Филимонова Наталья

У нас под крылом – солнце

Филимонова Наталья

У нас под крылом – солнце

Пролог

Ида Виленто смотрела на собственное лицо. Это почти как в зеркале - если бы не другая мимика, жесты, другое. всё.

Странная ирония: в прошлой жизни у них были одинаковые имена, в этой - лица. И еще -по две смерти на каждую, и обе - на двоих. А больше - абсолютно ничего общего.

Кроме того, что теперь, кажется, они все-таки самые близкие друг другу люди. Пожалуй, само это слово звучит очень верно: близнецы. Ближе некуда. Единственные, кто знает друг о друге то, чего никому не расскажешь.

Сейчас лицо ее близняшки кривилось: Ада собиралась разреветься.

- Не знаю я, что с этой их магией -шмагией делать! Это ты у нас тут. умная шибко, а я академий не кончала! Не понимаю я этих ваших векторов -шмекторов! Зачем я вообще сюда попала, да лучше б я там с концами померла, что я, рая себе нормального не заработала, всю жизнь как проклятая вкалывала, так теперь и тут! - она в отчаянии взмахнула рукой, и на комоде в другом конце комнаты взорвалась ваза с цветами. Натурально взорвалась, брызнув во все стороны мельчайшими осколками и цветочным фаршем. Глянув на нее, Ада наконец всхлипнула, и из ее глаз водопадом хлынули слезы.

Ида внимательно посмотрела на комод и снова перевела нечитаемый взгляд на сестру.

- Меня тоже раздражала эта ваза. Но тебе просто стоило бы самостоятельно заняться интерьером своей комнаты - вряд ли родители бы были против. Мне же не отказали.

Ада продолжала плакать, не слушая ее, и Ида вздохнула.

- Зин, - она нарочно использовала это имя, их общее имя, которого здесь не знал больше никто, - не гневи бога. Или в кого ты там веришь. Вот скажи. чем ты занималась в свои четырнадцать. там?

- Коровам хвосты крутила, - буркнула Зина-Ада. - В школе я училась. А из школы на колхозную ферму бегала - мамке помогать. Это ты как сыр в масле каталась! И школа тебе, и этот твой. университет! А я? Я тут как дууууууура!

Ида очень глубоко вдохнула воздух. И выдохнула. И даже не стала подтверждать очевидное - хотя очень хотелось. Педагогические навыки не позволили.

Детство бабы Зины там, в том, прошлом мире, пришлось на послевоенные годы - легко и сытно тогда никому не было. Но сейчас перед ней была просто девчонка, не верящая в собственные силы. Такая же, как ее восьмиклассники.

- А тут ты благородная леди! И тебе снова четырнадцать! У тебя молодые мозги и сколько угодно возможностей поступить в академию, в университет или куда захочешь! Даже магия у тебя есть! Ты можешь заняться вообще чем хочешь! Вот только по сравнению с местными детьми у тебя есть огромное преимущество: знание людей - они во всех мирах одинаковы, и опыт целой жизни, и не самой простой жизни...

- Угу, коров доить умею и картоху сажать. Очень мне это поможет! А этой твоей ледью блаародной быть не умею!

- Невелика наука. Да и время у нас пока еще есть - научимся. обе, - Ида обернулась к окну, краем глаза уловив какое-то движение. Ну, конечно, Котангенс опять на бреющем полете несется, паразит, прямо над городом! Если он еще раз снесет какую -нибудь башню. или. эй, а что он вообще делает над ратушей? Он что, решил ее.

.. .Пометить?!

- От паскуда! - с каким-то даже восхищением протянула сестра, проследив за ее взглядом, но тут же снова протяжно всхлипнув. - Зинк, а Зинк... а правда - ну шо мы тут делать будем, а?

- Что и обычно, - Ида пожала плечами, продолжая мрачно наблюдать за вихляющими победоносными виражами питомца. - Драконов на скаку. то есть на лету останавливать. и уши обрывать! Ну и по горящим замкам шастать. предварительно их подпалив, скорее всего.

Глава первая. На пороге

Тусклая лампочка над головой затрещала и моргнула. “Надо, наконец, нанять кого -то, чтобы заменил провод”, - отстраненно подумала Зина. Провод, перемотанный скотчем в нескольких местах, был протянут прямо поверх стены, закреплен кое-как и провисал в нескольких местах. Что поделать, если в этом доме много лет жили только одинокие женщины. Попросить. соседа? Как бы хуже не сделал.

Старый кот на ее коленях хрипло муркнул в последний раз и затих. Мохнатый рыжий бок тяжело приподнялся и опустился. Зина провела по нему рукой.

Ну вот и все. Столько лет они с котом спасали друг друга: она его от смерти, он ее - от одиночества.

По сути, за все годы, что она прожила здесь, в этой богом забытой южной станице, она и не искала другого общества. И тогда, когда в первый раз приехала сюда жить, и уж тем более во второй. С коллегами отношения сложились ровные и прохладные, ученики. ученики начинали ценить ее только тогда, когда оканчивали школу. Ее выпускники подходили к ней 1 сентября и в День учителя - в прошлом году, и в этом тоже. Благодарили, вспоминали со смехом, как боялись ее и почти ненавидели. Слишком сухая, слишком строгая, слишком требовательная. Уж точно никто из них никогда бы не напросился в гости и не стал с ней болтать просто так.

Тогда, в первый раз, когда она только приехала сюда, казалось, что этот дом - просто тихая гавань, та самая нора, куда можно забиться на время, чтобы зализать раны. Побыть одной, главное - подальше от всего мира, подумать, понять, как же так все по-дурацки вышло.

Она думала, что пересидит здесь несколько месяцев и уедет. А потом... сначала закончились деньги, и было принято решение найти работу. Здесь не так уж много вариантов. Но учителей всегда не хватало - ее приняли с распростертыми объятиями. Директриса еще шутила, что на место Зинаиды Алексеевны должна была однажды прийти Зинаида Алексеевна. Бабушка оставила по себе долгую память.

Увы, спустя пару лет она все-таки сделала глупость, решила вернуться в “большой мир” рановато, и хуже всего - согласилась встретиться с тем, с кем было нельзя. И сама не заметила, как все закрутилось заново.

Когда она бежала сюда во второй раз, этот дом представлялся ей ее личной крепостью, единственным местом, где можно спрятаться от того, с кем теперь даже случайно нельзя встретиться, посмотреть в глаза, перекинуться словом. Иначе - снова затянет, убедит, заговорит. Иначе - она снова окажется в конце концов там, где больно и плохо, и нет сил уйти. В своей золотой клетке.

И в своем сердце она возвела стены куда выше любых крепостных.

Ох, как же она тогда благодарила в душе покойную бабушку - самого близкого своего, пожалуй, человека на свете. Ту, в честь кого она получила свое немодное имя и от кого унаследовала характер, а в итоге - и профессию. Бабушка, пожалуй, была единственной, кто когда-то почуял неладное в казавшейся такой идеальной и сказочной картинке ее жизни.

Если бы бабушка не написала завещание, этот дом унаследовала бы мама. Нет, мама, конечно, не обидела бы ее. просто она поступила бы “по справедливости”. Как она эту справедливость понимает. Она продала бы дом и разделила деньги между всеми детьми поровну: своей Зиной и сыновьями мужа, которых сама она в свое время приняла безоговорочно - как родных.

Вот только не стала бы учитывать при этом, что сыновьям Зинин отчим, собравшись с силами и пошерстив по сусекам, справил-таки по однушке сразу, как только они закончили школу. А вот Зина вышла замуж еще на втором курсе, в свои 18 - и пришла к мужу в чем была. Мама и тогда была уверена, что это справедливо: зачем дочери свое жилье, у нее муж богатый, а мальчишкам еще семьи в дом приводить.

И если бы не бабушка, даже собравшись с силами, Зине бы просто некуда было бежать.

Здесь ей было. спокойно. Здесь время тянулось размеренно и неторопливо, и отмечалось только сменой классов. Даже школа, казалось, нарочно дожидалась ее - на прежнее место ее взяли без единого вопроса. Сначала казалось, на этот раз она посидит здесь годик и будет решать, что дальше делать со своей жизнью, которая, как бы там ни было, все еще вся впереди.

Но возвращаться “в мир” с каждым годом казалось все труднее. Да и школа затянула как -то. Особенно когда ей доверили наконец старшие классы. Оказалось вдруг невозможно бросить своих детей посреди года. Ладно - семиклассники, а как же выпускники? У них

ЕГЭ впереди, так нельзя, Каринке надо поступать обязательно, и Топоркову, а Кустоева -она пойдет, конечно, на гуманитарный факультет, ей эта алгебра ни к чему для поступления, верно она думает, но ведь сама еще не знает, не понимает, как пригодится, и логическое мышление у нее какое, любо-дорого, да и за прочими надо присмотреть, чтоб вразнос не пошли...

И вроде бы ясно было, что надо в конце концов менять что -то однажды. Она ведь молода еще, а здесь - ни на карьеру никаких перспектив, ни на личную жизнь ни единого шанса. Не физкультурника же вечно пьяного соблазнять.

Наверное, это-то ее и пугало в конечном счете. Возвращение означало бы, что надо, видимо, снова думать о будущем. Может быть, знакомиться с кем -то. Снова доверяться кому-то. Искать кого-то. Устраивать свою жизнь.

Здесь. проще. Это как в детстве, когда скрещиваешь руки: чик -чирик, я в домике - и вода не может тебя поймать, пока ты стоишь на месте, восстанавливая дыхание, и наблюдаешь, как носятся все вокруг, визжат и уворачиваются - тебя это пока не касается, ты в домике, и сколько угодно можно так стоять. В конце концов неизбежно придется включиться снова в игру, иначе зачем было и начинать. Но - еще немного. Пять минут, отдышаться. Полгодика. год. шесть лет.

И в конце концов оказывается, что в свои 34 ты сидишь на кухне с мертвым котом на руках и осознаешь, что теперь больше нет на свете никого, кому ты по-настоящему необходима. Для кого тебя нельзя заменить.

Мама. ну да, у нее есть мама. Но она и тогда не поняла Зинаидиной “блажи” - и до сих пор не понимает. До сих пор уверена, что лучший выбор для ее дочери - вернуться. туда. К нему. У мамы есть, в конце концов, другие дети. В мамином доме она в конечном счете теперь тоже лишняя. Пожалуй, если бы тот случай с полыньей произошел сейчас, она бы не смогла оттуда выкарабкаться. Просто не нашла бы причины - зачем.

Грохнула калитка во дворе.

- Зинка! Ты тута? - в окно сунулся любопытный сморщенный нос.

Зинаида только вздохнула. Пожалуй, лишь один -единственный человек во всем мире мог вести себя с ней так бесцеремонно и фамильярно: соседка и тезка, главная сплетница станицы, которую никто во всей Старицкой и не звал иначе как бабкой Зинкой. Даже мать она давным-давно приучила уважать свои личные границы. Эти самые границы стали для нее после всего больной темой.

Но для бабки Зинки не было самого такого понятия. Кажется, после того самого случая, когда обе они едва не погибли, бабка Зинка записала ее то ли в боевые подруги, то ли в подопечные - и стала время от времени “заглядывать на огонек”, ничуть не смущаясь холодноватым, хоть и вежливым приемом. Кажется, она считала, что Зинаида просто по -другому не умеет разговаривать и, может, где-то даже в глубине души ее жалела.

Скрипнула входная дверь: бабка Зинка, заглянув в окно и удостоверившись, что хозяйка дома, без всяких сомнений решила зайти. Сейчас пройдет по коридору, попутно с любопытством заглядывая во все углы - просто по привычке! - и явится в кухню.

Зинаида еще раз погладила уже прохладный кошачий бок. Прощай, рыжий. Может, где -нибудь, когда-нибудь в лучшем месте еще встретимся.

В такие моменты оставаться атеисткой хотелось меньше всего на свете. А поверить во что-то казалось поздно.

Зина тяжело поднялась и переложила до странности легкое пушистое тельце на лежанку. Голова слегка закружилась после долгого сидения, и она попыталась опереться о стену. Дернулся под рукой провисший провод - и мгновенный удар прошил все тело, а воздух в легких вдруг закончился.

“Надо было все-таки починить...”, - мысль угасла, не успев оформиться. Вместе с лампочкой.

- Зинка! Слышь, Зинка, я чего зашла -то! Слыхала, опять коммуналку подымают! А я Рытке-то дуре своей ище когда говорила...

Бабка Зинка осеклась едва ли не на полуслове, заметив наконец лежащее на полу тело.

- Зинка! Ты. ты шо это? Сморило? Ну, жара -то. Ты.

Мелкими шажочками бабка Зинка осторожно приблизилась к неподвижной соседке, чтобы удостовериться: не дышит.

- Ой, горе. ой. Зина...

На секунду старуха прижала руку к груди - кольнуло, неприятно, но не ново, сколько раз за день так колет. Надо бежать, звать людей, скорую вызывать. хоть. смерть зафиксировать...

Кольнуло сильнее.

- Та шо ж это.

Зрение возвращалось постепенно, перед глазами все еще скакали цветные мушки. Белый шум в ушах постепенно превращался в высокий голос, бесконечно что-то повторяющий. Кажется, его обладательница чего-то хочет от нее, от Зинаиды. только слова почему-то никак не разобрать, не сосредоточиться.

Что-то настойчиво прикасалось к ее губам. Кажется, металлическое. Ложка? Наверное, лекарство. Она чувствовала, что сидит - наверное, бабка Зинка вызвала скорую, ее подняли.

Об этом Зинаида думала, уже покорно открывая рот. Вот только на языке ощутила не гадостный вкус лекарств, а нечто вовсе уж неожиданное.

...Каша?! Ее ударило током, она потеряла сознание, и ее... кормят кашей?!

Наверное, от неожиданности ей и удалось наконец прийти в себя окончательно. И прежде всего - решительно отпихнуть от себя чужую руку, вновь зачерпнувшую каши и настойчиво подносящую ложку к ее лицу. Мимоходом отметила, что собственная рука очень слабая - впрочем, чему удивляться...

Вот только в следующую секунду стало не до ложек и не до каши. Потому что при этом простом движении она увидела эту самую руку. Свою собственную руку, показавшуюся какой-то до нереальности тонкой. У нее никогда не было таких тонких рук и запястий, такой узкой кисти с длинными пальцами. А еще - она всю жизнь мучилась со своей светлой, слишком сухой кожей, сквозь которую просвечивали на ногах и кистях рук голубоватые вены. Кожа, которую она видела сейчас, была тоже светлой - но другой, матовой, плотной. И никакого узора вен.

Она поднесла кисть к лицу и убедилась, во -первых, что рука ей подчиняется, а во-вторых

- что рисунок линий ей тоже незнаком. Опустила глаза на свое тело, одетое в просторную светлую рубаху до пят. Очертания были чужими. Груди почти нет, вся фигура стала меньше и тоньше - будто она в одночасье похудела на десяток килограммов, заодно став уже в кости. А еще на плечи спадали волосы - длинные и темно-каштановые. Она всю жизнь носила короткую стрижку - и никогда не перекрашивалась из родного русого. Зинаида дернула каштановую прядь. Больно!

- Тиссе ида, тааре нами, куто миэ! - сердито проговорил все тот же женский голос, и ложка снова ткнулась в губы Зинаиды. Пришлось снова открыть рот - не обливаться же кашей!

Стоявшая перед ней женщина средних лет была одета в длинное платье, передник и чепец. И, похоже, дело все-таки не в Зинином слухе - женщина говорила не по-русски. Хуже того - и комната оказалась незнакомой и странной. Меньше всего это место походила на ее собственную кухню или больничную палату. Высокое окно в пол с легкими бело-розовыми занавесками, небольшой столик перед ним с какими -то склянками, комод на гнутых ножках у стены, две кровати под широкими балдахинами -на одной из них и сидела Зинаида. А перед ней стоял небольшой деревянный столик, чем-то напомнивший детские столики для кормления - разве что побольше. Тарелок на нем оказалось две - только одна накрыта крышкой.

Проглотив кашу во рту, Зинаида решительно отстранилась.

- Послушайте, - голос оказался хриплым и каркающим, будто она долго-долго не разговаривала. Пришлось остановиться и прокашляться, но говорить все равно было трудно: в горле ощущался колючий ком, а голос взлетал и падал до шепота. -Послушайте, я ничего не понимаю. Кто вы? Где я? Вы не говорите по -русски?

Женщина вздохнула и посмотрела на нее печально и жалостливо.

- Тиссе ида, тааре! - укоризненно сказала она.

- Мда, задачка. Ээээ... ду ю спик инглиш? - на пробу спросила Зинаида и по не изменившемуся взгляду женщины поняла, что мимо. - Шпрехен зи дойч? Парле ву франсе?

Последнее она спросила уже исключительно ради эксперимента. Ни по -немецки, ни уж тем более по-французски она и сама не смогла бы связать двух слов. Важнее было увидеть, как отреагирует собеседница.

А отреагировала она на все вопросы совершенно одинаково: как на бессмысленный набор звуков. И со вздохом снова взялась за ложку.

Да что же это такое! Похоже, пока эта маньячка не накормит свою, хм, подопечную, добиться от нее ничего не удастся.

Вздохнув не менее выразительно, Зинаида решительно отобрала у женщины ложку и быстро-быстро заработала ею самостоятельно, торопясь съесть наконец эту треклятую кашу, чтобы безумица от нее отвязалась и можно было спокойно разбираться, что произошло.

Однако и на это невинное действие женщина в чепце отреагировала странно. Она издала невнятное восклицание и попятилась, глядя на Зинаиду, как на восьмое чудо света.

Пятилась она до тех пор, пока не уперлась во вторую кровать - и, похоже, задела ее ненароком.

Удар заставил женщину вздрогнуть и обернуться.

- Тиссе ада, крите мо...

За ее спиной на второй постели села незнакомая очень юная девушка - или даже девочка-подросток со встрепанными длинными волосами - тоже темно-каштановыми.

- Шо? - девчушка хлопнула глазами, озираясь. - Итицкая сила! Это шош творится, а?! Это ш куда она меня, тварюка, сдала -то, а?

Зинаида уронила ложку, звонко звякнувшую о тарелку.

Потому что, во-первых, девушка, в отличие от женщины в чепце, говорила по -русски.

А во-вторых - с какими-то уж очень подозрительно знакомыми интонациями.

Глава вторая. Близнецы

Наверное, эта безумная мысль все равно не пришла бы Зинаиде в голову. Если бы в этой голове уже не сидело не менее безумное понимание, пусть до конца еще не сформулированное даже для себя, но оказавшееся единственно логичным: ее собственное тело. больше не ее.

- Баба Зина? - не веря себе, на пробу спросила она.

Девчушка смерила ее взглядом и скривилась.

- А ты еще хто?

- Я. вы правда баба Зина?!

И шо? Я 83 года как Зина!

В устах девчонки вряд ли старше пятнадцати это звучало дико и невероятно, но...

Так. Есть вероятность, что все это безумный бред. Тогда это значит, что Зинаида сейчас лежит где-то в больничной палате и пускает пузыри. Или. она украдкой ущипнула себя за руку - больно. Кстати заурчало и в животе. Каша, между прочим, тоже была вполне реальной - в меру горячая и на удивление довольно вкусная, хотя каши она никогда не любила.

Ладно. Бред или не бред, сейчас она может или принять окружающую реальность, или. да никаких “или”. В конце концов, если она очнется в палате с мягкими стенами, о ее поведении в собственном бреду никто не узнает. Если это все -таки не предсмертный бред. А здесь и сейчас будем решать проблемы по мере их поступления. Принимая реальность окружающего мира, познаваемого эмпирическим путем.

- Баба Зина, - осторожно начала она, - посмотрите на свои руки.

Женщина в чепце тем временем оторопело переводила глаза с одной из них на другую.

А девчонка, которая каким -то невероятным образом была бабкой Зинкой, невольно кинула взгляд на свои руки - и завопила.

- Это. это шош. это как! Это чего!

Еще бы. Для нее-то, наверное, разница куда заметнее - с первого взгляда, можно и не присматриваться особенно.

- Зина, - Зинаида старалась говорить спокойным, умиротворяющим тоном, - То есть баба Зина, я Зинаида. Ваша соседка. Учительница. Помните, вы ко мне зашли? Меня ударило током, а потом. Знаю, что выгляжу сейчас по-другому. Как и вы. Я тоже не понимаю, что случилось. Я тоже растеряна. Но вот эта женщина точно пришла сюда, чтобы накормить нас обеих. И она не понимает по-русски. Я думаю, сейчас рациональнее всего съесть то, что она принесла - тогда она угомонится - и можно будет попробовать знаками договориться с ней. Хотя бы чтобы привела кого -то, знающего русский.

Не переставая говорить, Зинаида поднялась с кровати, взяла вторую тарелку с кашей и ложку и, шаркая ногами - тело плохо слушалось - понесла ее к подруге по несчастью. Та продолжала хлопать глазами и ловить ртом воздух.

А вот женщина в переднике отреагировала бурно: отмерев наконец, она с невнятным восклицанием бросилась к двери и выскочила из комнаты, хлопнув дверью - слышно было, как она несется куда-то и что-то вопит на своем языке. Слышно было только начало фразы - уже знакомое “тиссе ида”.

- Ну вот, - Зинаида покачала головой, - кажется, мы лишились единственного источника информации. Но, может, она хотя бы позовет кого -то.

- Шо. шо. - взгляд девчонки, которая вовсе не была девчонкой, заполошно метался от захлопнувшейся двери к Зинаиде, - как это?! Шо это?!

- Баб Зин, только успокойтесь. Я правда тоже ничего... - Зинаида, почувствовав, что коленки подгибаются, тяжело опустилась на кровать рядом с собеседницей. Отдельным усилием наклонившись, поставила тарелку на пол. Руки дрожали. Хорошо, хоть не расплескала. Оказалось, пройти через комнату и донести тарелку - серьезный труд. Тело было слабым, вялым, неуклюжим, непослушным. Будто долго-долго просидела в одной позе, и затекли все до единой мышцы. Нет. Будто долго-долго лежала, не двигаясь.

- Тисс, мерканте! - дверь резко распахнулась, и в нее практически ввалились давешняя женщина и незнакомый мужчина лет 30 на вид, одетый по моде века эдак девятнадцатого. Следом, после короткой заминки, вошло еще одно действующее лицо: тоненькая женщина, показавшаяся чем -то знакомой. Моргнув, Зинаида осознала: молодая женщина просто была очень похожа на девочку-бабку Зинку. Одета она была еще более занятно: в длинную голубую юбку с оборками и блузу с широкими рукавами, поверх которой был надет кожаный корсет.

Что ж, может, хоть с ними удастся как -то объясниться. Зинаида с трудом поднялась навстречу и сделала шаг к двери.

- Ида! - женщина в голубом порывисто бросилась к ней, обняла и принялась что-то лопотать - разумеется, ни слова понять было невозможно. Зинаида осторожно отстранилась, покачав головой - и тут же пошатнулась.

Женщина немедленно всполошилась, подхватила ее под руку, а с другой стороны уже подскочил мужчина, который обхватил Зинаиду за талию и практически дотащил ее до той кровати, на которой она очнулась.

Они некоторое время еще восторженно восклицали, наперебой говорили что -то - но Зинаида могла только беспомощно пожимать плечами, качать головой и разводить руками. Похоже, надежды на объяснения не оправдались. Впрочем, это не мешало пришедшим смотреть на каждый ее жест и слушать каждую ее реплику на русском с таким видом, будто она - снизошедшая к ним богиня или святая, которая творит чудеса прямо на их глазах. Оба счастливо улыбались, а женщина в голубом даже утирала слезы -понять бы еще, что их так радовало.

В конце концов все трое ушли, оставив наконец Зинаиду наедине с молчавшей все это время и таращившейся во все глаза так неожиданно помолодевшей бабкой Зинкой.

Ну вот. теперь по крайней мере можно попытаться подумать и проанализировать происходящее. Для начала. нужно зеркало!

Зинаида осмотрелась и тотчас обнаружила искомое - на стене над низеньким комодом.

Для того, чтобы дойти до него, потребовалось серьезное усилие - шла по стеночке, придерживаясь рукой. Но оно того стоило.

Одно дело - видеть свои руки. Или знакомого человека с чужим лицом. Но совсем другое

- смотреть на незнакомку в зеркало и понимать, что вот это - ты. Можно моргать, поднимать и опускать руку, корчить рожи - отражение повторит все и останется прежним. Чужим.

Узкое, очень юное лицо - девочка -подросток или совсем молодая девушка. Тонкокостная фигура с небольшой, едва наметившейся грудью. Светлая матовая кожа без следа загара.

Темно-каштановые слегка вьющиеся волосы по пояс. Яркие на их фоне глаза, серовато -зеленые, травянистые - такого оттенка бывает трава в конце лета, когда ее цвет уже не слепяще-жизнерадостный, а спокойный, чуть выгоревший. Симпатичная девочка, но это не главное. А главное...

- Мы близнецы, - медленно сказала она, оборачиваясь к подруге по несчастью. Почему -то именно эта информация добила Зинаиду окончательно. Изменить внешность - это бывает, в конце концов, ну - мало ли какие технологии на свете есть. Пластические операции и все прочее. Но вот стать не только юной девочкой, но и сестрой -близняшкой своей пожилой соседки - это оказалось действительно чересчур.

Всех отличий между ними - широкие металлические браслеты на руках у бабки Зинки. У Зинаиды таких не было.

- Шо? - предсказуемо хлопнула глазами бабка Зинка. Кстати, похоже, все же надо называть ее как-то иначе теперь. Ммм... Детка Зинка? Зинаида хихикнула, а затем не выдержала - и расхохоталась. Со всхлипами, стонами, так, что из глаз брызнули слезы, а сама она сползла наконец на пол. Она хохотала, сгибаясь пополам, закатываясь и откидывая голову назад, ловила ртом воздух и чувствовала, как по щекам катятся слезы. И даже не удивилась, когда в какой -то момент оказалось, что ее голова лежит на коленях ее. сестры. Теперь, видимо, так. Бабка Зинка сидела теперь на полу рядом с ней, обняв ее одной рукой, и гладила другой по волосам.

- И поплачь, девонька, оно правильно. - приговаривала она.

Это что же. это у нее истерика? Полноценная истерика. У нее, Зинаиды Алексеевны Летовой, которая никогда не повышала голос даже на самых оголтелых семиклассников, которую в школе считали настоящей снежной королевой, лишенной каких-либо чувств, а бывший муж как-то в сердцах обозвал “ледышкой”. Которая ревела навзрыд, размазывая по щекам слезы, только наедине с собой, только тогда, когда. впрочем, об этом сейчас вспоминать точно не время. Кажется, и на старуху бывает проруха. Хотя кто это здесь старуха теперь?

В последний раз хихикнув над этой мыслью и тут же всхлипнув, Зинаида решительно подняла голову и, опираясь на руку, села рядом с бабкой Зинкой.

- Хорошо. Мы там, где мы есть, и на данный момент изменить что-либо не можем. Поэтому стоит ли что-то менять - вопрос пока все равно неактуальный, - ей всегда помогало, чтобы прийти в себя в любой ситуации - вот так рассудительно разложить по полочкам всю имеющуюся информацию, все проанализировать и сделать выводы с математической точностью. Всегда и все можно проанализировать. Даже собственную истерику. - Итак. для начала: баб Зин, мы теперь ровесницы и даже, кажется, сестры.

Вы не возражаете, если я буду обращаться к вам на “ты”? Так будет лучше, чтобы вызывать меньше вопросов у окружающих.

То, что окружающим плевать, как они называют друг друга, поскольку никто вокруг не понимает по-русски, она пока решила игнорировать. Этот пункт на повестке дня не первый. Впрочем, бабка Зинка об этом и вовсе, похоже, не задумывалась.

- Та хоть горшком назови. Тока в печь не ставь, - она пожала плечами. - Ты мне вот шо скажи: это шо это меня, замолодил хто-то? Операция такая или шо?

- Ох... это вряд ли... то есть вряд ли специально кто -то... “молодил”. Мы... мы, кажется, попаданки.

- Хто?

- Это. это из книг, то есть в книгах их так называют.

Как объяснить истовой христианке 80 с гаком лет, кто такие попаданцы из фэнтези? Собственно, Зинаида и сама не была фанаткой этого жанра. Но несколько книг с яркими обложками - уже после приезда в станицу - признаться, прочла, хоть и не стала бы никому в этом признаваться. Или даже не несколько. неожиданно затянуло. Для себя, привычно анализируя все происходящее, в том числе собственные желания, она сделала простой вывод: мы часто ищем в книгах и кино того, чего не хватает нам в жизни. Кому-то - романтики, любви и сильных чувств, кому-то - приключений, кому-то -собственной значимости, а кому-то - просто полноты жизни. Или еще проще - счастья. Диво ли, как популярны книги, где есть чудеса, любовь и обязательный хэппи -энд? И диво ли, что ей, сознательно раскрасившей свою жизнь в понятный и простой серый цвет, так хотелось хоть на несколько часов побыть кем -то другим - живущим среди ярких красок?

Лекция о теории переселения душ и о параллельных мирах была заведомо провальной идеей. Уже на второй фразе слушательница задала свой коронный вопрос “Шо?”. Вздохнув, Зинаида решила быть проще. Представим, что нас неожиданно поставили на замену в младших классах.

- Баб Зин. а что ты последнее помнишь. ну, когда ты ко мне зашла?

Та нахмурилась, задумалась на секунду и перекрестилась. А потом еще раз.

- Так это. мертвая ты лежала. На полу, значить. Я ж думала, сморило от жары, подошла, а ты и не дышишь. Ну я кинулась скорую вызывать, мужиков звать, а. а потом сердце закололо, так годы жеж, оно часто у меня, да так сильно. а потом все. Глаза открываю -

корова эта жопой-то кровать толкнула, а напротив ты глазьями лупаешь.

Зинаида прикрыла глаза. Все-таки - током. Насмерть, значит.

- Понятно. в общем, баб Зин, мы. ты не волнуйся только! Но мы, кажется, умерли. Там. Обе. Меня током ударило, у вас - сердце. И наши души.

- Эть! Так а это - шо тебе, рай, шо ли?

- Нет, - вздохнула Зинаида. - Это. это, видимо, другой мир. Или наш, только время другое. Хотя вряд ли - язык звучит совсем незнакомо. Но наряды - вы заметили? Все как из прошлых веков. И ночнушки эти на нас.

- Нормальные ночнушки, - проворчала бабка Зинка.

- Да неважно. Важно, что души, видимо, переселяются после смерти.

- Дууууши. - бабка Зинка хитро прищурилась. - Так ты ж у нас вроде того - эта. атеистка! Ни в бога, ни в черта не веришь?

- Я агностик, - хмыкнула Зинаида. - Это... неважно, в общем, я не принимаю на веру того, что нельзя проверить. Ну. примерно так. Неважно. Но мы с тобой тут вроде как раз и проверили. Узнали на собственном опыте - так сказать, эмпирическим путем, что души существуют и переселяются. раз уж мы - это мы, а тела - другие. Значит, души действительно существуют, назовем это так. И они переселяются после смерти.

Возможно, даже в другие миры. Только по логике вещей, души должны бы переселяться в новорожденных младенцев. Тогда все вполне очевидно - никто не помнит прошлых жизней, потому что мозг новорожденного просто еще физически не развит настолько, чтобы совершать сложные мыслительные операции и долго концентрироваться. Вот и не удается сохранить воспоминания. А мы с тобой. не знаю, почему. Что -то пошло не так, кажется. Но наши души попали в тела взрослых девушек. Или подростков. И физически их мозги, видимо, в полном порядке, раз мы этими мозгами способны нормально думать. Вот и память у нас сохранилась. Только эти девочки, которыми мы стали, они, кажется, больные были - иначе с чего бы таких взрослых с ложечки кормили. Да и тело - не знаю, как ты, а я слабая совсем, двигаться тяжело. Что-то с ними случилось. Наверное, они от своей болезни умерли, а мы попали почему-то в их тела.

- В трупы, шоль? - деловито переспросила бабка Зинка, и Зинаиду передернуло.

- Ну. раз мы дышим, то не трупы. Или это была максимум клиническая смерть. Хотя вряд ли, раз меня как раз кормили. Важно, что их души куда -то делись. а наши заняли их место.

- Жалко девок-то, - помолчав, неожиданно заявила бабка Зинка. - Соплюшки совсем, жить и жить бы.

Да. об этом Зинаида почему-то не задумывалась. Или нарочно не задумывалась? Мысль оказалась неприятной - она занимает чье-то место.

- Вряд ли мы можем здесь что-то изменить, - помолчав, ответила она. - Во всяком случае. у нас с тобой теперь есть, кажется, второй шанс. У тебя -то точно - новая молодость и все такое, - сама Зинаида не была пока уверена, радоваться ли ей своему попаданству. Молодость - так ей и в прежнем теле до старости далеко было. И одно дело

- быть молодой, но взрослой и самостоятельной, с профессией, образованием, какой-никакой налаженной жизнью, другое - подростком с невыясненным положением. С другой стороны, здесь она точно никогда не встретит своего бывшего - и это было уже огромным поводом для того, чтобы поднять голову, осмотреться и. может, наконец вернуться в мир? Даже если этот мир будет - другой?

Так или иначе, первым делом стоит подумать о насущных проблемах. А порефлексировать можно будет и потом. В конце концов, плакать над уже пролитым молоком - самое бессмысленное и нерациональное занятие на свете. Умерла так умерла. Попала так попала.

- Не стоит нам сообщать, что мы не местные, пока не поймем, как к этому здесь отнесутся. Может, сумасшедшими нас объявят. Или ведьмами какими. Мы же не сможем доказать, что это не мы виноваты, что девочки. умерли. Но первым делом нам нужно разобраться с языком. Тем, на котором здесь говорят. Мы должны его выучить, чтобы адаптироваться в этом мире.

- Старая я уже, инглиши ваши учить, - проворчала бабка Зинка.

- Ну, во-первых, точно не инглиши - я проверяла. А во-вторых - теперь молодая! И мозги у тебя, баб Зин, молодые теперь, так что никаких оправданий! Учиться все равно придется...

- От жеж, - тоскливо вздохнула бабка Зинка. - Одно слово - учителка...

- Потом. надо разобраться, что с нашими телами не так. Мы все еще больны или просто ослабели от долгой болезни? Здоровье нам уж точно понадобится, так что надо приложить все усилия... Хотя, чтобы это понять, все равно придется сначала как -то объясниться с местными. Значит - что?

- Шо?

- Значит, нам нужен учитель! Кто угодно местный. Сейчас кого-нибудь позовем и приступим к учебному процессу.

Дверь в комнату оказалась заперта - неприятный сюрприз, так что для вызова “учителя” в нее пришлось потарабанить. В конце концов прибежала все та же немолодая женщина в переднике, которая отчего-то сразу снова разохалась. Однако Зинаиде удалось успокоить ее - иногда неважно, что именно говорить, важно, каким тоном, - и заставить сесть рядом с собой.

Кое-как с помощью жестов и вопросительной интонации Зинаида сумела главное - дать понять, что она хочет знать, как называются предметы вокруг. Кровать, подушка, стол, окно, дверь, рука, нога, зеркало. жаль, “наглядных пособий” в комнате немного, а с глаголами и вовсе все сложно. Хотя простейшие действия можно показать и жестами -например, слово “идти”, обозначив шаги пальцами. “Спать”, “плакать”, “говорить” - за всей этой пантомимой Зинаида вспоминала, как в студенчестве, еще на первых курсах, на развеселых посиделках с сокурсниками играли в “крокодила”. Оставалось только надеяться, что женщина понимала ее правильно.

Зато удалось выяснить, что ее, Зинаиду, теперь звали Идой, а ее сестру -близняшку -Адой. Тиссе - похоже, форма обращения. Сама женщина - родственница? Служанка? Нянька? - представилась как Крита и замахала руками при попытке назвать ее “тиссе”. Так, Ида и Ада - “тиссе”, а Крита - нет. Может, это обращение к молодым девушкам? Или дело, например, в социальном статусе? Ладно, потом разберемся.

В какой-то момент в комнату бесшумно вошел еще один незнакомец - новый, не тот, что заходил раньше, этот был куда старше - но он что-то сказал Крите и тихонько присел в углу, наблюдая за происходящим, и вскоре на него перестали обращать внимание.

Правда, в итоге внимание пришлось -таки обратить - но не из-за его действий.

Бабка Зинка - нет, надо все-таки привыкать звать ее Адой! - с тоской послушно повторявшая слова, вдруг задумчиво заозиралась.

- А вот интересно - где у них тут сортир?

- Эээ. - Зинаида покосилась на безмолвного наблюдателя, - а это у тебя сейчас вопрос насущный или так. для общей информации, чисто умозрительно?

- Нассущщщный! - выразительно прошипела та, - уж такой. нассущщщный!

Зинаида оглянулась по сторонам. Дверь в комнате была одна - входная. А еще, прислушавшись к себе, она с ужасом осознала, что вопрос и впрямь отнюдь не праздный! И как спросить про туалет жестами?

А вот у бабки Зинки идеи на этот счет были. И для начала она попыталась выгнать наблюдателя. То есть попросту ткнула пальцем сначала в него, а затем в дверь, рявкнув “А ну пшел вон!”. Однако тот продолжал смотреть на нее с таким научно -исследовательским интересом, что стало ясно: так просто от него не избавиться.

Ну и... сам виноват!

“Детка Зинка” решительно поднялась на ноги и принялась демонстрировать собственную пантомиму, выразительно глядя на Криту. То есть попросту слегка присела и принялась медленно приподнимать подол рубахи.

Крита пару секунд смотрела на этот стриптиз шокированно и непонимающие, а затем издала какое-то восклицание, подхватилась и буквально взашей вытолкала мужчину из комнаты.

А потом вернулась сама и извлекла из -под кровати. ночной горшок.

Серьезно, самый настоящий ночной горшок с крышкой, вид которого заставил Зинаиду застонать в голос. Вот это и впрямь - попали! А она еще думала, что здесь не Средневековье! Наряды, подумаешь тоже. Вот он - истинный показатель цивилизации!

Собственно, горшок был чуть ниже обычных и пошире - нечто среднее между ночной вазой и медицинской уткой, с веселенькими розочками и ручками по бокам.

Впрочем, вариантов, похоже, все равно не было.

- Ну а шо, - пожала плечами бабка Зинка, - мы не гордые!

Ухватив горшок за ручку, она все-таки зашла с ним за спинку кровати и завозилась. Крита и Зинаида деликатно отвернулись, старательно пытаясь заодно не замечать и звуков.

А потом Зинаида с тяжким вздохом поднялась сама. Заглянула на всякий случай под вторую кровать - но, увы, второй ночной вазы там не обнаружилось. Ну и какие тут варианты? Она сменила бабку Зинку на ее месте за кроватью, гадливо приподняла крышку горшка и изумленно уставилась в девственно-чистую пустую емкость.

- О как! - изумленно воскликнула тут же любопытно заглянувшая бабка Зинка. - До чего техника дошла!

- Это не техника, - печально сообщила Зинаида. - Это, кажется, магия. и мы, конечно, должны были найти ее именно в ночном горшке!

Изумляться факту существования магии после переселения в другое тело казалось как -то поздно. Нет, само наличие в этом мире магии - дело, конечно, хорошее. наверное. Но способ, которым она о нем узнала, наводил на нехорошие мысли. Почему сначала не могло быть какое-нибудь, ну. волшебное исцеление, красивые иллюзии с бабочками, скатерть-самобранка, в конце-то концов!

- А шо делать, - бабка Зинка хмыкнула с самым философским видом. - Оно, вишь как, если уж как пойдет все в жизни через жо...

- Горшок! Через горшок! Ой, сгинь уже с глаз, баб Зин, а то у меня тоже. насущный вопрос!

...И снова Зинаида до одурения повторяла новые слова и заставляла новоявленную сестру делать то же самое. Наблюдатель незаметно вернулся и все так же тихонько сидел в уголке, делая какие-то пометки в своем блокноте. Эх, как бы бумагу и писчие принадлежности выпросить - стоило бы записывать слова для повторения.

Впрочем, импровизированный урок все равно закончился довольно быстро: обе девушки в итоге устали так, будто таскали тяжелые шпалы, да еще и при этом говорили безостановочно сутками. В итоге Крита, заметив, как подопечные устало роняют головы и опускают плечи, заставила обеих улечься в постели, задернула шторы и ушла, увлекая за собой мужчину, молчавшего все время их урока.

Глаза уже слипались, так что Зинаида не стала ничего возражать.

“Ида. Теперь меня зовут Ида”, - думала она, уплывая в сон.

Уже между сном и явью вспомнились почему-то прочитанные книги с яркими обложками. Чаще всего попаданкам там доставался какой -нибудь самый крутой магический дар, милый питомец и обязательно - принц или король в мужья. Ну или просто какой -нибудь красавчик. Но непременно с самым высоким положением в обществе и окруженный толпами ревнивых и склочных воздыхательниц.

Ой, вот не надо нам. хотя. а вот если попаданок сразу две штуки? Тут как - в двойном размере или напополам все? Полпринца - это как-то непрактично. Или кому-то котиков, а кому-то мужиков? Так тут и думать нечего!

“Выбираю котиков!” - мысленно твердо решила для себя Зинаида, прежде чем наконец заснуть окончательно.

Во сне бабка Зинка, вполне себе старуха из прошлого, скакала на единороге, потрясая посохом очень волшебного вида и издавая дребезжащим голосом воинственные крики.

- Нам ваших прынцев и дааааром не надь! - донеслось издалека.

Глава третья. Наследницы рода Виленто

Надежду на то, что наследницы рода однажды придут в себя и исцелятся от своей загадочной болезни, Тристобаль Виленто потерял много лет назад. Это поначалу еще все казалось, что вот-вот, в конце концов, все дети развиваются по -разному, и если уделить чуть больше внимания, пригласить самых лучших специалистов...

Но ничего не менялось. И тогда, когда девочкам было по три года, и когда им исполнилось пять. и когда им стало уже тринадцать.

Все началось практически сразу после рождения близнецов. Счастливые родители успели порадоваться двойне, а целители после осмотра постановили, что дети полностью здоровы.

Но очень скоро стало ясно: что-то не так. Младенцы не плакали и не кричали, требуя покормить их или сменить пеленки. Ели, если их прикладывали к груди кормилицы, но сами никак не давали знать, что голодны, а испачканные пеленки их как будто просто не беспокоили. Как и вообще что бы то ни было вокруг. Более того - они почти не двигались.

Потом стало ясно, что девочки не станут сами учиться ни вставать, ни делать первые шаги. Тисс и тиссе Виленто наняли целый штат нянек, которые бесконечно занимались с малышками, обучая их тому, что большинство детей осваивают самостоятельно. Кое-какие успехи были: по крайней мере, в конце концов Ада и Ида научились ходить. Они покорно вставали, если взять их за руку и потянуть. Но никогда не делали этого по собственной инициативе. Никогда ничем вокруг не интересовались. И так и не научились разговаривать. Если никто их не трогал, они просто лежали неподвижно, глядя в одну точку перед собой.

Родовой дар старшей крови проснулся вовремя - на всякий случай было решено его замкнуть, хотя настоящей необходимости в этом и не было: девочки все равно не проявляли никаких эмоций.

Целители разводили руками: физически обе юные тиссе Виленто полностью здоровы. Просто в них нет ни искры разума или воли. И появятся ли они хоть когда -нибудь -знают только древние боги. Надежды с каждым годом оставалось все меньше - пока она не истаяла совсем. И что с этим делать, тисс Тристобаль так и не смог решить даже для себя, малодушно откладывая этот вопрос с каждым днем. С какого -то момента он перестал даже заходить к дочерям - это было слишком тягостно.

И все меньше времени они проводили вместе с женой с тех пор, как между ними встала загадочная болезнь детей. Потому что Тория отказывалась терять надежду. Она продолжала бесконечно писать самым известным магам, целителям, лекарям и учителям мира, раз за разом не получая никакого результата и тратя безумные, невероятные деньги на все это. Запретить ей он не мог. Это значило бы потерять ее окончательно. Потерять -и ее тоже.

В душе его уже созрело понимание, что род Виленто на этом прервется, и дар старшей крови угаснет на Аде. Нет, варианты... были, и предложения ему поступали уже не раз, но сама мысль об этом была настолько тошнотворна, что не хотелось ее даже рассматривать. Тисс Виленто был готов скорее оставить род без наследника, чем поступиться всем человеческим в себе - и заодно, несомненно, все-таки потерять любимую женщину, потому что Тория точно не сможет такого принять.

Когда одна из нянек ворвалась в его кабинет, бессвязно лопоча о произошедшем чуде, он сначала просто не поверил.

Самостоятельно ела, сама встала, смотрела, будто что-то понимает, пыталась что-то говорить, пусть и бессмысленное? Взяла тарелку и понесла сестре?

Наверное, все это показалось бы сущей ерундой кому-то другому. В самом деле: почти четырнадцатилетняя девица самостоятельно ходит и держит ложку - вот уж чудо!

Но его дочери за тринадцать с лишним лет своей жизни еще никогда не делали ничего по собственной инициативе. Никогда! И их действия никогда еще не выглядели. осмысленно. И если такое произошло - это и впрямь очень похоже на чудо.

Осознав все это, тисс Виленто вскочил и помчался в комнату дочерей. Звать жену с собой не хотелось, чтобы не давать ей ложной надежды, но почему -то вдруг оказалось, что она уже бежит с ним рядом, подобрав юбки. Услышала вопли няньки? Наверное...

Надежда оказалась не ложной. Более того - явные перемены были заметны не только в Иде, но и в Аде, хоть та и вела себя менее активно. Убедившись в этом, тисс Виленто решительно увел жену из комнаты девочек.

Возможно, для рода Виленто не все еще потеряно! Но прежде всего стоит вызвать целителя - пусть посмотрит на девочек. Вдруг это всего лишь временное прояснение? Торию в любом случае стоит пока отвлечь. Заняться девочками должны специалисты. Нужно только понять, какие.

- Я не стал беспокоить девочек - хватило поверхностного осмотра и проверки на артефактах, чтобы удостовериться, что физическое состояние без изменений: обе вполне здоровы... - вскоре говорил семейный целитель тисс Идеро хозяину дома в его кабинете.

- Погодите, но Ида едва не упала, сделав всего несколько шагов без поддержки! Я бы не назвал это “совершенно здорова”.

- О, это вполне естественно. Больше того скажу вам - меня скорее удивляет их прекрасное здоровье, чем слабость, учитывая неподвижный образ жизни все предшествующие годы.

- Но они не были неподвижны, - тисс Виленто нахмурился. - При них постоянно был штат нянек. Их ежедневно выводили в сад на прогулку, заставляли ходить по комнате, разминали им руки и ноги.

- Да, да, но, видите ли. на самом деле человек, даже ведущий действительно малоподвижный образ жизни, даже домосед, лежащий круглыми сутками в постели, все время своего бодрствования находится в практически непрерывном движении. Сотни и тысячи мелких движений - пожать плечами, откинуть волосы, наклонить или повернуть голову, да хоть перевернуться на другой бок. Этих мелких движений все же, пожалуй, недостаточно, чтобы вполне обеспечить здоровье, но они во всяком случае позволяют телу продолжать нормально работать и хоть как-то разгоняют кровь. Юные тиссе Виленто делали ежедневно несколько сотен шагов. но все остальное время, когда другие юные тиссе играют, бегают, танцуют, да хотя бы самостоятельно подносят ложку ко рту - ваши дочери оставались неподвижны. Разумеется, их мышцы сейчас слабы, а все процессы в телах крайне замедлены. Однако с учетом их непоколебимого здоровья все, что нужно сделать, чтобы исправить ситуацию, - всего лишь добавить в распорядок их дня умеренные физические упражнения.

- Понятно. а что вы скажете. в целом?

- О! - глаза немолодого лекаря фанатично заблестели, - Признаться, я поражен! Конечно, я бы не взялся давать пока долгосрочных прогнозов, нужны более длительные наблюдения, но то, что я видел. они обучаются! Более того - настойчиво требуют учить их! Особенно тиссе Ида. Впрочем, обе они, обе - делают просто феноменальные успехи. Я своими ушами слышал, как тиссе Ида пыталась составить из слов предложение.

Опустим пока грамматические тонкости, но слова были подобраны верно! А как находчиво тиссе Ада сообщила о своей. ммм. деликатной проблеме! Это поразительно! Я бы рекомендовал приставить к юным тиссе учителя, который справится с задачей лучше нянек. И, конечно, им понадобятся книги с картинками - так дело пойдет быстрее. Я, разумеется, буду наблюдать за процессом: у девочек пока высокая утомляемость, перетруждаться им не стоит. Да, курс гимнастики и регулярный массаж -обязательно.

- Меня беспокоит еще кое-что, тисс Идеро. Возможно, вы тоже заметили, они... будто разговаривают между собой. И даже понимают друг друга. Но язык.

- О, - лекарь пренебрежительно пожал плечами, - не думаю, что вам следует волноваться об этом. Видите ли, такой “птичий язык” - нормальное и даже довольно распространенное явление, особенно среди близнецов. Дети на раннем этапе развития порой придумывают собственный “язык”. Он будет забываться по мере освоения нормальной речи.

- Но когда они могли придумать этот свой общий язык?! Еще вчера они, как обычно, лежали, безучастные ко всему!

- Но ведь не думаете же вы, что это чудо в самом деле произошло в одночасье? Так не бывает, драгоценный мой тисс Виленто! Это уж было бы совершенно невероятно! Нет, разумеется, они начали развиваться давно, только почему-то не показывали этого. Думаю, они могли общаться по ночам или тогда, когда остаются одни. А теперь вот наконец решили явить себя миру - и это огромный шаг вперед! Вот увидите, ваши дочери еще не раз удивят нас!

- В этом я почему-то даже не сомневаюсь, - искренне улыбнулся Тристобаль Виленто.

***

Кто бы мог подумать, что можно разговаривать на языке другого мира с южнорусским акцентом! А вот, пожалуйста. Зинаида не постигала, как это вообще возможно, но ее новоявленная сестра упорно произносила в новых словах фрикативное “Г” и половину мягких согласных заменяла на твердые. Да еще и так тараторила криво составленные фразы, что учителя только хлопали округлившимися глазами, пытаясь осознать, что она хотела сказать. Впрочем, как подозревала Зинаида, слова ее “сестренки” все равно опережали ее же собственные мысли. Как в старые добрые времена.

К счастью, здесь никто не знал, как звучит южнорусский суржик -балачка, и особенности произношения Ады списывали на забавный дефект речи. В конце концов появился новый учитель, который дополнительно занимался с Адой отдельно - очевидно, местный логопед.

Радовало одно: что некому было научить юную Аду местным ругательствам. А то бабка Зинка, помнится, весьма порой злоупотребляла русским народным. так что ругалась она и сейчас только по-русски, непонятно ни для кого.

Удивляло поначалу, что Ада при всем отсутствии энтузиазма к учебе осваивает язык едва ли не быстрее нее, а потом пришло осознание. Там, в той своей, прежней жизни, бабка Зинка иногда начинала уже потихоньку заговариваться, забывала недавние события -возраст брал свое, и она постоянно подозревала, что невестка - “Ритка-курва” в конце концов сдаст ее в какую-нибудь богадельню. Теперь, будто сбросив груз прожитых лет, она действительно начинала жизнь заново - не с чистого листа, но с легкостью будто перевернув страницу. “Оперативка у нее забита меньше, спасибо деменции”, - почти с завистью думала иногда Зинаида.

Каждый день здесь начинался для них с гимнастики - чего-то вроде лечебной физкультуры. И двигаться постепенно становилось все легче, тело становилось все послушнее, хоть все еще напоминало плохо смазанный механизм. Усталость преследовала по-прежнему, после малейшего усилия нужен был отдых, но промежутки после него удлинялись, и это давало надежду. Значит, с ними ничего серьезного, значит, нужно просто восстановиться! Просто они должны прилагать еще больше усилий.

Как-то само собой она привыкла говорить даже мысленно “мы”. Всегда. Мы должны, нам стоит, мы учимся, нам пора спать. Еще бы! Прежде всего их объединяла общая тайна и иномирное прошлое. А кроме того, каждая минута жизни здесь неизбежно тоже была у них общей. Разве что в туалет ходили по отдельности - как только удалось выучить пару десятков слов и составить какие-никакие фразы из них, Зинаида потребовала отвести ее в нормальную уборную. С ужасом ожидала, что сейчас ей объяснят: нет никаких нормальных туалетов, у всех людей стоят под кроватями ночные вазы. К счастью, обошлось.

Как выяснилось, в “предбаннике” перед их комнатой располагалась каморка прислуги, где постоянно дежурила одна из нянек. И вот оттуда -то была дверь в уборную и даже ванную! Сантехника выглядела непривычно: например, вместо унитаза нечто вроде высокого мусорного ведра с сиденьем. Собственно, он и работал мусорным ведром в том числе. Никаких труб, тот же неведомый принцип, что и у горшков: все выброшенное туда просто исчезало после закрытия крышки. Но главное - это был нормальный “кабинет задумчивости” с сиденьем и закрывающейся дверью! Роль раковины выполнял овальный таз, установленный на тумбе, и вода из него тоже исчезала сама собой. А чистая бралась из воздуха и вытекала из колечка, подвешенного над тазом. Стоило только поднести под колечко руки - как с сенсорным краном. Аналогично работала и сушилка, а “кран” в ванной управлялся жестами, там можно было и отрегулировать температуру воды. Над длинным металлическим корытом, выполнявшим роль ванны, обнаружился даже “душ” -еще одно колечко, только более широкое и установленное на подставке выше роста.

Показавшаяся на первый взгляд странной планировка “девичьих” покоев быстро нашла свое объяснение - как только удалось выяснить, что девочки, чьи тела они заняли, болели с детства и почти не вставали. Они нуждались в непрерывном уходе и присмотре -примерно как младенцы. Просто не было смысла расселять их в разные комнаты, да и вообще переселять куда -то. Похоже, эта комната была когда-то их детской, с годами в ней просто заменяли кровати. Так что все вполне логично: “взрослые” удобства нужны были нянькам, а не их подопечным. Теперь это стало не слишком удобно, но улучшать жилищные условия можно будет и после - во всяком случае, пока им с сестрой и впрямь лучше жить в комнате вместе.

Как ни странно, привыкнуть к новому телу оказалось куда проще, чем приучить себя откликаться на чужое имя. Вроде бы оно даже было похоже на родное, но чтобы реагировать на него, приходилось делать сознательное усилие и постоянно напоминать себе. Впрочем, от зеркала Зинаида тоже иногда шарахалась. И мысленно хмыкала, вспоминая рассказы подруг, как они подолгу пугались своего отражения после кардинальной перекраски или стрижки волос. Небось настолько радикальная “смена имиджа” никому из них и не снилась!

А еще очень смущали родители. То есть родители девочек. Те самые, что приходили в первый день - и каждый день после этого. Даже странно, они выглядят слишком молодо для таких взрослых дочерей. Но женщина - то есть мама - она каждый раз плакала и счастливо улыбалась. Отец был сдержаннее, он всегда внимательно выслушивал отчеты учителей и кивал, но в его взглядах проскальзывала затаенная гордость и одновременно -надежда.

Больше всего пугало, что они поймут наконец: это не их дочери, это подменыши, совершенно чужие, посторонние взрослые тетки, неведомо как занявшие места их любимых девочек... Зинаида поняла уже, что их предшественницы не разговаривали, и все же. Она не знала, как относятся в этом мире к таким попаданкам, бывали ли здесь раньше такие, но страшнее всего почему-то казалось разочаровать этих людей -родителей, отчаянно верящих в выздоровление своих единственных и безнадежно больных детей.

С Адой у нее установились странные отношения. Кстати, ее звать новым именем оказалось легко, глядя на молодое лицо. О том, что перед ней все равно 83 -летняя бабка Зинка, она всегда помнила, но. Зинаида почему -то чувствовала себя старшей и ответственной за сестру. У нее было образование и педагогический опыт, была привычка к постоянному освоению новых знаний, она точно понимала, насколько и для чего им необходимы и учеба, и физические упражнения, и порой почти заставляла Аду продолжать заниматься. Но иногда они будто менялись местами - и становилось вдруг ясно, кто здесь на самом деле старше, опытнее и, может быть, в чем -то мудрее. Такие моменты были редки, но все же случались.

После утренней разминки следовал отдых и прогулка в саду - вокруг дома оказался совершенно чудесный сад, жаль, что толком побродить по нему пока не удавалось - а затем снова отдых.

На прогулки девочек облачали в довольно простые платья - длинные, из легкой ткани, напоминающие сорочки с поясом. Таких платьев, примерно одинаковых по покрою, у них было по нескольку - похоже, их фасон выбирали так, чтобы в них было легче всего одевать больных. На наряды тиссе Тории - их матери - или на картинки в книжках они походили мало.

А после прогулки - бесконечная учеба с перерывами на отдых и физкультминутки. В их комнате поставили удобные столы, заваленные теперь детскими книгами. Зинаида торопилась: им, как выяснилось, по 13, почти 14 лет здесь, а они не знают даже языка, не говоря уже о правилах жизни, устройстве мира! Надо освоить программу начальной и средней школы или их местных аналогов за время, оставшееся до взрослой жизни, а они пока практически в “ясельной группе”! С другой стороны, попаданкам из книг теоретически должно было быть много хуже: они обычно оказывались в новом мире и вовсе взрослыми, пусть даже с халявным знанием языка, но ничего не зная о мире! Как они при этом ухитрялись поступать в какие -то там магические академии, Зинаида не постигала никогда. Но она была твердо намерена получить и здесь самое лучшее образование.

Книги с картинками оказались настоящим благословением. И плевать, что созданы они были, судя по всему, для совсем маленьких детей. Главное, что эти наглядные пособия позволяли развивать словарный запас.

Кроме того, Зине удалось выпросить себе писчие принадлежности и тетради. Она украдкой составляла себе словарик, который не показывала никому, кроме Ады. Вдвоем девочки до одурения вечерами продолжали зазубривать слова. Пришлось вспоминать навыки общения с капризными школьниками, чтобы заставить сестру не увиливать. Зато их учеба двигалась семимильными шагами. И никого уже почти не удивило, когда едва научившиеся кое-как разговаривать девочки начали старательно - и весьма успешно! -осваивать грамоту.

Больше всего Иду беспокоил вопрос о положении женщины в местном обществе. Вдруг тут благородным тиссе - она уже понимала, что это слово означает нечто вроде “леди”, то есть женщину определенного сословия - полагается выходить замуж за кого скажут лет так в 16, вышивать и безостановочно рожать наследников?

Найти ответ на этот вопрос удалось, более или менее научившись читать - в книгах, конечно, потому что как правильно спросить об этом учителей, она так и не придумала. Зато очень помогла привычка все анализировать. Очень многое о социальном устройстве общества можно узнать даже из букварей и рассказов для детей - по приводимым примерам, упоминаемым ситуациям, реакциям персонажей... главное - уметь выделять важное, сопоставлять и делать выводы

Как оказалось, “тисс” и “тиссе” - обращение не просто к аристократам, а к магам. Собственно, именно маги здесь и составляли аристократию. Впрочем, лишенные магии люди вовсе не были, насколько она могла судить, угнетенным классом. Конечно, простые рабочие или прислуга были именно людьми без дара. Но человек, лишенный магии, мог при желании получить образование и стать “тэром” или “тэри” - то есть обладателем уважаемой профессии. Тэры могли занимать высокое положение в обществе и быть приняты в среде аристократов. Просто тиссы, в отличие от них, занимали такое положение уже по праву рождения и унаследованного дара.

А замуж здесь выходили когда хотели - от восемнадцати до ста лет. Средняя продолжительность жизни человека - около двухсот лет, и большую часть этого срока люди здесь молоды. При этом женщины - здесь Ида наконец выдохнула - могут получать профессии и работать наравне с мужчинами. Мужей они тоже выбирают сами, главное - исполнить “долг перед родом”, это внушалось всем юным тиссам с младенчества. Одна из девушек должна принять мужа в род Виленто, чтобы передать своим детям некий “дар старшей крови”. Зато ее супругом может стать не только тисс, но даже тэр. Причем передать этот дар может любая из них, хотя в их поколении он достался одной Аде, как выяснилось. Что этот дар из себя представляет, им пока не объясняли, но именно с ним были как-то связаны браслеты на руках сестры.

Кстати, вторая девушка, наоборот, должна войти в род мужа, и ее дети будут наследовать уже его дар. И вот этой второй нужно выбирать в мужья обязательно мага - чтобы было чему наследовать.

Почти сломав мозг о местные правила наследования дара, Ида решила пока отложить для себя этот вопрос - возможно, все станет понятнее, когда им объяснят про магию и эти самые дары. Сейчас главное - что их никто не станет силком выпихивать замуж. И что они смогут самостоятельно выбирать свою судьбу и профессию.

А религии здесь не было. Точнее, иногда местные жители упоминали неких “древних богов”, но всерьез им, похоже, никто не молился, и это тоже очень радовало Иду. “От жеж нехристи!” - ругалась ее сестра но, к счастью, проповедовать не пыталась.

Спустя два месяца после своего попадания обе девочки уже сносно могли объясняться на простейшие темы на местном языке - кстати, он назывался виссарийским, а страна, соответственно, Виссарией - еще далеко не бегло, но все же читали и более или менее разбирались в социальных статусах по крайней мере окружающих людей.

И Ада вдруг заскучала. Для нее оказалось невыносимо находиться так долго в фактически замкнутом пространстве. И принялась ежедневно требовать от родителей вывезти дочерей хоть куда-нибудь. Выводить их “в люди” те пока не решались, и в конце концов все же сошлись на пикнике на природе - за городом.

- Хучь на мир посмотрим! Своими глазами, а не в этих твоих книжках! Своими руками пошшупаем! - победоносно говорила Ада, сверкая глазами.

Зинаида вздыхала. Да, они за два месяца видели только свою комнату и небольшую часть сада, но она предпочла бы пока и дальше смотреть на мир на картинках в книжках - и выходить в него только тогда, когда будет действительно готова к этому, во всеоружии. За городом - это хорошо, хотя бы без лишних людей, но мало ли что там может случиться? Потом, туда же еще добираться как -то! Здесь, по крайней мере, все уже знакомо!

- Ну вот что тебе не сидится! - стонала она. - У нас времени мало! Нам учить еще столько! Ну нормально же общались, ну почему!

- Потому! - наставительно подняла палец ее сестра и торжествующе привела бесспорный аргумент, - шо шило в жопе - не пропьешь!

Глава четвертая. Пикник с драконами

Ох и хлопотное это дело - семейный выезд! Даже в комнате юных тиссе было слышно, как бегают слуги в коридорах дома и как хлопают без конца двери. Да что там - если уж даже в их комнате без конца суетились разом все три няньки во главе с Критой. Обычно они работали поочередно, а в последнее время и вовсе выполняли больше работу горничных. Но сейчас они со всей ответственностью собирали своих подопечных так, будто те намеревались уехать совсем одни и как минимум на полгода куда -нибудь в дикую природу, а не на пикник с родителями на каких-то несколько часов.

Как оказалось, в таком мероприятии юным тиссе совершенно необходимы теплые вещи (вдруг похолодает!), сапоги и непромокаемые ботинки (вдруг пойдет дождь!), зонтики от солнца (вдруг будет жарко!) и, опять же, зонтики от дождя, полный чемодан медикаментов на все случаи жизни и еще целый ворох вещей для всех и всяческих возможных “вдруг”. Зинаида всерьез подозревала, что едва ли большинство девушек в этом мире действительно не могут сделать шагу без такого количества вещей “первой необходимости”. Просто и родители, и слуги слишком привыкли, что девочки нуждаются в особой заботе, и менять ситуацию придется еще долго. Что ж, на споры у них пока все равно не хватит словарного запаса, да и к чему?

Самих девочек нарядили в одинаковые голубые платья из числа “прогулочных”, и Крита все приговаривала огорченно, что пора заказывать нормальный гардероб для юных тиссе, раз уж дело дошло до выездов.

Наконец, все были готовы, и Ида с Адой в сопровождении почетного эскорта из нянек с чемоданами направились на выход - на сей раз не по знакомому уже коридору, ведущему к выходу в сад, а более длинным путем - похоже, к парадному входу. Девочки с любопытством озирались: за два месяца жизни здесь они все еще толком не осматривали дом, разве что понимали, что он довольно велик. Ясно было и то, что их родители далеко не бедны, учитывая и этот дом, и слуг. К комнатах стены были обиты тканями, в коридорах - облицованы гладкими каменными плитами. Впрочем, рассмотреть что -то толком не удалось и сейчас - их провели по коридору через просторный холл с парадной широкой лестницей прямо к выходу.

Наконец удалось посмотреть на дом с фасада. Ну, что можно сказать... больше всего он напоминал небольшой замок - каменный, с башенками по углам. Как уже знала Зинаида, располагался он на окраине небольшого городка неподалеку от столицы Виссарии. “Надо будет как-нибудь забраться на одну из башенок - посмотреть на город”, - тут же подумалось ей. А может, и вовсе попросить себе комнату в башне? Рано или поздно им с сестрой надо будет расселяться, да и постоянное присутствие нянек начинало уже слегка раздражать.

Впрочем, все посторонние мысли вскоре вылетели у Зинаиды из головы. Потому что она увидела, на чем им предстоит выезжать.

- Это, это шо? - озвучила Ада ее мысли. Сама Зинаида только оторопело разглядывала их. видимо, семейный автомобиль.

Сооружение внешне напоминало первые земные автомобили, разве что было побольше -за водительским сиденьем располагались целых две скамейки со спинками, на двоих пассажиров каждая. Руль заменяла дуга “рогами” вверх на подставке. Еще у этой штуки были какие-то непропорционально огромные колеса. И широченный раструб клаксона, похожий на трубу граммофона. И, конечно, ничего похожего на крышу. Раструб любовно полировал тряпочкой белобрысый мальчишка едва ли намного старше них - лет пятнадцати-шестнадцати, одетый в заляпанные маслом коричневые штаны, грубую сероватую рубаху и коричневую жилетку.

- Похоже, это наш кабриолет, - пробормотала Зинаида. - Интересно, куда они собираются пихать багаж?

“Ну, в конце концов, все не так уж и плохо. Если бы мы попали в аналог Средневековья, все было бы плохо с гигиеной. А здесь, хм. ну. практически цивилизация”, -размышляла Зинаида, покорно устраиваясь на заднем сиденье рядом с сестрой.

Багаж кое-как разместили под ногами - багажного отделения тут не придумали. Тиссе Тория устроилась на второй скамеечке, а рядом с ней с важным видом уселась Крита. Зинаида ожидала, что водительское сиденье займет тисс Тристобаль, однако тот сел на соседнем с ним месте. А место водителя занял. тот самый белобрысый мальчишка!

- Он что, поведет машину?! Этот ребенок?! - в панике Зинаида сначала сказала это по -русски, затем тронула за плечо сидящую перед ней тиссе Торию и попыталась повторить свой вопрос по-виссарийски.

- Не волнуйся, - мягко улыбнулась, обернувшись, та, - Кей давно у нас служит, он отлично справляется с машиной.

- Конечно, девочки боятся, они ведь никогда. - начала было Крита, но тут мотор завелся, заглушая ее голос. А Ида и Ада, в ужасе переглянувшись, одновременно вцепились в спинки передних сидений и борта машины. Ремней безопасности здесь тоже, увы, никто не изобрел.

Зинаида открыла рот, попытавшись что -то сказать, но клацнула зубами, едва не прикусив язык. Машина, взревывая, выехала за широкие ворота из витых металлических прутьев и запрыгала по не слишком ровной дороге, угрожая на каждом повороте буквально выплюнуть из себя пассажиров в полном составе. К счастью, скорость была не столь уж велика, но вот с амортизацией определенно были проблемы. И с мягкостью лавок!

“Будем заниматься прогрессорством! - злобно думала Зинаида, подпрыгивая на сиденье, стиснув зубы и вцепившись во все, что могла, уже побелевшими пальцами. - Мягкие сиденья! Багажник! Ремни безопасности! Дорожное покрытие! Водительские права! ПДД, мать их так!!!”

До нецензурной брани Зинаида Летова не опускалась никогда и в прошлой жизни и не собиралась в этой. Но случались моменты, когда хотелось позавидовать бабке Зинке, не ограниченной такими предрассудками. Сейчас, к слову, Ада была абсолютно зеленой и, похоже, от длинной тирады, где пристойны были бы разве что предлоги, ее удерживало только опасение вместо богатства лексикона продемонстрировать всем свой завтрак.

Отличный завтрак был, между прочим, вкусный, плотный. При этой мысли Зинаида буквально почувствовала, как ее лицо тоже наливается нежной весенней зеленью.

Все, кроме девочек, похоже, чувствовали себя вполне вольготно. Тиссе Тория, например, сидела, расслабленно откинувшись на спинку сиденья и облокотившись о дверцу, и с удовольствием подставляла лицо встречному ветру. Разве что оглядывалась иногда обеспокоенно на дочерей. Тисс Тристобаль и вовсе неторопливо беседовал о чем -то с мальчишкой -водителем, хотя как они друг друга слышат в этом реве, оставалось загадкой. А вот то, что мальчишка при этом явно отвлекался от дороги, поворачиваясь к собеседнику, задумываясь над ответом, весело улыбаясь и даже иногда жестикулируя (“Руль держи, сволочь малолетняя!”), заставляло Зинаиду нервничать еще больше.

В конце концов бояться она просто устала. Ну сколько можно? Все равно повлиять на ситуацию нет никакой возможности. С этой мыслью она слегка расслабила пальцы и осторожно огляделась. Г ород остался уже далеко позади, а кругом оказались... горы.

Рядом - низкие, пологие, поросшие зеленью и деревьями, местами цепляющимися за склоны оголенными перекрученными корнями, вдали - высокие, островерхие, с заснеженными вершинами, задевающими облака. И это оказалось невероятно красиво.

Так красиво, что захватывало дух и заставляло порой забывать о страхе.

- Зинк, - произнесла вдруг Ада, и Зинаида оглянулась, - а это ище шо?

Сестра тоже смотрела на островерхие пики вдали, но чуть в другой стороне, где между ними плыло едва заметное отсюда пятнышко. Зинаида присмотрелась - благо, в этом теле у нее было отличное зрение.

Ох ничего себе! Там, вдалеке, под самыми облаками величественно плыл самый настоящий дирижабль.

- Ну, - протянула она, - похоже, нам еще многое предстоит узнать об этом мире.

Рано или поздно тряска в фырчащем механическом монстре должна была закончиться, и в конце концов это все-таки произошло. Место для семейного пикника определенно было намечено заранее - и явно использовалось для этой цели не раз, а может быть, и не одним только семейством Виленто. Во всяком случае, обрыв, у края которого располагалась полянка, был аккуратно и не без изящества огорожен невысоким заборчиком, а в тени скалы располагались навес, деревянный стол и несколько скамей.

Но самым невероятным в этом месте оказался вид с обрыва, к которому обе девочки, конечно, подошли первым делом, будто притянутые невидимым магнитом. Стоять здесь оказалось страшно настолько, что в животе будто натягивалась стуна. И одновременно -от открывающегося отсюда вида охватывал такой восторг, что к горлу подкатывал ком, а на глаза наворачивались слезы.

Далеко-далеко внизу билось о скалы кипящее снежной пеной бескрайнее море - и, если присмотреться, даже отсюда можно было разглядеть мелькающие в воде спины каких-то крупных морских животных. А на горизонте была видна цепочка островов - скалистых и покрытых изумрудной зеленью, и на одном из них Зинаиде удалось рассмотреть виднеющиеся башенки - то ли замка, то ли города. Яркое солнце играло россыпями бликов на морских волнах, мелькали белоснежные чайки, и в первую секунду можно было подумать, что все это - обман зрения, ослепленного слишком ярким светом, а в небе отражается каким-то образом море. Но нет - там, далеко в небе, тоже парили острова. На них тоже были и скалы, и деревья с нереально-яркой зеленью, и даже возвышались, пронзая небесную синеву, шпили каких-то зданий. Между островами - морскими и небесными - мелькали пятнышки дирижаблей и казавшихся отсюда совсем крохотными самолетов. И меньше всего сейчас хотелось думать о том, как соотносятся эти парящие в небе острова с физикой и вообще законами природы. Хотелось молча смотреть на них широко распахнутыми глазами, забывая дышать и чувствуя только звенящую пустоту в голове.

- Ну как вам? - молчание нарушила подошедшая незаметно тиссе Тория, обняв обеих дочерей за плечи. И Зинаида только сейчас поняла, что стоит, вцепившись одной рукой в перила, а другой стиснув руку сестры, так же замершей - и даже, кажется, с открытым ртом.

- Красота-а-а, - Ада откликнулась первой и даже, как ни странно, по-виссарийски.

- А мы тоже на острове? - опомнилась и Зинаида.

- Конечно, - тиссе Тория, кажется, даже слегка удивилась вопросу. - Все живут на островах. И мы тоже. Вам на уроках еще об этом расскажут.

- А на... там, - Зина мотнул головой, - в небе. Там тоже кто-то живет?

Тиссе Тория подняла голову и, прищурившись, бросила взгляд на летающие острова вдали.

- Там живут ритхи.

- Ритхи? А.

Спросить, кто такие ритхи, Зина не успела. Многие вопросы просто теряют свою актуальность, когда с неба на тебя практически сваливается дракон.

Собственно, сначала они услышали шум крыльев, а потом на них упала огромная тень -тень зверя, летящего с огромной скоростью прямо к поляне.

То, что это именно дракон, Зинаида поняла как -то сразу, с первого взгляда. Просто выглядел он именно так, как должен выглядеть дракон - сверкающий, покрытый бронзовой чешуей ящер с широкими кожистыми крыльями, с островерхим гребнем на спине, с изящно выгнутой шеей - он был завораживающе красив, вот только любоваться на него сейчас казалось как -то слегка несвоевременно.

Кажется, первой завизжала Ада. Секунду спустя к ней присоединилась с другого края поляны Крита, как раз разбиравшая провизию и, кажется, уронившая в траву какой -то кувшин. Одновременно завопили что-то неразборчивое тисс Тристобаль и Кей. Зина могла только хватать ртом воздух. Впрочем, когда дракон пошел на снижение прямо на них, будто целясь прямиком в стоящих у края обрыва женщин, Ада и тиссе Тория шарахнулись одновременно - так что ей пришлось отмереть. Иначе они обе полетели бы с обрыва. Слишком низкими и ненадежными казались эти перила, предназначенные скорее для того, чтобы вовремя остановить разыгравшихся детей и едва ли способные выдержать вес двух человек.

Зинаида Алексеевна Летова привыкла отвечать за учеников в случае всевозможных выездов куда бы то ни было. Привычка сохранять в любой ситуации хладнокровие -просто потому что больше сохранять его некому - въелась в кровь и, видимо, в душу -потому что сейчас, едва ли что-то соображая, она изо всех сил рванула за руки обеих спутниц, роняя их на землю и падая ничком сама - но в противоположную от обрыва сторону. И сделала она это очень вовремя - потому что в следующую секунду дракон приземлился, пустив при этом крыльями такую волну ветра, что их могло снести со скалы всех троих, продолжай они стоять на том же месте.

“А вообще-то какая разница, упасть с обрыва или быть сожранными”, - мелькнуло в голове у Зинаиды, пока она поднималась на четвереньки. Хотя... не такой уж он и большой, этот дракон. С коня размером, не больше. Всех не сожрет, пожалуй.

Дракон стоял на всех четырех лапах прямо перед ней - в каких-то нескольких метрах - и внимательно ее рассматривал. Именно ее, Зинаиду. Что ж, поиграем в гляделки.

И не надо так кричать, тисс Тристобаль, не собирается он на вас отвлекаться. И на тебя, Кей, зря ты крадешься в обход со своей железкой, что там у тебя за железка вообще? Ломик, что ли? Глупости, такую голову ты им вряд ли перешибешь. А ты, Крита, лучше бы, чем визжать, мальчишку держала, ведь куда лезет, ребенок.

Зато вон как драконище на меня смотрит внимательно. Может, так и правильно. Может, он. наестся?

Дракон переступил передними лапами, и почему-то именно это простое движение заставило отмереть и дернуться Зинаиду - и к ней вернулся наконец голос.

- Стой! - повелительно рявкнула она, сама не зная точно, к кому обращается - к Кею, тиссу Тристобалю или дракону. Однако замерли почему -то все. А дракон вдруг плюхнулся на попу. И снова переступил передними лапами, дернув хвостом и наклонив шипастую башку. И захлопал глазами. Как -то. обиженно?

Интересно, все драконы такие толстолапые и слегка неуклюжие? Или .

В один миг - по этой толстолапой неуклюжести, по обиженной физиономии, да кто его знает, по чему еще - Зинаида вдруг совершенно точно поняла: да это же детеныш!

Просто малыш, который увидел забавных существ и решил с ними поиграть.

- Хороший малыш, - осторожно произнесла она и даже не сразу поняла, что говорит по -русски. Наверное, от стресса. Впрочем, какая разница? Дракону точно никакой. Медленно-медленно поднялась на ноги и сделала шажок к нему, не обращая внимания на протестующее восклицание тиссе Тории и ее попытки ухватить ее хоть за платье. -

Хороооший. Маленький. Ты поиграть прилетел, да? Ты, главное имей в виду, люди -игрушки хрупкие. Ты не шали только, ага? Надеюсь, огнем ты не дышишь, огнедышащий зверь - это вообще против всех законов физики и биологии, что у тебя в пищеводе должно твориться, чтобы ты огнем дышал...

“Боже, что я несу”, - думала она, делая один шаг за другим, будто в вязком киселе.

А дракончик друг снова вскочил, как -то очень радостно подпрыгнул, снова заставив ее отшатнуться, припал на передние лапы и. заурчал.

То есть как будто попытался заурчать, издавая нечто похожее на рычание и дыша в нос, но никакой агрессии в этом почему-то не было. А вот черный дым из ноздрей - был.

- Все-таки ты огнедышащий, да? Но ты ведь не собираешься делать из нас шашлык, правда? Кей, не сметь! - последнее она проорала по-виссарийски, обнаружив, что мальчишка уже занес свой ломик, подобравшись -таки к дракоше совсем близко. - Живо отойди от него!

Слушаться мальчишка не собирался - но дракончик уже обратил на него внимание, недоуменно обернулся, фыркнул и потрогал его лапой. От этого “нежного” прикосновения мальчишка плюхнулся на зад, разом выронив свой ломик, да еще больно ушибив локоть о камень.

- А ну не хулигань! - прикрикнула Зинаида уже на звереныша, и тот, недовольно мотнув хвостом, снова обернулся к ней.

Что-то напоминали ей его движения. да он же двигается и ведет себя в точности, как кошка! Вернее, как котенок. Все эти фырканья, попытки потрогать игрушку лапой, недовольное мотание хвостом и даже урчание - так вел себя ее Котангенс, когда еще умещался у нее на ладони. Впрочем, он и повзрослев и даже постарев, не слишком изменил своих повадок.

- Хороший. котик. Маленький. Хороший же, правда? - Зинаида уже подошла к зверю и, сама обмирая от того, насколько нелепыми казались собственные слова и действия, протянула руку. Дракоша внимательно обнюхал ее ладонь. и ткнулся в нее носом. А потом попытался подсунуть под нее голову.

- Ты. да ты. такой котик?! Ласковый?! Тебя надо погладить? Серьезно?

Все на поляне будто замерли, не в силах поверить в происходящее. Давно перестала вопить Крита, замолкли Ада и тиссе Тория, молитвенно сложившая руки. Застыл в нелепой позе тисс Тристобаль. Затих, баюкая ушибленную руку, мальчишка Кей.

А Зинаида гладила “котика”. То есть дракотика. В этом огромном чешуйчатом звере внешне не было абсолютно ничего от кота - ящериное тело, широкая лобастая голова рептилии, слегка напоминающая крокодилью. Зато, если его погладить, он начинал скрести когтями по траве, будто сжимая лапы в кулаки - и снова разжимая. Когти у него не втягивались. А чешуя наощупь оказалась гладкой и теплой, почти горячей, как отполированный нагретый на солнце камень, и прикасаться к ней было неожиданно приятно.

Зинаиду не оставляло ощущение, что зверь ведет себя совершенно как кошка. Даром что у него одна голова размером с двух-трех немаленьких котов, гладить - не перегладить. А когда девушка по какому-то наитию почесала его лоб - Котангенс всегда особенно любил, когда его там почесывали, не за ушами, а именно между ними - дракон вдруг блаженно закатил глаза, снова выпустив струю черного дыма из ноздрей в своем странном “урчании”, плюхнулся на брюхо, уронив голову, а затем и вовсе перекатился на спину, растопырив лапы - Кей едва успел отползти подальше - и покосился на Зину - снизу вверх. Сначала одним глазом, потом, повернув голову - другим. И прижмурил его. И не понять, чего это огромное дитятко хочет, было невозможно.

- Маленький, - в какой -то прострации повторила Зина, обошла дракона и принялась чесать его пузо - беззащитное, неожиданно мягкое и какое-то шелковистое на ощупь. А он запрокинул голову и испустил протяжный “уррррр”, выпустив заодно целый столб дыма из ноздрей. - Маленький... Котангенс.

- Ида, - тиссу Тристобалю удалось как -то взять себя в руки. - Ида, как тебе это удалось? Ты. ты можешь ему приказывать? Это связь?

- Зинка, - одновременно с ним слабым голосом заговорила Ада. - Зинка, ты совсем одурела? Ты куда грабли -то тянешь? Щас эта зьмиюка летучая как тяпнет...

На самом деле выразилась она не совсем так - в выражениях она никогда не стеснялась, а сейчас и вовсе говорила на эмоциях.

Зинаида собиралась ответить тиссу Тристобалю, что приказывать коту - гиблое дело, а Зинке - что вовсе она не о. дурела, но - опять не успела.

Потому что на поляну снова упала крылатая тень. И на сей раз она не только казалась с перепугу, а была действительно огромной - в несколько раз больше малыша-дракоши.

- Мама, - пробормотала Зинаида, чувствуя как подгибаются коленки. И сама не поняла, что это было: выражение страха, детский призыв к тиссе Виленто или просто констатация факта. Потому что сомнений в том, что на поляну рядом с ней приземлилась именно драконья мама, не было никаких. И в ней ничего кошачьего не было совершенно однозначно.

Когда-то Зинаида читала в статьях в Интернете о том, что, встретив в лесу медвежонка, ни в коем случае не стоит к нему приближаться и пытаться играть или гладить - где-то рядом может оказаться взрослая медведица, и она, как любая мать, вряд ли одобрит всяких посторонних дядек и теток, нагло тянущих загребущие лапы к ее ненаглядному дитятку. Помнится, тогда ей все эти советы казались на редкость идиотскими - ну кому, в самом деле, придет в голову обниматься с диким зверенышем, очевидно же все про маму. а вот.

Чешуйчатая мать недовольно рыкнула, выпустив из пасти небольшой язычок пламени. И в ее рычании ничего дружелюбного и кошачьего тоже не было.

Детеныш моментально перевернулся и одним движением вскочил на лапы - Зинаида только отшатнулась. А потом... потом этот котодракончик таким же слитным неуловимым движением метнулся и мгновенно оказался между ней и взрослой драконицей, заслоняя девушку собой.

- Урррррууаааауууу! - звук, который он испустил, вообще было сложно с чем -то сравнить.

Драконица же только фыркнула - и Зинаида могла бы поклясться, что прозвучало это добродушно-насмешливо. А гигантская крылатая ящерица подняла свою огромную лапу -захотелось зажмуриться, но девушка боялась упустить что -то и продолжала смотреть во все глаза. Коротко замахнувшись, дракономать. шлепнула своего ребенка по заду. Раз и другой.

А потом подхватила его зубами за шкварник - и впрямь как кошки носят котят, и драконыш покорно обвис, принимая свою судьбу. Не обращая больше на людей ни малейшего внимания, драконица пару раз взмахнула крыльями, подняв ветер, и взмыла, унося свою драгоценную ношу.

Несколько минут еще на поляне никто не двигался и, кажется, даже не дышал.

- Разъедрить твою налево раскардашем! - восхищенно-ошалело выдохнула наконец нежная девица Ада. - Шоб им в жопу ветра через коромысло!

Кей же произнес длинную фразу по-виссарийски - и Зина, которой удалось понять только предлоги, сделала вывод, что общий смысл его тирады был примерно таким же, как у ее сестры.

А потом задвигались и заговорили все разом, выплескивая пережитые эмоции. Тиссе Тория, Ада и тисс Тристобаль одновременно кинулись к Зинаиде, чтобы ее обнять, и образовалась и вовсе странная куча-мала, в которой кто-то всхлипывал, кто-то откровенно ревел, кто-то что-то говорил, охала где-то поодаль Крита.

- Девочка пойдет со мной, - раздался вдруг спокойный властный голос, и все снова разом замолчали.

Резко отстранившись от дочерей и жены, тисс Тристобаль обернулся.

Откуда появился этот странный человек? Да и человек ли?

Глава пятая. Айсен Леган

Айсен Леган всегда был честолюбив. И его честолюбие нисколько не удовлетворял ни наследный титул, ни высокое положение в обществе, ни милости короля, ни, уж конечно, многочисленные девицы, мечтавшие о его внимании. Все это по умолчанию, по сути, полагалось ему уже по праву рождения - и казалось скучным и никчемным. Айсен Леган желал большего - и был уверен, что добьется всего сам. Его имя будут помнить потомки, студенты будут изучать его биографию и писать по ней рефераты, мальчишки будут мечтать хоть немного походить на него.

То, что драконы вырождаются, стало ясно довольно давно. Последние поколения вылупившихся в неволе уже вовсе не могли создавать проколы пространства - эти звери превратились, по сути, просто в элитный и сверхдорогой транспорт. По-прежнему самый быстрый, но - всего лишь транспорт. Более того - полуразумные когда-то твари теперь мало чем отличались от большинства других животных, а вести селекцию с учетом того, что они и так размножались до крайности неохотно, представлялось едва ли возможным. Постепенно становилось ясно: рано или поздно драконы попросту исчезнут, и остается только искать способы заменить их с помощью техники.

Над проблемой бились лучшие умы, величайшие из ритхов пытались создать летательный аппарат, способный искать точки преломлений и пронзать пространство, как делали это когда-то драконы, но никому до сих пор не удалось решить эту задачу. Айсен был уверен: просто они ищут не там.

Когда погиб его дракон, на какой -то миг у Айсена опустились руки. Казалось, что все зря, все годы его исследований, все его теории и мечты... нет, он мог, конечно, позволить себе купить нового детеныша дракона - это дорого и непросто, но только не для него. Но был ли в этом хоть какой -то смысл? Изменится ли что-то с новым драконом?

