросила я грозно, но Ирада вместо ответа лишь потупила взгляд.

У нее был такой несчастный вид, что даже мое разгневанное сердце дрогнуло.

– Да ладно тебе дрожать, объясняй!

Как-то быстро я усвоила приказной тон, но сейчас это было к лучшему.

– Вас-то его величество сразу спасать полетел! Потому как женщина и жена… то есть слабая, да еще без магии и оружия. А мальчишку бы так и бросил на произвол судьбы, потому как по их королевским понятиям он уже с рождения никакой и не мальчишка, а будущий король. Пропал бы ребенок ни за что!

Я вздохнула. Конечно, Ирада – тетка вредная, и я ей явно не нравлюсь. Но тут она совершенно права. Когда сбежал драконыш, его отец и мой супруг проявил просто чудеса непреклонности и твердолобости, а стоило из дворца исчезнуть мне – тут же чужую униформу напялил и на выручку рванул.

– А про уязвимость врать зачем было? – продолжала допрос я, но уже не так грозно.

– Да почем мне было знать, что это неуязвимость на вас не подействует? Я-то вас из-за нее и посылала со спокойным сердцем, думала, мальчишке подспорье в пути будет. А оно вон как получилось…

– А вместо этого ему из-за меня целую гору некромантов положить пришлось.

Ирада сделала круглые глаза.

– Так вы хотите сказать, что драконыш лично сам с некромантами справился? Да еще и не с одним? – она задумалась ненадолго. – А каковы были некроманты? Бабы или дети?

– Какое там! Стражники здоровые, – возмутилась я.

Сама бы с такими «детками» столкнулась! Посмотрела бы я!

– Вот как, – покачала головой Ирада, – значит, все-таки подействовало.

– Это как?

– А вот так, на мальчишку перекинулось. От вас-то что толку!

Я задумалась. Может, Ирада и права. Если эта их неуязвимость выглядит чуть сложнее, чем просто непробиваемая шкура да сверхспособности, то вполне возможно, что она у меня была. Стоп, а почему была? Все еще есть. Значит, мне ничего не страшно?

Я подумала, что неплохо бы попытаться поговорить с мужем. Самое время для тихих семейных посиделок в полной безопасности. Но усталость была такая сильная, что я решила: подождут мир и благополучие в семье до завтра. Оставалось уточнить кое-что еще.

– А что королевский наследник? Спит с дороги?

Я спрашивала исключительно для проформы, не сомневаясь в положительном ответе. После таких приключений должен дрыхнуть без задних лап еще дня два!

– Где там! Только перекусил на ходу, и в алхимическую лабораторию – зелье делать.

Я вздохнула. Вот уж кому упорства не занимать. Его бы энергию в мирных целях… Ох, в мирных целях он бы еще больше дел наворотил.

– Ладно, ступай, – велела я Ираде. – Устала я. Спать хочу.

Это чистая правда. Сейчас, после теплой ванны и в безопасности, мой организм решил взять свое за все дни и часы скитаний.

И все-таки, отходя ко сну, ту самую злополучную задвижку я не закрывала.

Но король этой ночью в мою опочивальню так и не явился.

41

Я проснулась утром удивительно бодрой и свежей. О лесном приключении не осталось даже воспоминаний, будто бы вся эта жуть с восставшими мертвецами и перебежками по лесу мне просто приснилась.

А ведь не явись дракон вовремя, я все еще могла быть там… Или вообще не быть.

Сейчас, при свете дня, эта мысль казалась просто чудовищной, а мой муж – дракон выглядел просто как рыцарь в сияющих доспехах. Да только демонстрировать ему свою благодарность я не спешила.

Наоборот – находила все новые и новые поводы с ним не сталкиваться. В конце концов, после всех злоключений мне необходимо отдохнуть! Так что я провалялась в постели столько, сколько было возможно.

На самом деле – не так уж и долго. Это ведь так скучно – лежать без дела! Была бы я дома, с интернетом, можно было бы хоть целый день не вставать. Фильм какой-нибудь посмотреть или даже замахнуться на сериал, чтобы уж на целый день, так на целый день! Но здесь о таком, кажется, даже не слыхали.

В принципе, компанию мне могла бы составить и хорошая книга. Но то, что я видела в библиотеке, вовсе не было похоже на приключенческие романы. К тому же после наших с драконышем хм… исследований я немного опасалась местных фолиантов. Вычитаешь еще что-нибудь не то между строк, и поминай как звали.

Нет, они тут вообще хоть как-то развлекаются? Или совсем повернулись на своей магии и только решают важные государственные дела, да драконьей мудростью накачиваются по самые уши, больше не желая ни о чем слышать?

Как бы там ни было, но через некоторое время я почувствовала, что отлежала бока. Пришлось встать, умыться, позволить себя нарядить и пойти болтаться по дворцу, за неимением других занятий.

Как ни странно, теперь я уже неплохо ориентировалась в замке даже без посторонней помощи. Какая-то особая магия? Или купание в водопаде? В подобное было поверить куда проще, чем в то, что мой топографический кретинизм и способность потеряться в трех соснах куда-то вдруг подевались. После года учебы в университете я все еще могла заблудиться, если случайно оказывалась в «чужом» крыле. А вот алхимическую лабораторию нашла сразу, словно в голове внезапно заработал дворцовый навигатор.

Поговорить с драконышем мне не удалось. Стоило приоткрыть дверь в лабораторию, как оттуда пахнуло жаром, и вырвались клубы зеленоватого дыма,  щупальцами расползаясь по коридору. Я в ужасе присела и осторожно заглянула внутрь. Под потолком грозовыми тучами колыхался тот самый зеленоватый дым, облизывал стены, стекая вниз, стелился по полу и, свиваясь посредине воронкой, вновь поднимался к самому потолку. В мутном мареве с трудом просматривался силуэт наследника престола, слышалось зловещее бормотание. Ничего непонятно. Заклинания читает, что ли? Или просто нанюхался? Немудрено, пахнет тут… болотом, которое зачем-то засунули в духовку. В нескольких ретортах и колбах что-то маслянисто булькало, смешивалось, взбалтывалось и струилось по трубкам, спиралью уходящим в чан со льдом, с другой стороны чана торчала непонятная прозрачная штука, из которой в стоящий рядом кубок капало нечто грязно-болотное, весьма противное на вид.

Что-то все это мне напоминало… Что-то виденное совсем недавно… Точно! У бабки-хозяйки, в той деревне, откуда я в недобрый час отправилась в лес за малиной, в бане похожая штука стояла. Самогонный аппарат, вот как оно называлось. А бабкин дед, стало быть, не алкаш, а алхимик… Я невольно хихикнула, вспомнив, как тщедушный алко… алхимик улепетывал по огороду от дородной супруги, когда та обнаружила исчезновение сахара, благополучно пущенного на брагу.  Надо же… А в чем-то наши миры очень похожи, да…

Внезапно бормотание стало громче, что-то бабахнуло, взметнув сноп искр, и со звоном разлетелось. Я с визгом отпрянула, моментально захлопнув дверь.  Чума-а-а… И это все получилось из двух жалких горстей травки?! Ну и силища у того златолиста. Надеюсь, драконыш знает, что делает. Очень надеюсь… Потому что помочь ему в типично драконьем деле я точно не смогу. Так что лучше не лезть под руку. Особенно когда там все бабахает и взрывается. И вообще, кто знает, какие побочные эффекты у того зеленого дыма, воняющего болотом. Вряд ли король обрадуется, увидев вместо жены царевну-лягушку. Его и так с магией прокатили, а тут еще и наощупь будет так себе. Я думаю, что лицам с ограниченными магическими возможностями ни в коем случае нельзя находиться рядом, когда творится подобное.

Не рискнув больше соваться в лабораторию, я замерла под дверью и прислушалась. Внутри что-то бухало и звенело, по-прежнему невнятно бормотал драконыш. Похоже, у него все в порядке, чего не скажешь про меня.

Мне срочно нужно найти какое-то занятие. Ну или хотя бы какую-нибудь неприятность на пятую точку. Что угодно – только не объясняться с королем. Но как назло ничего не случалось. Я побродила по коридорам, заглядывая в каждую дверь и нервируя  служанок, потопталась у окна, наблюдая за облаками, и… И сдалась. По всему выходило, что единственное, чем я могу сейчас заняться, – это пойти и поговорить с супругом. Он, конечно, может и не захотеть, но ничего страшного, я тоже не хочу. Я решительно выдохнула и направилась в кабинет.

Король был на месте, но радости от моего визита, кажется, не испытывал. Не повернув головы, он хмуро уткнулся в какие-то свои документы, делая вид, что чрезвычайно занят. А всякие там блудные жены его совершенно не интересуют.

Только вот меня такой расклад не устраивал. Не дождавшись супружеского внимания к своей персоне, я сказала с угрозой:

– Или давайте разговаривать, или пойдемте уже разводиться.

Что-то мне подсказывало, что это должно сработать. Разводиться здесь можно только через драконий камень, а к той хамской каменюке местные жители, похоже, ходят без особого энтузиазма. И я их понимаю.

– Зачем вы туда полетели?

Я оказалась права: от гробового молчания король перешел к выяснению отношений.

– Я не могла бросить ребенка на произвол судьбы! – гордо вскинув голову, ответила я. – Я должна была ему помочь!

– И что, помогли? – поинтересовался король самым светским тоном, за которым скрывалась явная издевка.

Да уж… Если говорить откровенно, его сарказм был вполне уместен. Помощи от меня было не так уж и много. Скорее, наоборот. Но признавать королевскую правоту совсем не хотелось.

– Конечно, – нахально заявила я.

Бровь дорогого супруга изумленно поехала вверх. Немного помолчав для солидности, я почти слово в слово процитировала сказанное Ирадой:

– За ним одним бы вы не полетели, а за мной сразу же с места сорвались!

Король сердито сверкнул глазами, но ничего не сказал.

– Так что помогло! – победно завершила я.

– Вам настолько важно обрести магические способности? – спросил он устало.

– Мне? – вот теперь я разозлилась по-настоящему. – Да я всю жизнь без магии прожила, и еще столько обошлась бы. Это вам они нужны, мои «магические способности». Чтобы ваша жена-королева не считалась ущербной!

Напомнив самой себе о былой обиде, я обиделась. И уже совершенно забыла, что шла сюда исключительно для того, чтобы поблагодарить своего рыцаря в сияющих доспехах.

– Магия – это не главное, – изрек рыцарь.

Да неужели? С каких пор она вдруг стала не главным? Я посмотрела на короля с подозрением. Что-то тут не так… Стоп, ну конечно! С чего бы ему говорить, что магия – не главное, если магическое зелье вот-вот будет готово?

– То есть, – я сделала шаг навстречу королю. – Зелье у мальчишки не получится? То, что мы с собой притащили, не златолист?

Король вздохнул:

– Ну какой же это златолист? Самый обычный мох. У него не то что золотых, у него вообще никаких листьев нет!

– Вы обманули сына! – возмутилась я.

И оттого, что сейчас король говорил практически теми же словами, что и принц накануне, этот обман выглядел еще более отвратительным.

– Разумеется, – ничуть не смущаясь признал король. – А как еще я мог его оттуда вытащить? Или нам всем надо было углубиться в чащу, дойти до охраняемых угодий и уже гарантировано попасть в лапы некромантов?

Нет… Это уж точно нет. С той самой секунды, как я оказалась в этом жутком лесу, я мечтала лишь о том, чтобы оттуда выбраться. И все-таки согласиться с королем я не могла.

– Но потом, когда мы вернулись! Вы же могли ему сказать, что трава ненастоящая. Он же там в алхимической лаборатории… Он глаз не сомкнул! И до сих пор!

Я не могла поверить, что мой муж, человек, которому я отдала лучшие годы своей жизни, оказался таким негодяем.

– Глаз он не сомкнул… Лучше бы учебник тайной биологии открыл! Да почитал между строк.

– Я сейчас же, сейчас же ему все расскажу! – сказала я и развернулась к двери с твердым намерением пойти и нажаловаться драконышу на его отвратительного папашу.

Но сзади меня тут же ухватили крепкие руки. Не знаю как, но король умудрился за пару мгновений оказаться рядом.

– Не пойдете, – шепнул он мне на ухо, и по спине тотчас же поскакали предательские мурашки. Да чтоб их! – Не смейте вмешиваться в воспитание наследника. Он уже однажды чуть шею не сломал из-за импульсивности и недостаточной подготовки. Его это ничему не научило, а урок должен быть усвоен.

Несмотря на острую жалость к драконышу, который изо всех своих детских сил борется за нашу с ним магию, не признать правоту короля я не могла, но жалость все же перевесила. К тому же, что значит «не вмешивайтесь»?!

– Не хотели, чтоб я вмешивалась – не надо было жениться, – я упрямо дернулась, пытаясь вырваться из королевской хватки. – Все равно я пойду и скажу ему правду, он достаточно настрадался!

Король, придавив меня к себе одной рукой, взмахнул второй, и дверь подернулась золотистым сиянием.

– Никуда вы не пойдете, – прорычал он.

Мне не надо было оборачиваться для того, чтобы понять, что дорогой супруг в ярости. И мне не надо было дергать дверь для того, чтобы понять, что она заперта. «Все-таки хорошая штука магия, – с завистью подумала я, – куда удобнее, чем обычный засов».

42

– Вы все делаете мне назло! – Король рывком развернул меня к себе.

Это уже было чересчур. Так мы и до рукоприкладства дойдем!

– Да как вы смеете! – воскликнула я.

Наши взгляды встретились – и разве что искры не посыпались от напряжения. Он злился на меня, я злилась на него, и этому гневу срочно нужен был выход.

– Вас подослали враги? Чтобы все тут разрушить? – он явно бросал эти обвинения не всерьез, но ход его мыслей был понятен. И молчать я не намерена.

– Тогда они и мои враги тоже! Потому что мне в вашем тоскливом мире не особенно нравится. И вы не нравитесь…

Тут я, конечно, покривила душой. То ли дело в этой их семейной магии, то ли еще в чем-то, столь же мудреном, но мой муж мне нравился. Меня тянуло к нему так сильно, что, не будь он моим мужем, это могло бы считаться неприличным. А сейчас, когда мы были так близко,  а его сильные ладони сжимали мои плечи, это умопомешательство снова обострилось.

Он еще что-то говорил, а я зачарованно смотрела, как двигаются его губы, не в силах отвести глаза. Его губы… Упругие вкусные губы, которые могут быть такими нежными и ласковыми, что хочется плакать. И такими горячими, жесткими, жадными, что можно сойти с ума. Черт побери, его губы так близко, что я почти чувствовала своими губами их тепло… Мне до одури хотелось привстать на цыпочки, чуть-чуть потянуться и приникнуть к этому упрямому рту. И целовать, целовать, целовать… До боли, до потери дыхания, до мутных кругов перед глазами. В рот, в подбородок, в шею, ниже, в развал ворота рубахи… Какая рубаха? Содрать ее к дьяволу и прижаться к умопомрачительно приятному телу в буграх перекатывающихся мышц.

В одно мгновение стало жарко, так жарко, словно огонь стек с его рук на мои плечи, расплескался по коже и жег меня со всех сторон…

Как, оказывается, холодно, ужасно холодно и бесконечно одиноко было мне до тех пор, пока не встретила этого совершенно невыносимого мужчину.

Как я могла столько времени прожить и не знать его? Не видеть, не трогать, не ссориться с ним? Я судорожно сглотнула и облизала пересохшие губы, жадно, уже не скрываясь, рассматривая мужа. Густые волосы, чуть влажные на висках, словно он только что принимал ванну. Нахмуренные брови, глубокие темные глаза – не глаза, омут, тьма египетская… Невозможно притягательный рот, резко очерченный, чувственный… Широкие плечи, крепкая грудь, живот и… О-о-ох…

В голове помутилось, тело напряглось, от странной тянущей пустоты внизу живота стало почти больно.

– Вы невозможны! – хрипло сказал король.

Я запрокинула голову и вздрогнула, наткнувшись на горящий мужской взгляд.

Дыхание перехватило, кровь зашумела в висках, унося мысли, отрезав от всего мира. Остались только он, я и дикое, неуправляемое желание. Внутри пульсировал сладкий жар, кололся, звенел, как перетянутая струна. Казалось, она вот-вот лопнет, и я сгорю, осыплюсь пеплом, если сейчас, прямо сейчас ничего не случится! По коже прокатилась обжигающая волна, ударила под колени, и я бы упала, но сильные руки подхватили, сдавили в объятиях.

А в следующее мгновение король уже целовал меня – страстно, нежно, горячо, так, как во всех мирах, сколько бы их ни было, не может и не умеет больше никто. Да…Да… Ссоры, выяснения, кто прав, а кто нет, – потом, все потом, потому что сейчас неважно. Ничто неважно, кроме этих рук, этих губ, этих томительно сладостных прикосновений… Я даже не поняла, как оказалась на диване, в какой-то момент краем сознания отметив, что мой невероятно сложный наряд, который на меня натягивали и зашнуровывали добрых полчаса, под ловкими пальцами мужа рассыпался, слетая, будто осенняя листва от дуновения ветра.

И это было хорошо, чудесно, потому что теперь, когда я была обнажена и особенно уязвима, я еще ярче, острее чувствовала его руки на своей коже, его умопомрачительно приятные поцелуи… Я даже не заметила, как с моего мужчины исчезла одежда. Сам ли он ее снял, или это была какая-то магия. Я лишь с наслаждением прижималась к нему, ощущая всем своим телом его жар, с восторгом вплетала пальцы в его волосы, чувствуя их шелковую тяжесть, гладила широкую спину, обмирая от удовольствия. Поцелуи стали глубокими, жесткими, почти болезненными, казалось, еще чуть-чуть – и я не выдержу этой сладкой муки.

Он приподнял меня за бедра ладонями и хрипло шепнул на ухо:

– Сначала это может быть несколько неприятно. Но потом вам понравится. Обещаю.

43

Он оказался неправ: неприятно не было. Было горячо и сладко. И близко – так близко, будто уже нет ни меня, ни его, есть только мы – одно целое. Я чувствовала, как он проникает в меня – и растворялась в нем, плавилась в его руках, хрипло вскрикивая с каждым движением. Невыносимое, невозможное счастье – чувствовать так ярко. Казалось, меня крутило сияющим вихрем, поднимало все выше и выше, дальше – к вершине, к острому, почти болезненному удовольствию, к счастью до слез…

– Вы плачете? Я все-таки сделал вам больно? – потянул меня из блаженной неги в реальность голос мужа.

