Gokudo Yakudzaki

Gaikokujin

P.S. Все персонажи и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми или событиями являются случайными

Глава 1

Арата

Случайная встреча, которая изменит всё

– Надо же, как транспорт подорожал, – я протянул водителю купюру стоимостью 1000 йен.

– Вам один билет? – Его голос был хриплый, словно он болел ангиной.

Напротив меня стояла молодая женщина с ребёнком, по всей вероятности, он школьник.

– Три, – улыбнулся я.

Мужчина дал мне три билетика и мелочь, я оторвал два и протянул их женщине.

– Спасибо, господин, – она хотела поклониться.

– Не стоит, я такого не заслужил. Считайте, что вам повезло, – я ушёл назад.

Мое приключение по Токио только началось, я плохо разбираюсь в общественном транспорте, тем более автобусы. Я проехал свою остановку, и сделал три круга. Мой телефон разредился, я не мог позвонить или включить карту местности. В итоге, я оказался слишком далеко от своего дома. В мою голову закралась мысль о том, что я не смогу самостоятельно найти свой дом, а идти в полицию, мне не хотелось. Как назло был конец июня, солнце сжигало меня, я не мог раздеться, ведь под пиджаком ничего не было. Не в том смысле, я не мог снять пиджак из-за ирэдзуми. Ко мне сразу подойдут полицейские и начнут допрос, мне придётся сбегать или придумывать отмазки.

Пот стекал с моего лба, всё лицо покрылось этой липкой жидкостью.

Прошло около двадцати минут, я пришёл на то же самое место, с которого начал поиски. Из-за жары в воздухе летал запах асфальта.

Мне удалось поймать такси, но у меня не было наличных денег, я оставил кошелёк в машине, которая осталась в автосервисе.

Сжав мелочь в руке, я упал посередине улицы. Люди шли, не обращая никакого внимания на меня. Они перешагивали мои руки, именно сейчас, я понял, что теряю сознание.

Очнувшись от резкой боли, открыв глаза, я сел на корточки. Какой-то велосипедист проехался по моей кисти.

"Хорошо, что не сломал" – подумал я.

Посидев в такой позе, пять минут, до меня дошло. Никто не хотел подходить ко мне, потому что люди видели мои татуировки на руках. Из-за того, что пиджак задрался стали видны ирэдзуми по бокам. Тяжело вздохнув, я поднялся, купив в автомате бутылку воды, я выпил всё до последней капли. На вторую мне не хватило.

Блуждая по центру, дорогу к метро мне объяснил пожилой мужчина, он одолжил мне свою карточку, там осталось три поездки. Мужчина рассказал, как мне добраться до моего дома, я поблагодарил его. Я пошёл в сторону метро, но мне показалось, что нужно отблагодарить его. Обернувшись, мужчины уже не было.

Я запомнил название магазина, где он был.

Вагон был пустым, я занял своё место и внимательно смотрел на карточку, хотелось найти хотя – бы что-то об этом добром человеке.

Осталась одна остановка, и мне нужно было выйти. Напротив меня, возле дверей сидела девушка, она читала газету. На ней было чёрное платье, выше колена и чёрные босоножки, на высоком каблуке. Она сложила газету, и положила её в свою аккуратную белую сумочку, на металлической цепочки, через голову. Я так увлечённо смотрел на её худые пальцы, что не заметил лица. Когда прозвучал голос водителя, я словно очнулся. Она начала вставать, именно тогда я посмотрел на её лицо.

– Лэйко..? – прошептал я. – Стой!

Я резко вскочил с места и хотел взять девушку за руку, но она ловко исчезала в потоке трёх мужчин, которые заходили в вагон. Я побежал за ней, она убегала от меня, её каблуки стучали по плитке.

Оказавшись на улице, я потерял её. Осмотрев всё вокруг себя, я не заметил Лэйко.

"Может быть, мне показалось? Нет! Я уверен, что это была она. Только у неё такие большие и чёрные глаза, которые я не забуду никогда. Куда же она так быстро убежала? Еще и на шпильке, странно. Она ничего не обронила. О чём я вообще думаю!? Стоп!" – Я потёр руками глаза, по улице шли девушки, они отличались от Лэйко, у них был другой стиль, да и вообще, у них всё было другое, не такое, как у неё.

"Ошибиться я не мог, я знаю эту девочку с рождения, мы ходили в одну школу, всё детство провели вместе. Это точно была она!"

Именно эта "случайная встреча" изменила всё, с сегодняшнего дня.

*****

Наши дома стояли рядом друг с другом, забор давно упал, его никто не хотел восстанавливать. Я рос с отцом, Лэйко – тоже. Мы не ходили в детский сад, наблюдали друг за другом из-за забора (который раньше был новый). Никто из нас не решался поговорить первым. По началу, я думал, чтот у этой девочки нет языка, когда она видела меня, то убегала домой. Поэтому, я подглядывал за ней.

Первый разговор с Лэйко получился странно.

Мне было восемь лет, я шёл из магазина с рисовыми булочками. Решив сократить путь, через чьи-то сараи, я увидел её. Девочка старательно избивала подушку, которая была привязана к дереву.

Я встал в ступор, и наблюдал.

– Не бей так! Нужно так, – я показал движение, которому меня научил отец.

После этой фразы, я немного испугался, потому что, она могла опять убежать.

– Иди куда шёл, а то я тебя на место этой подушки подвешу, – девочка сжала кулаки.

– Прости, я решил сократить путь, поэтому…

– Замолчи! И хватит за мной подглядывать. Ты ведёшь себя, как плохой мальчик.

– Прости, – от стыда, я покраснел. – В каком ты классе? – Мне удалось сменить тему.

– Первый. А ты?

– Тоже.

– Пошли, я знаю короткий и красивый путь, – она улыбнулась.

Я посмотрел на её лицо, на нём были

большие глаза, они так красиво смотрелись на её лице.

– Ты часто тут бываешь? – Я потёр нос.

– Часто. А ты?

– Первый раз.

Через несколько минут, мы вышли на луг, он был весь в одуванчиках.

– Красота, – я приоткрыл рот.

– Ночью, здесь видны звезды. Приходи сюда в девять.

– Конечно, – я кивнул.

– Как тебя зовут? – Девочка внимательно посмотрела на мой пакет.

– Наканэ Хидэки. А тебя?

– Не скажу, – она показала мне язык, и побежала вперёд.

– Постой, – я погнался за ней.

Летние каникулы закончились, наши классы объединили, теперь, я знал, как зовут эту "загадочную" девочку. Кацура Мацуба.

– Что это за созвездие? – Мацу показала пальцем на небо.

– Это Большая Медведица, – я положил руки за голову.

– Ты врёшь! Сам не знаешь, только придумываешь.

– Я не вру, посмотри в книге по астрономии.

– У меня глаза болят от учебников.

– Завтра уже переводной экзамен в седьмой класс. Ты совсем не готовилась?

– Я спишу у тебя.

– Так нельзя, как ты собираешься жить дальше?

– Не знаю. И ты тоже – не знаешь. Мы закончим десять классов и пойдём работать на завод.

– Разве, ты не хотела поступить в вуз?

– Очнись! У моего отца нет денег. У твоего – тоже. Понял?!

Мы лежали в тишине, но потом Мацу начала смеяться.

– Что такое? – Я посмотрел на неё.

– Отец всегда говорит мне: "Учись жить самостоятельно, в чужой семье тебя никто не будет жалеть!"

– Почему в чужой?

– Не знаю.

– И что ты делаешь для этого?

– Обслуживаю себя сама. Стираю, готовлю, учу уроки.

– Мацу, приходи жить ко мне. Мой отец спокойный человек, он будет любить тебя, как меня.

– Ещё чего! Я не хочу быть домработницей у двух мужчин, мне своего отца хватает!

– Мой отец не будет заставлять тебя работать, в нашей семье, каждый всё делает сам.

– Семья? Ты издеваешься?! Знаешь, что

такое семья? Это мама, папа и двое детей.

– А ты? Ты знаешь?

– Нет, – я посмотрел на Мацу, в её глазах был тот самый огонёк, который загорался, когда эта девчонка спорила, доказывая своё.

С Мацу у нас было много общего, мы оба росли в неполных семьях. У всех были братья и сестры, а мы – одни. В школе нас все унижали. Мы были старше всех в классе, потому что пошли в школу с восьми лет. Учителя тоже обращались с нами, как с подкидышами.

Мы сдружились, как оказалось, Мацу хорошая и общительная девочка.

Я говорил с акцентом на своём родном языке, поэтому меня прозвали "Гайдзин" это сокращение слова "Гайкокудзин" переводящееся как

«иностранец», либо как «человек извне». Я чистокровный японец, но почему у меня акцент, этого никто не мог объяснить. Единственная, кто принимал меня настоящего это Мацу. Ей было всё равно, она не обращала на это никакого внимания, периодически сама говорила с акцентом, чтобы поддержать меня.

Мы много разговаривали по дороге домой. Она любила читать, я частенько помогал ей с тяжёлыми сумками из библиотеки. Её отличие от других девочек было в том, что Мацу вела себя, как мальчик. Иногда её фразы пугали меня, но я знал, что она шутит. Её всегда притягивали опасные штуки, не важно: работа, вид спорта или что-то ещё, она смелая и решительная. Мацу не давались точные науки, но у неё была фантастическая память на историю и иностранный язык. За год она самостоятельно научилась переводить все тексты в учебнике. Мне наоборот нравилась физика и математика. Не смотря на то, что она одевалась, как мальчик, её движения были утончённые и плавные, как у настоящей женщины из благородной семьи. На запястье у Мацу была родинка, не знаю почему, но когда она делала какие нибудь движения этой рукой, то это заставляло меня смотреть на неё с таким любопытством, что иногда Мацу одёргивала меня.

Мой отец хотел открыть свой магазин и занял денег у "Якудза", ничем хорошим это не закончилось. Вечером в наш дом пришли три мужчины, они забрали отца, а затем – меня. Именно так я стал якудза.

*****

Мои воспоминания прервал короткий звонок. Я поставил бокал с вином на стол и подошёл к двери.

– Здравствуй, я проходила мимо и решила зайти к тебе. Ты ужинал?

– Здравствуй. Я даже не завтракал.

Сакура поставила на пол бумажный пакет и сняла с себя джинсовую куртку.

– Что ты делаешь, если у тебя нет времени на еду? Чем так был занят весь день?

– Я потерялся.

– Потерялся? Арата, ты шутишь?!

– Нет.

– Опять пил? Зачем? Что-то случилось? Почему не звонил?

– Телефон разредился. Домой пришёл, забыл про него.

– Твоей машины нет на стоянке, где она?

– В автосервисе. С кем остался Юки?

– Он спит.

– Ты оставила его одного?

– Нет.

– Сакура, не стоит навещать меня ежедневно.

– Ты для меня больше, чем друг семьи.

Она разбирала продукты на кухне.

– Я забыл кошелёк в машине, завтра всё верну.

– Мне ничего от тебя не нужно.

– Я не могу сидеть на шее у женщины, тем более у тебя есть ребёнок.

– Ты знаешь, мой покойный муж доверял тебе, он хотел, чтобы ты остался со мной и защищал.

– Сакура, я делаю всё, что в моих силах, пожалуйста, не ходи ко мне. Если нужно, я приеду к тебе сам.

– Хорошо.

Я увидел на её лице грусть.

– Прости, если обидел. Сегодня не очень хороший день.

– Я могу приготовить тебе ужин?

– Конечно, если это не трудно. Только при одном условии.

– Каком? – Сакура посмотрела на меня.

– Мы съедим его вместе, – я взял её за руку.

Сакура готовила вкусно, из обычного омлета, она делала шедевр.

У каждого человека есть талант, нет беспригодных людей, каждому найдётся дело по душе. Не каждая работа должна приносить деньги. Удовольствие – вот что по – настоящему дарит больше удовольствия, чем деньги. Я не так часто привожу примеры, но тут стоит это сделать.

Человек пишет чью-то курсовую работу, он не спит, не есть. А всё ради денег.

Другое дело, когда ты сел за стол и напечатал собственную статью, отправил её в редакцию, и ждёшь выпуск газеты, в которой увидишь свои строчки. Разве это не счастье? Разве вы не получили от этого удовольствие?

Не обязательно писать для газет, можно делать записи в личный блокнот, а потом прочесть, и вспомнить все те ощущения, которые охватывали тебя за написанием этого текста.

Я согласен с высказыванием "Творчество должно приносить доход". Но какой? Деньги? Или же удовлетворение для души? Если тебе платят, то ты не творишь, а работаешь.

Это разные вещи, их не стоит путать. Работа – это одно. Творчество – совсем иное.

Каждый из нас немного актёр, учёный,

режиссёр, певец или писатель.

В душе мы можем раскрыть любой талант, но на работе мы – рабочие.

Умейте работать и творить, тогда у вас всё будет хорошо.

– Арата, тебе нравится салат?

– Да, вкусный.

– Кажется, соли мало.

– Всё прекрасно, – я положил в рот две оливки.

– Тебе, правда, нравится моя еда?

– Конечно.

– Я могу приготовить для тебя завтрак?

– Тебе нужно отдохнуть.

– Да, это точно, – Сакура взяла в руки тарелку.

– Я сам помою, – я взял ее за руку. – Такси приедет, через 5 минут. Отдохни. Передай "Привет" Юки.

– Да, хорошо, – она собрала волосы в хвостик.

Глава 2

Лэйко

Немного, не значит мало

С утра, я плохо прихожу в себя. У меня такое ощущение, что я не выспалась.

Окно в комнату было открыто, через жалюзи пробивались лучи яркого июньского солнца. В пепельнице были пять сигарет и серебряная зажигалка.

Я села на кровать, свесив ноги на пол.

– Ты куда?

Послышался хриплый голос Сэберо.

– Умыться надо.

– Мне тоже, – он протёр глаза. – Выспалась?

– Немного.

– Это уже хорошо. Не принимала снотворное?

– Только чай.

– Правильно. Что врач говорит?

– Всё нормально. Как обычно.

Сэберо выдавил голубую пасту на свою щётку, и принялся тщательно вычищать свои зубы. Я прополоскала рот солёной водой и умылась гелем.

– Он помогает?

Сэберо закончил свои процедуры.

– Да, кожа мягче стала.

– Она сохнет из-за недосыпания.

– Возможно, – я протёрла лицо бумажными полотенцами.

– Что на завтрак? – Он сел за стол.

– Яйца и кофе, – я открыла ящик, где лежали капсулы для кофемашины. – Нет, только яйца, – я поставила сковороду на плиту.

– Жара продержится до августа, – Сэберо отложил телефон.

– Надо будет найти лёгкую одежду, – я открыла коробку, в ней были два яйца.

– Мода меняется, что тебе мешает купить новые платья? – он подошёл ко мне сзади. – Или ты хочешь что-то другое?

– Сегодня, после работы, пройдусь по магазинам.

– Можешь не работать, я сделаю это за тебя. Сегодня твой выходной, – он обнял меня.

– Сделаем разгрузочный день, – я положила голову ему на плечо.

– Завтрака не будет?

– Нет.

– Я, тогда, переоденусь.

Сэберо ушёл в спальню. Я выкинула коробку с яйцами в мусорное ведро.

Налив в стакан прохладной воды, я сделала три глотка.

– Поехали, – Сэберо поправил ремень на брюках.

– Не могу найти босоножки на шпильке, ты их не видел?

Я открыла шкаф и смотрела на свою

обувь, в надежде найти те самые босоножки.

– С застёжкой "Chanel"?

– Да.

– Они в спальне.

Я надела босоножки, возле зеркала в прихожей, я нанесла духи на запястье и шею.

– Твои движения отдельный вид искусства, – Сэберо смотрел на меня.

– Руки – визитная карточка девушки; Шея – это её паспорт; Грудь – загранпаспорт.

– Как всегда, ты права. Готова?

– Последний штрих, – я надела чёрные очки. – Как тебе?

– Я без ума от тебя, – он поцеловал мою руку.

Мы сели в автомибиль, Сэберо провёл рукой по моему плечу.

– Тебе не холодно?

– Всё в порядке.

– Ты надела его?! – он округлил свои глаза. – Это кольцо, я подарил тебе лет пять назад.

– Тебе нравится?

– Естественно, но почему ты сделала это сегодня?

– У меня просто хорошее настроение.

– Я буду чаще дарить тебе подарки, чтобы ты носила их.

– Перестань дарить кольца, я теряю их.

– Хорошо, я подарю тебе машину.

– Я куплю её сама.

– Ты уже выбрала модель?

– Разве это моя головная боль?

– Я тебя услышал.

– Уже скоро десять лет, как мы вместе. Где отметим?

– Без понятия, – я опустила стекло.

– Лэйко, за эти десять лет, я до сих пор не разлюбил тебя.

– Это прекрасно, – я посмотрела ему в глаза. – Сэберо, ты же знаешь, что твой отец против наших отношений.

– Я не нуждаюсь в его бизнесе, у меня своя компания.

– Но мы вместе принадлежим клану Такэ – кай.

– Ты свела эту татуировку, я сделал то же самое. Мы свободные люди, над нами нет оябуна. Не работай на моего отца, вложи свои акции в мою компанию.

– Я подумаю.

– Люди из Аса – мэ, предложили мне контракт. Как думаешь, мне стоит согласиться?

– Устрой мне встречу с Асано Мэзэо, я переговорю с ним об условиях контракта, они всё ещё наши соперники, нужно быть аккуратным.

– Аккуратным. Ты права, – Сэберо остановил машину.

– Не забывай, раньше твои отец дружил с Мэзэо, но что-то произошло. Если выяснить проблему, можно найти решение и прийти к общему согласию. Без войны и прочих проблем.

– Хорошо, я назначу вам встречу. Лэйко, пожалуйста, будь осторожна.

– Не беспокойся, – я поцеловала его в щёку.

– Тебя забрать?

– Нет, я доеду на метро.

– Дату и время встречи, скину смс – кой.

Я хлопнула дверью в автомобиль, надев очки, я зашла в магазин.

Потратив шесть часов на походы по всем бутикам, я нашла вещи, которые искала. Это был самый долгий поход по магазинам. Чтобы не бегать по городу с пакетами, я заказала доставку домой.

По пути в метро, я купила газету "Tokyo News".

Сев на своё место, я подняла очки и открыла газету. Я успела дочитать до объявлений о продажи автомобилей и прочих вещей.

Приближалась моя остановка, я сложила газету и встала с сиденья.

Мужчина, который сидел напротив, назвал моё имя, я выбежала в открытые двери. Мне не хотелось с ним разговаривать, более того, мне не хотелось, чтобы он смотрел на меня.

Я думала, что смогу слиться с толпой, и он потеряет меня, но мужчина продолжал преследовать меня.

Спрятавшись за кафе, я наблюдала за ним, через складное зеркало. Он смотрел по сторонам, его взгляд внимательно изучал всех, кто проходил рядом с ним.

Я поднималась к себе домой по лестнице, нервно перебирая два ключа в левой руке.

"Это был Хидэки. Но почему он назвал меня "Лэйко?" Он прекрасно знает, что моё настоящее имя Мацуба. Мы не виделись десять лет, за это время многое изменилось. Из беспомощных подростков, мы оба превратились в тех, кем не хотели стать. У него до сих пор татуировка Асатакэ – кай. (Так называлась группировка состоявшая из двух кланов, после смерти отца Мэзэо, он стал управлять его делами. Между двумя кланами произошла какая-то странная ситуация, после которой Асано Мэзэо отделился от клана Изэнэджи. До сих пор никому неизвестно, что же произошло. С тех пор существуют две отдельные группировки: Такэ – кай и Аса – мэ. Если раньше на эмблеме общего клана были два карпа, то после распада сменили рисунки. Каждой группировке досталось по одному чёрному карпу на эмблему) Он не стал сводить её, значит Хидэки до сих пор работает на Мэзэо Асано."

Открыв дверь в свою квартиру, и включив свет, я увидела мужчину в чёрном костюме и серой рубашке. Он сидел возле большого зеркала в прихожей.

У него было асимметричное и бледное лицо, оно не было похоже на физиономию бандита. Обычное интеллигентное лицо, довольно моложавое. Единственное, что придавало ему жизнь, это пухлые алые губы, рот был средних размеров.

Я беззвучно положила ключи на тумбу и сняла босоножки.

– Кацура Лэйко, я прав?

Его речь была чистой, словно он тренировал голос, чтобы назвать мои инициалы.

– Кто вы?!

– Инспектор Нисимура.

– Инспектор, – тихо повторила я.

Слегка отодвинув зеркало, которое висело над тумбой.

– Его там нет, – он достал мой пистолет, и положил на пол возле себя. – Вы же его искали?

– Что вам нужно? – Резко спросила я.

– Кацура – сан, сейчас такое время каждый за кем – то следит.

– Вы работаете на русских? – Я пристально смотрела в его глаза.

– Такое ощущение, что это вы инспектор, а я преступник.

– Не стоит обвинять невиновного.

– Полиция всегда связана с "Якудза".

– На что вы намекаете?

– Снова вопрос, – инспектор улыбнулся. – Вы хотели меня убить?

– С чего вы это взяли?

– Тогда, как вы объясните своё поведение минуту назад?

– Это допрос?

– Перестаньте.

– Убирайтесь.

– Что если, нет?

– Кто вас прислал?

– Сдавайтесь.

– Вон из моей квартиры!

– Я хотел, как лучше.

– Вон!

Он ушёл, я закрыла дверь и пошла на кухню.

После третьего бокала виски я приняла холодный душ и легла спать.

Выходя утром из дома, в моей двери была повестка в отделение полиции.

– Что это значит?!

Я кинула повестку на стол к дежурному.

– Девушка, успокойтесь.

– Зовите мне этого, – я потёрла лоб. – Накамуру или как его там.

– Возможно, вы имеете в виду Нисимура Нори?

– Да. Зовите, быстрее.

– Можно ваш паспорт?

– Держите.

– Кацура Лэйко, 27 лет. А вы случайно не..?

– Что-то не так?

К дежурному подошёл другой полицейский, с синим галстуком.

– Борёкудан теперь сами сдаются? – Усмехнулся он.

– Смешно? А мне нет! – Я выхватила свой паспорт у дежурного, и пошла на второй этаж.

– Стой! Вам туда нельзя! – Полицейский в синем галстуке схватил меня за плечо.

– В этом районе нет ни одного места, в которое мне нельзя зайти. Господин, уберите свою руку, вам запрещено трогать меня.

– Что за?!

– Одзаки, не стоит связываться с ней, – сказал дежурный.

– Но она…

– Ей можно, иди на место, – дежурный повысил голос.

– Извините, – Одзаки поклонился.

Я небрежно посмотрела на него, поправив лямку от топа, я поднялась наверх.

Без стука, я зашла в кабинет начальника.

– Почему ваши полицейские оставляют мне записки в двери?!

– Кацура – сан, это повестка, а не записка. И, здравствуйте.

– Мне плевать. Что вы от меня хотите?!

– Вы знаете, кто я?

– Не смейте мне угрожать, я вас уничтожу.

– Кихира Ясухиро, генеральный комиссар НПА.

– Хоть император Японии, мне никто не смеет угрожать.

– Вы так прекрасно выглядите, вы ни разу не были в тюрьме? Я могу устроить вам ходку на двадцать лет.

– Закройте свой рот! – Я откинула стул в сторону.

– Я здесь власть!

– Только попробуйте, вам такие сны будут сниться, что сами на тот свет проситься будете.

– Чем же я вас так разозлил, Кацура – сан?

– Зачем вы послали ко мне Нисимуру Нори?

– Присядьте.

– Нет!

В кабинет зашли двое высоких мужчин в форме. Они крепко сжали мои плечи и заставили сесть на стул.

– Выбирайте. Либо вы работаете на нас, либо вы уезжаете отсюда в морг. Что выбираете, Кацура – сан?

Мужчина сзади начал сжимать мои плечи. От такого давления, мне казалось, что моя ключица сломается.

– Что вам нужно? – Сквозь зубы сказал я.

– Собирать информацию у вашего оябуна и передавать всё господину Нори.

– Зачем?

– Это лишний вопрос.

– Почему вы выбрали меня?

– В нашем мире нужны сильные.

– Я подхожу вам?

– Да. Вам понятны условия?

– Так точно.

– Отпустите.

После его фразы, мужчина убрал руки с моих плеч.

– Что дальше? – Я посмотрела на комиссара.

– Ты часто бываешь в офисе и дома у оябуна. Он доверяет тебе больше, чем своему сыну. Ты много знаешь, твоя работа – быть нашей прослушкой.

– Вы хотите сделать меня своим диверсантом?

– Не лучшее сравнение, диверсант больше склонен к войне. Как насчёт синоби?

– Сколько лет, я должна работать на вас?

– Немного.

– Немного, не значит мало, – с этими

словами, я встала со стула, и направилась к выходу.

– Ты не можешь избавиться или избежать нас, у тебя это не получится.

– Мне жаль вашу жену, – я хлопнула дверью.

На лестнице, я нечаянно толкнула Нори, он рассыпал свои бумаги. Я посмотрела на него, инспектор упал на колени и начал собирать бумаги.

– Какой же ты жалкий, – я сжала кулаки.

– Кацура – сан? Что вы тут делаете?

– Ненавижу всех вас!

Я побежала вниз по лестнице, инспектор отбросил бумаги и хотел бежать за мной, но его остановил комиссар.

Добравшись до дома, я приняла душ и приготовила ужин. Мой желудок умирал от голода, но в то же время меня тошнило от любой пищи.

Входную дверь открыл Сэберо.

– Лэйко, я дома. Ты как? – Он повесил свою куртку на вешалку.

– Меня вызывали в полицию.

– Что?! Кто?!

– Какой-то комиссар НПА, – я закурила.

– Что он хотел от тебя?

– Чтобы я работала на него. Точнее на их компанию идиотов. Они начали угрожать мне, я согласилась. Но я тоже не дурочка с рынка. Сэберо, подключи своих ребят, они должны найти кто такой Кихира Ясухиро.

– Это был он?

– Он. Собери всю информацию об этом типе. Этот комиссар работает на других бандитов. Я думаю, что он сам бывший якудза или является, им по сей день.

– Мафиози в погонах?

– Кто угодно. Достань всю информацию

на этого человека. Узнай любую мелочь, даже группу его крови.

– Лэйко, они угрожали тебе?

– Какая разница. У меня такое ощущение, что я знаю этого человека, именно он втянул меня в этот мир.

– Что ты имеешь ввиду?

– Комиссар, это якудза в погонах. У него есть план по разрушению клана твоего отца. Возможно, он и является тем самым человеком, который хочет войны между Такэ – кай и Аса – мэ.

– Что если он работает на Аса – мэ?

– Нет. Такие, как он, действуют от себя.

– Я достану любую информацию для тебя.

– Сэберо, твой отец ничего не должен знать, точно так же, как оябун Аса – мэ.

– Ты хочешь всё узнать и вывести комиссара на чистую воду?

– Он заплатит за всё.

Глава 3

Арата

Взглянуть в глаза прошлому

Сменив скорость, я поехал к Сакуре.

Дверь открыл Юки.

– Мама, Арата приехал!

Я взял его на руки и разулся.

– Ты так рано, – Сакура вышла в фартуке.

– Что у нас на завтрак? – Спросил я.

– Омлет и салат. Будешь?

– Конечно, только надо руки помыть.

Опустив Юки на пол, я направился в ванную комнату.

– Мама, а Арата отвёдёт нас в парк?

– Спроси у него сам.

– А может быть в цирк? – Я достал три билета из кармана.

– Ура! Мама! Мы идём в цирк!

– Я не пойду, – Сакура сняла фартук и ушла в другую комнату.

– Ешь побольше, я уговорю маму, – я налил в стакан яблочный сок, и поставил рядом с тарелкой Юки.

Услышав мои шаги, Сакура повернулась.

– Что я опять делаю не так?!

– Тебя что-то беспокоит? – Я подошёл к ней.

– Если бы не Юки всё было бы по – другому.

– Как, "по – другому"?

– Мало того что у меня умер муж, так у меня ещё ребёнок.

– Что происходит?

– А ты не видишь?! Зачем приезжаешь сюда? Юки привязан к тебе, что если ты бросишь нас? Что будет тогда?

– Кто тебе это сказал?

– Никто, – она вытерла слёзы с лица.

– Зачем ты строишь планы, которые разрушают тебя?

– Тебе не понять мою боль.

– Возможно, но я пытаюсь делать то, что делал его отец и твой муж.

– Юки не тот ребёнок, которого я хотела.

– Перестань, не думай об этом, – я обнял её за плечи. – Ты счастлива, потому что у тебя есть такой прекрасный сын.

– Из-за него все несчастья.

– С чёго ты взяла?

– Если бы не он, всё было бы лучше.

– Но жизнь сложилась иначе, зачем ругать себя? Сходим в цирк, выпьем газировки, отвлечёмся от суеты.

– Это временно. Когда я приду домой, то начнётся всё заново.

– Заново?

– Я лягу спать в страхе, что завтра не проснусь. Иногда, эта мысль меня ободряет, я умру, и все мои мучения закончатся.

– А Юки?

– О нём позаботятся другие.

– Но никто не позаботится, как родная мать. Сакура, почему ты думаешь о смерти?

– Мне угрожают.

– Кто?

– Вот, – она протянула мне коробку.

– Откуда столько записок? Кто их пишет?

– Я не знаю. Мне больше не к кому обратиться.

– Я займусь этим. Пожалуйста, не волнуйся, пока я рядом тебя и Юки никто не тронет. Сегодня я пришлю своих ребят, они будут охранять тебя.

– Арата…

– Что?

– Ты изменился за вечер.

– Что ты имеешь ввиду?

– Ничего. Извини. Отвези Юки в садик.

– Хорошо.

– Мне нужно поехать в Осаку на два дня. Из садика его заберёт няня. У меня скоро самолёт.

Приоткрыв окно в машине, я завёл мотор.

– Мама не пойдёт с нами в цирк? – Юки держал в руке мягкую игрушку.

– У неё появились дела. Поэтому мы будем смотреть на клоунов одни.

– Она обиделась?

– Нет. Почему?

– Она каждый день говорит, что я ошибка, что это значит?

– Ошибка? – я постучал пальцами по рулю. – Такой зверёк, у него большие круглые глаза и он очень любит молоко.

– Как я?

– Совершенно так!

– Но мама говорит это со слезами на глазах. Когда ты уходишь, она плачет. Почему ты не живёшь с нами? Это из-за папы?

– Нет, не из-за папы. У меня такая работа.

– Мама говорит, что скоро умрёт.

– Она шутит. Мама хочет, чтобы ты был самостоятельным и сумел бороться с трудностями в одиночку.

– Я уже достаточно взрослый и очень смелый, как ты. Когда я вырасту, то буду таким же, как ты.

– Конечно, – я слегка улыбнулся.

Юки был успешно доставлен в детский сад, я поехал к себе в бар.

На светофоре загорелся красный, через дорогу перебегала девушка, в бежевом платье. Через три секунды, я узнал Лэйко. Внутри меня начало трясти. Я выбежал из машины и погнался за ней.

– Лэйко! Стой!

Девушка обернулась, это была она.

– Постой!

Я потерял её, снова. Вернувшись, мою машину забрали на штрафстоянку.

Достав телефон, я позвонил Кохэку.

– Как ты умудрился попасть в такую ситуацию?! – Удивился он.

– Это была она.

– Кто? Сакура?

– Лэйко.

– Кто это?

– Кохэку, ты можешь узнать, где она сейчас находится, где работает, замужем?

– Назови её полные инициалы.

– Кацура Лэйко. 1979 год рождения, 20 августа.

– Вы в один день родились?

– И в один год.

– А кто она?

– Мы с детства знаем друг друга. После того, как мой отец взял кредит у бандитов, просрочил проценты, то якудза пришли за мной и Лэйко. Такое имя ей дал оябун, её настоящее имя Мацуба. Оказалось, что отец Лэйко тоже занял крупную сумму у тех же бандитов. Мы оба оказались втянуты в мир преступлений.

– У тебя жизнь такая, что и позавидовать нечему.

– Я не видел её десять лет.

– Ты любишь её?

– Наверно.

– А Сакура?

– Я поддерживаю её, как могу. Я не обязан заменять ей мужа. Она свободная женщина и должна жить так, как хочет она. Сакура ещё найдёт своего мужчину.

*****

Когда нас привезли в это место, Лэйко крепко держалась за мою руку. Нам было по тринадцать лет.

До сих пор помню, как нам набивали эти татуировки, словно мы не люди, а животные.

Потом нас разделили, Лэйко забрали к другим девочкам, которые так же расплачивались за долги своих родителей.

Меня поселили к мальчикам. В комнате было пятнадцать человек. Ночью меня избили, я бы умер, но держался изо всех сил. Я знал, если я умру, то Лэйко тоже. Мне не хотелось подвергать её этому.

В этом лагере были дети от 7 до 23 лет.

Каждому находилась работа. Самое ужасное случалось с теми, кого увозили другие бандиты.

Это происходило так.

В лагерь приезжали богатые и влиятельные якудза, они выбирали себе работников. Начиная от самой унизительной работы, до помощников в свой клан. Но никто не знал, куда отвозили тех детей. Ходили слухи, что детей младше пятнадцати лет увозили на органы. Девочек постарше продавали в сексуальное рабство или другие дома. Некоторых забирали к себе и растили, как своих собственных детей, но это было редко.

Каждое третье воскресенье месяца, в лагерь приезжали гейши, они забирали умных и красивых девочек в свои школы. Считалось, если девочка попадёт туда, то станет образованной и получит уважение. К сожалению, у гейш были завышенные стандарты. Из ста девочек, забирали только десять.

Все дети посещали обязательные уроки, если оставалось свободное время, можно было ходить на спортивные секции, такие как – дзюдо, тхэквондо, каратэ.

Нас заставляли чистить обувь, одежду, мыть посуду, сауны, накрывать на стол.

В основном ребят заставляли делать тяжёлую работу. Ловить рыбу, я стоял по двенадцать часов в ледяной воде. Делал ящики, стулья и прочий инвентарь. Раскладывал уголь в мешки и грузил в машину. Заставляли разгружать ящики с оружием (каждый по 30-50 кг.) Когда стал постарше, меня обучали стрельбе из пистолета. Моё тело проверяли на выносливость.

Если кто-то уклонялся от работы, его избивали. В худшем случае могли застрелить или забить палками до смерти. Чтобы другим было страшно.

Я боялся за Лэйко, девочкам всегда было сложнее. Каждую ночь, я проверял, спит ли она на своём футоне.

Мы виделись с ней тайком, чтобы никто не знал об этом. Она говорила, как устала. Я внушал ей, что скоро всё закончится и мы, куда нибудь сбежим.

