Юрий Семенович Крючков

Имя на борту

Научно-популярное издание

Ю.С. Крючков

ИМЯ

НА БОРТУ

МОСКВА "ТРАНСПОРТ" 1989

ББК 39.4 К 85 УДК 629.12.001.33

Рецензенты В. С. Гордейчик,

д-р филологич. наук А. В. Суперанская

Заведующий редакцией Н. В. Глубокова

Редактор Е. В. Сербиновская

Крючков Ю. С.

К 85 Имя на борту. - М.: Транспорт, 1989. - 159 с - Библиогр.: с. 157.

ISBN 5-277-00592-7

Книга посвящена интересной и мало изученной теме - названиям кораблей. В живой форме рассказывается об истории и происхождении названий, приводится расшифровка многих загадочных имен, раскрываются истоки номинации судов, системы названий, которые сложились в русском и советском флоте.

Кто давал имена кораблям?

Как и когда это происходило?

Почему корабль назывался так, а не иначе?

На эти и многие другие вопросы дает ответ эта книга.

Автор, опираясь на исторический материал, знакомит читателя с происхождением названий судов, системой их наименований, которые сложились на флоте начиная с времен Петра I, с расшифровкой загадочных названий.

Предназначена для широкого круга читателей, интересующихся историей морского флота.

3205010000-164

К____________________172-89

049(01)-89

ББК 39.4

ISBN 5-277-00592-7

© Издательство «Транспорт». 1989

ПРЕДИСЛОВИЕ

Корабль и его имя - два неразделимых понятия. В середине прошлого века известный гидрограф Черноморского флота адмирал М. Н. Кумани писал: «Кто из нас без душевного умиления произносит имя корабля, на котором служил? Мы вспоминаем о нем, как о старом товарище». Но имена кораблей дороги всем нам еще и потому, что в них, как правило, скрыт глубокий патриотический и исторический смысл.

Предлагаемая читателю книга - первая научно-популярная работа о названиях кораблей русского флота. Более 10 лет автор занимался изучением происхождения названий кораблей и судов русского флота, задавая каждый раз один и тот же вопрос: что в имени твоем? Ответ на этот вопрос и составляет содержание книги.

В результате исследования удалось обнаружить ряд особенностей и закономерностей, присущих названиям кораблей. Выяснилось, например, общественно-историческое значение названий, было осуществлено разделение названий на группы, восстановлена система наименований кораблей, которая была присуща русскому флоту.

Используя структуру, систему и закономерности названий, удалось раскрыть происхождение более 800 имен кораблей русского флота эпохи паруса, передавших свои названия затем и паровому флоту

Таким образом родилась, как представляется автору, новая, вспомогательная историческая научная дисциплина, изучающая названия кораблей 1. В ее задачи входят обоснование выбора имени для нового корабля или судна и расшифровка названий русских советских военных и торговых судов на основе анализа истории судостроения и флота. Эту научную дисциплину, таким образом, можно рассматривать как пограничную, находящуюся на стыке истории судостроения и истории флота. [1 Ее можно бьыо бы назвать «каронимикой» (от греч. «барабос» - корабль и «оноча» - имя).]

У читателя может возникнуть вопрос, а нужен ли научный подход в таком простом деле, как наименование кораблей? Как показывает жизнь, нужен. Дело это, оказывается, совсем непростое, и если не разработать строгую систему номинации, можно допустить много нелепых ошибок или избрать неудачные названия, нарушающие главные функции имени на борту судна. Примеров тому немало. Достаточно вспомнить хотя бы факты недавнего прошлого, когда в массовом порядке судам и кораблям присваивались имена живших в то время руководителей партии и страны, деяния которых были затем осуждены, а имена их на борту пришлось срубить. К сожалению, до сих пор ни в военном, ни в гражданском флоте нет стройной, продуманной и научно обоснованной системы номинации, что приводит порой к поспешным и неудачным названиям.

Предлагаемая книга представляет популярное изложение основных положений науки о названиях кораблей. В ней рассказывается о названиях кораблей русского флота со времен его основания Петром I до наших дней, показана связь названий с историей флота и страны, дана периодизация изменения системы названий, приводится расшифровка нескольких сотен имен кораблей русского флота. Книга насыщена множеством примеров из истории нашего народа и страны.

Автор сознательно ограничил содержание книги в основном рамками названий кораблей русского военного флота, лишь коснувшись названий советских кораблей и судов. Это закономерно, ибо количество названий судов советского военного и торгового флота весьма обширно1. Однако основные методологические принципы разработанной автором научной дисциплины применимы к изучению названий любого флота. Остается питать надежду, что последователи допишут эту книгу, изучив и раскрыв историю названий судов советского торгового флота. [1 Только в Каталоге морских сухогрузных судов СССР содержится около 1350 названий судов, а всего в книгах Регистра СССР записано несколько тысяч названий.]

Предивное создание рук и ума человеческого - корабль!

Парусами причастен веянию ветров, телом - движению вод.

Из поморского предания

ВВЕДЕНИЕ

Все корабли, исключая самые малые, имеют собственные имена (названия). Традиция давать имена кораблям очень давняя. Пожалуй, самыми древними, дошедшими до нас названиями были древнеегипетские «Дикий бык», «Северный» и «Явление в Мемфисе» (1580 - 1520 гг. до н. э.).

От архаических времен дошло до нас название корабля «Бык», на котором была увезена Европа; это событие, как полагают, легло в основу известного мифа о похищении Зевсом Европы.

Одним из самых древних было имя мифического корабля «Арго», построенного искусным судостроителем греком Арго, на котором Ясон отправился в Колхиду за золотым руном.

Среди названий античных судов - имена знаменитого корабля «Сиракузянка», построенного Архимедом для царя Гиерона и переименованного затем в «Александриаду», древнеримской либурны «Стрела» и помпейского корабля «Европа».

Имена кораблей - это удивительный и загадочный мир. Когда впервые окунаешься в безбрежное море названий, то поражаешься фантазии моряков. В самом деле, только в Черноморском парусном флоте в 1775 - 1860 гг. было использовано 470 разных названий. А всего с первых лет существования русского военно-морского флота по 1860 г. кораблям присвоено 1850 разных имен.

При первом знакомстве с именами кораблей кажется, что они давались бессистемно, наугад. Однако скрупулезная работа позволяет «рассортировать» эти имена, привести их в порядок, в систему. И оказывается, что нет никакого хаоса и случайностей, есть строгая группировка имен, есть имена разной важности, весомости, есть довольно четкое соподчинение групп.

Названия военных кораблей регулярных флотов не являются абстрактными и случайными. Имена кораблей - явление прежде всего общественно-историческое. Они всегда отражают общественно-политический строй государства, господствующее мировоззрение, историю страны и народа, их роль в мировой истории, характер нации и т. п. Даже если названия имеют отвлеченный характер, например определяют качественную характеристику корабля, то выбор признаков качества обусловлен интересами общества, государственного строя, господствующего класса. Например, такие названия кораблей, как «Грозный», «Скорый», «Храбрый», «Воин» и пр., должны были символизировать воинственный или наступательный дух нации или государства, выраженный в боевых качествах кораблей.

Изучение названий кораблей представляет определенный научный интерес. Имена кораблей знакомят нас с географией морей, океанов и приморских областей, последовательностью завоевания или освоения новых территорий, знаменитыми битвами и сражениями, героическими подвигами моряков, местами, где происходили исторические события, историческими и государственными деятелями определенной эпохи и т. д. Своеобразными резонаторами исторических событий были военные корабли. Все выдающиеся битвы, победы и завоевания сразу же находили свое отражение в именах кораблей. Такие «исторические всплески» в названиях прослеживаются после побед над Наполеоном, после всех русско-турецких и русско-шведских войн, после революций и т. д. Например, обильное появление турецких географических названий у новых кораблей Черноморского флота, построенных в 1826 - 1836 гг., отражает реальные факты побед русской армии и флота в двух войнах с Турцией (1805 - 1812 и 1828 - 1829 гг.). Образно говоря, корабли - это книга, в которой история страны записана их именами.

Исследование имен кораблей в историческом аспекте, видимо, должно занять в истории кораблей такое же место, какое топонимика занимает в истории, этнографии и географии.

Названия кораблей, будучи зримым выражением идеологии государства, выполняют две функции: внешнюю и внутреннюю. Внешняя функция - отражение международного престижа, величия и могущества; внутренняя функция - сохранение и поддержание памяти о великом прошлом державы, выражение подъема патриотизма и военного духа у моряков и населения страны.

В науке о названии кораблей можно выделить следующее: структуру, систему, свойства, эмблематику и происхождение названий кораблей.

Структура - это деление имен кораблей на группы, которые объединяют родственные по смыслу названия, имеющие единый признак.

Группы образуют иерархическую лестницу, на вершине которой находятся самые почетные имена кораблей, а у подножия - рядовые. Религиозные темы в структуре названий кораблей были самыми почетными, образуя вершину иерархической пирамиды. Это почетное место определялось мировоззрением общества, идеологией господствующего класса, отражало государственную иерархию. На низших уровнях иерархии находились зоологические и ботанические имена - собирательные названия растений, зверей, рыб, птиц, насекомых и т. д. Как правило, эта обширная группа включала названия хищных, свирепых и ядовитых существ, но также и неповоротливых и неприятных животных.

Система - принцип отбора имен для образования названий кораблей данного ранга, размера и назначения.

Кораблям военного флота названия давались по определенной системе, подчиненной четким правилам, основанным не столько на государственных указах, сколько на традиции. Основной особенностью системы было беспрекословное требование соответствия имени рангу корабля. Название корабля должно было отвечать размерам, назначению и боевому значению (рангу) корабля, его архитектурным особенностям, боевым и мореходным качествам и т. п., а также требуемому уровню иерархии. Например, линейные корабли как главная ударная сила флота получали самые величественные, «могущественные» или почетные названия - «Слава Екатерины», «Святой Павел», «Богоявление господне», «Гавриил», «Михаил», «Победа», «Ратный», «Полтава», «Варшава», «Париж», «Императрица Мария», «Чесма», «Двенадцать апостолов», «Варна», «Храбрый», «Синоп» и т. д. И, наоборот, флашхоуты как базовые суда, не имевшие боевого значения и служившие для снабженческих целей, носили самые рядовые, порой «обидные» названия, говорящие об их неповоротливости, неуклюжести или «вьючном» характере службы - «Жук», «Рак», «Улитка», «Буйвол», «Слон», «Жаба», «Лошак», «Верблюд», «Носорог», «Дромадер» и т. п.

Свойства (особенности) - общие, существенные, т. е. устойчивые, повторяющиеся явления в структуре и системе названий кораблей. Помимо уже упомянутых - определенности, гармоничности и иерархичности, - можно выделить и такие свойства, как единственность, преемственность и резонансность названий.

Конкретное название военного корабля, как правило, было единственным не только на флоте, в списках которого он числился, но и во всех флотах страны. Во всем русском флоте в одно и то же время почти не встречалось двух кораблей с одинаковым названием; при необходимости присвоить новому кораблю уже существующее название корабль-носитель переименовывался. Единственность названий придавала всему военно-морскому флоту стройную организационную структуру, информативность, четкость в управлении, исключало путаницу. Бывали, однако, редкие исключения. Например, под названием «Святой Николай» в 1797 г. в эскадре Ушакова на Средиземном море (в составе Черноморского флота)

действовали два корабля: фрегат и крейсерское судно (покупное).

В названиях кораблей сохранялась преемственность: после исключения военного корабля из списков флота (гибель в бою, авария, передача на слом и т. д.) его название давалось строящемуся кораблю соответствующего ранга, назначения или размера. Преемственность названий придавала кораблям устойчивость, долговечность, живучесть, превращала их в своеобразные исторические памятники, плавучие мемориалы, напоминавшие об исторической славе народа, нации, государства (по названию корабля можно было, например, узнать о победе в морском сражении, происшедшем 100 и более лет назад). Переименования были редкими и связывались только с позорными действиями корабля.

Военный корабль как любое воинское подразделение отвечает перед государством за результаты своих боевых действий. Название, как и флаг, олицетворяет честь государства, ибо корабль даже вдали от Родины считается частью государства, подчиняясь всем его законам. В случаях потери знамени в бою, массового проявления трусости, сдачи в плен без боя и других позорных поступков корабль переименовывался и его название навечно вычеркивалось из списков флота. Ярким примером может служить случай, когда в плен без боя был сдан фрегат «Рафаил» турецким кораблям, с которыми затем успешно сражался бриг «Меркурий». С тех пор название «Рафаил» более не появлялось на бортах кораблей. Причинами переименований были также политические перемены, требующие изменения названия корабля, в котором отражались ранее существовавшие политические взгляды или стороны общественного строя. Чаще всего «по наследству» передавались названия кораблей, ранее участвовавших в знаменитых битвах или отличившихся в сражениях.

Эмблематика - условное, символическое отражение названия корабля в некоторых вещественных элементах, принадлежащих кораблю (носовая фигура, рисунок на парусе, кормовое изображение, оформление названия и т. д.).

Название судна символически отражалось носовой фигурой или в декоре на его корме. Эта традиция развилась в русском флоте, начиная с корабля «Орел», построенного отцом Петра I, царем Алексеем Михайловичем.

Происхождение - история возникновения первого названия корабля и его последующих «реплик».

Изложенные выше свойства названий кораблей служат методологической основой при раскрытии их происхождения.

Раскрытие происхождения того или иного имени корабля представляет первую задачу науки о названиях кораблей, ее исторический аспект. Номинация современных кораблей и судов, т. е. научно обоснованное наименование их по стройной системе, - вторая задача, ее современный аспект.

МОРСКИМ

СУДАМ

БЫТЬ!

Корабль "Орел"

Основателем русского военно-морского флота был Петр I. Но и до него на Руси строились морские корабли. Новгородцы и поморы Севера, занимавшиеся торговлей и промыслом, издавна плавали на морских судах. Были ли у этих судов названия? История, к сожалению, сохранила их очень мало. Поскольку это были частные суда, их имена в основном не выходили за пределы кругозора владельца и интересов его семьи и не выполняли, следовательно, главную, внешнюю функцию - быть олицетворением престижа и могущества государства. Поэтому перейдем к тем первым государственным судам русского флота, названия которых зафиксированы историческими хрониками.

В 1634 г. в Москву прибыло из Голштинии посольство, которое предложило от имени герцога Фридриха Голштинского организовать транзитную торговлю шелком с Персией. Для этой цели голштинцы (т. е. немцы) намеревались построить несколько морских судов европейского типа для плавания в Персию по Волге и Каспийскому морю. Согласно заключенному договору голштинцы в следующем году приступили к постройке в Нижнем Новгороде первого корабля из отпущенного им елового леса. Судно было построено весной 1636 г. и получило название «Фредерик» - в честь герцога Голштинского, предложившего его постройку. Это и было первое на Руси судно с официально зарегистрированным в исторических документах названием. Дальнейшая судьба «Фредерика» сложилась неудачно: отправившись под командой Кордеса осенью 1636 г. с русским посольством к персидскому шаху, корабль разбился у берегов Дагестана.

Первую попытку завести на Руси собственное военное кораблестроение предпринял царь Алексей

Михайлович. По его приглашению в 1647 г. приехал в Россию голландец Ван-Буковен, которому царь Алексей поручил строительство. Под руководством Ван-Буковена и был построен корабль русскими плотниками и столярами в селе Дединове на Оке в 1668 г. Алексей Михайлович придавал большое значение этому кораблю как первенцу русского военного флота и повелел назвать его «Орел» в честь русского государственного герба. Таким образом, первый военный корабль в России получил высокое, почетное или, говоря современным языком, престижное имя, олицетворявшее Россию как государство. Однако судьба его была трагична: «Орел» по Оке и Волге дошел до Астрахани, где был сожжен Степаном Разины» в 1670 г.

Первое знакомство юного Петра с судостроением и мореплаванием принято связывать с небольшим суденышком, найденным в подмосковном имении. Этот ботик Петра I, вошедший затем в историю как «дедушка русского флота», не имел названия, так как был весьма мал и, по взглядам того времени, недостоин носить имя.

Понимая большое значение для России выхода в Черное и Балтийское моря, Петр I предпринял в 1695 г. первый поход к Азову с целью освободить от турок выход в Азовское и Черное моря. Однако отсутствие морского флота не позволило «запереть» Азов с моря, по которому противник подвозил свежие войска, боеприпасы и провиант. Это послужило главной причиной провала под Азовом, что прекрасно понял царь.

На заседании консилиума, собравшегося в 1695 г. «…по возвращении от невзятия Азова», было решено строить морской флот. Постройка первых галер по голландскому образцу началась в 1696 г. в селе Преображенском под Москвой, а кораблей разных типов - в Воронеже 1. [1 В Воронеже для азовского похода Петр I решил строить суда, характерные для южных морей - Средиземного, Черного, Азовского, - поскольку будущим кораблям предстояло сражаться именно там и с противником, у которого уже были такие тины судов. Царь пригласил для постройки венецианцев Ивана Юрьева, Якова Теодорова и других; грека И. Федорова; голландцев К. Кока и Э. Бакара; англичан Л. Чапмана, О. Ная, Р. Козенца и других. Вместе с иностранцами суда строили русские мастера Федосей Скляев и Петр Михайлов (царь Петр I). Предполагалось строить четыре типа судов: баркалоны, барбарийские корабли, бомбардирские суда и галеры. Однако вскоре Петр I изменил программу судостроения и повелел строить североевропейские суда: корабли, галеры, бомбардирские корабли и брандеры. В этом ему весьма помогли голландские, датские и в особенности английские мастера, приглашенные им в Россию (некоторые из них, такие как Козенц и Най, стали потом знаменитыми судостроителями) [9].] В 1696 г., обложенный со всех сторон - с суши армией и с моря молодым русским военным флотом - Азов 18 июля капитулировал. 20 октября 1696 г. боярская дума по предложению царя приняла знаменательное решение «Морским судам быть» [9]. Этот день и принято считать датой основания русского регулярного военно-морского флота.

Обратимся вновь к интересующему нас предмету - названиям первых русских кораблей. С большой долей истины можно считать, что самое деятельное и живое участие в их наименованиях принимал лично царь как самый ревностный сторонник флота и глава государства.

Очевидно, давая имена судам, Петр I был в немалом затруднении. Будучи хорошо знаком с флотами многих европейских государств, Петр знал их историю и понимал значение названий кораблей как носителей государственного престижа. «Основатель нашего флота император Петр Великий вкладывал глубокий смысл в наименования кораблей: исторические документы свидетельствуют о заботах царя заложить в эти имена определенную идею военного и особенно морского могущества России» [5]. В. Гончаров, автор приведенной цитаты, не совсем нрав: его слова справедливы в отношении периода позднего петровского кораблестроения - эпохи морских и сухопутных побед, времени становления русского военного флота. В период же строительства Азовского флота Петр I, по-видимому, затруднялся выбором названий: не было еще ни значительных побед, ни прославленных героев, ни традиций. Исторические документы того времени не содержат информации о названиях кораблей.

Но вернемся к судам. 2 апреля 1696 г. с торжественной церемонией в Воронеже спущены на воду первые три галеры, названные «Принципиум», «Святой Марк» и «Святой Матвей» [9].

Первая галера предназначалась для царя Петра, поэтому она и получила такое название (лат. principium - «основа», «начало», «руководящая идея»). Как видим, название вполне подходящее для судна, спущенного первым и положившего основу, первоначало русскому флоту. Следует заметить, что первые петровские корабли имели в документах несколько названий, что говорит о еще неустановившейся традиции. Так, галера «Принципиум» называется иногда «Кумандера» («Командная») или «Его величества» [9].

Следующие два названия определялись верой в божественную основу царской власти. Поскольку никаких других оснований для названия судов еще не было, царь, естественно, обратился к религии. Как увидим далее, эта группа наименования судов станет главной для русского флота.

При рассмотрении религиозных названий легко возникает мысль о связи их с «днями святых», в которые, возможно, происходили закладка или спуск судов.

Спуск корабля подобен рождению человека, и как ребенку давали имя по «дням святых», близких или совпадающих с днем рождения, так и кораблям, представляется нам, могли давать имена по тому же принципу. Но объективная проверка названий судов Петра I по святцам но большей части не подтверждает этот принцип, даже с учетом календарных сдвигов праздничных дней. Судя по тому, что все суда с христианскими именами имели сопутствующее слово «святой» или «архангел», скорее всего при наименовании соблюдался не столько церковно-хронологический принцип, сколько «программная установка» Петра I. В самом деле, день спуска галер «Святой Марк» и «Святой Матвей»1 (2 и 3 апреля) даже близко не подходит к «именным дням» Матвея и на два-три дня отличается от дня Марка (5 апреля)2.

[1 В исторической литературе галеры называются именами Святого Марка и Святого Матвея; в христианских книгах апостолы-евангелисты названы Марк и Матфий.]

[2 Здесь и далее приводятся даты по «именным дням» списка христианских святых Святцев.]

Следующими «святыми» судами были корабли «Апостол Петр» и «Апостол Павел»; о первом известно, что он был спущен 26 апреля 1696 г. Его название вполне объяснимо: апостол Петр был святым покровителем царя. Отвечает ли дата спуска какому-либо «именному дню»? Нет, как мы можем убедиться, ближайшие «апостольские дни» далеки от 26 апреля.

Документы, приводимые в труде С. Елагина по истории Азовского флота Петра I, показывают, что религиозные названия судов не были связаны с днями закладки («именными днями»). Из докладной Колычева государю (1710 г.) видно, что заложенные корабли не имели еще имен, а названные имена относятся к уже построенным судам. Вот два примера: «Спрашивает капитан Отто, на корабли «Скорпион» и «Цвет войны» пушки какие приготовлять?» («Скорпион» спущен в 1709 г.); «На новозакладные корабли, на которых повелено быть по 48 пушек, какова калибра быть пушкам?» (как видим, «новозакладные» корабли пока еще не получили названий [9].

В журнале Петра I сохранились следующие записи о собственноручной закладке царем 80-пушечного корабля «Старый Орел» (1701 г.): «… мая в 29 день, в четверток, в празднество Вознесения Господня, заложили корабль; всей компанией по гвоздю вколотили, фалшкиль прибили к килю и тот киль положили»; в 30-й день - «веселились довольно»; 5 июня - «поставили форштевень и ахтерштевень; всей компанией были и веселились» [9].

Эти записи передают характерную атмосферу того времени - закладки и спуски судов превращались Петром во всеобщие праздники с бурным весельем, «питием», фейерверками, флагами и пальбой из пушек. Здесь отчетливо просматривается полное отсутствие связи между названиями корабля и днем его закладки. Действительно, если имена кораблям давались по «святым» дням закладки, то заложенный корабль должен был бы получить название

«Вознесение» или «Вознесение Господне», однако корабль был назван «Старый орел», название взято из книги «Эмблемы и девизы».

Другой пример. Корабль «Старый дуб» был спущен 9 апреля 1709 г. в день Пасхи, но, как видим, получил название, не связанное с этим религиозным праздником, оно также взято из упомянутой книги [9].

Построенные в Воронеже яхты «Святая Екатерина» и «Святая Наталия» были названы в честь членов императорской семьи: племянницы Петра I дочери царя Ивана - Екатерины Ивановны - и матери царя - Наталии Кирилловны Нарышкиной. Эту версию подтверждают последующие названия, присвоенные царским яхтам, которые, будучи «семейными» судами, носили имена ближайших родственников царя.

Таким образом, уже среди первых судов Азовского флота Петра I стали появляться две группы названий: престижные, характеризующие воинственные или приоритетные качества судов («Принципиум», «Безбоязнь», «Благое начало», «Сила», «Цвет войны», «Лев», «Единорог», «Скорпион», «Флаг» и т. д.), и религиозные («Апостол Петр», «Апостол Павел», «Святая Екатерина», «Святой Марк», «Святой Матвей» и пр.).

Среди первых названий судов Петра I появились и имена античных мифологических богов, а также библейских силачей - «Меркурий», «Геркулес», «Самсон». Царь, стремясь к созданию мощного государства, развитию торговли, впервые, нарушив суровые законы русского христианства, ввел словесную аллегорию в названия кораблей. Стали появляться названия грозных явлений природы - «Гром», «Молния», «Струс», «Громовая стрела», «Ветер», «Вулканус» и т. п.

В названиях петровских кораблей «Азовского периода» выделяются всего лишь два класса, в которых проявляется соответствие назначения и имени судна.

Первый класс - бомбардирские корабли, предназначенные для обстрела крепостей мощными бомбами при штурме. В связи с их большой поражающей мощью корабли были названы «Гром», «Молния», «Громовая стрела», «Бомба», «Страх». Два корабля имели кажущиеся дисгармоничные названия: «Агнец» (ягненок - символ кротости, покорности) и «Миротворец». Но скорее всего они отражали присущее Петру стремление к шутке (и даже к шутовству), не покидавшее его и в дни войны: последние два имени построены на шутливом противопоставлении миролюбивого названия корабля и его огромной огневой мощи.

Второй класс судов - брандеры, предназначенные для поджога судов противника. В их названиях «Вулканус», «Феникс», «Сулемандр» заметна лексическая гармония. Все названия связаны с огнем, обжигающим действием («Сулемандр» - саламандра; известен вид земноводных, так называемых «огненных» саламандр, у которых выделения кожных желез ядовиты, вызывают гибель животных и ожоги рук).

Большую группу составляют странные и порой нелепые названия, например «Три рюмки», «Стул», «Отворенные врата», «Виноградная ветвь», «Мяч», «Журавль стерегущий», «Гранатаполь», «Заячий бег» и др. Эти названия никак не подходят к судам, а тем более к военным кораблям. Чем же объяснить их появление и в таком изобилии? Историк кораблестроения «Азовского периода» С. Елагин так объясняет их происхождение: «В числе изданий царствования Петра Великого находится книга под названием «Symbola et Emblemata», напечатанная в 1705 г. в Амстердаме. Она заключает в себе слишком 800 различных изображений с девизами, изложенными на 9 языках, в том числе и на русском. По просмотре этой книги видно, что все названия наших азовских судов с их девизами взяты из этого курьезного собрания» [9]1. [1 Согласно свидетельству В. С. Драчука [7] книга «Символы и эмблематика» была переведена и издана в 1705 г. по приказу Петра I с целью облегчить решение геральдических вопросов при составлении русских гербов. На титульном листе книги изображен юный царь Петр I в доспехах, окруженный геральдическими эмблемами и девизами, а ниже написано: «Символы и эмблемата указом и благоповедении… Петра Алексеевича… напечатаны».]