Удивительно. Он не был так обеспокоен, даже когда нашел нас в некромантском лесу. Некромантский лес… А что если бы нас тогда убили? Я бы даже не узнала, что бывает так  хорошо… Мысль вяло скользнула и исчезла. Потому что думать об этом было лень. Вообще думать было лень… Не лень, пожалуй, только целоваться, вдыхая одуряюще вкусных запах. Запах моего мужчины…

– Нет, мне не было больно, – я снова потянулась к его губам.

Да-да, целоваться лучше, чем думать. Или говорить. Теперь в этом не оставалось никаких сомнений. А еще – гладить горячее тело, плечи, спину, крепкую грудь – все, что попадется под руку. Чувствовать, как нравятся ему мои неумелые ласки, слышать, как изменяется ритм его дыхания, как оно становится хриплым, как…

– Определенно нет, – сказал он, когда мы ненадолго разорвали поцелуй, чтобы сделать по глотку воздуха.

А через мгновение я почувствовала на себе приятную тяжесть его тела, и восхитительный вихрь закружил нас снова.

***

Я несколько раз проверила перед зеркалом, хорошо ли зашнурован корсет, не торчат ли волосы, прежде чем выйти из кабинета своего теперь уже настоящего, законного мужа. Этот негодяй лишь посмеивался и норовил снова растрепать мне прическу. Он-то как раз не собирался приводить себя в приличный вид, так и ходил с голым торсом в одних штанах.

– Вы совершенно не бережете мою репутацию, – чопорно сказала я, стараясь поменьше смотреть в его сторону. А то не ровен час опять целоваться полезу.

– А вы совершенно не заботитесь о моей.

Я не сразу поняла, что он имел в виду, а когда поняла – хлопнула его перчаткой по плечу.

– Ах, вот вы как! – вкрадчиво промурлыкал мой муж.

Знакомые интонации… Ну уж нет! Я метнулась к двери. Потому что отлично понимала, что произойдет дальше – он схватит меня в охапку, утащит на диван, и одежда окажется сброшенной, а я… А я снова буду на седьмом небе от счастья. Не то чтобы это плохо… Нет, даже наоборот. И все же… Нельзя, чтобы было настолько хорошо! Это как-то чересчур.

Мне нужна была небольшая пауза – остаться одной и разобраться: что только что произошло и как мне ко всему этому относиться.

К счастью, дверь на этот раз поддалась. Я шла по коридору, напевая себе под нос. Почему-то настроение было преотличнейшее. В принципе семейная жизнь – не такая уже плохая штука. Конечно, здешняя манера передвигаться мне не очень нравится, особенно когда тащат в лапах, но все остальное в целом ничего.

Никогда  не замечала, какие тут красивые коридоры. И почему мне казалось, что они мрачные и темные? Нет, скорее величественные, таинственные… Старинные.

И служанки вежливые, вон как приседают.

И места тут великолепные.

Кухня отличная, квартирка большая со всеми удобствами.

Муж… Про мужа трудно сказать что-то определенное. Одно я знала точно: он мне нравится. Иногда он ужасно раздражает, но даже когда раздражает, все равно нравится. Вот такой вот странный парадокс.

А еще драконыш, который не даст заскучать, и с которым мы подружились…

Ой… Легок на помине. Мальчишка вырос передо мной посреди коридора, но смотрел хмуро и совсем недружелюбно.

– Значит, вы спелись, сговорились против меня.

Выглядел он не очень: невыспавшийся, с ног до головы испачканный какой-то сажей, всклокоченный.

– Что значит – спелись? – я непонимающе уставилась на него.

В ответ же получила презрительный взгляд, из числа тех, о которых говорят, что они могут убивать.

– Еще скажи, что ты не знала, что мох – это никакой не златолист. А самый обычный мох!

Черт, как неловко-то вышло! Не признайся мне король, что обманул сына, я могла бы сейчас честно сказать, что не имею понятия, о чем он говорит.

– Я выяснила это лишь сейчас… – пристыженно пробормотала я. – А раньше не знала.

– И что, шла рассказать мне? – недоверчиво фыркнул драконыш, буквально сверля меня взглядом.

Соврать, глядя в эти глаза, было невозможно, и я честно призналась:

– Нет, шла в свои апартаменты.

– Ну и иди, – гневно выкрикнул мальчишка. – Ненавижу вас обоих.

Он развернулся и побежал по коридору, громко топая ботинками.

– Эй, постой!

А вот сейчас было бы очень кстати обратиться к нему по имени. Но имен мы здесь не знаем! Не кричать же мне на весь коридор: «Ваше высочество!».

– Ну стой же, я все объясню!

Как же. Так он и остановился. Мне уже следовало привыкнуть, что мужчины в этом семействе, если надумали бежать, то бегут не останавливаясь. Драконыш куда-то свернул и пропал из виду. Что-то мне подсказывало, что дурацкая история со мхом может закончиться очередным побегом. И на этот раз нас ждут настоящие неприятности.

Я развернулась и пошла обратно к королю.

44

Когда я влетела в королевский кабинет, от былого благодушия и умиротворенности не осталось и следа.

Король уже выглядел куда приличней. Не при полном параде, но рубашку он все-таки надел и теперь задумчиво поправлял манжеты.

– Я знал, что вы вернетесь, – кивнул король, но я была готова поклясться, что в его глазах мелькнуло веселье. Он со вздохом потянулся к пуговицам. – Но, честно говоря, не предполагал, что так быстро.

Нет, ну это уже ни в какие ворота! Он и вправду думает, что я вернулась за новой порцией супружеского секса? Вот так – спустя четверть часа? Безобразие, у него тут семья рушится, а он о всяких глупостях думает!

Я сердито нахмурилась.

По губам короля скользнула медленная теплая улыбка, и у меня мгновенно перехватило дыхание, а в животе возбудилась целая стайка бабочек. Черт! Не думать о губах. Надо сделать где-то зарубку: только не думать о губах, и даже не смотреть на них. И на скулы не смотреть. И на подбородок. И на шею… Стоп, на диван тоже не стоит, от этого и вовсе в жар бросает и колени подкашиваются. Лучше смотреть на что-нибудь менее отвлекающее. Например, на письменный стол.

– Нам надо поговорить серьезно.

Король нахмурился. Похоже, серьезные разговоры моему мужу не нравятся.

Ничего, потерпит! Семейная жизнь – это не только любовные утехи, от которых напрочь сносит крышу, а по телу одна за другой прокатываются волны невероятного удовольствия и хочется продолжать и продолжать… Хм… в общем, не только это!

– Ваш сын на меня обиделся, и убежал! И не хочет со мной разговаривать. Он думает, что мы с вами нарочно с этим дурацким мхом его обманули. То есть думает, что я тоже нарочно.

– Вы хотите, чтобы я его наказал? – мигом «разобрался» в ситуации великий педагог.

Я застонала от бессилия.

– Нет, я хочу, чтобы вы его наконец услышали, и поняли, что с ним происходит! И как ему тяжело! И еще…

– А кто вам сказал, что я не понимаю? – перебил он.

Я уставилась на супруга во все глаза, мигом забыв про все свои зарубки: что значит – понимает?

– В отличие от вас мне все это знакомо. Или вы думаете, что мое детство прошло на курортах фейских островов? Так вот нет! И, поверьте, по сравнению с тем, как мне доставалось от отца, мох еще ерунда.

Ерунда?! Ничего себе ерунда, если ребенок считает, что его предали. Что ж там за папаша был у моего мужа, если ему еще больше доставалось? Перед глазами невольно возник маленький мальчик, похожий на драконыша. Одинокий и беззащитный, которому даже плакать нельзя, потому что дракон. Мужчина. Будущий король… В глазах защипало, но я упрямо продолжила:

– И что? Поэтому вы теперь на нем зло вымещаете? Разве он виноват, что вам от отца доставалось?

Король помрачнел. Кажется, я задела какую-то действительно болезненную струнку.

– Я не вымещаю зло, – ровно выговорил он, чеканя каждое слово, словно вбивал мне их в голову одно за другим. – Я просто делаю все, чтобы воспитать достойного правителя. Не мальчишку, который думает только о шалостях, а короля, который будет нести ответственность за всю страну.

От его тона и от всего его сурового и непреклонного вида  я струхнула. Ужасно захотелось забиться куда-нибудь в угол, не дожидаясь, пока ставший вдруг чужим и незнакомым супруг обратится в страшную здоровенную зверюгу и испепелит меня огнем.

Да только драконышу, забившись в угол, я ничем не помогу.

– Если только и делать, что нести ответственность и вообще никогда не дурачиться, то и рехнуться можно. То-то пользы будет королевству от сумасшедшего правителя, – тем же тоном ответила я. – И вообще, если вы сами – ходячий свод правил и указов, это не значит, что он должен быть таким же! Он личность!

Договорив, я едва удержалась, чтоб не зажмуриться, ожидая драконьего гнева. Но ничего такого не последовало. Король сделал неуловимый жест рукой, и спустя минуту на пороге появилась Ирада, будто сидела под дверью в надежде что ее позовут. Увидев меня в кабинете, она побледнела. Явно подумала, что я сдала ее непосредственному начальству. Что ж, пусть понервничает, если не доверяет своей королеве.

– Приведите сюда принца, – строго велел король. – А если будет сопротивляться, притащите.

Я обессиленно опустилась на диван. Да уж помогла драконышу, ничего не скажешь. Теперь король в ярости, и мальчишку явно ждет суровое наказание. А все из-за того, что я решила, будто наша близость с королем что-то изменила, и теперь я могу лезть в их драконьи дела. Уж лучше бы молчала! Тогда был бы шанс, что они сами разберутся, все-таки не один год друг друга знают, да и не чужие друг другу.

Но, еще немного поразмыслив, я поняла, что промолчать в любом случае не смогла бы. Потому что невозможно не вступиться, когда обижают того, кого любишь. А мелкий вредный драконыш умудрился каким-то непостижимым образом незаметно пробраться в мое сердце, да там и обосновался.

45

Больше всего я боялась, что Ирада сейчас вернется одна и доложит: наследник снова умотал в неизвестном направлении. Но нет, прошло совсем немного времени, и мальчишка появился на пороге кабинета. Очень хмурый, очень недовольный, но все-таки появился. Обязательно надо будет спросить ее, как она это делает. В конце концов, кое-что она мне все-таки задолжала. Вот пусть и расплачивается информацией.

– Как там твои опыты с малоизвестными магическими растениями? – хмуро поинтересовался король.

– А что, сам не знаешь как? – буркнул драконыш.

Король удовлетворенно кивнул. Так бы и стукнула!

– И какой урок ты из этого вынес?

– Понял, что королевскому слову верить нельзя, разумеется! – с вызовом ответил драконыш, и я поежилась.

Почему-то мне кажется, что тут запросто можно ожидать явления не одной, а двух свирепых зверюг, плюющихся огнем. Маленькая семейная ссора… Хотя, что это я! Если бы наследник мог обращаться в дракона, ничего этого бы не было.

– Неправильный вывод, – спокойно сказал отец, – а правильный вывод: прежде чем рисковать своей головой и нестись грабить соседей, изучи все источники и выясни, как выглядит то, что хочешь украсть.

– Думаешь, я не пытался! – с обидой выкрикнул драконыш. Казалось, еще минута, и он расплачется. – Нет там нормальных иллюстраций. Нигде. Я всю библиотеку перерыл. Описание есть – необыкновенного вида растение, и больше ничего.

– Плохо искал, – сказал дракон.

И в следующую минуту достал из кармана горсть листьев. Мы с драконышем с любопытством уставились на светло-зеленую помятую кучку.

– Это… – глаза мальчишки удивленно раскрылись, а брови поползли вверх.

– Златолист, – подтвердил его отец.

Надо же… И что в нем такого уж необыкновенного? Папоротник и папоротник. У нас такого полно.

Драконыш, видимо, был того же мнения. Он недоверчиво прищурился:

– Что-то листья у него не золотые.

– Конечно, не золотые. Где ты вообще видел золотые листья? А назвали его так, потому что маг обнаружил эту траву осенью, когда она уже изрядно пожухла. А от утреннего солнца казалась и вовсе золотой.

– А где ты ее взял? – едва дыша драконыш зачарованно смотрел на заветные листья.

Я, кажется, уже знала ответ.

– Сорвал, пока вы бродили по заповеднику, решая, заповедник это или нет, – хмуро сказал король. – Не мог же я подумать, что вы вместо того, чтобы блуждать себе между деревьев, устроите драку со стражниками.

– Спасибо, отец, – драконыш осторожно взял листья, постоял, словно бы решаясь на что-то, а потом порывисто обнял короля.

– Ну-ну, ступай. – Похоже, к проявлениям нежности со стороны отпрыска тот не был готов. – Только не разрушь дворец, пока будешь зелье готовить.

– Конечно!.. Спасибо! – радостно бормотал драконыш, топая к двери и разглядывая сокровище, что оказалось у него в руках. – Да я уже…

Вот именно, что «уже». Если учесть, как в лаборатории все бабахало и дымилось от обычного мха, то что будет от златолиста? Руины замка? На пороге мальчишка остановился и обернулся ко мне.

– Извини, я погорячился, – мрачно вздохнул он и, заалев ушами, смущенно выпалил: – Ты на самом деле классная, и помогаешь, и вообще…

– Да иди уже, – усмехнулась я, видя, как ему не терпится удрать в алхимическое логово к ужасным опытам и наконец-то приготовить магический отвар.

Драконыш просиял и выскочил вон.

Дверь хлопнула, и мы с королем остались наедине. Повисла неловкая пауза. Значит, явившись в страну некромантов, король, отлично зная своего отпрыска и будучи уверенным, что тот не успокоится, сначала прокрался на охраняемую территорию, рискуя своей королевской головой, нарвал цветочков, вернее, листиков, и только потом пошел к нам. Мы же за это время успели наловить неприятностей.

Нет, не то чтобы я хотела извиниться или решила, что была неправа. Я была совершенно права. Король излишне строг с сыном, и шутка про мох была жестокой. Впрочем, куда менее жестокой, чем казалось поначалу, когда я не знала, что листья все-таки добыты.

– Хорошо, – нарушила я тишину, – признаю, вы не самый плохой отец в мире.

– Неужели? – холодно поинтересовался король.

Я вздохнула. Кажется, хранительница очага и ответственная за мир в семье из меня получается не очень. Вроде бы и отец с сыном примирились, и мелкий нахаленок передо мной извинился, но теперь супруг на меня гневается. Да что же такое, а?! Как я от этого устала.

– Я пойду к себе, – сил на выяснение отношений уже не было.

Король сел за стол и придвинул к себе бумаги.

– Я приду к вам позже. А пока мне нужно поработать, – сказал он, и глаза его знакомо блеснули.

Вот негодяй!

«Возьму и запрусь, – думала я в сердцах, – не зря же ставила на дверь задвижку!»

Но в душе я понимала, что вряд ли ею воспользуюсь. И, кстати, что он там говорил о курорте? Фейские острова? Эта фигура речи меня очень заинтересовала. Надо выяснить, эти самые курорты – местный фольклор вроде наших райских кущ и седьмых небес, или реально существующее место, куда со временем можно будет поехать отдыхать, поваляться в целебных источниках, сходить в фейское СПА, если оно, конечно, существует не только в моем воспаленном воображении…

46

Тем вечером задвижку я не закрыла. И следующим не закрыла тоже. Понятия не имею, зачем вообще я присобачила ее на свою дверь, когда существует такое важное условие брачного договора, как супружеский долг.

Я отдавала свой долг королю, он отдавал мне, и это было настолько упоительное занятие, что я вообще готова была отправиться в супружескую долговую яму. И не вылезать из нее. Или вступить в супружескую ипотеку под самые грабительские проценты! Кстати, мой муж оказался настоящим ростовщиком по части процентов. Где он только их с меня не получал… Так что теперь, если бы мне пришлось искать, куда посмотреть, чтобы не отвлекаться на неприличные воспоминания, проще было бы зажмуриться. Или выйти в коридор, поскольку только там мы… Ой… Нет, коридор тоже отпадает.

В общем, обменявшись долгами, мы расставались под утро. Муж шел заниматься своими государственными делами, я немного спала. Совсем немного, потому что нельзя же было и вовсе не спать. У меня и так под глазами залегли синяки от бессонных ночей, отчего лицо Ирады приобрело замечательно скорбное и кислое выражение. Видимо, она беспокоилась о моем здоровье.

Так сильно беспокоилась, что пару раз я застукала ее под дверью королевского кабинета, где мы на диване обсуждали некие срочные вопросы. Чтобы она понапрасну не изводила себя, я оба раза тут же отправила ее отнести обед драконышу прямо в алхимическое логово.

После этого я видела ее редко, она явно старалась не попадаться мне на глаза. И тут ее можно было понять. Я сама не рисковала заходить в лабораторию, помня свой предыдущий печальный опыт. Да никто не рисковал, кроме драконыша.  Тот вообще был рад не пить, не есть и не спать, и вообще не покидать жуткое место, где все гремело и стреляло, и откуда периодически вырывались клубы разноцветного дыма. Поэтому приходилось несколько раз в день принудительно извлекать его из лаборатории, чтобы или уложить спать или покормить. Драконыш сметал все из тарелки, не особо обращая внимание на содержимое и задумчиво чертя пальцем на столе какие-то формулы.

Я даже не удивилась тому, что с редкими листьями, доставшимися такой высокой ценой, мальчишку оставили сражаться одного. Тут, похоже, иначе не умеют.

Интересно, когда бедного ребенка учили плавать, его просто бросили с обрыва в реку?

***

В конце концов магическое зелье было состряпано.

Гордый драконыш продемонстрировал его нам не где-нибудь, а в том самом огромном тронном зале, куда я явилась в свой самый первый день. Надо сказать, теперь, без полуобнаженных гурий, как в мой первый визит сюда, и без огромной толпы народа, как во второй, это место нравилось мне куда больше.