Так он думал, пока однажды не наткнулся на бредовую статью такого же безумного исследователя, высмеянную всем научным сообществом ритхов - ее автор предположил, что вырождаются, возможно, лишь драконы в неволе. Диких драконов осталось так мало, что проверить, способны ли они, как их предки столетия назад, пронзать пространство, не представлялось возможным, и теория, основанная на сомнительных умопостроениях и шатких предположениях, казалась недоказуемой.

Но Айсену Легану именно она дала надежду. Что если отыскать детеныша дикого дракона и привязать его к себе? Вполне возможно, что тогда удастся наконец действительно изучить механизмы таинственных способностей этих животных - и повторить их.

Автор той самой теории оказался глубоким стариком, и ему, уж конечно, не пришло бы и в голову выслеживать дикого дракона, чтобы доказать что -то. Да и как их выследишь? Их пойди найди теперь, да еще не спугни. Тем более, если они и впрямь по -прежнему способны пронзать пространство, то и удирать будут так, что не отыщешь и не догонишь никогда.

И все же Айсену это удалось. Он выследил молодую самку, свившую гнездо высоко в горах, и годами наблюдал за ее логовом - когда она отложила яйцо, и когда детеныш наконец вылупился. Он расставил свои следилки повсюду, чтобы точно не пропустить момент первого вылета. Раньше времени связь установить не получится - мать не позволит, но и давать зверю слишком взрослеть нельзя, иначе он сможет чересчур успешно сопротивляться, а то и ускользнуть - и тогда все придется начинать сначала.

Забеспокоился он спустя десяток лет - драконьи детеныши растут медленно, медленнее даже ритхов и людей, но все же к десяти годам обычно начинают понемногу выползать из гнезда, а некоторые уже и пробуют крылья. Но его - Айсен давно привык уже считать этого детеныша собственным - его звереныш почему-то по-прежнему сидел в своей пещере, а мать-драконица все так же носила ему добычу, разрывала на куски и бросала в раззявленную пасть дитяти, как будто оно вылупилось всего пару лет назад.

Айсен не понимал, что происходит. Может, ему попался нездоровый детеныш? А может, дикие просто развиваются медленнее? Что вообще сейчас известно о диких драконах? Кто и когда в последний раз наблюдал за ними всерьез?

Ритх решил еще несколько лет понаблюдать, ничего не предпринимая. И в конце концов его ожидание было вознаграждено. Почувствовав сработавшую сигналку, он немедленно рванул к гнезду - чтобы стать свидетелем долгожданного первого вылета молодого дракона. Детеныш, столько лет просидевший в пещере, скакал и прыгал по скалам, беспорядочно молотил крыльями и регулярно падал - благо за всем этим снисходительно наблюдала драконица-мать, периодически его подхватывавшая за шиворот.

Было ясно, что перехватить его пока невозможно. Нужно ждать, когда детеныш начнет вылетать без матери. Г лавное - не упустить тот самый момент. Поэтому Леган, недолго думая, обустроил себе убежище в скалах, невидимое ни от гнезда, ни сверху, и спрятал в нем свой магоплан - чтобы в случае чего мгновенно пуститься в погоню. На время он переселился в это укрытие, чтобы наблюдать непрерывно, и лишь изредка ночами возвращался домой, чтобы пополнить запасы провизии.

Жить в скалах пришлось без малого два месяца. И в это утро он, как обычно, наблюдал из своего укрытия, как улетала на охоту драконица-мать.

А потом из пещеры вдруг выпорхнул дракончик - и, слегка вихляясь, полетел куда -то в противоположную от матери сторону. Это же тот самый шанс! Подхватив магоплан,

Айсен рванул следом - но разве угонишься на нем за драконом, пусть даже очень юным и едва вставшим на крыло!

Магоплан летает медленно, скорее парит. Зато у него есть и неоспоримые преимущества перед всеми прочими средствами полета: малый размер и главное - бесшумность. Для того, кто следит за драконами, последнее решает все.

К тому моменту, когда удалось нагнать драконыша, тот уже приземлился на одном из человеческих островов. И Айсен Леган имел неудовольствие наблюдать совершенно безумную сцену.

Какие-то люди перепугались при виде его дракона - вполне естественно, впрочем. А вот дальнейшее оказалось совершенно не естественно. Потому что ненормальная человеческая девчонка принялась вдруг разговаривать с диким драконом! Хуже того -гладить его!

Айсен настолько опешил от происходящего, что впал в некий ступор. И отмер, лишь когда драконыш зашипел на собственную мать, заслоняя девчонку. Не было никаких сомнений: дикий дракон защищал девицу. Человека.

Именно это заставило Айсена присмотреться к происходящему вторым зрением - и понять, что все даже более безумно, чем могло бы показаться. У девицы была связь с драконом. Вполне закрепившаяся, надежная. Этого абсолютно не могло быть, ведь связь с драконами доступна только ритхам, основана именно на их магии. И тем не менее - связь была ясно видна, хоть и какая-то... неправильная?

А еще это значило, что для него, Айсена Легана, дракон теперь непригоден. Установить с ним новую связь не получится. Его дракона увела человеческая девчонка.

Кое-как совладав со своими эмоциями, ритх осознал главное: девицу нельзя упускать. Как бы там ни было, ее связь - уникальное явление, нуждающееся в изучении. А кроме того, сам по себе связанный дикий дракон слишком ценен, чтобы можно было пренебречь всем произошедшим.

И Леган, оставив магоплан, решительно направился к людям, бестолково обнимашимся и восклицавшим что-то.

- Девочка пойдет со мной, - сообщил он то, что казалось ему совершенно очевидным. В конце концов, эти люди не могут быть так глупы, чтобы не понимать его правоты.

Человеческий мужчина, отпустив своих женщин, шагнул к нему и нахмурился.

- Что вы имеете в виду? Так это были ваши драконы? Вам стоило бы лучше за ними следить, они напугали мою семью...

- Вы плохо слышите? - Айсену было сейчас не до бессмысленных расшаркиваний. Да и было бы с кем! - Мне нужна эта девочка. Я ее забираю.

- Вы не можете забрать мою дочь! - сердито возразил мужчина. - Смею напомнить, между людьми и ритхами цивилизованные отношения, а действующие межгосударственные соглашения...

- Что за глупости, - раздраженно прервал его Леган. - Я же вижу, что у вас их две. И совершенно одинаковых. Не думаю, что ваш король станет портить отношения с ритхами из-за какой-то...

- Из-за юной тиссе, наследницы уважаемого высокого рода, вы хотели сказать? -язвительно парировал человек.

Не могла эта девица оказаться какой-нибудь безродной! Впрочем, у безродной вряд ли был бы шанс установить связь, и так-то совершенно непонятно, как ей это удалось. крух! Придется договариваться.

- Вы видели, что ваша дочь привязала к себе дракона?

- Что?! - это вскрикнула уже женщина, которая, как наседка, обнимала обеих одинаковых девиц. - Но это.

- Невозможно, я знаю. Более того: я точно знаю, что этот дракон - дикий. Вы сами должны понимать, насколько все это рискованно. И связь вашей дочери с драконом нуждается в изучении. За ней должны присматривать компетентные драконологи.

- И тем не менее, - решительно возразил мужчина, - об этом не может быть и речи! Я в состоянии обеспечить безопасность своей семьи. Тем более, что моя дочь нездорова! Она совсем недавно научилась разговаривать, ничего не знает о мире.

- Она слабоумная? Или сумасшедшая? - холодно уточнил Леган. Может, разгадка связана с ее безумием?

- Нет! - негодование человека можно было черпать ложкой. - И я бы попросил вас все же придерживаться принятых в цивилизованном обществе правил вежливости!

Ритх поморщился. Ну да, он слегка отвык от светского политеса, и тем обиднее сознавать правоту собеседника, учитывая, что отчитывает его человек, пусть даже и тисс. А все же как все это досадно!

Впрочем... в ближайшие несколько лет юный дракон будет расти под присмотром матери, и она все равно не отпустит его далеко или надолго. А вот когда он подрастет и покинет гнездо, связь неизбежно притянет его к хозяйке. И вот тогда. Идея, пришедшая в голову Легану, показалась просто гениальной. В самом деле - никуда эта девчонка от него не денется!

- Сколько лет вашей дочери? - без всяких предисловий спросил он.

- Скоро будет четырнадцать, - человек слегка нахмурился. - Почему вас это заботит? Превосходно! Просто идеально!

- Значит, через три года с небольшим ей придет время получать образование, - спокойно пояснил ритх. - Она должна поступить в Облачную академию, на факультет драконьей авиации. Полагаю, вы сами должны понимать, что ей необходимо будет научиться обращаться со своим драконом. Зверь года через четыре окончательно покинет гнездо и неизбежно прилетит к ней. И они оба должны быть в это время под присмотром - не вашим, а знающих ритхов, которые умеют обращаться с драконами! Думаю, в этом случае даже ваш король не сможет ничего возразить. По сути, вашей дочери предлагается привилегия - Облачная академия самое престижное из учебных заведений обеих стран, вряд ли вы бы могли рассчитывать на такую честь.

Человек только хмыкнул.

- Старшие дети нашего рода всегда учились в Облачной академии. Наш родовой дар идеально...

Леган замешкался лишь на секунду. Действительно, академия была межгосударственной, хоть и находилась на территории ритхов, и то, что в ней учится немало людей, всегда вызывало у него легкое недоумение. Впрочем, сейчас это оказалось на руку, так что он прервал собеседника.

- Тем лучше. Значит, даже ваши планы нисколько не изменятся - она просто пойдет на другой факультет.

- Но Ида - младшая.

- Что ж, значит, поступит вместе с сестрой, может, им будет легче, просто пойдут на разные факультеты.

- Погодите, - это вмешалась женщина. Позволять себе влезать в мужской разговор -все-таки у людей исключительно наглые и непочтительные женщины! Ох, намучаются

они еще с девчонкой. - Как Ида может пойти на драконий факультет, там ведь учатся одни ритхи, и программа обучения .

- Ничего, - Леган чуть высокомерно усмехнулся, решив не осаживать нахалку - пусть с этим разбирается ее муж. - С программой мы разберемся, - учитывая, что девица даром никому не нужна в качестве студентки, зато бесценна как объект изучения, программа и

связанные с ней сложности девчонки - последнее, что волновало ритха. - Можете считать, что она уже принята. Заранее и заочно. Моя фамилия - Леган, если вам это о чем-то говорит. Ройс Айсен Леган. И уж место на драконьем факультете я ей обеспечу.

Вряд ли эти люди, если в их роду действительно кто -то получал образование в Облачной академии, могли ничего не слышать о семье Леган, потомственных драконологов, к тому же связанных родственными узами с королем ритхов. Особенно если учесть, что декан драконьего факультета носит ту же фамилию и приходится Айсену кузеном.

- Что ж, - человек слегка приподнял брови. - Я и в самом деле не имею ничего против поступления своей дочери в Облачную академию...

- Но, Трис. - это снова влезла беспардонная женщина - видимо, мать девчонки.

- Оставь, Тория, мы обсудим это позднее. И с девочками тоже. Что до вас, ройс, -мужчина снова обратился к ритху, проницательно прищурившись, - я надеюсь, вам тоже

знакома наша фамилия. Мою дочь зовут Ида Виленто, и надеюсь, не нужно объяснять, что это значит. Она отнюдь не беззащитна. И если отправится учиться в Облачную академию, то станет именно студенткой, а не подопытной. или на что вы там рассчитывали.

Крух! Наверное, здесь стоило бы смутиться - если по-честному, человек действительно уел ритха. Леган был так раздосадован и одновременно заинтригован происшедшим, что ему и в голову не пришло, что он говорит с ровней, даже когда собеседник назвал себя высокородным тиссом. Сколько их, этих тиссов!

В сущности, людей вообще было так много, и среди них было так мало тех, кого высокородный ритх мог бы назвать относительно равными себе, что этих немногих он обычно просто не принимал в расчет, заранее полагая, что случайно встреченный человек, пусть даже благородного происхождения, безусловно, несоизмеримо ниже него и по положению, и по магическим способностям.

Увы, род Виленто относился как раз к этим немногим. Один из нескольких оставшихся Первых родов действительно мог тягаться по знатности - а может быть, и по магической мощи - с сильнейшими из ритхов.

А еще этот тисс с легкостью разгадал планы Айсена в отношении его дочери - по крайней мере, в общих чертах.

И, значит, с девчонкой действительно придется быть поосторожнее. крух!

- Разумеется, - сквозь зубы буркнул Леган. - Думаю, мы поняли друг друга. До встречи, тисс Виленто.

Не дожидаясь ответных прощаний и расшаркиваний, он развернулся и быстрым и четким шагом направился к своему магоплану - стоило улетать как можно скорее, чтобы не сорвать все свои эмоции на этих людях. Ссориться с родителями девчонки, пожалуй, и впрямь будет не ко времени.

- Стойте! - одна из девиц кинулась ему вслед. Была ли это та самая, связанная с драконом, Леган уже не поручился бы - эти одинаковые девчонки были еще и наряжены в платья одного цвета. Пришлось, взяв себя в руки, оборачиваться.

- Вы что-то хотели уточнить, тиссе? - прохладно, но безукоризненно вежливо спросил он.

- Да! - девчонка запнулась, будто подбирая слова, а затем выдала странное, - ты знать дракон быть что?

- Прошу прощения?

- Дракон! - настойчиво повторила она. - Ты знать что?

Ооо... “недавно научилась говорить”, да, тисс Виленто? И вы еще заверяете, что она не слабоумная! И еще хотите, чтобы в академии она была полноценной студенткой! Ну -ну. впрочем, там отец не сможет за ней присматривать, а слабоумную будет легко контролировать. Пожалуй, все к лучшему.

- Ты хочешь узнать побольше о драконах? - теперь уже сам Леган старался подбирать самые простые слова, будто говорил с ребенком. Да и обращаться к этой бедной дурочке как к тиссе показалось неуместным. - Тебе все расскажут о них, когда ты поступишь в академию. Твой отец отведет тебя туда.

- Нет, - она замешкалась, - этот дракон! Ты знать что про он?

- Этот... детеныш дикого дракона. Вылупился на острове Кийне около четырнадцати лет назад. Пару месяцев назад начал летать. Сегодня впервые вылетел из гнезда самостоятельно. Как ты установила с ним связь - я понятия не имею, но со временем она, вероятнее всего, будет усиливаться. Это все, что я могу тебе о нем сказать.

- Благодарю, - девчонка кивнула с серьезным видом.

Глава шестая. Четырнадцать лет назад

Пикник в итоге все-таки состоялся, хоть все и были нервными и взвинченными, да и разговоров за обедом только и было что о драконах и ритхе. Причем родители так бурно и эмоционально что-то обсуждали, что понимать их девочки не успевали. Крита, похоже, так и не отошла от всего происшедшего, и прислуживала господам тиссам в полном молчании. А малолетний водитель Кей, кстати, сидел за столом вместе с членами семьи, но предпочитал тоже помалкивать, как-то восторженно-изумленно таращась на девчонок.

- Зинк, - Ада зашептала, наклонившись к сестре, - а ты поняла хоть, чего этот хмырь крашеный хотел-то от тебя?

Насчет того, что крашеный, у Зинаиды были определенные сомнения.

Ритх был какого-то непомерно высокого роста - метра два, не меньше, рядом с ним она себя чувствовала козявкой какой-то. Хорошо сложен, плечи широкие, мощные, но в целом не столько мускулистый, сколько жилистый. Самыми примечательными в нем оказались волосы - длинные, до лопаток, собранные в хвост, белые с явственным голубоватым отливом. Широкие и почти прямые белые брови едва не сходились у переносицы. Слегка раскосые глаза отличались холодным прозрачно-синим цветом и льдистым рисунком на радужке. Глаза и волосы казались особенно яркими из -за довольно смуглой кожи. Острые скулы, хорошо очерченные губы, породистый нос - да, его внешность безусловно производила впечатление. Хотя с первого взгляда она назвала бы его не столько красивым, сколько странным. Как лысый кот - несомненно красивый зверь, но к такой красоте сначала надо привыкнуть.

В любом случае главное, что она бы сказала о нем, - высокомерный сноб. Точно -хмырь.

Зинаида пожала плечами.

- Хотел куда -то забрать. Дракон ему зачем-то нужен, кажется. В любом случае пока тисс Тристобаль меня отстоял. Будем решать проблемы по мере их поступления.

- А ты от него чего хотела?

- Я. мне надо кое-что еще обдумать. Я подумаю и потом расскажу тебе о своих выводах, хорошо?

- Ну думай-думай, - хмыкнула вредная сестрица. - Индюк тоже думал, да в суп попал. Смотри, как бы и тебя не того. Задумал шо-то этот Мальвин-засранец, точно тебе говорю.

- Кто?! - Зина даже поперхнулась от неожиданности, подавившись каким -то местным фруктом, который как раз дегустировала.

- Мальчик с голубыми волосами, - Ада пожала плечами. - А шо?

Зинаида спрятала улыбку.

То, что ритх что-то задумал, сомнений никаких не вызывало, но это пока представлялось не главной проблемой - несколько лет впереди. Куда важнее казалось понять, что с ними обеими уже произошло. Собственно, кое-какие выводы для себя она уже сделала, оставалось только логично обосновать их и объяснить хотя бы самой себе - а уж затем и подруге по пападанству.

Думала она до самого вечера, а с сестрой заговорила, когда они наконец остались наедине

- отговорившись усталостью после поездки, Зинаида попросилась спать пораньше.

- Понимаешь, - начала она, уже лежа в постели и глядя в темноту. Так оказалось легче говорить о странных и почти безумных вещах, - этот дракон, ты же видела все. Я. я его узнала.

- Шо? Ты где дракона -то могла видеть?

- Это не дракон. То есть сейчас дракон, но. это мой кот. Я знаю, это звучит глупо и странно, но я не сошла с ума, честно. Знаешь, я много раз думала о том, что когда мы привязываемся к животным, мы начинаем воспринимать их морды так же, как лица людей. Я совершенно точно узнала бы своего Котангенса в любой толпе таких же рыжих котов. Но, оказывается, дело не только во внешнем виде. Повадки, движения. Котангенс очень любил, когда ему чешут пузо, но доверял его только мне. Это не всем котам нравится, но он любил. Он совершенно так же подсовывал голову мне под руку, и так же падал на спину, и вот этот взгляд - сначала одним глазом, потом другим, и прижмуривался потом. и. он откликнулся на имя, я видела. Я думала, что точно схожу с ума, но он откликнулся. И еще у него глаза - точно такие же рыжие глаза.

- Фигню говоришь, - авторитетно изрекла Ада. - Шоб он тут делал вообще, кошак твой?

- А мы что тут делаем? Мы же как -то здесь оказались.

- Так ты ж сама сказала - померли мы там.

- Котангенс тоже умер. Тогда же, когда и мы. Похоже, нас всех троих разом сюда забросило. Не знаю уж, есть ли у кошек души или у них и впрямь девять жизней...

- Ага, мы-то бабами были, бабами и стали. А с какого ж это переляку твой блохастый одраконился?

- Ну, - с достоинством ответила Зинаида, - он был хорошим котом и всегда какал в лоток. Наверняка он заслужил себе хорошее посмертие. Ты же сама слышала - тисс Тристобаль с этим. Мальвином говорили, что у меня какая -то связь с ним. Откуда бы она взялась? Мне кажется, она как раз оттуда - из прежней жизни. Как думаешь?

- Думаю, шо жрачки ты на такого кошака не напасешься, вот шо.

- Тьфу ты. ладно, не об этом сейчас. А у того мужика я спрашивала, что он знает об этом дракотике. Я тогда, если честно, была уверена, скажет - ему пара месяцев, ну потому что мы все пару месяцев как умерли там и оказались здесь. а оказалось, что драконы растут медленно. Этому детенышу примерно столько же лет, сколько и нам. Только вот летать он начал как раз пару месяцев назад. Ничего не напоминает?

- И шо?

- А то. я тут посчитала и попросила у Криты календарь, чтоб уж наверняка сопоставить даты. И, знаешь, интересная вещь у меня выходит. Ты помнишь, что было четырнадцать лет назад - с нами? Речку помнишь? Полынью?

- Уж забудешь такое. - вздохнула темнота.

***

Тогда, четырнадцать лет назад, Зинаида только -только в первый раз переехала в станицу. Возвращение и новый побег будут позже, годы спустя. А тогда она, двадцатилетняя Зина, обмирала от собственной смелости и сомнений, и совсем еще не была уверена, верно ли поступила и как ей быть дальше. Вечерами она не знала, куда себя деть, и от одиночества, отчаяния и сознания собственной никчемности хотелось выть. Или хуже того - набрать тот самый номер.

Котенок ее спас тогда.

Котенка она нашла возле магазина - какого-то до нереальности мелкого, тощего, облезлого и страшненького, с уродливой рахитичной спиной и сильно закисшими, даже не открывшимися еще до конца глазами. Г рязен он был до того, что невозможно было даже определить с уверенностью масть.

- Кошку тут машина на днях задавила, - равнодушно пояснила продавщица. - А этот остался, видно. Втопить бы его, да сам помрет скоро.

Звереныш вызывал слегка брезгливую жалость, но просто уйти она не смогла.

Сразу нашлась масса дел: разыскать ветеринара, который здесь, в станице, занимался в основном коровами и смотрел на нее, как на блаженную; найти средство от блох и глистов, подходящее такому малышу; съездить в райцентр за бесчисленными лекарствами и специальным кормом - как потом окажется, пищеварение у кота нарушилось безнадежно, так что дорогой специализированный корм ему пришлось покупать постоянно. Из-за корявого позвоночника и вечно загнутого хвоста тощий котенок напоминал синусоиду, и Зинаида хотела назвать его Синусом. Но он так возмущенно мявкнул и выгнулся, что поименован был в итоге Котангенсом. Ей почему -то показалось, что Котангенс - это звучит гордо. А сокращенно - Котя или даже просто Кот.

Страшненький котенок медленно, но верно превращался в роскошного рыжего красавца-кота, который составлял ей единственную компанию одинокими вечерами. Она потихоньку привыкала к новой жизни, устроилась даже на работу в школе - временную, как она тогда думала.

А потом произошел тот самый случай.

Зина, приехавшая сюда специально, чтобы побыть одной, разобраться в себе и принять верное решение, редко выходила из дома куда -то кроме работы или ближайшего магазина. Конечно, с появлением кота забот прибавилось, но в райцентр она все равно выбиралась не так уж часто.

А вот на кладбище время от времени ходила. Чувствовала свою вину - и знала, что теперь поздно, ничего не исправить, бабушке уже все равно. И все -таки ходила, будто нарочно издеваясь над собой, бередя эту рану. Весной собиралась посадить на могиле цветы, посеять траву. А сейчас, зимой, просто приходила иногда - постоять, помолчать, мысленно попросить прощения и сказать “спасибо”. За все - за то, что ей было куда бежать, за то, что кто-то понял, почувствовал, что с ней происходит, а главное - просто за то, что у нее была такая бабушка.

В тот раз она тоже шла с кладбища. И уже за оградой ее нагнала бабка Зинка - к мужу, видимо, на могилу ходила. С соседкой она была тогда знакома шапочно.

- Ой, Зинка, а ты к Зине поди ходила?

“Какое-то огромное количество Зин на квадратный метр”, - подумалось ей тогда. Покойная бабушка, соседка, она сама... и имя-то сейчас довольно редкое, казалось бы.

- А я к Ваське своему. А нам по пути как раз, вместе пойдем, все веселее.

“Вот уж веселье”, - с неудовольствием размышляла Зина, но грубить пожилой соседке, конечно, не стала.

- А ты шо, дорогой идти собралась? Та пошли напрямки, через речку, скорее дома будем, холодина-то какая, а ты ще в обход собралась! Смотри, баба Зина плохому не научит, вот тут напрямки и пройдем.

Дорога от кладбища выводила к другому краю станицы, и идти по ней до их улицы и в самом деле было неблизко. А “напрямки” - это, значит, через “речку”. На самом деле это было озерцо-старица - река текла здесь когда-то, да потом ушла в сторону. Своего названия у продолговатого водоема, где купалась местная детвора летом, не было, и называли его все просто “речкой”. Был через нее и мост - но тоже в стороне.

“Речка” замерзала далеко не каждую зиму - здесь, на юге, зимы нечасто выдавались морозными. Но эта зима оказалась настоящей, хоть и недолгой - со снегом и даже метелями, озерцо застыло, и дети катались по нему на коньках, а когда его заносило снегом - в нем протаптывали тропинки.

Сама Зина ни за что не пошла бы через “речку” - все-таки февраль, снег стал ноздреватым местами, солнце нет-нет да показывается, и не столько холодно уже, сколько промозгло и ветрено. Хотя дети вон играют на той стороне. В любом случае ей просто не пришло бы в голову спрямлять путь таким образом.

Но ведь не отпускать же старушку одну? Пожилой человек, поскользнется еще, сама не встанет. А отговорить бабку Зинку, если она все для себя решила - задача практически невыполнимая.

Вот и пошли они “через речку” - бодро семенящая бабка Зинка и покорно-уныло бредущая за ней Зина.

Наверное, в какой -то момент она все же слегка отстала - и именно поэтому не успела подхватить соседку под локоть. Нога старушки вдруг поехала, и та, не сумев удержать равновесие, плюхнулась об лед всем весом. И тот треснул.

Когда Зина потом вспоминала об этом, ей казалось, что все происходило как в замедленной съемке: вот старуха медленно-медленно едет, как-то нелепо вскинув одну ногу и взмахнув руками, вот ударяется задом об лед, вот змеится по белесой поверхности льда трещина... но на самом деле все случилось очень быстро. Пара секунд - и вот бабка Зинка, склочная и приставучая старуха-соседка, уже в ледяной полынье, пытается крикнуть, но хрипит почему-то, заполошно хватаясь руками за края полыньи и отламывая все новые куски льда - какой же он, оказывается, тонкий! - а вот трещина уже бежит ей, Зине, под ноги.

Единственное, что она сделала тогда вполне сознательно - это отбросила подальше в сторону свою сумку. А дальше были уже, кажется, чистые инстинкты: тонет человек -надо спасать. Она упала на живот, протянув руку, и бабка Зинка схватилась за нее. Резко рванув на себя и в сторону, девушка выдернула старуху из полыньи, как репку из грядки, и практически швырнула в сторону - и откуда только силы взялись? - следом за сумкой, так что бабка проехалась немного по льду на животе.

Вот только от резкого движения проломился наконец лед под ней самой - и теперь в резко выросшей полынье барахталась уже Зина, безуспешно пытаясь зацепиться за твердый край. Мгновенный шок от погружения в ледяную воду сковал сознание, все тело будто прошили ледяные иголки, ноги моментально свело судорогой, а пальцы рук отказывались сгибаться и соскальзывали. Резко потяжелевшая шуба превратилась в тяжелые путы, сковывающие движения и тянущие вниз.

“Вот и все, - мелькнуло в голове. - Как глупо”. Бабка Зинка, конечно, ничем не сможет ей помочь, хоть бы сама оклемалась после такого, а вызвать она никого, конечно, не успеет.

“Ну и ладно, - пальцы снова соскользнули, - может, так и лучше”.

А потом ей вдруг будто наяву пригрезился жалобный мяв. Котангенс! Как же он тогда?

Он не выживет без нее. Некому будет покупать ему особый корм, возить на процедуры... да вообще его, пожалуй, долго никто не найдет там, в запертом доме, и умирать он будет медленно и мучительно.

И Зина тогда со всей ясностью осознала: она не имеет права так поступить с Котангенсом. Просто потому что он ей - верит. Он сейчас там, дома. Ждет. И она не может его обмануть. Потому что так нельзя поступать с теми, кто нам верит. Потому что у него и для него больше нет никого.

Как она выбралась из той полыньи - она сама потом не смогла бы объяснить или хотя бы ясно вспомнить. Следующим четким воспоминанием было то, как она негнущимися деревянными руками ищет в своей сумке телефон, а рядом стонет бабка Зинка.

Первая внятная мысль была о том, что она не знает, как вызывать скорую с мобильного. А вторая - что скорую, наверное, и не надо, здесь она едет, случается, по часу.

Повезло - последним набранным номером был телефон коллеги, немолодого химика, который, охнув, тут же растолкал зятя и уже через пятнадцать минут загружал обеих мокрых окоченевших женщин в зятеву машину. Еще через десять минут они были в местной амбулатории.

Соседка оказалась на редкость крепкой старухой - уже пару недель спустя Зина видела ее все так же бодро семенящей по переулку и слышала, как та в очередной раз на всю улицу обсуждает и осуждает кого-то. Сама Зина тогда слегла с воспалением легких и общим обморожением - но от госпитализации отказалась, лечилась дома. Бабка Зинка регулярно отправляла к ней невестку - то с лекарствами, то с тарелкой горячего борща.

И все то время, пока Зина ходила в туалет по стенке и кашляла так, что казалось, скоро выплюнет легкие, Котангенс не отходил от нее. Он спал у нее на груди, щекотал лицо огромными усами, и первым, что она видела каждый раз, когда просыпалась, были оранжевые кошачьи глаза. “А ведь ты снова меня спас, рыжий”, - думала она тогда.

- Забудешь такое. и шо?

- А то, что, похоже, мы должны были умереть тогда. Ну, мне так кажется. Котангенс меня на мысль натолкнул. Мы должны были умереть одновременно, в той полынье, и здесь, в этом мире, вскоре родились девочки. которыми мы должны были стать. А мой кот - он был не слишком здоров, и без меня он тоже, наверное, не выжил бы. а может, он должен был погибнуть еще раньше, это случилось бы, если бы я его не нашла. И здесь вылупился детеныш дракона, которым должен был стать он. Вот только мы не умерли, и Котангенс тоже. И получились девочки. лишенные души. Они здесь росли, а мы, их души, продолжали жить те свои жизни. Мы оказались связаны каким -то образом, и второй раз снова умерли вместе - на этот раз действительно умерли. И наши души притянуло в те самые тела, что родились для них еще четырнадцать лет назад.

- Ой, наворотила... ну и шо это все значит?

- А значит это - как минимум то, что мы с тобой не занимали ничьи тела. Не умирали здесь никакие девочки, - эта мысль до сих пор мучила, и теперь Зина наконец смогла вздохнуть спокойно: она именно на своем месте, и можно действительно перевернуть страницу. - Это наши тела и есть, понимаешь? По праву наши. И жизнь - наша. Просто следующая. И мы на самом деле в этой жизни - сестры. Мы на самом деле дочери своих родителей, этих родителей, просто мы. припозднились. Зато у нас теперь есть бонус -

память прошлой жизни и все знания и опыт из нее.

- Ну и шо нам с ними делать теперь?

- Теперь? - Зина улыбнулась в темноту. - Я думаю. жить. А знания никогда не бывают лишними, это я тебе как педагог говорю. Все, что мы должны были узнать за эти годы здесь, мы быстро наверстаем. Зато у нас за плечами - не четырнадцать тепличных лет, а много больше. Да мы с тобой еще тут еще все вверх дном перевернем!

Глава седьмая. О сложностях размножения магов и воспитания драконов

- Итак, юные тиссе, сегодняшний наш урок посвящен природе магии в целом и родовым дарам Виленто в частности. Но начать придется издалека - с древней истории мира и даже с той ее части, что известна лишь по легендам.

Старичок-учитель поправил круглые очки, назидательно подняв палец.

- Лучше бы учили нас уже этой вашей магии, - недовольно буркнула Ада.

- Обращаться с даром вас будут учить члены вашей семьи - никто другой этого не сможет сделать. Но сначала вам потребуется теоретический базис - и я попросил бы отнестись к этому со всем вниманием, юная тиссе!

Ада протяжно застонала и уронила голову на свою парту.

Под учебный класс им оборудовали одну из комнат в угловой башне. Собственно, стоило Иде заикнуться, что она хотела бы жить в башне, как счастливый успехами дочерей отец радостно отдал им всю башню целиком. На первом этаже в ней располагался холл с винтовой лестницей, на втором - служебные помещения, на третьем - учебный класс и комната прислуги. Каждой из сестер досталось по комнате с личной ванной на четвертом этаже, под самой крышей. К счастью, башня была скорее декоративной и вряд ли служила когда-нибудь в оборонительных целях, а потому и окон в комнатах хватало -стрельчатых, высоких и узких, зато расположенных часто, а верхний этаж вдобавок опоясывал неширокий балкон с витыми перилами.

А еще все по той же винтовой лестнице можно было попасть на крышу башни, огражденную широкими каменными зубцами. Там не было ничего, кроме ветра и солнца, зато оттуда открывался замечательный вид на островерхие крыши городка в долине и горы вокруг. И обе девочки полюбили туда ходить в свободное время - просто поваляться на расстеленных пледах, глядя в небо, обсудить прошедший день или помечтать.

А иногда и поплакать - например, когда Зинка, вдруг осознав, что все это - навсегда, поняла, что внукам и правнуку ее теперь расти без ее неусыпного надзора, что младший сын-непутеха теперь наверняка запьет, а курва-невестка так и не научилась печь его любимые пироги. Пока Зинка, захлебываясь, говорила о внуках, ее новоявленная сестра думала о собственной семье и о том, что мама, как бы мало ни было между ними понимания, все же точно не заслужила того, чтобы хоронить дочь. И как жаль, что они так и не поговорили по душам. Да и с отчимом стоило бы все же поговорить по -человечески. Ведь он действительно любил ее маму и делал ее счастливой, а это уже совсем немало. И уже поэтому она, Зина, была ему благодарна. Кончилось дело тем, что сестры Виленто от души проревели весь вечер, обнявшись на крыше, цепляясь друг за друга и взахлеб рассказывая о своих родных, оставленных в ином мире и в другой жизни. И от этого почему-то обеим становилось легче.

Однако большая часть их времени по-прежнему была занята учебой, и сейчас им предстоял целый бесконечный урок с тэром Сейло - самым занудным из всех нанятых тиссом Виленто учителей. Зато, по словам отца, он был одним из виднейших специалистов по истории магических родов, даром что сам магией не обладал. В глубине души Ида считала, что лучше бы тэр Сейло был чуть менее видным специалистом, зато обладал хоть толикой педагогического таланта. Может быть, тогда Ада не норовила бы заснуть на каждом его уроке.

- Итак, согласно легендам, наш мир создали трое древних богов, ныне предположительно покинувших нас: Тейн, Лагос и Римейя. Римейя приходилась супругой Тейну и сестрой Лагосу. Последний создал расу ритхов, живущих на небесных островах, и наделил их магией. Их было немного, и дети среди них рождались редко, зато и жизнь у них была долгая. Римейя и Тейн создали людей - сначала как немагическую расу. Зато люди быстро плодились и расселялись по островам. Ритхи всегда относились к ним свысока, считая немногим умнее животных.

В конце концов, обидевшись за своих созданий, Римейя решила наделить людей магией. Чтобы не нарушать баланса в мире, она одарила силами лишь немногих избранных, дав каждому из них свой особенный дар, который он мог передать потомкам.

Однако, как оказалось, у этого подарка была и оборотная сторона. Если обычные люди могли производить на свет сколько угодно детей, то у магов возникли с этим определенные сложности. Для рождения ребенка им необходимо провести особый ритуал при заключении брака - ритуал, включающий одного из супругов в род другого. Детям передается только магия этого рода.

В семье магов рождается, как правило, не более двоих детей. Родовой дар - так называемый дар старшей крови - передается ребенку, появившемуся на свет первым.

- Тэр Сейло, - прервала лекцию Ида. - А если рождаются двойняшки? Они же развиваются одновременно.

- Это не имеет значения. О генетике в магических родах мы с вами можем поговорить позднее факультативно, если пожелаете. Двойни, кстати, в магических родах рождаются часто, а вот близнецы - не чаще, чем у обычных людей. Старший дар крови в любом случае наследует только один ребенок, тот, что первым родился. В каждой магической семье есть один старший дар крови, сила которого зависит от древности рода, и несколько более слабых младших даров. Второй ребенок получает один из младших даров -вывести закономерность, по которой может выпасть тот или иной дар, до сих пор никому не удалось...

- То есть дар моей сестры, как я понимаю, известен, а мой - лотерея?

- Можно сказать и так.

- А какой у меня дар? - встрепенулась Ада.

- Старший дар крови рода Виленто - управление потоками газов, - тэр Сейло даже не обратил внимания, как разочарованно вытянулось лицо Ады, а вот Ида мысленно усмехнулась. Ну да, это тебе не волшебная палочка. - Вообще-то любых газов, но наибольшее практическое применение находит, конечно же, управление потоками воздуха как самой распространенной смеси газов. Поэтому чаще всего для простоты ваш дар называют магией ветра, или воздуха. Учитывая родовую силу, потенциально вы можете вызывать ветер или даже бурю, менять погоду, переносить большие массы по воздуху. словом, применений у вашего дара множество.

Ада-Зинка проснулась окончательно, глаза ее наконец загорелись.

- А шоб там суп сам сварился или полы помылись?

Ида тихонько хрюкнула к кулак.

- Ээээ, - тэр Сейло слегка поперхнулся. - Боюсь, насчет супа. хотя вы можете направленным воздействием воздуха вымести, скажем, пыль из своей комнаты.

- О! Вот это дело, это я понимаю. А когда мне покажут, как для этого руками махать?

Или это говорить шо-то надо?

- Кх-хм. Как я уже говорил, обучать родовой магии вас будут члены вашей семьи. В данном случае - как я понимаю, ваш дядюшка, когда вернется из очередного рейса. Сейчас же я бы хотел продолжить нашу лекцию.

- Уууу. - Ада снова уронила голову на парту. Впрочем, тэр Сейло все равно этого, кажется не заметил или не обратил никакого внимания.

- Итак, передать потомкам старший дар крови может любой из двоих детей семьи, независимо от пола и старшинства - но для этого он должен принять супруга в свой род. И поэтому же второй должен войти в род супруга - чтобы как можно больше магических семей имели возможность передать потомкам свое наследие. Если маг младшей крови входит в чужой род, он берет фамилию супруга. Если маг старшей крови входит в чужой род, он берет двойную фамилию: первая говорит о даре, которым владеет он сам, вторая -

о даре, который наследуют его дети. Например, ваш дядюшка, старший брат вашего отца, будучи сам магом старшей крови рода Виленто, вошел в семью своей жены -Аганти, и носит фамилию Виленто Аганти. В то же время ваши родители оба являются магами младшей крови своих родов. Однако тиссе Тория вошла в семью супруга, и именно они передали своим детям дары рода Виленто.

Кстати, из-за особенностей наследования дара у магов мужчины входят в род жен так же часто, как и наоборот. У тех же ритхов общество патриархально, и у них всегда жена берет фамилию мужа. Полагаю, это можно считать своего рода наследием их создателя Лагоса, который и жены не имел, и сестру -то не слишком уважал, а поговаривают, что и вовсе был женоненавистником... Впрочем, вам беспокоиться не о чем. Вы - наследницы одного из человеческих Первых родов. Кхм. Так о чем это я.

Из-за того, что наследие предков передает лишь один из двоих детей, роды иногда прерываются. Скажем, один из детей уже вступил в брак, войдя в род супруга, а второй погиб, или вдруг по какой -то причине погибли оба - в этом случае родовой дар угасает, даже если у их родителей все-таки появится третий ребенок.

Третий ребенок в семье магов - большая редкость, и он не наследует и не может передавать старший дар крови своих родителей. Он получает один из младших даров и передает его своим детям, основывая новый магический род. В его потомках новый старший дар крови усиливается - но все же не до силы изначальных даров.

Так магические роды постепенно обновляются - одни угасают, другие появляются благодаря редким третьим детям семей, и так магия людей, увы, со временем ослабевает. Первых родов, наделенных изначальной магией, осталось к настоящему времени всего четыре, включая род Виленто и королевский род.

- Так это мы завидные невесты теперь? - снова оживилась Ада.

- О да. Так о чем это я. Ах да! Сегодня ритхи и люди сотрудничают по многим направлениям, между нашими государствами приняты соглашения о научном, торговом, транспортном и ином сотрудничестве.

- Тэр Сейло! - Зинаида когда-то сама терпеть не могла, если ученики прерывали ее на полуслове. Впрочем, зато она любила любознательных учеников, задающих вопросы. А тэр Сейло все равно то и дело теряет нить собственного повествования. - Скажите, а какая магия у ритхов?

- Хммм. видите ли, хотя мы сосуществуем и даже сотрудничаем много столетий, мы все еще далеко не все знаем о ритхах. Они умеют хранить свои тайны. Могу рассказать лишь то, что известно доподлинно. Прежде всего, как я уже сказал, в отличие от людей, ритхов мало и маги они все поголовно. При этом, если человеческие маги обладают каждый своим уникальным родовым даром, магия всех ритхов, насколько можно судить, одинакова. Известно, что они владеют неким пространственным даром и способны в мгновение ока перемещаться между своими островами. Однако почему-то не между всеми и по желанию, а только по определенным маршрутам. Возможно, в данном случае речь идет не о магии, а о некой технологии, секрет которой они не раскрывают людям. Также они владеют магией, сходной с родовым даром Виленто - управление большими потоками воздуха. При этом движение каких-либо иных газов, а также тонкие манипуляции с воздухом им, в отличие от ваших родственников, недоступны.

Познавательная речь тэра Сейло снова была прервана самым непочтительным образом -и на сей раз, кажется, безнадежно. Потому что в распахнутую с грохотом дверь классной комнаты фурией ворвалась растрепанная хозяйка дома в заляпанном маслом комбинезоне.

- Ида! - завопила она с порога. - Немедленно угомони своего питомца! Он разгромил мою мастерскую и пожевал моего ученика! Это уже переходит все границы!

- Кей жив? - побледневшая Ида резко вскочила со своего места, опрокинув стул.

- Да! Он его выплюнул!

- Он его выплюнул! А потом снова поймал!

Все три тиссе Виленто небольшим торнадо неслись к выходу во внутренний двор, где располагались хозпостройки. Ада, конечно, тоже не могла остаться в стороне от такого действа - поскольку полагала, что никакое безобразие не может обойтись без ее присутствия, а то и участия. Иначе кто же потом будет в красках живописать о происшедшем слугам и отцу семейства? Иде иногда казалось, что сестренка так рьяно взялась за освоение нового языка специально, чтобы получить наконец возможность снова заняться любимым делом - сплетнями. Впрочем, чем бы она ни руководствовалась, это оказалось очень полезно.

Что в новом мире безусловно понравилось Зинаиде, так это то, что аристократы (читай -маги) здесь вовсе не бездельничали с утра до ночи, развлекаясь только балами и визитами. Собственно, авторитет и значимость аристократии держались именно на ее несомненной полезности обществу. Маги, как мужчины, так и женщины, обязательно получали профессию, чаще всего - соответствующую их способностям, и усердно трудились на благо этого самого общества.

Так, тиссе Тория Виленто, по рождению маг младшей крови из не самого высокого провинциального рода, была увлеченным механиком -изобретателем. Может, и не самая престижная профессия для тиссе, но ей она нравилась, да и оплачивалась очень неплохо, учитывая, что специалистов ее уровня не так уж много. Да что там говорить, если конструкция современных автомобилей разрабатывалась при ее участии! Семейный автомобиль Виленто, к слову, был последней модели - в точности на таком же совершал инспекционные выезды лично его величество.

Малознакомые люди с трудом могли представить себе гаечный ключ в руках нежной и хрупкой тиссе Тории с ее локонами, лентами и любовью к платьям с оборками, которые она носила всегда, когда не торчала в своей мастерской. Однако за работой она преображалась полностью: воздушное создание превращалось в увлеченного изобретателя в замурзанном комбинезоне и с горящими фанатичным огнем глазами.

В свою святая святых она мало кого допускала, а уж ключ от мастерской, кроме нее, был только у Кея, мальчишки из бедного квартала, который сразу после окончания младшей школы явился устраиваться в дом Виленто на любую работу - посыльным, рабочим, лакеем, да хоть дворником, лишь бы иметь надежду когда -нибудь при случае напроситься в ученики к знаменитой тиссе Тории. Надежда оправдалась, случай выпал, и сейчас Кей не только выполнял в семье обязанности посыльного и водителя, но и помогал в мастерской своего кумира.

Впрочем, дракону ключей все равно не требовалось. “Г ода через четыре, говоришь, прилетит, да, Мальвин? Чтоб тебе икалось там, умник, с твоими прогнозами!” - думала Ида уже не раз. Котангенс разыскал ее уже через неделю после памятного пикника, и с тех пор наведывался регулярно. Надо же навещать любимую хозяйку, а то заскучает еще! Как же она - совсем без котика!

Поначалу он приземлялся целенаправленно - прямиком на крышу “девичьей башни”, но, как оказалось, там дракономать находила его слишком быстро. Ида сильно подозревала,

что Котька, проведав хозяйку, и добровольно бы возвращался в родное гнездо - дурак он, что ли, насовсем улетать из места, где кормят! Но мать ему досталась особо ответственная, так что все его визиты неизменно завершались одинаково быстро и бесславно: гордый юный дракон был уносим домой за шкварник.

В последнее время при каждом прилете дракоша изобретал всевозможные способы спрятаться в ожидании хозяйки. Способы были разной степени успешности и разрушительности. Например, когда он незатейливо укрылся в тени башни, был обнаружен своей матерью моментально. Зато однажды он замечательно спрятался в гараже - к счастью, достаточно большом и пустовавшем на тот момент, поскольку отец семейства как раз уезжал по делам. Правда, ворота в гараж дракоша вынес, зато отлично успел пообщаться с хозяйкой, ради такого случая специально добывшей грабли для чесания пуза. Мать нашла его тогда только по повалившему из гаража дыму, когда дракотик, забывшись, разурчался.

На этот раз у Котьки оказалось игривое настроение. Он нашел себе замечательную мышку! Ну и что, что “мышка” размером с хозяйку! Зато ему как раз по росту. Ну, почти. Да еще спряталась эта “мышка” в такой прекрасной коробочке, где совершенно точно может поместиться и небольшой симпатичный дракон!

Рассудив таким образом, дракоша радостно запрыгнул в мастерскую, попутно снеся изрядную часть стены (а нечего делать такие маленькие двери!), и принялся мышковать.

Жаль, что такая хорошая хозяйка иногда ну совершенно ничего не понимает! Пришла и опять все навеки испортила!

- А ну брось каку! - завопила Ида, влетев в мастерскую. Кей свисал из пасти Котангенса, и на лице мальчишки была написана полная покорность судьбе. Ну как - свисал... Честно говоря, для такого маленького дракона целый человек - дичь все-таки крупноватая, так что ноги его стояли на полу, а руки касались пола. Впрочем, Котангенс всегда был оптимистом. - Живо брось, я сказала!

Дракон отпрыгнул, недовольно мотнув хвостом и сбив им какую -то конструкцию. Свою добычу он при этом из зубов так и не выпустил. Ой -ой. лучше вообще не осматриваться по сторонам слишком внимательно. “Не злил бы ты, дракотик, ну. хотя бы мою маму, с твоей-то и так все понятно!” - пронеслось в голове.

- Ну все. - Ида решительно уперла руки в бока и пошла прямо на питомца с самым грозным видом. Тот еще немного попятился, уперся в угол и снес какие -то полки. Однако неумолимая судьба, она же драгоценная хозяйка, настигла -таки его и вцепилась руками прямо в пасть, пытаясь силой разжать зубы. Конечно, воспротивься дракон всерьез, ей бы это не удалось. Но ведь надо же еще и не повредить “мышку”!

С тяжким печальным вздохом дракон распахнул -таки пасть и обиженно отвернулся. Кей рухнул на четвереньки и, не меняя позы, шустро сиганул в сторону.

- Цел? - не оборачиваясь к нему, поинтересовалась Ида.

- Местами, - буркнул тот. Девушка пожала плечами: ходит, разговаривает, кровью не истекает - скорее всего, жить будет. Вообще-то ему крупно повезло, что Котангенс даже в бытность котом, когда ловил мышей, предпочитал с ними играть, а не есть. А когда они, утомившись играми, тихо подыхали от отчаяния, страшно изумлялся, но трупики хозяйственно приносил в дом - вдруг хозяйке понравится?

- И не смей тянуть в рот что попало! - грозно обратилась она к питомцу, - хорошие драконы так себя не ведут!

Котангенс и котом-то был весьма неглупым, а драконы, как Ида уже знала, и вовсе полуразумны. Так что ее Котька неизбежно будет еще расти и умнеть, хотя она не сомневалась, что он и сейчас отлично ее понимает. Вон, пыхтит оскорбленно и ничуть, паразит, не раскаивается в учиненном беспределе. Хорошо хоть, что в целом воспитание этого дитятка взяла на себя драконья мать. Но раз уж они связаны, придется дракошке учиться еще и взаимодействовать с другими людьми в своем новом качестве. Как то: не рушить дома, не жевать людей... ну, для начала освоить бы хоть это. И это задача уж целиком ее, Идина.

- Ррыы, - интеллигентно сказали у двери, и Ада, Тория и Кей, столпившиеся у входа, шарахнулись в стороны. В развороченный проем заглядывала одним глазом некстати помянутая драконья мать, деликатно топчась и задрав хвост, чтобы не задеть другие постройки.

Надо сказать, драконица в целом вела себя на диво воспитанно: никогда ничего не рушила и не пугала людей намеренно (впрочем, они от нее разбегались самостоятельно). Даже когда однажды детеныш забрался в сад и спрятался под деревьями, она, вытянув до предела шею, обидно извлекла оттуда чадушко за хвост, но ни одной ветки не сломала.

- Ага! - обрадовалась Ида, чей праведный гнев и педагогический порыв еще не иссякли. Кроме того, она искренне полагала, что сейчас лучше пообщаться с драконьей матерью, чем с собственной, учитывая, во что превратилась мастерская. - Тебя-то мне и надо!

Ничтоже сумняшеся она так стремительно выскочила из мастерской, что драконица вынуждена была слегка попятиться.

- Ты что там себе думаешь! - бушевала Ида. - Думаешь, запретишь ребенку играть и он все бросит? Все равно он сюда летает! И никто его здесь не обидит! Я не позволю! А из-за того, что он тебя боится, он делает глупости! Дай ребенку немного свободы, он сам вернется! Достала ты его со своей гиперопекой, неясно, что ли? А потом у таких строгих мамаш детишки первыми курить начинают!

Драконица внимательно слушала, наклонив голову, и морда ее вытягивалась все больше.

- Ррраур! - рыкнула она наконец, когда ее терпение все же лопнуло, но тут же захлопнула пасть, поскольку из нее немедленно вырвался язычок пламени.

Ида, сообразив, что мастерская тиссе Тории только что была спасена от сожжения исключительно волевым порывом и добротой драконицы, тут же сбавила обороты.

- Ну. может, ты лучше возьмешь безобразие под контроль? Будешь прилетать с ним вместе и наблюдать. А потом вместе будете возвращаться. Все под твоим надзором. а? -

уже почти просительно заключила она.

Драконица помолчала - Ида могла бы поклясться, что практически видит, как мысль ворочается в ее огромной башке, - тяжко вздохнула, став в этот момент до удивления похожей на собственного непутевого сыночка, проворчала что -то и, присев, вспорхнула с места на башню.

- Ээээ... ну... кхе-кхе, - пришлось отплеваться от тучи поднятой во дворе пыли, -кажется, мы договорились?..

- Да, - мрачно произнесла из-за ее плеча тиссе Тория, глядя на верхушку башни, над зубцами которой маячила огромная шипастая голова, - и, чувствую, прислугу нам скоро придется набирать заново, наверняка половина нынешней прямо сейчас пакует чемоданы. А еще нам придется искать на восстановление мастерской плотников с крепкими нервами.

Она оглянулась на физиономию дракоши, торчащую в разрушенном дверном проеме с самым виноватым видом, и расстроенно махнула рукой. И тогда Котангенс сделал практически невероятную вещь: он, который и будучи котом не позволял себя трогать никому, кроме хозяйки, ткнулся лобастой башкой в живот тиссе Тории. И та, опешив лишь на мгновение, вдруг почесала его за ухом.

Глава восьмая. Ветер у нас в крови

До освоения магии добрались только год спустя - как выяснилось, для этого нужен был не только неуловимый дядюшка, вечно пропадавший в рейсах, но и кое-какие знания из местного школьного курса. В школе здесь учились до пятнадцати лет, и близнецы Виленто по понятным причинам ее пропустили. А одним из ключевых предметов в образовании будущих магов считалась. математика.

Ида ликовала: что бы там ни было с ее “лотерейным” магическим даром, в случае чего она всегда сможет вернуться к прежней профессии! Обучение давалось ей не просто легко -по сути, стоило только освоить новую знаковую систему, и она начала с удовольствием узнавать знакомые формулы. Подпортила ей радость только реакция учителя, тэра Винзо, на ее успехи: он искренне считал ученицу математическим гением. Было неловко - она-то знала, что далеко не гений, просто закончила мехмат с красным дипломом, и стыдно было бы, если б с ее опытом преподавания начала путаться в задачках школьного уровня.

А вот Ада к математике оказалась не способна абсолютно. Все, что учила когда -то в школе в прошлой жизни, она, конечно, забыла давным-давно за ненадобностью. Хуже того: она не слишком хотела изучать этот предмет. И бесполезно ей было объяснять, что для работы с собственным даром ей понадобится даже не элементарная математика, а высшая магоматика. Она злилась, ругалась, кричала, что у нее столько мозгов нет и что вообще она уж лучше как-нибудь тряпкой пыль вытрет. Впрочем, уроки она дисциплинированно отсиживала, и оставалось надеяться, что запоминает и усваивает хоть что-то.

А вот “физкультура”, как они называли между собой гимнастический занятия, не доставляла особого удовольствия ни одной из сестер. Однако когда они полностью восстановили нормальную физическую форму, таких занятий стало не меньше, а больше, как ни жаловалась Ада на усталость, а Ида - на бесполезную потерю времени. В этом вопросе их отец оказался непреклонен.

А потом в дом ворвался дядюшка Джемайя, принеся с собой запах крепкого табака и ветер дальних странствий.

Явился он во время ужина, так что вся семья как раз собралась в столовой, мирно обсуждая очередной прошедший день. Девочки делились успехами в учебе. Тиссе Тория толковала о каком-то изобретении. Тисс Тристобаль, как обычно, отвечал на вопросы о своей работе уклончиво, рассказывая только о самых безобидных делах. Он занимал пост “смотрящего острова” - как поняла Ида, нечто среднее между наместником и начальником полиции, при этом не гнушался сам периодически участвовать в полицейских расследованиях. Его дар младшей крови - способность к химическому анализу веществ “на глаз” - немало помогал в этом: не раз именно глава полицейской службы моментально по одному следу выяснял, откуда принесена грязь с подошвы преступника, или мгновенно определял, принадлежит ли предполагаемой жертве кровь на месте преступления. Но дома он говорил о работе так, будто состояла она из одних курьезов и забавных случаев.

А потом появился этот огромный незнакомец, высоченный и здоровенный, без всяких усилий просто отодвинувший лакея, собравшегося доложить хозяевам о госте. Был он загорел, растрепан, одет в какую -то форму с нашивками, отличался широким располагающим лицом, а еще сиял невероятно обаятельной улыбкой.

Едва увидев этого человека, тиссе Тория прервалась на полуслове, взвизгнула, вскочила и буквально налетела на мужчину, который тут же радостно подхватил ее в свои медвежьи объятия.

- Тория! - громогласно взревел он, - как же я рад тебя видеть, дорогая невестка!

Тисс Тристобаль, тоже поднявшийся с радостной улыбкой, подошел лишь секундой позже. Гость, тут же отпустив его жену, протянул свою огромную лапу, и мужчины пожали друг другу руки, а затем и обнялись.

- Привет, Трис! Ну, так где тут мои племяшки? Говорят, они наконец перестали валять дурака и взялись за ум?

Ида и Ада, изумленно наблюдавшие эту сцену бурного приветствия, переглянулись и встали.

- Вижу-вижу, растете красавицами, как ваша матушка! Даже не стану гадать, кто из вас кто... Не желаете ли наконец обнять своего дядю?

Вопреки собственным словам он самостоятельно одним широким шагом приблизился к девочкам и сгреб в объятия обеих сразу - да так, что, кажется, хрустнули косточки, и обе одновременно придушенно пискнули.

- Все же будет кому передавать наше дело. никто уж не чаял.

О дядюшке Джемайе, капитане дирижабля дальнего следования, девочки слышали уже не раз. Разве что никто не упоминал, что он такой огромный и шумный.

В мире, где люди жили на разбросанных по океану крошечных островках, а сам океан был заселен агрессивными чудовищами, делавшими мореплавание практически невозможным, все профессии, связанные с авиацией, ценились особенно высоко. Аппараты, управляемые магами ветра, летали быстрее всех, никогда не сбивались с курса и не разбивались. Так что маги старшей крови рода Виленто традиционно получали одну из самых уважаемых и востребованных профессий - они становились пилотами дирижаблей. По умолчанию, кстати, предполагалось, что по стопам предков пойдет и Ада. Правда, обе сестры пока относились к этой перспективе с тихим ужасом, воображая себе, что она напилотирует.

Тисс Джемайя Виленто Аганти относился к той породе людей, что неизменно излучают оптимизм и жизнелюбие, что бы ни происходило вокруг. И не улыбаться в ответ на его широченную улыбку, слушая его рассказы о рейсах, было невозможно. Равно как и обижаться на его добродушное подтрунивание над всеми вокруг.

Ужин прошел в возбужденно-приподнятом настроении, которое умел создавать дядюшка Джемайя одним своим присутствием.

Только Ада, необычно молчаливая в этот вечер, почему-то слушала его рассказы о полетах, все мрачнея.

А дядюшка все шутил, сам же восторженно и громогласно хохотал и регулярно давал советы Аде - на времена, когда она пойдет учиться в академию, и более отдаленные -когда станет его коллегой.

И в конце концов она не выдержала.

- Я не буду пилотом! - прервала она очередной рассказ, и на пару секунд в столовой повисла тишина. - Не хочу я водить эти ваши дирижабли!

- Ты не хочешь летать? - дядюшка Джемайя спросил это с таким недоумением, как будто не хотеть летать - это что-то вроде болезни. И улыбка впервые за весь вечер сползла с его лица.

- Не хочу! - упрямо повторила она. - Меня шо, заставят?

- Да нет... - как-то до странности тихо проговорил дядя.

- Дочь, - очень серьезно начал тисс Тристобаль, - если ты всерьез. В нашем роду старшие дети всегда заканчивали Облачную академию - и всегда пилотировали дирижабли. И мы были бы, конечно, счастливы, если бы ты выбрала эту профессию. И очень гордились тобой. Но если ты выберешь другую судьбу.

- Мы в любом случае будем тобой гордиться, - решительно вмешалась тиссе Тория. -Что бы ты ни решила!

Тисс Тристобаль серьезно кивнул.

- Так, - дядя Джемайя решительно встал, уперевшись в стол руками. - Я предлагаю пока отложить этот разговор. Мы поговорим об этом завтра. Может, быть завтра. что -то да изменится.

*

- У меня тетка была, - сестры Виленто сидели на кровати Ады в ее комнате, но Ада отвернулась и смотрела в окно. - Там. Ночная ведьма.

На мгновение Иде показалось, что сестра заговаривается, но уже спустя секунду она поняла, что Ада имела в виду.

- Героиня... я ее почти не помню, малая была. Помню, гордилась тетей-героиней. Ей все гордились. Они ведь, “ночные ведьмы”, наши края освобождали, знаешь? И Кубань, и Дон, а там до Берлина дошли. Обычные девчонки наши, а как их боялись! Она всю войну прошла, сотни вылетов. Другие потом, кто выжил, возвращались к обычной жизни, кто куда. А она и была летчицей, инструктором. В мирное время уже разбилась. И замуж не успела выйти, жених-то был. Карточка у меня оставалась одна с тетей Галой, сидит она в этом своем самолетике игрушечном, улыбается. Красивая была. я по малолетству -то завидовала даже. Как же, героиня, летчица, красавица. А я коров дою. Только сестрица ее, матушка моя, тоже коров доила да огород копала. Зато мамка замуж вышла, детей родила и дожила до девяноста лет. Знаешь, оно с годами жизнь -то ценить начинаешь. хоть какую ни на есть. Какие б ни были годы - а все мои, никому б не отдала.

- Ты боишься? - тихо спросила Ида.

- А то. Знаю, шо дирижабли эти их, магия тут ще, а вот. не хочу я. Как тетка Гала.

Ида вздохнула.

- Ты же слышала - никто заставлять не будет. Расстроятся. ну, что ж делать. Не твое же это явно.

- Не мое, - закивала Ада.

*

А утро наступило куда раньше, чем кто -нибудь мог бы предположить. Крита, оставшаяся при девочках горничной, энергично трясла ее за плечо.

- Тиссе Ада! Тиссе Ада! Просыпайтесь же! Ну же! Вставайте!

- Шо..? - Ада приподняла голову, сонно моргая.

- Вставайте! Тисс Аганти велел вас непременно разбудить. Он просил, чтобы вы оделись для прогулки, и поскорее. И еще - накинуть что потеплее.

- Темно же еще! - за окном едва начало светать. И Ада возмутилась было - а потом вдруг вспомнила, сколько лет вставала на первых петухах. Разленилась ты, баба Зина, мысленно усмехнулась она самой себе. - Ох. ладно. Иду разбудили уже?

- А. тисс Аганти велел только вас, - растерялась Крита.

- Еще чего не хватало! - рассердилась Ада. - Живо иди буди ее!

Что бы там ни задумал этот дядюшка - уговаривать ее, что ли, будет? - моральная поддержка ей не помешает.

Увидев двух сонных племянниц вместо одной, дядюшка нисколько не удивился, только усмехнулся добродушно.

- Долго же вы собираетесь! Едва не пропустили самое главное! Солнце того и гляди встанет.

Поманив девочек за собой, дядя широким шагом направился к выходу из дома, а затем к воротам - и дальше, только почему-то сразу свернул с широкой автомобильной дороги из особняка. Ида и Ада едва поспевали за ним - пришлось даже проснуться от быстрой ходьбы - однако вопросов не задавали: берегли дыхание. В кофтах, накинутых поверх прогулочных платьев, им быстро стало жарко. Впрочем, довольно скоро дядя остановился

- на просторной и ровной, как стол, площадке, от которой вела широкая утрамбованная полоса. А на площадке стоял - самолет. Какой-то совсем несерьезный на вид, будто из фанеры и палок сделанный. Нижнее округлое по краю крыло - над самыми шасси, верхнее - выше мест для пилота и штурмана, скрещенные планки между ними.

Заметив, как Ада оцепенела вдруг, Ида сжала ее руку.

- Он такой же, - только и шепнула та, - точно, как у тети Галы...

И Ида тотчас вспомнила: верно, очень похожие самолеты она видела на фотографиях и в фильмах про войну. Кукурузники, или как их?.. И впрямь - как игрушка.

- Повезло вам, - тем временем, как обычно, широко улыбаясь, громогласно объявил дядя Джемайя. - Этот у меня “семейный”, я в нем приспособился жену с сынишкой катать, даже ремни на штурманском месте перетянул. Вы худенькие у нас, поместитесь. Ну -

залезайте, племяшки!

Честно говоря, Ида ожидала, что сестра сейчас закатит истерику. Или просто наотрез откажется. Но та неожиданно сделала шаг вперед, и другой - медленно-медленно, будто преодолевая сопротивление. В какой-то прострации она подошла совсем близко, и даже не пискнула, когда Джемайя, бесцеремонно ухватив за талию, поднял ее и усадил в самолет. Ида забралась следом - сама, и дядя показал, как пристегнуть ремень. Место было рассчитано на одного человека, но они действительно поместились - тесно прижавшись друг к другу, как воробушки, и обнявшись. Ремень окончательно сцепил их.

- Малая авиация - другая специальность вообще-то, пришлось заново учиться. но оно того стоило! - продолжал разглагольствовать дядя, показывая, как застегнуть под подбородком кожаный шлем. - На моей махине сына в отпуске не покатаешь!

То, что ей самой вообще-то было страшно, Ида как -то забыла от волнения за сестру и ее странное состояние. “Может, остановить это все?” - подумала она, но дядя уже усаживался на пилотское место.

Разбег показался каким-то очень коротким - и самолет оторвался от земли, начав пологий подъем. Вот взлетная площадка осталась уже далеко внизу. а вот и дом Виленто. И впрямь напоминает небольшой замок с этими своими башенками по углам. Но какой же он уже родной!

Мысль оказалась неожиданной для Иды. Она всегда с трудом привыкала к новым местам и людям. Но сейчас. нет, она, конечно, не могла воспринимать Торию и Тристобаля как родителей - они были ненамного старше ее самой, прежней, а выглядели даже моложе.

Бедная Зинка, подумалось тут же, для нее они, наверное, и вовсе детишки, а надо их слушаться.

И все-таки... все же они сейчас воспринимались близкими. Как, скажем, брат и сестра -куда роднее тех сводных братьев, что были у Зинаиды Летовой в прошлой жизни. Брат и сестра, которым она действительно небезразлична. Мы все расскажем им, неожиданно решила она именно в эту минуту, глядя на дом далеко внизу. Расскажем - и будь что будет.

Дом вместе со своим двором, садом и бесчисленными хозпостройками остался позади, а городок и долина - в стороне. Г оры. Задохнувшись, Ида обернулась к сестре - и обнаружила, что та сидит, крепко зажмурившись.

- Открой глаза, - шепнула она Аде в самое ухо, стиснув ее плечо. - Смотри. Смотри, солнце у нас под крылом!

Рассветное солнце, лениво потягиваясь, неторопливо выкатывало свой багровый диск из -за гор, раскрашивая небо во все цвета радуги и расцвечивая мир под небом.

Ада осторожно приоткрыла глаза - а затем распахнула их широко-широко.

Вот уже и море, такое же разноцветное у горизонта и почти ультрамариновое у берега. А небо - все небо целиком, с его облаками и парящими островами - сейчас, в это раннее нереально-прозрачное утро, принадлежит только им.

А впрочем. от земли оторвалась точка, затем другая, побольше, и Ида расхохоталась. Правда, пожалуй, стоило предупредить дядюшку, что они дружат семьями - кажется, он слегка занервничал, когда пара драконов без всадников взяла прямой курс на них, и даже заложил вираж, заставивший девчонок взвизгнуть. То ли испуганно, то ли восторженно -они и сами до конца не поняли.

Вираж был ошибкой. Котангенс понял, что любимая хозяйка наконец -то прилетела поиграть, так что дальше было соревнование в высшем пилотаже: кто успеет раньше -дракон подрезать-поднырнуть или самолет отскочить. Добавляла острых ощущений дракономать, безуспешно пытавшаяся усмирить чадо прямо в полете. Девчонки визжали, чувствуя себя, как на “американских горках”. Что думал и чувствовал при этом бесстрашный и видавший виды пилот Джемайя Виленто Аганти, осталось навеки скрыто цензурой.

Ида давно уже мечтала покататься на своем драконе верхом, но все как -то опасалась. Кроме того, нужно было специальное седло со страховочными ремнями, какого не купишь в обычном человеческом магазине в городке, а без него садиться на дракона -чистое самоубийство: сдует еще при взлете. А отец, стоило заикнуться об этом, решительно объявил, что таким вещам надо учиться только под присмотром инструктора. Придется ждать академии.

Сейчас она понимала, что тисс Тристобаль был совершенно прав - а все же полетать на драконе захотелось с утроенной силой. Чтобы ветер в лицо, горы под ногами и небо вокруг. Чтобы еще ближе к небу!

Кажется, дядюшка Джемайя решил, что драконы отвяжутся сами, стоит только приблизиться к человеческому поселению. Наивный!

На этот раз взлетно-посадочная полоса, напротив, показалась какой -то бесконечно длинной. И драконы, недоуменно переглядываясь, сопровождали самолет на бреющем полете, по обе стороны от полосы, прямо над деревьями. Так что пришлось сразу по приземлении, выскочив из самолета, нестись к Котангенсу, торопливо чесать ему подбородок, здороваться с его мамой и отправлять драконье семейство назад - тоже ведь поди не завтракали еще!

Дядя Джемайя, оторопело наблюдавший эту сцену, все же взял себя в руки и помог выбраться Аде.

- Ты как? - шепнул он, приобняв племянницу за плечи. Та только мотнула головой, наблюдая за нежностями сестры и дракона.

А дядя вдруг взял оба ее запястья в одну руку, второй провел над ними - и разомкнулись, упав в траву, браслеты, которые она носила все это время.

- Попробуй вспомнить чувство полета и махнуть рукой - вот так... осторожнее!

Ада все так же молча взмахнула рукой - и от резко хлестнувшего порыва ветра вполне себе взрослые деревья у края площадки пригнулись едва ли не до земли.

Испуганно втянув воздух, девочка прижала руки к груди, не решаясь ими пошевелить.

- Ничего, - усмехнулся дядя. - Слишком много эмоций сейчас, а они влияют на чистую силу, особенно только проснувшуюся. Но ты скоро научишься ей управлять. я присмотрю. И, знаешь, это почти так же здорово, как летать!

Ада взглянула на него недоверчиво, но снова промолчала.

Домой возвращались тоже в тишине - а там, у ворот, уже ждали Тория и Тристобаль, с укоризной почему-то глядя на приближающегося Джемайю. Неужели он их не предупредил? Подтверждая предположение, он шутливо поднял руки и обезоруживающе улыбнулся.

- Тория, милая, ты ведь не станешь меня убивать, не покормив? Твой деверь умирает от голода! Он победил тысячу драконов в честном бою, чтобы спасти юных дев и увидеть твою улыбку! Кстати, я решил, что девочке уже пора и снял с нее эти нелепые кандалы... вы ведь все равно собирались?

Тиссе Тория на какой-то момент стала просто изумительно похожа на дракономать - Иде даже показалось, что сейчас она выпустит черный дым из ноздрей. Но она только резко развернулась с очень прямой спиной и четким шагом направилась в дом. "Вот это выдержка!" - с уважением подумала девушка.

Только когда все семейство уселось завтракать, Ада, чье молчание уже беспокоило всех, наконец заговорила.

- Я буду пилотом, - это были первые ее слова. А затем, помолчав, добавила и вовсе невероятное, - малой авиации! Я хочу. летать на таком самолете.

А затем, обернувшись и посмотрев прямо в глаза сестре, добавила шепотом, только для Иды - по-русски:

За нее - тоже...

Секундную тишину разрушил легкий и радостный хохот дядюшки Джемайи. Кажется, он ничего не имел против такого нарушения семейных традиций.

- Я знал! Вы, девочки, - Виленто! Ветер - у нас в крови!

“Что ж, - философски подумала Ида, - по крайней мере, поступать будем действительно вместе... и уж от математики она теперь у меня не отвертится!”

Глава девятая. Тяжело в ученье

- Я вот еще шо подумала, - объясняла позднее Ада. - Где мы еще таких женихов-то оторвем, шоб вот, например, как наш дядька? А? То-то! Там жеж их хоть жопой кушай, где их учат-то. Ну шо ты ржешь, как кобыла, я серьезно! Замуж-то все равно надо. И тебе тоже, неча мне ржать тут! Или ты решила и тут одна куковать? Так я не дам! Баба Зина и не таких взамуж выдавала! Та я б и там выдала, не успела тока!

Ида хохотала, не пытаясь даже отвечать. Похоже, сестрица нашла для себя объяснение собственному порыву - такое, какое она сама готова принять. А о том, что со своей героической теткой она на самом деле из одного теста сделана - да пусть и не думает, если ей так легче.

Увы, одного только твердо принятого решения было мало. С Адой занимался теперь дядюшка, и с каждого занятия она вылетала то в слезах, то в ярости, а по дому во все стороны летали всевозможные предметы. Некоторые так и вовсе взрывались - когда начинающая волшебница от избытка противоречивых чувств сбрасывала в них зарождающиеся смерчи и микроторнадо. Многоэтажные формулы и расчеты, которые показывал ей Джемайя, вызывали в ней самые разные эмоции, и все далекие от позитивных. Сдерживать же бурление подростковых гормонов она и не пыталась.

В семье все относились к этому философски: 15 -летний маг - всегда стихийное бедствие, было бы чему удивляться!

- Пойми, - объяснял дядя, - просто поднять ветер - большого ума не надо. Выпускаешь силу - и готово. Но так ничего полезного ты этим ветром не сделаешь. Даже тучи куда надо не пригонишь, они у тебя или перелетят, или недолетят, или развеются по дороге. Вот смотри, - стоявшая на столе чернильница сама собой приподнялась в воздух, перелетела на другой стол и аккуратно приземлилась. - Любой предмет окружает воздух. И, значит, направленным движением воздуха - ветром - мы можем переместить любой предмет. Но при этом надо учитывать множество факторов. Прежде всего - вес предмета. От него зависит сила воздействия. Совсем легким ветерком можно поднять разве что перышко. Причем чаще всего вес нужно закладывать сразу довольно вариативный, ведь не станешь ты каждый раз все взвешивать, и корректировать за счет других параметров. Потом - хрупкость предмета. И твердость поверхности, на которую перемещаем. От этого зависит, когда и насколько нужно снизить воздействие, а то и изменить его вектор перед приземлением. Иначе предмет попросту разобьется. Кроме того, значение имеет и объем предмета, а также пространство вокруг, в зависимости от него нужно ограничивать воздействие. Если мы, конечно, хотим переместить один предмет, а не разгромить всю комнату. И аэродинамика. На то же перышко если дунуть слишком сильно, оно полетит куда угодно, но не туда, куда надо. А чернильницу важно не перевернуть в полете -

значит, нужна разная плотность потоков воздуха. Для предметов сложной конфигурации

нужно еще учитывать центр тяжести. Вот поэтому и нужны расчеты - для каждого конкретного действия ты должна понимать необходимую мощность, точки приложения силы, направления векторов - а они не всегда бывают линейными...

Ада только стонала и закрывала лицо руками.

На самом деле, как сильно подозревала Ида, не хватало сестрице не мозгов, как та уверяла, а банальной веры в свои силы. Когда-то давным-давно она убедила себя - а может, и ее убедили - что “выше головы не прыгнешь”. А если и прыгнешь, то ни к чему хорошему это не приведет. Что она не семи пядей во лбу, и что каждый сверчок должен знать свой шесток. Она и знала. Все 83 года своей прежней жизни знала. И переломить этот ее “шесток” теперь было совсем не так просто.

С другой стороны, что не могло не радовать в нынешних обстоятельствах, упрямства Аде тоже было не занимать. И если уж она решила - то отступать не собиралась, даже несмотря на собственные регулярные истерики, во время которых она рвала на клочки свои тетрадки и разбрасывала одним взглядом мебель. После она все равно утирала слезы, шмыгала распухшим носом и упрямо шла снова к дяде или к сестре - разбираться.

“Вот и вернулась к профессии”, - с иронией думала Ида. Радости это почему -то не приносило. Аде выдали набор готовых формул для разных воздействий - оставалось только научиться каждую из них применять в нужной ситуации и быстро делать по ней расчеты. И, конечно, имея перед глазами таблицу с этими формулами и их описаниями, Ида могла подсказать, какую из них для какой задачи использовать и что куда подставлять... Но сами формулы казались нелогичными, непоследовательными, раздражающе-корявыми, и она тоже злилась.

Она всегда считала, что мало зазубрить что -то - куда важнее понять. Если понимаешь принципы, учить становится легко.

Поэтому, пока Ада занималась с дядей, Ида все глубже закапывалась в книги в семейной библиотеке. Больше всего помог потрепанный пыльный том “Фундаментальные законы магии. Теоретические основы”. Продираясь через незнакомую терминологию, то и дело уточняя что-то в словаре, она в конце концов смогла законспектировать для себя ключевые принципы. И тогда наконец пришло озарение: надо просто встроить для себя законы магии в законы физики, не вместо, а вместе - и тогда все становится понятно и логично, а формулы приобретают привычную красоту, стройность и завершенность. И даже можно, пожалуй. попробовать их усовершенствовать. Упростить? Комбинировать? Для каждого дара разработаны свои формулы, но принцип -то один - так что если их совместить? Да здесь же огромное поле для работы, да какой увлекательной!

Девушка радостно хлопнула руками по столу и подскочила с места. Но тут же замерла, заметив очень странную вещь: поверхность стола под ее руками будто промялась - нет, она не стала вдруг мягкой, просто на ней появились две симметричные выемки в форме девичьих ладоней и пальцев - причем не вырубленные или выломанные, а будто. проплавленные, что ли? Хм, как вообще можно проплавить деревянную столешницу?!

- Честное слово, я не знаю, как это получилось! - попыталась она оправдаться, когда, ничего не объясняя, притащила на “место преступления” тисса Тристобаля.

Тот внимательно осмотрел вмятины и вдруг радостно улыбнулся.

- Ну вот, наконец-то и твой дар раскрылся! Это замечательно! Пластика твердых тел - в последний раз этот дар проявлялся пару поколений назад, у моего двоюродного прадеда. Прилагая свои магические силы, ты можешь менять форму любой твердой поверхности. Только неживой, конечно. И в довольно ограниченном объеме - все-таки это младший дар. Зато сам материал значения не имеет.

- Хм... - нахмурилась девушка, - и как это можно применять?

- Ну, прадед был скульптором, ваял из камня. При желании ты можешь пойти по его стопам.

- Нет! - здесь никаких сомнений у Иды не было точно. Пределом ее художественных способностей было изображение человечка в стиле “палка -палка-огуречик”. Или домика -“коробочки” с треугольником -крышей. Никаких творческих талантов у нее сроду не было. Да и не очень-то хотелось.

- Нет так нет, - спокойно ответил тисс Тристобаль. - На самом деле применений можно придумать сколько угодно. Важнее, чтобы ты нашла то, что тебе самой по -настоящему нравится делать. Обычно маги выбирают профессии, в которых как -нибудь да можно задействовать их дар. Но это вовсе не потому, что их кто -то заставляет - просто, как правило, дар так или иначе соответствует способностям и талантам человека.

Чем ей хочется заниматься, Ида думала недолго. Вернуться к преподаванию? Ха! Она, честно говоря, и в прошлой -то жизни пошла в школу больше от безысходности. Вот ее бабушка - та в самом деле была учителем от бога, а Зине всегда нравилось работать только с теми детьми, что разделяли ее увлеченность цифрами, формулами, графиками и функциями, кто способен был увидеть их удивительную красоту и гармонию. Пожалуй, если бы она выбирала, то преподавать пошла бы разве что в вузе - и обязательно профильном! Чтобы все ученики были такими же сумасшедшими фанатиками. А сейчас, когда перед ней такое прекрасное поле для работы. Теоретическая магия, вот где ее призвание!

Вот только придется, хочешь - не хочешь, поступать в Облачную академию. черт бы побрал этого ритха!

На самом деле Ида понимала, что раз уж ей достался такой своеобразный питомец, то узнать о нем как можно больше и научиться правильно с ним обращаться - ее обязанность. Увиливать от ответственности она не собиралась. Да и летать на нем действительно очень хотелось. Но вот делать это своей профессией? Вряд ли. Она и в прошлой жизни любила котиков, но ей бы и в голову не пришло становиться ветеринаром или фелинологом.

Сомнениями она тут же поделилась с отцом - и не напрасно. Тот, поразмыслив, сумел дать совет.

- Попробуй для начала артефакторику. Если тебе удастся создавать не штампованные, а уникальные артефакты с применением эксклюзивных, новых и комбинированных формул, ты и сама станешь уникальным специалистом. А твой дар, кстати, как раз в создании артефактов очень даже пригодится. После окончания академии ничто не помешает тебе при желании получить второе образование. Да и в Облачной есть подходящие факультативные курсы, насколько я помню. А начинать ты можешь хоть сейчас. Хотя

бы с освоения собственного дара. Он поможет облекать твои идеи в нужную форму.

Идея неожиданно понравилась и захватила целиком. Артефакты! И в самом деле, в этом мире они широко использовались - в разнообразных механизмах и повседневных бытовых вещах, но, как правило, были типовыми, и новые изобретались совсем не так уж часто. А ведь сколько всего полезного можно придумать - особенно если вспомнить все те мелочи, что облегчали жизнь в прежнем мире, и поискать магические воздействия, подходящие для тех или иных устройств, и их сочетания. И именно в артефактах ее идея совмещения формул для разных даров может быть применена на практике - нужно будет только подключить к созданию каждого магов соответствующих направлений!

От избытка чувств она кинулась на шею тиссу Тристобалю и радостно чмокнула его в щеку, тут же сама смутившись своему порыву. Однако тот, хмыкнув, по -доброму улыбнулся и обнял дочь.

*

Чем младшим детям в семьях магов было сложнее, чем старшим - так это тем, что живых учителей у них не было. У мага старшей крови всегда был наставник, взрослый носитель такого же дара - один из родителей либо дядя или тетя, чтобы показать все на практике, объяснить и исправить ошибки. Более того, каждому взрослому магу старшей крови даже полагалось нечто вроде “декретного отпуска” на обучение подрастающей смены, как только эта смена достигнет подходящего возраста. На само обучение отводилось от года до трех лет, в зависимости от дара.

Магам младшей крови приходилось довольствоваться записями, оставленными кем -то из предков в более или менее отдаленные времена, когда в прошлый раз проявлялся тот же дар, и учиться самостоятельно. Иде выдали записи двоюродного прапрадеда и еще более ранние дневники какого-то из совсем уж отдаленных предков. Впрочем, ей даже нравилось заниматься самостоятельно, периодически прерываясь и записывая пришедшие в голову идеи для будущих артефактов.

Зато на деда-скульптора она страшно ругалась - по делу он почти ничего не писал, да и сам, похоже, почти не пользовался расчетами, работая на чистой силе и вдохновении. Оставалось разбирать каракули дальнего предка, выводить собственные закономерности и клясться себе, что уж она-то оставит потомкам четкие и конкретные инструкции.

Вечерами она терпеливо раз за разом объясняла общие принципы сестре - пока та не начала делать явные успехи.

*

А в одно прекрасное утро (хотя многие сказали бы, что это еще ночь!) ее снова разбудили на рассвете. Крита, растолкав ее, без подсказки помчалась будить Аду, а Ида торопливо одевалась, пытаясь сообразить, чего на этот раз хочет от них дядюшка Джемайя. Снова будут кататься? Было бы здорово!

Однако дядя, выдав Иде некую странную громоздкую - и тяжеленную! - конструкцию из множества кожаных ремней, усадил на штурманское место в самолете одну Аду, и с заговорщицким видом велел второй племяннице ждать.

Отойдя на край взлетного поля, Ида проводила взглядом самолет и опустила глаза на конструкцию у себя в руках. Разобраться в многочисленных ремнях оказалось не так -то просто. Что это еще за макраме?! Так, вот это, кажется, вокруг пояса. А это - сиденье? Ага, а вот это тогда...

К тому моменту, когда самолет зашел на посадку - конечно, в сопровождении драконьего конвоя, кто бы сомневался! Уж этот самолет Котька отлично запомнил! - она уже понимала, что перед ней.

- Давай сюда седло! - возбужденно крикнул еще издалека дядюшка. - Сейчас мы его взнуздаем!

И где он только добыл эту штуку? Мало того, что пользовались такими только ритхи -драконьи наездники. Так еще и это седло было, похоже, предназначено именно для малолетнего драконенка немногим больше коня размером - на широченной спине его мамаши пришлось бы садиться совсем иначе. Не в шпагате же на них сидят, в самом деле!

Ида вообразила высокомерного Мальвина в шпагате, тянущего свои носочки на спине драконицы, и прыснула. Воображение тут же дорисовало на нем белое трико - а что, ему бы пошло! Хотя. неееет, лучше представим его в балетной пачке! И пусть помахивает в полете своими вытянутыми носочками!

Дядя Джемайя между тем, не теряя времени, уже седлал Котангенса, старательно затягивая ремни. Дракотик ничуть не возражал, но любопытно изгибал шею, обнюхивая дядюшку и трогая носом ремни. Тисс Аганти, поначалу еще опасавшийся и осторожничавший, в конце концов стал уже бесцеремонно отпихивать его морду - чтоб не мешала! Дракономать наблюдала неодобрительно, постукивая хвостом по земле, но не вмешивалась. Ида решила, что стоит ее успокоить.

- Ты не волнуйся, мы просто. немного покатаемся. То есть я покатаюсь. Чуть -чуть. Его никто не обидит, честно!

Дракономать фыркнула и отвернулась.

- Ну, пробуй, племяшка! - гордо провозгласил дядя Джемайя. - Сначала очки и шлем!

Покорно натянув очки и шлем, Ида принялась взбираться на спину дракошки. Мда, все -таки надо бы штаны какие-нибудь в гардеробе завести, в юбке, пусть даже очень широкой, кататься верхом - так себе затея. Как бы ее так подоткнуть, чтобы на голову не улетела? Ага, если вот здесь ремнем. Нет, носит же Тория свой комбинезон для работы? А у нее будет - для полетов!

Отчего-то дурное предчувствие не оставляло. “Это же просто Котька, - уговаривала она сама себя. - Я же сама этого хотела! И потом, тут столько страховочных ремней, если их все застегнуть.”

Застегнуть все она не успела. Потому что Котька наконец устал просто так бессмысленно стоять и решил показать хозяйке, что такое летать по-настоящему и вообще как он умеет. Он взмахнул крыльями и свечой взмыл вверх.

Ветер хлестнул в лицо так резко, что Иде на мгновение показалось - сейчас ее все-таки снесет. Но ремни выдержали, только впились в тело немилосердно. Хотелось визжать на одной ноте, но открывать рот она не рисковала, опасаясь, что с таким встречным ветром просто не сможет его закрыть. А то и челюсть свернет. Скорость. она не решилась бы

прикидывать скорость на глаз. Но ощущения были такими, будто она несется на болиде “Формулы-1”, только по воздуху, ныряя и стремительно поднимаясь вверх. Расшалившийся дракошка закладывал пируэты и виражи, уходил в штопор и резко выстреливал всем телом вверх.

Это не напоминало даже “американские горки”, о которых она думала, катаясь на дядюшкином самолете. Было намного, намного быстрее, выше, резче и страшнее.

...Управлять? Да какое там управлять, тут хоть удержаться бы на месте! Проклятые недопристегнутые ремни, а если они не выдержат? Собственно, думать об этом было невозможно, как и о чем бы то ни было вообще, но пальцы, вцепившиеся в костяной шип на загривке дракоши, кажется, уже побелели. Сама Ида, распластавшись, предельно вжалась в его шею.

Нет, она, конечно, мечтала, чтобы ветер в лицо и прочие красоты, но всякую романтику следует ограничивать! Кися, твою мааааааать!