Однажды, был какой-то праздник, все якудза собрались в лагере, чтобы отпраздновать. Мы накрывали им столы, работали и обслуживали их. Нам было по семнадцать лет.

Я услышал крики в сауне, забежав туда, я увидел, как какой-то бандюган душил Лэйко. Он издевался над ней, потому что ему не понравилась её причёска. Я ударил этого мерзавца металлической палкой. У нас началась драка.

Со стороны это выглядело смешно.

Я – тощий парень, который знает только три приёма по дзюдо. И мужчина ростом в два раза больше и толще меня, у которого чёрный пояс по каратэ.

Я дрался, как мог, ничего плохого не случилось, нашу драку остановил Мэзэо Асано. Именно после этого случая, он начал присматриваться ко мне. Он приезжал ко мне и забирал с собой. Поначалу это выглядело странно, но со временем я привык. Мэзэо дал мне больше времени на тренировки, это сыграло большую роль в моей жизни. Он помог выплатить мой долг, чтобы я стал свободным.

Случайно, я подслушал разговор. Два мужчины обсуждали Лэйко. Они говорили, что она уже выплатила свой долг, но её заказал какой-то человек (я волновался и не смог запомнить его имя).

Я побежал к Лэйко, она уже всё знала.

На нашей утренней встречи с Мэзэо, я упал на колени.

– Мэзэо – сан, – я сжал кулаки.

– Арата, что случилось? Встань с колен, ты мужчина.

– Мэзэо – сан, прошу вас, пожалуйста, спасите Лэйко.

– Ты это из-за какой-то девчонки устроил?!

– Если вы ничего не сделаете, я убью этого человека.

– Подними на меня свои глаза. Плачешь? Мужчина плачет только тогда, когда по – настоящему влюблён. Она так много значит для тебя, что ты готов убить любого, кто посягнёт на неё?

– Да.

– У этого парня хватка истинного самурая, – он улыбнулся, и подал мне руку. – Обещаю, она не пострадает. Моё слово – закон.

Вечером, я пришёл на то самое место, где мы всегда встречались с Лэйко. Её там не было. Я стал переживать и думать о плохом. Но потом, она пришла и обняла меня. Я был так счастлив, как будто в этот момент меня посетили все самые лучшие качества, которые существуют на свете. И это был момент, который до сих пор заставляет моё сердце жить и надеяться, что у Лэйко всё хорошо.

После долгих объятий, я посмотрел в её глаза, и увидел то, что никогда никто не сможет развидеть в этих чёрных зрачках. Она улыбнулась, её розовые губы, и ямочки на щеках были чарующими и пленительными. Сколько бы я не смотрел на Лэйко, я не мог получить наслаждения.

Мне было мало её, она привязала меня к себе навсегда.

И вот, когда я увидел Лэйко снова, я не собирался останавливаться.

Её уставшее лицо было прекрасным. Особой чертой Лэйко было то, что она любила трогать указательным пальцем свою переносицу. Словно проверяла на месте она или нет.

Я помню её причёску, у неё был завязан небольшой хвостик на голове. Чёлка небрежно лежала на лице, но это и предавало Лэйко нечто обольстительный и невинный вид.

В ту ночь, я пообещал ей, что мы сбежим. Я купил два билета до Киото. Наша новая жизнь должна была начаться уже через два дня, но не всегда всё идёт так, как мы хотим.

*****

– Ты слышишь, что я говорю? Арата?

– А? Что?! Ты что-то говорил?

– Ты заснул?

– Немного.

– Понятно, – вздохнул Кохэку.

– О чём была речь?

– Да так.

– Скажи.

– Случай на Синдзюку, наших ребят опять прессанули.

– Из-за чего?

– Ребята из Такэ – кай. Устроили драку на пустом месте.

– Они всегда так.

– Вот именно.

– Куда мы едем?

– В офис к Мэзэо. Сегодня у тебя встреча с одним человеком из Такэ – кай.

– О чём он хочет поговорить?

– Мэзэо предложил контракт сыну Изэнэджи. А он послал какого-то левого человека. Мэзэо тоже не дурак, он не собирается разговаривать с третьим лицом.

– Поэтому, я должен поговорить с ним?

– Да.

– Неужели это так важно? Зачем заключать контракт с сыном Изэнэджи?

– Он хочет уйти из бизнеса отца. У него вполне хорошее образование, он знает к чему идёт.

– Женат?

– Нет.

– Ясно.

– Тебя только это интересует?

– Я просто спросил.

– Зачем?

– Кохэку, следи за дорогой.

– Конечно.

Мы приехали к офису, я вышел из машины, поднявшись по ступенькам, я приложил свой пропуск, двери открылись.

Встреча была назначена на пять вечера, на часах было только два часа дня.

Чтобы убить время, я решил перебрать все бумаги и немного поработать с отчётами. На это ушло меньше часа, поэтому, я снова занялся другим делом. В кабинете была небольшая библиотека. Я внимательно рассмотрел все книги.

Ко мне зашёл секретарь и положил на стол пять папок.

Выключив кондиционер, я открыл окно и закурил. Воздух был тёплый, поставив пепельницу на подоконник, я сделал глоток прохладной воды со льдом.

Вдалеке виделось скопление автомобилей на дороге.

"Все спешат домой, а мне не хочется

выходить из офиса".

Сам не понял, как оказался никому не нужен. Многие говорят: "Ты нужен самому себе. У тебя есть ты".

Нет. Это всё равно не то. Это "ты" – пустота, которая никогда – никогда не заполнится, пока не встретишь "того самого", кто сделает всё за других.

Сколько не думай, легче не станет. Я сам втянул себя в это одиночество. Нет ничего хуже, ощущать себя не полноценным в обществе и чувствовать печаль среди толпы. Поэтому я выбираю тихие места.

Выпустив дым из носа, ручка двери щёлкнула. Я потушил сигарету, прикрыв окно, я посмотрел на часы, а затем обернулся. От неожиданности, я выронил пепельницу. Передо мной стояла Лэйко, в том самом бежевом платье.

Глава 4

Лэйко

В этом не было смысла, но где-то он был

– Хидэки? – Я прижалась к двери.

– Мацуба, как я долго ждал, чтобы ты остановилась, и я смог посмотреть в твои глаза.

– Почему называл Лэйко?

– Не знаю, я…

– Мы жили в одном городе, ходили по одним и тем же улицам, но встретились только сейчас? Десять лет дышали одним воздухом, смотрели на одни и те же здания. Что это, Хидэки? Как это называется?

– Это называется – жизнь.

– Сделай всё возможное, чтобы этот контракт не был подписан.

– Что именно?

– Сэберо не должен этого делать.

– Почему?

– Я так решила!

– Ты решаешь за сына оябуна?

– Что-то не так?!

– Ты любишь его?

– Мы скоро поженимся.

– Не любишь…

– За десять лет ты так и не нашёл меня. Я не нужна тебе, я никому не нужна.

– Лэйко.

– Неужели, тебе отвратительно наше общее прошлое?

– Я хотел сказать, что…

– Твои слова не помогут.

– Ты всё та же маленькая девочка, которая многое не понимает и упрямится.

– А ты кто? Мужчина? Или мальчишка?

– С тобой я выбираю быть вторым вариантом.

– Передай "Привет" Кихаре Ясухиро.

*****

Они пришли в одиннадцать тридцать вечера, и забрали с собой отца. Я слышала глухой выстрел, тогда я поняла – отец больше не перешагнёт порог нашего дома. Они снова зашли и на этот раз забрали меня. Уходя из дома, я не знала – вернусь ли обратно. Наш пёс жалобно скулил и пытался сорваться с цепи. Ему было шесть лет, самый преданный, кто был в моей жизни.

Сглотнув слюну, я села в их автомобиль. Мой отец занял денег у этих бандитов. Пришло время расплачиваться, но у отца не было такой суммы.

Меня пересадили в другую машину, в ней был Хидэки. Когда я увидела его, то мне стало немного спокойнее, но страх всё равно присутствовал.

В лагере отработок нам набили татуировки. Два чёрных карпа, между большим и указательным пальцем.

Затем нам выдали форму и поселили каждого отдельно друг от друга.

В моей комнате было около пятнадцати девочек моего возраста.

Все в этом лагере отрабатывали долги своих родителей.

Чем ты становился старше, тем ты терял возможность "легально" сбежать из этого места.

В следующем месяце к нам пришли четыре гейши. Они выбирали себе девочку от 7 до 13 лет. Я тоже вошла в этот список. К этому дню нас заставили искупаться, сделать нормальные причёски и вести себя культурно.

На каждого ребёнка в лагере составлялся дневник, в нём было записано абсолютно всё. От группы крови до того в какой физической форме он находится.

Имя всем меняли сразу, документов, кроме этого дневника не было.

– Это она? – Спросила старая гейша.

– Кацура Лэйко. 13 лет, – сказала другая в чёрном кимоно.

– Подробнее.

– Родилась 20 августа, 1979 года.

– Лев, а там коза. Ничего хорошего, – старая гейша поправила очки, которые медленно сползали с её переносицы.

– Так что с ней делать?

– Рост, какой?

– 1 метр 55 сантиметров.

– Высокая, – она снова вздохнула. – Покажи свои пальцы. Худые, – гейша внимательно рассматривала их. – Плечи выпрями. Не так! У неё что-то с позвоночником? – Старая гейша обратилась к другой.

– Девочка здорова, возможно, она просто боится.

– Ты боишься меня?

Я помотала головой.

– Разденься.

Я сняла с себя форму.

– Худая, таз широкий. Акико измерь.

Женщина в чёрном кимоно подошла ко мне.

– 86.

– Широкие, – старая гейша стучала ручкой по столу. – У тебя есть менструация?

Я снова помотала головой.

– Ей уже тринадцать лет. Эта девочка больна? Что с ней?

– Госпожа, Лэйко здорова, у неё есть небольшая проблема с почками, но это никак не влияет на её организм.

– Плечи широкие. Грудь будет маленькая. Ещё немного и у нее будут большие бёдра. Ей будет трудно влезть в наши кимоно. Рост тоже будет высокий, под неё нужно будет подгонять одежду. Пальцы костлявые, но у неё есть преимущество, – старая гейша замолчала. – Её стандарты не для гейши, а для модели. Я слышала, что скоро в Японию придут европейские стандарты. Как же нам быть с тобой, – она почесала затылок.

– Я могу быть уборщицей, – сказала я.

– Ты? Уборщица?! – гейша засмеялась. – Если я сделаю это с тобой, то я буду ненавидеть себя всю жизнь. Господа, – она повернулась назад, там сидели шесть мужчин и директор лагеря. – Эту девочку нужно показать европейцам. Посмотрите на ее черты лица. У неё два века, длинные ресницы, острый подбородок, скулы торчат, челюсть другой формы и нос, он же не азиатский. У девочки все европейские качества. Даже уши и зубы. Она точно японка?

– Да, госпожа Ямада, её отец японец, – сказал директор.

– А мать?

– Мы не знаем, извините, – мужчина поклонился.

– А мать то красавица была. Выйдите все, – гейша ударила по столу, все ушли.

Она смотрела мне в глаза, а затем сняла очки.

– Присядь.

– Спасибо.

– Кто ты?

– Мац, извините, Лэйко.

– Назови свое настоящее имя.

– Можно?

– Мне, можно.

– Мацуба Кацура.

– Так вот оно что! Эти бандюганы специально меняют всем имена, чтобы запутать карты. Даже одна неправильная буква в имени может изменить всю судьбу человека. Я знала, что что-то упущено. Теперь всё на своих местах. Ты ведь здесь не одна. Я права?

– Да.

– Он мальчик, у вас так много общего, но судьба разъединит вас надолго.

– Надолго?

– Очень долго. Но это нужно для того, чтобы вы снова встретились и начали всё заново.

– А в чём тогда смысл?

– В этом не будет смысла, но где-то он будет. Ты не станешь гейшей, ты будешь другой, но в этом и есть твоя

особенность. У тебя плохая карта и цифры. От тебя много бед, мне не нужна такая девчонка, из-за которой сгорят все мои кимоно.

– Тогда, кому я нужна?

– Ты нужна ему, пока он жив, то и ты будешь ходить по этой земле. У вас невероятная сила притяжения. Не бойся использовать свои способности, когда ты будешь рядом с ним, всё встанет на свои места.

– Что вы имеете в виду?

– В тридцать жизнь только начинается, – гейша улыбнулась.

Собрав бумаги, она ушла. Надев свою одежду, я выбежала во двор. Посмотрев на меня из своего автомобиля, гейша приложила указательный палец к своим губам. Она уехала, а моя жизнь продолжалась за этим забором.

На ночных встречах с Хидэки, я ничего не говорила ему о том, что произошло сегодня.

Спустя несколько месяцев начались неудачи, о которых говорила старая гейша. На кухне произошёл пожар, в прачечной тоже. Обувь, которую мы чистили, тоже сгорела. После того, как я помыла посуду, в лагере начались случаи отравления. В итоге, меня послали на самую грязную работу. Я чистила сауну от посетителей. Проводя по двенадцать часов без обеда, сна и свежего воздуха. Я убирала мусор от посетителей, мыла полы, бассейны, ванны, душевые кабины и туалеты. Меня поселили отдельно ото всех девочек. Я жила в каком-то сарае. Там было небольшое окно, из которого было видно солнце, когда начинался рассвет.

Вместо пяти часов школы, я занималась два, но мои успехи были в норме. Я не общалась с другими девочками, они не обращали на меня внимания.

Меня заставляли убираться в корпусе для мальчиков, когда те спали или были на учёбе.

Я собирала их грязные вещи, которые парни разбрасывали в спортивном зале, и относила в прачечную. После того, как я заканчивала мыть полы, я начала понемногу заниматься боксом.

Хидэки узнал, в какое время, я убираюсь и сбегал с рисовых работ, чтобы помочь мне с уборкой и научить меня драться. Иногда мы приходили туда ночью, но это было редко.

Меня изолировали от общества на четыре года.

Ночью, я выставляла стекло и залазела на крышу своего сарая, дальше я шла по другим крышам. Спустившись вниз, я проходила немного и вот оно – наше место с Хидэки. Он приносил мне еду, чтобы я не похудела и справлялась со всеми трудностями в лагере.

Когда о чём-то много думаешь, то это начинает, сбывается. Неважно, плохое это или хорошее.

После праздника, я как обычно пошла, убираться в сауну, там сидел мужчина.

Он ничего мне не сказал, я, молча, начала уборку. Собрав все стеклянные бутылки в один пакет, я принялась наводить раствор, чтобы вымыть полы.

Мужчина подошёл ко мне сзади.

– Как тебя зовут?

– Лэйко.

– Сколько ты здесь?

– Четыре года.

– У твоих родителей видимо большой долг, раз ты тут так долго работаешь. Хочешь на свободу?

– Я скоро её увижу.

– Могу устроить это и завтра, ты будешь свободна. Хочешь?

– Нет.

– Почему? Тебе нравится работать на этой грязной работе?

– Спать с вами тоже – грязно.

– Что ты сказала?!

– Думаете, я не знаю, на что вы намекаете? Мне ничего от вас не нужно. Пожалуйста, не мешайте мне работать.

– Мелкая дрянь, – он схватил меня за волосы. – У тебя даже причёска отвратительная.

Мужчина кинул меня на пол и начал душить. Я не могла ничего сделать, укусив его за руку, я закричала.

В сауну забежал Хидэки, он ударил мужчину, тот ещё сильнее разозлился.

– Лэйко, беги, я с ним разберусь.

Началась драка, я выбежала на улицу, подбежав к мужчине в красном костюме, я всё рассказала ему. Он забежал в сауну и закончил драку. У Хидэки был сломан нос и побито лицо.

На следующий день этот бандюган, который хотел убить меня, приехал к директору лагеря. Он выплатил мой оставшийся долг, при условии, что я должна буду работать на него. От такой информации у меня начали подкашиваться ноги, я выбежала на улицу. Схватившись за ствол дерева, чтобы не упасть, я восстанавливала своё дыхание.

Из машины вышла та самая старая гейша, она надвигалась на меня, со своими помощниками.

Из дверей вышел тот самый бандит, он подошёл ко мне.

– Тошнит? – он ухмыльнулся. – Что ты там про меня говорила? М? Что я грязный? Или как? Напомнишь? Ты не с тем связалась, девчонка. Уже сегодня вечером ты будешь моей рабыней. Готовься, тебя ждёт весёлое будущее, – он закурил.

Мимо него проходила гейша.

– Белому не быть грязным. Твоя грязь никогда не прольётся на эту девушку.

– Глупая старуха! Катись к чёрту, пока я тебе могилы не выкопал.

– У каждого из нас есть крылья от зла. В твоём случае Лэйко, они красного цвета. Если будешь помнить своё настоящее имя, то вы обязательно встретитесь.

– Не неси чушь, старая мерзавка.

– Вас не исправить, господин.

В шесть часов вчера за мной пришли два мужчины, они были о того бандита.

Они посадили меня на заднее сиденье.

– Где же твой защитник? Как там, – он пытался сделать задумчивое лицо. – В красном, принц, – бандит засмеялся. – Подождём или поедем? – Он положил свою руку ко мне на колено.

В окно автомобиля кто-то постучался.

– Кто вы? – Нагло спросил бандит.

– Ты едешь один, – за стеклом стоял, тот самый мужчина, который остановил драку в сауне.

– Мэзэо?!

– Лэйко, выходи, – мужчина открыл дверь.

– Я купил её!

– Столько хватит? – Мэзэо кинул в салон автомобиля несколько пачек, взяв меня за руку, он хлопнул дверью.

– Мэзэо, ты пожалеешь!

Я шла за мужчиной, мы остановились возле спортивного зала.

– Вы дали ему так много денег, – я смотрела на него.

– Один человек попросил меня, чтобы я спас тебя. Зачем ты думаешь о деньгах? Это копейки, для меня. Теперь ты свободна.

– Зачем вам это нужно?

– Я выполняю только чистые просьбы, которые идут от доброго сердца и с благими намерениями.

– Кто это был?

– Я его не знаю, – Мэзэо достал сигарету. – Если будет нужна работа, обращайся, – он протянул мне визитку.

– Но, вы же… якудза, – я поджала губы.

– Если я якудза, я не могу дать нормальную работу, такой девушке, как ты? В чём проблема? Именно, проблемы нет. Иди к себе.

После этого случая, мне вернули место в лагере, я спала со всеми вместе. Моя работа тоже изменилась. Теперь, я занималась убогой в спальных комнатах. У меня появилось больше времени на учёбу и занятия спортом.

С Хидэки мы договорились о побеге, я пришла на наше место, но его там не было. Я увидела свет от фар автомобиля. Подойдя к забору, я присела. Из машины вышел мужчина, в то время Хидэки направлялся ко мне.

Мужчина взял его под руку и посадил в салон автомобиля. Двери захлопнулись, это была последняя ночь, когда я видела Хидэки.

В моей голове было много вопросов, но я остановилась на версии, что Хидэки бросил меня и предал.

*****

Я купила в аптеке снотворные лекарства. Придя домой, мне не хотелось ужинать. Я повесила куртку на вешалку и сняла туфли. Сев за кухонный стол, я включила электрический чайник. Достав из шкафа стакан и две ложки, я села на стул. Выдавив все таблетки из упаковок, я принялась раздавливать их в ложке, чтобы превратить в порошок. Высыпав содержимое в стакан, я отключила чайник, залила водой и размешала снотворное. Порошок растворился, вода стала мутной. Сняв кольцо, я положила его в пустой бокал для вина. Взяв стакан правой рукой, я сжала его и поднесла к губам. Я собиралась всё выпить залпом. Как вдруг в моё окно кто-то кинул камень, я выронила стакан со снотворным, он разбился.

Глава 5

Арата

Солгать нельзя

Лэйко хлопнула дверью, я набрал Кохэку.

– Отправь мне точный адрес, где живёт Лэйко Кацура.

– Сможешь подождать пять минут?

– Да.

– Это всё?

– Кохэку, посмотри, кто такой Кихира Ясухиро. Пробей его по всем своим точкам.

– И через агентов?

– В первую очередь проверь, кто он. Служил ли в полиции, проверь его прошлое.

– Понял. Он тебе срочно нужен?

– Как найдёшь все материалы, встретимся. Жду адрес Лэйко. До связи, пока.

На мой телефон пришло смс от Кохэку, с адресом Лэйко. Я вызвал такси и поехал к ней.

Она жила на третьем этаже, на кухне у Лэйко горел приглушённый свет.

Я взял в руку камень с клумбы и кинул ей в окно. Она открыла уцелевшую форточку.

– Открой мне дверь! – Крикнул я.

– Можно было бы просто постучаться в дверь, – с такими словами меня встретила Лэйко.

– Ты бы не открыла.

– Откуда знаешь?

– Я тебя знаю, как себя. Что ты хотела выпить? – я поднял осколки от стакана. – Это снотворное? – я посмотрел на стол. Там лежали пять упаковок от снотворных таблеток.

– Не твоё дело.

Лэйко собрала всё со стола и выкинула в мусорное ведро.

– Зачем ты пришёл?

– У меня было плохое предчувствие. Я решил убедиться.

– Убедился? Теперь уходи.

– Лэйко, неужели ты до сих пор злишься на меня?

– Да, я злюсь.

– Я искал тебя. Честно.

– Не говори это слово. Ты будто бы ищешь оправдание.

– Разве это не так?

– А смысл?

– Солгать нельзя. Я стараюсь говорить правду.

– Уходи, – она села на колени, и стала убирать осколки от разбитого стекла.

– Я думал, что ты вернула своё имя и живёшь обычной жизнью. Поэтому, я искал тебя, как Мацубу Кацура, но всё было не так. Тогда, я начал искать тебя, как Лэйко, но и это не дало нужных результатов. Почему? Лэйко, ответь.

– Вся недвижимость и другие ценные бумаги были зарегистрированы на имя Лэйко Огава. Это фамилия покойной матери Сэберо, сына Изэнэджи. Спустя пять лет всё перешло на мои данные. Но ты уже отчаялся, я права?

– Если бы я отчаялся, то сейчас бы не стоял перед тобой.

– После смерти отца Мэзэо, начался шум. Все подозревали в подстроенной аварии отца Сэберо, но я считаю по – другому.

– Что ты считаешь?

– Арата, – Лэйко встала, и подошла ко мне. – Меня заставляют работать на полицию, но я не уверена, что их комиссар НПА настоящий.

– Что ты имеешь в виду?

– Он тоже якудза.

– Что?! Откуда у тебя такие сведения?

– Я уже где-то видела этого человека. Его инициалы тебе известны. Мою квартиру могут прослушивать, поэтому, уходи.

– Сэберо знает об этом?

– Нет.

Говоря это, Лэйко кивнула, я сразу догадался, что она действительно напугана этими людьми.

Я взял кусочек бумаги и ручку.

"Ты думаешь, что этот комиссар причастен к смерти отца Мэзэо?"

Она снова кивнула.

"Я всегда буду рядом, не беспокойся, я сделаю всё возможное, чтобы защитить тебя".

Прочитав это, в глазах у Лэйко блеснули слёзы, ничего не сказав мне, она закрыла дверь на ключ.

В десять утра, у меня была назначена встреча с Мэзэо Асано в ресторане.

– Как идут дела?

– Всё хорошо.

– Арата, ты что-то скрываешь от меня?

– Нет. С чего ты это взял?

– Я всегда относился к тебе, как к сыну. Неужели, у тебя есть такая информация, которую я не должен знать?

– Извини, я действительно ничего не скрываю.

– Закроем тему. Как твои отношения с Сакурой?

– Всё в порядке.

– Ты рассматривал её в роли своей жены?

– На что ты намекаешь?

– Я никогда не намекаю, я говорю точно.

– Что мне нужно делать?

– Тебе нужно заключить с ней гражданский брак. Я уже говорил с ней на эту тему. Она согласна. Свадьба будет, но это, как прикрытие. Мы создадим это все для того чтобы другие думали, что все накопления покойного мужа Сакуры были потрачены, а имущество разделится пополам. Бизнес и акции будут твоими, ты пожертвуешь ими для нашей компании.

– Сакуру хотят убить?

– Верно. Всё началось из-за смерти её мужа. У неё остался бизнес, который хотят продать другие якудза. Свадьбой мы отвлечём их внимание, тем временем я переведу все её деньги на мои счета за границей. Позже, она улетит со своим сыном в Амстердам. У них будет новая жизнь. В Токио уже всё успокоиться, они вернуться сюда и начнут обычную жизнь.

– А я?

– А что ты? Хочешь поехать с ней в Амстердам?

– Нет. Я думаю, что мне лучше остаться в Японии. Сколько времени длится гражданский брак?

– Полгода хватит. Потом брак будет, расторгнут, и она улетит за границу.

– Понял.

– Почему ты так волнуешься?

– Разве?

– Я вижу тебя насквозь. Ты снова встретил Лэйко?

– Откуда ты знаешь?

– Я увидел это в твоих глазах. Именно так ты смотрел на меня десять лет назад, когда просил спасти её. Как она?

– У нее всё хорошо. Она скоро выходит замуж.

– И, кто же он?

– Сэберо Огава.

– Сын Изэнэджи.

– Извини.

– Перестань. Какая она стала?

– Красивая.

– Лучше Сакуры?

– Ты же знаешь, я не люблю сравнивать людей.

– Да, я забыл. Так что, ты отдашь её другому?

– Мэзэо, Лэйко состоит в другом клане.

– Я знаю. Но что ты об этом думаешь?

– Это несправедливо! Почему я нашёл её, а тут такое.

– Ты до сих пор влюблён в неё.

– Но что я могу сделать, если чувства сами начали вылазить наружу.

– Многие считают, что у таких, как мы, нет чувств. Люди думают, что мы безжалостные головорезы. Разве это так? Арата, что же делать? Или это ты другой? Или у каждого человека, независимо якудза он или нет, есть чувства, которым он не может сопротивляться? Как же так? Мы ведь борёкудан у нас каждая эмоция под контролем, а тут детская любовь и чувства, с которыми ты не в силах справиться. Почему? Ты до сих пор не стал настоящим мужчиной? Настоящим якудза?

– К чему столько вопросов?

– На эти сотни вопросов, существует только один ответ.

– Какой же? Нужно быть железным самураем и не жалеть ни себя, ни окружающих?

– Даже якудза плачет, но это не значит, что он жалкий воин. Это значит, что даже у самого сильного и крепкого бойца есть сердце, которое также умеет любить, и быть мягким.

После нашей встречи, я сел в свой автомобиль, который недавно доставили со штрафстоянки.

Я подъехал к аэропорту, положив чемодан Сакуры в багажник, я сел за руль.

– Может, останешься сегодня у меня?

– Извини, мне нужно объехать шестнадцать клубов и семь казино.

– Ты опять не поужинаешь?

– Перекушу в кафе.

– Пей больше воды, и не увлекайся острой пищей.

– Не волнуйся, если у меня что-то заболит, я выпью таблетку.

– Ты плохо относишься к своему организму.

– Не думаю, что есть те, кто делает это лучше меня.

– Ты говорил с Мэзэо?

– Да.

– Это была его идея с браком.

– Ничего страшного, в этом нет твоей вины. Не волнуйся.

– Это выглядит, будто, я насильно заставляю тебя жениться на себе.

– Какие-то полгода и потом вы с Юки будете жить за границей.

– А ты?

– У меня здесь дел хватает.

– Арата.

– Что?

– Ты кого-то любишь?

– Зачем это тебе?

– Это твоя жизнь, поэтому, я не хочу быть лишней.

– Не говори глупости.

– Я для тебя всего лишь вдова с ребёнком?

– Ты хочешь испортить себе настроение?

– Я хочу понять, нужна я тебе или нет?

– Сакура, я забочусь о тебе. Это не значит, что я должен тебе что-то больше.

– Значит, нет, – она посмотрела на свою маленькую сумочку от "Prada".

– Не обижайся. Просто постарайся принять и не рисовать иллюзий.

– Почему ты не можешь солгать мне? Хотя бы один раз? Почему? Сказать, что я тебе дорога, что не можешь жить без меня, что тебе хочется быть со мной. Разве это так сложно? Все лгут, у всех ложь.

– После моей лжи ничего не изменится. Ты снова живёшь в иллюзиях.

– Что ты за мужчина?! Даже соврать не можешь. А, я поняла! Ты будешь лгать той, кого полюбишь. Я права? Тебе же не жаль меня?! Верно?!

– Сакура!

Хлопнув дверью, она забрала свой чемодан и зашла в подъезд своего дома.

Я ударил по рулю три раза и нажал на газ, на дорогу выбежал чёрный кот, резко затормозив, я вышел из автомобиля. Котёнок сжался в комок от страха, я сел на корточки.

– Ты тоже ничей? – я взял его на руки, он вцепился в мою ладонь своими острыми, как лезвие когтями. – Поехали ко мне, не пропадать же тебе одному на улице.

Я аккуратно положил его на передние сидение, и поехал к себе домой. Припарковав автомибиль на стоянке, я взял котёнка, спрятав за пазуху, я зашёл в лифт.

Дома я нашёл коробку от микроволновой печи. Положил туда свой старый свитер. Котёнка пришлось искупать.

Он так сопротивлялся и мяукал, но я смог кое-как его вымыть обычной водой. Этот мелкий бандит оцарапал мне все руки до локтя. Я обсушил его полотенцем для рук и посадил в коробку. Котёнок жалобно мяукал, тогда я понял, что его нужно накормить.

В холодильник стояло только пиво и рис. Поставив коробку на кровать, я ушёл в магазин.

Купив молока, я вернулся домой. Котёнка не было ни в коробки, ни на кровати. Я начал паниковать и искать этого мелкого проказника по всей квартире.

Спустя час, я нашёл его под ванной. Достав котёнка, я налил ему в блюдце молоко, но он не мог пить самостоятельно.

Я включил ноутбук и спросил в интернете, что мне делать.

Наконец, я нашёл решение. Снова надев куртку, я закрыл котёнка в своей комнате и направился в аптеку.

Купив всё необходимое, я вернулся, мой маленький друг ещё не спал. Тогда, я подогрел молоко, вскрыл пипетку и кормил малыша из неё. Он быстро наелся и засопел, прямо на моей ладони. Я аккуратно уложил его в коробку и накрыл сверху своим платком, который лежал у меня в кармане.

На часах было девять вечера, я принял душ, надел солидный пиджак и очки. Перед выходом из квартиры, я ещё раз заглянул в свою комнату, чтобы проверить спит ли этот маленький бандит. Убедившись в этом, я бесшумно прикрыл дверь и уехал на работу. На мой телефон позвонил Кохэку, я перезвонил ему.

– Гайдзин, ты где? – Раздался звонкий голос моего товарища.

– Уже подъехал, – сбросив трубку, я припарковал машину возле ночного клуба на Синдзюку.

"В компании друзей меня тоже частенько называли "Гайдзин", если для иностранца, это звучит, как маленькое оскорбление, (так никто не считает, это лишь сокращение слова "Гайкокудзин", японцы любят всё "упрощать", поэтому не стоит обращать внимания на такие банальности) то для меня это было прозвище. За двадцать семь лет жизни, я так и не научился говорить "чисто" на своём родном японском. Разумеется, я не всегда "косячил" с произношением, но бывали случаи, когда я нервничал, из-за этого моя речь напоминала иностранца, который только что начал учить японский. Врачи тоже не могут дать этому объяснение. У меня внятная речь, я не картавый, у меня чистые звуки, я не заикаюсь. Но что-то всё равно не даёт мне "нормально" говорить на моём языке. Я встречал много людей, (европейцев) которые переехали в Японию. Наш акцент был схож, именно поэтому они принимали меня за полукровку. Я легко находил с ними общий язык, потому что читал много зарубежной литературы, в том числе и русскую.

С детства я ощущал себя чужим в Японии, мне было стыдно за себя, что я не такой, как все. Кроме Лэйко, со мной никто не хотел дружить, поэтому только с ней, я чувствовал свободу, без барьера, который выстраивался передо мной, когда я находился в обществе".

После третьего мохитто, я сказал "Стоп".

– Может, что покрепче? – Предложил Чира.

– Мне надо объехать шестнадцать клубов, извините парни, мне пора.

Поднявшись с высокого стула, я накинул кожаную куртку на плечи, и вышел из клуба.

– Гайдзин, – крикнул Кохэку.

– Что?

– Не хотел говорить при ребятах. Помнишь, ты просил нарыть информацию про Ясухиро?

– У тебя уже есть сведения?

– Семьдесят процентов.

– А остальные тридцать?

– На проверке.

– И как?

– Мутный тип.

– Где бумаги?

– Тебе их сейчас отдать?

– Да.

Кохэку подошёл к своей машине, достав оттуда рюкзак, он вытащил белую папку.

– Приятного чтения, – он протянул её мне.

– Он действительно служит в полиции или имеет какое-то отношение к разведке?

– Эта информация обрабатывается, но я не уверен, что он настоящий комиссар НПА.

– В чём кроется твоё сомнение?

– Якудза в погонах. Страшнее такого человека нет на свете. Откуда ты знаешь его?

– Прочитал где-то, решил проверить. Подозрительным оказался.

– Не копай под него, а то такие, как этот тип закопают любого.

Глава 6

Лэйко

Страх внутри, его не видно

– Лэйко, держись от этого человека подальше, – Сэберо открыл газировку.

– Ты узнал?

– Да, – он достал папку. – Здесь вся информация о нём.

– Спасибо.

– Лэйко, сегодня ровно десять лет, как мы узнали друг друга.

– Я помню.

– Приходи в одно место, там будет сюрприз для тебя, – Сэберо написал адрес на салфетке.

– Я тоже сделаю для тебя сюрприз.

– Не опаздывай.

– Хорошего дня, – я поправила его пиджак.

– И тебе, – Сэберо поцеловал мою руку.

Я протёрла стол влажной салфеткой, мне пришло смс от оябуна. Надев чёрное платье и босоножки на шпильке, я села в такси. Доехав до офиса Изэнэджи, я расплатилась с таксистом. Спрятав очки в сумочку, я достала пропуск.

Оябун сидел в своём кожаном кресле.

– Лэйко, у нас будет серьёзный разговор.

– Я слушаю.

– Тебе знаком Наканэ Арата?

– Он работает на Аса- мэ.

– Мэзэо объявил о его свадьбе с Сакурой.

– Свадьба?

– Именно. Мэзэо провёл нас. Теперь все деньги покойного мужа Сакуры, будут у него.

– Можно задать вопрос?

– Что тебя мучает?

– Изэнэджи – сан, что произошло с Асано Мэзэо? Почему он решил разъединить клан?