Просторный каменный зал со стрельчатыми окнами и арками, ажурными массивными колоннами и гигантским камином был залит светом тысяч свечей: в настенных кованых  канделябрах, массивных витых жирандолях, в громадных люстрах, свисающих с высокого сводчатого потолка.  Вдоль стен, одна из которых была сплошь увешана разнообразным оружием, стояли длинные ряды стульев с рельефной резьбой, и что приятно – пустые. Только мы с королем в самой парадной одежде восседали на тронах .

Наследник престола – слегка отощавший и бледный, но счастливый до невозможности – победно вышагивал через зал, неся перед собой кубок, в котором плескалось нечто противного бурого цвета. Надеюсь, на вкус оно лучше, чем на вид. Надежды, увы, не оправдались. Когда драконыш приблизился, и на меня ощутимо пахнуло болотом. Опять болото? Черт! Ладно мох, но это же был златолист! А воняет, как мох. Или наш папа опять пошутил?!

Я недоверчиво покосилась на магический напиток. Что-то, мне кажется, даже магии расхотелось. Кто знает, из чего оно выросло. Травка травке рознь. Некоторая вон на кладбищах растет. А эта, может, неспроста только у некромантов и осталась. К тому же неизвестно, что за рецепт драконыш в книжке вычитал. Может, там между строк вообще одни опечатки… Никто ж не проверял… Вдруг из этого самого златолиста, если его как-то неправильно приготовить, яд получается? Или, например, обычным людям его категорически нельзя внутрь принимать, только снаружи? А я проглочу и… пойду потом по коридорам народ пугать. Как те, из подвала.

Я умоляюще посмотрела на короля и прочитала у него на лице все. Его явно веселила моя растерянность, а взгляд словно говорил: ну-ну, вот теперь мы и посмотрим, кто тут прекрасный педагог. Кто жизни своей не пожалеет, только бы ребенок поверил в себя.

Впрочем, драконышу, кажется, наши переглядывания были совершенно безразличны. Он, сияя как начищенный самовар, остановился перед королем и  протянул ему кубок. Интересно, а ему-то зачем? Уж у кого, у кого, а у нашего правителя магии хватает. Его всякие каменные истуканы не грабили, и родился он в приличном месте, где магию выдают.

Но король пить зелье не стал, лишь с видом опытного сомелье покрутил кубок в руках, принюхался, поднял бровь и сказал:

– Не ядовито, но о целебных свойствах сказать ничего не могу. Это зелье уже несколько столетий никто не делал, так что…

Он картинно развел руками, в одной из которых как раз и был кубок с зельем. Посудина качнулась, едва не выплеснув часть. Мальчишка ахнул, провожая взглядом бесценную ношу, и тут же выхватил кубок.

– Ничего, сейчас сам проверю, – буркнул он.

Смело сделал несколько глотков и поморщился. Я поморщилась следом за ним. Мне же эту пакость тоже пить придется.

Драконыш передал кубок отцу и какое-то время стоял неподвижно, будто бы прислушиваясь к тому, что сейчас с ним происходило. Я настороженно замерла, ожидая каких-то магических спецэффектов. Например, золотой дымки или ореола. Или сияния вокруг головы, вроде как зарождающейся магии… Ничего такого не происходило. Вообще ничего не происходило.

– Ну как? – тихо спросила я. – Или еще не подействовало? Сколько вообще нужно ждать?

Драконыш неуверенно пожал плечами. Наверное, таких деталей о своем зелье он и сам не знал. Еще немного постояв, он сделал шаг назад, крутанулся на одной ноге – и вот уже посреди тронного зала перебирает когтистыми лапами самый настоящий маленький дракон. Огнем, впрочем, не полыхает. Видно, тут мебель не огнеупорная, а может, просто еще не до конца освоился.

– Неплохо, – кивнул король. Он явно был в отличном настроении. – Дракон из тебя получился, а что с магией?

Из зеленого ящера вновь вылупился мальчишка. Теперь он улыбался еще шире и еще довольнее, хотя представить такое было трудно.

– Сейчас узнаем, что!

Он метнулся к одной из стен, где в рядок висело оружие. Недолго думая, схватил меч чуть ли не больше себя ростом. Я едва удержалась от предостерегающего возгласа. Да он же эту штуку не поднимет! А если поднимет – уронит себе на ноги. И точно покалечится!

Я была не права. Стоило мальчишке коснуться здоровой железяки, как она заискрилась, покорно ложась ему в ладонь, и он с легкостью поднял ее над головой.

– Ничего себе! – только и смогла сказать я.

– Самый обычный магический дар, – пожал плечами король. – Бывают и посильнее, но в принципе неплохо, есть с чем работать…

Он говорил спокойно и слегка отстраненно, но на его лице явно читалась гордость за сына.

Что ж, кажется, у этой истории с каменюкой получился вполне счастливый финал. Почти счастливый. Я бы, пожалуй, предпочла, чтобы король гордился сыном не только тогда, когда тот оборачивается драконом или словно веточкой размахивает здоровенным мечом, а всегда, просто потому, что его сын отличный парень. Да и вообще просто его сын. Но об этом мы еще поговорим, время будет.

Драконыш повесил меч на место и степенно подошел ближе.

– Ступай, – строго сказал король. – Скоро занятия по боевым искусствам.

Драконыш кивнул и послушно развернулся к дверям. Как? И ничего не будет? Ни «Молодец», ни «Сын, ты сделал это!», ни «Отлично, ты умница»?

– Постой! – не выдержала я.

Мальчишка затормозил, его отец повернулся, и две пары темных глаз удивленно уставились на меня. Две пары до одури похожих глаз, большие и маленькие. Суровые мужчины. Драконы. Мои мужчины! Мои драконы! И откуда они только взялись на мою голову. Какое же счастье, что они взялись на мою голову! Нет, пусть они тут воспитывают и воспитываются как хотят, а я сделаю то, что хочу я.  Чего просто не могу не сделать. А что, я женщина, мне все можно.

Я соскочила с трона, и подбежав к драконышу изо всех сил стиснула его в объятиях.

– Это было круто! Ты молодец, – шепнула я. Он завозился, боднул в плечо, бормоча что-то про девчачьи нежности. Господи, какой же он худенький, все ребра наперечет, и сердце колотится как у воробья. Совсем ребенок… – Просто супердракон! Ты меня спас этим зельем, честно-честно. Спасибо…

Ну, здесь я, конечно, покривила душой. Неизвестно еще, что вырастет или отвалится у меня после жуткого пойла. Но он старался. Даже к каменюке из-за меня ходил. И ни разу не упрекнул, что магии тоже из-за меня лишился. И папу своего на мне женил, а то бы я так и не узнала, что можно быть такой потрясающе, неприлично счастливой…

Драконыш наконец высвободился.

– Чуть не задушила, – хмуро буркнул он. Для сердитого тона у него был подозрительно довольный вид. Даже щеки порозовели. – Ты тут пей, а мне некогда. Я побежал…

Деловой какой, а?

– И куда же ты собрался? – спросила я.

– На занятия по боевым искусствам. Я знаешь, сколько уже пропустил! – он посмотрел на меня сияющим взглядом.

Я кивнула, мальчишка сорвался с места и совсем несолидно, вприпрыжку, вылетел за дверь. Да уж, ему явно не терпелось воспользоваться вновь обретенными способностями. Надеюсь, он хотя бы не разрушит замок. Ну, или разрушит не полностью.

Я настороженно повернулась к королю, ожидая увидеть свирепое лицо в стиле «не-вмешивайтесь-в-воспитание», и уже приготовилась защищаться, но… Он едва заметно улыбался, и эта улыбка была такая мягкая и теплая, что у меня моментально перехватило дыхание. Я судорожно сглотнула и даже поморгала. Подобными улыбками кому попало не улыбаются… Я точно вижу то, что вижу? В глазах несносного мужа мелькнуло веселье.

– Не изволите ли отведать? – он слегка покачал кубком, отчего бурая пакость внутри вспенилась и взметнула в воздух порцию затхлой болотной вони.

Мамочки… Я должна это пить?! А вдруг оно прожжет меня насквозь? Может, у драконыша желудок из космического сплава, которому и аккумуляторная жидкость нипочем. Страшно-то как…

– Вы уверены? – робко проговорила я.

– Абсолютно, – сказал король. – Вы же сами видели. У него получилось отличное зелье.

Отличное зелье. Конечно, не ему же это пить. Сатрап, а не муж! Я с опаской протянула руки к кубку, будто бы тот мог меня укусить, ухватила покрепче, поднесла к губам. В нос ударил жуткий запах. Я задержала дыхание и зажмурилась, чтобы не нюхать и не видеть, что пью,  сделала несколько глотков залпом.

47

Хм, а не так уж и плохо. Зелье точно не было горьким. Нет, конечно, невкусно, но когда в детстве меня лечили от простуды народными средствами, случалось пить вещи и похуже.

Я передала кубок королю и подобно мелкому драконышу тоже замерла, прислушиваясь к себе. Только вот ровным счетом ничего не почувствовала. Разве что в животе заурчало.

– Ну и…? – испуганно спросила я у короля. – Теперь я тоже должна обратиться в дракониху?

Он рассмеялся:

– Нет, драконом нужно родиться. А вот обретение магии – штука куда более простая.

Я покрутила руками, потопталась на месте, размяла руки, ноги и вопросительно уставилась на короля.

– И как это должно быть?

– Не знаю, – сказал он. – Сейчас почувствуете.

Но я ничего не чувствовала.

– Не знаю, что-то как-то…

Нет. Я знала точно. Ничего не изменилось. Я не стала всемогущей магичкой. Я осталась точно такой же, как и раньше.

– Ладно, – махнул рукой король. – Может быть, не сразу почувствуете, может быть, время нужно. У вас этой магии раньше не было. Да и вообще… Никому неизвестно точно, как зелье работает…

– Оно не работает. Для меня не работает, – сказала я то, что должна была сказать.

Откровенно говоря, я ожидала, что король начнет говорить что-то обнадеживающее. Но нет. Он сказал лишь:

– Ну что ж поделать… Пойдемте обедать…

Мне даже смотреть на него не нужно было, чтоб понять: у моего мужа явно испортилось настроение. Это почему же? Из-за моей магической неудачи?

Догадка мне совсем не понравилась.

– Нет, знаете, что-то я себя плохо чувствую. Вот и в животе что-то урчит…

– Да? – встрепенулся король. – Так может быть, это и есть действие магии. Запоздалое…

В сердце словно вонзили нож.

– Надеюсь, – сказала я, с трудом сдерживая слезы и растягивая губы в улыбке. – Мне и правда надо отдохнуть.

Я выскользнула из залы и отправилась в свои апартаменты. Вбежав в комнату, захлопнула дверь и упала на кровать. Вот и все. Мы с драконышем не подумали об одной простой вещи. Все эти травки и магические заклинания действуют. Но только на тех, кто родился здесь. А на всяких там иномирянок, которых сюда неизвестно зачем притащили, не действуют.

Мне наплевать на всю магию вместе взятую. Но моему мужу, оказывается вовсе не наплевать. Ужасно больно при одном воспоминании, как сильно он расстроился. Или разочаровался?

Глаза жгло, словно в них песка насыпали, горло сводило спазмом, но заплакать не удавалось. Никак. И от этого было еще хуже.

– Вам что-нибудь нужно? – раздалось от порога.

Я вздрогнула. Ирада. Бродит, как привидение. И давно она тут стоит?

– Нужно.

– Что? – она оживилась. – Может, пообедать изволите, может, прогуляться, а может, портниху позвать?

Ее тон ничего хорошего не предвещал. Раньше она не лебезила. А теперь говорила со мной так, будто я смертельно больна.

– Скажи честно, на меня не подействовало? У меня по-прежнему нет магии? И не будет?

– Ну, об этом еще рано говорить… Прошло так мало времени… Зелье не изучено.

Я жестом заставила ее замолчать.

– Правду говори.

Она вздохнула и призналась:

– Нет магии. Но надежду терять не стоит. Может быть, чуть позже…

– Спасибо, Ирада, я ценю твою поддержку. Ступай, мне нужно побыть одной.

Все стало ясно в один миг. Король, который, видимо, за годы правления научился легко скрывать свои чувства, не смог скрыть их один раз. Когда выяснилось, что даже после порции волшебного зелья приличной магички из меня не получилось, – эта картинка наложилась на несколько других.

Вот самый первый день, когда мелкий драконыш вынудил нас пожениться, разгневанный король сказал: «Королева без магии – катастрофа».

А вот драконыш, которому удалось всех обмануть и улизнуть к некромантам. То же самое удалось и мне, хотя, казалось бы, за мной должны были присматривать. И король-дракон летит в страну, где ему и появляться-то нельзя, рискуя всем, чтобы нас спасти. Ах, как благородно! Да только перед этим, рискуя еще больше, он все-таки нарвал златолиста, хотя сам о воровстве отзывался очень плохо.

И пусть он мне сказал, что магия – не главное, по всему выходит, что очень даже главное.

А королева без магии – действительно катастрофа. Настолько катастрофа, что никакие любови и супружеские долги не залатают. Он был готов рискнуть всем. Рискнул – и все-таки проиграл.

Дверь открылась, и теперь на пороге появился мой муж.

– Не стоит вам сидеть тут одной, – мягко сказал он. – Составьте мне компанию на прогулке.

– Нет, не хочу гулять. К тому же Ирада обещала научить меня управлять летательной повозкой.

Король удивленно вскинул бровь:

– Вы разве их не боитесь?

Я улыбнулась:

– Мне кажется, очень многие из моих страхов остались позади, почему бы не оставить там и этот?

48

Не такая уж и сложная наука – управлять этой летающей повозкой, как выяснилось. Прошло не более часа, а я довольно уверенно болталась в небе и даже не вскрикивала на каждом повороте. Если не смотреть вниз, летать, пожалуй, даже приятно. Особенно если тебя не тащат в неизвестном направлении, а ты сама посылаешь повозку туда, куда тебе нужно.

А еще —чувство победы. Все-таки, если чего-то очень хочется, я умею этого добиться!

– Уже неплохо, – похвалила Ирада. – И все-таки, зачем вам уметь летать на повозке?

В ее маленьких прищуренных глазках явно читались смутные сомнения.

Только этого еще не хватало! Ирада не должна ничего заподозрить. Пусть я и умолчала о ее роли в моем путешествии к некромантам, ждать от нее ответной любезности было уж точно неразумно. Она – подданная своего короля, так что в случае чего пойдет и нажалуется моему мужу, и совесть ее мучить не будет.

А у него и так хватает неприятностей. Он тут, между прочим, главное посмешище из-за некондиционной королевы. Так что мое внезапное увлечение уроками вождения следовало обставить как можно более невинно.

– Просто, раз уж я здесь живу, надо осваиваться… Надоело быть не от мира сего.

Спорное утверждение. Если бы кто-то мне сказал что-нибудь подобное, я бы посоветовала не транспорт изучать, а историю, уроки этикета или еще что-нибудь полезное для королевы.

Больше меня Ирада не спрашивала. То ли мой ответ ее удовлетворил, то ли просто не рискнула.

Она еще несколько раз заставила меня приземлиться и взлететь, проверила, хорошо ли я научилась пользоваться картой. Кстати, очень удобная штука. Что-то вроде нашего навигатора. Заказываешь нужную местность, и повозка тебя туда тащит, не особенно-то давая свернуть в сторону. Нет, конечно, если захочешь, можешь и свернуть. Птичку там облететь или что-то в этом роде. Но после любого виража карта быстро вернет тебя на правильный путь.

В общем, в полетах и правда не было ничего сложного.

Сложным было другое: ускользнуть из-под надзора Ирады, взять эту самую повозку, выставить на навигаторе «драконий камень». А потом лететь, изо всех сил вцепившись в рычаг управления и шепча под нос: «Божечки-божечки, только бы не рухнуть с этой высоты!»

Когда я приземлилась в скалистой местности, страха перед замкнутыми пространствами почти не осталось. Видимо, свою способность бояться я израсходовала, пока болталась между небом и землей.

Никаких драконоборцев у входа в пещеру не было. То ли драконыш навсегда отбил у них охоту тут караулить, то ли просто ушли по каким-нибудь своим драконоборческим делам. В любом случае, я не дракон, и вряд ли бы их заинтересовала.

Я поймала себя на том, что уже хороших четверть часа стою у входа в пещеру, смотрю по сторонам, размышляя о драконоборцах и прочей ерунде. И никуда не иду. Ого! Да кто-то у нас уже совсем не боится низких потолков? Хватит медлить, не для того я сюда летела, рискуя жизнью и душевным здоровьем!

Я достала из кармана клубок, тот самый, что дал мне драконыш. Мячик-путеводитель вряд ли поможет мне найти дорогу к каменюке, но он хотя бы светится в темноте. А никакой другой замены фонарика я во дворце не нашла, увы.

Воспоминание о мальчишке отозвалось в сердце теплом и ноющей болью. Все-таки следовало с ним попрощаться. Не сбегать – вот так. С другой стороны, он тоже запросто мог поделиться информацией с отцом. А подобное в мои планы никак не входило.

Вперед!

Я сделала шаг в пещеру. Навалилась темнота, по ногам потянуло прохладой и сыростью. Совсем как тогда, в первый раз. Только сейчас некому прижать меня изо всех сил к шершавой стене пещеры горячим телом. И успокаивать упоительными поцелуями тоже некому. Тепло теперь только щекам. От слез. Так, не раскисаем, топаем!

Клубок тускло светился, выхватывая из темноты лишь малый кусочек пространства. Я шла медленно, мелкими шажочками, подолгу задерживалась у каждого поворота, пытаясь вспомнить, сюда ли мы шли, когда вместе с королем пытались выручить драконыша. Напрасно, конечно. В прошлый раз я просто бежала вместе с мужем, держась за сильную теплую руку, такую надежную, что было совсем не страшно, и мысли не возникало что-то там запоминать…

Зато теперь, одна, в темноте и непроницаемой тишине, я начала всерьез бояться. А что если пещера огромная? То, что мы так легко из нее вышли, вовсе ничего не значит. Просто король знал дорогу. А я…

Когда я уже была готова удариться в панику, впереди показалось тусклое свечение. Ага… Припоминаю. Драконий зал вовсе не был погружен в кромешную тьму. Там тоже что-то такое сияло. Я стала двигаться куда быстрее и вскоре оказалась возле широкого зала с огромной каменюкой посередине.

Решительно подошла к драконьему камню и застыла. А что дальше? Как с ним разговаривать? И вообще, станет ли он тратить время на не-драконов?