Когда совсем близко - прямо перед мордой дракоши - пронеслась струя пламени, Ида даже не сразу поняла, что происходит. И только потом услышала грозный громовой рык. Ой, правда твоя мать? Ну конечно! Драконица решила, что пора и честь знать, и воспитательными “пинками”, то есть пламенными рыками, гонит дитятю к земле. Дело, конечно, хорошее, лишь бы она не забыла, что у дракоши там на огнеупорном загривке совсем не огнеупорная девочка...

Несколько секунд по приземлении она еще не могла не то что выпрямиться или расцепить пальцы, а хотя бы просто вдохнуть. Пока Котангенс, недоуменно повернувший к ней голову, не встряхнулся. Кажется, в этот момент она побила все возможные и невозможные рекорды по скоростному распутыванию и расстегиванию ремней, а потом просто скатилась со спины дракона, распластавшись теперь уже на земле. Ой, дядя с сестрицей бегут. надо, наверное, сказать им, что ли, что она жива. ой, там еще и родители бегут.

По ощущениям, желудок у нее был сейчас где-то примерно в носоглотке, а все остальные внутренние органы связаны таким затейливым узлом, что куда там седельному макраме. Тем не менее, она, не пытаясь встать, помахала бегущим трясущейся рукой и слабо улыбнулась.

Котангенс оглянулся, внимательно осмотрел свою отважную наездницу, а затем неуклюже повернулся - переступая только задними лапами и описывая попой полукруг, так что в итоге его донельзя виноватая морда оказалась прямо над ее лицом.

- Хороший котик. только очень, очень быстрый! С-скотина!!

Тут же рядом возникла еще одна морда - огромная и, как показалось Иде, слегка злорадная. Морда, внимательно осмотрев потерпевшую, фыркнула и отодвинулась.

А вокруг уже столпилась семья Виленто в полном составе.

- Какого круха, Джем!!

- Ну... я думал, все будет немного... по-другому, - оправдывался дядя Джемайя, и выражение лица у него было виноватым точь -в-точь, как у Котангенса. - Но она же в порядке! Кажется.

- В порядке?! Она зеленая!!

Хм? Впрочем, если поразмыслить, чувствовала она себя и впрямь довольно. зеленой, да.

- Я в порядке, - вопреки ощущениям просипела Ида.

- Ну вот! - жизнерадостно провозгласил неисправимый дядюшка. - Просто здесь есть над чем работать!

“Все-таки Тория рычит совершенно как дракономать!”, - думала Ида, пока отец транспортировал ее обмякшее тело домой. Дядя порывался нести ее сам, но тут оказалось, что и тисс Тристобаль отлично умеет рычать по-драконьи.

Хм, что значит, никуда теперь не отпустят и седло заберут? Нееетушки, дорогие родственнички, у меня тут, между прочим, дракон необъезженный!

Встрепенувшись на руках отца, Ида открыла глаза - чтобы увидеть, как, широко и бесшабашно ухмыляясь, подмигивает ей дядюшка Джемайя.

Глава десятая. Слова произнесенные и несказанные

“Больными” сестры Виленто перестали считаться давно, но “в люди” выходили по -прежнему редко - просто не хватало времени из -за учебы. Несколько раз они вместе с родителями посещали театр на соседнем острове, выбирались на прогулки и в кафе в ближайшем городке, а вот от приглашений на званые вечера родители решительно отказывались: сами они не были любителями подобных мероприятий, а девочкам, как они полагали, еще рано. Зато танцы и местный этикет теперь тоже входили в программу домашнего обучения близнецов.

К таким выездам Ада относилась с энтузиазмом, а Ида - с умеренным интересом. Увидеть, как живут люди за пределами усадьбы Виленто, было, конечно, полезно и нужно, но сколько же бесценного времени на это уходило! Впрочем, от прогулок с семьей она тоже получала в итоге удовольствие.

При первом же визите портного Ида решительно потребовала пошить им с сестрой брючные костюмы, а Ада - также обеим - короткие платья. И оба требования шокировали несчастного портного примерно поровну.

Мода здесь оказалась. разнообразной. Нет, у мужчин все было довольно просто: люди без сословия носили рубахи, брюки и ботинки, а в прохладное время года - нечто вроде кожухов. Наряды благородных тиссов и образованных тэров отличались покроем и более дорогими тканями и включали в себя сюртуки и шейные платки.

Что касается женщин, у служанок, работниц и прочих “простых”, то есть лишенных магии и сословия, это были неизменные платья в пол с широким подолом, часто дополненные передником и чепцом.

Тиссе и тэри носили яркие широкие юбки и кожаные корсеты поверх блуз с широкими рукавами. Иногда корсет заменялся портупеей под грудь или просто широким поясом на талии. У замужних дам подолы всегда были до пят, а вот у девушек длина могла быть самой разнообразной - попадались как волочащиеся по земле хвостом удлиненные юбки, так и почти мини - всего на пару пальцев ниже колена, часто подол был асимметричным или удлиненным сзади, но всегда пышным и сборчатым, нередко - в рюшах и нескольких слоях кружев, а иногда с более длинными подъюбниками контрастного цвета. Дамских сумок здесь не носили, зато к поясу тиссе или тэри цеплялись бесчисленные карманы, кошельки, тюбики и флакончики.

При виде ультракороткого по местным меркам - практически по колено! - “хвостатого” платья, Ада округлила глаза.

- Срамотааа! - с удовольствием заявила она, прижмурилась, наклонив голову, и так же решительно заявила, - надо брать!

А вот брюк женщины здесь практически не носили - разве что в качестве рабочей одежды при некоторых профессиях и спортивной формы для тренировок. “Ну и пусть! -решила про себя Ида. - Будем считать, у нас они тоже будут рабочими. А со временем еще, глядишь, новую моду введем!”

Во всех поездках семью Виленто неизменно сопровождал мальчишка Кей - в качестве водителя и носильщика (кто-то же должен таскать к машине пакеты с покупками!). И девочки уже давно перестали бояться, когда он садился за руль - опыта ему, несмотря на юность, и впрямь хватало, да и об автомобилях он знал все и немножко больше.

Как оказалось, домашнее обучение в 15-16 лет - нормальное явление здесь. До 15 лет дети всех сословий ходили в школу, а вот после этого юные тиссы учились дома: во -первых, осваивали родовую магию, которая у младших как раз проявлялась, а у старших ее размыкали. А во-вторых - готовились к поступлению в выбранные высшие учебные заведения. Что касается детей низшего сословия, они в этом возрасте чаще всего уже шли работать.

Вот тут-то Ида и поняла, что общество в этом мире не так уж справедливо, как казалось ей поначалу, и родиться именно в магической семье им крупно повезло. Ребенку не магов было не так-то просто получить хорошее образование - и вовсе не из-за отсутствия дара. В академиях и университетах здесь все равно не учили магии, ведь она в каждом роду своя и научить ей могут только в семье. В вузах же учили профессиям. Врачу важно знать, как устроен человек и какими бывают болезни и травмы - и неважно, лечит он с помощью лекарств и скальпеля или ему помогает дар. Так же как и летчику нужно знать все и об управлении самолетом, и о географии мира - независимо ни от какой магии. И получить и ту, и другую профессию в теории мог и ребенок из обычной семьи.

Но на практике - дети из низов практически не имели возможности подготовиться к поступлению в вуз, а школьных общих знаний для этого катастрофически не хватало. Везло детям образованных тэров - им родители, как и юным тиссам, нанимали учителей. А вот для детей из простонародья единственной возможностью стать однажды уважаемым тэром было пойти к кому-то в ученики - и то если наставник не будет использовать его в качестве бесплатного работника, а по доброте душевной возьмется и готовить к поступлению, и обеспечивать нужной литературой.

Кей Терро сделал все, чтобы ему повезло. И тиссе Тория всегда говорила об ученике с неизменной и заслуженной гордостью. Девочки тоже ему симпатизировали: Ида - потому что он учился так же фанатично, как и она сама, а Ада - потому что он наконец научил ее ругаться по-виссарийски. Не нарочно, конечно, просто не сдержался пару раз, когда в него, как и в любого из домочадцев в ее присутствии, неожиданно прилетали совершенно нелетучие от природы предметы.

Мечтой Кея была Облачная академия - он хотел стать авиаконструктором. И если для сестер Виленто, магичек из одного из древнейших родов, самое престижное учебное заведение двух стран было наиболее реальным и вероятным будущим, то для мальчишки без дара из бедной семьи - практически недостижимой грезой. Слишком высокий конкурс, слишком жесткая конкуренция, слишком мало шансов. Чтобы обойти родовитых ритхов и благородных тиссов, он должен был быть на голову выше любого из них по своим знаниям и талантам. Почти никто не верил, что такое вообще возможно.

И когда пришли результаты его вступительных испытаний из академии, тиссе Тория прыгала и визжала от радости, как девчонка, обнимая и тормоша парнишку, который замер столбом, не помня себя и не зная, как реагировать на долгожданную новость.

Вечером она распорядилась накрыть торжественный семейный ужин в честь Кея.

- За юного тэра Кея! - торжественно провозгласил дядюшка Джемайя, поднимая свой бокал, на дне которого плескалось что-то прозрачное и темно-коричневое. Ида сильно подозревала, что там что-то покрепче вина, которое пила Тория. Тот же напиток плескался в бокалах тисса Тристобаля и надувшегося от гордости мальчишки Кея. Самим девочкам налили сока - рано им еще. Вот через год, когда им будет 17, и придет время им самим поступать в академию... Кей старше них на два года, а учиться будет на курс старше.

- Теперь я спокоен - за девочками в академии будет кому присмотреть, - улыбнулся, в свою очередь, тисс Тристобаль. Кей на этих словах почему-то смутился, искоса взглянув на Иду, а вот дядя Джемайя, присмотревшись к нему, весело хмыкнул и понимающе хлопнул парня по плечу.

Ида, напротив, недоуменно нахмурилась.

Объяснение нашлось чуть позже - когда Кей догнал ее в коридоре по дороге в башню.

- Тиссе Ида! Постойте! Я. можно поговорить с вами?

Пожав плечами, она взглядом попросила Аду идти дальше без нее. Впрочем, ни на секунду не сомневаясь, что любопытная сестренка не уйдет дальше ближайшей портьеры.

- Я слушаю, - что бы могло ему от нее понадобиться? За два года они никогда не общались наедине. Здоровались, кивали друг другу, виделись ежедневно, но у каждого всегда были свои неотложные дела и заботы, свои мечты и планы. Тут уж не до пустой болтовни. Тем более что “для поболтать” у Иды всегда была рядом сестра, с которой ей грозил скорее переизбыток, чем недостаток общения.

- Я. - мальчишка вдруг запнулся и опустил голову. - Я хотел сказать. вы только не подумайте! Я ведь теперь стану тэром, и я. а вы. У меня намерения самые честные, вы не думайте, и тиссе Тория не станет возражать! Я вами всегда восхищался, я...

Ой-ой... Понимание, что он пытается сказать, оказалось болезненным и неприятным.

Может, девчонке, которой на самом деле 16, признания от парня бы польстили, даже если сам он ей безразличен. Но Зинаиде Летовой меньше всего хотелось бы причинять боль хорошему мальчику, с которым у нее никак не может быть ничего общего. И лестно ей тоже не было.

И когда он вообще мог успеть? Ведь и впрямь почти не общались! Или это у него вроде влюбленности в недосягаемый образ прекрасной дамы, с которой и разговаривать необязательно? Ну да, у мальчишек в его годы случается. Полюбовался однажды на укрощение дракона - и пожалуйста, готов светлый идеал, который издалека обожать даже удобнее, потому что всему, что он там себе напридумывал, ничуть не мешает реальность.

А выпитое за ужином - совсем немного, но ведь с непривычки! - наверняка придало смелости.

Нет, конечно, в ее практике и такое бывало - как не бывать! Случалось, влюблялись в нее ученики, вот такие же почти, как этот Кей. Все -таки была она и там еще вполне молодой и неплохо выглядела. Признаться строгой математичке, правда, мало у кого духу хватало, но попадались и такие отважные кадры.

Вот только там и тогда все эти мальчишки-старшеклассники видели перед собой взрослую учительницу гораздо старше себя. И отлично сами понимали, насколько исчезающе мало у них в реальности шансов на взаимность.

А этот видел - кого же он видел? Ну да, девчонку еще моложе себя. И разделяет их в его глазах разве что социальный статус. Да и то - препятствие это вовсе не является непреодолимым. Он ведь, как сам и сказал, станет теперь уважаемым тэром и вполне может занять высокое положение в обществе. И войти в благородный род ему тогда ничто не помешает.

“Как же объяснить тебе, малыш, - чувствуя подкативший к горлу комок, думала Ида. -ты ведь не знаешь, что перед тобой - взрослая тетка, столько лет работавшая в школе с такими же, как ты, не способная смотреть на тебя иначе как на мальчишку. Пережившая тяжелый брак, две неудачные беременности, годы одиночества и много чего еще, о чем тебе лучше и вовсе никогда не узнать, ведь ты будешь, надеюсь, когда -то кому-то прекрасным мужем.”

Надо было прекратить все это, пока не поздно.

- Кей, - она прервала излияния мальчишки, стараясь говорить самым прохладным тоном, на какой была способна. Т ак говорила Зинаида Алексеевна, отчитывая нерадивых учеников. - Я не думаю, что твои признания уместны. Я не хотела бы больше слышать от тебя ничего подобного. Никогда.

Резко развернувшись, она ушла, оставив мальчишку стоять посреди коридора с опущенными плечами и разбитым сердцем.

Пусть. пусть так. Он уедет, там будут другие девушки, студентки, его ровесницы. В его возрасте все это быстро проходит. Во всяком случае. так честнее. И зачем вообще она себя уговаривает?

Второй серьезный разговор, на этот раз с родителями, Ида планировала уже давно - ведь решила же! - но все никак не могла собраться с духом. А еще против этого категорически возражала Ада, уверявшая, что после таких признаний их или упекут в местную психушку, или еще чего похуже. Что уж там “похуже” она себе воображала, сложно сказать. Ида сильно подозревала, что Ада просто боится, как и она сама, посмотреть в глаза родителям, когда они узнают, что дочери так долго им лгали. Да и... смогут ли тисс Тристобаль и тиссе Тория тогда считать их дочерьми?

Аде казалось, они уж точно решат, что она притворялась все это время - в своих капризах, истериках и порывах. Разве могла так вести себя пожилая женщина? А как, как объяснить, как доказать, что она всегда была искренна, в каждой слезинке, что то ли вновь обретенная молодость так на нее подействовала, то ли новый мир.

Однако в итоге разговор случился, когда обе они не были к этому готовы.

- Ну шо, шо мы им расскажем?! Выгонят они нас и вся недолга! - девочки вполголоса препирались по дороге с очередной тренировки, проходившей во дворе, не обращая внимания на учителя и вышедшего им навстречу тисса Тристобаля. На их беседы по -русски все, казалось, привыкли не обращать внимания.

- Все равно надо рассказать. так будет правильно! Так честно!

- Рассказать, думаю, надо, - негромко вмешался вдруг тисс Тристобаль и, будто намереваясь их добить, добавил по-русски, - обязательно!

Тисс Тристобаль не напрасно много лет занимал свою должность. И уж никак он не мог не обратить внимания на странности, происходившие в собственной семье.

Нет, он далек был от того, чтобы подозревать дочерей в чем-то дурном. Но хотел точно понимать, что именно с ними происходит.

Конечно, доктор давным-давно заверил его, что “птичий язык”, на котором говорят между собой девочки, явление нормальное, и он непременно скоро забудется.

Вот только что-то он никак не забывался. Более того - чем больше тисс Тристобаль его слышал, тем сильнее крепло его убеждение, что все здесь не так просто. У языка определенно была сложная структура, обширный лексикон, богатый понятийный аппарат. Откуда бы взялось все это у девчонок, пролежавших всю жизнь в своих постелях?

Решив раз и навсегда разобраться со своими сомнениями, он стал прислушиваться к разговорам дочерей, записывать услышанное на слух, а пару раз даже сделал записи на кристаллах, чтобы дать послушать специалистам-дешифраторам. Те подтвердили, что речь идет о развитом языке, но ничего не могли сказать ни о его происхождении, ни о содержании разговора. А подозрение, что девочки скрывают что -то важное, только росло.

Годами тисс Тристобаль мучительно прислушивался, не делясь сомнениями даже с женой, выделяя отдельные слова, обращая внимание на интонации и ситуации, в которых они произносились.

Конечно, выучить язык таким способом было бы невозможно. Но несколько слов ему удалось все же идентифицировать более или менее достоверно - достаточно, чтобы дать девочкам понять, что пора бы поговорить откровенно.

А вот приглашать на этот разговор Торию он не собирался - мало ли что. На присутствии матери настояла Ида.

Для разговора устроились в его кабинете. Г оворила Ида - старшая из сестер молчала, настороженно замерев рядом с ней.

Она рассказала все: о прежнем мире, прошлой жизни, о том, сколько им было лет. О несостоявшейся смерти и о своей теории про девочек, родившихся без души. И о том, как, оказавшись здесь, они не решились признаться, кто они.

Родители слушали, не говоря ни слова.

- Вы теперь нас выгоните? - угрюмо спросила наконец Ада после затянувшейся паузы.

- Что?! - тисс Тристобаль выглядел шокированным этим предположением. - Что за глупость?!

- Девочки... - голос тиссе Тории сорвался, и как -то вдруг стало ясно, что молчала она, пытаясь сдержать слезы. И вдруг вскочила, бросилась к дочерям, чтобы обнять обеих сразу. - Бедные мои девочки, сколько же вы пережили!

- Вы. не злитесь? - неверяще спросила Ида.

- Не знаю, как ваша мать, а я, безусловно, очень зол, - сердито ответил тисс Тристобаль.

- Вам следовало давно все рассказать, а не морочить нам головы. Я едва с ума не сошел, пытаясь понять, что с вами происходит! А вы, оказывается, просто помните прошлую жизнь, да еще в другом мире. Конечно, об этом не стоит трепаться на каждом углу, но уж с родителями-то могли бы поделиться! Вы что же, всерьез думаете, что для нас это что -то меняет?

- Так вы нам верите? - это уже недоверчиво переспросила Ада. - И мы. мы все равно ваши дочери?

- А кто вам сказал, что это может быть не так?

- Дурочки мои, мы же вас столько ждали! - Тория продолжала прижимать дочерей к себе, и они наконец смогли расслабиться.

- Мы же семья, - недоуменно пожал плечами Тристобаль.

Все действительно было хорошо. И Иду наконец отпустил страх, принесенный из прошлой жизни, оставшийся с тех давних пор, когда мама, ее прежняя мама, только -только вышла снова замуж, и она, Зина, вдруг оказалась лишней в собственной семье. Страх быть непринятой, нежеланной.

Семья, подумалась ей. Семья - это те люди, которые всегда тебя примут. Любой. Такой, какая ты есть. Что бы ни случилось. Всегда поймут и всегда будут на твоей стороне. Как ее бабушка - там, в прошлом.

И она искренне обняла тиссе Торию в ответ.

- Спасибо, - шепнула она. И уже едва слышно добавила - почему-то по-русски - то, что до сих пор не могла произнести ни разу в новой жизни. Слишком громким, ценным и важным казалось это слово, слишком много оно значило. - Мама.

Глава одиннадцатая. Эффектное прибытие

- Имей в виду, Кот, - назидательно говорила Ида, застегивая на драконе последний ремень, - если станешь безобразничать, я с тобой неделю не буду разговаривать! Да -да, и не фыркай мне! Никакого высшего пилотажа! Нести нас - нежно! И аккуратно! Укачаешь мне сестру - пеняй на себя!

Надо сказать, Ада и Котангенс косились друг на друга примерно с одинаковым презрительным недоверием, но деваться им друг от друга было некуда. На семейном совете было решено, что, раз уж у семьи Виленто есть такое замечательное транспортное средство, то девочки отправятся в академию на драконе, и никак иначе. Тем более что дядюшка на своем самолете, тепло попрощавшись с семьей брата, отбыл уже к собственным жене и сыну - на короткую побывку и снова в рейс.

Багаж сестер занял свое место, плотно привязанный к спине Котьки ближе к хвосту, а сдвоенное седло ожидало пилота и пассажира.

- Весточку чтобы отправили, как только заселитесь! И обязательно найдите Кея, пусть он вам там все покажет! Ада, следи, чтобы она не сидела за книгами допоздна, надо высыпаться! Ида, следи, чтобы она не пропускала занятия! И присматривайте там друг за другом! Пишите каждый день, слышите? И...

Тиссе Тория теребила в руках собственный подол и тараторила наставления безостановочно, безуспешно пытаясь скрыть волнение, отчего оно становилось только заметнее. Тисс Тристобаль добродушно посмеивался, однако тоже явно переживал. Нервничали даже слуги, столпившиеся на крыльце. Крита, кажется, и вовсе утирала глаза.

Что до Котангенса, то он нетерпеливо притопывал на месте. А вот его мать уже снесла хвостом пару кустов, на что никто пока не обратил особого внимания. Для аккуратной и деликатной драконицы это было признаком небывалого душевного смятения! Нет, понятное дело, большинство детенышей драконов окончательно покидали родительские гнезда куда раньше. Но они и летать начинали раньше - и вообще, просто не всем повезло иметь такую ответственную мать!

А вот Ада, похоже, переживала только из -за предстоящей поездки на “этой зьмиюке”. Что до Иды, внешне она являла собой единственный здесь образец незыблемого спокойствия. Нельзя сказать, чтобы она совсем не переживала, покидая дом, к которому успела привыкнуть, и семью, которую успела полюбить. Еще как переживала - может, куда больше, чем все вокруг! Но делать каменное лицо и прятать свои чувства она отлично научилась еще в прежней жизни - очень полезное умение в любых обстоятельствах, как считала она сама.

Ну. пора, что ли?

- Кот, - негромко сказала она, - лежать.

Дракошка с самым независимым видом - он гордый Кот, а не какая-нибудь собака! -улегся, вытянув лапы и давая возможность пассажирам занять свои места и пристегнуться. Ида первым делом удостоверилась, что сестра не только села, но и затянула все, что только возможно, и лишь затем уселась сама и зафиксировала ремни.

- Счастливо! - она подняла руку, помахала всем, а затем, наклонившись к дракоше, шепнула, - поехали.

И Котангенс по обыкновению взмыл свечкой, заставив провожающих ахнуть, свою мать -явственно ухмыльнуться, Аду завопить от неожиданности, а Иду, привычную к его выкрутасам, - рассмеяться. Воздушный щит от слишком сильного ветра сестренка, если сообразит, сама поставит, ну а скорость и пируэты в полете - скучно же просто так лететь по прямой! - дело совершенно привычное.

Как хорошо, думала она уже в воздухе, что вступительные испытания здесь проходят заранее. Иначе сестренку бы еще не так трясло. Потому что ее, Адин, экзамен по математике был сущей хохмой.

Рыдающая сестренка, заявившись к Иде накануне экзамена, то ли попросила, то ли потребовала заменить ее. Ибо сама она с заданиями совершенно точно не справится, опозорит весь род Виленто и вообще загубит свою молодую жизнь. И Ида в конце концов даже согласилась на эту авантюру - но только при одном условии: сестра должна выполнить ее просьбу сразу после экзамена.

Экзамен - нечто вроде привычного ЕГЭ, общий для всей поступающей в вузы соответствующих профилей молодежи ближайших трех островов - проходил в городке.

И сестры явились на него одетые одинаково. Различить их сходу не мог никто - это вообще удавалось только родителям, дяде и еще почему-то Кею. И Ида заходила на него дважды. Конечно, все “сложные” задачки она моментально перещелкала, как орешки. А потом, прихватив с собой листки с заданиями, вышла к сестре - и сунула их ей под нос.

- Решай! Обещала! Нет, не сейчас - дома решишь, я засеку время!

Разумеется, Ада злилась! Разумеется, она обещала жестоко отомстить! Но спокойно сидя в своей комнате, она решила все - и времени ей понадобилось ровно столько, сколько и отводилось всем поступающим. И справилась она - на вполне твердое “отлично”. Может, не совсем уж без огрехов... но об этом ей и знать не стоит.

- Так это шо? - растерянно говорила она, забыв о планах мести, - это я сама могла? Прям вот - сама? Да я же. да я!!!

Ида не сомневалась ни на минуту, что она может и сама - разве что не была уверена, справится ли сестра во время экзамена, когда у нее тряслись руки и от волнения дрожал голос. И важнее всего было показать ей именно это - что она может. Чтобы в следующий раз руки не тряслись и мысли не путались.

Остальные экзамены она сдавала вполне самостоятельно.

И главное - сейчас, когда они направлялись уже в академию, Ада вовсе не сомневалась уже в том, что она может, достойна и потянет. Она может - все. Главное в это верить.

А еще Ида думала о том, как замечательно, что их родной остров располагается не так уж далеко от того из небесных островов, где стоит академия - и маршрут к нему прост и понятен. Иначе хороши бы они были, запланировав эффектное прибытие и заблудившись по дороге!

Прибытие и в самом деле вышло что надо.

*

- По списку у меня в новом потоке пять студентов, трое уже прибыли, значит, еще двое прилетят сегодня последним дирижаблем, - декан факультета драконьей авиации делал пометки в списке, сидя за столом в своем кабинете. - Впрочем, нет, младший Вириус, возможно, явится порталом...

Его кузен стоял у окна, прислонившись к подоконнику.

- Четверо, - поправил он и усмехнулся. - У тебя четверо студентов в этом потоке. Пятая в списке - девица... человек.

- Верно, - Кирен Леган поморщился. - И я по-прежнему не понимаю, зачем тебе понадобилось ее мне навязывать. Прости, Айсен, но я не верю, что это могла быть связь. Что угодно, но не...

- Я ее видел, - упрямо возразил тот. - Неправильная, странная, но, несомненно, связь. Кроме того, дракон ее слушался! Он не сожрал ее, он позволял ей к нему прикасаться! Более того - ее не тронула его мать, взрослая дикая драконица, а это, согласись, уж вовсе ни в какие ворота.

- Мне сложно судить, что там на самом деле произошло, - вздохнул декан. - И я не собираюсь снова с тобой спорить. Для обучения на факультете все равно нужен связанный дракон, и от этого никуда не деться.

- Да никто не заставляет тебя ее учить! - досадливо прервал его Айсен Леган. - Я же сказал, она слабоумная. Насколько я успел заметить - полная идиотка.

- Экзамены твоя идиотка, тем не менее, как -то сдала.

- Возможно, за нее сдавала сестра. Они близнецы. В любом случае, достаточно, если она будет просто числиться в списках факультета, чтобы люди не вмешивались. Зато представь, какой материал для изучения - настоящий дикий дракон...

- Ладно. Сегодня она в любом случае прилетит - кстати, дирижабль уже должен скоро причалить. Пусть себе поприсутствует. А завтра вместе со всем курсом она попытается призвать дракона. И я больше чем уверен, на этом ее пребывание здесь закончится. Но ты, по крайней мере, отстанешь от меня со своими безумными идеями.

Шум за окном заставил Айсена обернуться.

- Что там происходит? Хм. похоже, кто-то из твоих старшекурсников развлекается. Паршиво у тебя обстоят дела с дисциплиной.

Что? - Кирен, поднявшись с места, подошел к окну и выругался.

*

Чертов дирижабль! Почему он не мог прилететь попозже! Почему они не проверили расписание прибытия! Почему она вообще не подумала раньше об этой проблеме!

- Котенька, зайчик, маленький, хороший, сладкий, перестань, немедленно отлетай от него подальше, слышишь, сейчас же, свинюка ты крылатая, сволочь хвостатая, котик мой любимый, чтоб тебя, - причитала Ида непрерывным речитативом, изо всех сил натягивая поводья и сжимая коленки, будто пытаясь ими развернуть дракона. Куда там! Он и так -то слушался поводьев через раз - только когда ему самому этого хотелось и ничто его не отвлекало. А уж заставить его что-то делать силой - и вовсе бессмысленно и пытаться, слишком очевидно неравны эти самые силы.

Котангенсу понравился дирижабль. Очень понравился! Такая огромная длинная штука, важно и неторопливо плывущая в небе! Надо же ее со всех сторон изучить и обнюхать! А она живая? А она кусается? А она будет играть?

Раньше ему доводилось видеть дирижабли только издалека - и мать никогда к ним не подпускала! Но теперь - теперь-то наконец можно! Хозяйка сама велела сюда лететь!

Дракотик уже нарезал несколько кругов вокруг этого похожего на кита небесного чудища. Особенно его заинтересовали окна - за ними же двигались люди! Котангенс подлетал едва ли не вплотную к широким окнам пассажирской гондолы, за которыми толпились, бегали и показывали на него руками. Даже разок попробовал потрогать окно лапой - но в полете сделать это оказалось не так-то просто. Коготь проскреб по стеклу, а дракошка кувыркнулся в воздухе, что обе его пассажирки восторженно (во всяком случае, ему так показалось) прокомментировали истошным визгом. Впрочем, быстро выровнявшись, он не стал отставать от такой интересной штуки и попробовал позаглядывать в другие окна. Из капитанской рубки и моторных гондол ему махали руками и подпрыгивали. Ну вот, они тоже радуются и хотят играть! Вот какие приветливые люди!

Ида в этот момент думала о том, что язык жестов совершенно интернационален, когда на нем матерятся. Растолковать жесты членов экипажа по-другому было сложно. И еще о том, что сестренка сорвет голос, если продолжит в том же духе.

А вот о чем она старалась не думать, это каким газом наполнены баллоны под обшивкой этого “цеппелина”. Хотя вряд ли здесь они могут называться этим именем, но на вид очень уж похожи.

...Хочется верить, что все же не водородом. Впрочем, если и гелием - многое ли это изменит, если Котька от избытка чувств ненароком пыхнет огнем прямо в него? Когда -то ей довелось видеть жуткие кадры документальной съемки с пылающим “Гинденбургом”***, хотя она сейчас никак не могла вспомнить, из -за чего же там все случилось. Зато врезалось в память почему-то, что единственная на всем дирижабле зажигалка хранилась в специальной комнате для курящих пассажиров. Сейчас она, Ида, летала на огромной неуправляемой зажигалке вокруг почти точно такого же... нет, куда меньшего, но, опять же, многое ли это меняет? Вокруг целого дирижабля, внутри которого были люди. Детишки-студенты. И их жизни зависели от прихоти разыгравшегося кота в теле малолетнего драконыша. И экипаж никак не может что -то изменить - дирижабль слишком нетороплив и неповоротлив по сравнению с драконом.

Похоже, она - единственная, кто вообще может как-то повлиять на ситуацию. Ведь может? Надо для начала успокоиться самой. Прямо сейчас! Живо, Зинаида Алексеевна, -эти дети на борту зависят от тебя!

Мысленно прикрикнув на себя, она отпустила поводья, положила руки на шею дракона и наклонилась поближе к загривку. Чешуя казалась наощупь твердой и гладкой, но Ида точно знала, что он все чувствует.

- Кот, - не было нужды повышать голос - Котангенс все равно всегда ее слышал, так что сейчас она говорила предельно спокойно и строго. Он должен усвоить, что игры кончились. - Это не шутки. Я знаю, что ты понимаешь меня. Ты должен отлететь подальше. Как можно дальше. Не приближаться к этой штуке. Это опасно. Могут погибнуть люди. И что тогда будет с тобой, с нами - я не знаю и не хочу знать. Сейчас -

разворачивайся. И вниз. Ну!

“Драконы полуразумны и после обучения способны понимать не только команды, но и в целом человеческую речь”, - так было написано в книге о драконах, которую ей удалось откопать в родительской библиотеке. Конечно, там уточнялось, что говорить даже с обученным драконом следует в самых простых словах, и зачастую они воспринимают больше интонацию, чем содержание речи. И, конечно, она помнила, что Котька - еще совсем молодой дракон. По-настоящему взрослым он станет годам к тридцати пяти. Но не зря же она столько с ним общалась три года! Да и, в конце концов, даже Котангенс-кот в прошлой жизни понимал совсем не так уж мало. И точно знал, когда хозяйка действительно серьезна и пора прекратить всякие безобразия. Он часто шалил, но никогда не нарушал тех границ, которые она устанавливала.

Получилось? Получилось! Явственно вздохнув и понурив голову, Кот развернулся в воздухе и пошел на снижение.

Собственно, встреча с дирижаблем произошла над тем самым воздушным островом, где располагалась академия - ошибиться здесь было сложно, он оказался одним из самых больших. Да и главное здание самой академии она уже не раз видела на картинках - этот замок непросто было бы с чем-то спутать, особенно учитывая многочисленные и разнообразные посадочные площадки вокруг.

Которая из них предназначена для драконов, Ида, конечно, понятия не имела. Поэтому выбрала просто ближайшую - здоровенную и с двумя торчащими в небо конструкциями непонятного назначения. “Вот рядом с одной из них мы сейчас и сядем, аккуратненько и никому не мешая”, - успокаиваясь, думала она.

Посадку они с Котангенсом отработали давно до совершенства, так что в этот момент Ида в глубине души уже откровенно любовалась собой и своим драконом, едва заметными движениями поводьев подправляя его траекторию.

- Умница, - она погладила по шее сложившего крылья дракона. - Молодец, котик! Дракотик только фыркнул - все еще дуется, похоже.

- Молодец?! - Ада за ее спиной выдала такую заковыристую конструкцию на русском народном, что Ида тихо порадовалась: некому здесь оценить богатство лексикона сестренки.

Тааааак... а вот то, что дирижабль продолжает снижаться прямо над ними, как -то нехорошо. И. что это за люди бегут к ним, вопя и размахивая руками?

- Убери дракона, идиот!!! - этот вопль донесся первым, и в первую секунду Ида слегка обиделась, а в следующую до нее дошло, что за конструкции были на поле и почему дирижабль снижался именно здесь. Швартовочные мачты!

- Ада, не отстегивайся, взлетаем! Держись за меня!

Ада, успевшая-таки что-то расстегнуть, вцепилась в ее талию мертвой хваткой, а обиженный дракон, повинуясь новой команде, стартовал с места так резко, что у пассажирок заложило уши.

Взлететь высоко Ида ему не позволила. Промчавшись кругом на бреющем полете над сбежавшейся толпой, она изо всех сил завопила вниз:

- Куда лететь?!

Ура, кто-то все-таки успел разобрать! Множество рук одновременно взметнулось в воздух, чтобы ткнуть пальцами, и Котангенс устремился в указанном направлении - на другую площадку. Толпа, конечно, кинулась следом, но в скорости сильно уступала дракону.

Дирижабль между тем неторопливо швартовался к мачте. Встречать его на этот раз кроме техперсонала оказалось некому: практически все наличные студенты и преподаватели академии в полном составе в этот момент бежали к взлетно -посадочной площадке драконьего факультета.

***“Гинденбург” - самый большой дирижабль в мире, построенный в Германии в 1936 году. Совершал трансатлантические пассажирские рейсы. В 1937-м загорелся при посадке в США. После взрыва баллонов с водородом в считанные секунды сгорел дотла и упал. Катастрофа “Гинденбурга”, по сути, стала началом конца эры дирижаблей.

Глава двенадцатая. Поставьте здесь коробочку

Сказать, что Кирен Леган был зол, - практически ничего не сказать. Сходу опознать всадников он не смог - впрочем, в летных шлемах и очках неудивительно - но прилететь на малолетнем драконе мог только кто-то из студентов его факультета, причем не моложе третьего курса. А технику безопасности в их пустые головы он лично вдалбливает ежедневно, начиная с первого! И каким надо быть идиотом, чтобы так бездарно рисковать чужими жизнями ради. он даже затруднялся определить, ради чего. Пустой рисовки? Шалости? Да кто вообще из его студентов может быть способен на такое! Что за бред! У кого из них был бронзовый дракон, почему-то тоже не припоминалось.

К моменту, когда он примчался на взлетно -посадочное поле, оба всадника успели спешиться, и один из них - видимо, пилот - что-то шептал дракону, наглаживая его по морде, как дамскую комнатную зверушку. Да что здесь вообще происходит?!

- Ты! - Завопил декан еще издалека, - кретин! Ты у меня до самого выпуска из отработок не вылезешь, придурок!

Тем временем второй всадник снял шлем, и на спину ему упала... длинная темнокаштановая коса.

Девица! Человеческая девица!! Одетая в мужскую одежду, но сомневаться тут не приходится.

То есть вся эта безумная ситуация возникла из -за того, что какой -то из его студентов охмурял бабу?! И если она прибыла на этот остров - она тоже одна из студенток? Даже знать не хочется, с какого факультета!

- Твоя девка здесь вообще учиться не будет, недоумок, ее вышвырнут отсюда сегодня же!

Все еще неопознанный студент его факультета обернулся, сдвинув брови, и снял шлем. И две абсолютно одинаковые девицы синхронно шагнули вперед, одинаково уперев руки в боки - и с одинаково свирепым выражением лица.

- Что вы себе позволяете?!

- Ты щас как меня назвал, паскудник?! - завопили девчонки тоже одновременно.

Кирен Леган как раз добежал до виновниц переполоха - слава древним богам, раньше всей этой толпы! - и резко остановился, пытаясь осмыслить, что именно произошло. Так это. она?!

- Крух гыблыный!!! - охарактеризовать ситуацию иначе не получалось, равно как и осмыслить всю глубину этой круховой задницы. Это ученый фанатик Айсен мог видеть в этом всем только редкостную возможность заполучить уникальный объект изучения. Декан драконьего факультета, привыкший нести ответственность за студентов и все, что они могут натворить, прежде всего сейчас понимал, что перед ним дикий дракон, управляемый - действительно управляемый, и не время думать о том, как это возможно!

- невменяемой девицей. И сегодняшняя ситуация с посадкой дирижабля - всего лишь цветочки. А какими будут ягодки - лучше и не пытаться представить.

Непонятно даже, что было бы большим безумием - оставить эту девку здесь или выгнать ее. Подвергать опасности академию и всех, кто в ней работает и учится? Или оставить полоумную девицу с драконом вообще бесконтрольной, пустить все на самотек?!

Наверное, лучшим выходом было бы просто уничтожить этого дракона. Жаль, кто бы спорил, даже если никому больше не удастся его подчинить, вливание свежей дикой крови популяции не повредило бы. но как иначе гарантировать, что он не натворит ничего под руководством слабоумной хозяйки, особенно когда вырастет?

А теперь внимание, вопрос: как вообще уничтожить дракона с его огнеупорной шкурой и чешуей прочнее любого металла?!

В древних хрониках были упоминания о стычках с драконами, но уже много столетий взрослые дикие избегали людей и ритхов, а детенышей мгновенно находилось кому подчинить, да и были они слишком ценны, чтобы ставить над ними эксперименты. Сейчас Кирен Леган пожалел, что никогда не уделял должного внимания историческим хроникам.

Крух, крух, крух!

Нет, оставить это стихийное бедствие без контроля он точно не имеет права. Значит, главное сейчас - надежно запереть дракона и отправить девиц... куда-нибудь отправить, где-то же на острове размещают студенток других факультетов!

Вот, кстати, и Айсен, мчится с таким же обалдевшим лицом, как и вся эта толпа.

- Живо найди преподавателей и гони студентов к круховой матери, - прошипел Кирен, разворачиваясь к кузену. - Чтобы никого лишнего здесь!

- Но я.

- Сейчас же! - Кирен сорвался на крик. - С меня хватит тех проблем, что ты уже повесил мне на шею!

Если бы кричал здесь он один!

- Ты, хамло, а шо ты на мою сестру бочку катишь? Ты на кого рот открыл, поганец?

- Мужчина, а вы не хотели бы извиниться перед моей сестрой?

- О, ты поглянь, а это ж наш Мальвин! А этот шо тут делает?

Хоть бы эти девки наконец заткнулись!

Надо сказать, что преподаватели уже и без его указаний пытались навести некоторый порядок в рядах студентов. Подходить слишком близко большинство из них не решалось

- кто знает, что может выкинуть чужой дракон, который на глазах у всех уже повел себя неадекватно. Но попялиться на неожиданную сенсацию сбежались, конечно, все кто мог.

- Коллега Леган, - чтоб его, и ректор здесь! - у вас все под контролем?

- Да! - рявкнул Кирен, но тут же сбавил тон. Все же ректор Севейн - не тот, с кем стоит говорить в таком тоне. - Прошу прощения, возникла небольшая накладка. Буду благодарен, если вы поможете в наведении порядка. Свою студентку и ее дракона я размещу.

- Я так и понял, - невозмутимо кивнул тот. - Хорошо, разбирайтесь. Надеюсь, больше подобных накладок у вас не возникнет.

Кирен только скрипнул зубами. Разумеется, с точки зрения Севейна все просто - декан несет ответственность за студентов своего факультета и соблюдение ими техники безопасности. А что это крухова первокурсница, только прибывшая в академию, никого не волнует!

Однако стоило отдать ректору Севейну должное - возможность сохранить лицо и самостоятельно решить свою проблему он Кирену предоставил, одним взмахом руки установив полог. И главное - сам тут же отошел в сторону.

Шум и крики вокруг стихли как -то разом, и девочки растерянно замолчали и заозирались. Только очень внимательно присмотревшись, можно было заметить вокруг нечто вроде купола, на границе которого будто слегка дрожал воздух. Купол был практически абсолютно прозрачным, но полностью отрезал внешние звуки - и, похоже, не позволял никому войти внутрь обозначенных границ. Внутри же него оказались только Котангенс, сестры Виленто и тот незнакомый ритх, что прибежал первым и сразу начал орать.

Ритхов Ида определяла уже сразу и безошибочно - собственно, для этого достаточно было разок увидеть одного из них живьем и полюбоваться на картинках в книгах. Да и в городке на их острове ритхи нет-нет да встречались. Все они отличались очень высоким ростом, поджарой фигурой при широком развороте плеч и длинными “седыми” волосами

- от белого до пепельного, часто с синеватым или голубоватым отливом. Г лаза ритхов всегда были слегка раскосыми, всевозможных холодных оттенков - серо-стальные, синие, голубые и даже фиолетовые, с неизменным морозным узором на радужке.

У этого волосы, вопреки канону, оказались подстрижены довольно коротко, выше плеч, да еще и цвет был не самым типичным - темно-пепельным, а глаза - сиреневыми. Впрочем, сейчас разглядывать ритха было особенно некогда, поскольку глаза эти метали молнии. Было хорошо заметно, как старательно мужчина пытается взять себя в руки, и ему это даже почти удается.

- Меня зовут Кирен Леган, - сообщил он. - Я декан факультета драконьей авиации. Насколько я понимаю, одна из вас - моя новая студентка...

- А извиниться ты, паскудник, не хошь, ишь, декан он! - влезла Ада.

- Ада, помолчи! - прошипела Ида, стискивая ее руку. Декан, надо же. Ох и непросто будет, кажется, ей искать взаимопонимание с этим преподом. а сестрица еще, как нарочно, будто хочет еще больше все испортить! Хотя, казалось бы, куда еще. Драконья голова тем временем любопытно выглядывала из-за ее спины.

- Возникло недопонимание, - скрипнув зубами, сообщил ритх. - Студенты-первокурсники, как правило, не прибывают в академию на своих драконах. Задолго до первого полета они прослушивают начальный курс техники безопасности.

- Я поняла, - серьезно кивнула Ида. - И я прошу прощения, что нарушила, видимо, какие-то правила. Но должна сказать, что в брошюре академии для абитуриентов не было ни слова о запрете прибытия на своих драконах, как и карты посадочных площадок.

- Потому и не было! - в сердцах рыкнул. ее новый декан. - Ладно. Обучение начнется завтра. Сейчас главное - обезопасить академию от вашего дракона. Я уже вижу, что вы освоили связь куда глубже, чем другие первокурсники. Насколько зверь вам подчиняется?

Ида замялась. Если по-честному, она вообще не стала бы определять свои отношения с Котангенсом словом “подчиняется”. Ну да, с ним практически всегда можно договориться. И она совершенно точно - его любимая хозяйка. Но он, в конце концов, в самом деле не собака! Не дрессировать же его! Нет, он, разумеется, понимает смысл многих команд. Но насколько их выполнять - он решает сам. И вообще, у него своя голова на плечах есть! Ну... не то чтобы всегда разумно решает, но уж как есть.

- Ну, он. слушается. В целом. Но может увлечься, и.

Ритх смотрел на нее как на умалишенную, и Ида совсем смутилась. Нет, а что не так? Вроде бы тут у студентов все драконыши в таком же примерно возрасте, разве они не должны быть такими же игривыми?

- В целом, значит. - с болезненной гримасой повторил декан Леган. - Хоррошо. Вы сможете отвести его в ангар?

- Ангар?

- Я покажу. Идемте. Он пойдет за вами, надеюсь?

Котангенс пошел. Конечно, временами подпрыгивая, любопытно оглядываясь на бегающих людей, а иногда и скалясь угрожающе - но все же пошел. При хозяйке оно как -то надежнее! На его спине при ходьбе подрагивали надежно притороченные тюки с поклажей и так и не снятое седло.

Как оказалось, купол из дрожащего зыбким маревом воздуха передвигался вместе с ними

- так что можно было практически не обращать внимания на то, что творилось вне его. И слава богу, тут без толпы зевак проблем хватает! А Мальвин, похоже, вообще что -то кричит, вон как рот открывает, а уж руками машет! Да и черт с ним, пусть себе. Не до него пока.

Ангар произвел на Иду гнетущее впечатление. Собственно, это было длинное строение, разделенное тяжелыми металлическими решетками на клетки - всего около десятка или чуть больше. В большинстве из них сидели драконы - примерно такого же размера, как ее Кот, и самых разных цветов: белый, золотистый, красный, синий. Места в каждой из клетушек едва хватало для того, чтобы драконыш лежал в ней со сложенными крыльями. Ни расправить их, ни хотя бы просто встать и размять лапы у него не было возможности.

Все звери лежали в почти одинаковых позах, вытянув передние лапу и пристроив на них подбородки, глядя перед собой пустым взглядом или вовсе закрыв глаза. Ни один из них даже не поднял головы, когда открылись ворота.

Они выглядели какими-то. потерянными?

Вспомнились почему-то приюты и самые дешевые гостиницы для животных, где коты сидели в тесных клетках, составленных друг на друга. Зинаида всегда считала это жутким живодерством. Нет, с приютами как-то понятно - там выбора нет, а вот в такой “гостинице” она бы своего питомца точно никогда не оставила.

- Это что за концлагерь?! - оторопело спросила она, едва заглянув в ангар и тут же отшатнувшись.

- А шо за вонища? - непосредственно удивилась Ада, которая, конечно, хвостом следовала за ней. - Фу, вы б хоть навоз там убирали, шибает-то, чисто колхозный коровник! От жеж зверюги бедные.

Никогда бабка Зинка не была замечена в лишней жалостливости - с ее точки зрения, кот был нужен, чтобы ловить мышей, пес - чтобы охранять, конь... ну или дракон - чтобы ездить. Но и бессмысленной жестокости она понять не могла.

Любопытный Котангенс, конечно, тоже сунул голову в проем - и отпрянул в точности как его хозяйка.

- Я своего дракона здесь не оставлю! - категорически объявила Ида. - Еще чего не хватало! Почему они заперты в таких ужасных условиях?! Им же повернуться негде!

- Здесь содержатся драконы студентов младших курсов, - почти спокойно возразил ритх.

- Их связь с хозяевами еще недостаточно надежна. Здесь специально установлены надежные решетки и огнеупорные щиты, чтобы обеспечить безопасность окружающих. Ваша связь с драконом, насколько я успел заметить.

- Абсолютно надежна! - выпалила Ида прежде, чем успела осмыслить. В следующую секунду она почти пожалела о сказанном. Может ли она гарантировать сама, что Кот не подвергнет опасности никого? А впрочем. Объяснить ему, что нельзя приближаться к дирижаблям и уж тем более дышать огнем рядом с ними, удастся наверняка. Удалось же в конце концов с дядюшкиным самолетом! Котангенс кружил вокруг, но не пересекал некую невидимую “черту безопасности”, что обозначила для него хозяйка. Более того -

его мать, внимательно слушавшая объяснения, тоже рядом с самолетом никогда не выпускала даже дыма. А людей ни он, ни она и без того никогда не трогали.

А ведь о том, где должны жить драконы факультета, она как -то вообще не задумывалась.

В родной пещере Котангенса ей довелось побывать - пещера как пещера, с подстилкой из лапника, не особенно просторная, но ведь оттуда жильцы и вылететь могли в любой момент!

Нет, запирать Котангенса в этом кошмарном месте она не позволит! Честно говоря, больше всего хотелось пойти и вообще отпереть там все решетки - при одном воспоминании о маленьких драконах, запертых в тесных клетках, к горлу подкатывал ком от жалости.

Но пока главное - отстоять хотя бы своего дракона. Он доверяет ей! А там. она точно что-нибудь изменит. Оставлять это как есть нельзя. Просто нужно хорошенько над этим подумать.

- Вы хотите сказать, - вкрадчиво спросил Кирен Леган, - что все, что вытворял ваш зверь при посадке дирижабля, происходило по вашей инициативе?

- Да, - решительно ответила Ида. Сейчас главное защитить Котангенса. В конце концов, это была действительно ее ответственность и вина. - Мне было любопытно, я хотела проверить, как близко смогу подлететь.

- В таком случае вам придется понести соответственное проступку наказание. Даже не прослушав вводного курса, вы должны были понимать, насколько это опасно.

- Да. Я понимаю.

И вы также несете полную ответственность за все дальнейшее поведение вашего зверя.

- Хорошо, - декан, приподняв брови, хмыкнул. - В таком случае мы можем поселить вашего дракона...

- Коробочка, - перебила его Ида. Она вдруг поняла, где Кот поселится без особых проблем и сможет в самом деле лежать часами, никого не тревожа. Главное - почаще навещать, кормить, играть. ну и выгуливать, видимо. Свой домик в прошлой жизни он всегда одобрял! - Нам нужна коробочка. Ну. что-нибудь похожее на коробочку размером чуть больше дракона. Есть у вас такие помещения? Желательно поближе к общежитию, где буду жить я!

- Вы собираетесь еще диктовать условия?! - кажется, декан все-таки терял терпение. -Загоны для старших драконов - недалеко от общежития факультета. Идемте!

Загон представлял собой довольно небольшую - для дракона - площадку, огороженную невысоким и довольно хлипким на вид заборчиком. Впрочем, подойдя к нему, декан повернул какой-то рычажок - и над всей площадкой задрожал такой же прозрачный купол, как тот, что сопровождал их от самой посадочной площадки. А главное - на краю площадки стояло сооружение, и впрямь напоминающее коробку, разве что открывающуюся не вверх, а вбок. И Кот, конечно, тут же в нее забрался и принялся вертеться внутри, заставив хозяйку облегченно вздохнуть.

Так, а лежанка для котика? Тут что же, вообще ничего мягкого драконам не стелят? Вот. ритхи! А игрушки? Ни одного мячика кругом! Как и в соседних, кстати, загонах, насколько отсюда можно рассмотреть. И мисок же, мисок не видно! Да как они тут вообще с драконами обращаются! Нет, надо тут все менять - и срочно!

Но пока, слава богу, хоть Котангенс не возражает, у него есть “коробочка” и хоть какая-то своя территория. Можно оставить его на время и заняться собственным устройством. А уж там она ему все удобства выбьет!

- Там, - ритх махнул рукой, - полигон. - А там - общежитие факультета. Только, - тут он как-то злорадно усмехнулся, - должен вас огорчить, на драконьем факультете нет женских этажей. Вы первая студентка женского пола. Комнаты на двоих...

- Так, - Ида нахмурилась. - А у факультета малой авиации где общежитие?

- На другом конце острова.

- Та шоб вас! - выругалась Ада.

- Погоди. ну так значит, будет проще всего выделить нам с сестрой комнату на двоих в общежитии драконьего факультета, верно? Вы ведь все равно не можете меня поселить со студентом другого пола. А если я буду жить на другом конце острова, некому будет здесь присматривать за моим драконом. Или нам стоит найти ректора и решить этот вопрос с ним?

Не зря она внимательно прислушивалась ко всему, что говорили на взлетном поле! Кем мог быть тот мужчина, к которому этот ритх обращался так почтительно? Только начальством! И свое начальство декан определенно уважает! И не станет лишний раз демонстрировать, что не может решить проблемы собственного факультета!

- Ладно, - процедил ритх сквозь зубы. - Сейчас вы забираете свои вещи, оставляете дракона здесь, выметаетесь из загона и идете в общежитие. Коменданту скажете, что я распорядился. Пусть выделит вам... что-нибудь.

Ну вот. все проблемы решаемы! Повеселев, Ида снова сжала руку сестры и подмигнула ей, чувствуя, как подрагивают уголки губ. Та, не скрываясь, ухмыльнулась от уха до уха.

- Ну шо, пойдем и мы свою коробочку посмотрим, пока твой декан нас ядом не заплевал?

Глава тринадцатая. Комната на шестом

“Как все же полезно иметь в семье мага ветра!” - думала Ида, наблюдая, как снятые со спины дракона кофры и чемоданы выстраиваются в цепочку и бодро плывут по воздуху за Адой. Вот интересно, а злющий декан знал о магии рода Виленто или планировал полюбоваться, как две девицы будут надрываться со своей поклажей? Во всяком случае, предлагать свою помощь он не стал, как и звать кого-то, кто мог бы донести багаж. А как справляются другие студентки?

Впрочем, решение умозрительных вопросов пока точно стоило отложить на неопределенное время. Потому что за пределами загона выяснились сразу две неприятные вещи. Во-первых, купол, который защищал их от слишком пристального внимания, куда -то делся. Во-вторых, хоть преподавателям и удалось разогнать большую часть толпы, зевак кругом все еще хватало.

А еще сразу за загоном их ждал Кей. Почти не изменившийся за этот год, разве что чуть вытянувшийся и повзрослевший - но с все такими же растрепанными русыми волосами, едва заметными трогательными веснушками и веселыми карими глазами. Разве что раньше он всегда слегка смущался в присутствии сестер - или только одной из них? - а теперь широко и открыто улыбался. Как будто и не было того самого разговора, который заставлял Иду мучиться чувством вины и бесконечно размышлять, верно ли она тогда поступила.

- Привет, девчонки! Умеете вы произвести впечатление! Помощь нужна?

- Привет, - Ида ответила все же слегка настороженно.

- Сами справляемся! - хмыкнула Ада и радостно улыбнулась в ответ. Что ни говори, а приятно видеть хоть одно знакомое лицо здесь. Особенно когда знакомец, в отличие от всех вокруг, смотрит доброжелательно и весело.

- Да я уж вижу! - расхохотался парень и, каким -то образом мгновенно ввинтившись между сестрами, непринужденно подхватил под руки обеих. - Вы вообще дико самостоятельные! А как насчет познавательной экскурсии по академии? Куда вас поселили?

- Туда, - Ида указала подбородком на здание общежития драконьего факультета.

- Ууу, - тут же поскучнел Кей, однако тут же зашагал по дорожке в указанном направлении, увлекая девушек за собой. - Вот крух. Трудно вам там придется.

- Мы сами попросили, - поспешила объяснить она, - тут.

- Да я понял, - парень обернулся на драконий загон. - Ты своего дракона без присмотра не оставишь...

Он что, обращается к ней на “ты”?! В первую секунду возникло даже желание одернуть -это было, как если бы один из ее учеников вдруг позволил себе.

Но в итоге пришлось мысленно одергивать себя саму. Все верно. Это дома они с сестрой были дочерьми хозяев, а Кей - учеником и служащим. А здесь они на равных - студенты, так он еще и на курс старше. Все вполне логично.

И нет, все-таки он, пожалуй, изменился - стал как-то увереннее, спокойнее. Дома он в присутствии сестер Виленто чаще молчал, а теперь ведет себя так, будто они - старые друзья.

Да и замечательно, решила она. Если его юношеская влюбленность осталась в прошлом -а на то очень похоже - то добрый приятель здесь им точно не помешает.

Вон, народу кругом сколько, шушукаются, пялятся, кто-то и пальцем показывает. И что-то никто не выражает радости от встречи. Кто-то обсуждает их наряды - ну да, штаны, а вы пробовали в юбке на драконе полетать?! Кому-то их феерическое прибытие покоя не дает. Или сам факт, что девушки прилетели на драконе? Как же хорошо, в самом деле, что до общежития рукой подать!

А все же непременно нужно будет погулять по территории! Отсюда видно только несколько остроконечных крыш, но, подлетая к острову, девушки видели, как он на самом деле красив. Если человеческие здания напоминали позднесредневековые постройки - от скромных каменных домов до замков в романском стиле - то архитектура ритхов, преобладавшая здесь, больше смахивала на готику с ее стрельчатыми окнами, устремленными в небо шпилями и кружевными арками. Между корпусами академии вились многочисленные аллеи, обсаженные деревьями и кустами.

- Кстати, давно хотела спросить, - весело спрашивала тем временем Ада, - что такое “крух гыблыный”?

- Что?! - Кей, поперхнувшись, даже споткнулся и покраснел. - Ты где такое слышала?

- От тебя! - не моргнув глазом и все так же лучезарно улыбаясь, сообщила сестрица. -Ну, и ее вот препод только что орал про этого круха гы.

- Ээээ, ну, ты лучше не повторяй это, ладно? Ну, крух - это такой мелкий вредитель. летучий. С воробья размером, только клюв у него зубастый. Крухи магию жрут, из чего угодно - даже металлы прогрызают. Если заведется такое в лаборатории - все, хана всем артефактам и зельям. А гыб. - тут он покраснел еще больше, - ну, такое, в общем, девушкам не стоит говорить. Совсем. Ты же не будешь?..

- Ага, - с таким довольным и честным видом кивнула Ада, что ее сестра ни на минуту не усомнилась: будет.

Так втроем они и подошли к своей цели.

Общежитие драконьего факультета было невелико в сравнении с другими зданиями, да и выглядело куда строже - даже без арок и остроконечных башенок! Зато само оно напоминало узкую и высокую пирамидку, сложенную из гладких белых кубиков. Первый этаж выше других по высоте, второй и третий по площади были такими же, а каждый следующий меньше предыдущего. Верхний, шестой, казался снизу совсем крохотным.

Кей приостановился, придерживая дверь, пока в нее вплывали чемоданы сестер, так что именно девушки прошли в просторный холл с бесчисленными колоннами первыми.

- Девок сюда не водить! - от вопля едва не заложило уши. - Сколько раз повторять!

Владелицей дребезжащего и одновременно пронзительного голоса оказалась немолодая женщина невысокого роста, с морщинистым лицом и до того опущенными уголками губ, будто она непрерывно кривила их в недовольной гримасе. Судя по одежде, это была обычная женщина - не маг. Женщина выскочила из -за конторки, расположившейся в дальнем конце холла.

- Каждый раз одно и то же, - бубнила она, приближаясь к ним, - как вареньем им тут помазано, шлю...

- Мы заселяться, - холодно прервала ее Ида, не дожидаясь более прямых оскорблений и жестом останавливая сестру, явно уже готовую ринуться в бой - причем не исключено, что в самом прямом смысле. Если Ада решит вцепиться в волосы гадкой бабке, вряд ли ее остановит уважение к почтенным годам!

- Заблудились, значит! - рявкнула старуха. - Тут девок не селят!

- Девок, может, и не селят, - стараясь держать себя в руках, все так же ровно ответила Ида, - а мы студентки. Я поступила на факультет драконьей авиации, со мной моя сестра, и по личному распоряжению декана Легана мы будем жить именно здесь.

Старуха сначала изумленно-насмешливо приподняла брови и мелко захихикала.

- Чего только не сочинят, лишь бы пролезть! Разных сказок я тут наслушалась, но чтоб девка на драконьем факультете!

Пришлось со вздохом лезть в поясную сумку за документами. Интересно все же, кто эта невежливая старуха? Вахтерша? Да, с вахтершами так часто бывает...

Документы она изучала долго, приближая их к глазам, разглядывая на просвет и едва не облизывая - хотя никто бы уже и не удивился!

- Что за чушь! Куда я вас поселю! - бросила она наконец в сердцах. Девушки синхронно независимо пожали плечами, а старуха, подняв, наконец, глаза, остановила их на Кее.

- А ты еще кто? Ты тоже не из ритхов!

Точно, на факультете же учатся только ритхи, вспомнила Ида.

- Я просто помог знакомым.

Это с нами.

- Мужиков не водить! - рявкнула старуха тем же тоном, каким до этого вопила о “девках”. - Заселиться не успели, уже мужиков ведут!

Кей с вытянувшимся лицом повернулся к девушкам.

- Через пару часов ужин. Вам же хватит времени, чтобы устроиться? Я буду ждать у выхода!

Едва дождавшись слаженного кивка, он как -то моментально испарился.

- И не думайте, что раз к мужикам просочились, я вам тут позволю гульки устраивать! -продолжала тем временем старуха.

- А вы кто вообще? - не слишком вежливо, но терпение Иды и без того уже было на исходе!

- Комендант!

- А звать как? - не менее невежливо, но по делу вмешалась Ада.

- Можете называть меня тэри Гава.

- Тэри... как?! - оторопело переспросила Ида, а Ада тихонько прыснула.

- Гава! - снова рявкнула комендантша. И вышло у нее до того похоже на скандальный “гавк” бабки Зинкиной брехливой дворовой собачки Муськи, считавшей своим долгом облаивать каждого прохожего, что обе девушки, не выдержав, все-таки расхохотались. Ида изо всех сил старалась сдерживаться и зажимала рот рукой, а ее сестра хохотала откровенно и искренне, вытирая с глаз слезы, пока старуха все сильнее багровела от злости, не понимая причины веселья, но подозревая худшее.

- И-и-и-извините, - нашла в себе силы простонать Ида. - Это. это нервное. Понимаете, у нас сегодня день. сложный. Это мы не вам. не над вами. не.

В последний день перед началом занятий тэри Гава лично дежурила на вахте, чтобы проследить за заселением первокурсников. И размещение двух девушек в полностью мужском общежитии действительно было серьезной проблемой.

Собственно, единственным выходом казался тот самый, что меньше всего ей нравился -отдать наглым девкам, вкравшимся на ее территорию, шестой этаж!

Факультет драконьей авиации всегда был элитным, и учились здесь отпрыски знатнейших семейств ритхов. Комнаты, как и во всех общежитиях академии, были рассчитаны на двоих. Но селили в них нередко и по одному - благо комнат хватало. И они немало отличались от тех, в которых жили студенты прочих факультетов. Редко на каком курсе факультета оказывалось больше пяти студентов - а иногда бывало и меньше.

Первый этаж общежития целиком занимали холл и хозяйственные помещения. А жилых комнат в нем было всего 19: шесть на втором этаже, шесть на третьем, четыре на четвертом, две на пятом и всего одна - на шестом. Комната шестого этажа уже своей отдельностью и уникальностью отличалась от прочих. А если учесть, что она была еще, пусть ненамного, но больше остальных, легко понять, что именно туда обычно селили самых “непростых” студентов.

Вот только именно комната на шестом была и единственной возможностью не селить девиц в общем коридоре с парнями. Можно даже запирать лестницу на ночь! А тэри Гава ни на секунду не сомневалась, что это необходимо - девок только пусти!

Дверь между тем захлопала - раз и другой. Компания старшекурсников прошествовала к лестнице, оглядываясь на девушек и переговариваясь. Еще один молодой ритх - на сей раз незнакомый - остановился и, заметив девушек, присвистнул. Дверь снова хлопнула, и двое служащих внесли чемоданы. В списке тэри Гавы на заселение оставалась еще одна фамилия - должно быть, задержавшийся наконец прибыл. Нужно было разбираться с девицами поскорее.

Ключи она почти швырнула на конторку.

- Комната 19, шестой этаж. Имейте в виду, после 23 часов общежитие закрывается. Не успели - ночуете там, где шлялись. Хоть под кустом. И зарубите себе на носу: дверь в лестничном пролете на шестой этаж на ночь будет запираться! Я прослежу лично и поручу всем вахтерам. За бельем и формой зайдете к кастеляну, это на первом. И чтобы просто так мне по общежитию не слонялись, ясно?

- Ого! - молодой ритх тем временем, не обращая внимания на суровую комендантшу, откровенно разглядывал близнецов. - А говорили, сюда девчонок не пускают! Да здесь будет не так скучно, как я рассчитывал! Я Сирш Вириус, а...

- А мы пойдем заселяться! - поспешно прервала его одна из девушек, заметив, как снова багровеет на глазах тэри комендант. - Спасибо, тэри Гава!

Сцапав ключи и подхватив под руку сестру, Ида потащила ее к широкой лестнице за конторкой.

- Значит, девятнадцатая? Я зайду в гости! - под рычание комендантши крикнул им вслед Сирш Вириус.

- Чтоб тебя, - бухтела Ида, поднимаясь по лестнице. - Надо было этому недоумку к нам клеиться при этой церберше!

Ада пожала плечами.

- То ли еще будет. Насчет парней с твоего факультета нас точно не зря предупреждали.

Разговор об этом незадолго до их отъезда затеял тисс Тристобаль, и поговорить он решил с дочерьми наедине, чтобы не давать супруге лишних поводов для страхов и беспокойства. А вот девочек он посчитал нужным предупредить обязательно, и специально пригласил их в свой кабинет.

- Ида, тебя это особенно касается! На твоем факультете только они и будут. впрочем, их на всех факультетах хватает, так что прошу вас обеих: будьте осторожны. Я понимаю, что влюбляться свойственно юности.

- Кх-кхм, - скромно кашлянула Ида и опустила глаза. Ада хихикнула.

- Ничего смешного! Это вам так кажется, что вы опытные умудренные жизнью дамы!

Что бы там ни было у вас в прошлом, сейчас вы - юные девушки, и я уверен, что вы сами вскоре это осознаете. Может, разве что чуть менее наивные, чем большинство ваших ровесниц. Но вряд ли это вас спасет. Эти юноши кажутся девушкам очень привлекательными. И они умеют красиво ухаживать. Просто помните главное: ритхи немного... иначе относятся к женщинам.

Ида задумчиво кивнула. О том, как устроено общество у ритхов, им уже рассказывали на уроках. Вроде бы во всем остальном они были едва ли не цивилизованнее людей - но патриархальный уклад диктовал свои правила.

У людей женщины не только сами решали свою судьбу, работали и учились наравне с мужчинами, но и вполне могли себе позволить отношения до брака, за которые никому бы не пришло в голову осуждать их - тоже наравне с мужчинами.

У ритхов все было иначе. Мужчина у них тоже мог и в сто лет оставаться еще холостым, а вот девушек обычно выдавали замуж совсем юными - и, разумеется, непременно невинными. Мораль для мужчин и женщин сильно отличалась. И девушки из высшего общества у них учились только в специальных учебных заведениях, где их готовили к семейной и светской жизни.

В итоге в смешанных академиях вроде Облачной, где учились представители обеих рас, девушки-студентки были только из числа людей. А разница культур приводила к множеству неприятных ситуаций.

Конечно, с точки зрения ритхов именно их уклад был единственно верным. И соответственно, к человеческим девушкам, куда более свободным в поведении и нравах, чем ритханки, они относились несколько. своеобразно. Многие молодые ритхи попросту считали их поголовно доступными и рассматривали исключительно как удобное развлечение. И вели себя так, как никогда не позволили бы себе с соплеменницами.

А их юные сокурсницы далеко не всегда понимали это - и часто всерьез влюблялись. Результатом становились бесконечные трагедии и множество разбитых сердец.

- Словом, - тщательно подбирая слова, заключил тисс Тристобаль, - я попросил бы вас не заводить романов с ритхами, не убедившись, что ваши с юношей намерения, планы и чувства действительно совпадают.

- Я поняла, - серьезно кивнула Ида.

- Тю! - фыркнула Ада. - Авось отобьемся!

Сейчас, поднимаясь по лестнице к своей комнате, они осознавали, что проблема может быть куда серьезнее, чем им представлялось поначалу. Ну да, никто как-то не планировал заранее заселение именно в мужское ритховское общежитие. Но из -за Котангенса выбора все равно не оказалось - так что придется как-то выкручиваться.

Подъем казался каким -то бесконечным - этажи здесь были высокими. Каждый из них отделялся от лестничной площадки проемом с двустворчатыми дверями - сейчас открытыми на всех этажах.

- Может, и к лучшему, что она наш этаж собралась на ночь запирать, - задумчиво проговорила Ида. - Если там, конечно, нет других жильцов. Но о пожарной безопасности здесь определенно никогда не слышали.

- Та хай ту безопасность... а вот шоб им лифты не поставить, а! Я уж запарилась!

Ида хмыкнула.

- Может, надо было меньше халтурить на тренировках? Маг воздуха с одышкой - это даже забавно. Наверное, они считают, что студент должен быть резв и поджар, а лестницы очень этому способствуют.

- Я щас как та Гава гавкать начну, - набычилась Ада. - В мои годы. и вообще, я чемоданы тащу!

На очередной лестничной площадке их поджидала та самая компания старшекурсников, что проходила мимо внизу.

- Помочь? - снисходительно спросил один из ритхов, с самым самодовольным видом прислонившийся к стене, сложив руки на груди. Ну конечно, именно на предпоследнем этаже - самое время предлагать помощь!

- Справляемся! - одновременно рявкнули девушки, ускоряя шаг, насколько это оказалось возможно.

- Какие строгие! - хмыкнул ритх, не делая, впрочем, попыток приблизиться.

- Да куда они денутся, - протянул его приятель.

- Ну да, поначалу они часто строят из себя.

- Не обращай внимания, - тихо буркнула Ида сестре.

- А может, - та все-таки оглянулась с надеждой, - хоть волосенки повыдергаем? А?

- Что, всем?

- Ну. хоть парочке.

- Давай в другой раз? - с некоторым даже сожалением вздохнула Ида. Не то чтобы она действительно планировала драться с парнями, но выяснять отношения и ставить недоумков на место, похоже, придется. Однако лучше все же не сейчас - когда обе они устали и на взводе. Да уж, учеба начинается. декан наорал, - мысленно начала она загибать пальцы, - комендантша наорала, будущие сокурсники - лучше бы уж орали, ей-богу. Интересно, что-нибудь хорошее сегодня случится?

- Шестой! - блаженно выдохнула Ада, расплываясь в улыбке.

Коридора как такового на шестом этаже не было - только небольшая площадка с единственной дверью, на которой и обнаружился искомый номер “19”.

Дверь отпирали с некоторой опаской - мало ли что им вредная комендантша подсунула!

У Иды вертелись в голове сюжеты прочитанных “академок”, где героинь нередко селили в каких-нибудь чуланах. Да и собственные воспоминания об университетском общежитии не добавляли оптимизма.

Комната оказалась просторной и залитой светом, с легкой белой мебелью и большими окнами. У стен расположились две кровати - довольно широкие, совсем не того казарменного вида, что ожидаешь обычно от общежития. В изголовье каждой примостилось по прикроватной тумбочке со светильником на гнутой ножке. У окон стояла пара письменных столов, а между ними - чайный столик с двумя удобными креслами.

Никаких шкафов здесь не было, зато за дверцей в углу обнаружилась небольшая гардеробная, а за еще одной - туалет и даже собственная ванная.

- Живем! - радостно заключила Ида после краткого осмотра.

- Ну шо... половичков постелить, шторки повесить и ничо, жить можно, да, - покивала ее сестра.

- Ой, не жила ты общагах, баб Зин! Да это ж хоромы, и все - нам одним! Да я практически люблю эту Гаву!

- Да. - вздохнула та, - только нам по той лестнице туда -сюда каждый день гоцать. И вся эта братия там будет.

- Разберемся! Со всем разберемся! - Ида подбежала к окну и радостно улыбнулась. Из окна открывался чудесный вид на парковые аллеи и на шпили и башни академии. Но главное - отсюда было отлично видно загон Котангенса, который как раз возился, выбираясь из своего домика. Идеально!

Глава четырнадцатая. Не все ритхи одинаково полезны

Утро первого учебного дня началось с адской головной боли. Гонг, ударивший одновременно во всех общежитиях академии, возвестил общую побудку и отозвался в голове таким коктейлем ощущений, что открывать глаза в этот жестокий мир расхотелось совершенно.

“Просто приходил Сережка. погуляли мы немножко!” - почему-то всплыло в памяти. Или в оригинале было все-таки “поиграли”?

- Та шоб им тот будильник в ухо сунуть да провернуть! - простонала где-то сестра. Первый учебный день!!

Да чтоб тому Сережке. то есть Сиршу Вириусу. Новому сокурсничку! Вот интересно, а он-то как в итоге в общагу пробирался? Или все-таки ночевал в кустах?

Где-то тяжело поднялась с постели и затопала Ада.

- Ох и рожа у тебя... чем жеж тебе лоб -то намазать, а?

Лоб? Ида поднесла руку ко лбу и поморщилась.

Ну да. Это у нее ни с какого не с похмелья голова болит. Организм -то молодой, откуда бы взяться похмелью? Он еще и не то переработает. А вот если этот организм хорошенько приложить об стенку самым дорогим. головой то есть!

Сестрица родная удружила. И ведь не со зла совсем! Просто промахнулась немного. И вообще, где уж тут жаловаться, когда, если б не сестрицины таланты, ночевать бы им и вовсе в тех самых кустах, как Гава накаркала. Ну или принимать чьи -то там любезные предложения. многочисленные. Как-то не очень хотелось бы. Мы уж лучше лоб сейчас замажем. ну, чем-нибудь да замажем.

Со старческим кряхтением Ида сползла с кровати, восстанавливая в памяти события вчерашнего вечера.

Нет, начиналось все просто замечательно.

Отдохнувшие и повеселевшие, они спустились вниз, где, как и договаривались, уже ждал их Кей. И первым делом он повел их ужинать в столовую, расположенную в отдельном здании.

- Наш транспорт, - жестом фокусника Кей показал девушкам на то, что они меньше всего ожидали увидеть именно здесь: расположенную чуть поодаль от входа в их общежитие. стоянку самокатов, которые мало чем отличались от самых обычных земных. - Смотрите, тут все просто. Одной ногой становитесь на доску, второй отталкиваетесь. Если надо ускориться - нажимаете вот сюда и регулируете, там артефакты встроенные. Если катаетесь после заката, вот здесь можно подсветку включить.

Девушки переглянулись с одинаковым сомнением во взглядах. Зинаида родилась и долгое время прожила в городе, где в последние годы на улицах было полным-полно молодежи на электросамокатах, и даже, кажется, прокат их был - но сама она никогда этим не интересовалась и не пробовала такой способ передвижения. Что до бабки Зинки, то для нее, прожившей всю жизнь в своей станице и не выбиравшейся дальше райцентра, самокаты и вовсе были исключительно детскими игрушками.

- Нам точно это надо? - первой озвучила свои сомнения Ида.

- Иначе вам придется очень, просто очень быстро бегать. да ладно вам, все правда просто! И упасть с него невозможно! В любой момент тормозишь ногой, и все. А скорость включать никто вас не заставляет. Привыкнете, тогда и будете пробовать.

Пришлось все-таки громоздиться на этот сомнительный транспорт и осторожно, под смешки Кея, пробовать отталкиваться и тормозить. Благо дорожки здесь были идеально ровными.

А когда удалось расслабиться и начать обращать внимание не только на дорожку под колесами, стало ясно, что здесь таким способом действительно передвигаются многие. Сразу по прибытии девушкам было не до того, чтобы разглядывать встречных - да и, если честно, прохожих-проезжих тогда особенно не было, хотя народу хватало. Все просто топтались группками и обсуждали - судя по взглядам и долетавшим до них репликам, именно их, сестер Виленто, преимущественно и обсуждали.

Сейчас же местная маленькая сенсация слегка потеряла свежесть - да и, в конце концов, в Облачной академии, где учатся и будущие гении -конструкторы, регулярно изобретающие что-нибудь взрывоопасное, и лихачи-пилоты, едва ли не ежедневно случается какое -нибудь ЧП, тянущее на небольшой локальный конец света. Так что, обсудив животрепещущие новости и убедившись, что ярких зрелищ больше не предвидится, студенты и преподаватели разошлись благополучно по своим делам - кто готовиться к началу занятий, кто устраиваться на новом месте, а кто и праздновать встречу с сокурсниками. Так что сейчас мимо в разных направлениях постоянно деловито сновали люди и ритхи.

- Территория академии большая, - объяснял Кей по дороге, - общежития и корпуса разных факультетов довольно далеко друг от друга. Это не говоря уже о столовой и полигонах. А есть еще и общие дисциплины, на первых курсах их большинство, и побегать между разными корпусами придется. Если на своих двоих передвигаться, на все пары будете опаздывать. Поэтому возле каждого корпуса и общежития есть вот такая стоянка. Преподы в основном на магопланах летают. Некоторые из студентов тоже, у кого денег хватает... ну и порисоваться хочется. Хотя среди преподов есть те, кто просто работает только в своем кабинете и не бегает по всему острову. А некоторые ходят ногами или тоже на самокатах.

Магоплан, припомнила Ида, на таком когда-то прилетал тот ритх, родственник декана. Магопланы представляли собой аналог дельтапланов - планеры, но с магической составляющей и чуть отличающейся конструкцией. Собственно, главным их преимуществом было то, что они складывались. Не то чтобы компактно, но их все же реально было носить с собой. Размах крыльев магоплана был немногим шире размаха человеческих рук. И, конечно, главное: за счет магического импульса магоплан мог стартовать практически с места - достаточно взять небольшой разбег или подпрыгнуть -и набирать высоту. Правда, дальше приходилось уже балансировать и планировать, так что пользоваться им нужно было еще уметь - и нельзя сказать, чтобы это было совсем уж безопасно. Да и физических сил требовало немало.

Ида готова была спорить на свой ужин, что Джемайя Виленто в бытность свою студентом форсил по академии на магоплане. Жаль, побиться об заклад не с кем. Ни Ада, ни Кей тоже в этом не усомнятся.

Однако идти по стопам дядюшки девушки пока точно не планировали. Тут к самокатам бы привыкнуть!

Столовая оказалась обширным зданием и первым из встреченных здесь одноэтажным. Будто в компенсацию невеликой высоты, вдоль фасада так густо теснились тонкие белые колонны, что вход не сразу удавалось разглядеть между ними.

- На окраинах острова есть еще несколько кафе, - объяснял Кей, - но на самом деле туда все равно не набегаешься, так что завтракают и обедают почти все в столовке. А ужинают уже кому где больше нравится. Девчонки некоторые, кому не лень, даже готовить на грелках для чая умудряются.

Ада заинтересованно вскинула глаза, а Ида мысленно хмыкнула. Сестренка еще дома все рвалась на кухню - проинспектировать, как готовят повара, а то и самостоятельно что-нибудь сотворить по личному особому рецепту. Увы, из -за постоянной учебы времени на это вечно не хватало. Ида сильно сомневалась, что оно появится сейчас.

В столовой было многолюдно. По обстановке она напоминала вполне современное кафе, только очень большое - с легкими круглыми столиками без скатертей, матовыми шариками-лампами под потолком и плывущими по воздуху аппетитными ароматами. Столики были рассчитаны на пять-шесть едоков, и некоторые из студентов -старшекурсников сдвигали по паре столов вместе, чтобы поместиться большой компанией. Одну из стен занимали широкие окна, другая была украшена многочисленными и будто без всякой системы развешанными картинами разного размера. На всех картинах было небо - с парящими в нем дирижаблями, самолетами, магопланами или даже просто облаками.

Раздача обнаружилась у дальнего торца помещения, и идти к ней пришлось через весь зал по проходу между столиками. И лишь обратив внимание, как оглядываются им вслед, а иногда и замолкают при их приближении сидящие, Ида с досадой подумала, что стоило бы переодеться. Если бы они с сестрой не были единственными здесь девушками в брюках, вряд ли все подряд так сходу опознавали бы в них виновниц сегодняшнего переполоха.

Да ну и черт с ними со всеми, решила она наконец. В конце концов, не вечно же прятаться. Пообсуждают да и забудут.

На раздаче обнаружилась очередь, в которой без разбора стояли и люди, и ритхи. Разве что преподавателям не приходилось ждать - их столики стояли отдельно, и к ним работники столовой подходили сами.

Студенты же, как во всякой столовой, брали подносы, дожидались своей очереди, делали выбор, получали свои порции и самостоятельно топали с добычей в поисках свободного столика, если не находилось приятеля-доброхота, который занял бы им место заранее.

Именно поиском свободного места и занималась наша троица так старательно, что не сразу заметила, что один из ритхов за столиком у окна усердно машет именно им.

- Эй! Девчонки! Да девчонки же! Девятнадцатая комната! Айда к нам!

Девушки переглянулись. За столиком сидели двое, и одним из них был тот самый мальчишка-ритх, что заселялся сегодня.

- Это, наверное, с моего факультета... знакомиться все равно придется, - неохотно начала наконец Ида.

- Ну так и шо теряться? Айда, все равно мы тут свободное место еще долго будем искать,

- пожала плечами Ада и решительно направилась к разом разулыбавшемуся парню.

Ну. по крайней мере, этот ритх был, кажется, единственным здесь, кто при всем своем нахальстве не начал сходу ни хамить, ни орать. Если не считать, конечно, ученика тиссе Тории. Успокоив себя таким образом, Ида двинулась следом.

Кей нахмурился, однако молча потопал за девушками.

- Мы с другом, - первым делом объявила Ида. Если здесь не рады видеть Кея, то.

- Я Сирш, - ритх кивнул вполне приветливо. - Садись, парень, места хватит. А это мой брат Риз, он на третьем курсе.

- Кей, - парень протянул руку, и оба ритха серьезно ее пожали. - С авиаконструирования.

Может, не так уж все и плохо с этими новыми сокурсниками?

Правда, внешне Сирш Иде не нравился категорически. Уж слишком был... смазлив. Да, пожалуй, именно это слово подходило тут больше всего. Ритхи, судя по уже виденным образчикам, были вообще красивой расой - во всяком случае, их мужчины, поскольку встречать ритханок сестрам Виленто до сих пор не доводилось. Но и Айсен Леган, и его родственник - декан были привлекательны взрослой мужской красотой. А вот Сирш Вириус походил на красавчика из аниме: тонкий, гибкий, с почти по -девичьи гармоничными чертами лица. Впечатление лишь усиливали выразительные ярко-синие глаза и абсолютно снежно-белые волосы до лопаток, собранные в низкий хвост. При этом несколько прядей картинно выбивались и спадали на лицо. И судя по недвусмысленно -многообещающим улыбкам, этот парень определенно привык к успеху у девушек.

Зинаида всегда терпеть не могла этот типаж - но парень, во всяком случае, не производил впечатления ни хама, ни того, кто станет грубо добиваться своего силой. Просто нахальный и самоуверенный юнец. Не злой и по-своему даже действительно обаятельный. Главное - сразу расставить границы, решила она.

Риз походил на брата телосложением, однако отличался более темными волосами с фиолетовым отливом и серьезным взглядом. И если у Сирша рот почти не закрывался, Риз говорил мало и предпочитал слушать.

Кей тоже предпочитал больше помалкивать - как показалось Иде, настороженно. “Интересно, он за что-то не любит ритхов?” - подумалось ей. Или это он из -за девушек?.. А еще странно, что его самого никто в столовой не окликал. Он -то не первокурсник, который еще никого не знает.

Впрочем, на вопросы, обращенные к нему, Кей немногословно, но спокойно отвечал. Например, рассказал, откуда он знает сестер Виленто, одна из которых, неслыханное дело, будет учиться на драконьем факультете.

Больше всего Сирша интересовала, конечно, именно Ида, хотя складывалось впечатление, что он боится забыть, кто из девушек где сидит, чтобы не перепутать их.

А еще, странное дело, хотя Сирш, казалось, говорил без умолку, он ухитрился почти ничего не рассказать о себе и своей семье, зато выспросить изрядную часть истории отношений семьи Виленто и дракона Котангенса. Риз прислушивался к разговору не менее заинтересованно, но вести “допрос” предоставлял брату. Было заметно, что оба Вириуса с трудом верят всему услышанному.

Но, разумеется, о главном ни одна из девушек так и не обмолвилась ни словом - о том, почему на самом деле Котька оказался связан со своей хозяйкой. Эта тайна была не тем, чем стоило делиться с первыми встречными ритхами, и это отлично понимала даже Ада.

- А вы сейчас куда? - непринужденно спросил Сирш, когда девушки, отдав должное вкуснейшему ужину, отодвинули тарелки.

- Я собирался показать девочкам академию, - сообщил Кей.

- О! А на вечер какие планы? Я тут пообщался с другими факультетами, у нас -то первокурсников мало, а народ собирается отмечать поступление...

- Что значит - отмечать? - нахмурилась Ида. - Завтра же первый день учебы!

- Ой, да ладно тебе!

- Ой, да ладно тебе! Все первокурсники отмечают поступление, начало новой жизни и все такое, и преподы отлично об этом знают - что они, сами студентами не были? У нас просто факультет самый маленький. И девчонок... ну, то есть обычно девчонок нет, и наши всегда прибиваются или к летчикам, или к инженерам, или еще к кому.

- Мне это не нравится! - вмешался хмурый Кей. - Я обещал.

- Оооо, - закатил глаза Сирш, - а сам ты, конечно, на первом курсе.

- Я - совсем другое дело, - перебил его верный ученик тиссе Тории. - А это юные тиссе из хорошей семьи, и если кто-то.

- Да все будет отлично! Можно подумать, другие девчонки не такие же тиссе.

- А я б да! - неожиданно решительно вмешалась Ада. - А шо б нет? - и уже шепотом по-русски добавила только для сестры, - ну шо ты кочевряжишься-то? Сколько можно вкалывать, отдыхать иногда тоже надо!

Ида напряженно размышляла. Вообще-то из двух позиций она однозначно предпочла бы ту, что отстаивал знакомый и точно желающий им только добра Кей. Вдобавок и сама она не была уверена, насколько они с сестрой с их своеобразным прошлым впишутся в беззаботную студенческую тусовку.

А с другой стороны. вписываться-то все равно придется. И знакомиться с людьми надо. Им здесь жить и учиться. А еще - когда-то, в прежнем мире, она, Зина, сознательно отстранилась от всей “неформальной” студенческой жизни после второго курса. Ну как же - замужней даме все это ни к чему, да и деловую репутацию мужа портить нельзя, и объясняться с ним как-то не хочется. А все-таки то совсем недолгое время в ее жизни, когда она была еще нищей юной студенткой, вспоминалось потом почему -то как самое лучшее. Беззаботное и безбашенное. свободное.

И вдруг невероятно захотелось по-настоящему вернуться в то самое время. Добрать все то, чего недополучила в своей первой юности. Побыть самой обыкновенной студенткой. Такой же, как все вокруг. Не помнить постоянно где-то в глубине души, что она взрослая женщина, а просто легко идти по жизни, в которой открыты пока все дороги. Ведь и в самом деле, здесь и сейчас - открыты. Здесь и сейчас - нет у нее никакого прошлого, и вся ее новая жизнь - впереди.