Объяснение этому феномену может быть только одно: отсутствие весомых побудительных причин для присвоения престижных имен кораблям. Петру I явно еще не хватало боевых дел и событий для наименования своих судов, а называть корабли поголовно (включая мелкие и брандеры) всеми святыми он не счел возможным с точки зрения церковной этики. И вот подвернулся под руку «справочник», где была масса эмблем, названий, девизов. Среди них были и достойные, но большинство нелепых, забавных и необычных. Учитывая веселый нрав царя, любовь к соленой, порой грубоватой шутке, можно предположить, что он, будучи в то время еще молодым, не преминул воспользоваться этим «справочником».

Возможно, прямым влиянием книги «Символы и эмблематика» объясняются и многочисленные варианты названий одного и того же судна, встречающиеся в документах на разных европейских языках, например корабль «Благое начало» имел еще и такие названия: «Благое начинание», «Гут анфанген» (нем.), «Гут бегин» (англ.), «Десель бегин» (голл.), а корабль «Безбоязнь» - «Сундербан» (нем.), «Сондерфрес» (англ.), «Онберфрес» (голл.). Поскольку в кораблестроение были вовлечены мастера разных национальностей, при составлении документов, видимо, каждый писал название судна на своем родном языке.

К сожалению, никаких других сведений в документах «Азовского периода» не сохранилось. Огромное число судов, особенно галер, вошло в списки без названий. Однако это не значит, что они были безымянными. С. Елагин приводит в подтверждение два отрывка из писем государю. В письме боярина Т. Н. Стрешнева от 8 мая 1696 г. говорится: «…по письму от милости твоей уведомился о кораблях, которые на Воронеже спущены на святой неделе и в которые дни и имена тем кораблям и о том уведал от адмирала».

В депеше Головина от 14 мая читаем: «…а что в том письме изволил ты писать ко мне о галерах и изволил прислать особое письмо, сколько их и какие им имена и каковы мерою» [9]. Скорее всего это были все те же имена, из той же «знаменитой» книги «Символы и эмблематика», к которой так часто обращался Петр I.

Нельзя, конечно, в полной мере считать, что книга «Символы и эмблематика» была случайным источником названий русских кораблей того периода. Петр I, желая придать Азовскому флоту политическое, государственное звучание, использовал книгу как источник геральдических символов и их обозначений. Так, идею, мысль о морском могуществе России царь (при нехватке собственных военных и политических деяний и успехов) утверждал через геральдические названия, взятые из западноевропейского руководства. Тем самым названиям кораблей придавался рыцарский, воинственный оттенок, названия легко читались и воспринимались иностранцами, несомненно, знакомыми с геральдической символикой.

О хаосе названий, царившем в начальный период существования петровского флота, известный историк адмирал А. С. Шишков писал: «Во всех известных мне записках не показано точного числа кораблей, находившихся сие время в Воронеже, а заключают о числе оных по именам, тогда упомянутым; но сии имена подают некоторое сомнение, поскольку многие русские из них суть точный перевод с голландских имен, как например: «Оут-Адлер» - «Старый орел»; «Оут-Екедбом» - «Старый дуб»; «Шлафлеу» - «Спящий лев»; «Деген» - «Шпага» и пр.

Итак, может статься, было тогда обыкновение каждый корабль называть голландским именем с приложением к нему российского перевода; а может и то быть, что прежние корабли называемы были голландскими именами, а когда потом число умножилось, тогда новостроящимся кораблям начали давать российские имена однознаменательные с прежними голландскими. Хотя последнее мне кажется вероятнее, однако же, не имея о сем достаточного сведения, предоставляю сие на суд читателю» [15].

И еще одна характерная черта имен петровских судов раннего периода - часто название было заимствовано из иностранных источников, звучало на чужом языке, нередко и писалось (и не только в документах) на чужом языке. Для большинства русских дворян, строителей судов и моряков эти названия были непонятны, чужеродны. По-видимому, с этим и связана бессистемность, хаотичность и трудная «приживаемость» первых названий.

Наблюдались и прямые внедрения иностранных названий, связанные с покупкой судов за границей или с подаренными судами. Например, в ноябре 1697 г. Петр I получил письмо от адмирала лорда Кармартена, который просил от имени английского короля Вильгельма принять незадолго перед тем построенную по чертежу Кармартена 20-пушечную яхту «Transport-Royal», отличавшуюся своими превосходными качествами перед всем английским флотом [9]. Яхта весной следующего года была приведена в Архангельск и дала впоследствии свое название другим яхтам, построенным уже в России. Так, в русском военном флоте появились яхты с английским названием «Транспорт-роял» («Королевский транспорт», или «Монарший транспорт»).

Подытоживая начальную деятельность Петра I по наименованию кораблей, отметим, что, несмотря на общую хаотичность и бессистемность названий, все же начинали пробиваться первые, пусть еще неясные стремления упорядочить этот процесс: появились группы названий, ранги имен и некоторые зачатки системы; некоторым судам давались названия, отвечающие их размерам, боевому значению, назначению, типу и т. д. Но это были лишь отдельные, частные случаи.

В целом же «Азовский период» в формировании названий кораблей русского флота можно охарактеризовать следующими особенностями:

отсутствие традиций в наименовании судов;

количество судов (особенно галер и кораблей) превышало количество соответствующих исторически обусловленных или целесообразных названий;

хаотическое, бессистемное и дисгармоничное название судов;

неустойчивость названий, связанная с неоформленностью государственного значения наименований, отсюда и произвольное название одного и того же судна, например «Цвет войны», оно же «Свет воинский» и «Орлах блюм» [9];

появление первых признаков гармоничных и систематических названий, связанных с общественно-политической программой Петра I.

ПЕРВЫЕ ПОБЕДЫ

Корабль "Полтава"

Начало XVIII в. решительно повернуло историю России лицом к победам и успехам. Победоносная Северная война (1700 - 1721 гг.) с выдающимся Полтавским сражением (1709 г.), первые морские схватки, выигранные молодым русским флотом при Гангуте (1714 г.) и Гренгаме (1720 г.), успешный Персидский поход и другие виктории Петра заложили солидную основу для программных названий кораблей русского флота. Из названий судов стали постепенно исчезать случайные имена. Их место заняли назва-ния завоеванных городов, мест сражений, пограничных рек и т. п. Мирные договоры, выгодные для России, привели к развитию торговли, основанию новых городов и крепостей в отвоеванных землях, бурному росту старых экономических центров. Их имена также появились на бортах (точнее на кормах) кораблей.

Укрепление абсолютной монархии Петра, официальное признание его новой семьи и вера в покровительство России со стороны «сил небесных» вызвали приток монархо-династических, особенно религиозных названий. Усиленное строительство кораблей, покупка большого числа судов в Англии и Голландии, «морской настрой» самого царя и его преклонение перед морскими державами обусловили появление множества названий географического характера, связанных с местами строительства судов 1. [1 Судостроение велось в 25 местах, всего за время царствования Петра I было построено более 1000 судов.]

Таким образом, с начала XVIII в. в русском флоте появилось несколько новых групп названий. Петр I столь энергично развивал судостроение, что к началу века достойных названий для кораблей по-прежнему не хватало.

Заглянем в документы того времени и проследим с интересующей нас стороны за некоторыми годами царствования Петра I. Вот несколько отрывков из его журнала [13].

1703 г., август. «В 15-й день, т. е. в неделю, был в Александрове монастыре и, приехав назад на ишаке, спустили почт-гальот. И сего числа Александр Данилович к нам приехал и при нем спустили шмак, имя ему «Бельком» или «Добрый приезд». Так, приезд ближайшего сподвижника царя А. Д. Меншикова, очевидно, с добрыми вестями обрадовал царя и послужил причиной появления в русском флоте парусного судна «Бельком». В списке [3] это судно упомянуто не под английским, а под немецко-голландским названием «Гут-Драгер» («Доброноситель» или «Вестоноситель»).

«В 22-й день, в неделю, спустили корабль, именуемый «Штандарт», того же числа спустили буер «Вейн-Драгер»; сего же числа спустили буер «Бир-Драгер». Большой линейный корабль, олицетворение силы и могущества русского флота и империи, получает величественное и почетное имя «Штандарт» в честь царского военно-морского флага1. При закладке этого корабля в Олонце был введен новый (окончательный) образец императорского штандарта, в честь которого и был назван этот линейный корабль. [1 Штандарт - императорский военно-морской флаг (черный орел на желтом фоне), поднимался, если на борту судна находился царь. Введен в 1703 г.]

Небольшие же парусные суда, предназначенные для разъездов и прогулок (буера), получают нелепые для военного флота названия «Виноносец» и «Пивоносец». Очевидно, буера предназначались царем для веселых плаваний в окружении приближенных, «с салютацией и возлияниями».

Постепенно в списках русских судов появляется все больше почетных и боевых названий.

1704 г., мая 21. «Того же числа на Олонецкой верфи спустили галеру, именуемую «Святого апостола Петра». Судно получило название в честь христианского апостола, «столпа» православной церкви, святого патрона царя, день которого отмечался 29 июня, но 18 мая был день «мучеников Федота, Петра и Анны». Вместе с тем эта галера наследовала также имя одного из первых петровских кораблей Азовского периода «Апостол Петр» и первой яхты «Святой Петр», на которой царь впервые вышел в море в 1693 г.

1704 г., июнь. «В 10-й день, в неделю, на Олонецкой верфи спустили галеру «Золотой орел», на которой будет шаутбенахт…

В 18-й день, в неделю, на Олонецкой верфи спустили галеру «Святого Федора Стратилата».

В 25-й день на Олонецкой верфи спустили галеру «Александра Македонского».

Как видим, первая галера получила геральдическое название в честь русского государственного герба - двуглавого орла; вторая - в честь святого Феодора (8 июня отмечался день «великомученика Феодора»); третья - в честь прославленного древнегреческого царя и полководца.

1704 г., сентябрь. «В 24-й день, в неделю, спустили шняву, именуемую «Мункер»; на ней кушали». Название судна, по-видимому, произведено от немецкого «munkeln» и означает в переводе примерно «болтун». Шнява строилась Петром Михайловым (царем) и Иваном Немцовым, сохранялась «для памяти» до 1732 г. [4]. Получила свое название «в наследство» от шнявы «Мункер», построенной еще для Азовского флота.

1705 г., апрель. «В праздник Пасхи, т. е. в 9-й день, кушали все по домам и спускали корабль семидесятый «Старый дуб». Название, как видим, взято из геральдического словаря, которым Петр охотно пользовался, давая имена судам Азовского флота.

7706 г., октябрь. «В 28-й день спустили судно, которое строил Федосей Скляев, именуемое «Надежда».

Чем дальше, тем больше спуск каждого корабля превращался в праздник: пальба из пушек, фейерверки, веселое застолье.

1707 г., октябрь. «В 25-й день, т. е. в неделю, спустили бригантин, именуемый «Святой Андрей»; и на том судне веселились довольно». Веселье, по-видимому, было связано с тем, что спуск судна произведен накануне «именного дня» Андрея (27 октября). Апостол Андрей весьма почитался русскими верующими. По преданию он проводил проповедь христианства в «Скифии», т. е. в причерноморских землях, и доходил до Киева и Новгорода. Считался покровителем русской церкви и получил церковный титул «Первозванный». В честь Андрея Первозванного Петром был учрежден высший русский орден, а впоследствии военно-морской флаг, так что была причина «веселиться довольно».

1707 г., ноябрь. «В 30-й день, т. е. в неделю святого Андрея, такоже веселились. И сего числа заложили шняву «Лизетку»…», Название перешло от ранее построенной шнявы для Азовской флотилии, но первоисточник установить не удалось. Видимо, Петру нравилось это имя, поскольку родившуюся через полтора года дочь он назвал Елизаветой.

В 1709 г. после Полтавского сражения (27 июня 1709 г.), вернувшись в Петербург, Петр I заложил корабль «Полтава», о чем в журнале царя сказано: «А декабря в 6 день в Санкт-Петербурге заложил сам государь корабль именем «Полтава» в память бывших трудов Полтавских».

Снова обратимся к журналу Петра [13].

1710 г., август. «В 22-й день новый пятидесятый корабль, именуемый «Выборг», который из устья выводили прамами, из вехов вышел». Это совсем «свежая» победа - Выборг сдался 13 июня 1710 г.

1712 г., июнь. «В 15-й день, т. е. воскресение, новопостроенный корабль «Полтаву» спустили на воду. И на том корабле были: царевны Екатерина Алексеевна, Наталья Алексеевна и все царской фамилии…»

В журнале Сенявина говорится: «В 15-й день поехали мы с царским величеством в Померанию, спустя корабль «Полтаву».

1714 г., май. «В 6-й день его величество был у адмирала и у обедни и кушал у Яна, и спущен фрегат «Илья». Назван в честь св. Ильи - «столпа» православной церкви.

1714 г., сентябрь. «В 28-й день е[го] в[еличество] кушал дома и с города стреляли из пушек после молебна, Левенгупта разбили под Лесным; и е[го] в[еличество] в адмиралтействе спустили корабль «Шлиссельбург» в 64 пушки, делал Броун, на котором по спуске г. вице-адмирал и светлейший князь и все сенаторы веселились довольно». Корабль назван в память о взятии русской армией и гребным флотом шведской крепости Нотебург в истоках Невы, которая была сдана противником 11 октября 1703 г. и переименована Петром в Шлиссельбург («Ключ-город»).

1714 г., октябрь. «В 26-й день его величество был в адмиралтействе и крестил сына у Тихона Лукина, и кушал тут, и спускал новый корабль «Нарву» в 64 пушки, делал Скляев». Этот корабль назван в память о взятии Петром Нарвы в 1704 г. (10-летие первой решительной победы русских над шведами).

1715 г., май. Журнал Сенявина: «В 1-й день корабль «Ингерманланд» спустили на воду и веселились довольно, трактовал г. адмирал». Судно названо в честь древней русской Ижорской земли (Ингрии), отвоеванной окончательно у шведов.

И снова заглянем в журнал Петра.

1715 г., июнь. «В 27-й день получена ведомость из Кронштадта, что в корабле «Нарве», который был в 64 пушки, молниею зажгло крюйткамору, которая в носу, и от того оный корабль весь разорвало и пропал с людьми со всеми, разве спаслось 10 человек; и сие было сего числа в час пополудни. А 4-го часа пополудни спустили в Петербурге корабль в 64 пушки, назван «Москва»; и на оном изволил г. вице-адмирал веселиться». Имя новому кораблю дано в честь старой столицы России - «первопрестольной» Москвы.

Откроем теперь журнал ближайшего соратника Петра I князя Меншикова [13].

1716 г., апрель 3. «…По отпении литургии кушали у Е[го] С[ветлости], по кушаньи,… в 3-м часу пополудни изволили купно ехать на заклад нового корабля «Св. Андрей», который будет в 20 пушек, и оный заложа, за здоровье довольно веселились, для которого из адмиралтейетва стреляли из нескольких пушек».

1716 г., август. «В 9-й день, т. е. на воскресение, по отпуске литургии отъехали на адмиралтейскую сторону, куда прибыв, по обыкновению отправя надлежащие молитвы на судне руйпинк, спустили оное на воду, которое званием «Принц Александр».

Это название дано скорее всего не столько в связи с тем, что небольшое судно спущено за два дня до «именного дня» Александра (11 августа), сколько в честь князя Меншикова, самого близкого сподвижника царя.

Обратимся снова к журналу Петра.

1717 г., октябрь. «В 13-й день спустили корабль, именуемый «Александр».

В 20-й день начали спускать «Ревель».

В 21-й день спустили на воду».

Отрывок из журнала Сенявина [13]: «В 13-й день получил я указ корабль проводить «Св. Александра Невского». Запись, сделанная в тот же день в журнале князя Меншикова [13]: «1717, октябрь 13… по кушанью гуляв по палатам и по галерее купно изволили ехать в адмиралтейство для спуску новосделан-ного корабля при помощи божией спустили благополучно, назначили имя «Св. Александр Невский» и вручен его светлости для кампании».

Как видим, корабль «Св. Александр Невский» назван так не столько в честь князя Александра Невского, праздник которого отмечался 30 августа, сколько в честь Александра Меншикова, для которого это судно и было построено. А. Д. Менши-ков был не только храбрым моряком и солдатом, но и опытным кораблестроителем, вот почему в петровскую эпоху часто встречаются суда с именем «Александр» - они назывались в честь друга Петра I.

Ну, а «Ревель», спущенный в 20-й день октября 1717 г., назван в память о взятии русскими войсками крепости, города и порта Ревель в Эстляндии (29 сентября в 1710 г.).

Вернемся снова к журналу Петра I.

1718 г., июнь. «В 15-й день спустили корабль, именуемый «Нептун», Козенцовой работы».

1718 г., июнь. «В 29-й день в С. Петербурге спустили корабль «Лесное» трудов царского величества».

А вот некоторые подробности этого же дня из журнала князя Меншикова: «В 29-й день, т. е. в день тезоименитства Е[го] Щарского] В[еличества] в 4-м часу пополудни дан сигнал из пушек для съезда к спуску корабля «Лесное», куда купно все отъехали. Е[го] С[ветлость] прибыв купно при е[го] величестве] в приуготовлении оного трудиться изволил; потом оный в 7-м часу пополудни, с помощью божией, на воду счастливо спустили, на который прибыв, довольно е [го] ц[арское] в[еличество] поздравляли, веселились…». Из этого отрывка мы узнаем интересные для нас вещи: 29 июня был день святого Петра, Петр I был именинником, почему его все «довольно поздравляли», но корабль назван не «Святым Петром», как полагалось бы по традиции, а «Лесное» - в память о 10-летии победы над шведами у деревни Лесная 28 сентября 1708 г.

1719 г., апрель. «В 28-й день, пополудни в 5-м часу, спустили корабль строения Козенца, и палили из пушек, и дано имя «Гангут»; и сидели на том корабле всю ночь». Судно названо в память о первой морской победе Петра у мыса Ганге-удд (Гангут) 27 июля 1714 г.

1719 г., май. «В 30-й день спустили корабль «Исаакий», и сего числа получена ведомость, что взяты три корабля…». Эта лаконичная запись в петровском журнале дополняется существенными подробностями из журнала адмирала Ф. Апраксина [13]: «В 30-й день, в исходе 1-го часа пополудни, во время св. литургии в бытность ц[арского] в [еличества] в церкви Св. Исаакия Далматского, получено письмо от капитана Наума Сенявина, в котором написано: Мая против 24-го числа в полночь увидели они три судна… Того же числа спущен на воду корабль строения мастера Осипа Ная, и наречено имя «Исаакий Далматский».

В этот же день Петр, отмечая с приближенными престольный праздник св. Исаакия Далматского, хотел назвать спущенный корабль именем этого христианского святого, но обрадованный вестью о морской победе у о. Эзель, велел в дальнейшем именовать корабль «Исаак Виктория».

Снова обратимся к журналу Петра I, где праздники и битвы, спуски и наименования кораблей, казни и веселия, ассамблеи и государственные приемы мелькают, как в калейдоскопе: быстро, ярко, пестро.

1719 г., сентябрь. «В 14-й день здесь при адмиралтействе спущен на воду новопостроенный фрегат «Рояль» (или монаршеский транспорт) о 20-ти пушках…». Это была богато отделанная царская яхта, названная по первой яхте с таким именем, подаренной ранее Петру I английским королем.

1720 г., май. «В 1-й день их величества слушали литургию у Троицкой церкви, кушали на торншхоте и был у спуску корабля «Фридрихштадта» в 96 пушек Броуновой работы». Судно назвали в честь победы русских войск у города Фридрихштадта в Голштинии. Вместе с Петром I в торжествах по поводу закладки и спуска кораблей стала принимать участие и его супруга Екатерина.

1720 г., июнь. «В 5-й день их величества были в адмиралтействе и спустили корабль в 84 пушки «Северный орел», Рамзовой работы». Корабль получил почетное геральдическое название в честь русского государственного герба.

1720 г., октябрь. «Во 2-й день спущен корабль, Паевой работы, в 66 пушек, и дано имя оному «Астрахань», на котором е[го] ц[арское] в[еличество], також государыня царица и государыни царевны и прочие и все министры веселились довольно… В 5-й день спущен корабль, Козенцовой работы, в 80 пушек (который зачат спускать еще в 28-й день сентября, но по сей день не сошел), и дано имя «Св. Петр»; на оном корабле изволил е[го] ц[арское] в[ели-чество], також и все прочие, веселиться довольно». Название «Астрахань» было дано судну в честь приморского города, который с 1717 г. стал центром Астраханской губернии («окно в Азию»), где строились корабли для Каспийского флота. По-видимому, к этому времени у Петра I уже созревал план Персидского похода для завоевания Прикаспийского Кавказа, осуществленный в 1722 г., что и послужило поводом для названия корабля. Название «Св. Петр» дано по традиции, так как корабль был спущен в день Петра, Алексея и Ионы (5 октября).

1721 г., февраль. «В 3-й день е[го] в[еличество] и их высочества служили литургию в Семеновской церкви и было казание; кушал е[го] в[еличество] у царевен и были их величества в адмиралтействе и спустили корабль в 86 пушек, именем «Апостола Андрея»; и потом были на почтовом дворе, и был фейерверк и множество ракет, для тезоименитства государыни царевны». Удалось установить, что в этот день были именины племянницы Петра I Анны (3 февраля день св. Анны). Однако спущенный корабль был назван в честь первого христианского проповедника на Руси Андрея Первозванного.

1721 г., март. «В 5-й день е[го в[еличество] слушал литургию в Троицкой церкви и были на спуске, спустили корабль «Фридемакер» в 86 пушек, мастерства Федосея Скляева… В 16-й день ег[его] в[еличе-ство] изволил быть поутру в посольской коллегии и в ревизион-коллегии; повешен князь Матвей Гагарин; спустили корабль «Св. Екатерины», в 66 пушек, на котором спуске присутствовал е[го] величество]. В десятом часу пополуночи изволил поехать в Ригу».

Корабль «Фридемакер» (в переводе «Миротворец») получил свое имя в честь долгожданного мира после длительной и кровопролитной Северной войны. Другой корабль (спущенный после повышения князя Гагарина) был назван в честь супруги Петра I - императрицы Екатерины - именем христианской святой.

1721 г., апрель. «В 28-й день е[го] в[еличество] после кушанья рисовал корабль линейный в 90 пушек.

В 29-й день поутру рисовал корабль, кушали долга и под вечер чертил корабль».

1721, май. «Во 2-й день их величества кушали дома и после кушанья е[го] в[еличество] рисовал корабль.

В 3-й день их величества кушали дома и были во весь день дома.

В 6-й день е[го] в[еличество] поутру чертил корабль, и кушали их величества дома и под вечер сидели в огороде».

1721 г., июль. «В 27-й день их величества были на спуске корабля «Пантелеймона», который в 66 пушек, и был герцог Голштинский». День спуска совпал с днем святого Пантелеймона; название дано в память о победе флота при Гренгаме, одержанной над шведами в день святого Пантелеймона. Петр I велел называть корабль «Пантелеймон Виктория» [3].

1723 г., май. «В 26-й день сияние. Пополудни в 5-м часу спустил корабль, именуемый «Св. Михаил», строения мастера Броуна, на котором. был е[го] в[еличество] и все министры и морские и сухопутные офицеры». Название дано в честь христианского святого Михаила, ближайший «именной день» которого отмечался 23 мая.

1724 г., июль. «В 19-й день е[го] в[еличество] литургию слушал в Троицкой церкви; кушал дома; после кушанья был в адмиралтействе, где спустили на воду новый корабль, названный «Рафаил», в 64 пушки».

1724 г., август. «Во 2-й день е[го] в[еличество] изволил быть у Троицы у обедни, и спустили фрегат, которому имя дано «Яхт-хунд». Название «Гончий пес» очень подходит для фрегата.

На этом заканчиваются столь интересные для нас страницы журнала Петра I. Сведения о строительстве кораблей после смерти Петра мы узнаем из дневниковых записей Екатерины I и ближайших сподвижников царя.

Журнал Екатерины [13].

1725 г., апрель. «В 25-й день в адмиралтействе спустили корабль, названный «Не тронь меня», в 54 пушки, где изволила присутствовать и ее императорское] в[еличество] и многие российские и чужестранные министры».

В другом журнале Екатерины далее читаем: «Спустили корабль и при спуске дано имя «Варахаил», а на другой день переменено: «Не касайся меня». Не совсем ясно, по какой причине вдруг корабль, названный в честь одного из христианских «персонажей», был переименован, хотя петровский «Варахаил» из-за ветхости был разобран в 1724 г. и это название «освободилось»?

1725 г., октябрь. «В 7-й день первый снег пошел и была слякоть. В 11-й день спустили в адмиралтействе корабль пятидесятый, названный «Нарва». Корабль получил название в память о взятии Нарвы Петром I в 1704 г. (первый корабль с этим именем, как мы помним, взорвался от удара молнии).

Из журнала князя Меншикова (20 июня 1727 г.) [13]: «В 7-м часу пополудни е[го] и[мператорское] в[еличество] и с сестрицею государынею великою княжною, по откушании и по спуске одного корабля, именуемого «Петра Первого и Второго», паки изволил прибыть к е[го] с[ветлости] и при е[го] с[ветлости] были генерал-адмирал граф Апраксин». Этот 100-пушечный корабль, постройка которого была начата еще Петром I, получил название в память Петра I и его внука - молодого императора Петра П. Корабль спроектирован царем. «Петр Первый и Второй» был первым 100-пушечным кораблем русского флота; в память о Петре Великом он сохранялся до 1752 г. на плавучем доке Кронштадте [4].

К концу царствования Петра I Россия обрела высокий международный престиж, одержав ряд блистательных побед на суше и море, завоевав новые земли и отвоевав ранее ей принадлежавшие. В списках кораблей стали преимущественно встречаться престижные, величественные имена христианских святых и библейских пророков, античных царей и героев древних мифов. Геральдические и монархо-династические названия стали дополняться именами завоеванных городов и покоренных крепостей, мест героических битв и одержанных побед. Значительно умножились географические названия - центры судостроения, города, реки и озера России. Немало среди имен и названий устрашающих явлений или животных. Все реже встречаются бессмысленные или случайные названия, характерные для эпохи молодого Петра и его Азовского флота.

Однако флот Петра был огромен. И даже расширившийся диапазон имен не смог охватить все построенные суда, особенно галерный флот, где число единиц достигало 200. Здесь с названиями было особенно трудно. Как свидетельствует английский капитан, служивший много лет в русском флоте и хорошо его знавший, «исключая шести или восьми полугалер, именуемых подобающими названиями и назначенных в распоряжение царя, генерал-адмирала, вице-адмирала Змаевича и других знатных особ, остальные имеют следующие отличительные признаки. Каждый генерал… имеет свой №, выставленный на корме галеры генеральской или скампавеи: например, № 1 и так далее; последовательная же нумерация выставляется на кормах каждого судна, зачисленного в его дивизию».