– Здравствуйте, – тихо пробормотала я, надеясь, что он меня услышит. Или лучше, чтобы не услышал?

Какое-то время в зале пещеры царила тишина. Затем раздалось гулкое буханье,  как будто кто-то откашливался. А потом камень со мной заговорил.

– Ты не дракон, – сообщил мне этот умник для начала.

Да ладно? Не может быть! Очень хотелось съязвить, сказать что-то вроде «спасибо, кэп». Но печальный опыт драконыша ясно демонстрировал: язвить этой штуковине – очень плохая идея.

– Не дракон, – согласилась я. – Жена дракона.

Он молчал, и я решила поскорее озвучить проблему. Пока меня не погнали отсюда как самозванку.

– Да только, боюсь, для дракона я неподходящая жена. У меня нет магии. Совершенно. Вот ни капельки. Абсолютно!

Кажется, я увлеклась. Впрочем… Он должен понимать масштаб трагедии!

Но, похоже, камень недостаточно проникся моей бедой.

– А раньше ты этого не знала? – сварливо спросил он.

– Раньше?

Его тон мне не понравился. Что он имеет в виду?

– До свадьбы магия была?

– Не было, – кисло ответила я, понимая, к чему он клонит.

– Тогда никто тебе и не виноват, – камень снова гулко забухал.

Правильный, в общем-то, вывод. Да только меня такой ответ совсем не устраивал. Не затем я сюда пришла, чтобы услышать: сама дура!

– Я хочу получить развод, – решила я не ходить вокруг да около, а сразу перейти к сути.

– Вот даже как, – хмыкнул камень. – Целый развод!

– Именно! – подтвердила я серьезность своих намерений.

– А что муж твой, нехорош? Неласков? Может, обеспечивает плохо?

Я только вздохнула. Хорош он. Так хорош, что мне и думать страшно, как же я без него буду.

– А как же попытаться наладить отношения, сохранить семью, идти друг другу навстречу, принимать друг друга такими, какие есть?

Достаточно! И без того тошно, а тут еще каменюка гадкая словно нарочно душу рвет!

– Королева без магии – это катастрофа, вот я и иду навстречу.

– Угу, – задумчиво ухнул он. Не камень, а филин какой-то.

Некоторое время он молчал, словно раздумывал. Я затаила дыхание, готовясь приводить все новые и новые доводы в пользу развода.

– Хорошо, – лениво проскрежетал камень. – Вы разведены.

– Серьезно? – ошеломленно протянула я и недоверчиво переспросила: – Разведены?

Я не могла поверить, что все так просто.

– А что я тебе шутки шутить буду?

Я много чего могла бы сказать насчет драконьего камня. Но вот про его чувство юмора не знала ничего. Так что почем мне знать, будет он шутить или не будет.

– Но… я слышала… Дают трехмесячный срок. Испытательный.

– А что тут испытывать, если катастрофа? Все, ваш брак с королем драконов официально расторгнут. Теперь довольна?

Наверное, довольна. Вернее, должна быть довольна. Но почему-то не получается… Совсем. Напротив, сердце будто перестало биться, а внутри тянуще заныла пустота. Но ведь не скажешь же каменюке, которая только что исполнила мою просьбу, что мне это не понравилось! Тут и за меньшее магии лишали.

Нет, конечно, магии у меня нет, и лишаться нечего, но кто его знает… Может, этот гад еще что-нибудь придумает. Голоса там лишит. Или волос. Его лучше не злить. Крайне вредное создание. Так что делиться своими истинными чувствами я не стала, а сказала то, что должна была:

– Довольна. Благодарю за помощь. Я… Я пойду?

– Иди… Кто тебя держит? – ответил он. – Ты теперь женщина свободная.

Он нарочно издевается?

Едва сдерживая слезы, я побрела по темным коридорам. Клубок куда-то подевался. Наверное, подлый каменюка сожрал мне назло. И так-то ничего в темноте видно не было, а теперь еще все расплывалось перед глазами.  И щекам стало горячо. Похоже, все-таки заревела. Сама не знаю как, но я выбралась из пещеры, уселась в повозку и, утерев мокрые щеки рукавом, нашла на карте следующий пункт назначения.

И это вовсе не был дворец. Что мне теперь делать во дворце? Итак, вперед. В Синеречье. В одном камень прав. Я теперь совершенно свободна.

49

– Никуда я тебя отправлять не буду, ишь чего удумала!

За то время, пока я не видела Коллису, симпатичнее и милее она не стала. И голос, кажется, звучал еще противнее.

Найти ее в Синеречье было нетрудно. Когда все местные жители разбежались в ужасе при виде моей летучей повозки, двое все-таки остались на месте. Исключительно потому, что были пьяны и не сразу ее заметили. А когда заметили, застыли как истуканы. И все-таки, невнятно мыча, подсказали мне дорогу. И даже проводили… взглядами, полными страха.

Ничего, на пользу пойдет. Меньше будут от жен по кустам прятаться. Глядишь,  и пить бросят.

Видимо, ко всему, что хоть как-то связано с драконами тут относятся с опаской. А может, попросту летучего транспорта так близко не видели.

Но это меня волновало мало. А вот отказ Коллисы – очень волновал. Откровенно говоря, на ее помощь я рассчитывала. Если она уже целую толпу моих соотечественниц домой отправила, то почему может и меня отправить. Чем я, спрашивается, хуже? И домой хочу ничуть не меньше.

Я стояла посреди деревенской избушки. В одном углу стол, с трех сторон окруженный лавками, в другом буфет с посудой, в простенке между окнами большое мутное зеркало. Вместо одной стены обширный печкин зад, с двух сторон от него цветастые занавески, скрывающие, видимо, спальню и маленькую кухню.

– Это почему же? Это ваша вина, что я здесь! Остальных-то вы отправили, вот и меня отправляйте! – не сдавалась я.

– Остальных я как отправляла? Из королевского дворца. По высочайшему повелению! Там мне его драконье величество уж так повелели, что пришлось расстараться. И магией высочайшей он мне подмогнул, чтобы, значится, вас, дармоедок, по домам разбросать, да на украшения-наряды казну не разбазаривать…

Надо же, хозяйственный какой! Из экономии он от моих бесполезных соотечественниц избавился!

– А с тобой мне чего возиться? – продолжала Коллиса. – От одного лишнего рта казне не убудет. Да и с королем вы вроде бы спелись. Отправлю тебя, а король разгневается, мне самой же и «прилетит». Да и силы магические у меня не те… Нет, дорогуша, не ушла вместе со всеми, значит, туточки и оставайся.

Вот этого я точно не могла допустить. Оставаться здесь, после того как вероломно сбежала из дворца, да еще и развод вытребовала? Я не сумасшедшая!

– Ну пожалуйста, – взмолилась я. – Мне очень, ну очень домой надо.

Совсем не хотелось умолять гадкую старуху, но выбора особенно-то и не было. Во всем этом месте только одна она могла мне помочь.

– Сказала же: нет! – отрезала Коллиса. – Ступай откуда пришла. И телегу свою с собой забери. У нас в селе люди простые, они такого не любят.

– Хорошо, – сказала я. – Я полечу во дворец и сама отпрошусь у короля домой. Но вы полетите со мной, чтобы, когда он разрешит, меня туда отправить.

Она попыталась возразить, но я ей не дала.

– А если откажетесь, я так королю и скажу! Он тогда за вами не эту штуку летающую, а живого дракона пришлет, как в тот раз. Будете опять в лапах болтаться всю дорогу.

Этот аргумент подействовал, и старуха заговорила уже куда более миролюбиво:

– Ладно, так и быть… Полечу с тобой. Только погоди, пока соберусь. Чай не куда-нибудь, а в самый дворец иду. Принарядиться надо.

Интересно, а мой полувыбритый предшественник тоже ждал, пока Коллиса «принарядится»? Или пригрозил сжечь тут все огнем, и она согласилась пойти как есть?

Хоть мне было и не до смеху, я все-таки нервно хихикнула.

Впрочем, надо сказать, собиралась Коллиса не так уж и долго. Скрылась в комнате и вернулась оттуда точно такая же, как уходила, только в новом цветастом платке и с мотком веревки.

«Ну да. Теперь уже совсем другое дело, теперь и во дворец можно», – хмыкнула я про себя, но вслух ничего говорить не стала. И весь путь до летательной повозки я пыталась понять, зачем старухе веревка. Отгадка оказалась простой и гениальной.  Усевшись в повозку, Коллиса намертво примоталась к ее бортам. Вот черт! Аналог ремня безопасности… И почему я до такого сама не додумалась?

Пока мы летели, старуха расслабленно нежилась в своем коконе, с любопытством озираясь и рассматривая окрестности с высоты птичьего полета, в то время как я судорожно цеплялась за бортики, стараясь смотреть куда угодно, только не вниз. Когда мы перелетели через горы, и впереди показался королевский дворец, она, блаженно жмурясь, сказала:

– Ну, на этой штуке летать куда лучше, чем с драконом.

Тут я с ней не могла не согласиться. Мне и самой этот способ передвижения нравился куда больше.

Приземляясь на царском дворе, я ошеломленно крутила головой по сторонам. Такого количества летательных аппаратов я здесь в жизни не видела. И какие! Яркие, украшенные золотом и камнями. Да и вообще царский дворец сегодня был похож на разворошенный пчелиный улей, битком набитый нарядно одетыми девицами. Сразу видно не какие-то там безродные иномирянки. Эти наверняка принадлежали к местной знати. А может, и к заграничной, слишком уж экзотическими были иные наряды.

– Осторожно, леди Амнезизия, вы зацепились платьем. Позвольте, я поправлю, – раздался откуда-то сзади знакомый голос.

50

Я медленно повернулась. Ирада. Вот предательница. Теперь она прыгает возле моей соперницы. И эта Амнезия – вовсе не тщедушная бабенка с редкими волосиками, а очень даже интересная дамочка с большими глазами и пухлыми губками, одетая так, что все выпуклости и вогнутости смотрятся весьма соблазнительно. Только взгляд у нее недобрый и колючий. Не зря она драконышу не нравилась.

– Благодарю, Ирада… Ты всегда была ко мне мила. Когда я выйду замуж, тебя не забуду… – жеманно проговорило это очаровательное создание и уплыло куда-то вдаль.

Вот нахалка. Замуж она выйдет… Что там говорил драконыш? Старшая эту невесту особенно выделяла? Очень похоже на то.

Ирада повернулась ко мне и скривилась, будто лимон проглотила.

– А ты что явилась? Чего тут забыла? Тебе во дворце больше делать нечего. Не королева ты теперь, а так, недоразумение иномирное. Я уж надеялась никогда тебя больше не увидеть. А ты явилась – не запылилась.

– Ирада? – опешила я. – Ты почему так со мной? Мы же вроде бы подружились, и все нормально было…

Я не могла понять причину ее перемены. Уж ей-то я точно ничего плохого не сделала.

– Подружились, как же. Темнолесский медведь тебе друг! Я к тебе хорошо относилась, только чтобы от тебя избавиться. Думала, некроманты тебя порешат… Нет, выжила! Зато с магией хорошо получилось. Сама от всего отказалась. А теперь в дружбе надобности нет.

– А ты не боишься, что я королю расскажу… – прищурилась я. – И он тебе такое устроит…

– Ты? Королю? – захихикала Ирада, будто ничего смешнее в жизни не слышала. И злорадно добавила: – Да что ты расскажешь? Всю дурь, что ты натворила, ты сделала сама. А что я своей королеве во всем помогала, какая бы ей чушь в голову ни пришла, так он меня на то к тебе и приставил. С меня взятки гладки.

А она права. Действительно, я сама все сделала. Да еще ее покрывала…

– А король-то как рад… Зачем ему жена, которая его позорит? – Ирада с наслаждением топталась на моих костях. – Он, конечно, для виду и посокрушается,  уж как положено у них, королей. Политес и все такое. И все равно скоро женится. И новую свою жену любить будет не меньше, чем тебя. Такая уж их драконья сущность.

А ведь это правда! Особенности местных браков я уже на своей шкуре испытала. Вон какая тяга к мужу появилась! Все преграды нипочем! А ведь это и в обратную сторону работает. Если девушку женой назвать, милее ее на свете не будет. Раньше я считала, что это очень удобно, а теперь…

Я застыла, озаренная внезапной догадкой.

И теперь тоже считаю, что удобно! Это что же получается, раз король мне теперь никакой не муж – значит, все мои чувства к нему в одночасье сгинут. Коллиса отправит меня домой, а я о нем и не вспомню. Может, даже, наоборот, буду думать: и как он мне нравился, он же некрасивый! Черт, не прокатит. Тут и слепому видно, что красивый. С ума сойти, какой красивый. Лучше придумать что-нибудь другое…

– Что застыла? Шла бы ты отсюда подобру-поздорову. Пока стражники не выкинули… – презрительно фыркнула Ирада и отвернулась, прочесывая цепким взглядом окрестности. – Некогда мне тут с тобой.

Свою любимую Амнезию выглядывает. И, видимо, нашла, потому что мигом сорвалась с места и нырнула в толпу, только коленки хрустнули.

– Ну что, девка, смотрю, невесело тебе?

Я обернулась. Коллиса. Я и забыла, что она все еще тут стоит. Я хмыкнула и повела плечами.

– Вот еще! Наоборот. Теперь король уж точно меня отпустит и препятствий чинить не будет. Пойдем уже к нему скорее. Надоело тут все до смерти!

Мы подошли к парадному входу во дворец, поднялись по ступеням. У двустворчатых тяжелых дверей топтались мордатые охранники. По три морды на каждую створку. Надо же… Раньше я их тут не видела. Они окинули взглядом меня, мою спутницу и сказали почти в один голос:

– Приглашение есть у вас? Нынче у короля гостей много, всяких оборванцев без приглашения пускать не велено.

Всяких оборванцев? Вот наглецы! Ну, допустим, Коллиса и в новом платке все-таки немножко не дворцового дресс-кода, но я-то с утра не переодевалась! Как покинула дворец может, не в самом шикарном королевском платье, но в королевском же! – так в нем и вернулась.

– Нам нужно к королю, – сказала я строго. – По очень важному делу.

– Не важнее, чем королевский прием. Посторонних пускать не велено.

А быстро, однако, – ревниво подумала я. Мы еще и несколько часов не разведены, а он уже вечеринку закатывает. Празднует, значит. Негодяй!

Я прислушалась к себе. Что это за эмоции такие! Брачная магия больше не действует, и чувств у него ко мне, как и у меня к нему, не осталось. Так что мне это все должно было быть совершенно безразлично.

А мне и безразлично! Я повернулась к Коллисе.

– А может, вы меня без короля отправите? Злиться он явно не будет, видите же, сколько тут невест понаехало.

– И что? Ты так просто домой сбежишь и даже не поговоришь с ним? – покачала головой старуха.

– А о чем говорить? Вон пусть эта Амнезия с ним говорит, хоть заговорится.

В глазах старухи я прочитала сомнение и поняла, что уговорить ее будет, если не просто, то вполне возможно.

– Ну, пожалуйста, я домой хочу, я тут чужая всем, – взмолилась я, понимая, что еще чуть-чуть и достигну цели. – И никому, совершенно никому не нужна… – канючила я, понимая, что еще чуть-чуть и достигну цели.

– Да неужели? – раздался за спиной знакомый голос. – Никому, значит… А я что, не считаюсь?

Ну конечно. Драконыш.

51

– Пропустите их сейчас же! – металлическим голосом велел наследник стражникам.

Он обошел нас с Коллисой и встал, скрестив руки на груди.  Те явно растерялись.

– Но ведь достопочтенная Ирада не велела пускать…

– Достопочтенную Ираду я сам лично испепелю, – сказал он, сверкая очами, – и вас обоих тоже, если мне придется ждать еще хоть секунду.

Этот аргумент, кажется, возымел действие. Стражники отошли в сторону и, склонив головы, позволили нам пройти.

– Как у вас тут шумно, – сказала я, не в силах отвести глаза от покачивающейся впереди спины драконыша.

Худенькой мальчишеской спины с трогательно выпирающими острыми лопатками. Беззащитной спины, несмотря на все драконьи повадки. Да-да, маленький дракон. Такой важный. Такой нарядный. Даже обычно встрепанные волосы причесаны волосок к волоску, спускаются на шею, по-детски болтающуюся в вороте белой парадной рубашки.  У него все будет хорошо, я знаю. Он будет попадать в переделки, шкодничать, сбегать, ссориться и мириться. Расти, крепчать, влюбляться, и когда-нибудь станет красивым мужчиной. Только я этого всего уже не увижу. Я исчезну из его жизни так же внезапно, как появилась. И он забудет меня. А я… Черт! Меня не было всего лишь день, а я уже жутко соскучилась. Обнять бы, как совсем недавно, прижать к себе теплого, упрямого, брыкающегося, ворчащего про девчачьи нежности…  Так хочется, что в груди щемит… Нельзя. Теперь нельзя. Он – королевский сын, наследник престола, а я? Кто я? Никто. И чем скорее я это осознаю, чем скорее перестану думать о том, на что больше не имею права, тем лучше.

– По какому поводу вечеринка? – весело спросила я, стараясь не выдать предательской дрожи в голосе. – Король празднует развод?

– Король сразу же, как только понял, что случилось, полетел к драконьему камню, – обиженно сказал мальчишка. – Как ты могла?!

Как я могла… Он считает меня предательницей. И хуже всего то, что именно так я себя и ощущаю. Хотя все сделала правильно. У меня просто не было другого выхода. Но как объяснить десятилетнему мальчишке, насколько был огорчен его отец, когда понял, что с магией даже со всеми ухищрениями совсем ничего не вышло? И никогда не выйдет. А мне не хотелось быть разочарованием и катастрофой. Той, которой нужно стыдиться.

Может, с самого начала чувства короля по этому поводу меня не особенно волновали, но за последнее время много изменилось. И король уже давно не был тем человеком, чьи чувства мне безразличны.

В общем, объяснить все это десятилетнему мальчишке мне представлялось сложной задачей. А уж делать это в присутствии Коллисы и вовсе никакого желания не было.

– Но ты хотя бы передумала?

Я вздохнула:

– Нет.

– А зачем тогда пришла?

Ну вот, теперь и он заговорил, как Ирада.