Врать самой себе она не любила, а потому просто задалась вопросом - чего же ей хочется сейчас на самом деле?

- Ладно, - объявила она. - Мы пойдем. Но в 23 часа нам надо быть в общежитии!

Я пойду с вами, - мотнул головой Кей, смиряясь с неизбежным.

*

Первокурсники сразу с нескольких факультетов собрались в одном из кафе на окраине острова. Впрочем, как оказалось, и студентов со старших курсов здесь было совсем немало. Кто-то, как Риз и Кей, явился вместе с младшими братьями, сестрами или приятелями, кто-то просто не упускал ни одного случая повеселиться, а кто-то явился специально, чтобы посмотреть на новеньких первокурсниц. Все -таки, хотя на все факультеты, кроме драконьего, девушек принимали на общих основаниях, в Облачной академии их традиционно было немного. Так что внимания каждой из них неизбежно доставалось чуть более чем достаточно.

Сестры Виленто прочувствовали это на собственной шкуре в полной мере. Они наконец переоделись, их наряды теперь мало отличались от платьев большинства девушек здесь -но оглядываться на них и шушукаться продолжали. Прислушавшись к перешептываниям и обратив внимание на других девушек, Ида вдруг поняла: точно так же оглядываются на каждую. И каждую обсуждают. Парни просто присматриваются к немногочисленным будущим соученицам.

Что до самих девушек, они вели себя по-разному: одни радовались свалившейся на них популярности, расточали многообещающие улыбки и кокетничали напропалую, другие смущались.

Сирш, заметив, что спутницы не слишком охотно поддаются его несомненному обаянию, решил не терять времени даром, и вскоре уже довольно нахально ухлестывал за хорошенькой блондинкой, явно не имевшей ничего против. Впрочем, к его чести, сестер из виду он все-таки не упускал. А если учесть, что рядом с ними еще и постоянно маячил Кей, отпугивавший слишком уж настойчивых кавалеров, Ида чувствовала себя так, будто пришла на вечеринку в компании старших братьев. “Ну и отлично”, - со смешком подумала она. По крайней мере, под таким присмотром опасаться им точно нечего. Правда, имена и лица новых знакомых уже сливались, народу оказалось слишком много, чтобы было реально возможно с кем -то пообщаться.

Вот с алкоголем вышла небольшая накладка. Большинство студентов пили легкий пунш или сидр, который с поклонами подавали официантки - для общего веселья этого вполне хватало. Музыканты в углу наигрывали что-то ненавязчивое, а судя по тому, как уже сдвинули столики в центре зала, предстояли и танцы.

То, что какой-то ушлый тип, вившийся вокруг, подсунул Аде бокал с чем -то явно покрепче сидра, заметил, к счастью, Кей - и молча отнял.

- С ума сошла?! - прошипела Ида на ухо сестре.

- А шо? - та пожала плечами. - Ой, я тебя умоляю, шо я, пить не умею? Та баба Зина такой самогон гнала...

- Не умеешь! - сердито возразила она. - Разумеется, не умеешь! Ты забыла, что у тебя теперь другое тело, и оно к токсинам совсем непривычное? Хочешь от одного бокала под стол упасть? Вон, пунш пей, раз уж так хочется!

Озадаченно примолкшая Ада все-таки взяла пунш. А Ида, подумав, последовала ее примеру - да почему бы и нет, в конце концов, он в самом деле легкий, а у них тут новая жизнь начинается...

Как стало ясно гораздо позже, совершила она при этом ту же ошибку, в которой упрекнула сестру: соразмеряла свои возможности и реакции со своим прошлым, а не нынешним организмом. Уверена была почему-то, что немного легкого сидра или пунша ну никак ей не повредит, разве что чуть веселее станет. Вот только сестры Виленто в этой жизни не пили никогда вообще - если не считать символические полбокала вина на семейном ужине в честь их поступления в академию. Позднее она вспоминала, что была у нее в прошлой жизни сокурсница, которая не пила совсем никогда, и ей буквально стоило понюхать пробку от шампанского, чтобы пойти вразнос.

Вразнос они, к счастью, все-таки не пошли - но очень скоро обнаружили, что повеселели чуть больше, чем следует. Ида и сама не поняла, как сестра затащила ее в круг танцующих.

Танцы здесь изрядно отличались и от знакомых дискотечно -клубных, и от земных бальных. И, конечно, они тоже различались на официальных мероприятиях и в кафе или на студенческих вечеринках. К счастью, их учили основам тех и других, так что особенно опозориться здесь она не боялась. Партнеры выстраивались друг напротив друга рядами, сходились и расходились, менялись местами, ходили по кругу, притопывали и прихлопывали - все это в довольно быстром темпе. А поскольку многие танцоры были уже в изрядном подпитии, практически все регулярно путали шаги и партнеров, наступали друг другу на ноги, поворачивали не в ту сторону - но все это было легко и весело и вызывало у окружающих только смех. Правда, иногда приходилось бить по рукам кого-нибудь из партнеров - если слишком увлекались и пытались под прикрытием очередной фигуры танца прижать к себе потеснее или выразить свою симпатию вручную.

Кей, трезвый и почему-то злой, как все черти, танцевал рядом, пытаясь присматривать одновременно за обеими сестрами.

Запыхавшись в конце концов, Ида вырвалась из круга танцующих и решила поискать тихое место, где можно присесть и отдышаться, не отбиваясь от настойчивых кавалеров.

Местечко такое нашлось в углу за большим декоративным растением в кадке - вряд ли она стала бы туда заглядывать, если бы не искала возможности уединиться. Правда, тихий уголок оказался уже занят.

Девчонка с перепуганными глазами сидела на подоконнике и с тоской смотрела в окно. На Иду она едва оглянулась.

- Не открывается, - сообщила она. - Я пробовала!

- А ты что, хотела сбежать через окно? - Ида недоуменно приподняла брови.

- Ну да. К двери надо через зал идти. А я боюсь! Они опять будут. хвататься! Я до двери не дойду!

Хмыкнув, Ида присела на подоконник рядом. Возможно, она недооценила “присмотр” Кея и Сирша, и с ней самой окружающие парни вели себя относительно прилично не просто так?

- Так уж и хватаются?

- Еще как! - насупилась девчонка. Ида окинула ее оценивающим взглядом. Скромное платье, щуплая фигурка, какого-то мышиного в этом тусклом освещении цвета волосы, собранные в низкий хвост - не блистательная красавица, но и вовсе не уродина. А может, дело как раз в этой бросающейся в глаза скромности? Девочка может казаться кому -то... легкой добычей.

- Я вообще не хотела никуда ходить, - уныло сообщила она. - Это меня девчонки из моей комнаты потащили. А сами тут же бросили, обе сразу себе кавалеров нашли. А я не хочу заводить кавалеров, я сюда учиться приехала!

Мия оказалась тиссе из не самой знатной семьи - и сокурсницей Ады. Она поступила на факультет малой авиации, хотя Ида никак не могла вообразить эту перепуганную мышку в роли отважной летчицы за штурвалом самолета. Но для семьи Мии ее поступление в самую престижную академию двух стран было большим праздником - и в то же время поводом для нешуточного беспокойства. Ее родители, отпуская ребенка из дома, волновались не хуже, чем тиссе Тория. А может, и больше: она -то и в самом деле была ребенком. И советов ей надавали, и по поводу страшных и ужасных ритхов настращали, как могли.

- Я их боюсь, - пожаловалась она. - Они так все смотрят. и не только ритхи, наши парни тоже! Ужас что такое.

- Слушай, - уверенно прервала ее жалобы Ида. - Никто же тебя насильно не заставляет. ну, ничего не заставляет. Они просто думают, что ты сама хочешь найти парня, только стесняешься. А многим парням это как раз и нравится. А своим соседкам в следующий раз порешительней возражай. Силком тебя бы тоже никто никуда не потащил.

- Я знаю, - вздохнула Мия. - Просто я так не умею. я пока придумываю, что надо сказать, вечно оказывается, что за меня уже все решили.

- Я тебя со своей сестрой познакомлю, - посулила Ида. - Она, наоборот, обычно сначала делает и говорит что хочет, а потом уже начинает думать. Вместе будете отлично смотреться. Хочешь, я тебя провожу к выходу?

- Хочу, - тоскливо ответила Мия. - А как ты меня проводишь? К тебе разве не цепляются? А еще там темно, я по острову одна идти тоже боюсь. я надеялась, что скоро мои соседки тоже домой соберутся, поздно же уже, и я с ними вместе пойду, только я их обеих уже давно вообще не вижу.

- А который час? - спохватилась Ида.

- Скоро одиннадцать. - тоскливо сообщила новая знакомая.

Черт!

То-то и музыка замолкла. наверное, все давно расходятся!

Подхватившись с подоконника, Ида решительно сцапала девчонку за руку и потащила в зал.

Тем временем обстановка в кафе изменилась. Больше никто не танцевал, зато посреди зала Кей тряс за грудки какого-то ритха. Ада с абсолютно круглыми глазами пыталась его оттащить - безуспешно, разумеется, хотя ей помогал еще один незнакомый парень. Его противника крепко держали за локти Сирш и Риз.

Забыв о Мие, Ида вихрем кинулась к своим.

- Что случилось?!

Ада, оставив свои безуспешные попытки, подскочила к сестре.

- Этот поганец пытался меня лапать, - горячо зашептала она Иде на ухо. - А я ему по мордасам! А он... а тут Кей! А он хотел сразу Кея размазать магией, а тут наши подскочили! А я бы и сама его магией приложила, но я ж тогда и их приложу!

В какой момент Сирш и Риз стали “нашими”, Ида уточнять не стала. Главное, сейчас они на их стороне.

- Можно убежать сейчас! Пока они дерутся! - кто-то вцепился в ее руку, и обернувшись, Ида обнаружила рядом Мию.

- Нет, - предложение новой знакомой неприятно царапнуло. - Это наш друг. И он заступался за мою сестру. Надо как -то. как бы этого придурка успокоить?

- Мож по голове чем приложить, пока парни держат? - кровожадно предложила Ада.

- Тогда у нас могут быть неприятности, да и.

- Я могу усыпить, - неожиданно сообщила Мия и тут же смутилась. - Ну. это мой дар. Только мне надо к нему как-то так подойти, чтобы прикоснуться. И еще чтобы он меня не видел, а то я боюсь, он же потом проснется и вспомнит!

- Значит, подходим сзади, - практично решила Ида и тут же потащила новую подругу к месту событий.

Подкрасться сзади удалось благополучно. Правда, Мия в последний момент все -таки струсила и попыталась дать задний ход, но тут Ада настолько решительно ее подтолкнула, что девушка едва не упала на зачинщика беспорядков, с перепугу вцепилась в него - и тут уж ей не оставалось ничего, кроме как применить свой дар, пока он не успел обернуться. Этого она боялась все-таки больше всего.

Стоило Мие прикоснуться к затылку наглеца, как он обвис на руках Сирша и Риза, а Кей едва не потерял равновесие, не успев отойти. Оба ритха тут же оглянулись.

- Он будет в порядке, - тут же успокоила их Ида. - Просто выспится. Надо его куда -нибудь оттащить.

Дебошира под причитания официанток и хозяина кафе отволокли к одному из столов. Правда, оказалось, что положить его некуда - и спящего в итоге просто усадили на стул. Качнувшись вперед, он тут же уронил голову на стол - прямо в тарелку с какими-то закусками.

Музыка тем временем уже возобновилась, и танцующие начали возвращаться в круг. Подумаешь, небольшая потасовка - да на какой вечеринке без них дело обходится? Расходиться по общежитиям, похоже, никто и не собирался.

- А нам уже пора, - решительно сообщила Ида.

- Поддерживаю, - присоединился к ней Кей.

- Да все же только начинается! - едва ли не хором заныли Сирш и ее неугомонная сестренка. Интересно, где этот бабник потерял свою блондинку? А, нет, не потерял, вон она трется рядом с недовольным видом.

- Скоро одиннадцать!

- А я?.. - тут же захлопала глазами Мия.

- Мы сейчас проводим тебя, а потом пойдем к себе, - тут же пообещала Ида.

- Я с вами, - добавил Кей. - Провожу вас всех, а потом пойду домой.

- А ты успеешь?

- У нас комендант не такой строгий, с вахтером можно договориться, - он пожал плечами с таким беззаботным видом, который должен был всех убедить, что уж у него -то точно не возникнет никаких проблем.

Сирш обвел взглядом всех по очереди и тоскливо вздохнул.

- Ладно... я с вами, а то еще найдете без меня неприятностей.

- Но, милый!.. - блондинка вцепилась в его рукав, - мы же собирались.

- Не волнуйся, душа моя, - Сирш улыбнулся такой нежной и многообещающей улыбкой, что блондинка сразу доверчиво замерла, как суслик. А он тем временем аккуратно отцепил ее пальцы от своего локтя. - Я только провожу соседок и вернусь к тебе. я не забыл о наших планах! Сегодня я весь твой!

В итоге троих девушек провожали все те же - Кей, Сирш и по-прежнему молчаливый Риз. Недовольную блондинку оставили ждать в кафе. Мия косилась на спутников настороженно и взять себя под руку никому не позволила, но поняв, что приставать к ней никто не собирается, все же немного расслабилась. Стоянка самокатов обнаружилась неподалеку от кафе.

- “Сегодня я весь твой”! - передразнивала Ада уже по дороге с преувеличенным придыханием.

- А что, - ничуть не смутился Сирш. - Девчонка ничего, все при ней, и сама не против.

- Ты хоть имя-то ее помнишь? - насмешливо поинтересовалась Ида.

- Конечно! - уверенно сообщил ритх. - Лотта! Или Летта? Ой, нет, кажется, Летта - это ее подружка, такая темненькая, тоже, кстати, ничего. и вообще Литта все -таки...

Парни дружно хмыкнули, а сестры захихикали. Мия неодобрительно хмурилась.

А еще, уже встав на самокат, Ида вдруг осознала, что выпитый пунш подействовал на нее куда сильнее, чем она предполагала. Во -первых, потому что она сама заметила не слишком ровную траекторию собственного движения. А во -вторых, потому что вдруг поймала себя на желании попробовать нажать на “скоростную” кнопку и посмотреть, что из этого получится. Осознав это, эксперименты она себе тут же запретила - а затем объявила то же самое вслух Аде. Та только пожала плечами с независимым видом.

У дверей общежития летного факультета они оказались в последний момент. Пожилой вахтер уже вышел с ключами, и Мия, забыв попрощаться, рванула вперед с такой скоростью, что едва не упала с самоката.

- Подождите!

- Бегом давай!

Вахтер посторонился и пропустил ее.

- Спасибо! - крикнула она все-таки, оглянувшись на ребят. Вахтер зашел за ней следом и заскрежетал ключом.

- Ой! - до Иды вдруг дошло, что они все-таки опоздали. Прямо сейчас дверь их общежития тоже закрывается, а им еще туда добираться!

- Спокойно, - ухмыльнулся Сирш. - Не зря я с вами пошел! Со мной не пропадете!

“Может, он успел договориться с ночным вахтером? - размышляла она по дороге. -Какой полезный ритх!”

Однако все оказалось куда менее прозаично. И заодно выяснилось, что для некоторых общие правила - только повод придумать, как их можно нарушить.

Припрятанный в кустах магоплан Сирш извлек с самым торжественным видом.

- Надеюсь, вы не закрывали окна в своей комнате? Но если что, можете переночевать в нашей, мы с Ризом ничего не имеем против таких очаровательных соседок!

- Да щас! Размечтался! - тут же возмутилась Ада. - Открыто у нас окно. А он что, один?

- Ну да, поднимаемся по очереди, потом спускаем его вниз на потоке воздуха.

Т очно, ритхи же тоже управляют воздухом, припомнила Ида. Да о чем она думает?! Как они с сестрой вообще смогут управлять магопланом, они же не умеют!

- Мы не умеем летать на этой штуке! - озвучила она свои сомнения.

- Да не переживай, - беззаботно возразил Сирш. - Вы, главное, держитесь покрепче.

Вот за эту дугу беретесь и держитесь. Можете даже обе сразу, вы ж легкие. И подпрыгиваете одновременно, это будет проще, чем вместе разбежаться. Тут лететь -то всего ничего, даже пристегиваться необязательно. А направление я вам сам задам, ветром.

- Очень надо! Ветром я и сама могу! - гордо объявила Ада. - Я умею!

- Ты что, серьезно? - Ида схватилась за голову. - Ты собираешься вот на этом...

- А шо делать, - сестренка пожала плечами. Ой, какая -то она подозрительно смелая. -Домой-то как-то надо попасть. Не к Гаве же ломиться.

Это верно. другого выхода Ида тоже не видела, но этот ей решительно не нравился.

- Может, я к вашей Гаве сам постучусь, попробую объяснить. - нерешительно начал Кей. Суровая тэри Гава страшила его самого ничуть не меньше, чем девушек.

- С ума сошел? Это уж точно не выход. Она еще больше озлится, да еще и отличный повод получит. нет уж. Ладно. Тогда вместе, - поставила она условие. Не то чтобы это было чем-то безопаснее, но как-то. спокойнее, что ли?

Пристегнуться вместе было невозможно - все-таки магоплан рассчитан на одного пассажира.

Пристегнуться вместе было невозможно - все-таки магоплан рассчитан на одного пассажира. Чтобы поместиться вдвоем, да еще и хоть как -то страховать друг друга, пришлось, встав вплотную друг к другу, практически вжаться животами в дугу, за которую полагалось только держаться. Ида обхватила сестру правой рукой вокруг талии, положив ладонь на дугу за Адой. Второй рукой она вцепилась в скобу со своей стороны. Ада зеркально повторила ее манипуляции.

Как они будут выглядеть в полете в своих развевающихся юбках, Ида старалась не думать. Будем считать, что здесь все свои, решила она.

Подпрыгнуть и набрать высоту до уровня шестого этажа удалось благополучно. А вот с прицельным попаданием в окно что-то пошло не так. Окна в их комнате были широкими -иначе нечего было бы и думать о том, чтобы попасть туда на магоплане, а перед уходом они как раз решили проветрить комнату и распахнули все створки.

И все же ширины оконного проема, даже с учетом двух створок, было недостаточно, чтобы вписаться туда просто так. Надо было развернуться в полете и каким -то образом влететь боком - или хотя бы наискосок.

Вот с “наискосок” и вышла незадача. Лихо развернувшись прямо в воздухе, начинающая магичка резко бросила магоплан потоком ветра в направлении окна.

Но тут оказалось, что хороший глазомер в таком деле совершенно необходим, а слегка нетрезвые маги способны вилять не только на ходу, но и в полете. То, что пить -здоровью вредить, причем не обязательно своему, Ида прочувствовала на собственном опыте, впечатавшись лбом прямо в стену. Из глаз буквально посыпались искры, а все мысли из головы мгновенно выдуло. К ее счастью, удар слегка амортизировало крыло с ее стороны. К общему несчастью, крыло при этом отчетливо хрустнуло.

- Хватайся за окно! - завопила Ада, которой все-таки удалось зацепиться за раму одной рукой - правда, вторую быстро поднять она не могла, поскольку ею обнимала Иду.

- Крух! - вопил снизу Сирш. - Держитесь!

Вместе оба ритха, подскочив прямо под окно, пустили вверх восходящий поток воздуха, который все-таки поддержал оставшееся крыло и дал девушкам несколько секунд, чтобы вместе вцепиться в раму, подтянуться и наконец перевалиться через подоконник. Ада при этом едва не застряла из-за торчащего крыла, и она с минуту провисела наполовину в комнате, наполовину за окном, пока Ида, выпутавшись наконец из конструкции, не выдернула ее из рамы планера.

Магоплан с треском полетел вниз. Судя по дружной ругани внизу, далеко отскочить парни не успели.

- Вы там целы? - Ада вывесилась в окно на этот раз верхней своей половиной.

Кей снизу сообщил, что все живы, вдруг обретший голос Риз завопил что-то о косоглазых идиотках, которым руки бы оторвать, чтоб не ломали чужую технику, а Сирш так же во всеуслышание объявил, что обратной стороной она в этом окне смотрелась лучше.

Тем временем рамы на разных этажах захлопали, и разом с десяток голосов в самых малоизысканных выражениях высказались об орущих по ночам под окнами придурках.

- Все в порядке, - удовлетворенно сообщила Ада, отходя от окна. - Ой, а шо это ты?

Ида сидела на полу, прижимая руку к ссадине на лбу. Интересно, она хоть сотрясение не заработала? Синяк-то точно будет, тут никаких сомнений.

- Извини... - сестра виновато опустила глаза. - Хочешь, подую?

Она с готовностью вскинула руки, собираясь “подуть” магией.

- Нет!!! - Ида, не вставая, резво отползла подальше.

- О, живая! - обрадовалась неисправимая сестренка.

*

К утру “украшение” на лбу у Иды оказалось знатное, хотя вечером она прикладывала ко лбу все, что только нашла холодного. Замазать “красоту” тоже оказалось нечем по самой банальной причине - в багаже сестер Виленто попросту не было никакой косметики. Тиссе Тория полагала ее излишней для столь юных девушек.

- Я у сокурсниц попрошу, - озабоченно обещала Ада, - может, у Мии что-то найдется...

- Да какая разница, - Ида махнула рукой. - К тому времени все равно уже все это увидят, поздно будет прятать.

Общими усилиями они кое-как зачесали волосы так, чтобы хоть немного прикрыть лоб. Жаль, челок у них не было - они всегда просто заплетали волосы в косы и подкалывали. Ада длиннющей толстой косой очень гордилась. Ида предпочла бы обрезать покороче, но здесь, увы, девушки не носили коротких стрижек.

- Деваться все равно некуда, - она критически осмотрела свое отражение в зеркале и махнула рукой. - Пошли, а то еще опоздаем в первый день.

Ада в очередной раз виновато вздохнула и направилась к выходу первой. Может, все -таки никто не заметит?

Глава пятнадцатая. Теория всего на свете

Вопреки всем канонам ректор Кариар Севейн оказался человеком - немолодым и совсем непривлекательным, с полностью седой головой, из-за которой с первого взгляда его можно было спутать с ритхом, прямой спиной, насупленными бровями и громовым голосом, разносившимся над обширной площадью перед главным корпусом без всяких микрофонов. Но то, с каким уважением обращались к нему все без исключения преподаватели, включая ритхов, заставляло поневоле испытывать гордость за человеческий род.

Длинных речей он произносить не стал.

- Я приветствую в стенах нашей академии всех студентов. Нам предстоит очередной учебный год - и надеюсь, он будет не менее плодотворным и успешным, чем всегда. Как обычно, к завершению первого семестра деканаты факультетов должны будут представить списки участников к очередным соревнованиям. Желающие принять участие могут подавать заявления. Первокурсникам все о соревнованиях расскажут их кураторы и деканы. Я же лишь хочу напомнить, что правила академии едины для всех. Здесь вы не благородные ройсы и тиссы, вы студенты, равные для каждого из преподавателей независимо от положения ваших семей. Нарушения устава караются дисциплинарными взысканиями - вплоть до исключения из академии. Каждый год я вынужден останавливаться на этом отдельно, но увы - дисциплина у нас хромает порой куда больше, чем успеваемость. Что до последней - надеюсь, каждый из вас намерен с честью пройти этот год и доказать, что он не зря поступил в лучшую из академий. Поздравляю вас с новым учебным годом - и добро пожаловать!

“Интересно, на меня все так пялятся из -за синяка на лбу, из-за цветов драконьего факультета или просто потому что я опять единственная девушка в мужской одежде?” -размышляла тем временем Ида.

Это выяснилось еще вчера при получении формы: каждому из студентов полагалось два комплекта формы для занятий и один - спортивной. Мужская форма для занятий представляла собой белую рубаху с широкими рукавами, собранными на запястьях, приталенный жилет до середины бедра и брюки, которые одни носили поверх ботинок, а другие щегольски заправляли в сапоги. Женская форма включала такую же рубаху; надевавшийся поверх нее замшевый корсет со шнуровкой спереди и сборчатую юбку длиной до середины икры (хотя некоторые старшекурсницы укорачивали себе подол спереди). Цвет же формы зависел от факультета. Например, конструкторы носили зеленое, пилоты дирижаблей - фиолетовое, летчики малой авиации - голубое, драконьи наездники - коричневое. Курс обозначался простым значком с номером, который носили на груди.

Проблема оказалась в том, что для драконьего факультета женских юбок попросту никто не предусмотрел, и в коричневом цвете у кастеляна нашлись только мужские брюки. Поразмыслив совсем немного, Ида решила, что ей же лучше: она будет носить удобную одежду, и даже придраться к ней никто не сможет - у нее ведь не было выбора! Так что она просто потребовала себе самый маленький комплект формы наездников. Не сказать, чтобы мужские брюки идеально на ней сидели, но в них она точно ощущала себя куда комфортнее, чем во всех этих оборках. Особенно если учесть, сколько раз на день ей придется бегать к драконьему загону, чтобы удостовериться, что Котьку вовремя покормили и он не скучает и не буянит. К счастью, вчера он больше не доставил никаких проблем, благополучно проспав после долгого перелета весь вечер и всю ночь, но кто знает, что будет дальше?

А вот ее сестре досталась стандартная голубая юбка. Кроме нее, в нарядах такого же цвета щеголяли еще четыре девушки -первокурсницы - и около трех десятков парней.

- Ну все, можно идти смотреть расписание, - Сирш, стоявший в ряду первокурсников факультета рядом с Идой и всю ректорскую речь, кажется, проспавший стоя, ухватил ее за руку и куда-то потащил. Девушка не сопротивлялась, однако пыталась по пути искать глазами сестру. Да разве найдешь кого-то в этой толпе!

- Наше расписание у нас на факультете тоже должно быть вывешено, но к главному холлу отсюда ближе, а первые занятия наверняка все равно общие с другими факультетами - там теория всего на свете, где-то здесь же и будут, так Риз говорил, -

объяснял Сирш, прокладывая себе путь среди толпы студентов и продолжая тащить сокурсницу на буксире.

У расписания народу оказалось, разумеется, больше всего. Но драконьим наездникам повезло и здесь: если на курсе учится всего пять студентов, то пробраться к расписанию становится уже не такой невыполнимой задачей.

На сегодня у первого курса драконьего факультета значилось в расписании три пары: первая - география и топография, вторая - специализация, а вот третья - некое таинственное “кр. т. пр. и пр. пр.”. Первая лекция была объединенной для трех факультетов, а третья - и вовсе для четырех.

- Кр-пр - что? - озадаченно спросила Ида.

- Никто не знает, - пожал плечами Сирш. - Мне Риз рассказывал, по этому предмету все факультеты сдают зачет в первом семестре. И никто не знает, что это такое. Даже старшекурсники.

Говорил он громко, и Ида тут же заметила, что к нему заинтересованно прислушиваются и первокурсники с других факультетов - похоже, точно так же обнаружившие в своем расписании загадочный предмет.

- А разве преподаватель на первом занятии не говорит, о чем пойдет речь?

- Как я понял, он, если и говорит, то так, что его все равно никто понять не может.

- Нет, подожди, - нахмурилась Ида, - а что на лекциях преподают? Из содержания курса должно быть ясно...

- Содержание курса, - скорбно сообщил парень, - за последние десятилетия никому постичь не удалось.

- А как же все тогда зачет сдают? - изумилась неподалеку девушка с летного.

- А вот так и сдают, - развел руками их источник информации.

- Краткий теоретический практикум..? - Ида попыталась подобрать логичное объяснение. - Нет, это оксюморон какой -то получается...

- Критические тайны пространств? - предположила та же девушка.

- Краеугольные теоремы с примерами? - выдвинул идею длинный парень с факультета дирижаблей.

- Кристально точные и предельно простые приборы?

- Круглые треугольные прямоугольники?

- Кромешная тьма программы!

- Красивые типовые пробелы?

- Кривые тощие прачки и прочие прелести?

- Кролики тоже пропали! И прогнали профессора!

- Крупицы талмудов прошлого и предикаты предстоящего?

- Крамольно-тихая преамбула!

- Краеведческий тупик с продолжением?

- Крупный такой прокол!

- Крадущиеся тигры-призраки!

Версии разной степени нелепости сыпались со всех сторон, как из рога изобилия, вызывая периодические взрывы смеха или хихиканья, а Ида думала о том, что студенты - везде студенты, и неважно, какого цвета у них волосы и форма. И еще - что, кажется, в данный конкретный момент всем вокруг плевать на ее синяк и брюки. А значит, все не так уж безнадежно.

Аду и Мию удалось разыскать уже в столовой на завтраке - и все та же компания, включая Кея, снова устроилась за одним столиком. Разве что Риз отправился на этот раз к своим сокурсникам - Ида подозревала, что он все еще дуется из-за сломанного магоплана, но понять что-то по молчаливому парню было на самом деле непросто.

- Мы купим вам новый магоплан, - пообещала она Сиршу, а Ада округлила глаза. Иде и самой было неловко просить у родителей денег на недешевую игрушку, но за свои ошибки все-таки надо честно расплачиваться. В конце концов, семья Виленто точно может себе это позволить.

- Забудь, - парень махнул рукой. - Он сам их регулярно разбивает. На первом курсе ему три штуки покупали. Просто он уже не знает, как говорить родителям, что опять нужен новый.

- Он такой лихач? По нему не скажешь... - Сирш в ответ только подмигнул. - Как вы хоть вчера добрались в общежитие?

- Мы в него и не добирались, - беззаботно сообщил ритх. - Много планов было, знаешь ли, на ночь.

- А. как поживает Литта?

- Кто? А, блондиночка? Знаешь, она оказалась все-таки Дайса. Отлично. поживает, - он прижмурился, как довольный кот.

- А что, твой брат. - начала Мия, - тоже. - она запнулась и не договорила, вдруг густо покраснев.

- Что - тоже? - с самым невинным видом переспросил парень.

- Н-нет, ничего, - она опустила глаза.

Тааак. это что же, нашей скромнице, боящейся ритхов, понравился ритх с третьего курса, да еще и драконий наездник? М-да.

Чтобы не смущать новую подругу еще больше, Ида поспешила перевести разговор.

- А ты? - обратилась она к Кею. - Все в порядке? Тебя пустили?

- Конечно, - он почему-то отвел глаза. - Я же говорил.

Ох, что-то темнишь ты, приятель. но говорить на эту тему ты определенно не намерен, и выбрана она не слишком удачно...

- Кстати, - нашлась она наконец, - а ты не знаешь, что такое “кр. т. пр.”?

- Так этого же никто не знает! - тут же переключился парень. - Это великая тайна академии! Даже выпускники не в курсе! А поговаривают, что и преподы...

Первая лекция, на которой Ида устроилась вместе с Мией и Адой поближе к преподавателю, неожиданно увлекла.

Географию мира читала женщина средних лет - мастер Илая Леверо, как она представилась. “Мастерами” студентам полагалось называть всех преподавателей. И начала мастер Леверо с того, что сообщила всем присутствующим, что все они поголовно

- невежды и неучи, но у тех, кто даст себе труд не вылететь из академии в ближайшие пять лет, все еще есть шанс достичь чего-то в жизни.

- Принимая во внимание ваше невежество, начнем мы с основ - с того, почему карты мира почти никогда не бывают абсолютно точны и почему их приходится перерисовывать минимум каждые сто лет, - объявила она. - Для начала скажите мне, где, на ваш взгляд, мы сейчас находимся.

С задних рядов послышались смешки, а Ида задумалась. Очевидно было, что вопрос “с подвохом”, но вот в чем он заключается? Самые послушные из студентов начали выкрикивать свои версии ответа.

В академии!

- В главном корпусе!

- На облачном острове Тего!

- Что ж, - удовлетворенно кивнула мастер Леверо, - это самый очевидный ответ с точки зрения невежды. Впрочем, справедливости ради отмечу, что название “небесные острова”, или облачные острова, прижилось в обыденной речи и используется для удобства повсеместно. Более того - в нем есть даже определенная доля истины, но лишь доля...

Прежде всего, небесные острова - никакие не острова. Как вы знаете, большую часть поверхности нашей с вами планеты занимает океан, населенный разнообразными чудовищами. Некоторые из морских обитателей наделены собственной магией. Клочки суши - острова - разбросаны по океану, и все они сравнительно невелики. Кто может сказать, почему? Да, юноша?

- Магия океана, - руку поднял один из ритхов. - Или, возможно, его обитателей.

- Верно, - кивнула мастер. - Студент..?

- Ивас Тейрон.

Мастер кивнула и сделала какую -то пометку в своей тетради.

- К сожалению, всерьез изучить источник этого явления не представляется возможным на сегодняшний день, - продолжила она. - И положение вещей будет таково до тех пор, пока мы не сможем обеспечить безопасность исследователей. Однако достоверно известно, что при естественном формировании области суши больше определенного размера происходит некий магический выброс, источником которого является океан. А результат выброса - очередное преломление пространства, дробящее остров на части. Это не взрыв или иное разрушительное явление, это именно преломление. Две половины острова могут оказаться в разных частях планеты. При этом они сохраняют между собой некую связь. Скажем, ручей, текущий на одной половине острова, может впадать в реку, расположенную на второй - в другом конце мира. На первой половине он, соответственно, будет просто обрываться, будто исчезая, а на второй - возникать ниоткуда. Иногда это приводит к интересным климатическим явлениям - например, горячим гейзерам на ледяных островах или, наоборот, холодным горным ручьям в засушливой жаркой местности. А вот живое существо просто пройти через место преломления не может - во всяком случае, большинство живых существ, хотя на этот счет существуют различные теории. Но если вы шагнете с края острова в месте преломления, вы точно не попадете на другой остров, а банально упадете в океан - прямо в гостеприимно распахнутую пасть ближайшего чудовища. А теперь вопрос к вам, мои дорогие неучи. В свете вышесказанного - где мы с вами сейчас находимся?

В аудитории воцарилась тишина, в которой при известной доле воображения можно было почти услышать, как скрипят студенческие мозги.

- Но это же очевидно. - Ида произнесла это негромко, но в тишине услышали, кажется, все. - Вы же дали подсказку.

Мастер Леверо заинтересованно приподняла брови.

- О, вот как? Ну-ну, мы вас внимательно слушаем.

- Очевидно, что остров не может просто висеть в воздухе. Но в свете идеи преломления пространства можно предположить, что преломления могут быть не только вертикальными... и тогда такие “острова” - это отколовшиеся при преломлениях части суши. Будучи связанными с другими частями, они сохраняют все физические свойства фрагментов суши, находящихся в океане. Поэтому и ниспадающие с них водопады будто исчезают в никуда - на самом деле они впадают в водоемы, просто эти водоемы находятся на других фрагментах, - вопрос с живописными водопадами, исчезающими в воздухе, мучил ее давно, и теперь Ида наконец нашла ему объяснение. - Так называемые небесные острова на самом деле не висят в воздухе - в определенном смысле они остаются частью некой большой суши посреди океана. В то же время пространство вокруг них преломляется таким образом, что мы не только видим острова в небе, но летаем между ними. И, раз уж вы подсказали, что мы не на острове. значит, мы на материке. Небесные острова - это части материка.

- Материков не существует, - возразил кто-то в соседнем ряду. - Тиссе фантастики перечитала.

- Просто головой ударилась, вон, синяк остался, - насмешливо произнес женский голос.

В задних рядах захихикали. “Знал бы ты, что писали в фантастике, которую я читала. и какой была моя реальность!” - мысленно усмехнулась Ида. Чужой смех ее не задел -всегда приятно точно знать, кому предстоит смеяться последним. А в своих выводах она сейчас была почти уверена.

Один взгляд мастера Леверо заставил замолчать всех, а затем преподавательница благосклонно кивнула.

- Приятно слышать, что хоть кто-то здесь способен анализировать факты и делать выводы. Все верно, студентка..?

- Ида Виленто.

Мастер кивнула и сделала какую -то пометку в своей тетради.

- Итак, вы совершенно правы, студентка Виленто. На нашей планете существует материк

- и как самый большой кусок суши он более всего раздроблен. Возможно, существует некая корреляция между исходным размером суши и дальностью преломлений. Однако факт остается фактом: абсолютно все небесные острова связаны между собой. Мы можем видеть, что они висят в воздухе, своими глазами. Мы можем это даже потрогать своими руками - скажем, если облететь такой остров со всех сторон. И в то же время на островах есть подземные воды, до которых можно докопаться, и реки, берущие начало в совершенно других местах. Предположительно удалось даже выяснить исходное положение материка в океане - по фрагментам прибрежной растительности на некоторых из них, особенностям течений, ряду климатических факторов. Впрочем, все это имеет только теоретическое значение.

На практике же вам как будущим пилотам важно уяснить вот что. В силу природных причин преломления постоянно смещаются. Не слишком быстро - в физических величинах это всего несколько сантиметров в год. Иногда - при изменениях климата и других аномалиях - смещения могут ускоряться. В конечном счете это означает, что небесные острова как бы “плавают” в небе, хоть и очень медленно. То же самое верно и относительно островов в океане, которые были “расколоты”. Ни в небе, ни в океане острова никогда не сталкиваются - напротив, их отталкивает друг от друга. Именно по причине непрерывного движения островов географические карты регулярно приходится создавать заново, а исследовательские миссии никогда не утратят актуальности. Возможно, кто-то из студентов факультета малой авиации однажды будет заниматься именно этим.

Глава шестнадцатая. Методы проверенные и альтернативные

После содержательной лекции по географии хотелось посидеть немного в тишине, чтобы уложить в голове все полученные знания. Увы, времени на это никто не предусмотрел -десятиминутной перемены едва хватило, чтобы на всех парах добраться до тренировочного полигона своего факультета. К счастью, дорогу туда Ида уже знала - на его краю располагался тот самый общий ангар для драконов, принадлежащих студентам первых курсов, где она отказалась оставлять Котангенса.

Уже почти добежав - вместе с ней в том же направлении неслись Сирш и еще три ритха -она вдруг резко затормозила. Точно! Раз занятие на полигоне, значит, там будут драконы! У всех животные здесь же, в общем ангаре, а ей надо еще привести Котьку! Подумав об этом, она резко свернула с дорожки.

- Эй! - приостановился Сирш. - Ты куда?

- За драконом! - крикнула она, не останавливаясь.

- Ээээ... - почесав затылок, Сирш махнул рукой. Опаздывать на занятие не хотелось, а Ида все равно на него придет - куда она денется! Решив так, он продолжил свой путь следом за остальными сокурсниками.

Ида тем временем впопыхах отпирала загон - сквозь купол над ним легко можно было пройти снаружи, но изнутри дракон мог выйти только на зов связанного с ним хозяина, как ей объяснили. Что из себя представляет этот самый “зов”, она представляла слабо, но точно знала - с полигона ей долго придется вопить, чтобы Котька услышал.

- Кот! - дракон одним прыжком выскочил из своей “коробочки”, встряхнулся и радостно поскакал к хозяйке.

- Привет-привет, мой хороший, - Ида с готовностью почесала подставленный лоб, потом подбородок, а потом. - нет-нет-нет, только не заваливайся, я чуть позже обязательно почешу тебе брюхо, нам сейчас некогда, не.

Вопреки всем увещеваниям, соскучившийся дракон плюхнулся на пузо и тут же перевернулся, растопырив лапы.

Пришлось чесать и пузо, потом бок, спинку.

- Слушай, имей совесть! Да, я знаю, я жестокая хозяйка и недоглаживаю дракотика, а ты обормот и свинтус, и я тебя обязательно доглажу, только давай на полигоне, а?

Дракон требовательно уркнул, демонстрируя, что на “потом” он не согласен. Чем же его выманить?..

- Котенька, а тебе не скучно здесь сидеть все время?

Котангенс печально вздохнул.

- Вот! Мы сейчас с тобой пойдем на веселую прогулку. И будем там играть с другими дракотиками! Там много дракотиков! Ой...

Котангенс мгновенно перевернулся на четыре лапы и оскалился.

Что-то она, похоже, подзабыла, что коты - совсем, совсем не стайные животные. И, кажется, драконы тоже. а еще коты очень ревнивы. А Котька уже очень многое понимает.

- То есть я хотела сказать, ты сможешь с ними играть. Если захочешь. А я не буду, ни за что! Ты же знаешь, ты мой единственный и самый лучший в мире дракон. Но для верности тебе лучше пойти со мной и за всем самому присмотреть. Ага? Вот, смотри, я уже иду туда, ты со мной?

С самым независимым видом, задрав подбородок, дракоша последовал -таки за ней. Который теперь час и как давно началось занятие, Ида старалась не думать.

Разумеется, ждать ее никто не стал, и уже издалека она увидела декана Легана, прохаживающегося перед строем из четверых первокурсников, и что-то им рассказывающего.

Увы, Котька тоже заметил декана, и этот ритх ему не понравился еще в прошлый раз. Он кричал на хозяйку и вообще ну его!

Сделав по инерции еще несколько шагов, Ида заметила, что ее дракон замер, как вкопанный, и, похоже, не собирается идти дальше.

- Кот, - сурово сказала она, - надо.

Тот не менее решительно мотнул головой.

Нет, надо было придумать ему какую -нибудь шлейку! Потому что за загривок таскать способны только драконицы, у них на то зубы особо прочные и силища немеряная. А тянуть за единственно доступное крыло упирающегося дракона - так себе политика! Даже если попутно продолжать его уговаривать.

В конце концов, осознав, что хозяйку не переупрямить, Котангенс сдался и поплелся буквально нога за ногу. Впрочем, крыло, которое она для верности не выпускала из рук, отнять не пытался.

Тем временем Иду с питомцем заметил и декан, и ее сокурсники. Лекция была прервана, и все пятеро ритхов с вытянутыми лицами наблюдали процесс буксировки дракона.

Поэтому объяснения она начала сразу - не дожидаясь, когда на нее снова начнут кричать.

- Прошу прощения за опоздание, мастер Леган, но мой дракон, как вы знаете, живет отдельно от...

- Вызывать драконов предполагалось с помощью связи, - неожиданно усмехнулся тот. -Впрочем, я вижу, у вас свой. оригинальный метод. Однако нарушать дисциплину

определенно входит у вас в привычку, студентка Виленто - и будьте уверены, что безнаказанным это не останется.

- В любом случае, вводную часть занятия вы пропустили, и я не намерен повторять ее для вас персонально. Спросите потом у сокурсников. Сейчас мы приступим к практической части. И раз уж вы, студентка Виленто, снова отличились, для вас у меня будет небольшое персональное задание: отпереть клетки в ангаре. Нужны четыре ближние от входа. Своего дракона можете оставить здесь.

- А они меня не сожрут? - на всякий случай переспросила Ида. На самом деле драконов она почему-то не боялась: вспоминалась Котькина мать, особа исключительно здравомыслящая и совершенно не кровожадная. Но, честно говоря, на месте тех, кого запирают в этом ангаре, она и сама бы кидалась на всех подряд.

- Не беспокойтесь, - чуть презрительно усмехнулся мастер Леган. - Без приказа хозяина они никого не тронут.

- Но, мастер. - это вмешался Сирш, почему-то хмурый и недовольный.

- Идите, Виленто! - декан чуть повысил голос.

Ида под взглядами сокурсников направилась к ангару. Котангенс, конечно, все равно пошел за ней хвостом, хоть его никто и не звал. А на пороге ангара, завидев его обитателей, закономерно окрысился.

- Тихо, тихо, мой хороший, - она успокаивающе погладила бок своего дракона. - Мы с тобой только освободим их. Видишь, им. плохо тут.

Драконы лежали в тех же позах, что и в прошлый раз - будто за все это время так и не шевелились. И даже не подняли головы, пока она отпирала выданными деканом ключами их клетки и распахивала их настежь. Интересно, зачем их вообще запирают, если без приказа они не тронутся с места? И. что с ними вообще такое? Больны они все поголовно, что ли? Что же с ними делают эти ритхи?

Из ангара с ней вместе вышел только Котангенс. Так и было задумано? Похоже на то.

Тем временем ее сокурсники уже сидели, скрестив ноги, прямо на траве, а мастер Леган прохаживался между ними, продолжая давать наставления.

- Присаживайтесь и вы, Виленто, - мимоходом указал он. - Техникам медитативного сосредоточения вас, надеюсь, учили? Вот и замечательно. Ваша задача сейчас - найти узел связи с драконом в себе.

- Прошу прощения?

- Что вам непонятно? - чуть раздраженно откликнулся декан. - Вы же сами устанавливали эту связь! И она у вас даже прочнее, чем у других первокурсников. Сядьте, сосредоточьтесь и ищите узел!

Решив не спорить, Ида покорно опустилась на траву, мимоходом подумав о том, как хорошо, что у драконьих пилотов немаркая форма. В голубом платье могло бы выйти неловко.

Техникам сосредоточения ее действительно учили еще дома - эти уроки тисс Тристобаль проводил для обеих дочерей лично. И он же учил их смотреть магическим зрением, которое не зависело от личного дара и было доступно всем магам. Оно позволяло видеть магические потоки и связи. Именно благодаря этому и можно было точно рассчитывать воздействие с помощью так любимых Идой и ненавистных Аде формул. Очистить сознание, сконцентрировать внимание и смотреть рассредоточенным взглядом - все это одновременно удалось не сразу, но раз усвоенный навык оказался очень полезен.

Но вот все, что касалось загадочной “связи” с драконом, Иду до сих пор ставило в тупик. Она не устанавливала с Котькой никаких связей. Просто он был... ее котом. Они спасали друг другу жизнь. И не было в этом никакой магии! Наверное.

Уж во всяком случае, как искать в себе какие-то там “узлы”, она уж точно не имела ни малейшего представления.

А вот первокурсники -ритхи, похоже, вполне понимали, о чем толкует преподаватель. Все они сидели с сосредоточенными лицами. Даже шепотом спросить не у кого - не отвлекать же Сирша! В конце концов, Ида просто попыталась изобразить такое же каменное выражение лица, как у всех.

- Надеюсь, с этим все справились. Без моей команды связь не трогать! Я буду вызывать вас по одному. Тот, кого я назвал, встает и подходит ко мне. По очереди. Тейрон!

Высокий даже для ритха парень со светло-пепельными волосами подошел к преподавателю.

- Теперь осторожно, аккуратно начинаете тянуть нить связи на себя. Если сложно одной волей - можете попробовать “тянуть” даже руками, так вам будет проще визуализировать для себя. Старайтесь при этом чувствовать всю нить, концентрируйтесь на ней. Давайте.

Парень поднял руки и принялся перебирать ими, будто тянул на себя невидимую веревку.

- Осторожно, резко пока не надо.

- Да, мастер.

Из ангара выбрался фиолетовый дракон.

Ида торопливо перешла на магическое зрение. Есть! Она и впрямь увидела ту самую “связь” - нечто вроде нитки или лески из чистой силы, которая тянулась от рук Иваса Тейрона к дракону и охватывала его шею. Да, пожалуй, именно леска - тонкая, инеисто-голубая, даже на вид холодная и. колкая.

И еще у Иды возникло очень четкое ощущение, что дракон не слишком рад этой самой связи.

Котангенс зашипел за ее плечом, предупреждая чужака, чтобы не смел к нему приближаться.

Фиолетовый дракон замер - и повернул голову в сторону Котьки. И впервые его взгляд показался Иде почти осмысленным.

- Сопротивляется, - недовольно сообщил Тейрон.

- Значит, сейчас - дергай. Резко, сильно, но недолго. Он должен почувствовать хозяйскую руку и усвоить правила игры.

Тейрон резко дернул нить на себя. Дракон так же резко дернулся, вздрогнул - и пошел вперед, наклонив голову.

- Теперь ослабляй натяжение, он должен понимать, что если слушается...

- Ему же больно! - все-таки не выдержала Ида. Впечатление, что в момент рывка на фиолетовом будто затянулась удавка, было очень четким. Так это такая у них связь?!

- Виленто, высказываться будете, когда вас спросят. Здесь не дамский салон.

Ида стиснула зубы. Нет. оставлять все как есть нельзя совершенно точно.

- Прошу всех обратить внимание на структуру связи. У студента Тейрона она пока не слишком прочна и напоминает нить. Именно по этой причине дракон пока может иногда сопротивляться. И поэтому же ваших животных приходится дополнительно запирать в клетках - при неполной связи все манипуляции с драконом должны проводиться только под контролем преподавателя, это основы техники безопасности. Студентка Виленто, вас отдельно прошу хорошенько это запомнить - ваша связь необычна, но по структуре похожа на ту, что устанавливается обычно примерно к третьему году обучения. Однако вы еще очевидно не освоили ее вполне, и любые эксперименты могут быть опасны не только для вас, но и для окружающих, что вы нам уже успешно продемонстрировали. Хорошо закрепленная связь обученного пилота с взрослым драконом напоминает сеть, опутывающую зверя полностью, и она вполне надежна.

“Интересно, а посылая меня открывать клетки, он подзабыл, что они могут и взбрыкнуть, или надеялся на это? - размышляла, мысленно закипая, Ида. - Сеть, значит. подчинение, вот что такое их связь. Причем основанное на боли. И связанные драконы -марионетки, которым навязывают чужую волю.”

Следующим своего дракона призывал Сирш - и его связь, похожая уже на веревку, оказалась куда прочнее, чем у Тейрона, что стало для Иды неприятным открытием. А вот сам юный ритх явно гордился своими успехами - да и мастер его похвалил. Дракон у Сирша оказался угольно-черным, чуть крупнее Котангенса.

Вот интересно. Ида перевела взгляд на Котьку. Что же они видят между ними такого -похожего на эту их связь? Теперь, зная, что искать, она напряженно изучала магическим зрением пространство между ними - и так сосредоточилась на поиске льдисто-голубой нити, что едва не просмотрела то, что было на самом деле.

Она действительно была - только совсем другая: солнечно-желтая, теплая. Меньше всего это было похоже на удавку или сеть. Скорее солнечный луч, протянутый между ними и едва видимый даже магическим зрением. Но если на связь -удавку смотреть было неприятно, то в этом луче хотелось греться. И тянулся он не к шее, а к груди зверя, будто уходя в нее.

Ида зачарованно протянула руку и прикоснулась к лучу. Он действительно был теплым. А Котька, явно почувствовав это, вскинул голову и вопросительно посмотрел на нее. Ага... значит, она тоже может так “звать”. Только не “дергая за поводок”. У него останется выбор - откликнуться или нет. Как если бы она просто позвала его по имени.

- Виленто! - злющий декан стоял прямо перед ней. - Я сказал, не трогать ничего без моей команды! Это уже переходит всякие границы! Вы плохо расслышали мои слова о технике безопасности? Или в вашей пустой голове такие сложные идеи не задерживаются?

- Простите, мастер, я.

- Вы будете чистить общий ангар до конца недели, - сейчас он уже не кричал - скорее, наоборот, цедил слова. - Так, по крайней мере, вы будете достаточно заняты и приложите силы к чему-нибудь полезному.

“Хм, все еще надеется, что меня -таки сожрут и он избавится от проблемы? А с Котькой что сделают?” - мелькнуло в голове у Иды. Отказываться она не собиралась. Еще чего! Во-первых, это замечательная возможность присмотреться поближе к драконам и их “поводкам”, поизучать их в спокойной обстановке и, может быть, найти какой -то выход. а во-вторых, скорее всего, возражений все равно никто слушать не станет.

- Но, мастер!.. - Сирш все-таки попытался возразить, в ужасе округлив глаза. - Она девушка все-таки.

- Девушки, студент Вириус, - Леган резко обернулся, - сидят по своим замкам и читают романы. Или вышивают носовые платки. Крестиком. А здесь учатся - студенты. И получают они профессии, далекие от девичьих глупостей. И всякая девица, которой взбрела в голову идиотская мысль сюда поступить, должна осознавать, что поблажек ей за красивые глаза здесь давать не будут.

- Как будто я сама сюда рвалась! - не выдержала все-таки Ида. - Меня сюда ваш родственник чуть ли не силком запихнул! Я вообще собираюсь выбрать другую профессию.

На последних словах глаза декана практически побелели от ярости, и на какой -то миг Иде показалось, что сейчас он просто ударит ее или схватит за шею. За ее спиной заворчал Котангенс, и это будто слегка привело ритха в чувство.

- Две недели, - коротко подытожил он. - Инвентарь вам выдадут.

*

- Зря ты это сказала, - говорил Сирш уже по дороге в столовую. После второй пары следовала большая перемена, и сейчас все студенты академии направлялись на обед. Времени было достаточно, так что брать самокаты они не стали, решив прогуляться пешком. Остальные трое сокурсников предпочли сразу от них отделиться. - Про другую профессию. Декан к этому очень серьезно относится.

- А я что - нет? По-твоему, я не имею права выбрать профессию?

- Ну... как тебе сказать... - Сирш даже замедлил шаг и почесал голову. - Понимаешь, это все не так просто. все ритхи, которые поступают на драконий факультет, уже не только выбрали профессию.

- Но я-то не выбирала!

- Подожди, дослушай. Понимаешь, дракон - зверь очень ценный. Для всех нас, не только для ритхов, кстати. Ну, грузопассажирские перевозки - это понятно.

- Неа, - Ида попыталась представить, как перевозить на драконе больше одного пассажира, и ничего не вышло.

- Ну, для этого только взрослые драконы используются, конечно, лет после тридцати -сорока. Наши-то, считай, еще подростки. А на взрослых места достаточно - на спине крепятся два ряда сидений, под брюхо еще грузовой контейнер подвешивают. да что ты, пассажирских драконов никогда не видела?

Ида прыснула, вообразив “пассажирского” Котангенса с двумя рядами скамеечек на спине и ящиком под брюхом. И на скамеечках чинные дамы и господа. Ага, ага. Кот всю эту шайку моментально стряхнет, да еще все свое недовольство хозяйке недвусмысленно выскажет.

- Но это не так уж часто - драконы самый быстрый транспорт, но и самый дорогой, так что и спрос не такой уж высокий. Только для очень состоятельных пассажиров. Но драконы - это еще и снабжение и связь с отдаленными островами, до которых сложно добраться по-другому, особенно где нет порт. в общем, где другой связи нет. И исследования, дальние экспедиции. И, конечно, все службы экстренного реагирования. Когда где-то случается бедствие - землетрясение, извержение вулкана, цунами - на остров направляются все доступные драконы. Малую авиацию тоже задействуют, но самолетом не эвакуируешь население целого острова, да и скорость у них не та. В общем, без наших зверей много бед бы случилось. А драконов - мало. Поэтому у нас все драконы считаются, в общем -то, собственностью государства. Нельзя просто так взять и купить дракона в личное пользование. Покупая детеныша и устанавливая с ним связь, ты как бы берешь его в аренду. И одновременно принимаешь на себя обязательства. Все владельцы драконов находятся на службе короны. И приобретают их не просто те, кто может себе это позволить. А только те, кто еще и твердо выбрал себе определенную специальность, а чаще всего уже и поработал по ней на младших должностях.

- А зачем тогда вообще за дракона платить? Если он как бы все равно собственность короны?

- Затем, что иначе дракона захотел бы взять каждый первый спасатель

или исследователь, а их на всех не хватит. Это же очень престижно и почетно! Ты не понимаешь, у нас драконьи пилоты - это.

- Я поняла, - Ида махнула рукой. - Но ко мне-то все это как относится? Мой дракон -точно не собственность вашей короны, он дикий. А я - даже не подданная вашего

короля. И никаких обязательств перед ним нет ни у меня, ни у Котангенса.

- Ну, - Сирш почесал нос, - думаю, декан Леган сказал бы, что это не отменяет твоего долга перед обществом.

Ида хмыкнула.

- Знаешь, если бы ты сказал, что абсолютно все драконьи пилоты работают в экстренных службах и рискуют собой, спасая жизни, я бы с тобой согласилась - мне бы совесть не позволила возражать. Но ты сам упомянул: некоторые драконы используются просто как очень дорогой транспорт и возят богатых пассажиров за хорошие деньги... значит, на это драконов хватает. И значит, без еще одного - моего - общество тоже вполне обойдется. Я, конечно, никогда не откажусь помочь кому-то, если действительно случится беда. И Котьку заставлю, если надо будет. Но выбирать за меня мою судьбу никому не позволю.

Пожалуй, это было единственным, в чем она была твердо уверена. Когда -то в другой жизни за Зину Летову слишком долго принимали решения, и этот вопрос стал действительно болезненным для нее. Больше она не позволит этого никому и никогда. На этот раз свою судьбу она точно выберет сама.

- Ну. ты только Легану этого не говори, ага?

Глава семнадцатая. Авгиевы драконюшни

Загадочный предмет “Кр. т. пр. и пр. пр.” так и остался загадкой - даже по завершении лекции.

Все дело оказалось в преподавателе. Лет ему на вид было немало - настолько немало, что в прежнем мире Зинаида сочла бы его примерно ровесником бабы Зины, а здесь. наверное, не одна сотня, все же маги живут немало. Мастер Тикеро к тому же изрядно хромал и передвигался с тростью. Впрочем, это ничуть не мешало ему шустро ковылять, расхаживая по аудитории и бурно жестикулируя. Энергии в нем, несмотря ни на что, кажется, хватило бы на двоих молодых. А при жестикуляции становилось заметно и его увечье - недостающие указательный и средний пальцы на правой руке, из-за чего конечность, которой он потрясал, напоминала клешню. Говорил он эмоционально, увлеченно, и наверняка способен был увлечь своим загадочным предметом и студентов -если не всех, то многих.

...Если бы не еще одна особенность. Мастер Тикеро не выговаривал примерно половину виссарийского алфавита, и для того, чтобы его понять, нужно было иметь немалое воображение и хотя бы примерное представление, о чем идет речь. Во многие головы немедленно закралось страшное подозрение, что название предмета секретарь попросту записал на слух, не пытаясь даже понять. Впрочем, по здравом размышлении эта версия не выдерживала критики - если учесть, что букву “р” мастер Тикеро не выговаривал тоже.

- Аи-е, сту-енты! Это воп -ос и-и-и-и! - эмоционально говорил он, энергично потрясая своей клешней, и студенты дружно осоловело трясли головами, пытаясь осознать, что происходит и куда они вообще попали.

“Хорошо, что хоть его имя в расписании было, - в оторопи думала Ида. - Иначе мы бы даже не знали, как к нему обращаться, он же сам свое имя не выговорит... но почему ему вообще позволяют преподавать до сих пор?!”

Мастер Тикеро тем временем, завершив вводную часть лекции, подскочил к доске и принялся быстро писать на ней, кроша мел. Некомлект пальцев при этом ничуть ему не мешал - похоже, увечье было настолько давним, что мастер успел с ним свыкнуться и вовсе перестать обращать на него внимание.

А писал он между тем какие-то уравнения и формулы. И рассмотрев их повнимательнее, Ида тотчас забыла обо всех странностях преподавателя. Потому что здесь она чувствовала себя в своей стихии. Кое-что даже показалось знакомым - вот этот фрагмент многоэтажной формулы использовался для управления ее собственным даром, задавая параметры формы объекта. А вот этой переменной в магических расчетах обычно обозначали расстояния. А вот и кусочек стандартного уравнения из пространственных расчетов - ага, как минимум одно из “пр.” в названии предмета наверняка обозначает “пространство”, знать бы еще, о чем все остальные.

И когда, обернувшись от доски, мастер хитро прищурился и задал аудитории вопрос, есть ли “иаюие поп -обоать”, Ида азартно подскочила с места, не обращая внимания на изумленный шепот сокурсников, и едва ли не бегом кинулась к доске - пробовать решить уравнение, головоломное на первый взгляд, но ведь все ключи к нему мастер уже изложил на другой стороне доски, там все доходчиво и понятно!

Ну да, пока по-прежнему абсолютно неясно, как все это применяется практически и вообще к чему относится. Но ведь в теории здесь все логично, последовательно, понятно и стройно! Собственно, на своей прежней работе она вообще привыкла, что всевозможные математические задачи и уравнения - вещь в себе, и необязательно должны иметь какое-то практическое значение.

А еще. вот здесь можно попробовать упростить, а здесь и вовсе применить не многоэтажные местные формулы, а кое-что из родной и знакомой тригонометрии, логике-то поддается в конечном счете все, и законы математики везде универсальны.

И еще вдруг оказалось, что практически все, что говорит мастер, время от времени выхватывающий у нее мел, чтобы подчеркнуть что-то или указать на ошибку, совершенно понятно и очевидно. Ну да, он говорит “пееенная” вместо “переменная”, но в контексте же все ясно! А уж спорить с ним - одно удовольствие! И вообще - как ей только в голову пришло, что этот потрясающий преподаватель, способный так четко и доступно излагать сложнейший материал, давно отслужил свое? Да он же просто великолепен! Такой ясный ум, такое гибкое мышление - нет, он, несомненно, находится именно на своем месте!

Увлекшись, Ида практически перестала замечать, что происходит вокруг. Исписав всю доску и удостоившись похвалы от мастера, на свое место она возвращалась с сожалением. Впрочем, когда мастер Тикеро вывел на доске несколько примеров для домашней работы, не без удовольствия переписала их себе в тетрадь - будет чем заняться вечером. Математика всегда давала ей возможность очистить сознание и успокоить даже самые бурные эмоции - эдакий личный способ медитации, неизменно возвращающий душевное равновесие.

- Это шо щас было? - шепнула ей сестра. - Ты шо, правда его поняла?

- Ну да, конечно, - рассеянно ответила Ида, уже мысленно прикидывая способы решения новой задачи.

- А ты поняла, о чем вообще предмет? - с другой стороны зашептала Мия.

- Мммм... ну... не то чтобы.

Мия только хлопнула глазами, явно не в силах понять, как можно в таком случае решать задачи - не зная даже, о чем идет речь.

Надо будет и впрямь подумать об этом на досуге и сопоставить с разными магическими направлениями, решила для себя Ида. Это точно должно быть что-то универсальное, раз этому учат в академии студентов. То есть это вряд ли имеет практическое применение в магии. В то же время к магии мира это как -то относится, и это важно знать всем студентам Облачной академии - от конструкторов и механиков до пилотов, раз преподают предмет всем. Но знание это, скорее всего, умозрительное, раз по нему сдают всего лишь зачет на первом курсе. Какая -то мысль мелькнула на краю сознания, но оформить ее пока не получилось - не хватало данных. Что ж, будем наблюдать дальше, сопоставлять и делать выводы.

По завершении лекции преподаватель так же невнятно, как здоровался, попрощался со студентами и стремительно вышел - похоже, он вообще все и всегда делал стремительно.

А Иде снова пришлось почувствовать на себе, что такое быть в центре всеобщего внимания - и на этот раз смотрели все именно на нее одну. Отличить ее от сестры теперь было проще простого благодаря форме. Взгляды были разными: попадались заинтересованные, озадаченные, недоуменные, завистливые. Ну конечно, уже на второй подряд общей лекции она так или иначе отличилась, заслужив похвалу преподавателей. А если к этому добавить уже распространившиеся по академии слухи о единственной девушке на драконьем факультете. да, неудивительно, что студенты шушукаются, более странно, что в нее не тычут пальцами.

- Ну конечно, - этот недовольный высокий голос она услышала в общем гуле вполне отчетливо. - Еще бы она не нашла общий язык с этим психом! Это ж Виленто, ты что, не слышала о них? Они обе слабоумные, лет в 15 только говорить научились, им родители каких только врачей не нанимали.

- А еще говорят.

Ида почувствовала, как поневоле сжимаются кулаки. Это кто у нас тут, интересно, такой умный? Поискав глазами, говорившую она нашла быстро. Да ведь это старая знакомая, Сиршева блондиночка, как же ее, Дайса? И подруга при ней.

- Придержи язык! - Сирш подошел как нельзя более вовремя - к блондинке начали прислушиваться многие, говорила она громко, а Ада уже аж побагровела от возмущения -

и, похоже, собиралась высказать все, что думает, в самых неизящных выражениях, а то и вцепиться блондинке в волосы. Иде и самой хотелось ответить, но она понимала, что затевать разборки - не лучший выход. Она и так уже привлекла к себе слишком много внимания. - Она уж точно будет поумнее тебя.

Подхватив под локти обеих сестер Виленто, он практически потащил их к выходу из аудитории, за что Ида в глубине души была ему благодарна. Блондинка за ее спиной возмущенно ахнула, не сразу найдясь, что сказать. Похоже, в том, что именно Сирш будет на ее стороне, она никак не сомневалась.

- От жеж курва! - бухтела тем временем Ада. - Ну она у меня еще попляшет, Дуська твоя... волосенки-то я ей еще повыдергаю!

- Уймись, - Ида тоскливо вздохнула. - Ну что ты ей сделаешь? Даже не вздумай драться с ней, этого нам только еще не хватало. А от слухов мы все равно никуда не денемся. Тем более, что в этом есть доля правды.

- Слухов? - Ада даже споткнулась, задумавшись, а потом вдруг широко улыбнулась. -Слухов! А и впрямь. Волосенки -то пусть уж при ней будут. А со слухами разберемся.

Высвободив локоть из захвата Сирша, она покровительственно похлопала ритха по плечу.

- Ото не знает твоя Дуська, с кем связалась -то! Кстати, а она тебе о себе шо хорошего рассказывала?

А Иде вдруг стало легко и весело. И в самом деле! Бороться с бабой Зиной на ее поле? В чем-чем, а в области сплетен у нее опыт в столько десятков лет, сколько блондиночка Дайса и на свете-то не жила. Так что решение этой проблемы можно смело доверить сестренке.

Правда, на сегодня предстояло еще одно не самое приятное дело - отработка. Эх, жаль, что с деканом Леганом Ада ничего уж точно не поделает...

Своей компании, к которой на этот раз присоединился и Риз, Ида рассказала о предстоящей отработке за ужином. Мия только ахнула, а вот Ада прокомментировала новости в таких выражениях, что покраснела не только стеснительная подружка, но и старший из ритхов.

- Я помогу, - просто сообщил Кей, а Риз тут же покачал головой.

- Мастер наверняка зайдет проверить, да и из рабочих кто -нибудь да будет присматривать.

- Вот я и буду тем рабочим, - спокойно ответил Кей.

Тиссе Тория хотела на время обучения в академии назначить любимому ученику содержание, но парень решительно отказался. По мнению обеих близняшек, это было глупо, но как объяснишь это гордому мальчишке? Он заверил покровительницу, что стипендии в Облачной академии ему вполне хватит, ему случалось жить и на меньшие деньги - не говоря уж о том, что здесь есть для студентов и общежитие, и столовая.

Разумеется, стипендии не хватало. Да, можно было носить форму даже вне занятий и не думать об одежде. Питаться можно было и в столовой - но за это со счета студента ежемесячно списывалась небольшая сумма. Каждый день нужны были тетради и прочие канцелярские принадлежности, а на практических занятиях - всевозможные расходники. А еще нужна была и обувь, и верхняя одежда, не входившая в форму. Одно дело -выживать на гроши в бедном районе, где все кругом - такие же, и никто не посмотрит косо. И совсем другое - в элитной академии, где большинство соучеников привыкли вовсе не думать о деньгах.

Кей хватался за любую возможность подработать, какую находил на острове. К концу первого курса ему наконец повезло - он прибился к ремонтной мастерской, где вечерами чинили все, что студенты за день успели переломать на практических занятиях. Туда же студенты и преподаватели при необходимости носили на починку и свои личные часы, магопланы, артефакты и прочее.

В мастерской, куда он пришел сначала в качестве подсобного рабочего, умения Кея быстро оценили, и теперь он не работал целыми вечерами, а время от времени брал заказы на ремонт разнообразных механизмов. И даже неплохо на этом зарабатывал. Правда, поскольку загрузка у него была неравномерной, а работать приходилось после занятий, парню не раз случалось задерживаться в мастерской после отбоя и ночевать там на топчане, чтобы не скандалить с вахтером в общежитии. Зато теперь у него всегда было куда пойти в случае чего - так, накануне, понимая, что в общежитие он точно опоздал, парень сразу отправился в каморку при мастерской и ночевал там. Жаль, что в ней никто не предусмотрел ни душа, ни умывальника, не то Кей с удовольствием и вовсе бы туда переселился. Так что утром пришлось вставать пораньше и бежать в свою комнату, чтобы успеть привести себя в порядок до начала занятий.

- В прошлом году я почти весь первый семестр в драконьем ангаре подрабатывал. Там с уборщиками вечная проблема - драконов и так все боятся, а эти еще и молодые, с плохо закрепленной связью, в общем, есть реальный риск для рабочих, хоть и невысокий на самом деле. Туда никто не хочет идти. Зато и платят там очень неплохо. Никого не удивит, если я на пару недель снова наймусь.

Про себя Кей подумал о том, что от работы в мастерской на это время придется, видимо, отказаться... но не отпускать же Иду действительно одну!

- А ты? - Ида пристально смотрела на него.

- Что - я?

- Ты - не боишься драконов?

Парень независимо пожал плечами.

- Что я, драконов не видел? Я к твоему давно привык. И эти при мне ни разу не взбрыкнули.

Ида только головой покачала. Надо будет обязательно отписать тиссе Тории, как этому умнику “хватает стипендии”. Может, она все же сумеет как -то на него повлиять. Когда он, интересно, к занятиям успевает готовиться?!

- Я тоже помогу, - решительно объявила Ада.

- Вряд ли тебе разрешат.

- А кто их спрашивать будет? Если мы придем по очереди и не будем толочься рядом, этот ваш декан даже не поймет, что нас двое. Что он, различит нас?

- Я же различаю.

- Кстати, - Иду этот вопрос интересовал давно. - А как ты нас различаешь?

С одного взгляда их никогда не путали только родители, дядя и, собственно, Кей.

- Так вы же разные совсем! - изумился он.

Сирш, Риз и Мия переглянулись и синхронно пожали плечами.

- Я бы не различил в одинаковой одежде, - сообщил общее мнение Сирш.

На том и постановили. Брать с собой кого -то еще было бессмысленно - только нарываться снова на гнев преподавателя. Да и Ида все же предполагала, что вряд ли в качестве наказания он назначил что-то действительно столь уж тяжелое и невыполнимое для одного человека. И в какую -то опасность ей не слишком верилось - если честно, она упорно воспринимала всех драконов как очень больших домашних котов. Умом понимала, конечно, что это не так, что ее Котангенс вполне может быть вообще единственным в своем роде, но со своими эмоциями все равно ничего поделать не могла.

Для работы в “авгиевых драконюшнях” всем предстояло переодеться, а Кею еще и договориться о “подработке” и предупредить в ремонтной мастерской о предстоящем отсутствии. Мия прощалась с подругами с таким видом, будто они собираются как минимум на войну, а Сирш выглядел чуточку виноватым - как выяснилось, у него на вечер уже было назначено свидание, причем даже не с Дайсой, а с какой-то девушкой с четвертого курса. Когда он успел с ней познакомиться и столковаться - оставалось загадкой.

- Вообще-то, - говорила Ида сестре уже по дороге от общежития, - меня больше изумляет не его любвеобильность, а то, что он возится с нами... он же почти сразу понял, что ни с одной из нас у него ничего не выйдет. И даже не пытается приставать, какой бы он там бабник ни был. Но и не отлипает. Кей - понятно, мы с ним знакомы давно, и Тория его просила за нами присматривать. а Сирш с Ризом? Зачем мы им?

- Вечно ты подвоха ищешь, - Ада пожала плечами. - Может, мы им просто понравились.

Ида недоверчиво хмыкнула. В неземную любовь кого бы то ни было из ритхов ей не верилось абсолютно. Да и не укладывалось в эту версию поведение обоих братьев. А что до дружеских чувств - ну и с чего бы им возникнуть на ровном месте? Особенно если учитывать, что все остальные ритхи предпочитают держаться от них подальше, как от чумных, либо ведут себя. примерно как тот хам, с которым Кей подрался на вечеринке. Уж во всяком случае никто из них не воспринимает девушек как равных. И зачем бы кому-то из них конфликтовать со своими, становясь на сторону всеми презираемых чужачек?

- Взяла бы да его самого спросила, - прервала ее мысли сестра.

- Я спрашивала.

- И что?

- Говорит, чувствует ответственность за единственную девушку на факультете, считает, что я “своя” и меня должны на самом деле защищать вообще все драконьи пилоты, и еще какую-то чушь нес. А ты вроде как прицепом, как моя сестра и обитательница общаги, то есть тоже уже “своя”. Нет, я не думаю, что у него какие-то там коварные мотивы, это на него не похоже... но Сирш - и ответственность? Ну бред же, честное слово!

Ада задумчиво кивнула, соглашаясь.

- Но он хотя бы за нас. Мне так кажется. И Дуську свою не защищал, наоборот.

- Ты о ней что-то узнала?

Сестренка довольно ухмыльнулась.

- Есть кое-что. кстати, вон уже ангар - иди первая, я подожду немного, чтоб нас вместе не видели.

Оставив сестру ждать в тени ближайшей древесной купы, Ида решительно направилась через полигон к ангару. Там ее уже ждал хмурый рабочий, опираясь на вилы.

- А, явилась, - он смерил ее взглядом и длинно сплюнул. - Ладно, авось сразу не упадешь.

- Повежливее! - из ангара вынырнул Кей и подмигнул Иде, - с благородной тиссе разговариваешь!

- А мне без разницы! - рабочий, средних лет крупный мужчина в грязной одежде и с загорелым лицом, прорезанным множеством морщин, скривился. - Совсем уже ритхи одурели, девок к драконам посылать. смотри, в обморок падать станет, тащи сразу к лекарям. Не то нам же и влетит. Ладно. благородная тиссе. Где тачки брать и что делать, Кей покажет.

С этими словами он сплюнул еще раз, вручил Иде вилы и, сунув руки в карманы, направился прочь.

- Я примерно так и думал, - Кей ухмыльнулся. - Ваш-то мастер предполагал, Рум сам присмотрит за твоей работой. А ему проще на меня это спихнуть. Сейчас он пойдет старших драконов покормит - с ними легче, только корыта в загоны сунуть и все - и считай свободен.

- Мда, - войдя в ангар, Ида сморщилась и тут же предложила, - давай большие ворота распахнем, все же меньше запах будет. что-то непохоже, чтобы он и в другие дни с уборкой усердствовал.

Как оказалось, для уборки драконьих ангаров использовались вполне “продвинутые технологии”. Во всяком случае, в подсобке за ангаром обнаружились не только тачки, но и нечто вроде пылесоса с раструбом на длинной ручке.

- Это грязезаборник, - объяснял Кей. - Просовываем трубку через решетку, вот здесь нажимаем - и перекачиваем всю грязь в тачку. А тачку потом отвозим к утилизационной яме, вон там.

А вилы тогда зачем?

- А вилами Рум обычно драконам в морды тычет, чтоб отошли подальше и не пугали его.

- До чего дошел прогресс... - вздохнула девушка. Почему в каждой клетке не поставили лотки с утилизаторами, было в целом понятно - они бы туда просто не влезли.

- Слушай, - Кей на всякий случай оглянулся. Рабочий давно скрылся из виду, зато с другого края полигона уже спешила Ада. - Давай вы обе просто постоите в сторонке, или лучше даже ты одна постоишь - чтобы если мастер явится проверять, ты ему показаться могла. А я тут сам все сделаю.

- Еще чего не хватало!

Ада с ее мнением полностью согласилась. Правда, у нее зато возникла другая “гениальная” идея - попробовать с помощью ее дара просто “выдуть” всю грязь из ангара. Но тут уж воспротивились и Ида, и Кей, сразу предположив, что выдует, скорее всего, заодно все двери, а навоз с ненулевой вероятностью прилетит не в яму, на “уборщиков”.

К счастью, все инструменты в подсобке нашлись не в одном экземпляре, так что работа быстро закипела - грязная, не слишком приятная и довольно тяжелая, но ничего сложного в ней не было. Драконы сами отходили подальше от шумных раструбов и забивались по углам. У Иды так и чесались руки попробовать кого-нибудь из них погладить и посмотреть, останутся ли их глаза такими же потухшими - но пока она не решалась этого сделать.

В компании, за разговорами и шутками работа шла быстро - не сказать, чтобы весело, и время от времени кто-нибудь выбегал наружу подышать свежим воздухом, но помощь друзей Ида всерьез оценила. Одна она провозилась бы здесь до ночи. А так - глядишь, управятся за пару часов и еще успеют до отбоя сделать свое задание по “кр -пр”.

Все шло хорошо до тех пор, пока Кей, находившийся к распахнутым воротам ближе всех, вдруг, подняв голову, резко не обернулся.

- Шухер! Прячьтесь кто-нибудь! - сам он тут же выключил свой грязезаборник и отошел подальше, будто он и не думал помогать наказанной с уборкой.

Посмотрев в ворота, Ида поняла, что не успевает. Она находилась к двери в подсобку куда ближе Ады, но мастер Леган уже слишком близко, и добежать туда она все равно не успеет.. Сейчас ему пока плохо видно, что происходит внутри - в ангаре все-таки темнее, чем снаружи, но стоит ему сделать еще несколько шагов, и он точно заметит обеих девушек.

Решение она приняла за секунду. Может, и не стоило бы так рисковать, в конце концов, худшее, что им грозило за лишнюю помощницу - еще одно наказание, но почему-то в то мгновение все мысли разом выдуло из головы, и она сделала единственное, что могла успеть - протиснувшись между прутьями решетки, нырнула в ближайшую клетку и спряталась за сидящим в ней драконом. Зверь недоуменно повернул к ней голову и принялся обнюхивать, но никакой агрессии не проявил.

- Тссс, - шепнула она, погладила бок красного дракона и прижалась к нему. А тот... вдруг успокоился. И улегся, будто так и надо, будто с ним регулярно сидят в одной клетке сомнительные посторонние девицы и жмутся к нему. Шею он при этом изогнул так, чтобы смотреть на девушку, и одновременно полностью загородил ее со стороны входа.

- Как ваши успехи? - послышалось язвительное от входа.

Ада, бросив тачку, уперла руки в боки и решительно направилась к мастеру Легану, привлекая к себе внимание, чтобы он ненароком не заметил ничего лишнего.

- А шо, надеялись, шо меня тут сожрали уже? Так не дождетесь!

- О, я вижу, что среди груд навоза вы чувствуете себя как дракон в небе. возможно, вы нашли свое призвание, студентка Виленто?

- Ах ты. - задохнувшуюся от возмущения девушку поспешно отодвинул Кей и предостерегающе сжал ее руку.

- Студентка с работой справляется, происшествий нет, - отчитался он.

- А где Рум? - нахмурился декан.

- Сегодня я за него.

- Хм. хорошо. Не забудь заполнить журнал отработки наказания. И не вздумай помогать!

Кей постарался придать лицу самое придурковатое выражение.

- Да что мне - делать нечего! - к счастью, мастер Леган ничего не вел на его факультета и едва ли мог помнить в лицо одного из множества “не своих” студентов. Так что он видел перед собой просто еще одного рабочего - ни один из которых, конечно, никогда не станет брать на себя лишнюю работу, порученную кому -то другому.

Мастер Леган уже развернулся и направился к выходу из ангара, а Ада все еще стояла, все так же уперев руки в бока и багровея от гнева. Кей для верности еще зажал ей рот, так и не выпустив при этом из захвата ее правую руку. Поэтому, слегка отклонившись, чтобы из-за его плеча продолжать видеть удаляющегося декана, Ада повела левой рукой.

Может, правой она бы сделала все не так грубо, но получилось как получилось.

Ближайшая к выходу тачка друг поехала, стремительно набирая скорость, подскочила, наткнувшись на рукоять лежащих вил - и опрокинулась. Да так удачно, что все ее содержимое не просто вывалилось на мастера, а, непостижимым образом взмыв вверх, окатило его с ног до головы.

Не ожидавший нападения мастер просто не успел ничего сделать.

Ида дорого бы дала за то, чтобы видеть его лицо в момент, когда он обернулся. Но, во -первых, выглядывать из-за спасительного дракона она не рисковала - это выдало бы Аду с головой. А во-вторых, все равно его лицо было слишком густо залито навозом, чтобы что-то на нем разглядеть.

- Ой, беда-то! - с самым невинным видом закудахтала Ада.

- Мастер! Вы в порядке? - Кей подскочил к Легану, пока тот пытался вытереть хотя бы лицо - без особого успеха, учитывая, что руки были ничуть не чище.

- Я не в порядке! - он ткнул пальцем в Аду, - выыыы...

- Шо? - изумилась она очень натурально.

- Это вы!

- Да вы шо! Я ж далеко стояла. С ним вот.

- Ваша магия! Не лгите мне!

- Та вы шо! Я ж вам не ритх какой! Ой, беда -то...

- Это дракон, мастер, - вмешался Кей. - Вон тот, зеленый, тачка стояла рядом с клеткой, и дракон задел ее хвостом, и тачка...

Казалось, из ушей мастера Легана сейчас пойдет пар. Но все выглядело вполне логично -действительно, девушка стояла далеко, у нее какой -то жалкий младший дар, и ритховской магией она не владеет, так что никак не могла толкнуть тачку на таком расстоянии. Нелепая унизительная случайность, только и всего. Чудился во всем этом какой-то подвох, но ритх сознавал, что рассуждать действительно здраво и хладнокровно вот прямо сейчас он не может.

- Рразбермся! - рыкнул он, не дослушав Кея, чтобы все-таки оставить за собой хоть какое-то последнее слово, и стремительно вышел из ангара, оставляя за собой пахучий след из осыпающегося навоза.

Ада хихикнула, тут же зажав себе рот, чтобы не успевший далеко уйти преподаватель не услышал. Кей, точно так же давившийся рядом, на цыпочках прокрался к выходу, чтобы убедиться, что преподаватель ушел достаточно далеко.

- Ушел, - в полный голос сообщил он, оборачиваясь, и оба наконец расхохотались от души.

- Вылазь! Тебя там не сожрали? - едва не всхлипывая, простонала Ада.

Ида, цепляясь за шею красного дракона, выбралась из -за него - точно так же вздрагивая от хохота. Красный проводил ее взглядом, вздохнул и сложил голову на лапы - как все остальные драконы.

- Ну и вид у него был! - Ада уже держалась за живот. Увы, сесть, не рискуя угваздаться не хуже декана, здесь было некуда.

- Даааа. удружила ты мне, сестренка. Препод теперь меня сильнее прежнего полюбит!

- Ой. - Ада мгновенно скисла. - Я не подумала. Извини.

- Да ладно... - Ида пожала плечами. - Можно подумать, до этого он ко мне нормально относился. И вообще - оно того стоило! Теперь, по крайней мере, я знаю, что представлять, когда он на меня орет...

Глава восемнадцатая. Нам нужен ритх на опыты

- Ты уверял, что она слабоумная! И что проблем с ней не будет! Да она сама - одна сплошная огромная проблема!

Т щательно отмытый и злой, как дракон, которому прищемили хвост, Кирен Леган расхаживал по гостиной в своем доме.

Большинство преподавателей академии жили на территории острова в небольших домиках, и декан драконьего факультета не был исключением. Сейчас в кресле у камина в его комнате сидел, вытянув ноги, гость - тот самый родственник, которому он был обязан свалившимся на него “счастьем”, и Кирен едва находил слова, чтобы выразить свою “благодарность”.

- А еще - можешь оценить идиотизм ситуации! Меня вызывал к себе ректор Севейн. Эта дрянь, похоже, успела ему нажаловаться. Странно, что после визита в ангар, а не до него. Неужто не догадывалась, что ей предстоит? Ректор с долгими расшаркиваниями изящными намеками дал мне понять, что если станет известно, что в академии на территории ритхов наследницу одного из человеческих Первых родов заставляют чистить драконий навоз, да еще и подвергают опасности, это чревато международным дипломатическим скандалом. Понимаешь, любого из своих студентов за нарушение дисциплины я могу наказать как угодно, хотя среди них дети первых ритхов королевства, включая, между прочим, обоих Вириусов. А с этой курицей должен носиться, будто она хрустальная! Севейн любезно дал мне возможность сохранить лицо, самостоятельно отменив наказание. И под каким предлогом я это сделаю - предоставил решать самостоятельно. Очень мило с его стороны!

- Успокойся, - хмыкнул кузен Айсен. - Ты же понимаешь, что разбираться с этой “сплошной огромной проблемой” в любом случае пришлось бы. Так, говоришь, она не слабоумная?

- Обычная безголовая девица. насколько я могу судить, не более безголовая, чем любая другая человеческая девица ее возраста.

Сказать по правде, Иду Виленто Кирен Леган полагал какой угодно, только не “обычной”. Хотя бы потому, что сохранить самообладание в ее присутствии ему не удалось еще ни разу. Каждый раз она выкидывала что-то из ряда вон выходящее, и заодно неизменно выводила из себя славящегося своей невозмутимостью декана драконьего факультета.

А еще она менялась. При первой и второй встречах эта девица показалась ему какой -то замороженной - с вечно каменным лицом, на котором редко мелькают хоть какие -то эмоции. Положим, держать себя в руках он и сам обычно умел весьма неплохо, но едва ли можно было ожидать того же от девчонки, едва вышедшей из детского возраста. Скорее он предположил бы, что она и в самом деле лишена нормальных чувств.

А там, в ангаре, она будто разом превратилась из ледяной статуи в полыхающий костер. И бурные эмоции на ее лице были написаны крупными буквами.

И эта ее непредсказуемость опять -таки выводила из равновесия.

- Странно...

- И это ты мне говоришь?! Я вообще не понимаю, что с ней делать. Ты обещал, что учиться по-настоящему она не будет. Но она намерена именно учиться. Она за этим приехала. Заметь - просто так выгнать с лекции я ее не могу, она числится студенткой факультета. Хотя сама уже задавала мне вопрос о том, что она делает на моем занятии. И я не знал, что ей ответить. Мы используем для управления драконами магию ритхов! И этому я учу своих студентов! Ей эта магия недоступна. Что использует она, я даже не имею представления.

- Значит, - усмехнулся гость, - будет вполне естественно назначить для нее занятия по специальности в индивидуальном порядке. А на твои лекции в самом деле пусть не ходит

- незачем смущать твоих студентов и рушить нормальный учебный процесс.

- Индивидуальные занятия? И кто будет их для нее вести?

- Я. Назначишь меня внештатным консультантом. в общем, придумаешь что -нибудь. Скажешь, кстати, что это я тебя уломал отменить наказание. Исключительно в качестве услуги мне лично ты согласился. А уж я как-нибудь разберусь, что с ней делать. И с ее диким драконом.

*

Что Иду всерьез расстраивало в назначенном наказании - так это занятые на целых две недели вечера после лекций. Она так рассчитывала сразу записаться на факультативные спецкурсы по своей будущей настоящей специальности! А теперь придется бездарно тратить время, одновременно мучительно решая для себя неразрешимый, кажется, этический вопрос - что делать с драконами?

О том, может ли она на самом деле изменить что -то и каким образом, она пока не задумывалась. Надо будет - сможет. Найдет, как. Но для начала нужно было понять -что именно делать.