За период царствования Петра I сформировались следующие группы названий кораблей:

а) религиозные названия - в честь архангелов, святых и других христианских «персонажей»: «Михаил Архангел», «Святой Петр», «Святой Илья», «Святой Николай», «Святой Ягудиил», «Святой Селафаил», «Святой Рафаил» 1; впоследствии эти названия утратили слово «Святой…» и переходили к другим судам уже просто как «Ягудиил», «Селафаил», «Рафаил» и др.; [1 В Списке [4] последние названия приведены без слова «Святой…» («Ягудиил», «Рафаил» и т. д.). Однако в других исторических источниках эти суда называются «Св. Ягудиил» и т. п.]

б) монархо-династические названия - в честь членов царской семьи, атрибутов царской власти, геральдических элементов и т. д.; «Штандарт», «Петр Первый и Второй», «Петр II», «Принцесса Анна», «Принцесса Елисавета», «Норд Адлер» («Северный орел»), «Декроне» («Корона») и др.;

в) названия в честь первых побед, одержанных на суше и море, - «Рига», «Выборг», «Полтава», «Нарва», «Шлиссельбург», «Ревель», «Лесное», «Гангут», «Дербент», «Пернов» и др.;

г) географические названия в честь стран, где было построено или куплено судно - «Оксфорд», «Стратфорд», «Лондон», «Британия», «Портсмут», «Девоншир» - дань Англии, владычице морей, у которой молодой Петр учился судостроению; «Амстердам - Галей», «Декронделавуе» - в честь Голландии, где были куплены суда и где царь также учился судостроению и судовождению;

д) престижные географические названия в честь русского государства, столиц и крепостей - «Россия», «Иван-город», «Петербург», «Кроншлот», «Москва», «Астрахань» и др.;

е) названия, определяющие признаки воинственности, торжества, силы, быстроты, могущества, непобедимости,- «Виктория», «Фортуна», «Не тронь меня», «Триумф», «Думкрафт», «Курьер» и др.;

ж) зоологические названия, включающие родовые и видовые определения сильных и свирепых животных, рыб, насекомых,- «Олифант» («Слон»), «Яхт-Хунд» («Гончий нес»), «Винд-Хунд» («Собака-вихрь»), «Крокодил», «Буйвол», «Бык», «Орел», «Щука» и др.;

з) мифологические названия - «Нептунус», «Юпитер», «Марс» (очень редкие);

и) названия, связанные с грозными явлениями природы, - «Гром», «Этна», «Везувий» (очень редкие);

к) русские православные и христианские имена - «Надежда», «Любовь», «Наталья», «Вера». «Александр», «Проня» (редкие);

л) обычные географические названия - «Сясь», «Онега», «Вологда», «Нева», «Тосно», «Ладога» и др.;

м) имена древних властителей - «Александр Македонский» (один).

Таким образом, в русском флоте стала складываться определенная система наименования судов, которая была связана с национальными, историческими традициями и боевыми достижениями России и призвана нести и сохранять честь и престиж государства. Петр I заботился, чтобы каждое имя корабля было звучным, красивым и было связано с назначением и рангом судна.

Особенно стремился Петр Великий вкладывать в имена кораблей идею военного и морского могущества России. Эта патриотическая тенденция хорошо просматривается при изучении списков судов Балтийского флота Петра I [4].

Сложившаяся при Петре система номинации кораблей не была узаконена формальными актами, а существовала только как ритуал. После смерти Петра система эта продолжала существовать, но уже как традиция.

В первые тридцать лет царствования после Петра I Россия не имела громких побед на суше и на море, и к именам кораблей не прибавлялись новые названия городов, стран, крепостей и морских памятных мест, однако бережно сохранялись имена петровских кораблей, они передавались от одного судна к другому с соблюденном требований сложившейся системы номинации. И хотя роль флота в это время падала, все же обычай сохранять названия судов напоминал живущим о былой славе русского флота.

С воцарением Екатерины II, возродившей флот в России, патриотическая линия в названии кораблей закрепилась и развивалась далее, появилось много судов, связанных с героическими делами и победами армии и флота.

ЛЕСТНИЦА ИМЕН

Линейный корабль "Евстафий"

Анализ названий кораблей русского флота за период с 1696 г. (когда он был официально создан) до 1860 г. (когда парусный флот фактически перестал существовать) позволил составить структуру имен, состоящую из групп, объединяющих родственные по смыслу названия. Эти названия образовались в эпоху парусного флота, когда впервые зародилась неофициальная, но вполне устойчивая система наименования кораблей всех рангов. Условно все группы, как уже говорилось, можно разделить по уровням иерархии - высший, высокий, средний и низкий. Отнесение группы к определенному уровню связано с общественно-историческим «звучанием» имен этой группы, их «весомостью» и с представлением русских людей рассматриваемого времени.

Рассмотрим подробнее уровни иерархии и соответствующие группы.

I. Высший уровень иерархии

1. Религиозные названия - имена христианских святых, библейских пророков и героев, названия христианских праздников, собирательные религиозные понятия, определения и символы, религиозные события и деяния святых.

Религиозные названия в структуре имен кораблей были самыми почетными, образуя вершину иерархической пирамиды имен. Это определялось мировоззрением, идеологией господствующего класса и отражало государственную иерархию, согласно которой самодержец Всея Руси был тогда только слугой бога в империи, уполномочен господом повелевать подданными народами. Поэтому религиозные названия стояли выше монархо-династических и занимали первое место среди названий крупных кораблей.

Жизнь русского человека в те времена начиналась и заканчивалась упоминанием бога. Даже победы приписывались не полководцам, а считались «дарованными богом».

В 1790 г. в начале русско-турецкой войны Г. А. Потемкин писал Ф. Ф. Ушакову перед керченским сражением: «Молитесь Богу! Он нам поможет, положитесь на Него; одобрите команду и произведите в ней желание к сражению. Милость Божий с вами!» После победы у мыса Калиакрия Ушаков доносил: «При такой дарованной от Всевышнего совершенной победе несомненно надеялись мы несколько кораблей взять в плен, но от сего спасла их перемена ветра и темнота ночи, увеличившаяся от густого дыма». Вот строки из указа Екатерины II по случаю этой победы: «…победоносный флот наш на Черном море не токмо не попустит оттоманскому коснуться пределов Империи Нашей, но, с помощью Всевышнего, одержите вы над оным полный верх и Бесконечным поражением и истреблением оного приобретете флагу Нашему новую славу и знаменитую покажите государству заслугу».

Особенно много кораблей с религиозными названиями было в молодом Черноморском флоте во времена управления им князем Г. А. Потемкиным. Вот что пишет по этому поводу историк Черноморского флота В. Ф. Головачов: «Само различие в наименовании этих судов Балтийского и Черноморского флотов не было изъято из некоторой доли политического смысла. В местности, где зародился Балтийский флот, был, можно сказать, избыток элементов православия, и имена судов характеризовались преимущественно историческими воспоминаниями. На юге же России граждане нашего государства состояли из греков, староверов и разных азиатских и других пограничных выходцев, и Потемкин вывешивал на них [судах] особенно тщательно хоругви общего соединения, имена святых - символы православия».

2. Русские монархо-династические названия - личные имена и титулы императоров и императриц России, их родственников (членов царской семьи), собирательные монархические понятия, титулы, определения и символы, деяния монархов, атрибуты царской власти и государственности, геральдика. Использовались только такие имена, которые в представлении царствующего монарха олицетворяли славу России.

3. Русские христианские (православные) н языческие (славянские) имена. По-видимому, эти названия носили в скрытом виде имя родственников царствующей династии («Николай», «Алексей». «Анна», «Ольга». «Мария» и др.). В ряде случаев такие названия образовались из имен первой группы, «утеряв» со временем предшествующее слово «святой» («Святой Гавриил» - «Гавриил». «Святая Ирина» - «Ирина» и др.). Кроме того, библейские и языческие славянские имена олицетворяли и утверждали славу Русской империи - наследницы Киевской Руси и Московского государства; в собранном виде эскадра кораблей с такими именами возвеличивала Русь, славянство и империю.

4. Имена монархов союзных стран и их родственников - названия кораблей, занимающие в иерархической пирамиде столь же высокое место, что и русские монархо-династические имена. Однако со временем такие названия постепенно исчезли.

5. Имена древнерусских великих князей. Эта группа весьма немногочисленна и включает только князей, прославившихся своими военными победами.

6. Названия героических кораблей - давались новому кораблю для увековечения героического подвига корабля-предшественника. Все последующие корабли имели названия в сочетании со словом «Память…», благодаря чему почетное название корабля не растворялось в массе аналогичных, а выделялось, превращая корабль в своеобразный плавучий мемориал. В рассматриваемый период группа только формировалась.

7. Названия, связанные с победами и завоеваниями, - названия городов и мест, где были одержаны крупные победы русской армией или флотом, завоеванных земель, стран, городов и покоренных народов. Группа таких названий весьма обширна.

II. Высокий уровень иерархии

8. Имена императоров и императриц, царей и властителей древних времен. Весьма популярными были имена античных царей и императоров (греческих и римских), а также восточных правителей.

9. Названия, заимствованные из греко-римской мифологии, - имена богов, богинь и титанов, муз и нимф, эпических царей, цариц и героев, мифических животных и т. д. Эта группа очень популярна и многочисленна, особенно среди небольших кораблей.

10. Названия, заимствованные из славянской (языческой) религии и эпоса (очень мало).

11. Имена государственных деятелей и вельмож (или собирательные понятия - титулы и т. п.).

Группа была весьма малочисленной, так как «пробиться» в один почетный ряд со святыми и монархами было весьма трудно даже вельможам, заслужившим признание соотечественников и царствующего монарха.

12. Названия, связанные с грозными явлениями природы, - весьма немногочисленная группа.

13. Названия трофейных кораблей. Обычно трофейные корабли (призы), захваченные в плен в бою пли сдавшиеся, переименовывались. В исключительных случаях в назидание противнику сохранялись старые имена, в особенности почетные, монархо-династические. Этот принцип применялся только для крупных кораблей.

14. Определения качества «динамичности» - названия, связанные с качественными признаками, определениями и понятиями, такими, как быстрота, дерзость, смелость, воинственность, сила и т. п. Очень распространенная и популярная группа названий.

15. Определение качеств «устойчивости» - названия, характеризующие незыблемость, устойчивость, величие, славу, красоту, спокойствие и т. п. Редкая группа названий, в основном относилась к крупным кораблям.

III. Средний уровень иерархии

16. Имена прославленных флотоводцев, адмиралов и судостроителей. В эпоху парусного флота таких названий кораблей практически не было.

17. Имена героев морских сражений. В эпоху парусного флота не было ни одного корабля этой группы.

18. Географические названия - собирательные или собственные названия частей света, стран, территорий, городов, рек, мысов, островов и народов. Как правило, использовались географические названия, относящиеся к морскому бассейну, к местностям, находящимся на приморской территории, а также «военная география». Наиболее распространенная группа названий.

19. Названия городов, связанных с судостроением и флотом. Эта группа немногочисленна.

20. Астрономические названия - имена планет, созвездий и звезд, собирательные понятия, астрономические явления и т. д. - группа весьма многочисленная.

21. Различные ординарные названия - имена иностранного происхождения, определения невоинственных качеств, наименования, связанные с экспериментом, и т. п. - группа малочисленная, названия разовые.

IV. Низкий уровень иерархии

22. Зоологические и ботанические названия - собирательные названия животных (зверей, птиц, рыб, насекомых) и растений. Как правило, эта группа включала в себя названия только хищных, свирепых, сильных, злых, ядовитых или устрашающе отвратительных животных. Группа названий весьма обширна. Из растений в основном встречаются такие, которые считались могучими, сильными, прочными (например, «Дуб»).

23. Предметные названия - наименования морских приборов, вооружения, снаряжения и т. п. Группа малочисленна.

Отметим некоторые особенности структурных групп названий.

Среди группы религиозных названий в Черноморском флоте в эпоху паруса чаще всего встречается «Святой Николай» (восемь раз). Это. видимо, закономерно, так как святой Николай считался покровителем моряков. Реже (всего два раза) встречается имя второго святого - покровителя моряков святого Григория (заметим, что главный собор Черноморского флота в Николаеве был сооружен во имя святого Григория Великий Армении). Нет ни одного корабля с третьим «морским святым» - Андреем Первозванным. Корабль с таким названием был на Балтике, что было привилегией Балтийского флота.

Названия, начинавшиеся со слова «Панагия…» (греч. - «всесвятая») были в основном у кораблей, купленных на Балканах (Греция. Далмация). Корабль «Папа Климент» со столь странным для православной России именем был также куплен за границей.

В группе монархо-династических названий в Черноморском флоте мало «именитых», корабли носили имена в основном тех членов императорского дома, которые связаны с завоеваниями на юге (например, с Екатериной II). В основном корабли с «императорскими» названиями - привилегия «столичного» Балтийского флота.

Группа имен греко-римской мифологии и религии была весьма популярной, в то же время языческая славянская мифология была не в почете (только один «Перун»). В этом, видимо, сказалось влияние моды и официальное недружелюбное отношение к мифологии славянского язычества.

Не были увековечены имена знаменитых боевых адмиралов, слава Ф. Ф. Ушакова. Г. А. Спиридова и Д. Н. Сенявина уже прогремела. В полном забвении находились и прославленные русские судостроители. Их имена ни разу не были присвоены кораблям. Единственное название транспорта «Чапман» было дано в честь выдающегося шведского судостроителя конца XVIII в. по предложению адмирала А. С. Грей-га, большого почитателя Ф. Чанмана. То же самое можно сказать и об именах героев морских битв. Хотя история уже знала и прославляла имена капитанов Белли, Сакена, лейтенантов Ильина, Ломбарда, Веревкина и Скаловского. Общественное сознание, видимо, тогда еще не поднялось до понимания величия подвигов «маленьких людей». Бриг «Казарский» получил свое имя после смерти героя (1833 г.) п на Балтийском море.

Из кораблей-памятников в списках Черноморского флота числится только «Память Евстафия». Со времени героического подвига брига «Меркурий» прошло много лет, но корабль с именем «Память Меркурия» появился только в конце XIX в.

Не популярны были также города-судостроители. Не оказалось ни одного корабля с названием «Николаев», хотя к 1825 г. этот город стал центром судостроения на Черном море.

Среди названий, связанных с победами и завоеваниями, совершенно не нашли отражения боевые подвиги адмирала Ф. Ф. Ушакова. Только в конце XIX - начале XX вв. на бортах русских кораблей появились названия «Занте», «Корфу», «Адмирал Ушаков» и др.

История русского флота знает еще одну группу имен кораблей - смешных, нелепых, порой неблагозвучных. И примеров этому много.

Начнем с самых, казалось бы, почетных в русском парусном флоте религиозных имен. Скажем прямо, не слишком звучат для военных кораблей такие названия, как «Алексей божий человек», «Святых жен Мироносец», «Обновление храма России». «Покров богородицы», «Сошествие святого Духа» и уж совсем физиологическое название, как «Зачатие святой Анны». Неспроста Екатерина II, будучи умной и образованной женщиной, узнав о предложении назвать корабль «Святых жен Мироносец» и понимая нелепость такого названия, повелела именовать его в обиходе просто «Мироносец».

Паровые канонерские лодки постройки 1855 - 1856 гг. имели среди прочих и такие названия: «Баба-Яга», «Леший», «Русалка», «Ведьма», «Домовой», «Оборотень», «Костыль», «Змея», «Нетопырь», «Троил» (Троль); плавучая батарея называлась «Дракон».

Вот придуманные, молодым Петром I названия военных судов: бомбардирские корабли «Вир драгер» (пивоносец) и «Вейн Драгер» (виноносец); корабли «Вейн-Шток» (виноградная ветвь) и «Дри рюмор» (три рюмки), галеры «Заячий бег» и «Перинная тягота» (лень), «Отворенные врата», «Разженное железо», «Цвей-Врудер» (два брата, близнецы). Как ни странно, некоторые из этих названий в знак уважения к памяти Петра повторялись затем в кораблях, построенных после его смерти.

Не менее нелеп и другой набор названий военных судов: «Авдотья», «Акулина», «Баба», «Проня», «Безделка», «Ерофей», «Прохор» (фрегат!), «Блоха», «Битюг», «Воробей», «Гиена», «Жаба», «Улитка», «Клоп», «Комар», «Таракан», «Лошак», «Осел».

Еще один набор имен - характеристики женских качеств: «Азартная», «Буйная», «Веселая», «Вет-ряница», «Душенька», «Зазорная», «Злая», «Злобная», «Пигалица», «Сердитая», «Скучная», «Спеси-

вая», «Унылая», «Учтивая», «Цапкая», «Уборная» (украшенная), «Честная», «Шумная».

И примерно такая же мужская компания: «Балагур», «Буян», «Крикун», «Лихач», «Повеса», «Пострел», «Разбойник», «Хват», «Чепура», «Щеголь».

А для пинка «Лучше назови» не смогли, видимо, подобрать лучшего имени.

До сих пор мы рассматривали корабли и суда, носящие названия, но есть большая группа судов, имеющая только номера. Их считали настолько малыми и незначительными, что не давали наименования. В эпоху паруса к таким «изгоям» относились галеры, скампавеи, иолы, боты и т. п. Во время броненосного и миноносного флота номера носили мелкие миноносцы, небольшие подводные лодки и катера.

И в наше время есть немало судов, уровень иерархии которых настолько низок, что им не присваивают названия. Это в основном небольшие портовые и рейдовые буксиры. Вот что случилось с одним из таких буксиров. Комсомольцы транспортного узла Северо-Западного речного пароходства решили увековечить имя своего сверстника - героя Советского Союза Александра Румянцева и назвать его именем буксир «Р-53». Однако просьба комсомольцев не была поддержана в Министерстве речного флота РСФСР, потому что тип судна не подходил согласно инструкции под присвоение ему наименования. Оказывается, буксирам, мощность машин которых ниже определенного уровня, названия не присваиваются, а даются только номера. Нашему буксиру для получения имени не хватало… 500 л. с. мощности двигателя. Так и остался этот буксир безымянным, номерным.

В заключение хочется еще раз подчеркнуть, как важно в системе номинации блюсти законы иерархии. Малейшее его нарушение и рушится стройность и строгость системы, размывается четкость внешних или внутренних функций имен. Быстро проявляются такие нарушения, когда какому-либо кораблю дается искусственно возвышенное имя - ведь история все возвращает на свои места. Так было, например, с такими названиями судов и кораблей, как «Лазарь Каганович», «Молотов», «Ворошилов», «Черненко», «Брежнев» и др. Их имена давались кораблям и судам самых больших рангов, но история вскрыла истинную роль этих «вождей и слуг народа». Их имена были убраны с бортов кораблей.

ПО РАНГУ И ЧЕСТЬ

Фрегат "Паллада"

Корабли, как и люди, отличаются друг от друга. Редко среди них можно было встретить два абсолютно одинаковых, особенно в эпоху паруса. Чаще всего корабли отличались и размерами, и назначением, и типом парусного вооружения, и количеством и мощью пушек, и многими другими признаками. В связи с этим с давних пор было принято делить корабли на ранги, классы и типы. Это помогало управлять флотом, строить нужное число кораблей, использовать их с наибольшей эффективностью.

Боевые корабли в эпоху парусного флота вооружались только артиллерией, поэтому в зависимости от числа и калибра орудий, т. е. от их боевой мощи, они делились на ранги. Впервые в России ранги для кораблей были введены Петром I в 1722 г. Затем по мере роста размеров и боевой мощи судов положение о рангах изменялось. Например, положение 1805 г. предусматривало деление судов на такие ранги:

линейные корабли 100-, 74- и 64-пушечные;

фрегаты 44-, 36- и 34-пушечные;

бомбардирские корабли 20- и 16-пушечные;

корветы 33-пушечные;

катера (люгера, бриги, пакетботы, тендера и т. д.) от 6- до 22-пушечных.

В зависимости от оперативного назначения, вида парусного вооружения и архитектуры корпуса все названные выше корабли делились на классы. В рассматриваемую эпоху расцвета парусных судов (конец XVIII - середина XIX вв.) основными классами кораблей были линейные корабли, фрегаты, бомбардирские корабли, корветы, пароходы, шлюпы, катера, транспорты, яхты, канонерские лодки и т. п.

Внутри классов эти корабли делились на типы, имевшие сходные характерные признаки.

В зависимости от оперативного применения военные корабли (суда) делились на две большие группы: боевые и вспомогательные. Внутри этих групп суда разделялись на классы, затем на типы.

Боевые корабли предназначались для ведения морского боя с кораблями противника, штурма вражеских морских крепостей, защиты приморских укреплений, высадки десанта на побережье, разведки, крейсерских операций против торговых судов на судоходных маршрутах противника, конвоирования, дозора, связи и посылок, разъездов командования и т. д.

Вспомогательные корабли использовались для транспортировки грузов между своими портами, своими портами и флотом, для сопровождения флота и его обеспечения в море, перевозки раненых, портовой службы, гидрографических съемок и т. п.

Рассмотрим кратко характеристику основных классов кораблей.

Линейные корабли (или просто корабли) - самые крупные боевые корабли, с тремя мачтами и прямыми парусами на каждой. Делились на два основных типа: двухпалубные и трехпалубные (по числу закрытых орудийных палуб), имели самое мощное артиллерийское вооружение. Линейные корабли предназначались для морских битв «в линии баталии», штурма приморских крепостей и высадки десанта.

Фрегаты - боевые корабли меньших размеров и с меньшей мощностью артиллерии. Парусное вооружение такое же, как у линейных кораблей. Как правило, имели только одну закрытую батарейную палубу. Делились на большие (линейные) и малые. Большие фрегаты предназначались для морской битвы совместно с кораблями «в линии баталии» или во второй линии - для поддержки линейных кораблей.

Обычное назначение фрегатов - действие на коммуникациях противника, поддержка кораблей при штурме приморских крепостей, высадка десанта и т. д.

Бомбардирские корабли - боевые корабли, вооруженные в основном орудиями для навесной стрельбы (мортирами), были двух типов: двухмачтовые и трехмачтовые. Парусное вооружение, как у фрегатов. Предназначались для обстрела приморских крепостей и укреплений.

Корветы - небольшие артиллерийские боевые корабли с одной батарейной палубой и легкими орудиями. Парусное вооружение, как у фрегатов. Предназначались для крейсерских операций, разведки, дозора, защиты торговых судов, конвоирования транспортов и т. д.

Бриги - боевые корабли с легкой артиллерией. Имели две мачты и прямое парусное вооружение. Могли также перемещаться на веслах в случае безветрия. Предназначались для разведки, посылок, связи и т. д.

Люгера - небольшие боевые корабли, по размерам близкие к бригам. Имели обычно две мачты с косыми (трапециевидными) парусами. Назначение то же, что и у бригов.

Катера - одномачтовые боевые корабли с косым парусным вооружением. Назначение то же, что и у бригов.

Канонерские лодки - небольшие боевые корабли с малой осадкой, вооруженные мощной артиллерией, имеющие парусное вооружение, как у люгеров. Предназначались для обстрела приморских укреплений.

Иолы - боевые корабли меньшего размера, вооруженные небольшим числом мощных орудий. Парусное вооружение, как у люгеров. Назначение то же. что и у канонерских лодок. В основном действовали в устьях рек и на мелководье.

Шхуны - боевые корабли, имевшие легкую артиллерию, две-три мачты с косыми и прямыми парусами. Предназначались для крейсерства, конвоирования, посылок, дозора и т. п.

Яхты - небольшие боевые корабли с легкой артиллерией. Как правило, имели косое парусное вооружение и были одномачтовыми. Предназначались для разъездов командующего флотом или эскадрой, посылок, связи и т. д.

Вспомогательные корабли имели следующие основные классы.

Транспорты - корабли разных размеров, имевшие слабую артиллерию и от одной до трех мачт. У больших транспортов парусное вооружение было. как у кораблей; у средних, - как у бригов, шхун или бригантин; у малых, - как у катеров, шлюпов и люгеров. Транспорты имели обширные трюмы для грузов и бортовые лацпорты для их погрузки. Предназначались для перевозки разных грузов.

Портовые корабли - в основном обслуживали суда в порту, производя загрузку и выгрузку, буксировку и т. п. Основным типом портового судна был флашхоут - плоскодонное, мелкосидящее парусное судно.

Лоции - небольшие корабли, обычно одномачтовые, со слабой артиллерией. Производили различные гидрографические работы: съемку берегов, промер глубин, отметку фарватера и разных навигационных опасностей и т. п.

Особняком стояли пароходы. Они только начинали развиваться и поэтому их применяли в основном для посылок, разведки, разъездов, а иногда и для огневой поддержки при штурме крепостей (боевые или военные пароходы). Портовые пароходы обычно не были вооружены и использовались для транспортировки грузов, буксировки судов и плотов и т. д.

Как уже говорилось, названия всем кораблям давались по определенной системе.

Остановимся на названиях линейных кораблей. Эти корабли, будучи главной ударной силой флота, получали имена в основном высшего уровня иерархии: «Три Святителя», «Двенадцать апостолов», «Св. Павел», «Императрица Мария», «Память Евста-фия», «Султан Махмут», «Пармен», «Селафаил», «Ягудиил», «Святослав», «Ростислав», «Синоп», «Варна», «Чесма», «Париж», «Кульм», «Варшава» и др. Намного реже встречаются названия высокого уровня иерархии, в основном это определения воинственности и величия: «Храбрый», «Твердый». Название из группы географических (средний уровень иерархии) на Черном море только одно - «Азия»; аналог - «Европа» - входил в состав Балтийского флота. Таким же исключением являются линейные корабли с именами «Россия» и «Москва» на Балтике.

Линейные корабли никогда не имели названий среднего и тем более низкого уровней (зверей, птиц, рыб и т. п.). Исключение составляет «Норд Адлер» («Северный орел»), однако оно геральдическое, т. е. относится к высшему уровню иерархии.

Подобным же образом наименовывались и фрегаты - вторые по величине и боевому значению корабли. Однако наряду с названиями высшего уровня («Святой Николай», «Тенедос», «Варна», «Энос», «Месемврия», «Кагул», «Агатополь») здесь большой удельный вес имен высокого уровня иерархии («Легкий». «Поспешный», «Минерва». «Паллада». «Флора» и др.).

Гармония имени и ранга судна соблюдалась довольно строго. Например, при переоборудовании в 1788 г. транспортных судов в военные фрегаты Екатерина II повелела их переименовать «по приличности»: «Соломбал» - в «Бодрого». «Кальдюин» - в «Расторопного», «Колпицу» - в «Гонца», а «Кулика» - в «Возьми». Как видим, уже построенные транспортные суда носили соответственные им названия - географические и зоологическпе. но при переоборудовании их в военные фрегаты эти названия оказались слишком низкого уровня иерархии и были заменены.