– Какой сложный вопрос.

– Извините.

– Но какой правильный. За десять лет после его смерти, никто не задавал мне этот вопрос.

– Если я доставила вам неудобства…

– Нет. Ты всегда была прямой. Это мне в тебе и нравится. Лэйко, ты хочешь разобраться в смерти отца Мэзэо?

– Только, если вы разрешите мне это сделать.

– Разрешаю, – Изэнэджи достал из сейфа зелёную папку. – Изучай, читай, вникай и разберись. Но об этом никто не должен знать, даже Сэберо.

– Я поняла вас.

– Нашла подходящую квартиру?

– Сегодня получила ключи.

– Большая?

– Огромная.

– Этаж?

– В высотке на Синдзюку.

– Какой район?

– Недалеко от моего бара.

– Кстати, как дела с бизнесом?

– Всё чётко и по плану. Сэберо предлагали, заключишь контракт с Аса – мэ.

– А ты?

– Отговорила.

– Что было в контракте?

– Он мог много потерять, их главный офис находится в Амстердаме. Все акции хранятся в банке. Нам не безопасно вкладывать деньги и ценные бумаги за границу. В любой момент доллар или евро может упасть, бумаги обесценятся, и мы потеряем бизнес Сэберо.

– У вас всё такие же близкие отношения?

– Да.

– Ты же не любишь его.

– Это имеет значение?

– Для меня – нет. Но для него, это смысл жизни.

– Какое задание мне нужно выполнить сегодня?

– Ты заезжала в ночной клуб на Сибуя?

– Да. Там всё чисто. Если кто-то снова будет торговать героином незаконно, я первая об этом узнаю.

– Что в Гиндзе?

– Казино приносит большой доход. В этом месяце поднялся на сорок процентов.

– Остановись. Мой сын должен жениться на Абико Ацуко. Теперь иди.

Я взяла со стола зелёную папку и пошла к выходу.

– Не вздумай плакать, ты сильная.

Доехав на такси до района Хигаси, я пешком направилась к метро.

Я искала то самое место, где Сэберо назначил мне встречу. Случайно, я увидела, как из ресторана выходил Арата с женщиной. Он посадил её в свою машину, и они оба куда-то поехали.

Прижавшись к стене какого-то здания, я достала помаду и зеркальце.

"Как же несправедливо жизнь делит судьбы людей, которые когда-то были влюблены. Всё же сложно жить и знать, что мир – это иллюзия, которую создаёт сам человек для самого себя. И, когда, наступает тот самый момент, который разрушает всё. Он проносится словно смерч, разбивая и уничтожая всё живое. Если собрать все осколки, то получится картина, но не каждый в силах сделать это".

*****

После того, как Хидэки исчез, я не мучилась, я поставила цель – не плакать и не ждать того, кто ушёл самостоятельно.

Через два месяца, я ждала своего освобождения из лагеря. В выходные, я ходила в спортзал и познакомилась там с Сэберо. Он не скрывал, что его отец оябун. Мы начали чаще видится, Сэберо стал приходить ко мне не только днём.

По вечерам мы гуляли за пределами лагеря. За такое мне могли дать наказание, но я всё равно делала это.

Вместо двух месяцев, директор сказал мне, что я должна отработать ещё год.

Тогда, я поняла, что этот человек не выпустит меня отсюда.

С Сэберо мы договорились о побеге, у меня не было уверенности, но я пошла на этот рискованный шаг.

Выйдя на пятнадцать минут раньше, я ждала его.

Подъехала машина, но за рулём был не Сэберо. Я хотела зайти обратно, но водитель схватил меня.

Я не помню, куда мы ехали, мне удалось открыть дверь. Автомибиль ехал на средней скорости, я выпрыгнула на дорогу и побежала в лес. Мы боролись с водителем, он ударил меня по голове. Я потеряла сознание, он думал, что убил меня и сбежал. Сэберо нашёл меня и отвёз в больницу, там я впала в кому. Мой мозг и сердце хорошо функционировали, но я не могла прийти в себя. Прошло три года, я очнулась. Рядом со мной был Сэберо, он позвал врача. Меня выписали из больницы, и Сэберо отвёз меня к себе домой.

Спустя пять лет, я стала своей в кругах якудза.

Поначалу моей основной работой было учиться всему, что делают парни.

Сэберо возил меня с собой и показывал, чем занимаются другие якудза.

Где-то в двадцать два года мы ввязались в драку. Меня пырнули в живот, это был мой первый шрам. Дальше началось самое настоящее. За год мне набили ирэдзуми. На моей спине был лев. С ним связана легенда, когда японская императрица Дзинго в 200 г.н.э. предприняла поход в Корею, корейский ван (царь) поклялся вечно защищать дворец японских императоров. Мифический корейский пёс (кома–ину – собака с головой льва), который соответствует китайскому льву – стражу (кара сиси или дзиси), называемого также «Лев Будды», должен был защищать дом хозяина от злых духов. Считалось, что шкура с головы Корейского пса отличалась необыкновенной прочностью, и из неё, якобы, изготавливались шлемы, которые не могла пробить стрела. Статуи этих созданий, изготовленные из камня или фарфора, устанавливают перед входом в буддийские святилища, правительственные резиденции, административные здания, усыпальницы владык прошлого в Китае, Японии и в некоторых других странах Дальнего Востока. Лев – страж или Корейский пёс символизирует защиту, могущество, успех и силу. Для того чтобы укротить их необузданную ярость (которую символизирует символ «янь»), для эстетического баланса рядом со львом всегда изображают красивый цветок пиона (символ «инь»). Собака, как таковая, считается в Японии верным хранителем младенцев и маленьких детей.

Пионы покрывали мои плечи до локтя.

Символическое значение цветка пиона в японской культуре и искусстве – в данном случае, в искусстве татуировки, как и значение многих других изображений, предполагает наличие множества вариантов. В Китае, откуда пион ведет свое происхождение, он считается символом удачи и процветания, что в конечном итоге, приводит к благосостоянию. Одно из значений, которое пион получил в Японии, также характеризует его цветком богатства и удачи. У игроков в карты, татуировка с изображением пиона указывает на смелость и способность идти на риск. В этом же значении в прежние времена этот цветок пользовался огромной популярностью у самураев, уступая в популярности только сакуре. Воины в своих ярких доспехах сами напоминали цветущие пионы, и бой разбивался на множество поединков один на один, где каждый пытался выделиться, показать себя во всей красе. Тогда появилась поговорка «во время войны искать большой цветок», то есть найти достойного противника, пойти на риск. Поэтому пион символизирует отчаянно храброго человека.

Но существует и прямо противоположное значение этого прекрасного цветка. Он может быть

символом гармонии, женской красоты и весны. В татуировке он призван смягчать слишком жесткое, прямолинейное значение некоторых других изображений, придавая им другую символическую направленность. Например, в случае с корейским псом и львом, изображения пионов превращают этих свирепых стражей в верных приверженцев красоты и галантного обхождения, но только в том случае, если с носителем татуировки поступают должным образом. В противоположном случае, пион становится дополнительным воинственным знаком.

Это было лишь начало… Начало трудной жизни человека с иным происхождением и судьбой. Мне не хотелось жить, как обычные люди у меня были другие взгляды и цели.

Я до сих пор не привыкла к своему новому образу.

Клубы, рестораны, казино. Всё закрутилось, и я втянулась. У меня было три района, в каждом по пять ночных клубов и три казино. Были и рестораны, но я не ездила по этим мелким точкам.

Среди моих знакомых бандитов ходили слухи, что справляюсь со своей работой лучше любого мужчины. Меня было невозможно подкупить, я ставила самые высокие проценты за просрочку.

Владелец клуба должен был отдавать мне восемьдесят процентов от своей прибыли. Все чаевые оставались ему, поэтому я знала, что эти старые жулики никогда не останутся без денег.

После моего обхода по клубам и прочим завершениям все знали – я навела порядок там, где был хаос.

Ещё одной моей особенностью было – носить с собой чёрный блокнот. В него я записывала все просьбы и жалобы девушек из развлекательных домов. Именно моя целеустремлённость и амбиции поразили Изэнэджи – сана.

Он мечтал, чтобы такими ответственными работниками стали его "оболтусы". Но такие девушки с "огнём" в глазах и хваткой рождаются раз в сто лет.

В душе, я ранимый человек, меня можно легко обидеть, но я взяла за правило "Бить сильных, которые обижают слабых".

Я отстаивала права женщин, которые так же работали с якудза. Мужчины всегда были против меня и моих правил, но им приходилось слушать и выполнять.

Изэнэджи – сан, ставил меня в пример своим парням, от этого они коса смотрели в мою сторону. В самом начале парни издевались надо мной, но потом осознали, что я не сдамся им просто так.

Я научилась правильно включать свою агрессию. Это помогало, когда я боролась за правду и ломала стереотипы этих бандитов. Они считали, что женщина не сможет точно так же ходить и собирать деньги. Но их предположения и мечты не сбылись.

Конечно, я была не такая выносливая и беспощадная, как эти головорезы. Бывали случаи, что приходилось не только угрожать ножом, но и работать им "по назначению".

Вокруг меня было черствое общество людей, которые кидали слова без мысли, что могут задеть чувства другого. Им нравилось издеваться надо мной. Спустя два – три года, я смотрела в их зверские глаза, так же спокойно, как смотрела в свои.

Это общество было деспотичным, но всегда готово защитить тебя от врагов.

У этих людей были все человеческие чувства, которые они умело, прятали под маской лютых борёкудан. У каждого парня была своя история, как он попал в эти круги, и не у всех эта история была по их желанию.

Мир, в который попали все мы, был жестоким, но справедливым. Осторожность, опасность и жизнь, за которую ты отдал свою репутацию.

Преступник – это ты в обществе обычных людей. А здесь, ты тот, кто знает себе цену и тебя уважают. Поэтому для таких, как мы, наш мир – место, где можно быть самим собой.

*****

– Что же вы молчите Кацура – сан?

– Зачем было так грубо обращаться со мной? Я сама могла сесть в автомобиль.

– Извините, я поговорю со своими ребятами. Но и ты поговори со своими.

– На что вы намекаете?

– Сэберо начал копать под меня. Это ты его заставила?

– Я же должна знать, с кем я работаю.

– И как? Узнала? И что дальше? Боишься меня?

– Мертвецов не стоит бояться.

– Что?!

Ясухиро схватил меня за челюсть.

– Думал, я тебя не узнаю?! Стёр самого себя и живёшь жизнью другого человека. Ты не такой уж и страшный, как тебя описывают.

– Только попробуй встать у меня на пути!

– И что ты сделаешь? Выбьешь мне зубы? Отрежешь язык? Выколешь глаза? Сделаешь меня глухой? Нет, тебе это не выгодно. Тебе нужны мои глаза, чтобы я следила за Изэнэджи и читала все ценные бумаги, которыми он владеет. Тебе нужен мой язык и уши, чтобы слушать то, что я услышу в клане Такэ – кай.

– Хитрая девчонка.

Он убрал руку от моего лица и сел напротив меня.

На мой телефон поступил звонок от Сэберо.

– Отвечать будешь? – Ясухиро кинул мне телефон.

– Я уже еду, не волнуйся.

– Ложь в твоей крови, – он закурил.

– Время идёт, а ты куришь "Marlboro".

– Я не изменяю своему вкусу.

– На эмблеме сигарет помещено латинское выражение «Veni, vidi, vici», автором которого является Юлий Цезарь.

– Со мной будешь видеться только тогда, когда я захочу. Это понятно?

– Понятно, – я улыбнулась.

Ничего не ответив, из кабинета меня вывели трое парней. Они вызвали такси, я сказала водителю адрес, где меня ждал Сэберо.

В ресторане всё было тихо и мрачно. На столе лежала записка "Следуй на крышу". Поднявшись, я увидела много лампочек и стол с белой скатертью.

На нём стояли два бокала с шампанским и красный виноград.

– Лэйко, – Сэберо стоял передо мной в малиновом костюме с чёрной бабочкой. – Ты выйдешь за меня?

– У тебя уже есть другая невеста, – я поправила его чёлку.

Глава 7

Арата

Бесполезно говорить, когда тебя не слышно

– Ты уверен, что хочешь свадьбы? – Сакура поправила волосы.

– Закончим начатое, – я взял в руку бокал.

– Мы же разведёмся?

– Через полгода. Можем раньше, если хочешь.

– Что я скажу Юки?

– Он ничего не должен знать. Я для него лучший друг, а для тебя поддержка и опора.

– Ты уже выбрал костюм?

– Мэзэо обо всём позаботился, не переживай.

– Замечательно, – Сакура улыбнулась, но я видел, что она делает это специально.

– Передай это Юки, – я протянул ей мягкую игрушку.

– Ты не заедешь к нам? Юки расстроится, ему нравится проводить время с тобой.

– Да, конечно, – я допил апельсиновый сок.

– После свадьбы мы будем жить вместе?

– Десять дней. В это время Юки будет отдыхать с няней на море.

– Ты уже купил ему путёвку?

– Да. Это хороший отель, там все отдыхают с детьми. Он должен расслабиться и радоваться.

– Спасибо, что заботишься о моём сыне.

– С тобой всё в порядке?

– Да, только голова немного болит.

– Поехали к тебе?

– Хорошо, – Сакура взяла свою сумку.

Я расплатился за обед, и мы сели в мой автомобиль.

До вечера мы вместе с Юки собирали железную дорогу, которую я подарил ему.

– Когда я вырасту, я буду водить поезд!

– У тебя это получится.

– Арата, во что ты играл, когда был маленьким?

– Не помню.

– Я тоже забуду, когда вырасту?

– Нет, у тебя хорошая память.

– А у тебя?

– Видимо, плохая, – я улыбнулся. – Куда идёт эта деталь?

– Её нужно прикрепить сюда.

– А эту?

– Эта идёт к первому вагону.

– Юки, куда прикрепим светофор?

– Вот сюда.

– Подай мне ещё один светофор.

Эта игра утомила нас обоих, и мы заснули на ковре.

Утром Сакура начала ругаться со мной. Я даже сам не понял, как это случилось.

– Зачем ты остался на ночь? Кто тебя просил?

– Сакура, успокойся.

– Это переходит все границы! – она ударила ладонью по столу. – Ты никогда не заменишь ему отца!

– Ты хочешь, чтобы я ушёл?

– Определись.

– С чем?

– Юки привязан к тебе, если ты женишься на другой, то у вас будет своя семья. А что делать нам с Юки?

– Неужели, ты опять хочешь скандала?

– Научись выбирать.

– Сакура, почему ты не слышишь, что я говорю тебе. Я свободный человек, как и ты. Наш гражданский брак нужен для твоего же блага. Я не хочу, чтобы за вами везде ходили бандиты. Ты должна жить обычной жизнью, как все женщины.

– Ты предлагаешь нам расстаться?

– Сакура, ты снова не понимаешь.

– Так объясни.

– У тебя скоро будет новая жизнь, без всего этого хлама. Без меня, без всех этих бандитов. Если тебе нужна будет помощь, ты всегда можешь позвонить Мэзэо. Наши отношения прекратятся, я помогаю вам и защищаю, но в будущем это станет не нужным.

– Ты предлагаешь забыть тебя?

– Нет. Просто не думай и не строй иллюзий. Живи сегодня и сейчас. Скоро весь страх будет забыт. У тебя и Юки настанет жизнь, которая изменит всё.

– В этой жизни не будет тебя.

– Я опасен для вас! Как ты не понимаешь?!

– У нас всего две недели, а потом ты исчезнешь?

– Я не твой человек.

– Откуда ты знаешь? Сам так решил?

– Если ты так боишься за Юки, я не забуду ни его, ни тебя. Вы оба значите для меня больше, чем ты думаешь.

– Я никому не нужна.

– Ты нужна своему сыну! Перестань думать о плохом!

– Не кричи на меня!

– Прости, – я посмотрел на окно.

– Ты же тоже можешь покинуть клан. Или я не стою этого?

– Вас могут убить из-за меня! Если я пойду на такой шаг, то враги догадаются.

– Ты не любишь меня?

– Нет! Сакура, замолчи!

– Конечно, я просто…

– Постой.

Сакура закрылась в ванной комнате и начала плакать.

– Не делай ничего плохого! – я дёрнул за ручку дважды. – Я закрою тебя на нижний замок.

Доехав до своего дома, я купил сметану и сливки. Мой маленький бандит разгуливал по моей кровати.

Я накормил его, он заснул. Приняв душ, я надел голубые штаны, белую рубашку заправил в них, ремень не понадобился. Повесив на руку пиджак, я надел очки от солнца и поехал в офис.

На мой телефон позвонил неизвестный номер.

– Алло?

– Здравствуй, – в трубке раздался мягкий голос Лэйко. – Где мы можем встретиться?

– Я отправлю адрес.

Через полчаса мы встретились в моём ресторане.

– Лэйко, этот человек…

– Ты про Ясухиро?

– Да.

– Я всё знаю.

– Ты уверена? У меня есть вся информация о нём, – я достал папку.

– Он сменил имя и фамилию. А также сделал пластическую операцию. Ясухиро мстит нам, его намерения зашли слишком далеко. Он не остановится, ему нужно разрушить всё, что строили Изэнэджи и отец Мэзэо. Ясухиро специально подстроил аварию, он всё просчитал. Именно в тот момент Ясухиро подложил фальшивые бумаги отцу Мэзэо, чтобы обвинить Изэнэджи в этой истории. Первым, кто нашёл эти бумаги, были люди Ясухиро.

– Ты хочешь разобраться?

– Я сделаю это.

– Что, если Ясухиро узнает?

– Его уже посадят.

– Ты думаешь, что это он тогда в лагере пытался убить тебя?

– Именно.

– Твой план может быть…

– Нет. Я всё чётко сделала для себя.

– Эти фальшивые бумаги хранятся у Мэзэо.

– Ты можешь достать их?

– Конечно, но зачем? Какой в них толк?

– Там стоит печать, она поддельная, если прогреть лист над свечкой, то можно сразу понять, что эти документы не имеют никакой цены.

– Но как ты докажешь, что эти бумаги дал Ясухиро? Тем более все думают, что он мёртв?

– У меня есть его ДНК.

Спустя пару минут нам принесли кофе.

– Это место, напоминает мне тебя, – я поправил часы.

– Поэтому ты приходишь сюда со своей женой?

– Она мне не жена.

– У вас скоро свадьба, я знаю.

– Оябун так решил, но это фиктивный брак.

– Это уже не важно.

– Я могу всё отменить.

– Десять лет назад ты мог всё изменить, но ты не пришёл.

– Я шёл.

– Я видела, как ты сел в машину к Мэзэо.

– Из – за этого, ты злишься на меня?

– Ты так говоришь, будто это мелочь для тебя.

– Это не мелочь.

– Вот именно.

В кафе зашла Сакура, она подошла к столику, где мы сидели.

– Юки пропал!

– Как пропал?!

– Я не знаю, он ничего не оставил, ни записки, ничего. Что мне делать, Арата?!

– Ты звонила Мэзэо?

– Нет, я сразу пошла к тебе.

– Не волнуйся, он далеко не уйдёт. У него же нет денег? Верно? И билет ему никто не продаст. Я подключу своих ребят, они обыщут весь Токио. Не волнуйся.

– Спасибо за кофе, я пойду, – Лэйко начала собираться.

– Напиши мне, когда доберёшься до дома, – крикнул я, ей в след.

Она ничего не сказала, хлопнув дверью, её силуэт растворился за стеклом.

Успокоив Сакуру, я подошёл к своему автомобилю. Сев в салон, к моему авто подошёл мужчина и ударил ладонью по капоту.

– Что вы творите?! – Я вышел из машины.

– За собой смотри, – он ударил меня по лицу.

Я не растерялся и нанёс ему два удара по носу.

– Что вы устроили?! – Я смахнул кровь с губы.

– Зачем ты встречался с моей женщиной?!

– Ты приятель Сакуры?

– Хватит врать! Я жених Лэйко! Что ты делал с ней в этом заведении?!

Из ресторана выбежала испуганная Сакура, она подала мне свой платок.

– Что здесь происходит?! Почему у тебя кровь?!

– Ещё раз увижу тебя с моей женщиной, и ты труп!

Мужчина сел в машину и уехал.

– Что этот ненормальный хотел от тебя?!

– Сам не понял.

– Ты в порядке? Он сильно тебя ударил?!

– Всё нормально.

– Точно?

– Да, садись в машину.

– Что ответил Кохэку?

– Если найдёт зацепку, то позвонит, – я нажал на газ.

– Это я виновата, – Сакура заплакала.

– Здесь нет ничьей вины.

– Я ударила его, из-за этого он сбежал.

– Не плач, успокойся.

– Вдруг, его похитят?!

– Не думай о плохом. Кохэку уже подключил своих ребят.

Сакура вытерла слёзы со щёк.

*****

– Тебе нужно быть единым с нами, выбирай, – Мэзэо открыл каталог татуировок. – Какая тебе нравится?

– Кицунэ, на левую руку.

– Кицунэ. Образ лисицы – оборотня проник в японский фольклор из Китая, где сложился в глубокой древности. В Китае этих существ называют хули–цзин, а в Корее – кумихо. В японском фольклоре кицунэ – это разновидность, ёкая (демонического существа). Кицунэ обладают умом и знаниями, и могут жить очень долго. Хвост у этого оборотня является необходимым атрибутом для создания иллюзий, и чем старше и сильнее лиса, тем больше она имеет хвостов. Их число может доходить до девяти.

Согласно сказаниям, эти животные обладают магическими способностями и способны превращаться в человека – обычно они принимают облик обольстительных красавиц, но могут принимать облик стариков. Эти способности они чаще всего используют для обмана людей, и подобно вампирам, питаются человеческой жизненной и духовной силой. Они также способны вселяться в чужие тела и создавать иллюзии, неотличимые от действительности. Тем не менее, кицунэ часто совершают добрые поступки, и, в отличие от китайской и корейской традиции, не являются злыми демонами – людоедами.

В религии синто кицунэ являются посланниками бога рисовых полей и предпринимательства Инари, который и сам изображается в виде лисы. При смешении мифологии синто с буддизмом, лиса получила, в соответствии с китайскими представлениями, демонические функции, но в целом, в буддийской традиции, лиса – оборотень имеет положительную функцию, как атрибут бога Дакини.

– Да, я выбираю лису.

– В тату с изображениями героев может обозначать ловкость, остроту ума, возможность находить выход в, казалось бы, безвыходных положениях. Кроме того, татуировка дает возможность очаровывать людей и внушать любовь, как это делает кицунэ в сказках.

Есть кицунэ, с чётками черепами в зубах это обозначает, богоотступников, так что тату с изображениями не следует рассматривать как указание на агрессивность её владельца – это больше указание на крепость религиозных убеждений и просьба оградить от бед и врагов. Ты хочешь похожее ирэдзуми?

– Если можно, добавьте огонь и пионы.

– Я услышал тебя, – Мэзэо убрал каталог. – Это твоя первая татуировка, она всегда будет защищать тебя от злых людей. Соответствуя свой ирэдзуми, ты соответствуешь настоящему себе. Не предавай себя, иначе потеряешься в собственной лжи. Искренность перед собой – самое лучшее качество. Будь таким, каким видишь себя изнутри.

Моей второй ирэдзуми стали цветы сакуры, они были расположены на моей правой руке до кисти.

Ветвь брала своё начало от ключицы, цветы и лепестки были не только на этой ветке, они медленно падали с неё.

Пустые участки кожи заполняли разноцветные карпы. Каждый был символом: удачи, верности, мужества, любви, амбиций, долговечности, настойчивости, процветания, печали, радости и успеха.

В Японии карп является символом дружбы и любви, а также обозначает

стойкость и мужество.

Кои символизируют трудности и испытания, с которыми люди часто сталкиваются в жизни. Рыба обладает мощной жизненной силой, что доказывает способность перемещаться вверх по течению.

Цвет рыбы также имеет отношение к ее символике. Определенные цвета символизируют отдельные аспекты или результаты в жизни.

Бело-красный Kohaku: У этого карпа белое тело с красными пятнами. Он символизирует карьерный успех.

Черный Kumonryu: Есть две основные вариации этого вида. Одна – кои с белым телом и черными пятнами, а другая – полностью черная. Kumonryu символизирует изменения и трансформации в жизни.

Серебряный Ogon: Серебристая рыбка символизирует успех в бизнесе и богатстве.

Карп Kuchibeni: Бело-красного карпа с узором часто называют рыбой «с помадой»: красный цвет вокруг рта дает эффект накрашенных губ. Kuchibeni олицетворяет любовь и

долгосрочные отношения.

Золотой Yamabuki: Карпы ямабуки – это символ благосостояния и богатства.

Кои Инь – Ян: Яркие карпы привязаны к символу инь-ян. Две капли – не что иное, как две рыбки кои, мужчина и женщина.

Глаз каждой капли символизирует бдительный рыбий глаз. Такое парное изображение рыб часто встречается и вне контекста символа инь-ян. Например, пара кои часто символизирует удачу и счастливый брак. Карп кои – синоним счастья и гармонии. Кои инь-ян дополняют и уравновешивают друг друга, создавая совершенный энергетический баланс и питая энергию Ци, жизненную силу всего сущего на Земле.

*****

Глава 8

Лэйко

Так сложились обстоятельства

– Перестань, – Сэберо взял меня за руку.

– Это правда?

– Я не знаю. Кто тебе сказал?

– Твой отец.

– Я поговорю с ним.

– Поговори.

– Лэйко, что случилось?

– Слишком много плохих новостей.

– Я приготовил тебе подарок, – Сэберо вложил мне в ладонь ключи от "Bugatti". – Она ждёт тебя на выходе.

– Это тебе, – я протянула ему подарочную коробку.

– Мило, – Сэберо улыбнулся, он аккуратно надел браслет из красной нити на своё левое запястье. – Это дороже всех денег на свете, – Сэберо посмотрел на меня.

– Завтра, я переезжаю в новую квартиру.

– Купила?

– Да. Это моя квартира.

– Оформи её по своему вкусу, – Сэберо дотронулся до моего плеча.

– Я уже говорил об этом с дизайнером.

– Прекрасно, – он налил алкоголь в бокалы.

– Через неделю, всё будет готово. Я сама буду работать с красками и другими деталями интерьера.

– У тебя получится, – Сэберо протянул мне бокал.

Мы наслаждались прохладным шампанским, и разговаривали обо всём. В три часа ночи, я села в новый автомобиль.

Это был синий гиперкар "Bugatti Veyron".

"Bugatti Veyron EB 16.4" – среднемоторный автомобиль, разработанный и разработанный во Франции Volkswagen Group и Bugatti и производимый в Мольсхайме, Франция, французским автопроизводителем Bugatti. Он был назван в честь автогонщика Пьера Вейрона.

Оригинальная версия развивает максимальную скорость 407 км / ч (253 миль / ч). Суперспортивная версия Veyron является одним из самых быстрых легальных серийных автомобилей в мире с максимальной скоростью 431,072 км/ч (267,856 миль/ч). Главным дизайнером Veyron был Хартмут Варкус, а дизайн экстерьера был разработан Йозефом Кабаном из Volkswagen, при этом большая часть инженерных работ проводилась под руководством технического директора Вольфганга Шрайбера. Veyron оснащен 8,0-литровым четырехцилиндровым двигателем W16 с четырехцилиндровым турбонаддувом, что эквивалентно двум узкоугольным двигателям V8, соединенным болтами. Каждый цилиндр имеет четыре клапана, всего 64, но конфигурация каждого блока позволяет двум верхним распределительным валам приводить в действие два блока цилиндров, поэтому требуется всего четыре распределительных вала. Двигатель питается от четырёх

турбокомпрессоров и вытесняет 7 993 куб. см (487,8 куб. дюймов), с квадратным отверстием и ходом 86 на 86 мм (3,39 на 3,39 дюйма).

Коробка передач с двойным сцеплением , с прямым переключением передач, управляемая компьютером, с семью передаточнымичислами, с магниевыми подрулевыми дисками за рулем и временем переключения менее 150 миллисекунд, созданная Рикардо из Англии, а не Борг-Уорнером, который разработал шестиступенчатую DSG, используемую в основных марках Volkswagen Group.

В тормозах Veyron используются композитные диски из карбида кремния (C / SiC), армированные углеродным волокном с поперечным отверстием и радиальной вентиляцией, которые имеют меньший тормозной диск и весят меньше, чем стандартные чугунные диски.

"Каждому из нас, хотя – бы раз в жизни встречался человек, который портил всё, но при этом, он ничего не говорил, просто посмотрел в вашу сторону. И в этот миг всё рушилось, все хорошие воспоминания превращались в пепел. Он, молча, делал своё дело. Этот человек мог быть вашим бывшим знакомым или другом. Такие "случайные" моменты испортят любой день, а если ещё и день был неудачным… Если подумать, такие люди встречаются, как нарочно в самые светлые дни вашей жизни.

Но есть "другие люди", встреча или самый маленький миг с ними, могут подарить заряд энергии и радость. Как жаль, что такие люди встречаются редко. Видимо, мы заслуживаем их тогда, когда сами этого не ждём. Это так неожиданно и жутко приятно".

После встречи с Аратой, я пошла в свой клуб. Он находился в пяти кварталах от места, где я была.

– Ты говоришь, что за месяц у тебя доход больше миллиона йен, тогда почему вместо 70 процентов, я получаю 60? В чём проблема? Или я не так посчитала?

– Кацура – сан, всё, верно, посчитайте ещё раз.

– Такуми, ты со мной решил поиграть или обмануть?

– Нет, что вы?! Тут всё верно.

Этот тип мне никогда не нравился, я давно хотела от него избавиться, но оябун держал его.

– У тебя работает тридцать девушек и двадцать парней. В сумме пятьдесят. Получается, я получаю свои 70 процентов, но как так?! Я уверена, что десять процентов куда-то утекают. Куда? Чего я не знаю?

– Здесь всё верно, – Такуми начал показывать мне на цифры в документах.

– Или у тебя больше человек?! Конечно! – я ударила по столу кулаком. – Я получаю свои 70 процентов, в то время, ты получаешь не 30, а 50. В итоге, я теряю половину!

Открой эту дверь, – я подошла к двери в кладовую.

– Там только швабры и прочий мусор, – засуетился Такуми.

– Открывай.

Этот мелкий гад поставил к двери двух парней.

– Ты думаешь, они остановят меня? – Я достала складной нож. – Мизэки, подойди ко мне.

Девушка подошла ко мне, она была напугана, её руки дрожали.

– Когда у этой красотки будет шрам, то председатель сразу закроет это заведения. Я права?

– Что же ты за человек, – просипел Такуми. – Откройте!

За дверью сидели десять девушек, и пять парней.

– Браво! – я захлопала в ладоши. – Какая же ты крыса, Такуми. – Ты три месяца прятал этот "мусор"? – Я поправила очки на голове.

– Чего ты добиваешься, Кацура?

– Плати честно, тебя этому в школе не учили? Честность – лучшее качество якудза. Не так ли? – я подошла к этому жулику. – Благодари бога, если об этом узнает оябун, тебе конец.

– Сколько?

– Сто процентов в течение года, лично мне в руки. Понял?!

Он кивнул.

Уже темнело, я вышла на балкон в клубе. Закурив первую сигарету из новой пачки "Seven Stars", ко мне подошла Мизэки.

– У меня есть для тебя информация, – она протянула мне бумажку.

– Что это? – Я положила зажигалку в карман.

– У Такуми есть ещё один клуб. Он записан на его жену.

– И доход получает только он?

– Да, потому что это заведение оформлено, как пустое.

– Где этот жмот?

– Такуми уехал в сауну.

– Адрес.

Мизэки написала его мне на руке.

Потушив сигарету, я спустилась вниз и села за руль.

– Вот же гадёныш, – сказала я себе под нос.

На входе не было охранников, я достала пистолет и зашла в сауну.

Некоторые мужчины странно посмотрели на меня. Не обращая внимания, я шла прямо. Такуми сидел с другими бандитами и пил пиво.

– Что же ты за человек?! – я наставила на него своё оружие.

– Кацура – сан, – он снова натянул свою мерзкую и скользкую улыбку.

– Молись, – я сняла пистолет с предохранителя.

Этот гадёныш плеснул мне в лицо пиво и начал убегать. Я погналась за ним, этот подлец быстро бежал.

Мы забежали в душевую, Такуми сбил с ног парня, тот упал на спину, мне пришлось перепрыгивать его тело. Плитка была скользкая, на углу Такуми чуть не упал, я столкнулась с мужчиной, он придержал меня.

Пробежав несколько дверей, мы оказались в столовой. Там обедали другие бандиты, Такуми побежал по столам, начался шум, я выстрелила два раза, но мимо. Этот мелкий жулик забежал на кухню, где были повара.

Он направился к двери, которая вела на закрытую стоянку.

Замок был закрыт, тогда Такуми сбил ручку в двери.

Наша погоня продолжалась в гардеробной. Он толкал вешалки с одеждой, те падали и мешали мне бежать.

Выстрелив третий раз, я попала в левую руку Такуми. Он продолжал убегать. Я догнала его, но в дверях стоял Сэберо.

– Дальше дорога платная, – он достал наручники.

Такуми был пойман и передан оябуну.

– Зачем ты поехала одна?

– Я всегда всё делаю сама.

– Не заставляй меня беспокойся о тебе, – Сэберо протянул ко мне руку.

– Беспокойся о своей новой невесте, – я откинула его руку.

– Она мне не нужна.

– Я так не думаю.

– Думай, что хочешь, но для меня она пустое место.

– Ты убьёшь её ради меня?

– Да.

– Правда?

– Жду твоего приказа.

– Я подумаю.

– Свадьба завтра.

– Поздравляю.

– Я не появлюсь на ней.

– Это твоё право. Ко мне тоже не приходи, – я села в автомобиль.

– Лэйко, я не люблю её, – Сэберо ударил два раза по капоту.

Я ехала по трассе, уже начало смеркаться. На обочине стоял маленький мальчик и смотрел на автомобили.

– Что ты здесь делаешь? – Я вышла из салона.

– Отвезите меня к дяде.

– Адрес знаешь?

– Нет, – он помотал головой.

– Хорошо, садись, – я открыла ему дверь.

– Ты голодный?

– Угу, – мальчик поджал губы.

– Так что заставило тебя убежать из дома?

– Мама била и кричала на меня.

– И ты решил убежать?

– Да.

– Сколько тебе лет?

Мальчик показал мне четыре пальца на правой руке.

– У тебя есть папа?

– Нет.

– Мама волнуется, а ты убежал. Нельзя думать только о себе.

– Она плохая.

– Если она ругает и бьёт, это не значит, что мама плохая.