Она точно знала, что нельзя оставлять все как есть. И так же ясно понимала, что просто отпустить драконов, даже если удастся разорвать их связь с ритхами, - не выход. Положим, богатые пассажиры без “скоростного транспорта” как -нибудь обойдутся. И с научными изысканиями наверняка можно разобраться как-то. по-другому. Но оставлять без драконов спасательные службы нельзя - иначе, случись что, при первом же землетрясении или цунами она окажется виновна в гибели людей, которых просто не успели эвакуировать. А стихийные бедствия, как она уже успела узнать, случаются в этом мире совсем не так уж редко.

Задача пока не находила непротиворечивого решения, и это раздражало.

Мучаясь всеми этими вопросами, она и сама не заметила, как сделала домашнее задание, объяснила все, что было непонятно, сестре и даже заварила чай. К чаю у них было привезенное еще из дома печенье, заботливо уложенное в багаж Критой, и Ада рассуждала о том, что где-то на острове, говорят, есть и магазины, и непременно надо бы туда наведаться - обновить запасы чая и вкусненького. Ида слушала ее вполуха и продолжала думать о том, как бы взять за ноги, перевернуть и потрясти какого -нибудь ритха, чтобы вытрясти из него информацию.

И когда неосторожный ритх сам поскребся в их комнату в общежитии, Ида, распахнув дверь, не сдержала хищной улыбки.

- Девчонки, - жалобно начал Сирш, переминаясь с ноги на ногу, - а вы сделали задание по кр-пр?

- Ну конечно, - ласково проворковала она. - Ты проходи -проходи... гостем будешь!

У Ады, обернувшейся от стола, глаза медленно полезли на лоб, а Сирш, почуяв неладное, попытался сделать шаг назад, но было поздно: Ида, ухватив за одежду, потащила его в комнату. Ада тем временем, осознав, что намечается что -то веселое (и вообще отчего бы не помочь сестренке!) поднялась со своего места и принялась подкрадываться к парню с другой стороны.

- Девчонки, - доверительно сообщил Сирш, понизив голос, - я вас боюсь.

- Прааавильно, - еще ласковее сообщила Ида, продолжая тянуть его на себя. - Потому что сейчас мы станем тебя пытать и шантажировать. Мне нужна информация и у меня есть решение по кр-пр!

- И печеньки! - радостно сообщила Ада, толкая парня уже в спину.

- А.. - однокурсник беспомощно оглянулся, но Ада уже захлопнула за ним дверь и повернула ключ.

- Кстати, а зачем он нам? - только после этого полюбопытствовала она.

- На опыты! - кровожадно объявила Ида. - Я как раз подумывала похитить ритха на опыты!

- Девочки, - робко возразил Сирш, - я вот как раз подумал, да зачем мне то задание по кр-пр, все равно кроме вас его никто не сделает, что я, самый зеленый.

- Какой? - изумилась Ида. - Почему зеленый -то?

- Ну, у ритхов иногда встречается зеленоватый цвет волос, редко.

- Ааа. самый рыжий, значит. Ну да. Ты у нас, зайчик, по определению самый рыжий. Потому что нетипично себя ведешь с нами. И нам вот очень-очень интересно, почему бы? А еще - зачем я вообще понадобилась ритхам? И что не так с вашими драконами? Почему вы даже не пытаетесь с ними договариваться, и вообще так по-свински с ними обращаетесь? Зачем вам нужен мой дракон?

Ида наступала с каждым вопросом, и Сирш, попытавшийся увернуться в сторонку, все больше пятился, пока не наткнулся на кровать у стены. Ида толкнула его, и ритх без сопротивления уселся. На лице его была написана обреченность.

- Папа меня убьет, - тоскливо сообщил он. - Хотя нет, сначала меня убьет Риз, потом декан Леган, потом его кузен, а потом уже папа.

- Не угадал! Ты же видишь, я первая в очереди! Кстати, что там с папой? И вообще - кто у нас папа?

- Я думал, про папу-то вы сами знаете, - уныло вздохнул Сирш.

Как оказалось, подвел Иду в кои -то веки именно ее математический склад ума. Всякого рода гуманитарные знания всегда казались ей слишком неважными и малозначимыми, чтобы тратить на них время и занимать память.

Нет, разумеется, наследницам Виленто преподавали современную социологию и политологию. И разумеется, попав в новый мир, Ида осознавала, насколько важно запомнить все, что касается социального устройства местного общества, государственной власти и ключевых моментов истории. И это - даже несмотря на то, что здесь обнаружилась совершенно новая для нее и такая увлекательная точная наука: магия! Магия, которая требовала изучения и сосредоточения всего ее внимания!

Она старательно запоминала все то, что может оказаться важным - например, знала, что государств (во всяком случае, известных) здесь всего два: человеческая Виссария и ритховская Лаймиена. С этим был связан забавный казус: говорили все жители мира на сегодняшний день на одном языке, сложившемся из множества островных диалектов, но люди называли его виссарийским, а ритхи - лаймиенским. То есть вроде как “человеческим” и “ритховским” соответственно. Учитывая, что ритхи первыми наладили сообщение между островами, их версия казалась более правдоподобной, хоть и непатриотичной.

Еще она знала, что войн, если не считать мелких локальных стычек, между Виссарией и Лаймиеной в обозримом прошлом не было никогда - а потому и нет как таковых военных и армий. Две страны столетиями просто игнорировали друг друга, развиваясь каждая своими путями на принципиально неприемлемых для соседей территориях, и лишь на достаточно высоком уровне развития начали налаживать политическое, торгово -экономическое и научное сотрудничество.

И, конечно же, она помнила, что государственный строй Лаймиены - абсолютная монархия, а Виссарии - монархия конституционная. В человеческом государстве король был фигурой не то чтобы совсем уж декоративной, но никаких значимых решений он не имел права принимать самостоятельно, без санкции Совета Первых родов, в который сейчас входил тисс Тристобаль Виленто как глава рода, а когда -нибудь со временем должна была войти одна из его дочерей.

И так же разумеется, что Ида со свойственной ей дотошностью запоминала имена действующих монархов и их прямых наследников в обеих странах. В Лаймиене правил сейчас король Тирем, у которого было двое сыновей - Ойриз и Сиршиан...

А вот длинный список официальных титулов и фамилий каждого из правящих монархов она запоминать не стала, сочтя совершенно излишним. Зачем напрасно засорять память информацией, которая, скорее всего, никогда не пригодится? Ада же сделать этого и вовсе не пыталась - для нее фантастической задачей оказалось уложить в голове хотя бы то, что было действительно насущно и практически необходимо. Она совершенно заслуженно гордилась своими успехами... а на все остальное у нее, в конце концов, была сестра, которая все равно вечно все знает.

Фамилия “Вириус” числилась где-то в конце длинного списка имен правящего рода Лаймиены. Традиционно все сыновья королевской семьи обучались на драконьих наездников в Облачной академии именно под этой фамилией, на общих основаниях и без каких-либо привилегий - как бы инкогнито, но на самом деле все, в общем -то, всё знали. Все ритхи - совершенно точно. Что касается людей - об этом обычно всегда были в курсе представители знатных родов, получившие серьезное домашнее образование. Остальных об этом специально не извещали, но и в целом не скрывали ничего.

Мимоходом у Иды мелькнула грустная мысль, как безнадежна, оказывается, внезапная симпатия подружки Мии: наследный принц - это даже не просто какой-нибудь знатный ритх, там наверняка давным-давно все решено, и брак может быть только династическим. Девушке из не самого знатного человеческого рода уж точно ловить нечего.

А еще навязчиво крутилась в голове почему-то засевшая там фраза из нелепого сна про “прынцев”, которых “и даром не надь”. Вот уж точно.

- Нет, подожди, - что-то все равно не складывалось, - я же точно помню, ритховские наследники престола не могут быть нашими ровесниками, они вроде бы сильно старше.

- Ну да, - Сирш только приподнял брови. - Мне 25, Ризу 28. На драконьем факультете я из первокурсников самый младший вообще-то, ну, кроме тебя, конечно. Я же говорил, будущие драконьи пилоты обычно сначала работают несколько лет по специальности -

спасателями там или в пассажирских перевозках, или в экспедициях участвуют вроде подай-принеси. Ну, у нас в семье, конечно, по-другому немножко, вся эта подготовка наследников. У Риза - хоть понятно, зачем, ему править когда -нибудь, а я вообще -так, запасной. Вроде как должен стать когда-нибудь правой рукой короля. А на самом деле - ну, дадут мне какой -нибудь министерский пост, в соответствии со способностями,

- тут он скривился, - хотя не особо представляю, что из моих способностей может пригодится.

Мда. не настолько уж сильно он, выходит, и моложе нее. хотя образ этого шалопая -бабника все равно не стыковался у Иды с понятием “взрослого мужчины”. Мальчишка. Кей и то кажется взрослее. Может, ритхи, как драконы, взрослеют медленно?

- Ну хорошо, - продолжила она “допрос с пристрастием”. - А мы-то тут при чем?

- Это называется - дипломатия, чтоб ты знала. Не знаю уж, чем там ваши учителя занимались. - тут Ида многозначительно откашлялась, намекая, что грубить все же не стоит, - ну, в общем, в нас с Ризом много лет вдалбливали и список человеческих Первых родов, и какой вес они имеют в международной политике, и главное - то, что к человеческим девушкам не стоит относиться, как. - Сирш слегка покраснел, - ну, как к низкородным ритханкам. Как все наши к человеческим девушкам обычно относятся. Что девушка, например, из Первого рода - это то же самое, что парень из Первого рода, такая же наследница. И надо иметь в виду, что с ней, может, потом придется договариваться в вашем Совете. И круха с два договоришься, если она на тебя со студенческих лет дуется за. ерунду какую-нибудь.

- Что, - понимающе улыбнулась Ида, - у батюшки печальный опыт?

- У деда был, - неохотно ответил Сирш. - Там дурацкая история вышла... небольшое культурное недопонимание. Из-за которого мы тридцать лет не могли заключить соглашение по нескольким экономическим вопросам. ну, неважно.

- Ладно, - кивнула Ида. - Вы с Ризом в силу своего королевского воспитания понимали, что нас с сестрой не стоит обижать. Или заводить с нами однодневных романов. Но это не объясняет, почему вы определенно взялись нас опекать и практически набились в друзья.

- Вообще-то я честно тебе говорил! Я правда считаю, что раз вы - наши, а ты вообще драконья наездница, то.

Прерывать покаяние ритха Ида не планировала, но подзатыльник ему прилетел неожиданно от Ады.

- Шо? - тут же состроила она недоуменную рожицу. - Хорош сказки нам тут рассказывать. Мы уж поняли, шо вы, рытхи, шибко умные.

- Все равно я честно говорил, - вздохнул Сирш. - Ну да, папа еще просил специально присмотреть за вами. За Идой Виленто то есть. Меня - особенно, как сокурсника. Показывал секретный доклад от Айсена Легана, одного из ведущих драконологов. Просил проверить информацию, выяснить все досконально.

- Проверил? - ласково спросила Ида. - Выяснил, зайка? А в докладе-то что было, м?

- Что-что. дикий дракон, что еще! И связь дракона с человеком - мало, что ли?!

- Ага. а дикий дракон вам зачем?

- Так. ой, вот это уже, знаешь. государственная тайна, если честно. Папа точно.

- А ты кушай печеньку-то, - сочувственно влезла Ада. Когда и каким чудом у нее в руках успели оказаться чашка с еще вполне теплым чаем и вазочка с печеньем, Ида так и не поняла. Впрочем, такие вещи она и в прежнем мире привыкла считать особой магией идеальных домашних хозяек, к котором сама она никогда не относилась, как бы кое -кто ни пытался ее к ним “отнести”.

Сирш тоже только хлопнул глазами и покорно взял в одну руку чашку, а в другую -печенюшку, от которой тут же откусил.

И правильно, подумала про себя Ида. Домашняя выпечка, да еще приготовленная под личным руководством Ады Виленто, она же баба Зина Баглюк - инструмент манипуляции почище домашних заданий по загадочным предметам. Пусть -пусть объект слегка расслабится, ему не повредит, а нам всяко полезно будет.

Второй принц королевского дома Лаймиены уныло жевал, тоскливо сознавая, что просто так увильнуть от ответа ему не дадут. И что хуже того - даже если ему удастся удрать, не сказав ничего, слишком умная младшая дочь рода Виленто сама в итоге составит картину из фактов, недомолвок и умолчаний. И картина эта может выйти еще более неприглядной, чем на самом деле. Так что, возможно, выгоднее дать ей ту информацию, которой она так жаждет - преподнеся ее в наиболее выгодном для ритхов свете. Хорошо бы еще заранее узнать, что думает об этом отец и его мудрые советники. Только кто ж его отпустит теперь предварительно посовещаться?

- Драконы вымирают, - сказал он наконец, и повисшее после этих слов молчание могло означать, что он уже сказал слишком много. Или что теперь все равно отступать некуда.

- Вымирают, и мы, наверное, виноваты в этом. Ни в одном учебнике об этом прямо не говорится, но... Когда-то, когда наш предок, один из королей Лаймиены, разработал технологию установления связи с драконом, за ними началась настоящая охота. Это уже потом, не в первом поколении и не во втором, стало ясно, что они очень плохо размножаются в неволе. А тогда - каждый ритх хотел заполучить себе дракона, и встающих на крыло детенышей подстерегали у каждого гнезда. Г оворят, драконы были тогда очень умными. я знаю, в учебниках и сейчас написано, что они полуразумны. Они учились прятаться и скрываться. Мы учились выслеживать и связывать их. В конце концов диких драконов стало действительно не найти - была даже теория о том, что их не осталось вовсе. Или осталось очень-очень мало.

А потом мы сами стали заложниками того, что сделали. Мы не могли их отпустить - уже слишком зависели от них. И не могли вернуть все как было. Потому что драконы плохо размножались, и был риск, что теперь уже прирученные без присмотра могут вымереть совсем. Потому что с каждым поколением они будто понемногу утрачивали свои способности и разум. деградировали. Наши драконы сейчас - самые обычные животные. хотя нет, не обычные. Они вообще не способны принимать самостоятельные решения - даже те, которые все животные принимают на инстинктивном уровне. У детенышей еще, пожалуй, есть какие-то зачатки собственной воли - но уж наверняка не разума. Собственный разум им заменяет воля хозяев, к которым они привязаны. И самое главное.

Сирш осекся, сообразив, что едва не сказал действительно лишнее.

- Ну-ну, - поощрила его Ада. - Мы тебя внимательно слушаем. Хочешь еще печеньку?

- Ты ведь понимаешь, - серьезно добавила Ида, - что уже начал говорить. И до продолжения мы все равно докопаемся. Дай-ка угадать. ты говорил, что утрачивали они не только разум, но и способности? Что за способности?

Ритх схватился одной рукой за голову - во второй он все еще держал уже опустевшую чашку, из которой время от времени прихлебывал во время своего рассказа. Ада заботливо подхватила у него чашку и понесла к столу - греть и доливать чаю.

- Я. думаю, вы бы все равно рано или поздно узнали бы, живя именно в этом общежитии. на этом факультете. В конце концов, один из порталов - прямо в этом здании, дай боги, чтоб вы туда случайно не забрели.

Магия ритхов, тайны которой они не спешили раскрывать людям, включала, помимо управления воздухом, ментальные способности - именно они позволяли, например, устанавливать связь с драконами. Но никаких особых пространственных способностей у ритхов не было. И их загадочные для людей мгновенные перемещения между островами объяснялись той самой связью с драконами, что привела к почти полному истреблению популяции этих гордых животных.

Как выяснили когда-то ученые ритхов, драконы были единственными живыми существами, способными не только чуять назревающие искривления пространства мира, но и пронзать их. В чистой теории преломления пространств, приводившие к расколам островов, выглядели как складки смятой бумаги или ткани. И так же теоретически можно было пронзить такую складку - чтобы проложить короткий путь от одной точки пространства к другой, не путешествуя по изгибам.

“Иголками”, способными делать такие “проколы”, и были драконы. Полуразумные животные, наделенные особым чутьем и способные улавливать колебания ткани пространства. По такому “проколу”, уже созданному драконом, могли путешествовать и другие живые существа. “Прокол” становился порталом из одной точки мира в другую. И эту тайну ритхи до сих пор хранили от людей. Драконы летали и создавали свои пути в поднебесье - на территории ритхов.

Вот только при смещении островов старые порталы оставались на своих прежних местах. А новые создавать было некому, ведь связанные драконы давно утратили свои способности.

Со временем, когда смещение станет слишком сильным, небесные острова могли вовсе остаться без порталов. А вновь открытые и отдаленные острова уже и сейчас были лишены быстрой связи.

Поэтому найденный, да еще и - хоть как-то - связанный дикий дракон представлялся шансом. Вдруг свои способности и разум утратили только драконы в неволе? И одновременно, учитывая, что связан он был с человеком, это создавало множество рисков для ритховской цивилизации. В частности - раскрытия их ноу-хау и рывка в развитии цивилизации людей. Но это в любом случае меркло в сравнении с открывающимися возможностями. Если, конечно, они вообще реальны.

- Я надеюсь, тебе по крайней мере не ставили задачи жениться на мне? - подозрительно уточнила Ида. А что? Выходило вполне логично. Брак между людьми и ритхами был редкостью, но такое случалось. Правда, потомки такой связи всегда были ритхами, наследуя более сильную кровь... В общем, если бы Ида вышла замуж за кого -то из синеволосых, они бы и получили себе своего дикого дракона, по сути. И даже мезальянсом это, пожалуй, не было бы, учитывая вес рода Виленто.

- Не то чтобы, - Сирш опустил глаза. - Да, нет, я сразу понял, что не. ну, в общем, папа говорил, не отбрасывать такой возможности. Он сказал присмотреться.

- Присмотрелся? - она приподняла брови.

- Да ни в жизнь! - искренне воскликнул ритх, и она вздохнула с облегчением. Как бы там ни было, но. будь он на самом деле таким взрослым и хитрым политиком, каким, возможно, сам себя считает и на какого, может быть, рассчитывает его отец и ритховское правительство, вряд ли ей бы удалось вытрясти из него хоть что -то. Конечно, не факт, что он был до конца честен или что он в самом деле знает все, но. что -то подсказывало Иде, что во всяком случае в вопросе женитьбы он искренен. Да и в большинстве прочих.

И не вполне понимает - как и она сама - зачем скрывать что-то в деле, от которого может зависеть развитие и дальнейшая судьба обоих народов. Ведь несомненно выгоднее для всех было бы действовать вместе! Впрочем, понять тонкости политических мотивов она и не пыталась.

- Еще печеньку? - сочувственно спросила Ада. Разоблаченному ритху ничего не оставалось, кроме как старательно захрустеть печеньем.

- Задание-то хоть дадите списать? - тоскливо спросил он наконец, зажевав свою скорбь.

- Зачем - списать? - изумилась Ида. - Мы объясним!

- Ээээ... - парень беспомощно обернулся к ее сестре, но та лишь злорадно ухмыльнулась. Не одной ей страдать!

- А шо, Риз не дал? - полюбопытствовала она.

- Риз меня осенил святым знаком и сказал, что они всем курсом на зачете решали, а домашку и не пробовали делать.

- О, так там же все просто! - обрадовалась Ида, и несчастный парень обреченно прикрыл глаза. Какая чушь все эти государственные тайны, понимал сейчас он. Вот кр-пр - это и в самом деле тайна века, и вот эта конкретная девица ее точно разгадает, а не разгадает -

так вытрясет из несчастного мастера Тикеро, и никакой дефект речи ему не поможет...

Глава девятнадцатая. Здравствуйте, я ваш куратор

- Прынцы, - выразительно вздохнула Ада, когда дверь за гостем наконец закрылась. -Ишь. Шоб им перьев в жопу да кукарекать заставить.

- Лишь бы они нас кукарекать не заставили, - не менее выразительно вздохнула ее сестра.

- Зато понятно, чего та Дуська к нему сразу так приклеилась-то. Нарочно, поди, целила.

- Кстати, ты мне так и не сказала, что о ней выяснила от Сирша.

- Да от него-то. ну шо он толком может сказать? Шо шалава - так то мы и сами знаем.

- Что - так и сказал? - изумилась Ида. Ей почему-то казалось, что Сирш, каким бы разгильдяем и бабником ни был, все же о героинях своих “приключений” так отзываться не станет.

- Тю! Нет, конечно. У него там восторги одни - какая она вся из себя. как это он сказал? Умелая, во!

Ида только хмыкнула. Ну понятно. С ее собственной точки зрения, то, что девица семнадцати лет оказалась девушкой в определенных вещах многоопытной, ничего особенно плохого о ней не говорило. Но по мнению бабы Зины, конечно. в любом случае, на оружие против Дайсы это уж никак не тянет. В здешнем человеческом обществе это так же обычно, как среди современной ей самой молодежи прежнего мира.

- А вот шо он важного сказал - это ее фамилию. Леварри.

- О, - Ида вскинулась, - а Бором Леварри.

- Брат, - Ада энергично кивнула. - Вот оттуда-то она про нас и знает.

Список из нескольких фамилий Тристобаль Виленто заставил дочерей заучить наизусть -тогда же, когда предупреждал об отношении ритхов к человеческим девушкам. Потому что остерегаться сестрам Виленто стоило не только ритхов...

Все дело было в том, что Виленто - один из Первых родов, и обе его наследницы -действительно завидные невесты. Как войти в Первый род, так и породниться с ним, приняв его дочь в семью - высокая честь для любого молодого тисса. И масса открывающихся возможностей.

Странная болезнь, которой страдали с рождения обе дочери Виленто, означала, что род, скорее всего, прервется. Но родители бесконечно приглашали к девочкам все новых докторов, лекарей, знахарей, магов. конечно, заставить молчать абсолютно всех их было практически невозможно. А вердикт многие годы был единодушен: девочки лишены разума и воли, но вполне здоровы физически и совершенно нормально развиваются. Когда они вступили в подростковый возраст, медики с изумлением констатировали, что и с репродуктивным здоровьем у близнецов все в полном порядке. И чем бы ни была их загадочная болезнь, она едва ли наследственная, учитывая, что ничего подобного в роду ни одного из родителей никогда не было.

Однажды тиссу Тристобалю начали поступать осторожные предложения. Брачные. Не так чтобы часто, и не каждый “жених” осмеливался говорить действительно открыто, но.

Если отбросить этическую сторону вопроса, это и в самом деле могло быть выходом. Любая из сестер теоретически вполне могла выносить ребенка. И значит, род Виленто мог продолжиться. У Тории и Тристобаля, по крайней мере, были бы внуки - нормальные здоровые внуки. Разве что зять им достался бы небескорыстный, беспринципный и вообще, мягко говоря, не самых высоких моральных качеств, но разве это столь уж высокая цена? А королевство не потеряло бы еще один Первый род.

- Подожди, - оторопело прервала его объяснения Ида. - Но, выходит, если бы ничего не изменилось. Чтобы любая из нас могла продолжить какой бы то ни было род, ее. муж,

- это слово она сейчас произнесла с заметным отвращением, - должен был бы насиловать безвольную, ничего не осознающую больную до тех пор, пока она не забеременеет?

Аду, до которой только теперь дошло то, что тисс Тристобаль объяснял витиеватыми иносказаниями и намеками, перекосило, но комментировать она не стала.

- Да, - с не меньшей брезгливостью подтвердил отец. - Увы, невеста из Первого рода -слишком лакомый кусок. и ради него некоторые готовы пойти и на такое. А для кого -то

это и вовсе не было проблемой. Возможно, кому-то это представлялось даже удобным: знатная и богатая, но абсолютно безвольная жена, которая только безропотно рожает наследников и не мешает мужу жить так, как он хочет.

- Ты. рассматривал этот вариант? - Иде никак не хотелось в это верить, но она должна была знать точно. Она успела привязаться к новым родным, и разочароваться в них было бы очень больно. Но вере она всегда предпочитала уверенность.

Отец с негодованием посмотрел на нее.

- Я их вышвыривал и в дальнейшем запрещал приближаться к нашему дому и кому бы то ни было из семьи Виленто. Особенно - к Тории. Не хотел бы я, чтобы она хоть краем уха об этом слышала. И вас я очень прошу не говорить об этом с матерью. Но вам сказать - я должен был. Вы должны понимать, что и среди человеческих юношей, ухаживающих за вами, далеко не все будут искренни. Вы красивые девочки, но просто красивых девочек в ваши годы немало. Для кого-то ваша фамилия будет куда привлекательнее вас самих. И есть те, кто не остановится ни перед какой грязью...

- Мне нужен список, - Ида слегка наклонила голову. - Список тех, кому отказано в доме Виленто.

Тисс Тристобаль понимающе кивнул и извлек из ящика стола чистый лист, на котором быстро, не задумываясь, вывел в столбик список из шести имен и фамилий.

Имя Борома Леварри значилось первым.

*

- Сестрица -то поумнее братца, кажись, будет, - деловито говорила Ада, - раз в академию поступить ума хватило. Только она сюда не учиться приехала, попомни мое слово. Женихов ловить приперлась. Да не абы каких, а вона. прынцев.

- Амбиций у нее, наверное, не меньше, чем у брата, - кивнула Ида, соглашаясь. - А семья не в лучшем положении, если Бором был готов к таким. методам. Наверняка она, в отличие от нас, заранее разузнала о студентах все и точно знает, кто есть кто. А в нас она видит соперниц и конкуренток - причем находящихся в куда как более выигрышном положении, вот и стремится сразу устранить.

- Зубы пообломает, - злорадно усмехнулась Ада. - Може, ума у ней и хватило в академию поступить, а вот с мужиками она ведет себя дурнее некуда.

“Да уж, - невольно мелькнуло в голове у Иды, - если хочешь выйти замуж за перспективного жениха, соглашаться на все сразу при первом знакомстве - не самая умная идея. И если этакие “охотницы” за ритхами сами бегают, на все готовые, понятно, почему те к человеческим девушкам так относятся. А страдают потом в итоге совсем другие девушки - вроде той же Мии.”

- Ну хорошо, - вздохнула она, - а нам-то что это дает?

- Ну, - скромно потупила глазки Ада, - мы-то посмышленей будем, да? Побегает она еще чуток за Сиршем, конечно, но если не совсем голова сеном набита, быстро сообразит, шо дохлый номер. Не тот он мужик, шоб жениться. Тем более шо он с нами вроде как дружит. И вот дальше. а дальше она будет окучивать кого познатнее из парней.

- Значит, стоит изучить списки студентов.

- Пффф, - презрительно фыркнула Ада. - На кой мне твои списки? Я у девчонок на своем факультете выспрошу. Шо, думаешь, она тут одна такая? Да тут половина девок за женихами приехали. А из той половины еще половина - не за абы какими. На кого она следующим нацелится, узнать не труд. В общем... ты про Дуську больше не думай, - она многообещающе усмехнулась. - То я разберусь.

Ида только покачала головой. В том, что сестренка разберется, она как -то и не сомневалась.

Правда, как-то не предполагала, к чему может привести это нелепое противостояние.

*

Новый учебный день принес не только новые занятия - к уже знакомым добавились общие для всех первая медицинская помощь и физподготовка - но и сюрприз, который она пока не решила, относить к приятным или не слишком: цедя слова, мастер Леган сообщил, что отныне Идины занятия по специальности будут проводиться в индивидуальном порядке, свое расписание она получит в секретариате. А также что по личной просьбе ее нового куратора он отменил ежевечернее наказание - хотя, добавил он, это не значит, что в дальнейшем она сможет надеяться на подобные поблажки.

Отмена наказания, конечно, не могла не радовать, как и шанс узнать что -то новое от неизвестного пока куратора. Но вот на занятия по специальности Ида упрямо решила ходить, пока есть возможность, пусть даже без Котьки. Просто чтобы узнать как можно больше об интересовавшем ее вопросе, хотя бы наблюдая со стороны.

К Котангенсу она бегала при каждом удобном случае - пообщаться, поиграть, почесать между ушами. и просто побыть с нормальным подростком-драконом, которому все это интересно. Хотя бы для восстановления душевного равновесия. Котька, правда, все равно отчаянно скучал и рвался на волю - конечно, ему хотелось летать, гулять, исследовать все вокруг. но как бы она объяснила преподавателям, что он не собирается ничего рушить и жечь? Она уговаривала своего драконыша еще немного подождать и потерпеть - и тот пока с тоскливыми вздохами соглашался. Но долго ли он сможет так выдержать в реальности - Ида пока старалась не загадывать. Уж точно не шесть лет обучения.

Вечером после пар, на этот раз свободным, она пристала к Кею, скоропостижно уволившемуся со своей новой-старой подработки в ангаре. Ну что же поделать, если здесь она не знала ни одного другого мужчины, знакомого не понаслышке с инструментами?

- Вот смотри, - объясняла она, - мне нужно вот сюда вкопать высокий столб, и на нем закрепить перекладину, и лучше бы, чтобы она вращалась. как -нибудь. Ну ладно, пока хотя бы просто зафиксировать. А на перекладину мы повесим веревку.

- Ты кого вешать собралась? - подозрительно уточнил парень.

- Всех, кто задает дурацкие вопросы!

К счастью, напильник, молоток и все прочие нужные инструменты и материалы нашлись в мастерской, где Кей работал. Так что очень скоро в загоне у Котангенса красовался единственный и неповторимый шест с перекладиной, на который подвесили на длинной веревке гигантский пышный бант из накрахмаленной до вкусного шуршащего хруста простыни - чего Иде стоило выклянчить лишнюю простыню у кастеляна, лучше было и не вспоминать. Зато Кот был в восторге от новой игрушки!

Вторым ее подарком любимому дракону был огромный “мяч” из упругого материала, напоминающего на ощупь одновременно резину и пенопласт - в него заворачивали при перевозке детали различных механизмов, и в подсобке мастерской нашлось множество обрезков. Скатав обрезки в плотный тугой узел, Ида напрягла все силы и с помощью своей пластической магии создала монолитный упругий “мяч” - тяжеловатый и слишком большой для человека, зато юный дракон мог не только подбрасывать, ловить и гонять его по всему загону, но и носить в зубах, не боясь, что “мячик” сдуется. Чем Кот немедленно и с радостью занялся. А уж когда этот самый мячик ловила и подбрасывала или катила хозяйка - счастью и вовсе не было предела.

Сказать, что игрища молодого дракона привлекли внимание - практически ничего не сказать. К загону Котангенса теперь ходили, как на экскурсии - причем не только студенты всех курсов драконьего факультета, но и прочие студенты и даже преподаватели. Дракона, ведущего себя таким образом, никто из них не видел еще никогда. А поскольку вторгаться в загон никто из них, конечно же, не рискнул бы, Ида и не возражала. Пусть... смотрят и начинают думать. Хотя бы о том, что что -то не так уж точно не с весело играющим зверем -подростком, а с теми, что безучастно лежат в своих клетках, не интересуясь ничем вокруг.

Кей только усмехался, наблюдая за играми девушки и дракона. Он уже не раз видел подобное еще в поместье Виленто и давно привык - но для свежих зрителей впечатление получалось неизгладимое.

А вот заметив пристально следящего за происходящим ритха - явно не студента, много старше - Кей нахмурился. Почему-то в этом смутно знакомом мужчине ему почудилась угроза - для Котангенса? Для Иды? Для него самого? Или, может быть, для их пока хрупких, все еще чуть настороженных приятельских отношений, которые смогут однажды перерасти. ну хотя бы в настоящую дружбу?

Этого он понять не мог, но решил, что стоит понаблюдать за подозрительным типом - и как минимум выяснить, что ему надо. Понаблюдать с безопасного расстояния и не привлекая к себе внимания. Как все же удобно порой, что знатные ритхи обычно не обращают ни малейшего внимания на всех, кого считают ниже себя! Иногда не так уж плохо быть кем-то в их представлении незначительным - а значит, почти невидимым.

- У вас своеобразные методики закрепления связи, - самым светским тоном сообщил незнакомец выходящей из загона раскрасневшейся Иде. Девушка не сразу осознала, что этот взрослый ритх, одетый будто для приема в королевском дворце, обращается именно к ней - причем не цедя слова, как большинство из виденных ею ритхов, исключая двоих принцев, а как к равной. - Будет чрезвычайно любопытно поработать с ними.

- А вы. - она замешкалась на секунду.

- Позвольте представиться - ваш новый куратор. Мое имя Айсен Леган. Кто вы - я, разумеется, знаю. Мы с вами уже были мельком знакомы когда-то, однако, боюсь, то мимолетное наше знакомство сложилось не лучшим образом и у вас могло сложиться превратное впечатление...

Айсен Леган, подхватив Иду под локоть, увлекал ее по тропинке, продолжая плести свое словесное кружево. Студенты, топтавшиеся у загона, расступались перед ними, и новоявленный куратор будто вовсе не замечал их.

И тенью скользил за ними Кей Терро, чьи подозрения крепли с каждой минутой.

Кто именно перед ним, Кей уже понял, и старательно припоминал теперь все, что удалось разузнать о ритхе, по милости которого Ида здесь учится. Айсен Леган, 112 лет, ведущий исследователь-драконолог Лаймиены, родственник самого короля. Темы изысканий почему-то не разглашаются. Обстоятельства, при которых лет двадцать назад погиб собственный дракон Легана, не установлены. Почему он при своей специальности не завел нового дракона - тоже загадка...

Сплошные загадки. И они особенно не нравились Кею в момент, когда этот невероятно загадочный тип вился вокруг Иды Виленто. И вел себя почему -то не как преподаватель со студенткой на территории академии, а. пожалуй, как кавалер, встретивший приятную во всех отношениях даму на светском мероприятии.

*

Ида шла под руку с совершенно потрясающим мужчиной и чувствовала, как вслед ей завистливо оглядываются. смотрите-смотрите, вы все равно его не заинтересуете!

Просто невероятно, как она не разглядела его сразу, еще тогда, три года назад. Стоило ведь всего лишь пойти с ним. А ведь он звал! Он уже тогда понял! Она наверняка стала бы самой счастливой в этом мире. Он же самый. самый-самый. И он смотрит только на нее. Ему нужна только она. Впрочем, еще ведь ничего не потеряно! Как хорошо, что он позаботился, чтобы они обязательно встретились снова.

Какая-то назойливая мысль вертелась в голове неприятным червячком, зудела и отравляла чистую восторженную радость, заполнявшую сознание. Как будто она что -то забыла.

Забыла? Глупости. Ида Виленто никогда не жаловалась на память. Как не жаловалась на нее Зина Летова.

Зина? Почему ей вдруг пришло в голову это имя?

...Странно, почему так путаются мысли?

Впрочем, какая разница? Когда спутник так прекрасен, совсем неудивительно, что в голове сплошной розовый туман!

Ида невпопад хихикнула, и самый лучший мужчина на свете сжал ее локоть.

- Я вижу, вы утомились. нам стоит присесть. Вот здесь замечательная беседка.

- Беседка? - рассеянно переспросила она. - Да, конечно.

Беседка тоже была прекрасна, как и все вокруг. Самое замечательное место на свете, чтобы побыть вдвоем, без всех этих лишних взглядов. И, конечно же, ответить на вопросы спутника, раз уж ему так важно услышать это.

- Припомните, - настойчиво повторял Айсен, - вы хотели рассказать мне о том, как впервые встретились со своим драконом.

- Да, - она снова хихикнула. - Точно. Знаете, я как раз тогда приехала в станицу. С мужем, правда, еще не развелась.

- С мужем? - лицо ритха приобрело сложное выражение. - Развелась?

- Ага, - легко кивнула Ида, мечтательно глядя на него. - Молодая была, глупая, знаете, все еще верила, что можно что-то исправить... А Кот... это мой дракон. В станице нашла, возле магазина. Я на него чуть не наступила. Мне сказали, его маму сбила машина.

- Машина, - с болезненной улыбкой повторил Айсен, - Дракона. Возле магазина. А на второго ты могла наступить. Ага.

Он глубоко вдохнул, полуприкрыв глаза. Оторопь на его лице сменилась откровенной досадой.

Пожалуй, не будь он так занят своими мыслями, далекими от радужных, он, в отличие от погруженной в розовые грезы спутницы, мог бы заметить шорох кустов, окружающих открытую беседку. Но как раз сейчас Айсен напряженно пытался понять, что именно могло пойти не так и почему эта девчонка от почти совсем невинного воздействия вдруг окончательно, похоже, сошла с ума. Или это все-таки ее нормальное состояние? И что с ней делать теперь?

Почувствовав резкую вспышку боли в затылке, он успел осознать, что кто -то, коварно подкравшись из-за кустов, ударил его чем -то твердым по затылку. А вот обернуться и увидеть злодея ритх уже не успел.

Тяжеленный самокат Кей сразу отбросил в сторону - кажется, удар вышел что надо, вон и кровь видно. но вроде бы не убил. А затем, обогнув цветущие кусты, добежал до входа в беседку и кинулся к сидящим на скамейке.

Вообще-то сидела сейчас только Ида, изумленно моргавшая, как внезапно разбуженный человек. Ритх полулежал, свесившись со скамьи головой.

Кей наскоро убедился в том, что Леган все -таки дышит. Сомнения были - увы, ничего достаточно надежного, чтобы как следует ударить, но менее тяжелого, чем самокат, под рукой не оказалось.

- Вставай! - он схватил Иду за руку и потянул на себя. Девушка послушно встала, глядя по-прежнему непонимающе. Крух. слегка размахнувшись, Кей хлестнул ее по щеке, а затем и по второй. - Давай, приходи в себя! Надо уходить отсюда! Быстро!

Ида тряхнула головой, разгоняя туман, а потом оглянулась на скамейку. При виде ритха без сознания ее зрачки расширились.

- Потом объясню! - Кей настойчиво потянул ее к выходу из беседки. - Если что - нас здесь вообще не было! Идем, надо решить, что говорить. И. надо выяснить, все ли с тобой будет в порядке. Кто его знает, что он с тобой сделал... Пойдем, найдем этого вашего ритха, как его, Сирша. ритхи должны знать. Крух, ко мне нельзя, там соседи.

- К нам, - способность связно мыслить постепенно возвращалась, и Ида уже с усилием просчитывала варианты.

Решение, как провести Кея в общежитие драконьего факультета, оказалось простым до гениальности. Приводить гостей никто на самом деле не запрещал - нельзя было только водить гостей противоположного пола. Поэтому Кея провел через вахту как своего гостя Сирш.

Держать совет решили в комнате девушек. Помимо Сирша, за ними увязался и Риз, догадавшийся по лицам Кея и Иды, что случилось что -то из ряда вон выходящее. Ада, увидев лицо вошедшей в комнату сестры, тут же подхватила ее под руку, довела до кровати, накинула плед ей на плечи и кинулась заваривать чай.

- Ты сделал - что?! - неверяще переспрашивал Риз уже в который раз. - Нет, я знал, что люди бывают...

- Какими? - агрессивно перебил его Кей. - Ты еще про мою бездарность вспомни!

- Успокойся, - Риз выставил руки перед собой. - Я совсем не то.

- А что?! Ты - что?! И да - я треснул по башке вашего знаменитого ученого и родственника короля, и я бы сделал это еще раз, если бы снова увидел то же самое!

- Да что ты такого увидел?! - с возмущением вмешался уже Сирш. - Я так понял, он ухаживал за девушкой? Ты что, приревновал?

- Идиоты! Это была не Ида! Она не могла себя так вести! Он что -то сделал с ней!

- Знаешь, - осторожно подбирая слова, будто говорит с психом, начал Риз, - в обществе привлекательных мужчин девушкам иногда свойственно.

- Не ей!

- Да почему?!

Ида, отхлебнув чаю из протянутой сестрой кружки, решила, что пора вмешаться, пока мальчишки не подрались.

- Он прав, - просто сообщила она. И почему-то все сразу замолчали. - Я была. словно в тумане. У меня путались мысли, я как будто. как будто выпила слишком много, что ли. Хотя я никогда не была настолько пьяной. Такая розовая сладкая вата в голове, -

задумавшись на секунду, она четко перечислила симптомы, - спутанность сознания, провалы в памяти, нарушение координации движений, неуместная эйфория, зацикленность на объекте.

- Знаешь, девушки иногда. - уже не так уверенно начал Риз.

- Нет, - спокойно возразила она. - Он что-то со мной сделал.

- Я видел, - добавил Кей, - этот ритх делал вот такой жест, - он показал, - сначала за затылком Иды, потом возле ее лба. И потом прикасался к вискам.

- Нет. - братья Вириусы переглянулись, неверяще глядя друг на друга, когда в головах обоих мелькнула одна и та же догадка. - Он не мог. это же не.

- Ты совсем огыблел - подчинять студентку?! - вопил Кирен Леган, снова расхаживая по собственной гостиной и в бессильной ярости сжимая кулаки.

Здесь будто ничего не изменилось с их прошлой беседы - и даже его гость точно так же сидел в кресле. Правда, сейчас Айсен Леган держал в руке тряпицу, в которую был завернут лед, и прижимал ее к затылку.

И, надо же, причиной новой вспышки гнева декана драконьего факультета была все та же студентка. Правда, на этот раз для разнообразия - не по ее воле. Собственно, именно в ее воле, как ни странно, и была теперь вся закавыка.

- Нет, ты совсем огыблел?! Да даже не будь она Виленто, она, крух ее дери, студентка!

Да твое счастье, что тебя по башке треснули, пока ты ничего натворить не успел! Да за твои художества... Ты совсем в своих круховых горах со своими круховыми исследованиями одичал и.

- Огыблел, я понял, - прервал его гость, криво усмехнувшись и в очередной раз поморщившись от боли. Интересно, чем же это его так. - Ты не понимаешь. воздействие было совсем легким, оно не должно было так.

- Не должно?! А откуда ты знаешь, как - должно? Ты что, ставил опыты на человеческих девушках?

- Разумеется, нет. Но там были вполне проверенные элементы.

- То есть ты ставил эксперименты на студентке академии? - взревел декан. - Да ты совсем огыблел там!!

Глава двадцатая. Магия ритхов

- Я уверен, это недоразумение, - увещевающим тоном говорил Риз. - Возможно, ройс Айсен что-то не так понял. И, разумеется, не имел в виду ничего дурного. Думаю, все произошедшее можно назвать нелепой случайностью...

Брови Иды все ползли вверх, пока она пыталась подобрать слова. Этот принц принимает ее. за кого, интересно? Он в самом деле полагает, что она не способна сложить два и два?

- Ну шо вот ты городишь-то, а? - укоризненным тоном вмешалась, как ни странно, Ада.

- Самому-то не стыдно? У нас щас ухи поотвалятся от той лапши, шо ты навешал.

- Лапши? - Риз растерялся. - Какой еще лапши?

В виссарийском языке на было такой идиомы - здесь говорили “вкручивать в уши”, и Ида поспешила вмешаться.

- Моя сестра всего лишь хотела сказать, что ты несешь бред и, похоже, держишь нас за дурочек. Ну как можно случайно кого-то околдовать? Мы не знаем ничего о магии ритхов, вы хорошо скрываете свои тайны. обычно. Но я вполне уверена, что подобные воздействия невозможны “нечаянно”. Да и те жесты, что показал Кей, вряд ли могут сойти

за простую жестикуляцию во время разговора. Не мух же он от меня отгонял. Боюсь, что ты, дорогой наследный принц, немного не понимаешь ситуацию. Ты пытаешься сейчас -довольно нелепо и беспомощно - не только выгородить этого ройса, который, как я понимаю, доводится вам каким -то там родственником. Ты пытаешься заодно быстренько прикрыть все ваши ритховские тайны, которые вы за каким -то крухом не открываете людям. Очень глупо, кстати, сотрудничество рас и сочетание разных магий могло бы быть выгодно для всех... но я не о том. Беда в том, дорогой мой принц, что ваш родственник уже раскрылся. У меня на руках не так уж мало информации - включая и все, что я успела узнать о связях с драконами, и то, что пытался проделать этот Леган. Стоит собрать все вместе, разложить факты по полочкам - и, уверена, очень многое я смогу понять и сама. И со своими выводами я, разумеется, пойду прежде всего к ректору Севейну. Который, как ты помнишь, человек. Но еще раньше - отправлю весточку своему отцу. Входящему в совет Первых родов и профессионально занимающемуся расследованиями. Так что замять скандал вам в этом случае уж точно никак не удастся. А по вашей с Сиршем реакции я делаю вывод, что то, что пытался сделать Леган, незаконно и у вас тоже. В ваших интересах - сэкономить мне время, рассказать все, что меня интересует, самостоятельно. и, может быть, попытаться убедить меня, что этот самый скандал поднимать не стоит. И доводы должны быть ооочень вескими!

Риз и Сирш беспомощно переглянулись и одновременно испустили тяжкий вздох. А довольное выражение лица Ады в этот можно было истолковать вполне однозначно -“Знай наших!”

- Ты знаешь, - доверительно сообщил брату Сирш, - ей вообще лучше сразу говорить, да. Потому что она правда все равно узнает. Но так, может быть, будет не больно.

- Больно будет, когда обо всем узнает отец.

- Ну так это ж не мы так подставились, - Сирш беззаботно пожал плечами. - Мы, наоборот, проявили чудеса дипломатии. А подставился наш драгоценный родственничек, которого нам столько раз приводили в пример и которого папа так высоко ценит. Мы за ним тут, между прочим, разгребаем. И ему еще крупно повезло, что Ида готова разговаривать. Могла бы просто закатить истерику и улететь на своем драконе в закат. то есть к своему собственному папе. Рассказывать удивительные истории.

Все дело оказалось в той стороне магии ритхов, которую они предпочитали не раскрывать людям. И на то были причины.

Помимо управления ветром, ритхи обладали способностями к своеобразной ментальной магии. Нет, они не могли кому-то внушить мысли. Но они умели воздействовать на сознание, создавая ментальные связи разных уровней и разной структуры. Могущество каждого конкретного ритха было индивидуально, обладали им в той или иной степени все, но чаще всего самыми сильными магами были представители древних аристократических родов, как и у людей. Например, даже какой -нибудь подмастерье мог в чем-нибудь поклясться и сделать свою клятву нерушимой, воздействуя на самого себя. Но только король мог сделать нерушимым для всех граждан своего королевства подписанный им закон. Впрочем, воздействия использовались в самых разных сферах. Например, благодаря таким связям слуги были верны своим хозяевам и никогда не болтали об их тайнах. Браки у ритхов тоже заключались магические и нерасторжимые - и брачная связь позволяла сделать счастливым и верным практически любой союз. Столь же нерасторжимой была и связь-подчинение с драконом - это уже уровень сильного ритха.

Согласно законам королевства ритхов, любые ментальные воздействия на другое разумное существо могли осуществляться только с его согласия. Конечно, преступления случались и в Лаймиене, находились и лазейки в нерушимом законе, но напрямую переступить его было невозможно. Всегда нужно было хотя бы формальное согласие.

А людям эта сторона способностей ритхов не раскрывалась, чтобы не допустить напряженности в межрасовых отношениях.

Опасения возникли не на пустом месте - виной всему была реальная история человеческих Первых родов. Среди них был когда -то и род, чьи наследники первой крови обладали некими ментальными способностями - далекими от ритховских, они никого не подчиняли и не связывали, лишь читали чувства и отдельные мысли - но, тем не менее, тот род столетия назад был в буквальном смысле истреблен при загадочных обстоятельствах. Люди всегда боялись того, чего не могут понять...

Не то чтобы ритхи опасались чего-то подобного - объективно говоря, в случае открытого конфликта преимуществ у них было бы больше. Но о плодотворном и спокойном сотрудничестве между странами можно было бы забыть, если бы людям стало известно слишком много. Можно сколько угодно доказывать, что воздействие по закону Лаймиены должно быть добровольным - люди никогда не смогли бы спокойно относиться и сотрудничать на равных с теми, кто может в буквальном смысле слова влезть им голову.

А между тем многие уникальные способности магов -людей были незаменимы и для ритхов.

- Я поняла, - нахмурилась Ида. - Мы не станем кричать о том, что узнали, на каждом углу, - Ада согласно кивнула, а вот Кей нахмурился. - Но сообщить отцу я все-таки считаю необходимым. Он неглупый человек, и, думаю, поймет, почему эта информация должна оставаться секретной. Кроме того, я все-таки поставлю в известность о произошедшем ректора - чтобы мне сменили куратора. Но кое -чего я все-таки не поняла. ты говорил, что для любого воздействия на ритха или человека нужно его добровольное согласие. Но я никакого согласия не давала.

Сирш втянул голову в плечи и сморщился, будто будто сунул в рот и разжевал целый лимон. Похоже, он очень надеялся, что именно этот вопрос задан не будет.

- Есть лазейка, - уже покорно вздохнул Риз. - В законе сказано про “разумное дееспособное существо”. Формулировка была введена, чтобы включить как ритхов, так и людей. Но для животных - скажем, тех же драконов - таких ограничений нет, на них даже не разово воздействуют, а устанавливают постоянную связь, подчиняющую полностью. Воздействия также без ограничений применяются к душевнобольным, а в некоторых случаях - и к детям.

- Детям?! Вы еще и детей подчиняете?!

Риз увещевающе поднял руки.

- Только по необходимости. Ну, скажем, ребенок не согласится добровольно, чтобы на него наложили нерушимый запрет на какие-нибудь интересные ему, но опасные для жизни игры. Запреты вроде “никогда не подходи слишком близко к обрыву”, “не играй с огнем” накладываются без согласия ребенка.

- Вообще-то, - подал голос Сирш, - есть такие родители, которые так запрещают и общаться с “неподходящими” компаниями, и много чего еще не такого уж опасного. Но все “детские” запреты все равно работают только до совершеннолетия.

- Так. Хорошо. Но я-то не ребенок!

- Да... - оба принца переглянулись, и продолжил все-таки Риз. - Понимаешь, дело в том, как работает “нерушимость” законов. Она воздействует тоже на мозг, восприятие, а не объективную реальность. Ни один подданный Лаймиены не сможет без согласия воздействовать на того, кого он сам считает разумным и дееспособным. ну.

- Шооо?!.

- Так, - Ида жестом прервала возмущения сестры, в уме быстро анализируя информацию. - Ладно, допустим, когда мы с Леганом виделись впервые, он мог счесть меня. не слишком дееспособной. Я тогда не очень хорошо разговаривала. Но когда его пригласили на должность моего личного куратора, он не мог не поговорить со своим родственником-деканом, которому я, конечно, не нравлюсь, но то, что я не душевнобольная, он, во всяком случае, знает. Кроме того, Айсен Леган поговорил со мной некоторое время до того, как начал воздействовать, и сам мог в этом убедиться. Так в чем дело?

- Ну, он вообще-то невеликого мнения о женском уме вообще, не слишком любит людей, и. ладно-ладно. Как я понимаю, для того, чтобы на тебя воздействовать, он должен был убедить самого себя, что ты интеллектуально не превосходишь животное.

- Понятно, - Ида отвечала спокойно, а вот глаза Ады буквально метали молнии. Когда кто-то сомневался в безусловно выдающемся интеллекте ее сестры, она переживала это куда болезненнее, чем низкую оценку своим собственным способностям или чем волновалась по этому поводу сама Ида. - Теперь объясните мне, что именно он пытался сделать и чем мне это грозит.

Сирш пожал плечами.

- Честно говоря, это очень странно, потому что элементы разные.

- Я думаю, он использовал собственную разработку, - пояснил Риз. - Эффект, который ощутила ты, напоминает то, что испытывают молодожены после брачного ритуала. Эйфория и спутанность мыслей потом сходят на нет, а связь остается. Но она была односторонней - и это уже ближе к связи-подчинению, как с драконами. кстати, прикосновения в районе затылка и висков указывают на то же. Результат. я могу только предположить. Моя версия - он хотел, чтобы ты была в него влюблена и как следствие -

безусловно доверяла. Может, и слушалась, сложно сказать. Но связь не закрепилась, была прервана в самом начале, так что, думаю, следов остаться не должно. теоретически.

- Теоретически, значит, - со злостью вмешался Кей. - Значит, ваш родственничек просто заигрался, а Ида должна теперь надеяться на твою “теорию”.

- Я не чувствую сейчас никаких следов воздействия, - она мягко улыбнулась Кею и вдруг поняла, насколько ему признательна. - Я так и не поблагодарила тебя. Спасибо.

Это насколько же ей фантастически повезло, что именно он оказался рядом! По мнению всех окружающих, вряд ли было что-то странное в том, что девчонка -первокурсница смотрит восторженным влюбленным взглядом на взрослого красавца -мужчину, да еще знатного и знаменитого. Вон, даже Сирш и Риз не поверили сразу. Пожалуй, во всей академии неестественность ее поведения могли бы заметить только два человека - Кей и Ада. Но Ада едва ли смогла бы как следует ударить.

- Не за что, - буркнул парень, отворачиваясь.

- Сейчас главное - решить, что мы будем делать дальше. У нас есть ушибленный куратор. С “места преступления” мы сбежали. Но многие видели, как я шла к той беседке с ним вместе. Кея, к счастью, не видел никто. Я предлагаю не разглашать его уча стие - в отличие от него, у меня были причины ударить, я защищалась...

- Нет! - Кей даже вскочил, сжав кулаки.

- Послушай, мне за этот удар вряд ли что-то будет. Это действительно самозащита. Да и из академии меня точно не выгонят. А вот ты...

Можно было и не объяснять. Безродный мальчишка, нанесший серьезный удар преподавателю без внятной для кого-либо причины. Вряд ли после такого он останется учиться в академии своей мечты, к которой так долго шел. Кей медленно сел с потерянным лицом.

- Не придется ничего объяснять, - Сирш сейчас был непривычно серьезен. - Уверен, сам ройс Айсен предпочтет скрыть это происшествие, учитывая причину удара. Так что если вы промолчите. никакого разбирательства по этому поводу вообще не будет.

- Значит, будем молчать, - подытожила Ида. - Правда, тогда у меня не будет причины настаивать на смене куратора. но, может, это и к лучшему. У меня будет против него оружие и свидетели. Вполне вероятно, что это мне пригодится. Ну что ж. раз мы все решили, то - не знаю, как у вас, а у меня еще масса дел на сегодня. Прежде всего - мне надо в секретариат. - увидев, как вскинулись оба ритха, она успокаивающе улыбнулась.

- Успокойтесь, не жаловаться пойду. Мне надо посмотреть список спецкурсов и записаться на артефакторику. Может, и еще на что-нибудь.

- Я с тобой, - Кей быстро поднялся за ней следом. - Что? Я тоже давно хотел записаться на артефакторику.

- А раньше шо не записался? - подозрительно уточнила Ада. - Ты ж на втором курсе.

- Я бы с большим удовольствием сделал это в прошлом году, - усмехнулся Кей, - но у меня было по вечерам слишком много дел. в драконьем ангаре. А вот с подработками в ремонтной мастерской спецкурсы отлично можно сочетать. Так что я наконец -то смогу учиться больше.

- Ада, а ты не хочешь? - Ида оглянулась на сестру.

Та сделала круглые глаза. Идея, что можно еще и исключительно из интереса и совершенно добровольно повесить на себя дополнительные занятия, вообще казалась ей довольно безумной.

- Та шо я вам - колобок? - недоуменно спросила она.

- Кто? - хором изумились все трое парней.

- Это когда одна сплошная голова, - объяснила она. - А у меня голова - маленькая.

Мне в нее сегодня три задачи по кыр-пыр напихали. Если туда еще чего добавить, все назад полезет!

- А если попрыгать? - строго спросила Ида. - Может уложится?

- Повываливается!

Братья-принцы прыснули, однако когда младшая Виленто перевела строгий изучающий взгляд на них, мгновенно вспомнили, что у них тоже на сегодня еще масса дел, и все в противоположной от секретариата стороне острова.

Глава двадцать первая. Артефакторика

- Нет, ну ты их слышал! - продолжала Ида кипятиться уже по дороге. - Защиты не существует, потому что защищаться не от чего! Воздействие, видите ли, невозможно без согласия!

- Ну, это ведь кажется довольно логичным, правда? - хмыкнул Кей.

- Ага. Кажется. Если забыть о том, что сегодня произошло. А ведь по сути выходит, что этой лазейкой может воспользоваться любой сноб - мужчина, который невысокого мнения о женском уме, ритх, презирающий людей, или просто аристократ, уверенный в своем превосходстве над прислугой... кто угодно из них может быть достаточно заносчив, чтобы и мысли не допускать о том, что тот, кого они презирают, разумнее животного или дееспособнее ребенка. Идиоты! Кто вообще так формулирует законы! - Она уже почти кричала, и прохожие начали оглядываться.

- Эй, я не ритх, ты помнишь? - Кей так обезоруживающе улыбнулся, что Ида сдулась.

- Извини. Я просто ужасно зла на них всех. Тайны идиотские еще развели. межрасовой напряженности они опасаются, как же. Скорее боятся лишиться своего преимущества. Высшая раса, тоже мне. Как можно было не продумать защиту от собственного воздействия?

Случившееся всерьез вывело ее из равновесия. Для Иды попытка влияния на ее мысли и чувства была особенно болезненной по причинам, которые ей никому бы не хотелось раскрывать - даже сестре. Впрочем, она была уверена: того, что известно всем, вполне достаточно, чтобы обосновать ее злость.

- Ну, - Кей смотрел только на аллею перед ними и говорил нарочито негромко - это действовало успокаивающе, - может, мы с тобой не зря идем записываться на артефакторику? У меня тут появилась идея насчет первого проекта.

- Да, - все еще слегка сердито ответила Ида, и тут же ее лицо озарилось улыбкой. - И у нас даже есть целых двое подопытных! Правда, с разработками придется поторопиться. Мне пока не поставили в расписание индивидуальные занятия с куратором, но рано или поздно это произойдет... Не думаю, конечно, что он решится на нечто подобное второй раз. Но хотелось бы уверенности.

*

Объяснить преподавателю, зачем нужен артефакт, защищающий от ментальных воздействий, оказалось не так -то просто: среди людей серьезных ментальных магов не рождалось уже много столетий. А понадобилось это объяснение уже вечером следующего дня, когда состоялось первое занятие спецкурса. Помогло, как ни странно, знакомство с Мией.

- Дело в том, что моя подруга умеет усыплять прикосновением, - рассказывала Ида, защищая свой проект. - Это один из младших даров ее рода - он встречается редко, и для воздействия ей нужно прикоснуться к человеку. Подобные младшие дары нет -нет да встречаются в магических семьях. Да, спектр их действия ограничен. И их можно и нужно использовать во благо - например, тем же сном можно утихомирить драчуна, усыпить ребенка или даже больного на время операции. Но мой отец расследует преступления, и не раз рассказывал о раскрытых делах. Вероятно, поэтому, столкнувшись с подобным даром, я сразу подумала о том, как удобен он мог бы быть для преступников. Представьте

- вору, проникшему в дом и заставшему там хозяина, достаточно прикоснуться к нему -и тот заснет. Преступник сможет беспрепятственно сделать все, зачем пришел. И даже

усыпить потом стража, пришедшего его арестовать. Для каждого самого малого ментального дара при желании можно найти криминальное применение.

- Как и для любого другого, - прервал ее преподаватель, немолодой длинноносый ритх с совершенно белыми волосами - не понять, от природы или от возраста. - Впрочем, продолжайте.

- Все верно, - подхватил Кей, - криминальное применение можно найти любому магическому дару. И такое вмешательство будет очевидно. Сама магия выдаст преступника - его можно будет вычислить по дару. Но когда дар ментальный, все не так просто - его нельзя увидеть, а потом не так-то просто разобраться, что произошло. Сам ли уснул тот же хозяин дома или под воздействием. Г олову напекло стражу или преступник усыпил.

- Словом, - заключила Ида, - мы считаем, что по крайней мере для стражей было бы очень полезно иметь возможность защищаться от любых подобных воздействий.

- Что ж, - покивал мастер Мирос. С магией ритхов он очевидно не связывал обсуждаемую тему никак. В его глазах речь шла об исключительно человеческой узкой проблеме. - Будем считать, что актуальность предполагаемой разработки вы мне доказали. Но на чем вы планируете основывать технологию?

Ответ на этот вопрос Ида уже продумала - хотя и не собиралась говорить все как есть. Полуправды здесь будет более чем достаточно.

- Мы договорились с той самой моей подругой, - с готовностью отозвалась она. -Конечно, для чистоты исследования понадобится еще по крайней мере один маг,

обладающий подобным даром, чтобы иметь возможно отделить черты индивидуального дара от общих, свойственных ментальной магии в целом. Мы намерены выделить общую структуру воздействия, чтобы найти возможность его блокировать.

- Понимаю, - снова покивал пожилой ритх. - Вообще-то для первого проекта студенты обычно выбирают один из несложных в исполнении артефактов с хорошо известными свойствами и проверенной технологией. Однако я всегда считал, что творческие идеи следует поощрять. В конце концов даже любопытно, что у вас получится, - это он говорил, уже подписывая тему предстоящей совместной разработки Иды Виленто и Кея Терро.

Занятия по артефакторике велись по особой схеме: в течение сорока минут преподаватель читал всем слушателям лекцию по углубленной магической теории и основам создания артефактов, а следующие сорок минут были всегда отведены практике. И в это время студенты занимались индивидуальными или групповыми проектами под присмотром преподавателя.

Практика начиналась уже с первого занятия. Прежде всего мастер Мирос сообщил, что на самом деле работать с артефактами сможет в итоге едва ли десятая часть из всех пришедших. Учитывая, что на спецкурсе было всего около двадцати студентов, это не слишком обнадеживало. Как пояснил преподаватель, для этой работы необходимо особое чутье, предельная аккуратность, способность к длительным точным расчетам и многое другое - в противном случае свойства артефакта могут оказаться далекими от задуманных.

Затем он прочитал лекцию о свойствах материалов и их обработки - а потом студенты приступили непосредственно к созданию “болванок” - носителей, которым однажды предстояло стать артефактами. Преподаватель расхаживал между столами, кого-то поправлял, кому-то подсказывал, а от кого-то, едва хмыкнув, сразу отходил.

Здесь был абсолютный простор для творчества: можно было самостоятельно выбирать форму, размер, материал. Можно было даже использовать готовые предметы, если они подходили по всем параметрам, но всегда было необходимо внести те или иные изменения. Например, для артефактов не подходили некоторые способы крепления драгоценных камней, а отдельные камни и металлы обладали взаимоисключающими свойствами. При этом если свойства самого камня противоречили магии, которую в него пытаются вложить, свойства артефакта могли быть ослаблены или вовсе сойти на нет -он напоминал тогда дырявое ведро, в которое бесполезно наливать воду.

По сути, то, чем они занимались сейчас, было пока чистым ремесленничеством. Наделять свои заготовки магическими свойствами предстояло много позже. Но уже сейчас можно было создать хорошую базу или испортить все заранее нелепой ошибкой - просто недостаточно внимательно отнесясь к тому, о чем рассказывал мастер во время лекционной части занятия.

Инструменты и материалы для “болванок” академия предоставляла - конечно, не драгоценные камни и металлы. Зато среди предложенных были всевозможные поделочные и полудрагоценные камушки, отполированные кусочки дерева, железки, ракушки, обрывки проволоки - все это казалось мусором, но при должной обработке могло стать сильными вещами. Многие камни уже имели просверленные отверстия или были обработаны, в металлических заготовках имелись ложа для камней - все-таки здесь учили не ювелирному делу.

Некоторые из студентов принесли свои собственные украшения и другие предметы, из которых планировали сделать артефакты. И хотя мастер в первой части занятия подробно объяснил, что от материала и формы во многом зависит итоговая эффективность артефакта, немало нашлось тех, кто предпочитал исходить из соображений красоты.

Например, одна из девушек принесла колье с россыпью топазов и теперь, ругаясь вполголоса, разгибала крохотным пинцетом “лапки”, удерживавшие камни. Взглянув на ее работу, мастер-ритх только скептически усмехнулся, но ничего не сказал - похоже, в его характере было предоставлять студентам возможность делать собственные ошибки. Возле парня, выжигавшего узор на деревянной дощечке, преподаватель стоял куда дольше, а сверившись с заявленной студентом темой, одобрительно кивнул. Заинтересовался он и работой еще одной девушки, которая плела что -то из цветных ниток.

Ида первым делом пролистала справочник по свойствам камней, пока Кей так же старательно изучал том, посвященный металлам в артефактах. Конечно, кто бы сомневался, во всех сферах, касающихся разума, первым по эффективности значился алмаз. Иду этот вариант совершенно не устраивал. Конечно, приобрести бриллиант для экспериментов она вполне могла, родители дали им с сестрой очень недурное содержание, да и на просьбу бы откликнулись без единого вопроса.

Но, во-первых, носить артефакт она планировала не снимая - и бриллианты для этого считала не самым уместным вариантом. А во-вторых, она сама заявила, что хочет предложить снабдить такими талисманами островную стражу - и значит, они не должны быть слишком дорогими.

- Смотри, - они с Кеем произнесли это одновременно, одинаковым же жестом протягивая друг другу раскрытые книги, и рассмеялись, обменявшись справочниками.

“Медь защищает носителя от насланных чар и успокаивает чувства”, - прочла Ида и довольно улыбнулась. “Кошачий глаз защищает мысли человека”, - говорилось на странице, открытой для Кея. Медь будет отлично сочетаться с кошачьим глазом. То и другое стоит совсем недорого... а еще вполне подойдет светлокожей шатенке. Девушка она в конце концов или нет?

Работа руками оказалась для Иды новым опытом - ничего подобного она никогда не делала и как-то не задумывалась о том, что артефактор - это еще и мастер-ремесленник. Сильно помогал ее пластический дар - там, где другим приходилось довольствоваться готовыми формами или неумело пытаться их корректировать с помощью инструментов, она могла творить все, что вздумается. А Кей, разбиравшийся в разных видах креплений и свойствах металлов - не магических, а самых обыкновенных, физических - удачно дополнял ее таланты своими умениями.

Работать в паре с Кеем вообще оказалось одним удовольствием - парень мыслил практически так же, как и она, мгновенно подхватывал ее идеи, дополняя их. Споры возникали редко - но и они доставляли удовольствие обоим спорщикам.

В какой-то момент Ида даже почти с грустью подумала, что родись она в этом мире в свой срок, без памяти о прошлой жизни, настоящей его ровесницей, то, может.

Впрочем, нет, тут же пришла следующая мысль. Пожалуй, они слишком похожи. Кей сейчас в точности напоминал ее саму, юную Зину Летову, с горящими глазами пришедшую учиться когда-то на мехмат. Напоминал настолько, что воспринимался почти как брат. А в нынешних обстоятельствах - младший брат.

К концу занятия большинство студентов еще даже наполовину не подготовили свои “болванки”. Впрочем, были и те, кто выбрал для первого опыта формы попроще - и уже могли похвастаться результатами.

У Иды было перед всеми неоспоримое преимущество - ее дар. В качестве формы они с Кеем выбрали тонкий браслет - витую цепочку, которая не привлекла бы особого внимания. Пожалуй, о том, каким должно быть плетение, они спорили дольше всего - от этого тоже многое могло зависеть. На цепочке крепилась вытянутая пластина, с внешней стороны украшенная камнем и резными узорами. Внутреннюю сторону пластины они оставили гладкой - чтобы на нее можно было нанести символы.

- Хм, - мастер придирчиво осмотрел украшение со всех сторон и покивал своим мыслям,

- хм. Интересное решение. Но возражений у меня пока нет. Будет действительно любопытно посмотреть, что из этого выйдет.

Ритх с новым интересом посмотрел на авторов заинтересовавшей его вещицы, и Ида почувствовала, как ее наполняет гордость. И даже не стала себя одергивать. Они ведь в самом деле молодцы, не так ли? И значит, она наверняка сможет себя защитить, когда это понадобится. Вряд ли у кого-то здесь может быть настолько же высокая мотивация. Правда, теперь предстоит изучать структуры ритховских плетений - и делать это придется вне занятий, конечно. Где бы взять дополнительную пару часов в сутках?

Глава двадцать вторая. Страшная месть

Следующие несколько дней оказались на удивление спокойными для самой беспокойной студентки Облачной академии - Иды Виленто. Дни проходили в занятиях, вечерами она вдвоем с Кеем посещала спецкурс по артефакторике или с ним же, запершись в комнате принцев, заставляла их демонстрировать свои умения и азартно пыталась выделить общие элементы структуры их заклятий.

На факультете все, кроме Сирша и Риза, по-прежнему относились к Иде презрительнонастороженно и не пытались с ней заговаривать. Рушить эту стену молчания она тоже не хотела - не она затеяла эту безмолвную войну, не ей и прекращать.

Кот развлекался своими игрушками, а с наступлением темноты Ида иногда тайком выводила его на прогулку.

Разработка защитного артефакта двигалась вперед семимильными шагами. А вот нового расписания ей пока так и не дали, и Айсен Леган не мелькал на территории академии.

На причины последнего пролил свет декан Кирен Леган. После очередного занятия по специальности, на которых Ида присутствовала теперь в качестве слушателя, он, отпустив остальных студентов, попросил ее задержаться.

- Полагаю, - медленно подбирая слова и внимательно следя за ее реакцией, начал декан,

- я должен принести вам свои извинения за поведение моего родственника.

- Полагаю, - в тон ему ответила Ида, - было бы неплохо, принеси он эти извинения сам.

- Он непременно сделает это. Однако я бы хотел услышать детали произошедшего... недоразумения и от вас.

Пожав плечами, девушка изложила слегка подкорректированную версию событий - по ее словам выходило, будто ей самой удалось прийти в себя и от шока и страха она не нашла ничего лучшего, как ударить опасного собеседника по голове первым попавшимся предметом и сбежать. Все, что предшествовало удару, она описала без утайки - тут ей скрывать было нечего.

Ритх, судя по его скептическому виду, в исправленную версию не слишком поверил, однако допытываться до истины не стал. Зато и сам решил, похоже, немного поморочить голову наивной студентке.

- Я еще раз приношу вам извинения от имени своего кузена. Видите ли, произошло досадное недоразумение, и я надеюсь на ваше понимание. Айсен обладает. редким, практически уникальным даром. Он использовал его неосознанно. И надеюсь, вы не станете подавать жалобу и распространяться о произошедшем.

Ида едва удержалась, чтобы не расхохотаться - разве что чуть заметно дернула уголками губ. В отличие от Сирша и Риза, у декана было время, чтобы придумать более или менее правдоподобное объяснение произошедшему. Редкий дар, ну конечно.

Ну что ж. она постаралась придать лицу как можно более наивное выражение.

- Я, конечно, готова пойти навстречу, раз это произошло случайно. Но ведь тогда это может и повториться. Как я могу быть уверена в своей безопасности, если ваш кузен -

мой куратор, и он так несдержан?

Декана слегка перекосило, однако он тоже умел быстро брать себя в руки.

- Заверяю вас, в дальнейшем ройс Айсен будет держать себя в руках и контролировать свои способности. Вам не о чем беспокоиться. Вы будете в полной безопасности.

- Рассчитывать на смену куратора мне не приходится? - прищурилась Ида.

- Увы, это совершенно невозможно. Других специалистов -драконологов его уровня просто не существует. А у вас, как вы понимаете, уникальный случай, и здесь нужен самый лучший эксперт из существующих. Сейчас у него. возникли срочные дела, и ваш куратор был вынужден временно отбыть. Однако он вернется в течение месяца, и ваши индивидуальные занятия немедленно будут внесены в расписание.

Ида задумчиво кивнула. Отсрочка - это хорошо. оставалось только надеяться, что “срочные дела” не связаны, например, с сотрясением мозга. Впрочем, раз жив и ушел на своих ногах - значит, все не так уж страшно. А получил он точно по заслугам.

*

А вот для Ады Виленто неделя выдалась, мягко говоря, нескучной.

Зина Баглюк, в отличие от своей тезки, а теперь сестры, всегда была общительна и запросто могла, подойдя к новой компании, вмешаться в разговор с таким видом, будто она со всеми здесь отлично знакома - так что в итоге в этом уверялись и все присутствующие. Спустя уже пару дней учебы она, может, до конца так и не усвоила, чего хочет от них преподаватель по кр-пр, зато знала по именам всех сокурсников, помнила, кто из какой семьи и с какой целью поступил в академию и даже кто с кем встречается или по кому тайно вздыхает. Потому что можно вздыхать “тайно” от кого угодно, но только не от Зины Баглюк - а теперь Ады Виленто.

Конечно, для нее действительно не составило труда выяснить, кто следующая по соблазнительности после принцев цель для девицы, настроенный на максимально жирную добычу. Как и вообще все о самых перспективных женихах с первого по последний курс включительно.

Что касается дальнейшего поведения Дайсы, Ада и здесь будто в воду глядела. Сирш едва ли не каждый день появлялся с новой девушкой. Каждая из них становилась для него на короткое время самой лучшей и красивой, но ни одной он не обещал больше того, что мог дать. Расставались они, как ни странно, чаще всего вполне довольные друг другом. Настойчивые, вроде той же Дайсы, тоже иногда попадались, но довольно быстро осознавали, что ловить здесь нечего. Что касается старшего принца, было с самого начала вполне ясно, что Риз Дайсе не по зубам. И очень скоро она переключилась на новую цель.

Здесь и думать было нечего: второкурсник Мариз Теверо, наследник одного из Первых родов. Уж наверняка эта цель попроще, чем ритховский принц.

И тут Дайса обнаружила, что Теверо мило общается с одной из девиц Виленто. И что хуже всего - попытки распустить слухи об этих Виленто теперь почему -то работают против нее самой.

Как рассудила Ада, в том, что они с сестрой были больны, если подумать, нет ничего предосудительного. Более того - если правильно подать информацию, их только больше станут уважать. Сейчас-то любой может легко убедиться, что они вполне здоровы и в своем уме.

А вот то, что семья Леварри ради высокого положения в обществе не гнушается ничем -информация другого порядка. Конечно, девушка не виновата в поступках брата... но вот любые гадости о сестрах Виленто из ее уст теперь звучали как подтверждение, что от него она недалеко ушла. А тот неожиданно получивший широкую огласку факт, что Дайса Леварри в первый же вечер на острове уединялась с ритховским принцем, лишь дорисовал картину. И вроде бы ничего ужасающего эта первокурсница на самом деле не сделала -но ведь все дело в том, под каким соусом и как подать чистую правду...

Ада умело выстраивала нужные ей настроения. Слово здесь, вскользь брошенная фраза там. обязательно не упустить именно тех, кто общается с Маризом. Ему самому -разумеется, не пересказывать никаких слухов, просто столкнуться разок -другой в коридорах главного корпуса, мило поболтать о пустяках и произвести хорошее впечатление. Г отово дело - когда, так же “случайно” столкнувшись на аллее между корпусами с Дайсой, Мариз услышал ее имя, он брезгливо скривился и постарался поскорее избавиться от ее общества.

А злорадная ухмылка на лице Ады Виленто, прогуливающейся почему-то неподалеку, вполне непрозрачно намекнула Дайсе, откуда здесь ветер дует.

- Тыыы... - прошипела блондинка, приблизившись к сопернице.

- Тихо-тихо, зая моя, - мило улыбнулась та, прихватывая Дайсу под руку и увлекая с собой вглубь аллеи. - Ты же не хочешь новых слухов, правда? На пятом курсе, кстати, есть еще один очень неплохой жених... хотя ты -то точно знаешь. Я к тому, шо до пятого курса нехорошие сплетни о тебе пока не докатились. И вообще пока это не то чтобы сплетни, так. поговаривают. Пока. А ты, дитё, веди себя хорошо, гадостей о других не говори, глядишь, и поутихнет все совсем. Все поняла? - неожиданно жестко закончила она.

- Поняла, - сквозь зубы ответила Дайса.

- Вот и ладушки, - снова ласково улыбнулась Ада, - Вот и хорошо. Люблю понятливых.

*

Коситься на Дайсу вскоре после этого разговора и впрямь перестали, будто по волшебству. Но Мариз Теверо по-прежнему смотрел, как на насекомое, да и приятельниц у девушки как-то поубавилось. И все это настолько злило и выводило из равновесия, что хотелось задушить обеих Виленто голыми руками.

Увы, за драку можно было и из академии вылететь - да и ясно было, что та же Ада драться с ней не станет - отшвырнет своей магией, да и все. Не младшей Леварри с ее слабеньким телекинезом с ней тягаться точно. Дайса была способна поднимать магией только самые легкие предметы - и только находясь от них в непосредственной близости. Толку от такой способности было предсказуемо немного. Даже тарелку в столовой на кого-нибудь не опрокинешь.

Поэтому месть она продумывала не один день - но решение пришло неожиданно, да и реализовывать его пришлось без всякой подготовки: другого случая могло и не представиться.

На занятиях по специальности Ада Виленто была без своей сестры - и это хорошо: вдвое меньше глаз, которые могут что-то заметить.

Сейчас первокурсникам читали обзорный курс по устройству двигателей самолетов. Не так подробно, как механикам и конструкторам - но будущие летчики должны были знать, как все это работает, и в случае необходимости справляться самостоятельно по крайней мере с мелкими поломками.

И если на первых лекциях им лишь рассказывали о механизмах и показывали схемы, то сегодня тисс Пиретти демонстрировал им рабочую модель двигателя, вокруг которой сгрудились студенты.

- Здесь размещается накопитель магэнергии, - вещал преподаватель, показывая указкой на разные детали. - Магэнергия задает импульс, с помощью которого вращается винт - в конце занятия мы с вами его запустим, и вы сможете воочию увидеть, как все это происходит. Однако прежде всего поговорим о технике безопасности. Мощность модели несопоставима с мощностью и размерами реального двигателя, но пальцы под винт совать не рекомендую.

В мозгу Дайсы будто сверкнула вспышка. Вот оно! Не хватает только одной детали. все -таки не убивать же эту тварь Виленто.

Нет, здесь не достать... С другой стороны, запускать будут в конце пары - успеет!

Подойдя к преподавателю, Дайса негромко попросила разрешения ненадолго удалиться с занятия. “По деликатному поводу”, - краснея, пояснила она. И, конечно, разрешение она получила. Так что к концу пары она стояла возле Ады буквально во всеоружии -предусмотрительно заранее расстегнув свою сумку.

Дальше было делом техники. Как только, велев студентам отойти на безопасное расстояние, преподаватель запустил винт, начав тут же объяснять характеристики видимых потоков, Дайса оказалась за спиной ненавистной девицы. Так, пусть подойдет еще чуть ближе. и главное - дождаться, чтобы повернулась в нужную сторону. Хорошо, что коса у нее такая длинная!

Что именно и как произошло, никто не успел толком заметить. Может, Ада Виленто слишком резко повернулась или дернула головой, и ее роскошная коса взлетела именно поэтому? Так или иначе, девушка вдруг страшно закричала, а ее с силой потащило к винту за косу, намотавшуюся на лопасть.

Ей крупно повезло, что тисс Пиретти находился в этот момент рядом с рычагом включения. Дернуть рычаг он успел в последнее мгновение - не перестающая страшно кричать девушка с широко раскрытыми глазами уже почти уперлась в винт затылком.

А остолбеневшая Дайса только теперь вдруг поняла, что далеко не все продумала в своем гениальном плане. Почему-то ей казалось, что у нее будет время подскочить с ножницами и спасти сокурсницу, став заодно героиней, которая предотвратила трагедию. Но все случилось в доли секунды - и сейчас вдруг с кристальной ясностью стало очевидно, что перерезать толстенную косу она в любом случае не успела бы.

- О чем вы думали. студентка! Это же. - Тисс Пиретти, подскочив к замершей в странной позе Аде, потрясал дрожащими руками, явно не зная, что предпринять. Коса -

точнее, то, что раньше было роскошной косой, а теперь напоминало вытертую спутанную мочалку - была плотно намотана на винт. И просто выпутать ее оттуда было совершенно точно невозможно.

- Да сделайте же шо-нибудь! - простонала Виленто. В глазах у нее уже стояли слезы. -Мне же больно!

Хм, так, может, еще не поздно? Г ероиней уже не стать, конечно, но.

- Я помогу, - Дайса с готовностью подскочила, наконец выхватив из сумки заботливо припасенные большие ножницы.

Что делала соперница у самого ее затылка, Ада не могла видеть, но прекрасно осознавала и лишь стискивала зубы. Другой возможности отцепиться от механизма, едва не снявшего с нее скальп, она и сама сейчас не видела. Здесь не поможет ни магия воздуха, ни какая другая - невозможно просчитать траекторию каждого из запутанных в кубло бесчисленных волосков.

Дайсе пришлось постараться: толстые волосы резались неохотно, ножницы соскальзывали, приходилось едва ли не пилить под шипение и вскрики Ады. Вся группа, столпившись рядом, наблюдала за этим процессом, негромко перешептываясь.

Почувствовав, что голова наконец свободна, Ада дернулась и едва не упала. Впрочем, она быстро смогла выпрямиться и наконец обернуться - чтобы посмотреть на то, что было предметом ее гордости. Совсем недавно. Скопившиеся в глазах слезы грозили вот -вот хлынуть из глаз. Главное не смотреть больше на сокурсников, на лицах которых написаны у кого - сочувствие, у кого - осуждение...

- Студентка Виленто, - сурово объявил преподаватель. - За нарушение техники безопасности вам будет назначена отработка. Потом подойдете в секретариат для ее оформления. Но сначала - в лекарский кабинет, пусть вас осмотрят. Вам еще повезло, что у студентки Леварри были при себе ножницы!

- Да шо вы говорите! - негромко, чтобы не сорвался предательский голос, пробормотала Ада. - А почему у студентки Леварри были при себе ножницы?

Никто, конечно, не собирался отвечать на ее вопрос - мало ли что может оказаться в сумке у студентки и зачем! Кому какое дело до этого? Впрочем, ответ для Ады и без того был очевиден.

Она сморгнула и наконец осознала, что так долго сдерживаемые слезы текут по ее щекам помимо ее желания и участия. Просто текут, и все. Да и черт с ними.

Она подняла взгляд на Дайсу. Торжествующей та почему-то не выглядела, но сейчас это было уже неважно.

Это уже не дурацкие сплетни.

Это война.

Глава двадцать третья. Чего только не услышишь в библиотеке

Торчащий из кустов обтянутый узкими штанами зад определенно был девичьим. Его обладательница нетерпеливо притопывала, выражая всей позой и слегка нервными движениями одновременно азарт и ожидание.

- Эээээ... - у декана Легана вообще-то были свои планы, и в первую секунду он намеревался пройти мимо - но, увы, слишком быстро понял, что так одета может быть только одна девица в академии, слишком часто попадавшаяся на его пути. точнее, две, но вторая, кажется, все же обычно предпочитает нормальные женские платья. - Студентка Виленто?

- Шо? - девица вынырнула из кустов и выпрямилась, только чтобы досадливо прицыкнуть. А Кирен в первую секунду чуть вздрогнул - никак не привыкнуть к этой новой моде. - А, декан. ты давай только тихо, декан.

- А почему? - невольно-заинтересованным тоном переспросил опешивший декан и покосился на те самые кусты, за которыми скрывалась беседка. Студенты нередко назначали там свидания, но что там могло бы происходить столь уж необычного? Парня своего выслеживает, что ли?

- Щас начнется! - округлила глаза девица и снова нырнула в кусты - вновь оставляя для обзора круглый зад в весьма впечатляющем ракурсе.

Хмыкнув, Кирен Леган на всякий случай решил все же заглянуть за те же кусты - мало ли что? - и все-таки сломал попутно пару веток.

- А, шоб тебя приподняло и шваркнуло, - прошипела девица. - Тихо, говорю!

Впрочем, находившимся в беседке было определенно не до посторонних шепотков и шорохов.

*

Двумя неделями ранее...

Девушка с неровно остриженными короткими волосами отчаянно и горько, как по покойнику, рыдала в подушку, полулежа на своей кровати. А ее сестра -близнец, которую в эту минуту впервые никто бы не спутал с ней, сидела рядом, опустив плечи, и гладила ее по спине.

Ида чувствовала себя абсолютно беспомощной и просто не понимала, что предпринять. В прошлой жизни у нее не было сестер. Подруги... были, очень -очень давно, еще до ее прошлых восемнадцати лет. И не такие уж близкие. Нет, были когда -то в ее жизни рыдающие из-за двойки ученицы, или приятельницы, которых бросил парень - но как-то всегда оказывалось, что рядом есть кто-то более близкий и точно знающий, что делать.

А вот сейчас именно она - самый близкий человек для Ады, рыдающей так горько, будто разрушена ее жизнь. Родная сестра. Именно та, кто должен быть рядом и просто обязан поддержать. Ады, у которой, в общем -то, не случилось никакой настоящей трагедии, но. но.

Ада испугалась всерьез и по-настоящему - и было отчего. Ее жизни в самом деле угрожала нешуточная опасность. А после спасения она не могла просто выдохнуть с облегчением - потому что поняла, что все произошедшее не было случайностью. Дурная завистливая девчонка действительно едва не убила ее.

И уже вишенкой на торте стали волосы. Наверняка Ада рыдала бы из -за них в любом случае, просто причин у нее было бы куда как меньше. А ведь даже в том, прежнем мире баба Зина своих волос не стригла - так и носила седым пучком...

Мельком подумалось, что с ней самой, Идой, не случилось бы такой неприятности, она на занятия всегда старалась скрутить свою косу в максимально компактный узел, чтобы не мешалась, и вообще жалела, что здесь не приняты короткие стрижки для девушек.

Хм. А ведь это идея!

- Слушай, - она осторожно тронула сестру за плечо, - я вот думаю. надо вводить здесь моду на короткие стрижки. Тебе мы подровняем все аккуратненько, затылок, конечно, придется выстригать, а по бокам можно пустить прядки. а мне вообще можно что хочешь на голове наворотить. Мы же все равно здесь самые экстравагантные! Будем законодательницами мод.

- Шо? - Ада, длинно всхлипнув, даже оторвала голову от подушки, и вытаращилась на нее. - Не вздумай! С ума сошла?

Но Иду идея уже захватила полностью. Да это же было идеально!

- И Тории напишем, - воодушевленно добавила она. - Может, и она поддержать захочет, ей со всеми этими прическами в мастерской тоже, знаешь, не слишком удобно...

- С глузду зъихала?! Да я тте постригусь! - Ада от негодования даже всхлипывать забыла.

Чтобы не продолжать спор, Ида просто встала с кровати сестры, неторопливым шагом подошла к своему письменному столу, выдвинула один из ящиков, стоя спиной к комнате. Ада настороженно наблюдала за ней - пока не услышала характерный щелчок ножниц.

- Ты шо творииишь! - взвыла Ада, подскакивая, а Ида с полуотрезанной косой спокойно обернулась и объявила:

- Ну вот. Теперь деваться некуда. Нам придется подровнять прически друг другу. У меня, к сожалению, нет парикмахерского опыта... Но руки не дрожат, а модельных стрижек здесь все равно никто не видел. Всегда можно сказать, что так и было задумано.