– Уважаемая Коллиса, – я покосилась в сторону старухи, – без королевского согласия отказывается отправить меня домой, вот и пришлось вернуться за высочайшим позволением.

– Тогда придется ждать, когда он вернется.

Я ожидала от драконыша упреков и недовольства. Но, кажется, ничего такого говорить он не собирался. Наследник, хоть и хмурился, но вел себя вполне дружелюбно. Отец закатил вечеринку, сын совершенно спокоен… Похоже, обоим наплевать, что я исчезну из их жизни. А значит, я все сделала правильно. Стоп…

– Ты сказал, король полетел к драконьему камню? Мы должны отправиться туда! Знаю я эту каменюку, он на все способен.

Пусть король и не муж мне уже, а давать его в обиду ехидному булыжнику совсем не хотелось.

– И чем ты поможешь? А вдруг еще хуже будет? – совсем по-взрослому покачал головой юный наследник. – Никуда нам лететь не надо. Сам явится, не маленький. Мне нужно смотреть, чтобы благородные леди дворец не разнесли. А вам следует с дороги отдохнуть и пообедать. Пойдемте в малый зал, я велю нам там накрыть.

Он с сомнением посмотрел на Коллису. Она уж точно не выглядела, как кто-то, кто может есть с принцем за одним столом, пусть даже и в малом зале. Но он лишь жестом пригласил ее следовать за ним. И она послушно засеменила.

Кажется, в отсутствии отца приказы драконыша не обсуждались.

– Он может нескоро домой вернуться, – не к месту сказала я. – Если вдруг пешком пойдет. Ну, если камень будет сердиться…

Драконыш на это ничего не ответил, только окинул меня хмурым взглядом.

***

Малый зал был немного меньше большого, тронного, и уж точно куда уютнее. Через несколько минут слуги вносили туда подносы с яствами.

– И что же это его величество так быстро отбор невест устроил? – я немного поковыряла вилкой в тарелке. Есть не хотелось совершенно.  Зато Коллиса молотила все подряд с такой скоростью, словно у нее, как у акулы, было два ряда зубов. – И дня не прошло.

Я спросила это единственно для поддержания светской беседы. На самом деле мне совершенно безразлично, что там устраивает драконий король. Мы же теперь не муж и жена, а значит, мои чувства к нему улетучились без остатка. Так что я просто хочу узнать последние новости, и ничего больше.

– Никого он не звал, – буркнул драконыш. – Говорю же, сразу полетел к камню. А дамы… – он помрачнел и скрипнул зубами. Ну, или мне показалось. – Они сами, сразу как прознали, понаехали.

Настроение у него явно было ни к черту. И обилие невест в замке точно служило одной из причин.

– Прости, пожалуйста, – видя, как он расстроен, сказала я. – Сам подумай. Жена без магии – это так плохо.

– Нет, – твердо ответил драконыш, – плохо, если королевой станет какая-нибудь вредная Ирадина подружка.

Дальнейший обед проходил в тишине, а когда мы закончили, а вернее, они закончили, а я окончательно расковыряла все, что мне подали, драконыш сказал:

– Ты же понимаешь, что в свои апартаменты уже вернуться не можешь?

Я понимала. Да я и не стремилась.

– Я велю приготовить тебе и твоей спутнице, – он покосился на Коллису, которая сомлела от вкусной еды и сыто клевала носом, периодически всхрапывая, – гостевые комнаты. Отцу, когда он вернется, доложат, что ты здесь по важному делу.

– Хорошо, спасибо, – растерянно сказала я, совершенно не узнавая шкодного мальчишку, которого видела все это время.

Он будто резко повзрослел, и каждое его решение выглядело вполне разумно. Да и озвучивал он их так, что спорить особо не хотелось. Из него получится хороший король…

Гостевая комната была вроде той, в которую меня поселили изначально. Только, пожалуй, обставлена чуть-чуть роскошней.

Едва закрыв дверь, я упала на кровать и почти сразу же задремала. Проснулась я от того, что дверь стукнула. По комнате плавали сумерки, видимо, был уже поздний вечер. Обмирая от догадки, я повернула голову и взглянула на дверной проем.

На пороге гостевой комнаты стоял король, мой бывший муж.

52

Сердце оборвалось куда-то вниз, в горле моментально пересохло. Я поднялась с кровати, не сводя глаз с бывшего мужа, и застыла, совершенно не представляя, куда деть ставшие неловкими руки. Что он собирается делать? Не испепелит же он меня прямо здесь в замке? Или я недооцениваю драконий гнев? А может ему все равно?

Король прошел в комнату и, прикрыв дверь, уселся на диванчик напротив меня. Мне сесть он не предложил. Сидел, молчал и смотрел. В неясном сумеречном свете я никак не могла разгадать, что там таилось в этом взгляде. Злость? Раздражение? Равнодушие? «Наверное, равнодушие – как-то отстраненно подумала я. – Злость, раздражение, гнев? Драконья сущность – развод и никаких чувств».

Но я-то не дракон. И этот удобный брачный закон на меня не действует, как и их магическое зелье, дурацкое зелье, с которого все началось! Или действует как-то неправильно. Может, ему больше времени нужно, чтобы подействовать до конца. Потому что чего во мне сейчас не было, совсем, ни капельки, так это равнодушия.

В этом мягком приглушенном сумраке я особенно остро чувствовала его, своего мужчину. Того, с которым, как в сказке, положено жить долго и счастливо умереть в один день и все такое. Чувствовала всей кожей, до боли, до странной тягучей тоски, от которой хотелось или завыть в голос, или кинуться вперед, обвить руками, ногами, всем телом. Прижаться и раствориться, впитаться в его кожу, отравить кровь, как он отравил мою, и вместе с ней разнестись по всему телу. Остаться в каждой клетке, каждой молекуле, чтоб он никогда… никогда не смог меня забыть. Один шаг отделял меня от него. И мне до смерти хотелось сделать этот чертов шаг.

Я судорожно сглотнула и переступила с ноги на ногу. Пауза становилась невыносимой, и поэтому я сама поспешила ее нарушить.

– Простите, – хрипло сказала я и закашлялась. – Я должна была спросить, наверное… – говорить было трудно. Очень. Горло словно царапало каждым словом. – Или хотя бы сказать, что собираюсь делать. Но тогда вы бы меня наверняка отговорили. И оставили бы при себе. Из жалости…

Голос дрогнул, глаза защипало. Нет, только не это! Я сильная! Скоро, скоро все закончится, я вернусь в свой мир и забуду этот как страшный… Нет, вру. Как прекрасный сон. Именно сон, потому что по-настоящему никогда не бывает настолько хорошо.  И я чувствовала, с самого начала догадывалась, что однажды все это кончится. Вот только не знала, что так быстро… Черт! Не раскисать… Я глубоко вдохнула и выпрямилась:

– И все было бы плохо, королева – позор… И поэтому я решила, что будет правильно…

– Вы считаете, что все сделали правильно? – перебил он.

– Да! – твердо ответила я.

– Тогда зачем же просите прощения?

И действительно, зачем?

Странное дело… Я совершенно точно знала, что все сделала правильно: освободила короля от ненужных ему обязательств, тягостных обязательств, постыдного брака. Но при этом почему-то изнутри меня грызло чувство вины. И перед драконышем. И перед королем. Словно я их предала. Почему?! Вот как такое возможно?

Впрочем, это не тот вопрос, на котором сейчас стоило бы заострять внимание. Был другой – куда более важный.

– И что же теперь? – Я сцепила пальцы в замок, надеясь, что хоть так они перестанут дрожать.

Король пожал плечами.

– Раз вас здесь больше ничего не держит, вы можете отправляться домой. Я уже дал Коллисе соответствующие распоряжения.

Я пошатнулась, словно от удара. Отдал. Коллисе. Распоряжения. Что еще он успел сделать, с тех пор как появился в замке? Обсудить с Ирадой меню? Пококетничать с невестами? Уж точно не сразу бросился ко мне.

Чего я там боялась? Гнева? Ярости? Теперь я точно знаю – страшнее равнодушия нет ничего. Особенно, если оно одностороннее. Пусть уж он уйдет поскорее. Пожалуйста. Я тогда смогу свернуться калачиком и зализать раны. Если смогу, конечно.

Нет, я действительно хотела покинуть дворец как можно скорее, в этом не было никаких сомнений! И все же мне казалось, что король будет меня отговаривать. Теперь, когда он не стал, я словно почувствовала себя обманутой.

Ну не глупо ли? Вот с чего бы ему меня отговаривать, или злиться, или устраивать скандалы? Навеянные брачной магией чувства прошли сразу же, как только брак был отменен, и наверняка король сорвался к драконьему камню именно потому, что не мог поверить в свое счастье. А может, рассчитывал обнаружить там меня, чтобы поскорее отправить домой и проследить, чтоб я точно не вернулась?

– И когда же она меня отправит? – спросила я, удивляясь, как твердо звучит мой голос, хотя в душе бушевала настоящая буря.

– Я понимаю, что вам хотелось бы оказаться подальше отсюда как можно быстрее, но возникла небольшая сложность. Видимо, в полете Коллиса простудилась. И сейчас плохо себя чувствует. В таком состоянии браться за магию совершенно невозможно. Так что вам следует подождать несколько дней. Разумеется, здесь для вас будет все необходимое.

Еще несколько дней? К этому я точно не готова. Встречаться с мелким драконышем, постоянно видеть короля, сталкиваться со злобной Ирадой и смотреть на целую толпу невест? Пристрелите меня!

– Может быть, мне лучше пожить где-то в другом месте? – предложила я, – раз уж речь идет о нескольких днях.

– Нет. Не лучше, – ответил мой бывший супруг. – Не имея магии, не зная здешних законов, за пределами этого дворца вы окажется в опасности. А приставлять к вам охрану у меня сейчас нет возможности. Как видите, во дворце полно гостей. И это будет продолжаться до тех пор, пока я не назову имя будущей королевы.

– Серьезно? Вы готовы терпеть это нашествие? – ужаснулась я.

– Не так уж важно, к чему я готов, а к чему нет. По древней традиции, если драконий король не женат и не помолвлен, любая дама, чья родословная позволяет претендовать на роль королевской невесты, может явиться во дворец, чтобы познакомиться с королем и иметь возможность произвести на него впечатление.

Так вот почему они все понаехали! Ну не глупый ли обычай? Совершенно глупый!

– Этак они тут все поселятся навсегда… – пробормотала я.

Судя по тому, что я видела, выставить вон ту же Амнезию – задача не их простых.

– Не навсегда. А не более чем на три дня кряду, –  поправил меня король. – К тому же я не собираюсь медлить с объявлением имени невесты. Трех дней вполне достаточно, чтобы принять решение.

Мое сердце остановилось на мгновение, а из глаз едва не брызнули слезы. Как у него все просто… До чего же некстати заболела Коллиса. Простыла? Черта с два! Скорее  живот скрутило. Еще бы. Столько смолотить в один присест. Если эта обжора проваляется достаточно долго, я еще и объявление помолвки застану. А судя по тому, как у них тут все быстро решается, могу и на свадьбе успеть погулять!

– Ну что ж, раз так, похоже, у меня не остается выбора, – произнесла я,  изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал  холодно и отстраненно, а не дрожал, как овечий хвост.  – Надеюсь, выздоровление Коллисы не затянется.

«Иначе я просто сойду с ума…» – мысленно закончила я.

– Я тоже на это надеюсь, – сдержанно ответил король.

Как же ему не терпится от меня избавиться!

– Ну, конечно, болезнь – это всегда очень плохо, – добавил он, видимо, поняв, что его замечание могло прозвучать бестактно. Правильно, нельзя слишком уж явно хотеть, чтобы экс-королева скорее исчезла.

Мой бывший муж вышел из комнаты, а я без сил упала на диван, который все еще хранил тепло его тела, и от души расплакалась. Мне казалось, я все просчитала правильно, но, как выяснилось, я ошиблась в главном.

После того как вредная каменюка объявила о нашем разводе, мои чувства к королю ничуть не изменились. Он по-прежнему мне нравился. Сильно. Слишком сильно. И вот это была настоящая проблема.

53

Я почти не спала. Не назовешь же сном кошмар, который я смотрела всю ночь, периодически просыпаясь в холодном поту. Стоило только закрыть глаза, как он возвращался и с упорством, достойным лучшего применения, начинался сначала. Словно ролик, поставленный на бесконечный повтор. Драконий король держит в объятиях надменную Амнезизию третью, а Ирада в старомодном наряде регистратора загса объявляет их мужем и женой и добавляет, хихикая: «А теперь поцелуйте невесту!»

Едва начало светать, я решительно распахнула глаза, поняв, что еще один сеанс этого ужастика – и я начну биться головой о стену. Подушка была странно мокрой. Может, я простыла, как и Коллиса? Я пошмыгала носом, дотронулась рукой до лба, но вроде бы никаких признаков простуды у меня не было. Жаль. Проваляться в постели до самого момента отправки домой было бы не худшим вариантом.

Выяснив, что моему здоровью ничего не угрожает, я встала с кровати и задумчиво послонялась по комнате, решая, чем заняться. Есть хотелось ужасно. Неудивительно, если учесть, что вчера я не смогла проглотить ни кусочка. Еще раз обойдя комнату, я приуныла. Ни какого-нибудь местного аналога холодильника, ни гардеробной, ни завалящего шкафа. В общем, есть нечего, и переодеться не во что.

Как, интересно, во дворце организована жизнь гостей? Вряд ли они привозят продукты с собой. Хотя вещи, наверное, все же привозят. Ладно. Пленницей я здесь уже была, королевой тоже, а гостьей пока не пробовала. Вот и разберусь по ходу дела. Черт, как же есть охота… Когда я в очередной раз с тоской шарила по тумбочке, надеясь найти хотя бы огрызочек хлеба, дверь стукнула, и на пороге нарисовалась Ирада с традиционно кислым выражением лица. Она посмотрела на меня, скривив губы, но все же сказала:

– Утро доброе. Король желает видеть вас на торжественном завтраке вместе со всеми гостями. Уж не знаю, зачем это ему…

Откровенно говоря, эта гадкая тетка меня достала уже до крайности. И почему я не приказала отрубить ей голову, пока была королевой? Все мой мягкий и покладистый характер!

– А ты у него спроси, – ледяным тоном отчеканила я. – Может, услышишь нечто такое, что заставит вспомнить тебя о приличиях и правилах поведения слуг.

Ирада побледнела, сравнявшись по цвету с постельным бельем на моей кровати. Все сплетни, собранные по дворцу за сегодняшнее утро, видимо, всплыли в ее сознании, моментом включив на лице условно приветливое выражение, которое вкупе с ненавистью, на мгновение полыхнувшей в блеклых глазах, смотрелось неубедительно. И все же она приняла мой блеф за чистую монету. Похоже, точно знает, что король по возвращении сразу навестил меня в моей комнате. И свет не горел. Чем мы занимались и о чем говорили, осталось за кадром. Запросто могли и помириться, раз уж с утра он первым делом позвал меня на завтрак.

Ирада склонила голову в легком поклоне и вежливо продолжила:

– Служанки принесут вам наряд и помогут переодеться.

После чего покинула комнату, аккуратно притворив за собой дверь и оставив меня стоять среди комнаты с блуждающей на губах улыбкой. Но как только она вышла, улыбка разом съехала. Вот чему я радуюсь? Тому, что заставила вредную тетку понервничать? Так мне до этого не должно быть никакого дела. Как вообще до всего, что происходит в этом мире, потому что мне здесь осталось недолго. Скоро домой.

А пока придется мириться с ситуацией, какая она есть. Главное, чтобы Ирада не осмелилась приказать служанкам сделать из меня какое-нибудь болотное чучело.

Когда служанки внесли в мою комнату новое платье и разложили его на кровати, я ахнула. И пока они крутили меня, надевая кучу нижних юбок и прочей мишуры, я не сводила с него глаз. Ирада не осмелилась… Скорее всего, она вообще не имела к нему никакого отношения…

Это было удивительное платье. Легкое, воздушное, словно весенний ветер. Я подняла руки, и оно нежно скользнуло по ним, невесомо легло на плечи и заструилось вниз, стекая по широким складкам нижних юбок до самого пола, выгодно оттеняя кожу и делая еще ярче мои глаза. Отличное платье, прекрасное платье, достаточно простое, но при всей своей простоте и даже некоторой скромности – сокрушительно женственное.

Каждой девушке в жизни обязательно встречается оно, волшебное платье, одного взгляда на которое достаточно, чтоб сердце екнуло – мое! Так вот это было мое платье. Служанки покрутили меня так и эдак, споро оправляя наряд, усадили перед зеркалом и занялись волосами. Через час я уже подходила к тронному залу, украдкой заглядывая во все зеркала, попадавшиеся мне на пути. Щеки раскраснелись, глаза блестели, а губы были влажными и сочными, словно я только что наелась вишневого мороженого. Да, я выглядела отлично, словно всю ночь сладко спала, а утром вовсе не пыталась слечь с простудой. И откуда в коридорах взялось такое немыслимое количество зеркал? Видимо, их принесло сюда вместе с невестами.

По тронному залу порхали разноцветные стайки девиц,  гомон стоял, как на птичьем базаре. Когда я зашла, многочисленные претендентки на королевскую руку и сердце даже не обернулись. Еще бы. Вряд ли кто-то так хорошо знает бывшую королеву в лицо, чтобы опознать ее с первого взгляда. Они и не опознали. Иначе бы точно не стали при мне меня же и обсуждать.

А то, что обсуждали и обсуждали активно, даже не подлежало сомнению.

– Представляете, днем вроде девица как девица, даже ничего из себя, а ночью превращается в чудовище, с клыками, рогами и копытами! В клетке держать приходилось! Король поэтому так быстро и развелся, – шептала одна.

– А я слышала, что она сама к драконьему камню за разводом пошла. Значит, в нем дело. В короле! Говорят, у него особенные пристрастия, ну сами понимаете… Жуткие! Такое вытворяет, что и не каждая потерпит, – стращала вторая.

Стайка дружно ахнула, кто-то недоверчиво фыркнул:

– Раз так, то что же ты тут делаешь? Сама зачем в королевские жены рвешься?

– А одно другому не мешает. Как говорится, закрыть глаза и думать о короне.