– Плохая! У вас же есть мама?

– Нет, – я хотела улыбаться, но не получилось. – У меня её никогда не было.

– Как это? Так не бывает, мамы есть у всех.

– Возможно, но у меня её не было.

– Где тебя нашли?

– Нашли?

– Меня мама с папой нашли возле тыквы. Она была такая огромная, – мальчик поднял руки вверх. – И рядом с ней был я. Мама сразу взяла меня на руки и они вместе с папой воспитывали меня, но потом папа исчез.

– Он уехал?

– Может быть. Мама смотрит его фотографии и плачет.

– А ты? Что ты думаешь?

– Папа сейчас далеко, он вернётся, когда у него будет отпуск. Он всегда обещал, что вернётся домой, когда уходил.

– Твой папа обязательно вернётся.

Я зашла в ближайшее кафе и купила булочек.

– Мне нравятся эти штучки, – мальчик взял одну.

– Ешь, это всё твоё.

– Тётя, а почему вы такая грустная? Вы болеете?

– Нет, я здорова.

– Мама не ест, когда ей грустно.

– Как думаешь, что сейчас делает твоя мама?

– Я не знаю, – мальчик пожал плечами.

– А я знаю.

– Откуда?

– Я необычный человек, я могу видеть то, что не могут видеть другие.

– Правда? Что мама делает?

– Она приготовила ужин, но обнаружила, что тебя нет. Она так испугалась и начала звонить в полицию, но грубый дядя ничего ей не ответил. Тогда она начала сильно плакать, ужин остывает, а сына нет. Ей стало грустно и она не может остановить свои слёзы.

– Мама плачет из-за меня?

– Да. Её глаза стали мокрые и печальные, она волнуется.

– Что я должен сделать, чтобы она перестала плакать?

– Подумай. Хорошо подумай.

Через несколько секунд мальчик отложил бутылку с водой.

– Я хочу обнять маму. Она же перестанет плакать?

– Конечно.

– Тогда мне нужно домой. Отвезите меня к маме.

– Ты помнишь, где ты живёшь?

– Рядом с моим домом есть большой магазин.

– Что на нём написано?

– Там две большие красные буквы.

– Как они выглядят?

– Как у вас на куртке.

Я догадалась, что это был магазин "D&G".

В этом районе он один и найти его мне не составило труда.

Я взяла мальчика за руку, и мы направились к его подъезду.

Позвонив в звонок дверь, открыл Арата.

– Лэйко? Как ты? Юки?!

К нему подошла женщина, мальчик подбежал к ней.

– Мама, не плачь, я больше не буду убегать.

– Как же так? – Арата смотрел на меня стеклянным взглядом.

– Так сложились обстоятельства.

– Постойте, как вас отблагодарить? – Крикнула женщина.

Я спустилась вниз, на улице уже стемнело и пахло дождём.

– Лэйко, поговори со мной.

Сзади стоял Арата.

– Нам не стоит больше встречаться, это для твоего же блага.

– Ты не понимаешь.

– Я уже давно всё поняла. Не трогай Ясухиро, я не хочу, чтобы у тебя из – за меня были проблемы.

На мой телефон пришло смс. Я достала его, Арата взял меня за руку и слегка опустил вниз.

– От него можно избавиться. Ты хочешь работать на него?

– Я ничего не хочу.

– Лэйко, я подключу все свои связи. Если твой оябун не беспокойся о твоём благополучии, я готов сделать это.

– Не лезь туда, куда тебя не просили.

В смс был текст:

"Завтра в 10:20 am. Гиндза, театр Кабукидза."

– Тебе не нужна собственная жизнь?

– У тебя другая семья, не преследуй меня. Договорились?

Я быстрым шагом направилась к своему автомобилю.

– Мне не всё равно и я доведу дело до конца! – После его слов начался ливень.

Глава 9

Арата

Постучись в дверь, и я скажу, кто ты

Фары автомобиля зажглись, я стоял под сильным дождём, мне уже было всё равно.

"Неужели, я встретил Лэйко, чтобы опять потерять?"

В моей голове это не укладывалось.

Халат промок насквозь, я поднял голову к верху. Капли разбивались об моё лицо, оставляя невидимые раны от сегодняшнего дня. Сжав кулаки, я крикнул. Это был крик души, это нельзя назвать иначе. Боль разрывала меня на части, я знал, что это всё началось не просто так. Люди не могут случайно встретить друг друга.

Я поднялся в квартиру и закрыл дверь.

– Кто она? Ты ведь её знаешь? – Сакура давила на меня.

В десять тридцать утра, меня разбудил звонок от Кохэку.

– В театре Кабукидза будет перестрелка, там сейчас находится Лэйко. Наши парни направятся туда в 11:00 am.

– Ей угрожает опасность?

– Оябун сказал, чтобы стреляли во всех.

– Понял.

Я поднялся с кровати, умылся и быстро оделся. В прихожей меня встретила Сакура.

– Ты так и не ответил на мой вопрос вчера.

– Извини, я спешу.

– Из-за неё?

Нажав на ручку двери, я хотел обернуться, но не стал. Ключи от машины были в левом кармане брюк, я направился в Гиндзу.

Когда, я прибыл в театр, на часах было 11:05 am.

Внутри по большому экрану, в реальном времени транслировалась свадьба Сэберо. На церемонии была одна невеста. Я подошёл к Лэйко, она не обращала на меня внимания. Жених не появлялся, в театр забежали двенадцать человек и открыли огонь. Закрыв Лэйко собой, я получил две пули. Одна ранила мою руку, а вторая правую сторону спины.

Мы вместе упали на пол, я держал своё тело над Лэйко. Она смотрела на меня, её взгляд не поменялся. Я всё так же видел в ней, девочку, которая была готова на любую глупость. Это и украшало Лэйко, несмотря на её возраст. Она по – прежнему была привлекательна и завораживала мой разум.

– Зачем ты пришёл?

Я услышал этот вопрос от Лэйко, когда открыл глаза.

– Ты сама знаешь ответ на свой вопрос.

– Может быть, хватит играть в шпионов? Скажи честно, зачем я нужна тебе?

– Я люблю тебя.

– Глупое оправдание.

– Точно?

– Сам не видишь?

– Ты ослепила меня.

– Пора выйти из эйфории, перед твоими глазами идёт реальная жизнь, а ты что-то себе выдумываешь, – она недовольно фыркнула.

– Я не нужен тебе?

– Причём здесь это?!

Лэйко нервно перебирала в руках золотую цепочку от чёрной сумки.

– Тогда, почему ты волнуешься?

– Я не волнуюсь!

Она резко встала и подошла к окну.

– Почему ты пришла в театр?

– Ты не следователь.

– Кто же я? Кто?

– Не знаю, – Лэйко тяжело вздохнула, и потёрла переносицу.

– Зачем ты строишь границы между нами?

– Разве? Чем ты это можешь доказать?

– Поговорим без напряжения?

– Не понимаю тебя.

– Присядь и успокойся.

Лэйко села на край больничной кровати, отложив сумку на тумбу, она поджала губы.

– Ты истощаешь себя этими негативными мыслями. Что беспокоит тебя?

– Ты не поймёшь.

– Я могу выслушать.

– Тем более…

– Это я виноват, хорошо? Я построил для себя границы, из-за которых страдаю, по сей день. Испортил жизнь сразу двум людям. Я по – прежнему один, теперь ты, – я поставил подушку к стене, и облокотился на неё. – Ты имеешь полное право вести себя так со мной. Только, скажи, пожалуйста, могу ли я исправить ту ошибку, которая мешает тебе дышать?

– Ты ничего не сможешь исправить, – Лэйко снова тяжело вздохнула. Её глаза потухли на несколько секунд.

– Для человека, который любит, нет преград, – я дотронулся до её пальцев.

– Нет, – она сжала руку в кулак.

– Я даже не могу попробовать?

– Оставь меня в покое, я больше не люблю тебя.

– Значит, любила, – шёпотом произнёс я, и слегка улыбнулся.

В палату зашёл медбрат, он достал шприц и начал вводить в капельницу.

Я вынул иглу из вены и ударил его в живот.

– Бежим, – схватив Лэйко за руку, мы направлялись к лифту.

– Что происходит?!

– Это люди с севера.

– Корейцы?

– Нет, с Хоккайдо.

Лифт открылся, за дверями стояли пять мужчин. Мы побежали по лестнице, они догоняли нас. Закрыв дверь на второй этаж, я заблокировал дверь шваброй. Пока они занимались дверью, я и Лэйко выбежали на улицу.

– Быстрее, – я направился к своей машине.

– Стой, – она дёрнула меня за руку. – Сядь за руль моего автомобиля, – Лэйко вложила мне в правую руку ключи. – Делай так, как знаешь.

Мы выехали на оживлённую трассу, нас начали преследовать два чёрных "Lexus".

– Сверни направо, там будет рынок Цукидзи.

– Сможем проехать?

– Машину поцарапаем, но есть вероятность, что они запутаются.

Дорога, действительно, была узкая, люди прижимались к прилавкам. Продавцы что-то кричали и показывали своё возмущение различными жестами.

– Налево.

Мы избавились от одного "Lexus".

– Чёрт!

– Что? – Лэйко посмотрела вперёд. – Назад! Поворачивай!

– Надеюсь, за этой горой коробок нет людей, – я нажал на газ, и прибавил скорость. Лэйко испуганно смотрела на меня.

В коробках лежала замороженная рыба. Фургон (из которого разгружали коробки) стоял справа. Пять грузчиков прижались к машине, чтобы не задеть людей, я направил автомобиль в другую сторону. Из здания (слева) выходили два мужчины с железной лестницей. В салоне стало слышно, как скрепит железо. Остриё от лестницы поцарапало машину Лэйко.

– Снизь скорость! – Крикнула она.

– Уже сделано!

Проехав несколько метров, чёрный "Lexus" продолжал преследовать нас.

– Впереди женщина с коляской! – Лэйко повернула руль вправо.

Автомобиль уничтожил лавку со свежими кальмарами на глазах у всех.

Я старался вывезти нас из этого места,

мы попали на площадь, где шли торги. Народ столпился, как огурцы в банке.

Я сигналил, все начали прыгать за прилавок. На выходе из рынка, встал второй "Lexus", который заблокировал наш единственный путь спасения.

Я резко повернул руль влево, первый "Lexus" на полной скорости врезался во второй. Я задел лавку с сувенирам в виде рыбок, ничего плохого не произошло, но ущерб был нанесён.

Через три километра виднелся ещё один выход. Проехав несколько жилых кварталов, я остановился возле заправки. Лэйко достала банковскую карточку.

– Пойду за бензин заплачу.

Она говорила это не совсем своим голосом. Словно её ввели в гипноз, и она медленно отходит от него. Я включил радио и открыл окно.

Лэйко вернулась в машину с двумя бутылками воды.

– Выбирай, – она показала мне бутылки.

– Лимон.

– Вкус лимона мне не очень нравится, – Лэйко открыла свою воду со вкусом яблока.

– Я оплачу ремонт твоего автомобиля.

– Не нужно, у меня достаточно денег.

– Держи, это бумаги из сейфа Мэзэо.

– Ты украл их?

– Одолжил.

– Мне удалось найти запись с диктофона и видеорегистра. На них есть все прямые доказательства, что в смерти отца Мэзэо виноват Ясухиро.

– Ты хорошо их спрятала?

– Оригинал здесь.

Лэйко открыла карту на своём телефоне. Кинута, городской парк отдыха, расположен в специальном районе Сэтагая.

– Я тебя понял.

– Арата, – она нежно прикоснулась к моей шеи своими длинными пальцами. – Если со мной что нибудь случится, только мы оба знаем об этом месте.

– Не говори так, мы вместе доведём дело до конца.

Лэйко приблизилась ко мне, я смотрел в её чёрные глаза. Она положила левую руку мне на плечо.

Моё тело начало странно себя чувствовать, это можно сравнить с мурашками после того, как вы просыпаетесь и идёте в душ. Меня начало немного трясти, я был удивлён и в то же время испытывал другие чувства. Такого со мной не было очень давно.

– Выйди из машины, – шёпотом сказала Лэйко.

До своего дома я добрался на такси. В магазине двадцать четыре часа, я купил котёнку сметану и корм для маленьких котят.

Разувшись, я включил свет, малыш сидел на моей кровати. На пелёнки были его "дела". Взяв пипетку, я набрал в неё сметану, котёнок съел пять пипеток. Выдавив из голубого пакетика пюре, я поднёс своего бандита к нему. Он небрежно полакал и отвернулся, по его действиям было видно, что котёнок пытался умыться. Его движения были нелепые, как и у всех детей. Его голова и уши были огромные, по сравнению с телом. Он шатался и несколько раз упал, но не сдавался. После умывания, маленький бандит лёг на ковёр, я взял его на руки и положил к себе на колени. У этого чёртика были длинные и белые усы.

– Ты какой-то странный, – сказал я котёнку, тот играл с моим указательным пальцем, покусывая его. – Лапы длинные, тело худое, голова большая, уши, как у летучей мыши. Кто же ты такой? Я видел много котят, но ты не похож на них. Может быть дело в том, что ты чересчур худой? Или у тебя глисты? Какая разница, это одно и то же, – присмотревшись к его хвосту, я обнаружил, что кончик хвостика отсутствует. – Да ты ещё и пострадал в бою. Может назвать тебя, – я не стал произносить кличку вслух. – Нет! Ты будешь Гайдзин! Точно! Как же долго я искал себе подобного. Теперь ты будешь жить со мной, маленький Гайдзин.

В мою дверь кто-то постучал два раза, я отложил котёнка и достал пистолет.

Приоткрыв дверь, я увидел Лэйко. Спрятав пистолет в шкафчике, возле зеркала, я впустил её в свою квартиру.

– Зачем спрятал? – Она поставила пакет на пол.

– Ошибся.

– К тебе так часто заходят незваные гости?

– Осторожность должна быть во всём.

– Ты прав, – Лэйко повесила свою куртку на вешалку.

– Как ты узнала мой адрес?

– Издеваешься?

– Нет, мне интересно. Проходи, – я включил на кухне свет.

Лэйко поставила на стол бутылку "Suntory Toki".

– Лёд есть? – Она продолжала выкладывать другие товары.

– Главный блендер Suntory Синдзи Фукуйо создал Toki, сначала выбрав

выдержанный солодовый виски из бочонка американского дуба с завода Hakushu Distillery. Затем Fuykuyo выбрал более тяжелый зерновой виски из Читинского завода, чтобы добавить чистому вкусу зеленого яблока и солода с чистыми нотками сладости и ванили, – я взял бутылку в руки.

– Toki – это инновационный и великолепный купажированный виски, который можно использовать в любом виде, от чистого или со льдом до различных смешанных напитков и коктейлей.

– У меня нет льда, – я поставил бутылку на место.

Лэйко помыла красный и зелёный виноград и положила его на тарелку.

– Тогда, выпьем безо льда, – она села за стол, и потёрла переносицу.

Я поставил два бокала для виски и

открыл бутылку.

– У тебя завтра свадьба?

– Да. Это просто роспись, через десять дней Сакура улетит за границу, и наш брак будет, расторгнут.

– Она любит тебя. Сильно, – Лэйко посмотрела на дно бокала, словно хотела увидеть там что-то прекрасное.

– Разве? Я не давал ей такого права.

– Любовь, – Лэйко вздохнула. – Для любви нет прав. Мы любим тех, кто не любит нас…

– И губим тех, кто в нас влюблён, – продолжил я.

– Тебе тоже нравится этот стих?

– Да, – я кивнул, и пригубил виски.

– Сколько стоит счастье? – Она подняла на меня свои большие глаза.

– Подлинное счастье стоит недорого: если за него приходится платить высокую цену, значит, это фальшивка.

– Фальшивка, – шёпотом повторила Лэйко, и открыла окно. – Мы всего лишь пешки в этом безумном мире.

– Но даже пешка должна быть счастлива, не меньше, чем король. Пешка в итоге станет королём, когда пройдёт игру до конца.

– Кто же этот "король"?

– Ни разу его не встречал, – я пожал плечами.

Лэйко внимательно смотрела вдаль, потом повернулась ко мне. Её губы начали шевелиться. Я понял, что она считает. Когда губы Лэйко прошептали "четыре", она толкнула меня вправо. За эти секунды, в кухню залетела пуля и осталась в двери.

– Как ты узнала?

– У тебя белая рубашка, я увидела мужчину напротив и красную точку на твоей груди, – Лэйко тяжело дышала, и уткнулась головой в мою грудь. – Я так испугалась, – её голос слегка дрожал.

Утром, я обнаружил записку на кухне.

"Приготовила завтрак из того, что было в твоём холодильнике. Лэйко."

Я открыл кастрюлю, там стоял бокал с виски и вчерашний виноград. Это была смешная ситуация, я улыбнулся и закрыл кастрюлю. Побрившись, я обработал кожу тоником и надел костюм для свадьбы. Мэзэо уже звонил мне несколько раз, он видимо не доверяет мне.

После загса мы поехали в новую квартиру, которую нам подарил Мэзэо.

Сакура надеялась, что у меня появятся к ней чувства, но она снова заблуждалась. Я смотрел на неё и видел, как тоска наполняет её глаза. В этом никто не виноват, а может быть в этом виноват я. Никогда не знаешь в чём твоя вина, хуже всего отрицать вину, в которой ты главный персонаж.

Десять дней пролетели незаметно, я провожал Сакура в Амстердам. На ней было голубое платье ниже колена, с широким белым поясом. Бежевые туфли на небольшом каблуке и очки.

Мой телефон молчал, ни звонков, ни смс Лэйко не посылала.

Вернувшись, домой, я включил новости.

В эфир пришла экстренная новость об убийстве суперинтенданте. В убийстве подозревали Лэйко. Я выронил чашку с кофе, взяв телефон, я позвонил Кохэку. Он не брал трубку, я начал нервничать. Мэзэо тоже был занят, я оставил несколько голосовых ему на почту. По телевизору сообщили, где будут держать Лэйко до суда. Я записал адрес и направился к ней. На дорогах были пробки, к тому же стояла ужасная жара, я вышел из салона и направился к метро.

Глава 10

Лэйко

Тень – проводник хаоса

Ко мне в кабинет зашла женщина, я смотрела в окно, держа руки за спиной.

– Кацура Лэйко? – неуверенно произнесла она. – Я хотела пригласить вас в ресторан, чтобы переговорить, но ваш секретарь сказал, что у вас плотный график. Мы можем поговорить сейчас?

Обернувшись, я увидела Сакуру. На ней была жёлтая юбка, белая кофта и чёрные босоножки от "Gucci".

– Здравствуй, – сев за стол и положив руки на стол, я внимательно рассматривала её.

– Это ты? – Она поняла, что произошло.

– Как Юки?

– Всё в порядке, но как ты узнала?

– Случайно, – я неловко посмотрела на часы.

– Я пришла поговорить об Арате.

– Смысл? Он уже мужчина и сам выбирает. Или вы хотите, чтобы он подчинялся только вам?

– Ты мне мстишь?!

– Я вас не знаю.

– Арата мой! У нас скоро свадьба…

– Фиктивная. Правда? Не молчите, признайте реальность. Вы ходите по краю, ваши фантазии могут угробить вас. Подумайте о ребёнке, если ваша личная жизнь уже не имеет никакого значения.

– Ты читаешь мне лекцию?

– Это не моя история, решайте сами.

– Ты хочешь отнять у меня самое дорогое?

– Мне жалко вас.

– Что ты имеешь в виду?!

– Вы так одержимы чужим мужчиной, что не замечаете собственного сына. Он единственный мужчина, который будет рядом. Научитесь любить его и себя, тогда вас найдёт ваш человек. Вы бьётесь об лёд к человеку, у которого нет к вам никаких чувств. Неужели, вы думаете, что сможете сделать его счастливым? Вы убьёте сразу двух. Ваша жизнь постепенно потеряет вкус, и тогда вы поймете, что всё было зря. Какой толк в том, что вы пришли ко мне на работу и говорите о мужчине, который не любит вас? Он помогает вам и вашему ребёнку. Зачем вы убеждаете себя в обратном? Зачем строите то, что никогда не осуществится? Какой у вас замысел? О чём вы думали, когда начинали эту игру? Или это план завоевания фальшивой любви? Что вы хотите от меня?

– Ничего, – Сакура опустила голову вниз.

– Уходите, – я взяла в руку автоматический карандаш. – И больше не перешагивайте порог моего офиса. Иначе, я не буду доброй, как сегодня. Так вам стало ясно?

– Простите, – Сакура упала на колени, и заплакала. – Пожалуйста, оставьте в покое меня и Арату. Дайте нам спокойно жить, пожалуйста, я умоляю вас. Госпожа Кацура, почему вы так жестоки со мной?

– С этого дня, я обещаю вам, что больше не буду даже вспоминать о нём. Но и вы тоже, пожалуйста, не ломайте себя и его. Отпустите Арату, в противном случае, этот груз затянет вас на дно. И нет надежды, что вы сможете подняться наверх. Уходите, госпожа Ока.

Рядом с моей правой рукой лежала книга: "Зачем человеку нужна тень?"

Открыв её где-то посередине, я прочитала несколько страниц.

"«Каждый скрывает свою тень, каждый скрывает ее внутри: за маской, что мы носим для других, под лицом, через которое мы демонстрируем себя внешнему миру, живут скрытые стороны нашей личности. Ночью, пока мы лежим, спящие и беспомощные, эти образы предстают перед нами, мы сталкиваемся с ними лицом к лицу»

(Путь Сновидения, Фрейзер Боа , с. 61].

Есть известный криминологам факт, что многие полицейские имеют криминальные наклонности и ловят свои тени, гоняясь за преступниками.

«Как я могу быть реальным, не отбрасывая тени? Если я хочу быть цельным, то должен иметь и темную сторону; осознавая свою тень, я вспоминаю еще раз, что я человеческое существо, подобное любому другому». К.Г. Юнг

Согласно идеям аналитической психологии, человек изначально приходит в этот мир психически целостным. Со временем влияние социальных и культурных установок приводят к тому, что часть его личности остается вытесненной в бессознательное, становясь Тенью, «темнотой» души.

Мы опасаемся своих «асоциальных» сторон, которые еще с детства воспринимаем, как неприемлемые. В Тени сосредоточены те качества и свойства личности, которые являются наиболее яркими, но менее всего адаптированными для социума.

Агрессия, зависть, страх, ревность, жадность и многие другие «запретные» чувства и переживания продолжают проявляться, прикрытые «правильными» качествами и моделями поведения.

А ведь Тень – важная составляющая нашей личности, определенный аспект аутентичности, ее самый закрытый и запрещенный пласт. Это – неподвластные чьим-то правилам проявления и интересы – вызывающие качества нашей индивидуальности.

Тень – проводник хаоса в жизни человека, потенциального источника созидания и ресурсности – творческий хаос как изначальная недифференцированность: смешение, слияние возможностей, вероятность происхождения всего.

Всякий раз, когда мы позволяем нашей Тени проявиться, мы должны менять правила, границы, рамки, установки, которые существовали до сих пор в сторону их расширения для высвобождения индивидуальных, глубоко аутентичных желаний.

Тень – это динамичная стихия, самый динамичный из всех архетипов именно в силу креативности, всегда жаждет новизны. Поэтому, удовлетворение тех или иных желаний Тени, означает то, что скоро она развернется к еще боле новыми влечениями, обликами, потребностями, будучи источником постоянного креативного, творческого динамизма и в этом ее огромное преимущество. Тень – постоянный источник энергии и жажды обновления, именно поэтому желания Тени привлекают к себе внимание в основных методах практической работы, особенно, в терапевтических группах.

Тень – мощный, универсальный ресурс творчества Судьбы и аутентичности, ведь в любой ситуации готова дать человеку – силы, возможности, творческое вдохновение, энергию, смыслы для того, чтобы утвердить себя и впечатлить окружающее социальное пространство какими-то проявлениями своей индивидуальности. Тень обычно демонстративна, принимая различные формы, всегда стремится подчеркнуть свою уникальность. Не взирая на такую индивидуалистичную позицию Тени как внутренней фигуры, это не значит, что она не поддается анализу, интерпретации, принятию. Желания Тени могут быть истолкованы и соотнесены с теми или иными архетипическими сценариями, векторами влечений".

**Спустя 10 дней**

– Это же не ты сделала. Лэйко, когда ты пришла, суперинтендант был уже мёртв?

– Да, но мои показания никто не слушает.

– Хорошо, – Арата подошёл к двери. – Позовите следователя по делу Шиджо Мисаки.

В камеру зашёл пожилой мужчина в полицейской форме.

– Вы хотели меня видеть?

– Здравствуйте, это я его убил. Сажайте за решётку меня. Я опишу, как готовился к убийству.

– Господин Кобаяси, это сделала я! – Я встала из-за стола.

– Что за бред?! Вам обоим хочется в тюрьму? Не знаю, как у вас Арата – сан, но у госпожи Кацуры были более веские причины для убийства Мисаки.

В шесть часов утра мне позвонили и сказали, что сегодня снимается домашний арест. Взглянув на календарь, было 19 июня 2015 год. Шесть лет заключения были долгими и неприятными.

Мне нельзя было выходить из дома (никуда, кроме балкона), звонки, любые встречи были запрещены. Каждый день мою квартиру проверяли пять полицейских. Мне казалось, что это будет длиться вечно. Спустя три года, я начала привыкать к этому. Моя жизнь немного изменилась, если бы я чувствовала свободу, находясь на свободе, мне бы пришлось нелегко находиться под домашним арестом. Но я всегда была одна, знакомства, встречи, звонки, это было неважно. Коммуникабельных людей подобная ситуация довела бы до суицида.

В 6:15 ко мне пришёл Сэберо.

– Зачем?

Он ничего не стал мне объяснять, темпераментно прижав меня к себе, Сэберо страстно поцеловал меня.

– Как же я скучал, – он смотрел на меня, в его словах была возбуждённость. – Я не могу тебя отпустить, не выгоняй меня, – Сэберо сжимал мои плечи своими горячими ладонями. – Каждый день, я просыпался и засыпал с мыслями о тебе. Помнишь записки под дверью? Это мой знакомый юный – якудза приносил. Ты читала их? – Сэберо развязал узел на моём халате.

– Да, – сказала я с небольшой одышкой.

– Запах твоего тела сводит меня с ума, – он прислонился к моей шеи своим носом, и начал жадно вдыхать аромат свежей кожи после душа.

Поправив волосы рукой, я взяла сигарету и зажигалку. Сэберо открыл окно и вернулся в кровать.

– Как твоя жена? – Свернув губы трубочкой, я выпустила дым тонкой струёй.

– Не знаю, я не бываю дома.

– Почему?

– Противно смотреть на эту девчонку.

– Ты спал с ней?

– Нет.

– Хранишь мне верность? – Я засмеялась.

– Думаешь, мужчины на это не способны? Я занимался бизнесом. Ездил в Америку.

– Как насчёт России? Например, Владивосток? Хороший город, у меня там много знакомых. Можем открыть там точку, смотри, – я достала свой блокнот.

– Хороший план, ты сама придумала?

– Да. Это должно повысить продажи часов и прочих вещей.

– Сегодня начну работать с твоим планом. Между прочим, какие планы у тебя на этот вечер?

– Дела. Сам знаешь, что после такого заточения нужно будет много чего проверить, – я потушила сигарету в серебряной пепельнице.

– Я так соскучился, – Сэберо обнял меня сзади. – Я боялся сойти с ума, поэтому эти записки спасали меня.

– И меня, – я погладила его правую руку. – Где кольцо?

– Потерял.

– Ненужные вещи пропадают в хламе.

– Я могу тебя навещать?

Встав с кровати, я достала три ключа и кинула их Сэберо.

– Добро пожаловать, – я ушла в душ.

"Все бандиты уверены в себе и своих действиях". – Такую фразу я слышала не раз за свои тридцать лет жизни.

Почему люди думают так? Что с ними не так? Неужели, они и, правда, считают нас "опасными"? Настоящий якудза никогда не нападёт на простого человека, это делают лишь отбросы. Которые живут на улице и завышают свою самооценку, тем, что пугают мирных граждан. Если якудза начнёт разговор с таким отбросом, то сразу станет ясно, кто хозяин в этом районе.

Люди привыкли всё "преувеличивать", что теперь все думают, что якудза – самые опасные бандиты. Вряд – ли мне удастся найти оправдание, но жестокость – путь к победе. И не всегда якудза уверен в себе. Он просто берёт и действует, пока другие тысячу раз обдумывают, куда им идти".

Я вышла из спортивного зала, ко мне подъехала красная "Toyota". За рулём сидела молодая девушка.

– Лэйко, это же вы? – она вышла из машины. – У меня к вам разговор.

– Чем могу быть полезной? – Я повесила пакет со сменной одеждой на правое запястье.

В кафе девушка долго молчала, нам обоим принесли чёрный чай. Она нервничала, и всё время поправляла часы на левой руке.

– Мы так и будем молчать? – твёрдо сказала я. – Если у вас есть какие-то вопросы ко мне, пожалуйста, задавайте. У меня есть дела важнее посиделок в кафе. Так что?

– Я жена Огавы Сэберо, – нервно сказала девушка.

– Ацуко?

– Откуда вы знаете моё имя?

– У меня точно такой – же вопрос к вам.

– Я знаю, что мой муж приходил к вам, это было вчера, – она достала конверт, и разложила фотографии, на которых был Сэберо.

– Следили за своим мужем? Смешно, – я надменно улыбнулась. – Он не любит тебя, – я сбросила все фотографии на пол. – Очнись, девочка.

– Я люблю!

– Твоё "люблю" для него пустой звук.

– Вы хотя бы знаете, чья я дочь?

– Мне плевать на тебя, на твоего отца. Не выноси мне мозг. Ладно?

– Я хотела родить Сэберо ребёнка, но у меня всё время происходят срывы. Месяц назад был седьмой раз.

– Я сделала десять абортов от него, думаешь разжалобить меня этим? Мне не нужен этот пустой разговор, – я направилась к выходу.

– Прекратите вести себя так, будто вы ничего не понимаете! – Крикнула Ацуко.

– Я, действительно, не понимаю.

– Вы ведёте себя, как непристойная женщина!

– Хочешь научить меня жизни? Сначала научись держать свои эмоции в руках. Ясно?

– Я ненавижу тебя! – Ацуко села на колени и начала собирать фотографии.

– Он звонил тебе из мой ванной. И говорил, что в офисе. Ты жалкая девушка, у тебя никогда не будет нормальных отношений. Перестань вызывать жалость к себе.

– Чем ты лучше?! Чем?! – Она подняла на меня свои заплаканные глаза.

– Я не лучше, я умею ценить себя и не выпрашивать любовь, – с этими словами, я ушла из кафе.

– Ты не собираешься домой? – Я провела указательным пальцем по подбородку Сэберо.

– Нет.

– Уже совсем поздно. Твоя жена будет злиться.

– Она мне не жена.

– Но, она любит тебя.

– Я устал от её ссор, слёз и истерик.

– Мои истерики тоже раздражают тебя?

– Нет, они прекрасные.

– Знаешь, почему ты так думаешь?

– Почему?

– Потому что, любовь заставляет видеть нас прекрасное, даже в самом ужасном.

– Откуда у тебя в голове так много умных фраз? Как ты запоминаешь их?

– Я не запоминаю, я говорю от сердца.

– Из тебя выйдет хороший романтик.

– Я не планирую им становиться.

В спальню забежала Ацуко с пистолетом в руках.

– Я убью тебя! Ты не достойна этой жизни!

– Ацуко, прекрати! – Рявкнул Сэберо.

– Ты начал эту войну, а я её закончу, – девушка направила дуло в мою сторону.

– Не смей этого делать! – Сэберо начал вставать с кровати.

– Если поднимешься, я убью её!

– Ты в любом случае убьёшь меня, – я надела на правую руку браслет. – Убей прямо сейчас, – я продолжала надевать кольца. – Как ни крути, женщина в жизни мужчины бывает только одна. Все остальные – ее тени.

– Заткнись, – руки Ацуко тряслись.

– Стреляй, избавься от меня, – надев шёлковый халат красного цвета, я подошла к ней в упор.

Глава 11

Арата

Не суй свой нос не в свой вопрос

В комнате было темно, я увидел женский силуэт. Она шла ко мне, её лицо было плохо видно. На женщине был халат из тонкого белого шёлка с белыми лилиями.

Я старался разглядеть её черты лица, но мои усилия были напрасны. Когда она подошла ко мне ближе, я начал приглядываться, на её лице было что-то напоминающее маску. Только этот аксессуар был тонкий и слегка прозрачный, но он отлично срывал её лицо. Женщина положила мне свою правую руку на моё плечо и наклонилась. Я слышал, как она дышит, как её кровь течёт по венам. Она села рядом со мной и прислонила ладонь к моей обнажённой груди.

От этого сна я проснулся и больше не мог заснуть.

Такое ощущение, что это был не сон, а реальность. Со мной случилось это впервые.

Было ли у вас такое, что вам снился сон, а потом что-то происходит, и вы внезапно просыпаетесь? И к тому же не можете заснуть. Словно сон скользнул по вашему сознанию, чтобы заманить вас. Только, куда? Есть ли вероятность, что я снова увижу этот сон? Что если, да? Тогда, я смогу понять, кто была та женщина или это мой подсознательный портрет, какой нибудь незнакомки?

Как вернуться в сон, который испарился в новом дне?

После такого, я чувствовал себя странно, моё тело устало и мышцы болели.

*****

– Что ты делаешь? – Я подошёл к Лэйко.

Девочка что-то жарила на костре.

– Это хлеб, хочешь? – Она протянула мне кусочек белого хлеба.

– Мне можно к тебе присоединиться?

– Садись.

Я сел на корточки, Лэйко дала мне длинную палочку и нанизала на неё хлеб.

– Это вкусно?

– Очень, – она почесала свою тюпку.

– Почему ты не идёшь домой, уже поздно.

– Не хочу. А ты?

– Тебя искал.

– Я уже взрослая.

– Мы только во втором классе.

– Ты считаешь себя ребёнком?

– Не знаю.

– Тогда, зачем задаёшь мне такие глупые вопросы?

– Прости, – я отвёл взгляд в сторону.

– Почему у всех есть мама?

– Не знаю, – я пожал плечами. – Может быть дело в том, что у них в семье больше одного ребёнка.

– То есть, когда отец находит второго ребёнка, мама приходит к ним сама?

– Возможно, – я кивнул.

– Странно. Почему же наши отцы не хотят найти ещё детей? Разве мама это плохо?

– Я так не думаю.

– О чём ты думаешь?

– Я нечаянно сбил щенка на велосипеде, теперь он хромает.