Главной цели она достигла: отвлекла сестру от собственных переживаний. А что делать с дурной Леварри - у них еще будет время решить.

*

Уже наутро сестры Виленто были снова практически неотличимы друг от друга, если не обращать внимания на разную форменную одежду - обе с залихватски-неровно обрезанными короткими волосами, которые, укоротившись, стали вдруг виться в разные стороны. И с совершенно одинаковыми бесшабашными улыбками на лицах и гордо вздернутыми носами.

Расчет Иды оказался верен: тиссе Тория, получившая письмо, в котором инцидент с обрезанными волосами был преподнесен как забавный анекдот, загорелась идеей и даже изумилась, как ей самой никогда не приходило это в голову. Ведь в самом деле: отчего в равноправном человеческом обществе только мужчины могут себе позволить носить удобные прически? Надо исправить эту несправедливость!

У супруги главы рода Виленто были все возможности ввести в высшем свете новую моду. Тисс Тристобаль, правда, негодовал поначалу, но был вынужден признать, что с хулиганской стрижкой его драгоценная жена стала еще краше. И спустя совсем недолгое время девушки вдруг обнаружили, что они уже не единственные стриженые студентки в академии.

Однако оставлять Дайсу Леварри безнаказанной никто не собирался. Когда после всего пережитого Аде пришлось еще и отбывать назначенную тиссом Пиретти отработку, ее злость только усиливалась с каждым часом. Отработка на этот раз заключалась всего лишь в разборе и сортировке библиотечных книг - но это были ее личные часы, которые можно было потратить и с куда большей пользой!

Впрочем, Ада умела находить преимущества в любом положении. Наверное, ее сестра, работая в академической библиотеке, заинтересовалась бы книгами, искала что -нибудь особенно важное... но Аде всегда были интереснее люди. И библиотека была тем местом, в которое каждый студент и преподаватель наведывался время от времени -подготовиться к занятию, взять что-то для исследования или реферата, уточнить данные. здесь можно было познакомиться с самыми разными людьми. А еще - многое узнать, стоя за стеллажами и внимательно слушая перешептывания в читальном зале.

Именно поэтому она сразу решительно объявила, что в отработке ей не нужна помощь сестры или друзей - чай, не навоз выгребать, книжки перекладывать. В деле сбора информации и составления коварного плана ей никак не нужны были излишне щепетильные свидетели.

Студентам разрешалось искать книги в общедоступных разделах самостоятельно, а преподавателям - и не только в общедоступных. Но большинство, за исключением редких заучек, предпочитали все-таки запрашивать нужную литературу на выдаче. Перед экзаменами, когда библиотека резко становилась одним из самых посещаемых мест в академии, а также в дни выдачи учебников библиотекарше тэри Мунне выделяли нескольких помощников. Но в течение большей части учебного года она справлялась преимущественно сама. Вот разве что кого-то из студентов время от времени направляли к ней на отработку.

Большинству штрафников она доверяла только протирать пыль. Но к расторопной весело скалящейся девчонке, с удовольсивем пьющей с ней чай и поддерживающей любую беседу, отчего-то прониклась симпатией - и та стала действительно помощницей, которой позволяется ходить в библиотеке куда угодно. А значит, и знать все, что в библиотеке происходит...

Вот девчонки с первого курса, хихикая и подначивая друг друга, шепчутся о каких-то любовных напитках - и, решившись, просят у строгой библиотекарши расширенное пособие по приготовлению зелий. Закатив глаза и отставив свою неизменную чашку чая, тэри Мунна посылает временную помощницу в нужную секцию, черкнув ей на листке название книги. А изучив оглавление, стайка девиц дружно разочарованно вздыхает и уходит. Библиотекарша же, закатив глаза, бормочет “Каждый год одно и то же.”

Запомнить приходивших девчонок, запомнить название книги и. все, что стояло с ней рядом - по той же теме.

Вот пятикурсницы, пришедшие писать доклад, обсуждают между делом отношения какого-то Крейга с его девушкой - пара встречается четыре года, и каждый день со скандалом расстается навеки.

Запомнить имена, отложить в памяти на особую полочку. Крейг - знакомое имя.

Вот парни-третьекурсники, набрав явно слишком много книг, чтобы успеть просмотреть их в читальном зале или чтобы унести с собой, уговаривают своего приятеля еще поднапрячься ради общего дела и обещают, что весь курс будет благодарить его вечно. И даже не один курс - ведь шпаргалки можно будет передавать из поколения в поколение! “Опять.” - обреченно вздыхает парень, ставит рядом чернильницу и выкладывает стопку листов, но ничего не пишет, а только смотрит в раскрытую книгу остановившимся взглядом. И на листе перед ним тут же возникает будто отпечатанный текст микроскопическими буквами. Надо же, какая занятная магия! Очень, очень полезная для студентов... какой, наверное, популярный парень среди одногруппников - особенно в периоды экзаменов!

Запомнить парня в лицо и по имени. Запомнить все аргументы, с которыми он не может не согласиться, и “взятки”, на предложении которых у него загораются глаза. Наверняка пригодится.

Вот пара старшекурсников с самым серьезным видом рассказывает лопоухому мальчишке, что в библиотеке якобы есть секретная секция, куда не пускают посетителей, и где хранят Особо Опасные Книги, а на пути к ним расставлены невероятные ловушки. Лопоухий доверчиво распахивает глаза, а Ада за стеллажом только хмыкает - библиотеку со всеми ее закоулками она изучила уже вдоль и поперек, и могла поручиться, что самым секретным в ней было то, где именно тэри Мунна хранит свой бесконечный запас чая и как ухитряется от него не лопнуть.

Запоминать. пожалуй, этих ни к чему, а вот идея - глядишь, да пригодится. Отложим ее пока тоже в памяти.

План понемногу вырисовывался. Оставалось только подготовить силки и заманить в ловушку нужную рыбку.

Еще бы всякие преподаватели под ногами не путались!

В буквальном смысле - под ногами.

Стеллажи в библиотеке возвышались до потолка, и для того, чтобы доставать с верхних полок нужные книги, были специальные передвижные лесенки, по которым Ада за насколько дней навострилась порхать вверх -вниз птичкой на радость тэри Мунне, которая по всем “сложным” запросам предпочитала теперь отправлять на поиски юную помощницу. Из-за этих лесенок пришлось даже специально надевать на отработку любимые сестрой и тайно неодобряемые Адой брюки - мало ли что!

Ада непринужденно сидела на верхней ступеньке лесенки, решая, что именно может пригодиться ей в ее планах, когда возле стеллажа остановились двое, продолжая свой разговор.

Наверное, стоило бы покашлять, привлекая к себе внимание, чтобы дать понять, что здесь, наверху, кто-то есть. Наверное, это было бы вежливо. Наверное, преподаватель по этикету, занимавшийся дома с сестрами Виленто, что -нибудь говорил о том, как выходить из неловких ситуаций, не теряя достоинства юной тиссе.

В любом случае, как следует уважительно приветствовать старших, сидя у них над головами, Ада никак не могла припомнить. И вообще - с этими нелепыми правилами этикета ничего интересного не услышишь!

- Вас очень сложно поймать на территории академии, ройс, - негромко говорил декан Леган, идущий рядом с незнакомым Аде длинноносым ритхом. Будь на ее месте Ида, она мгновенно узнала бы своего преподавателя по артефакторике.

- Разумеется, - ворчливо отвечал тот, - что мне здесь делать? Однако библиотека, надо признать, здесь куда обширнее, чем в Университете магтехнологий.

Мастер Мирос, в отличие от преподавателей по основным курсам, не жил на территории академии - его основным местом работы было другое учебное заведение, и сюда он прибывал два -три раза в неделю на одно занятие.

- Я бы хотел вас расспросить об одной из студенток, посещающих ваши лекции. Дело в том, что студентка моего факультета...

- Ааа, Ида Виленто? - декан Леган приподнял брови: не ожидал, что пожилой мастер, ведущий спецкурс, уже помнит всех по именам. Впрочем, если эта конкретная студентка успела достать его так же, как своего декана. - Да, чрезвычайно одаренная студентка, умная, целеустремленная и ко всему - весьма заинтересованная в артефакторике.

Ада на своем месте заерзала, довольно улыбаясь. Успехами сестры она гордилась едва ли не больше, чем собственными.

- Вот как? Кто бы мог подумать. - преподаватели как раз дошли до конца ряда стеллажей и остановились почти у окна - прямо напротив лесенки, на которой сидела Ада, однако голов пока не поднимали. - У меня сложилось о ней, откровенно говоря, прямо противоположное впечатление. Девушка показалась мне довольно. хм. легкомысленной, непредсказуемой и совершенно неуправляемой. Ни за что не предположил бы, что она способна к столь тонкой интеллектуальной деятельности. Могу ли я поинтересоваться, что за проект.

Закончить свою фразу декану Легану не удалось. Потому что одна точно непредсказуемая и неуправляемая студентка никак не могла стерпеть такой характеристики. А еще она умела управлять воздухом.

Одна из книг в плотном ряду на полке над головой декана Легана тяжело, со второго рывка, вырвалась со своего места и со скоростью снаряда полетела в него. Услышав шелест сверху, в последнюю секунду декан Леган успел отшатнуться - оттолкнув при этом своего собеседника и налетев на лесенку, с верхушки которой женский голос вдруг завопил нечто настолько нецензурное, что оба преподавателя впоследствии предпочли считать, что им послышалось от неожиданности.

Вообще-то ловить Аду было совершенно лишним, в этом она была абсолютно уверена.

Уж свое-то падение смягчить потоком воздуха она бы точно смогла. Но, увы, некоторые мужчины почему-то твердо уверены, что если с неба на них летит девица, то ее нужно обязательно ловить.

Это только в кино, если падающую девушку ловят, то обязательно красиво, под коленки и талию, хоть сейчас к алтарю неси. В реальности если удалось успеть поймать хоть за что -то - и то хлеб.

Декан Леган успел поймать Аду, перехватив ее под живот, так что пару секунд она провисела в самом неловком положении - задом кверху, пока ошарашенный ритх разглядывал прилетевший свыше “подарочек” и размышлял о рациональности инстинктивной девичьей ловли в экстремальных ситуациях.

- Поставьте меня уже! - взвизгнула она, дрыгнув ногой, и мужчина поспешно выполнил ее пожелание, тут же отстранившись подальше.

- Студентка Виленто?! - хором изумились оба преподавателя.

- А вы кого ждали? - агрессивно ответила она, встряхнувшись. Лучшая защита - это нападение, и вообще она тут работает, а не подслушивает, вот! Кто им виноват, что они тут студенток обсуждают? Чай, место не купленное! Правда, она тут же вспомнила, что препод по артефакторике вроде бы говорил о сестре исключительно хорошо, а потому все -таки вежливо ему кивнула.

- Добрый вечер, ройс... - вспомнить, как зовут препода сестры, не удалось, но тут, на ее счастье, за окном раздались какие-то крики. Может, преподаватели и не обратили бы на них особого внимания, но Ада никак не могла допустить, чтобы что -то интересное в академии прошло мимо ее внимания.

Не обращая больше никакого внимания на ритхов, она подлетела к окну - и тут же ей пришлось опереться руками о подоконник. Еще слабые после падения ноги едва не отказали окончательно.

- Драаакона ммать!.. - выругалась девушка, а потом, дав себе мысленную оплеуху, резко развернулась и помчалась к выходу из библиотеки. Поставить отметку об отработке можно будет и завтра, тэри Мунна не откажет. А вот если промедлить сейчас, неизвестно, что еще может случиться. без нее!

- Что. - опешившие преподаватели, еще не пришедшие в себя после феерического явления обсуждаемой студентки, ринулись к окну. Что она могла там такого увидеть?!

Впрочем, ответ на вопрос, несмотря на уже начавшую сгущаться вечернюю темноту, нашелся сразу. Силуэты двух драконов - подростка и взрослого - были отчетливо видны на фоне сумеречного неба. И эти двое драконов выделывали такие безумные вензеля и пируэты, что не могло возникнуть даже мысли, что ими управляет кто -то разумный.

...Дикие?! Дикие на территории академии?! Невозможно, немыслимо! И. очень, очень опасно. А еще - многообещающе. Впрочем, ситуацию в любом случае нужно как -то решать - и кому этим заниматься, как не декану драконьего факультета? Нужно вызывать собственного дракона, поднимать всех своих старшекурсников с хорошо налаженной связью. Лучше всего - поймать обоих, а там разберемся, как с ними быть. Если не удастся

- по обстоятельствам: прогнать или уничтожить. Уничтожать, конечно, жаль, особенно учитывая, насколько редки дикие драконы, но другого выхода может не остаться, они в любом случае представляют угрозу.

Обо всем этом Кирен Леган лихорадочно размышлял, уже пока несся сначала к выходу из корпуса, а затем, подхватив магоплан - к месту событий.

Однако он не успел. Драконы в небе сделали еще один радостный кульбит, а затем, набрав высоту, резко рванули в одном направлении - и исчезли.

Похоже, теорию о том, что дикие драконы сохранили способность к созданию проколов пространства, можно было считать доказанной. Надо будет зарегистрировать новый прокол над академией - не слишком удобно расположенный, но на самолете или драконе им вполне можно пользоваться. Осталось только выяснить, куда он ведет. И что, крух его дери, это было.

Когда над академией сгущались сумерки, Ида почти каждый вечер,отвязавшись от всех друзей, прокрадывалась к своему питомцу и седлала его. Каким бы умницей он ни был, нельзя держать подростка долго в тесном замкнутом пространстве! А потому она, убедившись, что рядом никого нет, выводила Кота на прогулку. Конечно, из окон общежития их могли заметить - но загон Котангенса по-настоящему хорошо просматривался только из самой верхней комнаты, а она принадлежала девушкам. Обитатели остальных этажей могли заметить что -то только случайно, и она очень надеялась, что на какое-то время ее удачи ее хватит.

Некоторое время они крадучись прохаживались в рощице между полигонами - по вечерам там обычно никого не было. Кот воспринимал это как игру и изо всех сил “таился” - например, иногда полз, припадая на пузо, а иногда, наоборот, шел “на цыпочках”, старательно переставляя вытянутые лапы и втянув живот. Ида хихикала и радовалась, что увидеть эту дивную гиппопотамью грацию, кроме нее, некому. А с наступлением темноты они ненадолго взлетали. Совсем чуть -чуть, только размять крылья, и старались двигаться над самыми деревьями, чтобы никто случайно не увидел силуэт парящего дракона на фоне ночного неба.

Однако в этот вечер все пошло не так с самого начала. Она только вошла в загон и начала прилаживать седло на спине Котангенса, когда вынуждена была остановиться и отшатнуться из-за неожиданно нахлынувших и безумно-ярких эмоций - вспышка радости, узнавание, тепло... что? Откуда это все? И почему? Она задыхалась от радости и одновременно сознавала, что не испытывает ничего подобного - да и с чего бы? Взгляд остановился на уже нетерпеливо подпрыгивающем драконе, который повернул к ней голову, а затем уставился куда -то в небо. Радость отхлынула, будто и не было. Это. он? Он может транслировать ей свои чувства? Но почему он раньше этого не делал? Не умел? Неужели он настолько счастлив каждый раз, когда она приходит?

И тут в мозгу вспыхнул образ-картинка: она сама, Ида, обнимается с тиссе Торией. И почему-то обе при этом подпрыгивают. и кувыркаются!

- Что? - растерянно спросила она. - Это тоже ты? Ты мне передаешь? При чем здесь Тория?

И тут же поняла - при чем. Появившаяся в небе точка быстро увеличивалась, пока не превратилась в крылатую кляксу - парящего дракона, который явно высматривал что -то внизу.

- Мама? Ты пытался сказать, что прилетела твоя мама и ты рад ее видеть? - медленно переспросила она, и тут же поняла: да. Все именно так. Но. дикой драконице нельзя здесь находиться! Здесь полным -полно ритхов!

- Так, - она торопливо застегнула крепления на седле. Драконья мать тем временем пошла на снижение и издала курлычущую трель. Оседланный Котангенс радостно подскочил и. выскочил за барьер. Это что же - на зов матери он тоже может этот барьер преодолевать? Отличная, надежная магтехнология!

- Стой, паршивец! - В несколько прыжков она догнала Кота, рядом с которым уже приземлилась его мамаша-драконица. Нашла время навестить отпрыска! Впрочем. вряд ли какое-то другое время было бы более подходящим.

- Слушай, - торопливо заговорила Ида, не сомневаясь почему -то, что ее поймут. - Тебе нельзя здесь оставаться. Котьку я смогу защитить, он со мной связан. Но тебя могут попытаться поймать, а то и чего похуже. Ты сможешь быстро удрать отсюда?

Драконица, совсем по-человечески закатив глаза, кивнула.

- Хорошо... - Кот обиженно заскулил. - Ладно-ладно, я поняла, ты соскучился по маме и не отпустишь ее просто так. давайте так. Я с вами, а то мало ли что. Надо уйти подальше, а там что-нибудь решим, - говорила она, уже усевшись на спине Котангенса и застегивая страховочные ремни. - Сейчас мы попытаемся максимально незаметно. незаметно, я сказала! Аааааааа!!!

Не тратя времени на такие глупости, как разбег, оба дракона свечками взмыли вверх и все -таки совсем немного покружили в воздухе над академией, выражая свои эмоции от долгожданной встречи - если точнее, кружил и кувыркался Котангенс, а мать пыталась его утихомирить. Что до Иды, то она уже не могла ничего возражать или даже кричать, поскольку всеми силами цеплялась за луку седла и думала о том, как здорово, что она сегодня не ужинала. А потом матери удалось какими -то сигналами объяснить крылатому сыночку, что от него требуется - и оба, набрав высоту, стремительно разогнались.

И в следующее мгновение остров Тего вместе с Облачной академией под ними исчез -будто картинку стерли ластиком.

Глава двадцать четвертая. Скандалы, интриги

Океан внизу и небо вокруг остались неизменными - а вот острова и в море, и среди облаков вдруг оказались совсем другими. Еще миг - и они снова сменились. и снова. Похоже, драконья мать на всякий случай решила создать несколько проколов подряд -чтобы конечную точку выхода было не так просто найти. Котангенс летел сразу за ней.

А Иду переполняли восторг полета, радость, эйфория, и невозможно было разобраться, где здесь Котькины, а где ее собственные эмоции, которых тоже хватало - все-таки она довольно давно уже не летала вот так, свободно и открыто паря высоко-высоко в небе. Кажется, драконица нарочно выбирала необитаемые места - городов на мелькавших внизу и вокруг островах видно не было. Зато почти на всех были - горы, реки, леса, и от красоты мира вокруг захватывало дух. А Котангенс, освоивший на радостях новую возможность своей связи с хозяйкой, теперь транслировал ей свои чувства почти безостановочно.

Наконец драконица решила приземлиться - на одном из безлюдных островов в океане, и Ида смогла на дрожащих ногах спешиться.

- Интересно, - выдохнула она, - а ты сможешь потом вернуться в академию?

Спросила - и тут же потерла виски: голова на миг закружилась от калейдоскопа образов, которые транслировал в нее обиженный таким недоверием Кот. Да, похоже, дорогу он запомнил - навигатор у него встроенный, что ли? Сама Ида не могла бы поручиться, что запомнила местность хотя бы в паре точек выхода, но выбирать ей в любом случае не приходилось. Драконица тем временем добродушно фыркнула - она-то в способностях отпрыска определенно не сомневалась.

- Тебе с нами возвращаться нельзя, ты ведь понимаешь? - обратилась к ней Ида. - В этот раз нам повезло, никто не успел опомниться, но в следующий раз тебя может ждать там засада из десятка ритхов на связанных драконах.

Драконица кивнула. “Общаться” образами напрямую с девушкой она, не будучи с ней связана, не могла, но у этих крылатых ящеров была довольно богатая мимика - и сейчас по смене выражений на огромной морде Ида могла бы поклясться, что ситуация со связанными драконами одновременно печалит и злит ее “собеседницу”.

- Я постараюсь что-нибудь сделать. То есть не постараюсь - сделаю. И Кота в обиду никому не дам. Обещаю, - серьезно сказала она.

Драконица фыркнула, но мгновение спустя все же снова кивнула.

- Вы... общайтесь. Я посижу пока где-нибудь здесь. Только не забудьте меня тут, хорошо? - она улыбнулась, давая понять, что шутит, и отошла в сторонку. Все -таки матери и сыну действительно стоило дать возможность пообщаться наедине.

Хотя, если честно, у нее были некоторые сомнения в том, насколько это была шутка. Она была совсем не уверена в том, что на месте Кота кто-нибудь захотел бы возвращаться в неприветливую для драконов академию. А уж когда оба дракона взмыли в воздух и исчезли - под ложечкой предательски засосало, и сомнения вспыхнули с новой силой.

К счастью, терзаться пришлось не так уж долго: вскоре драконы появились ниоткуда снова - и опять исчезли. Наблюдая за их действиями, Ида наконец поняла, что делает драконья мать - она учила Кота создавать проколы в пространстве. Совсем не лишнее умение!

...Интересно, ритхи, “приручая” драконят, видели, насколько крепки узы в драконьих семьях? Понимали, что делают? А еще интересно - хоть кому-то из первых ритхов, установивших связь, его дракон мог передавать свои чувства и мысленные образы?

А ведь если драконам не мешать, очень возможно, они станут однажды третьей по -настоящему разумной расой этого мира. Если только никто не будет прилагать усилий, чтобы сделать их всего лишь животными.

...Возвращаться пришлось уже совсем ночью. Тем не менее, Ида попросила Кота, если получится, вынырнуть не в том месте, из которого они вылетали, а создать новый прокол

- над гущей деревьев и поближе к загону.

Фыркнув, Кот разогнался - и вынырнул даже не над, а под кронами деревьев - у самого своего загона, в который тут же и забрался. Облегченно выдохнув, Ида соскочила с его спины и принялась торопливо расседлывать - будто дракон всегда здесь и был, а кому показалось что-то другое - тот сам дурак.

- Я так и знала! - громким шепотом прошипела Ада, сидевшая, оказывается, прямо тут -в тени Котькиного “домика”, а теперь подскочившая к сестре, уперев руки в боки. - На

минуту оставить нельзя! Ты где шлялась со своим блохастым?! Ты знаешь, шо весь твой факультет на ушах стоит?!

- Нас все-таки заметили? - озабоченно нахмурилась Ида, а ее сестра закатила глаза.

- Ну уж не ослепли всей академией скопом! Декан твой на своем драконе уже два часа тычется в том месте, где вы исчезли - прокол проверяет, я уж думала, щас тебя за ухи оттуда вытащит!

Меня тоже видели?

- Не. Двух драконов, и все. И какого цвета, толком не видно было, темнело ж уже. С тобой не связали, потому шо твой декан тебя со мной попутал, а я у него на глазах была.

- Повезло, - облегченно выдохнула Ида. - Дракономать пусть хоть год ищут - не найдут, она умница...

Она чмокнула драконью морду на прощанье и, ухватив сестру за руку, быстрым шагом направилась к общежитию.

- Спасибо, что не выдала. ну, что ты - не я.

Ада только пожала плечами.

- Тю. Он сказал - студентка Виленто. А я таки она и есть! А если у кого с памятью проблемы, шоб до двух посчитать и спросить - которая, так тот сам себе злой Буратино, и кто ему доктор?

- Правильно, - усмехнулась Ида. - Ни к чему лишать людей. и ритхов их приятных заблуждений.

*

На подготовку коварной интриги против Дайсы у Ады ушло несколько дней. Нужно было со многими и познакомиться, и пообщаться, и договориться. И при этом никому не выдать своих истинных целей.

С сестрой она лишними деталями предпочитала не делиться: о чем та не знает, от того и мучиться совестью не будет. А врагов за спиной оставлять нельзя, это Ада твердо знала. Нечего Дайсе делать в этой академии. Осталось убедить в этом саму блондинку. Не такими грубыми методами, как действует Леварри, разумеется, но и церемониться с ней -себе дороже. Не понимает же человек по-хорошему!

Как она и рассчитывала, отчаявшись завоевать расположение Мариза Теверо, Дайса стала искать новую цель. Легче всего ей было теперь налаживать связи со старшекурсниками, до которых и впрямь еще почти не докатились распущенные Адой слухи. И разумеется, она просто не могла пройти мимо такого перспективного жениха, как Крейг Зиттуро. Не из Первого рода, но из весьма богатой и влиятельной семьи, близкой ко двору и вдобавок владеющей контрольным пакетом акций целого авиационного завода - с таким мужем обеспеченное будущее точно гарантировано.

Вот только одна загвоздка: девушка у Зиттуро уже была. Не объявленная пока официальной невестой, но, в общем -то, все давно к тому шло. Впрочем, очень вероятно, что официальное объявление давным-давно состоялось бы, если бы влюбленные не ссорились так часто и бурно, что давным-давно стали притчей во языцех всего курса. Многие даже делали ставки, как долго продлится их очередное расставание или когда случится следующая ссора “навеки”.

Сама Ада была уверена: милые бранятся - только тешатся, и никакие юные блондинки этим давно сложившимся отношениям не помешают. Но у Дайсы такого жизненного опыта не было, и ничего удивительного, что, понаблюдав разок за бурным выяснением отношений, она заключила, что у нее есть совсем немаленький шанс.

Наверное, будь Дайса хоть чуточку поумнее или не будь она так в себе уверена, все не вышло бы настолько позорно и фатально. Но баба Зина не один год прожила на свете, она в самом деле хорошо знала людей и всегда отличалась проницательностью. Как поведет себя сопливая, но самоуверенная и недалекая девчонка, она могла предсказать в точности.

Пунктом первым в коварном плане была Таулина Римено.

Если твой будущий парень только что расстался со своей бывшей, лучшее, что можно сделать - это подружиться с ней. Во всяком случае, Ада не сомневалась, что целеустремленная, как носорог, и примерно настолько же дальновидная (хоть и воображающая себя настоящей интриганкой) Дайса выберет именно этот путь.

Брошенные девушки часто любят рассказывать о бывших возлюбленных гадости, из которых можно почерпнуть массу информации. Что любит человек, что для него важно, от чего он может всерьез разозлиться, чего не переносит ни в каком виде, а от чего теряет рассудок. Все это даст возможность стать с самого начала “идеальной девушкой”, просто созданной для него - и быть заведомо лучше предшественницы.

Вполне возможно, что Таулина приняла бы за чистую монету трогательное сочувствие милой очаровательной первокурсницы и “случайные” встречи с ней. Если бы только она не пообщалась чуть раньше с другой первокурсницей - и та не рассказала ей о девушке, которая надеется увести Крейга.

Вполне возможно также, что зная о планах Дайсы, старшекурсница просто не стала бы с той разговаривать. Но ушлая новая подружка и тут дала дельный совет - и Таулина, в душе хохоча во все горло, разыграла для “сочувствующей” Дайсы изумительную сцену с рыданиями и заламываниями рук - а заодно обогатила ее кое-какими знаниями об удивительных вкусах Крейга.

Пунктом вторым было “любовное зелье”. Разыскать тех самых наивных девиц, что надеялись найти рецепт в стандартном пособии по зельеварению, подбросить им идею, что такие знания от студентов наверняка прячут в Особо Тайной Секции библиотеки - да-да, такая существует, спросите хоть вон того лопоухого, и источник верный, старшекурсники-то многое знают...

Теперь разыскать парня-третьекурсника с талантами ксерокса, чтобы лестью, посулами и взятками уговорить его на нестандартную работу: не копировать готовую книжную страницу, а создать совершенно новую из отдельных слов - но так, чтобы получившаяся страница внешне ничем не отличалась от прочих в определенной книге. На эту работу у парня ушло целых два дня, хотя в итоге он и сам остался доволен неожиданным новым навыком и открывающимися перспективами.

Портить настоящую книгу, которой кто-то будет еще пользоваться, не хотелось, но тут подвернулся удачный случай. Типовые учебники, которые со временем приходили в негодность или устаревали, иногда утилизировали, и при разборе сданной литературы Ада наткнулась на один из таких. Тэри Мунна равнодушно велела ей выбросить его - и девушка возликовала. То, что книга явно старая и очень потрепанная, ей только на руку. Вот только обложку аккуратно заклеить - и снова обратиться за помощью к парню-“ксероксу”, чтобы на обложке этой появилось нужное название.

Когда троица сокурсниц, подталкивая друг друга, наконец решилась подойти к ней, Ада уже почти потеряла терпение: у нее оставался всего один день отработки в библиотеке. А когда девчонки таинстенным шепотом изложили ей свою просьбу и посулили едва ли не все блага мира, Ада... разумеется, отказалась.

- С ума сошли?! Вы представляете вообще, что со мной может случиться? Да там одних охранок!.. А уж если тэри Мунна узнает, что я туда лазала, мне вообще не жить!

С огромным трудом позволив себя уговорить, “на дело” она собралась в самом конце отработки - когда за окном сгущались сумерки, а тэри Мунна уже клевала носом над своим остывшим чаем.

Собственно, все “дело” заключалось в том, что она, зайдя за стеллажи, извлекла заранее припрятанную книгу и с торжественным видом вынесла ее девчонкам, уже ждавшим в читальном зале. К ним она приблизилась самым быстрым шагом, на какой была способна.

- У вас две минуты! - задыхаясь, сообщила она шепотом. - Вот эта страница. Делайте что хотите, но через пять минут я должна уже вернуть книгу на полку, давайте, живо, переписывайте, иначе все сработает.

Она намеренно так тараторила, нагнетая обстановку, чтобы никто не успел задать ей вопроса, что же может случиться через пять минут, если уж вынести книгу уже удалось. Главное - нагнать паники и сообщить, что времени нет! Нужный эффект был достигнут: девчонки заозирались, принялись лихорадочно искать в сумках тетради и ручки, кто -то что-то порвал, кто-то что-то уронил и полез под стол поднимать.

- Одна минута! - свистящим шепотом сообщила она.

Ползающая под столом в поисках ручки девица дернулась и ударилась головой о столешницу, другая в отчаянии бросила свою сумку, а третья вдруг схватила драгоценную книгу и. резким рывком выдернула из нее страницу, тут же скомкала ее и затолкала в карман.

- Тыыыыы!.. - зашипела, округлив глаза, Ада, хотя именно этого она и добивалась.

- Никто ничего не заметит, беги возвращай книгу! - горячо зашептала сокурсница, и Аде “ничего не осталось”, кроме как схватить “драгоценную реликвию” и умчаться с ней за стеллажи. Девчонки попадали на стулья, одновременно выдохнув, а затем переглянулись, подхватились и кинулись прочь из библиотеки.

Их “жертв” Аде не было жаль - на самом деле “жертв” там и не получилось бы. Как она выяснила заранее, одна из девчонок была безответно влюблена в преподавателя, и ей, скорее всего, вообще не удастся его чем бы то ни было напоить. А если и удастся -очищающий чай на 17 травах ничем ему не повредит. Ну. по крайней мере, в указанной в рецепте микроскопической дозировке. Даже если перед этим над чаем будут очень торжественно произнесены “страшные заговоры”, а заварят его “по всем правилам древнего ритуала”.

Вторая девчонка влюблена была очень даже взаимно. Просто и она, и предмет ее воздыханий были настолько в себе не уверены, что ни один не решался сделать хоть шаг навстречу, даже не рассчитывая на взаимность. Так что если она поверит, что милый в нее уже влюблен, и решится наконец к нему подойти - все у них отлично сладится без всяких зелий.

Что до третьей девицы из компании, она ни в кого пока влюблена не была, но очень сопереживала подругам. Да и потом, кто знает, в какой момент пригодится секретный рецепт настоящего любовного зелья!

Эффект “зелья” превзошел все ожидания. Прежде всего, конечно, сошлась наконец нерешительная парочка - и уже это заставило всех девчонок курса перешептываться о чудодейственном рецепте.

Но главное случилось, когда вторая девчонка, намеренно нарушив правила, нарвалась на отработку в столовой - и щедро подлила в суп одному из преподавателей своего тайного зелья.

Так сложилось, что именно на следующий день тот самый преподаватель - ройс Дакир, читавший у пилотов малой авиации и дирижаблей вводный курс по навигации, решил провести небольшой опрос по теме прошлой лекции. И первый свой вопрос он задал юной тиссе Сание.

Ада про себя отметила, что выглядел мастер этим утром изрядно бледнее обычного. Впрочем, вины она за собой не чувствовала. Во-первых, она указывала гуманную дозировку, а превысила ее от жадности Сания. А во -вторых, очистить организм от шлаков - наверняка даже ритхам полезно. Правда, Ада подумала об этом в куда более кратких и емких выражениях.

Сания очень огорчалась, что не может как следует принарядиться в этот торжественный для нее день, от формы на лекциях все-таки никуда не деться. Поэтому девушка сделала разом просто все, что могла, не нарушая правил: укоротила свою форму до максимально мыслимого предела (по колено), нацепила туфли на высоченных каблуках, накрасилась, будто для вечернего выхода, и навертела на голове башнеобразную прическу, странно смотревшуюся в сочетании с формой академии.

Глядя на нее, Ада с самого утра только диву давалась - откуда же столько дур в элитной вроде бы академии с высоким конкурсом на поступление и не самыми простыми вступительными экзаменами? Из -за стараний Сании слава “волшебного зелья” висела на волоске.

Однако когда Сания, с грохотом отодвинув стул и пошатнувшись на каблуках, с готовностью вскочила со своего места, чтобы предстать перед возлюбленным во всей красе, тот настолько опешил от вида студентки, что несколько секунд просто разглядывал ее, забыв закрыть рот. Затем, сглотнув, поморгал, потряс головой, но комментировать увиденное все же не стал - правил студентка действительно не нарушила, как бы странно она ни выглядела.

Возможно, и этого долгого взгляда (а также бледного вида) романтично настроенным студенткам хватило бы, чтобы все додумать. Но по завершении лекции, когда ройс Дакир уже собирался выходить из аудитории, ему под ноги сверзилась с каблуков все та же студентка. И мастер лично подал ей руку, чтобы помочь подняться, а также пожурил за неосторожность.

Легенда была готова. Особое внимание к Сании видели своими глазами все студенты первого курса с двух факультетов - и все они, конечно, еще с вечера перешептывались о подлитом преподу зелье. А если очень -очень ждать особых знаков, то обязательно их увидишь.

На такой эффект от “любовного напитка” Ада и в самых смелых мечтах не могла рассчитывать. Ну да, рано или поздно до Сании дойдет, что любимый таращит глаза не совсем от тех сдерживаемых чувств, на какие она надеется... а может и не дойдет, кто ее знает.

В любом случае, к тому моменту это будет уже неважно. А сейчас - все безответно влюбленные девицы, а также охотницы на женихов первого курса готовы были продать душу за тот самый рецепт.

И, конечно, в их числе была и Дайса. О методах добычи “секретного рецепта” девчонки не распространялись, так что заподозрить участие в этой афере Ады блондинка никак не могла.

В числе прочего в описании ритуала было указано, что для закрепления эффекта при первой после приема напитка встрече с объектом необходимо любым способом привлечь к себе его максимальное внимание, как -то впечатлить - собственно, потому Сания так и старалась принарядиться к лекции.

Но Дайса решила пойти ва -банк. Тем более что все о “вкусах и тайных желаниях” своего “объекта” она уже вызнала. Осталось только показать ему, что именно она - девушка, о которой он мечтал в своих самых безумных фантазиях.

Подлить зелье для пусть слабенького, но все же телекинетика, - совсем не проблема. Достаточно пройти в столовой совсем близко от столика Крейга, собрать зелье в крошечный шарик и переместить этот шарик в чашку парня. Готово! А теперь можно и подбрасывать ему записку с приглашением на свидание.

Откуда же ей было знать, что эту записку изумленный Крейг прочтет вслух своей девушке, с которой он, конечно, давным-давно в очередной раз помирился? И что именно Таулина настоит на том, чтобы непременно пойти на назначенное тайной поклонницей свидание - но только вместе? Или что Аде Виленто не нужно даже знать содержания записки, чтобы примерно догадаться о нем - а затем стоит только немного проследить за Дайсой, чтобы выяснить место действия.

Теперь Аде нужно было нейтрализовать сообщницу. Близких подруг у Дайсы не было, но Келла, та самая робкая подружка Сании, что нашла свое нерешительное счастье, хотела теперь осчастливить всех - и легко согласилась постоять “на стреме”, чтобы никто посторонний не вломился в беседку, где будут охмурять пятикурсника. Чего только не сделаешь ради любви!

К Келле Ада просто подошла и сообщила, что ту срочно вызвали зачем -то в секретариат. Ну, выяснится потом, что ошибочка вышла, бывает. А выспросив у замявшейся Келлы, в чем дело, старшая Виленто очень достоверно поахала и вызвалась посторожить вместо нее.

Оставался самый слабый пункт плана - главное действующее лицо. Оно же “жертва”. В принципе, тут подошел бы любой преподаватель, лучше мужского пола. Но если бы никто из преподов в нужный момент не проходил по аллее, пришлось бы довольствоваться в качестве свидетелей одними Крейгом и Таулиной - а это как-то... недостаточно эффектно.

Ада заранее заняла стратегическую позицию в кустах - если нырнуть в них поглубже, было хорошо видно, что происходит в беседке, а если отклониться чуть в сторону, можно наблюдать за аллеей.

Правда, вот явления декана драконьего факультета она не ожидала. Эх, вот его бы в ту беседку заманить. но “случайно” уже не выйдет, он точно что -нибудь заподозрит. Хотя он, наверное, и так что-нибудь заподозрит - вон как вытаращился. Да и ну его!

Нравится ему в кустах торчать - нехай торчит! Лишь бы вел себя потише, чтоб его!

Ерзая и пыхтя от негодования едва ли не громче, чем Кирен Леган ломал ветки, Ада едва не пропустила тот самый момент - на аллее напротив беседки появился сам ректор Севейн! Да это же просто идеально!

Ректор Севейн, как и большинство мужчин-людей старшего поколения, во время прогулок не расставался с тростью и цилиндром. И, конечно, когда его шляпу внезапным порывом ветра сорвало с головы и понесло в сторону беседки, тисс ректор был вынужден изменить своему обычному размеренному шагу и почти бегом броситься следом.

И меньше всего он ожидал настолько горячей встречи.

...Вообще-то перья не были идеей Ады. Просто Таулина немного увлеклась.

Ада посоветовала ей озвучить Дайсе то, во что не так уж сложно поверить - со злостью в голосе сообщить, что парень вечно предлагал предаться страсти в каком-нибудь неподобающем месте, где в любой момент могут появиться посторонние. А еще - что ему якобы особенно нравилось завязывать своей девушке глаза, что выводило ее из себя.

Стоит ли удивляться после этого, что они ссорились!

Но Таулина, распалившись и честно глядя в глаза любознательной первокурснице, поведала Дайсе, что однажды бывший возлюбленный будто бы и вовсе предложил ей надеть бесстыдный костюм танцовщицы варьете с пышными перьями, торчащими из самых неожиданных мест. Конечно, добавила она, порядочная девушка не могла на такое согласиться.

Ада, честно говоря, все же не верила, до дело дойдет до перьев. Но Дайса, как было сказано, решила идти ва-банк. Впечатлять - так уж по полной! Так, чтобы точно закрепить действие любовного напитка бесповоротно. А потому в беседку она прибежала закутанная в длинный плащ, и к назначенному часу ждала во всеоружии - с завязанными глазами и в платье с перьями, правдами и неправдами добытом в кратчайшие сроки.

- Тебе бы в жопу три пера, и ты б жар-птицею была. - тихонько мурлыкнула в кустах Ада слышанную когда-то от внука строчку из непристойной интерпретации басни.

Рядом поперхнулся декан Леган. А, шоб его. лишь бы за приличными студентками поподглядывать. Пока они за неприличными студентками подглядывают. Кстати, а чего это он не в ту сторону подглядывает? Тьфу на него!

Ректорский цилиндр влетел в беседку бесшумно, а вот сам запыхавшийся ректор шел не только быстро, но и довольно грузно - все-таки годы уже не те. Не услышать его шагов было невозможно - и “жар-птица” в перьях и с завязанными глазами с томным вздохом ринулась к нему.

- Я так ждала тебя! - выдохнула она, едва не падая на руки обомлевшему ректору Севейну. Тот попытался что-то сказать, но смог только открыть и закрыть рот, как пойманная рыба, попробовал отстраниться - но настойчивая “птичка” вцепилась в него клещом.

Когда в беседку заглянули Крейг и Таулина, их глазам предстало незабываемое зрелище: суровый ректор Севейн, ловя ртом воздух, молча и сосредоточенно отбивался от льнущей к нему “танцовщицы”. Истинно джентльменское воспитание не позволяло ему грубо хватать за руки даму - да и сказать ей именно то, что крутилось сейчас в голове, он никак не мог, не уронив достоинства благородного тисса.

При виде свидетелей этого безумия глава академии смог выдавить из себя первое слово.

- Помогите... - прохрипел он.

В этот момент опомнился наконец впавший в ступор декан Леган - и ломанулся на выручку начальству прямо через кусты. Ректор почему -то совершенно уже не удивился выскочившему из кустов, как черт из табакерки, главе драконьего факультета.

Все это произошло на самом деле в считанные секунды, за которые даже до Дайсы должно было дойти, что что-то пошло не так. Голос ректора и топот множества ног вокруг со всей очевидностью свидетельствовали, что не так пошло все. Девушка сорвала повязку с глаз и отшатнулась от Севейна. Взгляд ее тут же остановился на Крейге.

- Милый? - тихо и очень растерянно спросила она, попытавшись кинуться к нему, но тот отшатнулся с точно таким же выражением ужаса на лице, что и ректор.

Длинно всхлипнув, Дайса метнулась к скамейке, на которой оставила свой плащ, и, на ходу пытаясь в него завернуться, опрометью кинулась вон. Увы, полы предательски распахивались, периодически являя миру пышные перья. Синие.

“Пти-ца сча-стья завтрашнего дня.” - жизнерадостно грянул в голове у Ады ансамбль “Здравствуй, песня”.

- Что. - слабым голосом начал ректор, - что это было?..

- Ну, - Ада подала ему подобранный цилиндр, - вы такой видный мужчина. Студенткам трудно устоять.

Кирен Леган при этих словах поперхнулся, Крейг и Таулина одновременно закашлялись, а вот ректор Севейн как-то даже слегка приосанился.

- Хм.

- Ей все говорили, но Дайса у нас, знаете, увлекающаяся натура.

История о первокурснице в перьях, принародно домогавшейся ректорского тела, облетела академию мгновенно. С такой славой Дайса Леварри больше не могла здесь учиться - и уж тем более ловить женихов. Остров она покидала, закутавшись в плащ с головы до пят.

Келла, конечно, чувствовала себя виноватой - но, во-первых, ясно было, что она все равно вряд ли смогла бы остановить ректора. А во-вторых, о подробностях аферы Дайсы она не знала - и едва услышав, что “охмуряемый” пятикурсник был, в общем -то не свободен, терзаться тут же перестала.

К слову, славе "приворотного зелья" инцидент, как ни странно, ничуть не повредил. Романтичные девы единодушно решили, что просто настоящая любовь сильнее.

- Макиавелли позавидовал бы твоему коварству, - пробормотала Ида, услышав сильно сокращенную и подредактированную версию изгнания блондинки и едва поверив в эту историю. Сама она, доверяющая только логике и знающая, что поступки людей оной часто не поддаются, ни за что не взялась бы просчитывать реакции стольких действующих лиц и их следствия. - И не жалко тебе ее?

- Нет, - жестко ответила ее сестра. - С волками жить - по-волчьи выть. Она хотела подшутить надо мной - я подшутила над ней. У меня вышло веселее.

Ида только покачала головой. Как бы там ни было, дурную блондинку она все -таки жалела.

- Твои б таланты да в мирное русло... ты же у нас прирожденный пиар -технолог! -вздохнула она и едва успела увернуться от оплеухи.

- Неча на старших материться!

- Эм. о, или журналист! Только над литературной речью бы поработать.

- Речь у меня, шоб ты знала, - самобытная! - наставительно сообщила Ада, подняв палец. - И вообще, была б та Дуська поумнее да повежливей, я б ее сама замуж спровадила от греха. А так придется только тебя выдавать. А шо делать? Кому -то ж надо!

Глава двадцать пятая. Вынос мозга в индивидуальном порядке

На первое индивидуальное занятие по специальности Ида шла с самыми худшими предчувствиями. И они только усугубились, когда ее персональный преподаватель рассыпался вдруг в любезностях и с самым искренним видом извинился за “досадный инцидент”. Но на запястье у нее успокаивающе поблескивал простенький медный браслет, испытанный уже на двух ритхах, которые пытались пробить защиту - и это позволяло чувствовать себя чуть более уверенно.

- Я надеюсь, вы сможете простить меня, - серьезно глядя в глаза и взяв ее за руку, говорил Айсен Леган, - прежде всего, я неверно оценил ситуацию. и, разумеется, перешел все границы, я признаю это. Я поддался. своему дару и инстинкту, забыв о том, что передо мной - не ритханка. Я хотел бы начать все с чистого листа, не оглядываясь на ошибки. В конце концов, уверен, вы -то сможете меня понять - я успел навести о вас справки, и понимаю теперь, как мы с вами похожи в стремлении к знанию...

Ида на мгновение прижмурилась, почти ослепленная ярко вспыхнувшей в мозгу картинкой: ее дракон с почему-то конфетно-розовыми глазами увязает в такой же розовой, похожей на жвачку субстанции с блаженным выражением на морде, а затем вдруг надувает щеки и принимается дергать наклоненной головой с распахнутой пастью - как будто его сейчас стошнит.

Кот, научившийся отправлять хозяйке мысленные образы, пользовался новой способностью вовсю, “высказывая” свое мнение по поводу и без. Пока он мог делать это только находясь от нее в непосредственной близости, но Ида уже с ужасом думала о том, что ведь способности “деточки” развиваются - и как-то не по дням, а по часам!

Заведя руку за спину, она погрозила дракону кулаком. Будем надеяться, мастер счел ее гримасы просто реакцией на его слова.

- Словом, если у вас нет возражений, я бы хотел приступить к нашим занятиям. И поскольку наш с вами курс... эээ... экспериментальный, прежде всего мне бы хотелось понять, чего вы уже смогли достичь самостоятельно, чтобы видеть, какие направления нам следует подтягивать до уровня...

- Прежде всего, мне, - деловито вмешалась Ида, сделав ударение на последнем слове, -хотелось бы понять, какие именно навыки требуются от драконьих наездников на

выпуске из академии. А я тогда смогу решить, что необходимо подтягивать. - тут она спохватилась, что программу курса составляет все-таки преподаватель, и быстро исправилась, - а то ведь я даже не понимаю, что именно важно и о чем вам рассказывать!

- О, не волнуйтесь, я буду задавать вам наводящие вопросы. Как я понимаю, вам удалось обучить своего дракона ряду команд и даже ездить на нем.

- Да.

- А скажите, - Айсен Леган с трудом пригасил вспыхнувший на секунду жадный блеск в глазах, - не случалось ли во время таких путешествий. чего -то необычного? Ну, скажем, вам показалось, будто острова вокруг мгновенно сменились на другие.

“Неужели он в самом деле думает, будто я могла не заметить, что перенеслась в пространстве? Хм, похоже на то. Ну. что ж, когда тебя недооценивают - это не так уж плохо”.

- Ой, - она хлопнула глазами, - вы знаете, у меня с картами не очень. и во время полетов Кот часто виляет, так я глаза зажмуриваю - страшно же! Что там вокруг - я как-то.

Леган досадливо мотнул головой.

- Но вы ведь как-то добрались до академии. Как вы управляли маршрутом?

- Так там почти по прямой! Мастер Леган, а все же - что мне нужно будет сдавать на выпуске? Вы как раз собирались мне рассказать!

Мастер нахмурился. Похоже, он надеялся все же задурить ей голову настолько, чтобы о собственных вопросах девушка забыла. Но Ида, если ей было надо, умела быть

исключительной занудной - и задавать, как дятел, один и тот же вопрос бесконечно -пока не получит на него ответ.

Он надеялся задурить голову опытному педагогу? Ха!

В конце концов мастер был вынужден дать подробный и обстоятельный ответ. И тут выяснилась интересная вещь.

Как оказалось, все выпускные экзамены по специальности, на которых надо было продемонстрировать прочность связи и безукоризненное подчинение дракона, она могла сдать хоть сейчас - или не сдать вообще никогда. И зависело это не от какого бы то ни было обучения, а всего лишь от того, удастся ли уговорить Кота быть паинькой и слушаться команды весь экзамен. Например, если пообещать ему что -нибудь очень вкусное или очень интересное. Что до безусловного подчинения - Ида была уверена, что этого у них с Котангенсом не будет никогда. Хотя бы потому что она сама этого не допустит.

И значит... нет, Ида была далека от мысли, что тратит сейчас время зря. Во -первых, помимо специальности здесь было много общих курсов, а знания, по ее убеждению, никогда не бывают лишними. Любые. Во -вторых, кто кроме нее хоть попытается изменить участь остальных драконов?

- Выпускной экзамен по специальности - по сути, это тест, показывающий, что вы полностью контролируете своего дракона и он ни при каких обстоятельствах больше не опасен для общества, - продолжал разглагольствовать мастер. - Это важно для обеспечения спокойствия и безопасности людей и ритхов, поскольку слабо связанные драконы потенциально способны...

“Ну-ну, - горько-иронично думала при этом Ида, - вот Ада или дядя Джемайя, например, потенциально способны снести ураганом небольшой город. Но их никто не заставляет сдавать специальные экзамены, чтобы доказать, что они не станут этого делать. И в кандалы не заковывают на всякий случай. А драконы вообще никого не трогали и ни к кому не лезли.”

Перед глазами у нее тем временем разворачивалась транслируемая Котом картинка, в которой ее дракон осторожно, почти нежно держал одной передней лапой странно уменьшившегося куратора, а второй аккуратно выкручивал, как лампочку, кураторскую голову. Сосредоточиться на словах мастера при таком своеобразном визуальном ряде было особенно непросто, поэтому Ида заложила за спину вторую руку, демонстрируя еще один кулак. Кот за ее спиной независимо фыркнул, но картинка погасла.

В любом случае, пока Ида намерена была оставаться на драконьем факультете. А значит, предстояло убедить своего личного преподавателя в том, что она и ее дракон вместе умеют немногим больше, чем остальные первокурсники факультета.

Впрочем, это, пожалуй, будет несложно. Кажется, у Котьки “непослушное” настроение -значит, и показывать они сегодня будут ну очень “слабую связь”.

* - Я уверен, что она что-то скрывает, - говорил тем же вечером Айсен Леган своему кузену. - Девица себе на уме, а еще у нее появилась какая -то защита.

- Ты, что пробовал снова?! - Кирен задохнулся от возмущения.

Родственники снова разговаривали в гостиной Кирена, где Айсен был теперь частым гостем.

- Да нет, - досадливо отмахнулся Айсен. - Тут другое. Видишь ли, она в самом деле... я практически уверен, что действительно инстинктивно на нее реагировал. Поэтому так и сглупил тогда.

- Спятил?! Она даже не ритханка!

- Ну. - задумчиво протянул Айсен, - история знала такие случаи. Потом, она из человеческого Первого рода. Это даже не был бы мезальянс. И дети в любом случае будут ритхами.

- Какие еще дети! - казалось, у декана драконьего факультета сейчас пойдет пар из ушей. - Ты соображаешь, что несешь?!

- Я как раз очень даже соображаю, - Айсен смотрел бритвенно-остро. - Мы уже выяснили, что дикие в самом деле могут создавать проколы. И значит, ее дракон -

настоящее сокровище. Которое может достаться людям. Сейчас вопрос только в том, кто успеет раньше прибрать к рукам глупенькую и наивную юную девочку. И я уверен, что она мне подходит. Кстати, твоя избыточная реакция только подтверждает, что я прав. Ты тоже это почувствовал - мы все-таки родственники. но я заметил ее первым!

Кирен, прикрыв глаза, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов - специально, чтобы не демонстрировать “избыточную реакцию” слишком уж наблюдательному кузену.

- Мне она не показалась “глупенькой и наивной”, - ровно сообщил он наконец. -Возможно, несколько неотесана.

- Неотесана?! Хм, вот такого бы я, пожалуй, точно не сказал. Ведет она себя. да, собственно, почти как любая благовоспитанная ритханка из высокого рода - недалекая, но от девушки сложно требовать иного, и с этикетом, заменяющим мозги. Правда, как многие человеческие девицы, она, кажется, вполне искренне считает, что может говорить с мужчиной на равных и даже спорить и перебивать, но не будем забывать.

- Подожди-подожди, - Кирен нахмурился, - мы точно говорим об одной и той же девушке? По моим наблюдениям, она спорит и перебивает по любому поводу, промолчать, когда надо, кажется, вообще не способна, а вот с мозгами у нее вроде бы все в порядке. Хотя. во время лекций она как-то меняется, я давно заметил.

Декан драконьего факультета нахмурился, припоминая странности - эта девушка, похожая то на ледяную статую, то на пылающий костер, интриговала все больше и больше. Мысль о том, что кузен прав - не в вопросе о недалекости юной Виленто, конечно, а кое-в чем куда более важном - он старался от себя отгонять.

- Это тебе лучше знать, - Айсен приподнял брови. - Насколько я помню, их две, но вторая.

- Вторая ходит в голубом платье, - отмахнулся Кирен, а его кузен задрал светлые брови еще выше, заставляя его почувствовать нелепость заявления самостоятельно. Действительно - платье... платье легко сменить.

Почему-то он все это время считал само существование второй сестры Виленто чем -то незначительным и неважным. Человек, да еще девушка, на драконьем факультете - это и впрямь сенсация. А просто еще одна из студенток летного факультета едва ли стоит того, чтобы второй раз о ней вспомнить.

А ведь в их самую первую встречу, когда сестры Виленто только прибыли в академию, они были одеты одинаково. И одна из них изо всех сил подбирала выражения и старалась сохранить лицо, а вторая...

- Насколько я заметил, - подсказал Айсен, - у второй какой -то забавный дефект речи, она так странно произносит некоторые слова...

- Дефект речи, - Кирен обмяк в своем кресле, мысленно кляня себя за невнимательность. Будто наяву он увидел девчонку, которая, уперев руки в боки, вызывающе спрашивала: “Шо?!”

Если каждый раз это были разные сестры. то он, пожалуй, никогда их больше не спутает

- даже если ни одна из них не откроет рта. Разве можно спутать лед и пламя?

- И ты считаешь, что именно младшая, то есть та, что связана с драконом.

- На вторую не претендую, - Айсен с легкой усмешкой отсалютовал кузену бокалом с виски.

И Кирен не сразу понял, что переполнившим его вдруг опустошающе -звонким чувством было - облегчение.

Если у тебя в союзниках - баба Зина Баглюк, все твои враги довольно быстро начинают понимать, что для душевного здоровья им куда полезнее с тобой ладить. Ну или не начинают, мир праху их.

Но вот от беспричинного презрения никакие интриги и слухи не помогут. И ритхи с драконьего факультета, всего лишь за двумя особыми исключениями, по-прежнему считали Иду Виленто чем -то вроде забавной зверушки, своеобразной достопримечательности, но никак не равной соученицы.

“Сеансы индивидуального выноса мозга”, как она называла теперь свои персональные занятия по специальности со ставшим до странности любезным куратором, только подчеркнули ее “особое положение”. На общих занятиях у декана Кирена Легана ей теперь и вовсе не дозволялось открывать рот - как вольной слушательнице. Ада, конечно, страшно злилась, когда слышала об этом, и каждый раз обещала все кары небесные “этому поганцу” декану, но ситуации это никак не улучшало.

Обо всем этом Ида с тоской рассказывала Кею во время практического занятия по артефакторике, на котором они корпели над своим очередным совместным проектом. Напарники настолько привыкли работать вместе, что почти угадывали мысли друг друга и моментально подхватывали идеи.

- Серьезно? - Кей в ответ на ее жалобы усмехнулся одним уголком рта и чуть приподнял брови. - Тебе не нравится, как к тебе относится горстка ритхов из твоего общежития?

- Ну да. А тебе не кажется, что это естественно - ожидать от окружающих нормального к себе отношения...

Парень хмыкнул.

- А как ты думаешь, как ко мне относится. ну, собственно, практически вся академия -до преподов включительно?

Ида открыла рот - и тут же закрыла.

Облачная академия была действительно элитным местом. Самые знатные ритхи, самые одаренные маги-люди. Нет, тэры, конечно, тоже попадались - не больше одного-двоих на курс. И все они были выходцами из семей уважаемых и известных образованных тэров. Кей был, кажется, единственным здесь на все курсы мальчишкой из бедного квартала, которому никто и никогда не подстилал соломки, не нанимал учителей, который абсолютно всего в этой жизни добился исключительно сам, зубами выгрызая свое место под солнцем, не гнушаясь никакой работы, покупая книги на заработанные гроши и штудируя их по ночам после тяжелых смен. Да, тиссе Тория немало помогла ему, но ведь и места ее ученика он добился сам.

Пожалуй, за все это его стоило бы только больше уважать, но. Ида хорошо знала, как устроены люди, и понимала, что в глазах многих здесь он - не ровня им и никогда таким не станет.

Помнится, даже ректор Севейн, когда говорил в первый день о всеобщем равенстве в стенах академии, обращался к “ройсам и тиссам”. Вряд ли он намеренно игнорировал при этом тэров, желая их оскорбить - скорее просто забыл, что нет-нет да встречаются в академии и такие казусы.

- Извини, - она порывисто схватила приятеля за руку и пожала ее, удостоившись от Кея изумленного взгляда. И тут же, чуть смутившись, отдернула ладонь. Надо же, никогда она не была так эмоциональна, как в последнее время. или просто забыла об этом? Г ормоны юного тела так влияют на нее, что ли? - Для меня и Ады ты всегда будешь другом. И ровней. И уж точно - ты куда лучше всех этих высокомерных идиотов.

Кей чуть усмехнулся и опустил глаза. Неужели не верит? Да. похоже, до конца все -таки не верит. Почему-то остро захотелось что-то сделать, чтобы разбить этот лед. Вроде бы они и дружат, и общаются, но всегда - и вот так, когда они говорят вдвоем, и когда сидят вместе с принцами-ритхами и Мией в столовой - ощущается, что он будто слегка отстранен. Будто этот мальчишка сам отделил себя от всех вокруг прозрачной, но непроницаемой стеной.

Или. не от всех? Может быть, эта стена возникла еще тогда, в прошлом году?..

Что же можно сделать, чтобы изменить ситуацию? А может. может, просто показать, что ему доверяют? И тогда он сам поймет, не сможет не понять, почему она так поступила.

В конце концов, сейчас-то те его чувства точно неактуальны. Ида знала, что парень уже некоторое время встречается с некой девушкой - не студенткой, официанткой из кафе на окраине острова, поэтому в их компании она и не появлялась, но Ида видела ее несколько раз.

- Слушай, - решилась она наконец, - после занятия попроси Сирша провести тебя в наше общежитие. Только скажи ему... скажи, что я забыла какие-нибудь тетради, или что тебя осенила какая-нибудь идея по нашему проекту. что-нибудь, что его не заинтересует. Приходи в нашу комнату. Я хочу. мы с сестрой хотим кое -что тебе рассказать.

В конце концов, почему бы и нет? Ей будет только легче общаться с ним, если не нужно будет ничего скрывать.

*

Ада против того, чтобы открыться приятелю, ничуть не возражала.

- Твой поклонник, сама и решай, - Ида хотела возразить, но сестра уже продолжила, - и, кстати о поклонниках - я тут.

Договорить, правда, ей не удалось - вежливый стук в дверь возвестил о появлении гостя.

Кей, вопреки ожиданиям, мгновенно поверил в историю о другом мире и прошлой жизни. Только почему-то вдруг с загоревшимися глазами стал расспрашивать - не о том, как жили подруги, а. о летательных аппаратах. И возбужденно забегал по комнате, едва услышав о больших пассажирских самолетах и о вертолетах.

- Это же. это же летательные аппараты совершенно нового типа! Это же революция! Девушки переглянулись.

- Кей, - осторожно начала Ида. - Понимаешь, ни одна из нас там не имела отношения к авиации. Мы понятия не имеем, как это все устроено...

- Да и не надо! - все с тем же фанатичным блеском в глазах воскликнул парень. - Зачем нам чужое - готовое, да еще без магии? Главное - идея! Я же авиаконструктор! Ну. то есть буду им. Это же шанс создать что-то принципиально новое - вы что, не понимаете?!

Девушки снова переглянулись.

- Кажется, мы его теряем, - с прискорбием прокомментировала Ида.

- Слушай! - подскочив к ней, Кей порывисто схватил девушку за руку - точно, как она сама это делала чуть раньше. Только он в запале не стал ни смущаться, ни отдергивать ладонь. - Для разработки двигателя нового типа мне понадобится толковый напарник -артефактор, еще нужно будет делать кучу расчетов, может, не к соревнованиям этого года, но вместе мы точно сможем создать этот ваш вертолет!

- Каким еще соревнованиям? - у нее уже голова пошла кругом от его энтузиазма.

- Академическим! Вместе мы.

Эй, я вам не мешаю? - Ада, хмыкнув сложила руки на груди.

- Нет, конечно! - с не меньшим энтузиазмом откликнулся Кей и отпустил наконец руку Иды. - Летчик нам тоже понадобится!

А Ида вдруг улыбнулась. Кажется, она готова была участвовать в замыслах Кея. Потому что вот сейчас она и впрямь не чувствовала никакой стены отчуждения. И от этого на сердце стало легко-легко.

- Безнадежен, - закатила глаза Ада, как только за парнем, побежавшим делать первые наброски, захлопнулась дверь. - Так вот, о поклонниках. Я тут намедни столкнулась у общежития с твоим деканом. Нет, ну свинтус он, конечно, порядочный, то да. Только я хочу тебе сказать, шо смотрел он на меня совершенно телячьим взглядом.

- Это как? - озадачилась Ида.

Ада показала.

Расхохотавшись, Ида плюхнулась на свою кровать и, подхватив подушку, кинула ее в сестру.

- Так чего ты теряешься?

- Тю! Дурочка! Он же нас не различает! Он думал, шо я - это ты! Это он на тебя смотрел!

- Что-то я не замечала от него никаких телячьих взглядов, одни гадости выслушиваю.

- Мужики, они такие, - авторитетно сообщила Ада. - Не вырастают вообще, так и дергают за косички... Ну, просто у нас с тобой косичек больше нет. Так вот, я к чему. Преподы - это ж тебе не мальчики-студентики, шоб только усыновлять. А декан твой -

ну, свинтус-то да, но вот если с другой стороны - так ты смотри, какой мужик отличный пропадает! Надо брать, я считаю.

Ида беспомощно поморгала, пытаясь осмыслить завихрения сестриной логики.

- Почему? - выдавила она наконец.

- Не почему, а зачем. Замуж, конечно.

- Вот и бери его сама! - в сердцах ответила Ида.

Та на секунду задумалась и мотнула головой.

- Не. Молодой он сильно для меня. Мне б вон ректор больше подошел, например.

- Это же ритх. Декан, в смысле. Ему за сто, мне Сирш как -то говорил.

- Такой старый?!

- Ну. неплохо же сохранился, согласись?

- Хм. - Ада снова задумалась, на этот раз надолго. - Хм...

Глава двадцать шестая. Это плохая идея

- И вы уверены, что это... взлетит? - Тисс Тристобаль с нечитаемым выражением на лице разглядывал экзотическую конструкцию с тремя винтами над пузатым корпусом, длинным хвостом с еще одним винтом и парой куцых крылышек по бокам.

- Главное, чтобы оно потом приземлилось, ха! - дядюшка Джемайя радостно хлопнул брата по плечу - так, что тот даже слегка присел.

- Ты в нас сомневаешься?! - патетично оскорбилась тиссе Тория. - Я лично перепроверяла все расчеты детей! И не я одна!

- Ну что ты, дорогая, - так фальшиво возразил тисс Тристобаль, что ясно было бы даже Котангенсу: сомневается. - В тебе - никогда! Просто брат у меня всего один, и.

- А дочерей. - в очередной раз вылезла Ада.

- Даже не думай!

Честно говоря, сомнения отца Ида очень даже понимала - и это несмотря на то, что в собственном детище, над которым они с Кеем корпели три с лишним года, была абсолютно уверена. Просто выглядел их вертолет и впрямь довольно несуразно. Особенно для этого мира, где до сих пор никогда не видели винтокрылых машин.

Конечно, сами они могли бы сколько угодно работать над проектом, но без опытной модели никогда бы не получили патента. Построить такую модель своими силами было нереально. А потому занимались они этим все каникулы под руководством Тории Виленто в ее же мастерской и с помощью специально нанятых рабочих.

Испытывать вертолет рвалась Ада - аргументируя это тем, что она уже почти настоящий летчик, осталась каких-то пара лет до диплома. Рвались и Ида, и Кей - поскольку знали свое творение как никто другой. Но первым занять кресло пилота предстояло все -таки дяде Джемайе - потому что он был единственным, кому, с одной стороны, доверяли Ида и Кей, а с другой - не мог запретить эту авантюру тисс Тристобаль.

Последние три с половиной года слились для Иды в сплошной калейдоскоп, в котором она была постоянно настолько занята, что не оставалось ни минуты, чтобы остановиться или осмотреться. Сейчас, оглядываясь назад, она видела эти годы как набор стоп-кадров из фотоальбома.

Вот Ада в очередной раз ругается с Киреном Леганом. Декан вдруг почему -то перестал их путать - и если к Иде обращался теперь подчеркнуто-нейтрально, то с Адой непрерывно затевал какие-то перепалки на ровном месте. И сталкивался с ней слишком часто, чтобы это могло выглядеть случайным. Порой Иде казалось, что им обоим эти свары доставляют удовольствие.

Вот Риз, почти полгода провстречавшись с Мией, заканчивает академию и уезжает. А Мия, ожидаемо оставшись с разбитым сердцем, отдаляется от всех и с головой уходит в учебу.

Вот Ада, которую неожиданно захватила идея стать журналисткой (шутка ли -корреспондент-пилот, который всегда будет оказываться в гуще событий раньше всех!)

основывает студенческую газету на пару с парнем, которого называет почему -то “ксероксом”. Как оказалось, на основе родового дара семьи этого парня работали все книгопечатные станки Виссарии.

С парнем вышло, правда, немного неловко - его очень удачно звали Ксерс, и Ада, конечно, запомнила это именно как Ксерокс. Парень слегка обижался, но девушка ему, похоже, нравилась - да и кто, в конце концов, станет отказываться, когда тебе предлагает дружбу и просит об услуге наследница рода Виленто?

Усилиями Ады в академии теперь с сестрами Виленто предпочитали дружить. Даже тэри Гава почти уже не гавкала, привыкнув к девушкам на своей суверенной территории. Как досадливо рассказал однажды Кей, никакая она на самом деле не тэри - просто в академии принято так величать старший персонал, чтобы отличать от младшего. Сам он, как и все свежеиспеченные тэры, относился к этому званию ревниво: студенты - не маги условно получали его уже с момента поступления, но все еще могли лишиться, если вдруг вылетят из академии.

И все это время Ида была погружена в работу сразу в двух направлениях - совместный проект с Кеем и свой личный, тайный - связанный с драконами. Она окончательно убедилась в том, что одурманивает их именно связь с ритхами, и занималась расчетами для схемы разрушения привязки. Об этом она не говорила даже своему “подопытному” ритху - Сиршу.

“Если сейчас все пройдет хорошо, - загадала она, - то я поговорю с Сиршем”.

*

- В общем... вот так, - заключила Ида, не глядя на собеседника.

- И. чего ты хочешь от меня? - Сирш, напротив, ошарашенно разглядывал приятельницу, как какую -то диковинку. Нет, он всегда знал, что от младшей Виленто можно ждать чего угодно, но чтобы так!

Они сидели на одной из скамеек, расположившихся вдоль аллеи между главным корпусом и общежитием драконьего факультета. Мимо проходили и проезжали на самокатах студенты.

- Кто-то должен разорвать привязку. Кто-то из уже владеющих драконом, - Ида наконец подняла взгляд на парня. Она знала, что разговор будет непростым. Слишком уж драконьи наездники гордились своим статусом, слишком много для них значили их драконы. -

Чтобы проверить теорию и убедиться, что это. обратимо. Мой Кот уже три года уверенно создает проколы пространства. Я регулярно так удирала с ним вместе из академии. И он в самом деле почти разумен. Мы общаемся с ним - не речью, иначе, но.

- Подожди. Ты сказала - проверить. И что будет, если проверка провалится? Ну, то, что отец меня убьет, я разочарую семью и так далее, это даже не обсуждается. И то, что ценный дракон будет фактически потерян, тоже очевидно. Но мы ведь понимаем, что даже если ты права, есть вероятность, что зверь, который был связан много лет, стать таким, как твой Кот, уже не сможет, верно? Вполне возможно, что он останется идиотом. Неуправляемым, полуторатонным огнедышащим идиотом.

- Можно попробовать провести эксперимент на пустынном острове, я знаю несколько таких, мы с Котом летали...

- Нет, - Сирш покачал головой. - Извини, но. это слишком рискованно. И еще - я боюсь, что твои идеи зашли слишком далеко. Если ты не остановишься - я должен буду сообщить об этом отцу. Драконы. значат для нас слишком много.

- Что?! - Ида не верила своим ушам. Что может сделать король ритхов? Да, в общем -то, наверное. немало. Например, официально засекретить всю информацию о драконах -

раньше в этом просто не было необходимости, люди ими не особенно интересовались, поскольку не могли приручать. Или связаться с королем Виссарии в рамках дипломатических отношений и потребовать выдать младшую Виленто замуж за одного из ритхов. пожертвует ли его величество ради сохранения равновесия наследницей одного из Первых родов? Ну, если учитывать, что наследница не единственная - все может статься. - Я думала. мы друзья?

- Да. Именно поэтому я предупреждаю тебя как друга. Лучше остановись сейчас.

- Я тебя услышала, - сухо кивнула Ида, поднимаясь со скамейки. - Хорошего дня.

- Ида! Подожди! - девушка только передернула плечами, решительно направившись по аллее.

*

С кем еще из ритхов можно попробовать договориться? Ну. вообще-то есть один вариант.

“Индивидуальные занятия по специальности”, которые у Иды проходили раз в неделю, раздражали ее несказанно. Просто потому что по сути, личный куратор Айсен Леган ничему ее не учил. Складывалось впечатление, что он скорее сам изучает Иду и Котангенса. Девушка была уверена, что могла бы найти этому времени куда лучшее применение - но, увы, ее никто не спрашивал.

А еще временами казалось, что куратор Айсен за ней. ухаживает. Не раз случалось так, что он задерживал свою студентку после занятия, и она не успевала поужинать. Тогда он, якобы чтобы оправдаться, приглашал ее ресторан - и это слишком напоминало свидания. Не скупился он и на похвалы и комплименты. В отличие от своего кузена-декана, он всегда казался галантным, вежливым и предупредительным. Ада советовала присмотреться к куратору, но Иду что-то в нем безотчетно настораживало, и по возможности она предпочитала держаться от него подальше. Да и уверена была, что ей пока уж точно не до личной жизни.

Но сейчас, думая о том, кто из ритхов мог бы заинтересоваться ее “экспериментом”, она первым делом вспомнила именно об Айсене Легане.

Во-первых, он, специалист-драконолог, производил впечатление достаточно увлеченного исследователя, чтобы, если его что-то в самом деле заинтересует, наплевать на возможные последствия неудачи.

А во-вторых, он был обученным драконьим наездником, у которого сейчас не было своего дракона. Он, в отличие от Иды, вполне мог просто приобрести детеныша - и не устанавливать с ним связи, а попробовать воспитывать. Эксперимент получится долгим, зато куда более безопасным, чем с разрушением привязки уже взрослого дракона.

*

...Плохая была идея! Очень, очень плохая идея!

Хотя бы потому что куратору пришлось рассказать все, что до сих пор они с Котом успешно скрывали. Кот вообще получал какое-то особое удовольствие, мороча Айсену Легану голову и прикидываясь бессмысленным животным.

Сейчас Айсен Леган рассматривал, как неведомую зверушку, ее, Иду. И, кажется, потихоньку осознавал, что его три года вполне успешно водили за нос.

А еще разыскать куратора Иде удалось в доме декана - Айсен не жил на территории академии, и когда останавливался на острове, ночевал у кузена. И в какой момент в гостиной появился сам Кирен Леган, увлеченная рассказом Ида не заметила. Однако сейчас второй ритх стоял в дверном проеме гостиной, прислонившись к косяку, сложив на груди руки и задрав брови до небес. При этом, если лицо Айсена побагровело, то Кирен, казалось, едва сдерживает смех.

Плохая была идея!

Тем не менее, раз уж начала - придется заканчивать.

- Согласно моим выводам, моя связь с драконом - это, по сути, магическое воплощение самых естественных эмоций и привязанностей, свойственных любому разумному существу - и даже животному. Любовь, дружба, родственные связи - именно благодаря исследованию ритховской магии мне удалось вывести магические схемы -аналоги, выражающие эти чувства. По сути, их можно увидеть в магическом спектре и между близкими людьми, если знать, на что смотреть. Просто у дракона как существа полностью магического они куда более очевидны. Интересно, что сымитировать их искусственно нельзя. То, что вы делаете своей магией - похоже, но отличается. Естественные связи не подавляют волю. А еще интересно, что у некоторых связанных драконов с их хозяевами есть как ваши искусственные связи, так и естественные, такие, как у меня. И именно такие связи наиболее прочны. Например, у декана Легана или у Сирша Вириуса с их животными. Я думаю...

- Это все очень... просто чрезвычайно... интересно, - выдавил наконец, перебив ее, Айсен Леган. На лице его играли желваки, и было заметно, что сказать ему хочется что -нибудь куда менее вежливое, однако не позволяет воспитание. - Мне нужно обдумать ваши. занимательные идеи.

- Вы действительно думаете, что можно разорвать искусственную связь безопасно для дракона? - неожиданно серьезно спросил Кирен.

- Да, - Ида подняла взгляд на него и посмотрела в глаза. - Согласно моим расчетам.

- Пожалуй, я бы попробовал, - легко сообщил декан драконьего факультета.

- Ты спятил?! Или ты просто... - Айсен с подозрением смотрел на кузена. Юная Виленто ушла, оставив кузенов вдвоем - и им было что обсудить наедине. - Может, ты просто сам рассчитываешь прибрать девчонку к рукам?

- Еще чего не хватало, - фыркнул Кирен.

- То есть ты всерьез намерен проверять бредовые идеи человеческой девицы, рискуя собственным драконом?!

- А разве это не то, что ты сам искал? - кузен смотрел на драконолога неожиданно серьезно и остро. - Тебя смущает, что возможное решение нашел не ты? Или то, кто именно его нашел?

На этот раз фыркнул уже Айсен.

- Она девица. Со свойственными девушкам прекраснодушными идеями. Все, что ей нужно, - это выйти замуж и нарожать детей. Идиотские идеи очень быстро выветрятся из хорошенькой головки, вытесненные куда более разумными и уместными. Например, о воспитании детей и содержании замка.

- Она не ритханка, - напомнил Кирен. - Знаешь, я тоже рассуждал как ты, но познакомившись с ними обеими поближе...

- Да какая разница! - Айсен досадливо хлопнул ладонями по подлокотникам кресла, передернув плечами.

Декан драконьего факультета только приподнял брови и отвернулся. Если дорогому кузену так нравится заблуждаться, что ж. Набивать собственные шишки - его право.

А вот Кирену будет очень любопытно взглянуть на истинные возможности дракона Иды Виленто. Кто знает - что если ритхи в самом деле пошли когда-то не по тому пути?

Но Айсена в эту авантюру звать несомненно не стоит.

- Поверь, я знаю, о чем говорю, - прервал наконец затянувшуюся паузу Айсен. - Я не думал, что когда-нибудь кому-то об этом придется рассказывать. Но я все же должен остановить тебя. Надеюсь, ты сохранишь мою тайну - мне не хотелось бы лишиться всех регалий и королевской милости, а то и вовсе пойти под суд.

- Что?! - Кирен резко обернулся, чтобы пораженно посмотреть на кузена.

- Как ты думаешь, как погиб мой дракон?

- Это ведь был несчастный случай?

Губы драконолога горько скривились.

- Можно и так сказать. Несчастный случай. в результате неудачного эксперимента. Думаешь, эта девчонка первая, кто заподозрил, что проблема с драконами - в связи? Я разорвал когда-то связь со своим драконом. А потом мне пришлось его убить.

- Вы привыкли брать, не спрашивая, - говорила эта странная девчонка, и ветер, особенно сильный на безлюдном скалистом острове, дул ей в лицо и пытался растрепать волосы. -

Но иногда не нужно брать силой - достаточно попросить...

- Ласковое слово и кошке приятно, - хмыкнула вторая Виленто. Сейчас девушки были одеты одинаково - в мужские брюки и рубахи. От дамских нарядов на них были только кожаные корсеты поверх рубах да ремни со множеством подвесных карманов для всяческих женских мелочей. Впрочем, Кирен почему -то сомневался, что именно у этих девушек в карманах - помады и зеркальца.

Зачем отправилась с ними старшая из сестер, он так и не понял, сильно подозревая, что Ада просто не могла допустить, чтобы что-то важное произошло без ее участия.

Сам он все еще не мог поверить в то, что дракон Иды Виленто только что прямо на его глазах создал несколько подряд проколов пространства - и Кирен на своем драконе смог пройти этим путем следом.

Он все еще сомневался, не совершает ли сейчас огромную ошибку - его слегка потряхивало, и отнюдь не от холода. Рассказ кузена произвел на него немалое впечатление - но не совсем то, на которое Айсен рассчитывал. Потому что странным образом он перекликался с выводами младшей Виленто.

Ритховские привязки были очень плотно завязаны на психике зверей, и одна ошибка при разрушении связи могла привести к тому, что дракон полностью обезумеет. А если нет. что тогда? Лирел перестанет быть его личным драконом. Станет своим собственным. Сможет ли Кирен договориться с ним, как Ида со своим зверем? Она уверяла, что да. Но можно ли верить расчетам 20 -летней девчонки?

Если она права - это шанс и для драконов, и для ритхов. Вот только бы еще не нужно было при этом рисковать Лирелом.

Главное было в том, что она предлагала сделать все совсем не так, как пытался когда -то Айсен.

- Она сейчас прилетит, - сказала Ида. - Всегда прилетает в это время. Она сможет присмотреть.

Кого девушка имела в виду, до Кирена дошло, когда на горизонте появилась черная точка, быстро превратившаяся в крылатый силуэт. Твою ж!..

- О! Мать! - довольно сообщила уже очевидное Ада.

Драконица приземлилась чуть поодаль, собираясь, видимо, наблюдать - и Ида подошла к ней сама. Первым, правда, вприпрыжку прискакал Котангенс - и был удостоен профилактического материнского шлепка.

Коротко “пообщавшись” с драконицей, девушка вернулась.

- Ну, - выдохнула она. - Все на месте. можно начинать?

Похоже, волновалась она ничуть не меньше, чем Кирен - пусть и не за своего драгоценно драконеныша.

Ее расчеты и выкладки он уже изучил, но и сам понимал, что будет лучше, если за всеми его действиями будет наблюдать девушка, способная заметить, если он где -то ошибется. Глубоко вдохнув, Кирен потянулся к первой ментальной нити.

“Если убрать односторонние подчиняющие нити, - объясняла Ида, - и замкнуть оставшийся контур, сделав его взаимным с опорой только на естественную связь... вы понимаете? Из подавляющей связь станет симбиотической - взаимовыгодной. По сути, вы превратитесь в партнеров.”

Принять это было сложно.

И еще сложнее - сделать.

Ментальная магия ритхов была для них естественна, как дыхание. Но доводилось ли кому-то раньше направлять ее на самого себя? Ида была уверена, что это возможно - в ситуации, когда прочная эмоциональная связь уже существует. Попросту говоря - когда сам ритх любит своего дракона.

Замкнув последний контур, Кирен прислушался к ощущениям. Изменилось ли что -то для него? В нем?

Для Лирела, кажется, точно что-то изменилось. Огромный дракон тряс головой и моргал, будто внезапно разбуженный.

- Думаю, вам лучше отойти подальше, - стараясь говорить негромко, обратился ритх к девушкам.

Дракон, однако, услышав голос, резко вскинул голову - и Ада тоненько взвизгнула. До нее начало доходить, что прямо сейчас перед ней на самом деле первый абсолютно неуправляемый дракон, который, возможно, будет настроен совсем недружелюбно. Воспоминания о знакомстве с Котангенсом и его матерью за годы успели сгладиться и поистереться - и ей давно уже казалось, что все драконы - крупные, но милые и безобидные существа.

Похоже, Лирелу звук чем-то не понравился - он резко мотнул хвостом - и едва не задел им девушку. Уже откровенно завизжав, Ада заметалась - и почему-то не нашла ничего лучшего, как прыгнуть прямиком на мужчину, вцепившись в него руками и ногами и повиснув на нем. Кирен пошатнулся от неожиданности, но устоял.

Освобожденный дракон, вдруг зарычав, кинулся к Аде и Кирену. Наперерез ему метнулся Кот - однако, буквально снеся своего детеныша с пути, первой успела его мать. Драконица вцепилась зубами в горло противнику, тот поднялся на дыбы, царапая ее шкуру когтями - и два огромных зверя чудовищным клубком покатились между скалами, рыча и плюясь пламенем.

Все, что могли сделать девушки и ритх - это отшатнуться подальше. При этом Ада продолжала висеть на декане, уткнувшись лицом ему в плечо и тоненько подвывая, а тот придерживал ее руками.

Котангенс, взлетев, нарезал круги над взрослыми драконами, но дышать пламенем не решался, опасаясь попасть в мать. В какой -то момент дерущиеся наконец расцепились - и взмыли в воздух, продолжая битву уже там.

А потом... драконица вдруг рыкнула своему детенышу, резко развернулась, мгновенно набрала скорость - и исчезла. Рванув следом за ней, дракон Кирена исчез тоже. Сделав круг, Котангенс приземлился рядом с хозяйкой.

- Он. обезумел? - Кирен медленно опустился на ближайший камень, продолжая прижимать к себе девушку, которая теперь оказалась у него на коленях.

- Не думаю, - Ида, которой удалось почти сохранить спокойствие, покачала головой. -Мне кажется, он вернется.

- Он напал на меня!

Котангенс встрепенулся, и в голове Иды вспыхнул образ, странным образом подтвердивший ее смутные ощущения. Ну конечно!

- Не на вас. Я думаю. и Кот тоже. Мы оба думаем, что он вас защищал.

- От кого?!

- От Ады, - услышав свое имя, старшая Виленто наконец подняла голову и пораженно уставилась - почему-то не на сестру, а на декана, будто пытаясь понять, как оказалась у него на руках. - Она завизжала и прыгнула на вас. Дракон расценил это как нападение.

Ида понимала, что судить об успешности эксперимента пока рано - пока дракон декана не вернется и не станет ясно, что он не безумен и способен к обучению. Но почему -то ей сейчас казалось, что получится все. Абсолютно все.

- Почему тогда они дрались?!

- Ну, ваш дракон защищал вас, Котангенс - меня и мою сестру, его мать - Котангенса, все друг друга успешно защитили, тут-то и полетели клочки по закоулочкам.

- Но он улетел!

- Вернется, - Ида пожала плечами. - Но, наверное, не сразу. Он сейчас дезориентирован и мало что понимает. Да и пообщаться с нормальным вменяемым драконом ему будет полезно. Драконицей. Может, научится чему хорошему, - помолчав, уже себе под нос она добавила, - если, конечно, они не загрызут друг друга в процессе.

- А я тем временем буду сидеть на этом острове? У вас ведь нет еще одного седла, не так ли?

- Я за вами на самолете вернусь, - посулила старшая из сестер. - Если вы меня уже отпустите наконец! Шо за манера вообще - чуть шо девушек за везде хватать, ишь!

Опешивший от такой трактовки событий декан разжал руки, и девушка поднялась с самым независимым видом, вздернув нос. Поди пойми этих женщин!

Глава двадцать седьмая. Бал середины года

Бал середины года традиционно проводился в самом начале зимних каникул и знаменовал собой перелом не только календарного, но и учебного года. Еще за месяц до него все девушки в академии будто сходили с ума, а главной темой разговоров становились платья и приглашения.

Ни одна студентка без приглашения кавалера, конечно, не оставалась - девушек в академии было в несколько раз меньше, чем юношей. Впрочем, на бал разрешалось приводить и женихов или невест, не обучающихся здесь.

Ада каждый раз с радостью окуналась в эту атмосферу и с удовольствием выбирала наряды и украшения - порой и за себя, и за сестру. Потому что Ида часто досадовала, что вся эта суета отнимает время и мешает работать.

- Вечно ты только ворчишь! Ну чисто бабка! - с негодованием ляпнула однажды Ада. Ида буквально онемела от такого обвинения: если бы ее назвал “бабкой” кто -то другой, это еще ничего, но Ада! Та самая Ада, что сама была в душе, собственно... бабкой.

Или нет? Ида вдруг задумалась. Ада давно уже вела себя так, будто вместе с телом помолодела душой. Она даже перестала ныть, что “слишком старая” и “мозги уже не те”. Как бы трудно ей ни было, в те знания, что считала важными для себя, она вгрызалась с настойчивостью бультерьера. И пусть не хватала звезд с неба, пусть порой по-русски ругалась сквозь зубы, как сапожник, и рвала листки с заданиями, но курс за курсом вполне уверенно сдавала экзамены.

А каждый раз, когда ей доводилось посидеть за штурвалом своего учебного самолета, ее глаза горели почти фанатичным огнем.

О прежней бабке Зинке сейчас напоминал только ее говорок, по -прежнему странновато и забавно звучавший, наложившись на виссарийский язык. Но Ида сильно подозревала, что свое произношение Ада не исправляет нарочно - то ли ей так больше нравится, то ли напоминает себе таким образом, кто она и откуда пришла. Во всяком случае, она уже не раз слышала, как сестра, когда ей это было зачем-то нужно, произносила фразы на чистейшем языке без малейших следов акцента.

Ада, поверив до конца, что это возможно, вцепилась изо всех сил в возможность вернуть свои утраченные мечты и расправить крылья.

А она, Ида? Изменилась ли она с тех пор, как попала сюда? Шесть лет прошло, немалый срок! И ведь тогда, оказавшись здесь, она решила для себя, что действительно начнет эту жизнь с чистого листа, без оглядки на старые раны.