Корветы, как и боевые корабли более низкого ранга, носили в основном мифологические названия: «Ифигения», «Орест», «Пилад», «Менелай». «Андромаха», «Калипсо», «Ариадна». Но к 60-м годам прошлого века появились корветы с названиями хищных, быстрых, могучих животных и птиц: «Удав». «Рысь», «Волк». «Буйвол». «Ястреб» и т. п.

У боевых судов еще более низкого ранга - бригов - преобладали, как правило, названия из греко-римской мифологии: «Язон», «Ахиллес». «Меркурий». «Орфей». «Пегас». «Аякс». «Парис». «Персей», или имена древних правителей и полководцем!: «Птоломеп». «Фемистокл». «Царь Константин».

Шхуны не предназначались для участия в наступательном морском бою. Поэтому названия у них к основном «мирные» (высокого и среднего уровней иерархии): «Курьер». «Вестник», «Гонец», «Ласточка». «Алупка», «Алушта», «Четырдах». «Дон». «Салгир». Эти названия отвечали назначению и применению шхун - для крейсерства, разведки, посылок, транспортировки военных грузов и т. д.

Яхты, как уже говорилось, использовались в качестве разъездных судов, для связи, посылок, смотров. Это были «аристократы» среди кораблей: на них совершали плавание члены царской фамилии, министры, командующие и флагманы. Поэтому названия у этих относительно небольших судов были броскими (отражавшими, пожалуй, характер главного командира флота) или мягкими, нежными: «Твердая». «Резвая». «Стрела». «Орианда», «Утеха». «Голубка» (высокий и средний уровни иерархии названий).

Крейсерские суда, бригантины и шлюпы Черноморского флота имели много названий высшего уровня: христианских святых и христианских имен. Это несоответствие ранга кораблей и уровня иерархии имен объясняется, по-видимому, тем. что большинство судов с такими именами были покупными. т. е. носили собственное название, бывшее до их включения в состав Черноморского флота. Это подтверждается тем. что у бригантин отечественной постройки большинство названии среднего уровня.

Бомбардирские суда, вооруженные мощными мортирами, считались судами высокого ранга и носили имена высшего уровня иерархии. У бомбардирских катеров названия встречаются только в двух иерархических уровнях: высоком (качества «динамичности») и низком (зоологические названия и понятия). Это объясняется тем. что бомбардирские катера считались кораблями второстепенными (не для наступательного морского боя), для которых могли использоваться разные группы названий.

Транспорты в системе военного флота делились в зависимости от размеров и назначений на три типа: большие, средние и малые. Большие и средние транспорты применялись для перевозки и высадки десанта в составе эскадр крупных боевых кораблей.

Система формирования названий судов русского парусного флота

Уровень иерархии

Группы названий

Классы судов,

носившие соответствующие названия

Высший

Религиозные названия, русские монархо-династические названия, русские христианские и языческие имена, имена монархов союзных стран и их родственников, имена древнерусских монархов, названия героических кораблей, названия, связанные с победами и завоеваниями

Корабли, фрегаты, корветы

Высокий

Имена императоров и императриц, царей и властителей древних времен; названия из греко-римской мифологии; названия из славянской религии и эпоса; имена государственных деятелей и вельмож; названия, связанные с грозными явлениями природы; названия трофейных кораблей; определения качеств динамичности, воинственности; определение качеств устойчивости, величия

Фрегаты, корветы, бомбардирские суда, бриги, шхуны, пароходы, канонерские лодки, яхты

Средний

Имена прославленных флотоводцев, адмиралов, судостроителей; имена героев морских сражений; географические названия; названия городов, связанных с судостроением и флотом; астрономические названия; ординарные названия

Бриги, шхуны, транспорты

Низший

Зоологические и ботанические названия; предметные названия

Транспорты, лоции, иолы, флашхоуты

Поэтому и названия им давались весьма почетные: «Мария», «Килия», «Рымник», «Воин», «Редут-Кале» (высокий уровень иерархии); «Дунай», «Ин-гулец», «Кубань», «Лиман», «Кишинев» (средний уровень иерархии). Малые транспорты предназначались для каботажа между портами. Их названия «Чайка», «Нырок», «Гаган» и др. (низший уровень иерархии).

Флашхоуты являлись судами «низшего сорта» и обслуживали корабли в порту, и названия им давали соответственно только низшего уровня иерархии: «Жаба», «Улитка», «Жук», «Лошак», «Верблюд».

На стр. 65 приведена восстановленная нами система наименований кораблей русского флота эпохи паруса.

В подтверждение правильности восстановленной системы наименований кораблей русского парусного флота приведем свидетельство из исторических документов: «Из полного списка нидерландского флота видно, что в нем при наименовании судов не существует системы, какая, например, была у нас во время парусного флота, когда корабли носили имена побед («Полтава», «Бородино», «Кульм») или святителей, в дни которых эти победы совершались («Пантелеймон», дань Гангутскому сражению 27 июля 1714 г.); фрегаты носили мифологические имена («Кастор». «Паллада», «Мельпомена»); бриги - имена героев древней истории («Ахиллес», «Улис», «Телемак»); шхуны - имена различных явлений природы («Вихрь», «Молния», «Дождь», «Метеор»); транспорты - имена рек («Двина», «Свирь», «Неман») [1].

КТО, КОГЛА

И КАК ДАВАЛ ИМЕНА КОРАБЛЯМ

Пароходо-фрегат "Владимир"

Мы уже узнали из подлинных документов, как и по каким случаям Петр I давал имена построенным им кораблям.

При вторичном рождении флота, во времена царствования Екатерины II, спуск корабля и его «крещение» оформлялись официальными государственными актами и записывались в журнал Адмиралтейств-коллегий. Поэтому у нас появляется возможность проследить за тем, кто, когда и как давал имена кораблям.

Названия крупным военным кораблям высокого ранга давались главой государства - императором или царствующей императрицей устно, запиской, приказом или, в особо важных случаях, указом. Из этого можно заключить, что акту наименования корабля придавалось высокое государственное значение.

Несколько примеров из документов.

Из Высочайшего собственноручного указа гр. Чернышову, август 1771 г.: «Граф Иван Григорьевич! Ко мне адмирал Кновлес [Ноульс] донес, что оба корабля на адмиралтейской верфи готовы…

Кораблям дать следующие имена:

1) «Св. жен Мироносец» и звать просто «Мироносец»;

2) «Св. вел. кн. Владимир».

Как видим, Екатерина 11 по докладу кораблестроителя Ноульса «отписала» президенту Адмиралтейств-коллегий собственноручную записку с указанием имен кораблей.

Иногда названия кораблям (с разрешения императрицы) давал наследник престола - генерал-адмирал Павел Петрович. Вот его письмо адмиралу Талызину: «Из поднесенных ее и [мператорским] в[еличеством] двух докладов… по другому ее императорское] в[еличество] соизволила указать, чтоб имена построенным и достраивающимся кораблям и фрегатам я назначил; вследствие сего высочайшего повеления назначенные им мною имена следующие: одному из построенных в 761 году и в 762 году у города Архангельского двух 66-пушечных кораблей «Св. Иаков», другому- «Св. Александр Невский»: одному из достраивающихся ныне у города Архангельского двух такого же ранга кораблей - «Северный орел», другому - «Не тронь меня»; одному из построенных в оных же 761 и в 762 годах у города Архангельского двух 32-х пушечных фрегатов -«Св. Сергий», другому - «Св. Федор»; одному из достраивающихся ныне у города Архангельского двух такого же ранга фрегатов - «Гремящий», другому «Надежда»: о сем для дальнейшего сообщения ваше превосходительство через сие уведомляю. 9 июня 1763».

В редких случаях право давать название кораблям предоставлялось Адмиралтейств-коллегий. Вот запись в журнале заседаний коллегии от 7 июня 1764 г.: «В Адмиралтейской коллегии адмирал Талызин предлагал словесно: 5 числа сего месяца докладывал он, адмирал, ее и[мператорскому] в[еличеству], как соизволить наименовать построенную собственноручную ее и[мператорского] в[еличества] яхту и для коммерции в Средиземном море фрегат, а коллегия рассуждает оному фрегату дать название «Надежда благополучия». О названии построенной ее в[еличеством] яхты соизволила ее и [мператорское] в[еличество] указать яхту именовать «Вторая Екатерина», а фрегату быть как коллегия рассудила. Его и [мператорскоеj в[ысочество] приказал собственную яхту называть «Счастие».

Как видим, Екатерина сама дала название своей яхте, Павел Петрович тоже, а «торговому» фрегату императрица разрешила дать имя Адмиралтейств-коллегий.

Очевидно, Адмиралтейств-коллегия имела право давать названия мелким судам. Например, запись в журнале заседаний от 1 мая 1766 г.: «Коллегией) приказали: посылающимся в некоторую экспедицию построенным на Олонецкой верфи гальотам дать имена: № 1 - «Кронштадт», № 2 - «Кроншлот», № 3 - «Цитадель», № 4 - «Кронверк»…». Замечаем, что здесь та же система: все названия «крепостные», т. е. среднего уровня иерархии.

Вот еще запись в журнале заседаний коллегии от 8 июля 1766 г.: «Коллегиею приказали: спущенные сего июня 3 дня строения корабельного мастера Ламбе-Ямеса два фрегата, большой препорции ради адмиралтейской коллегии, а другой малой препорции для кадетского корпуса, по соизволению его и [мператорского] в[еличества] генерал-адмирала наименовать: первый - «Александр», а второй - «Надежда».

Итак, названия кораблям давали императоры, генерал-адмиралы (по согласованию с монархом), Адмиралтейств-коллегия (с разрешения императора или генерал-адмирала, а иногда и от своего имени).

Но всегда ли так было?

Основательница Черноморского флота, императрица Екатерина II, назначив князя Г. А. Потемкина главнокомандующим созданных и организованных им военно-морских сил, предоставила ему широкие полномочия и практическую независимость от петербургской Адмиралтейств-коллегий. Потемкин получил также и право давать названия кораблям. Пот несколько примеров.

Ордер князя Потемкина вице-адмиралу Клокачеву от 18 июня 1783 г.: «Безыменным команды в[ашего] н[ревосходительства] фрегатам даны от меня следующие названия: 7-му «Херсон», 8-му «Осторожный», 9-му «Поспешный», 10-му «Крым», первому на-десять «Храбрый», второму на-десять «Легкой», шестому на-десять «Скорый», купленному у купца Фурсова - «Вестник», а бомбардирскому кораблю - «Страшный». О таковом их наименовании доложить в команде вашей».

Ордер № 395 Потемкина вице-адмиралу Сухотину от 24 октября 1784 г.: «Приготовленный в Херсонской верфи к спуску на воду под № 1 корабль. в[ашему] п[ревосходительству] предписываю именовать «Святой Павел», рекомендуя при этом как о спуске оного тотчас отрапортовать, так и о прочих производимых работах продолжить ваши донесения».

Ордер № 49 Потемкина вице-адмиралу Сухотину от 2 апреля 1785 г.: «С удовольствием вижу я из донесения вашего от 13 сего месяца приуготовление к спуску на воду в мае месяце корабля под № 3-м и фрегата под № 1-м, а впоследствии того рекомендую в[ашему] п[ревосходительству] по совершении оных спустить сии суда со стапелей, не ожидая особого о том повеления; именовать оные, корабль - «Ма-риею Магдалиною», фрегат - «Св. Георгием», и по спуске их немедленно меня уведомить».

Однако «по случаю занесения корабля «Мария Магдалина» в Константинополь и не соответствующих имен, данным некоторым судам, Адмиралтейств-коллегия в начале 1788 года… дала некоторым судам новые имена». Множеству судов были даны религиозные названия или православные имена. Таким образом, обилие религиозных названий судов Черноморского флота связано не с распоряжениями Г. А. Потемкина, а с приказанием Адмиралтейств-коллегий.

Во время военных действий при удаленных морских экспедициях право давать имена судам получал и командующий эскадрой. Приведу два примера.

Выписка из письма от 28 марта 1870 г. командующего второй Средиземноморской эскадрой контрадмирала Эльфинстона графу Панину: «Я нанял три транспорта, из которых один назвал вашим именем, а остальные два - «Граф Орлов» и «Граф Чернышев». Так в составе объединенной эскадры под командованием графа А. Г. Орлова в Средиземном море появились транспорты с именами русских государственных деятелей того времени - «Граф Панин», «Граф Орлов» (назван в честь старшего брата Г. Г. Орлова) и «Граф Чернышев».

Знаменитый русский корсар в Средиземном море, грек Ламбро Качони, принятый на русскую службу и прославившийся в войне с турками, организовал иа свой счет эскадру небольших боевых судов, которая успешно действовала на турецких морских коммуникациях. В письме к председателю Черноморского адмиралтейского правления Н. С. Мордвинову от 23 апреля 1788 г. он писал: «Из письма моего от 23 прошедшего изволили видеть В[аша] С[вет-лость], что в Триесте, во всем собственным моим коштом, купил, вооружил и людьми военными укомплектовал одно трехмачтовое судно, ни мало чем меньшее от военного фрегата, именующееся «Минерва Северная» и что тогда же отправился в коре… Помянутым 4 судам, при соблюдении должного обряда, объявлены от меня и ныне именуются следующими названиями: те 2 кирлачицы, которые взяты в приз, 1-я, яко большая и отменно лучшая от прочих, на которой 22 пушки и которая была сделана для капитан-паши - «Великий князь Александр»… Те, которые добровольно в Цефалонии согласились служить в нашей службе: 1-е «Князь Потемкин-Таврический», 2-е «Граф Александр Безбородко».

КЯк видим, Ламбро Качони дал своим судам престижные, политические названия, которые по представлениям того времени олицетворяли Россию: он назвал самое большое судно в честь императрицы Екатерины II (Северной Минервы, как ее величали придворные), второе - именем ее внука, великого князя, а остальные - именами государственных деятелей.

А вот два необычных случая. Взятую в плен у о. Корфу французскую шебеку (18-пушечную) 29 октября 1798 г. отрядом Селивачева, по распоряжению Ф. Ф. Ушакова, назвали «Макарий» по имени Макара Ивановича Ратманова, лейтенанта, который ею командовал. Построенные в 1824 г. в Астрахани бриг «Петр» и яхта «Марфа» назвали по имени главного командира Петра Герасимовича Орловского и его жены Марфы.

Теперь посмотрим, когда давали названия кораблям. Анализ многочисленных фактических материалов эпохи парусного флота убеждает, что чаще всего имя кораблю давалось после его постройки, в день спуска на воду, но бывали исключения. Познакомимся с некоторыми материалами XVIII в.

Из записи в журнале Адмиралтейств-коллегий от 2 декабря 1785 г.: «Коллегиею приказали: построенный в Кронштадте 100-пуш. корабль именовать «Саратов». «Слушали записку от 7 числа сего месяца генерал-адъютанта Кушелева, что его императорское] в[еличество] построенный при Херсонском адмиралтействе 74-пушечный корабль № 3, который минувшего июля 19 числа и спущен на воду, высочайше наименовать соизволил «Симеон и Анна» (запись от 10 ноября 1797 г.).

Запись от 3 августа 1788 г.: «Сего августа 2 дня, пополудни в начале первого часа, при высочайшем присутствии Ея И [мператорского] в[еличества] и Их Высочеств, стоящие на стапеле новопостроенные два 100-пушечных корабля спущены благополучно, кои поименованы один «Двунадесять Апостол», а другой «Князь Владимир». Такие записи встречаются чаще всего, т. е. имя кораблю давалось после его постройки.

Но вот и другой вариант. Записка графа Кулешева в Адмиралтейств-коллегию от 23 декабря 1799 г.: «Наименовать строемые корабли: при С.-Петербургском адмиралтействе: 100-пушечный «Гавриилом», 80-пушечный «Рафаилом», 76-пушечный «Уриилом» и 74-пушечный «Селафаилом»; в Николаеве: 100-пушечный «Ягудиилом» и 74-пушечный «Варахиилом». И еще: «Строящийся же в Англии пароходо-фрегат е[го] в[еличеству] благоугодно было наименовать «Владимир», - из письма адмирала М. П. Лазарева начальнику штаба Черноморского флота В. А. Корнилову.

Иногда с «крещением» кораблей сильно запаздывали. Один пример: «Коллегии генерал-поручик граф Чернышев объявил: ее и [мператорское] в[еличо-ство] соизволила повелеть прибывшим в Кронштадт от города Архангельского кораблям дать имена: первому «Тверь», а второму «Саратов» (из записи от 18 октября 1765 г.). Оба корабля были спущены 30 апреля 1765 г., совершили долгий переход вокруг Скандинавии из Архангельска в Кронштадт, и только через 5 месяцев и 18 дней получили свои имена.

Из письма Екатерины II графу Алексею Орлову: «В Лиссабон зашел корабль № 2-ой, которому я велела дать имя «Ростислав». Как видим, здесь уже имя дано «вдогонку», корабль ушел в далекую Архипелагскую экспедицию безымянным.

Еще реже давалось имя при закладке корабля. Интересна в этом смысле запись в журнале от 31 декабря 1796 г.: «Его и[мператорское] в[еличество| Павел I высочайшею особою своею удостоя быть в адмиралтействе при закладке трех фрегатов и заложив оные, изволил наречь следующими именами: «Еммануил», т. е. «С нами бог», «Вифлеем», «Назарет».

И, наконец, как давались имена кораблям, на основе каких официальных документов.

Снова обратимся к историческим фактам.

«Ее И [мператорское] В[еличество] во время высочайшего своего при спуске новопостроенного в здешнем адмиралтействе 66-ти пушечного корабля присутствии всемилостивейше оный корабль именовать изволила «Св. Георгий Победоносец»; приказали сие записать в протокол», - запись от 3 мая 1770 г.

«Слушали подписанный собственною ее и [мператорского] в[еличества] рукою в 28 день сего мая именной указ, по которому всевысочайше поведено иовопостроенный корабль именовать «Святославом», - запись от 27 мая 1769 г.

«Адмиралтейств-коллегий адмирал Мордвинов. возвратись от двора ее и [мператорского] в[еличе ства] объявил, что ее и [мператорское] в[еличество| указать изволила построенные у города Архангельского два корабля именовать: № 1 - «Всеволодом», а № 2 - «Ростиславом», - запись от 3 ноября 1769 г.

Записка генерал-адъютанта Кушелева в Адмиралтейств-коллегию от 21 ноября 1796 г.: «Его и[мператорское] в[еличество] Павел I высочайше повелеть соизволили, чтобы корабли, стоящие в Архангельске, как спущенные на воду, так и стоящие на стапеле, были наименованы: 74-пушечные: 1-й - «Исидором», 2-й - «Северным орлом», 3-й - «Всеволодом»; 66-пушечные: 1-й - «Азиею», 2-й - «Победою»; фрегаты: 44-иушечный - «Счастливым», 36-пушечный - «Поспешным».

Еще одна записка Кушелева от 24 января 1800 г.: «Его и[мператорское] в[еличество] отданным сего числа при пароле приказом высочайше повелеть соизволил: построенные вновь в здешнем флоте суда наименовать: катера линейного флота первый - «Вестником», а второй - «Гонцом»; гребной бриг - «Легким»; батареям же бомбардирским 6 и прочим о 7 пушках 23-м называться по номерам, каждый по своему числе».

Таким образом, имена кораблям давались, как правило, главой государства (или от его имени) указом, приказом, запиской, словом, но обязательно с последующей записью в журнал Адмиралтейств-коллегий.

КОРАБЛИ И ГЕРАЛЬДИКА

Корабль "Гото Предестинация"

Наша книга называется «Имя на борту». Но всегда ли на борту писалось имя корабля? Мы привыкли к мысли, что имя судна всегда писалось на борту и носовой части. Такое устойчивое представление породило множество ошибок в исторических иллюстрациях и на моделях.

Как известно, традиция давать судам название очень древняя. Есть полное основание считать, что названия древних судов жили только в устах их владельцев или в лучшем случае в судовых документах и исторических хрониках. Нет ни одного свидетельства того, что название где-либо писалось на самом судне. Только в XVII в. в западноевропейских флотах установилась традиция писать па-звание на корме судна.

Во времена Петра I корпуса кораблей пышно декорировались в соответствии с названием. Однако изучение довольно точных иконографических гравюр А. Шхонбека и А. Ф. Зубова, воспроизводящих в мельчайших деталях оснастку и декор судов, показало, что большинство петровских кораблей не имело написанных на корпусе названий. Их заменяли символические фигуры на носу или аллегорические картины и резьба на корме, дополненные иногда в нижней части транца девизом корабля, взятым из многократно упоминавшейся книги «Символы и эмблематика». На корабле «Гото Предестинация» под кормовой галереей указаны, например, годы постройки, число пушек и приводится строка из библейского текста. Лишь на одной из многочисленных моделей петровского времени имеется название «Святой Михаил», написанное на корме.

Таким образом, традиция писать название на корпусе корабля появилась в русском флоте только в конце царствования Петра I. При этом название писалось на узкой полосе в нижней части кормы под галереей или окнами офицерских кают. Это объяснимо, поскольку другого места для названия не было: вся носовая часть борта была занята пушечными портами, деталями якорного устройства, оснасткой бушприта и др.

Рассмотрение многочисленных фотографий моделей приводит к заключению, что и в последующие годы даже на корме название писалось редко. В те времена к акту спуска корабля на воду подходили, как к рождению человека. Это породило и традицию крещения корабля в христианских странах. Как и положено, при крещении присутствовало духовенство, «освящавшее» корабль и этим как бы закреплявшее его имя. В соответствии с обрядом крещения имя корабля записывалось в книги. Как человек не носит на себе ярлык с собственным именем, так и имя корабля было у всех на устах и в судовых документах, но необязательно фиксировалось на корпусе.

Именно указанными обстоятельствами объясняется, что одно и то же судно имело иногда два, а то и три названия: официальное, записанное в регистрационных книгах Адмиралтейства и судовых документах, и более простое, житейское - для повседневной службы. Например, в указе Екатерины от 14 октября 1770 г. «спущенному 74-пушечному кораблю дано название «Иоанн Креститель», с тем однако ж, чтоб в списках и в прочих, где будет надобность, ведомостях именован был «Чесма». И еще из высочайшего собственноручного указа Екатерины: «Кораблям дать следующие имена: 1) «Св. жен Мироносец» и звать просто «Мироносец».

Только к концу царствования Екатерины у отдельных судов название писалось на корме.

При Павле I была сделана попытка узаконить и упорядочить правила написания названий судов. 29 января 1799 г. генерал-адъютант Кушелев направил в Адмиралтейств-коллегию следующую записку: «Отданным при пароле приказом государь император соизволил наименовать строящиеся при адмиралтействах корабли: здешнем 130-пуш. «Благодать»… Причем высочайше поведено, дабы имена оных на каждом корабле и фрегате были написаны на корме под капитанскою каютою на галерее, а ниже кают-компании: когда построен и кем из мастеров». Павел I впервые указом обязал писать названия на корме и ввел традицию отражать на корме корабля (как в паспорте) также основные сведения о его постройке, которые впоследствии вплоть до наших дней, стали записывать на специальных так называемых закладных досках.

С начала XIX в. написание названия корабля на корме стало уже обязательным. Большое внимание уделялось надписи, обозначающей имя корабля. К середине XIX в. декор почти полностью исчез с корпуса корабля, его функция перешла к шрифту и расположению надписи, которые сами стали средствами художественного выражения. Нот что пишет корреспондент о спуске в Архангельске 74-пушечного корабля «Сисой Великий» в 1849 г.: «При наружном обозрении заметим, что…на корме же имя корабля надписано нашими церковно-славянскими буквами, что по имени святого, какое дано кораблю, весьма прилично и отчасти ново». Со временем эта традиция закрепилась и дошла до наших времен. Славянская вязь подчеркивала в названии судна патриотическое звучание. Например, таким шрифтом написано название современного противолодочного крейсера «Киев».

Почти до конца XIX в. название судов военного флота писалось только на корме: в носовой части борта по-прежнему не было для этого места; там находились элементы якорного устройства, торпедные аппараты, выстрелы и т. п. Это хорошо видно на фотографиях, приводимых в журнале «Судостроение» и в исторической литературе.

Только в начале XX в. на некоторых боевых кораблях невысокого ранга появляется название, написанное на борту в носовой части. Поэтому рисунки художников, где у военных судов второй половины XIX в., включая броненосцы, показано название на носу, не верны. Сказанное подтверждается наглядным примером легендарного крейсера «Аврора», у которого нет названия на борту; это же относится к крейсерам типа «Новик» и др. Даже в советском флоте в предвоенное время названия крупных кораблей писались только на корме (например, крейсер «Киров»). Новейшие по тому времени лидеры «Ленинград» и «Минск» имели в носу на борту только большие буквы ЛГ и МН.

В наше время название военных кораблей пишется и на корме и на борту, а у торговых судов еще и на надстройке.

С давних времен парусный корабль был произведением не только инженерного творчества, но и искусства, поражали изящные линии корпуса, стройная графика рангоута, богатство внешнего декора.

Поэтому можно понять моряка нашего века, служба которого в юные годы начиналась на парусных судах: «Навсегда, кажется, исчезли заманчивые дальние плавания наших судов, а с этим одновременно утратилась и красота прежнего рангоутного боевого корабля: уже из памяти исчезают идеальные, легкие очертания корпуса деревянного клипера или фрегата с мачтами и реями, на которых красовались белоснежные паруса, и с чистыми койками, кокетливо установленными в сетках на борту. Это была в полном смысле поэзия, которая действовала на зрение и душу также обязательно, как на слух действует стройная музыка, пение или красивый ритм стихов. Нельзя было моряку не любить своего судна: было па что заглядеться и было во что влюбиться».

В последние годы наблюдалась своеобразная вспышка литературы по эстетике корабля. К сожалению, в литературе все внимание уделялось только одной стороне эстетики корабля - его внешнему декоративному убранству. При этом осталась незамеченной классическая книга [18], в которой красота корабля рассмотрена глубоко, развернута во времени от древнего мира до нашего века и тесно увязана с окружающим миром. Однако нас в данном случае интересуют не все вопросы эстетики корабля, а лишь одна его грань: как название корабля отражалось во внешнем декоративном уборе.

Согласно средневековой традиции название обязательно отражалось во внешнем художественном оформлении судна - эмблемах, аллегорических фигурах, рисунках, надписях-девизах и других зримых образах. Средневековые парусные суда и каравеллы эпохи Великих географических открытий имели рисунки, выражавшие их названия даже на парусах.

В последующие эпохи название судна обязательно отражалось или в виде носовой (гальюнной) фигуры, или эмблемы (рисунка, барельефа) на корме, а то и на бортах.