– Когда это произошло?

– Сегодня утром.

– Это твой секрет?

– Угу, – я снова кивнул. – У тебя есть секрет?

– Да.

– Расскажешь?

– Да, но если кому нибудь разболтаешь, я тебе глаза выколю, – Лэйко поднесла к моему лицу острую палку.

– Кроме тебя, я больше ни с кем не общаюсь.

– Хорошо, – она положила палку обратно. – Я видела, как девочка и парень из старшей школы прикасались губами друг к другу. Это было вчера вечером, я возвращалась из магазина, и увидела их.

– Как они это делали?

– Вот так, – Лэйко закрыла глаза, собрала губы в трубочку, и вытянула их. Я сделал тоже самое и коснулся её губ.

– Что ты делаешь?! – она толкнула меня в грудь руками. – С ума сошёл?!

– Прости, – я испугался, и отбежал от Лэйко.

– Так противно! Фу! – она тёрла губы рукавом от свитера. – Такие скользкие и липкие! Мерзость! Я никогда так больше делать не буду! Чего смотришь?!

– Ничего, – я помотал головой.

Проводив Лэйко до дома, я пришёл к себе и лёг на футон. Ночь была тихая и тёплая, последние дни августа стали для меня особенными. Мои руки пахли костром, я вдыхал этот запах и вспоминал Лэйко, как коснулся её мягких и горячих губ. Если бы можно было вернуться назад, я бы повторил это несколько раз. Перед сном, я представлял, как Лэйко спит, её глаза закрыты, длинные чёрные ресницы, маленький нос и милый рот.

*****

Я стоял возле магазина, где продавали одежду для гейш. Меня освободили сегодня утром. Из одежды у меня был чёрный спортивный костюм "PUMA" и пустой пакет. Я попросил таксиста высадить меня возле этого магазина. На витрине стояли гэта, сабо, окобо и дзори.

Гэта – деревянные башмаки с одной, двумя или тремя сильно выступающими деревянными же брусками приделанными к подошве.

Свисание ноги по бокам обуви обязательно.

Пяточка у женской обуви должна свисать, где то на 0,5-1см. Иначе ходить неудобно/невозможно, особенно в гета, особенно в высоких.

Окобо (Поккури). Есть в чем – то разница, но все говорят разное. Их носят только ученицы гейш – майко (аналогично

Хангеку – ученицы Гейш в Токио).

Обувь носят на улице, а в помещении ходят в носочках таби. Поэтому знаменитые танцы Гейш и Майко происходят без обуви! Но обязательно в таби – белые носочки с отдельным пальчиком сшитые из двух слоев ткани и имеют застежки. Бывают другие виды таби, но Гейши, Майко и занимающиеся боевыми искусствами используют только двухслойные из хлопка. Они более износостойки. Стоят дорого, потому что делаются почти как обувь на деревянной колодке проходит последний этап изготовления.

На подошве у дзори и многих гета есть специальные отверстия (они закрыты заглушкой, чтобы было красиво и аккуратно и грязь не набивалась). Можно их регулировать по полноте ноги. Теперь появились новые виды, где нет регуляторов, зато подошва резиново-пластмассовая и ее удобно мыть. У дзори закрепленные скрепкой отгибающиеся детали, внутри них углубление, где скрыты концы завязок от тесемок. У гета вытянутые через отверстие узлы закрыты с нижней стороны металлической заглушкой.

Я вспомнил один случай из своего детства. Лэйко пыталась ходить на окобо, но не могла, она вывихнула правую ногу, я ухаживал за ней две недели. Лэйко всё время нарушала режим и наступала на больную ногу.

Ее упрямство было чересчур усердным, из-за этого нога медленно заживала. Доказывать ей это у меня не было желания, да, и, какой в этом толк, эта дерзкая девочка не слушала меня. Я давал ей время, чтобы она поняла свою проблему, но это было напрасно.

– Ты тут собираешься жить?

Я услышал знакомый тембр. Обернувшись, в машине сидел Кохэку.

– Почему мне не позвонил?

– Хотел сюрприз сделать.

– Сюрприз, – Кохэку усмехнулся.

– Лэйко освободили?

– Да. Волнуешься?

Я промолчал.

– Убийство суперинтенданта спланировал он, – Кохэку протянул мне флешку. – Посмотри, если знаешь, кто это, скажи.

Я взял ноутбук с заднего сидения и воткнул в него флешку.

На камерах видно, как мужчина (довольно высокого роста) заходит в отель, идёт по лестнице. На нём надет тёмно – зелёный плащ и серая шляпа.

Он открывает дверь в номер суперинтенданта, через шесть минут, этот мужчина покидает номер. Он идёт к своей машине (Mazda), садиться за руль, снимает маску. Видно только его профиль. Мне не удалось понять, кто этот человек. Я никогда не встречал его в своей жизни.

– Ну, как? Есть мысли? – Кохэку сменил скорость.

– Нет. Я его не знаю.

– За шесть лет нам не удалось его найти. Хорошо маскируется, гад, – мой друг нервно постучал пальцами по рулю.

– Я могу взять флешку домой?

– Конечно, оригинал у оябуна. Насчёт квартиры, твой кот живёт у меня. Привезти?

– Да, я по нему скучал.

– Как его зовут?

– Гайдзин.

– Гайдзин?! – удивлённо повторил

Кохэку. – Я звал его твоим именем, он, кажется, привык.

– Ничего страшного, – я положил флешку в карман.

– Про Сакуру не спросишь?

– Что-то случилось?

– Нет. Она приехала к тебе без сына, он учится в престижной школе, Мэзэо помог.

– Где я могу её увидеть?

– Брат, тут такое дело, – Кохэку потёр подбородок. – Вам нельзя видеться, это опасно. Сакуру могут убить.

– Она об этом знает?

– Знает. Но ты тоже понимаешь, что остановить женщину, которая любит – невозможно. Будь осторожен, когда вы вместе.

– Кто начал охоту?

– Человек на видео. И по всей вероятности, он полицейский.

– Откуда такая информация?

– Пуля, которую ты дал на анализ. Такие использую только люди в погонах.

– Может быть, он хочет нас запутать?

– Не уверен. Он намеренно действует и чётко знает свои права.

– Умный, – я посмотрел на свои кроссовки.

– Как здоровье?

– Замечательно.

– Сегодня у тебя выходной.

– Когда я смогу увидеться с Мэзэо?

– Оябун занят, как будет свободное время, он позвонит тебе.

– Мою сим – карту заблокировали. Где можно купить новую?

– Сейчас с этим напряжёнка. Мы же якудза, – Кохэку иронично усмехнулся. – Достану, для меня нет ничего невозможно, Гайдзин.

Мы подъехали к моему подъезду, на лавочке с белым зонтом сидела Сакура. Она была похожа на европейку, бежевое платье и матовые туфли на шпильке, сделали из неё настоящую леди.

– Арата, – её голос дрожал.

– Ты не замёрзла?

Она подбежала ко мне и обняла, крепко и нежно. Как жаль, что я ничего не чувствовал к ней.

– Я ждала тебя, – она посмотрела на меня. В её глазах были слёзы, они вытекали и оставляли следы на щеках.

– Пожалуйста, не плачь, – я прижал её голову к своему плечу.

Руки Сакуры были холодные, её тело дрожало. Мне стало обидно, что я не тот, кто сможет согреть и дать ей полноценной любви.

– Пойдёмте ужинать! – Кохэку подошёл к нам.

Втроём мы направились к двери в подъезд.

Сакура вернулась назад, чтобы забрать зонтик со скамейки.

Я увидел отблески в здании напротив.

– Сакура! – крикнул я. – Ложись!

Сорвавшись с места, я побежал к ней, она упала на меня.

– Сакура! Сакура, ты слышишь меня?! – я сел на колени вместе с ее телом. – Кохэку, скорее скорую! Держись, держись, не закрывай глаза! Сакура!

– Не оставляй Юки одного, – её глаза закрылись, рука упала на мокрый асфальт. Её грудь больше не дышала, пальцы перестали держать мою руку.

Я сидел в лужи крови, сжав в кулак её чёрные волосы, из моего правого глаза упала слеза, на окровавленное платье Сакуры.

Похороны закончились в начале восьми вечера.

По пути домой, я зашёл в продуктовый магазин. Заполнив корзину всем необходимым, я пошёл на кассу. Из-за прилавка с соевым соусом за мной следил мужчина, я обернулся, сзади прятался ещё один человек. Я встал в очередь, передо мной было шесть человек. Через несколько минут сзади скопилось ещё три человека, молодой парень с двумя бутылками воды, женщина и трое школьников. Я убрал руки от своей тележки, достав из кармана складной нож, я быстрым шагом пошёл к прилавку с овощами.

Ко мне спиной стоял один из мужчин, которые следили за мной. Я схватил его за плечо и резко повернул к себе.

– Кто ты? – Я оголил лезвие ножа.

Мужчина держал мою руку своей, чтобы я не задушил его.

Не дождавшись ответа мне в спину кинули капусту, я ослабил руку, этот гад начал убегать, я погнался за ним.

Мы забежали в отдел с фруктами, беглец сбил замок на тележки с арбузами, и они все высыпались на дорогу, несколько разбились. Я продолжал бежать за ним, этот подлец быстро удирал от меня, я потерял его, но заметил, его яркую кепку, он забежал в женский отдел. Сократив путь, через молочный отдел, я выбежал навстречу этому бандиту. Он не ожидал такого поворота событий. Мужчина побежал от меня, из-за угла выехала женщина с большой тележкой и сбила его, подбежав к нему, я сорвал с мерзавца маску.

– Кто ты? Кто тебя послал?! Отвечай! – Я начал душить его.

Мужчина сопротивлялся, я не давал ему вырваться, как вдруг моё плечо пронзила жгучая боль. Один из этих бандитов вонзил в меня нож, я несколько раз ударил по лицу мерзавца, за которым гнался. Поднявшись, передо мной стоял другой мужчина в маске, он был в растерянности, с ножа, который этот гад держал в руке, капала моя кровь.

– Ну же, иди сюда, – шёпотом сказал я.

Мужчина кинул нож на пол и принялся убегать. Я бежал за ним, на бегу, он схватил бутылку масла и разбил её. Мне повезло, я перепрыгнул эту скользкую лужу. Этот тип направлялся к выходу, я знал, что потеряю его снаружи. Чтобы этого не произошло, я взял в руку дыню, и кинул с размаха, мужчина упал на пол. Я подошёл к нему, и набрал номер Кохэку.

– Сам цел? – Кохэку подошёл ко мне.

– Только рука.

– В больницу подбросить?

– Я сам. Рана незначительная, у меня и похуже было, – я улыбнулся.

– Думаешь, они следили за тобой, как только ты освободился?

– Как только я покинул тюрьму, за мной кто-то наблюдал. Что на счёт Сакуры?

– Пуля была точно такая же, как и у тебя дома. Получается, что стрелял один и тот же человек.

– Его видно на камерах?

– В доме камер нет.

– А по району?

– Тоже ничего, этот человек знает, как правильно прятаться. Гайдзин, – Кохэку посмотрел в мою сторону. – Закрывай шторы и не стой у окна. Хорошо?

– Хорошо, – я поднял правую руку, чтобы попрощаться.

Я зашёл в ресторан "Гин – но таки" (Серебряный водопад), на семь вечера у меня была назначена встреча с Мэзэо. Я пришёл на десять минут раньше, сев за котацу (низкий деревянный стол), я открыл меню. Заказав виски "Мацуи Мизунара" холодной фильтрации, я начал изучать интерьер ресторана.

В основном присутствовали тёмные оттенки, потолок украшали бумажные решётки (что-то похожее на жалюзи, только крепились к потолку), в них были встроены две лампочки, цвет полос внутри чередовался: чёрный, красный, чёрный, красный…

Сзади меня было натянуто красное полотно, к нему крепилась чёрная лакированная доска, размером с это полотно, и большим вырезанным ровным кругом (что напоминало флаг Японии). На доске в шахматном порядке были изображены (с помощью тёмного и слегка светлого лака) квадраты. На столе стояла ваза с тремя магнолиями. Обычно она цветёт весной, а сейчас уже скоро июль. Я пощупал листья, живые. Наверное, выращивали где-то в специальном террариуме. Справа от края стола, в стене было прямоугольное углубление, в нём горел тусклый свет, и стояли три веточки сухой сакуры. Они были окрашены в красный цвет, каждая палочка имела свои изгибы, именно этим она завораживала посетителей. Необычный ресторан, я посетил его впервые, но уверен, что вернусь сюда не раз. Это место пропитано яркими ароматами, которые заставляют почувствовать себя в нетривиальной обстановке.

Оябун приехал ровно в семь.

– Здравствуй, Арата, – он сел на низкий кожаный диван без спинки. – Всё в порядке?

– Не очень, – я посмотрел на бокал с виски.

– Береги себя, как можешь, с остальным я разберусь сам, – Мэзэо заказа саке Коцудзуми Роджо хана ари. – Понял?

– Да.

– У тебя завтра встреча с тайваньскими ребятами, там будет их директор. Посмотри все бумаги, проверь товар.

– Я понял.

– Арата, – Мэзэо тяжело вздохнул. – Тебе действительно так нужна она?

– Да.

– Это не мое дело, но… Пожалуй, этот разговор лучше провести на улице. Личные темы не стоит обсуждать в такой обстановке.

К нам подошёл официант с бокалом спиртного. Я заметил, что у него за спиной оружие.

– Мэзэо, ложись, – я закрыл его своим телом.

Официант откинул поднос в сторону и достал пистолет.

– Убегайте, я задержу их.

Когда Мэзэо побежал к выходу, из-за барной стойки начали стрелять двое мужчин, я ударил официанта, он упал на стол. Взяв его пистолет, я выстрелил в этих двух бандитов. Я ранил одного в руку, другому пуля попала в ключицу. Патроны кончились, я осмотрелся вокруг, тихо. Подойдя к выходу, меня остановила женщина. Я сразу понял, что у неё в руке складной нож. Она дралась профессионально, мне на помощь пришёл Кохэку со своими ребятами.

Из кладовой вышли ещё пять человек.

Девушка порезала мне шею, я выбил нож из её левой руки. Она достала новый из длинных сапог. Сзади на меня напал мужчина и три раза пырнул в спину. Лезвие ножа было коротким, но боль пронизала всё тело, Кохэку снял его и сломал ему шею.

– Всё нормально? – Кохэку помог мне встать с колен. – Драться сможешь?

– Силы ещё остались, – я вытер кровь с губ.

– Давай, брат, – Кохэку взялся за моё плечо.

Я увидел, как девушка открывала окно, чтобы сбежать. Тогда, я схватил её за куртку и кинул на пол. Она потеряла свой нож и растерялась. Я подошёл к ней и сел на корточки.

– Сбежать хотела?

Она смотрела на меня бешеным взглядом, её глаза плавали и дрожали.

– На кого ты работаешь? – Я прижал её горлу нож.

– Не скажу, – хрипло ответила она.

– Ладно, – я немного оскалился.

Разорвав её футболку, на рёбрах была татуировка какого-то клана.

– Повторяю ещё раз. На кого ты работаешь?

Эту татуировку я видел впервые, она была не похожа на кланы якудза.

Девушка взяла в руку нож, который лежал под столом. Я не успел заблокировать её руку, одним движением девушка порезала свою шею. Брызги крови остались на моей рубашке и лице.

До дома я доехал на такси, набрав горячую ванну, я погрузил своё тело в воду и закрыл глаза.

Открыв холодильник – пусто. Закурив последнюю сигарету, я открыл окно и посмотрел вниз. Людей не было, все уже уехали на работу, потушив сигарету, я накинул на плечи пиджак и спустился на улицу.

Я вставил ключи и завёл свою машину, но забыл дома кредитку. Выйдя из салона, и сделав несколько шагов, произошёл взрыв. Я упал на землю, в моих ушах стоял шум и звон. Перевернувшись на спину, я понял, что это горит моя машина. В моём почтовом ящике была записка "Не суй свой нос не в свой вопрос".

– Тебя хотят убить, – Мэзэо подошёл к окну, и скрестил руки за спиной. – Если нужна охрана…

– Я справлюсь сам, – я встал со стула.

– Будь осторожен.

– Как себя чувствует Юки?

– Не волнуйся, с ним всё хорошо, я взял его под свою опеку. Мальчик будет жить за границей, пока в Токио не станет тихо.

– Тихо, – шёпотом произнёс я.

– Якудза уже не те. Наркотики, проституция, убийства. А когда то мы были простыми игроками в карты, – Мэзэо улыбнулся. – Времена тяжёлые для всей страны. Больше тысячи моих ребят сбились с пути. Хотели открыть свой бизнес, выйти на новый уровень, а наоборот вышли на дорогу смерти.

– Что это значит?

– Умение скрывать – лучший способ выжить в нашем суровом мире. Скрывать даже самые сокровенные встречи, – оябун сжал в руках чётки.

– Что, если уже знают?

– Сделай так, чтобы знали, но у них не было компромата на тебя, Гайдзин.

Поклонившись, я вышел из кабинета.

– Так, что, мы договорились, господин Наканэ? – Этан положил мне лист и ручку.

– Расскажите о своих планах. Почему вы выбрали нас, для экспорта своей мебели?

– Я посоветовался со многими, но ваш господин уступил нам.

– Какая скидка?

– Двадцать процентов.

– С каждой вещи?

– Вы правы. В договоре всё написано.

– Я внимательно прочитал его, еще до нашего разговора.

– Вас что-то смущает?

– Есть немного.

– Как я могу исправить это?

– Позвольте мне проверить вашу мебель. Это же не отнимет у вас много времени?

– Что вы, всё в порядке. У меня встреча только с вами.

Этан сказал парням что-то на своём языке, они внесли в помещение два небольших дивана, стол и два кожаных кресла.

– Благодарю, – я подошёл к мебели.

– Снимите полиэтилен, – приказал Этан.

Трое мужчин быстро выполнили его приказ.

– Так нормально? – Поинтересовался тайваньский мафиози.

– Включите свет, – я сел на диван.

– Как скажете, Наканэ – сан.

– Комфортный диван.

– Вам всё нравится?

– Да, это действительно отличная мебель. Я только одного понять не могу, – сделав вдох, я достал из кармана складной нож, и порезал им диван.

– Ч.. ч.. Что вы делаете?! – Этан начал нервничать.

– Какая неудача, – я достал пакет героина, и кинул его на пол. – Сколько же их здесь?

Следом, я ударил по столу, в нём оказалось двойное дно.

– Тут килограмм десять. Вот почему ваша мебель тяжёлая, она не из элитного дерева, в ней лежит героин, – я откинул крышку в сторону. – Вы хотите поставлять наркотики, через наших людей? Неужели, вы думали, что сможете обмануть меня? Кто вообще придумал этот дурацкий план? Мой оябун будет в ярости.

– Решим это между собой, – сказал грубый голос. Ко мне подошёл мужчина в белом пиджаке и чёрных очках. Он приставил к моему виску дуло пистолета.

Глава 12

Лэйко

Вернись туда, откуда начал свой путь

– Что случилось? Почему твои руки дрожат? Разве ты не пришла сюда, чтобы убить меня? – Я смотрела в глаза Ацуко.

– Мне не страшно, – сказала она дрожащим голосом.

– Ацуко, опусти оружие, – осторожным голосом сказал Сэберо.

– Стреляй, убей меня. Чего ты ждёшь? Ну же! – я прижалась к пистолету. – Боишься? Что тебя останавливает? Убей! – я выбила пистолет из её рук. – Запомни, никогда не входи в мой дом без стука.

Ацуко ударила меня по плечу.

– Тварь, – крикнула девушка сквозь слёзы.

– Мне противно смотреть на твоё лицо,

– я взяла её за подбородок. – Убирайся из моей квартиры, пока твоё сердце бьётся.

– Сэберо! – Нервно крикнула она.

– Ацуко, иди домой, – Сэберо свесил ноги с кровати. – Позже поговорим.

Я достала из пистолета патроны, и протянула его Ацуко.

– Мне чужого не надо, – твёрдо сказала я.

Ацуко положила пистолет в сумку, и убежала, хлопнув дверью.

– Я разберусь с ней, – Сэберо застёгивал ремень на джинсах.

– Перестань, она мне не мешает. Ты будешь кофе? – Я подошла к нему.

– Да. Лэйко, только скажи, – он провёл своей рукой по моей щеке.

– Я помню. Сходи в душ, – я положила свои руки на его обнажённые плечи. – Не беспокойся.

– Я хотел сделать тебе подарок, – Сэберо зашёл на кухню.

– Какой же? – Я поставила две чашки кофе на стеклянный стол.

– Смотри, – он открыл небольшую чёрную коробочку. – Нравится?

– Это домик для богов?

– Да.

– Здесь стоит иероглиф семья. Ты не ошибся?

– Сегодня я подам бумаги на развод. Мы улетим как можно дальше отсюда. Ты родишь мне сына, у нас будет самая настоящая семья. Я дам тебе то, в чём ты так нуждалась всё это время.

– Я могу поставить этот домик рядом с ароматическими палочками, в прихожей.

– Конечно. По дороге к тебе, я всегда захожу в храм и молюсь, чтобы у нас родился ребёнок.

– Это твой секрет? – Я посмотрела ему в глаза.

– Теперь, это наш секрет, – Сэберо закрыл своими ладони мои, в которых был домик. – Если надеяться, то это обязательно сбудется. Правда? – он положил свой подбородок мне на плечо.

– Правда, – я слегка улыбнулась.

– Я люблю тебя, – он собрал мои волосы, и нежно поцеловал шею.

– Я тоже тебя люблю.

– Сегодня я видел сон, что у нас первый ребёнок будет мальчик. От этого я проснулся счастливым, и так сильно испугался, когда тебе угрожала опасность. Лэйко, сходи к своему врачу, может быть, в тебе уже есть маленькая жизнь, – Сэберо аккуратно прикоснулся к моему животу.

– Я схожу, – я поцеловала его.

Возвращаясь из офиса, я заехала в "Сад нерождённых детей".

Храм Дзодзедзи в Токио, построенный в 14 веке, раньше считался семейным храмом сегунов Токугава, которые правили островом с 1600 по 1868 год. Интересен он тем, что в нем находится уникальная для всего мира достопримечательность – Сад нерожденных детей. Здесь на земле располагается множество причудливых каменных статуй Дзидо, которого местные жители считают богом путешествий. Некоторые из них украшены одеждой или игрушками. Каждая статуя – это нерожденный ребенок.

Туристы и посетители зачастую приходят на территорию храма, чтобы полюбоваться на усыпальницу династии Токугава или своими глазами увидеть древние буддистские монументы. Сам же сад местные жители считают местом жутким и мрачным. Статуи, отдаленно напоминающие маленького ребенка, изображают детей, которые родились мертвыми или не появились на свет из-за выкидыша и даже аборта.

В Японии принято придерживаться традиций. Родители, потерявшие своего ребенка, могут утешить себя, выбрав одну из каменных статуй. Они украшают ее детской одеждой, ставят рядом игрушки. Подобные действия помогают им пережить тяжелую утрату. Родители также могут сделать пожертвование богу Дзидо, который считается защитником женщин и детей. Так они могут быть уверены, что душа неродившегося ребенка благополучно отправится в загробный мир.

Каждый месяц в храме Дзодзедзи проводится традиционная церемония Мизуко Куйо, посетить которую могут все японцы, потерявшие ребенка еще до его рождения. Участники приносят с собой небольшие мешочки из красной ткани, чтобы сделать подношение выбранному божеству, например, Дзидзо или даже Иисусу. Священник поджигает ладан и начинает петь. Сама церемония проходит довольно быстро, но оказывает сильное воздействие на родителей. Мешочки с подношением будут лежать у статуй в течение месяца, а потом их перенесут на специальный забор в саду.

Я подошла к одной из статуй, на ней была надета синяя вязаная шапочка. Рядом стояли голубые пинетки, и лежал небольшой букет пионов.

Я наклонилась к статуи, сзади подошла молодая пара. Девушка заменила букет на новый. Вместе с мужем они прочитали молитву, и ушли. Когда я посмотрела в её глаза, то мне показалось, что я утону в этой печали, как в океане. Глаза девушки настолько были красивые, но печаль и темнота убивала в них всё живое.

Следом за этой парой, ко мне подошёл мужчина, он работал в этом саду.

– Что за горе произошло в их семье? – Неловко спросила я.

– У них умер ребёнок. Мальчику было десять месяцев.

– Он заболел?

– Нет. Уснул и не проснулся. Врачи не могут дать этому объяснение. Теперь у них больше не будет детей.

– Почему?

– Кто-то из родителей совершил грех.

И они оба обречены, страдать всю жизнь. Даже если каждый из них найдёт свою вторую любовь, они никогда не будут счастливы.

– Неужели это…

– Нужно быть аккуратным в своих желаниях и делах. Иначе ваши дети будут отвечать за это, – мужчина посмотрел на меня.

Я опустила рукав до кисти, чтобы он не увидел татуировку.

– Кем бы вы ни были, ваш ребёнок или дети ни в чём не виноваты.

– Даже якудза..

– Я уже сказал, это не имеет никакого значения. Вы будете так же сильно любить своего ребёнка и переживать за него. Потому что вы – мать. Якудза вы или обычная женщина, для своего ребёнка вы – мама. Одна и единственная. Любите его и себя.

Припарковав автомибиль на стоянке, я взяла чёрный пакет и направилась к себе домой. Открыв дверь в подъезд, я почувствовала, что на мою спину что-то плеснули. Обернувшись, передо мной стояла Ацуко с банкой в руках. Она хотела плеснуть кислоту мне в лицо, но я зашла спиной к ней.

Банка выпала из ее рук и разбилась, Ацуко убежала, я поднялась к себе в квартиру. Сняв рубашку, я промыла рану от кислоты ледяной водой. Брызги слегка задели шею, но на лицо ничего не попало. В мою дверь кто-то позвонил, я открыла, без какой либо о торожности. Там стояла Ацуко.

– Не смей подходить к моему мужу, мерзавка! – достав из кармана нож, она размахнулась. Ацуко хотела порезать мне лицо ножом, я увернулась, лезвие прошло по моему животу. Мне удалось выбить нож из её рук. Она была напугана и быстро убежала с места преступления. Кровь вытекала из моей пульсирующей раны. Я еле – еле, подползла к тумбе, где стоял телефон. Позвонив в скорую, я сказала им свой адрес, что было дальше, я не помню. Мой разум отключился, я потеряла сознание от большого количества потерянной крови.

"Диссоциация – психический процесс, относимый к механизмам психологической защиты. В результате работы этого механизма человек начинает воспринимать происходящее с ним так, будто оно происходит не с ним, а с кем-то посторонним. Такая «диссоциированная» позиция защищает от избыточных, непереносимых эмоций".

Когда сознание вернулось ко мне, я увидела Сэберо. На нём был белый халат.

– Лэйко, ты очнулась, – он взял меня за руку.

– Сэберо, это была Ацуко.

– Я смотрел камеры.

– Убей её, – я посмотрела на него холодным взглядом.

– Твоё слово для меня закон.

Сжав его пальцы, я не отводила от него взгляд.

Сэберо встал со стула, повесил халат на выступ кровати.

– Завтра к тебе придёт пресса, придумай, что скажешь им.

– Зачем они хотят брать у меня интервью?

– Этим случаем заинтересовался директор популярной газеты "Big Tokyo", им нельзя отказать.

**Сэберо**

Я в ярости забежал домой, Ацуко лежала на диване.

– Любимый, ты уже дома?

– Какая же ты стерва, – я ударил её по лицу.

– Зачем ты это делаешь? – Она заплакала.

– Думаешь, я не знаю, что ты хотела убить Лэйко?! Тварь! – Я ещё раз ударил Ацуко по спине.

– Пожалуйста, перестань! – Кричала девушка.

– Как же я ненавижу тебя! – Я начал трясти её за плечи.

Она плакала и начала биться в истерики. Я взял в руки подушку и начал душить её. Ацуко сопротивлялась, я держал её ноги и прижимал подушку сильнее, чтобы воздух не поступал к ней.

– Что ты творишь негодник!?

В комнату забежал мой отец, он столкнул меня на пол. Ацуко до сих пор тряслась от страха.

– И..из.. Изэнэджи – сан, это я виновата, – голос Ацуко дрожал, и на плохо говорила. – Я.. я… я хот – т – тел – л – ла убить Лэйко.

– Что здесь вообще происходит!? Вы с ума все посходили! Одна кислотой плескает, потом ножом зарезать хочет. Другой врывается в дом и хочет задушить жену?! Весь Токио только и говорит об этом! У вас у всех от жары мозги отказали?! Взрослые люди, а занимаетесь ерундой!

Ацуко! Иди за мной! – отец схватил девушку за руку. – А ты, Отелло недоделанный, сиди дома, и жди, пока мы с Лэйко будем прикрывать позор!

*****

Через десять дней меня выписали из больницы. У меня был запланирован эфир на городском канале и интервью с газетой "Big Tokyo".

Я надела белое платье с чёрным поясом, красную шляпу, босоножки такого же цвета и чёрные очки.

В основном все вопросы были о том, как я попала в мир якудза. Зрители интересовались моими татуировками.

Зачем они мне? Что обозначают? За что я получила данную ирэдзуми?

В конце вышел сам директор газеты, он подошёл ко мне и спросил:

– Кацура – сан, что связывает вас и Арату Наканэ из "Аса – мэ"?

– Деловые отношения.

– Вы уверены в этом?

– Какой ответ устроит вас? Ведь на телевидении всё куплено. Говорить правду, могу только я.

Взгляд директора изменился, он хитро улыбнулся, и продолжил:

– Вы правы, здесь все работают, у каждого свой сценарий, каждый играет свою роль. Только вы, Лэйко – сан, по какому сценарию играете, и какую занимаете роль?

– Сценарий – жизнь. Роль – саму себя.

– Это ложь?

– Правда никому не нравится, вы же сами это только что сказали.

– Что ж, вы действительно мудрая девушка. Спасибо, что рассказали о себе немного больше, – директор поклонился.

– Взаимно, – я протянула ему руку, он слегка пожал её.

Наши пути разошлись в коридоре, я села в чёрный "Nissan", сняв очки в салоне, мне стало легче воспринимать происходящее.

Включив свет на кухне, я увидела мужской силуэт. Он сидел на кухне с пачкой сигарет в руках.

– Здравствуй, – мужчина повернулся ко мне. Это был Нори. – Как ты?

– Разве у нас доверительные отношения?

– Что тебя смущает?

– Ненормальная речь.

– Прости, – Нори опустил голову вниз. – Ты не помнишь меня?

– Мне фиолетово, – я набрала в стакан холодную воду.

– Нисимура Нори, третий этаж, учительская. Мы встретились там впервые.

– И?

– Лэйко, я знаю, что ты хочешь делать.

– Извини, я забыла, – я пошла в спальню, достав из стола папку с бумагами, я положила ее на стол перед Нори. – Это вся информация, которую я узнала. Этого достаточно?

– Да, конечно. Но, послушай..

– Голова болит.

– Пожалуйста, – Нори положил руки на стол. – Я тоже не работаю на Ясухиро.

– Хочешь взять меня на крючок? Нисимура – сан, читай между строк. Понятно?

– Я ждал твоего звонка.

– Деньги на телефоне закончились, – я открыла окно.

– Я работаю на людей сверху.

– Ты сектант?

– Лэйко, просто послушай меня. Через два дня, Изэнэджи поручит тебе переговоры с вьетнамскими бандитами.

На этом совещание их босс даст тебе две бутылки с водой. В одной будут бриллианты, в другой – ничего. Изэнэджи должен получить настоящую бутылку. Но Ясухиро хочет расстроить планы твоего оябуна. Если у вас разрушатся отношения с Вьетнамом, это усугубит всю ситуацию в вашем клане. Вьетнам, это выгодный сотрудник по бриллиантам.

– Зачем ты говоришь об этом мне?

– Я хочу, чтобы ты была в безопасности.

– Как я могу тебе доверять?

– Доверие, – Нори вздохнул. – Все якудза такие? В этом мире вы можете хотя – бы кому нибудь доверять?

– Нет. Собственные мысли, чувства, сила могут подвести. А люди… Люди тем более.

– Просто сделай так, как считаешь нужным.

– Это всё?

– Да.

– До свидания.

– Пока…

На сегодняшнее утро у меня был запланирован поход к мастеру по ирэдзуми. От кислоты остались шрамы на плече, поэтому я решила обратиться к лучшему мастеру в Токио.

Моей новой ирэдзуми стала "Кицунэ".

Кицунэ. Образ лисицы – оборотня проник в японский фольклор из Китая, где сложился в глубокой древности. В Китае этих существ называют хули–цзин, а в Корее – кумихо. В японском фольклоре кицунэ – это разновидность, ёкая (демонического существа). Кицунэ обладают умом и знаниями, и могут жить очень долго. Хвост у этого оборотня является необходимым атрибутом для создания иллюзий, и чем старше и сильнее лиса, тем больше она имеет хвостов. Их число может доходить до девяти.

Согласно сказаниям, эти животные обладают магическими способностями и способны превращаться в человека – обычно они принимают облик обольстительных красавиц, но могут принимать облик стариков. Эти способности они чаще всего используют для обмана людей, и подобно вампирам, питаются человеческой жизненной и духовной силой. Они также способны вселяться в чужие тела и создавать иллюзии, неотличимые от действительности. Тем не менее, кицунэ часто совершают добрые поступки, и, в отличие от китайской и корейской традиции, не являются злыми демонами – людоедами.

В религии синто кицунэ являются посланниками бога рисовых полей и предпринимательства Инари, который и сам изображается в виде лисы. При смешении мифологии синто с буддизмом, лиса получила, в соответствии с китайскими представлениями, демонические функции, но в целом, в буддийской традиции, лиса – оборотень имеет положительную функцию, как атрибут бога Дакини.

Считается, что Кицунэ представляют собой демонов, которые помогают синтоистскому божеству изобилия, Инари, обеспечивать полноценную защиту полям, где растёт рис. Еще они символизируют плодородие земель. Образ Кицунэ в японской мифологии овеян чем-то таинственным, мистическим и даже демоническим. Считается, что это существо опасно для человека, ведь оно беспрепятственно может проникнуть в его разум, навести на него иллюзии, которые тяжело отличить от реальности, а также сновидения. Создание способно вызывать «лисий» огонь, неожиданно растворяться в воздухе и вновь появляться. Кроме того, оно имеет хороший слух и отличается своей внимательностью.

Многие полагают, что человек, который испробовал мясо девятихвостой лисы, обладает неуязвимостью, высшие силы защищают его от проклятий, порч, сглазов и недоброжелателей.