Мне, конечно, очень хотелось вмешаться в этот разговор и подтвердить ужасную репутацию короля какими-нибудь отвратительными россказнями, чтобы все эти чертовы куклы в панике улетели отсюда, роняя туфельки. Но… Зачем? Плохого от него я ничего не видела, а то, что сейчас изнываю от ревности, так сама и виновата.

Ему нужно семью создавать и жить дальше. Собственно, нам обоим надо жить дальше. Через какое-то время гомон стих, появился король и пригласил всех к столу.

Стол, надо сказать, был огромным. Меня распорядитель усадил в самый его конец, и короля я могла бы толком рассмотреть разве что в бинокль. Но даже по тому, что я видела, он не выглядел особенно расстроенным: улыбался, рассыпал дамам комплименты. Впрочем, держался со всеми ровно. А вот что я отлично видела даже безо всякого бинокля, так это высокомерно вздернутый носик Амнезизии Третьей в непосредственной близости от короля и ее совершенно неприличное для завтрака декольте.

И сколько бы я ни пыталась убедить себя в том, что меня это никак не касается, меня оно как-то касалось.

54

Никогда еще в моей жизни завтрак не был таким долгим и таким отвратительным.

Нет, к качеству угощений у меня по-прежнему не было никаких претензий, все отлично. Повара постарались на славу. Но вот общество оставляло желать лучшего. Все эти дамочки, которые изо всех сил старались произвести впечатление на короля, жутко раздражали, и приходилось постоянно напоминать себе, что меня это теперь уже совершенно не касается.

Я ревниво следила за тем, как общается мой бывший супруг со своей поклонницей. И ничего такого не выследила. Интересно, он нарочно велел меня посадить так далеко, чтобы я могла об их шашнях только догадываться, или это Ирада подсуетилась, убрала меня с глаз долой, чтобы не дай бог на короля не нашло помутнение и не вернулись прежние чувства?

Впрочем, о каких прежних чувствах можно вообще говорить? У него-то их и не было. Его большая любовь ко мне появилась лишь после свадьбы, по обязанности, можно сказать.

Когда завтрак закончился, и я с радостью вышла из-за стола. С королем мы так и не пересеклись. Я оказалась слишком далеко. Тем, кто на галерке, королевского внимания не перепало. Ну и не очень-то и хотелось.

У меня были кое-какие планы. Конечно, мне следовало отправиться в свою комнату, чтобы ждать выздоровления Коллисы и отправки домой, а ходить по коридорам замка и вовсе не стоило. Мало ли какую пикантную сцену я могу застать. Король теперь свободный человек и запросто может позволять себе всякие вольности. В общем, куда безопаснее для моего бедного разбитого сердца мне было бы сидеть смирно и не высовываться.

Но я соскучилась по драконышу. И мне очень нужно было с ним поговорить. Вчера такой возможности не выпало. Все-таки при Коллисе особенно не пооткровенничаешь. Значит, надо наверстывать упущенное сейчас, а то вдруг у той уже к вечеру пройдет насморк, или что там мешает ей творить транспортную магию. Я хотела посидеть рядом, послушать его рассказы про эти жуткие тренировки, про очередные  вычитанные между строк драконьи премудрости, не особо в них вникая, просто слушая родной голос. Сыграть в те же драконьи нарды… Только теперь на какое-нибудь безобидное желание, чтобы не осложнять себе жизнь. Впрочем, какая разница, что делать, если можно быть рядом. Времени осталось так мало, и лучше его не терять.

Я шла по пустому коридору, погрузившись в невеселые мысли, и не сразу заметила, что все изменилось. Потянуло странным холодом, свет стал тусклым, размытым, мертвенно-лунным. Звуки стихли, совсем. Ни стука, ни разговоров, ни шороха. Лишь за спиной слышалось чье-то  тихое дыхание… и вообще что-то незримо изменилось, будто теперь в воздухе была разлита тревога. Волосы на затылке встали дыбом, я обернулась и….

Из глубины коридора, на меня смотрели два горящих глаза. И они приближались, словно существо бесшумно неслось со скоростью курьерского поезда. Через долю секунды из полной темноты появилась жуткая зверюга, похожая на косматую собаку высотой в человеческий рост, с огромными мохнатыми лапами и светящейся пастью. То, что это не был какой-нибудь местный питомец или что-то другое столь же безобидное, стало очевидным сразу. Крик застрял в горле, от ужаса перехватило дыхание.

Здоровая махина с гулким рычанием неслась на меня. Скорость была такая, что я не успела ни отойти в сторону, ни спрятаться за выступ. Да что там, даже пискнуть не успела. Меня словно сбило с ног ураганом.

Я опрокинулась на холодный твердый пол и тут же сверху придавили тяжелые лапы. Я извивалась, пытаясь подняться, сбросить жуткую тварь с себя, но ничего не получалось. Махнула рукой, но рука прошла сквозь это существо, не задерживаясь.

Привидение!

Вот же черт! Это о них говорила Ирада! Живут в подвалах, в основном не опасны, на волю вырываются редко. Но если какая-то опасная тварь вырвется, может все тут разрушить.

Все эти мысли пролетели в одно мгновение, вдохнуть так и не получилось, и я почувствовала, как уплывает сознание.

55

Призрак придавливал меня к земле, и эта тяжесть разливалась по телу, не давая вдохнуть. От призрачного монстра веяло тоской и безнадегой, и я понимала: спастись невозможно.

Сейчас сознание меня покинет, а после капля за каплей покинет и жизнь. А я так и не успела поговорить с драконышем. Эта мысль была последней перед тем, как я начала проваливаться в густую тьму.

– А ну вон! – раздался строгий уверенный голос. – Исчезни!

Как ни странно, призрак послушался этого приказа, рассыпался в воздухе, распался на миллионы черных точек и исчез. Тут же тьма отступила, и в легкие с болью рванул воздух. Я надрывно закашлялась.

Король. Уж не знаю, что ему понадобилось именно в этом коридоре, но он появился как раз вовремя для того, чтобы меня спасти. Через мгновение меня подхватили сильные руки. Правильно, конечно, было бы упасть в обморок. Это ведь так романтично. Беззащитная девушка на руках у своего героя-спасителя. Но в обморок почему-то не падалось. Зато хорошо кашлялось. И разбирало любопытство.

– Что это была за штуковина? – хрипло спросила я, как только смогла говорить.

– Призрак, – просто ответил король. – Но форма у него странная. У нас ничего похожего не водится. Наверное, дух вытащил что-то из ваших воспоминаний.

Что-то не припомню, чтобы когда-либо сталкивалась с такой страхолюдиной. А впрочем… Я едва удержалась, чтобы не рассмеяться, когда вспомнила. Ну, конечно! Здоровенная псина со светящейся пастью. Кто-то в детстве пересмотрел фильмов о Шерлоке Холмсе. Удивительный тут все-таки мир. Думала ли я, что когда-нибудь воочию увижу собаку Баскервилей? А вот увидела.

Мамочки… Хорошо, что именно ее. Я ведь столько страшилок за свою жизнь посмотрела…

Король нес меня по коридору, а я в ужасе представляла, какая пакость еще могла на меня напасть. Хлопнула дверь, я подняла голову и застыла, не веря своим глазам. Это была вовсе не моя скромная комната. Это был тот самый кабинет, где мы… Воспоминания обрушились со всех сторон, разнося в клочья остатки самообладания. Мучительно и болезненно. Сердце сжалось так, что казалось, и вовсе перестало биться. А король… А королю, похоже, было все равно.

Он уложил меня на тот же диван, и в его взгляде не промелькнуло ровным счетом ничего. Не то что любви и нежности, но даже какого-нибудь завалящего мужского интереса там не было. Он подложил мне под голову подушки, укрыл пледом, коротко бросил: «Возможно, будет немного знобить, это не страшно», – и стремительно покинул кабинет.

От неожиданности я приподнялась, опираясь на локти. Вот так, значит?! Приволок, закутал в одеялко, сказал «смотри, не замерзай», а сам пошел дальше развлекаться с какой-нибудь Амнезией. Негодяй! Я вытащила из-за спины подушку и с яростью запустила ее в захлопнувшуюся за бывшим мужем дверь.

А потом легла и уткнулась носом в спинку дивана,  мечтая умереть. В груди болело. Так резко и остро, будто лопнуло сердце. И вовсе непонятно почему я до сих пор жива. Ведь нельзя же жить без сердца?

Конечно, стоило бы подняться и пойти в свою комнату. Остановило меня одно. Идти-то надо по коридору. Кто знает, кого я там могу встретить. Кинг-конга? Фредди Крюгера? Или огнедышащего дракона?  Впрочем, как раз-таки драконы тут встречаются на каждом шагу.

А потом меня действительно начало знобить. По-настоящему! Так, будто королевский кабинет разом превратился в морозильную камеру. Зуб на зуб не попадал. Я натянула на голову плед и поджала ноги, сворачиваясь калачиком. Теплее не стало…

А этот негодяй бросил меня одну. Мог бы хотя бы сесть рядом, приобнять, уже теплее было бы. Я как раз придумывала гневные эпитеты для своего бывшего мужа и его нынешних подружек, когда дверь открылась.

– Это кто тут у нас жертва? – раздался незнакомый старческий голос. Таким тоном обычно говорят педиатры. – Кто у нас призраком укушенный?

Я вылезла из-под пледа и увидела, как в кабинет вошел он, драконий король, в обществе какого-то старичка. Ясно, значит, их величество не совсем потеряли совесть и ходили не с девицами развлекаться, а звать доктора.

– Сейчас все поправим, – дядечка достал из мешочка что-то похожее на пепел и щедро сыпанул мне на голову.

Да уж, а медицина здесь, кажется, не слишком далеко шагнула. Впрочем, в защиту местных медиков можно сказать, что у меня на родине человека, который заявит врачу, что на него в драконьем замке напал призрак собаки Баскервилей, лечить будут вовсе не от укусов.

Так что в принципе все складывается неплохо.

– Ну как? – спросил добрый доктор.

Я прислушалась к себе и обнаружила, что уже не отстукиваю зубами чечетку и вообще чувствую себя гораздо лучше. Что за пакостью он там меня посыпал, я не знаю, и, откровенно говоря, знать не хочу. Но, похоже, она сработала. Может у него и от сердца что-нибудь есть? От разбитого?

– И что теперь? – мрачно спросил король. – Я не очень разбираюсь… На моей памяти призраки в замке ни на кого не нападали.

– Ничего особенного, – с поучительным видом сказал врач, – теперь покой, сон и теплое питье. Следите, чтобы она пила хотя бы каждый час. И все будет хорошо.

– Благодарю вас, – сказал король и проводил целителя до двери.

Я вздохнула: ну вот, сейчас он приставит ко мне какую-нибудь служанку-поилку, а сам вернется к гостям. Вернее, к гостьям. В отношении меня он свой долг хозяина замка выполнил.

Король вышел за дверь, даже не попрощавшись, и теперь уже у меня на глазах выступили самые настоящие слезы. Вот и все, вот и поговорили. Вот не буду из-за него плакать. В конце концов, он же не виноват в том, что меня не любит. Он и с самого начала не особенно-то в любви клялся. Женился по принуждению. Так что вполне нормально, что без магии все его пылкие чувства, которые он неоднократно мне демонстрировал – в том числе и на этом самом диване, – куда-то делись.

Я вытерла слезы подушкой и мрачно подумала, что если он пришлет ко мне эту злобно торжествующую Ираду, я сама спущусь в подвал, и пусть собака Баскервилей, или что там у них еще в ассортименте, меня доест.

Дверь открылась, и на пороге появилась не Ирада, и не какая-нибудь из ее подчиненных, а король. В руках у него был огромный кувшин. Он налил в стакан какую-то жидкость, молча протянул мне.

Я сделала глоток. Кисленько, что-то вроде воды с лимоном.

– Опасное место – этот ваш дворец. Как здесь вообще люди-то ходят? Или тут постоянно кто-то пропадает, а вы не особенно-то и печалитесь? Люди же, кому они нужны… Совсем другое дело – драконы. Дракон может сказать: «Брысь», и оно исчезнет, – попыталась съязвить я.  Получилось, по-моему, не очень.

Хотя на самом деле меня куда больше волновало, что по коридорам замка бродит принцесса Амнезизия Третья и другие претендентки на королевское сердце.

По сравнению с ними штука, которая на меня напала, просто милый щенок. А главное, в отличие от этой псины, королевские невесты вряд ли вот так запросто распадутся на части, превратившись в черное облачко.

Король стоял у меня над душой, как заботливая мамочка, в ожидании, когда лекарство будет выпито. И лишь когда я увидела в стакане дно, сказал:

– Эти призраки не могут вырваться сами. Кто-то выпустил его и натравил на вас прицельно. У вас ничего из вещей не пропадало?

Я вздохнула:

– Моих вещей здесь нет, нечему пропадать. А уж если кто на меня и покушался, то это ваша дурацкая Ирада или ее подружка – Амнезия.

– В любом случае я это выясню, – пообещал король, забрал у меня из рук стакан и сказал неожиданно тепло: – Постарайтесь уснуть. Вам нужно набираться сил. Я буду рядом.

Он будет рядом! Надо же, как мило! Впрочем, его забота и вправду выглядела очень трогательно. Хотя я бы предпочла, чтобы в слова «буду рядом» он вкладывал несколько иной смысл. Вернее, предпочла бы, если бы была эгоистичной стервой, которая только и думает, как испортить жизнь хорошему человеку. Но я же об этом не думаю. Поэтому я отвернулась к спинке дивана, уткнулась в нее носом, и, как ни странно, действительно задремала.

56

Я проснулась о того, что кто-то мягко касался моих волос, нет. Не кто-то. Эту руку я узнаю и с закрытыми глазами. Мой супруг. Жест был таким родным и привычным, что сердце сладко защемило. Я перевернулась на другой бок и ласково потерлась о горячую ладонь.

И только потом, окончательно проснувшись, вспомнила: нет, это вовсе не мой муж! Нет у меня больше мужа! Теперь это совершенно посторонний мужчина.

Я вздрогнула и резко поднялась. Король сидел на краешке дивана, а его рука теперь зависла в воздухе. В другой же руке мой бывший муж держал кубок.

Что это было? Неужели у него тоже остались какие-то чувства, или это не более чем воспоминания о былых днях? Его прикосновение все еще ощущалось на щеке. Я подняла на него взгляд, видимо, полный каких-то смутных надежд, но, увы, в его глазах прочитала лишь заботу и участие. Ничего личного.

– Осторожнее, у вас может закружиться голова.

Да. Никаких сомнений. Думаю, он точно так же он бы заботился о любой своей гостье, если бы на нее напала какая-нибудь гадость. А может быть, другую пострадавшую он бы не держал на диване в своем кабинете, а выделил бы ей лучшие апартаменты да торчал бы рядышком. Это за меня вступиться некому, а у всех этих расфуфыренных принцесс – отцы, дядья да братья. Не усмотришь какую – добро пожаловать на войну.

– Ваше питье, – король подал мне чашу все с тем же кисловатым напитком.

– Спасибо, – я отвечала так, как и положено было отвечать в таком случае: вежливо и сдержанно, но тепло. Ведь так принимают заботу, когда это просто забота и ничего больше?

Я допила свою порцию целебной жидкости и протянула королю посудину. Но король не спешил вставать с краешка дивана.

– Вы все еще слабы? Или уже лучше? – спросил он.

– Лучше, – ответила я.

Он ведь это хотел услышать.

– Нам нужно поговорить.

Поговорить? Интересно, о чем. Я на всякий случай напряглась. Сумасшедшее сердце, как я его ни старалась утихомирить, выстукивало что-то бодренькое, как будто бы надеялось, что «поговорить» – это о наших чувствах и о том, что происходит. А куда более скептично настроенный разум торопился его осадить: чему тут радоваться? Скорее всего сейчас меня попросят никому не рассказывать об инциденте и как можно скорее покинуть дворец.

Но никто из них не был прав. Король задал мне совсем другой вопрос.

– Вы сказали, что подозреваете Ираду. Вы тогда были немного не в себе, после, гм… происшествия. Поэтому хочу вас спросить сейчас: вы действительно так считаете?

– Еще бы, – фыркнула я, – да она с самого начала не хотела, чтобы я здесь оставалась! Спит и видит вашей супругой эту жуткую Амнезию.

– Кого-кого? – не понял король.

– Амнезизию Третью Жеманную, или нет, кажется, не так, Амнезизию Третью Недалекую.

– Жеманная? Недалекая? – удивленно переспросил меня экс-супруг.

Я повела плечами.

– Да что я говорю, вы ее видели, должны были сами заметить.

После того как я так нелестно отозвалась о сопернице, почему-то сразу полегчало. Видно, я все-таки не очень хороший человек.

– Так вы думаете это она? Вы же говорили – Ирада.

– Да нет же! – вот как можно быть таким умным и при этом таким бестолковым? – Эта ваша Амнезизия просто противная, а призрака выпустила Ирада. Она все мне назло делает и к некромантам меня отвезла, чтобы они меня со свету сжили, а когда не получилось, пришла такая вся сочувствующая: ой, ой, ваше величество, магии не будет, а пойдемте я вас летать научу, чтобы вы быстрее разводиться отправились. А когда мы с Коллисой пришли во дворец, она приказала нас не пускать!

По-моему, список преступлений был исчерпывающим. Но во взгляде короля явно читалось сомнение. Ему вовсе не казалось, что вина Ирады целиком и полностью доказана. Ну и черт с ним. Пусть живет в одном дворце с этим чудовищем. Я даже возражать не буду, тем более что мне тут недолго осталось.

Вот оклемается Коллиса – надеюсь, что скоро! – и домой. Что-то ее болезнь мне не нравилась.

– У вас же хорошие лекари? – поинтересовалась я с опаской.

Король, думая, что я волнуюсь исключительно о своем личном здоровье, поспешил ответить:

– Прекрасные лекари, они вас мигом поставят на ноги. Впрочем, вы уже себя чувствуете гораздо лучше.

– Я-то да, – согласилась я, – а как здоровье Коллисы?

Король явно смутился.

– Она идет на поправку, – пробормотал он.

Я всмотрелась в него внимательно. Что-то мне в его тоне не понравилось. Он говорит так, будто я уличила его в чем-то нехорошем.

– И когда же она сможет отправить меня домой? – спросила я, глядя на экс-супруга сквозь прищур.

– Надеюсь, через два-три дня.