Обратимся к исторической литературе. «На оконечность княвдигеда ставили, как и теперь, фигуру, сообразную имени судна. Некоторые из этих фигур были более или менее присвоены тою или другой нацией. Например, англичане ставили большею частею изображение царствующего короля, испанцы - льва, венециане - какие-нибудь грудные бюсты».

Еще одно высказывание историка русского флота С. Елагина: «В Англии, в особенности по восшествию династии Стюартов, было в обычае на корабле первого ранга изображать царствующего государя верхом на коне или на льве. Корму венециане украшали изображениями святых или знаменитых умерших личностей; испанцы и португальцы следовали их примеру, но почти все остальные государства ограничивались изображениями своих гербов» [9].

Из сочинения патера Фурнье «Гидрография»: «Над кормовою галереею прибивался на контр-тимберы щит с образом святого, избранного покровителем корабля, и тут, по уставу, должны были изображаться гербы короля и генерал-адмирала. Над всем этим - платформа с балюстрадою, для часового у кормового фонаря… На корабле «Куронн» три кормовых фонаря из золоченой меди… Средний фонарь, самый большой из трех, имеет двенадцать футов в вышину и двадцать четыре в окружности…». Фонарь высотой около 3,6 м! Поистине, в старину не жалели на украшения ни меди, ни золота. К оформлению старинных европейских кораблей привлекались лучшие скульпторы-резчики, художники и позолотчики, например в отделке французских кораблей прославился скульптор Пьер Пюже. На 104-пушечном корабле «Моньифик» фигуры, поддерживающие двойную галерею кормы, были им сделаны 20 футов вышиной (около 6 м!).

А вот что пишет о турецких кораблях середины прошлого века русский моряк-очевидец: «Носы и кормы вообще тяжелы, причем вид первых еще много портят больших размеров статуи, представляющие растянувшегося по теку льва».

Таковы были общие тенденции в отражении имени корабля в его внешнем облике. А что же было у нас, в России?

В 1669 г., когда завершилась постройка первого русского военного корабля «Орел», в указе Алексея Михайловича было сказано: «…на корабле «Орел» поставить на носу и на корме по орлу и на знаменах и на яловчиках [вымпелах] нашивать орлы же» 1. [1 Носовая фигура в виде льва, появившаяся на чертежах реконструкции «Орла» Е. В. Войшвилло и С. Т. Лучининова, ошибочна (М.: Судостроение, 1974, № 1). Трудно также согласиться с мнением А. Ларионова о том, что указ царя об установке фигур орлов был не выполнен. Представляется, что Алексей Михайлович имел достаточно власти и денег, чтобы заставить резчиков выполнять работу (М.: Судостроение, 1974, № 9).]

В жалованной грамоте Петра I Францу Тиммерману на 20-летнюю привилегию строить корабли в Архангельске сказано: «…на тех новопостроенных кораблях и иных судах, на всяком судне на кормах герб выобразить Его Царского Величества Российского царствия, подобием распростертого крылами двуглавого орла с тремя над ним венцами, а на персях у того орла воина на коне, с копьем, в сбрую воинскую устроенного, в челюсти змеиные прободающего, а в ногах у того же орла, в правый скипетр, а в левой яблоко с крестом, да и на знаменах и на прапорах на тех кораблях, на щоглах и на носу и на корме, нашить ему, Францу, такие же его Царского Величества гербы, что и на корме, на тафте белой, на обе стороны, в середине черною тафтою, или иною матернею того же цвета». Таким образом, фигура двуглавого орла на корме судна - непременный атрибут всех военных кораблей, сохранившийся вплоть до Октябрьской революции.

Но, помимо государственного герба орла, на корме кораблей Азовского флота обязательно были элементы декора, связанные с их названием: «В числе кормовых украшений находилось непременно изображение предмета, давшего название судну. Так как большая часть этих названий, за исключением взятых из мира невещественного, и нескольких имен святых имела характер эмблематический, выражаемый известным девизом, то вместе с изображением предмета прописывался и девиз. Вследствие этого в современных документах при перечислении судов вместо имен иногда приводятся их девизы» [9]. Изображения предметов и девизы, как мы уже знаем, Петр I черпал из книги «Символы и эмблематика».

На кораблях, которые Петром предназначались в качестве флагманских и находились под его командованием, изображали также свитых - покровителей царя. Так, на корабле «Предеетинация» в верхней части кормы был изображен коленопреклоненный св. Петр - патрон царя [!)].

Что же устанавливалось на носу петровских кораблей? Некоторые иллюстрации позволяют сделать вывод, что корабли, названные именами святых, имели носовую фигуру, изображавшую соответствующего святого, а прочие корабли - фигуру геральдического льва. На судах более поздней постройки уже не было такой роскошной резьбы и ограничивались только гальюнной фигурой и резным гербом - двуглавым орлом на корме.

По указу Николая 1 от 28 ноября 1829 г. на всех судах русского флота была введена носовая фигура единого образца - двуглавый золоченый орел (герб России). Однако изучение иконографического материала (чертежей, носовых фигур, рисунков и т. п.) позволяет утверждать, что в это же время было довольно много исключений. Например, на первом черноморском 120-пушечном корабле «Варшава» в носу был изображен герб города Варшавы в обрамлении «трофеев» - знамен и оружия, а двуглавый орел появился только на отчетном чертеже в 1835 г. Корабль «Султан Махмуд» имел на княвдигеде изображение турка («султана»), а корабль «Париж» - герб Парижа.

В 1834 г. вышло распоряжение, разрешившее на всех судах, имевших менее 20 орудий, ставить носовые фигуры «в виде статуй и других приличных изображений». Поэтому многие небольшие корабли (бриги, корветы и пр.) были украшены тематическими носовыми фигурами.

Традиция устанавливать на носу крупных боевых судов скульптурные изображения, отражающие их имя, снова возродилась во второй половине XIX в.

К создании) новых фигур для судов русского флота привлекались лучшие скульпторы и художники - П. К. Клодт, М. О. Микешин, С. С. Пименов, А. П. Боголюбов и другие. Для исполнения проектов носовых украшений, предназначавшихся для винтовых фрегатов, клиперов и корветов, в Адмиралтействе была создана скульптурная мастерская. «Кстати о фрегатах, - пишет один из моряков того времени, - перед самым выходом их из дока на «Дмитрий Донской» и «Александр Невский» привезли носовые фигуры работы нашего заслуженного профессора Пименова. Фигуры с украшениями ставили на место в присутствии самого художника; они вышли очень эффектны и как нельзя лучше пришлись по красивым обводам фрегатов… Фигура Князя Александра Невского… изображает невского героя вкладывающим меч свой в ножны и благодарящим Всевышнего за дарованную победу».

В последующие годы носовые фигуры снова стали заменять двуглавым орлом - гербом Российской империи. Но все же некоторые корабли украшались более пышно, например корабли-памятники. «Новый «полуброненосный фрегат» «Память Азова» стал первым паровым броненосным кораблем с георгиевскими отличиями. Предусматривалось особенно богатое, сложное и красочное носовое украшение: орден Святого Георгия и ленты с бантами, императорская корона, лавровый венок и пальмовые ветви. Эскиз украшения разработал летом 1887 г. известный художник-маринист. член Академии художеств А. П. Боголюбов».

К началу XX в. на носу и корме корабля стали помещать только уплощенные фигуры орлов, но название писали по-прежнему на корме, иногда на металлической стилизованной ленте.

С XIX в. в русском кораблестроении стали вводить так называемые закладные доски - своеобразные паспорта судов. Это были небольшие латунные или серебряные пластинки прямоугольной формы, на которых записывались все основные сведения о корабле. Закладные доски привинчивались в день закладки судна к килю и сопровождали его всю долгую или короткую жизнь. После списания уже устаревшего судна и его разломки закладная доска снималась и сохранялась как памятная медаль. В случае гибели судна, если его удавалось поднять спустя много лет, но закладной доске можно было узнать название погибшего судна.

По-видимому, закладные доски устанавливались не на каждом судне. Скорее всего их использовали в торжественных случаях, когда на закладке судна присутствовали государственные особы или почетные гости или же когда закладываемый корабль был вехой в кораблестроении, или это был корабль-памятник. Но всех этих случаях аналогичные экземпляры закладных досок дарились почетным гостям. Когда возникла традиция устанавливать на строящихся кораблях накладные доски1 По-видимому, она перешла от общей традиции закладывать под основание воздвигаемых памятников золотые монеты с изображением царей, при которых сооружается памятник. Вот любопытное историческое свидетельство: «Коллегией) приказали: употребленные по соизволению Ее И [мператорского] В[еличества] при закладке ныне вновь 66-ти и 74-х пушечных кораблей, в каждый по два, итого четыре иностранные червонца записать в расход, а оставшиеся за тем прежде отпущенные для той закладки два российских червонца записать в приход» (из журнала Адмиралтейств-коллегий, № 1658 от 4 мая 1770 г.). Очевидно, это были 74 пушечный корабль «Чесма», заложенный 13 июня 1766 г. и спущенный 9 октября 1770 г., и 66 пушечный корабль «Виктор», заложенный 25 ноября 1769 г. и спущенный 17 мая 1771 г. Оба корабля были названы в намять об уничтожении турецкого флота при Чесме, однако эта номинация случилась намного позже, после спуска. Сам Чесменский бой произошел в ночь с 25 на 26 июня 1770 г. Как видим, причина закладки монет в кили этих кораблей осталась нераскрытой, возможно их положили просто «на счастье». Во всяком случае это единственное упоминание о памятных закладных монетах, вложенных в киль кораблей Непонятно также, почему русские червонцы с изображением Екатерины были заменены иностранными. Это тоже в какой-то мере подтверждает предположение, что монеты были вложены «на счастье». Познакомимся с некоторыми досками судов Черноморского флота.

Латунная закладная доска 84-пушечного корабля «Варна». На лицевой стороне выгравирована над пись: «84-пуш. корабль. Заложен в присутствии г[оспод] главного командира Черноморского флота и портов генерал-адьюганта, вице-адмирала и кавалера Лазарева 1-го, начальника штаба контр-адмирала Хрущова, обер-интенданта контр-адмирала Дмитриева и исправляющего должность начальника Корпуса корабельных инженеров подполковника Воробьева», на оборотной стороне: «Строитель Корпуса корабельных инженеров подполковник Воробьев. Октября 4 дня 1838 года, Николаев». Как видим, здесь указаны основные сведения о корабле и командовании Черноморского флота, но нет имени корабля - его еще не было в момент закладки. С. чем же связана закладка памятной доски? Видимо, только с присутствием на этом торжественном событии всего командования Черноморского флота во главе с М. П. Лазаревым. Точно такая же закладная доска была использована при закладке 84-пушечного корабля «Ростислав».

Большой интерес представляет закладная доска из меди 135-нушечного корабля «Цесаревич». На лицевой стороне выгравирована надпись: «135-пуш. корабль. Заложен в Николаевском адмиралтействе августа 23 дня 1853 года. В присутствии его светлости начальника Главного морского штаба его императорского величества генерал-адъютанта князя Александра Сергеевича Меншикова», на оборотной стороне: «При закладке находились: исправляющий должность главного командира Черноморского флота и портов адмирал Верх, начальник штаба вице-адмирал Корнилов, обер-интендант контр-адмирал Метлин, исправляющий должность начальника корабельных инженеров полковник Прокофьев и строитель корпуса корабельных инженеров полковник Дмитриев 1-й». Здесь применение закладной доски уже более определенно: «Цесаревич» был первым в России 135-пушечным винтовым кораблем. Это было новое слово в отечественном кораблестроении, в связи с чем и была такой торжественной закладка - в присутствии всего командования Черноморского флота и морского министра А. С. Меншикова. В связи с этим дата фактической закладки корабля - 1 мая - не совпадает с датой, выгравированной на закладной доске. Очевидно, А. С. Ментиков не успел приехать к дню закладки, и ее официально повторили в торжественной обстановке 23 августа, а копии закладных досок были розданы как памятные медали.

Интересна и закладная доска второго крупнейшего корабля - 131-пушечного «Синопа». На лицевой стороне латунной доски выгравирована надпись: «120-пушечный корабль «Босфор». Заложен в присутствии его императорского величества государя императора Николая Павловича, 29-го сентября 1852 года». Здесь, на первый взгляд, все перепутано, но и все объяснимо. Кораблю при закладке было дано имя «Босфор», в память о Босфорской экспедиции Черноморского флота в 1832 г. Хотя этот первый винтовой корабль был заложен раньше «Цесаревича», но спущен позже, уже после окончания Крымской войны, и в память о Синопском сражении был переименован в «Синоп». Вначале, по-видимому, корабль проектировался как 120-пушечный, но в течение почти 6-летней постройки на стапеле он был модернизирован и. усилен, стал 131-пушечным. По сведениям Ф. Ф. Веселаго [4], «Босфор» был заложен 29 октября, т. е. месяц спустя после даты, указанной на закладной доске, но этот перенос был связан, наверное, с приездом царя: корабль еще мог не быть готов к закладке, поэтому 29 сентября в присутствии Николая I его заложили «символически». Кстати, любопытная деталь: на закладной доске мы уже не находим каких-либо фамилий, очевидно, помещать их рядом с именем царя со словом «присутствовали» не считалось допустимым.

Сохранились три одинаковые латунные закладные доски, принадлежащие корветам «Сокол», «Ястреб» и «Кречет» за №№ 1, 2 и 3. На лицевой стороне выгравирована надпись: «№ 1 (или № 2, 3), 8-ми пушечный винтовой корвет. Заложен в присутствии заведующего Морской частью в Николаеве свиты его императорского величества господина контр-адмирала и кавалера Бутакова, временно исправляющего должность обер-интенданта генерал-майора и кавалера Брильяна, начальника корабельных инженеров генерал-майора и кав. Прокофьева, 29 октября 1857 года». Ца обороте: «Строитель корпуса корабельных инженеров полковник Акимов». Это было также знаменательным событием - постройкой больших винтовых корветов в Николаеве начиналось по-существу возрождение качественно нового Черноморского флота, погибшего в Севастополе в 1854-1855 гг.

Представляет интерес следующая медная закладная доска: «20-пуш. винтовой корвет «Воин». Заложен в Николаевском адмиралтействе августа 14-го числа 1854 года в присутствии исправляющего должность главного командира Черноморского флота и портов адмирала Берха, обер-интенданта контр-адмирала Метлина». На оборотной стороне: «Строитель корабельный инженер подпоручик Коршиков». Если мы обратимся к списку Ф. Ф. Веселаго [4], то не найдем винтового корвета «Воин», а только винтовой транспорт «Воин», вооруженный четырьмя пушками, заложенный в 1853 г. и спущенный в 1858 г. Строитель - поручик Александров. В чем же дело? Почему была столь торжественная закладка, да еще в разгар Крымской войны? Оказывается «Воин» был 20-пу-шечным винтовым корветом большого водоизмещения (1820 т) - это был первый паровой винтовой корвет русского флота с мощной артиллерией. Поэтому ему сразу же при закладке было дано столь престижное имя «Воин». Но Крымская война затормозила его постройку, за это время он, простояв 5 лет на стапеле, устарел И поэтому был достроен как 4-пушечный военный транспорт поручиком Александровым.

В последующие годы закладные доски стали полнее отражать сведения о строящемся корабле. И эпоху парового и броненосного флота на них гравировали общий вид корабля и все его тактико-технические данные, закладная доска превратилась в подлинный технический паспорт корабля.

В наше время закладные доски служат иконографическим материалом при изучении истории кораблестроении и флота, но, как мы уже знаем, к сведениям, приводимым на досках, особенно к датам, следует относиться осторожно.

Закладные доски дожили до наших дней и сейчас в корпус строящегося корабля «врезается» металлическая закладная доска с его названием и основными тактико-техническими данными. В довоенное время у советских военных кораблей были серебряные закладные доски.

Как нам представляется, именно закладные доски кораблей послужили толчком к созданию новых форм памятных медалей четырехугольной формы - пла-кеток.

ГЕОГРАФИЯ В НАЗВАНИЯ!

Линейный корабль "Азов"

Парусные корабли и география связаны тесными узами. С тех пор как возникла эта наука, она питалась в основном и в первую очередь сведениями, полученными от моряков парусного флота. В процессе познания мира названия обнаруженных земель и островов, завоеванных стран и народов стали появляться на бортах кораблей.

В открытие и исследование мира большой вклад внесли русские мореплаватели, особенно военные моряки. На карте Земли за 200 лет активных плаваний наших кораблей появилось более 4000 русских названий. Но это было потом, а вначале, при создании русского флота Петром I, его география была более «домашней»: Финский и Ботнический заливы - на северо-западе, Белое море - на севере, Азовское и Каспийское моря - на юге.

Посмотрим, как же отражалась география в названиях кораблей Петра I.

Вначале это были названия судов, купленных за границей или построенных у себя. Широко представлена Англия: «Оксфорд», «Британия», «Лондон», «Стратфорд», «Портсмут», «Девоншир»,-дань «королеве морей» - стране, у которой Петр учился кораблестроению и кораблевождению. Аналогичное название «Амстердам». Из русских городов судостроительных центров всего только два: «Астрахань» и «Воронеж».

Нашли отражение в именах кораблей названия двух русских столиц: «Москва» и «Петербург», а также название всей империи - «Россия». Среди названий много северных озер и рек: «Ладога», «Онега», «Двина», «Сясь», «Славянка», «Нева», «Тосна», «Ижора», «Охта» и др.

Очень много почетных имен кораблей, связанных с военной географией, с победами Петра I на суше и море: «Азов», «Полтава», «Выборг», «Нарва», «Шлиссельбург», «Ревель», «Лесное», «Гангут», «Дербент», «Гогланд». И, наконец, несколько названий русских крепостей и земель, прибалтийских и немецких городов: «Иван-город», «Кроншлот», «Ингерманланд», «Копорье», «Ямбург», «Дерит», «Рига», «Пернов», «Фридрихштадт». Вот и вся география! Как видим, русский флот в то время еще недалеко ушел от своего дома - это Пруссия, Финляндия, Прибалтика, Дагестан и Приазовье. Окраинные земли и страны и самая далекая из них - Англия.

Хотя Петр I в начале XVIII в. и «прорубил» морское окно в Европу, русские моряки до 1769 г. редко заглядывали сквозь него дальше Дании и Швеции; иногда добирались до Англии.

О состоянии тогдашних географических сведений в русском обществе можно судить по вопросу Екатерины II, обращенному к иностранной коллегии: «Имеют ли грузинские владения порты на Каспийском или Черном море? Тифлис стоит на одних картах на Черном, на других на Каспийском, а в иных на середине земли».

Первым прорывом русских кораблей сквозь узкие ворота Английского канала было плавание Балтийской эскадры адмирала Г. А. Спиридова из Кронштадта в Средиземное море вокруг Европы (Архипелагская экспедиция, 1769 г.). По поводу этого плавания Екатерина шутила: «Гибралтар нашим морякам казался концом света». Но прошло лишь несколько лет, и география наших моряков значительно расширилась, что тотчас же нашло отражение и в названиях кораблей.

После успешных действий русского флота в Архипелаге и на Средиземном море, а также настойчивого отвоевывания земель на юге страны в именах кораблей появились турецкие и греческие названия - свидетельства плаваний, битв и побед русского флота, а также триумфов русской армии. Вот несколько названий из средиземноморской географии: «Чесма», «Санторин», «Андро», «Парос», «Ауза», «Делос», «Лемнос», «Накция» и венчает их «Архипелаг». Рядом с ними география юго-западной Украины, Валахии, Молдавии и других подвластных туркам земель, где русские войска и флот одержали боевые или дипломатические победы: «Килия», «Ка-гул», «Ларга», «Фокшаны», «Хотин», «Яссы», «Бухарест» и многие другие.

В названиях кораблей появляются имена крупных рек, имевших большое значение для судостроения (вырубка и сплав корабельного леса), а также пограничных рек: «Днепр», «Волхов», «Двина», «Ока», «Волга», «Свирь» и другие. Прибавляются и балтийские названия, свидетельства побед вблизи северной столицы: «Красная горка», «Лифляндия», «Свеаборг», «Эзель», «Дагерорт» и др.

Такие названия, как «Витебск», «Могилев», «Полоцк», «Орша» и т. д., четко очерчивают западную границу Российской империи. Не забыты Екатериной II города-судостроительные центры «Таганрог» и «Новопавловск» на юге, «Соломбала», «Холмо-горы» и «Город Архангельск» на севере. В именах кораблей впервые стали появляться названия окраинных, малоисследованных, осваиваемых земель: «Кола», «Новая Земля», «Охотск», «Тобол», «Якутск», «Ангара» и др., а также названия дальневосточных народов: «Алеут», «Камчадал» и др.

Как видим, в названиях кораблей эпохи Екатерины II отражены все четыре страны света, куда направляла свою экспансию крепнувшая Россия.

И как бы давая понять, что русский двуглавый орел смотрит во все страны света, два больших корабля были названы «Европа» и «Азия», а два чуть поменьше - «Америка» и «Африка».

Последующее 50-летие - это эпоха русских кругосветных плаваний, открытий в Океании, на Дальнем Востоке, в Антарктиде. Но это же и эпоха борьбы русского государства и народа с нашествием Наполеона и с турецким господством на Черном, Эгейском и Адриатическом морях.

И как следствие этой борьбы - множество названий кораблей, отражающих турецкую, западноевропейскую и французскую географию. Названия кораблей, как вехи, обозначали славные походы и победы Румянцева, Суворова, Ушакова, Кутузова, Грейга, Нахимова, Паскевича и других полководцев и флотоводцев.

К середине XIX в. Черное море стало «обживаться» русским флотом. Русские военные и коммерческие суда пересекали его вдоль и поперек, замелькали названия причерноморских стран, земель, рек, заливов, городов, поселков, портов и крепостей. Эти названия получали суда более низких рангов: пароходы, транспорты, шхуны и яхты. Вот типичные из них: «Колхида», «Бессарабия», «Бердянск», «Таганрог», «Казбек», «Тамань», «Прут», «Дунай», «Редут-Кале», «Эльбрус», «Аю-Даг», «Новороссийск», «Пицунда», «Салгир», «Туапсе», «Ореанда», «Алупка», «Лиман», «Буг», «Ингул», «Днепр», «Рени», «Одесса» и др.

Расширилась география названий и на Каспийском море. Здесь, помимо названий местностей и городов, кораблям стали давать названия покоренных народов: «Татарин», «Лезгин», «Киргиз». «Калмык». Аналогичные имена появились и у кораблей Беломорской и Сибирской флотилий: «Самоед», «Манжур», «Японец» и др. География названий достигла крайних восточных рубежей России - «Камчатка», «Колыма». Транспорты «Каледония» и «Америка» - некогда названия гордых линейных кораблей.

Только в одном Черноморском флоте с 1775 по 1860 г. использовано 230 географических названий.

Имена кораблей, а вместе с ними и их история, перешли на географические и морские карты мира. И в эпоху Великих географических открытий и в более позднее время исследований земли и океана моряки открывали новые берега, земли, острова и мели. Многим из них присваивалось имя своего судна. Так, столица Камчатки, город и порт Петропавловск обязаны своим именем названию судов второй экспедиции В. Беринга - «Св. Петр» и «Св. Павел». На карте мира есть и другие города, названия которых связаны с судами.

Особенно много различных названий на морских картах, связанных с именами судов, присвоено островам, мелям, банкам, рифам, мысам, камням и другим географическим объектам. Есть среди них немало и названий русских судов. Русские моряки во второй половине прошлого века совершили несколько десятков кругосветных плаваний, в результате которых названия русских судов заполнили морские карты мира. В 1970 г. на морских картах насчитывалось 112 названий русских судов, среди них, например, атолл Суворова в Тихом океане, залив Америка в Японском море, пролив и остров Аскольд в Японском море и многие другие.

КОРАБЛИ И ИСТОРИИ

Бриг "Казарский"

Монография Ф. Ф. Веселаго «Список русских военных судов» [4] - это книга, в которой в именах кораблей отражается русская военная и политическая история.

Откроем эту книгу и полистаем ее. До 1700 г. в списках судов Балтийского флота не встречаем ни одного названия - Балтийского флота еще не существовало. Но мы знаем, что был уже Азовский флот, хотя официально во времена Петра I он так еще не назывался. Мы уже имели возможность подробно ознакомиться с ранним периодом русского кораблестроения, связанного с Азовскими походами. Как мы видели, у Петра I в активе не было еще никаких серьезных побед, кроме завоевания Азова в 1696 г. Поэтому и названия кораблей еще не имели системы: корабли назывались именами святых - покровителей Петра, а большей частью случайными именами из книги «Символы и эмблематика», связанными с геральдическими эмблемами и девизами, практически не отражавшими никакой идеи.

Год 1700 стал переломным: закончившаяся война с Турцией позволила Петру I начать борьбу за выход к морю через северные земли. С этого года началась Северная война, принесшая Петру первую военную славу. Первые же победы отозвались в названиях кораблей. Нотебург (Шлиссельбург), Ниеншанц, Дерпт, Нарва, Рига, Пернов, Ревель, Выборг, Иван-город, Або и другие крепости и города дали названия кораблям. Знаменитые места сражений - Полтава, Лесное - также украсили борта кораблей. Появились и обобщающие торжественные названия - «Виктория», «Триумф». Древняя освобожденная русская земля - Ингрия - дала имя кораблю «Ингерманланд» (1715 г.). Как мы уже знаем, первая морская победа Петра у мыса Ганге-удд перешла в имя корабля «Гангут»; в честь морской победы Сенявина появился корабль с именем «Исаак Виктория», а затем и «Пантелеймон Виктория» как память о двух победах - Полтавской и Гренгам-ской - над шведами в день празднования святого Пантелеймона.

При преемниках Петра I, не проводивших активной военной и дипломатической политики, у кораблей почти не появилось новых исторических имен. Флот приходил в упадок, и если новые корабли и получали исторические имена, то это было повторение петровских названий. Лишь «Азов» дополнил список петровских завоеваний на бортах кораблей.

Стопушечный «Петр Первый и Второй», достроенный уже после смерти Петра I, был первым плавучим памятником основателю флота. С этого времени каждый монарх отмечал свое воцарение названием корабля, в котором отражалось бы его имя. Так, в 1728 г. появился 54-пушечный корабль «Петр II». В 1837 г. был спущен 110-пушечный корабль «Императрица Анна». С воцарением дочери Петра Елизаветы Петровны сразу три корабля были переименованы (новых под рукой не оказалось, слишком быстрой была смена власти). «Генералиссимус Российский» получил название «Счастие», «Правительница Российская» (назван в честь Анны Леопольдовны, регентши при своем сыне Иване) переименован в «Благополучие», а «Иоанн», носивший имя немецкого принца, ставшего русским императором Иоанном VI, был назван после переворота в память Петра I «Святым Петром».