В трактовке образа Кицунэ особую роль играют её хвосты. Их количество напрямую зависит от того, насколько развита мощь и магическая сила мифологической лисицы, а также от её возраста. Считается, что девять хвостов – это наивысшая степень развития способностей этого существа. По данной причине девятихвостую лисицу боготворят, но при этом её и боятся, ведь она обладает такой огромной мощью.

(У меня было четыре хвоста).

Жители Японии наделяют Кицунэ множеством различных качеств, причём некоторые из них могут быть весьма противоречивыми. Среди таких качеств присутствуют обольстительность, хитрость, мудрость, коварство и подлость, обаяние, шарм, саморазвитие и острый ум, стремление к достижению желаемого с использованием любых способов и средств, умение найти выход даже из самой сложной ситуации. Кроме того, такая лиса символизирует удачу, успех и процветание, особенно если дело касается предпринимательства и финансовых вопросов, ведь Кицунэ покровительствует людям, которые занимаются собственным бизнесом.

Несмотря на коварство оборотня из легенд, татуированная маска девятихвостой лисы символизирует приход времени процветания после окончание темной полосы в жизни. Объясняется это тем, что число 9 завершает ряд однозначных чисел. Именно поэтому наличие 9 хвостов трактуется как символ грядущего счастья, наступление золотого времени.

Существуют два типа кицунэ: Zenko – добродушные помощницы Инари, защитницы невинных людей от коварства злобных сил.

Yako – как озорные мошенники, так и злобные демоны, враждебно настроенные против людей.

На вокзале в Осаке меня встретил сам Кунг Ли.

Моя задача заключалась в том, чтобы перевести эти две бутылки из Осаки в Токио (Гиндза).

Зелёная крышка – с бриллиантами.

Красная – пустышка.

На короткой станции, я зашла в небольшое кафе, отыскав там уборную, я закрылась. Достав две бутылки и фальшивые бриллианты, которые оставил Нори. Я пересыпала их в бутылку с красной крышкой. Заменив цвета, я положила бутылки в сумку и спокойным шагом направилась к своему месту в поезде.

За пять минут до моей станции, ко мне подошёл мужчина, которого подослал Ясухиро. Я отдала ему фальшивую бутылку. Он незаметно положил её в свой синий пакет и скрылся.

6:15 am. Я взяла билет на самолёт в Гуму. Чтобы добраться в Синто (там находился мой родной дом), мне пришлось сменить три вида транспорта, а затем, я прошла несколько километров пешком.

Забор покрылся мхом, на нём выросли сорняки и какие-то маленькие цветы. Участок был в траве, будка стояла на том же самом месте, возле неё лежала цепь. В двух чашках была дождевая вода, которая не успела испариться.

Достав ключ, он висел под окном на старом и ржавом гвозде. Открыв дверь во внутрь, я прониклась той самой пустотой, которая жила в этом доме больше десяти лет. Убрав паутину руками, я пошла прямо по коридору. Несмотря на то, что в доме было пыльно, я разулась, как меня этому учил отец.

Справа была кухня. На столе стоял стакан, по всей вероятности в нём было молоко. Возле тарелки лежали палочки в упаковки.

"В тот вечер, я так и не поужинала", – подумала я.

На мойке стояли три кастрюли и две тарелки от супа.

В этом доме больше нет воды, газа и света, но я по прежнему чувствую, что это моё единственное место, где мне можно быть настоящей. В городе так много ненужных дел, людей и проблем, из-за которых я теряю себя.

Как бы мне не хотелось об этом думать, но в родном доме – ты становишься ребёнком. Совершенно неважно, сколько тебе лет, здесь ты провел важные годы своей жизни, которые сделали из тебя полноценного человека.

Сделав небольшой порядок, я нашла шкатулку, она лежала в специальном отверстии пола, под ковром. Открыв её, я увидела много купюр по десять тысяч йен. Это были старые деньги, но ими можно было оплатить любую покупку в магазине. Положив шкатулку обратно, я сделала всё так, как и было до моего вмешательства.

Поднявшись с колен, я сняла перчатки, повесив их на край стула, я обратила внимание на журнал, который лежал посередине стола. На нём была изображена японская модель 60 – 70 – х. годов. Когда-то, я мечтала быть похожей на неё, но с возрастом понимаешь, что ты рождён не для того, чтобы стать "чьей-то копией". Индивидуальность, вот к чему нужно стремится.

Взяв в руки мусор, я вышла на улицу, чтобы найти бак. После того, как я выполнила своё действие, я решила прогуляться по окрестностям своего родного села.

Ничего не изменилось, но вдруг, я заметила храм. Возможно, он был здесь раньше, просто я не знала о его существовании. Пройдя по каменной дорожке, я оказалась у входа в храм.

Сняв туфли, я сделала два шага вперёд. Возле Будды стоял мужчина, в его руке была палочка, которая медленно догорала, и от неё исходил приятный аромат. Что-то между сакурой и розой, и немного приятных масел.

– Извините, а где вы купили эту палочку? – Я обратилась к мужчине.

– На входе взял, – он обернулся.

– Арата.., – еле слышно сказала я.

Глава 13

Арата

Конверт смерти

– А теперь, медленно выкладывай свой ствол на пол, – приказал мужчина в чёрных очках.

На моём ремне была "кнопка безопасности", незаметно нажав на неё, я выложил оружие и начал считать до двадцати.

– Хотел поиграть? Ты один среди нас, – мужчина засмеялся.

– Подписывай, иначе твоё тело будет кормить рыбок, – Этан протянул мне договор и ручку.

– Четыре…, – прошептал я.

– Что?! – Недовольно ответил мужчина.

– Три… Два…

За дверью послышались выстрелы, я ударил локтём тайца с оружием в нос, он упал. Выбив у него пистолет, я поднял свой. Началась перестрелка.

Мне удалось выйти сухим из воды. Кохэку отвёз меня к Мэзэо, тот уже ждал меня в своём доме.

– Улетаешь, через девять дней. До этого времени будешь находиться у меня в доме, – оябун положил на деревянный стол билет до моего родного города.

– Я вас понял, – я низко поклонился.

– Арата, – Мэзэо подошёл ко мне. – Ты для меня, как сын. Пожалуйста, перестань ввязываться в эти дурные ситуации. Так будет спокойнее всем. Хорошо? Не опускай взгляд, здесь нет твоей вины. Ты сделал всё правильно, но пошёл на риск.

– Мэзэо, прости.

– Иди, отдохни.

Оябун слегка похлопал по моему правому плечу.

У вас было чувство грусти? Нет, я неверно задал вопрос. На этой планете все грустят. Но у каждого своя грусть. Приводить примеры бессмысленно, поэтому я хочу поделиться своей грустью, которая настигла меня в моём родном селе.

Не знаю, была ли это грусть или ностальгия, я в замешательстве.

Когда я приехал в свой дом, мне не захотелось заходить в него. Я пошёл прямо по дороге. Много домов было заброшено. По пути мне не встретилась ни одна собака или кошка. Эти существа живут там, где их кормят. Здесь им делать нечего.

Так что же такое грусть, которая появляется из ниоткуда.

Общество учит нас с детства, что есть положительные и отрицательные эмоции. Например, гнев и печаль нужно скрывать. Мы должны избегать и подавлять их в виде самообмана – нездоровой практики постоянного и притворного позитива. Привычка, которая несет иллюзорное обещание изменить окружающий мир все само собой образуется, если мы притворимся счастливыми.

Однако ничто ниоткуда не может появиться, а потом взять и испариться. Почему человек грустит? В те дни, когда грустно «не понятно почему», существует причинно-следственная связь. Любая эмоция сопровождается завершением; этот биологический компонент, организованный на химическом уровне в нашем мозгу, имеет четкую функцию, заключающуюся в облегчении нашей адаптации, чтобы мы могли выживать в ежедневных сценариях. Она как бы замедляет привычный для человека темп – для самоанализа.

Понимание причин того, что влияет на наше «плохое» настроение, позволит нам принять и превентивные меры. Некоторые факторы могут быть легко решены, другие же потребуют небольшого терпения, поддержки или простого принятия. Обратите внимание, что данная статья посвящена причинам грусти, которые вы можете упустить или не заметить. Если же вы заболели, случилось что-то травмирующее или трагическое, вы осознаете, почему вы чувствуете себя эмоционально-подавленными.

Возможно, у грусти есть своя "особенная миссия"?

Грусть – чрезвычайно живая эмоция. Такая характеристика может удивить, но важно помнить, что эта эмоция помогает нам чувствовать себя сильными перед лицом трудностей жизни. Печаль заставляет нас сдерживаться и сосредоточиться. Поэтому нормально чувствовать себя уставшим и менее восприимчивым к тому, что нас окружает.

Эта эмоция (так же как и гнев), требует от нас временно отстраниться от внешнего мира, сориентироваться в наших внутренних переживаниях, чтобы узнать, что происходит, что нас обижает, и что беспокоит нас. Вот почему, если грустно, важно уединиться на короткое время, чтобы прислушаться к себе, исцелить себя и отыскать в мыслях то, что заставляет нас чувствовать себя так.

Это так сложно понять, услышав знакомый голос, моя грусть растворилась. Я сам не понял, как это произошло. Обернувшись, за моей спиной стояла Лэйко, в белом сарафане с открытой спиной. На ногах были голубые кеды "NIKE".

Я смотрел на неё, как в первый день нашей встречи. Все чувства перепутались во мне. Я хотел обнять её, крепко. Но что-то мешало мне сделать этот шаг. Шаг, который хотело сделать моё сердце. Палочка догорала в моей правой руке. На лице у Лэйко появилась бледная улыбка, словно кто-то не давал ей права сделать то, что она хотела. Тихая и томная улыбка сменилась, Лэйко сжала губы. На её чёрные глаза упал луч заката, от этого они стали янтарного цвета. Взгляд был всё таким же уставшим, но давал надежду и тепло, которого мне не хватало.

– Сегодня хороший день, – сказал я.

– И жарко, – Лэйко потёрла переносицу, и неловко прикрыла рот левой рукой.

Я понял, что она широко улыбнулась.

– Как дела? – Я отложил палочку в сторону.

– Ты задаёшь этот вопрос, как будто бы мы не виделись сутки, – она сделала небольшую паузу. – Нормально. Твои как?

– Жив, дышу. Разве может быть что-то хуже? Так что у меня всё отлично.

– Как же проблемы?

– Проблемы? Возможно, но сейчас они позади. Как твои проблемы?

– Всё ажурно, – Лэйко заманчиво посмотрела мне в глаза. Она не отводила свой взгляд достаточно долго.

Обувшись, мы ушли из храма.

– Когда, я ехал сюда, то увидел небольшое рисовое поле. На нём работали несколько ребят. Я вспомнил себя, – тяжело вздохнув, я посмотрел на свои ладони. – Точно так же, как они, меня заставляли работать. Я ходил, ходил. Работал днём, ночью, в холод, в жару. По пятнадцать часов стоял в этой ледяной воде, когда делал обход поля. На отдых было тридцать минут. Семь дней в неделю и только четыре выходных в месяц. Я так возненавидел свою работу, что перестал, есть рис. У меня было отвращение к этому продукту. Постепенно, когда весь этот кошмар закончился, я потихоньку начал есть его, но экономил. Не знаю, но мне было действительно жаль людей, которые работают на этих полях, гробят своё здоровье, ради того, чтобы им дали одну тарелку риса.

Я удивлялся, когда видел, как в ресторанах оставляют рис в тарелке, я доедал всё до последней рисинки. У меня есть пять рисовых полей в префектуре Акита…

– Подожди, – Лэйко нахмурила брови. – Так это ты, тот самый заботливый хозяин, который выбил у государства поставки резиновых сапог с подогревом для своих рабочих на рисовых полях?

– Видимо, да.

– Я не знала, что это ты. Теперь у меня гордость за тебя, – Лэйко стремительно смотрела вдаль.

– А ты? Я слышал, что благодаря тебе, Изэнэджи избавился от мошенников в своём бизнесе. Это так?

– Ага, я роковая женщина, – Лэйко откинула прядь своих волос назад. Это было пафосно, но в то же время – великолепно и завораживающе.

Мы пришли к небольшой речке.

– Раньше она была глубже, – удивился я.

– Помнишь, как мы здесь сидели?

– Конечно! Я буду помнить это всю жизнь.

Солнце ушло в тёмные тучи, ночь постепенно надвигалась и захватывала всё больше пространства. Одуванчики прикрылись своими длинными и узкими листьями. Они стояли прямо, словно в пальто с поднятым воротником. Ветер слегка раскачивал зелёную траву. Трава представляет собой очень красивое явление, но на нее приятно не только смотреть и любоваться ею, но и использовать ее для других целей. Как и любое другое естественное явление, траву нужно ценить.

– Хидэки, – Лэйко посмотрела на меня, и легла на прохладную траву.

Я немного смутился, она никогда так не называла меня.

– Что? – Я лёг, и повернулся на правый бок, чтобы смотреть на неё.

– Давай будем называть себя настоящими именами?

– Конечно.

– Назови моё имя, – она закрыла глаза.

– Мацу..

– Что..? – она улыбнулась.

– Ты выйдешь сегодня погулять?

– Нет, – Мацу помотала головой.

– Почему?

– Не хочу.

– Тогда, я могу погулять возле твоего окна?

– Угу, – улыбка не сходила с розовых губ Мацу. Она была другой. Лэйко осталась за гранью, передо мной была Мацуба, которая никогда не совершала ничего плохого. Чистая и красивая девушка, ради неё, я могу сделать всё, что угодно.

Это место вернуло меня в детство. Время, когда не нужно было думать, что с тобой случится завтра. Время, когда любые вещи виделись под другим углом. Жизнь, которая казалась простой и беззаботной.

– Мой отец часто говорил мне, что мужчинам нравятся плохие женщины.

– Плохие? – Переспросил я.

– Именно. Женщины, которые ведут себя плохо. Их образ жизни отличается от нормального. У них нет морали, комплексов, они доступны в любое время, в любом месте. Это и притягивает мужчин, – Мацу подняла руки вверх и раздвинула пальцы. – Я думала об этом и ненавидела себя.

– Твоё мнение изменилось за эти годы?

– Да, – она положила руки к себе на живот. – Я поняла, что к таким женщинам испытывают интерес мужчины, которые неуверенны в себе. Они не могут добиться нигде успеха, поэтому ищут лёгкую добычу. Зачем заморачиваться, если можно найти что-то простое, которое не требует особых усилий.

– Мацу, ты считаешь себя хорошим человеком?

– Нет. А ты?

– Нет, – я помотал головой.

– Почему? Ты всегда был лучше меня. Я завидовала тебе, пока не поняла, что…, – она резко остановила свою речь.

– Родившись на свет, мы уже совершаем грех. Дальше, мы всё больше и больше усугубляем ситуацию.

– Как же?!

– Говорим много плохих слов своим родным, обижаем тех, кто по – настоящему влюблён в нас, обвиняем тех, кто никогда не предаст. Занимаемся плохими делами. Это касается не только бандитов или рецидивистов. Каждый человек совершает грехи. Кто-то мало, кто-то много. Искупить их нельзя. Даже если пойти в особый храм и родиться заново.

Нет, это невозможно. Я не верю людям, которые считают, что они благородно прожили свою жизнь. Так не бывает это невозможно. Они хотят показать пример, но на самом деле, совершают ошибку, считая, что поступили правильно.

– А животные? Они тоже совершают грех?

– Они созданы, чтобы показать человеку, как правильно жить. Но мало кто придаёт этому значение. И в этом я не исключение.

– Думать о смерти, грех?

– Да. Животные тем и превосходят людей, они не знают ничего о смерти. Им не понять наших мыслей, точно так же, как и нам их.

– Это так грустно.

– Правда, всегда печальна.

– По легенде, мы все раньше были животными. В прошлой жизни, но что случилось с нами? Почему мы превратились в этих грязных существ?

– Не знаю, – я лёг на спину.

– Может быть это всё временно. Если человек не научиться жить, то мир снова остановиться и все погибнут?

– Не думаю, но такая версия довольно заманчивая и нетривиальная, – я скрестил руки на животе.

Сняв номер в сельской гостиницы, мы поужинали. Зайдя в комнату, я увидел Мацу, она стояла возле открытого окна.

– Здесь только одна кровать, – она потушила сигарету. Её волосы были мокрыми.

– Я могу спать на полу, – я неловко кашлянул.

– Сколько времени ты будешь держать себя на коротком поводке? – Мацу скинула со своих плеч халат. – Хидэки, неужели тебе ненавистно само упоминание о наших отношениях?

– Ты ведь знаешь, что я люблю только тебя.

– Поцелуй меня, – её губы касались моего подбородока.

Опустив голову вниз, я сжал тонкую талию Мацу, и жадно вцепился в её розово – красные губы.

Я провёл рукой по мокрым волосам Мацу. Она стянула с меня рубашку и бархатно осыпала мою шею и плечи поцелуями. Каждое прикосновение Мацу было горячим и чутким. Она изящно легла на кровать, я сел рядом.

В её чёрных глазах мелькала страсть и огонь. Я боялся спугнуть эти чувства в ней. Мне хотелось без страха осязать её тело. Но меня останавливала моя моральная ответственность. Осторожно коснувшись её бедра, я взял руку Мацу. Едва заметно, я поцеловал её кисть, и прижал её руку к своему сердцу. Она обвила мою шею своими тонкими руками, поджав ноги под себя, Мацу грациозно приняла позу. Я опустил руки на её талию, мне казалось, если сделать неправильное грубое движение, то её гибкая и изящная талия сломается. Поправив своё короткое каре, Мацу нежно прикоснулась к моим скулам.

Её длинные и тонкие пальцы были мягкими, как бархат. Руки Мацу подобны крыльям, они возносили меня на небо, я был неистово счастлив. Она смотрела мне в глаза и сжимала мою левую руку. Я отвёл взгляд на её хрупкую и острую ключицу. Обнажённый вид Мацу был трепетным и беззащитным. Её силуэт был словно прозрачный, когда на тело падал свет, оно светилось, как бриллиант. Столько элегантности в одном человеке, я никогда не видел. Тонкая и пластичная талия, как песочные часы, медленно меняла ракурс. Каждое действие Мацу было утончённым с привкусом чего-то особенного. Словно она видела себя со стороны, делав движения искусными и пластичными.

Утром я проснулся один в холодной постели. Мацу нигде не было. На столе стоял мой ноутбук, рядом лежала флешка, которую мне дал Кохэку. На листе была надпись:

"Это Ясухиро".

Я быстро оделся, положил ноутбук в сумку и выбежал на улицу. Взяв билет до Токио, я ждал своего самолёта.

Я прибыл вечером, Мэзэо работал в своём офисе. Дерзко открыв дверь в его кабинет, я кинул папку со всем компроматом на Ясухиро.

– Арата, ты что творишь?! Тебя могли убить. Зачем ты приехал?!

– Прочти.

Мэзэо взял в руки очки, открыв папку, он тщательно изучил все бумаги и просмотрел видео несколько раз.

– Устрой мне встречу с Изэнэджи и начинай операцию на этого подонка.

Мэзэо и Изэнэджи вели переговоры около четырёх часов. В кабинет никого не пускали. Я выкурил всю пачку "Seven Stars".

– Не психуй, – ко мне подошёл Кохэку.

– Всё в порядке.

– Как отдохнул? – Он протянул мне сигарету.

– Так себе, – я закурил.

– Дом на месте?

– На месте, – вздохнул я.

– Если что-то подладить нужно, говори, я помогу.

– Не хочется туда возвращаться.

– В родной дом? Ты шутишь?

– Атмосфера там, ну, не очень хорошая. Не знаю, как объяснить.

– Долго смотрел на дом, и он стал тебе противен?

– Если долго смотреть на одну и ту же вещь, то она станет уродливой.

Но дело не в этом.

– А в чём же?

– Я, наверное, отвык. Поэтому, мне не стоит туда возвращаться. Зачем угнетать себя этим, мне и в городе проблем достаточно.

– Понял. Но родительский дом, это святое место. В нём родные стены.

– Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы дом не стал горой мусора. Но жить мне там не хочется.

– Отдых? Природа, море, шашлык.

– С неприятными воспоминаниями?

– Почему? Ты что-то скрываешь? Ты никогда не рассказывал о своём детстве.

– Там и говорить…

Дверь в кабинет Мэзэо открылась, Изэнэджи вышел с тремя охранниками, за пазухой у него была красная папка. Я и Кохэку вежливо поклонились.

На стоянке ко мне подошёл мужчина.

– Вам что-то нужно? – Я обратился к нему.

– Тебе с одного раза было непонятно?

Он хотел ударить меня кулаком, но я успел увернуться.

– Я не понимаю вашей агрессии к моей персоне.

– Не приближайся к Лэйко, в противном случае, я задушу тебя своими руками, – мужчина сжал руки в кулаки. От такого напряжения, жилы на его шеи надулись и покраснели.

– Кто вы? И по какому праву так?

– Так? Ты не понял? Я убью тебя, если ещё раз увижу со своей женщиной.

– Разве у вас нет жены? Это вы, Сэберо Огава? Сын Изэнэджи. Если я не ошибаюсь, вашу жену зовут Ацуко.

– Да пошёл ты, – он небрежно плюнул на асфальт.

Я часто ощущаю себя одиноким. Чувство одиночества. То мрачное и эгоистичное, то ледяное и скрытое оно неотступно преследует мир, привнося страх и социальное неодобрение.

Не понимаю, почему я стал сталкиваться с ним чаще. В машине, подъезде, квартире, на работе. Что со мной происходит? Оно, подобно дождю в ясный день. Накрывает меня, а потом отступает. Неприятно, но как бороться с этим негативным ощущением, я не знаю.

Представьте книгу, в которой все слова идут беспрерывно, без пробелов. Вы сможете прочесть такую книгу? Вероятнее всего, нет. Для того чтобы поток слов в книге обрел смысл, необходимо отделить одно слово от другого, нужна пустота между словами, некие паузы, которые дают возможность понимания. Точно также, в жизни человека необходимы моменты отделения, уединения, паузы в отношениях, чтобы можно было что-то понять о себе, иначе не будет развития личности, ее роста.

Само по себе одиночество не плохо и не хорошо. Значение имеет то, как человек переживает это одиночество.

В какой-то степени одиночество – это прозрение. Прозрение от нездоровых отношений, от прежних ценностей и образа жизни, возможность заняться собой, своим эмоциональным и физическим состоянием, своим духовным ростом и развитием.

Моё одиночество бывает разным. Или это зависит от обстановке, в которой я нахожусь.

Сегодня утром, одиночество настигло меня, когда я пил воду. Это так странно.

В какой-то степени, беспокойство по поводу одиночества заложено самим процессом развития личности. Изначально ребенок не осознает себя обособленным, он «видит» мать своим продолжением и пребывает в состоянии незамедлительного удовлетворения потребностей. Но уже к 3 годам ребенок начинает осознавать свою самостоятельность, свои границы, свои ограниченные возможности и встречается с запретами. Воспитание и социальное окружение способны оказать решающее влияние на то, будет ли ребенок доверять этому миру и самому себе. С одной стороны, есть страх раствориться и потерять свою идентичность. С другой – возвести непроницаемы границы своего Эго и изолироваться либо начать «поглощать других».

Присутствие рядом другого человека недостаточно, чтобы избавиться от одиночества.

Я никогда не искал новых знакомств, наоборот, я сжимал свой круг общения. Это было приятно. Приятно, в том смысле, что мне было комфортнее находиться одному. А теперь… Я не понимаю своего внутреннего состояния, что-то происходит…

Одиночество среди людей – одно из самых сложных ощущений, какие только может испытывать человек. Изоляция от внешнего мира приводит в отчаяние, и кажется, что ничто не может мне помочь. Но даже в таком состоянии можно найти положительную сторону. Когда страдания достигают критической

точки и становятся практически непереносимыми, это часто становится очень сильной мотивацией для того, чтобы выйти в мир и начать все заново.

Хотя… это не случается со мной. Я встаю, потому что знаю, что мне нужно идти на работу. Для чего? На этот вопрос ответа не будет.

Иногда, мне кажется, что моя жизнь это один большой вопрос или загадка. И где найти ответ, я тоже не знаю.

"Одиночество это убежище. Рак отшельник таскает свой домик на себе, и он интроверт. Хотя… вокруг него жизнь и он от нее не прячется. Это просто такой склад ума".

У людей, которые предпочитают одиночество, есть качество, которое их выделяет от других. Быть в социуме это значит уметь лгать, по – другому что никак.

В 10:40 am. Я сел в такси, через несколько секунд открылась дверь, это была Лэйко. Она элегантно сняла очки и показала мне свои глаза.

– Тебя били? Кто эти твари?

Она неловко посмотрела в сторону. На ней было красное платье с квадратным вырезом, немного выше колена, без разреза. На ногах были красные босоножки, каблук устойчивый и высокий. Волосы были без укладки, чистые с запахом экзотического масла.

На руках были красные тонкие красные перчатки.

– Не разговаривай со мной, – Лэйко еле – еле размыкала свои пухлые губы.

Помада словно приклеилась к ним, с этим откровенным макияжем, она казалась мне роковой женщиной. Или красная помада делает любой макияж опасным и вызывающим.

– Кто тебя избил? Мацу…

– Забудь моё прошлое имя, я Лэйко, – в правой руке у неё был конверт.

– Ты пугаешь меня. Почему ты ушла? Что происходит? Прекрати молчать, это сводит меня с ума. Лэйко…

– Тебе стоило пропустить это такси или задержаться дома. Нас поймали, они шли по нашим следам. У них вся информация о нас. Они не боятся наших оябунов. Эти люди играют по своим правилам, у них большой арсенал запасных шагов. Нам не убежать от них, прости, – Лэйко положила на мои колени красный конверт. Надев очки, она вышла из такси. Я хотел выйти, но двери были заблокированы. Лэйко села в белую "Infiniti". На конверте была печать с иероглифом смерть. Тогда, я понял, что мне вручили "Конверт Смерти".

Глава 14

Лэйко

Твои грехи стали моим пьедесталом

Сев в бежевый кожаный салон "Infiniti", мужчина протянул мне один билет – "Токио – Австралия".

– Господин даёт вам шанс сбежать и остаться живой.

– Неожиданный подарок, – я ухмыльнулась.

Мы выехали на перекрёсток, синяя "Mazda" заблокировала наше движение. Из неё вышел худой мужчина с маской на лице, тёмных очках и пистолетом.

– Дальше она едет со мной, – мужчина показал бандитам пропуск в аэропорт.

Он вывел меня из салона и посадил к себе на первое сидение.

– Как убивать будете? – Я достала из сумки пачку сигарет.

– Лэйко, я спасаю тебя, – за маской и очками скрывался Нори. – Доверься мне.

– Да? – Я нахмурила правую бровь.

Полицейский привёз меня в новую квартиру. Из мебели были только необходимые предметы: плита, стол, два стула, небольшой холодильник, микроволновая печь, диван и настольная лампа.

– Ты будешь жить здесь, – Нори поставил на стол бумажный пакет из магазина.

– Как долго?

– Пока мы не поймаем Ясухиро.

– Мы?

– Полиция.

– Это дела бандитов, к чему здесь полиция?

– Так надо. Отдыхай, я приеду вечером, – Нори ушёл.

На кровати лежала книга, я впервые видела этого автора. Она называлась «la petite mort», что в переводе с французского "маленькая смерть".

Книга начиналась с небольшой цитаты.

"Французское выражение обозначающее оргазм – la petite mort(«маленькая смерть»), подразумевает оргазменную потерю себя, которая уничтожает боль раздельности – одинокое Я исчезает в возникнувшем Мы."

Отложив книгу в сторону, я подошла к окну. Задёрнув шторы, я снова села кровать. Кроме этой книги ничего не было. Я внимательно осмотрела каждый сантиметр комнаты, но ничего не нашла, кроме пыли, которая наполняла это помещение. Чтобы время быстро пролетело, я решила сделать уборку.

– Я пришёл.

Я вышла из спальни в прихожую, Нори разулся.

– Привет, – я посмотрела на его туфли.

– Это одежда и…, – он протянул мне пакет.

– И?

– Женские вещи, – щёки полицейского слегка покраснели от смущения.

– Прокладки? – Я не сводила взгляда с его лица.

– Угу, – Нори прикусил нижнюю губу, и уткнулся в пол.

– Ужин на столе. Я уже поела, – взяв пакет, я пошла в спальню. – И, ещё, – я обернулась. – Тарелку за собой помой, я не твоя мама, чтобы прислуживать тебе. Спокойной ночи, – я захлопнула дверь.

Разложив вещи в шкафу, ко мне постучался Нори.

– Ты будешь ночевать здесь? – Я открыла дверь наполовину. – Не слышу ответа, – полицейский хотел пройти ко мне в спальню, я положила правую руку на бедро. – Стой, где стоишь. Жду ответа на свой вопрос.

– У меня для тебя информация.

– Какая?

– На счёт Изэнэджи и Ясухиро.

– Падай, – я отошла от двери.

– Завтра у Изэнэджи встреча в Сетагая. Ясухиро планирует его убийство.

– Откуда такие новости?

– У нас есть свои люди, они отправили нам разговор Ясухиро и киллера.

– Во сколько?

– Ты не должна там появляться.

– Не смей мне приказывать. Во сколько?

– Час дня.

– Точный адрес?

– Офис 43. Третий этаж, кабинет 108.

Полицейский посмотрел на меня, но больше ничего не сказал.

– Нори..

– М? – Он обернулся.

– Я вспомнила тебя. Тогда, в школе. Твоё лицо изменилось, особенно скулы и подбородок, они стали острыми.

– Спасибо, – Нори слегка улыбнулся.

– Зачем ты мне помогаешь? Разве тебе не дадут лишнюю звёздочку, за такую особу, как я?

– Дадут. И премию тоже.

– Почему ты прячешь меня? Аристуй меня.

– Арестуй меня на сутки. Арестуй меня на месяц. Арестуй меня на годы. Арестуй меня на Вечность, – Нори посмотреть мне в глаза. – Мне нужны чистые погоны. Спокойной ночи, – он тихо прикрыл дверь за собой.

*****

– Эти ирэдзуми, они будут навсегда на нашем теле? – Я тёрла недавнюю татуировку на кисти, между указательным и большим пальцем.

– Не знаю, они у всех, даже у оябуна. Я сам видел, – Арата взял меня за руку.

– Это ведь плохо? Теперь мы будем считаться изгоями в обществе.

– Нет, это не так.

– Ты врёшь! – Я откинула его руку.

– Прости…

– Перестань всё время просить прощения. Ты ведёшь себя, как девочка. Хуже, чем девочка. Я никогда не позволяю себя подобных унижений.

– Разве, попросить прощения, это унижение?

– Да! – На полном серьёзе ответила я.

– Я думаю, что человек просит прощения, когда чувствует свою вину.

– Что такое вина? Я не понимаю.

– Вина – это чувство, которое мы переживаем, совершив поступок, который несёт негативные последствия для другого человека. Или мы думаем, что несёт.

Мы не рождаемся с этим чувством, вина формируется только в процессе воспитания и взаимодействия с обществом. Причем формируется через наказания. Если наказание повторяется многократно, то со временем страх и боль возникает при осуждаемом поступке уже в отсутствие «воспитателя», который это чувство вины привил. Таким образом, чувство вины включается с помощью прошлых наказаний, которым подвергался человек. Наказания могут быть не обязательно физическими, но всегда болезненны – это может быть изоляция от других, крик, унижение, порицание, манипуляции и многое другое.

Вина – это важное социальное чувство, помогающее нам оценивать последствия своих поступков. Она всегда связана с нанесением реального или воображаемого ущерба другому.

Эта структурирующая эмоция помогает нам быть более чуткими и внимательными в отношениях с другим людьми. Но она же может сильно осложнить нашу жизнь.

– Зачем нужна вина? Чтобы страдать ото всего, что происходит вокруг себя?

– Оно – основа нашей совести и морали, или «Сверх – Я»

– Постоянно чувствуя себя виноватыми, мы начинаем хуже к себе относиться. Можно справиться с этим чувством, проанализировав свои поступки, признав свою вину и постаравшись так или иначе ее загладить. Чувство собственной «плохости» может сопровождаться злостью и даже ненавистью к тем, кому человек причинил вред. Или он словно «замуровывает» вину внутри себя, наглухо закрывая к ней «дверь». И живет так, как будто ничего не случилось. Такая защита срабатывает лишь на время.

– Это плохое чувство, – он поджал губы.

– Как избежать этого чувства?

– Не просить прощения, тоже не выход.

– Тогда, что поможет? Ответь, ты же знаешь больше, чем я.

– Мир не идеален и человек не идеален. Нам приходится жить с ошибками. Это нормально.

*****

Нори спал на кухне, аккуратно достав его пистолет, я вышла из квартиры. Натянув козырёк кепки на глаза, я поймала такси и поехала в Сетагая.

Подъехав к месту назначения, я расплатилась и пошла прямо.

Изэнэджи открывал новый цех для изготовления часов.

– Такэути – сан, уходите, – я приближалась к нему.

– Лэйко? Ты жива? Это был Ясухиро? Он похитил тебя?

В здании напротив, я увидела отблеск.

– Сейчас некогда это обсуждать, – крепко зажав свои руки в замок за его спиной, я упала вместе с ним на землю.

Стреляли три раза, скорее всего это было запланированное убийство моего оябуна.

Киллера не удалось поймать.

– Ты шла на риск. Тебя могли убить. Лэйко, зачем ты делаешь это? – Изэнэджи протёр ладони белым платком из левого кармана.

– Вы хотите умереть?

– Нет, – он тяжело вздохнул. – Ты могла бы позвонить. Или передать через наших людей.

– Это был бы план самоубийцы. По телефону меня бы вычислили и убили. К чему встречи? В нашем мире никому нельзя доверять.

– Ты могла бы переговорить с нашим секретарём.

– Это было опасно.

– Как всегда не слушаешь старших.

– Я могу поехать домой?

– Да, и, я хотел сказать, что Сэберо подал на развод, поэтому, мне больше не стоит вам мешать. Мой водитель подвезёт тебя до дома.

В прихожей меня встретил Сэберо, его взгляд был не добрым.

– Лэйко, зачем ты это делаешь? Ты не любишь меня? Я отказывался верить в это, но потом сделал запрос в клинику.

Ты убивала наших детей?

– Они бы испортили нашу жизнь.

– Заткнись, – Сэберо ударил кулаком по стене. – Я надеялся, что у нас будет ребёнок. А ты? Ты же убийца. Улыбаешься? Тебе хорошо? – его голос был хриплый и болезненный.