Ничего себе! Меня вон за пару часов на ноги поставили, ну ладно, не на ноги, на диван уложили. Так на меня было магическое нападение! А Коллиса с какой-то простудой будет неделю валяться! Странные у них тут доктора.

Я снова посмотрела на супруга с подозрением, а сердце заколотилось от радостного предчувствия: может, с Коллисой и правда все в порядке, а ее болезнь он придумал, чтобы задержать меня на несколько дней? Ну чем черт не шутит! Вдруг чувства мужа ко мне были не только из-за магии, а по-настоящему, и тоже не прошли после развода.

– Она уже неплохо себя чувствует и даже ходит гулять, – серьезно ответил король, – но для магических воздействий, к тому же таких серьезных, пока еще слаба.

Хм… А ведь, похоже, не врет, и болезнь Коллисы самая настоящая.

Я вспомнила школу, там тоже после болезни освобождение от физкультуры выписывали. Вроде как ходить, сидеть и решать задачки можно, а бегать, прыгать и карабкаться по канату пока нельзя.

– Ясно, – со вздохом разочарования сказала я. – Ну что ж, будем ждать.

Король от чего-то нахмурился и, изменившимся голосом, в котором не было уже ни дружелюбия, ни участия сказал:

– Ладно, довольно бесед. Вы еще слишком слабы, а меня ждут дела. Отдыхайте. Через час я принесу ваше питье.

Он вышел из кабинета, а я обессиленно упала на подушки.

Нет, мне определенно нужно уматывать отсюда и побыстрее. Таких американских горок я больше не выдержу. Взбираться на пик надежды, падать в бездну отчаяния и входить в мертвую петлю смутных чувств и желаний… Хватит с меня этого.

А еще неплохо бы поговорить с Коллисой и узнать о ее самочувствии из первых рук. Может, король перестраховывается, а она давно уже в состоянии выполнять свои прямые обязанности.

Я медленно соскользнула с дивана и поднялась на ноги. Голова закружилась, но совсем чуть-чуть. Дурнота прошла за какую-то минуту. А я остановилась в нерешительности.

Стоит ли мне покидать королевский кабинет? Или все-таки поберечься?

57

Эти размышления были скорее так, для приличия. Разумеется, мое решение было простым и очевидным. Разве можно торчать в кабинете, ожидая, пока мне принесут новую порцию кислятины, вместо того чтобы поговорить с Коллисой и выяснить, что же тут всё-таки происходит? Вот-вот!

Я решительно направилась к выходу. И лишь у самой двери бросила взгляд в зеркало и ахнула. Ну нет! В таком виде ходить по королевскому дворцу совершенно невозможно! Видимо, чтобы облегчить мне дыхание, король рванул ткань на плечах. И сейчас воланы свисали лохмотьями, открывая лиф – зрелище весьма пикантное, надо сказать.

Но разорванное платье – это же не повод оставаться на месте. Я поискала глазами по кабинету и тут же нашла то, что искала. Халат на подобии того, в котором совсем недавно шла петь колыбельную. Это воспоминание снова навеяло грусть. Но я решительно отбросила ее. Нечего предаваться унынию. Надо действовать.

Я покрутилась перед зеркалом, убедившись в том, что выгляжу, в принципе, неплохо даже в этом темном расшитом балахоне. Пожалуй, бледновата, под глазами синеватые тени… Но это даже придает моему лицу некую трагическую утонченность. Так что можно смело выходить из комнаты.

Дернула дверь. Она оказалась не заперта. Эх, ваше величество, ничего-то вы до сих пор обо мне не поняли. Я тенью выскользнула из кабинета и тут же свернула в коридор. Мой встроенный «навигатор», который позволял неплохо ориентироваться в замке, как ни странно, после развода никуда не делся. Кажется, даже наоборот, заработал с удвоенной силой.

Я точно знала, куда нужно идти, чтобы обнаружить Коллису, а еще чувствовала, что идти туда мне совершенно не хочется, наоборот, хочется двигаться совсем в другую сторону. Я прислушалась к своим ощущениям, а что, может, Ирада хоть в чем-то не соврала, и волшебное купание в водопаде все-таки улучшает интуицию?

Я решила, что Коллиса может и подождать, а вот упустить возможность влипнуть в какую-нибудь очередную неприятность, мне никак нельзя, и пошла туда, куда меня звала интуиция.

Я шла уверенно. Пару раз свернула, поднялась по лестнице, прошла по коридору, еще раз свернула и… нос к носу столкнулась с Ирадой.

У меня тут же появились претензии к интуиции. Если уж ей вздумалось заставить меня плутать по замку, в качестве награды могла бы подготовить что-нибудь получше, чем встреча с этой змеей. Да еще и в темном коридоре!

Но если я была не слишком рада этой встрече, то Ираду она, кажется, и вовсе потрясла до глубины души. Та стояла, выпучив на меня глаза и глотая воздух. Если бы я не была так хорошо знакома с этой негодяйкой, я бы предположила, что мой вид внушает ей ужас.

– Что уставилась, – буркнула я, – никогда не видела?

– Ва… ва…ва… – заикаясь, проговорила она. – Ва… ше покойное величество, пра-пра-пра… Простите, не убивайте, не губите, – залепетала она, разом побелев как полотно.

Покойное? Величество? Не губите? Она что, рехнулась совсем?

– Я не хотела, – не слишком замечая мое замешательство, продолжала Ирада.

Спустя какую-то секунду ее бормотание обрело для меня смысл. Покойное величество, значит? То есть король никому не сказал, что я пережила встречу с призраком, и объявил меня мертвой, уж не знаю для чего… Может, чтоб в другой раз не покушались, а может, еще для чего.

Теперь понятно, почему он питье мне сам приносил, а не поручал служанкам, да и показал меня одному-единственному лекарю, и держал не в какой-нибудь гостевой комнатке, а у себя в кабинете.

А Ирада, значит, встретив меня в темном коридоре, да еще в этом балахоне вместо платья, приняла за призрак. Что она там бормочет? «Не хотела»? И чего же наша интриганка не хотела? Сейчас мы у нее все выведаем, пользуясь случаем!

Я похвалила свою водопадную интуицию и извинилась перед ней за недоверие. Работает! И ведь как отлично все сложилось!

– Да что ты! Так уж и не хотела? – густым загробным голосом спросила я, и эхо разнесло мой вопрос по коридору.

Ирада вздрогнула:

– Нет-нет! Это все она, Амнезизия. Гребень твой попросила, говорит, больно густые волосы. Заколдую, пусть все повылезают. Вот я и принесла, без всякой плохой мысли.

Ну да, «без всякой плохой мысли»! – подумала я про себя. Сделать так, чтобы у меня волосы клочьями повылазили – это, видно, с ее точки зрения, страсть как хорошо.

– А потом она в подвалы королевские попросилась, с осмотром вроде как, полюбопытствовать. Разве же могла я подумать, что она печать на призраке сломает да тот гребень ему и бросит. А потом уже молчала, потому как, получается, что заодно с ней была. Хотя я ни сном ни духом, вот честное слово! Вы должны мне верить, ваше покойное величество!

«Покойное величество»… Гм… От этого обращения становилось как-то не по себе. Ну вот, с покушением, кажется, разобрались. Но что-то все еще не позволяло мне покинуть этот коридор.

– Ну, и что молчишь? Ты же не все рассказала? О главном умолчала?

Я блефовала, конечно, но иногда это срабатывает. Сработало и сейчас.

– Что ж спрашиваете, если сами все знаете, ваше покойное величество?  Переживаю я очень. Надо бы королю повиниться, а как это сделать, не знаю. Он же меня тотчас казнить велит.

– В чем повиниться? Не тяни!

– Давеча, когда вы померли, принцесса Амнезизия Третья очень была довольна, а потом и говорит: «Король раньше по одной жене скорбел, теперь по другой скорбеть будет. Может, и вовсе жениться не станет? Да и зачем ему, коли наследник уже есть. А вот не было бы – тут уже не отвертишься, надо. И вообще наследником мой сын стать должен». Я эти речи послушала, да и говорю с непонятку: как это ваш, сиятельная, когда наследник есть уже, готовенький? Она на то ничего не сказала, только улыбнулась так нехорошо… Вот я и думаю, наверное, надо королю рассказать, хоть и страшно. Как бы она против мальчишки чего не замыслила! А теперь вот вас, ваше мертвое величество, встретила, так теперь уже рассказывать не надо. Вы ему сами явитесь да все расскажите.

Ох ты ж черт!

– Я тебе сейчас явлюсь! – рявкнула я на дурищу. – Я тебе так явлюсь, что мало не покажется! А ну быстро пошла к королю и все рассказала! А иначе и часа не проживешь.

Я развернулась и со всех ног помчалась в другую сторону, туда, в комнату драконыша. Что-то внутри подсказывало, что искать короля и просить помощи времени нет, нужно бежать и спасать мальчишку. Если еще не поздно.

58

Я неслась по коридорам, сбивая дыхание, спотыкаясь и чуть не падая. То, что сказала Ирада – ужасно. Эта жуткая принцесса не остановится ни перед чем! И на расправу она скорая, а значит, наверняка уже сделала что-то чудовищное.

Я подлетела к заветной двери, распахнула ее и… выдохнула с облегчением.

Живой. Совершенно живой, со здоровым румянцем на щеках и даже, кажется, вполне довольный жизнью, Драконыш стоял посреди комнаты и озадаченно взирал на гору подарков в разноцветных обертках.

Впрочем, стоило наследнику увидеть на пороге меня, как его брови удивленно поползли вверх. Ну конечно! Стараниями бывшего супруга я теперь для всех мертва. Не хватало еще перепугать ребенка.

– Не бойся, я не привидение, я живая, – быстро сказала я, не дожидаясь, пока на крики сбежится ползамка.

– Знаю, – пожал плечами драконыш, – мне отец рассказал. И слово взял с меня, чтоб я молчал.

Надо же! А королю в очередной раз удалось меня удивить. Я почему-то не сомневалась, что он со своей склонностью к спартанскому воспитанию, запросто объявит мальчишке, что я умерла, и позволит ему самому пережить эту потерю. Но нет, все-таки решил поберечь парня. А главное, без колебаний доверил ему тайну, которую не доверил бы никому.

– Но разве ты не должна сидеть взаперти, чтобы никто тебя не видел? – спросил он.

И снова мне пришлось бы ему слишком много объяснять. Например, что король как-то не удосужился сообщить мне о моей безвременной кончине.

– Не важно, есть проблема серьезней.

Наследник смотрел на меня с недоверием. Видимо, ему не казалось, что может быть что-то серьезней, чем напавший на меня призрак.

– Значит, слушай сюда… Тут такое дело… – я пыталась подобрать правильные слова. – Я думаю, что не только меня, но и тебя попытаются убить, и ты вроде как в опасности. Понимаешь? Но это ничего.  Нам просто нужно дождаться твоего отца и никуда-никуда не выходить. Его скоро позовут…

– Я в опасности? Ерунда! – бодро воскликнул драконыш, – Я с любой опасностью сам справлюсь! Пусть только попробуют попытаться!

Ну, конечно. Он вернул себе магию и теперь наверняка чувствует себя неуязвимым. Того и гляди схватит какой-нибудь меч со стенки да и рванет всех побеждать! А это в мои планы никак не входит.

Чтобы охладить воинственный пыл мальчишки, я решила отвлечь его на что-нибудь более мирное и спросила:

– А что это у тебя за беспорядок? – и указала на гору посреди комнаты.

– Да отцовы невесты вот подарки шлют, – тут же нахмурился драконыш. – Думают, наверное, что я могу на него повлиять.

Ясно. Тема невест ему неприятна. Но мы ведь не о невестах, а о подарках? Подарки – отличная тема для беседы. Лучше невест. И гораздо лучше покушения.

– Много… И есть в этой куче что-то хорошее? Что-то, что тебе нравится?

Он фыркнул.

– Откуда тут хорошее, одни игрушки для маленьких! – Он бросил на груду презрительный взгляд.

И вдруг застыл с открытым ртом, а глаза его изумленно расширились.

– Ничего себе! – прошептал драконыш. Рванул к куче, торопливо раскидал несколько свертков и бережно достал один – продолговатый и тяжелый. Судя по форме, там явно был какой-то меч. Да уж, такие игрушки этому ребенку нравятся куда больше! Даже сомнений нет.

Драконыш аккуратно развернул обертку и ахнул.

– Ты себе не представляешь, что это! Это же… – он только махнул рукой, видимо, признавая мою полную недалекость в вопросах оружия.

Взялся за рукоятку и вытащил из ножен сияющий меч, вскинул его над головой и…

Тут же комната словно подернулась дымкой. Густой черный туман сгущался вокруг драконыша. На его лице отражалась растерянность, а черный вихрь воронкой закручивался вокруг.

– Ой, мама! – пропищал он совсем по-детски.

Только мамы рядом нет, а есть испуганная и ничего не понимающая я. Лишь вспышками озарений до меня доходит: меч явно был заколдованный, порченный. Тот, кто его прислал, хорошо знал: что уж от этого подарка драконыш не откажется, сразу же выхватит. И навлечет на себя беду.

Что же теперь делать?

Черная хмарь, что закручивалась сейчас вокруг мальчишки, явно забирала его силы. Он заметно бледнел и оседал на пол. Но главное, я понятия не имела, как могу этому противостоять! Неужели только стоять и смотреть, как слабеет и оседает на пол наследник.

Ну уж нет! Прежде, чем сообразила, что делаю, я подскочила к нему и с силой ударила по руке, все еще держащей меч.

Заколдованная железяка вывалилась из руки и, лязгнув, упала на пол. Но воронка от этого никуда не делась.

– Марина, – еле слышно просипел драконыш.

– Ну-ка держись, – сказала я и ухватила его за руки, как будто бы могла удержать здесь на краю реальности.

Ну где же король! Чертова Ирада могла бы и поторопиться.

Эх, я все только испортила. Не явилась бы я сюда, не спросила, что это, драконыш, может, еще до вечера бы не глянул на груду подарков.

– Держись, малыш, держись! – говорила я вслух, вцепившись в его ладони. – Я тебя не отпущу. Твой отец уже спешит сюда, тебе нужно просто продержаться, ты слышишь меня?

Откуда у меня была такая уверенность, я не знала. Да, наверное, и не было этой уверенности, было отчаяние, которое, видимо, всегда наступает, если ты ничем не можешь помочь тому, кто тебе дорог.

Можешь только быть рядом и держать его за руку.

Показалось это мне или нет, но вроде бы темная воронка теперь не была такой густой, да и крутилась медленнее. И в ее центре были мы оба. А потом я почувствовала, что силы стали покидать и меня.

– Отпусти, – прошептал драконыш беззвучно, одними лишь губами.

– Черта с два, – ответила я, как мне казалось, резко и уверено. А на поверку – тоже просипела еле слышным шепотом. – Я тебя не отдам.

Но сколько бы я ни храбрилась, скоро стало понятно: я не удержу мальчишку на поверхности черного марева, еще немного – и пропадем оба. Но ровно столько, сколько смогу, я буду его поддерживать.

59

Мои силы не были на исходе – они закончились уже давно. Я это чувствовала так явно, будто какая-то часть меня уже была мертва. Я точно знала – уже несколько минут назад я должна была упасть без чувств. Но почему-то не падала. И не разжимала рук. И не отводила взгляда от тускнеющих глаз драконыша.

Минуты, или секунды, или часы – я потеряла счет времени. Не было больше ни комнаты, ни подарков, ни самого королевского замка, только я, ребенок и черная воронка.

Когда за спиной стукнула дверь, я взмолилась, чтобы это был король, или кто угодно другой – кто может помочь. И лишь когда сильные руки ухватили меня за плечи, с каким-то даже облегчением упала в забытье.

***

Я пришла в себя в постели. Открыла глаза, попыталась привстать, но комната закружилась, норовя слиться в разноцветное пятно. И все-так кое-что я в этом кружении уловила. Обеспокоенное лицо короля. И силуэт магического доктора, который сегодня уже меня осматривал. Хотя… кто сказал, что это было сегодня? Неизвестно, сколько я тут провалялась.

– Не нужно резких движений, милое дитя. Лежите… вы еще очень слабы, – сказал местный доктор, и его голос гулко отозвался в голове.

Пожалуй, и правда лучше не вскакивать. Я прикрыла глаза, и сразу стало легче.

Тихое бормотание лекаря доносилось словно откуда-то издалека.

– Ой-ой, нехорошая девочка! Заставила соврать пожилого, уважаемого человека. Когда я говорил, что вам ничего не грозит, я не знал, что вы отправитесь искать неприятности и мертвой хваткой вцепитесь в одно из самых жутких проклятий.

Я приоткрыла глаза сделала попытку улыбнуться, чтобы показать, что оценила шутку. А потом собралась с силами и задала вопрос:

– А что с его высочеством? Он жив?

– Да что с ним станется, с высочеством? Он же драконьей крови. Зелье выпил – да и пришел в себя тут же.  Спит теперь как младенец. Но долго путь не разлеживается! Завтра уже можно приступить к урокам. А вот вам недельку придется оставаться в постели.

Ясно… Я почувствовала себя глупо. Проклятье не подействовало бы на дракона? То есть моя помощь была и не нужна? Разве могла Амнезизия просчитаться? Ну нет… В тот момент это выглядело совсем иначе. И драконышу точно грозила опасность.

– Если бы не вы, мой сын бы погиб, – раздался голос, который был мне милее любого другого. И слышать его было больнее, чем любой другой.

Значит, все-таки не зря. Ну что ж, я совершила много ошибок… Хорошо, что хоть что-то смогла исправить. Все живы. Это ведь главное.

– Ваше величество… Осмелюсь вмешаться… – осторожно произнес доктор-целитель. – Но девушка еще очень слаба. Она нуждается в отдыхе. Для долгих бесед у вас будет время.

– Конечно… – таким покладистым король, кажется, еще никогда не был.

– Вам тоже следует отдохнуть. Ее здоровью ничто не угрожает. На этот раз я лично прослежу, чтобы она не покидала комнату.

60

Целитель не обманул. Когда я в следующий раз открыла глаза, он все еще сидел рядом. И не просто так сидел, а обмахивал меня огромным веером – ярко синим, с замысловатыми узорами.