Екатерина II, возродившая Балтийский флот, пришедший в упадок, и основавшая Черноморский флот, почти с первых лет своего царствования имела возможность называть новые корабли в честь блистательных побед П. А. Румянцева, А. Орлова, А. В. Суворова, Г. А. Потемкина и других талантливых военачальников.

Чесменская победа под руководством графа А. Орлова, завершившаяся полным разгромом турецкого флота, сразу же вызвала резонанс в названиях кораблей, спущенных в 1770 - 1771 гг. Это «Победа» - название не нуждается в комментарии, «Граф Орлов» - в честь А. Орлова, главнокомандующего объединенной русской эскадрой в Чесменском сражении, «Память Евстафия» - боевая память героическому «Евстафию», который взорвался вместе с турецким кораблем. «Чесма» и «Виктор» не требуют пояснений.

Последующие победы русского флота в Архипелаге дали названия кораблям «Победа», «Слава», «Парос», «Андро», «Миконо», «Санторин», «Зея», «Мило», «Делос», «Накция», «Архипелаг» - в Балтийском флоте; «Модон», «Морея», «Тино», «Корон» - в Черноморском.

Серия названий черноморских кораблей отразила славные победы над турками, одержанные фельдмаршалом П. А. Румянцевым: «Журжа», «Бухарест», «Яссы», «Слава Екатерины». Здесь и деяния князя Г. А. Потемкина: «Крым», «Борисфен», «Берислав», «Фанагория», «Херсон» - названия завоеванных земель, крепостей, рек и основанных им городов. Несколькими названиями отмечены и боевые заслуги А. В. Суворова - «Кинбурн», «Измаил», «Браилов», «Победослав Дунайский».

Следующая «вспышка» исторических имен на бортах кораблей связана с наполеоновскими войнами и Отечественной войной - это «Кацбах», «Кульм», «Бриен», «Красный», «Бородино», «Березина», «Смоленск», «Лейпциг». И в честь полного разгрома империи Наполеона и взятия Парижа самый крупный на Черном море 110-пушечный корабль назван «Парижем».

Не остались без внимания и победы Д. Н. Сенявина и А. С. Грейга в Архипелаге во время войн с Францией (1805-1807 гг.) и Турцией (1806 - 1811 гг.): «Архипелаг», «Тенедос».

Успешное окончание русско-турецкой войны 1828 - 1829 гг. вызвало появление большого числа кораблей, фрегатов и корветов, названных в честь побед и взятых штурмом городов и крепостей, присоединенных земель - это «Анапа», «Силистрия», «Варна», «Эривань», «Энос», «Бургас», «Агатополь», «Браилов», «Мессемврия», «Сизополь», «Бессарабия», «Мидия», «Коварна», «Кулевчи», «Сизополь», «Пендераклия». В память о заключении мирного договора один из больших 60-пушечных фрегатов был назван «Адрианополь», в память о войне с Персией на Кавказе - фрегат «Эривань».

В названиях кораблей отразились и события, связанные с польским восстанием 1830 - 1833 гг. После разгрома восстания и взятия Варшавы Николай I, напуганный этими событиями и считавший подавление польских революционеров выдающейся победой, велел назвать самый крупный 120-пушечный корабль на Черном море «Варшава».

Ряд судов получил названия в честь государственных и исторических деятелей, выдающихся полководцев и флотоводцев, одержавших значительные победы над врагами России. Это уже упоминавшиеся корабль «Граф Орлов», названный в честь главнокомандующего эскадрой русских судов в Хиосском и Чесменском сражениях, корабль «Спиридов» - в память об адмирале Г. А. Спиридове, проведшем первую русскую эскадру вокруг Европы в Средиземное море и активно сражавшемся в Хиосском сражении, бриг «Сенявин» - в память о герое Афонского и Дарданелльского сражений адмирале Д. Н. Сенявине, бриг «Казарский» - в память командира героического брига «Меркурий» капитана 2-го ранга А. И. Казарского, бриг «Моллер» - в память о морском министре адмирале А. В. Моллере.

Не были забыты и союзники России. Так появились корабли и фрегаты, названные в честь союзных стран и их политических деятелей: Австрии и Венгрии - «Иосиф II», «Император Франц», «Унгария» и «Богемия»; Нидерландов- «Принц Оранский», переименованный затем в «Короля Нидерландского»; корабль «Босфор» - в память об экспедиции Черноморского флота в Босфор для оказания помощи турецкому правительству в войне против египетского паши; корабль «Султан Махмуд» - в честь турецкого султана Махмуда, с которым был заключен Адрианопольский мирный договор, и др.

Новая волна исторических названий появилась на бортах кораблей в разгар Крымской войны и после ее окончания. Уже в 1853 г. трофейный военный пароход, взятый в плен русским пароходом «Владимир» под командой контр-адмирала В. А. Корнилова, по царскому указу был переименован в «Корнилов» - редкий случай номинации судна еще при жизни лица, в честь которого дано название.

В честь Синопского сражения, с блеском проведенного русской эскадрой иод командованием вице-адмирала П. С. Нахимова в 1853 г., один из крупнейших парусно-паровых кораблей России, строившийся в Николаеве, был переименован из «Босфора» в «Синон».

Крымской войной закончилась эпоха парусного флота в России. Наступил период, когда парусные корабли перестали строить, а паровые еще только пробивали себе путь.

Исторические названия кораблей парового и броненосного русского флота будет рассмотрено несколько ниже.

Как мы уже знаем, имена кораблей обладают свойством преемственности. Сохранялись и передавались вновь построенным кораблям в основном названия героических кораблей, прославивших себя в знаменитых морских битвах и сражениях.

После Чесменского сражения специальным указом Екатерины II для увековечения этого исторического события и сохранения славы судов, принимавших участие в Хиосском и Чесменском сражениях, было построено восемь 100-пушечных кораблей, получивших названия героически сражавшихся кораблей: «Иоанн Креститель» или «Чесма», «Три иерарха», «Ростислав», «Саратов», «Святой равноапостольный князь Владимир», «Святой Николай Чудотворец», «Евсевий», «Двунадесять Апостол» («Двенадцать Апостолов»).

Кроме того, сохранялись и передавались названия и других судов, принимавших участие в Чесменском сражении: кораблей «Европа», «Святой Януарий», «Святослав», «Три Святителя», «Не тронь меня», бомбардирского корабля «Гром», фрегатов «Святой Николай», «Надежда», «Африка» и др.

Следующая серия наследников боевой славы - это корабли, носившие названия судов эскадры Д. Н. Сенивина, сражавшихся в Афонском и Дарда-нелльском сражениях, при взятии островов Тенедос и Лемнос: «Твердый», «Ретвизан», «Рафаил», «Ури-ил», «Селафаил», «Мощный», «Сильный», «Ярослав», «Елена», «Скорый», «Венус».

Имена, связанные со взятыми городами и местами сражений во время наполеоновских войн, а также с победами в русско-турецких войнах, сохранялись и передавались новым судам в основном в Черноморском флоте - это «Париж», «Анапа», «Кульм», «Бриен», «Красный», «Чесма», «Крым», «Кагул». Передавались также названия кораблей, прославивших себя в сражениях: «Орфей», «Иоанн Златоуст», «Императрица Мария» и др. Многие из этих имен пережили несколько рождений, передаваясь от корабля к кораблю, и дожили до конца прошлого века.

Интересна судьба названия «Императрица Мария». Впервые это имя появляется в Черноморском флоте в 1827 г., когда был построен 84-пушечный корабль, сражавшийся в эскадре адмирала А. С. Грей-га под стенами Варны и Сизополя в войне 1828-1829 гг. Название было передано новому 84-пушечному кораблю, построенному в 1853 г. Этот корабль был флагманским в эскадре вице-адмирала П. С. Нахимова, разгромившей в том же году турецкую эскадру в Синопском сражении. В память об этих героических кораблях имя «Императрица Мария» было присвоено новому линейному кораблю броненосного флота, построенному в 1913 г.

Из приказа от 19 октября 1913 г. по Морскому ведомству: «Сегодня в городе Николаеве спущен на воду первый линейный корабль возрождающего Черноморского флота - «Императрица Мария».

Поздравляя Черноморский флот с увеличением сильною боевою единицею, уверен, что и окончательная готовность корабля будет выполнена точно в намеченный срок.

При этом считаю долгом напомнить, что только что спущенный корабль носит славное имя двух кораблей, оставивших в истории нашего флота неизгладимо-блестящую память. Боевые подвиги этих кораблей под Варною, Сизополем, Ахиолло и Синопский бой - доказали беззаветную храбрость черноморцев, а победа над самым сильным и беспощадным врагом - морем парусного корабля «Императрица Мария» в дни жестокого шторма с 4 по 6 октября 1829 года,- навсегда останутся доказательством бесподобного знания этими моряками своей трудной и тяжелой службы.

Славное минувшее прошлое парусных кораблей, одноименных со спущенным, бессмертные подвиги их экипажей - наших отошедших в вечность товарищей-моряков, да будет нам вечно памятным заветом исполнять наш долг перед царем и родиной, умело и безупречно, как в мирное время, так и в дни военных испытаний».

Мы уже познакомились с названиями, которые служат своеобразными памятниками героическим подвигам отдельных кораблей. В этом случае по традиции к имени корабля добавляется слово «память». К таким названиям относятся в русском флоте три: «Память Евстафия», «Память Азова» и «Память Меркурия». Напомним о подвигах этих кораблей, чтобы стала понятной особая честь, отдаваемая их памяти.

В 1770 г. три русские эскадры были направлены Екатериной II вокруг Европы в Средиземное море (впервые!), а затем в Эгейское, чтобы вести борьбу с Турцией у ее же берегов. Первую, самую большую эскадру вел адмирал Г. А. Спиридов. Эта, так называемая Архипелагская экспедиция, завершилась двумя историческими сражениями: Хиосским и Чесменским, в результате которых был уничтожен почти весь турецкий флот.

В первом, Хиосском, сражении, происшедшем 24 июня 1770 г., русская эскадра, которую возглавлял главнокомандующий граф А. Г. Орлов, настигла турецкую у о. Хиос возле Чесменской бухты. Корабль «Бвстафий Плакида», на котором находился командир авангарда адмирал Г. А. Спиридов, сцепившись с турецким флагманским кораблем, почти овладел им. Но турецкий корабль загорелся, горящая мачта упала и подожгла крюйткамеру «Евстафия Плакиды». Русский корабль, а вслед за ним и турецкий взлетели на воздух. Командир корабля капитан 1-го ранга А. И. Круз был выброшен взрывом и чудом остался жив. Погибла почти вся команда «Евстафия Плакиды».

В память об этом событии Екатерина повелела вновь построенный в 1770 г. в Архангельске корабль назвать «Память Евстафия», чтобы это имя напоминало морякам и гражданам России о самопожертвовании команды «Евстафия Плакиды». С тех пор имя «Память Евстафия» носили в русском флоте четыре парусных корабля, и оно в укороченном виде «Евстафий» перешло затем в броненосный флот, сохранившись вплоть до начала нашего века.

Корабль «Азов», которым командовал капитан 2-го ранга М. П. Лазарев, был флагманским кораблем эскадры адмирала Л. И. Гейдена, посланной из Балтийского моря в Средиземное для поддержки греков в борьбе за создание независимого государства. Объединенная англо-франко-русская эскадра в 1827 г. вошла в Наваринскую бухту, где был сосредоточен турецко-египетский флот, и туркам был предъявлен ультиматум о прекращении разбоя в Морее. В ответ турецкие суда открыли огонь. Объединенная англо-франко-русская эскадра уничтожила весь турецко-египетский флот. Особенно отличился

флагманский корабль русской эскадры «Азов», который вел жестокий бой с тремя турецкими кораблями.

В память об этом героическом подвиге кораблю «Азов» был пожалован кормовой Георгиевский флаг как впервые учрежденное особое отличие. С тех пор в русском флоте было построено два парусных корабля, названных «Память Азова», к которым «по наследству» переходил и кормовой Георгиевский флаг. Название «Память Азова» перешло затем в паровой и броненосный флоты и сохранилось вплоть до революции.

Необычна судьба маленького брига «Меркурий». Во время русско-турецкой войны 1828-1829 гг. бриг «Меркурий» участвовал в различных разведывательных и десантных операциях. Во время одной из разведок Босфора 18 сентября 1829 г. бриг случайно оказался вблизи турецкой эскадры. Два больших корабля, один из которых был флагманским, погнались за «Меркурием» и настигли его.

Созванный командиром брига капитан-лейтенантом А. И. Казарским военный совет решил принять неравный бой и попытаться уйти от грозного противника, а если это не удастся, сцепиться с турецким кораблем и взорвать бриг вместе с судами неприятеля.

Однако бриг выдержал сражение, героически отбиваясь от огня турецких кораблей, которые, боясь абордажа и подрыва, вынуждены были уйти с позором. В память об этом героическом подвиге император Николай I приказал после списания брига на слом построить новый по тем же чертежам и под тем же названием и так поступать «вечно». Бригу «Меркурий» был также пожалован кормовой Георгиевский флаг. Через 18 лет после постройки бриг был капитально отремонтирован, но это не спасло его: через несколько лет он обветшал и был разобран. Носовая фигура его, изображающая бога Меркурия, была передана в музей, из медной обшивки сделаны памятные пластины, а из дубовых частей набора -рамы для картин, изображавших бой брига. В 1865 г. в Николаеве был построен винтовой корвет «Память Меркурия», к которому перешел кормовой Георгиевский флаг. Имя «Память Меркурия» сохранялось среди кораблей русского флота вплоть до революции. В наше время эта традиция восстановлена, и имя «Память Меркурия» носит гидрографическое судно советского флота.

Как мы уже убедились, имена многих кораблей тесно связаны с историей. Но интерес представляют и истории самих кораблей. Чаще всего они бывают героическими, но иногда и комическими. Расскажем об одной из них.

Павел I, почувствовав рыцарскую любовь к Анне Лопухиной, сделал ее объектом поклонения. Узнав, что на древнееврейском имя Ханна означает «благодать», Павел объявил всему миру о своей даме сердца, назвав один из кораблей именем «Благодать». Это имя он повелел написать и на корабельных флагах. Другой корабль был назван именем «Анна», а третий - в честь новорожденного сына Павла - «Михаилом». Все три корабля были спущены с эллингов в один день. На спуск их прибыл Павел со свитой. «Анна» сошла на воду удачно, «Михаил» задел угол эллинга, а «Благодать» застряла и была спущена на воду после больших трудов. На это происшествие Пушкин, будучи еще ребенком, отозвался экспромтом:

«Анна» сошла славно,

«Михаил» угол зацепил,

А «Благодать» приказала подождать.

Все противилось уроду,

И «Благодать» не лезла в воду.

У кораблей, как и у их имен, есть свои судьбы счастливые и несчастливые. Есть названия, которые широко использовались в русском флоте, передаваясь от корабля к кораблю, хотя ни одно из судов, носящих это имя, не оставило следа в морской истории России и не проявило себя в сражениях. К таким названиям относятся, например, «Александр» и «Николай»: первое встречается 18 раз, а второе - 21. Такая популярность объясняется тем, что имена Александр и Николай носили несколько царей и множество царевичей.

Не менее популярным было название «Надежда». Это название было не только женским именем, но и символом мечты, осуществления дел. Именно последнее обстоятельство и сделало название «Надежда» столь частым (оно встречается в русском парусном флоте 18 раз).

Очень распространенным было также название «Св. Петр». Имя трех русских царей, а главное основателя флота Петра Великого, сделали это название почетным для военных судов (оно встречается 19 раз).

Самым популярным было название «Св. Николай» (оно встречается 23 раза!). Непревзойденная частота использования этого имени объясняется рядом обстоятельств: это название одного из первых петровских кораблей; святой Николай - покровитель моряков; ряд судов с именем «Св. Николай» проявил себя в морских сражениях; наконец, Николай - имя русских царей и царевичей,. их многочисленных родственников.

Некоторые имена в русском флоте были случайными однодневками. Они давались по каким-то политическим соображениям, но очень часто политические ситуации внезапно менялись, и название заменяли другим, или оно исчезало с первым же кораблем, его носившим. И таких примеров много: 80-пушечный корабль, названный при закладке в честь прусского короля Фридриха «Фридрих-Рекс», с воцарением Екатерины II был переименован в «Кир Иоанн» в память о дворцовом перевороте; таком же 80-пушечный корабль, названный в честь английского наследника «Принц Георг», при восшествии на престол Екатерины II был назван в честь самой царицы «Св. Екатерина». Эти суда так и не успели поплавать под первоначальными именами: они были спущены на воду в мае 1762 г… а в следующем месяце произошел дворцовый переворот.

Но были и названия кораблей, участвовавших в сражениях, проявивших себя в них, но не оставивших по себе памяти. К числу таких незаслуженно забытых относятся почти все суда из эскадры С. К. Грейга, участвовавшие в кровопролитном и жестоком Гогландском сражении в 1788 г. - это корабли «Всеслав», «Мстислав», «Изяслав», «Св. Елена». Они же участвовали также в Эландском (1789 г.) и Ревельском (1790 г.) сражениях. Несмотря на это, их названия не прижились и не передались другим судам. Возможно, сказалась малая еще популярность имен русских князей или малозначительность этих русских князей в истории.

Такая же судьба постигла и названия некоторых кораблей, входивших в эскадры, которыми командовал прославленный адмирал Ф. Ф. Ушаков. Несмотря на участие этих кораблей во многих битвах, их названия не перешли к другим. Возможно, здесь сказалась реакция Павла на все дела приближенных Екатерины II: названия большинству судов Ф. Ф. Ушакова давал князь Г. А. Потемкин, а Павел их потом не «продлевал», чтобы стереть память о самом Потемкине.

Некоторые боевые корабли за время своей службы так и не получили имени. Так, в 1791 г. в Николаеве было построено два одинаковых аката (род корветов). Первый из них вскоре получил имя «Св. Ирина», а второй так и окончил свое существование под № 2. И, наоборот, были корабли, которые, получив название, даже не были спущены на воду. Например, 60-пушечный корабль, названный в честь императрицы «Екатерина» и заложенный в 1779 г. самым первым в Херсоне, так и не был спущен. В 1784 г. он был разобран в эллинге, видимо, из-за плохого качества судна.

Встречались и названия кораблей, которые, как и люди, подвергались гонениям, опале. Причиной этому служили различные политические повороты -смена власти, победа новой политической партии и пр. В этих случах название судна, если оно противоречило духу новой политики, изменялось на более подходящее. Изменение названия корабля происходило также в том случае, если команда запятнала себя каким-либо позорным поступком, тогда имя корабля навечно исключалось из списков флота и предавалось забвению.

Вот как это бывало.

В 1740 г. немецкая партия Бирона - регента при малолетнем императоре Иоанне VI - была свергнута, и «правительницей России» стала мать Иоанна VI, брауншвейгская принцесса Анна Леопольдовна. В связи с этим событием ряд новых кораблей русского флота по традиции получил названия в честь монархической верхушки. Один из 66-пушеч-ных кораблей, спущенный в мае 1841 г., был назван «Правительница Российская», второй - «Генералиссимус Российский» (в память об А. Д. Меншикове), а третий, спущенный в августе 1741 г., назван в честь малолетнего императора «Иоанн».

Однако Анна Леопольдовна находилась у власти всего один год. В конце 1841 г. ее свергла гвардия, и на престол России была возведена дочь Петра I Елизавета Петровна. Тотчас же упомянутые корабли были переименованы: «Правительница Российская» названа «Благополучием», «Генералиссимус Российский» получил название «Счастие», а «Иоанн» стал «Святым Петром» (в память об отце Елизаветы).

При Екатерине II купленный в Архипелаге фрегат, названный там в честь наследника русского престола сына царицы Павла Петровича, после прихода в Россию в 1779 г. был переименован в «Архипелаг», поскольку к этому времени начались разногласия между Екатериной и Павлом.

Аналогичная история произошла и с кораблем «Граф Орлов», который в 1796 г. после прихода к власти Павла I был им переименован в «Михаила» - в честь одного из своих сыновей (известно, что после воцарения Павла началось гонение на всех приближенных Екатерины II).

Интересно в этом смысле название «Григорий Великия Армении». Впервые это имя появилось в 1738 г., когда по приказу Адмиралтейств-коллегий был переименован фрегат «Пчела». Г. А. Потемкин видел в этом названии особый личный смысл, поскольку Григорий был его духовным «патроном». По этой причине новый фрегат, построенный в 1791 г. в Николаеве, он велел назвать также «Григорий Великия Армении». Фрегат участвовал во всех боевых операциях Архипелагской экспедиции Ф. Ф. Ушакова, в том числе и в штурме о. Корфу. Он благополучно пережил реакцию Павла I на все, что связано с именем Потемкина, но после передачи в 1807 г. ветхого фрегата французскому правительству имя этого боевого корабля уже не восстанавливалось.

Во время Гогландского сражения (1788 г.), самого кровопролитного из всех сражений русского парусного флота, корабль «Владислав», будучи сильно поврежденным, сдался в плен шведскому флоту. По представлению главнокомандующего адмирала С. К. Грейга морской суд признал виновным командира корабля, с тех пор имя «Владислав» более не присваивалось ни одному судну русского флота, оно было навечно исключено из списков.

Еще более позорная история произошла с черноморским фрегатом «Рафаил» в 1829 г. Находясь в разведке у Босфора, «Рафаил» случайно оказался в гуще турецких судов. Решив вначале сражаться до конца, а потом взорвать фрегат, командир распорядился опросить команду. Но старший офицер умышленно исказил ответ команды, заявив, что она просит командира сдать судно ввиду безвыходного положения. Проявив малодушие, этот в общем-то боевой офицер сдал фрегат без боя. Все это произошло за три дня до знаменитого боя брига «Меркурий», и команда «Рафаила», бывшая на турецком флагманском корабле, безуспешно пытавшемся захватить маленький бриг, своими глазами видела этот героический бой и испила вторично чашу своего позора. Николай I, узнав о сдаче фрегата «Рафаил», повелел исключить его имя навечно из списков флота, а само судно при случае вернуть и сжечь. «Рафаил», переименованный турками в «Дар небес», был сожжен во время Синопского сражения в 1853 г.

Царское правительство переименовывало корабли, на которых вспыхивали политические восстания.

Классический пример этому - броненосец «Князь Потемкин-Таврический», переименованный после восстания 1905 г. в «Пантелеймон». В историю Страны Советов этот корабль, названный Лениным «непобежденной территорией революции», вошел под своим первоначальным легендарным именем «Потемкин».

ЗАГАДКИ И РАЗГАДКИ

Линейный корабль "Три Святителя"

Как же разгадать происхождение названия того или иного корабля? Как правило, в документах, освещающих номинацию корабля, в редких случаях встречается указание на причину названия судна. Легко раскрываются исторические названия, связанные с победами, завоеваниями и прочими историческими событиями. Но в большинстве случаев необходимо прочитывать «насквозь» массу исторических материалов в надежде, что среди сотен страниц встретится объяснение названия судна. Расшифровка происхождения названия корабля - сложный процесс, требующий не только анализа архивных документов, относящихся к кораблю, но и анализа исторической обстановки, предшествующей появлению первого названия, сопоставления дат, привлечения дополнительных материалов, даже таких, как святцы с именами и праздниками христианских святых.

При расшифровке названий кораблей, связанных с морскими сражениями, следует иметь в виду, что имя корабля может происходить от четырех первоисточников:

1) название местности, где произошла битва («Хиос», «Чесма» и т. д.);

2) имя христианского святого, в день которого произошла битва («Св. Николай», «Пантелеймон-Виктория» и т. п.);

3) название корабля, героически сражавшегося в битве («Память Евстафия» и др.);

4) имя командира корабля, проявившего мужество и героизм в битве («Казарский», «Сакен» и др.).

Корабли, к которым на основе свойства преемственности перешло имя предшественника, могли прославиться в какой-либо битве и тогда в старое содержание названия вкладывался новый исторический смысл, а первый источник наименования часто забывался. В качестве примера можно привести на звание «Десна». Первым кораблем с таким названием была галера, которая сопровождала Екатерину II в путешествии по Днепру на галере «Днепр». Название «Десна» дано по имени реки Десны - притока Днепра, по которой сплавляли лес для постройки судов Черноморского флота в Херсоне. В числе семи галер екатерининского эскорта были «Буг»1, [1 Имеется в виду Южный Буг, который в то время считался притоком Днепра, так как впадал в Днепровский лиман.] «Сейм», «Снов» и др., названные в основном в честь притоков Днепра, Десны и прочих рек бассейна Днепра. В 1787 г. эта галера под командой лейтенанта Ломбарда совершила ряд подвигов под Кинбур-ном. В память об этих событиях в русском флоте сохранялась преемственность названия «Десна». Но затем название «Десна» для последующих кораблей уже производится от названия героической галеры без установления первоначального смысла названия этого судна [5]. Аналогично трактуются другие названия, хотя это принципиально неверно: совершенные кораблем подвиги лишь закрепляли его имя, которое затем по свойству преемственности переходило по наследству к новому кораблю.

Наибольшую сложность в расшифровке происхождения названий представляют имена святых и христианские имена.

В статье безымянного автора содержится утверждение, что «по обычаю Черноморского флота этого времени суда получали наименование праздников или святых соответственно дню их зачисления в семью флота». Однако сверка дней закладки и спуска судов потемкинского времени со святцами не обнаружила совпадения не только дней, но иногда и месяцев. Например, николаевский фрегат «Св. Николай», который назван в честь Николая Мирликийского, заложен был не 6 декабря, в день этого святого, а на месяц позже - 6 января. Аналогичный пример - николаевский корабль «Св. Павел» спущен 9 сентября, а день св. Павла 29 июня.

Херсонский корабль «Св. Петр» заложен 3 февраля, а день святого Петра также 29 июня; корабль «Св. Михаил» заложен 6 ноября, а день святого Михаила 30 сентября. Вместе с тем дата закладки николаевского фрегата «Григорий Великия Армении» (30 сентября) точно совпадает с днем праздника этого святого.

По-видимому, правильней считать, что названия судов, связанные с именами христианских святых и праздников, были программными, отвечающими государственной идеологии того времени. Даты же закладки или пуска судна «подгонялись» по возможности к тому или иному дню святого или праздника, благо их было очень много.

Христианские (православные) имена давались судам, по-видимому, так же, как программные, но вместе с тем использовались не вообще все имена, а чаще всего имена членов царского дома. Если судно закладывалось или спускалось в дни рождения или именин («тезоименитства») членов царской семьи, то оно получало это имя, если ранг судна отвечал высокому уровню названия. Этим, видимо, и объясняется изобилие крупных судов (кораблей, фрегатов, больших транспортов, корветов) с христианскими именами: «Александр», «Анна», «Елисавета», «Петр», «Екатерина», «Наталья», «Мария», «Александра», «Павел», «Константин», «Николай», «Михаил», «Алексей», «Владимир», «Ольга», «Георгий» и т. п.