– Я не оправдала твоих надежд? – Я пристально смотрела в его безумные глаза.

– Чёрт! Как же так!? – Сэберо хотел ударить меня по лицу, но сжал кулак. – Что же ты творишь?! Спросить не могла?

– Я не считаю это нужным.

– Не считаешь нужным? Это были наши

дети, чёрт возьми! – Сэберо закричал, прикрыв ладонью рот.

– Будешь чай? – Я пошла на кухню.

– Издеваешься?! Лэйко! – он дерзко схватил меня за плечо. – Ты любишь меня? Ответь честно, – в глазах Сэберо блеснули слёзы.

– Да.

– Тогда зачем ты делала аборты?

– Не хотелось портить нашу счастливую жизнь. Твой отец всё равно бы не разрешил жениться на мне. Ты не понял? Я не подхожу тебе по статусу.

– К чёрту статус, давай улетим и будем жить вместе. Просто, роди мне ребёнка, – Сэберо упал на колени.

– Наша жизнь не имеет никакого смысла, когда в ней появляются дети. Не думай об этом. Забудь.

– Я каждый день молился, а ты…

С сахаром или без? – Я достала чайник и кружки.

– Прекрати вести себя так, словно в этом нет твоей вины! – Сэберо взял в руки свой подарок, и разбил домик для богов об пол. – Зачем?! Зачем?! Лэйко, чем я заслужил такое обращение?

– Я уже сказала, что твой отец не нуждался во внуке от обычной девушки.

– Лэйко, – он поднял на меня свои уставшие от гнева глаза. – Роди мне ребёнка, – Сэберо взял мою руку. – Прошу, это будет наш малыш. Я прощу всё, только подари мне ребёнка.

– Я подумаю. Чайник закипел, садись за стол.

– Ты доверяешь мне?

– Да.

– Ты не изменяешь мне?

– Я чиста, как белый лист бумаги.

"Для женщины измена – стресс такой силы, будто она попала в автокатастрофу, после которой хотя и осталась жива, но с ощущением потери целостности и точек опоры.

Страдания жены сопряжены с чувством безысходности и бессмысленности существования, словно смысл ее жизни сводился исключительно к благополучию в супружеской жизни.

Измена, как правило, не спонтанное явление. Она зреет в недрах отношений, и случается, как только возникают подходящие условия, которые создаются обеими сторонами. Как прочный брак, так и слабый зависит от двоих, поэтому женщина в определенной степени ответственна за случившееся".

Только в этой истории предательница – я.

– Он не любит меня, а я надеялась. Надеялась, как дура, пока не узнала, что он подал на развод. Я не буду сопротивляться, Сэберо за эти годы ни разу не притронулся к моему телу, даже объятия. Мы жили, словно чужие люди, у него своя жизнь, у меня – своя. Сложно объяснить, но я стараюсь. Я прошла через боль и унижения, каждый день истерики и слезы. Сейчас я думаю, что вредила только себе. Нельзя изменить человека, который не испытывает к тебе никаких чувств, кроме ненависти. Я до последнего хотела привязать его к себе, но он ждал тебя. Я видела, как в глазах Сэберо загорался огонь, когда ты писала ему сообщения. Так больно, – Ацуко вытерла слёзы со щёк. – Больно, когда любишь, а это не взаимно. Но, иногда, бывает трудно понять это.

"Если у мужчины не хватает времени на свою женщину, всё просто – у него есть вторая женщина, которая важнее для него".

Я поняла смысл этой фразы, поэтому поменяла своё мнение на счёт тебя, – она посмотрела на кружку с кофе. – Не хочу выглядеть жалкой и банальной, но, наверное, это моё амплуа по жизни.

За столько лет, я не могла первая что-то решить и сказать. Отец всё решал за меня, Изэнэджи – сан, тоже не давал мне вдохнуть полной грудью.

Лэйко, прости, за всю боль, которую причинила тебе. Ты можешь ударить меня, я заслужила это, – Ацуко сжимала бумажную салфетку, и хлюпала носом.

– Успокойся, считай, что это была первая глава трёхтомного романа о твоей жизни, – я расплатилась за чай, и села в свою машину.

Мне позвонили из офиса в Гиндзе. В моём казино произошёл пожар.

Приехав на место возгорания, я увидела пожарных, которые тушили пламя огня. От здания остались только стены. Через три дня произошло замыкание в офисе на Сибуя. После чего начался пожар. Все ценные бумаги остались в сейфе, но многие данные стёрлись. Работники не успели сохранить их на флешки. В районе Акихабара, убили пятнадцать женщин, которые работали в моём клубе на Синдзюку. Три бара ограбили и насмерть зарезали весь рабочий персонал. Это были самые лучшие точки, которые принадлежали мне, в самых популярных районов Токио.

Затем произошла перестрелка на складе оружия в Осаке. На этом они не остановились, разграбив всё оружие, эти мерзавцы сожгли здание. Этот склад принадлежал Сэберо, он до сих пор не может найти этих людей.

Все мои догадки сошлись на Ясухиро. Он решил поиграть, но его правила были жестокие и хитрые.

Спустя кошмарную неделю, у Мэзэо тоже начались проблемы.

"Якудза в погонах" тщательно заметает свои следы. Он до сих пор находится в Японии. Ему некуда бежать, Ясухиро пытается причинить урон нашему совместному бизнесу с Мэзэо. И пока что, у этого дьявола всё идёт по плану. Он оставляет фальшивые улики, а сам прячется, как крыса в подвале. Надолго его не хватит, этот человек не сможет прятаться, ему нужна власть. Власть и кровь, чем Ясухиро так жаждет.

Положив ключи от квартиры на тумбу, возле входной двери, я повесила кожаную куртку на вешалку и закрыла дверь шкафа.

– Завтра придут бумаги о разводе, – Сэберо вышел из спальни с сигаретой во рту.

– Сколько раз я говорила тебе. Не кури в спальне с закрытым окном. Обои станут серыми.

– Как наши отношения? Как добавить в них краски? Что мне сделать? Или нам нужно вместе принять решение?

– Так много негатива, – я пожала плечами. – Чтобы изменить мир, можно начать с себя, тогда увидишь, что всё стало по – другому.

– Что же нам нужно изменить в себе?

– Отношение к себе, – я сняла туфли.

– Ужин на столе, я уже поел, – Сэберо потушил сигарету в пепельнице.

Что если та встреча в метро с Аратой изменила ход времени? Она же могла стать судьбоносной. Или стала…

Моя жизнь изменилась, но это совпадает со встречей.

С годами вещи, которые удивляли тебя, становятся скучными и нелепыми. Ты перестаёшь верить, ждать, надеяться. Эти чувства в тебе заполняет – одиночество. Постоянно хочется быть в полном одиночестве, с бумагой и ручкой в руках, чтобы записать то, что не успел или не смог сказать людям, которые бросили тебя.

Это сейчас, кажется, что пройдёт год, два, три… Не успеешь оглянуться, а у тебя за спиной двадцать лет. И самоё ужасное, у тебя нет друзей, семьи, желанной работы и любви… А всё потому, что ты шёл по пути, который за тебя выбирали другие. Они словно строили за себя твою жизнь. Им хотелось помочь, а может быть наоборот – проверить твои силы.

Время бежит, а ты стоишь и не знаешь, что делать. В сутках не 24 часа, а 12. Это и есть объяснение всему. Люди строят корабли, начинают войну, изучают океан… А вот время… Оно неподвластно никому. Принимать решения нужно сразу, чтобы на пороге к смерти, не ругать себя за то, что не смог сделать. Никогда не знаешь, выйдешь победителем или проиграешь, и тебя унизят позором. Но всегда есть процент того, что у тебя получится. И если верить в него, то он будет расти. В итоге, ты всё равно проиграешь, но уже не людям, а жизни.

В конечном итоге за тобой придёт смерть, и скажет:

"Ты всех победил, а вот меня обыграть не смог".

Именно так закончится жизнь многих людей на Земле.

Поэтому нужно пробовать действовать. Пусть это будет неудача, пусть будет досадно и больно, но ты старался.

Не всем суждено вершить судьбы других людей, держать в руках целый мир. У этих людей тоже есть время. И оно не пощадит никого.

А что находится за чертой жизни? Верно, мы не знаем, наши убеждения – догадки, на которые полагается каждый человек, чтобы не вникать в реальность. Мы все живём иллюзией.

Иллюзия любви, иллюзия работы, иллюзия отношений, иллюзия денег, иллюзия всей нашей жизни.

Мы все находимся в большом пузыре иллюзий, в котором время занимает главное место. Бесполезно говорить о том, чего не будет или о том, что могло произойти.

Все события рано или поздно сотрутся из нашей памяти. Мы упадём, наше сердце остановится, тело перестанет дышать. Нас похоронят, только тогда мы узнаем, что такое время, и как это существовать за чертой жизни. Остановить этот процесс невозможно, нет никакой прививки или таблетки, чтобы заморозить время. Нет, потому что, никто и никогда не поймёт время. Оно наш главный союзник и враг. Все рассуждения учёных – голубая вода, которой мы слепо верим. Нельзя думать, как все, иначе есть риск, стать копией чужого организма. Время дано нам, чтобы прожить эту жизнь так, как хотелось бы только нам. Не стоит истощать свой разум невозможными предрассудками о времени. Мне позвонил незнакомый номер.

– Алло? – Я поднесла телефон к голове.

– Если хочешь увидеть живым своего дружка, приезжай в квартал "Красных фонарей".

В трубке послышались гудки. Я нажала на газ и поехала в Кабуки – тё.

Район красных фонарей Кабуки-тё (Kabukicho) – это залитый неоновыми рекламами анклав, забитый до отказа секс – шопами, лав – отелями, игровыми залами Пачинко и домами наслаждений, обслуживающими как мужчин, так и женщин. Этот небольшой по площади квартал находится совсем рядом со станцией Синдзюку: вокруг станции расположились огромные торгово-развлекательные комплексы, и после шикарного шопинга, вечером можно окунуться в круговорот сомнительных развлечений.

На этом совсем небольшом пятачке площадью 40 000 кв. м поместились более 300 секс – магазинов, около 200 клубов, 80 отелей и сотни баров и ресторанов. Согласно разным источникам, каждый день по узким переулкам, искрящимся неоновыми рекламными вывесками, проходит от 150 000 до 500 000 человек.

Кабуки-тё оживает после дневной дремоты не ранее 6 часов вечера.

На моих часах было 3:44 pm.

Кабуки-тё является домом для различных преступных группировок, включая якудза. Там опасно появляться в одиночестве, без сопровождения своих ребят, но я снова иду на риск.

Нет секрета в том, что около тысячи, представителей якудза ежедневно вращается на этом пятачке криминальной жизни. Попытки некоторых правительственных чиновников очистить район от нелегально проживающих в Японии чернокожих иностранцев также не имели успеха, наткнувшись на яростное сопротивление и реальные угрозы со стороны нигерийских синдикатов.

Любители сексуальных развлечений смогут удовлетворить здесь любые фантазии: в непрезентабельных ветхих строениях, коими являются, большинство заведений. В переулках квартала прячутся караоке, где клиенты горланят песни обнаженными; за соседней дверью можно «снять» латексную куклу в человеческий рост; реконструированный вагон электрички заполнен «школьницами» в коротких юбках, которые гарантированно не будут жаловаться на сексуальные домогательства. В Кабуки-тё есть даже огромный резервуар, у которого толпятся добропорядочные на первый взгляд бизнесмены в офисных костюмах, наблюдая за резвящимися в воде голыми девушками, вместо того, чтобы идти, домой проверять у детей уроки.

Кабуки-тё – Великий город греха…

Если для иностранца это просто развлекательный квартал, то для работников эта "достопримечательность" – работа. И не всегда она бывает лёгкой.

Не все жрицы этого греховного квартала столь успешны, как японки, работающие в дорогих клубах к северу от Hanamichi-dori. Эта улица служит своего рода границей между «японской» и «этнической» частями Кабуки-тё. Южная половина является «дном» этого вертепа. Здесь сотни иностранных «ночных бабочек», ловят клиентов вблизи дешевых отелей. Думаю, забираться сюда в поисках развлечений или удовольствий очень и очень опасно. Есть вероятность попасть на перо к якудза или похуже…

Властями был принят закон хоть как-то контролировать все эти безобразия, чтобы все клубы закрывались в полночь. Как бы "иронично" это не звучало, за дверями до утра кипит "яркая" жизнь, без запретов и рамок приличия.

В Кабуки-тё все же сделали косметическую чистку: убрали наиболее наглые рекламы, отодвинули продавцов легкого наркотического зелья на задворки. Власти объясняют, что совсем уничтожить этот криминальный кусок столицы было бы неправильным: когда «торговля водой» (mizu shobai), как называют эту индустрию сомнительных развлечений, находится в одном месте, ее легче контролировать, а остальные районы города могут спать спокойно.

Я зашла в один из лав – отелей (такой адрес мне выслали смс – кой). На лифте я поднялась до двенадцатого этажа.

Весь коридор был оснащён фиолетовым цветом. Возле дверей горели экраны, на них были показаны комнаты и услуги, которые в них предоставлялись. Моя комната была с номером 129.

Дверь в номер была не заперта, в комнате горела синяя подсветка. Я встала в центр комнаты, возле круглой кровати. Дверь захлопнул Ясухиро.

– Поднимайся на балкон, – низким голосом произнёс он.

Я поднялась по порожкам наверх.

– Арата!

Он сидел привязанный к стулу, возле края крыши.

– Нравится? – Ясухиро стоял сзади меня.

– Чего ты хочешь? Месть? Это так банально.

– Месть? – он засмеялся. – Нет. Я хочу убить тебя. Чтобы ты перестала существовать на этом свете. Ненужная женщина, ты получила власть, потому что влезла в глаза сыну оябуна. На деле ты дешёвый человек, мелочь.

Ты уже выбрала себе судьбу, из-за которой умрёшь не только ты. Лэйко, или Мацуба? Как правильно? Думала, если сменишь имя, я тебя не найду? Я ждал, так медленно тянулось время, но я не отчаивался. Теперь, я понимаю, как выглядит победа. Я полон эмоций, а ты бесконечно несчастная женщина.

Ни Мэзэо, ни Сэберо, ни оябун не спешат спасать тебя. Весело? А мне – да, – он достал пистолет, и приставил дуло к виску Араты. – Он тоже хотел спасти тебя, но не смог. Два птенца решили обыграть старого коршуна. Это идеальная сцена для нового спектакля – "Ромэо и Джульетта", только вы оба в этом виноваты. Я столько раз предупреждал вас. А вы, как наивные дети продолжали действовать по плану, который в итоге встал на zero.

– Жалкий, здесь ты.

– Ты не достойна этого богатства.

– Денег всегда мало, но мне они не нужны.

– Не нужны? – с иронией произнёс Ясухиро. – Что тебе мешает уйти в лес и жить бедно? Или ты привыкла ходить по барам и салонам?

– По статусу, я должна защищать оябуна.

– И спать с его сыном? Тебе не противно? Ведёшь себя, как дешёвка. Все прекрасно знают, что ты используешь этого дурака. Влюбила его в себя и вьёшь из него верёвки.

– Я не могу заставить общество думать иначе. Верно? Любой человек может быть кем угодно, это его проблема или достижение. Общество не должно волноваться за его положение среди них.

– Убей его сама, – Ясухиро дал мне свой пистолет. – Это будет красивая драма. Не так ли? – он подошёл к Арате, и убрал кляп из его рта. – Скажи что нибудь своей подружке.

– Лэйко, помнишь, как в детстве за плохое поведение нас заставляли стоять под горячим душем? Чем сильнее была твоя вина, тем вода была горячее. За кабиной бил красный кран, который нажимал надзиратель. Он всегда крутил его вправо, напор становился горячее и больше. Помнишь?

– Это история из детства такая жалкая, как и вы сами, – Ясухиро стоял на краю крыши.

Сзади меня был баллон, повернув шею вправо, я увидела на нём красный краник. Я сразу поняла, что Арата имел в виду. Прижавшись к баллону

спиной, я кинула пистолет в сторону.

– Жалко? – Ясухиро засмеялся. – Тогда я порежу ему горло, – он достал из кармана складной нож.

– Твои грехи стали моим пьедесталом, Ясухиро – сан.

– Попрощайся со своим дружком, – он прижал лезвие ножа к шеи Араты.

– Всегда смотри, что у тебя под ногами, – я открыла кран до упора.

На краю крыши были специальные отверстия, откуда выходил дым, для красивых представлений.

Напор был настолько сильный, что весь пар вместе с дымом нахлынули Ясухиро в лицо. Он качался стоя на краю, нож выпал из его рук. Ясухиро схватил за верёвки Арату, чтобы утянуть его за собой. Я вовремя подбежала и воткнула небольшой складной нож в руку Ясухиро. Он

разжал пальцы и упал вниз. Послышался хлопок и крик людей, которые находились внизу. Я развязала Арату и мы вышли, через чёрный выход в лав – отеле. Сев в мою машину, мы поехали по трассе.

– Зачем приехала одна? – Арата посмотрел на меня уставшим взглядом.

– Я достаточно взрослый человек.

– Ты женщина.

– Хочешь поговорить об этом? – Я подняла правую бровь.

– Что будет теперь?

– Не знаю, – я сменила скорость.

На стекло упали несколько крупных капель дождя, свернув на безлюдную дорогу, я остановила машину и вышла из салона. Арата сделал то же самое.

Дождь усиливался.

– Чего ты хочешь? – Его голос был низкий и спокойный, как успокоительное.

– Поцелуй меня.

Арата наклонился и выполнил мою просьбу.

– Ещё что нибудь?

– Когда ты целуешь меня, я чувствую себя единственной женщиной на этой планете.

– Ты не права. Ты единственная женщина во Вселенной, которая окружает меня.

Я легла на мокрый асфальт, дождь не прекращался. Арата лёг рядом и сжал мою руку.

– Побудь ещё немного со мной, – я посмотрела на него.

– Я всегда был и буду рядом, просто позови меня, – с его лица стекали капли дождя.

Я чувствовала, как в руке бьётся его большое и доброе сердце.

– Ты всегда видел во мне беззащитную девочку.

– Я до сих пор вижу её.

– Так много произошло, не знаю с чего начать.

– Мне ничего не нужно говорить. Прошлое – глава, которая закончилась. Ты – настоящая, и это главное.

– Я злилась на тебя до сегодняшнего момента. Это было глупо, я до сих пор не понимаю, почему? Почему во мне было столько ненависти к тебе? Словно, маленький человек внутри меня копил все обиды на тебя, закрывал их внутри, а потом выпускал.

Я поняла, что этот человек – я. Маленькая девочка, которая всегда обижалась, став взрослой, она прятала всё, что принесло ей боль.

Все обиды постепенно перерастали в ненависть. Она ненавидела всё вокруг. Только, почему? Девочка не могла этого понять, её разум был заполнен злобой и болью. Возможно, это отпечаток от её трудного детства, ведь она не знала женской любви. Девочка стремилась, только не знала к чему. Она не знала, для чего живёт. Повзрослев, она терялась, не знала в чём её смысл жизни, но сдерживала все эмоции внутри. Она старалась жить, как все, но чего-то не хватало, чего-то маленького и невидимого глазом. Однажды, в дождливый день ей всё стало ясно, она поняла, почувствовала "то", что не могла почувствовать, находясь среди других людей, – я стёрла с лица капли дождя.

– Она повзрослела не в 30 лет, а в этот дождливый день, – сказал Арата.

В эти выходные Изэнэджи попросил меня забрать из его дома бумаги, связанные с фирмой.

Открыв дверь, я стала подниматься по лестнице.

– Зачем пришла? – послышался голос Ацуко. – После окончательного развода, я съеду из этого дома.

– Мне не нужны такие подробности.

– Он тоже бросит тебя, правда?

– Ты пьяна.

– И что?! Ты ненавидишь меня?

– Нет. Мне не стоит тратить время на эти бессмысленные мысли.

– Я беременна.

– Поздравляю.

– Нет. Я накручиваю себя. У меня "ложная беременность".

– Нам не о чем разговаривать.

Я поднялась наверх и открыла дверь кабинета Изэнэджи. На столе было пусто, я начала искать бумаги в столе. Наткнувшись на лист бумаги, где было написано "DNA", я внимательно посмотрела на неё. Текст был на английском языке. Изэнэджи проверял родство с Сэберо. Ниже была надпись: "0.00 процентов".

– Я не знаю, но ты начинаешь нравиться мне, – Ацуко зашла в кабинет с бутылкой белого вина.

– Да, наверное, – я задвинула ящик, в другом лежали мои бумаги.

– Он никогда не говорил, что любит меня, никогда, – по лицу у Ацуко текла тушь.

– Да, хорошо, – я плохо воспринимала окружающую информацию. Особенно от неё, закрыв кабинет, я начала спускаться вниз.

– Ему никто не нужен, он самовлюблённый…

Ацуко упала на пол, я подошла к ней.

– Что с тобой? – я проверяла её пульс. – Можешь говорить?

– Живот болит. Это выкидыш?

– Ты же не беременна.

– Больно, – поджав ноги под себя, она заплакала. – Болит…

– Выпей обезболивающее, – я помогла спуститься ей по лестнице.

– Не уходи, – Ацуко вцепилась в мою руку.

– Не прикасайся ко мне! – я дерзко откинула её руку, она упала на пол. У неё началась истерика. – Выпей успокоительное, – я смотрела на её припадки.

– Помоги мне… прошу… помоги.

Я взяла со стола два препарата и кинула ей на пол.

– Они не требуют жидкости, жуй и глотай. Мне некогда тратить на тебя своё время.

– А если, если я умру?!

– У тебя психоз, – я села на корточки.

– Н… нет! Это твоя вина. Он бросит тебя! Он всех бросит! Ему никто не нужен!

– Жалкая девушка. Лучше соверши суицид, избавь всех от своих истерик.

– Ка.. как.. ты… как ты имеешь право так со мной разговаривать..?! – у Ацуко тряслись руки и губы.

– Заткнись и выпей, – выдавив успокоительное, я насильно заложила таблетку в рот Ацуко. Она выплюнула её, истерика набирала обороты. Девушка начала биться об пол и кричать непонятные слова. Я ударила её по лицу, она замолчала. – Если ты не примешь лекарства, я порежу тебе горло, и ты захлебнёшься кровью, -

Ацуко выпила таблетки и легла на кровать.

Домыв последнюю кружку, я протёрла её белым полотенцем и поставила в шкаф для посуды. Затем, я пошла в душ, высушив волосы, я села на кровать, Сэберо уже спал. Укрывшись одеялом, я повернулась спиной к нему.

Через несколько секунд, я почувствовала, как Сэберо крепко сжал мои волосы.

– Я знаю, что ты изменяла мне с ним. Но я не хотел портить наши отношения. Если не любишь меня, уходи. Ты никогда не дорожила мной. Я до сих пор люблю тебя, как в первый день нашей встречи. В тот день, когда я узнал, что ты провела с ним ночь, я потерял интерес к жизни, но когда увидел тебя, ты улыбнулась мне, я забыл обо всём. Я хотел думать, что это ложная информация. Пожалуйста, не бросай меня, как ненужную вещь…

"На правом ребре у меня есть татуировка Бэнтэн, которую защищает дракон. Бэндзайтэн – японское имя для индийской богини Сарасвати, что с санскрита переводится как «текущая вода», стала в Японии единственным женским божеством среди Семи Богов Удачи. В Японии Бэндзайтэн стала богиней всего, что связано с течением, потоком. В её ведении находятся вода, слова (т.е. знания), красноречие, и музыка и искусство. Культ Бэндзайтэн проник в Японию в 6-8 веках из Китая. Эта богиня упоминается в «Сутре Золотого Света», благодаря чему она стала покровительницей государственной власти, и в «Сутре Лотоса» – как один из оплотов буддизма. Бэндзайтэн часто изображается с «Бивой», традиционной японской лютней, указывающей на её покровительство музыке и пению. Кроме того, у японцев она не только повелительница вод, но и владычица драконов и змей, поэтому её изображают с драконами. По одной из легенд, она сама была дочерью царя драконов Мунецути.

Являясь одним из семи богов удачи, Бэндзайтэн может приносить удачу в финансовых делах, а также достигнуть успеха в любви, так как её также считают богиней любовного чувства. Татуировки с изображением богини делают моряки, поэты, артисты, музыканты и другие творческие люди – первые надеются на её помощь во время штормов, другие – в надежде на поддержку их таланту.

Изначально Бэнтэн была индийской богиней Сарасвати, почитаемой в Ведах как богиня рек и супруга верховного бога Брахмы. Как и другие индийские божества, попала в Японию вместе с буддизмом. Вскоре после этого Бэндзайтэн стала всенародной любимицей. В первую очередь Бэндзайтэн почитается как божество воды. Главное святилище богини расположено около города Камакура, на острове Эносима. Святилища, расположенные на небольших островках внутри водоёмов, также в подавляющем числе случаев посвящены Бэнтэн. Также Бэнтэн часто чтут как распределяющую воду ками на вершинах гор, у истоков горных потоков. Не всегда Бэндзайтэн настроена благостно. Трудно её рассердить, но если уж удалось – горе всему народу! Оставив лютню, богиню её гнев приводит к чудовищным разрушениям".

Утром, я положила на обеденный стол перед Сэберо свои акции.

– Они теперь твои. Изэнэджи – сан, разрешил работать мне на себя. Сегодня вечером, я улетаю в Москву. Ты был прав, не стоит умчать тебя. Ты сможешь прожить без меня, но со мной твоя жизнь не обретёт никакой смысл. Я закончу этот порочный круг. Хватит лгать и делать вид, что всё в порядке. Я не могу жить во лжи, мне ничего от тебя не нужно. Просто не трать меня на себя. Живи ради другой.

– Лэйко, – Сэберо поставил чашку с кофе на блюдце. – Это конец?

– Да.

– Пожалуйста, стой, – он схватил меня за рукав кофты.

– Ты можешь одеть меня в золото и солгать, но после измены уже не будет доверия, – я сбросила его руку.

В 7:40 pm, ко мне позвонили в дверь, я уже собиралась ехать в аэропорт. За дверью стоял Арата. На нём была чёрная рубашка с галстуком, тёмно – зелёный пиджак и штаны того же цвета. Он стоял неподвижно, его лицо не выражало никаких эмоций. У Араты всегда грустное лицо, с детства. Его форма рта придаёт ему свежий вид, но глаза говорят об обратном.

Я хотела закончить всё здесь и сейчас. Мне не хотелось тянуть этот груз прошлого на своих слабых от проблем плечах.

– Уходи, – я достала пистолет, и направила на Арату. – Если ты явишься ещё раз, я буду стрелять, – с этими словами я захлопнула дверь. Открыв, за ней никого не было, кроме аромата его духов. Положив ключи в сумку, я спустилась к своему автомобилю.

Глава 15

Ничья за чертой жизни

– Я бы хотел пройти практику в вашей компании, – молодой человек положил своё резюме мне на стол.

– Хорошо, вам позвонят.

– Спасибо, Кацура – сан, – он поклонился и покинул кабинет.

"Я закончила жестокий путь якудза, вернувшись домой, я открыла свою компанию. Я потеряла больше двадцати миллиардов йен, отдав их клану Изэнэджи. Я бросила всё в своей стране и семь лет жила в России. За границей мне удалось поймать удачу, открыв три фабрики по изготовлению китайского шёлка. Моя жизнь не изменилась, она сменила направление. Все шрамы прошлых лет навечно на мой коже в виде ирэдзуми."

Почему мы не всегда получаем то, что желаем?

Это не зависит от материального положения человека, это завит от его мыслей. Деньги, возможно, тоже играют роль, но изменив свои мысли, мы можем создать барьер, который будет намного сильнее денег. Каждый человек живёт мелкими потребностями: еда, сон, работа. Это жизненные факторы, но их можно отнести к примитивности. Иногда человеку становится тесно в этих потребностях, тогда он начинает думать о чём-то выше своих достижений. Мечтает, воображает, но не получает желаемого. Что же не так? Ведь у него был чёткий план, как всё осуществить. Может быть недостаточно сил? Денег? Или чего-то особенного?

Именно… Многие моменты, происходящие в жизни, мы контролировать не в силах. Точно так же и происходит с нашими желаниям.

Удивительно, но люди, которые уверены, что способны повлиять на любой исход событий, и те, кто ждет решения проблем без своего участия, страдают от когнитивного искажения.

То есть тут два варианта развития событий. Избыточная иллюзия ("Все зависит только от меня") и полное отсутствие желания брать все в свои руки ("Все разрешится без моего участия").

Но, что, если человеку очень хочется?

Непреодолимое желание получить что-то иногда вводит в истерическое состояние. Если у детей это плач, то взрослые могут бросать все важные дела, устремившись к одной цели.

Подобное состояние похоже на зависимость. Соответственно, в погоне за осуществлением мечты человеку свойственно переставать наслаждаться жизнью. Ведь, пока нет желаемого, он попросту не может радоваться происходящему вокруг.

Когда человек бросит всё в погоне за мечтой, то он потеряет то, что было с ним так много лет подряд.

Неужели, наши мечты разрушают нашу жизнь?

Не все мечты пагубно влияют на нашу жизнь, но некоторые способны принести в судьбу человека сильный урон, который будет сложно исправить.

Но люди не могут жить без мечты, это не свойственно человеческому разуму. Значит, мы все будем страдать, пока не научимся управлять своим разумом.

В супермаркете, я случайно встретилась с Сэберо.

– Лэйко? Ты приехала?

Он подошёл ко мне, его лицо было тусклым, кожа сухой. Возле глаз было много мелких морщин. Сэберо сильно изменился за эти семь лет. Словно прошло двадцать, цвет лица был серый с жёлтым оттенком.

– Да, я вернулась домой. Как твои дела?

Я мельком посмотрела на его левую руку, на безымянном пальце не было обручального кольца.

– Доживаю последние дни, – Сэберо грустно улыбнулся. – Ты как?

– Всё в порядке. У тебя плохая болезнь?

– В больнице занесли инфекция, после аварии. Гепатит B, – он неловко сжал в руках пакет с продуктами.

– Авария? Когда?

– Через год после того, как ты уехала.

– Это не лечится?

– Донора уже пять лет ищут. Мне осталось три месяца. Это моё последнее лето. С тобой…

– Ты можешь приезжать или звонить мне, когда тебе будет одиноко, – я протянула ему свои данные.

– Спасибо, – Сэберо улыбнулся. В его глазах стоял туман и боль, которую он спрятал в себе.

– Надо верить в лучшее, – я взяла его за руку.

– Ах.., – тихо произнёс Сэберо. – До меня никто не хотел дотрагиваться, все бросили меня, как мусор. Разве тебе не противно со мной разговаривать? Ты же не любишь меня… Тогда, не жалей. Хорошо?

– Может быть, у меня нет к тебе чувств, как к любимому человеку, но я никогда не поступаю с людьми, как с ненужными вещами. Сэберо, ты лучший человек, родной, как брат. Ты всегда защищал меня, могу ли я защитить тебя?

– Не нужно, мы уже давно всё поняли. Я не трёхлетний мальчик, я прекрасно осознал свои ошибки.

– Я что нибудь придумаю, обещаю.

– Пожалуйста, не делай этого, я хочу умереть и больше не мешать тебе. Прости, что так сильно любил тебя. Любил и не видел, что эти чувства не взаимны. Возможно, я надеялся, но ничего не получилось. Моя жизнь, это разочарование, в котором нет места ни для одной живой души, кроме меня, прости, – Сэберо сжал мою руку, в его глазах скопились слёзы. Он спустился по лестнице к выходу, я смотрела ему в след, томно и безнадёжно…

Началась новая рабочая неделя, я открыла свой кабинет, секретарь, сказал, что ко мне зайдёт человек.

– Здравствуйте, – это был тот молодой парень, который приходил ко мне неделю назад. – Я Хирано Ватару, мне так и не позвонили. Я подумал, что моё резюме потеряли, и я…

– Если вам не позвонили, это значит, что вы нам не подходите, – я закрыла ноутбук. – Или я что-то не так поняла?

– Кацура – сан, прочтите мою резюме.

– Нет. Я уже сказала, что вы нам не подходите, покиньте кабинет.

– Я прожил заграницей двадцать лет, у меня высшая степень знания компьютеров. Я знаю восемь языков. Я хочу работать в вашей компании! Я всю жизнь стремился к этому, позвольте мне показать своё мастерство?

– Нет. Уходите иначе, я вызову охрану.

– Тогда, я взломаю вашу компанию.

– Ты угрожаешь мне?! – я подошла к нему. – Вон!

– Тридцать пять миллиардов йен, – парень сжал кулаки. – Мацуба Кацура. Вы сбежали из страны в 2015 году, в России у вас тоже был свой бизнес. Вы ни разу не были замужем, у вас тёмное прошлое, которое связано с якудза. С детства вас забрали в лагерь, вы выплачивали долг своего отца. Достаточно?

– Есть одна ошибка. Я не "сбежала", а покинула Японию по личным обстоятельствам.

– Я принят?

– Какая наглость, – я засмеялась. – С твоими способностями нужно работать в японской разведке.

– Я хочу работать у вас!

Мне пришлось принять этого парня к себе в компанию. Он может пригодится, но в то же время, его могут переманить на свою сторону конкуренты. Может быть, этот парень уже работает на них? Мне придётся много наблюдать за ним и проверять его. У меня ещё остались связи с людьми из клана. Открыв информацию о нём, там ничего не было. Всё, как у обычных людей. Это насторожило меня ещё сильнее. Целый месяц, я следила за ним и его работой. Испытательный срок Ватару прошёл идеально. Он работал больше всех, но не выглядел уставшим. На личные темы парень говорил сдержанно, без эмоций, всё чётко и ничего лишнего. Молодой работник ничего не скрывал, но именно это и волновало меня. Кто ничего не скрывает, тот опаснее злейшего врага.

В 7:00 am, был экстренный выпуск новостей. Произошла авария, возле главного токийского метро. Я внимательно читала субтитры, как будто хотела найти в них что-то важное. И потом… на экране появляется фотография Араты и Сэберо…

Их увезли в центральную больницу, я записала адрес в блокноте и поехала туда.

Они оба находились в реанимации, меня не пустили туда. Я ждала за дверью, через пару минут пришёл отец Сэберо.

– Где мой сын?!

– Изэнэджи – сан, – я встала с железного стула.

– Лэйко?! Ты здесь? Как?!

– Я вернулась. Домой.

– Что с ним? Ты знаешь?

Из реанимации вышла медсестра.

– Где доктор?! Что с моим сыном? – Изэнэджи схватил её за руку.

– Они оба в тяжелом состоянии, извините, мне срочно нужно идти.