Здесь она могла быть наконец самой собой, здесь никто не ограничивал ее в ее мечтах, планах и интересах. Но глядя на бесшабашно хохочующую и по -настоящему юную Аду, она иногда и впрямь ощущала себя едва ли не старухой. Как будто она все еще сидит, запершись, в старенькой саманной хатке в богом забытой южнорусской станице, и никак не решится снова вернуться в мир и попробовать жить.

- Все будет, - серьезно сказала сестра, приобняв за плечи. - Ты главное, сама себе не запрещай. Кстати, на бал ты, как всегда, с Кеем?

- Ну да, наверное, - Ида пожала плечами. На все студенческие балы она обычно ходила с Кеем - это было удобно для обоих. Парень вроде бы иногда с кем -то встречался за пределами академии, но никогда не приглашал своих девушек на студенческие праздники.

Конечно, можно было бы еще так же по-дружески прийти с Сиршем, но, во-первых, зачем попусту вызывать зависть у сокурсниц, появляясь с принцем? А во -вторых, к чему ей лишние пересуды? Сирш успел перевстречаться уже чуть ли не со всеми девушками академии (с некоторыми - не по одному разу). Сестры Виленто были одними из немногих, кто этой сомнительной чести еще не был удостоен, хотя в их обществе ритховский принц появлялся регулярно. По академии ходили упорные слухи, что он якобы безнадежно влюблен в одну из них, и подкреплять эти сплетни Ида считала совершенно лишним.

- А ты - со своим “Ксероксом”?

- Ну да, наверное, - отзеркалила ее Ада, как-то слишком поспешно отвернувшись. - А тебе еще не поступало... других предложений?

Ответить Ида не успела - в дверь их общежитской комнаты постучали и, не дожидаясь ответа, открыли. На пороге стоял один из первокурсников драконьего факультета этого года - Ида помнила его только в лицо. Кажется, этого парня поселили на одном из нижних этажей.

- Для Иды Виленто, - буркнул молодой ритх, вручая огромный букет белых роз. Ахнув, Ада подхватила букет, а парень тут же испарился, не дожидаясь вопросов.

- Опять? - обреченно спросила Ида.

- Ага, - ее сестра, бесцеремонно бросив букет на стол и покопавшись среди бутонов, извлекла карточку. - Ни одного слова, подпись - “От А.”

- Детский сад какой -то, - вздохнула Ида.

- Ну почему, - старшая из сестер критически осмотрела букет. - Очень даже мило. Сам не может прийти - так цветы присылает. Молодец мужик, шо ты.

- И куда мы будем ставить очередной веник?

Ада осмотрелась. Вазы действительно закончились.

В последнюю неделю перед каникулами у Иды не было назначено индивидуальных занятий, и ее куратор не появлялся на острове Тего. И слава всем местным богам! Иначе уж он-то точно не только заметил бы отсутствие дракона декана Легана, но и не постеснялся бы спросить о причинах. Пусть лучше думает, что свой рискованный эксперимент они еще только планируют - а может, и вовсе отказались от него.

Но все время отсутствия Айсена Легана на острове каждый день Иде приносили по букету

- розы, орхидеи, крупные лилии с неизменной белой карточкой, на которой значилась только краткая подпись. Все букеты были огромными и роскошными. Но ваз для них не хватало, и стояли они уже в банках - не только на столах, но и на полу. И благоухали так, что закрывать окно было страшновато - казалось, что от такого обилия ароматов можно попросту задохнуться. Иде временами приходили на ум сравнения то с концертным залом, то с кладбищем. Особенно из -за того что букеты выглядели до невозможности торжественными.

На самом деле она любила колокольчики, а сильные запахи ей и вовсе никогда не нравились. Но почему-то еще ни один мужчина в обеих ее жизнях колокольчиков ей не дарил. Как-то не приходило им в голову спрашивать, любит ли она розы и лилии.

- Вот опять ты как не знаю кто, - бухтела Ада, пытаясь упихать очередной шедевр флористического искусства в банку, где уже стоял один букет - вчерашний. - Ухаживает мужик. А ты рожу кривишь. Шо вот тебе не так?

- То, что он - мой куратор, - с досадой ответила Ида. - Не понимаешь?

- Так и шо он теперь - не мужик, шо ли?

- Как бы тебе объяснить... я сама была учителем. Я серьезно отношусь к этике педагога.

И считаю, что преподаватель, если он порядочный человек, не должен проявлять никаких знаков. личного внимания к ученику. Ну, понимаешь, вот ухаживает за тобой парень. Ты смотришь на него и решаешь - нравится ли тебе он сам и как он ухаживает, думаешь, какие у него намерения, совпадают ли они с твоими, и так далее. И если что -то тебя не устраивает - ты легко скажешь ему “нет”. А если что-то сильно не понравится - то и пошлешь куда подальше. Это твой свободный выбор. А если ты зависишь от него, если он твой начальник, например, или учитель - ты будешь думать еще и о том, как скажется на тебе потом твой отказ. Не отразится ли он на твоих оценках, и как вообще вы будете дальше общаться на занятиях. понимаешь?

- От же ты зануда, а! Ну так если он нормальный, уж на оценки -то никак не повлияет. ну, если порядочный.

- Если порядочный - он вообще не станет ставить девушку в такое положение, -уверенно отрезала Ида. - По крайней мере, пока она от него зависит. Если у него все

серьезно, уж как-нибудь подождет пару лет..

- Хм, - Ада задумалась. - А-гаа... А вот если бы он не был твоим куратором? Ну, например, у меня бы шо-то вел?

- Все равно, - Ида мотнула головой. - Во-первых, если он преподает там, где я учусь, это все равно неэтично - теоретически любой препод вполне может испортить жизнь студенту. Зачем вообще такие ситуации создавать? А во -вторых, если от него зависит моя сестра, то это еще хуже. Понятно же, что и за тебя и твою учебу я буду переживать.

- Хммм, - старшая Виленто сурово нахмурилась. - Вон оно шо. это ж, значит, у всяких тут преподов в башках такие же полосатые тараканы могут гулять, да? Тьху ты, пропасть, этика у них! От понапридумают на свою голову сложностей! А ты тут сиди, как дура, жди у моря погоды.

- Эй, мы все еще про Айсена говорим? - Ида подозрительно приподняла брови.

- А? Ааа, не обращай внимания, это я так, - стушевалась сестра, - просто уточняю. Ты платье-то для бала мерить собираешься наконец?

Ежегодный бал - одна из редких возможностей для студенток покрасоваться перед сокурсниками не в факультетской форме, а при полном параде, и большинство девушек использовали ее вовсю, так что от яркости цветов и обилия оборок буквально рябило в глазах. Большинство парней не отставали от своих спутниц в том, что касалось пестроты и причудливости нарядов, хотя попадались и юноши в обычной учебной форме - такие, как Кей.

Первый танец дамы традиционно танцевали со своими кавалерами.

- Чудесно выглядишь, - Кей сжал руку Иды, и она рассеянно кивнула.

- А? Д-да, спасибо. На этот раз я вовремя успела поймать сестру за руку, и обошлось без рюшечек... - на самом деле сейчас собственное платье занимало Иду меньше всего. Она только что заметила, что в зале присутствует Айсен Леган - принесло же его! Обычно на академических праздниках он не появлялся.

На собственном платье Ада оторвалась по полной программе, и красовалась теперь в юбке по колено с перемежающимися канареечно -желтыми и белыми воланами, до того пышной, что было странно, как ее кавалеру вообще удается подойти к ней ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Широкий пояс, тесный лиф, открытые плечи и просторные белые рукава с длинными кружевными манжетами довершали образ. Отросшие волосы она скрутила двумя баранками у лица. Как ни странно, этот полудетский наряд удивительно шел Аде и смотрелся на ней очень мило.

Ида предпочла изумрудно-зеленое платье в пол, отличавшееся от повседневного только шелковистой глянцевой тканью да чуть более глубоким декольте. Волосы она гладко зачесала назад. И ей тоже невероятно шло это платье, хотя выглядела она в нем даже более холодной и отстраненной, чем обычно. Но взглядов ей доставалось совсем немало: привыкшие видеть ее в мужской одежде сокурсники сейчас разглядывали девушку, как незнакомку, загадочную и оттого еще более притягательную.

- Ты можешь пригласить его на следующий танец, - проследив за ее взглядом, предложил Кей. Второй танец бала всегда был “белым”, хотя здесь его называли почему -то “бархатным”.

- Еще чего! - Ида содрогнулась. - Я, наоборот, думаю, как бы от него сбежать.

- Ну, тогда ты можешь пригласить меня.

- На второй танец подряд?

- Да, это будет непросто, - с серьезным видом вздохнул парень. - Мне придется держать себя в руках. чтобы не показать язык твоему куратору. Хотя он, кажется, уже и так готов съесть то ли тебя, то ли меня.

Ида прыснула, уткнувшись в плечо партнеру - благо очередная фигура танца как раз предполагала довольно тесные объятия. Хорошо, когда друзья готовы тебя вовремя поддержать!

- Ну вот куда, куда ты меня кружишь, неслух?! - негодовала тем временем Ада, танцуя с Ксерсом. - Вон туда кружи. Сейчас музыка закончится, мне надо первой успеть, пока какая курва его первой не пригласила!

- Там же преподы! - в ужасе восклицал парень.

- Они, родимые! Куда прешь, я тебе шо сказала! - она с силой наступила партнеру на ногу и, пока он, выпучив глаза, пытался отдышаться, взяла инициативу в свои руки, сама энергично поведя его в танце. Парень печально пыхтел, но Ада была неумолима. А когда Ада Виленто ставила себе цель, лучше было не становиться на ее пути - это-то давно усвоили все, кто имел счастье (или несчастье) с ней сталкиваться.

При последних аккордах танцующие церемонно поклонились друг другу, а девушки тут же заозирались, выискивая глазами тех, кого хотели бы пригласить на следующий танец. Ида при этом демонстративно прильнула к Кею, и оба сдавленно захихикали, исподтишка наблюдая за сменой выражений на лице ее куратора.

Айсен Леган стискивал кулаки. Девушка, о которой он привык уже думать как о своей будущей жене, вела себя недопустимо! И особенно неприятно было сознавать это именно сейчас.

Потому что, когда она появилась, драконолог вдруг впервые осознал, что она действительно удивительно хороша. Ему нравилось просто смотреть на нее - и при этом он почему-то даже не вспоминал ни о каком диком драконе. В сущности, это было совсем неплохо - брак может оказаться вовсе не таким уж скучным предприятием. Только лучше забирать девчонку как можно скорее. Академия определенно не идет ей на пользу.

Хорошо, что у него уже все готово.

Ада тем временем, обольстительно (во всяком случае, она была в этом уверена) улыбаясь, кокетливо присела перед Киреном Леганом.

- Позвольте вас пригласить, ройс декан.

- Меня? Кхмм... - на мгновение мужчина растерялся. Преподаватели редко танцевали со студентами, но отказать девушке в “бархатном” танце считалось оскорбительным. Впрочем, эта конкретная девушка, похоже, в ответе ничуть не сомневалась и уже хищно сцапала его руку. - Да, разумеется.

Этот танец был одним из медленных и самых простых в исполнении - он позволял партнерам не вспоминать мучительно о том, куда ставить ногу или класть руку, а спокойно беседовать. Впрочем, Кирен Леган вел вполне уверенно. Но, к негодованию партнерши, - молча.

- Во время танца, особенно медленного кьельса, полагается вести светскую беседу, -наставительно сообщила она.

- Вот как? - Кирен приподнял брови, и в глазах его заискрились смешинки.

- Нам с сестрой так говорил наш преподаватель по этикету.

- Хм. боюсь, именно занятиями этикетом я в юности всегда бессовестно пренебрегал.

- А зря! Но вы не переживайте. Я научу. Светскую беседу лучше всего начинать с комплимента партнерше. начинайте!

Кирен окинул девушку взглядом. Та, насколько могла, приосанилась и заодно выпятила грудь - не то чтобы очень внушительную, но вполне при ее хрупком телосложении заметную, вдобавок весьма выгодно подчеркнутую платьем.

- У вас, - послушно начал Кирен, сдерживая улыбку и опуская взгляд на предлагаемую для обозрения часть тела, - очень красивые... рюши. Замечательные рюши. Такие... желтые! И их так много!

- Кхм! - неодобрительно хмыкнула девушка, и мужчина поспешил исправиться, все так же не поднимая глаз и подрагивая уголками губ.

- Еще у вас красивые. мм. глаза! Такие. большие! То есть нет, я хотел сказать -выразительные!

- Шо выросло, то выросло! - мрачно откликнулась Ада и тяжко вздохнула, колыхнув содержимым декольте. - Лааадно. Ладно.

При очередном повороте она сделала шажок чуть длиннее, чем предполагалось, и в результате оказалась тесно прижатой к партнеру. Поперхнувшийся от такого нежданного счастья мужчина воровато оглянулся - не смотрит ли на них кто? - и попытался слегка отстраниться, но девушка держалось цепко.

- Тяжело с вами, порррядочными мужиками. - доверительно шепнула она ему в самое ухо.

- Зато как увлекательно с вами, решительными девушками! - в тон ей ответил Кирен. -Просто поразительно, как я мог когда-то путать вас с вашей сестрой. Сейчас мне

кажется, что между вами вовсе нет ничего общего.

- Да ну? - девушка, чуть отстранившись, заинтересованно приподняла брови. - Шо, так-таки не спутаете?

- Ни за что, - серьезно ответил ритх.

...Сестру она нашла за одной из колонн - по предательски -яркому зеленому платью.

- Ты шо это - прячешься?! На балу?!

- Да! Мой дражайший куратор.

- Шшикаррно! - Ада схватила сестру за руку и потащила к выходу из зала. - Тогда у меня есть для тебя отличное предложение. Мне тут один рытх заявил, шо нипочем нас не перепутает.

- И что?

- Шо-шо. сейчас проверять будем!

Глава двадцать восьмая. Некавказская пленница

Ида покорно позволяла себя тащить, даже не пытаясь вникнуть в детали сестриной затеи.

- Эй, ты чего такая мороженая? - Ада подергала ее за руку.

- Я. я не знаю. Мне, кажется, только что сделали предложение. Может быть.

- Шо?!

На самом деле, если говорить честно, Ида вообще не совсем поняла, что это было. Изловивший ее все-таки куратор пригласил девушку на танец, осыпал комплиментами, был безупречно галантен.

И не переставая светски улыбаться, между делом объявил, что будет счастлив видеть ее хозяйкой в своем доме. А когда она, нахмурившись, ответила, что не понимает его, рассыпался в извинениях за то, что предвосхищает события.

- А потом музыка закончилась, - рассказывала она. - И он во время поклона взял мою руку, поцеловал и вложил в нее что -то. Ну не устраивать же было сцену при всех! Я пыталась не взять, он сам сжал мои пальцы, поцеловал еще раз и объявил, что надеется на скорый ответ. А на что ответ, не сказал. Пока рассматривала и соображала, что за ерунда у меня в руках, он уже смылся. И я не смогла ему сразу эту штуку отдать!

- Что это было-то хоть?

- Вот, - Ида протянула на ладони что-то тускло блеснувшее, и Ада, протянув руку, взяла тонкий браслет-цепочку из крохотных звеньев черного металла.

- Мда...

От Сирша девушки знали, что ритхи вместо обручальных колец носят браслеты. Браслетцепочку мужчина дарит девушке в знак серьезности намерений, и если она принимает его, значит, принимает и ухаживания. При заключении магического брака браслет превращается в татуировку - и снять его уже нельзя. Разводы среди ритхов не приняты.

- Он даже не дал мне возможности понять, что происходит, и отказаться! Понимаешь, все видели, как он целовал мне руку, а я потом рассматривала эту чертову цепочку! Не могла же я устроить скандал прямо на балу!

- А я б устроила, - хмыкнула Ада. - Запросто! Ну, смотря кто вручил, конечно. Хотя мог бы и поторжественнее все обставить. Ну не знаю. А шо? Мужик серьезный, намерения вон.

- Я не собираюсь за него замуж! - Ида едва удержалась, чтобы не топнуть ногой, но собственное поведение показалось слишком ребяческим. - Мне надо вернуть ему эту дрянь. Только я не могу. Я не хочу вообще с ним разговаривать. Слишком злюсь. Может, ты отдашь?

- Нннуууу.

*

Яркое зеленое платье было прекрасным ориентиром, но в толчее и пестроте бала уследить даже за ним оказалось непросто. Особенно - если обладательница этого самого платья, судя по всему, намеренно ускользает. А если вдруг появляется в центре зала среди

танцующих, то непременно сразу с кавалером: с ритховским младшим принцем, с кем -то из своих сокурсников, но чаще всего - с этим безродным парнем в академической форме.

Айсен Леган бессильно злился, каждый раз заново теряя ее из виду и снова выискивая глазами, и... ревновал. Чувство оказалось новым для него и малоприятным. Ей придется понять, как должна вести себя девушка в обществе ритхов! Ничего, найдется кому объяснить ей правила. Определенно пора заканчивать с этим!

Один раз ему все же удалось изловить девушку - и пригласить на танец. Он держался безукоризненно, но почему-то она казалась все более настороженной и, похоже, едва дождалась завершения танца. Но главное - вручить ей ретан все-таки удалось, и это видели все. Она не сопротивлялась, не отказывалась. Никого потом не удивит, что счастливая невеста сбежала к жениху.

А еще хорошо, что собственный ретан для него - сам по себе “маячок”. Увы, “маячок”, завязанный на магии ветра, позволял ему лишь почувствовать направление - и не в такой толпе. Вот если бы она вышла подышать свежим воздухом...

- Ты не видел, куда подевалась Виленто. младшая, разумеется? - будто невзначай поинтересовался Айсен у кузена - у того, похоже, настроение было отличным.

- Они обе убежали к выходу из зала, - пожал плечами декан драконьего факультета. -Носики пудрить, видимо, или как они это называют?

Быстрым шагом направившись на выход, Айсен сосредоточился на своем ретане. Ветерок указывал на выход не только из зала, но и из главного корпуса. Действительно решила подышать свежим воздухом? Отлично! Просто идеально.

Увы, возле корпуса ее тоже не оказалось - и маячок указывал направление к общежитию драконьего факультета. Решила вовсе уйти с бала? Какая девушка вообще может добровольно уйти с бала? Во всяком случае, она наверняка одна - вряд ли ее сестра отличается такими же странностями. Если только она не ушла с каким -нибудь из тех парней, что вились вокруг нее. Нахмурившись, Айсен Леган прибавил шаг. Мелькнула даже мысль взять самокат, но он уже прошел мимо стоянки.

Он как раз подходил к зданию общежития, когда из дверей выпорхнула девушка в зеленом платье. Крух, он планировал все совсем не так, но. с другой стороны, у общежития так удачно расположен портал, что просто нельзя этим не воспользоваться!

Окликать ее он не стал - если успеет сориентироваться, закатит скандал, поднимет шум. ни к чему это все. Его преимущество было в неожиданности. Поэтому, не показываясь своей будущей невесте на глаза, он быстро накинул на нее тройную воздушную петлю, лишив возможности двигаться, в два шага подошел сзади и зажал ей рот.

- Простите, прекрасная тиссе, это вынужденная мера. я все объясню.

Не тратя больше времени, он обхватил второй рукой девушку за талию, чуть приподнял ее и стремительно бросился обходить здание общежития. Портал, как и большинство из них, находился не на земле. С этим еще повезло - он располагался на уровне второго этажа, и к нему можно было подняться по внешней лестнице. Конечно, доступ к ней был лишь у немногих - но знаменитый драконолог, к тому же ведущий время от времени спецкурсы на драконьем факультете, относился к числу этих избранных.

Подниматься по лестнице с брыкающейся ношей, которую к тому же приходилось нести одной рукой, чтобы не дать ей возможности кричать, было не так -то просто. К счастью, девушка весила не так уж много, а силой боги его не обделили. Чаще всего именно этим путем Айсен приходил в академию, и сеть ближайших выходов знал как свои пять пальцев. Пришлось сделать несколько переходов подряд.

Увы, к собственному дому прямого портального пути у него не было - пришлось бы добираться от выхода по городу. Недалеко, но не с сопротивляющейся девушкой же на руках! Зато один из выходов располагался у гостевого крыла королевского дворца Лаймиены, где у знаменитого ученого, обласканного монаршей милостью, были собственные покои. Там нужно будет пройти всего пару коридоров. А королевскую стражу не удивишь обездвиженными девицами. Мало ли какие развлечения у гостей его величества!

Все прошло без сучка, без задоринки. Стражники у выхода из портала и в коридорах гостевого крыла стояли навытяжку, как им и положено, не выказывая никаких эмоций. Конечно, появись из портала кто-то, кому не положено здесь находиться, они мгновенно “отмерли” бы. Впрочем, никто из тех, кому не положено, не знал об этом ходе. Надо будет, кстати, потом подчистить память жене, ей тоже лишняя информация ни к чему.

Ногой закрыв за собой дверь покоев, Айсен наконец с облегчением сгрузил свою ношу на пол и разжал руку, закрывавшую ей рот. Заодно сдернул воздушную петлю, давая ей возможность двигаться - и тут же сам отступил на несколько шагов. На всякий случай. Пока девушка набирала в грудь воздух - он сильно надеялся, что не для визга - в гостиной уже вспыхнул свет.

- Я снова приношу свои извинения, - Айсен склонился в галантном поклоне, надеясь предотвратить истерику. - Меня оправдывают лишь те чувства...

- Чууувства, - вопреки ожиданиям, негромко прошипела девушка.

- Вы не отвергли мой ретан, - проникновенно начал он, - и это дало мне надежду. Вы знаете теперь, что мои намерения предельно серьезны, и я не хочу ждать более ни единого дня. Возможно, мой поступок покажется вам безумным. Но согласно обычаям Лаймиены.

На столе вдруг буквально взорвалась ваза с цветами - а осколки прямой наводкой ринулись к ритху, так что он едва успел уклониться. Какого...

- Да чхать мне на ваши паршивые обычаи! - взвизгнула наконец девушка и выдала длинную тираду на незнакомом языке. Судя по интонациям - определенно нецензурную. Впрочем, спохватившись, тут же перешла на виссарийский. Причем при каждом ее слове срывался со своего места какой-нибудь предмет. - Шо, шо ты пыришься, крух гыблыный!

Диванная подушка прицельно влетела в голову Айсену. Перехватить собственной магией уже заданные чужие вектора, да еще хаотичные, было практически нереально, и оставалось только уклоняться.

- Да ты вообще огыблел, хвататься, Шурик мне тоже, нашел кавказскую пленницу!

Пузатый графин, сорвавшись со стола, мгновенно набрал скорость и даже догнал попытавшегося отскочить Легана. Впрочем, бить его графин не стал - зато аккуратно наклонился над ним и вылил на голову все содержимое, а потом ухнул об пол прямо под ногами мужчины.

- Да Идка тебе зенки за такое повыцарапает и на намерения не посмотрит!

Идка?! А это...

Вторая подушка тоже не стала драться, а, покружив над мечущимся ритхом, взорвалась фейерверком перьев и триумфально осыпала ими Айсена.

- Та шоб тебя почесуха заела!

Строй статуэток с каминной полки разом сорвался с насиженного места и дробью осыпал ритха.

Затравленно оглянувшись, Айсен подумал о том, как хорошо, что он предпочитает минимализм в интерьере. Больше в него швыряться, кажется, нечем.

- Шо, шо ты пыришься, Мальвина ты убогая?!

Подкравшаяся сзади скамеечка для ног чувствительно пнула его под колено.

- А ну вертай меня взад, говорю! Живо!

Ида задержалась в холле общежития всего на несколько минут. По лестнице они спустились вместе с сестрой, но уже на первом этаже она почувствовала что -то неприятное - то ли натерла ногу во время танцев, то ли в туфлю попал камешек. Беда в том, что надетые на ней сейчас Адины туфли были украшены длинными лентами, которые обвивали икры и завязывались бантами под коленом. Она приостановилась, попробовав пошевелить ногой, чтобы выгнать предполагаемый камешек, не развязывая ленту.

Остановившейся сестре она махнула рукой:

- Иди, я сейчас догоню, - и наклонилась.

Честно говоря, чувствовала она себя вообще по-дурацки. Вроде бы и лица, и фигуры у них с сестрой одинаковые, но выражения лиц, манера двигаться - уже совсем разные. И если на Аде с ее хитрющей улыбкой “кукольное” желтое платье в оборках смотрелось мило, то строгая Ида в нем выглядела странно и самой себе казалась нелепой.

Разматывать - а потом завязывать заново! - ленту не хотелось, и девушка, наклонившись, осторожно поддела задник туфли. Туфля сидела плотно, но с некоторым усилием удалось слегка оттянуть ее вниз. Соринки видно не было. С досадой Ида снова опустила ногу, пошевелила пяткой - и почувствовала, что в туфле больше ничего не мешается. То ли соринка перевернулась, то ли сдвинулась, то ли все же незаметно выпала. На всякий случай она покрутила ногой и несколько раз притопнула. Вроде бы все в порядке.

Быстрым шагом она прошла к выходу и открыла дверь. Хм, и куда успела подеваться Ада? Ни на стоянке для самокатов, ни на дорожке перед общежитием ее видно не было.

Ида растерянно оглянулась и успела заметить движение на углу здания - и мелькнувший край зеленого платья.

Задохнувшись от недоброго предчувствия, Ида метнулась за угол. О том, что внешняя лестница ведет к порталу на крыше второго этажа, она знала еще с первого курса -именно этим путем каждый год в академию прибывали Сирш и Риз. А еще она знала, что подойти к этой лестнице ближе, чем на пять шагов, могут совсем немногие ритхи. Остальные из-за созданного силовым барьером оптического эффекта не видят даже самой лестницы. Когда-то они с сестрой пробовали экспериментировать, так и сяк ощупывая и простукивая стену. Но лестницу им показал Сирш, когда подвел к ней вплотную за руки.

И тут же силком оттащил обратно, не дав возможности ничего толком рассмотреть.

Сейчас, выбежав из-за угла, она успела только увидеть ритха, волокущего девушку в зеленом платье - и уткнуться в стену, бессильно саданув по ней кулаками.

Ей нужен тот, кто может пройти на лестницу. Сирш!

Подхватив первый попавшийся самокат, Ида на всех парах кинулась к главному корпусу. Только бы найти его поскорее в этой толпе...

Однако первым, на кого она наткнулась в зале, оказался ее декан. Чтоб их всех! А впрочем. возможно, этот тоже сойдет.

- Студентка Виленто? - Кирен Леган разглядывал ее со странным выражением лица, подняв брови. - Что-то случилось? Вы выглядите.

- Плевать, как я выгляжу! - выпалила она. - Ваш кузен похитил мою сестру!

- Тиссе Аду?! Идиот!! - бесцеремонно схватив ее за руку, Кирен потащил девушку к выходу. В таком положении их и заметил Кей.

- Ида?! Эй! Что происходит?

На то, что она они оба мгновенно узнали ее несмотря на смену платья, Ида сейчас даже не обратила внимания. Торопливо она объяснила другу, что случилось, не обращая внимания на неодобрительные взгляды декана.

- Ясно, - кивнул Кей, шагая рядом с той же скоростью, и тут же обратился к Легану, -ройс декан! Вы не могли бы повежливее обращаться с тиссе? Тащить ее за руку вовсе необязательно, она сама идет!

Сложно сказать, кто обернулся к нему с большим изумлением - Кирен или Ида, которой сейчас точно было не до вежливости. Декан тут же перевел взгляд на свою руку, в которой действительно слишком стиснул кисть девушки, - и тотчас разжал ее.

- Да, действительно. прошу прощения, - после паузы произнес он.

Все трое подошли к стоянке самокатов, но брать один из них декан не стал - у самой стены здания рядком расположились несколько преподавательских магопланов.

- Тиссе. и тэр. Вы можете направляться к общежитию. Я полечу на крыле, так будет быстрее. В любом случае, со мной вам нельзя. Дело в том, что я. примерно догадываюсь, куда мой кузен мог направиться порталом с девушкой на руках - и вам там не стоит появляться. Я прошу вас дождаться в общежитии или возле него. И еще... тиссе, я знаю, что не имею права об этом просить, мой родственник перешел черту, и он однозначно должен быть наказан за это. Но ради репутации вашей сестры.

- К крухам репутацию! Моей сестре на нее плевать! - это была чистая правда: во-первых, в человеческом обществе репутация девушки не значила так много, как в ритховском, а во-вторых, кто-кто, а Ада точно сможет создать такое общественное мнение, какое будет нужно ей самой. А вот то, что Ида позволила себе так выражаться, могло свидетельствовать лишь о сильнейшем волнении.

- Я понимаю. и все же осмелюсь просить вас пока не распространяться о происшествии. Я обещаю вернуть тиссе Аду в целости и сохранности в скорейшем времени.

- Да летите уже наконец! Мы не знаем, что там происходит, а вы тратите время на болтовню о репутации!

Коротко кивнув, декан подхватил магоплан, разбежался несколько шагов по дорожке и поднялся в воздух.

- На кой крух твоему куратору понадобилось похищать Аду? - провожая его взглядом, спросил Кей.

- Возможно, он хотел похитить не ее, - вздохнула девушка.

- Аа, - парень окинул ее задумчивым взглядом, только сейчас оценив неожиданный наряд. - Значит, есть вероятность, что он скоро попытается вернуть ее с доплатой?

*

Похититель и его жертва рядком сидели на диванчике в разгромленной гостиной, нахохлившись, как воробушки на жердочке.

- Вот и шо - по-людски нельзя было? - в который раз тоскливо спрашивала девушка.

- Да она бы меня и слушать не стала! - досадливо кривился мужчина.

- Да потому шо ты вообще огыблел!

- Да. с моим кузеном вы точно нашли бы общий язык, - мрачно покосился на нее Айсен.

А ведь так все удачно складывалось! Если бы это оказалась нужная девушка, то. до утра ее вряд ли кто-то стал бы всерьез разыскивать. После бала студентки нередко остаются ночевать не в своих комнатах, и никого это не беспокоит. А наутро она и сама бы подтвердила, что все было добровольно. В этом у него сомнений не было. По человеческим законам ничего, кроме ее согласия, и не надо - он узнавал. Даже благословение родителей необязательно, что просто чудесно. Это казалось так просто! Если бы не эта дурная девица, которой приспичило кого -то там разыграть. он покосился на девушку.

А что теперь? Удерживать ее долго - и думать нечего, найти концы в этой истории не составит труда. А отпустить... если она заявит о похищении, скандала не миновать. Учитывая же влиятельность ее рода. хорошо, если обойдется только королевской немилостью. И к ее сестре будет уж точно не подобраться. Похоже, единственный путь -убедить ее не поднимать шум, а еще лучше - встать на его сторону и, может быть, даже повлиять на сестру. Именно это он пытался сделать.

- Возможно, я напрасно не учел разницу в обычаях, - подбирая слова, осторожно говорил он. - Видите ли, в Лаймиене, если девушка не отвергает ухаживаний мужчины, принимает его цветы и подарки, это означает ее согласие.

О том, что само по себе ухаживание в ритховском высшем обществе - чисто формальный ритуал, Айсен упоминать не стал. Ни о каком ухаживании за высокородной ройсой не могло идти речи без согласия ее родителей. А если такое согласие получено, сама она уже не может отвергнуть кавалера.

- И как бы она отвергала, если ты цветы с мальчишками присылал, а цацку свою вообще силком всучил? - скепсиса у девушки и так было через край.

- Но она и раньше не давала понять, что мое внимание неуместно!

- Ой да ладно! То-то незаметно было, как она от тебя бегает!

- Вполне уместное для девушки благородного рода смущение! Я лишь хотел наконец с ней поговорить, объясниться в своих намерениях и чувствах. И, разумеется, заключить брак - по нашим обычаям. Я не предполагал, признаюсь, отказа, мне казалось все давно очевидным.

- То-то ты меня скрутил сразу!

- Видите ли, согласно нашим обычаям...

Договорить ему так и не удалось, поскольку дверь гостиной в покоях драконолога в этот момент распахнулась - чтобы впустить его разъяренного кузена.

- Тиссе Ада! Вы в порядке? - первым делом спросил он, окинул ее взглядом и тут же, не дожидаясь ответа, развернулся к кузену, - да ты вообще.

- Огыблел! - хором закончили похититель и похищенная. Ада при этом захихикала. Легко вскочив с дивана, она подбежала к декану драконьего факультета и, не дожидаясь, пока он опомнится, повисла у него на шее, приподнявшись на цыпочки, и чмокнула в щеку - хотя получилось скорее в подбородок. Куда дотянулась. Заслужил! Примчался же!

- Мой спаситель! - томно вздохнула она в шею вытаращившему глаза от неожиданности ритху. - Вы отведете меня обратно в академию? Там у меня сестра переживает, поди.

- Д-да, - с запинкой ответил он, однако тут же аккуратно приобнял девушку за талию. В конце концов, у студентки стресс и она нуждается в поддержке! - Непременно. С тобой, -

многообещающе добавил он, обернувшись к кузену, - мы поговорим чуть позже.

Глава двадцать девятая. Старые раны

- Немыслимо! Просто невероятно! - Ида металась по комнате в общежитии, не находя, на чем выместить свои эмоции. - Ты еще защищаешь его! Да ты хоть сознаешь...

- Слушай, ну он же не просто так! - Ада, сидевшая на своей кровати, подобрав ноги, напротив, выглядела вполне довольной жизнью и даже умиротворенной. - Он же жениться хочет, а не всякие там шуры-муры. Ну, обычаи у них дурацкие, так надо ж объясниться, поговорить. Сирша, кстати, про те обычаи еще порасспросим. Вот вы с этим твоим куратором два сапога пара - шо он сказать по-людски не может, шо ты.

- Ты не понимаешь!

- Та не. Это ты не понимаешь. А вот если подумать? Смотри. Ухаживать он за тобой по всем правилам ухаживал. Рестораны там, цветы, комплименты. Вон, ишь - на безумства всякие готов. Похищение! Чем тебе не романтика? Потому шо чувства у него! И, главное, с самыми серьезными намерениями. Опять же, почти прынц. И ученый известный. И мужик справный. Жених завидный. Да все девки в академии локти себе искусают! Ну да, видок у него слегка мороженый, ну так ты, знаешь, сама... ой, извини, я не то... я имела в виду, вы даже в чем -то похожи.

Ада и впрямь так думала, и в этом, пожалуй, даже что-то было. Ида, как и Айсен, всегда выглядела холодной и слегка отстраненной, всегда держала лицо и редко выказывала эмоции. А еще оба они были увлеченными исследователями, пусть и в разных областях.

И, наверное, легко могли бы понять друг друга, если бы попытались - оба. И, может быть, она даже могла бы в иных обстоятельствах попробовать найти с ним общий язык...

- Ну и шо тебе не так?

- То, что он решил меня именно похитить. Не спросить моего мнения, а просто взять. Как вещь. Решить за меня. И тогда, в прошлый раз, когда он на меня воздействовал. вольно или невольно - уже не так уж важно. Для меня свобода - самая, наверное, главная ценность. Выше любви, выше всего вообще. Свобода личного выбора, мнения, свобода быть собой.

- Ой, понесло девку, - вздохнула Ада.

- Я объясню. Сейчас. нужно собраться с мыслями. Понимаешь, я не рассказывала об этом. не хотелось рассказывать. Мне нечем гордиться здесь. Но это - тоже я, про меня, это - то, что для меня важно.

Сможет ли Ада понять ее? Уж если не смогла когда-то даже ее мама из прошлого мира... Может быть, Тории это удалось бы. Но бабка Зинка, выросшая в совсем другие времена, вполне могла согласиться с тем, что «бьет - значит, любит». Хотя ее-то, Иду-Зину, даже не бил никто.

Наверное, она просто устала об этом молчать. Ей надо было рассказать, объяснить - хотя бы самой себе, почему такой вроде бы идеальный Айсен Леган, так безупречно ухаживающий и готовый из-за нее на безумства, - точно не герой ее романа.

Потому что в жизни Зины Летовой когда-то был уже один такой - идеальный.

18-летняя Зина училась на втором курсе мехмата - юная, наивная мечтательная девчонка, верящая в романтику и сказки о Золушке. Конечно, она была уверена, что и сама сможет всего добиться - сумела же сама поступить на бюджетное отделение, была всерьез увлечена учебой и рассчитывала, что когда-нибудь достигнет высот в своем деле. Но, как и каждая девушка, мечтала о том, что рядом с ней все это время будет прекрасный принц, который поддержит ее во всем.

И прекрасный принц появился. Да, он был куда старше нее, тем не менее выглядел весьма привлекательно. Но разве в этом дело? Глава крупной компании, он, как и положено принцу, был вполне обеспечен. И это тоже не было главным...

Он невероятно красиво ухаживал, дарил удивительные подарки, водил ее в театры и рестораны, устраивал сюрпризы, предугадывал любые желания, говорил слова, от которых кружилась голова и подгибались колени. Достаточно было одного ее слова, малейшего намека - он делал все так, как она хотела. Каждый день он встречал ее из универа на своей машине - неизменно с охапкой цветов. И девчонки -сокурсницы завистливо вздыхали: повезло Зинке!

Она и сама была уверена, что ей повезло, и мама убеждала в том же самом. И спустя всего несколько месяцев Зина переехала к Кириллу - уже в качестве его жены.

Он изменился не сразу. Это происходило очень постепенно - именно поэтому она сама не заметила и не поняла, как это произошло.

Беременность она не планировала - универ бы сначала закончить. Но это почему -то случилось. Кирилл смеялся: видимо, судьба. Очень мягко он убедил ее сразу перевестись на заочное: ей ведь так будет легче, верно?

.Ребенка она тогда потеряла. Замершая беременность. Это оказалось куда тяжелее, чем она могла представить, но Кирилл всегда был с ней рядом и помогал пройти через все.

Вот только как-то незаметно вышло, что общаться с кем-либо, кроме него, она практически перестала. Сначала это было естественно - ей было плохо, не хотелось никого видеть. А потом стало. привычно? Она не заметила, как и почему перестала встречаться с прежними подругами - а новых так и не появилось. Неоткуда им было браться. С друзьями мужского пола было еще сложнее - не хотелось давать поводов для ревности.

С мамой созванивалась иногда, и мама была от Кирилла в восторге. А вот с бабушкой, отчего-то печально качавшей головой, когда она рассказывала о муже, Зина тогда и вовсе почти перестала видеться. Не тащить же Кирилла к ней в станицу, верно? Он такой занятой! У него масса дел, которые он не может просто так бросить. Да что ему делать вообще в станице? Как-то даже неловко перед ним за всю эту убогость сельского бытия.

И вполне естественно, что после тяжелого рабочего дня ему хочется возвращаться в дом, где ждет его любимая жена. Так что одна она тоже не могла никуда уехать - по крайней мере, уж точно не с ночевкой.

Почему-то теперь они ходили только туда, куда хотел пойти Кирилл. Делали все так, как считал правильным он. Даже ее одежду выбирал он. Это тоже казалось естественным - ей ведь хочется нравиться ему, не так ли?

После бакалавриата она планировала пойти в магистратуру, а там и в аспирантуру. И, конечно, всегда уверена была, что будет работать по специальности. Но однажды Кирилл спросил - а зачем? Зачем ей магистратура и уж тем паче аспирантура? Зачем впустую тратить на это время?

Почему-то это показалось верным и разумным. Действительно - можно ведь уже сейчас начинать работать по специальности.

Но работать она почему-то не пошла. Как-то не складывалось. Кирилл говорил - ерунда, ты ведь можешь сначала просто отдохнуть. Ты же собираешься работать просто для души, необходимости в этом нет. И она соглашалась: действительно, нет. В доме всегда находилось чем заняться.

Кирилл сочувствовал, говорил, что для него совсем неважно, насколько она талантлива и насколько она востребованный специалист. В конце концов, не всем же быть успешными. Он в любом случае всегда с ней.

Он говорил ей комплименты, и она вдруг понимала, что в свои “едва за двадцать” постарела и подурнела, но ему она нужна даже такой.

Как-то незаметно для себя она перестала выходить куда-либо одна. Кирилл так переживал за нее - к чему заставлять его напрасно беспокоиться? Да и нет там, снаружи, ничего интересного. Зато есть их огромная любовь. Мама всегда учила, что нужно искать компромиссы. Компромисс - это когда двое идут на уступки, но ведь женщина должна быть гибче, верно?

Отрезвление произошло внезапно, будто на нее вылили ведро холодной воды. Увы, все было гораздо хуже - умерла ее бабушка. И Зина узнала об этом только из-за завещания -бабушка оставила ей свой дом. Узнала уже после похорон.

Из Зины тогда будто разом выбили весь воздух. Потому что вдруг оказалось, что бабушка болела давно. И мама об этом знала, и даже Кирилл - знал. Оказывается, бабушка звонила ему. Почему не Зине? Только теперь до нее вдруг дошло, что на недавно подаренный мужем телефон с новой же сим-картой вообще звонил только он - и изредка мама.

- Я не хотел тебя беспокоить, любовь моя, - объяснил он, глядя ей в глаза. - Я знаю, это горе, но она ведь немало пожила. Если бы ты к ней ездила, переживала и волновалась, ты все равно ничем бы не помогла - только извелась бы сама. Я берег тебя от этого.

Он держал ее за руку и говорил еще что-то, но Зина уже не слышала. Она думала о том, что самый родной на свете человек ушел навсегда - и она, Зина, с этим человеком не попрощалась. Могла ли она на самом деле чем -то помочь? Наверное, нет. А может быть, ее несгибаемой бабушке просто легче было бы уходить, если бы она была рядом. И она понимала, что этой вины ей не искупить никогда.

Она тогда просто сбежала. Дождалась, когда Кирилл уйдет в офис, собрала в сумку какой -то минимум своих вещей, документы, немного денег и ушла, не оставив записки. С собой она взяла старый телефон с прежней сим -картой. Тот, в памяти которого был еще номер бабушки - будто она была жива.

Зина тогда решила, что бабушкин дом в станице - именно то место, где она сможет разобраться в себе. Маме кинула короткое сообщение: «Я в порядке. Надо побыть одной. Пожалуйста, не ищи». Писать о том, куда едет, не стала - мама тут же рассказала бы

Кириллу. Впрочем, догадаться было несложно... но ее почему -то не стали трогать.

Кирилл иногда звонил, она не брала трубку.

Она приехала в станицу, устроилась на работу в школу - на бабушкино место. Подала документы в свой вуз и поступила на заочное отделение в магистратуру. Даже завела кота. И однажды едва не погибла, упав в полынью вместе с соседкой -тезкой. С мамой время от времени созванивалась, сообщала, что у нее все хорошо. О Кирилле они не говорили.

Зина все еще не могла о нем думать. Иногда ей казалось, что все время, проведенное с ним, она была будто под гипнозом. И в то же время до сих пор не могла сформулировать для себя, что было не так. Ведь она в самом деле жила, как в сказке. Но. что осталось от нее самой?

А потом однажды пришло сообщение от него. «Нам пора поговорить».

Мысли заметались, как белки. Поговорить? О чем? Хотя. им же надо оформить развод. Да и большая часть Зининых вещей осталась у него. Ее конспекты из универа, книги, дорогие сердцу памятные вещи из детства - она не могла увезти все с собой в одной спортивной сумке. Вот странно, почему все эти вещи в доме Кирилла всегда хранились в кладовке? В его дизайнерских интерьерах им не было места. Будто она в том доме и не жила.

Да, пожалуй, встретиться стоит. Поговорить на равных, как серьезные взрослые люди. В конце концов, они ведь не ссорились. Почему бы им не общаться? Только сюда, в станицу, она его звать не станет - нечего ему здесь делать.

Разговора на равных не получилось. И о разводе речи не заходило. Кирилл смотрел на нее больными глазами побитой собаки, и лицо его было таким родным, что не поворачивался язык заговорить об оставленных вещах.

- Я понял, что ты нужна мне куда больше, чем я тебе. Я не знаю, что делал не так, но если ты объяснишь мне, я сделаю все как ты хочешь. Я не могу дышать без тебя.

Тогда она, конечно, ушла. Но во время очередной сессии он снова приезжал в универ с охапками цветов. Будто вернулось время ее сказки. Он не был навязчив, но предупреждал малейшее ее желание. И однажды Зина снова осталась у него. На этот раз - с котом, с условием, что она будет учиться, что он никогда не станет скрывать от нее то, что для нее важно. со множеством условий.

И снова она не заметила и не поняла, когда и как все изменилось. Это происходило очень постепенно - годами. Когда ее желания и даже мнение перестали иметь значение? Когда вокруг нее снова никого не осталось, и весь мир сосредоточился только вокруг этого мужчины? Когда она снова превратилась в принцессу в башне, отрезанную от всего остального мира?

Никто не видел, как она снова теряла саму себя. Становилась всего лишь вещью в доме Кирилла. Драгоценной любимой вещью, с которой сдувают пылинки. Но разве может вещь решать, куда ее поставят? Ее задача - быть удобной.

Никто не видел, как они ссорились теперь. Как дико, безумно, до хрипоты кричали друг на друга. Как по ночам она, отвернувшись, закусывала костяшки пальцев и зажмуривала сухие глаза - слез почему-то не было. Наверное, ее мать сказала бы - с жиру бесишься. А

Зина металась в своей клетке, любя и ненавидя своего тюремщика и не находя в себе сил уйти - в мир, в котором она уже не помнила и не понимала, как жить одной и как быть собой. Давно не веря в свои силы и в то, что она вообще на что -то способна.

Однажды он привез ее в Париж. А когда они гуляли у Эйфелевой башни, Зина вдруг подумала, что во Францию она вовсе не хотела. А еще вспомнила бабушку, которая мечтала в Париже побывать. И потом в гостиничном номере Кирилл кричал - что много раз видел этот долбаный город, что он приехал сюда только ради нее, выкроив время в своем занятом графике, потратив кучу денег, а она смеет не радоваться!

Она слушала его и думала о том, что даже ее эмоции и чувства должны быть такими, как хочет он. Как ему будет приятно и удобно. Наверное, он тоже хочет жить в красивой сказке. Только сценарий он хочет писать один, не советуясь с героиней.

Именно в Париже она забеременела во второй раз. Их ссоры всегда заканчивались бурными примирениями.

А спустя месяц по возвращении они поссорились снова - из-за какого-то пустяка, о котором потом было и не вспомнить. И она давилась сухими рыданиями, пока не почувствовала, как резануло в животе, а джинсы стали мокрыми от крови.

Тогда, лежа в больничной палате после выкидыша, она все пыталась понять, что случилось с ее жизнью. И казалось почему-то, что ее дети и не могли родиться в эту ее мертвую ненастоящую судьбу. И, значит, они не родились по ее вине.

Домой она все-таки вернулась - за котом. На этот раз тщательно собрала вещи, наняла машину, чтобы все перевезти - благо деньги на ее счету оставались. Уезжала снова когда мужа не было дома - чтобы не говорить об этом с ним. Боялась, что остановит, что будет смотреть больными глазами.

И первое, что сделала на этот раз, - подала на развод.

Уже потом Зина немало прочла статей и книг о том, что такое абьюз и созависимые отношения. Она была уже куда старше - и понимала, что Кирилл оказался так убедителен именно потому, что был искренен. Абьюзер в самом деле нуждается в своей жертве и не может ее отпустить.

А еще она знала теперь, что в эту ловушку попадаются не только слабовольные дурочки. Можно быть сколь угодно умной и сильной. Достаточно быть еще и... юной, доверчивой, влюбленной. Зина была идеальной жертвой.

Вот только больше она не хотела быть жертвой. Никогда. На этих граблях она натопталась уже достаточно.

- Наверное, я все-таки все еще мечтала о любви - в глубине души. Вдруг полюбила читать романтические сказки, - сейчас Зина рассказывала, не глядя на собеседницу - пожалуй, больше для себя самой. - Но знаешь, что меня всегда в них пугало? Властные герои. Т ы наверняка такое никогда не читала, но. это такой популярный сюжет. Она - наивная, юная, обязательно бедная, а он - взрослый, сильный, богатый, облеченный властью. И он, влюбившись, сразу все решает за нее. Даже помолвку с ней часто заключает, не спросив ее мнения. Таких книг я никогда не дочитывала. Наверное, герои в них перевоспитываются потом. Наверное, так тоже может быть. Я не знаю. Но мне. мне было страшно. Потому что властные герои для меня всегда улыбались улыбкой Кирилла. Наверное, ты не поймешь, наверняка не поймешь, он ведь даже не бил меня... я однажды узнала, что его отец поднимал руку на его мать, и за это Кирилл своего отца ненавидел. И даже не замечал, насколько становится похож на него. Однажды я спросила - ты тоже меня ударишь? Он ответил - нет, потому что если я тебя ударю, ты не встанешь. Знаешь, было видно, что он в самом деле так думает. И что ему - хочется ударить. И еще я тогда поняла, что однажды это произойдет. Я теперь. другая. Я повзрослела - хотя выгляжу снова юной и, наверное, наивной. Той самой идеальной жертвой, хотя это давно не так. Сейчас я смогла бы, может быть, противостоять, смогла бы сохранить себя. но я не хочу. Я просто больше не хочу никому позволять решать за меня. Свобода оставаться собой для меня - самая великая роскошь и право, которого больше никто у меня не отнимет.

- Я понимаю, - почему-то именно этих слов от Ады она ожидала меньше всего. А когда сестра села рядом с ней и обняла, Ида уткнулась ей в плечо и наконец разревелась. Вспоминать оказалось все еще больно. Сколько бы лет ни прошло. - И бог с ними, с властными. мы тебе невластного прынца найдем, хочешь? Нет? Ну и бог с ними вообще, с прынцами. Не надо нам их и даром. А тому поганцу, шо попробует тебя обидеть, я сама жопу надеру, ты только скажи.

- Ыыы. - Ида невольно хихикнула сквозь слезы, но тут же разревелась сильнее прежнего.

Потому что Ада, пусть даже не понимая до конца ее мотивов, сделала то, что было куда важнее: встала на ее сторону. Когда -то ее прежняя мама отказала ей в этом. Но семья, настоящая семья - это те люди, что всегда будут на твоей стороне. Неважно, что произойдет и даже поймут ли они тебя. Неважно, насколько вы отличаетесь. Они все равно не дадут тебя в обиду. Сейчас она понимала это кристально ясно. Как и то, что именно сейчас, здесь, в этом мире у нее есть - настоящая семья. Такая, о какой она не смела и мечтать.

Глава тридцатая. По обычаю Лаймиены

- Так или иначе, - говорила Ида уже позднее, - я не хочу, чтобы этот ритх продолжал у меня преподавать. и вообще околачивался в академии. И, значит, надо обратиться к ректору Севейну .

- Не надо, - Ада покачала головой. - Кирен сразу сказал, шо духу его кузена на Тего больше не будет.

- Кирен?! Ты его уже по имени называешь?!

- Ну. - Ада скромно опустила глаза, но тут же торжествующе улыбнулась.

- Ясно, - Ида вздохнула. - Ты бы все-таки подумала хорошенько. я ни от чего не отговариваю, но не забывай все же про отношение ритхов к женщинам. Как бы ни относился к тебе сам декан, у него наверняка есть семья. и еще, если у тебя однажды родится от него дочь, она будет ритханкой. И, значит, у нее даже учиться нормально не будет шанса.

- А это мы еще посмотрим, - Ада пожала плечами. - Должен же кто-то наконец менять эту их гнилую систему?

- Ты собираешься эмансипировать ритханское общество?! - Ида вздернула брови, а ее сестра гордо выпятила грудь, ничуть, кажется, не сомневаясь в собственных силах. -

Ладно... сейчас главное - вернуть моему бывшему куратору браслет. А со всем остальным как-нибудь разберемся.

*

Вообще-то она планировала отдать браслет своему декану - а он уж пусть сам возвращает его своему кузену. Однако, когда она постучалась в дом Кирена Легана, дверь ей открыл именно Айсен - непривычно взъерошенный и хмурый, однако ей он явно образовался, хоть девушка и отшатнулась сразу.

- Добрый день, - холодно поздоровалась она и тут же полезла в один из поясных кошелей, в котором и носила “подарочек”. - Я должна отдать вам вашу вещь.

- Я понимаю, - еще больше помрачнел куратор. - Но, если вы позволите, я хотел бы прежде поговорить и объясниться с вами. Я бы хотел пригласить вас...

- Вы в самом деле считаете, что нам еще есть о чем говорить?! - Ида даже опешила от такой наглости. - Я не намерена никуда с вами идти. Если хотите что -то сказать, можете говорить прямо сейчас и здесь. Но я бы предпочла на этом распрощаться.

- Я понимаю ваше негодование. и то, что вы не рискнете остаться со мной наедине после произошедшего. Но, заверяю, мое общество ничем вам не грозит. Я действительно хочу извиниться и объясниться, и этого не скажешь в двух словах. Я не прошу вас о многом - просто выслушайте, молю. И вам наверняка будет спокойнее, если мы будем на виду у множества свидетелей, не так ли? Скажем, в одном из ресторанчиков на окраине острова - там в это время полным-полно посетителей.

Ида оглянулась. В самом деле, сейчас на территории, где располагались домики преподавателей, практически не было прохожих. И да, при множестве свидетелей ей самой, пожалуй, будет спокойнее - по крайней мере, он не сможет просто схватить ее за руку, опутать магией и унести, как поступил с Адой. Если иначе от него не отделаться. мысленно она вздохнула: все-таки лишняя вежливость до добра не доводит. Стоило бы просто швырнуть в него его браслет и уйти.

- Хорошо, - все еще колеблясь, настороженно кивнула она. - Надеюсь, вам действительно есть что сказать.

*

Ада между тем напряженно размышляла. Напоминание о том, что Кирен Леган, которого она считала уже практически “своим”, тоже ритх из высшего общества Лаймиены, было совсем не лишним. Не настолько, чтобы ее напугать, конечно. но надо точно выяснить, к чему готовиться и с чем бороться.

А начать можно - хотя бы с тех самых обычаев, на которые все ссылался Айсен. Что он вообще имел в виду? Любопытно же! И не окажется ли, что Кирен в итоге тоже должен будет ее похитить? В целом ничего против похищения “своим” ритхом она не имела, если только он удосужится ее предупредить и будет действовать повежливее, чем его кузен. Но лучше все-таки выяснить точно.

С этой целью она и спустилась на четвертый этаж общежития - номер комнаты Сирша обе Виленто выяснили давно. Ей повезло: младший принц оказался дома и был один.

- Я к тебе пить чай! - решительно сообщила она, предъявляя прихваченную из своей комнаты коробку печенья.

- Э... ладно, - чуть растерялся парень: чаевничали всей компанией чаще у девушек. -Сейчас поставлю чайник.

- Ага, - не спрашивая разрешения, Ада удобно устроилась в кресле у чайного столика. Обстановка здесь была почти в точности такой же, как и в комнате на пятом этаже - разве что чуть иначе стояла мебель. Пожалуй, все формальности уже соблюдены, решила она. -

А расскажи-ка ты мне о ваших брачных обычаях.

- Что?! - парень едва не уронил чайник. - И ты туда же?!

- Я не туда же, а куда надо, - строго сообщила девушка. - Считай, шо у меня. научный интерес. И немножко шкурный. Надо ж понимать, шо происходит, в конце концов!

- Ладно, - поставив, наконец, чайник на нагревательную плиту, Сирш со вздохом присел во второе кресло. - Что именно тебя интересует?

- Все! Как у вас делают предложение, ухаживают за невестой, как проходит свадьба.

- Уууу . вообще у ритхов или в аристократических кругах? Там есть отличия.

- В аристократических, конечно!

- Ясно. Все-таки и ты туда же. ладно. В общем, мужчины у нас делают выбор сами, а девушек выдают замуж родители, поэтому и предложение жених обычно делает родителям невесты. Если они дают согласие, начинается ухаживание. Невеста сама отказаться не может, разве что родителей убедит. Ухаживание. да так же, как и у вас, в целом, выглядит. Цветы там, подарки, можно сводить ее куда-нибудь. Хотя некоторые вообще не заморачиваются с этим. Самое главное - в процессе ухаживаний жених дарит невесте свой ретан.

- Браслет?

- Ага. Только это не просто браслет. Это очень личная вещь. Вообще-то предполагается, что его нужно делать самостоятельно, но чаще всего, конечно, заказывают в специальных мастерских. Хотя владелец все равно должен сам хотя бы пару последних колечек в цепочке замкнуть, своими руками - важно, чтобы он приложил свою творческую энергию и магию, тем самым ретан фиксируется на своем владельце. Вот. после того как девушка приняла ретан, помолвка считается завершенной, и свадьба может произойти в любой момент.

- В смысле - в любой момент? Ее же все равно назначают, гости там, подарки, торжество?

Сирш покачал головой.

- У нас это не публичное мероприятие. Я знаю, у людей принято заключать брак в храме богов, при всех родственниках и знакомых, но у нас не так. Собственно, у нашего бога Лагоса вообще нет храмов в вашем понимании. Считается, что таинство заключения брака

- дело интимное... нет, не в том смысле, просто это как бы личное, только между женихом и невестой, и происходит это обычно наедине. Место может быть любым, но лучше на открытом воздухе. Время тоже любое, и оно никогда не оглашается заранее. Родителей девушки обычно, конечно, ставят в известность, но просто чтобы они не потеряли дочь. А больше об этом никого не предупреждают. И даже спрашивать об этом не очень прилично.

- Таааак, - в душе у Ады шевельнулось недоброе подозрение. - И как выглядит сам ритуал?

- Ну, там ничего такого парадного, как людей, таинство же. Праздник для родственников уже потом устраивается, через несколько дней, сразу после свадьбы молодых никто не беспокоит обычно. А сам ритуал. Ну, невеста должна быть с ретаном на руке. Жених и невеста пьют из одного бокала церемониальное вино и мужчина задает ей вопрос, на который она должна ответить “Да”.

- Какой вопрос? - дотошно уточнила Ада.

- Ну вообще - согласна ли она выйти замуж. Хотя это ж чистая формальность, ты ж понимаешь, кто б ее мнения на самом деле спрашивал. Поэтому вопрос задают кто во что горазд. Г отова ли она, хочет ли стать хозяйкой дома, кто -то вообще в шутку о чем-то спрашивает. ну вот, а после ее “да” жених вслух обращается к Лагосу, вот тут уже четкая формула, которую нужно произнести. Клянется принять в свой род, заботиться и все такое. Ну и все. Лагос принимает клятву, ретан превращается в несмываемый рисунок на коже.

- Это шо же - только бабы у вас помеченные, значит, ходят? А мужик шо женатый, шо нет?

- Нет, у него тоже появляется отметка на запястье, но не в виде браслета, больше на родинку похожа. Ну вот. что несколько дней их не беспокоят, говорил уже - ну, это пока брачная магия на спад не пойдет.

- Шо еще за брачная магия?

- А я не рассказывал? Ну, помнишь, как Айсен Леган когда -то на Иду воздействовал? Вот. брачная связь действует очень похоже. Только она двусторонняя. На мужчину, правда, действует не так сильно, не оглушает, а девушка несколько дней обычно, ну, не очень адекватна.

- Шоооо?! Это у вас девок еще и дурманят, шоб не сбежали, что ли?

- Ну, ты же понимаешь, в высшем обществе их никто не спрашивает. и да, всякое бывает. А брачный ритуал - это в ее же интересах, он гарантирует, что привыкание пройдет безболезненно для невесты. А потом она уже приходит в себя, просто с уже сформировавшейся привязанностью к мужу.

- Ясно, - мрачно буркнула Ада. - А вот я не поняла. про похищения невест в ваших обычаях ничего, значит, нет?

Как оказалось, похищения все-таки случались. Конечно, с согласия родителей невесты - в тех случаях, когда сама девушка была решительно против. Тогда жених действительно уводил ее силой и воздействовал своей магией, чтобы получить согласие. И это означало, что Айсен, что бы он там ни говорил, на самом деле прекрасно понимал, что Ида не намерена выходить за него замуж. И, тем не менее, собирался провернуть этот брак -якобы по обычаям ритхов. Родителям бы потом сказал, что девушка сама этого хотела -и она, одурманенная ритуалом, все бы подтвердила.

Все это Ада сообразила почти мгновенно - и поняла, что, значит, главное сейчас для Иды

- не надевать браслет, не оставаться с Айсеном наедине, не отвечать согласием ни на какие его вопросы и не пить с ним вино. О собственном “шкурном интересе” она сейчас почти забыла - будет еще время поразмыслить об этом, пока - лишь бы сестренка поскорее избавилась от этого чертова ретана и ни в коем случае не вступала ни в какие разговоры с Айсеном. Для нее это слишком рискованно.

- Надо предупредить Иду... - пробормотала она.

- Я видел, как она шла куда -то со своим куратором, - легкомысленно сообщил ритховский принц, и девушка вскочила, как ошпаренная.

Открытое кафе Айсен выбрал не случайно - здесь, на открытом воздухе и на глазах у всех, девушка будет, несомненно, чувствовать себя спокойнее. Да и взывать к Лагосу лучше под открытым небом.

Плохо, что не выйдет выполнить требование об уединенности, но ритх надеялся, что оно нужно просто для удобства молодеженов. Может, сгодится и уединение за столиком кафе?

А еще плохо, что ретан она так и не надела - и, судя по всему, не надевала ни разу, связи с артефактом у нее не чувствуется. Но ничего. может, будет достаточно, если она просто подержит его в руке - девушка все пыталась отдать его, но Айсен каждый раз переводил разговор и будто не замечал ее попыток. А сразу после клятвы он сам наденет на нее браслет.

Ритуал пройдет не совсем по правилам, конечно. но это был его последний шанс - и Айсен надеялся, что Лагос все же примет его призыв.

- Так вы готовы выслушать меня? - почти подобострастно спросил он.

- Ну раз уж я пришла сюда. - видя его все еще выжидающий взгляд, Ида пожала плечами. - Да, готова. Хотя, честно говоря, ваши оправдания не слишком меня интересуют.

- Ваш особый заказ, - официант почтительно склонился и поставил на столик между ними поднос с бутылкой вина, парой бокалов и блюдом с фруктами и сыром. Ритх позволил ему откупорить бутылку, однако разлить вино по бокалам предпочел сам, жестом отослав разносчика.

- Особый заказ? - девушка иронично приподняла брови.

- О, я просто хотел бы, чтобы вы оценили лучший напиток в этом заведении, -церемониальное вино он лично отдал официанту заранее и неплохо заплатил за

молчание.

- И, разумеется, вам, как обычно, не пришло в голову спросить о моих вкусах, -вздохнула Ида. - Я не люблю вино, особенно красное. И не намерена пить посреди дня,

тем более с вами.

- О, простите... я лишь надеялся угодить вам, и снова, кажется, ошибся...

Ида снова вздохнула и уже собралась было открыть этому ритху “страшную тайну”, как избежать таких ошибок: достаточно всего лишь вовремя задать вопрос. И. промолчала. Ей совершенно не хотелось заниматься перевоспитанием Айсена Легана. Тем более что затея эта все равно обречена на провал.

- Но, умоляю, по крайней мере, попробуйте, - его голос лился сладкой патокой. - Это и впрямь прекрасное вино. Если вы не сделаете ни глотка, то очень обидите хозяина заведения. Вы ведь не думаете, надеюсь, что я пытаюсь вас отравить? Хотите, я сам отопью из вашего бокала?

Не дожидаясь ее ответа - как обычно! - он взял ее бокал и сделал глоток из него.

- Видите? Со мной ничего не случилось.

Ида посмотрела на бокал. Пить из него после неприятного ей мужчины хотелось еще меньше, чем раньше, - было противно.

- И все же, вы хотели мне рассказать что -то и для этого привели сюда.

Потерявший терпение ритх взял бокал сам и поднес к самому ее лицу.

- Вы только понюхайте, какой потрясающий букет!..

Ида отшатнулась и собиралась уже возмутиться - что, в самом деле, за мерзкая назойливость! Но то ли она повернулась неудачно, то ли ритх нечаянно наклонил бокал -однако вино плеснуло прямо ей в лицо.

- Это уж слишком! - девушка решительно вскочила, схватив со стола салфетку и попыталась вытереться, но машинально облизнула при этом губы - лишь убедившись, что этой приторно-сладкой гадости ей совсем не хочется.

И этого оказалось достаточно, чтобы глаза ритха блеснули торжеством. Если девушка, поглощенная своим негодованием, не заметила этого, то заметил кое -кто другой.

- Ида, нет!!!

*

Сирш не был единственным, кто заметил Иду направляющейся куда-то вместе со своим куратором. Кей, в отличие от лаймиенского принца, знал всю историю похищения Ады от начала до конца, и насторожился сразу. Идет она вроде бы добровольно, но в случае с этим ритхом ни в чем нельзя быть уверенным. Парень решил проследить за подругой и ее подозрительным спутником - и направился следом, чуть в отдалении.

Кафе с открытой верандой Кей хорошо знал - сам на первом курсе некоторое время подрабатывал здесь официантом по вечерам. Он оценил выбор столика - у самых перил, вроде бы у всех на виду, но ни за одним из столиков не будет слышно, о чем говорят эти двое.

Впрочем, для того, кто хочет именно подслушать, возможности все же есть. Кей спрятался за одной из ближайших колонн - она скрывала его не полностью, но рядом с ней очень удачно стоял вазон с пышным растением, сквозь густую листву которого можно было еще и наблюдать за происходящим. Правда, для этого пришлось принять не слишком удобную позу и пригнуться в три погибели. Зато и заметить его со стороны столика могли только если бы специально присматривались. Знакомому официанту, который, проходя мимо, вытаращил глаза, Кей сделал знак молчать, и тот понимающе кивнул. Похоже, приятель решил проследить за загулявшей подружкой - с кем не бывает!

Разговор казался странным. Девушке явно ситуация не нравилась, и она чувствовала себя не в своей тарелке, ожидая возможности вежливо распрощаться. Мужчина же, напротив, будто тянул время, говорил длинными витиеватыми фразами, был безукоризненно галантен и... по сути, не говорил ничего. То есть - ничего о том, для чего он, собственно, привел сюда девушку. Кому-то другому это могло бы показаться очень неловким свиданием, но Кей знал, что на свидание с этим ритхом Ида не согласилась бы.

А еще ритх слишком настойчиво уговаривал ее попробовать вино, и это нравилось Кею все меньше. Хорошо, что свой медный браслетик -амулет Ида носит, не снимая. Плохо -что им не пришло в голову вложить в него и защиту от зелий.

И, как выяснилось, от ритуалов, завязанных на магии богов.

Когда Айсен Леган торжествующе улыбнулся, Кей не выдержал.

- Ида, нет! - он выскочил из своего укрытия и подскочил, чтобы попытаться привести в себя вдруг оцепеневшую девушку, однако ритх тут же отшвырнул его самого.

- Пошел вон, щенок, - равнодушно бросил ему ритх и тут же, схватив со стола лежавший там браслет-цепочку, вложил его в руку замершей с остекленевшими глазами Иде, потянул ее к себе, вынудив снова сесть, и, не отпуская ее ладони, затянул скороговоркой, - по обычаю Лаймиены я, Айсен из рода Леган, взываю к господину нашему Лагосу и принимаю в свой род эту женщину.

С трудом поднявшись на ноги, Кей не нашел ничего лучшего, чем воспользоваться уже проверенным методом. Самоката под рукой сейчас не было, свободного стула у столика на двоих тоже не нашлось. Зато на столике стояли бутылка с церемониальным вином и поднос. Из них парень все-таки в последний момент выбрал поднос - в крепости головы ритха он, в общем-то, давно убедился, но проверять ее еще раз не хотелось. Схватив свое “орудие” и размахнувшись, он изо всех сил огрел продолжающего бормотать ритха.

В этот момент на веранду кафе и вбежали Ада с Сиршем - застав только финал сцены.

- ...Моей женой, - успел договорить Айсен Леган, прежде чем ткнуться носом в стол и затихнуть.

А на руке оцепеневшей Иды вдруг вспыхнул... ее медный амулет. Секунду спустя свечение погасло - и на месте браслета -цепочки оказался рыжевато-медный рисунок. Ида подняла руку, с недоумением ее рассматривая, - и на стол упал черный браслет - ретан Айсена.

- Твою мать, - выдохнула Ада по-русски.

- Крух! - не менее эмоционально выругался Сирш. - Запястья, живо! Кей!

Со всех сторон к столику уже спешили работники кафе - остановить безобразие.

Кей с округлившимися глазами предъявил свои запястья - чистые.

Лаймиенский принц, не успокоившись на этом, подскочил к столу и перевернул руку беспамятного Айсена. На запястье у того красовалась черная закорючка - руна “Л”, знак Лагоса.

- Но. - Сирш перевел взгляд на черный ретан. - Что же он наворотил?..

В этот момент Ида, наконец закончив разглядывать новое “украшение”, подняла глаза и спросила совершенно нормальным деловитым голосом, глядя только на Кея:

- Любовь моя, ты убил моего мужа?

На этот раз Ада, Кей и Сирш выругались хором.

Глава тридцать первая. Поспорить с богами

Ада орала на Сирша. Потому что не знала, как еще выразить то, что чувствует.

- Необратимо, значит, да?! Вот тебе, а не необратимо! Да шоб вам с вашими ритуалами дикими, вот вам необратимо!! - она материлась на двух языках, и ритх понимал ее через слово, но не услышать основного посыла было невозможно, и он просто пережидал бурю.

Вся компания - Сирш, Ада, Кей и до сих пор отстраненно -молчаливая Ида - находилась сейчас в комнате девушек. Беспамятного драконолога с помощью сотрудников кафе связали и оттранспортировали к ректору Севейну - слова ритховского принца оказалось достаточно, чтобы все поверили в совершенное преступление.

А преступление было налицо - по любым законам. По лаймиенским - он обязан был испросить согласия на брак у родителей девушки. По виссарийским - ее собственного. И доказать, что “она сама этого хотела”, он теперь не сможет никак: по его же вине девушка “любит другого”.

Но обратить даже такой кривой ритуал вспять, как утверждал Сирш, было невозможно. И Ида теперь замужем за Айсеном Леганом.

- Ада, я. я понимаю твои эмоции, - лаймиенский принц чувствовал себя абсолютно беспомощным, и это новое ощущение оказалось до крайности неприятным. - Но пойми и ты, пожалуйста: обращение к Лагосу - к богу! - это не отменить. Это. это предопределение. Да, с ритуалом что-то пошло не так, да, сбилась привязка, но, если честно, для нее так только хуже. Привыкание пройдет труднее и болезненнее. Но она.

она теперь замужем. За ним. И да, мне тоже неприятно говорить об этом. Но у нас невозможны... как ты это назвала? Разводы? Это связь, освященная богом! Это...

Ида разглядывала рисунок на своем запястье, чтобы не смотреть глупо -влюбленным взглядом на Кея. На запястье отпечатались тончайшим узором мелкие медные колечки. Нарисованный рыжий камешек казался почти настоящим. А красиво! Похоже на мехенди

- “татуировку” хной. В студенчестве, еще на первом курсе, она однажды сделала такую во все плечо. Чем мехенди нравилось ей куда больше настоящих татуировок - эти рисунки были, хоть и стойкими, но все же не вечными. Наверное, ретан Айсена был бы похож на настоящее тату. Хорошо, что она его не надела.

- Знаешь, шо? - прошипела наконец Ада. - Невозможно, значит? Предопределено, говоришь?! Знавала я одну девчонку, которой было предопределено умереть. Даже новое место для души готово было. А она не согласна оказалась. И с самой смертью поспорила. И еще бабку соседскую у смерти из лап выскребла, и кошака своего выцарапала.

Сирш только беспомощно моргнул, думая, что девушка бредит от горя. А вот Кей, который за последние часы как-то сгорбился и посерел, понял ее прекрасно - и вдруг выпрямился.

- Я тоже думаю, что нужно искать варианты. нельзя оставлять все как есть. Ида бы не оставила.

Ида наконец встрепенулась и пристально посмотрела на него - вполне осмысленно.

- Ты правда хочешь этого?

- Я. - слова застряли у парня в горле, но, еще раз взглянув на девушку, он решительно кивнул. - Да.

- Потому что я замужем за другим? - настойчиво уточнила она. - Или.

- Или. - Кей многое, пожалуй, мог бы сказать, но его объяснение казалось путаным и неловким даже ему самому - и уж точно он не был готов озвучивать его при свидетелях. Поэтому он ограничился главным. - Потому что это - не ты.

- У меня сейчас нет тумана в голове, как было под воздействием, и не путаются мысли, -методично перечислила Ида, привычно стараясь проанализировать собственные чувства

и состояние. Она ощущала себя в целом как обычно. с некоторыми нюансами. - При этом я чувствую, что люблю тебя, и мне не нужен никто другой. Кстати, такими словами я вряд ли стала бы это формулировать, значит, это привнесенное. Еще я сознаю, что Айсен

- мой муж, мы связаны, и я должна быть ему верна. Хотя мои чувства к нему не изменились - он мне отвратителен. Но и с тобой мы связаны. Разве это не. ты не хотел бы этого?

Она смотрела парню в глаза, ожидая ответа.

Сейчас это казалось таким очевидным - больше трех лет она обманывала себя, считая, что Кей, став старше, “вырос” из своей юношеской влюбленности. Ну да, он встречался с какими-то девушками - и никогда не знакомил их с друзьями. И ни с одной из них отношения не длились сколько-нибудь долго. Ей удобно было думать, что он давно перегорел к ней. А всегда был рядом и поддерживал во всем - просто потому что друг, потому что чувствует ответственность за дочерей своей покровительницы, потому что их интересы во многом совпадают... и да, это все было правдой. Но - теперь она совершенно четко это понимала - не всей правдой.

Ее собственные чувства к нему, она знала, не были настоящими. А вот его чувства - она просто до сих пор очень старалась не замечать.

- Нет! То есть. не так!

- Хорошо, - спокойно кивнула Ида. - Я поняла тебя.

На самом деле в голове у нее была каша, но, по крайней мере, не тот липкий розовый кисель, что помнился по предыдущему столкновению с Айсеном. Спасала привычка раскладывать все по полочкам, отстраняясь от эмоций - хотя сейчас это оказалось не так -то просто. Навязанные или нет, чувства к Кею были такими яркими и сильными, что приходилось делать над собой усилие, чтобы не пытаться каждую минуту прикасаться к нему, не смотреть на него непрерывно.

И одновременно, будто на каком -то другом уровне сознания, она отлично понимала, что такое поведение для нее совсем несвойственно - как бы ни была влюблена. Да и - черт возьми, ей в голову бы не пришло влюбляться в Кея, она не воспринимала его как мужчину!

Сейчас казалось, что все ее аргументы “против” были пустыми и надуманными, но умом Ида все-таки осознавала, что верить лучше своим прежним, “доритуальным” ощущениям

- они, по крайней мере, точно принадлежали ей.

- Сирш, - с усилием переведя взгляд, все так же спокойно попросила она, - расскажи все, что знаешь, о вашей брачной связи... и о браслетах.

Парень изложил все, что уже говорил Аде, и Ида задумалась.

- Получается, мой браслет-артефакт сыграл роль ретана, потому что именно он был у меня на руке в момент ритуала. У вашего бога своеобразное чувство юмора - он будто... наказал Айсена за неточности в ритуале. Правда, меня и мои чувства при этом вовсе не принял в расчет. Хотя судя по тому, что я слышала о вашем боге, для него это нормально. Мой браслет. Свою творческую энергию в него вкладывали мы с Кеем - вместе. А магию - я сама. Видимо, поэтому мне удалось сохранить ясный рассудок. Кроме того, он, вероятно, по-прежнему защищает меня от внешних воздействий. Тем не менее, привязка через сам браслет сработала - на Кея. Как и ритуал - на Айсена. Кстати, надеюсь, его будут судить?

- Еще бы, - Сирш кивнул. - Замять это точно никак не удастся. да и сомневаюсь, что твои родители останутся в стороне, когда узнают. Это уже пахнет международным скандалом, так что отец. Его Величество вряд ли будет к Легану снисходителен. Само собой, я тоже, то есть мы вместе с Ризом ему расскажем, как все было на самом деле. Так что отвертеться ему не удастся. Только ты... ну, уверена, что тебе так будет лучше? Он ведь твой...

- Хорошо, - снова кивнула Ида. - Но оставаться замужем за уголовником я не намерена. Кстати, мне ведь не показалось - чары брачной связи по структуре отчасти напоминают ваши привязки к драконам?

- Э... - Сирш запнулся. Об этом не говорили вслух, и уж точно это не афишировать при людях. Но ведь Ида - пострадавшая. и оставшаяся в сознании! В конце концов, уж она -то точно, если захочет, раскопает все и сама. Просто это будет дольше и она будет еще злее. - Ну. да. Есть немало общего. То есть воля женщины подавляется только в самом начале, а дальше - только частично, а не как у драконов. Ну, например, она не может изменить мужу. Но.

- Неее, - пробормотала Ада, - мы по-людски жениться будем!

Ида, кинув взгляд на сестру, усмехнулась - впервые за этот вечер.

- Я поняла, - кивнула она. - Ада, как дела у декана Кирена с его драконом?

Каждый день с того момента, как дракон Кирена Легана исчез вместе с драконицей, декан летал вместе с Адой на тот самый остров, где они проводили эксперимент с разрывом привязки. Был шанс, что дракон, если вернется, прилетит сразу на Тего, однако Кирен предпочитал сначала убедиться в его адекватном поведении и безопасности для других обитателей академии.

- Прилетает, - отчиталась Ада. - Ведут себя, как два дурня - шо декан твой, шо зверюка его. Скандалят.

- М. скандалят?!

- Ну, Кирен орет, а тот шипит и огнем плюется. Но не в Кирена, в сторону плюется, аккуратненько так. А вообще у них то ли ругаются, то ли милуются - не поймешь.

- Что-то мне это напоминает. - пробормотала Ида.

- Вот, а вчера Кирен даже полетал на нем. Немного, потом дракон опять улетел - кстати, он уже, кажется, сам научился через пространство летать, в другую сторону улетал, не как обычно.

- Ясно, - Ида светло улыбнулась сестре, а потом обернулась к Сиршу. - Думаю, я собираюсь поспорить с вашим богом.

Сказать оказалось куда легче, чем сделать. Помогали наработки по драконьим связям, но брачная связь по структуре все-таки отличалась от них, а теперь еще и трезво и холодно мыслить удавалось с трудом.

Кей, как обычно, помогал с расчетами и схемами, и это оказалось. мучительно. Любое случайное прикосновение заставляло буквально вспыхивать. Достаточно было встретиться взглядами, чтобы сбились мысли. От его голоса перехватывало дыхание и слабели колени, и Ида злобно думала о проклятом буйстве гормонов. Вот уж по чему она никогда не скучала, когда была старше!

Впрочем, таких состояний у нее и в прошлой юности не случалось, даже в период самой первой влюбленности в будущего мужа. Зине всегда смешно было читать в книгах о том, как трепетных дев “подводит тело”. Сейчас тело ее не то чтобы подводило, но ощущалось неправильно. И это одновременно злило - и было мучительно-приятно. А от этого - еще и неловко и стыдно.

Потому что сам Кей сейчас вел себя еще более подчеркнуто по-дружески, чем обычно, держался всегда на расстоянии и старался вообще не оставаться с ней наедине.

Сирш раздобыл в дворцовой библиотеке своего отца книги по структурам ритховских привязок - и это тоже сильно облегчило дело. В обычной ситуации не могло быть и речи о том, чтобы эти книги попали в руки человека - но Сирш рассудил, что хуже уже не будет, и не стал спрашивать ничьих разрешений.

Проблема была в том, что брак Иды оказался нестандартным - и, значит, вся схема в ее случае заведомо отличалась от описанной в учебниках и научных трудах Лаймиены. С другой стороны, это же давало надежду - возможно, именно “неправильность” окажется ее слабым местом.

- Ничего, - утешала Ада, - с драконьими привязками же ты разобралась за три года. Одна, с нуля, без всякой помощи! Значит, теперь еще быстрее разберешься. Главное, шо поганца этого увезли и он тебя не тронет.

Ида вздыхала, кивала и думала о то, что три года в этом эмоциональном раздрае она точно не выдержит. С драконьими привязками было иначе - их слабым местом была именно односторонность, и оборвать их со стороны дракона, который к этой связи не стремился, было проще. Брачная же связь была двусторонней.

Возможно, легче было бы распутать этот узел, будь рядом сам Айсен, третий угол в этом тупоугольном треугольнике, а с ним и возможность рассмотреть нити и узлы целиком -но встречаться с этим ритхом не было вовсе никакого желания.

Когда становилось совсем плохо, она каждый раз убегала к Котангенсу. Почему-то рядом с ним отступали навязчивые мысли и навязанные чувства, а когда удавалось полетать на нем, она могла снова ненадолго ощутить себя самой собой - свободной и сильной.

Родителей волновать не хотелось - но не сообщить им о происшедшем ничего было невозможно. Узнать о внезапном замужестве одной из дочерей они должны были - пусть даже это замужество, как все надеялись, было временным. Ида и Ада постарались написать им максимально нейтрально.

Впрочем, старались они, как выяснилось чуть позже, зря. Потому что одновременно им, рассыпаясь в извинениях и принимая на себя всю ответственность, написал ректор Севейн. А немногим позднее - лично король Лаймиены Его Величество Тирем IV, который спешил заверить, что его сошедший с ума подданный действовал без ведома короны и будет наказан по всей строгости.

Так что уже два дня спустя тисс Тристобаль, тиссе Тория и даже дядя Джемайя прибыли на Тего первым же утренним дирижаблем. Предельно сжатый рассказ девушек родные выслушали молча - мать прижимая пальцы ко рту, отец и дядя - сжимая зубы и кулаки. Увы или к счастью, бить им было некого - Айсена Легана давно увезли в столицу Лаймиены на королевский суд.

- Детка! - Тория, всхлипнув, в очередной раз порывисто обняла Иду.

- Ты точно в порядке? - немногим спокойнее спросил Тристобаль.

- Да, вполне, - Ида кивнула. - Я смогу с этим разобраться.

На самом деле такой уверенности она вовсе не испытывала, но не собиралась показывать этого родителям. И лишь когда они ушли к ректору выслушивать извинения и договариваться о размещении, смогла выдохнуть. Родные планировали остаться на острове на несколько дней - присмотреть за дочерьми, помочь им, чем возможно, и заодно дождаться академических соревнований.

Предстоящие соревнования в свете последних событий как-то вовсе отошли на дальний план - а ведь обе Виленто и Кей собирались впервые в них участвовать, причем единой командой. Сейчас это казалось таким неважным, что думать об этом вовсе не получалось.

Между тем Аде предстояло выступать в качестве пилота -испытателя, и для нее это очень серьезно, с нахлынувшим вдруг раскаянием раскаянием подумала Ида. Что до Кея, то это будет первой презентацией его революционной разработки, способной определить его будущее. А она, Ида, погрузилась целиком в собственные проблемы - и погрузила в них всех своих близких, не оставляя им ни времени, ни сил, чтобы думать о себе!

В комнате остались в этот момент только Ада и дядя Джемайя - при них можно уже не держать лицо.

Будто услышав ее мысли, дядя прежде всего не стал интересоваться самочувствием “героини дня”, а нарочито-бодро обратился к ее сестре.

- Ты-то хоть - готова всем показать на соревнованиях?

- А то! - Ада вздернула нос.

- А ты? - он очень серьезно посмотрел на Иду. Так серьезно, что сразу становилось понятно: можно не ломать комедию, изображая оптимизм, и не рассказывать сказки о своей уверенности. Веселый шумный дядя Джемайя все равно всегда видит чуть больше, чем говорит сам - и чем говорят ему.

Не отвечая, Ида подошла к окну и устремила взгляд за стекло. Далеко внизу Кот в своем загоне играл с мячиком, высоко подбрасывая его лапой и подпрыгивая за ним. Наверное, из-за своего прошлого она так остро и отреагировала на всю эту историю с драконами. Может быть, это ее судьба - даже борясь за свободу других, поступаться собственной.

- Я иногда думаю, - не отрывая взгляда от окна, заговорила наконец она, - может, все это зря? Может, мне так на роду написано - в любой жизни не быть свободной, не выбирать, кем быть и с кем быть?

Дядя Джемайя неторопливо встал, подошел к племяннице, положил обе руки ей на плечи, а потом вдруг резко ее встряхнул.

- Никогда не смей так говорить, слышишь? Ты свободна выбирать, кого любить и за кого выходить замуж. Свободна выбирать свою судьбу. Ты и есть свобода. Ты - Виленто. Ветер в твоей крови и солнце под твоим крылом. Всегда помни об этом!

Ида наконец обернулась, чтобы посмотреть дяде в глаза - и вместо этого уткнулась носом ему в плечо и совсем по-девчоночьи шмыгнула носом.

- Спасибо, - выдохнула она. - Я... постараюсь не забывать.

Глава тридцать вторая. От винта!

По сути, ежегодные соревнования в Облачной академии были прежде всего не только и не столько соревнованиями. На них не было никаких гонок или уж тем более битв. Это была серия показательных выступлений, подготовленных командами в произвольном составе -обычно пилоты-старшекурсники объединялись с конструкторами, инженерами, механиками, навигаторами.

Например, летчик мог демонстрировать высший пилотаж и свое мастерство - и одновременно достоинства (а иногда и недостатки) новых разработок и усовершенствований, предложенных студентами-конструкторами и внедренных на его машине. “Сольно” выступали чаще всего только драконьи пилоты.

Конечно, за каждое выступление комиссия выставляла оценки - как за командную работу, так и каждому из участников в отдельности. И были на соревнованиях как победители, так и аутсайдеры. Но главной была все-таки не победа.

Главным было то, что на соревнования в Облачной академии неизменно прибывали представители крупнейших транспортных, пассажирских, спасательных, курьерских, почтовых и других служб и компаний обеих стран. И это означало возможность для каждого из студентов независимо от происхождения показать свои таланты и, может быть, даже найти заранее будущее место службы. За самых одаренных выпускников порой разворачивались нешуточные баталии, а предложения им сыпались одно лучше другого.

Поэтому для юношей и девушек из высоких родов вроде Виленто или Вириус соревнования считались скорее развлечением, а вот для студентов попроще, вроде того же Кея - уникальным шансом.

Собирались на соревнования и журналисты разнообразных изданий обеих стран - и в этом году их было куда больше, чем обычно. Причин такого внимания к обычному, в общем-то, академическому мероприятию было две - и обе они носили имя Иды Виленто.

Прежде всего в высшем обществе и научных кругах как Лаймиены, так и Виссарии уже несколько лет не утихали слухи и споры по поводу дикого дракона, принадлежащего одной из наследниц Виленто. Но ни дом одного из Первых родов, ни Облачную академию журналисты осаждать не могли при всем желании, а на светских мероприятиях юные наследницы, если и появлялись, то только в сопровождении родителей. Академические соревнования стали, по сути, первой возможностью для прессы и широкой общественности узнать правду об из первых рук.