Подтверждением этого тезиса может служить следующее свидетельство: «Доставшийся в наши руки корвет, не совсем еще достроенный, с согласия главнокомандующего армией, в память дня тезоименитства ее императорского высочества княжны Ольги Николаевны, наименован «Ольга». Речь идет здесь о турецком судне, взятом при капитуляции крепости Мессемврия 11 июля 1829 г. в день св. Ольги.

При исследовании истории происхождения названия судна следует принимать во внимание, что имя судну может быть дано:

в честь кого-либо (император Франц или императрица Екатерина, например);

в память какого-либо события или лица (подвиг Казарского, взятие крепости Анапа и т. д.);

по имени (река Дунай, певец Орфей и т. п.);

по признаку качества (быстрый, твердый, страшный и т. д.).

Анализировать происхождение названий всех кораблей русского флота - задача весьма сложная. Остановимся лишь на некоторых, наиболее интересных, необычных для русского флота или спорных названиях.

Фрегат «Святой Николай» - первый корабль, построенный на Николаевской судоверфи, ровесник и «тезка» города Николаева, первый корабль с этим именем на Черном море. (Первым кораблем русского флота с таким именем был корабль, купленный Петром I в Англии в 1713 г.).

Корабль был заложен 6 января 1789 г., а годом ранее, 6 декабря 1788 г., русские войска под командованием Г. А. Потемкина овладели турецкой приморской крепостью Очаков. В намять этой победы и решено было назвать корабль. Но в день взятия Очакова был религиозный праздник святого Николая, считавшегося покровителем моряков (Николы Морского), поэтому заложенный на верфи фрегат получил имя в честь святого Николая, а основанный город князь Г. А. Потемкин назвал Николаевом.

Линейный корабль «Норд Адлер» («Северный орел») унаследовал свое имя также от петровского корабля. Название первому кораблю дано в честь русского государственного герба - двуглавого орла (построен в Архангельске).

Линейный корабль (фрегат) «Слава Екатерины» - первый корабль, построенный в Херсоне в 1783 г. Несколько ранее был заложен еще один фрегат, называвшийся «Екатерина», однако он не был спущен и, простояв на стапеле, был разобран в 1784 г. Название фрегату было дано в честь императрицы Екатерины II, в царствование которой успешно велась война с Турцией. Был одержан ряд блистательных побед на суше и море - Кагул, Ларга, Чесма (1770 г,), Туртукай (1773 г.) и др., освобождены обширные земли в Северном Причерноморье, присоединен Крым (1783 г.). В память этих побед и получил имя корабль «Слава Екатерины». В 1788 г. корабль после ремонта (в числе других судов) был переименован в «Преображение Господне». Переименование связано с «несоответствием» имени и ранга корабля.

Линейный корабль «Султан Махмуд» построен в Николаеве в 1836 г. Название дано в честь турецкого султана Махмуда. История этого названия такова. Во время русско-турецкой войны 1805 - 1812 гг. объединенные силы Балтийского и Черноморского флотов нанесли туркам ряд поражений на море (взятие Анапы, Дарданелльское и Афонские сражения, 1807 г.), блокировали Дарданеллы, препятствуя подвозу в Константинополь съестных припасов. Взбунтовавшиеся янычары свергли султана Селима III, возведя на престол его брата Мустафу IV. Дальнейшие победы русской армии и флота заставили Турцию срочно искать мира. На трон вступил новый султан Махмут (1808 г.), который в 1812 г. заключил Бухарестский мирный договор, что позволило России повернуть южную армию против наступавшего Наполеона.

В 1827 г. Махмут расторг русско-турецкие договоры, и началась новая война (1828-1829 гг.), завершившаяся выходом русских войск к Константинополю. Опасаясь полного разгрома и взятия русскими столицы, султан Махмут поспешил заключить Андрианопольский мирный договор, очень выгодный для России и стран Балканского полуострова. Через некоторое время (1833 г.) в Ункиар-Искелесси был заключен союзный оборонительный договор между Турцией и Россией, обеспечивший почти 20 лет мирной жизни соседних стран. За мирную внешнюю политику султана Махмута (хотя и вынужденную) один из построенных кораблей русского флота был назван его именем.

Однако названия кораблей, связанные с именами зарубежных монархов, не были органическими для русского флота. Они давались еще при жизни названных выше монархов, были эфемерными и после списания кораблей более не возобновлялись; корабли с подобными именами были единственными.

Интересно происхождение названия фрегата «Мидия». Прямое прочтение приводит к широко распространенному на Черном море моллюску мидии. Имя для судна вполне правомочное: на Черном море, например, были суда «Устрица» и «Рак». Но зоологическое название не отвечает по уровню иерархии такому боевому кораблю высокого ранга, как фрегат. «Мидия» - название единственное в России. Дата постройки судна (1843 г.) и свойство резонансности названий выводят нас к событиям русско-турецкой войны 1828-1829 гг. Оказалось, что Мидия - это турецкая крепость, взятая русскими кораблями 17 августа 1829 г. В память этого события и назван фрегат.

Корвет «Шагин-Гирей» - один из двух турецких кораблей, захваченных русской эскадрой под командой капитана 1-го ранга Быченского при набеге на Пендераклию в 1811 г. Название корвету дано турками в честь Крымского хана Шагин-Гирея, бывшего вассала Турции. Русское правительство сохранило за кораблем его первое название, поскольку Шагин-Гирей в 1783 г. отрекся от престола, и Крымское ханство было присоединено к России.

Транспорт «Репида» построен в Херсоне в 1826 г. Прямое прочтение названия приводит к качественному признаку динамичности, подвижности, быстроходности судна (от французского «рапиде» - быстрый). Аналогичные русские названия «Скорый», «Поспешный», Спешный», «Быстрый», «Проворный» очень распространены среди кораблей всех рангов. Однако такое толкование представляется ошибочным: транспорт назван по имени реки Репиды в устье Дуная, где было основано Адмиралтейство.

Линейный корабль «Лесной» построен в Николаеве в 1811 г. Прямое прочтение названия приводит к слову «лес». Но маловероятно, чтобы 74-пушечный корабль получил такое прозаическое, не боевое название, относящееся к низкому уровню иерархии имен. Очевидно, «Лесной» - это «Лесное», т. е. название, идущее от петровского корабля. В одно время с «Лесным» на Балтийском флоте плавал корабль «Лесное». Существование двух кораблей с одинаковыми названиями хотя и противоречит свойству единственности, но в те времена случалось. Значит, «Лесной» - это «Лесное», корабль назван в память о разгроме шведов у деревни Лесное.

В Херсоне почти в одно время (1816 г.) тем же строителем М. И. Суровцевым был построен однотипный корабль «Красной», названный в память о победе над наполеоновскими войсками у деревни Красная. А окончание «ой» дано для благозвучия, для придания этим названиям мужского рода, что более отвечало линейным кораблям.

Еще несколько примеров расшифровки некоторых названий. Знаменитый корабль «Св. Евстафий Плакида» был назван Екатериной II так в честь 10-летнего наследника Павла Петровича, поскольку его день рождения (20 сентября 1754 г.) совпадал с днем памяти святого Евстафия. В день рождения Екатерины II праздновалась память святого Януария, и поэтому построенный корабль был назван «Святой Мученик Иануарий».

Расшифровка некоторых названий дается в материалах Адмиралтейств-коллегий. Так, знаменитые корабли «Трех иерархов» и «Трех святителей» были названы: первый - в честь трех иерархов православной церкви (Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста), второй - в честь трех святителей (Петра, Алексея и Ионы).

Один из переименованных Екатериной II кораблей («Фридрих-Рекс») был назван «Кир Иоанн» вскоре же после спуска. Название дано в честь святого, день которого 28 июня 1762 г. совпал с днем дворцового переворота в пользу Екатерины. Корабль

«Святой Пророк Иезекииль» получил свое имя в память о победе при Калуге, поскольку день сражения совпал с днем празднования этого святого.

Интересно происхождение названий «Княгиня Лович» и «Граф Северный». Балтийский 44-пушеч-ный фрегат «Княгиня Лович», спущенный в Петербурге в 1828 г., был назван в честь второй жены великого князя Константина Павловича, наследника престола. По свидетельству адмирала П. А. Колза-кова, цесаревич Константин тайно женился в 1825 г. в Варшаве против желания императора Александра и всей царской семьи (эта женитьба привела Константина к отречению от престола). Чтобы хоть как-то «уравнять» этот брак, Александр дал новой жене Константина титул княгини Лович (по названию пожалованного поместья). Чем объяснить причину наименования сравнительно крупного судна в честь морганатической супруги Константина, не носившей официально даже его фамилии, мы не знаем, тем более, что сам Константин, «подаривший» престол брату Николаю, «удостоился» чести попасть в число названий кораблей только в 1852 г., т. е. почти через 20 лет после своей смерти. Но зато это был 120-пушечный корабль!

«Граф Северный» - крейсерское судно Черноморского флота, названо в честь великого князя Павла Петровича, который со своей второй супругой Марией Федоровной в 1781 г. предпринял продолжительное путешествие в Западную Европу под именем графа Северного. Почему в память этого малозначительного события было названо военное судно, трудно сейчас сказать. Более высокой чести удостоилась Мария Федоровна, в память о которой было названо три поколения линейных кораблей Черноморского флота «Императрица Мария».

При расшифровке происхождения названий старых судов русского флота встречаются иногда «твердые орешки». Приведем несколько примеров.

Во время Средиземноморского похода русской эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова у острова Корфу была взята в плен французская 18-пушечная шебека, которая в списке судов парусного флота числится под названием «Макарий». Вряд ли удалось бы раскрыть историю происхождения ее наименования. если бы не объемистые воспоминания Егора Meтаксы, читая которые, автор обнаружил, что название дано по имени лейтенанта Макара Ивановича Ратманова, командующего трофейной шебекой.

В списке судов парусного флота в составе Сибирской флотилии состоял бот с названием «Алексей божий человек», купленный в 1788 г. Это единственное судно с таким названием за всю историю русского флота. Откуда оно произошло? Ясно, что имя столь малому судну и в столь «забытом богом» уголке Российской империи было дано не в память о царе Алексее Михайловиче, отце Петра I, начавшем строительство судов. В память Алексея Михайловича был назван линейный корабль «Алексей», спущенный в 1790 г. И хотя год его спуска совпадает со 100-летием со дня рождения царевича Алексея Петровича (1690 г.), вряд ли Екатерина II, столь ревностно продолжавшая дела Петра Великого, рискнула бы оскорбить его память, дав имя опального царевича крупному кораблю1. [1 Кстати, в Списке [15] среди первых судов, построенных при Петре I, числится 50-пушечный корабль «Царевич Алексеи Петрович», спущенный в 1698 г.] Скорей всего название «Алексей» перешло к кораблю от придворной яхты, спущенной в 1777 г. и названной в память Алексея Михайловича, умершего в 1676 г.

И все же, откуда этот одинокий «Алексей божий человек»? В Большой энциклопедии (1900 г.) говорится, что Алексей - «лишившийся добровольно мирских благ и подвергший себя, Христа ради, всевозможным унижениям в доме родного отца». Отсюда ассоциация с положением царевича Алексея Петровича, который выступив против деяний Петра 1 (в защиту, якобы, русской церкви и старых обычаев), подверг себя унижениям и гонениям в доме отца. Название «Алексей божий человек», по-видимому, поздний отголосок памяти об Алексее Петровиче (70-летие казни, 1718 г.). Это подтверждается и самым низким рангом судна (небольшой бот,) которому было дано имя, и отдаленностью флотилии, в которой судно проходило службу как бы в ссылке. Известно, что после казни тело Алексея Петровича было захоронено под лестницей, ведущей на колокольню Петропавловского собора, вдали от пышных гробниц русских царей и цариц.

Весьма любопытно раскрытие происхождения имен трех судов Черноморского флота: «Иосиф II». «Александр Невский» и «Владимир».

В 1787 г. императрица Екатерина II но предложению Г. А. Потемкина совершила путешествие в отошедшие России южные земли - Новороссию и Крым. Конечным пунктом ее путешествия был Севастополь - база Черноморского корабельного флота. В свите находился союзник Екатерины, австрийский император (соправитель Марии Терезии) и венгерский король Иосиф II, прибывший на встречу с Екатериной под именем графа Фалькенштейна. 15 мая в присутствии Екатерины и ее свиты в Херсонском адмиралтействе для молодого Черноморского флота было спущено сразу три судна, которым царица дала имена: первый 80-пушечный был назван «Иосиф II», 66-пушечный - «Владимир» и 50-пушечный фрегат - «Александр Невский»1.

Совершенно очевидно, что 80-пушечный корабль был назван в честь союзника Екатерины Иосифа II, присутствовавшего на спуске. Интересна судьба корабля. Корабль с этим именем оказался «неудачником», как и король Иосиф II. Известно, что Иосиф II, пытаясь расширить свои владения, потерпел поражение от Пруссии. Вступив на стороне России в войну с Турцией, не дожил до ее конца и умер в 1790 г.; все его реформы после смерти были отменены. Непродолжительной была и жизнь названия корабля: его отменил Г. А. Потемкин сразу же после смерти Иосифа II. Вот что он пишет в записке графу А. А. Везбородко: «Вы увидите во флоте корабль «Рождество Христово», он был «Иосиф», но как к тезоименитому привязано было во всех случаях несчастие и неудачи, то я переименовал не из суеверия, но из опытов: будучи «Иосифом», корабль прошлого года от флота сорвало с якоря, унесло по течению больше ста верст, и он шесть дней пропадал».

Соответственно высокому рангу судна Г. А. Потемкин дал и самое высокое, по понятиям того времени, имя «Рождество Христово». Под этим именем, будучи флагманом Ф. Ф. Ушакова, корабль потом успешно сражался в морских битвах.

Название фрегату «Александр Невский», как это указано в ряде источников, дано в честь 10-летнего

В исторической литературе это судно часто неправильно называют «Александр». Корабль «Александр» был спущен в Херсоне почти на год раньше (11 апреля 1786 г.) наследника престола, внука Екатерины, царевича Александра (первого сына Павла и Марии Федоровны, родился в 1777 г.).

Наибольшую трудность представляет расшифровка происхождения названия третьего судна. Екатерина назвала его «Владимир». Родственников Екатерины с таким именем не было. Имя явно не связано с религиозными представлениями, иначе перед ним было бы указано «святой». Здесь вступает в силу свойство определенности - имя корабля не может быть случайным. Очевидно, необходимо искать историческую основу. В Большой советской энциклопедии среди древнерусских князей отмечены два наиболее выдающихся: Владимир Мономах (1053 - 1125 гг.) и Владимир Святославич (умер 1015 г.).

Владимир Мономах известен как высокопросвещенный человек, автор ряда литературных произведений, создатель первых русских законов, первый русский великий князь, который, якобы, получил от своего деда, греческого императора Константина Мономаха, царский титул и «корону» - «шапку Мономаха». В общем Екатерина вполне могла назвать корабль в память об этом князе, который был ей близок по духу.

Владимир Святославич - выдающийся военный и политический деятель Древней Руси. Во времена Екатерины особенно почитались два его дела: взятие Корсуни, греческой колонии Херсонес, развалины которой находились рядом с Севастополем (988 г.), и крещение Руси (989 г.), что впоследствии послужило русской церкви основанием к причислению Владимира к «лику святых». Вполне допустимо, что близость 800-летнего юбилея этих двух событий, спуск корабля в городе, названном Екатериной Херсоном в память о Херсонесе, базирование Черноморского флота рядом с древним Херсонесом, послужили причиной наименования корабля в память о великом князе Владимире Святославиче1.

Остается разобраться, почему у названия «Владимир» нет определяющего слова «святой» или «Великий князь».

Здесь вступают в силу два свойства: единственность названия и его иерархическая соответственность. В это время на Балтике уже строился крупный 100-пушечный корабль, который был спущен в 1788 г. и получил соответствующее имя «Святой равноапостольский князь Владимир». Второго судна с таким именем не должно было быть. Кроме того. черноморский корабль был намного меньшего ранга (только 66-пушечный), почему он и был назван лишь «Владимиром». Очевидно, названия с приставками «святой» и «князь» были прерогативой более привилегированного Балтийского флота, а зарождающемуся Черноморскому доставались, как правило, «укороченные» названия. Заметим, что имя «Владимир» было дано Екатериной впервые и с тех пор передавалось другим судам, среди которых был и героический пароходо-фрегат «Владимир», прославившийся в Крымскую войну.

И, наконец, еще один пример. В 1790 г. во время сражения с турецким флотом у Гаджибея русский флот под командованием Ф. Ф. Ушакова взял в плен 78-пушечный корабль «Мелеки-Гагара», который получил название «Иоанн Предтеча». Вот как сам Г. А. Потемкин объясняет происхождение этого названия: «Сей корабль взят в день Усекновения главы

Ближайший праздник святого равноапостольного великого князя Владимира (Святославича) отмечался церковью 15 июля, т. е. через дна месяца после спуска корабля (15 мая).

9 августа, почему и наименован «Иоанн Предтеча» (Иоанн был казнен византийским императором за проповеди). Очевидно, если бы не это свидетельство, трудно было бы объяснить происхождение названия «Иоанн Предтеча».

Особняком среди имен кораблей стоят названия, определяющие отрицательные качества. Примерами могут служить брандвахтенные шхуны «Скучная» и «Унылая», предназначенные для стоянки на якоре в портах и занимавшиеся, по понятиям военных моряков, скучным, унылым делом.

Непрестижные зоологические названия, например «Жаба», «Улитка», даваемые базовым флашхоу-там, - установившаяся на Черноморском флоте норма. Чем вызваны такие названия? Может быть, на флашхоуты отправляли служить нерадивых моряков в качестве наказания?

Конечно, в небольшой книге невозможно привести все разгадки имен кораблей русского флота. Их ведь только в парусном флоте было около 1800! Надеемся, что найдутся энтузиасты, которые продолжат эту работу и восстановят полную историю номинации судов русского флота.

НОВЫЙ ФЛОТ - НОВЫЕ ИМЕНА

Броненосец "Петр Великий"

Синопским сражением (1853 г.) и обороной Севастополя (1854 - 1855 гг.) закончилась героическая эпоха русского парусного флота. На смену ветру и парусам пришли уголь и паровая машина.

Новый вид энергии и движителя для судов, проигранная Крымская война и потеря Черноморского флота вызвали определенный сдвиг в общественном сознании моряков, что сказалось и на системе названий новых кораблей парового флота. Почти весь Черноморский флот был затоплен в Севастопольской бухте, а построенные новые винтовые корабли «Цесаревич» и «Синоп» были переведены на Балтику. Оставшиеся мелкие суда флота своими названиями уже не напоминали о героическом прошлом Черноморского флота.

Как справедливо отмечается, «…периодическое ослабление морской идеи, всегда отражающееся на численном уменьшении судов, приводило к тому, что корабли теряли историческую связь со своими одноименными предками, а новые течения вводили в жизнь новые наименования, часто не отвечающие традиционным требованиям. Почти каждое появление нового типа корабля вызывало новый тип названий, вследствие чего исчезала и историческая преемственность» [5]. Возможно, в отходе от героико-патриотической номинации кораблей, шедшей от Петра I, сыграли определенную роль насаждавшиеся в это время идеи славянофильства с его идеалистическими и религиозно-мистическими взглядами. Это привело к тому, что изменились не только система, но и содержание большинства названий судов нового парового флота; в названиях кораблей прославлялась старая допетровская Русь и игнорировались названия, свыше 100 лет сохранявшиеся со времен Петра I.

Рассмотрим список судов русского парового флота, построенного в 1854-1865 гг. и пришедшего на смену парусному. Среди кораблей («Выборг», «Константин», «Орел», «Ретвизан», «Гангут», «Вола», «Синоп», «Цесаревич», «Император Николай I») мы находим только несколько названий, отражающих морские и сухопутные победы России или подвиги отдельных судов («Выборг», «Ретвизан», «Гангут», «Синоп»).

Большая часть названий - это монархо-династические, в числе которых «Константин», названный по имени великого князя, «Орел», переродившийся петровский «Норд Адлер» («Северный орел») и т. д. Исчезли многие названия сражений, принесших славу России.

А вот список фрегатов: «Архимед», «Полкан», «Илья Муромец», «Громобой», «Генерал-адмирал», «Светлана», «Олег», «Пересвет», «Ослябя», «Дмитрий Донской», «Александр Невский», «Аскольд». Здесь почти нет названий, напоминающих морякам о славном прошлом русского флота.

Первый винтовой фрегат «Архимед» был назватт п честь знаменитого грека, изобретшего гребной винт.

Впервые сделана попытка ввести в названия судом имена былинных и древнерусских героев («Илья Муромец», «Пересвет», «Ослябя»), древнерусских князей («Аскольд», «Олег», «Александр Невский», «Дмитрий Донской»), героев народных сказаний и баллад («Светлана» и пр.). Но все эти названия были слишком архаичны и далеки от моря и не несли в себе нужного патриотического заряда.

Список винтовых корветов был самым длинным: «Боярин», «Новик», «Воевода», «Посадник», «Гри-день», «Рында», «Вол», «Медведь», «Волк», «Зубр», «Рысь», «Вепрь», «Буйвол», «Удав», «Сокол», «Ястреб», «Кречет», «Львица», «Баян», «Калевала», «Богатырь», «Варяг», «Витязь». Но и здесь тщетны наши поиски названий, отражавших боевую славу России: собирательные, обезличенные названия должностных и сословных представителей («Боярин», «Воевода», «Посадник» и др.), былинно-эпические имена («Баян», «Калевала» и др.), названия хищных птиц и зверей. И только «Память Меркурия» напоминал о подвигах моряков и черноморцам и всей России.

Как видим, произошло перенесение названий низкого уровня на суда более высоких рангов, что было нарушением сложившейся традиции, шедшей от парусного флота.

Новый класс винтовых клиперов носил собирательные названия воинственных представителей армии, разбойников («Разбойник», «Опричник», «Стрелок», «Наездник», «Пластун», «Джигит», «Абрек», «Всадник», «Гайдамак») или драгоценных камней («Жемчуг», «Алмаз», «Изумруд, «Яхонт»), что было новым в системе названий.

Лишь паровые канонерские лодки по-прежнему носили зоологические имена («Комар», «Стерлядь» и др.).

Простой подсчет показывает, что из списка имен русских судов в период становления и развития парового флота исчезло почти полностью героическое начало: из 62 имен приведенных выше, только пять связаны с героическим прошлым русского флота, остальные были или новыми, или не связанными с прославленными морскими битвами и судами. Вместе с тем заметно и уменьшение религиозной группы названий: в списке нет святых, апостолов и угодников.

Знаменательно, что именно в это время, когда насаждались чуждые морякам названия кораблей, у русских морских офицеров возрос повышенный интерес к проблеме номинации судов, появился ряд статей в «Морском сборнике».

В статье, написанной в 1859 г., автор, хорошо изучивший западноевропейские флоты тех времен, писал: «Ни в одном флоте не встречается столько судов, названных именами великих людей отечества, как во французском, в коем мы насчитали таких имен до пятидесяти, между тем как из 854 английских военных судов, больших и малых, новых и старых, только четырнадцать (не считая судов, названных именами королей, королев и членов королевской фамилии) названы по именам знаменитых английских адмиралов, полководцев, государственных мужей и ученых…» С большим основанием этот упрек можно было бы адресовать русскому флоту, где в списках парусных судов, содержащих около 1800 названий, едва ли наберется пять фамилий русских государственных деятелей, адмиралов и ученых.

Статья того же безымянного автора, появившаяся в 1862 г., рассказывает о названиях судов голландского флота [1]. И здесь мы встречаем в названиях кораблей фамилии адмиралов, героев-моряков, государственных деятелей, названия провинций, городов, рек и островов Нидерландов и различные географические названия голландских колоний, особенно Ост-Индских. Интересно отметить, что среди названий голландских судов встречается имя адмирала Кинсбергена, который прославился и в нашем флоте (на Азовском и Черном морях). В память о нем был построен русский боевой корабль «Капитан 2-го ранга Кинсберген» только в начале XX в.

В заключение статьи автор пишет: «История нидерландского флота так богата именами доблестных, боевых моряков, что становится удивительным, почему только одиннадцать судов носят эти имена, и ни одно не названо в честь знаменитых навигаторов. Не менее удивительно, что среди кашалотов, скорпионов, слонов, орлов, тюленей и других животных не нашлось места великому Меркатору, по картам которого мы плаваем, равно как и изобретателям необходимой морякам зрительной трубы: Янсену и Липпергею» [1].

Справедливый упрек, но с большим основанием он мог быть направлен в адрес нашего, русского флота, в многотысячном списке имен которого до самой революции нашлось место только Архимеду, Ломоносову и Чапману - трем великим ученым-механикам и математикам (из них один только Ломоносов русский), и не попало ни одно имя полярных исследователей, даже Беринга. Конечно, такое положение не могло продолжаться слишком долго. К концу XIX в. стала вырабатываться новая система номинации кораблей русского флота, основанная на более демократичном взгляде на историю. Корабли стали получать имена знаменитых адмиралов, героев сражений и битв.

Качественно новый состав флота привел к новой его классификации и новому делению на ранги, что в свою очередь вызвало и изменение системы названий, хотя ее основные принципы сохранились. Начали возрождаться морская и героическая идеи. Изданный в 1892 г., прекрасно иллюстрированный альбом позволяет проследить эту систему.

Самые крупные, броненосные корабли получили названия в честь монархов, создавших мощный русский флот («Петр Великий», «Императрица Екатерина II», «Император Александр II», «Император Николай I») в память о знаменитых морских сражениях («Чесма» и «Синоп») и в память о кораблях, участвовавших в морских сражениях («Двенадцать апостолов»).

Броненосные и полуброненосные фрегаты получили названия в честь русских патриотов, ведших борьбу с иноземными захватчиками («Князь Пожарский», «Дмитрий Донской», «Минин», «Владимир Мономах»), в память о героических кораблях («Память Азова») или в честь знаменитых адмиралов («Адмирал Лазарев», «Адмирал Грейг», «Адмирал Чичагов», «Адмирал Нахимов», «Адмирал Спири-дов»).

Но были среди них и суда с монархо-династическими названиями - «Генерал-адмирал» и «Герцог Эдинбургский». [1 Генерал-адмиралом или главнокомандующим русским флотом назначался один из царских сыновей (обычно наследник).]

Броненосные батареи носили названия, характеризующие новизну конструкции или их неприступность («Первенец», «Не тронь меня», «Кремль», «Новгород»).