Я смутилась. Нет, конечно, я все понимаю, что он пытается организовать мне комфорт и все такое, но в помещении не так жарко. Или это приказ короля? Ну тогда он просто сатрап и феодал! Заставлять пожилого человека работать вентилятором! Это как же можно до такого додуматься!

Я поймала руку доктора, останавливая, и пробормотала:

– Что вы, не надо махать… Это уже чересчур…

– Это почему еще не надо? – удивленно уставился на меня королевский лекарь. – А злые чары развеивать кто будет? Вы, барышня, не разбираетесь, вот и не говорите. И вообще, ваше дело выздоравливать, а не комментировать лечение.

Он был явно возмущен таким вмешательством во врачебный процесс. А я в очередной раз села в лужу. Нашлась тут защитница угнетенных!

Ладно, сменим тему.

– А где король… ну то есть его величество? – с опаской задала вопрос я, на всякий случай ожидая ответа: «А это не ваше дело, а его королевское».

Но маг, видимо, щепетильно относился только к вопросам лечения, а королевские дела его вовсе не интересовали. Он вполне миролюбиво проворчал:

– Спать ушел его величество. Это ж сколько ж можно. Двое суток не смыкая глаз возле вас дежурил. Это кто же столько выдержит? Даже меня помощник подменял, чтобы подремать можно было. А величество – ни  в какую не уходил.

Наверное, чуть раньше я бы обрадовалась этому обстоятельству, но не сейчас. То, что король сидел рядом, имеет вполне логичное объяснение. Он сам сказал: «Вы спасли жизнь моему сыну». И хоть в конкурсе на звание примерного отца мой экс-супруг срезался бы  уже на отборочном этапе, все-таки сына он любит очень. А значит, и к его спасительнице должен питать глубокую благодарность…

А чувства… откуда им взяться?

Мне сразу стало зябко и неуютно. Хотя, может быть, все дело в сквозняке, который устроил маг, или побочный эффект от проклятья. Я в этих местных штуках совсем не разбираюсь.

– А что Коллиса? Как себя чувствует?

– Коллиса? – удивленно переспросил лекарь.

– Ну да, старушка из Синеречья. Такая… – я напряглась, пытаясь вспомнить, чем «моя» старушка отличалась от всех других, но смогла выдавить только: – в новом платке… Она недавно слегла с простудой…

Лекарь даже подскочил на месте от возмущения и заговорил торопливо:

– Никаких старушек с простудами у нас во дворце нет и быть не может! У нас противопростудное заклинание на дворец наложено. Мое, персональное! Так что, если бы она даже и явилась сопливая, уж тут-то ей пришлось бы скоренько выздороветь! Простуда! Придумают тоже…

Ого, вот это я понимаю вакцинация! Все-таки здешний мир перед нашим во многом выигрывает.

Впрочем, вопросы профилактики простудных заболеваний теперь волновали меня в последнюю очередь. Я не могла поверить своим ушам.

– То есть нет больной старушки?

– Дитя мое, вы меня пугаете. Надо проверить, не повлияло ли проклятие на ваш слух или, того хуже, на рассудок! Нет больной старушки и не может быть.

Но ворчание мага уже не могло испортить мне настроение, потому что сердце отстукивало ритм радостно и весело. И, кажется, проклятие вместе со злыми чарами и прочими магическими примочками стремительно отступало.

Король меня обманул. Ничего Коллиса не болеет. И запросто могла бы отправить меня домой. Конечно, если бы он этого хотел. А он, судя по всему, совершенно не хотел.

– А когда его величество проснется, не подскажете?

– Послушайте, милое дитя, он же король! Когда захочет, тогда и проснется.

Ясно. Ну ничего… я подожду.

В животе громко заурчало. Я смущенно извинилась перед лекарем за такую вольность со стороны организма. Но он почему-то воспринял это с воодушевлением.

– Знаете, а вы идете на поправку. После такого проклятия обычно долго есть не хочется. Вы же голодны?

Я прислушалась к себе и обнаружила, что голодна ужасно. А при воспоминании о восхитительной местной кухне и вовсе могу подавиться слюной.

– Вот и отлично.

Он вышел за дверь, коротко отдал какие-то распоряжения, и скоро в комнату внесли тарелку с едой, больше похожей на кашу, чем на что-то другое. Я попробовала, ожидая чего-то божественного на вкус, как и обычно в этом мире. Но в этот раз меня ожидало разочарование. То, что выглядело как каша, на вкус и оказалось кашей. Вроде нашей овсянки, только совершенно пресную.

– Это что такое? – буркнула я. – Невкусно же!

Вот так! Стоит королю уснуть, а тут уже гостей всякой гадостью кормят.

– Это здоровое питание, – поучительным тоном заявил маг. – Очень полезная штука, если кто хочет поскорее встать на ноги. Вы вот хотите?

Я хотела очень, потому что, как только я на эти ноги вскарабкаюсь, я тут же пойду к королю, к которому у меня накопилось немало вопросов. И уж я ему задам! В смысле, вопросы задам.

Так что я вздохнула и заработала челюстями.

61

Как только с кашей было покончено, я вдруг поняла, что идти к королю прямо сейчас мне совершенно не хочется. Да и вообще никуда не хочется идти. А хочется снова закрыть глаза и уже привычно упасть в глубокую дрему. И я не вижу ни одной причины себе в этом отказывать.

Сколько прошло времени, прежде чем я в следующий раз открыла глаза, не знаю. Но, видимо, порядком, потому что за окном стемнело и старичка-целителя рядом уже не было. Видимо, устал нести вахту и тоже отправился спать. Или мое состояние уже не внушает опасения, и гроза миновала.

– Я рад, что вам уже лучше… – раздался голос из глубины комнаты. Король. Вполне приятная замена целителю, хотя он вряд ли станет обмахивать меня веером…

Мне лучше? Это точно! Теперь, когда выяснилось, что я все еще здесь не из-за болезни старушки, а  по желанию короля, мне точно стало гораздо лучше!

И вообще все как-то неплохо складывается. Вот хотела я найти его для серьезного разговора. Несколько часов здорового сна – и пожалуйста, сам явился.

Король подошел и уселся рядом. От его близости мое сердце застучало так громко, что кажется, еще немного – и он услышит этот стук.

– Как дела у принца? – спросила я первым делом.

– Неплохо… Рвется вас навестить. Но целитель считает, что для вас это пока еще слишком тяжелое испытание…

Когда король говорил о сыне, голос его непривычно потеплел. Не может быть! Неужели кое-кто решил не прятать своих отцовских чувств под маской строгости!

– Ничего, уж как-нибудь выдержу… – улыбнулась я.

– Я знаю.

Повисла неловкая пауза. Пора мне было уже спросить о простуде Коллисы. Но почему-то слова никак не желали срываться с губ. И я спросила совсем о другом.

– А что же Ирада?

Король нахмурился.

– Ирада… Это ведь она сказала, что с принцем беда.  И все, что натворила, – это ведь больше от глупости, чем по злому умыслу.

– Ясно… – почему-то разочарованно выдохнула я. Не то чтобы мне так уж хотелось ее крови. Но моей-то злобная тетка попила немало! И вообще хотела, чтобы меня некроманты забрали! —Значит, вы ее простили?

– Что-то вроде того. Отправил из дворца. В Синеречье. Там, конечно, условия проживания далеко не те… Но – природа, работа на свежем воздухе…

Хм… в ссылку… Неплохо.

– И чем она там будет заниматься?

– А чем велят, тем и будет. Земледелие, собирательство, заготовки… Свободные руки всегда нужны.

Ага, значит, там не покомандует! Уж вредная Коллиса устроит ей веселую жизнь! То есть не так уж он и простил.

И снова  самое время спросить про «бедную больную старушку», а я все тяну и тяну.

– А Амнезизия? Третья?

Уж тут-то никак не скажешь, что она не со зла…

– Ее высочество пока в королевской тюрьме. Но ее батюшка изъявили желание вернуть девицу на родину…

– То есть вы ее просто отпустите?! – вот теперь я возмутилась по-настоящему.

– С удовольствием! Зачем казне убытки?

Опять эти убытки! Ну разве можно быть настолько меркантильным! Такое чувство, что не одну принцессу в тюрьме прокормить надо, а целую толпу гурманов. Вон, пусть овсяночки моей ей дадут. А что, здоровое питание! И никаких убытков.

– Разумеется, за использование черных чар, чуть было не приведшее к гибели наследника престола, у ее пожизненный запрет на магию. И это уже златолистом не исправишь.

Разумная мера… Этой сумасшедшей не то что магию – ей даже острых предметов в руки нельзя давать.

А король продолжал:

– К тому же эта история получила огласку… Теперь очаровательной принцессе закрыт въезд в большинство стран нашего мира. Что делает весьма проблематичным будущее замужество… А также балы, светские приемы и прочие развлечения, к которым она привыкла. Впрочем, ходят слухи… если, конечно, вам это интересно…

– Очень интересно! – я даже приподнялась на подушках, чтобы лучше слышать последние новости.

– Говорят, что этой историей заинтересовался правитель некромантов… И уже сделал предложение юной принцессе. Если ее отец согласится, быть ей то ли сорок четвертой женой, то ли пятидесятой – я не очень за этим слежу.

Да уж… Похоже, это тот самый случай, когда оставить принцессу в тюрьме – очень даже гуманно. Но король прав. Нечего тут казну разбазаривать!

А вот теперь самое время поговорить о главном!

– А что, Коллиса все еще болеет?

Король нахмурился. Это еще почему? Решил, что я спрашиваю, потому что хочу скорее домой попасть?

– Мне кажется, в вашем нынешнем состоянии не следует думать о перемещении. Вы еще недостаточно окрепли.

Ну, конечно, сначала мне надо окрепнуть, потом Коллисе оздоровиться, потом астрология как-нибудь не так сложится. Человеку, который ни черта здесь не понимает, можно дурить голову довольно долго.

– Бросьте, я знаю, что она не болела. Тут у вас заклинание противопростудное. Тут вообще никто не болеет.

Король молчал. Видимо, не был готов к тому, что я уже все знаю.

– Зачем вы меня обманули?

С тех пор, как выяснилось, что я все еще не дома не по какой-то там случайности, а по королевскому соизволению, я всю дорогу крутила в голове всевозможные причины. Для чего бы королю понадобилось удерживать меня здесь обманом? Не хотел меня отпускать? У его величества точно так же, как и у меня, после развода чувства никуда не делись? Так вот сколько бы я ни крутила и ни придумывала, самым вероятным все-таки оставался именно этот вариант. И все-таки я гнала эту мысль до тех пор, пока не услышу ответ от короля.

Не хочу больше разочаровываться!

В ответ король наклонился, заглянул мне в глаза так, что сердце остановилось, и поцеловал меня так, как я думала, уже никогда не поцелует. Прошло немало времени, прежде чем мы смогли оторваться друг от друга.

– Постойте… А как же… Мы ведь не женаты, никакого специального семейного притяжения нет. Тогда почему?..

Я запнулась. Хотела спросить – почему тогда он целует меня так, будто это действительно что-то значит?

Он поправил прядь волос у моего лица.

– Я не знаю, почему. Но знаю одно – когда вы появились в моей жизни, в ней стало намного больше смысла. Хоть и сложностей тоже больше. Но разве это важно, когда любишь?

Я порывисто обняла его, прижимаясь крепко и едва сдерживая слезы – теперь уже счастливые.

Когда я его отпустила, король, довольно улыбаясь, сказал:

– Вижу, наш лекарь не соврал, вам действительно гораздо лучше. Извините, вынужден ненадолго оставить вас одну, у меня есть важное государственное дело.

– Это какое же? – почти с обидой спросила я. Я вот, например, с трудом представляла себе государственное дело, которое могло быть важнее того, чем мы только что занимались.

– Я должен объявить имя своей будущей жены. Надеюсь, вы согласитесь стать моей супругой?

– Что вот так сразу нужно ответить?

– Желательно. Впрочем, если вам так больше нравится, мы можем снова сыграть в драконьи нарды.

Конечно, король заслуживал моего отказа. Ну ладно. Не отказа. А хотя бы нескольких дней на размышление. Пусть бы помучился, как я.

– Думаю, в нардах нет нужды. Я согласна.

Он поднялся с кровати.

– Я бы предпочел вступить в брак незамедлительно.

Тут я его понимала. Как только мы сочетаемся законным браком, все эти очаровательные создания, что явились сюда в надежде покорить королевское сердце, наконец-то исчезнут. Я вот считаю, что экономия казне не помешает!

Оставался один, последний вопрос:

– А как же магия? – спросила я. – У меня ведь ее так и нет.

– Ну что поделать, – сказал король. – У каждого свои недостатки.

Эпилог

Свадьба в этом мире – самое скучное мероприятие, которого только можно придумать. В этот раз я точно убедилась, что дело не во мне. Просто такие тут обычаи…

Нет, я конечно, предлагала королю сделать все по-человечески – с выкупом невесты, конкурсами и застольем. Но он только смеялся:

– Вы ведь шутите? Не могут люди в здравом уме такое устраивать…

Так что я решила не настаивать. Какая разница – как все будет обставлено, если в результате мне достанется тот, кто навсегда обосновался в моем сердце! Теперь – только вместе. Я еще раз торжественно прогулялась по дорожке посреди зала, умудрилась не споткнуться и не запутаться в тяжеленом платье – вот и молодец, получи поцелуй да и живите долго и счастливо!

Главное – не донимай драконий камень своими глупостями. И вот это второе правило мы с королем прямо сейчас собирались нарушить.

– А нам точно туда надо? – я нерешительно застыла перед входом.

– Конечно, я же вам уже объяснял!

Мой теперь уж снова супруг крепко ухватил меня за талию, так крепко, что даже, вздумай я сопротивляться, у меня бы не получилось.

– Идемте, это совсем не страшно, особенно, когда я рядом.

Я вспомнила, почему было не страшно в прошлый раз и сделала шаг в темноту. И ожидаемо оказалась прижата к прохладной поверхности.

– Да ладно, не так уж я и боюсь, – буркнула я, – и вообще, вдруг он подсматривает.

– Кто? – не понял его величество.

– Драконий камень!

– Как же он может подсматривать? Это же просто камень, он на месте стоит много веков, – ответил король.

Однако дальше нежничать не стал, отстранился, оглянувшись по сторонам, словно и вправду ожидал увидеть какой-нибудь каменный глаз. А потом ухватил меня за руку и потащил вглубь коридоров.

На самом деле темнота меня уже не очень пугала. Просто я слишком хорошо помнила, что прошлые наши визиты к этому камню ничем хорошим не закончились. И не знала, чего ждать от нынешнего.

Мы стояли посреди пещеры, а камень грозно возвышался над нами. Стало по-настоящему страшно. А-ну как скажет: все, барышня, нагулялись вы тут, отправляйтесь домой. Странное дело: если раньше это была моя мечта, то теперь, когда все наконец наладилось, отправляться домой было совершенно невозможно.

– Если вы скажете, что опять пришли разводиться, – прогрохотал драконий камень, и эхо гулко разнесло его слова, – я не знаю, что с вами сделаю. У меня фантазии не хватает, но я придумаю.

– Нет, мы не разводиться, – поспешила успокоить его я, – мы с вопросом.

– Ну давайте свой вопрос, – вздохнул он.

Интересно, как эта каменюка научилась вздыхать? Ну говорить и кашлять – ладно (хотя как она может говорить и кашлять, я тоже не представляю). Но вздыхать – это и вовсе выше всякого понимания. Камень ведь, откуда у него легкие?

– Что-то странное с ее величеством творится, – начал говорить мой супруг, – она летает по ночам.

– Это как это? – заинтересовался камень.

– А вот так, поднимается над кроватью и висит… И светится еще.

– Ага, – тоном доктора проговорил камень. – Ну это ты сам виноват. Солнышком называл ее? Птичкой, там? Или ласточкой? Вот она тебе летает и светится.

Я стала усиленно вспоминать, но что-то ничего похожего не припомнила. Мой супруг как-то не очень был склонен сюсюкать. Ведьмой, да, случалось называл.

– Не смешно, – сказал король хмуро.

Но камень с ним не согласился.

– Еще как смешно! Вы же так хотели, чтобы магия была. Вот она, пожалуйста, вам.

– Да какая же это магия! – возмутился король. – Если ею управлять невозможно!

– Невозможно, – согласился камень, – потому что магия, как бы это сказать… не совсем ее.

– А чья тогда? –  король, но я, кажется, уже не нуждалась в ответе камня.

Инстинктивно закрыла ладонями живот и сразу вспомнила, что последние дни по утрам на еду смотреть было тошно. Впрочем, я-то думала, что это от ночных полетов магических меня укачивает… А выходит, нет! Ну что, мелкий драконыш может быть счастлив. Его план удался целиком и полностью. И в том, что касается братьев-сестер – тоже.

– Ну что молчишь? – кажется, король начинал нервничать.

– А ты у жены своей спроси! – ответил камень, и в голосе явно слышалась издевка. –  Я вижу, она ответ знает.

– Откуда ей знать? Если бы знала, разве шли бы мы сюда, – все еще не понимал мой супруг.

В некоторых вопросах мужчины совершенно беспомощны, будь они хоть трижды драконы и даже короли.

Я потянула супруга за руку:

– Пойдем, я тебе потом расскажу…

И заторопилась к выходу.

Это была такая новость, о которой мне хотелось подумать в одиночестве. И уж точно не в обществе насмешливой каменюки!

Но на пороге я все-таки обернулась:

– А можно и я спрошу кое-что?

– Девочка, – сказал камень.

– Что? – не поняла я, а потом сообразила: он ответил на вопрос, который я не успела задать.

Значит, девочка! Косички, платья, рюши – и никаких мечей! Но оставался еще один вопрос:

– А еще… потом, ну когда уже всё…

Камень решил не дожидаться, пока я сформулирую свою мысль:

– А вот этого не знаю! Может, останется магия, может, нет. А тебе есть разница?

– Абсолютно никакой, – радостно ответила я камню. – Ну же, что вы стоите? Пойдем уже, – сказала я супругу, который, судя по выражению лица, тоже о чем-то стал догадываться. – Мне теперь надо больше гулять на свежем воздухе, а темные и мрачные помещения мне вообще противопоказаны. И кстати, давно хотела спросить о курортах фейских островов. Хорошее место? Стоит туда лететь?

Content

Мачеха для наследника

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

Эпилог