Второй, не менее громкой причиной, были слухи о принципиально новом летательном аппарате, который, как говорили, будет продемонстрирован на соревнованиях. При этом сплетники расходились во мнениях: одни говорили, что новый необычный самолет придумала небезызвестная изобретательница Тория Виленто. Другие - что ее дочь, все та же Ида. Первые спорили с ними, напоминая, что Ида Виленто учится не на конструкторском факультете.

Имени скромного ученика тиссе Тории и друга обеих наследниц Кея Терро при этом, конечно, не упоминал никто, и это невероятно злило Иду. Но поделать она ничего не могла. Сам Кей философски пожимал плечами: в конце концов, этого следовало ожидать.

На самом деле они уже оформили на свое изобретение патент, в котором значились имена обоих изобретателей.

В заявке же на соревнования была указана команда из трех человек: Ады Виленто - как пилота, Кея Терро - как авиаконструктора и Иды Виленто - как артефактора. Отдельно Ида заявилась и как драконий пилот. В принципе, сделать это она могла и в любой из предыдущих годов, но ей хотелось прежде разобраться для себя с “драконьей проблемой”, чтобы своим выступлением привлечь внимание к вопросу и заявить о нем как можно громче, когда это понадобится.

В день соревнований на дальний план отошло даже замужество Иды, хотя накануне она, как ей показалось, почти вплотную подобралась к тому, чтобы найти ключ, который позволит с этим разобраться раз и навсегда.

Ада с утра ходила, постукивая зубами, демонстративно хорохорилась и так заметно отчаянно трусила, что Иду тоже начинало потряхивать.

Свой учебный самолет старшая Виленто давно уже чувствовала как продолжение собственного тела - и напрасно декан Кирен каждый раз, садясь на штурманское место рядом с ней, демонстративно осенял себя знаком Лагоса и зеленел. На своем курсе Ада была в числе лучших, и вполне могла уже выполнить в воздухе “горку”, полупетлю или даже “бочку”.

Но сегодня ей предстояло пилотировать вертолет, и ей не надо было, в общем -то, демонстрировать высший пилотаж - вполне достаточно будет уже самого факта, что эта машина может стартовать с места, а для приземления ей не нужна такая площадь, как самолету. Для мира, состоящего из гористых островов, это уже будет прорывом. Но Ада не была бы Адой, если бы не решила показать максимум и не тренировалась этим летом до посинения вместе с дядей.

Поэтому дядя Джемайя сегодня тоже хохотал нарочито громко и слишком часто хлопал племянниц по плечам, демонстрируя свою уверенность в них - так что было вполне очевидно, что и он переживает. Тисс Тристобаль в волнении постоянно приглаживал невидимые складки на костюме и потирал бровь, а тиссе Тория попросту бегала, заламывая руки, и постоянно что-то восклицала.

В конце концов Ида решила просто сбежать от всеобщего волнения, пока оно не захватило целиком ее саму - и отправилась туда, куда всегда ходила для восстановления душевного равновесия: к Коту.

Котангенс встретил ее нервным постукиванием хвоста о землю.

- И ты, Брут?! - возмутилась девушка, и в ее мозгу тут же вспыхнула картинка: вся академия разом восторженно аплодирует Котангенсу. - Ааа... предвкушаешь? Это хорошо. А то там все трясутся. И я трясусь. А вдруг с Адой что -то случится?

Следующая картинка от Кота оказалась еще ярче прежней: на этот раз дракон (выросший почему-то раза в три) запросто подхватывал в воздухе, как птичку, падающий вертолет, и аккуратно его ставил на землю. А затем ему, конечно, снова аплодировала вся академия.

- Ну конечно, - усмехнулась Ида. - Ты у меня вообще супергерой.

Кот вопросительно наклонил голову, а на воображаемом огромном Котангенсе внезапно образовалось синее трико во все тело и красные трусы поверх него. Две пары.

Хм? Когда бы Кот видел изображения Супермена? Вроде бы она и в прежнем мире не увлекалась такими фильмами, а Кот никуда не выходил...

- Эй, ты что, шаришься у меня в голове?!

Дракоша сделал огромные невинные глаза и ковырнул землю лапкой.

- Ясно все с тобой, паразит хвостатый, - вздохнула Ида и почесала любимца между ушами. Тот блаженно закатил глаза. - Покажем сегодня им всем? Нет! Не это!!! Просто покажем. ну, что-нибудь.

- А знаешь. - после недолгого молчания Ида решилась наконец озвучить то, о чем планировала сегодня даже не думать, - я, кажется, нашла ключ от этой их “нерасторжимой” брачной связи. Ну, почти нашла. Я так думаю. Только я этого, кажется, все равно не проверю. Нужно найти что-то другое. Потому что этот вариант мне совсем не нравится.

Кот вопросительно наклонил голову.

- У них ведь брак заключается одновременно с созданием привязки. И привязка, по крайней мере для женщины, полностью исключает возможность измены, возникновения каких-либо чувств или влечения к любому мужчине, кроме мужа. И это и есть, кажется, слабое место. Измена бы разрушила божественные узы и, может быть, даже расторгла бы брак, но она невозможна из-за привязки. В обычном случае невозможна. Вооот. А у меня получились муж и любимый - разные мужчины. При этом, правда, все равно до конца непонятно, кому из ни с кем нужно изменить, чтобы все это поломать. И даже есть вероятность, что, если не угадать, это лишь окончательно закрепит узы. Как -то мне не очень хочется перебирать варианты на практике. И вообще пробовать. Айсен мне отвратителен. А Кей.

Кот широко зубасто ухмыльнулся и отправил Иде очередной образ, напоминающий вкладыш от жвачки “Love is.”: Ида и Кей тянутся к друг другу, вытянув губы трубочкой, а между ними парят многочисленные розовые сердечки. Ида тут же мстительно подправила мысленную картинку, добавив к ней крошечного бронзового дракончика в образе такого же мультяшного амурчика - то есть с позолоченным луком в лапках и белом подгузнике. Кот обиженно фыркнул.

- Не хочу я это проверять, понимаешь, - уже вполне серьезно вздохнула Ида. - Я ведь знаю, что он ко мне чувствует. И если потом, после такой проверки. если она будет успешной, я ведь сразу перестану чувствовать то же самое. Скорее всего так и будет. И это будет. жестоко. Я больше никогда не смогу смотреть ему в глаза. Значит, надо найти другой выход. Я обязательно найду.

*

Первыми выступали дирижабли, так что у пилотов малой авиации оставалось предостаточно времени, чтобы вдоволь понервничать. В отличие от зрелищного и яркого шоу, которое демонстрировали самолеты, а за ними и драконы, выступления факультета пилотирования дирижаблей были неторопливы, величественны и. довольно скучны, так что и зрителей на них собиралось не так много. Студенты показывали, насколько уверенно справляются с управлением и разворотами, ловят потоки воздуха и швартуются к мачтам. Но главное зрелище ожидалось позже.

И, конечно, к моменту его начала вокруг учебного полигона факультета малой авиации собрались все, кто только мог. Трибун здесь предусмотрено не было, но для особых гостей установили несколько рядов сидений вдоль периметра полигона, а студенты, журналисты и даже некоторые преподаватели по -простому толпились за ними.

Очередная группа юных пилотов слаженно демонстрировала в воздухе сложнейшие фигуры аэробатики, и толпа послушно восхищенно ахала.

Одна из лучших учениц факультета малой авиации без труда могла бы все это повторить, а то и превзойти, но сейчас она, одетая в мешковатый летный комбинезон, нервно переминалась с ноги на ногу возле несуразной пузатой конструкции и сосредоточенно грызла ногти.

Ее очередь была следующей. Точнее - их очередь. По просьбе сестер Виленто им разрешили объединить свои выступления - потому Ада и значилась в своем классе последней. Ее сестра сейчас точно так же маялась на другом краю поля. Но у нее, по крайней мере, была поддержка - ее дракон.

Зрителей к участникам не пускали, и девушка сейчас не знала, радоваться этому или огорчаться. С одной стороны, родные по мере сил точно поддержат. А с другой -волнуются они за тебя втрое больше тебя же!

А вот Кирен Леган к зрителям не относился. Он со своим драконом дежурил на полигоне на случай нештатных ситуаций. На самом деле у него была и еще одна цель - но о ней пока почти никто не знал. Ада была ему, конечно, безмерно благодарна за то, что согласился ввязаться в их с сестрой авантюру - но лучше бы он, прежде чем подходить к ней, вежливо подождал, когда она догрызет ноготь или хотя бы вежливо сделал вид, что не заметил!

Увы, избытком тактичности декан драконьего факультета не страдал, и весело хмыкнул.

- Не удалось пообедать? Не прерывайтесь, что вы, я не планировал вам мешать... Так это, значит, и есть ваш хваленый летательный аппарат нового типа? Хм. выглядит как плод порочной любви чайника, согрешившего с вентилятором. Очень большим вентилятором. Прекрасная тиссе, давайте я вас лучше на драконе покатаю! Не все же только вам испытывать мой вестибулярный аппарат!

...А хотя нет, не зря он подошел, не зря! Здоровая злость - то, что и нужно было Аде в этот момент.

Увы, достойно ответить она не успела - только открыть рот. Потому что в этот момент в громкоговоритель начали объявлять следующих участников - а Иде и Аде в разных концах полигона одновременно махнули флажками.

Мгновенно хлынувший холодком по венам адреналин тут же заставил забыть обо всем -голова чуть закружилась, в кончиках пальцев закололо, а сердце и вовсе попыталось выпрыгнуть из груди. Ада чувствовала себя так, будто сейчас ей предстоит выходить на сцену перед многотысячным зрительным залом.

Кирен напоследок быстро схватил руку девушки, стиснул ее и тут же отпустил.

- Удачи, - шепнул он.

- Надо говорить - ни пуха ни пера, - не слишком соображая, что несет, пробормотала она, уже подходя на негнущихся ногах к вертолету и нажимая на рычаг открытия двери.

- Как скажете. Вы мне потом объясните, что это значит. Ни пуха ни пера!

И хотя он только повторил, из его уст это прозвучало так неожиданно и странно, что Ада, уже забравшаяся на место пилота, обернулась и широко, бесшабашно улыбнулась.

- А и к черту! - махнула она рукой.

На самом деле, хотя отмашку к началу выступления им дали одновременно, по задумке первой в воздух поднималась одна Ада. Нужно было дать зрителям время рассмотреть странную новинку, оценить преимущества взлета с места и маневренность винтокрылой машины. Это был звездный час младшей из пилотов семьи Виленто, и она не собиралась его упускать.

Поднявшись в воздух свечкой и заставив толпу восхищенно ахнуть, Ада плавно развернулась в воздухе и красиво, как на экзамене, выполнила восьмерку. Руки больше не дрожали, но адреналин продолжал плескаться по венам, ища выхода. Вертолет ненадолго “завис”, показывая, что может и это. Пузатый бок винтокрылой машины с надписью “Гала” во весь борт - название предложила Ада, и никто не стал возражать - больше не вызывал ни у кого смеха. Зрители замерли, ожидая, что еще доведется сегодня увидеть.

А затем, вдохнув поглубже, девушка стиснула руки на рычагах. “Мертвую петлю” она никогда даже не пробовала выполнять на своем привычном учебном самолете - к чему?

Но не зря же она столько тренировалась летом! Ей хотелось показать сегодня не только на что способен изобретенный ее сестрой и другом вертолет - но и на что способна сама Ада Виленто.

Не каждый вертолет может это сделать в принципе. Но Кей и Ида, проектируя “Галу”, специально ставили перед собой задачу сделать ее максимально маневренной и в то же время устойчивой. Самолеты не могли заменить драконов в спасательных службах -потому что не везде могли приземлиться и не всегда на них можно было вырулить в сложных условиях.

А вот “Гала” - могла. И когда дядя Джемайя, привыкнув к управлению и разохотившись, затеял “выкрутасы в воздухе” (как выразился тисс Тристобаль, многое потом высказавший братцу наедине), Ада твердо решила для себя, что сможет так же.

- Теть Гал, в твою честь, - пробормотала она, на секунду зажмурившись, и плавно потянула рычаг.

На этот раз толпа даже не ахала. Зрители забыли, как дышать, наблюдая, что творит в воздухе студентка на странной машине. И каждому, кто смотрел на это, на миг показалось, что это его мир на несколько тягуче-долгих мгновений опрокинулся вверх ногами, внутренности поменялись местами, а из легких вышибло разом воздух.

Но петля вышла безупречной. А когда после нее полет выровнялся и зрители едва начали снова шевелиться, дышать и пытаться разговаривать - в воздух поднялся дракон.

На этот раз вертолет и дракон разворачивались синхронно, с разных сторон полигона -будто исполняя парный танец. И их первая общая “восьмерка” выглядела слаженно и отрепетированно: зверь и машина сблизились, но, пройдя на разной высоте, разошлись в стороны, а затем одновременно описали вираж и снова развернулись.

И пошли на таран. Вертолет чуть набрал высоту, дракон слегка ее сбросил - и все, кто был на стадионе, разом вскрикнули, потому что было ясно видно: они идут на огромной скорости в единой плоскости, будто нарочно целя друг в друга, все прибавляя скорость, и вот-вот столкнутся - лоб в лоб.

Сестры не раз репетировали маневр, но привыкнуть к этому, кажется, было невозможно. Видеть сквозь стекло, как несется прямо на тебя здоровенная туша дракона, мелькает где -то за его головой перекошенное лицо сестры, понимать, что если что -то пойдет не так -они погибнут обе. Ада каждый раз шепотом по -русски поминала всех святых, благодаря за то, что у нее теперь крепкое молодое сердце, хотя оно все равно колотилось, как бешеное, а в ушах закладывало. Креститься не могла: руки были заняты.

Этот момент был точно рассчитан после множества репетиций и повторений. Это со стороны могло казаться, что он наступал лишь за секунду до предполагаемого столкновения - ни Ида, ни Ада не были самоубийцами и собирались жить. Момент был точно рассчитан, но каждое мгновение перед ним растягивалось в вечность и казалось последним.

На какой-то миг зрителям почудилось, что столкновение произошло - и вертолет смял дракона. Исчезли широко расправленные крылья, и лишь мелькнул росчерк хвоста. Но спустя долю секунды приходило осознание: дракон словно испарился. А еще через один выдох из ниоткуда появился снова - уже за хвостом вертолета.

Тишина на полигоне стала абсолютной.

И тогда в воздух поднялся второй дракон.

Сестры Виленто долго обсуждали и спорили, стоит ли привлекать к этой авантюре декана драконьего факультета и насколько можно посвящать его в свои планы. Впрочем, учитывая, что он сам вызвался на эксперимент с первым разрывом привязки, исключить его из этих планов было уже в любом случае невозможно. Его поддержка была необходима.

Если бы Кот, урожденный дикий дракон, просто показал всем, на что он способен, это означало бы только начало сезона оголтелой охоты на немногочисленных уцелевших диких. Ритхам действительно нужны для выживания в будущем драконы, способные пронзать пространство. И они попросту уничтожили бы этих прекрасных зверей, превратив их всех в итоге в послушных и бессмысленных домашних питомцев. Значит, нужно было показать ритхам, что то, что им нужно, уже у них в руках - стоит только... отпустить.

Нельзя владеть чудом. Нельзя взять чудо силой. Но можно попытаться. подружиться с чудом - и оно само не захочет уходить.

Лирел, дракон Кирена Легана, оказался своенравным и злопамятным, и немало потрепал нервы бывшему хозяину, хоть и возвращался к нему раз за разом. Но тот на самом деле искренне любил своего зверя - и это несмотря ни на что оказалось взаимно. Лирел не слушался Кирена так, как слушались своих хозяев связанные драконы. И договориться между собой этим двоим было куда сложнее, чем Иде и Коту, которые доверяли друг другу безоговорочно. Но ему, взрослому дракону, удалось объяснить, что от его “хорошего поведения” сегодня зависит судьба его пленных собратьев - а еще, очень возможно, судьба самого Кирена, который личным решением освободил “принадлежащего короне” ценного зверя.

Сейчас Лирел изображал в воздухе “погоню” за Котангенсом, который снова пронзил пространство и исчез. Лирел вместе со всадником исчез следом. А затем оба дракона появились снова, уже в другом месте - и первым был именно Лирел, будто “преследователь” и “преследуемый” поменялись местами. Каждый, кто присутствовал на полигоне, видел, что этот, второй прокол пространства и потенциальный будущий портал создал не дикий дракон, от которого можно ждать чего угодно, а зверь, много лет принадлежащий декану одного из факультетов Облачной академии. Зверь, который до сих пор ничем не отличался от всех прочих ритховских драконов.

Тем временем вертолет, “отошедший в сторону”, делал “круг почета” вокруг полигона -прямо над собравшимися зрителями.

Ада, сосредоточенная на управлении, не смотрела в сторону полигона - она знала, что там происходит. Время каждого из ее действий они тоже рассчитывали до секунды.

Вот теперь, пожалуй, пора. Заходя на второй круг, она нажала еще один рычажок, открывающий неприметный люк в днище вертолета. И в воздух серыми птицами взметнулись многочисленные листки.

Честно говоря, этот момент был для нее едва ли не сложнее всего - сейчас приходилось, продолжая следить за приборами и не отвлекаясь от управления вертолетом, магией направлять одновременно и потоки воздуха, несущие газетные листки прямо на головы зрителям. Нужно было сразу отвести их подальше от себя - и рассеять над всеми рядами, вокруг всего полигона.

Этот выпуск академической газеты был внеочередным - и несомненно сенсационным и скандальным. На ее первой полосе была опубликована статья под огромным кричащим заголовком “Свободу дракотикам!”

Вообще-то планировалось “драконам”, но Ида, набиравшая статью, была слишком заморочена мыслями разом о своем замужестве, влюбленности, драконах, соревнованиях, вертолете и еще миллионе разнообразных вещей, и получилось как получилось. Роль редактора и корректора статей Ады обычно выполняла именно Ида, и вычитывать ее собственный текст оказалось некому, а Ксерс просто скопировал все вместе с заголовком.

В статье Ида писала о своих научных изысканиях, связанных с драконами - конечно, переведя выводы на всем понятный язык, и описывала результаты опыта с разрывом привязки. Подпись под статьей поставил и Кирен Леган как ее научный руководитель и участник эксперимента.

На второй полосе была опубликована обещавшая стать сенсацией среди студентов статья за авторством одного из преподавателей академии - мастера Тикеро. Дело в том, что статья в числе прочего раскрывала вопрос, волновавший уже столько поколений студентов Облачной - что же такое “кр-пр”. Почтенный мастер, чью речь никто - или почти никто - даже не пытался понимать на лекциях, на самом деле на диво ясно мыслил и четко излагал свои выводы. Его лекции на первом курсе во многом помогли Иде, и она не могла не попытаться привлечь на свою сторону любимого преподавателя.

Мастер Тикеро аргументированно рассуждал о том, что просто преступно преподавать теорию преломлений и проколов пространств лишь в виде краткого курса. И излагал смелую гипотезу, что, возможно, имея под рукой драконов, способных интуитивно чувствовать пространственные “складки” и пронзать их, люди и ритхи смогут высчитать закономерности и научиться однажды создавать такие проколы самостоятельно.

Была в этой газете и заметка Кея о технических характеристиках вертолетов. И отзыв о нем именитого воздухоплавателя Джемайи Виленто Агенти. И изложенная без прикрас история “брака” Иды Виленто и Айсена Легана - чтобы уж никто и никак не смог замять или исказить ее. И анонимная статья о ритховской магии, брачных обычаях и положении женщин в Лаймиене - специально для всех человеческих девушек, мечтающих о вечной любви синеволосых красавцев.

Невесомыми порхающими птицами сотни газетных листков опускались на ряды зрителей, среди которых были десятки журналистов из обеих стран. У Ады, ни на мгновение не позволяющей себе отвлечься, было ощущение, что она ведет бескровную бомбардировку. После нее никто не погибнет - но мир изменится безвозвратно.

Потому что ему давно пора, и кто-то должен был это сделать. Например, пара девчонок, которые успели этот мир полюбить - и которым в нем жить.

Глава тридцать третья. Развод по-лаймиенски

Облачная академия бурлила. Почтенные мастера едва не забыли выставить оценки - хотя всем и без того было ясно, кто победил - причем и в командном зачете, и в отдельных классах. Ни один из конструкторов не мог ничего противопоставить целому летательному аппарату нового типа. Ни один из авиаторов не мог соперничать с “мертвой петлей” и синхронной аэробатикой на новой машине. Никто из драконьих наездников не способен был похвастаться таким “трюком”, как прокол пространства. Но все это было сейчас совершенно неважно.

Общественность еще не успела отойти от шока, вызванного показательными выступлениями сестер Виленто - но скандальный выпуск академической газеты стал практически контрольным выстрелом, после которого все перевернулось с ног на голову, и академия буквально встала на уши.

Виновницы Армагеддона на отдельно взятом небесном острове, приземлившись, возблагодарили небо и мудрых организаторов, не допускавших зрителей к участникам.

Да, ясно было, что рано или поздно придется общаться и с журналистами, и с представителями властей Виссарии и Лаймиены, но пусть уж лучше это будет на официальных, специально организованных мероприятиях, где их точно не разорвут на части. Кроме того, надо дать обоим королям время переварить новости.

Виссария точно будет на их стороне - все-таки слово тисса Тристобаля немало значит в Совете Первых родов, - и она окажет давление на Лаймиену. Что до самой Лаймиены, то Сирш, прихватив одну из газет, уже направился к своему королю. Сам младший принц

ритхов, посмотрев на деканского дракона, был готов освободить собственного зверя от привязки хоть сейчас и убедить сделать то же самое брата, но хотел все же сначала морально подготовить отца.

Теперь перемены были только вопросом времени. Да, скоро ритхи неизбежно обнаружат, что не каждый освобожденный от привязки дракон захочет возвращаться к хозяину. Для этого между ними должны быть крепкие узы другого толка, а далеко не все наездники любят своих зверей. Но снежный ком, покатившийся с горы, будет уже не остановить. Часть драконов все же останется - а недостающих со временем смогут заменить вертолеты.

Дожидаться оглашения результатов и даже награждения девушки не стали - оно состоится только после выступления всех участников с оставшегося факультета драконьих наездников, которое уже практически никого не интересовало. Все, что хотели сказать, они написали в газетных статьях. А дальнейшие пресс-конференции и интервью пусть желающие согласовывают с тиссом Тристобалем, тиссе Торией и ректором Севейном.

Под прикрытием конвоя из родных и друзей, да еще и в сопровождении Котангенса, с которым никому бы не захотелось шутить, девушки смогли благополучно удрать с полигона, а сопроводив дракона к загону, добраться и до общежития. Представители старшего поколения семьи Виленто сразу отправились в столицу с докладом для Совета и короля. А Ида, Ада и Кей втроем остались сидеть в комнате девушек с задернутыми шторами, чувствуя себя на осадном положении.

До вечера все посетители - и главное, журналисты, пока дежурящие у них под окнами! -должны отбыть с Тего, остров был открыт только на время соревнований, а официального разрешения здесь ночевать никому не давали. Так что оставалось только переждать нашествие.

И все синхронно вздрогнули, когда в дверь бесцеремонно, с грохотом заколотили.

Все трое переглянулись, и Ада, решительно встав, подошла к двери - открывать ее, впрочем, пока не стала.

- Шо надо? - сурово спросила она.

- Открывайте давайте, заперлись они! - глухо прозвучавший из-за двери голос тэри Гавы не обрадовал, но несколько успокоил, и Ада осторожно приоткрыла дверь.

- Посетительница к вам, сам ректор разрешил. К тиссе Леган.

- Кому?! - вопрос хором задали разом обе сестры и тут же шокировано переглянулись, не сразу осознав, кого из них и почему могли так назвать. Они так привыкли уже к виссарийским законам, по которым любая из них, выйдя замуж, сохранила бы свою родовую фамилию или взяла двойную. Брак же с Айсеном Леганом ни одна из них не желала считать “настоящим”. Но в Лаймиене законы были другие.

Комендантша перевела взгляд с одной девушки на другую и пожала плечами: различать их, как и большинство окружающих, она не могла.

- К той, которая таки отхватила себе ритха, - неодобрительно отозвалась она, подтверждая предположения.

- Кто там? - Ида, встав, тоже подошла к двери, за которой, помимо тэри Гавы, никого не было.

- Знатная ройса.

- Но имя-то у нее есть?! - Ида не знала ни одной ройсы - ни знатной, ни не очень. И вообще до сих пор думала, что ритхи своих женщин едва ли не нарочно прячут.

Тэри Гава неопределенно передернула плечами.

- У нее есть разрешение от ректора.

- Но я не могу сейчас выйти из здания, там...

- Я проведу черным ходом.

- Я с тобой! - на этот раз хором воскликнули Ада и Кей, и тэри Гава, впервые заметив, что девушки в комнате не одни, тут же грозно сдвинула брови.

- А эт-то еще что?! С мужиками тут запираетесь?! А эта замужняя еще! А ну пшел вон отсюда!

Кей с готовностью проскользнул мимо тэри Гавы через дверь на лестницу.

- А ты тут сиди, ройсе наедине с твоей сестрой поговорить надо! - безапелляционно заявила комендантша, захлопывая дверь за Идой и перед носом Ады.

Конечно, Аду ни за что не остановило бы слово какой -то комендантши - и последняя это, похоже, отлично понимала.

Хлопнув дверью, она тут же навалилась на нее всем телом и повернула уже вставленный в замочную скважину снаружи ключ.

- Что?! Что вы делаете? - скорее изумленно, чем испуганно, спросила Ида. Ее сестра тем временем уже забарабанила в дверь с той стороны, но когда девушка попыталась открыть, комендантша бесцеремонно схватила ее за руку и потянула за собой - неожиданно сильно. А ключ так и остался торчать в замке снаружи.

- Сестрица твоя больно шустрая, - буркнула тэри Гава. - У ройсы и так горе, не хватало ей еще...

- Какое горе?!

Тэри Гава, едва обернувшись, молча потащила Иду за руку дальше. И та покорилась судьбе.

Страха не было. Ну что может ей сделать немолодая комендантша или эта неизвестная ройса, кем бы она ни была? Замуж ее уже выдали. Что с ней может еще случиться?

Тем более, что она отлично понимала, что Кей не зря с такой готовностью прошмыгнул вперед. Лестница в здании только одна, и значит, черный ход ведет от одного из подсобных помещений на первом этаже. Если бы парень попытался пойти с ними, Гава, чего доброго, заперла бы его вместе с Адой - или придумала что-то еще. Зато спустившись первым, он мог затаиться за любой из колонн, чтобы проследить за ними. Зная, что он точно где-то рядом и она не одна, идти знакомиться с неизвестной было куда легче.

В принципе, Ида даже догадывалась, кем может быть “благородная ройса в горе”, и совсем не удивилась, увидев ее почти снежно-белые, с голубоватым отливом волосы.

Ритханка ждала у задней стены здания, куда выходила неприметная дверь для персонала -и смотрелась ройса здесь удивительно неуместно. Было ясно, что подобные дамы всегда подъезжают в машинах последних моделей к парадному входу, и двери перед ними услужливо распахивают слуги.

Женщина была одета в длинное строгое темно-синее платье, а на голове у нее красовалась закрепленная шпильками на сложной прическе маленькая шляпка. Узкое безупречно красивое лицо обрамляли аккуратно выпущенные пряди, и только легкая краснота в уголках синих глаз и скорбно опущенные, подрагивающие уголки губ выдавали ее состояние. Выглядела она, пожалуй, ровесницей Айсена Легана - но Ида ни на миг не усомнилась, кто перед ней.

- Значит, вы и есть моя невестка? Меня зовут Ализанна Леган.

Ида настороженно кивнула своей... видимо, свекрови. Что может быть нужно от нее этой женщине?

- Я прошу прощения, что нарушила ваше. торжество, - женщина чуть скривила губы. -Но мне необходимо поговорить с вами как можно скорее. и наедине.

- О чем? - Ида непреклонно скрестила руки на груди и даже сделала шаг назад - к двери в общежитие. Впрочем, уже захлопнувшейся за тэри Гавой.

Ходила она уже однажды с ритхом “просто поговорить” - даже при множестве свидетелей.

- О возможности вашего развода с моим сыном.

- Что? - кажется, ничего более неожиданного эта женщина сказать не могла. Нет, Ида искала такую возможность - но Сирш не раз говорил, что разводов у ритхов не бывает, и причин не верить ему у нее не было. - Я думала, разводы у ритхов невозможны?

- Почти невозможны, - ритханка бледно улыбнулась. - Разве что при одном условии.

- Почти невозможны, - Ализанна бледно улыбнулась. - Разве что при одном условии. Вам интересно?

- Может быть, - медленно и все так же настороженно проговорила эта девица.

Замечательно! Ализанна протянула руку - перчатку сняла заранее, знала, что понадобится - и прикоснулась к руке человеческой девчонки. И. ничего не произошло.

Будто натолкнулась на глухую стену. Что за чушь? С ее способностями все в порядке, толстую комендантшу удалось “убедить” моментально. Что же не так с этой?

Впрочем, размышлять было некогда, иначе девчонка могла что -то заподозрить. Придется действовать иначе.

Главное - не показывать свой гнев и ненависть. А вот боль и горе, напротив, пусть она видит. Хорошо, что скрывать свои чувства знатных ритханок учат лучше, чем чему бы то ни было другому.

Да, она читала этот гнусный пасквиль в газете. Ритханки веками угнетены, лаймиенский брак противоправен - Лагос великий, какой невероятный бред! Когда -то в юности Ализанна интересовалась немного людьми и их обычаями. Она знала, например, что человеческим женщинам, даже аристократкам, приходится самим работать, будто позаботиться о них некому. Что хваленые человеческие браки по взаимному согласию далеко не всегда бывают счастливыми, случаются и измены, и даже разводы. И лишь веками освященные и благословленные самим Лагосом традиции Лаймиены делают любой брак счастливым - и вечным.

Ализанна не понимала мотивов, сподвигших ее сына добиваться какой -то ничтожной человеческой девчонки, кем бы она там ни была. Своими планами он с матерью никогда не делился. Но, разумеется, она бы пересилила себя и приняла любую невестку, которую привел бы в дом сын - он мужчина, и ему решать. Но эта девка даже не смогла оценить высочайшей чести, что была ей оказана. Перековеркала все, что могла, искалечила жизнь Айсену, испортила его репутацию, а теперь он и вовсе ждет суда - и все из-за нее!

А самое чудовищное - в том, что он все-таки женат на ней. Ализанна ни на миг не сомневалась, что ее мальчика в итоге оправдают и принесут ему извинения. Да просто не может король всерьез осудить своего родственника и именитого ученого всего лишь из-за человечки! Такое никак не могло бы уложиться в голове, а значит, было попросту невозможно - в этом ройса Ализанна была твердо уверена.

Но когда все наконец разрешится, у него на шее повиснет эта обуза - неблагодарная девка, каким-то обманом пролезшая в высокий род Леган и посмевшая так обойтись с Айсеном! Он не сможет взять себе другую жену, пока есть эта.

И вот такого Ализанна уже потерпеть не могла. А значит, нужно было освободить Айсена от этого брака. Так что свою цель она назвала вполне искренне.

Главное - чтобы рядом не было никого из родственников девчонки, владеющих магией воздуха не хуже, чем ритхи. И, конечно, ее дракона. Ройса Ализанна убедилась, что дракон закрыт в своем загоне, а запереть сестру девицы поручила комендантше. Сама же новоиспеченная невестка, как уже знала ройса, владела только каким -то бесполезным младшим даром, который вряд ли ей чем -то поможет.

- Я знаю, вам сложно понять меня сейчас, вы не мать, - начала она, глубоко вдохнув, -Но поверьте - я не меньше вашего хочу, чтобы этот брак был расторгнут. Мой сын... он достаточно настрадался!

Голос дрогнул очень вовремя. Ализанна, прикрыв глаза, глубоко втянула воздух - и слезы хлынули из ее глаз потоком.

Ида растерянно смотрела на прекрасную женщину перед собой. Надо же, она даже плачет красиво. И нос у нее не краснеет, и слезинки катятся по щекам хрустальные, совсем как у актрис в кино. И что с этим делать, Ида совершенно не представляла. Любую из подруг, да даже случайную знакомую в такой ситуации она бы обняла за плечи, наговорила в ухо какой-то ласковой бессмысленной чепухи - совершенно неважно ведь, что говорить в такие моменты, куда важнее голос и просто искреннее сочувствие. Но эту холодную ройсу она не могла обнять - та явно не приняла бы подобных порывов.

Тем не менее, Ида понимала, что мать не виновата в поступках Айсена. И сын для нее в любом случае самый лучший.

- Я... простите, - женщина, не пытаясь вытереть слезы, запрокинула голову, - мне просто нужно... немного пройтись. Чтобы успокоиться и привести в порядок мысли. Знаете, прогулки всегда позволяли мне сосредоточиться. Я так долго готовилась к этому разговору, но мне сложно сейчас.

- Разве мы не можем поговорить прямо здесь?

Женщина на мгновение снова опустила веки, а затем пристально посмотрела Иде в глаза.

- Я прошу вас, просто доверьтесь мне. Я знаю, как расторгнуть ваш брак. У нас с вами сейчас одна цель. Я должна кое-что показать вам.

Ида колебалась. С одной стороны, в искренность “свекрови” ей не слишком-то верилось. Точнее, она полагала, что страдает та вполне искренне, а вот ей вряд ли желает добра. С другой, она также не верила всерьез, что эта женщина может ей как -то навредить. Кроме того, девушка знала, что Кей наверняка проследил за ней и тэри Гавой - и значит, как только их голоса стихнут, он выскользнет за дверь и последует за ними. Про себя она иронично подумала, что, похоже, у Кея такая судьба - постоянно красться следом и вытаскивать ее из разнообразных неприятностей, в которые она то и дело влипает.

- Хорошо, - решилась она наконец. В конце концов, нужно узнать, чего хочет эта женщина. Может быть, она действительно что-то знает?

Дорожка от служебного выхода вела всего одна, но вскоре она расходилась на несколько ветвей - и ритханка повлекла ее по самому правому, ведущему к краю острова.

- Видите ли, традиции брака в Лаймиене существуют веками и освящены самим Лагосом...

Ритханка неторопливо рассказывала все, что Ида и без нее давно знала, но слушала, тем не менее, внимательно.

Вдоль края Тего вела прогулочная дорожка с несколькими смотровыми площадками. В хорошую погоду они пользовались популярностью - страхом высоты никто из студентов и преподавателей Облачной академии по определению страдать не мог, а виды отсюда открывались действительно фантастические. На некоторых из площадок были оборудованы беседки и скамеечки, где кто -то готовился к экзаменам, кто-то устраивал дружеские посиделки, а кто-то назначал свидания. Так что Ида ничуть не удивилась выбранному месту для разговора - здесь действительно легко дышалось, а ветер быстро высушил слезы прекрасной ройсы.

Сейчас на дорожке было безлюдно. Впрочем, оглянувшись, Ида вскоре заметила неспешно прогуливающегося студента и мысленно усмехнулась.

Ройса Ализанна тоже заметила незнакомца, но не стала обращать на него внимания - по соломенному оттенку волос издалека было ясно, что это человек. А все мужчины семьи Виленто, как она знала, остров уже покинули - значит, этот студент в любом случае не может быть воздушником.

- Чудесный вид, не так ли? - ройса Ализанна остановилась на краю смотровой площадки, положив руки на витые перила.

За перилами простиралось бесконечное небо, в котором плавали облака и дирижабли, а иногда мелькали и росчерки самолетов. Вдали и чуть выше виднелся край ближайшего из соседних небесных островов. Отсюда было плохо видно сам остров, зато отлично просматривалась его нижняя часть: неровная глыба, сверху опутанная древесными корнями, и обрывающийся в никуда водопад.

- Да, прекрасный, - рассеянно ответила Ида. Она не раз приходила сюда помечтать или подумать и любила это место, но все виды острова Тего изучила за последние годы наизусть. - И все же - о браках ритхов меня просветили уже до вас. А вот о разводах вы упомянули первая. Так какое условие вы имели в виду?

Кей со скучающим видом прошел прямо за ее спиной и приостановился в паре шагов, будто что-то припоминая.

- Самое простое, - ритханка печально посмотрела на девушку. - Взгляните вон туда.

Она вытянула руку, указывая куда-то вдаль, и Ида сделала шаг вперед - не возле собеседницы, а чуть дальше. Но едва она оказалась у края, как сильный порыв ветра кулаком толкнул ее в спину - и перила подломились.

- Нет!!! - это закричала не девушка.

Ида не успела даже вскрикнуть - лишь широко распахнуть глаза, а вот Кей, не думая, с криком вихрем бросился к ней и даже успел схватить ее за руку - только чтобы, ощутив толчок ветра, полететь вниз следом.

Прекрасная ритханка невозмутимо отошла от края пропасти и оглянулась. Других свидетелей поблизости нет. Впрочем, она и не толкала никого - руками, а прочее никто не докажет. Что до перил, то кто знает, почему именно в этом месте они оказались так ненадежны? Этого тоже никто здесь уже не узнает. Несчастный случай. Бывает.

От брака в Лаймиене действительно можно было освободиться только при одном условии. Очень простом: смерти одного из супругов.

“Коооооооооот!!!”

Ида понятия не имела, способен ли Котангенс услышать ее на таком расстоянии и достаточно ли зов будет силен, чтобы дракон смог по нему преодолеть барьер загона. А если и услышит - успеет ли? Сумеет ли найти ее по нему? Да, Кот может пронзать пространство, но для этого ему нужно знать точку выхода, а она сейчас летит в бездну.

У ритхов дальность и сила зова зависела от крепости связи. Большинство ритхов могли “позвать” сквозь барьер, только находясь рядом с ним. Но ее связь с Котом другой структуры, и они с куратором только недавно приступили к экспериментам по определению дальности мысленного зова. В любом случае, сейчас ей ничего другого не оставалось, и она мысленно “вопила во всю глотку”, не чувствуя никакого отклика.

Остров - сужающаяся книзу глыба земли и камня - проносился мимо. Кое-где торчали древесные корни, но дотянуться до них никак не удавалось. Ида чувствовала только как стискивает ее ладонь рука Кея.

Одежда облепила тело, уши закладывало, а дышать с каждым вдохом становилось все труднее из-за хлещущего ветра.

Давным-давно Зина Летова мечтала прыгнуть с парашютом. И когда она смотрела ролики с записями прыжков, то понимала, что на самом деле самый безумный страх - и одновременно самый невероятный восторг должен быть в те самые первые секунды свободного полета, до того, как парашют раскроется, когда ты просто летишь с фантастической высоты, раскинув руки и ноги. И она всегда думала, что решится только на парный прыжок - чтобы в эти мгновения было кому вцепиться в руку. И еще думала, что если прыгать вместе с близким человеком, то это может быть самым потрясающим и романтичным моментом в их жизни. Только Кирилл не хотел прыгать с ней.

Сейчас она летела именно так - держась за руку. С парнем, который... да плевать, из -за магии или нет, но сейчас он ощущался как самый близкий на свете - роднее и желаннее некуда. С тем, кто оказался готов прыгнуть за ней в пропасть.

Вот только у них не было парашюта.

Ида никогда не боялась высоты и так любила летать - но сейчас она летела с многокилометровой высоты к океану, полному чудовищ. Впрочем, до чудовищ им обоим, скорее всего, не будет дела - они разобьются от удара о воду.

Дура, ну какая же она дура! Наивная и доверчивая, так ничему жизнь и не научила. Так и не смогла поверить, что кто-то может вот так всерьез, по-настоящему желать ей зла. Да что там - смерти! Она предполагала, что мать Айсена задумала какую -то гадость, и даже готовилась к этому. Но ей действительно попросту не приходило в голову, что кажущаяся внешне нормальной женщина может планировать и даже осуществить убийство. И что она, Ида, может стать жертвой. Опять.

“Виктимность. Это называется виктимность”, - как-то отстраненно вспомнила она прочитанное когда -то.

Ох, какая теперь разница, как это называется! Ладно - сама, но Кей! Парень погибнет просто потому что не мог не попытаться ее спасти. Его смерть тоже будет на ее совести. Он тоже поплатится за ее доверчивость.

Ее резко дернуло за руку вверх, едва не вывернув сустав. Ида запрокинула голову, чтобы увидеть и осознать: они больше не падают. Кею удалось -таки схватиться свободной левой рукой за один из торчащих из глыбы острова толстых древесных корней.

Наверное, будь Кей супергероем из какого-нибудь земного комикса или фильма, он бы с легкостью сейчас закинул Иду повыше, посадил себе на закорки и вскарабкался, как паук, наверх, по пути зубами сорвав для нее где-нибудь цветочек. Там, в расщелинах, мелькало что-то синее - наверняка там нашлись бы горные колокольчики.

Увы, Кей был самым обычным парнем - даже не магом. Безусловно, сильным, здоровым и тренированным - других в академии к старшим курсам не было. Но просто человеком. И удерживать вес двух тел на одной руке для него уже было не так -то просто - не могло быть и речи о самой возможности поднять Иду выше. Девушка видела, как стиснуты его зубы, как покраснело лицо и побелели пальцы, стиснутые на корне - к счастью, не скользком и достаточно прочном.

А еще она понимала очень простую вещь. Вытащить ее он не сможет, это ясно. А вот если он сейчас отпустит ее - то сможет ухватиться за корень и освободившейся правой рукой, а там и подтянуться. Он действительно сильный тренированный парень. И при некоторой удаче, вполне возможно, сумеет в итоге вскарабкаться наверх. Только один. Что ж - одна смерть лучше, чем две, не так ли? По крайней мере хотя бы этого не будет на ее совести.

Несколько мгновений понадобилось, чтобы осознать все это и все для себя решить. И еще одно - чтобы решиться. И Ида попыталась разжать руку.

Вот только пальцы Кея на ее ладони стиснулись лишь сильнее.

- Отпусти! - она и сама не поняла, крикнула это просительно или повелительно. Просто она видела, что долго Кей так не выдержит. Что его пальцы вот-вот разожмутся сами от болезненного напряжения.

- Даже не думай, - спокойно ответил он и разжал наконец руку.

Левую.

Шанса зацепиться больше не будет - дальше основание острова сужалось.

И снова свободный полет вдвоем и хлещущий ветер - только на этот раз Кей почти сразу дернул ее к себе и крепко обхватил обеими руками за талию.

- Не отпущу, - выдохнул он ей уже в ухо.

Да плевать в конце концов на все, поняла вдруг Ида. Настоящее, не настоящее, магия, привязка... сейчас это - настоящее. Это - есть. И еще они оба сейчас умрут. Рано или поздно этот полет закончится, и их обоих больше никогда не будет. Наверное, их души снова родятся где-то, когда-то - теперь она точно знает, что так оно и бывает. В одном мире или в разных? Хорошо бы в одном. Они все равно не вспомнят друг друга. Не будет больше Иды и Кея. Будут какие-то мальчик и девочка, а потом какие-то мужчина и женщина. И кто знает - может быть, однажды они встретятся и влюбятся друг в друга. Между ними не будет ее проклятых прожитых лет и стены, что она выстроила вокруг себя. Не будет дочери Первого рода и мальчишки из бедного квартала. Будут только они двое. И они уже ровесники, потому что умрут в один миг.

Не давая себе больше времени на сомнения - его и без того слишком мало! - она обвила Кея руками и ногами, вжалась всем телом так, будто хотела сплавиться с ним, и впилась губами в его губы. Почувствовала, как кольнуло что -то в запястье, где была брачная татуировка, но не обратила внимания - не до того. Было так невыносимо хорошо, так. правильно.

Парень замер лишь на долю мгновения - а затем с жаром ответил на поцелуй.

Ветер продолжал хлестать и выть, но это уже не имело никакого значения. Двое летели в объятия общей смерти и неистово, жадно, исступленно целовались - в первый и последний раз.

Но как же отчаянно хотелось жить - именно сейчас!

“КОТ///”

А потом что-то снова резко дернуло их вверх - и стиснуло так, что показалось, будто полет уже завершился, и они упали прямиком в пасть какому -то чудовищу.

Ида, наконец оторвавшись от губ Кея, ошарашенно посмотрела сначала на него - так же недоуменно вытаращившего глаза - затем оглянулась - и рассмеялась от счастья. Потому что все было хорошо.

Хотя океан действительно был уже прямо под ними. До поверхности воды оставалась, пожалуй, какая-то сотня метров. Если бы они не задержались, повисев несколько минут на корне, за который зацепился Кей, и выиграв тем самым время, спасти их никто бы уже не успел.

Кот все еще не был взрослым драконом - и держать сразу двоих людей в передних лапах для него было не так-то просто. Дело не в весе - на спине двоих людей он носил с легкостью, но лапы у него были, откровенно говоря, коротковаты и кривоваты. Но он старался как мог. Поймать их себе на спину, да так, чтобы никто не разбился от удара или не сломал ему крыло, было практически нереально - пришлось ловить лапами. Свое возмущение он, конечно, немедленно транслировал Иде прямо в голову.

- А ты бы как хотел? - пропыхтела она.

Кот с готовностью “показал” ей картинку, в которой он несет Иду под мышкой, а Кея, ловко подбросив в воздух, ловит за шкирку зубами и тащит дальше примерно так же, как его самого носила когда-то мать.

- Нет уж, справишься как есть, - буркнула Ида. Было ощущение, что ребра сейчас треснут, и остро хотелось попросить дракона чуть поменьше стискивать их с Кеем, но она понимала, что тогда один из них, а то и оба, могут попросту выскользнуть из его “объятий”. Похоже, потом они будут покрыты синяками с ног до головы... но главное - у них будет это “потом”.

Дракон, чуть покачиваясь в воздухе, широко, размеренно взмахивал крыльями, поднимаясь вверх. И остров снова проплывал перед ними. Теперь снизу вверх.

- Эх, а колокольчик мне никто не добыл, - хихикнула Ида, уткнувшись в шею Кею.

- Колокольчик? - он непонимающе уставился ей в макушку, и девушка неопределенно пожала плечами - конечно, насколько возможно вообще пожимать плечами в положении, когда ты изначально сжат со всех сторон.

- Да так. люблю колокольчики.

В запястье, стиснутом между драконьей лапой и спиной Кея, снова что -то кольнуло, и Ида подергала руку, пытаясь ее высвободить.

Чтобы непонимающе уставиться на медный браслет с рыжим камушком на месте брачной татуировки. Кажется, один из “усиков” в креплении камушка отогнулся - он -то и царапал

руку.

Похоже, она все рассчитала правильно. И для того, чтобы разорвать “нерасторжимый” брак, оказалось достаточно даже не измены - а одного страстного поцелуя. Или одного полета в бездну, если держаться за руку с тем, кто в эту минуту очень дорог. Или мысли о том, что готова умереть с ним. Или - что готова с ним жить.

Значит... и привязки к Кею больше нет?

Ида прислушалась к себе. Да. многое изменилось. В ней больше нет этой безумной, всепоглощающей и отнимающей волю тяги к нему. Есть - нежность, благодарность, теплота. Она вспомнила безумный поцелуй в свободном полете и как -то остро осознала, что все еще тесно прижата к Кею всем телом. Ой. нет, это лучше вспоминать в более спокойной обстановке - когда проклятые гормоны придут в норму.

Сейчас у нее есть более насущные дела - например, разобраться наконец раз и навсегда с семейством Леган. К которому она, слава всем богам, больше не имеет отношения.

Кей тоже разглядывал ее руку.

- Так ты больше не.

- Ага, - Ида тихонько засмеялась, уткнувшись парню в плечо. - А знаешь, развод по-лаймиенски куда зажигательнее свадьбы.

Глава тридцать четвертая

- Ну вы готовы наконец? - Сирш, стукнув в дверь для проформы, тут же сунул нос в комнату.

- Нет! - рявкнула Ада, не оборачиваясь от зеркала.

- Ну сколько можно?! - заныл ритх.

- Сирш, - Ида подняла голову от книги и заговорила самым проникновенным голосом, на какой была способна. - Ты сопровождаешь на выпускной бал самых знаменитых студенток академии. Будь достоин этой чести. И терпелив.

- Эй, - возмутился он, - а ничего, что я вроде как принц?

- Ничего, - царственно кивнула Ида, - мы верим в тебя.

Фыркнув, Сирш наконец ушел, закрыв за собой дверь, а Ида повернулась к сестре и совсем другим тоном спросила:

- А правда - ну сколько можно?

- Сколько нужно, - буркнула Ада, старательно накручивая локон на греющую палочку. Прическу она сооружала уже второй час, и почему она отказалась от услуг парикмахерш, которых можно было пригласить прямо к себе, Ида постичь не могла. Но ее сестра была уверена, что сделает все куда лучше. Что до нее самой, Ида собрала волосы в пучок и тоже выпустила несколько прядей - но накручивать их не стала, полагая, что природной волнистости вполне достаточно.

Ада же творила сложную прическу собственного изобретения - с убранными наверх прядями по бокам, накрученными локонами возле лица и, наоборот, искусственно выпрямленными волосами сзади. Как объяснила она сама - “Шобы быть красивей всех и волосы до жопы!”

Последнее, конечно, все же было художественным преувеличением. Хотя со времен исторической стрижки, положившей начало новой моде в Виссарии, волосы обеих девушек изрядно отросли - Ада не только старательно отращивала собственную косу, но и не позволяла больше стричься сестре. А вот тиссе Тория, оценившая удобство нового образа, так и ходила с тех пор с по-мальчишески короткими волосами. И, кстати, неизменно привлекала массу внимания - и собирала море комплиментов.

Ничего, совсем скоро сестры разъедутся, и никто не помешает Иде снова постричься покороче, Аде придется потом с этим смириться... почему -то думать об этом совсем не хотелось. Они столько лет были постоянно вместе и поддерживали друг друга! Кажется, Ида уже и забыла, каково это - быть одной и рассчитывать только на себя. Конечно, у нее все равно всегда будут родные, которые примчатся по первому зову и помогут в любой ситуации, как было все эти годы, но.

В этом году она особенно остро ощущала, насколько важны и ценны те, кто рядом с ней и кто никогда не предаст. Потому что на одного друга рядом стало меньше. Нет, он, конечно, был, и оставался ее другом - просто закончил академию и уехал с Тего. Так что весь этот год они виделись только на каникулах - да и то не на каждых. Лишь когда Кею удавалось вырваться в отпуск.

После того полета и поцелуя над пропастью, благодаря которому Ида избавилась от навязанного брака, оба дружно и старательно делали вид, что ничего особенного тогда не произошло. А что, в конце концов, случилось? Ида была под действием привязки. А еще был ужас, шок, ожидание смерти... разве удивительно, что в такой ситуации они оба поддались эмоциям?

Они по-прежнему работали над общими проектами, и Кей вел себя в точности так же, как обычно, ничем не давая понять, что помнит об их общем порыве.

Можно было бы подумать, что все это ей приснилось - такой безумный странный сон. Каких только игр не позволяет себе порой подсознание! Или что Кей предпочитает сам не вспоминать событий того дня.

Если бы не одна деталь: букетики колокольчиков, которые с того дня Ида находила по утрам заткнутыми за косяк своей двери. Каждый день, в любое время года - настоящих холодов здесь не бывало, и большинство цветов цвели почти непрерывно. Где он их добывал - она не знала. Горные колокольчики росли на Тего, но только в расщелинах скал и под обрывами у окраин острова. Они никогда об этом не говорили - свежий букетик просто ждал ее каждое утро.

А потом Кей закончил академию и уехал. Задолго до выпуска его буквально завалили предложениями о работе. В сущности, он мог никуда не торопиться - вертолеты по их патенту уже были запущены в производство на одном из авиационных заводов, и личные счета Иды и Кея теперь позволяли не бояться будущего. Но парень хотел поскорее набраться опыта, чтобы со временем открыть собственное конструкторское бюро - так что весь этот год он работал за троих. Они обменивались дружескими письмами, рассказывая каждый о своих делах и проектах, делились идеями, спрашивали друг у друга совета... И в душе Иды с каждым днем росло ощущение, будто она лишилась чего -то важного.

Хотя, казалось бы, о чем ей жалеть? У нее все спланировано. Она уже подала документы в Университет магтехнологий на отделение артефакторики, и мастер Мирос горячо приветствовал ее решение. Так что ближайшие три года ее жизни пройдут снова за учебниками. А потом. может быть, она тоже решится открыть свою маленькую мастерскую. Или будет помогать матери. Впрочем, у хорошего артефактора всегда найдется масса вариантов.

И это не говоря уже о ее общественной работе и драконозащитной деятельности. В последние годы на драконьем факультете она порой начинала сомневаться, кто она здесь -студентка или преподаватель.

Потому что каждый драконий пилот мечтал о драконе, способном пронзать пространство. И после впечатляющей демонстрации Кирена и полученного лично от короля разрешения они массово начали разрывать привязки. Некоторые из драконов улетели навсегда - и у Иды прибавилось врагов. Впрочем, ее это уже не смущало и не удивляло.

Но было немало и тех, что пожелали остаться. И Ида теперь нередко ассистировала декану Легану на его занятиях или давала советы оставшимся студентам, среди которых вдруг стала пользоваться небывалым авторитетом. Теперь те, кому удалось -таки по-настоящему подружиться со своими драконами, гордились знакомством с Идой Виленто.

После долгих консультаций, двухсторонних переговоров на высшем уровне и нескольких визитов Иды в сопровождении отца и ройса Кирена Легана к обоим королям договоренности были достигнуты. Люди теперь тоже могли приобрести кого-то из детенышей драконов, вылупившихся в неволе - при условии, что дракон и его человек выберут друг друга оба. А еще, по настоянию Иды - что человек обеспечит детенышу возможность продолжать видеться с матерью -драконицей. Так что в скором времени на драконьем факультете могли появиться и студенты-люди.

Словом, сделано было немало, а предстояло еще больше.

Правда, первая ее встреча с королем Лаймиены Его Величеством Тиреном оказалась не из веселых - как и вторая. Потому что состоялись они во время судебных процессов по делам Айсена и Ализанны Леган. Иде не хотелось туда идти - но ей необходимо было убедиться, что эти двое больше не появятся в ее жизни.

Поскольку воздействие и попытка убийства наследницы человеческого Первого рода стоили королю ритхов серьезного охлаждения отношений с Виссарией, из-за которого ему пришлось пойти на серьезные экономические уступки, никакого снисхождения проявлено не было. По итогам процессов Айсен Леган и его мать были лишены дворянского звания и сосланы на дальние рудники на одном из островов в океане: Айсен на десять лет,

Ализанна - на пятнадцать. Впрочем, даже после отбытия наказания они никогда уже не смогут вернуться к своей прежней жизни.

- Может, и тебе подкрутим? Немножко, на кончиках?

Выпускной в Облачной академии - важный день для каждого из студентов, и Ада наверняка была не единственной, кто долгие часы крутился у зеркала. Впрочем, ей в числе прочего еще и было ради кого выглядеть особенно впечатляюще в этот вечер.

- Не надо, - Ида мотнула головой. - А ты сегодня решила сразить декана Кирена окончательно?

- А то! Шоб сразу осознал, шо я вот-вот уеду, и он такой прекрасной меня лишится, если прям вот щас не начнет мне срочно в любви признаваться, паразит. Шоб, значит, аж в обморок упал от такой красотищщи! И на колени шваркнулся и как давай в любви признаваться. И на руках меня нес.

- Не вставая с колен? - Ида попыталась представить.

- Ну!

- В обмороке.

- А то! И кольцо еще шоб, знаешь, с вооот таким брильянтом! И рассказывал о моей неземной красоте. Ну там еще шоб сразу миллион роз и вот это вот все. А, и свечи вокруг! И закат! Шоб романтика так романтика!

- Свечи с закатом тоже одновременно?

- Салюты еще можно.

- Все с тобой ясно, - рассмеялась Ида, вообразив, как обморочный декан сомнамбулически ползет на коленях с Адой на руках на фоне заката с салютами.

И почти сразу чуть погрустнела.

- А мне вот никакой романтики не хочется уже. Розы все эти, комплименты... наелась я этого. Хочется просто знать точно, что меня уважают, ценят мое мнение, что никогда не станут пытаться меня переделать, любят такой, как есть. А все эти красивые ухаживания...

- Ну так не все же, кто красиво ухаживает, обязательно мерзавцы, - рассудительно произнесла Ада, берясь за следующий локон. - То тебе не повезло просто.

- Угу. Триггер у меня, - книг по психологии она и впрямь в свое время прочла немало.

- Шо?

- Неважно.

- Охо-хо. а у меня вот вообще той романтики в жизни не было - считай, ни в той, ни в этой. Потому и хочется.

- Как это? Ты же была замужем там?

- Ну была, - Ада дернула себя за прядь и зашипела. - Не, Васька-то мой, он неплохой мужик был, и жили мы с ним хорошо, а вот... знаешь, как он мне предложение делал?

- Как?

- Слухай, говорит, Зин, у меня тут батя порося зарезал, так и шо мясу пропадать? Давай свадьбу сыграем! Ну и сыграли.

- Да ладно! - Ида вытаращила глаза и неуверенно улыбнулась. - Шутишь?

- Ха! Знаешь, сколько мяса с того порося? Как раз всю улицу накормить хватило. А самогон - то уж моя мамка ставила. Хорошая свадьба вышла, вся улица и упилась. Говорю ж - нормально мы жили. Просто. ну, я ж теперь не Зинка Баглюк, а знатная тиссе. Образованная даже, не хуже других всяких. Значит, можно и меня теперь на руках шоб носили, как прынцессу какую.

- Знаешь, - Ида отложила книгу, - я думаю, что ты и раньше была достойна того, чтобы тебя носили на руках. И ничуть не была хуже прочих. Просто.

- Угу, - буркнула Ада. - Просто.

*

- Готова? - полчаса спустя Ада бросила последний взгляд в зеркало и направилась к двери.

- Пока ты прихорашивалась, можно было успеть не только приготовиться, но и выспаться, - вздохнула Ида и, отложив книгу, тоже встала со своего места.

Ада распахнула дверь - и остановилась, оглянувшись с таинственной улыбкой.

- Тут тебе приветик.

- Что? - Ида тоже подошла к двери, и ее сестра кивнула на букетик колокольчиков, заткнутый за косяк. - Кей приехал?!

- А я тебе говорила, давай и тебе приличную прическу накрутим! - еще шире ухмыльнулась Ада.

- Что? Я вовсе не. - Ида осознала, что дергает себя за локон, и тут же убрала руки за спину.

Но на зеркало все-таки оглянулась, пока ставила букетик в маленькую хрустальную вазу, купленную больше года назад - специально для колокольчиков.

- Может, все-таки самые кончики? - искушающе спросила Ада.

- А теперь-то готовы? - Сирш, снова едва стукнув в дверь, сунулся в комнату.

- Нет! - хором рявкнули на него на этот раз обе Виленто.

Кирен Леган вел уже бывшую студентку в медленном кьельсе и на этот раз, как полагается в соответствии с правилами хорошего тона, умело поддерживал светскую беседу, прежде всего осыпав очаровательную партнершу изысканными комплиментами. Однако девушка только хмуро кивала, мрачнея все больше.

А когда кьельс завершился, и пара вышла подышать свежим воздухом на балкон, студентка, бросив взгляд в небо, приняла наконец решение брать быка за рога. Потому что бык - сам дурак недогадливый, рассудила она. И без того уже сколько времени потеряно! Вон, даже солнце уже опустилось ниже края Тего, и небо стремительно темнеет. Эдак никакой романтики не дождешься!

- Пора, - решительно сообщила Ада.

- Что пора? - с интересом посмотрел на нее Кирен.

- В обморок падать пора.

- Да? А мне... эм... ловить? - в глазах декана заплясали смешинки.

- Не. Вам падать, - нет, ну какие эти мужики все-таки недогадливые!

- О. А это обязательно?

- Однозначно! - с жаром заверила девушка.

- А зачем?

- Так шоб в любви признаваться!

- Хм. но я бы предпочел в такой момент оставаться в сознании!

- А шо делать! - Ада развела руками. - Не мы такие, жизнь такая!

- Но почему?!

- Потому шо я романтики хочу! - она даже притопнула ногой, сложив руки на груди, а Кирен слегка отвернулся, пытаясь удержать неумолимо расползающуюся по лицу улыбку.

- Послушайте, - он вдруг резко решил сменить тему. - А вы не хотели бы немного прогуляться? Откровенно говоря, меня несколько утомил весь этот праздничный шум.

- Похищать будете? - деловито и с легким предвкушением полюбопытствовала Ада.

- Как вы могли подумать! К тому же я успел убедиться, что тот несчастный, которому взбредет в голову безумная мысль вас похитить, плохо заканчивает.

- А, - махнула рукой Ада. - Чепуха. В похищении же главное - шо?

- Что?

Заранее спросить у девушки, против она чи не против!

- А вы не против?

- Если только аккуратно. И ненадолго!

- Тогда, - Кирен усмехнулся, - я, пожалуй, позволю себе ненадолго и чрезвычайно аккуратно похитить прекраснейшую девушку с этого бала... раз уж она больше не студентка.

*

Балконов из бального зала выходило много, и немало пар выбирались туда подышать свежим воздухом. На балконах целовались, объяснялись в любви, дружески болтали, хохотали, обнимались на прощание и ссорились.

Но двое, стоявшие на этом балконе, на влюбленную пару не походили. Они стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга и оба смотрели вдаль - к горизонту.

Конечно, встреча была бурной и радостной. Но если Ада без всяких сомнений с визгом кинулась на шею старому другу, то Ида, широко улыбаясь, остановилась в шаге от него. С того самого дня, когда они вместе упали в пропасть, между ними всегда было расстояние не меньше шага. Как будто преодолеть этот шаг означало признать слишком многое.

- Это же дракон твоего декана? - Кей указал рукой в небо. Несмотря на стремительно сгущающуюся темноту, опознать Лирела было несложно - взрослых драконов на острове было не так уж много, и все они заметно отличались по цвету.

- Да, похоже. - Ида присмотрелась и, различив силуэты двух человек на спине крылатого зверя, тихонько засмеялась, - кажется, Ада выпросила свой закат. Кстати, она все-таки пойдет учиться дальше, я говорила? Уже подала документы на отделение журналистики в Виссарийскую общую академию. Только учиться будет заочно, у нее уже несколько предложений о работе от крупных изданий. Наделала она тогда шуму своей газетой, многие оценили.

- Переедет в столицу?

- Пока не решила. Хотя она может поселиться где угодно, где бы ни работала. Уж портал-то к месту работы мы с Котом ей обеспечим. Вообще сейчас идут переговоры о создании сети портальных связей между небесными и океанскими островами. Порталы больше не будут монополией ритхов. Конечно, есть определенные сложности, не все проколы пространства удается стабилизировать до полноценных порталов, не везде вообще можно их создать, к тому же драконы пронзают пространство только в полете, так что все они на высоте. Но люди ведь могут поступать как ритхи - строить высокие здания с учетом расположения порталов. Или летать через порталы на самолетах.

- Да, я слышал об этом проекте.

Двое немного помолчали.

А ты?

- Я же рассказывала, я собираюсь...

- На артефакторику, я помню. Но у меня есть к тебе предложение. Собственно, поэтому я и приехал. На самом деле я уже уволился с работы. Я собираюсь открывать конструкторское бюро. Денег на это у меня уже вполне хватает. Даже все документы уже подготовлены. И, знаешь, мне понадобится толковый артефактор.

- Я ведь пока не артефактор, - усмехнулась Ида, не глядя на него. - И не смогу им называться еще три года.

- Ничего, - Кей пожал плечами. - Ты сможешь пока называться моим партнером. И тоже учиться заочно. Мы ведь всегда отлично срабатывались.

- Да, я помню. Я подумаю.

И снова молчание повисло между ними. Удивительно: раньше Иде всегда было комфортно молчать именно с ним, и она очень ценила это. Но с некоторых пор в тишине между ними всегда слишком чувствовалась недосказанность. Впрочем, она точно знала, с каких пор. Наверное, стоит все же задать этот вопрос.

- Кей. тогда, когда Ализанна толкнула нас. Я была тогда под действием магии . но ты-то нет.

- Я нет, - ответил сухо, отвернувшись и будто ничуть не удивившись смене темы. Как будто именно эту тему они никогда и не переставали обсуждать.

- Почему ты все-таки хотел снять с меня эту привязку? Ты ведь все еще был влюблен в меня. Даже если бы не удалось расторгнуть мой брак с Айсеном Леганом, можно было бы попробовать признать его недействительным по виссарийским законам. А привязка. осталась бы. Но ты все-таки помогал мне в поисках. И вдобавок именно тогда старался держаться от меня подальше. Почему?

- А разве это не очевидно? - Он развернулся и впервые посмотрел ей прямо в глаза.

*

Закат действительно был. Стоило Лирелу спуститься ниже острова Тего, как стало заметно светлее, а небо вокруг раскрасилось самыми яркими красками.

Лирел, у которого были на этот вечер совершенно другие планы, включавшие встречу с симпатичной дикой драконицей, был явно недоволен, что выражалось в особо тряском полете. Впрочем, кое в чем он просчитался: Ада, не раз летавшая с сестрой на юном Котангенсе, полагала такой вихляющий неровный полет нормой, и только Кирен стискивал зубы и мысленно посылал проклятия на голову своего дракона. Девушку же в этот момент куда больше заботило, на что именно будет похоже ее восхитительное нежно-кремовое бальное платье после такой романтики с элементами экстрима. Так что ругались оба наездника сквозь зубы вполне слаженно.

Приземлились они, дважды пронзив пространство, на незнакомом Аде острове - у самого обрыва, под которым плескался океан. И почти к самому обрыву подступали деревья в

белоснежной пене цветов. То ли на этом острове еще не закончилась весна (куда же они прилетели?!), то ли именно эти деревья цвели в начале лета.

Спешившись, Кирен подхватил даму на руки и спустил и ее - сразу поставив на землю, но задержав в своих объятиях чуть дольше необходимого.

Ада торжествовала. Ага! На руках ее таки поносили! Ну, маловато будет, но ничего. Можно сказать, выполнено.

Тем временем ее спутник отвязал от спины дракона увесистый тюк и спустил и его.

Дракон сразу попятился подальше.

- Я предлагаю устроить небольшой пикник, - объявил ритх, встряхивая... слегка заляпанную скатерть. После этого он небрежно бросил рядом со скатертью покрывало, на котором вполне можно было с комфортом усесться вдвоем - даже с учетом бального платья.

- Шо, вам таки на выпускном поесть не удалось? - подозрительно поинтересовалась Ада, плюхаясь, тем не менее, на покрывало.

- Мне - да, а вам - нет, - на диво проницательно возразил декан драконьего факультета. Ада не задерживалась возле фуршетных столов, без конца танцуя то с одним, то с другим партнером. Отбоя от кавалеров у нее не было, так что перекусить и впрямь удавалось разве что на бегу.

Ритх между тем невозмутимо раскладывал на скатерти тарелки со слегка помятыми тарталетками, салфетки с крохотными бутербродиками со съехавшей начинкой и прочие закуски. Некоторые оказались в полете взбиты до полной неузнаваемости, так что, взглянув на них, Кирен поспешно прятал их обратно в корзину, воровато посматривая на девушку.

- Вы разграбили фуршет?!

- Не разграбил, а немного отложил! - оскорбленно возразил ритх. - И у меня были серьезные причины. То есть причина. Она смотрела на меня голодными глазами, пока танцевала медленный кьельс.

- У меня не голодные глаза!

- Разве? Возможно, мне показалось. Угощайтесь!

Впрочем, радушное предложение несколько запоздало, поскольку Ада уже жадно впилась зубами в ближайший (и наименее помятый) бутерброд.

Кирен тем временем, не спеша к ней присоединяться, продолжал извлекать что-то из своего багажа. А затем неторопливо обошел вокруг поляны, время от времени наклоняясь и втыкая что-то в землю. И только когда он снова направился к месту импровизированного пикника, Ада осознала, что вокруг начали неторопливо разгораться огоньки.

- Свечи, боюсь, быстро погасли бы на ветру, да и ставить их среди деревьев неважная идея. - извиняющимся тоном начал Кирен, кивая на “солнечные” фонарики вокруг.

- Идка! - прошипела девушка. - Шо, таки сдала меня, паразитка?

- Я лишь попросил ее о небольшой консультации, - Кирен прижал руку к груди, критически посмотрел под ноги и, печально вздохнув, опустился на одно колено - прямо в траву.

Ада тоже посмотрела в траву - довольно влажную, кстати, сама она на нее садиться точно не стала бы. Ну... пожалуй, за такое можно и простить “предательство” сестры.

Только бы бутерброд еще прожевать, и будет романтика. А его, как назло, полный рот.

- Тиссе Ада, - начал ритх, и Ада зажевала энергичнее, - теперь, когда вы не являетесь студенткой академии, где я преподаю, я могу наконец выразить вам свое искреннее и безмерное восхищение. Признаться, мне не доводилось встречать девушки, похожей на Вас.

Ада все-таки с усилием проглотила кусок бутерброда и икнула, но Кирен невозмутимо продолжал, сохраняя абсолютную серьезность на лице.

- Я никогда не знаю, чего от Вас ожидать, и, пожалуй, это мне нравится в Вас больше всего. Вы изумляете меня каждое мгновение, в каждую нашу встречу. И я бы хотел, чтобы Вы продолжали изумлять меня - столько, сколько отмерят нам боги. Я не осмелился просить у Вашего отца Вашей руки, не получив Вашего согласия. Могу ли я надеяться, что Вы не будете против разделить со мной жизнь?

С этими словами ритх извлек откуда -то из складок своей одежды маленькую коробочку -и на мгновение Аде показалось, что там окажется браслет-цепочка. Но в коробочке на черном бархате лежало кольцо - золотое, с крупным бриллиантом.

Вроде бы все как надо. хотя стоп!

- Эй, а как же в любви признаться? Ну там вот шобы вот люблю аж нимагу, хочу аж топочу, а? А?!

Кирен моргнул и послушно повторил:

- Люблю аж не могу.

- Ладно, - милостиво кивнула Ада. - Так и быть! Сойдет. Тока ты имей в виду: я по этим вашим традициям замуж не буду выходить. Я по-людски хочу.

- Я уже понял, - усмехнулся Кирен, - как нельзя обращаться с девушками из рода Виленто, - Ада чуть выдвинула по-бульдожьи нижнюю челюсть, и он тут же поправился,

- то есть с человеческими девушками. - челюсть выдвинулась еще дальше, - то есть вообще с девушками!

- То-то же! - Ада наставительно подняла палец, - имей в виду, я в газете собираюсь работать! Я вас научу емансипации и феминизьму! И да - если у нас будет дочка или там внучка, так ты имей в виду, это будет моя девочка и я ее в обиду не дам! Как человек учиться будет! А то ишь - стервей ростят! Не то никакого тебе согласия! И с родственниками твоими я жить не желаю!

- Мы составим брачный контракт, - тяжко вздохнул Кирен.

- Ладно, - буркнула Ада, только-только вошедшая в раж.

- Это “да”?

- Ну да.

- Мне можно уже вставать с колена?

- Та какая тебе уже разница -то? - девушка пожала плечами. - Все одно штаны намокли.

- У меня нога затекла, - пожаловался ритх и с кряхтением поднялся. - Кстати, солнце уже почти село, но мы все еще можем успеть к фейерверку в академии.

- Вот так сразу? - разочарованно протянула Ада, но, тем не менее, поднялась. - А тут еще бутербродики...

- Хозяйственная ты моя! - умилился Кирен и серьезно добавил, - но можно не сразу. -У нас тут есть не только бутербродики, но и тарталетки. И еще одно очень важное дело.

Почти такое же важное, как бутербродики.

- Какое?

- Видишь ли, - он приблизился к девушке и наклонился близко -близко, чтобы закончить фразу прямо ей в губы, - я все еще не поцеловал свою невесту.

Эпилог

Огромный, великолепный бронзовый дракон приземлился рядом с крохотным домом -замком, из которого горохом высыпали еще более крохотные человечки. Человечки немедленно запрыгали, выражая свой восторг перед великолепным драконом. Присмотревшись, можно было обнаружить у каждого в руках по здоровенной миндальной печеньке - тайной слабости великолепного бронзового дракона.

Ида моргнула, прогоняя мыслеобраз.

- Ну конечно, ты теперь очень, очень большой и все будут страшно рады тебя видеть. да, я попрошу кухарку испечь печенье!

Великолепный бронзовый дракон чуть прибавил скорость и вскоре действительно приземлился рядом с домом-замком - правда, вполне нормального размера.

Кот за последние годы действительно изрядно вырос, и Иде уже не раз приходилось менять седло, приспосабливаясь к его новым размерам. Но, конечно, вряд ли он когда -нибудь станет таких размеров, как в своем воображении. К счастью.

Люди действительно высыпали из дверей - Иду здесь ждали, и к ее приезду дом наполнился гостями. Еще бы! Наследница рода в придачу к двум высшим образованиям получила ученую степень, подтвердив тем самым, что высокий род Виленто не только рождает сильнейших магов, но и по праву входит в Совет Первых родов, фактически управляющий государством. Поскольку старшая дочь рода вышла замуж за ритха и вошла в семью мужа, именно Иде предстояло однажды продолжить род Виленто, а когда -нибудь и занять место своего отца в Совете. И никто не усомнился бы, что она этого достойна.

А еще это был просто семейный праздник, потому что давно отсутствовавшая дочь наконец приехала в родительский дом. Так что всех “случайных” визитеров и светских сплетников очень вежливо гнали в шею. Не говоря уже о журналистах. Кроме, разумеется, одной - той, что сама носила двойную фамилию, включавшую в себя “Виленто”.

Спустившись со спины дракона, Ида радостно оглядела родные лица. Тория и Тристобаль, дядя Джемайя, Ада под руку с Киреном, и даже постаревшая верная Крита вместе с другими слугами. Девушка радостно обнялась со всеми по очереди - включая Кирена, хоть и чувствовала себя при этом до сих пор неловко, все -таки он был ее преподавателем. Ада каждый раз подшучивала по этому поводу.

- А...

- Сирш и Риз обещали приехать в гости завтра, - затараторила Ада, - Ксерс тоже будет, а насчет Мии я не уверена. И Кей сказал, что постарается вырваться.

- Понятно, - Ида счастливо улыбнулась и обернулась к своему дракону, оглядывавшему присутствующих с растущим разочарованием. - Мам, а в доме есть миндальное печенье?

*

Как в старые добрые времена, сестры сидели вечером в комнате Иды и болтали обо всем на свете.

- А литредактор и корректор устраивают против меня заговоры и плетут интриги, -рассказывала Ада. - Они меня ненавидят!

- Интриги - против тебя?! И они еще живы? - изумилась Ида.

- Ну. - ее сестра скромно потупилась и ответила не без сожаления, - кто-то же должен вычитывать полосы.

Корреспондента Аду Виленто Леган ненавидели люто и искренне все редакторы и корректоры, которым доводилось вычитывать ее тексты. Законченный -таки журфак ничуть ситуацию не исправил. И в то же время корреспондент Ада Виленто Леган была абсолютно незаменима. Во-первых, она обладала незаурядным чутьем на любого рода сенсации, была способна разговорить просто кого угодно и умела добывать нужную информацию буквально из -под земли. А во-вторых, попробуй-ка найди другого корреспондента-пилота на личном вертолете, способного оказываться в гуще событий едва ли не раньше, чем эти события случатся!

- Кстати, Айсен передавал тебе привет, - как бы между прочим сообщила она.

- Кто?!

- Ну, я тут на днях писала большой репортаж о пенитенциарной системе Лаймиены, общалась с каторжниками. Ну ладно, приветов он не передавал, только злобно зыркал. Кстати, ты знала, шо ритхи умеют замыкать свою магию? Оказывается, главное наказание для любого преступника - замкнутая магия. С рудников -то потом отпустят, а магия-то тю-тю... Ему с матушкой ее навсегда замкнули, представляешь! А кирка, кстати, ему даже идет... Кирен, правда, почему-то страшно ругался, когда узнал, куда я летала. А я шо? Я ж даже на последнее извержение вулкана не летала! Прям вот от сердца тему оторвала, какой-то бездарь репортаж делал. Я ж теперь страсть какая осторожная и вообще не нервничаю! Я только с каторжниками немножко пообщалась и задала им вот буквально несколько вопросов.

- Бедные каторжники! - рассмеялась Ида, наблюдая, как сестра неосознанно поглаживает живот.

- В этот раз точно девочка будет, - уверенно заявила Ада, проследив за ее взглядом. -Ну а шо я, не в первый раз, я-то знаю!

Первым у Ады и Кирена родился сын. Сейчас двухлетний Итан крепко спал в комнате напротив. Нянька хотела забрать его на ночь к себе, но малыш уснул в родительской спальне, и Кирен, который почел за лучшее не влезать в женские разговоры, решил не тревожить его сон.

Со стороны окна что-то стукнуло, и Ада, сидевшая ближе, шустро, несмотря на потяжелевшую фигуру, подскочила и в два шага подошла к окну.

- Что там?

- М. птица, кажется. Слушай, я пойду, пожалуй, - заторопилась вдруг она. - Кирен, наверное, совсем заскучал. Завтра все приедут - уж отметим так отметим твою степень, ученая ты наша!

- Спокойной ночи, - улыбнулась Ида.

Стоило Аде уйти, как шорох повторился, и Ида подошла к балконной двери. За стеклом было темно, так что разглядеть что-то из светлой комнаты оказалось практически невозможно. Впрочем, комнату в любом случае хотелось проветрить перед сном. Так что Ида распахнула балконную дверь - и рассмеялась, поймав едва не упавший ей под ноги букетик колокольчиков, который оказался, как всегда, заткнут за косяк.

- Кей!

Отлепившийся от стены молодой мужчина деланно -тяжко вздохнул.

- Ну вот. Я рассчитывал скрыться незамеченным и спокойно выспаться, а теперь придется выражать свою радость от встречи.

- Дурак! - впрочем, Ида ничуть не обманулась его словами. - Через Адину комнату прошел?

Балкон в верхнем этаже опоясывал “девичью” башню, так что попасть из одной комнаты в другую через него труда не составляло.

- Все-то ты знаешь. Я надеялся рассказать, как карабкался по стене, рискуя жизнью... ройс Кирен не возражал, Итана не разбудили.

- Ясно. как же я рада тебя видеть!

- Ты не представляешь, как я рад...

Ида улыбнулась - на этот раз неуверенно. А Кей вдруг одним движением преодолел разделявший их шаг и без малейших сомнений прижал девушку к себе.

- Я соскучился, - сообщил он в макушку замершей Иде. - И, знаешь, я подумал, что нам пора наконец снова поговорить. Помнишь, когда -то давным-давно я признавался тебе в любви в коридоре этого дома?

Еще бы ей не помнить!

Кей ослабил объятия, и Ида тут же отступила, отвернувшись к перилам и вцепившись в них обеими руками.

- Больше всего я боялся тогда, что ты сочтешь меня одним из тех, кто охотится за именем твоего рода. Ну конечно, это ведь была бы небывалая карьера для мальчишки-сироты из бедного квартала вроде меня. Высокое имя, покровительство знатного рода.

А ведь он сильно изменился с тех пор, осознала вдруг Ида. Он давным-давно не мальчишка. Когда же он стал таким?

- Больше не боишься? - через силу усмехнулась она.

- А разве есть чего? - ответил он вопросом на вопрос.

- Пожалуй, нет, - задумчиво ответила Ида. В самом деле, сейчас перед ней стоял мужчина - сильный, умный, талантливый, уверенный в себе и в своем будущем. Его конструкторское бюро процветало, а недавний проект большого пассажирского самолета наделал немало шума в профессиональных кругах.

Имя тэра Кея Терро давным-давно немало значило само по себе. И если бы теперь к нему добавилось имя рода жены - неважно какое, к собственной славе Кея это уже ничего бы не убавило и не прибавило. И охотником за приданым его бы точно теперь никто не счел -его проекты и патенты приносили достаточно, чтобы не думать о деньгах.

- И. что теперь?

- Теперь, - пожал он плечами, встав за ее спиной и устремив взгляд в небо, - я хочу снова задать тебе один вопрос.

- Я ведь.

- Я помню.

Кей смотрел на девушку, которую любил много лет, и думал о том, повезло ему или нет. Если бы она не помнила своей прошлой жизни. хотя какая, в сущности разница? Наверное, если бы она не помнила, это была бы уже не она. Нас создают все те беды и радости, что нам довелось пережить. Наша память. А ему нужна была именно она - такая, какая она есть. Значит, ему несомненно повезло ее встретить.

Он в самом деле очень хорошо помнил все ее рассказы, в которых демонстративно обращал внимание не на ее жизнь, а на технологии другого мира. Он помнил, что в том странном мире люди живут по 80-90 лет в лучшем случае, и 20 лет - почти непреодолимая разница в возрасте.

Виссарийцы жили в среднем по 200 лет, и разница в 20 лет в любую сторону - даже если бы это была реальная, прожитая в этой жизни и в этом теле разница - здесь вряд ли бы кого-то особенно смутила.

Но не ее. Он помнил.

- .. .Знаешь, иногда мне кажется, что на самом деле это я намного старше тебя, - он положил ладонь на ее плечо. И Ида не отстранилась. - Потому что ты - маленькая девочка, которую однажды очень сильно обидели. И тогда она закрыла свое сердце на сорок замков, чтобы больше никто и никогда не смог поступить с ней так. Ты пронесла эти сорок замков через две смерти и две жизни. Ты ни на минуту не позволяла себе открыться до конца - даже здесь, спустя годы. Я знаю, что ты никому не позволишь взломать их. Все эти годы ты стоишь на страже и ждешь, чтобы дать отпор тому, кто попытается это сделать.

Он опустил вторую руку на плечо девушки.

- Поэтому я - не стану пытаться. Я просто хочу, чтобы ты знала. Я люблю тебя и всегда любил. Такую, какая ты есть. Сложная, замкнутая, увлекающаяся, болезненно воспринимающая всякую несправедливость. Доверчивая до наивности и одновременно не доверяющая никому. Любая. Такая, какой ты захочешь быть. И я буду продолжать любить, даже если мы никогда не будем вместе. Я готов ждать тебя еще десять лет - или столько, сколько тебе будет нужно. Если ты захочешь видеть меня только своим другом, партнером, напарником - хорошо. Просто знай: неважно, сколько еще пройдет лет. Неважно, кто будет с тобой. Если я стану тебе нужен - просто скажи об этом. Если не стану. Я просто буду рядом. Всегда. Знаешь, я уверен, что смогу прожить и без тебя. Как жил все эти годы. И ты - уж ты-то наверняка сможешь и без меня, и вообще без кого -либо. Мы сможем. Но я практически уверен, что вместе нам будет лучше. Давай попробуем?

Некоторое время Ида продолжала смотреть вперед, не отвечая.

- Ты однажды мне объяснил, что под действием привязки - это была не я, и такой страсти тебе было не надо, - произнесла она наконец. - Потому что тебе была нужна настоящая я... Помнишь тот день, когда мы упали в пропасть?

- Мне было бы сложно забыть, - усмехнулся Кей.

Ида развернулась и оказалась с ним лицом к лицу.

- Я тогда поцеловала тебя, - произнесла она, будто пробуя эти слова на вкус, и неотрывно глядя ему в глаза. - И сразу почувствовала, как царапает руку браслет. В первую же секунду. Это значит, что привязка была уже снята. Сразу. Это значит, что дальше - это была уже я. Настоящая я.

- Значит. - он чуть наклонился, и его глаза оказались еще ближе.

- Значит, я ужасная трусиха.

Я знаю.

- Но я же все равно тебе нужна такой? Тогда я готова... попробовать. Знаешь, мне кажется, нет, я почти уверена, что я тоже тебя люблю. Может быть, даже давно. Я так думаю.

- Трусиха, - усмехнулся Кей, привлекая ее к себе.

Второй поцелуй оказался ничуть не хуже первого. Даже, пожалуй, лучше, учитывая, что никто не готовился умирать.

Однако прервал его все тот же дракон, который, не выдержав забвения и пренебрежения к своим тонким чувствам, обиженно взревел под балконом.

- Кажется, ему все-таки забыли принести печенья, - озабоченно произнесла хозяйка бронзового чудовища, оторвавшись от своего увлекательного занятия и выглянув вниз. -

А, нет, принесли. но мало!

Абсолютно счастливый в эту минуту минуту мужчина за ее спиной рассмеялся и обнял ее за плечи.

Набрав в легкие побольше воздуха, Ида наконец решилась и обернулась снова.

- Кей Терро, ты согласен войти в род Виленто и стать моим мужем?

- Еще бы, - третий поцелуй оказался совсем кратким, поскольку непрекращающийся рев под балконом грозил перебудить весь дом. - Я люблю тебя. Любую.

- И я тебя, - не задумываясь на этот раз, ответила Ида. - Давай поищем для него печенье?

Конец

Content

Филимонова Наталья У нас под крылом – солнце

Филимонова Наталья У нас под крылом – солнце  Пролог

Глава первая. На пороге

Глава вторая. Близнецы

Глава третья. Наследницы рода Виленто

Глава четвертая. Пикник с драконами

Глава пятая. Айсен Леган

Глава шестая. Четырнадцать лет назад

Глава седьмая. О сложностях размножения магов и воспитания драконов

Глава восьмая. Ветер у нас в крови

Глава девятая. Тяжело в ученье

Глава десятая. Слова произнесенные и несказанные

Глава одиннадцатая. Эффектное прибытие

Глава двенадцатая. Поставьте здесь коробочку

Глава тринадцатая. Комната на шестом

Глава четырнадцатая. Не все ритхи одинаково полезны

Глава пятнадцатая. Теория всего на свете

Глава шестнадцатая. Методы проверенные и альтернативные

Глава семнадцатая. Авгиевы драконюшни

Глава восемнадцатая. Нам нужен ритх на опыты

Глава девятнадцатая. Здравствуйте, я ваш куратор

Глава двадцатая. Магия ритхов

Глава двадцать первая. Артефакторика

Глава двадцать вторая. Страшная месть

Глава двадцать третья. Чего только не услышишь в библиотеке

Глава двадцать четвертая. Скандалы, интриги

Глава двадцать пятая. Вынос мозга в индивидуальном порядке

Глава двадцать шестая. Это плохая идея

Глава двадцать седьмая. Бал середины года

Глава двадцать восьмая. Некавказская пленница

Глава двадцать девятая. Старые раны

Глава тридцатая. По обычаю Лаймиены

Глава тридцать первая. Поспорить с богами

Глава тридцать вторая. От винта!

Глава тридцать третья. Развод по-лаймиенски

Глава тридцать четвертая

Эпилог

Конец