Особняком стоит батарея «Вице-адмирал Попов», получившая свое название в честь конструктора А. А. Попова еще при его жизни (редкое отличие, которого удостаивались лишь монархи).

Канонерские лодки и мониторы носили названия старых мелких парусных судов, которые имели воинственный, грозный оттенок («Буря», «Смерч», «Грозящий», «Отважный», «Ураган», «Тифон», «Стрелец», «Единорог», «Лава», «Латник», «Перун», «Броненосец»). Суда этого типа получали иногда имена из народной мифологии («Русалка»,

«Чародейка», «Колдун», «Вещун»), или имена морских рыб и животных («Сивуч», «Ерш»).

Крейсера как суда для дальних вояжей в океане были названы «глобальными» именами («Азия», «Африка»), но были и «Забияка», «Память Меркурия», «Адмирал Корнилов».

Часть канонерских лодок унаследовала еще от первых паровых имена «Черноморец», «Донец», «Запорожец», «Кубанец», «Терец», «Уралец» - собирательные названия казаков разных мест России, а также далеких восточных жителей - «Кореец», «Манджур».

Несколько миноносных крейсеров получили свои имена в память о героях морских битв: «Лейтенант Ильин», «Капитан Сакен», «Казарский».

Миноносцы, как в эпоху парусного флота шхуны, были названы именами различных географических объектов, расположенных на берегах соответствующих морей: «Адлер», «Свеаборг», «Ревель», «Рочен-сальм», «Биоркэ», «Моонзунд», «Гапсаль», «Айто-дор», «Анапа», «Лахта», «Або», «Чардах», «Кодор», «Килия», «Рени», «Виндава», «Либава», «Анакрия», «Ялта», «Новороссийск» или рек: «Луга» и «Нарва».

И, наконец, яхты - суда для разъездов царя и его родственников, членов правительства и адмиралов - имели соответствующие названия: «Полярная звезда», «Держава», «Царевна», «Александрия», «Стрела».

Поражение России в русско-японской войне 1904 - 1905 гг., особенно Цусимский разгром флота, привели к резкому подъему национального самосознания и патриотизма. Возрождение флота стало общенациональной задачей. Героизм моряков в Цусимском бою, в Порт-Артуре, Чемульпо и других местах битв вызвал к жизни новую волну героико-патриотических названий кораблей, основанную на национально-патриотической и народно-исторической базе.

Большим подъемом, патриотическим чувством пронизаны утвержденные правительством названия нового броненосного флота, создававшегося по программе 1912 г. [5]. Автор статьи о названиях новых кораблей, к сожалению, оставшийся неизвестным, правильно объясняет возвращение к старой системе названий: «…боевое прошлое нашей морской силы настолько богато именами, которыми флот может и должен гордиться, что в настоящее время едва ли встречается нужда в отыскании новых наименований». Далее он приводит основы новой системы номинации кораблей русского флота, утвержденной правительством: «В соответствии с этим важно, чтобы все вновь закладываемые корабли в целях утверждения исторической преемственности и сохранения боевых традиций воспринимали свои наименования согласно следующим принципиальным положениям. Корабли крупного тоннажа - линейные корабли, броненосцы и легкие крейсеры - получают в наименование священные имена российских императоров и особ царствующего дома, имена наиболее отличившихся боевою деятельностью линейных кораблей, фрегатов и крейсеров, имена славных полководцев и знаменитых морских и сухопутных побед».

Здесь имеются в виду не просто «священные» монархи и их родственники, а лица, сделавшие много для развития флота в России (Петр I, Екатерина II, Николай I, Павел I). Но в рассматриваемый момент старые броненосцы с такими названиями уже отслужили свой срок, а новые должны были получить имена в память о знаменитых сражениях - это броненосные крейсеры «Бородино», «Измаил», «Наварин» и «Кинбурн».

Легкие крейсеры для Балтийского флота были названы «Адмирал Бутаков», «Адмирал Спиридов», «Адмирал Грейг» и «Светлана» (предшественник этого корабля героически погиб в Цусимском сражении), а для Черноморского - «Нахимов» и «Корнилов».

Легкие крейсеры для Сибирской флотилии получили названия выдающихся морских деятелей, оставивших свой след в Сибири и на Дальнем Востоке: «Муравьев-Амурский» и «Невельской».

Далее в статье говорится: «Суда меньшего тоннажа - канонерские лодки и миноносцы - получают имена небольших судов, прославившихся подвигами на море, именами чинов флота и армии, подлежащих увековечиванию, и наименования славных морских и сухопутных боев».

Интересны названия миноносцев. Один дивизион составляли корабли, названные в память героев морских сражений и битв: «Лейтенант Ильин», «Лейтенант Дубасов», «Капитан Кроун», «Капитан Ко-нон Зотов», «Капитан Керн», «Капитан Изыльметьев», «Капитан 2-го ранга Кинсберген», «Лейтенант Ломбард», «Капитан-лейтенант Белле».

Второй дивизион был назван в честь знаменитых морских сражений: «Гренгам», «Гогланд», «Стирсу-ден», «Патрас», «Хиос», «Тенедос», «Рымник», «Смоленск», «Кульм».

Третий дивизион носил названия судов парусного флота, прославившихся в различных сражениях: «Гром», «Орфей», «Забияка», «Победитель», «Летун», «Десна», «Самсон», «Азард» и «Сокол».

И, наконец, четвертый дивизион был назван именами судов парусного флота, участвовавший во многих славных сражениях: «Владимир», «Константин», «Гавриил», «Михаил», «Федор Стратилат», «Громоносец», «Автроил», «Брячеслав» и «Прямислав».

Здесь, как видим, отдается и дань памяти кораблей, участвовавших в Гогландском сражении (1788 г.).

Подводные лодки как новый род оружия, «имеющий в будущем создать свою собственную боевую историю, получают наименования рыб, зверей и птиц». Однако здесь указывается, что из всех названий отбираются только «наиболее благозвучные и благородные».

Вновь строившиеся подводные лодки получили названия зверей: «Львица», «Тигр», «Пантера», «Ягуар», «Вепрь», «Кугуар», «Волк», «Леопард», «Гепард», «Рысь», «Барс» и «Тур».

Далее в статье указывались и названия для судов вспомогательного флота: «Суда небоевого значения - транспорты, учебные и посыльные суда, а также суда для гидрографических работ и экспедиций - получают наименования судов, отличившихся кругосветными плаваниями, научными экспедициями, и имена знаменитых наших мореплавателей, прославившихся научными открытиями и трудами».

В заключение автор статьи отметил также принцип наследственности боевой славы корабля-предшественника: «Все вновь зачисляемые в списки флота суда воспринимают историю своих одноименных предков, высочайше пожалованные им отличия и награды, боевые и служебные исторические реликвии, день своего корабельного праздника».

Как видим, к 1914 г. в России была выработана новая четкая система наименования кораблей военного флота и закреплена документально и фактически.

Эта система восприняла все лучшие традиции номинации судов парусного флота, их патриотический дух и героическую основу. Идеи этой системы нашли свое окончательное воплощение в первую мировую войну, когда были завершены программы строительства флота.

Октябрьская революция, начавшаяся выстрелом крейсера «Аврора», открыла новую эру в жизни нашей страны и всего мира. Вместе со старым строем отошли в прошлое и старые названия кораблей. Лишь одно имя «Аврора» как память о революции сохранилось навеки. Все другие названия были изменены.

На бортах кораблей появились имена борцов за свободу и героев революции, названия героических событий русского народа и революционных дел мирового пролетариата. Крупнейшие линейные корабли типа «Севастополь» получили названия: «Октябрьская революция» (бывший «Гангут»), «Парижская Коммуна» (бывший «Севастополь») и «Марат» (бывший «Петропавловск»). Черноморские крейсеры были названы в честь освобожденных от белогвардейцев Украины, Крыма и Кавказа - «Красный Крым» (бывший «Светлана»), «Красный Кавказ» (бывший «Адмирал Нахимов») и «Червона Украина» (бывший «Адмирал Лазарев»), изменились и названия эскадренных миноносцев, тральщиков и других кораблей. Они получили имена в память о героях Октябрьской революции и гражданской войны, в честь революционеров ленинской гвардии, возглавивших руководящие посты молодого Советского государства: «Петровский», «Фрунзе», «Шаумян» и др. Не были забыты и рядовые труженики, комсомольцы и большевики: «Вася-коммунист», «Незаможник» (бывший «Занте»), «Коминтерн» (бывший «Память Меркурия»), «Комсомолец» - вот названия кораблей молодого советского флота.

Построенные в Николаеве в 1915-1916 гг. десантные суда были переоборудованы в плавучие батареи и получили названия «Свердлов», «Жан Жорес», «Мирабо», «Карл Либкнехт», «Революция», «Марат», «25 Октября».

Несколько кораблей получили названия в честь вождя революции «Ленин» - это эскадренный миноносец (бывший «Капитан Изыльметьев»), штабное судно, бронекатер, сторожевое судно, тральщик, канонерская лодка; вспомогательное судно «Ильич».

После революции Советская Россия почти лишилась флота. Поэтому X съезд партии призвал к возрождению и укреплению Красного военного флота. Этот призыв был подхвачен комсомолом. На призыв партии откликнулась вся страна.

В 1930-1931 гг. вступили в строй подводные лодки «Декабрист», «Народоволец», «Красногвардеец», «Революционер», «Спартаковец», «Якобинец», а затем «Фрунзенец», «Правда», «Гарибальдиец».

В 1936 г. под флаг Страны Советов стали новые мониторы «Железняков», «Жемчужин», «Левачев», «Мартынов», «Флягин», «Ростовцев», а затем и «Лазо», «Перекоп», «Сиваш», «Хасан».

Во флоте появляются лидеры эскадренных миноносцев, названные по именам городов: «Москва», «Ташкент», «Ленинград».

В предвоенные годы (1938-1941 гг.) началось быстрое становление наших военно-морских сил. Были заложены новые, крупнейшие в мире линейные корабли, получившие самые почетные названия: «Советский Союз», «Советская Россия», «Советская Украина» и «Советская Белоруссия», но война помешала их достроить.

Новые крейсеры были названы в память о пламенных революционерах, знаменитых писателях, в честь военачальников, героев гражданской войны: «Киров», «Свердлов», «Максим Горький», «Куйбышев», «Орджоникидзе», «Чапаев», «Фрунзе» (часть из них была достроена после окончания Великой Отечественной войны).

Эскадренным миноносцам давали названия по признаку качества: «Быстрый», «Бойкий», «Беспощадный», «Бесстрашный», «Стремительный», «Сообразительный», «Сокрушительный» и т. п.

Крупные подводные лодки носили имена типа «Ленинец», средние типа «Щука» и малые типа «Малютка» имели только номера.

Так родилась новая, советская система номинации кораблей военного флота. Имя кораблям дает правительство.

В послевоенные годы в Советском Союзе создан качественно новый атомно-ракетный флот. Корабли получили новую классификацию и новое деление на ранги.

Соответственно этому разработана новая система номинации кораблей.

Самые крупные противолодочные крейсеры получили названия городов-героев: «Москва», «Ленин град», «Киев», «Минск», «Новороссийск» и др.

Ракетные крейсеры носят названия, говорящие об их силе и могуществе, или по имени советских военачальников: «Грозный», «Адмирал Фокин», «Адмирал Головко» и т. п.

Серия новых ракетных крейсеров большого водоизмещения открывает группу названий в память о революционерах-ленинцах. Первый из них назван «Кировым».

Большие противолодочные корабли называются именами приморских городов, героических кораблей прошлого и советских военачальников: «Николаев», «Маршал Тимошенко», «Красный Кавказ», «Комсомолец Украины», «Красный Крым», «Очаков», «Керчь», «Ташкент», «Петропавловск» и др.

Не забыто и героическое прошлое нашей Родины. В составе советского флота находятся боевые корабли, носящие имена «Бородино», «Адмирал Лазарев», «Михаил Кутузов», «Казарский», «Варяг», «Память Меркурия» и др.

Большое число названий советских военных кораблей можно найти во многих книгах, рассказывающих о нашем флоте.

Изучение системы номинации советских кораблей - это большая и интересная работа, заслуживающая издания отдельной книгой.

В нескольких словах остановимся на вопросах названия судов торгового флота.

В старом торговом флоте названия судов не играли столь большой общественно-политической роли, как в военном, поэтому чаще всего хозяева судов именовали их самыми простыми названиями: фамилия владельца, имя его жены или детей, любое другое понравившееся имя.

Сказанное достаточно убедительно подтверждается хотя бы при рассмотрении названий судов Русского общества пароходства и торговли (РОПИТ). В середине прошлого века самые крупные пароходы РОПИТ имели названия «Император Александр» и «Великий князь Константин»; средние - «Херсонсс», «Владимир», «Олег», «Колхида», «Эльбрус», «Таврида», «Аргонавт», «Юнона», «Паллада», «Церрера», «Ифигения», «Митридат», «Керчь», «Николаев», «Одесса», «Ласточка», «Русалка», «Язон», «Таганрог», «Удалой», «Могучий», «Дон», «Орест», «Пилад», «Князь Барятинский», «Веста», «Буг».

Как видим, здесь перемешаны мифологические имена с географией Причерноморья. РОПИТ было полугосударственным обществом, находившемся под покровительством царского дома и созданным по инициативе главного командира Черноморской флотилии адмирала Н. А. Аркаса; пароходами командовали офицеры бывшего Черноморского флота, суда рассматривались как резервный флот на случай войны. Поэтому большинство пароходов носило названия судов Черноморского флота, погибших в Крымскую войну.

Но вот названия малых пароходов: «Голубчик», «Братец», «Сестрица», «Батюшка», «Матушка», «Родимый», «Крикун», «Тетка», «Болтун», и т. п. Как видим, в этих названиях нет ни исторического, ни общественно-политического смысла.

Лишь после революции названия судов торгового флота Советского Союза стали отражать историю своей страны; имена судов стали достойно выполнять внешнюю и внутреннюю функции. На бортах наших торговых судов можно встретить имена выдающихся ученых и писателей, государственных деятелей и прославленных моряков, знаменитых артистов и героев труда, Героев Советского Союза и партизан-подпольщиков. Другие суда названы по городам, рекам и озерам страны и в совокупности представляют географию нашей обширной Родины.

Кто же дает названия нашим торговым судам? Согласно Кодексу торгового мореплавания СССР имена судам присваивает комиссия по названиям, образованная при Минморфлоте СССР, где составляются списки рекомендуемых названий по представлениям различных государственных и общественных организаций.

«Из большого количества предложений, поступающих со всех концов страны, комиссия отбирает наиболее выдающиеся имена в масштабе страны независимо от их ведомственной принадлежности.

В географических названиях она придерживается значимости того или иного пункта, предлагаемого местными партийными или государственными органами», - таковы принципы номинации судов морского флота СССР, изложенные на страницах журнала «Морской флот». Таким образом, система номинации включает две крупные группы названий: имена выдающихся деятелей и географические наименования.

Разработка проблемы номинации судов торгового флота - самостоятельная обширная и глубокая тема. Публикация ряда критических статей свидетельствует о том, что отсутствует четкая и ясная научно обоснованная система номинации, без которой в нашем торговом флоте, насчитывающем несколько тысяч судов, не может быть достигнут успех в решении проблемы названий.

Отечественный торговый флот сейчас находится в таком положении, когда количество судов превышает число потенциально пригодных названий, отвечающих главным требованиям науки об именах судов. Поэтому и появляются такие названия, как «Андомалес» и «Чулымлес».

Нам представляется, что настала пора серьезного исследования этого вопроса, благо, что для этого есть великолепные источники фактического материала - справочные книги Регистра СССР по списочному составу торгового флота и каталоги морских судов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Богат и разнообразен мир названий судов и кораблей. Названия тесно связаны с жизнью страны и общества, выполняют функции представительства государства и патриотического воздействия. Совокупность названий судов как историческое явление изучает, как полагает автор, вспомогательная историческая дисциплина, которой он посвятил несколько лет кропотливых исследований.

В процессе работы автор расшифровал происхождение почти 850 названий судов русского военного флота, большая часть которых нашла отражение в книге.

Остановимся в заключение на периодизации развития названий судов русского флота. Приближенно можно выделить следующие периоды.

1. 1696 - 1709 гг. - начало создания Петром I военного флота; период господства неустановившихся, случайных названий.

2. 1709 - 1725 гг. - становление русского регулярного флота; период создания Петром I первой русской системы номинации судов военного флота, основанной на героико-патриотических началах.

3. 1725 - 1860 гг. - развитие парусного флота; период развития и совершенствования петровской системы номинации судов.

4. 1860 - 1880 гг. - переход к паровому и броненосному судостроению; период отхода от первой героико-патриотической системы номинации судов и переход к русско-патриархальной, былинной номинации, оторванной от реальной истории страны и флота.

5. 1880 - 1910 гг. - создание нового броненосного и миноносного флота; возрождение петровской героико-патриотической системы номинации судов и первая попытка демократизации названий.

6. 1910 - 1917 гг. - создание новейшего, совершенного броненосного, миноносного и подводного флота; дальнейшее развитие системы номинации русских кораблей; дальнейшая демократизация названий.

7. С 1917 г. - массовое переименование кораблей в связи с изменением общественно-политического строя страны; отмена монархо-династических названий, а затем практически полная отмена всех старых названий; создание новой, советской системы номинации.

С последнего периода начинается история названий кораблей и судов советского флота, которая при всех ее достоинствах не была лишена некоторых недостатков и промахов. Именно поэтому она нуждается в самостоятельном, глубоком изучении.

Некоторые старинные морские и кораблестроительные термины

Барбарийский корабль («варварский») - корабль с косыми парусами, применявшийся североафриканскими арабами.

Баркалон - итальянский парусный корабль с артиллерийским вооружением.

Бомбардирское судно, ших-бомбарда - судно, вооруженное мортирами и пушками, применялось для обстрела приморских укреплений.

Бригантин, бригантина - небольшая галера с одной мачтой и одним парусом.

Буер - небольшое одномачтовое судно с косым парусным вооружением, предназначенное для разъездов и посылок.

Галера, каторга - многовесельное гребное военное судно, несло косые (латинские) паруса.

Капитан-паша - турецкий контр-адмирал.

Кирлачица, кирлангич - турецкое небольшое парусное судно, имевшее ворот для самовытаскивания на берег.

Княвдигед - крайняя носовая оконечность корпуса парусного судна.

Контртимберс - деталь кормового набора парусного судна.

Крюйт-камора, крюйт-камера - помещение на корабле, где хранился порох и боеприпасы.

Лацпорт - отверстие в борту судна, через которое грузились и выгружались перевозимые грузы; закрывалось крышкой.

Либурна - древнеримское гребное судно.

Пакетбот - небольшое почтовое парусное судно.

Почт-гальот - небольшое парусное или парусно-гребное судно, предназначенное для посыльной службы.

Прам - большое плоскодонное парусное судно, вооружен ное пушками большого калибра; применялось для борьбы с крепостями и береговыми укреплениями.

Руй-пинк - небольшое грузовое парусное судно.

Скампавея - разновидность галеры.

Торншхот - плоскодонное речное или озерное судно.

Фалшкиль, фальшкиль - наружная деревянная наделка на киле парусного судна.

Шаутбенахт - контр-адмирал.

Шебека - средиземноморское парусное судно с косыми или прямыми парусами.

Шек - деталь набора в носовой части парусного судна.

Шмак - род большого бота грузоподъемностью до 200 т, служившего для перевозки грузов и пассажиров.

Шнява - легкое парусное судно, вооруженное 14 - 18 пушками малого калибра, употреблявшееся для разведывательной и посыльной службы (прообраз фрегата). Щогла - мачта парусного судна.

Старые географические названия

Агатополь - селение и турецкое укрепление на юго-западном побережье Черного моря, современных Ахтопол (Болгария).

Анакрия, Анаклия, Анакра - турецкая крепость на восточном берегу Черного моря в устье реки Ингури.

Английский канал - пролив между Англией и Францией, современный Ла-Манш и Па-де-Кале.

Архипелаг - в XVIII - XIX вв. так называлась обширная группа островов между Балканским полуостровом и Малой Азией.

Борисфен - древнегреческое название реки Днепр.

Валахия - княжество в северо-западной части Причерноморья, современная часть Молдавской ССР.

Виндава - город и порт в Прибалтике, современный Вентспилс (Латвийская ССР).

Гаджибей, Хаджибей - турецкая крепость на северо-западном побережье Черного моря, в районе современной Одессы.

Ганге-удд, Гангут - полуостров, современный Ханко (Финляндия).

Дерпт, Юрьев - город в Прибалтике, современный Тарту (Эстонская ССР).

Занте - остров из группы Ионических островов, современный Закинф.

Коварна - город и порт на северо-западном побережье Черного моря, современная Каварна (Болгария).

Корфу - остров и крепость в группе Ионических островов, современный Керкира.

Месемврия - турецкая крепость на западном побережье Черного моря, современный Несебыр (Болгария).

Мило - остров в Архипелаге, современный Милос.

Митава - город и крепость в Прибалтике, современная Елгава (Латвийская ССР).

Орианда - селение на южном берегу Крыма, современная Ореанда.

Пернов - город и порт в Прибалтике, современный Пярну (Эстонская ССР).

Ревель - город и порт в Прибалтике, современный Таллин (Эстонская ССР).

Редут-Кале - турецкая крепость на восточном берегу Черного моря.

Сизополь - город и турецкая крепость на юго-западном побережье Черного моря, современный Созопол (Болгария).

Силистрия - турецкая крепость в нижнем течении Дуная, современная Силистра (Болгария).

Суджук-Кале - турецкая крепость на северо-восточном побережье Черного моря (в районе современного Новороссийска).

Цефалония - остров из группы Ионических островов, современная Кефалиния.

Чардах, Чатырдах - гора в Крыму, современный Четырдаг.

Фанагория - русская крепость в районе Таманского полуострова.

Энос - город и порт на северо-восточном побережье Эгейского моря (в европейской части Турции).

Эривань - турецкая крепость на Кавказе, современный Ереван (Армянская ССР).

Эстляндия - современная Эстония.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. А. В. О некоторых именах судов нидерландского флота//Морской сборник, 1862, № 7, Смесь, с. 5 - 15.

2. А. В. О некоторых именах судов французского флота// Морской сборник, 1859, № 7, смесь, с. 51 - 64.

3. Борозин М. Л. Дыхание моря и вечности//Наука в СССР, 1984, № 2, с. 106-112.

4. Веселаго Ф. Ф. Список русских военных судов с 1668 по 1860 год.- С.-Пб.: тип. Морск. мин., 1872. 799 с.

5. Гончаров В. Названия новых судов. - В кн.: Российский императорский флот. С.-Пб.: изд-во И. Д. Сытина, 1914. 145 с.

6. Григорьев М. Гордое имя корабля//Морской сборник, 1977, № 10, с. 60-63.

7. Драчук В. С. Рассказывает геральдика. М.: Наука, 1977. 265 с.

8. Дыгало В. А. Так повелось на флоте. М.: ДОСААФ, 1985. 142 с.

9. Елагин С. История русского флота. Период Азовский. С.-Пб.: Морское министерство, 1864. 319 с.

10. (N). Имена судов судостроительной программы 1912 го-да//Морской сборник, 1914, № 1, с. 83 - 86.

11. Крючков Ю. С. Если существует наука о торговых знаках…//Наука в СССР, 1984, № 2, с. 113 - 120.

12. Крючков Ю. С. Названия кораблей русского парусного флота//Судостроение, 1983, № 1, с. 50 - 51.

13. Материалы для истории русского флота. Извлечения из журналов Петра Великого, Екатерины II и князя Меншикова и морские журналы Н. А. Синявина и графа Апраксина. С.-Пб.: Морское министерство, 1866. 171 с.

14. Моисеев С. П. Список кораблей русского парового и броненосного флота. М.: Воениздат, 1948.

15. Список кораблей и фрегатов, построенных в царствование императора Петра Великого. Составитель Шишков// Морской сборник, 1853, № 2, с. 143 - 149.

16. Иванов К. За имената на морските кораби// ФАР-77. Варна: Г. Бакалов, 1977, с. 37-42.

17. Калинов Г. И. Имената на българските кораби// ФАР-77; Варна: Г. Бакалов, 1977, с. 42-47.

18. Voigt Ch. Schiffs-Aestetik.-Berlin, 1922. S. 126.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие

Введение

Морским судам быть!

Первые победы

Лестница имен

По рангу и честь

Кто, когда и как давал имена кораблям

Корабли и геральдика

География в названиях кораблей

Корабли и история

Загадки и разгадки

Новый флот новые имена

Заключение

Некоторые старинные морские и кораблестроительные термины

Старые географические названия

Список литературы

Научно-популярное издани

е

Крючков Юрий Семенович

ИМЯ НА БОРТУ

Обложка художника Л. Е. Смирнова

Рисунки художника Г. Г. Макарова

Технические редакторы Н, И. Горбачева, J1. В. Воробьева

Корректор-вычитчик И. М. Лукина

Корректор Н. А. Хасянова

ИБ № 4212

Сдано в набор 18.04.88. Подписано в печать 27.03.89. Т-00923. Формат 70х108 1/32- Бум. офс. № 1. Гарнитура обыкновенная новая. Офсетная печать. Усл. печ. л. 7,0. Усл. кр.-отт. 14,52. Уч.-изд. л. 6,28. Тираж 50 000 экз. Заказ 2109. Цена 30 коп. Изд. № 1-5-0/11-8 № 4939.

Ордена «Знак Почета» издательство «ТРАНСПОРТ». 103064, Москва, Басманный туп., 6а

Ордена Трудового Красного Знамени

типография издательства Куйбышевского обкома КПСС,

443086, г. Куйбышев, проспект Карла Маркса, 201.

Кто давал имена кораблям?

Как и когда это происходило?

Почему корабль назывался так, а не иначе?

На эти и многие другие вопросы дает ответ эта книга.

Автор, опираясь на исторический материал, знакомит читателя с происхождением названий судов, системой их наименований, которые сложились на флоте начиная с времен Петра I, с расшифровкой загадочных названий.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

08.09.2022

Content

Юрий Семенович Крючков
Имя на борту

ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

МОРСКИМ СУДАМ БЫТЬ!

ПЕРВЫЕ ПОБЕДЫ

ЛЕСТНИЦА ИМЕН

ПО РАНГУ И ЧЕСТЬ

КТО, КОГЛА И КАК ДАВАЛ ИМЕНА КОРАБЛЯМ

КОРАБЛИ И ГЕРАЛЬДИКА

ГЕОГРАФИЯ В НАЗВАНИЯ!

КОРАБЛИ И ИСТОРИИ

ЗАГАДКИ И РАЗГАДКИ

НОВЫЙ ФЛОТ - НОВЫЕ ИМЕНА

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