– Сын, – он упал на колени, и заплакал.

– Изэнэджи – сан, простите…

– Что? – Он обернулся.

– Сэберо не ваш сын, это правда? Я видела бумаги с ДНК.

– Да, он не мой, я воспитал его с самого рождения. Его мать умерла, я взял ответственность за этого ребёнка. Я дал ему всё, но совершив ошибку…

– О чём вы говорите?

– Я не дал быть вам вместе. Всё испортил. Лэйко, прости меня, прости старого дурака! Это я виноват, из-за меня ты была в коме. Я подговорил своего человека, чтобы он избавился от тебя. Прости меня…

– Встаньте с колен, я не держу на вас зла. Для меня вы – отец, который дал мне дом и работу. Не вините себя в том, что уже произошло.

– Как же я не могу? Эта вина на мне. Из-за этого теперь страдает Сэберо. За все грехи родителей, расплачиваются их дети. Если бы я знал…

– Никто не может знать, что будет.

– Я испортил жизнь Ацуко, она повесилась. У неё была депрессия. Я внушил ей, что Сэберо любит её. Она была такой светлой девочкой. Я боялся, боялся, что придёт расплата, но она пришла не ко мне, – Изэнэджи вытирал слёзы руками со своего подбородока. – Я старался изменить всех и всё, но это невозможно.

– Где Арата – сан? – Из лифта выбежал Ватару.

– Откуда ты…, – я посмотрела на него.

– Я сын Сакуры. Арата, как мой родной отец. Что с ним? Где врачи? Что нужно делать?!

– Ждать, – я тяжело вздохнула.

Через полчаса вышел врач.

– Есть родственники пострадавших? – Твёрдо произнёс врач, опустив медицинскую маску.

– Сэберо мой сын. Доктор, что с ним?

– Состояние тяжёлое, мы делаем всё, что в наших силах. Вы родственники господина Араты?

Я и Ватару кивнули.

– Доктор, они будут жить? – Спросила я.

– Они оба потеряли много крови, сейчас мы боремся за их жизни.

Мы все сдали нужное количество крови. Прошло ещё около часа. Врачи не выходили из операционной. Спустя три часа, один доктор вышел к нам.

– У пациента Огавы Сэберо, всё нормализовалось. Господин Наканэ получил больше травм, поэтому его состояние хуже. Мы надеемся, что всё закончится хорошо.

"Когда надеешься на лучшее, это происходит, только затем приходит ещё больше проблем"…

Из реанимации выбежала медсестра.

– Господин Изэнэджи, у вашего сына отказал мозг, врачи борются за его жизнь. Пожалуйста, сдайте кровь, – она протянула ему листок.

Через три минуты доктор из лаборатории и Изэнэджи прибежали к дверям реанимации. Из них вышел хирург.

– Где родственники Наканэ – сана? У него остановка сердца. Сестра, – доктор позвал медсестру. – Срочно ищем донора для сердца. У нас в запасе двадцать минут. Быстрее, быстрее.

– Как остановка? – Ватару сел на стул. – Моё сердце подойдёт? Возьмите моё, – у парня началась истерика.

– Успокойте его. Ни у кого из родственников Наканэ – сана, не подойдёт сердце. Мы ждём донора, если нет, то он умрёт. Ни в одной стране мира нет чуда, которое спасёт в такой трудной ситуации.

– Извините, – хирурга перебил другой врач. – Мозг нельзя заменить, он умрёт через несколько минут. Пока сердце господина Сэберо бьётся, оно идеально подойдёт господину Наканэ. Для этого господину Изэнэджи нужно подписать бумаги о согласии.

– Откуда такие данные?

– Изэнэджи – сан, отец господина Сэберо.

– Говорите быстрее!

– А ДНК Изэнэджи – сана идеально совпадают с ДНК господина Араты Наканэ.

– Дай бумагу, – хирург внимательно прочитал, сняв очки, он посмотрел на Изэнэджи. – Господин Такэути, зачем вы солгали?

– Что? – Изэнэджи растерянно смотрел на доктора.

– Вы не отец господина Сэберо, ваш родной сын Наканэ Арата.

– Что?…

Изэнэджи схватился за правый бок.

– Он мой сын?..

– Такэути – сан, осталось совсем немного. Донора уже не найти.

– Заберите моё, и спасите его. Я знал, что у меня есть сын, но он никогда не узнает, кто был его отец. Лэйко, пожалуйста, расскажи ему обо мне. Он должен знать правду.

Изэнэджи и Арату отвезли в операционную. Я посмотрела в небольшое окно в комнату. Изэнэджи сжал руку Араты, из его правого глаза вытекла слеза. Он смотрел на него первый и последний раз. Этот взгляд был наполнен жизнью, которую Изэнэджи отдаёт своему сыну, в то время как Арата не знает своего настоящего отца. Глаза давали жизнь, но в них уже смотрела смерть…

"В жизни каждого человека есть определённая черта. Черта, через которую, переступив, он не вернётся и даже не оглянется. У каждого она разная, в разной ситуации, сфере, теме и т.д. Но абсолютно каждый человек, узнает об этой черте, когда уже переступил. Ведь ты же не знал когда-то давно, лет в 5, что будучи подростком..

«Удовольствие чревато болезнями, всеобщее уважение ведет к падению, богатство ссорит правителей, а почет заканчивается унижением. Влиятельный человек боится врагов, красивый человек – старости, знаток писаний – противоречий, благочестивый человек – клеветы. Однако все, у кого есть тело, боятся смерти. Все человеческие достоинства в этом мире неразрывно связаны со страхом, и лишь отречение дарует человеку бесстрашие».

Все, у кого есть тело, боятся смерти, и больше всех ее боится человек. Здесь, таятся две причины: первая в том, что страх потери жизни вложен в каждую живую сущность, причем вложен специально, с целью интуитивной самозащищенности от возможной опасности ее потери. И второе – чтобы освободиться от страха смерти, необходимо подняться в развитии своего сознания до понимания Замысла создания человеческой сути как таковой. И тогда такие люди уже не сомневаются во многоразовости своих воплощений.

Порой жизнь несправедливо расставляет акценты или это нам кажется. Когда смерть приходит к одному, другому даётся жизнь. В каждой истории есть те, кого нельзя спасти. Не из-за того, что это написано у них на роду. А из-за того, потому что у них свой путь за чертой жизни. Он называется – несправедливость. Каждый достигнет своего пути… Боимся мы этого или нет, у жизни свои планы на наш дальнейший путь, который ждёт всех нас за смертельной чертой жизни…"

Глава **

Арата

Путь, который был создан для меня

– Я кинула дальше, – Мацу широко улыбнулась.

– Получается, я снова проиграл? – Я поднял ещё три небольших камня с песка.

– Я устала, – она села, согнув ноги, и положила на колени подбородок.

– Мацу, ты видишь сны?

– Иногда.

– Тебе бывает больно, когда просыпаешься?

– Бывает.

– Сегодня во сне, я видел маму.

– Она красивая?

– Не знаю, я видел только её руки и голые плечи.

– Мне мама никогда не снилась. Что со мной не так?

– Я тоже видел её сегодня первый раз.

– В следующий раз, ищи её лицо. Вдруг, когда ты вырастешь, найдёшь её.

– Мне часто снятся кошмары. Я бегу и не могу убежать. Или наоборот, мне удалось убежать, но я не могу закрыть дверь. Жутко от таких снов.

– Когда человеку холодно, ему снятся кошмары. Не так ли?

– Не знаю, – я пожал плечами.

– Так мой отец говорит.

– Ты любишь его?

– Не знаю. Мне, кажется, что я никогда не смогу никого любить. Я привыкаю, но особых чувств нет.

– Я бы маму любил больше, чем отца. Я часто представляю, как она будет целовать меня перед сном, держать за руку, – я сжимал камни в левой руке.

Мацу резко поцеловала меня в щёку и приняла свою прежнюю позу. Я растерялся.

– Теперь тебе не будут сниться кошмары, – тихо сказала она.

– Правда?

– Угу, – она внимательно разглядывала свои тонкие пальцы.

– Смотри, – я достал из пакета плеер.

– Что это? – Мацу удивлённо смотрела на него. – Как пользоваться этой штукой?

– Это плеер.

– Плеер? Похож на что-то странное. Откуда у тебя деньги? Он, наверное, очень – очень дорогой.

– Его выкинули на мусорку. Это действительно интересная вещь. С ним были вот эти наушники.

– Он работает?

– Да, я починил. Теперь мы можем слушать музыку здесь.

– Музыку? Которая играет по радио?

– Нет. Можно покупать кассеты. И слушать музыку, которая нравится тебе.

– Я никогда не слышала своей любимой музыки.

– Я купил одну кассету. Послушаем?

– Давай.

Протянув один наушник Мацу, она вставила его в ухо. Я нажал на "play", Мацу прослушала всю песню.

– Нравится?

– Угу, это же "Wink"?

– Да, – я показал Мацу кассету, на которой были изображены две участницы этой группы. – Эта песня называется "Turn it into love". Я слышал её пару раз по радио.

– Разве такие песни пропускают?

– Ночью, да, – я вставил левый наушник в ухо, и лёг на песок.

– Включи, мне очень нравится! – В глазах Мацу словно зажглись огоньки.

До поздней ночи мы слушали музыку, повторяя песни по десять, а то и по двадцать раз.

Слушать эту группу вошло в нашу привычку с Мацу. После уроков мы бежали на дикий пляж, садились поудобнее и включали плеер. Мне казалось, что благодаря музыке, я сближался с этой трудной девочкой. Зимой мы не спешили домой, даже в самые холодные дни нас с Мацу согревала тёплая и душевная музыка группы "Wink". Наши отцы часто работали в ночную смену, поэтому нас никто не ругал. Мы принадлежали сами себе это, и было нечто волшебным и загадочным. Гуляя тысячу раз по одним и тем же местам, мы мало разговаривали, но мне нравилось проводить время с Мацу.

В наше детство (примерно 1990-1992 годы) плакаты с "Wink" были дорогими, их быстро раскупали. Чтобы подарить Мацу этот плакат, я устроился на подработку уборщиком в нашу местную парикмахерскую. Меня не хотели брать, говорили, что у них хватает рабочих рук. Однажды, одна из работниц, увидела меня в городском киоске, где я разглядывал этот плакат за стеклом. Она спросила меня:

– Тебе тоже нравится эта группа?

– Да, но больше всего она нравится моей подруге. У неё скоро день рождения, я бы хотел сделать ей подарок. Но меня никуда не берут на работу, – я печально вздохнул.

– Хорошо, я поговорю с нашей начальницей, уверена, она согласиться. День рождения, это особый день, на него нужно дарить особенные подарки, которые запомнятся на всю жизнь. Ты большой молодец, что стараешься для своей подружки, – женщина похлопала меня по плечу, и пошла на остановку.

Она сдержала своё слово, на следующий день меня приняли на подработку. Я отработал ровно месяц и поехал в город, я занял очередь на 15 дней вперёд. В день рождения Мацу, я стоял третьим, и вот, настал тот час. Я сжимал в руках купюру в десять тысяч йен (это была вся моя зарплата). Под

Мир людей ночью замирает. Друг за другом гаснут окна домов, улицы и дороги пустеют. Одинокие фонари освещают небольшие участки улицы.

Вокруг главенствует темнота, а в небе вспыхивают миллиарды звезд. К полуночи небо начинает в одном месте светлеть, постепенно бледное зарево разгорается. Через несколько минут всходит полная луна. На луне даже с земли видны чудные рисунки, созданные рельефом её поверхности. Там мы видим то лицо человека, то диковинных животных или что-то другое. С восходом луны на улице становится становиться намного светлее, можно легко различить силуэты деревьев и домов. Чёткая их тень падает на землю. Будто покрытый серебристой краской предстаёт перед нами весь ночной мир.

Летом сверчки не замолкают к самому рассвету. На ночную прогулку выходят коты, они беззвучно проскальзывают мимо незаметно для человеческого глаза. Где-то в кустах шуршит ёжик. Из крыши срывается стая летучих мышей… Обычно ночью так тихо, что отдаленные звуки – собачий лай, голоса людей, скрип дверей – слышно очень хорошо, будто они совсем рядом.

Особенным украшением природы ночью является лунная дорожка на водоемах. Ночь просто завораживает. Каждый из нас хоть раз ей любовался красотой, во все времена художники воспевали ночь как волшебное время творческого вдохновения, отдыха, и любви.

"Эта ночь была самой прекрасной в моей жизни, я чувствовал себя – собой. И это мне нравилось ещё больше!"

Сквозь сон я услышал знакомую музыку, затем последовали слова "… 流れる せつなすぎるバラ-ドが

友達のライン こわしたの

きらめく星座が ふたりを無口にさせてくかさなりあった目の 甘い罠…"

Придя в сознание, я увидел Мэзэо, он сидел возле моей кровати.

– Откуда эта музыка? – Этот вопрос я задал первый, когда начал понимать, что происходит вокруг.

– Читай, – он протянул мне лист.

"Хотела сделать тебе приятное. Помнишь эту песню? Я её очень любила. А ведь это ты подсадил меня на музыку. Хидэки, я так волновалась…

Ты, наверное, не знаешь, но Изэнэджи – сан был твоим настоящим отцом. Он отдал своё сердце тебе, чтобы ты жил. Музыка способна излечить любые раны, спасибо тебе за все."

Где она?

– Ушла.

– Просто так?

– Арата, я могу дать тебе свободу. Ты хочешь этого?

– Мэзэо, я не понимаю тебя.

– Иногда, нужно уметь отдавать, чтобы получать.

– Куда она ушла? Мэзэо, не молчи.

– Мацуба ждёт тебя там, где зарождалась ваша с ней жизнь. Уходи из нашего клана. Я думал, что ты будешь моей копией, но жизнь готовила тебя к другому. Не хочу портить твой путь. Иди к ней.

– Ты выгоняешь меня?

– Я освобождаю тебя от долга.

– Долга якудза?

– От долга чужой жизни. Поверь, тебе есть, для кого жить. Я многое видел, но сейчас, я вижу то, что никогда не происходило, – Мэзэо одёрнул пиджак и пошёл к выходу.

– Я ничего не понимаю? Что не так? Неужели, я что-то сделал не так? Почему ты выгоняешь меня? Тебя не интересует моё мнение?

– Сначала посмотри на подарок, который для тебя приготовила Мацуба.

– Подарок?

– Я бы гордился, что такая женщина, как она сделала для тебя такой дорогой подарок.

– Мэзэо…

Оябун захлопнул дверь, сквозь тишину, я слышал его шаги за дверью.

Положив голову на подушку, я ещё раз перечитал строки, которые написала Мацу, и заново проиграл ту самую песню… Много лет прошло, а эта мелодия заставляет меня плакать, вспоминая путь, который мы прошли…

Я быстро шёл на поправку, через пять дней меня выписали. Я собирал вещи в спортивную сумку, в палату зашёл парень.

– Арата – сан, – неуверенно произнёс он.

– Что-то случилось?

– Вы помните меня?

– Мы уже встречались? – Я внимательно смотрел на парня. Его черты кого – то напоминали мне, но кого, я не мог вспомнить.

– Помните Сакуру?

– Да, – я закрыл сумку.

– Я её сын, Юки. Мэзэо дал мне новое имя и фамилию, чтобы якудза из других кланов не могли найти меня.

– Ты стал взрослым. Как сам?

– В порядке. Я недавно приехал в Японию.

– Как жизнь за бортом родной страны?

– Не сильно отличается.

Вместе с Юки мы поехали на кладбище, где стоял прах Сакуры.

В комнате для посетителей был стол и две скамьи из красного дерева. Хрустальная люстра освещала это небольшое помещение без окон. На столе стояла бутылка сакэ и два стакана.

В комнате приятно пахло различными маслами, которые успокаивали нервы.

Юки повесил свой пиджак на вешалку и сел за стол, я сделал то же самое.

Он достал прах из специального шкафчика и поставил перед собой.

– Вот мы и встретились снова, мама, – Юки сдерживал слёзы. Выпив сакэ, он бережно потрогал иероглифы, которые были написаны на ёмкости. – Ты бы гордилась своим сыном, надеюсь, что ты слышишь меня. Спасибо, что любила меня так, как никто не сможет.

"Порой мы все совершаем ошибки, они могут быть незначительны для нас, но для кого – то они хуже, чем лезвие ножа. Мы не можем рассчитать всё наперёд и быть уверены, что загаданное получится. На нашем пути пожизненно будут появляться проблемы и другие неприятности. Сложно объяснить людям суть жизни, когда они не хотят слышать твои слова. Материнская любовь что-то особенное, её нельзя описать словами. Такая любовь даётся не каждому ребёнку, у меня не было матери. Когда она есть, кажется, что так будет всегда, но ничего вечного нет. Смерть уводит за собой каждого из нас. Ежедневно мы проживаем день своей смерти, и не знаем, когда она придёт. После всего, что мы прошли, нам не страшно умирать, нам страшно за то, что мы сделали при жизни. Я не имею в виду грехи или благие дела, у меня нет полномочия судить людей по этим критериям. Я хочу сказать, что нам жалко терять всё, что наживалось ценой наших усилий и слёз. Особенно, когда ты умираешь, не закончив дела до конца. Несчастная смерть, кажется лёгкой, но на самом деле – это самое ужасное, что есть на свете. Человек был полон жизни, амбиций и вдруг… темнота, в которую он погрузился. Это не нормально, но мы не можем знать, что случится с нами, когда мы выйдем из дома. Опасно не жить среди людей, опасно не знать, что произойдёт, через минуту. По истине, мы совершаем одну и ту же ошибку изо дня в день, но мы никогда не осознаем её. Просыпаясь, мы не встречаем новую жизнь, мы становимся ещё на один день ближе к смерти."

– Арата, мама всегда говорила о тебе, как о человеке из доброй сказки. Именно поэтому, я жил и думал, что все якудза такие. Но со временем понял, что сказка была фальшивой, а все персонажи грязные и гнилые люди, которых заботят только деньги и власть. Но ты был единственным человеком извне, который пришёл в наш мир, чтобы улучшить его своей добротой. Твои искренние действия помогали верить людям в существование добрых бандитов. Я уверен, что ты помог не только мне. Арата, ты показал мне, что значит быть не равнодушным к чужим проблемам, – Юки сделал глоток сакэ. – Жизнь дала мне такого человека, чтобы ещё раз осознать, что доброго человека никогда не изменят ни деньги, ни власть, ни окружающие люди, ни обстоятельства. Ты мужчина, который действительно любит любых людей, даже, когда в ответ ты слышишь молчание. Ты никогда не стеснялся помогать нищим и слабым, вот это поступок настоящего якудза, а не все эти дорогие автомобили, коттеджи и прочая недвижимость с долларами в офшорах. Я помню, как ты брал меня с собой на рисовое поле. Помнишь?

– Да, – я кивнул, и незаметно улыбнулся.

– В тот день ты подарил всем рабочим квартиры. До этого их прошлый хозяин держал их в ветхих избушках. У них были дети, беременные жёны, больные родители. В этих избах не было ни света, ни отопления – ничего. И тут появляешься ты! Помнишь, как они встретили тебя?

– О, да. Они кричали, мол, ещё один узурпатор пришёл. Хотели идти на меня с оружием, взяли в руки палки, вилы.

– А я помню, ты спускаешься с небольшого холма, а у народа такие глаза злые, вот – вот убьют. И ты подходишь к их главному заводилу, и говоришь: " – Убьёте меня и навечно останетесь гнить в этих чёрных избушках".

– Этот мужчина выкатил на меня свои бешеные глаза, прижал острый серп к моему горлу со словами: " – Нам хватилого одного борёкудана, а ты нам ещё угрожаешь?!"

– Ты на него так спокойно посмотрел, и говоришь: " – Это ключи от вашей квартиры, в машине у меня ровно 187 ключей от квартир для всех рабочих".

А кто-то крикнул, что ты всех обманываешь, тогда ты взял в руку кусаригама (японский серп) и пошёл в поле, за десять минут ты собрал огромное количество риса. Все удивились, что какой-то якудза сделал это. Тогда ты сказал: " – Я по пятнадцать часов стоял в этой ледяной воде и работал кусаригама до кровяных мозолей. Я знаю, как тяжело работать, когда твой труд не ценят жадные богачи. Они раз в год приезжают и обещают народу хорошей жизни, а на деле отмывают деньги в свой карман, чтобы обеспечить своих детей и жён машинами и квартирами. А ваши дети и жёны гниют в этих избушках! Неужели, вы не понимаете, что я вышел из простого народа и готов помочь вам, потому что знаю, как это работать на агрессоров!"

Ты купил им новую технику для сбора урожая. Твой поступок навсегда отложился в моей памяти. В институте мы писали доклад, я написал о тебе и выйграл первое место. Когда ректор института узнал, что это настоящая история, он был удивлён и хотел пожать тебе руку.

– Так значит, я человек, который вошёл в историю?

– Ты был бы идеальным чиновником в японской мерии.

– Может мне подать заявку.

– Из якудза в государственного человека?

– Шучу, – я похлопал Юки по плечу.

– Шутки очень жизненные, – он положил в рот кусочек огурца.

Мы разошлись около восьми вечера, я поехал к себе домой, а Юки к себе на работу, чтобы забрать ноутбук.

Приехав к себе, домой, я смотрел на себя в зеркало. На правом плече у меня была изображена Намакуби.

Намакуби (что буквально обозначает «свежее – отрубленная голова», «недавно отрубленная голова»), что непосредственно связано со средневековым самурайским обычаем подносить своим командирам отрубленные головы побежденных врагов. В древности, взятие головы врага в качестве трофея являлось проявлением уважения к его личности, а также указанием на мужество его победителя. В татуировке отрубленная голова может иметь множество значений – это и уважение к противнику, и предупреждение, и указание на храбрость. Однако, чаще всего, это просто отображает преодоление страха перед тяготами жизни. Популярное объяснение подобной татуировки – готовность безропотно и с честью принять любую судьбу.

Тем не менее, изображения отрубленных голов часто поражают своей жестокостью и реализмом, но это делается не только для того, чтобы шокировать зрителя, это также рассматривается как неотъемлемый элемент коловращения жизни – принятие жизни таковой, какая она есть, без приукрашивания действительности.

Выставка отрубленных голов в прошлом Японии являлась частью праздничных мероприятий после одержанной победы, и японский героический эпос содержит описания подобного показа голов. Самураи могли забрать головы убитых ими вражеских воинов и поднести в качестве дани своему предводителю. В крупных сражениях победоносная армия могла собрать сотни вражеских голов. Головы простых воинов складывались в кучи и являли собой пирамиды мрачных трофеев. Но к отрубленным головам почетных врагов относились с уважением и особой тщательностью. Например, когда Ёритоми в 1189 г. приказал убить своего сводного брата, как предателя, его голова была тщательно вымыта и помещена в лакированный ящик, наполненный сакэ для лучшей сохранности. Хотя предназначением подобной выставки голов была идентификация убитых вражеских командиров, главным её значением была демонстрация боевых успехов лидера и верности его вассалов. Отрубленная голова вражеского предводителя символизировала наивысшую преданность вассала своему господину, так как он шел на смертельный риск, чтобы приобрести подобный трофей. Самурай, преподнося такие «подарки» своему господину, мог рассчитывать на его особую признательность. С другой стороны, принимая их, победивший военачальник, демонстрировал свое превосходство над предводителями противника, чьи вассалы не сумели обеспечить им победу или защитить в бою.

Но кроме этого, в Японии обезглавливание было распространенным видом наказания, иногда за очень незначительные проступки. Самураям часто разрешалось обезглавливать собственных солдат, трусливо бежавших с поля боя. Обезглавливание (без сэппуку) считалось очень тяжелой и унижающей достоинство формой наказания. Одно из самых жестоких обезглавливаний было проведено с Сугитани Дзэндзюбо, который попытался убить Ода Нобунага, известным дайме в 1570 году. После поимки, Дзэндзюбо был закопан в землю, и только его голова находилась наружи, и её отпиливали бамбуковой пилой в течение нескольких дней. Подобные наказания были отменены в начале периода Мэйдзи.

Обезглавливание исторически осуществляется и в качестве второго шага в сэппуку (ритуального самоубийства путем вскрытия живота). После того как самоубийца разрезал собственный живот, другой воин наносил ему удар катаной по шее сзади, чтобы ускорить смерть и уменьшить страдания. Так как проведение этого обряда предписывало соблюдение определенных правил, на роль помощника в отсечении головы выбирали только очень умелых воинов, оказывая им особый почет. В конце периода Сэнгоку, правила несколько упростились, и обезглавливание могло быть выполнено, как только лицо, делающее себе харакири, наносило себе незначительную рану в живот.

Отрубленная голова гейши. В качестве объяснения этой татуировки можно привести следующую легенду. Гейшам в прежние времена было запрещено вступать в брак, и сожительствовать с буддийскими монахами. Но одна из них нарушила этот запрет, когда влюбилась в монаха и разделила с ним любовь, хотя знала, что наказанием за это будет смерть. Когда тайна открылась, гейшу обезглавили. Исходя из этого, татуировку можно «прочитать» как готовность пойти на любые жертвы во имя любви.

Сеппуку – это ритуальное самоубийство, совершаемое самураем согласно кодексу Бусидо. К такому способу смерти прибегают тогда, когда самурай оказывается, покрыт позором, смыть который можно только его смертью. Чтобы сеппуку было проведено правильно, необходимо строго соблюсти свод правил, которые четко регламентируют этот страшный процесс. Ритуал сеппуку самурай мог совершить по приговору или по собственному желанию. Например, если он терял своего хозяина в бою или плохо исполнял свой долг, другие воины могли заставить его совершить сеппуку. Но часто самурай сам хотел оправдаться перед богами и людьми, поэтому принимал решение вспороть себе живот особым образом. Вспарывать живот нужно было сидя, чтобы не упасть на спину и не опозориться. Оголив живот, самурай делал два крестообразных движения мечом или вспарывал свою плоть от одного бока до другого, а после от пупка до груди.

Позднее самоубийство сеппуку совершали, наваливаясь на меч. Данный способ считался более гуманным. Кричать и корчиться во время совершения ритуала самураям не полагалось. Поэтому некоторые из них пользовались услугами специального помощника, который после разрезания самураем живота отрубал ему голову, но не до конца, чтобы голова не упала на пол. Женщины из сословия самураев в случае позора, измены мужу, предательства или недержания слова тоже совершали этот обряд. Поступить так могла и та женщина, которой грозило бесчестие не по ее вине. Женское сеппуку совершалось ножом, который японке подарил муж или отец. Им она прокалывала себе сердце или, согласно другим сведениям, перерезала горло. Перед ритуалом женщина сама связывала себе ноги, чтобы умереть в достойной и целомудренной позе.

В Древней Японии ритуал сеппуку распространен не был. Он стал популярен в средние века. В 1156 году дайме из Минамото совершил первое харакири в истории. Он сделал это, чтобы избежать, плена, так как попадание в плен считалось позором. С тех пор многие военные стали использовать данный обряд в критических ситуациях. Затем, с течением времени, сеппуку стало массово использоваться по любым поводам. Но с приходом реформ в период Мэйдзи такие самоубийства официально стали порицаться, а в 1968 году обряд был запрещен на законодательном уровне. Но в культуре японцев сеппуку по-прежнему занимает важное место.

Харакири и сеппуку изначально были привилегией дворянства. Но затем ими стали пользоваться не только военные, но и простые люди. Совершают ли сеппуку сегодня? Конечно, такие случаи можно встретить и в нашем веке. Но они менее распространены и более обоснованы современными реалиями. Сеппуку и харакири отличаются друг от друга лишь звучанием иероглифов. В остальном данное явление характеризуется как обряд, в конце которого человека ожидает неотвратимое наступление смерти. Харакири – это часть жизни, а смерть – закономерное явление, которое необходимо встретить достойно.

Кайсяку – это ритуал отрубания головы человека, совершающего сеппуку, с целью предотвратить мучения, а так же сам помощник, который проделывал это.

Кайсяку – допускалось, лишь в случае, когда самурай делал сеппуку, чтобы смыть позор.

В случае же, когда самурай совершал сеппуку для искупления серьёзной вины (например, когда он убил какого-то высокопоставленного вельможу или оскорбил жену господина и т.п.), кайсяку не допускалось, и самурай был обязан совершать сеппуку сам и терпеть невыносимые муки.

Ведь сеппуку – могло быть полным и не полным.

Полное сеппуку – это такое сеппуку при котором совершается два надреза: сначала горизонтально от левого бока к правому, а потом вертикально от диафрагмы до пупка.

При неполном сеппуку: делается лишь надрез от левого бока к правому.

Если совершалось сеппуку с кайсяку, то было достаточно одного укола в центр живота, сразу после этого следовало отрубание головы, но, надо сказать, что совершающий сеппуку, обычно сам давал сигнал к отрубанию.

Перед совершением сеппуку специальным мечом – вакидзаси или вакизаши, самоубийца обязательно совершал ритуальное омовение рук, рта и ноздрей, а также ритуальное омовение самого клинка. После этого, он, либо недолго медитировал, либо составлял последний стих – дзисэй но ку – прощальную песнь миру.

Причём, он должен был быть мастером меча, ведь по правилу нужно было отсечь голову так, чтобы она повисла на тоненьком лоскутке кожи. Не допускалось, чтобы голова отскакивала или падала и катилась, то есть – требовался очень вымеренный, резкий, не слишком слабый, но и не слишком сильный удар. Если же голова, всё же падала – такое сеппуку считалось осквернённым, как и само тело человека. Всё дело в том, что самурай – оставался самураем до последней секунды жизни, самураи являлись воинской элитой, были служилой аристократией! Поэтому, отрубать им голову, как преступникам не допускалось!

Момент с кайсяку – самый тонкий и важный момент сеппуку!

После того, как самурай и его помощник закончили ритуал, помощник был обязан слить излишнюю кровь из раны на шее и животе, взять голову и приложить её к телу так, чтобы рана на шее не выделялась слишком резко, то есть, чтобы со стороны казалось, что человек просто лежит. В завершении, помощник вытирал излишнюю кровь, убирал помещение и клал на глаза трупа монетки. После этого, он докладывал обо всём местным властям и господину самурая, а так же, передавал его последнюю волю и стих.

Так уходили из жизни одни из самых лучших воинов мира…

Я всегда считал себя слабым и бесполезным обществу человеком…

«В каждом из нас достаточно таланта, чтобы стать лучшим хотя бы в чем-то одном. Проблема лишь в том, как его в себе откопать. Те, кто не понимает, как, годами мечется туда-сюда и лишь закапывает себя еще глубже. Поэтому лучшими становятся не все. Очень многие просто хоронят себя при жизни и остаются ни с чем» (Мураками)

Утром в четверг, я купил билет к себе в родной дом. Сменив воздушный транспорт, я отправился на поезде на вокзал, потом купил билет на автобус.

Цены до сих пор не изменились, словно время остановилось с тех пор, как я покинул это место. Новых домов было мало, деревья и кустарники росли всё на том же месте. Конечная остановка была моей. Когда на ней меня ждала маленькая девочка, которая уже многое пережила, но не изменилась.

Эта остановка идеально сохранилась спустя сорок лет, её построили в год нашего рождения с Мацу. В 2022 остановке уже исполнилось 43 года. Крыша была без дырок, лавочки в таком же хорошем состоянии, на стенах те же записи, которые оставляли дети, когда ждали своего автобуса.

Дорога на дикий пляж заросла колючими кустами. Я пробрался сквозь этот непростой путь. В памяти ещё остались воспоминания о нашем месте. Я подошёл к большому дереву и начал откапывать песок, наконец, я нашёл небольшой железный ящик. В нём лежал плеер, наушники, кассеты и красивые камни с маленькими ракушками, которые мы собирали с Мацу. Я достал рюкзак, вытащил фонарик и вставил батарейки из него в плеер. Кассета была на месте. Нажав на "play", в моих ушах заиграла песня "Wink: Where where you last Night". До заката, я рассматривал кассеты и всё содержимое, которое было в этом небольшом ящике. Все вещи сохранились, как будто прошло не тридцать лет, а три месяца. Всё – таки удивительная штука, это время.

Какие-то вещи оно бережно хранит, а другие наоборот ломает и искажает до неузнаваемости. Разве это не загадка?

Если что-то действительно дорого не одному человеку, время не вправе это сломать. Попросту, у времени не хватит сил, чтобы побороть то, что помнят и хранят в своей глубокой, как океан памяти двое совершенно разных людей. Пусть мы и "разные", но нас связывают общие воспоминания, которые мы будем нести за собой всю свою жизнь. Если я не забыл, через год, то буду помнить всегда. И пусть говорят, что нет ничего вечного, я уверен, когда по – настоящему, веришь и хранишь, то это обязательно превратится в вечность. Наш век не бесконечен, для этого нам дана память, которая способна победить все преграды времени.

Вечером, я пришёл к родительскому дому. В окне горел тусклый свет, на двери не было замка. Я зашёл внутрь, пахло чем-то вкусным. На пороге меня встретила чёрная кошка с белыми лапками, как носочки. Я присел и погладил её, кошка прыгнула ко мне на руки.

– Хикари, ты где? Пошли ужинать, – из кухни вышла девочка лет 18 – ти. – Ой, – она удивилась, увидев меня.

– Ты тут одна живёшь? – Я отпустил кошку, она начала мурлыкать возле ног у девочки.

– С мамой, – она посмотрела на меня. – Мам, к нам какой-то дядя пришёл.

– Гости? Я никого не жду, – в фартуке вышла Мацу. – Хидэки?

– Это твоя дочь? – Я внимательно смотрел на девочку.

– Наша, – Мацу нежно улыбнулась.

Content

Gokudo Yakudzaki
Gaikokujin

Глава 1 Арата Случайная встреча, которая изменит всё

Глава 2 Лэйко Немного, не значит мало

Глава 3 Арата Взглянуть в глаза прошлому

Глава 4 Лэйко В этом не было смысла, но где-то он был

Глава 5 Арата Солгать нельзя

Глава 6 Лэйко Страх внутри, его не видно

Глава 7 Арата Бесполезно говорить, когда тебя не слышно

Глава 8 Лэйко Так сложились обстоятельства

Глава 9 Арата Постучись в дверь, и я скажу, кто ты

Глава 10 Лэйко Тень – проводник хаоса

Глава 11 Арата Не суй свой нос не в свой вопрос

Глава 12 Лэйко Вернись туда, откуда начал свой путь

Глава 13 Арата Конверт смерти

Глава 14 Лэйко Твои грехи стали моим пьедесталом

Глава 15 Ничья за чертой жизни

Глава ** Арата Путь, который был создан для меня